Палящее солнце висело высоко в бескрайнем небе, проливая на землю ослепительный свет. Благодаря горячему сухому воздуху, аллея китайских ясеней неподалеку от больничных ворот выглядела совсем неподвижно. Невыразительные листья на деревьях потихоньку увядали.

Жун Сюй вышел из больницы. Управляющий уже ждал его.

Пожилой управляющий потянулся, чтобы взять багаж из рук молодого человека, но Жун Сюй тихо увернулся, мягко произнеся:

— Все в порядке, я понесу его сам, дядюшка Дуань.

Управляющий Дуань замер от удивления с остекленевшим взглядом, но возражать не стал.

Жун Сюй быстро сел в машину, и они поехали в особняк семьи Жун.

***

Семья Жун проживала в городе B, и её можно было считать семьёй среднего класса, которая быстро и стремительно росла и богатела. К несчастью, у них был только один потомок – Жун Сюй.

В любой обычной семье он обязательно вырос бы избалованным ребёнком.

Но в семье Жун всё было иначе.

Родители Жун Сюя погибли пять лет назад в автокатастрофе. Пять лет спустя и его дед скончался от болезни. Единственным живыми членами семьи остались Жун Сюй, его тетка и дядя.

— Юный господин, на улице довольно жарко: лучше закрыть окна, — спокойно сказал пожилой управляющий. Его голос звучал собранно и бесстрастно.

Согласившись с ним, Жун Сюй поднял стекло, но всё ещё мог видеть улицу через тонированные окна автомобиля.

В коричневом тонированном стекле отразилось красивое бледное лицо. Пара продолговатых узких глаз феникса были яркими и притягательными. Когда вспышка света скользнула по поверхности окна, показалось, что они погружены в выдержанное вино. Хорошо очерченные брови сошлись вместе, словно их обладатель над чём-то размышлял.

Три месяца назад юный господин семьи Жун и его друзья изрядно набрались и упали в реку, когда ехали на машине домой. Поскольку это происшествие обошлось без жертв, и всё произошло посреди ночи, семье Жун не потребовалось много усилий для того, чтобы замять это дело. В результате, Жун Сюю пришлось провести три месяца в госпитале, и его официально выписали только сегодня.

Однако никто не знал, что когда Жун Сюй снова открыл глаза, он уже не был тем юным господином семьи Жун, которого все знали.

Его тоже звали Жун Сюй, и выглядел он более-менее похоже, но он был из другого мира, где жил совсем другой жизнью.

В его прошлой жизни его родители тоже погибли, и его усыновили родственники. Когда он почти достиг совершеннолетия, его приёмные родители тоже скончались от болезни. Жун Сюй вошёл во взрослую жизнь, обременённый долгами, оставленными его приёмными родителями. Но его пригласили в индустрию развлечений. Всё, что было после этого: пение на сцене, новые роли, поддержка спонсоров, вручение авторитетной награды... сделало его знаменитой суперзвездой.

С выдающейся внешностью и врождённым талантом, Жун Сюй к тридцати годам достиг того, чего другие не могли добиться за всю свою жизнь. Поначалу ему казалось, что его жизнь всегда будет такой блестящей и мирной. Никто и подумать не мог, что однажды, возвращаясь домой с церемонии награждения, он попадёт в авиакатастрофу.

...

Бортпроводница с покрасневшими глазами раздавала всем клочки бумаги и ручки, чтобы они могли записать свои последние слова.

В такое время, для людей в самолете остальное уже не имело никакого значения. Все рыдали, записывая свои последние слова.

Поскольку так случилось, что на самолете были и его фанаты, Жун Сюй отправился успокоить их. Зная, что они неизбежно разобьются, маленькая девочка спросила его сквозь слезы:

— Жун, ты уже написал свои последние слова?

Жун Сюй ослепительно улыбнулся:

— Написал, не стоит обо мне беспокоиться.

Жун Сюй ожидал своего конца с абсолютно чистым клочком бумаги в кармане у своего сердца.

Разве у него остались какие-либо сожаления, которые он мог бы туда записать?

Его родители, как настоящие, так и приёмные, уже давно умерли, и у него было не так много близких друзей. Свои дела он тоже давно привёл в порядок, пожертвовав все свои деньги на благотворительность, чтобы помочь сиротам, потерявшим своих родителей.

Он испытал на себе, что значит потерять семью, но также он познал и тепло приёмных родителей. Он достиг вершин мира и закончил все приготовления к своей смерти.

Но… означало ли это, что он ни о чём не сожалел?

...

От зашторенных окон небоскребов отражался солнечный свет, причиняя боль прекрасным глазам молодого человека. Он прищурился и медленно опустил взгляд.

Спустя некоторое время, когда машина подъехала к особняку семьи Жун, обнаружилось, что ни тёти, ни дяди нет дома.

Управляющий Дуань скривился и сказал:

— Хозяин отправился по делам в Соединенные Штаты, а госпожа отдыхает во Франции.

Жун Сюй понимающе кивнул, и понёс чемодан в свою комнату.

Их племянник всё ещё оставался в больнице в нестабильном состоянии, но один из них отправился в деловую поездку, а вторая и вовсе в отпуск. Эти факты уже поведали ему о сложных взаимоотношениях между дядей и племянником в семье Жун.

Пока Жун Сюй три месяца лежал в больнице, его навещал только его второй дядя, Жун Хэн, и то, всего один раз. В то время Жун Сюй ещё не полностью восстановил воспоминания этого тела, поэтому их разговор состоял лишь из вереницы сердитых упрёков и ругательств.

— Вождение в нетрезвом виде? Вы, щенки, посмели сесть за руль пьяными? Лучше бы вы сдохли там, но нет, вы всё ещё нуждаетесь в помощи Лао-цзы, который должен за вас утрясать все последствия! Компания и так по уши в проблемах, и если из-за вас всё станет только хуже, я тебя точно из семьи выгоню! Лучше бы ты сдох, бесполезный мусор! Даже не  надейся, что тебе от меня перепадёт ещё хоть копейка!

Вскоре обнаружилось, что несколько кредитных карт Жун Сюя были заморожены.

У друзей Жун Сюя денег отродясь не было, так что на этот раз он и в правду остался без гроша в кармане.

На следующий день, поливая цветы в саду, управляющий Дуань к своему удивлению увидел своего разочаровывающего юного господина, опрятно одетого, и уже готовящегося выйти из дома.

Простая повседневная белая майка и пара голубых джинсов в сочетании с черной бейсболкой, козырёк которой скрывал красивые черты лица молодого человека. Солнце озаряло его макушку, отбрасывая тень, которая открывала только маленький изящный подбородок.

Управляющий Дуань невольно застыл на мгновение, а потом произнёс:

— Юный... господин?

Жун Сюй, улыбаясь, повернулся к нему и сказал:

— Дядюшка Дуань, я уйду ненадолго. Вернусь вечером.

— К-конечно…

Жун Сюй быстро ушёл; его фигура испарилась, как дым, оставив позади ошарашенного управляющего Дуаня.

Тут он внезапно опомнился:

— Ой! Цветы!

Пышный куст цветущих роз был залит водой, сочащейся сквозь лепестки. Из-за излишнего количества воды управляющий Дуань быстро переключился на другой куст, что отвлекло его ещё на некоторое время. Только закончив со всем, он позволил себе присесть и поразмыслить над увиденным: «Это был... юный господин? Почему он выглядел таким… нормальным? Мне же это не привиделось, правда?»

***

В это время Жун Сюй уже выходил из такси, остановившегося перед высотным зданием.

По всей видимости, из-за того, что первоначальный владелец этого тела слишком привык к кредитным картам, у него почти не осталось налички. Особняк семьи Жун был расположен в элитном районе, где не ходил общественный транспорт, поэтому Жун Сюй был вынужден взять такси. Это поездка уже обошлась ему в 100 юаней; ещё несколько таких поездок – и ему придётся сидеть дома. Если он захочет выйти, ему придётся передвигаться на своих двух.

Улицы были застроены небоскребами, между которыми деловито расхаживали офисные работники. Молодой красивый юноша среди них привлекал много внимания. Многие с восхищением бросали на него взгляды, но обнаруживая, куда он смотрит, с понимающим видом кивали.

Понятно, почему он такой красавчик! Он ведь знаменитость!

Пару минут спустя Жун Сюй вошёл в здание «ХуаСя Энтертейнмент».

***

Ло Чжэньтао в последнее время был очень обеспокоен. Начинающие актёры под его руководством пока ещё не добились никаких результатов, а его восходящая звезда пожелала стать независимой. Он пытался уговорить его продлить контракт с компанией, пока его губы не потрескались, а затем принялся добывать средства для того, чтобы раскрутить мелких начинающих актёров. Это состояние неопределённости просто убивало его...

Когда Ло Чжэньтао услышал, что кто-то спрашивает о нём у стойки администратора, он сначала сильно удивился, а потом пробормотал:

— Меня кто-то ищет? Кто может меня искать на ресепшене? Все, кого я знаю, могут просто подняться ко мне наверх...

В тот момент, когда Ло Чжэньтао спустился и увидел того, кто его искал, он на секунду замер от неожиданности, но, осознав, кто находится перед ним...

Повернулся, чтобы убежать!

Но когда он собирался это сделать, то услышал позади себя изысканный неторопливый голос:

— Братец Ло*!

«Братец... Ло?! Что это за обращение?!»

Ло Чжэньтао задрожал всем телом, а в его сердце закралось дурное предчувствие.

Поскольку его уже окликнули, Ло Чжэньтао не мог больше притворяться, что не видит гостя, поэтому подошёл к нему с каменным лицом. Оказавшись прямо перед ним, Ло Чжэньтао не смог сдержаться и искоса взглянул на него. Посмотрев раз, потом другой, он не мог удержаться, чтобы не посмотреть на него снова.

«Странно, как этот блудный юный господин Жун внезапно стал нормальным?! Разве до этого он не носил разноцветные волосы и одежду в дырах? А этот дымчатый макияж на глазах, который был темнее, чем у третьесортной модели! С чего это он вдруг... стал таким странным?!»

Действительно, такая простая одежда, как белая майка и джинсы, на других людях выглядела невероятно обычно, но когда её носил Жун Сюй, управляющий Дуань и Ло Чжэньтао могли только подумать: «Он, что, съел что-то не то?»

Подозрительный взгляд Ло Чжэньтао оценивающе скользил вверх и вниз по его телу. Жун Сюй слегка улыбнулся: ему было всё равно.

В прошлой жизни фанаты со всего мира не сводили с него глаз, и он давно привык к пристальным взглядам. Похоже, этот Ло Чжэньтао вовсе не был рад его видеть, поэтому Жун Сюй перешёл прямо к делу:

— Три месяца назад я попросил тебя найти мне роль, сейчас же уже вот-вот начнутся съёмки сериала. Братец Ло, когда ты собираешься дать мне роль?

У Ло Чжэньтао стоял звон в ушах; он чувствовал себя так, словно в него ударила молния.

«Конечно же, он пришёл сюда из-за роли!»

Ло Чжэньтао непроизвольно сглотнул, но внешне сумел остаться спокойным. Он посмотрел на несовершеннолетнего юношу перед собой, и на его лице застыло выражение неловкости, но про себя он уже придумал много предлогов, чтобы ему отказать.

— Эта роль, конечно же, не плоха. Однако, Жун Сюй, с самого начала ты хотел эту роль для Чжун И, но, может ты не знаешь, но в прошлом месяце Чжун И пострадал на съёмках и, соответственно, не сможет сниматься. Юный господин Жун, учитывая всё это, что Вы собираетесь делать?

Чжун И был одним из актёров-новичков. Он был относительно симпатичным и только что стал известным, завоевав немного популярности. Неизвестно, где он пересёкся с Жун Сюем, но поскольку так получилось, что Ло Чжэньтао задолжал Жун Сюю услугу, тот заставил его найти для Чжун И роль.

Вначале, чтобы заполучить эту роль, Ло Чжэньтао потратил много времени на поиски различных способов сделать это. Теперь, когда ситуация сложилась так, как сложилась, он решил, что сохранит эту роль для своих начинающих актёров, а потом найдёт другую возможность для того, чтобы отплатить Жун Сюю.

Подумав об этом, Ло Чжэньтао почувствовал облегчение. На его лице появилась слабая улыбка:

— Юный господин Жун, давайте сделаем так: я найду роль для Чжун И, когда он поправится. В этот раз роль ему досталась не такая уж и хорошая, второго плана. В следующий раз я постараюсь найти для него роль получше, видите...

— Так даже лучше.

Ло Чжэньтао решил, что Жун Сю согласился, и разулыбался ещё сильнее:

— Отлично, тогда так и поступим. Юный господин Жун, тогда я...

— Я сыграю эту роль.

Юноша слабо улыбнулся, и его прозрачные светлые зрачки ярко замерцали. Словно проявилось истинное обличие прекрасного нефрита, после того, как с него смахнули пыль, и в этот момент всё стало спокойным и безмятежным. Чувство неопытности, свойственное его юному возрасту, и его красивая внешность идеально соединились вместе, породив великолепное сияние. Даже Ло Чжэньтао, который был знаком с бесчисленным количеством знаменитостей, мог лишь тупо уставиться на него.

Спустя некоторое время Ло Чжэньтао, наконец, очнулся:

— ...#$@$!!!

«Какого чёрта?! Кто-кто будет играть? Только попробуй сказать это снова!!!»

*Лао-цзы – высокомерный способ говорить о себе в третьем лице.

*Они не братья; это просто обращение.

Только после того, как Ло Чжэньтао переспросил ещё пару раз, он смог поверить в то, что не ослышался.

Жун Сюй хотел… играть?

Тот самый юный господин семьи Жун, тот самый блудный бунтарь с дымчатым макияжем на глазах хотел играть?!

Первой мыслью, которая возникла у Ло Чжэньтао, было: «Ты, что, шутишь!?»

Он с подозрением взглянул на парня перед собой.

Необычно привлекательные черты выразительного лица юноши с алыми губами и белыми зубами словно сошли с картины, сильно отличаясь от того образа парня с накрашенными глазами, который сохранился в памяти Ло Чжэньтао. Он никогда бы ни подумал, что обычная версия Жун Сюя окажется именно такой. С такой выдающейся внешностью он не уступал по красоте даже самым привлекательным звёздам в индустрии. У него был потенциал суперзвезды.

Но одно дело – быть симпатичным, и совсем другое – быть актёром. Другими словами, сможет ли  этот наивный туповатый мажор играть в фильме? Да что там играть… сможет ли он перенести все трудности, которые возникают в процессе съёмок?

Ло Чжэньтао старательно подбирал выражения, пытаясь убедить Жун Сюя отказаться от его затеи. Он использовал хитрые отговорки вроде «быть актером очень утомительно» и «на съемках часто нужно находиться под прямыми лучами солнца или дождём, пачкаться, мёрзнуть», чтобы отговорить его. Так, по крайней мере, он не задевал его гордость. Ведь, пусть он и был непутёвым, он всё же оставался членом семьи Жун, а значит, обижать его не стоило.

Однако, выслушав все советы Ло Чжэньтао, Жун Сюй лишь улыбнулся и ответил:

— Спасибо за твою доброту, брат Ло, но я уже готов ко всему этому. Могу я узнать, когда я смогу увидеть сценарий?

Ло Чжэньтао удивился, и немного подумав, ответил:

— Но на съёмках может быть довольно опасно. Жун Сюй, разве я только что не говорил, что Чжун И пострадал во время съёмок?

Жун Сюй не стал отвечать на этот вопрос, вместо этого слегка наклонив свою голову. Одинокие пряди волос упали на его лоб, открыв взору пару чистых ярких глаз.

— Раз уж я уже пришёл сюда, в «ХуаСя Энтертейнмент», почему бы нам с братом Ло прямо сейчас не подняться наверх и не забрать сценарий?

Ло Чжэньтао потерял дар речи, и не смог отказать ему.

В конце концов, Ло Чжэньтао скрепя сердце повёл Жун Сюя в свой кабинет.

Хотя эта роль и была небольшой, этот второстепенный персонаж был довольно интересным. Съёмочная команда тоже была одной из лучших в стране. Режиссёр, сценарист и оба актера, играющие ведущие роли, были знамениты в своей области. Для Ло Чжэньтао было непросто заполучить эту роль. Он даже втайне использовал имя Жун Сюя, притянув знамя влияния семьи Жун.

Когда Ло Чжэньтао узнал об автокатастрофе Жун Сюя и о том, что Чжун И получил травму, он решил отдать эту роль одному из начинающих актёров под свои крылом. Если бы этот актёр справился хорошо, эта роль позволила бы ему ухватить удачу за хвост, как минимум сделав его второсортной звездой.

Мысленно Ло Чжэньтао перебирал в уме бесчисленное количество причин и отговорок. Он бы скорее предпочёл найти для Жун Сюя любую другую, более значительную роль второго плана, чем отдать эту.

Пока Ло Чжэньтао был погружен в свои невесёлые думы, красивый изящный молодой человек не спеша следовал за ним, спокойно осматриваясь в «ХуаСя Энтертейнмент», самой большой компании индустрии развлечений в этом мире.

Из названия «ХуаСя* Энтертейнмент», можно было понять, что уверенности в себе этой отечественной компании не занимать.

Жун Сюй заметил много отличий между историей этого мира, и тем, что было в его памяти. Например, что касается династии Сун, она продержалась на 50 лет дольше. После неё была династия Мин, а не династия Юань. Династия Цин имела более короткую историю, просуществовав всего несколько сотен лет, после чего Китай вступил в новую эпоху.

В начале прошлого века Китай официально учредил ассоциацию развлечений. К середине века несколько старейших членов ассоциации основали культурно-развлекательную компанию «ХуаСя Энтертейнмент».

Штаб-квартира компании была расположена в столице Китая, на 3-й кольцевой дороге города В, и включала в себя три соединенных между собой небоскреба, более чем в 50 этажей. Также у них имелся филиал и в городе S.

«ХуаСя Энтертейнмент» являлась ведущей компанией в Китае. По всему миру, возможно, с ней мог соперничать только американский Голливуд.

В «ХуаСя Энтертейнмент» работали сотни менеджеров и ещё больше артистов. Ло Чжэньтао был там всего-навсего второразрядным менеджером. Вот если бы он смог удержать того актёра, который пожелал стать независимым, у него, может, и появился бы шанс продвинуться по службе...

Пока Жун Сюй наблюдал за упорядоченной суетой, царившей в «ХуаСя Энтертейнмент», на его прекрасном лице сохранялась многозначительная улыбка.

***

Вскоре они дошли до кабинета Ло Чжэньтао. Он достал сценарий, но перед тем, как отдать его Жун Сюю, нерешительно сказал:

— Юный господин Жун, играть роль – невероятно сложно, а режиссёр этого фильма очень требовательный. Говорят, у него сложный характер… я беспокоюсь за Вас...

На этом слове Ло Чжэньтао остановился и замолчал.

Жун Сюй, улыбнувшись, взял сценарий из его рук и ответил:

— Спасибо.

В этот момент Ло Чжэньтао понял, что проиграл.

Поначалу он думал, что всё закончится тем, что он отдаст Жун Сюю сценарий. Но вышло так, что перед уходом Жун Сюй попросил его номер телефона.

Красивый юноша объяснил это так:

— В автокатастрофе мой телефон разбился, и все контакты, записанные в нём, тоже оказались утеряны.

Тут Ло Чжэньтао, наконец, понял, почему юный господин семьи Жун лично явился в компанию, чтобы найти его, вместо того, чтобы просто позвонить. Но, как раз поэтому, Ло Чжэньтао и почувствовал большое различие между тем Жун Сюем, что стоял прямо перед ним, и его версией из его воспоминаний.

Словно заметив его замешательство, Жун Сюй снова улыбнулся и произнёс:

— Последствия автокатастрофы оказались для меня весьма значительными, и в результате я в какой-то степени даже потерял свою память. Доктор сказал, что это может послужить причиной изменения личностных качеств.

В этот момент Ло Чжэньтао всё понял.

***

* Хуася – историческое понятие, представляющее китайскую национальность и цивилизацию.

После ухода Жун Сюя, Ло Чжэньтао в унынии сидел в своём кресле и вздыхал: «Потеря памяти? Изменение личности? Почему же ты тогда не забыл про роль? Это же «Борьба за превосходство» режиссёра Го Луна! Лучше бы я нашёл тебе роль второго плана в сериале про айдолов или даже одну из главных ролей...»

Но, как бы то ни было, поскольку он уже согласился отдать эту роль, Ло Чжэньтао не мог позволить себя поступать безответственно. Он немедленно связался со съёмочной группой и сообщил, что Жун Сюй присоединится к ним через несколько дней.

Съёмочная группа тоже немало разволновалась:

— Разве Чжун И не получил травму? Как он сможет участвовать в съёмках? У режиссёра Го высокие требования. Чжун И едва-едва подходил под них. Сяо Ло, если рекомендованный тобой человек не будет соответствовать им, я не могу гарантировать, что режиссёр Го послушает меня, какого-то там ассистента.

Ло Чжэньтао мог лишь горько рассмеяться:

— Брат Ван, пожалуйста, сделай мне одолжение. Через пару дней я сам приеду увидеться со съёмочной группой.

При съёмке многих фильмов, режиссёры обычно сами выбирали только актёров на главные роли. Роли же второго и третьего плана распределялись их подчинёнными. Они рекомендовали кандидатов, и если режиссёр соглашался, те сразу же могли присоединиться к команде.

Вот почему некоторые менеджеры, имеющие хорошие связи, обладали множеством возможностей.

Рано утром, не зная, что ему и думать, Ло Чжэньтао направился в Городскую Киностудию, и совершенно случайно повстречал там своего старого друга, Ван Чжао.

Ван Чжао уже шесть лет работал с режиссёром Го, и сейчас исполнял обязанности помощника режиссёра. Таким образом, используя свои связи, Ло Чжэньтао сумел заполучить эту роль.

Увидев, Ло Чжэньтао, помощник режиссёра Ван удивился:

— Ты спрашивал о Жун Сюе? Он уже давно пришёл. Он звонил нам три дня назад, чтобы подтвердить время начала съёмок. Этот паренёк такой симпатичный, и довольно дружелюбный. Режиссер Го уже утвердил его на замену Чжун И. Сегодня мы первым делом сделаем постеры с персонажами. И, если никаких проблем не будет, через семь дней мы начнём съемки. Однако ты должен знать, что поскольку мы никогда не слышали об этом Жун Сюе, перед тем, как снимать его, режиссёр Го хочет устроить прослушивание.

Ло Чжэньтао ошарашили эти слова, и он переспросил:

— Прослушивание?

Ван Чжао махнул рукой:

— Ничего особенного, просто формальность. Если он совсем оплошает, то режиссёр Го может отказать ему в роли, но он её не особо-то и ценит. Хотя сам персонаж довольно неплох, ему выделено всего несколько сцен в этом фильме. Конечно, если он будет хорошо играть – это прекрасно, но даже если и не очень, то на основную историю это особо не повлияет. Даже необученный актёр подойдёт на эту роль.

Ло Чжэньтао поперхнулся:

— Брат Ван, ты, что, правда не узнал Жун Сюя?

Ван Чжао озадаченно задал встречный вопрос:

— А почему я должен его узнать? У него такая внешность, что если бы я был с ним знаком, я ни за что не забыл бы это лицо… О, да, я хотел сказать тебе ещё кое-что… Сяо Ло, моя жена сегодня за уши всех тащила в костюмерную делать грим, и даже взглядом меня не удостоила! Она торчит там уже час!

Как только он договорил, помощника режиссёра Вана окликнул кто-то из съемочной команды, и он ушёл. Ло Чжэньтао, оставшись в одиночестве, не знал, плакать ему или смеяться.

«Он не узнал Жун Сюя? Как он мог не узнать Жун Сюя!»

Когда они прежде выпивали с Ван Чжао, то часто обсуждали Жун Сюя! Почему тогда Ван Чжао сказал, что не знаком с ним?

***

— Этот отмороженный блудный сын семьи Жун, с накрашенными глазами? Конечно, я знаю его, я даже встречался с ним разок в прошлом году. Разве он не бегает за Чжун И? Мой приятель рассказывал, что Чжун И просто развёл его, а юный господин проглотил наживку и, теперь, чтобы угодить ему, пристаёт ко всем, чтобы заполучить для него роль.

***

Что значит «не узнал»?

Что значит «не смог бы забыть это лицо»?!

Тот всего-то оделся нормально, и смыл косметику. И этого достаточно, чтобы его не узнать?

Ло Чжэньтао немного побродил по съёмочной площадке, прежде чем заметить исполнителей главных ролей.

Актриса была одной из первоклассных знаменитостей, её звали Тан Мэнлань. Дебютировав в историческом сериале, она сразу же прославилась. Сначала она снялась в нескольких сериалах об айдолах, а потом переключилась на буржуазные драмы, где добилась большого успеха и даже получила награду. Это была признанная героиня «Борьбы за превосходство» режиссёра Го, знаменитая в индустрии «Королева зрительских рейтингов».

Исполнитель главной мужской роли попал в съёмочную группу тем же самым образом, что и Жун Сюй – через личные связи. До этого он уже играл главные роли в нескольких телесериалах. Он обладал неплохими актёрскими навыками и получил соответствующее образование, но его лицо было не слишком выразительным, из-за чего он лишился нескольких возможностей.

Хотя Жун Сюй и не был актёром его команды, «менеджерская» натура Ло Чжэньтао взяла верх, и он продолжал тихо наблюдать за съёмочной группой. Как настоящему менеджеру, ему нужно было определить нрав каждого члена своей команды, особенно самых важных её представителей: тех, кого нельзя раздражать, и тех, с кем нужно ладить.

Тому известному актёру, который находился под его руководством, уже не нужно было обращать внимание на подобные вещи. Хотя он ещё и не достиг уровня Тан Мэнлань, он уже заработал себе репутацию. Но начинающим актёрам следовало быть очень осторожными.

У второсортных актёров ещё не накопилось достаточно опыта, поэтому Ло Чжэньтао постоянно напоминал им: «Вы не можете игнорировать членов команды; даже если этот человек просто носит вам еду, всё равно относитесь к нему вежливо».

Таким образом, Ло Чжэньтао бродил вокруг, пока не добрался помещения с реквизитом, где столкнулся с одним своим знакомым, и между ними завязался разговор.

Эти двое болтали о том, когда бы им лучше снова собраться вместе, но тут Ло Чжэньтао увидел, как этот крупный маньчжурец внезапно уставился на что-то, а затем хлопнув себя по ляжке, воскликнул:

— Проклятье! Какой привлекательный парень! Истинный красавец!

Ло Чжэньтао сразу же обернулся, пытаясь проследить за его взглядом, но когда его взор остановился на этом молодом человеке, он внезапно застыл!

В ослепительно ярком свете он увидел, как из костюмерной, приподняв занавес, выходит красивый элегантный молодой человек, одетый в великолепную белую парчу. Сначала показалась его белая, словно нефрит, рука с тонкими пальцами. В результате этого движения, широкий рукав соскользнул вниз, обнажив его изящное запястье.

У него были ясные спокойные глаза феникса, узкие, как с картины, брови и тонкие поджатые губы. Его длинные, чёрные как ночь, волосы ниспадали сзади, выглядя ещё ослепительнее на фоне нефритово-белой парчи.

На самом деле он был окружен беспорядочно нагромождённым реквизитом, но Ло показалось, будто он стоит на берегу широкой реки, освещенный золотым сиянием заката. Небо окрасили красные облака, последние отблески солнца отражались в реке, вода и небо сливались воедино. Когда подул прохладный ветерок, можно было услышать тихое журчание воды.

Молодой человек словно сошёл с полотна: утончённые и изящные движения сильно отличали его от людей, собравшихся вокруг. Он безмятежно дотронулся до своего глаза и мягко рассмеялся. В этот момент словно растаял зимний снег и подул тёплый летний ветерок, лаская щёки и оставляя после себя ощущение свежести и непринуждённости…

Ло Чжэньтао окаменел. Он смотрел на юношу, пока у него в глазах не потемнело, не слыша ничего, кроме бешеного биения своего сердца.

*Тук-тук. Тук-тук*.

Этот человек... этот человек...

Это на самом деле был Жун Сюй!

Как только Жун Сюй вышел из костюмерной, все сотрудники, что находились поблизости, издали громкий крик удивления.

Неважно, были то мужчины или женщины, всеобщее внимание было приковано к разодетому в белое молодому человеку. Его элегантные и утончённые движения притягивали к себе взгляды окружающих. Помимо всего прочего, вокруг него витала манящая атмосфера тепла, совсем непохожая на холодную надменность многих известных знаменитостей, которая и завоевала симпатии людей.

В общем, люди так устроены, что всегда судят по внешности.

Ло Чжэньтао почувствовал, что если бы Жун Сюй в их первую встречу выглядел именно так, то он невольно отнёсся бы к нему, как к другу, а не с таким пренебрежением, как раньше, когда у них были чисто взаимовыгодные отношения.

Что касалось Жун Сюя, то он подумал, что поскольку грим и костюмы уже готовы, можно приступать к прослушиванию.

«Борьба за превосходство» стала для «ХуаСя Энтертейнмент» самым высокобюджетным проектом года. Её режиссером выступил знаменитый Го Лун, главной актрисой – «Королева зрительских рейтингов» Тан Мэнлань, а главным актёром – популярный молодой актер, у которого уже тоже имелось целое море безумных фанатов. С бюджетом в почти триста миллионов, из которых более ста было потрачено только на костюмы, этот проект нельзя было не назвать грандиозным и проработанным.

***

Сюжет «Борьбы за превосходство» повествовал о мире, погруженном в хаос, в котором разные герои сражались за место под солнцем.

В этом мире существовал баланс трёх основных сил: Империи Лян, страны Вэй и государства Чу. Основная сюжетная линия происходит в государстве Чу, чей наследный принц является главным героем, чью роль исполняет Се Цзинсянь. Однако девять лет назад разразилась великая война между государством Чу и империей Лян, в результате которой государство Чу потерпело поражение и постепенно стало сдавать позиции одной из самых могущественных стран, уступив двум другим силам.

Наследный принц был молод и амбициозен, и страстно жаждал завоевать весь мир, поэтому он вовлёк государство Чу в бесконечно долгую войну.

В отличие от сюжетов других фильмов о временах смуты, героиня Тан Мэнлань, которую звали Сяо Сян, была добавлена в сюжет не только ради любовной линии. Она была частью основного сюжета истории, его движущей силой...

Знаменитая и выдающаяся женщина-генерал государства Чу — Сяо Сян!

Семья Сяо многие поколения была верной и преданной. Во время войны, произошедшей 9 лет назад, четыре её брата и генерал Сяо погибли на поле битвы. Сяо Сян, которой тогда было всего тринадцать лет, пришлось поднять знамя семьи Сяо и повести за собой армию своей семьи. Тогда милая дочь семьи Сяо и «исчезла» из этого мира, а ей на смену пришла Генерал Сяо.

Поэтому и сюжет и любовная линия развивались гармонично. Се Цзинсянь и Сяо Сян потихоньку начинали испытывать чувства к друг другу, но пытались скрыть их. Для них самым важным было государство Чу.

Государство Чу находилось в очень опасном положении, и избежать его поглощения двумя другими крупными странами можно было только потом и кровью.

Персонажа, которого собирался играть Жун Сюй, звали ВаньЦи Яо, и он должен был появиться в следующей ситуации:

По миру прошла молва, что тот, кто заполучит ВаньЦи, будет править миром.

Учитель ВаньЦи долгое время жил на озере Юнь Мэн, где установил три доски для настольной игры  вэйци. Игроки в вэйци могли спокойно войти в павильон, чтобы посмотреть на них, но еще никто не смог решить задачу на второй доске, не говоря уже о легендарной третьей.

Государство Чу после войны не могло похвастаться военной силой, но оно обладало плодородными землями и богатством, накопленным за сотни лет. По сравнению с более мелкими странами, провинция Лян уделяла армии намного больше внимания. Даже если Се Цзинсянь был мудр и изобретателен, а Сяо Сян – отважна и сведуща в боевых действиях, сами по себе они никак не могли вывести государство Чу из этого опасного положения.

Поэтому, в один прекрасный день, по озеру Юнь Мэн проплыл небольшой корабль, остановившись прямо перед павильоном Ван Цю.

Героически отважная женщина-генерал привезла с собой из государства Чу более двадцать лучших мастеров вэйци.

Поскольку так случилось, что сегодня в студии присутствовала и Тан Мэн Лань, для прослушивания выбрали сцену первой встречи ВанЦи Яо и Сяо Сян.

***

Режиссёр Го Лун вошёл, когда помощник режиссёра заканчивал с финальной проверкой грима актёров. Услышав громкие вздохи, он повернулся и внезапно увидел парня, одетого в белое. Глаза режиссёра Го загорелись, и он удовлетворённо закивал. Подождав, пока Жун Сюй подойдет к нему, он осмотрел его со всех сторон, а затем окликнул Тан Мэнлань:

— Мэнлань, ты не против стать его партнершей?

Тан Мэнлань улыбнулась и кивнула:

— Без проблем.

В конце концов, они собрались здесь, чтобы сняться на постеры персонажей, поэтому Тан Мэн Лань тоже была в костюме и гриме.

Тут Жун Сюй и заметил Ло Чжэньтао. Он улыбнулся и кивнул ему, и его глаза многозначительно вспыхнули искрами понимания, но он быстро прикрыл их, и Ло Чжэньтао ничего не заметил.

Ло Чжэньтао в это время находился в такой растерянности, что Жун Сюю не нужно было от него ничего скрывать – он бы всё равно не заметил.

«Похоже, Жун Сюй подходит на эту роль ещё лучше, чем Чжун И, раз он сумел получить одобрение режиссёра Го. Если бы я был менеджером Жун Сюя, я бы уже разработал несколько планов по его продвижению, и через полгода он уже стал бы полноценным актёром второго плана!»

— Не беспокойся, он уже переоделся в костюм, и с гримом всё в порядке. Тан Мэн Лань тоже здесь. Этот Жун Сюй справится, — беззаботно сказал неизвестно когда подошедший к нему помощник режиссёра. — В этот раз прослушивание будет простой формальностью. Похоже, режиссёр Го невероятно доволен тем, как выглядит Жун Сюй.

После этих слов, обычно сверхактивный разум Ло Чжэньтао полностью замер на месте.

Ло Чжэньтао горько улыбнулся:

— Я надеюсь...

«Жун Сюй станет актёром? Только при условии того, что он умеет играть! Боюсь, через пять минут режиссёр Го в ярости выгонит его со съёмочной площадки...»

Пока Ло Чжэньтао размышлял над этим, перед ним уже начиналось прослушивание.

По расписанию уже пора было снимать постеры, а они затеяли прослушивание, и это было, несомненно, немного странно. Многие члены съёмочной группы столпились вокруг, даже актёры второго плана пришли посмотреть. Режиссёр Го расслабленно сидел в своём кресле, сверля своими сверкающими глазами Тан Мэнлань и Жун Сюя, стоящих в середине сцены.

Суровая и грозная женщина-генерал вышла широкими шагами, словно на крыльях бури, и остановилась перед низким столом. Прямо держа спину, она села, скрестив ноги. Всех присутствующих тут же окатила холодная и мрачная атмосфера.

Затем Тан Мэнлань торжественно заговорила:

— Мастер, задача на второй доске уже решена. Могу я узнать, где находится третья?

Это были простые слова, но все сразу же почувствовали величие молодой женщины-генерала. Тан Мэнлань заслуживала своего звания «Королевы зрительских рейтингов», её репутация была вполне оправдана.

Го Лун удовлетворённо заулыбался.

Ло Чжэньтао тоже немного расслабился: игра Тан Мэнлань была превосходной, она определенно была одной из лучших актрис шоу-бизнеса. Может быть, с такой звездой в качестве партнера... Жун Сюй тоже не оплошает?

Думая об этом, Ло Чжэньтао повернулся, чтобы взглянуть на Жун Сюя. Как только тот попал в его поле зрения, Ло Чжэньтао невольно задержал взгляд на руке, похожей на нефритовую скульптуру, которой Жун Сюй деликатно наливал чай.

Его действия были очень спокойными, Прозрачная струя чая, переливаясь на свету, лилась из носика чайника цвета изумрудного нефрита, рисуя в воздухе красивую дугу. Казалось, что он никого не слышал, и его белая фигура была изолирована от всего мира. Его выражение лица было прекрасно, как у бессмертного. Люди могли лишь молча созерцать, как этот утончённый молодой человек с легкой улыбкой неспешно заваривает себе чай.

От Жун Сюя распространялась слабая неосязаемая аура, от которой трепетали все, кто находился в студии.

Она была не такой, как у холодной и строгой женщины-генерала, но словно была далека от бренного мира; спокойствие, которое возникает при уходе от мирских дел.

Словно все смотрели не на юношу, а на полного достоинства и таинственности отшельника из царства бессмертных. Не было бы преувеличением назвать его игру идеальной!

Режиссёр Го сначала был застигнут врасплох, но потом его глаза удивлённо расширились.

Тан Мэнлань тоже не ожидала, что поддастся ауре партнера, но она всё-таки оставалась Тан Мэнлань. Она смогла взять  себя в руки за доли секунды. Собранным и учтивым движением, Тан Мэнлань положила на чайный столик свой меч и произнесла не громким, но и не мягким голосом:

— Мастер, осмелюсь спросить, где находится третья доска?

К этому моменту Жун Сюй уже закончил разливать чай. Он нежно толкнул белую фарфоровую чашку к Тан Мэнлань и, когда она уже собиралась в третий раз задать свой вопрос, поднял голову, чтобы взглянуть на женщину-генерала.

В это мгновение пара непостижимых, чёрных как ночь глаз привлекла всеобщее внимание.

Несмотря на его юный возраст, эти глаза демонстрировали, что он уже прошёл через множество превратностей жизни, что заставило Ло Чжэньтао оцепенеть от удивления: «Жун Сяо определенно ещё не успел повзрослеть… так откуда у него такие глубокие мудрые глаза? Неужели... неужели он играет на таком уровне?! На него снизошла благодать небес?!»

— Привести двадцать человек, чтобы решить эту задачу… Не считает ли генерал, что это не очень правильно? — чистый, пронзительно холодный голос звучал, как струящийся поток.

После того, как она удивилась в первый раз, Тан Мэнлань держалась настороже, и в этот раз не растерялась. Она холодно рассмеялась и задала встречный вопрос:

— А разве мастер ранее упоминал, что задачу может решить только один человек?

Жун Сюй улыбнулся:

— Вовсе нет.

Тан Мэнлань ответила, будто это было само собой разумеющимся:

— Тогда этот скромный человек, конечно же, может пригласить для совместной битвы множество мастеров игры в вэйци из государства Чу, — как только её голос затих, Тан Мэнлань хлопнула в ладоши и произнесла, — Прошу войти мастеров игры в вэйци государства Чу!

В этот раз, поскольку она уже предупредила мастера ВаньЦи, она пригласила войти двадцать жуликов-мастеров игры в вэйци, чтобы они помогли ей смошенничать в решении задачи третьей доски.

По сценарию генерал Сяо Сян была властным и мрачным человеком. Она уже отбросила всю свою женскую ипостась, чтобы повести за собой сотни тысяч солдат армии семьи Сяо. Если бы она этого не сделала, ей бы не достало силы потрясти весь мир. Она была генералом Сяо, последней наследницей семьи Сяо.

По сценарию, после того, как Сяо Сян хлопнула в ладоши, в павильон Ван Цю должно было войти 20 игроков в вэйци.

Тан Мэнлань стояла спиной ко всем этим «мастерам игры», а Жун Сюй, который стоял к ней лицом, выглядел так, словно увидел что-то забавное. Его взгляд скользил по воздуху, словно он на самом деле видел этих людей. Когда он снова взглянул на Тан Мэнлань, он изящно наклонил голову и вымолвил:

— Так генерал верит в то, что эти двадцать человек смогут решить задачу на моей третьей доске?

Тан Мэн Лань протянула руку:

— Пожалуйста, испытайте меня!

Жун Сюй долгое время оставался неподвижным, изучая её равнодушным взглядом, а затем заговорил:

— Земля под небесами разделилась натрое, кто в этом виноват?

Тан Мэнлань слегка удивилась, а потом ответила:

— Братство распалось, и поэтому она разделилась.

Жун Сюй незамедлительно ответил:

— То, что давно разделено, должно объединиться, то, что давно объединено, должно разделиться. Всё это – не более, чем иллюзия.

Тан Мэнлань секунду посомневалась и возразила:

— Синее море превратится в рощу тутовых деревьев; всё в жизни подвержено изменениям. Пусть на озере Юнь Мэн сейчас и стоит павильон Ван Цю, но тысячи лет спустя его здесь уже не будет. И всё же, павильон Ван Цю несомненно существовал, и скорее всего оставит свой след в истории. Таким образом, павильон Ван Цю не исчезнет полностью даже через тысячи лет после того, как прекратит своё существование.

Жун Сюй молчал.

Затем он внезапно поднял правую руку, взял черный камень и осторожно положил его на игральную доску перед собой.

Какая неожиданность, камень оказался в положении Тяньюань!*

Тан Мэнлань была взволнована, но ей оставалось только смотреть на Жун Сюя, наблюдая, как этот отшельник в белом слабо улыбается и говорит:

— Ты решила уже две задачи, но теперь, в третьей игре будет коми** в семь с половиной. Третья игра будет проходить здесь, со мной. Генерал может начать.

Начать с позиции Тяньюань с коми в семь с половиной!

Это было заведомо проигрышное положение!

Прибывшие сюда двадцать мастеров игры сидели за игрой, не прерываясь ни на миг, день и ночь, пока не одержали победу над этим любимцем небес. Сяо Сян первой покинула павильон Ван Цю. ВаньЦи Яо, прежде, чем покинуть это место, провёл там ещё три дня.

Позади него в сияющем озере отражался павильон Ван Цю. При нём не было ничего, кроме маленького ребенка, которого он вовлёк в эту беспорядочную игру с военачальниками, борющимися за превосходство.

Так было написано в сценарии, но, конечно же, Жун Сюй не смог бы прямо сейчас сыграть всю эту сцену до мельчайших деталей. Однако, когда он положил камень, все, кто читал ранее сценарий, словно увидели эту сцену в своей голове. Только обладая несравненным талантом, можно было воспроизвести выразительную холодность ВаньЦи Яо.

Прослушивание закончилось, и в студии воцарилась абсолютная тишина, которая через несколько секунд была прервана пылкими приглушенными обсуждениями зрителей.

Вначале режиссёр Го вовсю улыбался, но затем внезапно тяжело вздохнул.

Жун Сюй и Тан Мэнлань всё ещё сидели за низким столиком, но, услышав тяжкий вздох режиссёра, они одновременно повернулись к нему. Пока они вглядывались в опечаленное лицо режиссёра Го, он торжественно обратился к ним:

— Жун Сюй, Мэнлань, когда начнутся съёмки, вам нужно будет как следует запомнить это состояние и не делать ошибок, понятно?!

«Он беспокоится, что их игра на официальных съёмках может уступать тому, что было на прослушивании!?»

Тан Мэнлань слегка улыбнулась:

— Режиссёр Го, можете быть в этом уверены.

Режиссер Го перевёл взгляд на Жун Сюя:

— А ты, Жун Сюй?

Уголки губ Жун Сюя поднялись и он задал встречный вопрос:

— Режиссёр Го, я так понимаю, я прошёл прослушивание?

Режиссёр Го приподнял бровь:

— Ты ещё спрашиваешь? Сам скажи, прошёл ты или нет.

Договорив, он, не дожидаясь ответа Жун Сюя, внезапно захохотал.

Ло Чжэньтао уже дважды работал с командой режиссёра Го, и редко видел, чтобы тот так радостно смеялся. Го Лун обычно был серьёзным, немногословным, и редко улыбался. Бывали даже случаи, когда он кричал на актёров, доводя их до слёз прямо в студии. Теперь же он был так счастлив... видимо, он был чрезвычайно доволен прослушиванием!

Сердце Ло Чжэньтао затрепетало от внезапной идеи: «Что если... Жун Сюй и правда может стать хорошим актёром?»

Больше у Ло Чжэньтао не осталось времени на размышления, потому что несколько актёров на площадке начали фотосессию.

Пока Жун Сюй стоял перед камерой, он притягивал к себе внимание всех зрителей. Были ли это одиночные съемки, съёмки вместе с Тан Мэнлань или даже с одним из главных героев, старшим братом ВаньЦи Яо, – он всё равно оставался всё  тем же незабываемым мастером ВанЦи Яо, которого восхваляли, как не имеющего себе равных.

К вечеру фотосессия, наконец, закончилась. Жун Сюй официально подписал контракт и через десять дней мог приступать к съёмкам сцен с его участием. Через семь дней должна была состояться церемония открытия. Жун Сюю досталась небольшая роль, и он не был известен, поэтому режиссёр позволил ему решить самому, приходить ему или нет, поскольку это было не так уж важно.

Вечером Жун Сюй попрощался со съёмочной группой. Некоторые специалисты по гриму, которые помогали ему, даже улыбнулись и сказали:

— Увидимся через десять дней.

Покинув студию, он увидел Ло Чжэньтао, который неизвестно как долго ждал его снаружи.

Жун Сюй спокойно окликнул его:

— Брат Ло.

Когда Ло Чжэньтао услышал его голос, то немедленно очнулся от оцепенения и отозвался:

— Оу! Жун Сюй, Вы... Вы тоже здесь, а?

Жун Сюй не стал разоблачать его ложь.

Они вместе вышли из киностудии. По дороге Ло Чжэньтао пытался придумать тему для разговора:

— «Борьба за превосходство» – отличный фильм, самый большой блокбастер этой зимы. Права на показ уже выкупили три спутниковые телекомпании. И цена была хорошей – более десяти миллионов за один показ.

Жун Сюй слегка кивнул:

— Неплохо.

Ло Чжэньтао продолжил:

— Я видел сегодня Ваше прослушивание. Это было удивительно. Я не ожидал, что Вы обладаете таким хорошим актёрским мастерством. Насколько я помню, первый месяц съёмок будет проходить в студии, но в следующие два месяца им придется ехать в Хэндянь* и в Сяншань*. Ещё они поедут по разным живописным местам. Так... Жун Сюй, Ваши сцены тоже будут сниматься в Хэндяне или на природе?

Ничего не ответив, Жун Сюй просто взглянул на Ло Чжэньтао и улыбнулся.

— Самому следовать за съёмочной группой не так уж и удобно... — Ло Чжэньтао немного осмелел. — Вы когда-нибудь думали о том... чтобы по-настоящему войти в шоу-бизнес?

Хотя Жун Сюй пока не ответил на вопрос Ло Чжэньтао, он и не отказывался. Когда они вышли из киностудии, управляющий Дуань уже ждал его у ворот с машиной. Жун Сюй быстро сел в автомобиль и предложил подвезти Ло Чжэньтао, но тот приехал на своей собственной машине, поэтому мог только неловко улыбнуться, отклонив добрые намерения Жун Сюя.

Провожая глазами машину, Ло Чжэньтао всё ещё чувствовал, что ему это всё приснилось. Он бессознательно попытался поправить свои очки, но тут же понял, что надел сегодня контактные линзы.

— Жун Сюй... Жун Сюй, ох... По сравнению с тем, каким ты был, это просто два разных человека...

***

Сев в машину, Жун Сюй медленно закрыл глаза, и улыбка тут же исчезла с его губ.

Наступила ночь, и город осветили огни. Десятки тысяч городских огней проникали через коричневую тонировку автомобиля и отражались на утончённом лице юноши, ещё больше подчеркивая его необычную красоту.

Конечно же, Жун Сюй понял, что хотел сказать Ло Чжэньтао, но он не хотел торопиться с ответом.

Согласно памяти настоящего владельца тела, Ло Чжэньтао в последнее время был занят попытками убедить того известного актёра не уходить из компании. Хотя «ХуаСя Энтертейнмент» была хороша, на неё также работало и множество ярких звёзд. Поэтому, не обладая уникальным непревзойдённым талантом, невозможно было стать номером один или получить для себя лучшие возможности. С другой стороны, если открыть своё дело – можно стать большой рыбой в маленьком пруду, вместо маленькой рыбы в большом пруду, и получить больше пространства для развития.

Жун не беспокоился, что его, подобно другим новичкам, затмят многочисленные артисты «ХуаСя Энтертейнмент». Но он хотел подождать ещё немного. Он хотел понаблюдать, достаточно ли компетентен Ло Чжэньтао как менеджер, а также подождать, пока та звезда официально уйдёт из компании, чтобы Ло смог полностью сфокусироваться на том, чтобы стать его менеджером.

Для того, чтобы стать популярной звездой, хороший менеджер был просто необходим.

Через некоторое время автомобиль выехал на шоссе. Жун Сюй перебирал в памяти события прошедшего дня, когда внезапно услышал, как управляющий Дуань мягко напоминает ему:

— Юный господин, Вторая Госпожа вернулась.

Жун Сюй, мгновение помолчав, улыбнулся:

— Хорошо.

Господин и Госпожа – это родители Жун Сюя, а Второй Господин и Вторая Госпожа – его дядя и тётка.

Та самая тётка, которая три месяца путешествовала по Европе и ни разу не навестила своего племянника в больнице, сегодня наконец-то решила вернуться домой.

* Хэндянь – крупнейшая киностудия в Азии, в 160 км от Ханчжоу и в 90 км от Цзиньхуа.

* Сяншань – «Слоновья Гора» – гора высотой 183 метра в округе СиньИ, Тайпэй, Тайвань.

Ло Чжэньтао тихо ждал неподалеку, переваривая увиденное.

***

* Центральная позиция на доске

** Компенсация, которую получает играющий белыми за право хода чёрных.

Машина медленно заехала в гараж. Жун Сюй вышел из неё, направившись к дому, но не успел сделать и пары шагов, как внезапно услышал резкий женский голос.

— Как ты обращаешься с вещами?! Няня Ван, поосторожней с вазой, не урони её. Ах! Я же говорила тебе быть осторожнее! Понежнее, поняла?!

Визгливый голос был пронзительным и неприятным для слуха. Когда Жун Сюй вошёл в дом, богато разодетая немолодая женщина сразу же повернулась к нему. Она была довольно привлекательной, на ней был зелёный нефритовый браслет и ожерелье из крупного жемчуга. Её запястья были в два раза толще, чем у Жун Сюя.

Может быть, она не ожидала так внезапно встретиться с ним, или её поразил его внешний вид, но она на долгое время замерла, а затем поморгала и ядовито сказала:

— Привет. Значит, наша знаменитость наконец-то вернулась? Почему за тобой никто не отправился? Управляющий Дуань, за что, ты думаешь, мы тебе платим? Как ты мог позволить нашему Сяо Сюю придти сюда на своих двоих?

В душе Жун Сюй лишь посмеялся над этим, и мягко поприветствовав:

— Вторая тетушка, — повернулся и начал подниматься по лестнице.

Не успел он уйти, как снова послышался голос этой женщины:

— Твой ужин на кухне. Не говори потом, что тётушка тебя обижает. Ты ещё растешь, так что ешь побольше, ладно?

Как только она сделала это замечание, управляющий Дуань, который только что вошёл, холодно посмотрел на Няню Ван:

— Почему ты не разогрела ужин для юного господина?

Позволить господину питаться на кухне, в любом приличном состоятельном доме можно рассматривать как отсутствие дисциплины. Няня Ван, которая держала в руках вазу, заколебалась, но не посмела сдвинуться с места, осторожно взглянув на резкое выражение лица Второй Госпожи.

Вторая Госпожа, казалось, не поняла, что имел в виду управляющий Дуань и даже помпезно заявила:

— Просто поешь на кухне, заодно слугам не придётся потом убирать со стола. Наш Сяо Сюй теперь взялся за ум и даже собирается стать суперзвездой, не так ли?

Жун Сюй спокойно стоял посреди гостиной. Яркий свет светил прямо на его голову, отбрасывая тусклую тень на его бледное лицо. Он спокойно смотрел на Вторую Госпожу, стоящую неподалёку. На его лице не было заметно ни гнева, ни каких-нибудь других эмоций, кроме невозмутимости, как у старого колодца без ряби на воде.

Жун Сюй никогда не скрывал того, что участвует в съёмках, в конце концов, он не мог сам ездить туда и обратно. Это было слишком дорого, поэтому ему пришлось просить управляющего Дуань подвезти его. Кредитная карта была заморожена, и это тело всё ещё было несовершеннолетним, из-за чего он не мог легально водить машину.

Жун Сюй прекрасно понимал, что рано или поздно его дядюшка и тётушка узнают о том, что он участвует в съёмках. Но он никогда бы не подумал, что Вторая Тётушка так своеобразно отреагирует на это.

Немного подумав, Жун Сюй взглянул на неловко мнущуюся Няню Ван и сказал:

— Не нужно, Няня Ван. Я поел со съёмочной группой. Я пойду наверх, Вторая Тётушка.

И снова, не дав Жун Сюю сделать и пары шагов, Вторая Госпожа продолжила свои насмешки:

— Твои старшие всё ещё здесь, а ты уже собираешься подняться наверх? Где твои манеры? Ну же, позволь своей Второй Тётушке немного позаботиться о тебе. Как ты себя чувствуешь? Я слышала, что ты ударился головой? Ты же не поглупел от этого, верно?

Говоря это, Вторая Госпожа подходила к Жун Сюю всё ближе, собираясь протянуть к нему руку, чтобы дотронуться до его волос. Неизвестно, вырастил ли Жун Сюй глаза на затылке, но он внезапно сдвинулся в сторону, и её рука коснулась воздуха. Лицо Второй Госпожи вытянулось, и она хотела уже воспользоваться этой возможностью, чтобы разозлиться, но, когда она повернулась, её взгляд упал на пару угольно-чёрных глаз.

Эти глаза были чёрными, без блеска, мудрыми и непостижимыми, словно Вторая Госпожа коснулась бесконечности. Они были такими холодными, что она невольно задрожала. Это был взгляд хищника, и у неё от него кровь застыла в жилах. Она неловко одёрнула руку.

Жун Сюй тихо смотрел на благородную даму, стоящую перед ним, а затем приподнял уголки губ, обнажив улыбку, лишённую всякой теплоты, холодно заявив:

— Вторая Тётушка, я пойду наверх, — он сделал акцент на слова «вторая тётушка», а затем, недолго думая, повернулся к ней спиной.

Как только Жун Сюй дошёл до середины лестницы, он услышал тихий голос Второй Госпожи:

— Какое неподобающее поведение. Может его мать и родила его, но так ничему и не научила.

Жун Сюй внезапно замер на месте и повернул голову. Его ледяной взгляд пронзил Вторую Госпожу, заставив её задрожать. В этот момент юноша как будто превратился в хладнокровного Асуру, став похожим на мертвеца.

Жун Сюй обратился к Няне Ван:

— Няня Ван, эта ваза довольно неплоха… не покажешь мне её?

Няня Ван удивилась и неосознанно повернулась, чтобы взглянуть на Вторую Госпожу. Увидев её безразличный вид, она медленно пошла вперёд и передала вазу юноше.

Эта ваза была артефактом времён поздней династии Цин, но на самом деле она была не такой уж ценной. В своей прошлой жизни Жун Сюй, прославившись, принимал участие в различных благотворительных аукционах, поэтому немного разбирался в антиквариате. Эта ваза была максимум второразрядным предметом, который только выглядел так, будто был сделан в печи Гуань*, но на самом деле вряд ли был достоин того, чтобы украшать дом какого-нибудь чиновника того времени. Неизвестно, где Вторая Госпожа раздобыла эту подделку, но, какая потеря, что, заплатив за неё триста тысяч, она стала относиться к дешёвой подделке как к бесценному сокровищу.

Размышляя обо всем этом, Жун Сюй открыл рот и произнёс:

— Неплохо.

Вторая Госпожа бросила на него странный взгляд и насмешливо улыбнулась:

— Я потратила на эту вазу из печи Гуань пятьсот тысяч, знаешь ли. Няня Ван, забери вазу и поставь куда положено. Особые вещи созданы для особых людей...

*Бряк!*

Тело Второй Госпожи одеревенело. Её губы беззвучно шевелились, потому что слова застряли в горле. Её лицо побледнело, а все тело задрожало; у неё на лбу выступил холодный пот. Всего в полуметре от неё были разбросаны осколки, что означало, что она едва избежала жуткой катастрофы! Если бы Жун Сюй бросил вазу немного правее, она обязательно угодила бы ей в голову и раскроила череп!

Вторая Госпожа наконец-то пришла в себя, и начала подниматься по лестнице, злобно визжа:

— Ах ты, мелкий негодяй, ну погоди у меня! Не слишком ли ты осмелел!? Как ты посмел трогать мои вещи и портить их!

— Проваливай, — Жун Сюй схватил бронзовый треножник, стоящий на лестничном пролете и бросил его прямо во Вторую Госпожу.

Женщина шарахнулась в сторону, ударилась о перила и чуть не скатилась с лестницы.

Жун Сюй холодно уставился на неё, а затем внезапно улыбнулся и произнёс ровным голосом:

— Когда Вы увидели, что я стал выглядеть иначе, то сразу забыли, каким я был прежде? Вторая Тётушка, я – мужчина. Вы уверены, что хотите потягаться со мной? Ох, а что случилось с кабинетом Второго Дядюшки шесть месяцев назад? А кто в прошлом году испортил все ваши ювелирные украшения... — помолчав, Жун Сюй улыбнулся немного теплее. — Хотите, чтобы я вам об этом напомнил?

Все находящиеся в комнате тут же это вспомнили.

Управляющий Дуань и Няня Ван отреагировали намного более бурно, чем Вторая Госпожа, которая только отошла от шока и ещё не поняла, что к чему. Но управляющий Дуань и остальные уже давно знали Жун Сюя. За эти последние дни их господин словно поменялся телами с другим человеком. Он стал мягче в общении с другими людьми, и оборвал все связи со своими плохими друзьями. Сегодня он даже встал рано утром, чтобы отправиться на киностудию.

Казалось, что он на самом деле изменился, стал теплее и приятнее в общении.

Изменения в его внешнем виде, похоже, заставили Вторую Госпожу потерять бдительность, но теперь она словно очнулась. Да, как она могла забыть о том, что у этого маленького негодяя нет стыда, и он может ударить даже женщину!

Вторая Госпожа не посмела больше ничего сказать, и Жун Сюй, наградив её ещё одним холодным взглядом, принялся подниматься по лестнице. В этот раз Вторая Госпожа воздержалась от насмешек. Но, подождав до того момента, как он уже почти вошёл в свою комнату, она громко сказала:

— Ты, конечно, вырос. Ох, да, вырос! Отлично, вот подожди, приедет Жун Хэн, посмотрим, как ты запоешь!

Жун Сюй не смог сдержать смех: обязательно нужно было строить из себя крутую из-за спины кого-то посильнее, не смея при этом посмотреть ему в лицо?

Не обращая внимания на грубость и глупость Второй Госпожи, Жун Сюй открыл дверь и вошёл в свою комнату, громко хлопнув дверью. Снаружи всё ещё была слышна ругань Второй Госпожи. Жун Сюй прислонился к двери и осторожно помассировал виски.

Откровенно говоря, отношения в этой семье были слишком сложными.

Когда старый господин, дед Жун Сюя, был ещё жив, настоящий владелец тела исправно посещал занятия, пусть он и был не особо умен и послушен. После смерти деда тётка и дядя показали свои истинные лица. Второй Дядюшка Жун Хэн не очень хорошо относился к Жун Сюю, а Вторая Тётушка ежедневно отпускала саркастически замечания в его адрес. Кроме того, когда настоящий Жун Сюй был младше, они, пользуясь положением старших, частенько били его.

То, что его родители погибли один за другим в этот чувствительный для подростков период, наложилось на ужасное отношение к нему его родственников. В результате настоящий Жун Сюй быстро стал невежественным вредным юношей. Каждый день со своими приятелями он проводил в кутежах, пьянках, драках, и закончилось это всё вождением в нетрезвом виде.

— Они все могут винить тебя сколько угодно, но я подхожу на эту роль меньше всех...

Жун Сюй мягко покачал головой, слабо улыбнувшись.

В любом случае, настоящий Жун Сюй подарил ему новую жизнь. Даже если мальчик поступал дурно, он был не вправе осуждать его. Более того, если что-то с самого начала принадлежало тому, он вернул бы это для него. Сейчас, например, сам Жун Сюй ни за что не стал бы спорить со Второй Госпожой, но внутри его тела остались некие скрытые инстинкты.

«Можешь ругать меня, но не смей говорить плохо о моей маме!»

Поэтому вместо настоящего Жун Сюя, он разбил эту чёртову вазу сам.

— Похоже, первым делом нужно подыскать возможность покинуть это место...

Приняв, наконец, решение, Жун Сюй взял свой мобильник за тысячу юаней и начал искать информацию о недвижимости, мысленно подсчитывая, сколько у него осталось денег. Однако он не ожидал, что Вторая Тётушка продержится так долго. Она без передышки ругала его ещё полных два часа...

Подождав, пока её крики, наконец, затихнут, Жун Сюй открыл дверь и начал спускаться по лестнице. Когда он снова пошёл наверх, она снова принялась ругаться. Но на следующий день, когда она была готова возобновить свой «концерт», она обнаружила, что у неё болит горло.

В это время Жун Сюй уже сидел на первом этаже, собираясь завтракать. Он притворился, что не слышал её «поросячьего визга перед убоем».

Горло заболело само собой…? Она была вчера столь энергична, что он нарочно настроил кондиционер на 16 градусов и выкрутил мощность на максимум в спальне Второй Госпожи.

В течение нескольких дней Жун Сюй принимал кое-какие лекарства, чтобы улучшить своё общее состояние, одновременно тренируясь. Всё это время лишённая голоса Вторая Госпожа могла только щурясь игнорировать его существование. Когда она, наконец, получила возможность начать ругаться снова, Жун Сюй уже приступил к съемкам, и уходил из дома очень рано, поэтому они не пересекались.

***

Съёмки «Борьбы за превосходство» уже начались. На третий день Жун Сюй официально присоединился к съёмочной группе и приступил  к съёмкам своих сцен.

Действие в сценах, которые снимали в городе В, происходило в помещении. Поэтому такие съемки считались самой лёгкой частью работы. Сейчас, в жаркие летние дни, они включали в студии кондиционер, но начиная со следующего месяца им нужно было ехать в Хэндянь в южном Китае, чтобы начать съемки на природе, где им придётся торчать под палящим солнцем.

За несколько дней до начала съёмок съёмочная команда ещё испытывала неловкость при общении. Но к тому времени, когда появился Жун Сюй, лёд уже растаял, и они начали неплохо ладить друг с другом.

Жун Сюя порекомендовал помощник режиссёра Ван. Поэтому, когда Жун Сюй пришёл в свой первый рабочий день, тот специально зашёл к нему в гримёрку и тихо сказал:

— В конце концов, это Ваша первая сцена. Вы будете снимать сцену с Тан цзе. Жун Сюй, постарайтесь не напортачить. Режиссёр Го очень суеверен насчёт такого. Если Вы плохо отыграете в своей первой сцене, он решит, что так продолжится и дальше.

Жун Сюй улыбнулся и кивнул:

— Хорошо, я понял. Спасибо, брат Ван.

Ван Чжао всё ещё выглядел озабоченным:

— Ваш старший брат дважды накосячил в своей первой сцене, и теперь всякий раз, когда попадается на глаза режиссёру Го, тот смотрит на него с такой кислой миной...

Жун Сюй бросил взгляд в сторону. В этот момент актёр, исполняющий одну из главных ролей, Е Цяо, стоял перед режиссёром Го, получая очередной выговор.

Конечно же, когда Ван Чжао сказал фразу «старший брат» он не имел в виду, что Е Цяо был настоящим братом Жун Сюя. Он подразумевал, что тот исполняет роль ДунЛи Ланя, который по сценарию «Борьбы за превосходство» был старшим братом ВанЦи Яо. Они были учениками одного мастера; один из них был наследным принцем империи Лан, а второй — отшельником, не имеющим ничего общего с мирскими делами. Однако, в свете того, что ВанЦи Яо стал военным советником государства Чу, этим двоим было не избежать сражения друг с другом.

ДунЛи ненавидел ВанЦи Яо из-за того, что во время их обучения он во всем уступал своему младшему брату. В конце концов, их мастер передал павильон Ван Цю его злополучному младшему брату. Павильону Ван Цю принадлежала разветвлённая шпионская сеть, поэтому ещё восемь лет назад ВанЦи Яо знал, что когда ДунЛи Лань восстал против учений мастера и вернулся в Империю Лян, он полагался на статус выпускника школы павильона Ван Ци, чтобы заполучить расположение наследного принца.

Что касается получения информации, ДунЛи сильно уступал ВанЦи Яо, но что касается боевых искусств, даже десять ВанЦи Яо уступали бы ДунЛи Ланю в бою.

Отношения двух братьев были важной частью «Борьбы за превосходство». Кульминацией их было поле боя, где мог выжить только один из них.

Взглянув издалека на Е Цяо, Жун Сюй взял себя в руки и вспомнил свой разговор с Ло Чжэньтао.

Есть такие актеры, которым ещё не выпала подходящая возможность, и их личность не достаточно впечатляет, чтобы запомниться зрителям. Возможно, в этот раз этому Е Цяо удастся «выстрелить».

Спустя полчаса Жун Сюй снялся в своей первой сцене. Помощник режиссёра Ван весь изошёл холодным потом, потому что из-за ошибки Е Цяо режиссёр Го сидел с сердитым лицом, молча наблюдая за игрой Жун Сюя и Тан Мэнлань.

Но у него всё получилось... с первой попытки!

Получилось на удивление хорошо, поразительно удачно… Даже режиссёр Го выглядел довольным.

Съёмки продолжались больше десяти дней. На пятнадцатый день, наконец, появился исполнитель главной роли – Дун Чжэн. У Жун Сюя не было особо много сцен с ним, поэтому вместо этого он наблюдал, как тот играет в своих сценах с Тан Мэнлань или с Е Цяо. В этом фильме было очень мало женских персонажей, кроме Тан Мэнлань, конечно, и у той было довольно мало сцен.

***

Пока всё шло гладко. Жун Сюй обедал вместе с другими актёрами на площадке заказанной едой, а управляющий Дуань привозил его по утрам и забирал по вечерам. Менее чем за месяц все павильонные съемки были завершены, и съёмочная группа начала готовиться к вылету в Хэндянь. Актёры должны были последовать за ними через два дня, когда все приготовления к съёмкам будут закончены.

За этот месяц Тан Мэнлань и Жун Сюй сдружились. Тан Мэнлань уже разузнала кое-что про Жун Сюя, в том числе и то, что он был юным господином семьи Жун. Тан Мэнлань никому об этом не рассказывала, вместо этого часто болтая с Жун Сюем.

Тан Мэнлань занимала сейчас такое положение, что ей не было необходимости угождать и льстить Жун Сюю. Причина, по которой она сблизилась с ним, заключалась в том, что он был очень добродушен, и им было очень просто поладить. К тому же, тот факт, что Жун Сюй в раннем возрасте потерял обоих родителей, пробудил в Тан Мэнлань материнский инстинкт.

— Какая жалость… если бы мы снимались ещё два дня, то могли бы пересечься со съёмочной группой «Ученика». Там снимается моя приятельница, Тань Вэнь, может, она смогла бы провести нас, чтобы поглядеть на съёмки... Возможно, мы даже могли бы встретиться с Ся Муянь.

Тан Мэнлань считалась самой большой звездой среди всех актёров, задействованных в «Борьбе за превосходство», поэтому все, включая Дун Чжэна, Е Цяо и Жун Сюя, синхронно закивали в ответ на её слова.

Дун Чжэн с улыбкой сказал:

— Было бы здорово встретиться с Ся цзе. Одной из причин, почему я захотел стать актёром, было то, что в детстве я увидел её игру в фильме «Точке пересечения лестниц».

После этих слов все рассмеялись. Правда это была или ложь – было известно одному Дун Чжэну.

Сам Жун Сюй ещё не был хорошо знаком с местной индустрией развлечений, и еще не слышал об этом  «Ученике». Но о Ся Муянь он уже слышал. Этой императрице киноиндустрии было немногим больше тридцати, но она уже успела получить три награды в Китае, и номинацию на «Оскар» в Америке. Многие актёры считали её своим кумиром и богиней.

Е Цяо внезапно спросил:

— Я слышал, что главную роль в «Ученике» играет Цинь Чэн? Он тоже там будет?

Жун Сюй впервые слышал имя «Цинь Чэн». Он порылся в своей голове, но обнаружил только несколько заголовков фильмов. Он совершенно не помнил, как выглядел этот парень. Жун Сюй внезапно понял, что в памяти настоящего Жун Сюя не закрепилась внешность ни одного актёра – там были одни образы актрис!

«Он был слишком халатен. Как только я вернусь сегодня домой, мне придётся освежить свои знания».

Тан Мэнлань, услышав Е Цяо, внезапно рассмеялась:

— Конечно же, Цинь Чэн тоже приедет, но он будет там всего несколько дней. К сожалению, мы к тому времени уже будем в Хэндяне. Боюсь, Цинь Чэна увидеть будет куда сложнее, чем Ся Муянь.

Е Цяо вздохнул:

— Я пришёл в шоу-бизнес после просмотра «Вечернего звука» с Цинь Чэном...

Тан Мэнлань и Дун Чжэн рассмеялись, а Жун Сюй странно посмотрел на Е Цяо, смущённо опустившего голову. И в этот момент Жун Сюй необъяснимым образом понял, что парень говорит правду.

Как бы то ни было, через три дня Жун Сюй вместе со съёмочной группой отправился в жаркий и влажный Хэндянь.

*Цзе – обращение у китайцев; что-то вроде «старшая сестра».

Несмотря на различия в истории, всегда имелось некоторое сходство.

Хотя этот Хэндянь и Хэндянь, который Жун Сюй знал, как «Город Кино и Телевидения» в своей прошлой жизни, был одним и тем же местом, после того, как Жун Сюй прибыл в этот город, он не мог перестать удивляться обилию разнообразных съёмочных площадок.

Чем разнообразнее были места для съёмок, тем обширнее становилась зона действия фильмов и сериалов. Этот Город Кино и Телевидения был не только гораздо более процветающим, чем тот, что был в прошлой жизни Жун Сюя, но также и более удобным для съёмок фильмов.

Жун Сюй был в этом Городе «КиТ» (Кино и Телевидения) впервые, но другие актёры «Борьбы за превосходство», вроде Тан Мэнлань и Дун Чжэна уже бывали здесь на съёмках бесчисленного количества работ. Все быстро привыкли к здешней атмосфере съёмок, и этот прогресс стремительно продвигался вперёд.

Жун Сюй проснулся рано утром и направился на площадку, чтобы начать делать макияж.

У Тан Мэнлань и Дун Чжэна имелись свои личные визажисты, в отличие от Жун Сюя. Сегодня он играл в первой же сцене, поэтому ему пришлось встать очень рано.

Визажист Сюй цзе мягко нанесла базу на его лицо, сделав и без того белую и гладкую кожу ещё более сияющей. Она стала похожа на белый фарфор, переливающийся сверкающими бликами, с почти невидимыми порами.

У Жун Сюя была очень хорошая кожа и густые длинные ресницы, но это не означало, что ему не нужен был макияж.

Перед камерой с высоким разрешением все недостатки будут многократно усилены, в результате чего зрителям станет плевать на все ваши преимущества.

Если вы хотите стать актёром, не проделывая сложный путь не испытывая трудностей на каждом шагу, хорошая внешность просто необходима. Например, из-за объектива лицо человека кажется намного больше, поэтому у большинства актёров лица довольно маленькие. Лица размером с ладонь – не редкость в кино.

Через полчаса сложный макияж, наконец, был готов. На первый взгляд казалось, что на лице Жун Сюя не было ни грамма косметики, но под объективами его глаза феникса выглядели более яркими и выразительными, приковывая к себе всё внимание. Его лицо также стало выглядеть более «трёхмерным».

Сюй цзе посетовала:

— Вы только приехали в Хэндянь, и у Вас пока нет прыщей. Сяо Сюй, Вы должны заботиться о себе! Съёмки в последнее время действительно очень непростые, и Вы часто будете ложиться спать далеко за полночь. Вы не можете повторить участь Е Цяо, у которого в итоге выскочил прыщ на лбу.

Как только она сказала это, Е Цяо открыл дверь в гримёрную и, услышав её слова, беспомощно рассмеялся:

— Сюй цзе, я тоже не хотел этого.

Менеджер Е Цяо быстро помог ему разобраться с костюмом, и теперь настала его очередь наносить макияж. Губы Жун Сюя невольно сложились в улыбке, когда он увидел, как Сюй Цзе и Е Цяо шутят.

Когда он уже собирался покинуть гримёрную, Е Цяо окликнул его:

— Жун Сюй, у нас будет совместная сцена днём… не хочешь отрепетировать?

Жун Сюй слабо улыбнулся и кивнул:

— Конечно.

***

Когда небо полностью посветлело, съёмочная группа приступила к съёмкам первой сцены.

Действия этой сцены происходили после того, как Сяо Сян предложила ВаньЦи Яо покинуть павильон Ван Цю и он, наконец, завоевал доверие армии семьи Сяо.

Армия семьи Сяо была широко известной армией «железной крови» государства Чу, а какой-то мальчишка хотел, чтобы они поклонились ему? Это было невозможно! Когда ВаньЦи Яо впервые пришёл в казармы, никто не обращал на него внимания. Даже после того, как он раздал приказы, они  были вынуждены выполнить их, но делали это с крайней апатией и нежеланием.

ВаньЦи Яо заключил пари с Сяо Сян: с помощью всего трёх тысяч личных стражников Сяо Сян он победит группу из тридцати тысяч военнослужащих, отказывающихся подчиниться приказам. Сцена, которую они должны были снимать сегодня, повествовала о том, как Сяо Сян проиграла это пари.

Среди зелёных холмов и прозрачных рек молодой военный советник несравненного таланта, одетый в белое чанпао, равнодушно получал свой выигрыш.

Всем солдатам армии Семьи Сяо было стыдно, пока группа заместителей генералов настойчиво пыталась переубедить Сяо Сян. Сяо Сян молчала, наблюдая за тем, как «тигр*» теряется в ладони ВаньЦи Яо. Этот чёрный нефрит ярко блестел на солнце, контрастируя с белоснежной кожей юноши и порождая какие-то неописуемые блики, неприятные для глаз.

Как могло случиться такое, что этим солдатам стало стыдно? Сяо Сян чувствовала стыд не меньше.

Её солдаты были бессильны до такой степени, и ВаньЦи Яо хватило всего трёх тысяч бойцов личной стражи, чтобы полностью разгромить их. Это было позором для Сяо Сян.

Как будто чувствуя неловкость Сяо Сян, ВаньЦи Яо отложил изучения «тигра», тихо позвав её:

— Генерал.

Тан Мэнлань неосознанно подняла голову, чтобы посмотреть на Жун Сюя, и обомлела.

Взоры всех наблюдателей на съёмочной площадке были прикованы к Тан Мэнлань и Жун Сюю. Вентилятор непрерывно дул на них, имитируя сильный ветер, со свистом проносящийся по долине. Жун Сюй слегка опустил глаза; его шелковистые чёрные волосы развевались по ветру, а его чрезвычайно элегантный внешний вид заставил людей невольно задержать дыхание.

Нежная и элегантная аура, которая словно заставляла зрителей поверить в происходящее, постепенно рассеивалась. Все на площадке замерли, глядя на этого молодого человека; все импульсивные и беспокойные мысли куда-то исчезли.

Яркие и ясные глаза Жун Сюя слабо сверкнули, а сам юноша лишь мягко улыбнулся. У всех в головах необъяснимым образом родилась одна и та же мысль: «Я просто должен поверить в него! Нет ничего невозможного. Он – легенда, и способен изменить мир!»

В этот момент губы Жун Сюя изогнулись в слабой улыбке, и иллюзорная тень накрыла его.

Мастер павильона Ван Цю ВаньЦи Яо  («заполучить ВаньЦи означало заполучить весь мир») прямо сейчас был здесь!

Взгляд режиссёра Го был прикован к Жун Сюю; он выпрямился, пристально наблюдая за его игрой. Он наблюдал за тем, как юноша в белом протянул правую руку, чтобы взять Тан Мэнлань за руку, и мягким движением медленно поместил «тигра» в центр её ладони.

Видя, что Тан Мэнлань выглядит немного ошеломлённой, режиссёр Го нахмурился, но ничего не сделал. Эта реакция была правильной, и хотя он знал, что Тан Мэнлань была ошеломлена по другой причине и в данный момент не играла, её эмоции, по крайней мере, соответствовали сценарию.

Жун Сюй улыбнулся:

— «Тигр» должен быть в руках Генерала, — сделав паузу, юноша улыбнулся ещё шире, и его голос эхом разнёсся по бескрайним лесным просторам, — Но что касается этих тридцати тысяч солдат... ВаньЦи Яо победил их.

В тот момент, когда эти слова прозвучали, Жун Сюй бросил небрежный взгляд на тридцать тысяч солдат в стороне. Выражение его лица было спокойным и сдержанным, как будто он только что передал ей не «фу*» в форме тигра, который давал ему право командовать тысячной армией, а самый обычный нефрит.

Одно это предложение заставило тридцать тысяч солдат погрузиться в абсолютную тишину.

Можно заполучить «фу», но не сердца людей.

«Тигр» мог быть в руках ВаньЦи Яо, но сердца народа не принадлежали бы ему. Они всё ещё оставались бы преданными Сяо Сян. Однако теперь, когда он вернул Сяо Сян её «тигра», он завоевал сердца людей. Самой грозной вещью в мире была не сила, которую вы держали в своих руках, а сила, которую вы держали в сердце!

На этом моменте сцена закончилась.

Режиссёр Го пересмотрел отснятый материал, несколько раз удовлетворенно кивнув. Сначала он похвалил Жун Сюя, но указал и на один недостаток:

— Немного сдерживай себя: эта сцена – не самая главная с ВаньЦи Яо. Если ты покажешь все свои козыри сейчас, что ты будешь делать на важных сценах позже? Если ты не сможешь отыграть ещё лучше, чем сейчас, прибыль не компенсирует потери.

Слишком хорошая игра тоже может быть неправильной?

Да, именно так.

В сценарии было несколько сцен, которые можно было просто пропустить, не беспокоясь о деталях. Тем не менее, некоторые сцены были очень важны, так как они играли значимую роль в развитии сюжета или раскрывали характер персонажей, важных для привлечения внимания аудитории.

Тот факт, что режиссёр Го давал Жун Сюю советы, говорил о том, что он уже считал его одним из своих людей. В противном случае, ему не было бы абсолютно никакой необходимости делать это, потому что интерпретация ВаньЦи Яо не особо влияла на сюжет. В конце концов, Жун Сюй появлялся только в коротких двадцати пяти эпизодах, а остальные сорок не имели к нему никакого отношения.

Выслушав его, Жун Сюй смиренно кивнул:

— Спасибо, режиссёр Го.

Режиссёр Го кивнул, и когда Жун Сюй собирался уже уйти, он невзначай спросил:

— Ты сможешь продолжать играть так же хорошо?

Жун Сюй остановился и повернул голову, с улыбкой ответив:

— Я сделаю всё возможное.

На лице Го Луна появилась удовлетворённая улыбка, в то время как помощник режиссёра Ван задумчиво наблюдал за Жун Сюем со стороны.

«Этот юноша неплох… ах, на свете есть крайне мало людей, которые могут удовлетворить режиссёра Го. Талантливый, с прекрасными внешними данными… он словно рождён, чтобы быть актёром. Кажется, он ещё не подписал контракт ни с одной компанией?»

Ван Чжао вышел из студии, чтобы позвонить Ло Чжэньтао.

* «tiger tally» или «фу» –  особый предмет, состоящий из двух частей, предоставляющийся людям - обычно офицерам - древнего Китая в качестве символа власти. Одна его часть находилась у определенного лица или в определенном месте, а другая, принадлежащая офицеру, сопоставлялась с ней, когда была необходима проверка. Во времена Хань и Трех Королевств «фу», принадлежавшие высокопоставленным офицерам, обычно делали из бронзы и выполняли в форме тигра.

Дождавшись, пока Ван Чжао уйдёт, режиссёр Го позвал Тан Мэнлань. Выражение лица режиссёра Го резко изменилось; дружелюбие, с которым он разговаривал с Жун Сюем, как рукой сняло.

Режиссёр Го нахмурился и спросил:

— Почему ты вдруг допустила ошибку именно сейчас? Мэнлань, я уже дважды работал с тобой и точно знаю: ты – не небрежный человек. Эта сцена вышла сносной, да, но я не могу допустить, чтобы это повторилось снова, договорились? Трудно найти кого-то, кто играл бы так же хорошо, как Жун Сюй, а ты, хоть ты и опытна, только что чуть не испортила прекрасную сцену.

Тан Мэнлань неохотно кивнула, после чего режиссёр Го махнул рукой, позволив ей уйти.

Однако в следующее мгновение Тан Мэнлань стала грустной, удручённо наблюдая за фигурой Жун Сюя неподалёку.

Как могло произойти такое, что она ошибиться? Это было очевидно, потому что Жун Сюй беззаботно водил её за нос!

Тан Мэнлань никогда раньше не доводилось играть персонажей типажа Сяо Сян. В «Борьбе за превосходство» все её эмоциональные сцены были связаны только с главным героем, но сценарий также содержал и скрытый намёк: ВаньЦи Яо, похоже, был заинтересован в ней.

Это чувство, естественно, было неясным: если вы говорите, что он чувствует это, значит он чувствует; если нет – то нет.

Но как зрители могли вообразить, что, хотя по сюжету ВаньЦи Яо восхищался Сяо Сян, когда дело доходило до съёмок, сама Тан Мэнлань необъяснимым образом чувствовала, что именно Жун Сюй должен быть с ней!

Несколько дней после съемок Тан Мэнлань пролежала в постели, но не могла заснуть, как бы ни старалась. Накануне вечером она открыла сценарий на своём телефоне, перечитывая его около часа. Чем больше она читала, тем больше думала; почему Сяо Сян не влюбилась в ВаньЦи Яо?

Тан Мэнлань в роли Сяо Сян и Дун Чжэн в роли наследного принца Се Цзинсяня уже снимались вместе во многих сценах, и много контактировали с Е Цяо, исполняющим роль ДунЛи Лана. Но независимо от того, сколько раз эти мужчины появлялись с ней в кадре, единственным, кто действительно произвёл на неё глубокое впечатление, был ВаньЦи Яо.

Се Цзинсянь был человеком великого самообладания и терпения, Сяо Сян была его возлюбленной с детства; ДунЛи Лан и Сяо Сян были соперниками абсолютно без какого-либо эмоционального развития. Но почему Сяо Сян выбрала Се Цзинсяня, а не ВаньЦи Яо…?

Может ли быть так, как и говорят все зрители, что героиня любит главного героя, а второй мужской персонаж – ВаньЦи Яо – является лишь одним из многих героев, испытывающих чувства к героине, которые нужны только для его эмоционального развития?

***

Уголки губ  Тан Мэнлань сжались в тонкую линию, и она направилась прямиком к Жун Сюю. Подойдя к нему, она заявила:

— Не беспокойся, Сяо Сюй, тебе не нужно слишком грустить: я выберу тебя.

Недоумевающий Жун Сюй молча уставился на неё:

— …?

***

Когда пришло время обеда, Жун Сюй взял на себя инициативу найти Е Цяо, чтобы отрепетировать.

В то время как Е Цяо был всего лишь актёром второго уровня, Жун Сюй в настоящее время по-прежнему оставался новичком, поэтому он, естественно, не мог ждать, когда Е Цяо сам проявит инициативу. К тому же, его «инициатива сблизиться» заставила Е Цяо почувствовать себя очень комфортно, и они быстро начали репетицию.

Дун Чжэн только закончил есть, когда увидел, что Жун Сюй и Е Цяо вместе репетируют.

Е Цяо был довольно красивым. Однако у него была какая-то особенная злая аура, которая и послужила причиной того, что его не особо жаловала публика, вне зависимости от того, сколько раз он выступал в роли главного героя. Большинству главных героев требовался «положительный имидж». Лицо Е Цяо было не из выдающихся, поэтому людям оно, естественно, не нравилось настолько, чтобы отложиться в памяти.

Но Е Цяо действительно идеально подходил на роль ДунЛи Лана.

Этот человек был гнусным, безрассудно делающим всё, что захочет, а также жестоким и суровым. Однажды он даже убил десять тысяч солдат государства Чу. Тем не менее, эти двое были братьями и выросли вместе. Этот сценарий был действительно интересным.

Дун Чжэн молча наблюдал за практикой Е Цяо и Жун Сюя. Когда его младший помощник вышел из уборной и увидел эту сцену, то с любопытством спросил:

— Дун гэ, что-то не так? На что Вы смотрите?

Дун Чжэн покачал головой. Через мгновение он поднял руку и указал на Жун Сюя, сказав:

— Как ты думаешь, эти двое могут взбудоражить публику?

«Как можно говорить такие вещи на людях?!»

Младший помощник огляделся по сторонам и лишь обнаружив, что рядом никого нет, шёпотом ответил:

— Жун Сюй очень красив. Режиссёр Го хвалит его игру, так что он вполне мог бы это сделать. Что касается Е Цяо… он терпел неудачу в течение стольких лет, так что, я думаю, для него это будет довольно трудно.

Дун Чжэн ничего на это не ответил, и, немного подождав, задал ещё один вопрос:

— Из какой студии сценарист этого фильма?

Младший помощник смущённо ответил:

— Должно быть, со Студии Ци Ли.

Дун Чжэн вдруг понял:

— Если я правильно помню, он действительно из Студия Ци Ли. Я думаю, Е Цяо может, наконец, сделать свой долгожданный прорыв. В конце концов, мы оба из одной компании, и мы должны дружить, а не конкурировать. Разве ты не видишь, как Тан Мэнлань заботится о Жун Сюе? Я думаю, у неё уже есть идея пригласить его в их «ХуаСя Энтертейнмент».

Младший помощник почувствовал себя немного глупо, не понимая, почему Дун Чжэн внезапно заговорил о таких вещах. Тем не менее, Дун Чжэн всерьёз приказал ему записать всё это, и только в конце он смог выдавить из себя вопрос:

— Дун гэ, а какое отношение большой прорыв Е Цяо имеет к Студии Ци Ли?

Дун Чжэн многозначительно посмотрел на него и сказал:

— Сценарий какого фильма, ставшего главным хитом прошедшего года, написала Студия Ци Ли?

— «Великое одиночество»! Он был номинирован в Венеции на «Лучший фильм»!

Дун Чжэн улыбнулся:

— А теперь просто слушай: я говорю, что Е Цяо с Жун Сюем могут наделать много шума.

Договорив, Дун Чжэн встал и вышел, а его младший помощник поспешил за ним, но его продолжали терзать вопросы: «Но какие же между ними отношения… «Великое одиночество»? Жун Сюй и Е Цяо? Может быть, у них какие-то странные отношения?»

Почему Тан Мэнлань и Дун Чжэн могли стать новым поколением популярных артистов, в то время как младший помощник оставался простым младшим помощником?

Чтобы стать знаменитым в высококонкурентной «ХуаСя Энтертейнмент», внешности и таланта было недостаточно. Эмоциональный интеллект был самой важной составляющей.

«Великое одиночество» – отечественный фильм, вызвавший большую сенсацию в прошлом году и побивший все рекорды по кассовым сборам в августе. Это была тёмная лошадка, которую никто не ожидал. Этот фильм в одночасье сделал знаменитыми двух новичков, снявшихся нём. Это была их первая работа, а они уже были удостоены звания актёров второго уровня, и заполучили огромную фан-базу.

Верно, этот фильм повествовал о гомосексуальных отношениях.

***

Съёмочная группа некоторое время отдыхала, пока не пришло время снимать первую послеобеденную сцену: сцену с ДунЛи Ланом и ВаньЦи Яо. Это была сцена первой встречи братьев после многолетней разлуки. Эта встреча происходила на поле боя с десятью тысячами человек на холодном ветру.

Прошло столько лет, и, подумать только, они встретились на поле боя!

Наши предки говорили: «Почему Небеса хотят ЧжуГэ Ляна, если уже родился я, Чжоу Юй*?»

В «Борьбе за превосходство» ДунЛи Лан встретил своего вечного врага, своего собственного шиди* - ВаньЦи Яо.

Когда они были моложе, они очень крепко дружили. Но когда они подросли, среди солдат в казармах стали ходить разные слухи. ДунЛи Лан постепенно уступал ВаньЦи Яо и не имел возможности отомстить. Их Мастер больше любил его шиди и научил ВаньЦи Яо всему, что познал за свою жизнь кропотливым трудом, и, в конце концов, даже сделал его следующим мастером павильона Ван Цю...

Вот почему за год до того, как его Мастер передал ВаньЦи Яо павильон Ван Цю, ДунЛи Лань решил предать учения своего Мастера и уйти, чтобы избежать этого позора. Как много любви было между братьями раньше, столько теперь в нём было обиды и зависти. Когда он снова увидел его поле боя, ДунЛи Лан взглянул на своего шиди издалека, лишь холодно усмехнувшись, прежде чем поднять свой меч.

— Тот, кто убьёт его, получит десять тысяч золотых таэлей и титул Маркиза!

Если считать, кто смог бы убить больше врагов, сражаясь простив десятитысячной армии, это, конечно же, был бы ДунЛи Лан. Однако, если понимать, что на войне сражались десять тысяч человек, то у ДунЛи Лан не было ни малейшего шанса на победу над ВаньЦи Яо.

***

Эта сцена, которую снимали во второй половине дня, должна была стать их первой встречей. Играть перед большим количеством людей во время съёмок было очень сложно, однако Жун Сюю и Е Цяо хватило всего двух дублей, чтобы идеально отснять эту сцену.

Режиссёр Го пересматривал отснятый материал на экране, сильно хмурясь. Одном ему было известно, над чем он так задумался в этот момент.

Такое врожденное чувство «зла», источаемое Е Цяо, идеально подходило для роли ДунЛи Лана. Поэтому, когда инвесторы предложи его кандидатуру, режиссёр Го принял её. Что же касается Жун Сюя...

На экране лицом к ветру стоял молодой человек во всём белом, спокойно смотрящий на своего старшего брата.

Когда ВаньЦи Яо решил стать военным советником государства Чу, он, естественно, прекрасно понимал, что рано или поздно этот день настанет. Однако независимо от того, насколько невероятными были его знания и мудрость, он не ожидал, что при первой их встрече ДунЛи Лан предложит своим солдатам награду за его голову...

Жун Сюй, хотя его глаза и казались спокойными, слегка колебался. Когда ДунЛи Лан закричал об этом вознаграждении, его зрачки слегка дрогнули, а рот приоткрылся и снова закрылся, словно он хотел что-то сказать, но, в конце концов, лишь плотно сжал губы, ничего не произнеся.

Это выражение удивления и тоски вызвало сильное беспокойство даже у режиссёра Го. Он неоднократно пересмотрел эту сцену на экране, после чего, наконец, сделал паузу, чтобы позвонить руководителю студии сценаристов, тихо попросив:

— Подумайте над этим. Дайте этому второстепенному персонажу более важную роль и добавьте чуть больше драмы.

***

Естественно, никто не знал об этом звонке, но вскоре Жун Сюй получил новый сценарий.

Теперь у него появилось два новых эпизода, и хотя его всё ещё нельзя было считать вторым главным героем, он должен был сняться вместе с третьим.

Жун Сюй никогда не видел этого актёра. Он, по всей видимости, тоже оказался здесь благодаря связям, но не имел большого покровителя, раз режиссёр Го чуть не отмахнулся от него. Все его сцены располагались во второй половине «Борьбы за превосходство» и никак не были связаны с Жун Сюем. Таким образом, ему оставалось только ждать следующего месяца, чтобы встретиться с этим мужчиной.

Не имея под рукой менеджера или помощника, Жун Сюй мог лишь молча обдумывать это в одиночестве. В полдень Тан Мэнлань, закончив съёмки своего эпизода, подошла к нему и, широк улыбнувшись, сказала:

— Старайся и дальше играть так же хорошо. Все инвесторы будут прислушиваться именно к словам нашего старейшины Го.

Жун Сюй поднял голову, чтобы взглянуть на Тан Мэнлань, и засмеялся:

— Тан цзе слишком добра ко мне.

Тан Мэнлань рассмеялась:

— Ло Чжэньтао привёл тебя в нашу команду. Ло Чжэньтао – менеджер в нашей «ХуаСя Энтертейнмент», и мне, естественно, хочется быть к тебе доброй, — Тан Мэнлань села рядом с Жун Сюем и украдкой указала ему пальцем на Дун Чжэна и Е Цяо, стоявших неподалёку, — Видишь их? Они оба находятся на вершине индустрии, и являются нашими конкурентами. Твоя Тан цзе хочет найти здесь союзников, поэтому, конечно же, выбрала тебе, мой маленький друг.

Одно это предложение ставило её и Жун Сюя на один уровень.

Жун Сюй очень любил общаться с умными людьми и не стал спорить с ней, вместо этого снова рассмеявшись:

— Мы с Е гэ враждуем и по сценарию.

Однако Тан Мэнлань не задумываясь покачала головой:

— Враждуете? Какая вражда? Он будет держать тебя на руках и горько плакать после твоей смерти… Долгое время сожалеть и страдать, совсем потеряв аппетит… оу, поправочка: он самолично откажется от еды и воды. И даже в тот момент, когда он, в конце концов, потерпит поражение и покончит с собой, он будет думать лишь о тебе, о своём маленьком шиди…

Жун Сюй мог лишь развести руками в знак поражения.

Ну, его нельзя было винить. Вся вина лежала на большой дыре в голове сценариста.

Съёмки продвигались гладко, и никто не возражал против нового сценария. В конце концов, изменения были внесены только в сцены Жун Сюя и Е Цяо. Что касается этого третьего мужского героя, который ещё не присоединился к команде, Жун Сюй, естественно, не знал, что думают о нём остальные, да и, даже если бы у него было мнение по этому поводу, он, конечно же, никак не смог бы повлиять на мнение режиссёра Го. Он мог лишь страдать в тишине, ни с кем не делясь своей горечью.

*Речь идёт о военном генерале и канцлере, служащих разным государствам Трёх Королевств. Они всегда были соперниками; один завидовал второму, а тот неустанно пытался перехитрить его. Они – прототип героев фильма. Сама фраза используется для оплакивания того факта, что всегда есть кто-то, кто во всём затмевает вас.

* «шиди», по всей видимости, означает, «брат»

Полмесяца спустя пришло время снимать последние несколько сцен Жун Сюя.

Рано утром Жун Сюй уже прибыл на площадку. На этот раз, когда Сюй Цзе наносила ему грим, она была особенно серьёзна, осторожна и внимательна. Она нарисовала Жун Сюю глубокие и тёмные круги под глазами, а губам придала бледный цвет, сделав его несколько бледным и измождённым.

— Сегодня я в последний раз наношу Вам грим. Дождитесь окончания съёмок своих сцен, и Ваша Се Цзе даст Вам красный конверт Яцзин*.

Красные конверты Яцзин были уникальным обычаем в индустрии развлечений. Всякий раз, когда актёр «умирал» в фильме, он получал красный конверт от режиссёра, сценариста и других актёров. Смерть – это не очень хорошо, поэтому, естественно, нужно было как-то подавлять шок и тоску, чтобы актёры не сильно расстраивались.

— Жун Сюй, я тоже дам тебе красный конверт.

Как только Сюй Цзе договорила, из примерочной раздался чистый и приятный мужской голос. Жун Сюй повернулся и увидел Е Цяо, который незаметно вошёл в гримёрную и уселся на стул в углу, молча дожидаясь, когда Сюй цзе начнёт наносить ему грим.

Сюй Цзе рассмеялась:

— На этот раз Вы выглядите довольно неплохо, да и Ваша прыщи, я вижу, прошли. Похоже, Е Цяо уже готов к сегодняшним съёмкам. Вам нужно как следует постараться: я слышала от Старого Вана, что сегодняшняя сцена – одна из самых важных, и режиссёр Го очень ценит её.

Глава команды гримёров Сюй Цзе отличалась от других сотрудников, потому что её муж, Ван Чжао, был помощником режиссёра. Она работала в команде режиссёра Го уже больше десяти лет, и её стаж работы и опыт были даже выше, чем у самого помощника режиссёра Вана. Она была очень известна в кругу телевизионщиков.

Е Цяо, ни секунды не думая, пообещал ей выложиться на полную, а затем перевёл взгляд на Жун Сюя и обнаружил, что его изогнутые брови очень красивые. Жун Сюй с улыбкой смотрел на него.

Е Цяо почувствовал себя очень странно. На мгновение обомлев, он открыл рот и хрипло спросил:

— Что такое, Жун Сюй?

Изысканные и красивые люди всегда были самовлюблёнными, чем немного поражали окружающих. Е Цяо ничего не мог с собой поделать: он инстинктивно восхищался всем прекрасным.

Только спустя мгновение Жун Сюй отвёл взгляд и торжественным тоном сказал:

— Да, после моей смерти сегодня я тоже дам тебе красный конверт Яци.

Е Цяо на мгновение удивился:

— А? Яци? Что это за красный конверт?

Жун Сюй покачал головой и с серьёзным лицом сказал:

— Сегодня я заставлю тебя плакать, когда твоя жизнь будет висеть на волоске. Ты дашь мне конверт, чтобы умерить мой шок, а я дам тебе свой, чтобы успокоить твоё дыхание. Молись, чтобы мы смогли отснять эту сцену за один дубль.

Глядя на то, как Жун Сюй играет в «глубокого мыслителя», Е Цяо внезапно для себя вспомнил, что тот – ещё ребёнок. Эта мысль улетучилась в тот момент, когда Е Цяо махнул рукой и беспомощно сказал:

— Тогда тебе лучше никогда не давать мне этот красный конверт: я не хочу плакать так, что мне будет тяжело дышать. Нам просто нужно отснять эту сцену в один дубль!

Е Цяо просто шутил. Он и подумать не мог, что слова Жун Сюя действительно сбудутся...

***

В большинстве сегодняшних сцен был задействован Жун Сюй.

Стратегия ВаньЦи Яо заключалась в пустом городе Пин. Стоит сказать, что в городе Пин должно было быть около двадцати тысяч солдат и лошадей, но никто не знал, что из этих двадцати тысяч солдат и лошадей в городе на данный момент осталась только тысяча. Все остальные пошли с ВаньЦи Яо к реке Ду и присоединились к государству Чу, чтобы сразиться с другой армией.

В общей сложности восемьдесят тысяч солдат за ночь пересекли реку и вторглись в страну Вэй!

Среди трёх королевств, в военной мощи лидировала Империя Лян. После того, как Империя Лян нанесла государству Чу серьёзный ущерб, оно пришло в упадок. Что касается страны Вэй, они никогда не вмешивались в эту войну. Они всегда полагались на реку Ду, свой идеальный ров, вечно оставаясь в стороне в позиции наблюдателей. Каждый год государство Чу выражало им свою добрую волю. Тем не менее, они притворялись нейтральными, чтобы и Империя Лян, и государство Чу испытывали некоторый сдерживающий страх и не осмеливались ничего против них предпринять.

Это было бы «угрозой востоку и ударом по западу» (т.е. диверсией). В то время как 100-тысячная армия Империи Лян угрожала им границам, государство Чу отправило восемьдесят тысяч солдат и лошадей и за одну ночь завоевало пять городов в стране Вэй. Генерал Сяо действительно была избранной; в течение трёх дней она атаковала самое сердце страны и разместила своих солдат за пределами столицы, расквартировав город.

И как раз в это время армия Империи Лян ворвалась в город Пин.

Когда они вошли в город, они с удивлением осознали, что эта маленькая тысячная армия заманила и продержала их стотысячное войско в ловушке целых три дня.

Город Пин был пуст: простолюдины уже давно покинули его. Все оставшиеся люди были воинами, готовыми умереть. Среди оставшихся был даже лейтенант, верный и преданный только ВаньЦи Яо.

В это время до генерала армии Империи Лян и дошла весть о том, что столица Страны Вэй была захвачена. Он пришёл в ярость и тотчас же направил свой меч на ВаньЦи Яо:

— Вы осмелились обмануть нас!

ВаньЦи Яо сидел перед шахматной доской, опустив голову, и ничего не ответил.

Страна Вэй жила в стабильности; их солдаты давно привыкли к миру. Именно поэтому проникновение на территорию страны в течение трёх дней был само собой разумеющимся. В прошлом этого не происходило только потому, что Империя Лян и государство Чу взаимно сдерживали друг друга, что позволяло стране Вэй жить в мире и спокойствии.

Генерал Империи Лян совершенно не понимал, какую стратегию использовал ВаньЦи Яо, чтобы покорить страну Вэй всего за три дня!

Он слышал, что многие города страны Вэй даже не стали ждать, когда армия государства Чу атакует, и сами открыли ворота, что и позволило им добраться до столицы за коротких три дня.

Генерал был так рассержен, что из его ноздрей шёл пар: эта хитрость привела к тому, что Империя Лян внезапно оказалась в невыгодной ситуации. Он направил свой меч на ВаньЦи Яо, решив взять его в заложники.

Наконец, ВаньЦи Яо заговорил.

Он покрутил в руках белый нефритовый камень и поднял свои ясные глаза, равнодушно взглянув на генерала перед собой, чья ярость была готова вырваться наружу в любой момент.

Он небрежно сказал:

— Если бы она всегда шла обычным путём, Сяо Сян не была бы Сяо Сян, и не стала бы тем сильным и решительным генералом, которым она является; женщиной, ни в чём не уступающей мужчинам.

Генерал Империи Лян продолжал обманывать себя:

— Тебя Сяо Сян оставила среди этой тысячи людей. Её не волнует твоя жизнь!

ВаньЦи Яо приподнял уголки губ; его яркие глаза сверкнули:

— Тем не менее, она Сяо Сян.

Генерал Империи Лян, наконец, не выдержал и сломался.

Да, он захватил один из приграничных объектов государства Чу – город Пин, но государство Чу в этот момент захватило целую страну!

Победила ли Империя Лян? Да, победила: они взяли город Пин.

Проиграла ли Империя Лян? Да, проиграла: они потеряли Страну Вэй!

**Если переводить названия конвертов дословно, то один нужен для подавления шока, который может помешать актёру, а второй – для подавления плача, от которого перехватывает дыхание.

Глаза генерала Империи Лян покраснели. Видя, что молодой человек перед ним всё ещё неторопливо играет в вэйци, он стиснул зубы и сжал меч в своей руке, яростно закричав:

— Кто бы ни убил тебя, он будет вознаграждён десятью тысячами золотых таэлей и получит титул Маркиза!

В этот момент рука ВаньЦи Яо, всё ещё сжимающая камень, остановилась в воздухе. Его глаза слегка расширились, а элегантное и изысканное лицо показало слабый след шока; он выглядел так, будто, наконец, вспомнил что-то, о чём давно забыл и делал вид, будто этого никогда не было.

Даже у умных людей имелись темы, которые они предпочитали игнорировать.

Сяо Сян была действительно спокойной и рациональной, но она никогда не стала бы рисковать жизнью ВаньЦи Яо. До того, как армия Чу отправилась в путь, эта женщина-генерал поздно ночью пришла в комнату ВаньЦи Яо и устроила ему допрос: «Если я оставлю Вас здесь одного, будет ли это угрожать Вашей жизни или нет?»

ВаньЦи Яо спокойно и неторопливо ответил: «Я знаю, что генерал не согласна с тем, чтобы я был заложником. Когда ДунЛи Лан войдёт в город, я уверен: со мной ничего не случится».

Но он никогда не думал об этом всерьёз, пока ДунЛи Лан действительно не пришёл.

Холодный острый меч пронзил его грудь, и из неё брызнула свежая кровь, запятнав чёрно-белую шахматную доску. Отчаявшийся Генерал Империи Лян одним ударом попал в его сердце. Кровь застряла у него в горле и стала сочиться из уголков рта.

В этот момент всё внимание зрителей было сосредоточено на молодом человеке в белом.

Смертельно бледное лицо и беспомощный взгляд без малейшего страха или ненависти. В ясных и красивых глазах Жун Сюя отражался испуганный паникующий генерал; мужчина вытащил свой меч, взволнованно пробормотав:

— Так я не умру. Его Высочество вознаградит меня. Он точно меня не накажет.

Через четверть часа в помещение вошёл красивый мужчина в пурпурной парчовой мантии. На его лице читалась нетерпеливость, а на губах красовалась насмешливая улыбка. Вероятно, в этот момент он высмеивал своего самодовольного шиди. Однако в ту секунду, когда он перешагнул через порог, улыбка застыла на его лице. Он безмолвно замер у входа.

Увидев его, генерал почти ползком бросился к нему:

— Ваше Высочество! Ваш скромный слуга ничего не знал об их плане! Ваш слуга не знал!

ДунЛи Лан с неверием смотрел на  молодого человека, сидящего перед шахматной доской, всё тело которого было покрыто кровью.

Ужасное количество красной крови расползлось по доске, из-за чего цвет чёрных камней казался ещё более глубоким, в белые ярко контрастировали на их фоне.

Он потерял слишком много крови; его лицо и губы потеряли свой цвет, но он всё же улыбнулся при виде своего брата, несмотря на то, что кровь продолжала безостановочно сочиться, портя его белую парчу.

Молодой человек протянул ему руку, сказав:

— Шисюн, давно не виделись.

ДунЛи Лан внезапно задрожал. Он не мог пошевелиться. Словно в трансе, он смотрел на эту ужасную сцену, пока молодой человек с сожалением говорил:

— В тот год, перед тем как ты ушёл, ты так и не доиграл со мной шахматную партию. В этом мире... кхм… кхм…

Изо рта ВаньЦи Яо хлынула кровь, не дав ему договорить.

Е Цяо и подумать не мог, что, когда он будет играть эту сцену, его тело выйдет из-под контроля.

Видя, как Жун Сюй кашляет кровью, он неосознанно сделал шаг вперёд, пронзительно и скорбно крикнув:

— Шиди!

Жун Сюй поднял голову, чтобы снова взглянуть на него.

Это чистое и простое улыбающееся выражение лица чуть не заставило Е Цяо рухнуть. Он внезапно почувствовал, что его сердце защемило от боли. Казалось, в этот момент он сам стал ДунЛи Ланом, и на себе осознал, какое горе и отчаяние он испытывал в этот момент. Всего минуту назад он думал о том, как ему унизить своего шиди, но когда он увидел результат своего собственного приказа, и искренне понял, что сейчас потеряет своего шиди навсегда, он осознал, насколько беспомощна и душераздирающа эта сцена…

Теперь Жун Сюя уже не было; только ВаньЦи Яо.

ВаньЦи Яо нежно улыбнулся ему, как будто всё было по-прежнему, как десять лет назад; до того момента, как он предал павильон Ван Цю; когда они со своим шиди играли вместе в вэйци. Он всегда проигрывал, а его шиди всегда побеждал. Шиди говорил ему: «В этом мире только Шисюн может играть со мной в вэйци».

Но ДунЛи Лан всегда думал про себя: «Ну и что с того, что я могу? Я всё равно не могу победить тебя…»

Теперь он снова услышал от ВаньЦи Яо эту фразу:

— В этом мире только Шисюн может играть со мной в вэйци. Эта игра ждала целых десять лет.  Шисюн, можешь ли ты сыграть со мной, чтобы закончить её?

Слабый голос постепенно затухал, заставив последнюю нить стойкости ДунЛи Лана окончательно сломаться: Е Цяо быстро подбежал вперёд, чтобы поймать падающее тело ВаньЦи Яо.

ВаньЦи Яо, казалось, хотел сказать что-то ещё, но кровь в горле не давала ему произнести ни слова.

В самый последний момент своей жизни он с нежностью смотрел на своего шисюна. Он хотел поднять руку, чтобы погладить красивое лицо своего брата, но его рука замерла в воздухе, и в эту секунду он медленно закрыл глаза…

Он никогда бы не подумал, что умрёт вот так.

Глаза ДунЛи Лана медленно расширились от шока. Его руки напряглись, когда он прижал к груди постепенно остывающее тело и крепко обнял его, словно желая втереть его себе в кости. Его слёзы, наконец, хлынули наружу, когда ВаньЦи Яо издал свой последний вздох.

Е Цяо рыдал и горько кричал. Его плач кардинально отличался от его предыдущей интерпретации ДунЛи Лана. Потому что ему подсознательно хотелось рыдать. Он чувствовал, что, каким бы сильным не был ДунЛи Лан, в этот момент всю его рациональность должно было как рукой снять: он мог использовать только самый примитивный способ, чтобы выразить своё горе.

Однако, когда режиссёр Го понял, что это продолжается слишком долго, ему пришлось крикнуть:

— Снято!

***

Е Цяо плакал и плакал, начав уже икать, поэтому Жун Сюю пришлось беспомощно выползти из его объятий и вытереть кровь с губ.

Е Цяо, казалось, тоже осознал, что чересчур пропустил эту роль через себя, поэтому бросил виноватый взгляд на Жун Сюя, а затем повернулся, чтобы взглянуть на режиссёра:

— Режиссёр Го, не волнуйтесь. В следующий раз я постараюсь держать себя в руках.

Кто знал, что, услышав эти слова, режиссёр Го сразу скажет:

— Держать себя в руках? А!? Учитывая, как ты только что плакал, ты ещё смеешь говорить, что будешь себя сдерживать?! Ты можешь рыдать нормально или нет? Ты знаешь, что значит плакать до потери голоса? Сколько раз вы будете переснимать эту сцену, столько красных конвертов Яцзин ты дашь Жун Сюю. А теперь немедленно собери все свои силы, и РЫДАЙ!

Е Цяо:

— …

Жун Сюй:

— …

Нет необходимости в красных конвертах – мы просто хотим закончить эту сцену, не так ли?

Режиссёр Го был удовлетворён этой сценой только тогда, когда Е Цяо порыдал в кадре не менее девяти раз.

Хотя эта сцена и была для Жун Сюя последней, всё, что ему нужно было делать – это закрыть глаза и притворяться мёртвым, пока Е Цяо крепко обнимал его и плакал. Его пронзительные, полные горечи крики вызывали у Жун Сюя некоторое сочувствие, а также душевную боль за него.

Как только сцена была отснята, помощник Тан Мэнлань устроил орудийный салют в честь окончания съёмок для Жун Сюя.

Доброта Тан Мэнлань по отношению к Жун Сюю проявлялась во всём. Она даже не забыла позаботиться о нём, о человеке, у которого пока не было даже менеджера, что очень тронуло его. Эмоциональный интеллект этой девушки был действительно исключительным. Можно было предположить, что получить её нынешнее положение в её возрасте, полагаясь только на внешность и актерские навыки, было бы абсолютно невозможно.

Взглянув на Тан Мэнлань, а затем на Дун Чжэна, который стоял неподалёку, улыбаясь ему, Жун Сюй почувствовал, что его сердце колотится от переполняющих его эмоций.

Первоначально, когда он только вошёл в развлекательный круг, его главной целью было заработать много денег, покинуть свой дом и жить так, как ему захочется.

В своей прошлой жизни он уже достиг вершины индустрии, и ему уже попросту нечего было делать, чтобы продвинуться ещё выше. Но сейчас жизнь и это продвижение началось для него заново! Совершенно другая земля и совершенно другие люди. Он ещё не покорил мир развлечений этого мира, так как он мог использовать актёрство как средство заработать денег? Это была его карьера!

Внезапно то, что долгое время «душило» Жун Сюя, рассеялось.

Когда Тан Мэнлань подошла, чтобы подарить Жун Сюю свой красный конверт, она с удивлением обнаружила, что её друг немного изменился. Она ухмыльнулась и сунула красный конверт ему в руки:

— Эта последняя сцена была для тебя действительно тяжёлой. Все, кто наблюдал за вами со стороны, были обеспокоены тем, чтобы Е Цяо не задушил тебя: так крепко он прижимал тебя к себе.

Обернувшись, Тан Мэнлань спросила своего помощника:

— Что случилось с Жун Сюем?

Ассистент удивился её странному вопросу и спросил:

— А разве с ним что-то не так? Разве он не такой же, как обычно?

Тан Мэнлань покачала головой:

— У меня есть ощущение, что что-то в нём изменилось… он словно стал ещё красивее, чем до окончания последней сцены.

Младший помощник:

— …

Это навык вроде мгновенной косметической операции, а? Он может позволить ему стать красивым в одно мгновение?!

Позже Дун Чжэн также подошёл к Жун Сюю и вручил ему красный конверт Яцзин и визитную карточку. На позолоченной карточке были напечатаны имя с номером телефона, с витиеватым орнаментом над заголовком «Менеджер ТяньЦзи Энтертейнмент». Визитка поблёскивала холодным светом.

Дун Чжэн засмеялся:

— Это визитная карточка моего менеджера. Я чувствую, что мы действительно добились успеха, и было бы неплохо, если бы позже мы смогли стать коллегами, работая в одном агентстве.

Жун Сюй слегка улыбнулся, принимая визитку.

Вскоре Сюй Цзе из группы по гриму, Чэнь Гэ из группы по реквизиту, помощник режиссёра Ван… и многие другие подходили один за другим, чтобы подарить Жун Сюю красный конверт.

Помощник режиссёра Ван с недовольством сказал:

— Моя жена уже дала тебе один, но я всё же должен дать тебе ещё один. Если бы я не видел, что последняя сцена действительно тяжело далась тебе, я бы ни за что тебе его не дал.

Жун Сюй не знал, смеяться ему или плакать, ответив:

— Ван гэ, почему бы Вам не забрать его назад? А я просто восприму это как то, что уже получил его?

Помощник режиссёра Ван немедленно расширил глаза, уставившись на Жун Сюя:

— Как можно вернуть то, что уже было отдано!? Я не хочу!

Выпалив это, мужчина тут же исчез; Жун Сюй мог только беспомощно покачать головой.

После того, как сцена смерти была отснята, Жун Сюю вручили так много красных конвертов, что они даже не помещались у него в руках. Одна из сотрудницей вручила ему пластиковый пакет, и он с облегчением поблагодарил её, в ответ на что девушка раскраснелась. Всучив Жун Сюю красный конверт, она застенчиво склонила голову и с раскрасневшимися щеками протянула ему ручку и блокнот, пробормотав:

— Если Вы не возражаете… могу ли я взять у Вас автограф?

Несколько удивившись, Жун Сюй взял ручку и расписался её в блокноте.  В это время он вёл себя как обычно и спросил:

— Ты выглядишь совсем юной… ты совершеннолетняя? Сколько лет ты уже в команде?

Юная девушка ответила:

— Я здесь как стажёр из соседнего университета, и присоединилась к команде всего два месяца назад. Я стану совершеннолетней через два месяца.

Рука Жун Сюя на мгновение остановилась, после чего он спешно записал ещё одну строчку в её блокнот. Когда девушка вернула свою записную книжку и открыла её, её лицо покраснело ещё на несколько тонов. После этого она открыла последнюю страницу блокнота и увидела там красный конверт, который она минуту назад сунула в руку Жун Сюя!

Под конвертом красовалась подпись: «Еда, которую ты послала, была очень вкусной. Мы с тобой ровесники, поэтому я не приму этот красный конверт».

«Серьёзно? Он помнит, что я трижды посылала ему еду месяц назад!?»

Глаза девушки внезапно покраснели и она начала тяжело дышать. Она быстро достала свой телефон и трясущимися от волнения пальцами отправила длинную строку восклицательных знаков в групповой чат: «Он такой красивый! Такой красивый! Такой красивый!!! Ребята, это слишком большая потеря, что не вошли в команду «Борьбы за превосходство»! Какой же он красивый! Ах–ах-ах! Невероятно! Такой красивый, и такой нежный! Если бы у меня был такой парень, я могла бы умереть без сожалений! ах-ах-ах-ах!!!»

Через некоторое время одноклассники ответили ей: «Дун Чжэн и Е Цяо действительно красивы, тут уж признаю, ха-ха».

Маленькая леди сразу же рассердилась: «Конечно, Дун Чжэн и Е Цяо красивы, но Жун жун из моей семьи гораздо красивее! Он самый красивый во всей Вселенной! Просто подождите, и сами всё увидите! Просто подождите! В течение двух дней появятся плакаты с героями фильма, и тогда вы, ребята, будете плакать и умолять меня показать вам его автограф!»

«Насколько он красив? Ты не преувеличиваешь?»

«Прекрасен! Тогда, к тому времени, лучше не подходите ко мне, раз вы мне не верите!»

Жун Сюй, естественно, не знал о том, что происходило в это время сбоку. В его прошлой жизни его положение уже достигло такого уровня, что никто, кроме режиссёра и старших актёров, не мог давать ему красный конверт. Сейчас же, хотя большая часть команды и  вручала ему красные конверты в знак заботы, он никак не мог спокойно принять красный конверт из рук маленькой девочки.

Это были чьи-то добрые пожелания, и достаточно было просто знать об этом.

Через некоторое время к нему подошёл Е Цяо с красными от слёз глазами и сунул ему целых десять красных конвертов. Жун Сюй на мгновение удивился, а затем внезапно засмеялся, несмотря на то, что старался сдержаться:

— Е гэ, ты... ты, что, заранее был готов дать мне несколько красных конвертов?

Вероятно, из-за того, что он слишком много плакал, голос Е Цяо всё ещё был сиплым:

— Разве режиссёр Го не сказал, что сколько раз мы будем переснимать, столько красных конвертов я должен буду дать тебе? Я уложился в девять дублей, плюс первый раз, так что вот, ровно десять конвертов. Сяо Сюй, я никогда больше с тобой не заговорю.

Шутливый тон Е Цяо заставил Жун Сюя понимающе улыбнуться, и тоже достать из кармана красный конверт.

Увидев его, Е Цяо удивлённо спросил:

— Что это?

Жун Сюй спокойно, сдержанно и серьёзно ответил:

— красный конверт Яци.

Е Цяо тут же поперхнулся:

— Кхм… кхм.. кхм…

Яци?! Это, очевидно, был красный конверт Дуци; он хотел задушить его!

После окончания съёмок Жун Сюй ушёл не сразу. Вечером режиссёр Го устроил банкет для нескольких важных членов команды и Жун Сюя. Это была очень маленькая группа людей, которая уместилась на два стола: главные актеры, сценарист, помощник режиссёра и главы каждой группы.

В конце концов, Жун Сюй всё ещё был несовершеннолетним, поэтому взрослые не наливали ему алкоголь. К концу банкета все были навеселе, а Жун Сюю, который не пил, пришлось проводить помощника режиссёра и руководителей групп, которые перебрали с алкоголем. В конце застолья режиссёр Го лично вручил Жун Сюю красный конверт.

Жун Сюй не стал притворяться вежливым и с радостью взял его, однако поняв, что он слишком тяжёлый, он внезапно остановился. Он поднял голову, с удивлением посмотрев на режиссёра Го, который в тусклом свете ночи потягивал сигарету. Режиссёр равнодушно сказал:

— Я слышал, что недавно ты… что внутри семьи Жун есть проблемы. Семья Жун по-прежнему имеет неплохой статус в Городе B, и если ты хочешь бороться с ними, тебе необходимо заручиться поддержкой кого-то более влиятельного. «ХуаСя Энтертейнмент» - неплохой вариант. Даже сотня семей Жун не сможет сравниться с ней. Ты ещё молод, так что всё в твоих руках.

Режиссёр Го впервые так много говорил с ним (если не считать обсуждение сценария).

Этот большой режиссер всегда был холоден и серьёзен. Он даже ругал девушек в студии наравне с мужчинами, и зачастую доводил их до слёз. Но сейчас он давал ему советы.

Жун Сюй приветливо улыбнулся, осветив своей улыбкой все свои перспективы на светлое будущее. Он тихо сказал:

— Я понимаю, режиссёр Го. Спасибо за то, что заботились обо мне эти два месяца.

Режиссёр Го махнул рукой, что можно было считать завершением этого разговора.

На следующий день Жун Сюй отправился прямиком в аэропорт и сел на самолёт в город В. Самолёт быстро приземлился в столичном аэропорту, и когда Жун Сюй  доставал свой багаж, он внезапно заметил в толпе встречающих знакомую фигуру. Как только этот человек увидел его, он начал взволнованно махать руками:

— Жун Сюй! Жун Сюй!

Жун Сюй был слегка удивлён, но всё же подошёл к нему:

— Ло гэ.

Жун Сюй ничего не знал о том, что Ло Чжэньтао лично приедет встречать его. Но он точно знал, что никому не сообщал номер своего рейса, а, значит, Ло Чжэньтао не мог знать, когда он прилетит. Он боялся, что Ло Чжэньтао, вероятно, ждал его здесь с раннего утра…

Ло Чжэньтао с энтузиазмом подошёл, взял его чемодан и донёс его до машины. По пути он без умолку рассказывал о некоторых интересных событиях, произошедших в последнее время в развлекательном кругу, но также недвусмысленно заявил, что он и менеджер Тан Мэнлань переговаривались все эти дни и знали, что Жун Сюй отыграл свою роль очень хорошо, и что члены команды были от него без ума.

В самом конце Ло Чжэньтао, намеренно или случайно, упомянул о том, что режиссёр Го добавил дополнительные сцены и изменил сценарий для Жун Сюя.

— Это очень хорошая новость. Я никогда не думал, что Вы,  юный господин Жун, на самом деле окажетесь настолько удивительны, что режиссёр Го лично распорядится добавить для Вас дополнительные сцены! — восхищенно воскликнул Ло Чжэньтао, посетовав. — Так сложилось, что я был занят в эти дни, поэтому у меня не было времени поехать в Хэндянь. Если бы у меня была возможность, я бы обязательно прилетел, чтобы помогать Вам. Это действительно должно быть слишком утомительно для Вас: сниматься и решать все эти тривиальные вопросы одновременно. У Вас, что, три головы и шесть рук? Как Вы справлялись со всеми этими вещами в одиночку?! Я совсем о Вас не забочусь. Все эти дни я чувствовал перед Вами такую вину и стыд, что даже не мог спать по ночам. У меня выпало столько волос, что я скоро совсем облысею!

Жун Сюй с улыбкой посмотрел на него и тихо рассмеялся.

Увидев, что этот прекрасный юноша смеётся, Ло Чжэньтао крепко сжал руль и открыл было рот, но так и не решился ничего сказать.

Когда машина медленно въезжала на территорию поместья, оба мужчины молчали.

Жун Сюй смотрел на пейзаж за окном, и блики падали на спокойное и красивое лицо юноши. Ло Чжэньтао спокойно смотрел на него через зеркало заднего вида и постоянно хотел заговорить с ним, но никак не решался.

Ло Чжэньтао подвёз Жун Сюя к района воротам поместья и помог ему достать чемодан, всё это время настаивая на том, чтобы проводить его, но Жун Сюй лишь качал головой:

— Уже темнеет, а отсюда до центра города довольно далеко. Я дойду, Ло Гэ.

Ло Чжэньтао открыл рот и долго колебался, но снова ничего не сказал.

Видя, что Жун Сюй уже собирается уйти со своим чемоданом, Ло Чжэньтао был несколько обескуражен. Хотя он уже несколько лет крутился в развлекательном кругу, ему так и не удалось стать хитрым опытным лисом. Он вспомнил, что раньше недолюбливал и избегал этого юного господина семьи Жун, а теперь он брал на себя инициативу, чтобы убедить его остаться…

Нет! Это был хороший шанс, и он просто не мог упустить его!

Ло Чжэньтао громко крикнул:

— Жун Сюй, я хочу поговорить с Вами кое о чём. Если вы хотите...

— Ло гэ, — чистый и мелодичный голос юноши прервал слова Ло Чжэньтао.

Свет заходящего падал на элегантное и красивое тело юноши, из-за чего создавалось впечатление, будто он одет в тонкий слой золотой вуали. Его тонкие губы были слегка поджаты, а глаза были чисты как вода; его красота заставила Ло Чжэньтао внезапно замолчать и выслушать Жун Сюя, который улыбнулся и продолжил:

— Тан цзе сказала, что Вы хотели мне что-то показать, это правда?

*В это время в Хэндяне* Тан Мэнлань: «Апчхи! Кто плохо говорит обо мне!?»

Ло Чжэньтао смутился ещё больше: «Тан Мэнлань сказала, что мне есть, что показать ему? Почему мне об этом ничего не известно?»

Жун Сюй напомнил ему:

— Должно быть, это какая-то информация, касающаяся «ХуаСя Энтертейнмент».

Глаза Ло Чжэньтао внезапно просветлели:

— Да, да! Конечно!

Ло Чжэньтао быстро вытащил толстую папку с  контрактом и торжественно вручил её Жун Сюю. Перед тем как уйти, он благоразумно напомнил Жун Сюю:

— Юный Господин Жун, пожалуйста, обязательно внимательно прочитайте его.

Когда Жун Сюй взял контракт и уже дошёл до главного входа, он получил сообщение от Ло Чжэньтао: «Стиль ведения дел «ХуаСя Энтертейнмент» всегда был очень открытым; во многих контрактах есть много свободы для переговоров, поэтому, если Вы будете чем-то недовольны, Вы всегда можете поговорить об этом со мной, и я приложу максимум усилий, чтобы постараться договориться обо всём для Вас».

Да, для Ло Чжэньтао Жун Сюй уже не был новичком. Он не мог относиться к нему так же, как к простым новичкам.

Через несколько дней будут готовы плакаты персонажей «Борьбы за превосходство». А уже через несколько месяцев выйдет и этот прекрасный драматический сериал.

В любом случае, вне зависимости от квалификации, Жун Сюй уже имел право выбора. Не говоря уже о том, что недавно большая звезда под руководством Ло уже расторгла контракт с компанией. У него осталась только пара неопытных новичков, поэтому ему приходилось прилагать все усилия, чтобы бороться за этот – как назвала его Тан Мэнлань - «очень сильный и хороший материал», которого он также считал человеком с хорошими перспективами и потенциалом.

Он обладал идеальными для актёра данными: красивой внешностью, отличным темпераментом, безупречными актёрскими навыками и высоким эмоциональным интеллектом.

Он был просто рождён для индустрии развлечений!

Жун Сюй ответил ему простым сообщением, волоча свой чемодан к главному входу. Он спрятал контракт в сумку, не торопясь изучать его, а в это время на улице Ло Чжэньтао схватился за свой телефон, опасаясь, что Жун Сюй ответит ему отказом.

В тусклом свете заката Жун Сюй отыскал свою карточку, чтобы открыть главный вход, и небрежно подошёл к входной двери. Он вставил ключ в замочную скважину, и услышал «щелчок», после которого дверь медленно открылась. Однако Жун Сюй остановился перед дверью, почувствовав, что что-то не так.

Управляющий Дуань, кажется, не спросил его:

— Вы вернулись?

Терзаемый сомнениями, Жун Сюй вошёл и тихо позвал:

— Дядя Дуань?

Единственным ответом была тишина.

Жун Сюй нахмурился и вошёл внутрь. Пройдя через длинный узкий коридор, он увидел старого управляющего, который почтительно стоял в стороне у входа в гостиную. Старый управляющий кивнул ему и поприветствовал:

— Юный господин.

Жун Сюй уже хотел было ответить ему, когда увидел фигуру, внезапно вставшую с дивана и со скоростью света бросившуюся ему в руки.

Жун Сюй ошарашено уставился на женщину.

Она крепко обняла его и заговорила нежным снисходительным тоном:

— Мой дорогой, маленький Жун жун, тетя пришла повидаться с тобой, мой бедненький! Быстро покажи тетушке, ты сильно ударился головой? У тебя были какие-то проблемы из-за аварии? Почему ты потерял память? Вы сломал руки? Ты сломал ноги?! Ещё болит!? Ах! Мой дорогой, о, твоя тётушка сейчас умрёт от сердечной боли!

Жун Сюй:

— …

Женщина так крепко обнимала и прижимала его к груди, что Жун Сюй чуть не задохнулся. Он не знал, плакать ему или смеяться, позволяя женщине обнимать его, но никак не мог вспомнить, кто она такая. Однако он не посмел оттолкнуть её, поскольку, если у него с этой женщиной были очень близкие отношения, и она догадается что он – не «Жун Сюй», у него будут большие проблемы.

Быстро оглядевшись, Жун Сюй внезапно заметил ещё одну фигуру, медленно поднимающуюся с дивана.

Этот человек медленно повернулся, чтобы взглянуть на него, и в тот момент, когда Жун Сюй увидел его лицо, его сердце внезапно сжалось. Но Жун Сюй не осознавал, что тело мужчины в этот момент тоже внезапно напряглось.

Красивый мужчина пристально смотрел на Жун Сюя, стоя на небольшом расстоянии в несколько метров. В тот момент, когда он увидел юношу, он замер на месте и смотрел на него, не отрывая глаз. Его умные глубоко посаженные глаза не позволяли различить их цвет, нос был острый, как нож, а тонкие губы были слегка поджаты. Это лицо казалось идеальным, напоминая изысканную скульптуру золотого века Запада; как будто он был сделан из белого нефрита и вырезан самими небесами.

Когда взгляд этого человека опускался вниз, Жун Сюй чувствовал, что ему тяжело дышать.

Пока мужчина пристально смотрел на Жун Сюя, никто не знал, о чем он сейчас думает. От начала и до конца он просто серьёзно и внимательно смотрел на юношу, не моргая.

В этот момент женщина, которая обнимала Жун Сюя, наконец, ослабила свою железную хватку и повернулась назад, сказав:

— Подойди, посмотри на своего младшего брата* Жун жуна. Дорогой Жун жун моей семьи действительно пострадал; разве ты не видишь, каким худым он стал! Разве ты не часто бываешь в этой стране? Это так ты заботишься о своём младшем брате?

Услышав это, мужчина, одетый во всё чёрное, недовольно нахмурил брови, но всё же послушно подошёл и остановился перед Жун Сюем. Даже когда он подошёл, его взгляд не сдвинулся с места, всё ещё твёрдо сосредоточившись на Жун Сюе. В его чёрных обсидиановых глазах терялись все эмоции – их попросту невозможно было уловить.

Этот тяжёлый взгляд заставил Жун Сюя сжать губы и почувствовать, что что-то не так.

Эта красивая женщина, казалось, была очень недовольна поведением мужчины и бросила на него сердитый взгляд, прежде чем повернуться к Жун Сюю:

— Дорогой Жун жун, это всё вина твоей тётушки! Я была так занята, что не замечала твоего состояния. Если у тебя возникнут какие-то проблемы, ты можешь просто найти его. Если он осмелится игнорировать тебя или будет плохо с тобой обращаться, – просто скажи об этом своей тётушке! Тетя поможет тебе наказать его!

Жун Сюй медленно перевёл взгляд с этой леди, которая снова принялась эмоционально винить себя во всех грехах, на управляющего Дуаня, который стоял неподалёку. Только в этот момент Жун Сюй заметил, что его тётя и дядя тоже сидят в гостиной; у дяди было серьёзное лицо, а тетя отвела взгляд, чтобы избежать его взгляда. Наконец, он повернулся, чтобы посмотреть на одетого в чёрное мужчину возле себя.

Месяц назад Тан Мэнлань сказала, что взглянуть на Цинь Чэна хотя бы мельком будет даже сложнее, чем встретиться с Ся Муянь.

Тогда заинтригованный Жун Сюй занялся поиском какой-нибудь информации из этого мира, чтобы больше разузнать об этом актёре.

Честно говоря, в памяти первоначального владельца тела не отложилось абсолютно никакой информации об актёрах мужского пола – только актрисы. Единственными актёрами-мужчинами, которых он помнил, были не Короли Кино, а Чжун И и пара его третьесортных друзей-актёров.

Когда Жун Сюй увидел биографию Цинь Чэна, он внезапно почувствовал, что у него появилась цель.

Когда Цинь Чэн дебютировал в шестнадцать лет, он сыграл в биографическом фильме рок-звезду, которая неожиданно скончалась в самом расцвете своей карьеры. Режиссёром этого фильма выступил главный режиссёр из «ХуаСя Энтертейнмент», и после показа фильм собрал шесть миллиардов долларов кассовых сборов, «отняв» всех зрителей и доход у большинства художественных фильмов. Затем, в том же году, Цинь Чэн получил китайскую премию «Золотой феникс», берлинскую «Золотой медведь» и номинацию на звание «Лучшего Актёра» на Голливудском «Оскаре».

Так шестнадцатилетний новичок за первый же свой фильм получил премию Берлинской Академии.

Последствием стала ослепительная история его восхождения к славе.

В этом мире никогда не было актёра, который получал бы за каждый свой фильм оценку не ниже 8 баллов. Но Цинь Чэну это удалось.

В этом мире никогда не было актёра, который, будучи неизвестным, снялся бы в фильме, который впоследствии собрал бы более 5 миллиардов долларов в китайском прокате. Но Цинь Чэну это удалось.

В этом мире никогда не было актёра, который мог бы получать премию Берлинской Академии несколько лет подряд. Но Цинь Чэну удалось  и это.

Все эти достижения дались ему до двадцати лет. За пару месяце до того, как ему исполнился 21 год, один шокирующий гламурный «Вечерний звук» позволил ему одним махом получить премию «Золотой Феникс» за лучшую мужскую роль и премию «Оскар» – также за лучшую мужскую роль. К сожалению, в этот год ему не удалось получить премию Берлинской Академии, иначе он стал бы единственным победителем турнира Большого Шлема в истории, забравшим все три основные награды.

Отправная точка Цинь Чэна была слишком высока, а весь его путь шёл гладко, и ему всегда сопутствовал ветер: он никогда не снимался в телевизионных сериалах и никогда не снисходил до съёмок в фильмах, в которые вложено меньше пятисот миллионов. В пределах развлекательного круга и вне его ходили разные слухи. Поговаривали, что Цинь Чэн происходил из богатой семьи, но эти люди всегда «гонялись за ветром и хватались за тени», поскольку реальных доказательств они предоставить не могли.

У него были большие закулисные сторонники, но награды он получал, полагаясь лишь на свои собственные силы.

Короче говоря, начиная с премьеры «Вечернего звука», Цинь Чэн поддерживал темп «один раз в год коммерческий фильм, и один раз – художественный» и неторопливо продвигался по развлекательному кругу, приятно проводя время. Он больше не был похож на того образцового работника, каким он был, когда впервые дебютировал пять лет назад. Но, напротив, именно благодаря этой неторопливости он несколько раз получал награду за лучшую мужскую роль в течение следующих пяти лет, и шаг за шагом достигал вершины китайской индустрии развлечений, что удалось немногим.

Жун Сюй, естественно, узнал этого мужчину с первого взгляда.

Однако, услышав тётушкины слова, Жун Сюй промолчал и лишь слегка приподнял губы в улыбке.

Он действительно не знал, кем была эта леди, не говоря уже о том, что здесь делал Цинь Чэн.

Улыбка была лучшим ответом. Чтобы научиться этому, в своей прошлой жизни Жун Сюй разминался с улыбкой каждый день, пока его мышцы не начинали болеть. Уголки губ должны быть приподняты на 30°, глаза должны быть мягкими и кроткими, брови – слегка изогнуты, а при взгляде на собеседника линия зрения не должна быть слишком низкой и должна располагаться между глазами и носом.

Естественно, Жун Сюй не знал, как он в этот момент выглядел в глазах окружающих.

Последний луч света от заходящего солнца пробился через чистые французские окна и осветил комнату, рассыпавшись по гладким волосам молодого человека. Золотой солнечный свет, словно яркое пламя, смягчил и без того прекрасные черты лица юноши. Когда он улыбнулся, казалось, будто время остановилось; атмосфера стала спокойной и благоприятной. Эта пара чистых целомудренных глаз словно отражала множество сияющих и искрящихся предметов, походя на драгоценные камни.

Поначалу атмосфера в гостиной была удручающей, но как только Жун Сюй вошёл, всё изменилось.

Дядя и тётя Жун, сидящие на диване, тут же почувствовали необъяснимое беспокойство и тревогу.

Дама, которая с заботой смотрела на Жун Сюя, казалось, не заметила, что Жун Сюй так и не ответил на её вопрос, хотя бы потому, что он даже рот ни разу не открыл. Она неосознанно чувствовала, что эта улыбка была именно ответом. Поэтому она продолжила:

— Ну, раз Жун жун вернулся, мы можем продолжить обсуждение этого вопроса.

В первой половине предложения женщина продолжала смотреть на Жун Сюя. Но во второй половине она внезапно обернулась, чтобы бросить взгляд на дядю и тётю Жун. Её голос тут же стал холодным.

Лица мужа и жены Жун внезапно изменились. Они какое-то время помолчали, а затем Жун Хэн встал и сказал:

— Мадам Цинь, завещание Старого Господина всегда было у адвокатов; мы никогда не пытались ничего в нём изменить. Автокатастрофа Сяо Сюя была несчастным случаем, это Вам и самой должно быть известно. Хотя нашу семью Жун и нельзя назвать чрезвычайно сильной и влиятельной, если Вы настаиваете на том, чтобы заклеймить меня, Жун Хэна, человеком, «плохого обращающимся с племянником», то я абсолютно с этим не согласен!

На фразе «Мадам Цинь», предположения Жун Сюя подтвердились: действительно ли она может быть матерью Цинь Чэна?

Услышав сказанное, Мадам Цинь усмехнулась:

— Вы хорошо относитесь к Жун жуну? Если вы действительно хорошо к нему относитесь, почему вы не оставили для него еду и сначала поели сами?!

— Пот… — Жун Хэн не задумывался над заготовками ответа на вопросы о еде. По его мнению, это нельзя было считать чем-то важным. Немного подумав, он ответил. — Мы не ожидали, что Сяо Сюй вернётся сегодня. Мадам Цинь, он уже не мальчик, и никогда не обсуждал с нами свои съёмки, а мы не могли просто отправить людей, чтобы определить его местонахождение. Как Вы узнали, что он вернётся сегодня?

Мадам Цинь тут же нашла, за что ухватиться, чтобы продолжить насмехаться над ним:

— Вы беспокоитесь о Жун жуне, но – о, чудо – у вас нет времени, чтобы хотя бы позвонить и спросить?

Жун Хэн:

— …Мадам Цинь, не могли бы Вы не искажать слова и не издеваться над логикой…

Мадам Цинь потянула руку Жун Сюю, и в удивленных глазах юного мальчика отразились грустные, полные слёз, глаза этой прекрасной леди:

— Су Хуа ушёл от нас очень рано, и от него остался только сын, только этот маленький дорогой мальчик… и таким холодным игнорированием вы наградили его? Как вы можете быть так бессердечны с таким милым Жун жуном!? Разве не вы заморозили все его кредитные карты? Тогда чем же он питается? Что он носит? Что покупает? И вы ещё...

Мадам Цинь повернулась, чтобы взглянуть на тётю, которая была рядом с дядей, и холодно сказала:

— Хотя у тебя нет своих детей, Жун жун всё же взрослел на ваших глазах. И ты всё же оставляешь его еду на кухне! Как ты думаешь, кто такой Жун жун? Он чужой ребёнок, которого ты можешь выгнать, когда захочешь? Даже если он чужой, он – не такое позорище, как ты! Как у тебя хватает наглости бросать своему племяннику объедки на пол, чтобы он ползал по кухне!?

Жун Сюй:

— …

На самом деле, еда тёти Ван была не такой уж ужасной. И он, к тому же, никогда не собирал объедки с пола, по крайней мере, она могла бы сказать, что он делал это не на коленях…

Мадам Цинь ругалась без умолку, и снова пришла к тому, что начала наговаривать на себя. Её глаза наполнились слезами. Она повернула голову назад, чтобы снова взглянуть на Жун Сюя, крепко сжимая в руках его ладони, а её глаза были полны чувства вины:

— Это моя вина... Твоя тётушка думала, что ты просто был подростком-бунтарём, но что у тебя всё было в порядке со средствами к существованию. Твоя тётя никогда бы не подумала, что ты на самом деле живёшь в таких чудовищных  условиях! Они даже не дают тебе поесть… они хотят заморить тебя голодом!

Жун Сюй:

— …

— Это ложь! — тётя Жун больше не могла этого вынести и, наконец, встала, чтобы возразить.

Кто знал, что это действие так рассердит мадам Цинь. Она резко обернулась и закричала:

— Заткнись!

В этот момент тётя Жун внезапно замерла на месте. Супруги Жун были не из тех, кто мог сравниться с этой экстравагантной аурой, возникшей не от гнева, а из-за престижа и власти этой леди; они просто были более низкого статуса. Они шокировано уставились на мадам Цинь, не смея открыть рот.

Под чарами беспомощной улыбки Жун Сюя, зловещая аура мадам Цинь, наконец, немного рассеялась. Она обернулась, чтобы сесть на диван, и начала переговоры с дядей и тётей Жун.

Суть переговоров была очень простой. Во-первых, Жун Сюй должен был получить принадлежащую ему часть завещания Старого Мастера. Во-вторых, Жун Сюй должен был покинуть резиденцию Жун. Мадам Цинь хотела взять Жун Сюя с собой, чтобы он жил с ней, и она могла наблюдать за тем, как он женится и обзаведётся детьми, ну и помогла ему найти хорошую жену.

Услышав это, Жун Сюй слегка нахмурился и тихо произнёс свои первые за сегодня слова:

— Уехать за границу?

Мадам Цинь кивнула и сказала:

— Жун жун, твоя тётя жила за границей последние несколько лет, поэтому и не могла позаботиться о тебе. Тётя хорошо всё обдумала: если ты останешься в этой стране, никто о тебе не позаботится. Мой негодник всегда внешне был очень послушным, но на деле никогда меня не слушал. Он, конечно, не позаботится о тебе. Тебе просто нужно поехать с тётей; я, конечно, смогу позаботиться о дорогом Жун жуне и абсолютно точно не позволю никому травить тебя, — сказав это, мадам Цинь свирепо посмотрела на тётю Жун.

Красивый юноша, стоявший за спиной Мадам Цинь, неловко опустил взгляд и вздохнул:

— Тётя, я не хочу сейчас ехать за границу.

Услышав это, мадам Цинь на мгновение удивилась, а глаза тёти Жун, напротив, засияли.

Жун Сюй продолжил:

— Сначала я хочу сделать себе карьеру в стране; сейчас у меня нет в планах переезда за границу.

Мадам Цинь внезапно встревожилась:

— Но если ты останешься в стране, я не смогу позаботиться о тебе, ах!

Юноша слабо улыбнулся:

— Я прекрасно могу позаботиться о себе сам. Спасибо за заботу.

Мадам Цинь посмотрела Жун Сюю в глаза, и с лицом, полным страданий, посетовала:

— О, Жун жун, ты такой внимательный, такой разумный… ты не хочешь заставлять других волноваться. Но, посмотри на себя: ты такой худой! Как ты можешь позаботиться о себе, ах...

Жун Сюй, который недавно набрал целый фунт:

— …

Какое-то время помолчав, Жун Сюй, наконец, вздохнул:

— Тетя, я уже не маленький. Через пару месяцев моё совершеннолетие. Если в таком возрасте обо мне всё ещё будут заботиться другие, тогда я действительно… — он невольно поднял «глаза феникса» и, неожиданно встретившись с другой парой глубоких умных глаз, на мгновение замолчал. — Тогда я действительно бесполезен. Не говоря уже о том, что я собираюсь сниматься в фильмах. Если я уеду за границу, у меня не будет возможности продолжить свою карьеру.

Юноша не шевелился и ничего не говорил, вместо этого искоса взглянув на мужчину подле себя. По какой-то неведомой причине он всё время чувствовал, что тот смотрит на него, и не мог понять, в чём дело.

Жун Сюй задумался об этом на мгновение и пришёл к выводу, что молодой человек, возможно, ревновал его к своей матери, которая относилась к нему с излишней любовью.

Однако, несмотря на то, что Жун Сюй был против, Мадам Цинь всё равно не согласилась оставить его одного в стране.

Только когда Мадам Цинь удостоверилась, что Жун Сюй вернётся сегодня вечером, она приехала в особняк семьи Жун. Она не ожидала, что нагрянув в их дом, она застанет ужинающих супругов Жун! Жун Сюй, очевидно, должен был вот-вот вернуться, но эти двое даже не могли подождать и получаса! У них хватило смелости вывалить остатки еду в тарелку и просто оставить её на кухне!

И они называют это «Мы не знали, что Жун Сюй вернётся сегодня?»

Они называют это «Мы относимся к нему хорошо?»

Полная чушь!

Чем больше она думала об этом, тем больше понимала, что эти двое, безусловно, ежедневно плохо обращаются с бедным мальчиком, из-за чего чувствовала боль и беспокойство. Когда она попыталась снова убедить юношу отправиться с ней за границу, к её удивлению, знакомая тонкая рука протянулась к ней, преградив ей путь.

Мадам Цинь поражённо застыла, а затем подняла глаза и увидела перед собой красивого и благородного сына своей семьи, который смотрел на неё, опустив голову.

Это безразличное и спокойное лицо было безупречно; тонкие губы и острый взгляд узких глаз. Мадам Цинь чувствовала, что её сын вёл себя сегодня немного странно. Он не смотрел на неё, хотя она всё время повторяла ему слово «накажу». Но, честно говоря, она немного побаивалась своего сына, который всегда был ледяной глыбой.

Мадам Цинь неохотно опустила руку:

— Что? Ты никогда не заботился о Жун жуне, дорогой, и тебе ещё хватает наглости перечить мне?

— Я в стране, — ответил он. Мадам Цинь не смогла отреагировать сразу, а Жун Сюй тут же выпучил глаза и повернул голову, чтобы посмотреть на молодого человека. Тот тут же поймал его взгляд. Жун Сюй видел только спокойные глаза, сверлящие его насквозь. — Я часто бываю в стране по целому году… по крайней мере, по семь-восемь месяцев в год.

Сказав это, мужчина шагнул вперёд и протянул руку к Жун Сюю, с серьёзным лицом положив что-то в его ладонь.

Жун Сюй был слегка удивлен и опустил голову, чтобы взглянуть: это был ключ, поблёскивающий на свету. Он был поражён, и у него появилась странная догадка, но молодой человек не стал дожидаться, пока он всё обдумает, и прямо сказал:

— Это ключ от моей квартиры. Она расположена на третьей кольцевой дороге города В, неподалёку от «ХуаСя Энтертейнмент». Раз уж ты собираешься войти в развлекательный круг, я могу поговорить кое с кем, и уже сегодня вечером ты получишь контракт от «ХуаСя Энтертейнмент» и моей студии.

Есть такой тип людей, которые очень редко открывают рот, но, когда это всё же происходит, они действительно всех шокируют!

Как только эти слова прозвучали, не только Жун Сюй, которому они были адресованы, но и даже супруги Жун с Мадам Цинь удивлённо уставились на Цинь Чэна. Все были ошеломлены и не понимали, как им реагировать.

Вероятно, из-за того, что она знала своего сына лучше всех, Мадам Цинь пришла в себя первой:

— Цинь Чэн, что ты делаешь, ты…

— Разве ты не оставила его на моё попечение, мама? — Цинь Чэн поднял голову и посмотрел на Мадам Цинь.

Мадам Цинь запиналась в словах:

— Да, я оставила его на твоё попечение... Но… почему ты вдруг стал так заботиться о нём?! И этот ключ от твоей квартиры… ты ведь не дал его даже мне, своей матери?!

Мадам Цинь, естественно, знала своего сына лучше всех; он был красивым и умным мужчиной с безупречным прошлым. Как актёр он уже достиг вершины, а как мужчина был любовником мечты для многих девушек по всему миру. Несмотря на это, мадам Цинь чувствовала, что ей никогда не увидеть свою невестку. Но не вините её: вините её сына, который был слишком жестоким!

И такой человек, как он, внезапно вызвался заботиться о ком-то и стал таким внимательным и дотошным?

Даже если он сказал это вслух, мадам Цинь не поверила в это!

Ни одна девушка не сможет продержаться с этим паршивцем в одном помещении несколько дней – это она знала наверняка!

«Он точно будет издеваться над моим дорогим Жун жуном!»

Подумав об  этом, Мадам Цинь внезапно встревожилась:

— Нет! Я просила тебя позаботиться о Жун жуне почти десять тысяч раз, но ты даже ни разу с ним не встретился! Когда я говорила, что собираюсь познакомить тебя с семьёй Жун, ты постоянно отказывался и избегал этого, и встретился с ним впервые только сегодня! Ты никогда не переживал за  моего дорогого Жун жуна! Что мне делать, если ты будешь издеваться над Жун жуном?!

Цинь Чэн показал слабое подобие улыбки, но не улыбнулся. Неизвестно почему, но его рука всё ещё держалась за руку Жун Сюя. Стоя так, он повернулся к своей матери и серьёзно сказал:

— Разве ты не сказала, что если я буду издеваться над ним, ты меня накажешь?

Дядя и тётя:

— …

Жун Сюй:

— …

Мадам Цинь:

— …

Кто посмеет наказать тебя, ах!!!

***

Спустя час мадам Цинь, наконец, взяла с собой сына и уехала.

После того, как Цинь Чэн открыл рот, они с Жун Хэном договорились о том, что «когда Жун Сюю исполнится восемнадцать, он сможет прийти и забрать то, что ему принадлежит» в течение коротких десяти минут. Теперь, спросите, зачем им возвращаться через час?

Потому что в течение следующих пятидесяти минут Няня Ван по наставлению Мадам Цинь должна была приготовить Жун Сюю ужин, чтобы Жун Сюй медленно ел, сидя за столом, а его тётя это видела!

Когда пришло время прощаться, Жун Сюй лично вызвался проводить Мадам Цинь и Цинь Чэна. Прохладный летний ветерок обдувал  волосы юноши, приподнимая их и открывая взору чистый лоб. Одетый в простую белую рубашку, он с улыбкой стоял у двери, прощаясь с Мадам Цинь и Цинь Чэном.

Холодный лунный свет пролился на его изысканную нежную кожу, сделав её похожей на белый фарфор.

Только попрощавшись с Мадам Цинь, Жун Сюй повернулся, чтобы взглянуть на этого незнакомого мужчину.

Цинь Чэн слегка склонил голову и уставился на Жун Сюя. Он был на полголовы выше юноши, однако в его взгляде не было никакого презрения или принижения. Он казался каким-то чрезвычайно торжественным и серьезным. В своей прошлой жизни Жун Сюй привлекал внимание многочисленных поклонников по всему миру, и ему давно следовало привыкнуть к таким взглядам, однако сегодня он почему-то чувствовал себя некомфортно.

Но, так или иначе, все странные события сегодняшнего дня наконец-то подходили к концу.

Судя по происходящему, Жун Сюй пришёл выводу, что он не был знаком с Цинь Чэном. Поэтому он медленно протянул правую руку, улыбнулся и сказал:

— Привет, я Жун Сюй. Рад знакомству.

Ответом стала долгая тишина.

Эта тишина длилась слишком долго, вынудив Жун Сюя слегка вздернуть брови и поднять голову, чтобы взглянуть на мужчину.

Лунный свет слабо поблёскивал на его лице. Даже ночь не могла скрыть его красоту и холодный характер. Он долго и настойчиво сверлил Жун Сюя взглядом, после чего, наконец, протянул руку и тихо ответил:

— Цинь Чэн.

Так и прошло первое знакомство Цинь Чэна и Жун Сюя.

Только эти два коротких слова. После этого Цинь Чэн развернулся и сел в машину, исчезнув вместе со своей матерью в темной ночи.

На ладони Жун Сюя всё ещё чувствовалось тепло, пока он наблюдал, как машина медленно исчезает за поворотом. Хотя Мадам Цинь и не хотела верить в благие намерения Цинь Чэна, он упрямо сунул свой ключ в карман Жун Сюя и даже сказал ему, что может даже жить в этой квартире, когда ему будет угодно. Цинь Чэн целыми днями пропадал на съёмках и вообще не бывал дома.

Он знал, что это было довольно неуместно, но понимал, что Жун Сюй больше не мог оставаться в доме своих родственников. Изначально он намеревался постепенно получить то, что положено ему по завещанию, но, поскольку кто-то был готов сделать за него этот «шаг», он был не прочь перейти сразу к следующему.

Однако… подписать контракт со студией Цинь Чана?

Жун Сюй на мгновение задумался, а затем достал телефон и отправил сообщение Ло Чжэньтао: «Ло гэ, я прочитал всю информацию. Там было  сказано о сериале, который, как мне показалось, довольно неплох. У Вас есть время обсудить это в ближайшие два дня?»

Спустя минуту Жун Сюй уже получил ответ от Ло Чжэньтао: «Да! Я буду в «ХуаСя Энтертейнмент» завтра в девять утра. Я буду ждать Вас».

Жун Сюй беспомощно улыбнулся. Ответ был таким быстрым, что эта мысль напрашивалась сама собой: неужели он всё это время не выпускал из рук телефон?

Жун Сюй, естественно, не знал этого, но Ло Чжэньтао действительно всё это время сжимал в руках  свой телефон, ожидая его сообщения. Также он не знал и того, что другой мужчина всё это время держался за свою правую руку, опустив глаза и задумчиво глядя на неё.

Эта рука была тонкой и изящной, с отчётливо выраженными суставами; круглые ногти были аккуратно подстрижены. Его красивая рука выглядела абсолютно так же, как и всегда.

Цинь Чэн постоянно опускал голову, чтобы взглянуть на свою руку, но, вероятно, из-за того, что он слишком долго повторял это странное действие, Мадам Цинь, которая сидела рядом, спросила:

— Что у тебя с рукой?

Цинь Чэн медленно перевёл взгляд в сторону и осторожно сунул руку в карман пальто, тихо ответив:

— Ничего.

Ночь прошла быстро.

Той ночью дядя и тётя игнорировали Жун Сюя и вели себя так, будто его не существовало. Жун Сюй особо не задумывался об этом, собрав в чемодан лишь всё самое необходимое, чтобы отдать его завтра утром управляющему Дуаню.

Он намеревался временно пожить в квартире Цинь Чэна, пока не арендует себе подходящий дом на деньги, вырученные с «Борьбы за превосходство». По его оценке, двух дней должно было вполне хватить, чтобы успеть найти дом. Решение этого вопроса можно было доверить Ло Чжэньтао. Поиск места жительства для своих артистов также входил в обязанности менеджера.

На следующий день Жун Сюй отдал свой чемодан Управляющему Дуаню и отправился в «ХуаСя Энтертейнмент» один.

Ло Чжэньтао предложил ему три довольно заманчивых варианта в контракте, использовав это как козырь, чтобы убедить его подписать с ними контракт. Это был один фильм и два драматических сериала.

Жун Сюй остановил свой выбор на еженедельном сериале.

Прибыв в «ХуаСя Энтертейнмент», Жун Сюй сразу же перешёл к делу и согласился подписать контракт с Ло Чжэньтао.

Прошлой ночью, сразу же после того, как тётушка Цинь и Цинь Чэн уехали, ему написал некий первоклассный менеджер из «ХуаСя Энтертейнмент» и скинул контракт артиста. Жун Сюй не знал, где он взял его номер, но отказал ему.

Ему не нужно было открывать контракт, чтобы понять, что его условия должны быть в разы лучше, чем у Ло Чжэньтао. Однако он прекрасно понимал, что подписав этот контракт, он станет артистом студии Цинь Чэна.

Ситуация со студиями артистов не была редкостью в кругу развлечений.

В общем, только звезды с определённым уровнем славы и репутации были  достаточно квалифицированы, чтобы создать свою собственную студию. В этой студии сами артисты были «боссами» и были сравнительно независимы. Они могли использовать имя своей студии, чтобы инвестировать в фильмы, сериалы и выступать в роли продюсера.

Кроме того, студии могли подписывать других артистов.

Наличие уже известной звезды у руля могло выступить очень хорошим фактором. И если в будущем студия расширится, она может стать небольшой развлекательной компанией.

«ХуаСя Энтертейнмент» была самой влиятельной развлекательной компанией в Китае. До подписания контракта Жун Сюй долго изучал информацию, касающуюся «ХуаСя Энтертейнмент», и очень четко знал, что особняком в этой огромной компании стояла только одна студия артистов: Студия Цинь Чэна.

Если бы Жун Сюй действительно хотел с ней работать, он, без сомнения, получил бы от Цинь Чэна много ресурсов. Для любого новичка быть связанным с Цинь Чэном означало прекрасную возможность прославиться.

Однако, если бы он действительно подписал с ним контракт, его будущий путь навсегда был бы связан с этим человеком.

Жун Сюй понимал, что когда однажды он превзойдёт этого человека, ему придётся столкнуться с трудной ситуацией: Цинь Чэн либо нарушит контракт, заставив его покинуть студию, либо столкнётся с большим для себя позором. Или он решит всё это мирно и вежливо, но лишь внешне, а на деле эта ситуация навсегда останется камнем преткновения в их отношениях?

Даже двум друзьям было бы трудно сделать такой выбор.

Вспоминая мужчину, с которым он лишь однажды виделся прошлой ночью, юноша нахмурился, а затем тихо вздохнул.

Он не обязан был портить его имидж, но это неизбежно повлияет на отношения обеих сторон. В конце концов, одна гора не может уместить двух тигров. Даже если в будущем у них будет возможность стать самыми близкими друзьями, они не смогут полностью абстрагироваться от этой проблемы. Не говоря уже о том, что они могут и не стать друзьями вовсе.

После того, как Ло Чжэньтао подписал контракт с Жун Сюем, он сделал три копии: для себя, для Жун Сюя и для компании.

Ло Чжэньтао не мог не удивиться, когда услышал, как Жун Сюй заинтересовался этой еженедельной драмой:

— Я почему-то думал, что Вас заинтересует другой драматический сериал… зачем Вам эта еженедельная драма? — Ло Чжэньтао продолжил. — В этом фильме задействованы не особо известные актёры второго уровня. Режиссёр также новичок; это его первый опыт работы над сериалом: раньше он снимал только рекламу. Юный господин Жун, Вы уверены, что не хотите передумать?

Кроме этого актёра первого уровня, ни у одного артиста под руководством Ло Чжэньтао не было своей собственной комнаты отдыха в офисе «ХуаСя Энтертейнмент». Всякий раз, когда они приходили в компанию, они отдыхали в офисе Ло Чжэньтао, где обсуждали с ним вопросы, касающееся работы.

Жун Сюй и Ло Чжэньтао сидели на мягком, но прочном диване, а на кофейном столике перед ними лежал список со всевозможными ролями. Ло Чжэньтао убрал две свои копии контракта, а Жун Сюй взял свою.

Они знали, что среди всех этих ролей, самыми «ценными» были фильм и два других драматических сериала.

Жун Сюй внимательно читал сценарий, когда внезапно засмеялся:

— Мы уже подписали контракт, Ло Гэ. Вам больше не нужно называть меня «молодым господином Жун». Сегодня я уехал из дома… У вас случайно не найдётся времени помочь мне подыскать новое место жительства примерно через два дня? Я хочу снять квартиру. Что касается этих трех вариантов, что Вы дали мне вчера вечером... — сделав паузу, Жун Сюй поднял голову, переведя взгляд со сценария на лицо Ло Чжэньтао, и улыбнулся ещё лучезарнее. — Мне очень нравится эта еженедельная драма.

Ло Чжэньтао спокойно спросил:

— По какой причине?

Жун Сюй ответил:

— Если говорить о сценарии, то (если не считать фильм), в двух других сериалах, в целом, нет вообще никакой разницы. Вы предпочитаете эту драму, потому что это большая постановка с известными актёрами. Роль, которую мне в нём предлагают, –  младший брат героини, который может получить даже больше экранного времени по сравнению с третьим мужским персонажем. Но даже если это большая работа с крупными актёрами, этот сериал и в подмётки не годится «Борьбе за превосходство», так почему же я должен выбирать его? Именно поэтому я, собственно, и  предпочёл еженедельную драму. Роль второго мужского персонажа – очень хороший выбор, к тому же, у меня будет много экранного времени. Но, что самое главное, этот сериал скоро выйдет в эфир.

— Скоро выйдет в эфир… — немного подумав над словами Жун Сюя, Ло Чжэньтао сказал. — Хорошо! Тогда я помогу Вам связаться с командой.

Жун Сюй не мог сдержать улыбку.

Как он и заметил, хоть Ло Чжэньтао пока и оставался менеджером без большого количества ресурсов, его сила и прозорливость были очень неплохи.

Если кто-то хотел подняться на вершину, сила и удача были просто необходимым атрибутом. Удача Ло Чжэньтао «хромала» (эта первосортная звезда, которую он взрастил, решила сменить место работы и ушла от него, так что он упустил свой шанс). Однако способности у него всё же были, поэтому он мог достичь больших высот.

Скорость Ло Чжэньтао была чрезвычайно высокой, однако ответ от команды он получил лишь спустя некоторое время. В нём говорилось, что Жун Сюй может без проблем присоединиться к команде сериала.

Но у Ло Чжэньтао всё ещё оставались некоторые сомнения:

— В конце концов, это новая съёмочная команда… Требования режиссёра к актёрам невысоки, как и гонорары. Жун Сюй, возможно, этому сериалу не удастся «выстрелить», к тому же, в нём задействована только одна звезда первого уровня, так что Вам нужно быть готовым.

Жун Сюй на секунду задумался, после чего спросил:

— Эта звезда – главный мужской персонаж или женский?

Ло Чжэньтао ответил:

— Это военный фильм о шпионах с героем-мужчиной, который был очень знаменит несколько лет назад. Его играет актёр первого уровня Хань Янхао. Его имя редко было на слуху в последние годы, и он, вероятно, хочет, чтобы эта драма встрепенула его карьеру, — снова сделав паузу, Ло Чжэньтао увидел ошеломлённый взгляд Жун Сюя и засмеялся, — Э-э-э, я не говорил Вам? Самое главное требование режиссёра при отборе актёров для этого фильма заключалось в том, что… их внешний вид должен соответствовать определенным стандартам…

Жун Сюй:

— …

«Ты вообще об этом не упоминал!»

В любом случае, Жун Сюй уже согласился на этот фильм. Хотя это и был первый сериальный опыт режиссёра, у него был богатый опыт съёмок рекламы, и, к тому же, он работал помощником  нескольких известных отечественных режиссёров более десяти лет. Жун Сюй посмотрел несколько снятых им рекламных роликов прошлым вечером и отметил для себя, что он действительно очень талантлив, поэтому вполне заслуживает сотрудничества.

***

В «Борьбе за превосходство» в это время уже шёл последний месяц съёмок.

Третий мужской персонаж присоединился к команде на третий день после ухода Жун Сюя. Он играл вспомогательную роль хорошего друга ВаньЦи Яо. Задолго до смерти ВаньЦи Яо ему было поручено дело его друга. В случае гибели ВаньЦи Яо он должен был приехать в государство Чу и стать его новым военным советником.

Этот актёр был не особо известной второсортной звездой, и сумел быстро влиться в команду. Однако (неизвестно, было ли это из-за того, что он присоединился к команде слишком поздно или нет), хотя он и общался с другими актёрами, они не состояли в особенно близких отношениях.

Сегодня этот актёр только закончил обедать, как вдруг услышал смех Тан Мэнлань, которая находилась в это время рядом:

— В сегодняшний ланч-бокс положили зеленый перец, Ах! Я помню, что Жун Сюй очень любит его. Если бы он был сейчас с нами, я бы обязательно отдала ему все зелёные перцы, ха-ха-ха!

Когда эти слова прозвучали, Дун Чжэн и Е Цяо тоже рассмеялись. Новичок же сначала на мгновение впал в ступор, после чего выдавил из себя неловкую улыбку.

Ещё через два дня, по настоянию режиссёра Го, пиар-команда завершила ретуширование всех плакатов с героями «Борьбы за превосходство» и кадров фильма, после чего опубликовала их на своей официальной странице в Вэйбо. Когда все девять фотографий были опубликованы одновременно, они тут же привлекли к себе бесчисленное внимание масс.

Тан Мэнлань была одной из самых популярных актрис в стране за последние годы. У неё было не только большое количество поклонников мужского пола, потому что она когда-то играла роль старшей сестры королевы, но и куча поклонниц среди женщин.

Чжуан Сяолю был одной из них.

О начале съёмок «Борьбы за превосходство» было официально объявлено четыре месяца назад, поэтому все знали, что главным актёром был Дун Чжэн, а актрисой – Тан Мэнлань. С такими популярными ведущими актёрами, легко можно было представить, сколько этот фильм привлечёт к себе внимания. Всего на официальный аккаунт драмы в Вэйбо было подписано триста семьдесят тысяч человек, и их подавляющее большинство было активными поклонниками.

В этот день Чжуан Сяолю, как обычно, листала ленту в Вэйбо, когда вдруг получила специальное уведомление:

[Команда «Борьбы за превосходство»: герои плачут кровью, силой захватывая мир под небесами; меч указывает на синий купол Небес, пытаясь захватить трон!]

Чжуан Сяолю поспешно открыла уведомление, чтобы посмотреть, и вдруг... увидела богиню своей семьи!

«Aо-Aо-Aо!!! Опубликовали постеры персонажей! Репост! Репост! Все сюда, скорее! @Фан-клуб_Тан_Мэнлань @Богиня_Тан_Мэнлань @Ассоциация_Любви_Тан_Мэнлань».

В течение пяти следующих минут этот пост с постерами персонажей был переслан более трёх тысяч раз. Чем больше людей видели этот пост в Вэйбо, тем больше репостов он собирал. Всего за полчаса количество лайков перевалило за двадцать тысяч!

Для официального аккаунта с 370.000 подписчиков эти цифры уже были весьма приятными.

Чжуан Сяолю открыла Вэйбо и начала внимательно читать.

Хотя «Борьба за превосходство» и не рассматривалось как драма строго главного героя или героини, Тан Мэнлань была на голову «выше» Дун Чжэна. В этом посте в Вэйбо было всего девять постеров, и самым первым шла мужественная и героическая, внушающая благоговение женщина-генерал.

Она была одета в военную форму: полностью белые, слепящие глаза, доспехи. Под длинными бровями – суровый взгляд, лицо – спокойное, в руке – копьё длиной семь футов и три дюйма. Кончик её копья выглядывал наружу; при одном взгляде на него чувствовалась давящая убийственная аура.

На правой стороне постера красовался ряд слов: «У семьи Сяо есть дочь по имени Сян; она сменила свои платья на доспехи, и рубит толпы врагов ударом своего копья! Тан Мэнлань в роли Сяо Сян».

Чжуан Сяолю несколько раз взволнованно перечитала эту подпись и пересчитала количество линий на доспехах Тан Мэнлань, и только после этого неохотно перешла к следующей картинке.

— О, Дун Чжэн тоже довольно красив, ах, но он не такой красивый, как Тан гэ* моей семьи… Э! Е Цяо на самом деле может быть таким красивым? Очень неплохо... О, и этот парень… как же его зовут... О, точно, Сун Минфэй. Звучит так, будто он конфуцианский ученый? — какое то время поразглядывав постеры, Чжуан Сяолю вдруг поняла. — Ах! Неужели, Тан гэ – единственная актриса в этой драме?!

В официальном объявлении сообщалось только то, кто выступит режиссёром, и кто будет в главных ролях. Никто и подумать не мог, что во времена широкой популярности романтических историй и сериалов про идолов будет снят драматический сериал, который решит пойти по совсем другому пути. Они сознательно не стали выбирать эмоционально-романтический «путь», а набрали группу людей, которые будут бороться за власть!

Чжуан Сяолю была взволнована ещё больше:

— Сун Минфэй очень красив… если даже третий мужской персонаж так красив, то этот фильм определённо…

Она внезапно замерла. И без того большие глаза маленькой леди расширились, став ещё круглее и шире, когда она не мигая пялилась на экран телефона.

Она неотрывно смотрела на мужчину на фотографии. Сначала она посмотрела на бросающуюся в глаза красивую внешность человека, у которого, казалось, не было времени на развлечения, а затем посмотрела на его губы, изогнувшиеся в холодной безразличной улыбке.

Этот мужчина был одет в бледно-голубое чанпао. Он стоял на берегу реки лицом к ветру, и рукава его одежды трепетали на ветру. Даже сквозь холодный экран смартфона ей казалось, будто она слышит вой ветра. Продолжая смотреть на его бесподобно красивое лицо и взгляд, девушка внезапно вздрогнула: ей показалось, будто юноша смотрел через экран прямо на неё!

Он словно проник сквозь пространство и время; он слабо улыбался, а его узкие хитрые глаза феникса ярко поблёскивали. Его улыбка была мирной и спокойной, как у человека, живущего обычной жизнью и не стремящегося к славе и богатству. Если просто смотреть на него так, начинаешь чувствовать себя непринуждённо и спокойно, а всё возбуждение и беспокойство как рукой снимает… Глядя на него, невольно начинаешь  слышать звуки волн, ритмично бьющихся о берег.

Этот прекрасный юноша явно был молод. Однако он уже обладал необъяснимой мощной аурой, которая могла шокировать людей до глубины души, не давая им отвести взгляд и заставляя сосредоточиться на его невозмутимой и спокойной улыбке, глядя на которую невольно начинаешь доверять ему.

Спустя пять минут вглядывания в экран, Чжуан Сяолю сглотнула и перевела взгляд в сторону, чтобы прочитать подпись к персонажу: «На озере Юнь Мэн одиноко стоит павильон Ван Цю. Герои знают: тот, кто заполучит ВаньЦи, получит мир! Жун Сюй в роли ВаньЦи Яо».

Через мгновение: «Ах-ах-ах, этот новичок такой красивый! И имя у него такое приятное – Жун Сюй! Ах, имя ВаньЦи Яо тоже очень приятно для ушей! Кто он, на самом ли деле он новичок? Такой красивый… ах! Этот постер просто потрясен! Есть тут кто-нибудь, кто его знает?!»

Чжуан Сяолю быстро полистала комментарии в Вэйбо и обнаружила, что, по крайней мере, одна треть популярных аккаунтов Вэйбо обсуждает этого новичка.

Одна треть – это совсем не мало, учитывая, что поклонники Тан Мэнлань и Дун Чжэна занимали больше половины комментариев. Что касается второго мужского персонажа, Е Цяо, а также третьего, Сун Минфэя, то, хотя они и были более-менее известны, им было очень далеко до уровня Тан Мэнлань. У них просто не было возможности быть с ней на равных.

*автор делал большой акцент на поклонниц Тан Мэнлань среди женской аудитории. Они относятся к ней как к жене (?), потому и обращаются к ней «Тан гэ», а не «Тан цзе». Возможно, оттуда и фраза «Тан гэ моей семьи».

В это время бесчисленное количество людей в популярных комментариях просто сходили с ума, буквально облизывая экран.

«Какой он красивый! Просто потрясающий! Уровень привлекательности этой драмы просто зашкаливает! Тан Мэнлань симпатична, Дун Чжуан симпатичен, Е Цяо симпатичен, Сун Минфэй тоже ничего, а Жун Сюй ещё красивее!!! Да, Тан Мэнлань, безусловно, играет в этой драме  прекрасную роль, но красотой драмы абсолютно точно является Жун Сюй! Ах-ах-ах-ах!!!»

«Когда релиз?! Когда!? Сколько ещё ждать? Я тоже хочу посмотреть, посмотреть на этих прекрасных людей!»

«Кто заполучит ВаньЦи, получит мир... может ли этой юный красавчик играть некого Императора? Или, может, он феодальный князь при императоре?»

«Я думаю, он должен быть кем-то вроде Мастера Кунмина… Вам не кажется, что этот юный красавчик чист и далёк от мира смертных и его пошлости? Как он может быть Императором, ах? Он определенно нечто бОльшее! Бьюсь об заклад, что он супер-супер-мощный закулисный БОСС!»

«Кстати, а какая... фамилия у этого персонажа? Вань?»

Чжуан Сяолю быстро ответила: «ВаньЦи! В-а-н-ь-ц-и! Вань (как миллион) и Ци (как ожидание)! Aо-Ао-Ао-А! Изначально я перешла по этой ссылке только ради Тан гэ, но теперь я стала поклонницей этого юного очаровашки... Его постер слишком красив!»

«*Кланяется силе красоты* +1! Печатаю ногами, чтобы доказать это! _(:3∠)_»

«*Кланяется силе красоты* +1 !!! Такой красивый… ах-ах-ах!!! Я не могу вынести эту бессмертную ауру! Слишком, слишком мощно!»

«*Кланяется силе красоты* + 10086! Взгляните на страничку этого красавчика! Похоже, он действительно новичок, ах! У него всего пару сотен подписчиков на Вэйбо! Скорее, переходите по ссылке! Я решила стать поклонницей этого парня! Теперь я не могу дождаться релиза «Борьбы за превосходство»! @Жун Сюй»

...

Ло Чжэньтао как-то сказал, что «Борьба за превосходство» – это крупнейшая инвестиция в драматические сериалы «ХуаСя Энтертейнмент» в этом году, и можно сказать, козырь для рейтинга конца года. Очень скоро после публикации постеров персонажей, на Вэйбо, форумах Байду и многих других платформах начались активные обсуждения сериала.

И новый актёр, о котором никто никогда не слышал, был в центре этих обсуждений.

Жун Сюй вернулся домой ночью, когда #БорьбазаПревосходство, #ТанМэнлань, #ДунЧжэн и #ВаньЦи уже успели стать четырьмя самыми популярными тэгами Вэйбо. Первые три были в десятке популярнейших запросов, а последний, #ВаньЦи, занял 41-е место. Однако даже этот результат сильно удивил Жун Сюя.

Он щёлкнул на популярные поисковые запросы и обнаружил, что треть пользователей сети обсуждают «Что это за роль?» и «Кто такой Жун Сюй?». Ещё одна треть пользователей обсуждала, какой он «красивый, прекрасный, божественный» со смайлами, «облизывающими экран», а последняя треть…

«Э, разве в Китае есть фамилия ВаньЦи?»

«Иди лесом, неграмотный человек! Девять лет обязательного образования научили меня облизывать красавчиков, и я горжусь этим! *облизывает экран* 23333».

Жун Сюй: «…»

В некотором смысле, все эти обсуждения, э-э-э, действительно были позитивны и внушительны.

Жун Сюй обнаружил, что количество его подписчиков на Вэйбо стремительно приблизилось к отметке в 100.000. Всего за несколько часов на него подписалось более 90.000 фанатов. Это действительно были потрясающие цифры, ведь он всё-таки начинал с нуля.

Пока Жун Сюй наливал себе чай, ему пришло сообщение от Ло Чжэньтао: «По некоторым данным, сегодня ночью количество Ваших подписчиков может перевалить за 200.000 человек. Я буду контролировать общественное мнение, так что Вам не нужно слишком беспокоиться о шумихе вокруг ‘Борьбы за превосходство’».

Жун Сюй опустил взгляд, чтобы прочитать это сообщение, и быстро ответил: «Хорошо, я понял, Ло гэ».

Ло Чжэньтао и Жун Сюй никогда не задумывались о том, что «ВаньЦи» может стать популярным тэгом. Жун Сюй не был обычным новичком; он всегда знал, что эта сфера не так уж проста. Если артист хотел ярко дебютировать (как Цинь Чэн, чья отправная точка была просто недосягаема для обычных людей), ему была просто необходима собственная маркетинговая команда.

Вы правда думаете, что если бы Тан Мэнлань полагалась на одних лишь фанатов, каждый её пост в Вэйбо набирал бы сотни тысяч комментариев?

Когда артисту нужно немного «тепла», в дело вступает маркетинговая команда. Например, на этот раз, согласно предположениям Жун Сюя, Дун Чжэн попал в десятку «горячих поисковых запросов» полагаясь далеко не на одну популярность постеров «Борьбы за превосходство». Таким путём он, в лучшем случае, был бы в первой двадцатке, однако ему «каким-то образом» удалось достичь десятки.

Прежде чем артист достигнет определенного статуса и положения, он должен был научиться преподнести себя аудитории.

Ло Чжэньтао изначально не думал о проведении PR-акций для Жун Сюя во время релиза постеров. Он хотел заняться этим, когда выйдет первый трейлер. Тем не менее, раз уж пользователи сети так спонтанно сделали Жун Сюя «горячей темой», Ло Чжэньтао, естественно, решил воспользоваться этой возможностью, чтобы связаться с отделом по связям с общественностью «ХуаСя Энтертейнмент» и использовать все средства для поддержания Жун Сюя в списке 40-50 популярнейших запросов в течение ночи.

Так что на утро, как и ожидалось, количество подписчиков Жун Сюя на Вэйбо действительно побило отметку в 200 тысяч и даже перевалило за 300 тысяч!

Ло Чжэньтао взволнованно отправил сообщение: «Это очень хорошее начало! Даже у той звезды первого уровня, с которой я раньше работал, не было таких потрясающих результатов! Сяо Сюй, я думаю, благодаря «Борьбе за превосходство» Вы можете сделать огромный шаг вперёд! На кону звание актёра третьего или даже второго уровня!»

Жун Сюй подумал секунду, а затем спокойно напечатал ответ: «Хорошо, Ло Гэ, мы приложим для этого все усилия! *Кулак* *Кулак* *Кулак*»

…

Затем Жун Сюй с каменным лицом отложил телефон в сторону.

Его нельзя было винить в том, что его не взбудоражило прибавление 300 тысяч подписчиков.

В его прошлой жизни, число его подписчиков в Вэйбо составляло более 240 миллионов человек. Он был артистом с самым большим количеством поклонников в стране. Даже на зарубежных социальных платформах у него было почти 150 миллионов подписчиков. Даже если и там, и там на него могли быть подписаны одни и те же люди, минимальное число его подписчиков, предположительно, превышало 300 миллионов человек.

300 миллионов против 300 тысяч…

Даже если бы он хотел обрадоваться этому, это было просто невозможно.

Неизвестно, о чём думал Жун Сюй, пока молча листал поисковик Вэйбо и переходил на личную страницу найденного человека.

Главное фото профиля было очень хорошего качества. Открыв фотографию на весь экран, он увидел чрезвычайно красивого мужчину, стоявшего, прислонившись к стене, с опущенной головой и взглядом. Чёрно-белый стиль фото не позволял отчётливо разглядеть его лицо, но сильная и безразличная аура, передающаяся даже через фотографию, безжалостно давила на тех, кто смотрел на него. Даже если его лица не было видно, ошибиться было невозможно.

Потому что это был Цинь Чэн.

Жун Сюй какое-то время смотрел на эту фотографию, после чего решил взглянуть, сколько у мужчины подписчиков.

342.000.000. Триста сорок два миллиона.

Китай в этом мире не строил стен против иностранных социальных платформ, но местные знаменитости, в основном, не пользовались иностранными соц.сетями, отдавая предпочтение родному китайскому Вэйбо. Множество зарубежных фанатов лично регистрировались в китайском Вэйбо, чтобы следить за жизнью своих любимых звёзд.

«Этот человек в настоящее время является номером один в Китае, ах...»

Жун Сюй необъяснимо встрепенулся при этой мысли. Сузив глаза и таращась на фотографию в профиле Вейбо, он вдруг услышал отчётливый звук ключа, поворачивающегося в двери!

Жун Сюй тут же обернулся, с удивлением уставившись на входную дверь.

Когда дверь из красного дерева осторожно распахнулась, первым, что он увидел, была тонкая рука.

Когда внезапно появившийся в квартире мужчина поднял голову и увидел Жун Сюя, в его умных обсидиановых глазах мелькнуло удивление (вероятно, потому, что он не думал, что этот юноша действительно явится сюда). Слегка поджав губы, Цинь Чэн скрыл своё удивление и спокойно закрыл за собой дверь, войдя в квартиру.

Почти неосознанно, Жун Сюй быстро положил свой телефон на стол экраном вниз.

Цинь Чэн спокойно подошёл к обеденному столу. Когда он подошёл достаточно близко, Жун Сюй улыбнулся и сказал:

—  Я уже попросил своего менеджера подыскать мне хорошее место. Мистер Цинь, мне завтра на съемки, но в следующий раз, когда я вернусь в город В, я уеду отсюда. Спасибо за Ваше гостеприимство в последние несколько дней. Я ничего не трогал в доме, но на какое-то время одолжил Вашу кухню. Я уже всё убрал.

Цинь Чэн, который всё это время пробыл на съёмках, а теперь, наконец, вернулся в свою квартиру:

— …

Как будто не замечая шокированного выражения лица хозяина квартиры, Жун Сюй продолжил:

— Я знаю, что Вы дали мне ключ от этой квартиры только из-за тётушки Цинь. Я прошу прощения за неудобства, связанные с тем, что я прожил здесь три дня.

Цинь Чэн:

— …

Полдня спустя Цинь Чэн, наконец, вышел из своего ступора и открыл рот, чтобы произнести одно-единственно предложение:

— Ты можешь и дальше жить здесь.

Жун Сюй на мгновение засомневался, не послышалось ли ему. Расширив глаза, он переспросил:

— Что?

Цинь Чэн опустил взгляд на растерянное лицо юноши. Он увидел пару ярких выразительных глаз, ясно отражающих сверкающий свет, словно волны под солнечным светом. Это, очевидно, была простая и чистая улыбка доброй воли, но Цинь Чэн, сам не зная почему, внезапно увидел в этих глазах некое… очарование.

Слегка вздохнув, Цинь Чэн изогнул губы в улыбке и, наконец, отошёл от этого непроизвольного состояния «невежливости» человека, которого «застали врасплох в его собственной квартире, лишив возможности оперативно отреагировать». Он подошёл к столу, отодвинул стул и сел напротив молодого человека.

Подняв голову, мужчина сфокусировался на юноше, который всё ещё выглядел растерянным. Продолжая улыбаться, он тихим голосом сказал:

— В районе офиса «ХуаСя Энтертейнмент» не найти квартир лучше этой. Раз уж ты итак собираешься снимать квартиру, почему бы тебе не... снять мою? В знак раскаяния перед своей матерью я даже сделаю тебе скидку.

Взгляд Жун Сюя дрогнул, и он в оцепенении уставился на мужчину перед собой.

Цинь Чэн, который с самого начала держался прохладно и спокойно, вдруг поднял левую руку, начав легонько постукивать по столу. Если бы тётя Цинь была здесь сейчас, она бы точно воскликнула: «Сынок, ты снова стучишь пальцами! Чего ты так нервничаешь?!»

…

Можно сказать, что таким образом можно было упрашивать кого-то жить с вами. Особенно, если вы употребляете при этом фразу: «в знак раскаяния перед своей матерью».

*Ао-Ао-Ао — плачущие звуки;

*Чанпао — традиционная китайская одежда от плеч до пят;

*Байду — крупнейшая поисковая система Китая, как гугл.

*Кунмин — вежливая форма имени Чжугэ Ляна, китайского политика, военного стратега, писателя и  изобретателя, который разозлил Чжоу Юя.

В Китае есть такой род отношений – человеческие отношения.

С чувством долга перед кем-то было очень трудно справиться. Жун Сюй прожил здесь три дня и уже чувствовал, что должен этому парню. Поэтому, даже когда ему предложили заплатить арендную плату и остаться в квартире, он всё равно решительно отказался.

Слабая улыбка на лице юноши, тактично отклонившего его предложение, несколько шокировала Цинь Чэна, будто он даже не рассматривал такую возможность. Его палец стал постукивать по столу всё быстрее и быстрее; звук становился отчётливее.

Эта привычка была свойственна многим людям, поэтому Жун Сюй никак на неё не реагировал, и лишь улыбался, молча наблюдая за Цинь Чэном. Его вид был мягким и кротким, но в его глазах читался твёрдый отказ, указывающий на неизменность его решения.

Спустя долгое время Цинь Чэн, наконец, успокоился и спросил:

— Ты уже нашёл квартиру?

Жун Сюй кивнул в ответ:

— Ло Гэ сказал, что уже нашёл для меня две довольно хорошие квартиры, — сделав паузу, он добавил, — Ло Чжэньтао из «ХуаСя Энтертейнмент». Я уже подписал с ним контракт, поэтому и отказал Вашей студии.

Это был идеальный момент, чтобы сообщить об этом. Жун Сюй уже давно заключил соглашение с Ло Чжэньтао, поэтому он, естественно, не мог сотрудничать со студией Цинь Чэна.

Ваш долг не обязательно должен превращаться в снежный ком, который с каждым разом становится всё больше. С самого начала расставить всё по местам – лучший выбор.

В результате снова Цинь Чэн замолчал и больше ничего не говорил.

Однако через некоторое время со спальни Жун Сюя раздался шум. Поначалу он слегка удивился, но, подняв телефон со стола и взглянув на время, рассмеялся:

— Я не думал, что уже восемь. Это будильник.

Сказав это, юноша встал и пошёл в спальню, чтобы выключить будильник.

Уходя, он, естественно, не заметил, что загоревшийся  экран его телефона привлёк внимание мужчины. Узкие свирепые глаза феникса тут же расширились и вспыхнули блеском удивления. Дождавшись, когда Жун Сюй скроется за дверью, он тут же прекратил стучать по столу. Мгновение поколебавшись, он всё же не смог сдержаться и потянулся за телефоном Жун Сюя.

Этот телефон Жун Сюй неохотно решил купить после долгих размышлений, когда получил гонорар за «Борьбу за превосходство». Его личный телефон (на котором звонил будильник) тоже стоил немало – тысячу юаней, но для использования социальных платформ, вроде Вэйбо, лучше было подобрать смартфон с бОльшей производительностью.

Цинь Чэн быстро схватил в руки чужой телефон, даже не задумываясь об аморальности своего поведения.

«Отпечаток пальца… — как и следовало ожидать: он не мог его разблокировать. — Позже мне придётся подыскать возможность добавить свой отпечаток в его телефон…»

Сейчас же он мог разблокировать его только паролем.

Цин Чэн на мгновение задумался, после чего ввёл дату рождения Жун Сюя.

[1218]

Ничего.

«Год рождения?»

[2026]

«Да как его разблокировать?»

Поскольку и это не сработало, он мог ввести только одну дату.

[1027]

«Конечно же... это не сработало! Это ведь твой день рождения! Даже если ты случайно введёшь свой год рождения [2017], как, по-твоему, он может оказаться правильным!?»

Взгляд Цинь Чэна ещё раз задержался на экране телефона. У него больше не было возможности попытать удачу: неудачно ввести пароль можно было только пять раз. После пяти ошибок он автоматически заблокируется, и Жун Сюй обо всём узнает.

Была ли эта фотография, которую он только что мельком увидел на потухающем экране… главным фото его собственного профиля в Вэйбо?

Тихо вздохнув, Цинь Чэн вернул телефон в исходное положение и стал дожидаться юношу.

Жун Сюй вытащил из спальни свой чемодан и уже надел пальто и кепку, придавшую ему ауру юности. Столь яркое и солнечное чувство заставило Цинь Чэна слегка прищуриться, а его пальцы снова начали неосознанно постукивать по столу.

Жун Сюй поднял телефон со стола и убрал его в карман.

На этот раз это действительно было прощание. Жун Сюй остановился у входа и сказал:

— Пока что я не могу вернуть Вам ключ, Мистер Цинь, потому что кое-какие мои вещи остались в спальне, и я не могу сейчас взять их с собой. Когда я закончу съёмки и вернусь в Город В, я приеду и всё заберу. Тогда я положу ключ на стол, чтобы Вы могли его увидеть.

Цинь Чэн мягко сказал:

— Не нужно говорить со мной таким вежливым тоном.

— …?

Жун Сюй поднял голову и посмотрел на Цинь Чэна.

Он где-то слышал, что среди всех артистов мужского пола, дебютировавших в последние два десятилетия, Цинь Чэн был единственным, к чьей внешности было трудно придраться. Его красота достигала апогея: глаза, как звёзды, тонкие губы… каждая его черта была, словно тонкий штрих, бережно и кропотливо оставленный непревзойдённым мастером. Излишне говорить, что он был достаточно грозным, чтобы подавить кого угодно; его самоуверенность была сопоставима с восходом палящего солнца. Лишь немногие звёзды могли стоять с ним плечом к плечу на красной ковровой дорожке.

При таком темпераменте любые недостатки лица неволей упускаешь из виду.

С точки зрения внешности он мог уступать безупречной изысканности и утонченности Жун Сюя, и у него не было того юношеского очарования, которым обладал Вэнь Сюань, один из главных актёров Китая. Но когда он пристально смотрит на вас сверху вниз, ваше сердце неизбежно сжимается. Даже если вы – Жун Сюй. Трудно сказать, что это было, но это было... странное чувство.

Низкий притягательный мужской голос произнёс:

— Если бы моя мать знала, что ты говоришь со мной таким вежливым официальным тоном, она бы наверняка рассердилась.

Жун Сюй внезапно осознал: «Так это из-за тётушки Цинь?»

Перед уходом юноша расплылся в ослепительной улыбке. Он открыл рот, чтобы попрощаться с Цинь Чэном, на этот раз сказав:

— До встречи, Цинь Чэн.

Затем он, не задумываясь, повернулся и ушёл. Мужчина, стоящий на пороге, провожал его взглядом, пока он входил в лифт.

Двери лифта собирались уже закрыться, как вдруг Цинь Чэн большими шагами преодолел расстояние между ними и вошёл в лифт, что несколько удивило Жун Сюя.

Взглянув на удивленное лицо юноши, мужчина слегка прокашлялся. Жун Сюй заметил, что кончики его ушей немного покраснели, хотя его лицо всё ещё оставалось прохладным и спокойным; он даже улыбнулся, не отрывая от юноши глаз. Затем он безразлично сказал:

— Как насчёт того, чтобы я проводил тебя вниз? Когда мама спросит о тебе, у меня будет хороший ответ.

Жун Сюй:

— …

«Так это снова из-за тётушки Цинь...»

Хотя Жун Сюй и не мог себе представить, как этот мужчина может почтительно докладывать обо всём своей матери, он, всё ещё находясь под пристальным взглядом Цинь Чэна, сел в машину Ло Чжэньтао. Когда Ло Чжэньтао увидел Цинь Чэна, он так испугался, что чуть не упал с сиденья. Дождавшись, пока машина покинет окрестности, Ло Чжэньтао быстро спросил:

— Сяо Сюй, Вы с Цинь Чэном жили вместе?

Жун Сюй покачал головой:

— Это нельзя назвать совместным проживанием. Я пробыл там всего три дня, а сегодня он впервые явился домой. Наши матери, похоже, очень близко общались, поэтому я временно пожил там. Когда я вернусь в город В в следующий раз, я планирую съехать из его квартиры.

Ло Чжэньтао понимающе кивнул головой и отвёл взгляд в сторону: неизвестно, о чём он думал.

Внутри тихой машины тихий голос молодого человека вдруг прозвучал:

— Я не хочу быть ему слишком многим обязан; это тоже не есть хорошо.

Ло Чжэньтао на мгновение удивился, услышав это, но затем тихо прошептал:

— Хорошо.

Только после этого он, наконец, отбросил все ненужные мысли, начав мысленно сетовать: «Если мы может воспользоваться этой связью с Цинь Чэном, зачем нам беспокоиться о невозможности подняться на первый уровень в течение года?»

Жун Сюя не заботило то, о чём думал Ло Чжэньтао. Он уже знал, что этот человек неплохо ведёт дела, но если его звёзды не захотят что-то делать, он не станет заставлять их. Это и было одной из причин, по которой он не смог удержать ту звезду первого уровня: он не использовал грубую тактику.

Достав свой телефон из кармана, Жун Сюй собирался взглянуть на сценарий, но был удивлён: когда он разблокировал телефон, его встретил аккаунт Цинь Чэна на Вейбо. Мгновение подумав, юноша закрыл приложение и вернулся к сценарию.

***

Богатый район Чаоян, раннее утро.

Высокий и стройный красивый мужчина с довольным видом прогуливался по району, когда решил позвонить своему менеджеру.

Спустя пару гудков на другом конце провода раздался утончённый мужской голос, но все сказанные им слова были крайне странными:

— Юный господин, великий юный господин, мой прекрасный юный господин Цинь! Все ещё на съёмках, так зачем же Вам возвращаться домой? Скажите, для чего вы вернулись домой? Вы знаете, что когда Вы взяли выходной, на меня сильно накричал Старый Чжао? Этот старик заявил, что я даже не в состоянии сдержать Вас и сделать так, чтобы Вы пришли на съёмки! Я ведь Ваш менеджер, мой прекрасный юный господин Цинь!

Тонкие губы Цинь Чэна изогнулись в усмешке:

— Я попросил всего один выходной. Ся Муйян просила целых семь.

Топ-менеджер «ХуаСя Энтертейнмент» Сюй Цзинь сделал большой глоток воздуха и чуть не потерял сознание:

— Это Ваш сериал! Вы там – главный герой! Самый главный герой! У Ся Муйян всего около тысячи сцен, а у Вас – больше трёх тысяч, и  Вы хотите с ней соревноваться? А как насчёт того, чтобы изменить сценарий, и позволить ей играть главную роль? Давайте отдадим ей этот сериал?!

Цинь Чэн слегка приподнял бровь:

— Это не кажется мне плохой идеей. Пойди, обсуди это со Старым Чжао.

Сюй Цзинь:

— …

«Остановись! Держи себя в руках! Ты не можешь спорить с ним, не можешь… ААААААААААААААААА!!!»

Совершенно не заботясь о том, что его менеджер уже настолько зол, что готов проклинать его самыми страшными словами,  Цинь Чэн взглянул на ворота района, казалось, всё ещё сумев за ними что-то разглядеть. Пару секунд спустя он небрежно сказал:

— Я хочу кое-что сделать.

В сердце Сюй Цзиня сразу же закралось страшное предчувствие:

— Что…?

— Я намерен менять своё фото профиля в Вэйбо каждый час, и публиковать по одному посту через день. Пост должен соответствовать фотографии, и ты поможешь мне сделать его. Тебе нужно будет отобрать самые красивые мои фотографии, — сделав паузу, Цинь Чэн продолжил, — Кажется, час – это слишком часто… давай менять фото профиля раз в день, а посты – каждые три дня. Не забывай о хештегах и тому подобном: я хочу, чтобы все мои поклонники увидели и запомнили это.

Сюй Цзинь:

— …

«Новая фотография каждый день… ты с ума сошёл!!!»

Цинь Чэн умышленно добавил:

— Я оставлю это на тебя.

«Ты болен…?»

— Было бы лучше начать прямо сегодня. Я буду проверять результат. Да, я должен побеспокоить тебя: тебе нужно будет сфотографировать меня.

Сюй Цзинь: «#$%#%#!!!»

— Ах, да! Разузнай всё о Ло Чжэньтао, если будет время.

Сюй Цзинь, который все ещё был занят мысленными ругательствами, на секунду удивился и неосознанно спросил:

— Ло Чжэньтао? Это же менеджер из офиса… откуда Вы его знаете? Что-то случилось?

Цинь Чэн прищурился и ответил:

— Я слышал, что недавно он нашёл две хороших квартиры… я хочу их купить.

Сюй Цзинь:

— Если я правильно помню, в городе В у Вас уже есть две квартиры?

Цинь Чэн легкомысленно поднял бровь:

— И?

Сюй Цзинь:

— …

«Ты действительно болен… я давно должен был догадаться!»

Вечером фанаты, как обычно, листали ленту на своих телефонах, когда вдруг… им пришло специальное уведомление из Вейбо! Все торопливо открыли его, чтобы взглянуть, и всего за долю секунды количество комментариев под новым фото перевалило за тысячи, а через полчаса была побита отметка в сто тысяч!

Цинь Чэн: «Сегодня замечательная погода». [Фото]

Фото профиля? Изменилось.

На этот раз можно было отчётливо увидеть его лицо, настолько красивое, что становилось жарко!

Это было великолепное селфи; фанаты не могли сдержать свои эмоции!

«Оу-оу-оу! Цинь Чэн сделал селфи! Цинь Чэн моей семьи, оказывается, умеет делать селфи, ах-ах-ах! Сегодня, что, конец света? Сегодня солнце встало на западе? Сегодня Марс столкнётся с Землёй? Прошу, Цинь Чэн, делай больше селфи, больше фотографий, больше обновлений, пожалуйста! Мы хотим больше тебя, ах, ах!»

Безумие и ажиотаж фанатов не волновал Цинь Чэна. Он держал свой телефон в руках, и, несмотря на миллионы уведомлений от фанатов, продолжал ждать комментарий или лайк от одного конкретного человека. Но... этого не произошло, ни днём, ни вечером, ни ночью – никогда...

Цинь Чэн: «…»

***

Молодой человек, который только что прибыл в аэропорт Шуше, сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, чтобы немного отойти от длительного полёта. Прохожие время от времени оглядывались на него; в их глазах читался шок, но никто не мог узнать его.

Жун Сюй и Ло Чжэньтао шли по аэропорту вместе, и во время прогулки Ло Чжэньтао сказал:

— Постеры с персонажами «Борьбы за превосходство» только опубликовали, поэтому так много людей всё ещё не узнают Вас. После того, как сериал официально увидит свет, Вам уже не дадут насладиться тишиной. Сяо Сюй, цените это время спокойствия... Ой, постойте-ка… кажется, Вам не нужно ждать выхода «Борьбы за превосходство». Релиз «Западни» состоится раньше.

Жун Сюй слабо улыбнулся:

— Будем надеяться, что позже я действительно буду скучать по этому периоду спокойствия.

Ло Чжэньтао весело рассмеялся:

— Безусловно. Вы должны верить в себя, а также в мою дальновидность.

Договорив, Ло Чжэньтао внезапно увидел, что к ним приближается деловая леди лет тридцати. Её глаза сияли, когда она  таращилась прямо на Жун Сюя, и время от времени поглядывала на Ло Чжэньтао рядом с ним.

Ло Чжэньтао предположил:

— Вы член команды, ответственный за приём?

— Жун Сюй! Вы Жун Сюй? Вы Жун Сюй, верно? Уaaaaa! Настоящий Жун Сюй! Вживую Вы даже лучше, чем на фотографиях!!! Пожалуйста, дайте мне свой автограф!!!

Ло Чжэньтао: «…»

Жун Сюй: «…»

Жун Сюй никогда бы не подумал, что, на следующий день после выпуска постеров с персонажами (не говоря уже о том, что он пока оставался ничем не примечательным во всех отношениях второстепенным персонажем), найдутся фанаты, которые с первого взгляда узнают его в аэропорту! Как только эта девушка озвучила это, многие люди, которые всё это время гадали, где же они могли видеть это лицо, внезапно вспомнили:

— Ах! Это ВаньЦи! Я запомнила, потому что у него очень необычная фамилия! Он тот актёр из «Борьбы за превосходство»!

— Э? «Борьба за превосходство»? Это та драма, в которой играет Тан Мэнлань?

— Да, ах, вживую он действительно красивее!

— Можно мне тоже автограф? Это для моей дочери! Она целый день только и твердит о  каком-то «юном очаровашке»… кажется, ВаньЦи!

Когда член команды «Западни», ответственный за приём актёров, Сяо Ли, нашёл Жун Сюя и Ло Чжэньтао, он застал такую сцену: юноша тепло улыбался, терпеливо ставя подпись на всём, что ему протягивали столпившиеся вокруг люди. Он был обычной, никому не известной восемнадцатилетней звездой, о которой, можно сказать, никто пока не знал. Если бы эта девушка не назвала его имя, никто в аэропорту бы его так и не узнал.

Тем не менее, каждый, кто получил его автограф, не мог не сказать:

— Этот актёр действительно хорош, поэтому и персонаж, которого он играет, должен быть неплох. Его зовут Жун Сюй, верно? Мне нужно срочно подписаться на него в Вейбо!

Об этом думал все взрослые люди. Более молодые же в это время держались за свои горящие щеки, возбуждённые до такой степени, что не могли даже нормально говорить. Они то и дело вторили:

— Он такой красивый, ах! Его голос очень приятен на слух… как он может быть таким прекрасным?! Я хочу стать его фанатом, хочу, хочу! Истинным фанатом, а не тем, кому он нравится только из-за милого личика!

Сяо Ли пришлось полчаса прождать в стороне, пока Жун Сюй не закончил подписывать все листочки.

Затем три человека сели в ожидающий автомобиль и вместе направились к съёмочной команде. По пути Сяо Ли спокойно поглядывал на юного актёра, отдыхающего на заднем сиденье.

Когда они приехали в Город Кино и Телевидения Сяншань, Сяо Ли, воспользовавшись тем, что Жун Сюй и Ло Чжэньтао не обращают на него внимания, незаметно набрал на своём телефоне сообщение: «Папа, этот второй мужской герой, кажется, довольно неплох. У него такой характер, что, думаю, Хань Янхао не станет над ним издеваться… Я думаю, он действительно хорош. Позаботься о нём, ладно? Не позволяй этому самодовольному позёру издеваться над ним».

В этом мире телевизионные сериалы, как правило, делились на два типа: ежедневные и еженедельные.

Первые обычно были большими постановками, съёмки которых многие известные актёры и режиссёры заканчивали заранее. Авторские права выкупались спутниковыми телеканалами задолго до начала съёмок, а после завершения съемок сериал транслировался ежедневно.

Что до еженедельных сериалов, то некоторые из них можно было транслировать по телевизору, а другие можно было посмотреть только через Интернет.

Хотя сериал «Западня» и относился к категории еженедельных, и его режиссёр был новичком, права на него всё же были проданы довольно хорошей телевизионной станции. Датой показа была установлена каждая суббота и воскресенье в одиннадцать часов вечера, но, помимо это, его можно было посмотреть и онлайн в то же время.

Такие еженедельные сериалы зачастую ещё продолжали сниматься, когда релиз первых серий уже  состоялся. Сначала они разом отснимали примерно четыре-пять эпизодов, а затем уже снимали по одному-два эпизода в неделю, и, ориентируясь на отзывы зрителей, могли соответствующим образом изменять сценарий.

Раньше был очень популярен еженедельный сериал, менявший свой сценарий из-за отзывов телезрителей. Жун Сюй лично знал одну из его актрис: Тан Мэнлань.

Тан Мэнлань в то время была ещё новичком. Она сыграла просто замечательно, и её второстепенный персонаж был весьма симпатичным. Зрители в сети постоянно просили выделять ей больше сцен, из-за чего изначально мелкая женская роль второго плана получила «счастливый конец», и её героиня счастливо вышла замуж за второго мужского героя.

Жун Сюй выбрал «Западню», потому что этот сериал должен был начать транслироваться уже через месяц!

Поскольку сроки поджимали, эффективность съёмочной команды, естественно, должна была быть высокой. Когда Жун Сюй только прибыл на съёмочную площадку, Сяо Ли, доставившего их туда, тут же сменили гримёры и художники по костюмам, приступив к подготовке Жун Сюя к съёмкам. Нужно было сниматься на постеры с персонажами, хотя на этот раз процесс и не был таким серьёзным, как в «Борьбе за превосходство». В конце концов, «Борьба» была главным блокбастером этого года, в то время как «Западня» была обычным еженедельным сериалом каких-то новичков.

Пока несколько актёров главной роли закончили сниматься на свои постеры, часы пробили десять вечера.

Жун Сюй уже видел главную героиню сериала, Чжан Тунтун, и второстепенную – И Лань. Он также встретил третьего мужского и женского персонажа,  но единственным, которого он до сих пор в глаза не видел, был актёр первого плана Хань Янхао.

Однако это нисколько не смущало Жун Сюя. Он решил, что Хан Янхао уже снялся для своих постеров, однако, когда все закончили, помощник режиссёра Ли гневно выругался:

— Съёмки стартуют уже завтра, а он до сих пор не приехал! Он планирует приехать сразу на церемонию открытия?! Или он вообще не собирается появляться?!

Помощник режиссёра Ли был ответственен за актёров и логистические вопросы. Жун Сюй заговорил с ним лишь однажды, когда только прибыл на площадку. Ли был очень занят: за последние четыре часа он больше ста раз звонил менеджеру Хань Янхао. Впоследствии, однако, он перестал это делать. Но не потому, что дозвонился, а потому, что тот просто выключил свой телефон!

Жун Сюй опустил взгляд, тихо сидя перед зеркалом и ожидая, пока его грим снимут.

Слева от него сидела Чжан Тунтун, а справа - И Лань. Гримёр сначала занялась этими двумя актрисами, а Жун Сюй в это время внимательно читал сценарий на своём телефоне. Было бы нехорошо, если бы завтра он провалил свою первую сцену.

Однако через некоторое время, когда с И Лань закончили снимать грим, она обернулась и увидела, что помощник режиссёра Ли всё ещё пытается связаться с Хань Янхао. Она тихо пробормотала:

— Не волнуйтесь Вы так… он обязательно придёт на церемонию открытия. Просто такое тривиальное дело, как съёмка постеров, не так важно.  Вероятно, он приедет сняться для них, только когда  у него будет свободное время.

Она говорила не тихо и не громко, поэтому Жун Сюй, как и все присутствующие в гримёрной, неволей слышал её слова.

Глаза Чжан Тунтун вспыхнули, и она внезапно рассмеялась:

— Я только что вспомнила, И Лань, в прошлом году ты, кажется, уже работала с Ханем Янхао над другим фильмом, — сделав секундную паузу, Чжан Тунтун беспомощно вздохнула, — Эх, мужчины часто относятся ко всему так халатно и непринуждённо... В отличие от нас, женщин, которые обращают особое внимание на каждую деталь съемок...

Гримёр неожиданно рассмеялась:

— Я думаю, что Жун Сюй – очень хороший и внимательный молодой человек.

Она промокнула ватный диск средством для снятия макияжа и осторожно провела им по скулам юноши. Кожа после этого почти не изменилась, став ещё более светлой и нежной, как вода. Жун Сюй не двигался, чтобы не мешать девушке делать её работу, и лишь слабо улыбнулся, сказав:

— Я действительно так внимателен? Ван Цзе, если Вы продолжите мне льстить, я покраснею.

Все рассмеялись.

Затем эти женщины просто продолжали болтать, как ни в чём не бывало.

В мире существовал своего рода альянс, который называется «враг моего врага – мой друг». После того, как Чжан Тунтун и И Лань обнаружили, что никто в гримёрной не испытывает к Хань Янхао добрых чувств (Жун Сюй не высказывал своей позиции), они начали тихо сплетничать о нём.

— Когда я работала с ним в прошлом году, он был более популярным, чем сейчас. Его невозможно  было встретить до десяти утра: он всегда выходил на обед в полдень и отказывался есть ланч-боксы команды.

— А я слышала, как помощник режиссёра Ли обозвал его самодовольным позёром. Я не могу назвать ни одной его положительной черты, кроме красивой внешности…

— Позвольте я открою вам один секрет. В прошлом году в его сериале была сцена, которую пришлось переснимать 32 раза! Тогда он просто вывел режиссёра Фэна из себя… К счастью, я играла там небольшую второстепенную роль, и у меня с ним не было никаких совместных сцен. Главную женскую роль тогда играла Ян Чжэн, характер которой тоже не сахар. Потребовалось всего несколько дней съёмок, чтобы она стала полностью игнорировать Хань Янхао. Их слава на тот момент была примерно одинаковой, поэтому он не смел оскорблять её, и ему приходилось держать свой язык за зубами.

Ло Чжэньтао поджидал Жун Сюя у дверей гримёрной. Увидев его, он не мог не вздохнуть от его необычайной красоты, после чего они вместе двинулись к отелю.

Что касается всех этих сплетен в гримёрной, Жун Сюй слушал их без участия.

В развлекательном кругу довольно часто говорили плохие вещи за спиной, но он считал, что эти слова не должны дойти до ушей Ханя Янхао. Чжан Тунтун и И Лань активно обсуждали эту тему, и даже некоторые гримёры не смогли остаться в стороне. Отношения Ханя Янхао с окружающими уже были очень плохими, и исправить это не представлялось возможным.

Мгновение подумав, Жун Сюй невзначай спросил:

— Как Хань Янхао стал знаменитым?

Ло Чжэньтао на секунду удивился и, хотя он не понимал, почему Жун Сюй задаёт такой вопрос, всё же честно ответил:

— Он окончил актёрскую школу пять лет назад, и именно тогда его и выбрали на роль в фильме, который был показан по всему миру. Он оказался очень удачлив; его внешность и темперамент более-менее соответствовали требованиям мелкой второстепенной роли, поэтому он её и получил. После того, как этот фильм увидел свет, он стал очень популярен, а потому популярным стал и тот, кто считался максимум вторым мужским персонажем фильма. После этого он сыграл в нескольких сериалах об идолах и стал молодой звездой первого уровня.

Может ли один фильм сделать второстепенного персонажа достаточно популярным, чтобы считаться молодой звездой первого уровня?

Это, честно говоря, было слишком странно.

Жун Сюй приподнял бровь:

— Что это был за фильм?

Ло Чжэньтао засмеялся:

— Какой ещё фильм может иметь такую большую силу? Конечно, это «Вечерний звук»! Ах, я не ожидал, что Сяо Сюй никогда не видел этот фильм. В нескольких кинотеатрах этот фильм до сих пор идёт. Говорят, он всё ещё собирает больше двухсот тысяч в неделю, — Ло Чжэньтао задумался, вспоминая, — Боже, сколько людей сделал знаменитым этот фильм? В тот год Цинь Чэн был слишком популярен… поклонницы по всему миру сходили по нему с ума. Сотни поклонниц поджидали его у офиса каждый день, просто чтобы на секунду взглянуть на него, ах…

Шаги внезапно прекратились, когда глаза молодого человека расширились и слегка дрогнули.

Прежде, чем Ло Чжэньтао мог заметить его странную реакцию, Жун Сюй восстановил самообладание, и они вошли в отель рядом с «М&T City».

На следующее утро Жун Сюй уже прибыл на съёмочную площадку и начал переодеваться в костюм и наносить грим. Все главные актёры «Западни», кроме Хань Янхао, уже приготовились. По мере приближения церемонии открытия, помощник режиссёра Ли беспокоился всё сильнее; весь его лоб покрылся потом. Лицо режиссёра Чжэна в это время побагровело от гнева.

Наконец, настало время начинать.

Когда команда не могла больше ждать, и всем уже нужно было выходить на улицу, чтобы встретиться со СМИ, в конце улицы внезапно появился шикарный красный спортивный автомобиль, и остановился, чуть не наехав на людей!

Красивый энергичный молодой человек вышел из машины. Помощник режиссёра Ли посмотрел на него и сердито выругался:

— Ты издеваешься?!

Это замечание было сделано очень тихо, поэтому его не услышал никто, кроме Жун Сюя, стоявшего рядом с ним.

Жун Сюй поднял голову, чтобы посмотреть на помощника режиссёра Ли, но тот лишь улыбнулся, подойдя к Хань Янхао и проведя его к месту церемонии открытия.

Увидев это, Жун Сюй нахмурился. Несколько звезд, стоящих сбоку, также были ошеломлены этим поступком. Дождавшись, когда все поднимутся на сцену, Жун Сюй повернулся и посмотрел на Ло Чжэньтао. Только когда тот кивнул ему, Жун Сюй понял, что может подняться на сцену вслед за остальными и принять участие в церемонии открытия.

На протяжении всей церемонии внимание СМИ было сосредоточено на Хане Янхао.

Чжан Тунтун была малоизвестной актрисой, дебютировавшей два года назад, а И Лань едва могла считаться актрисой второго уровня, несмотря на то, что была в развлекательном кругу уже восемь лет.

Жун Сюя не стоит и упоминать; хотя его внешность и была среди этих четверых самой выдающейся, кто мог узнать его сейчас? Если не считать тех немногих, кто задавал ему вопросы, связанные с «Борьбой за превосходство», до него больше никому не было дела.

Среди многих репортёров только женщина в очках постоянно фокусировалась на Жун Сюе. Она безостановочно фотографировала его. В её объективе стоял слегка улыбающийся и кивающий юноша, яркий и солнечный… его брови, как прекрасная картина, его красивое тело в военной форме – всё это было запечатлено.

Когда церемония открытия закончилась, журналистка повернулась к своему помощнику и сказала:

— Все хотят получить информацию о Хане Янхао, так что кто знает, кто из них заполучит эксклюзив. Если хочешь чего-то достичь, нужно иметь острый нюх и найти того, кого не могут найти другие. Я думаю, этот актёр вполне подходит для этого.

Журналисты и репортёры вскоре разошлись. К двум часам дня съёмочная команда «Западни» приступила к съёмкам первого эпизода.

***

Первой сценой должен был быть разговор Ханя Янхао и Чжан Тунтун, но поскольку Хань Янхао пришёл на площадку слишком поздно, ему ещё нужно было переодеться и сделать грим. Режиссёр Чжэн секунду подумал и решил снять первой сцену Чжан Тунтун и Жун Сюя.

В центре просторной и светлой студии развернулась элегантная и грандиозная сцена банкета.

Кругом было множество молодых леди, одетых в великолепные вечерние платья и держащих в руках бокалы с вином. Они были как самые красивые цветы той эпохи, в окружении молодых офицеров в форме. Музыка играла в великолепном бальном зале, а приятный смех и грациозные танцы дополняли атмосферу праздника. Чрезвычайно роскошное и экстравагантное мероприятие.

«Западня» повествовала об истории шпиона, жившего в Китае 19 века во времена внутренних междоусобиц.

Главный герой фильма Бай Миндэ был членом подпольной группы, офицером второго ранга. В то время военные лидеры Китая были разрознены, и четырём лидерам принадлежали восемьдесят процентов китайских земель. Сильнейшей среди них была семья Хоу из города Пин. Она была достаточно сильна, чтобы сокрушить оставшиеся три семьи.

Бай Миндэ был офицером армии семьи Хоу. Чтобы получить больше информации, он задумал кое-что против младшего господина и Маршала семьи Хо.

У Главнокомандующего Хо был только один сын по имени Хо Си. Он был хладнокровным и безжалостным человеком, а его методы были чрезвычайно жестокими и беспощадными. Поговаривали, что шпионам, лично пойманным им, сдирали кожу, и никому не удавалось завоевать его доверие.

Бай Миндэ обдумал это, и ему пришла идея об одной девушке.

Хо Си был помолвлен с детства; эта девушка была дочерью старого товарища Главнокомандующего Хо, а также главной героиней сериала по имени Лян Линхуэй.

У Хо Си и Лян Линхуэй были исключительно странные отношения. Оба, похоже, не нравились друг другу, но оба признавали брачное соглашение и собирались сыграть свадьбу в следующем месяце. Лян Линхуэй преподавала в средней школе города Пин. Это был единственный шанс для Бая Миндэ приблизиться к Хо Си, поэтому его организация послала учиться в её школу маленького агента под прикрытием, который якобы был племянником Бая Миндэ.

Бай Миндэ несколько раз оказывался на грани разоблачения, пока, наконец, однажды ему не удалось   встретиться с Хо Си через Лян Линхуэй.

Всего за двадцать дней эта прекрасная умная женщина сумела завоевать его сердце, мысли и разум. Но если бы Лян Линхуэй не вышла замуж, она бы не стала женой Хо Си, а Бай Миндэ не смог бы приблизиться к нему. Поэтому, когда Лян Линхуэй попросила Бая Миндэ сбежать вместе с ней, он отказался.

С тех пор, после грандиозной свадьбы Хо Си и Лян Линхуэй, Баю Миндэ постепенно удалось завоевать доверие Хо Си.

И первой сценой, которую решил снимать режиссёр Чжэн, был разговор Хо Си и Лян Линхуэй во время банкета.

Благодаря выпивке и азартным играм, хорошее настроение гостей уже достигло пика. В этот момент все услышали шаги по винтовой лестнице. Все обернулись, чтобы посмотреть на лестницу; ритмичные шаги медленно превратили радостную атмосферу в нечто серьёзное и мрачное.

Офицеры выпрямили спины, и дамы попытались скрыть ожидание в своих глазах.

Когда на перилах из красного дерева появилась тонкая нефритовая рука, женщина удивлённо расширила глаза. Однако в следующий момент этот мужчина протянул ей другую руку, и вместе с ней спустился по лестнице.

Широкий кожаный ремень обвивал тонкую, но мощную талию молодого человека, подчеркивая его идеальные изгибы. Черная форма плотно прилегала к его длинным прямым ногам, а спина была прямая, как ствол сосны, не поддающейся ветру. Черная шпилька была заколота за его правое ухо, а волосы на левой стороне ниспадали на его острые, холодные глаза.

Пока он стоял на ступеньках винтовой лестницы, к нему было приковано внимание всех собравшихся в зале офицеров и дам.

Этому молодому человеку, казалось, было не больше двадцати лет, но все офицеры внизу не могли не вздрогнуть при виде его леденящего взгляда. Им стало холодно от этого взгляда, и они не смели продолжать говорить. Этот взгляд задержался на его лице всего на секунду, но его мощной угнетающей ауры хватило, чтобы окутать весь зал.

В этот момент юноша тихо рассмеялся:

— Продолжайте; не обращайте на меня внимания.

Все офицеры единогласно выпрямили ноги в своих военных ботинках, и громко крикнули, отсалютовав ему:

— Да, Маршал!

Хо Си слегка кивнул, а в его длинных узких глазах феникса мелькнул след холодного равнодушия.

Музыка возобновилась, но кое-что всё же изменилось.

Дамы никак не могли отвести от него взгляд, да и офицеры больше не могли быть такими же непринуждёнными и расслабленными, как раньше. Однако, от начала до конца, Хо Си держал за руку только одну женщину. Парочка неспешно прошла мимо всех, направляясь к балкону.

В тот момент, когда они вышли на балкон, женщина сразу же оттолкнула руку Хо Си и пошла вперёд.

— Кругом никого; Вам больше не нужно притворяться. Я не люблю подобные мероприятия, поэтому Вам больше не нужно звать меня на них.

Молодой и красивый Маршал слегка наклонил голову и посмотрел вверх: прохладный, словно вода, лунный свет упал на его лицо. Его ресницы задрожали, а тонкие губы медленно изогнулись. Пристальный взгляд мрачного жнеца сосредоточился на теле Лян Линхуэй. Спустя долгое время молчания Хо Си внезапно рассмеялся, сказав сексуальным голосом:

— Ты моя… невеста.

Последнее слово он произнёс очень медленно, так, будто оно было наполнено нежностью.

На съёмочной площадке было много людей, наблюдающих за первой сценой. Когда они услышали этот низкий мягкий голос, даже мужчины не смогли унять дрожь, не говоря уже о женщинах; они были не в силах понять, почему их щёки вдруг покраснели.

Опасный, сексуальный, холодный и манящий.

Четыре этих качества были объединены в теле этого молодого человека.

Даже наблюдающие за происходящим издалека чувствовали его очарование и притягательность. Естественно, уши Чжан Тунтун, которая стояла прямо перед ним, уже горели красным. Лишь полагаясь на свои актёрские способности, она смогла подавить свои эмоции и сдержать себя в руках. Она просто отвернулась, чтобы не смотреть на Жун Сюя, и холодно сказала:

— Я не буду против, если Вы пойдете к Главнокомандующему и предложите ему расторгнуть помолвку.

*Па!*

В эту морозную зимнюю ночь мимо уха Лян Линхуэй внезапно пронеслось нечто холодное и быстрое. Это нечто срезало прядь чёрных волос, и краем глаза она успела уловить холодный серебряный блеск.

Лян Линхуэй испуганно отступила на шаг назад и упала в объятия ледяных рук.

Молодой человек медленно поднял руку и закрыл ей глаза, но она успела увидеть великолепный кинжал в другой его руке. Лян Линхуэй распахнула глаза и увидела сквозь щель между его пальцами, как  он ловко использовал кинжал, бросив его в воздух, после чего он внезапно упал.

Кинжал, который мог легко пробить железо, вонзился в мраморный пол. Лезвие целиком исчезло из поля зрения!

В этот момент Чжан Тунтун почувствовала, что она не Лян Линхуэй, а всего лишь Чжан Тунтун. Её сердце бешено колотилось, а рука, закрывающая её глаза, была холодна, как лёд. Другая прижимала её к мужской груди, но она чувствовала, что этот человек может легко убить её в следующую же секунду.

Ужасная аура давила на Чжан Тунтун, заставляя её тяжело дышать; её грудь неистово вздымалась и опускалась. Она не замечала ничего вокруг. Она знала только одно: сейчас она была очень напугана; напугана до такой степени, что ее руки дрожали, а лицо побелело.

В этот момент она внезапно услышала низкий смех возле своего уха. Мужчина склонил голову, дыша теплом прямо у её уха. Чжан Тунтун не могла видеть его лица, но подобие улыбки на его лице напугало всех людей, наблюдающих за происходящим со стороны.

— Тссс... Ты должна помнить… ты – моя невеста. Пока вы живы, вы – мои, люди Хо Си; когда вы будете мертвы, вы также должны будете лежать в могиле моей семьи Хо!

Съёмки первой сцены «Западни» были успешно завершены!

У команды, работающей над еженедельным сериалом, как и полагается, не было времени на отдых и разговоры, потому что уже через месяц сериал должен был увидеть свет. Они должны были непрерывно быстро снимать, и смонтировать к этому времени как минимум четыре-пять эпизодов.

Режиссёр Чжэн немного похвалил Чжан Тунтун и Жун Сюя, на мгновение задержавшись взглядом на Жун Сюе, после чего засмеялся:

— Удачи! Следующий месяц будет ещё сложнее.

Днём Жун Сюй, Чжан Тунтун и И Лань снимали свои сцены, но так ни разу и не увидели Хань Янхао.

Хань Янхао, по-видимому, закончил переодеваться примерно к трём-четырём часам дня, но бесцеремонно решил сначала сняться на постеры своего персонажа. Да, именно так он провёл свой первый день после официального объявления начала съемок сериала.

Когда режиссёр Чжэн услышал об этом, он так разозлился, что весь побагровел, но в конечном итоге решил промолчать. А атмосфера на площадке резко стала в разы напряжённее.

Хотя Чжан Тунтун и И Лань были артистками второго уровня, их игра была очень даже приемлемой. За весь день только И Лань пришлось переснимать дважды. Работа же Жун Сюя и Чжан Тунтун вызвала бесконечное удивление режиссёра Чжэна.

В одиннадцать вечера «дневные» съёмки ненадолго завершились. После того, как Жун Сюй закончил снимать свой грим, он вышел с Ло Чжэньтао на улицу, потирая виски, чтобы ослабить усталость.

На пустой улице их встретил приятный прохладный летний ветерок, лаская волосы молодого человека и открывая его светлый лоб.

Ло Чжэньтао тихо сказал ему:

— Семьдесят процентов инвестиций в «Западню» пришли от Ханя Янхао.

Жун Сюй нахмурился, после чего, наконец, убрал пальцы от виска, повернулся и спросил:

— От него?

Ло Чжэньтао тяжело кивнул:

— Кажется, в этом году он подцепил одну очень богатую даму. Богатая дама очень его любит и вкладывает большие деньги в этот сериал, с условием, чтобы именно он играл главную роль. Хотя такого рода вещи и не часто встречаются в развлекательном кругу, они всё же имеют место. Сяо Сюй, тебе не нужно обращать на него слишком много внимания. Пока он не доставляет нам проблем – пусть делать всё, что хочет. Однако я не ожидал, что Хань Янхао действительно найдёт себе «золотую бочку». Хотя такого рода вещи и не критикуются в кругу, за кулисами всё равно…

Ло Чжэньтао внезапно остановился, внезапно вспомнив кое о чём.

Догадавшись, о чём он думает, Жун Сюй легко ответил:

— Между мной и Чжун И ничего нет.

Ло Чжэньтао сухо рассмеялся.

Да, действительно, если звезды хотели подняться в развлекательном кругу, их личная сила, без сомнения, была важна. Но если у них была финансовая поддержка, эта сила не имела никакого значения.

Ранее Чжун И, этот мелкий третьесортный артист, обманул первоначального владельца его тела ради собственной выгоды. Если бы Чжун И и Хань Янхао были артистами первого уровня, то они определенно не обращали бы на Жун Сюя никакого внимания, а пошли бы «за помощью» прямиком к главе его семейства, Жун Хэну.

Кажется, Чжуна И скоро должны были выписать…

Как только эта мысль промелькнула в голове Жун Сюя, он быстро выкинул её из головы,  продолжив думать о своих завтрашних сценах.

Для него не имело значения, что там делает Хань Янхао – главное, чтобы это никак не касалось его самого. Даже если этот Хань Янхао разозлит режиссёра Чжэна до такой степени, что тот будет кипеть от ярости, Жун Сюй не станет вмешиваться.

Но эта мысль умерла в его уме, даже не развившись.

Помощник режиссёра Ли отыскал Жун Сюя и с виноватым выражением лица вручил ему новый сценарий.

— Команда решила немного изменить сюжет. Жун Сюй, в первых четырёх эпизодах у Вас будут вырезаны некоторые сцены, но есть и другие, которые были добавлены. Вы должны быстро ознакомиться со сценарием: днём мы приступаем к съёмкам, — вздохнул он.

Красивый и элегантный юноша был слегка удивлён, но быстро всё понял. Жун Сюй принял сценарий из его рук и улыбнулся, понимающе кивнув:

— Хорошо, Ли Гэ. Я сейчас посмотрю.

Только тогда помощник режиссёра Ли смог отдышаться.

Когда юноша листал новый сценарий, его ясные глаза постепенно становились мрачными, а улыбка сползала с лица. Жун Сюй внимательно прочитал сценарий, после чего медленно вздохнул и поднял глаза, чтобы взглянуть на Ханя Янхао, которого обслуживал помощник неподалеку; его губы слегка поджались, а взгляд стал глубоким и серьёзным.

В сценарии еженедельных сериалов очень часто вносились изменения, но, в основном, для того, чтобы угодить зрителю. Но если инвесторы хотели изменить сюжет из каких-то собственных соображений, режиссёры часто шли им навстречу, если это не влекло за собой больших проблем.

Чем громче было имя режиссёра, тем больше ему было наплевать на мнение инвесторов. Однако режиссёр Чжэн, в конце концов, был новичком. Теперь, в этом новом сценарии был сделан значительный акцент на эмоциональные отношения мужского и женского персонажа, а «шпионский» сюжет, напротив, отошёл на второй план. В результате, это не оказало большого влияния на роли двух главных женских персонажей, но зато от этого сильно пострадал Жун Сюй.

В первой половине сюжета «Западни» Хо Си должен был быть показан лишь как Маршал, без какого-либо эмоционального развития. Только со второй половины сериала должны были постепенно раскрываться его чувства к главной героине: на самом деле, он любил Лян Линхуэй с самого детства, но всегда подавлял эти чувства глубоко в своём сердце.

Если бы он не любил её, зачем бы он женился на ней?

Если бы он не любил её, зачем бы он выступал против общественного мнения, упорно настаивая на женитьбе на обычной учительнице средней школы?

Такой высокомерный и хладнокровный человек с глубоким умом никогда не стал бы показывать свои симпатии и чувства другим. До самого конца Лян Линхуэй не знала, что Хо Си действительно любит её; об этом знал только сам Хо Си (ну, и зрители, конечно).

Новый сценарий и оригинал не имели большой разницы в общем направлении сюжета, поэтому режиссёр Чжэн и согласился внести в него изменения. Тем не менее, сцен Хань Янхао стало на пятьсот больше, в то время как количество сцен Жун Сюя уменьшилось более чем на триста. Именно поэтому помощник режиссёра Ли и выглядел таким виноватым, передавая ему сценарий.

Когда Ло Чжэньтао увидел новый сценарий, он тоже очень рассердился:

— Как можно так небрежно изменять сценарий? Когда контракт уже подписан, и мы уже закончили обсуждение количества сцен и оплату! Сократить количество сцен на несколько десятков, а то и на сотню  – пожалуйста, НО НЕ НА ТРИСТА ЖЕ!

Ло Чжэньтао тут же достал телефон и связался с отделом по связям с общественностью компании, чтобы отправить людей для решения этого вопроса.

Система «ХуаСя Энтертейнмент» была идеальной; их отдел по связям с общественностью был лучшим в стране. Но по отношению к разным артистам подход PR-отдела также был разным. Когда заместитель директора услышал жалобу Ло Чжэньтао, он на мгновение задумался, а затем сказал человеку на другом конце провода:

— Будет хорошо, если они добавят чуть более ста сцен. Такие вещи вполне нормальны в развлекательном кругу: новичку придётся к этому привыкнуть.

И так, сцены Жун Сюя увеличились на сотню.

Каким-то образом этот разговор дошёл до Хань Янхао. На следующее утро Жун Сюй и Хань Янхао наконец-то готовились снимать свою первую совместную сцену.

В гримёрной визажист внимательно наносил Жун Сюю грим, а в это время Хань Янхао, который только что закончил со своим  гримом, остановился в дверях и небрежно сказал своему помощнику:

— Я и не думал, что они дадут мне всего пятьсот сцен! Я, что, нищий какой-то? На что рассчитаны эти пятьсот сцен? Съёмки будут закончены всего за несколько дней… Как скучно.

Помощник засмеялся и быстро согласился с ним, чтобы выслужиться:

— Ха-ха, пятьсот сцен – довольно неплохо. По крайней мере, это намного лучше, чем сто.

Хань Янхао презрительно усмехнулся:

— И правда! Сто сцен… ха, это смешно даже для нищего!

Это предложение ещё долго раздавалось эхом по гримёрной.

Изящный и красивый юноша слегка приподнял голову; его глаза феникса подчёркивала светлая подводка, что делало их ещё более узкими и красивыми. В тот момент, когда он поднял глаза, появилось ощущение некоего невыразимого властного величия. По иронии судьбы, Хань Янхао в это время смотрел на отражение Жун Сюя в зеркале. Когда он увидел, что Жун Сюй тоже смотрит на него через зеркало, он на секунду удивился, и его сердце почему-то начало колотиться.

Эти холодные и равнодушные глаза, словно иглы, пронзали сердце Хань Янхао.

Хань Янхао сжал кулаки, чтобы скрыть свою необъяснимую нервозность, и холодно усмехнулся:

— Соревноваться со мной? Явное переоценивание своих возможностей.

Сказав это, Хань Янхао сразу же развернулся и ушёл. Он сказал это, не обращаясь ни к кому конкретно, но все в гримёрной прекрасно всё поняли. Это, очевидно, было адресовано Жун Сюю, который «только что добавил себе сотню сцен».

Хотя визажисты никоим образом не хотели обидеть Хань Янхао, когда они увидели, как юноша слегка опустил взгляд, они не могли не почувствовать тоску. Его прекрасные ресницы были похожи на маленький густой веер, отбрасывающий тень на красивое лицо юноши, скрывая эмоции в его глазах.

Жун Сюй молчал, не издавая ни звука, но его плотно сжатые губы, казалось, говорили о его обиде и беспомощности.

Этот ребёнок был ещё совсем маленьким, ах!

Визажист Лю Цзе, наконец, заговорила, больше не в силах этого выносить:

— Не обращайте на него внимания! Он просто сходит с ума. Кто не знает, что он почти потух в последние два года. Жун Сюй, просто делайте всё возможное! Я думаю, что Ваша игра намного лучше, чем его. Вы определенно можете выступить лучше, чем он!

Остальные визажисты тут же подхватили её:

— Он слишком зазнался! Он действительно возомнил себя какой-то большой звездой!?

— Раньше я работала в одной команде с Лю Ци. Сейчас Лю Ци – популярная молодая звезда, и его имя намного известнее, чем имя Хань Янхао, но он никогда себя так не вёл...

— Верно! Я работала с Ся Муйян в той же команде, и после съёмок она всегда была очень добра. В конце съёмок она даже принесла нам тортик и небольшой подарок. Правду говорят: полная бутылка не издает шума, а наполовину пустая – булькает!

Осуждающее негодование гримёров по поводу несправедливости заставило Жун Сюя медленно приподнять уголки губ; он мельком взглянул через зеркало на студию, где с важным видом отдыхал Хань Янхао.

Многого ли он мог достичь с таким-то характером (пусть его кто-то и поддерживал)?

Жун Сюй тихо вздохнул, внезапно почувствовав, что издевается над  маленьким ребенком.

***

Тем временем в далёком городе B съёмочная группа «Ученика» официально завершила съёмки!

Этот фильм снимался целых шесть месяцев, так что теперь, когда он, наконец, был закончен, вся команда радостно праздновала его завершение.

Актриса Ся Муйян, играющая главную героиню, действительно была достойна того, чтобы быть известной в развлекательном кругу как хороший человек. Ее помощница купила много тортов и десертов, раздав их каждому члену съёмочной команды, даже водителю.

Ся Муйян улыбнулась, поклонившись, и тихо произнесла:

— Спасибо, большое спасибо всем, кто заботился обо мне в течение последних шести месяцев!

Все тут же зааплодировали.

В это время в стороне от празднующих стоял высокий благородный молодой человек, сжимающий в руке телефон. Всё это время он пристально смотрел на свой телефон, совершенно не обращая никакого внимания на присутствующих в студии. Однако через некоторое время, когда его менеджер  дёрнул его за руку, он, наконец, поднял голову и увидел Ся Муйян, стоящую перед ним.

Ся Муйян улыбнулась:

— Цинь Чэн, я многому научилась за это время. Надеюсь, в дальнейшем у нас будет гораздо больше возможностей для совместной работы.

Цинь Чэн был несколько поражён и сначала огляделся вокруг, окинув взглядом всех членов съёмочной команды и персонал, собравшихся здесь. Казалось, он только сейчас осознал, что съёмки уже окончены. Только тогда этот красавец убрал свой телефон в карман и спокойно обратился к собравшимся:

— Спасибо за вашу заботу. Поздравляю всех: мы сделали это!

Эти слова были добрыми и простыми, и, хотя он не приготовил для всех подарки, Ся Муйян и остальные собравшиеся были тронуты до слёз.

— Цинь… Цинь Чэн на самом деле сказал нам спасибо?

— Я вдруг почувствовала, что эти последние несколько месяцев стоили того, ах!

— Я думал, Цинь Шэнь* так и будет таращиться в свой телефон, а он на самом деле сказал нам спасибо!

Цинь Чэн:

— …

После праздничного застолья актерский состав «Ученика» был окончательно распущен. Помимо предпоказа, они вряд ли ещё когда-нибудь соберутся все вместе. У Ся Муйян была аллергия на алкоголь, и она был единственной, кто не пил. Даже Цинь Чэн выпил около половины бокала.

Когда всем пора было уходить, Ся Муйян с тоской уставилась на спину уходящего человека. Однако уже через мгновение она отвела взгляд и в шутку сказала своему помощнику:

— Он вел себя так холодно на протяжении этих шести месяцев, но достаточно ему было сказать одну приятную фразу, и все стали до слёз ему благодарны... То, как он ведёт себя, ах, словно два разных человека. А учитывая, что он ещё и звезда, с ним действительно никто не может соревноваться.

Её ассистент внезапно опешил:

— Ся Цзе, он Вам нравится?

Ся Муйян была слегка ошарашена. Через некоторое время она покачала головой:

— Какая польза от симпатий? Это уже в прошлом. Такой человек, как Цинь Чэн, предназначен для одной жизни. Такой, как он, никогда не сможет влюбиться. Никогда больше не говори мне про это, иначе я рассержусь… Это уже давно в прошлом.

Младший  помощник смущённо кивнул.

Но, чего Ся Муйян не знала, так это то, что в то время мужчина позади неё неотрывно таращился в  свой телефон, не желая даже моргать.

Когда они сели в машину, Сюй Цзинь сел на пассажирское сиденье, начав разбираться с документами. Цинь Чэн медленно сжал губу в прямую линию и холодно спросил:

— Это потому, что фотография, которую ты сделал для меня, недостаточно хороша?

— Кхм-кхм…

Сюй Цзинь, который поперхнулся от этого заявления, мысленно выругался: «Всё ещё недостаточно хороша? Сколько можно?! Я каждый раз делал для тебя по меньшей мере сотню фотографий, но ты, о, Великий Молодой Господин, выбирал из них только одну. Но тебе и этого недостаточно? Это за это мне платят семизначную годовую зарплату, чтобы я тебя фотографировал?!

Цинь Чэн холодно сказал:

— Тогда почему никто не прокомментировал, не репостнул и не лайкнул её?

Сюй Цзинь:

— …

«Проклятье! Более миллиона репостов, более миллиона комментариев и более трёх миллионов лайков! Они для тебя – воздух?!»

Цинь Чэн, загружающий селфи каждые три дня и каждый день меняющий свою главную фотографию, уже вызвал настоящую сенсацию в сети. Тэг #ЦиньЧэн попал в тройку самых популярных поисковых запросов за двадцать четыре часа. Все фанаты были в восторге от такой активности своего кумира и заваливали его комментариями.

Подавив желание уйти в отставку, Сюй Цзинь спокойно проанализировал ситуацию:

— Чего именно Вы так ждёте каждый день?

После долгого молчания Цинь Чэн, наконец, сказал:

— Этот человек… он не репостнул, не прокомментировал и не лайкнул ни одного моего фото...

Сюй Цзинь:

— А он подписан на Вас?

Цинь Чэн:

— …

Сюй Цзинь:

— Думаю, если бы он был подписан на Вас, он определенно узнал бы о Вашей сумасшедшей активности в последние дни.

Цинь Чэн:

— …

Сюй Цзинь:

— Ау, Цинь Чэн, Вы меня слышите? Ау? Что случилось?

Цинь Чэн:

— …

Его мозг в это время неоднократно воспроизводил это предложение...

«Он подписан на Вас?»

«Подписан на Вас?»

«Подписан?»

«?»

Как бы то ни было, на четвёртый вечер съёмок «Западни» Жун Сюю, наконец, пришлось сняться в первой совместной сцене с Ханем Янхао.

Четыре дня назад Хань Янхао снялся на постеры с персонажами, а вчера и позавчера снимался с Чжан Тунтун и И Лань. И только сейчас, на четвёртый день съёмок, съёмочная группа добралась до сцены первой встречи Бая Миндэ и Хо Си.

Эта встреча состоялась, когда Бай Миндэ пришел забрать своего «племянника» из школы, а затем «случайно» столкнулся с Лян Линхуэй у школьных ворот. Тогда он и познакомился с Хо Си, который пришёл забрать Лян Линхуэй.

Эта сцена снималась на одной из улиц китайского Города Кино и Телевидения, окружённой тремя-четырьмя небольшими многоэтажными домами в западном стиле и богато украшенными китайскими садами. Высокие белые мраморные стены в западном стиле и чёрная плитка идеально сочетались: простая и классическая восточная красота и прекрасная геометрическая западная красота.

В этом Китае двадцатого века не было агрессивных войн, но в девятнадцатом веке все еще существовала некоторая натянутость в отношениях с Западом. Китай в это время уже медленно начал интегрировать как Восточную, так и Западную культуры. Внешние разногласия были не так серьёзны; куда важнее были внутренние распри.

Хань Янхао толкал свой велосипед, идя под руку со своим «племянником», когда вдруг «случайно» наткнулся на Учителя Лян. Ребёнок тут же начал кричать имя учительницы и дёргать Лян Линхуэй за рукав:

— Учитель Лян, Учитель Лян!

Лян Линхуэй наклонилась к нему и с улыбкой сказала:

— Хорошо, Учитель прогуляется вместе с Сяо Юнем.

Бай Миндэ был высоким и красивым, а Лян Линхуэй – нежной и привлекательной. Между ними шёл маленький мальчик с белоснежной кожей, похожей на нефрит.

Как на это ни смотри, они выглядели, как «нефритовая пара». Когда они шли по улице, многие оглядывались на них, ошибочно полагая, что это семья из трёх человек.

Лян Линхуэй, вероятно, тоже заметила эти взгляды, и её щёки раскраснелись от смущения. Она хотела тут же уйти, но Бай Миндэ внезапно потянул её за запястье, из-за чего Лян Линхуэй удивленно уставилась на него. Их взгляды встретились, создав странную искру в воздухе.

В это же время автомобиль Хо Си припарковался на обочине.

Экстравагантный и роскошный Плимут медленно остановился на оживлённой обочине. Автомобиль, броский и идеально чистый, как снег, бесшумно остановился недалеко от Бая Миндэ и Лян Линхуэй, отражая капотом чистое голубое небо.

Такой дорогой автомобиль, естественно, не мог не привлечь к себе внимания, поэтому Лян Линхуэй быстро заметила его. Она поспешно вырвала свою руку из руки Бая Миндэ и пошла к машине. Перед этим она сказала Баю Миндэ только одну фразу:

— Мой друг должен был послать за мной шофёра. До свидания.

Бай Миндэ почему-то очень хотел поговорить с ней подольше. Он крикнул:

— Учитель Лян.

Затем его голос внезапно оборвался.

В сценарии говорилось, что Бай Миндэ совершенно не ожидал, что сможет так быстро встретиться с Хо Си.

В тот день даже сама Лян Линхуэй не знала, что Хо Си лично приехал за ней и сидел на заднем сиденье дорогого автомобиля. Он никак не отреагировал на то, что какой-то мужчина «держал за запястье его невесту»; он даже не знал, кто такой Бай Миндэ. Только когда Бай Миндэ окрикнул Лян Линхуэй, он, наконец, открыл дверь и показал себя.

Бай Миндэ, как выдающийся человек из подпольного общества, сумел быстро успокоиться, и вёл себя, словно это действительно была их первая встреча.

Он смотрел на Хо Си, который шаг за шагом приближался к нему и Лян Линхуэй, и видел, как он смотрит на рукав Лян Линхуэй. Этот взгляд был простым и случайным, но при виде него Лян Линхуэй спрятала руку за спину.

Это была та рука, за которую её потянул Бай Миндэ...

Чжан Тунтун тоже была актрисой с хорошими навыками, только вот в этом мире было слишком много хороших актёров. Она была милой и привлекательной, но не была прекрасной настолько, чтобы завоевать сердца миллионов фанатов и стать поистине популярной. В этот момент она стояла с Жун Сюем лицом к лицу, а Хань Янхао стоял за её спиной.

Это была сцена, в которой были задействованы все три главных актёра. Несмотря на то, что она уже не в первый раз снималась с Жун Сюем, она снова не могла ровно дышать, стоя к нему так близко. Она собралась с силами, чтобы взять себя в руки, и постаралась играть максимально серьёзно. Она взяла на себя инициативу, взяв Жун Сюя за руку и встав рядом с ним.

Так ей не нужно было смотреть молодому человеку в глаза, поэтому она немного расслабилась и спокойно произнесла свою реплику:

— Пойдём, Хо Си.

Сказав это, Чжан Тунтун повернулась, чтобы уйти, но Жун Сюй не сдвинулся с места.

В сценарии для описания этой сцены использовалась только одна строчка: «Когда они смотрели друг на друга, Бай Миндэ был нервным, но рациональным, а Хо Си с трудом сдерживал своё желание убивать».

Подобные психологические драмы были наиболее трудными для съёмок, и первая такая сцена легла на плечи Жун Сюя.

Левой рукой молодой человек, находящийся под объективами двух камер, держал за руку свою невесту. Он был одет в военную форму; высокий и очень привлекательный молодой человек с  гордой прямой осанкой. Несмотря на всю красоту, за его спокойным холодным взглядом скрывалось неутомимое убийственное намеренное. Эта пара чёрных глаз не мигая смотрела на фигуру Бая Миндэ.

Режиссёр Чжэн был очень доволен увиденным, но в то же время решил посмотреть и кадры, показываемые на трёх других экранах. Но в ту секунду, когда он повернул голову, он внезапно застыл. Выпучив глаза, он пристально наблюдал за молодым человеком на экране.

Для съёмок этой сцены в общей сложности одновременно использовалось пять камер.

Три камеры были направлены на Хань Янхао, а две – на Жун Сюя.

На обоих экранах было изображено изысканное и благородное лицо молодого человека, сузившего свои глаза феникса и сложившего свои тонкие губы в странной улыбке. Он смеялся над Баем Миндэ. Его изящные брови изогнулись, но его глаза не улыбались. Холодная и мощная аура давила на окружающих, когда он улыбался, от чего Лян Линхуэй начала дрожать всем телом, а Бай Миндэ испугался ещё сильнее.

Как будто в эту самую секунду он готов был выхватить из-за пояса пистолет и выстрелить прямо в голову Бая Миндэ!

— Снято! — режиссёр Чжэн с трудом встал и громко закричал. — Жун Сюй – очень хорошо! Хань Янхао, камеры на Вас! Повторяем эту сцену с начала!

Хань Янхао медленно обернулся и сказал:

— Хорошо...

*Нефритовая пара - Идеальная пара

Когда Хань Янхао повернулся, чтобы посмотреть на Жун Сюя, то увидел, что тот уже что-то обсуждает с  Чжан Тунтун. Куда делся тот парень с ужасной кровожадной аурой, который был здесь только что? Очевидно, только что он видел в этих чёрных глазах жажду смерти, но сейчас, спустя пару секунд, этот паренёк уже вёл себя как обычно.

Может ли быть так, что… его актёрские навыки настолько хороши? Настолько, что он может обмануть даже его?!

Нет! Это было абсолютно невозможно!

Хань Янхао успокоился и взял себя в руки за несколько секунд, после чего они продолжили съёмки.

Однако прошло всего пять секунд, как режиссёр Чжэн снова закричал:

— Стоп! Хань Янхао, Вы слишком нервничаете! Вы – исключительный шпион! Хотя сейчас Вы и нервничаете, потому что с Вами случилось нечто неожиданное, Вам всё равно нужно сохранять спокойствие. Если Вы не можете взять себя в руки даже сейчас, как Вы собираетесь завоевать доверие Хо Си в будущем? Переснимаем!

Хань Янхао сухо засмеялся:

— Да.

Кто бы мог подумать, что потребуется целых семь дублей, прежде чем Хань Янхао, наконец, справится со своей сценой.

В этой сцене Хо Си не сказал Баю Миндэ ни слова. Единственными прозвучавшими словами было неловкое представление Бая Миндэ Лян Линхуэй, что он – дядя её ученика, а также офицер армии Семьи Хо второго ранга.

В ответ Хо Си без особого интереса произнёс сухое «Оу». Однако его улыбка в этот момент заставила Хань Янхао непроизвольно поёжиться – да, этот момент он тоже переснимал дважды.

Когда съёмки этой сцены были окончены, съёмочная группа отправилась обедать.

Помощник Ханя Янхао взял приготовленный лично для него обед и передал его Ханю, но тот лишь стукнул палочками по столу, развернулся и зашагал в ванную. Его младший помощник на мгновение остолбенел, а затем быстро побежал за ним следом.

Чжан Тунтун, видевшая эту сцену издалека, не могла не удивиться.

И Лань сказала:

— Характер этого парня, Ханя Янхао, просто ужасен… Он до жути высокомерен. Ему пришлось переигрывать сцену девять раз, чтобы снять её нормально, поэтому сейчас он определенно чувствует стыд за то, что ударил в грязь лицом.

Чжан Тунтун пробормотала:

— Но для актёров ведь вполне нормально переснимать сцены по несколько раз? Вчера я тоже уложилась лишь в пять дублей.

И Лань подняла руки, сдаваясь:

— Я тоже десять раз переигрывала свою цену во второй день съёмок, ха-ха, она была очень сложной… Режиссёр Чжэн, наверное, устал смотреть на меня.

Женщины рассмеялись, а затем внезапно одновременно обернулись, чтобы посмотреть на Жун Сюя, стоявшего неподалёку. И Лань повысила голос, чтобы спросить его:

— Жун Сюй, неужели тебе никогда не приходилось переснимать свои сцены?

Жун Сюй был удивлён этим вопросом, но улыбнулся:

— Разве я не переснимал сцену вчера утром?

Чжан Тунтун и И Лань сразу же вспомнили эту сцену и опешили: «Переснимал? Почему он переснимал?»

Потому что в этой сцене Хо Си допрашивал человека из подпольной организации. Чтобы продемонстрировать свой жестокий и тиранически изменчивый характер, во время допроса, который шёл довольно успешно, и допрашиваемый уже почти был готов выдать имя шпиона... Хо Си внезапно достал пистолет и нажал на курок!

Глаза этого человека расширились, когда он с недоверием уставился на Хо Си.

Что касается Хо Си, он лишь снисходительно посмотрел на него сверху вниз и коротко объяснил причину его смерти:

— Мне больше не хочется слушать, как ты говоришь.

Маршал Хо всегда был темпераментным и решительным человеком, славящимся своими жестокими убийствами.

И причиной пересъёмок этой сцены стало то, что в самый напряжённый момент, когда Жун Сюй собирался произнести свою последнюю реплику, которая могла заставить человека обмочиться от страха, он вдруг чихнул!

Все были ошеломлены. Кончик носа ранее властного и деспотичного Маршала забавно покраснел. Он не знал, смеяться ему или плакать, глядя на сотрудника по реквизиту и объясняя:

— У меня аллергия на тюльпаны. Я не думал, что здесь будут тюльпаны, поэтому сегодня не выпил лекарство. Вы не могли бы разместить их чуть подальше?

Даже серьезный режиссёр Чжэн расхохотался над этим.

И это он называет пересъёмкой? Серьёзно? Тогда как назвать то, что произошло сегодня с Хань Янхао?!

Съемки «Западни» продвигались очень быстрыми темпами. Помимо того, что Хань Янхао иногда «ударял в грязь лицом» из за своих неудачных сцен, все остальные справлялись со своей работой очень даже хорошо.

Дни шли незаметно. Поскольку Жун Сюй был слишком занят съёмками, когда он наконец-то добрался до своего Вэйбо, то обнаружил, что число его подписчиков достигло уже 500 тысяч! И именно сегодня вечером команда «Борьбы за превосходство» собиралась опубликовать первый трейлер!

***

В далеком городе В, в одной из лучших VIP-палат больницы.

Модно одетый молодой человек сидел на кровати и пил воду, листая ленту в своём телефоне. Когда он увидел кое-какую новость, он сердито швырнул свой телефон на пол. Новый телефон разбился вдребезги, от чего менеджер рядом с ним подпрыгнул на месте.

Менеджер нахмурился:

— Чжун И, что произошло на этот раз? Держите себя в руках: Вы покупаете дорогие вещи, которые сами же потом и ломаете. Не заставляйте меня снова покупать Вам телефон...

Услышав это, Чжун И тут же вперился в него своими большими ясными глазами и сердито закричал:

— Что это значит?! Как это называется?! Ван гэ, скажи мне, почему Жун Сюй снимается в «Борьбе за превосходство»!? Изначально он нашёл эту роль для меня, а потом вдруг сам пошёл и снялся в этом фильме?! Ты когда-нибудь видел, чтобы золотой мастер отнимал роль у своего собственного актёра? К счастью, между нами ничего нет, иначе мне бы сейчас действительно было до смерти противно! Этот тупой, безмозглый идиот… он… он украл мою роль?! Да как он смеет?!

Буквально за одну ночь первый трейлер «Борьбы за превосходство» разлетелся по всему Китаю.

Все съёмки уже давно были закончены. Сейчас сериал был на последних этапах монтажа и должен был выйти одновременно на трёх ведущих национальных телеканалах через три месяца.

В кругу сериалов, команды студий ЦиЛи и Го Лун, а также актёры Тан Мэнлань и Дун Чжэн определенно занимали  лидирующие позиции. Когда были опубликованы постеры с персонажами, миллионы зрителей уже прильнули к экранам своих смартфонов. Теперь, когда вышел первый трейлер,  в интернете начались ещё более оживлённые и жаркие дискуссии.

Тан Мэнлань в роли доблестного и героического полководца, Дун Чжэн в роли спокойного и собранного наследного принца, Е Цяо в роли главного злодея с демоническим шармом...

Но больше всего людей поразил Жун Сюй, который появился в трейлере всего на пять секунд!

На экране одиноко стоял медленно увеличивающийся павильон ВанЦю, окружённый голубыми волнами и уходящий высоко под закатные облака. Четырёхэтажный высокий павильон с резными балками и расписными колоннами; прекрасный конфуцианский ученый одиноко стоял на берегу озера. Его чанпао и шелковистые чёрные волосы развевались на ветру. Он внезапно поднял голову и посмотрел прямо в камеру.

Слегка приподняв губы в улыбке, он смотрел в объектив своими яркими полупрозрачными глазами, в которых отражались бескрайние лучи солнечного света, напоминающие мерцание драгоценных камней!

Прошла секунда...

Бесчисленные представительницы женской аудитории визжали, до глубины души взбудораженные увиденным и не в силах больше сдерживаться.

«Он слишком прекрасен, боже! Я впервые почувствовала это необъяснимое чувство… Это именно то чувство!»

«Ай-ай-ай-ай! Красавчик в сумерках, красавчик на берегу большого озера! Это просто восхитительная красота!»

«Снова и снова он предстаёт перед нами всё более прекрасным! Я преклоняю колени перед его красотой! _(: 3∠)_»

«Хочу снова увидеть его постер! Хочу-хочу! Этот Бог Красоты в белом костюме слишком обворожителен! Если вы ещё не видели этот постер – срочно ищите его! Я беру взятки только в виде красоты ВаньЦи Яо!»

Его привлекательность на постере была ограничена из-за того, что это было лишь фото. Постеры артистов, у которых есть небольшие недостатки, можно отретушировать или подобрать для съёмок более выгодный ракурс. Что касается выдающихся актёров, единственное, что может показать их истинное очарование – это динамичное видео.

Большинство артистов до дебюта приводили себя и своё тело в порядок. Даже став знаменитыми, многие не отказывались от этого курса. Хорошая звезда, которая и сидит живописно, и стоит красиво, и ходит завораживающе, может согревать сердца и радовать глаз своих фанатов превосходным нравом; так называемым звездным нравом.

Если вас узнают в толпе людей – считайте, что вы добились успеха.

В трейлере Жун Сюй появляется в кадре всего на пять секунд. Это был всего лишь один небрежный взгляд, когда он поднимает голову и улыбается, однако его вполне хватило, чтобы у Жун Сюя прибавилось поклонников. Количество его подписчиков на Вэйбо за одну ночь достигло 800.000. На него подписалось 300 тысяч человек!

И даже этого всё ещё было не достаточно. Далеко не достаточно.

Люди до сих пор судили по внешнему виду; это был всего лишь трейлер, но команда «Борьбы за превосходство» не сэкономила на нём ни копейки. В этом трейлере было всё: десять тысяч стрел, выпущенных вместе, захватывающее зрелище, героическая атмосфера, великолепная многотысячная армия, конница, жёлтый песок, поднимающаяся от копыт пыль. Вот, что происходит, когда три главные державы борются за превосходство в смутные времена!

Спецэффекты были безупречны, качество видео было на высшем уровне – всё вполне оправдывало инвестиции в более, чем триста миллионов!

Жун Сюй ехал на съёмочную площадку на второй день съёмок, когда увидел этот трейлер ленте. Весь трейлер длился всего одну минуту, а перечисление главных актёров занимало почти десять секунд, и это не считая сцен с двумя главными героями. То, что ему, второстепенному персонажу, выделили целых пять секунд экранного времени, уже превзошло все ожидания Жун Сюя.

После просмотра трейлера Жун Сюй был тронут.

Уровень постпроизводства в этом мире был намного выше, чем в его прошлой жизни. Это был трейлер для простого телевизионного сериала, а в его мире он вполне подошёл бы под стандарты кино. Этот сериал был на голову выше, чем все эти фильмы с бесполезными спецэффектами, лопатой гребущие кассовые сборы.

Пока Жун Сюй шёл по дороге, он просматривал разные комментарии и лайки.

Когда он уже собирался войти в студию, Жун Сюй убрал свой телефон обратно в карман, когда вдруг услышал крик шокированного Ло Чжэньтао:

— Мы вообще ничего для этого не делали, но… Сяо Сюй, Вы самом деле занимаете 34-е (!) место в топе самых популярных поисковых запросов!

Услышав это, Жун Сюй был слегка удивлен, но затем улыбнулся и спросил:

— ВаньЦи Яо снова попал в топ?

Ло Чжэньтао решительно покачал головой и поспешно передал свой телефон Жун Сюю, серьёзно ответив:

— Нет! Жун Сюй!

На экране телефона красовалось два слова: #ЖунСюй!

В этот день до команды «Западни» быстро дошла эта новость. Чжан Тунтун, И Лань и другие актёры и члены съёмочной команды поздравили Жун Сюя с успехом «Борьбы за превосходство».

Обе девушки были актрисами, но, даже если они и завидовали тому, что Жун Сюю досталась прекрасная роль в отличной команде, у них всё равно не было возможности сыграть мужскую роль ВаньЦи Яо, верно?

Третий мужской персонаж «Западни» был, так же, как и Жун Сюй, новичком. Он, вероятно, был даже лучше его. Он тоже поздравил Жун Сюя, и они даже подписались друг на друга в Вэйбо и обменялись контактами.

Перед тем как уйти, мужчина с удивлением спросил:

— Эй, ты почти ни на кого не подписан? Ты только начали использовать Вэйбо?

Жун Сюй улыбнулся и кивнул:

— Я только-только вошёл в развлекательный круг. Сейчас я подписан только на нескольких членов команды и актёров «Борьбы за превосходство» и «Западни».

Сказав это, Жун Сюй открыл список своих подписок.

Мужчина взглянул на него и улыбнулся:

— Я знаю Сюй цзе, она – очень известный гримёр в нашей среде.

После того, как мужчина ушёл, он тут же подписался на помощника режиссёра «Западни» и других членов съёмочной команды, бормоча про себя: «А этот Жун Сюй не промах! Он не следит за какими-то большими звёздами, зато подписан на  художника по гриму «Борьбы за превосходство». Действительно, если ты подпишешься на таких известных людей, как Вэнь Сюань или Ся Муйян, они даже не будут знать, кто ты такой. Куда лучше подписываться на членов съёмочной команды. Почему эта мысль не пришла мне в голову раньше?! Нужно тоже на них подписаться!»

Он не ожидал, что простая подписка может быть полезна. Он хотел пожинать плоды доброй воли людей, но забыл, что главное – быть немного внимательнее в своём в повседневном общении.

В полдень даже режиссёр Чжэн поздравил Жун Сюя.

Режиссёру Чжэну было немногим более сорока лет, но он уже много лет работал в этой отрасли. Он ознакомился со всеми работами Жун Сюя. Глядя на этого приятного и доброго молодого человека, он не мог не позаботиться о нём:

— Фильмы режиссёра Го всегда помогают зажечь новые звезды, но тебе не стоит быть слишком тщеславным, Сяо Жун. Хотя ты с каждым днём становишься всё популярнее, тебе не стоит терять голову от успеха.

Жун Сюй кивнул:

— Спасибо Вам, режиссёр Чжэн.

Да, сегодня в полдень число подписчиков Жун Сюя в Вэйбо побило отметку в один миллион. В то же время на официальном сайте «ХуаСя Энтертейнмент» к его фан-клубу уже присоединилось 70.000 поклонников. Подобные фан-клубы были обычной практикой во всех развлекательных компаниях. Нужно было заплатить за членство, после чего вы становились членом фан-клуба определённой звезды.

Это было равносильно званию «продвинутого фаната». В клубе у вас было больше доступа к информации, связанной со знаменитостью, и время от времени некоторые из членов клуба выбирались на встречи с кумиром.

Подъём Жун Сюя к славе мог показаться очень спокойным и не похожим на «достижение Небес за один шаг». Тем не менее, для режиссёра Чжэна и Ло Чжэньтао, «ветеранов» отрасли, это был более чем пугающий скачок.

Нам этого не видно, но ежегодно «на пороге» индустрии пропадают тысячи новичков. Количество их подписчиков на Вэйбо не  достигает и 100 тысяч человек, не говоря уже о том, чтобы они стали знаменитыми!

Воспользовавшись обеденным перерывом, Жун Сюй полистал свой Вэйбо и заглянул на фан-клуб. Когда он увидел обсуждение, то не смог сдержать смех. Уголки его рта расплылись в улыбке, и он быстро положил свой телефон на стол. Чем меньше он видит, тем лучше.

«Отчёт!!! Жун Сюй на самом деле 185см! Такой высокий! Мне придется подпрыгнуть, чтобы поцеловать его =3»

«Мой прекрасный Жунжун так красив, так высок и хорошо сложен! Я уже раз сто пересмотрела этот пятисекундный отрывок!»

«Я так долго облизывала экран, что мой телефон промок!»

«Как можно быть таким красивым,  ах-ах!? Чёрт, я только смирилась с его голубыми одеждами на постере, а теперь вышел трейлер, где он весь в белом! Говорят, что если вы хотите быть красивым, вам нужно носить белое. Жунжун моей семьи, одетый во всё белое, просто космически прекрасен!»

«Он в белом, оу!»

Жун Сюй даже не задумывался над тем, почему у него вдруг появилось прозвище «Жунжун». В его прошлой жизни никто не давал ему прозвищ; его фанаты поддерживали его фильмы и передачи, в которых он принимал участие, но в интернете не было слишком оживлённых дискуссий. У него был лишь солидный список его фактических достижений.

Тем не менее, в этой жизни... почему его фанаты пребывали в такими восторге?!

Хотя он и внушал себе, что ему «стыдно видеть все эти комментарии восторженных фанатов», когда настало время вечернего перерыва, Жун Сюй снова молча включил свой телефон, чтобы прочитать эти крайне эмоциональные комментарии фанатов. Когда он увидел тег #ЖунСюй на Вэйбо, он не мог не рассмеяться.

#ЖунСюй. Однажды мы с мужем шли по улице, когда вдруг увидели плакат. Я долго смотрела на него, а мой муженёк скривился, спросив меня:

— Что, он всё ещё нравится тебе?

Я удивилась, но покачала головой:

— Это было давно, когда я гонялась за звездами. Теперь в моём сердце только ты.

Муж немедленно протянул руку, чтобы закрыть мне глаза:

— Тогда тебе нельзя смотреть на него.

Я счастливо улыбнулась и обняла его:

— Будь паинькой. Е Цяо – моё прошлое, ты - моё настоящее.

Жун Сюй нежно улыбнулся и обнял меня в ответ.

Жун Сюй:

— …

«Интересно, каким будет лицо этой маленькой поклонницы, когда она посмотрит «Борьбу за превосходство» и познакомится с ролью Е Цяо…» — он чувствовал себя немного взволнованным, думая об этом.

Поклонники, в конце концов, были очень даже талантливы. Даже если Жун Сюй был спокоен и собран, он не мог не забавляться их комментариями время от времени.

Он весело смеялся, когда мимо него как раз проходил Хань Янхао. Услышав смех Жун Сюя, он нахмурился и уставился на юношу. Мимолётно взглянув на него, он быстро ушёл прочь.

Хань Янхао подошел к режиссёру Чжэну и тот тут же сказал ему:

— Хань Янхао, Вы являетесь частью подпольного сообщества. Подпольного, понимаете? Ваши движения только что были слишком неуклюжими; Вам стоит больше практиковаться с инструкторами. Жун Сюй орудует пистолетом намного красивее Вас; Вы должны достичь такого же результата и приходить ради этого на тренировки каждое утро, хорошо?

Хань Янхао поморгал:

— Он просто играет на своём телефоне! Когда это он ходил на тренировки?

Режиссёр Чжэн тут же ответил:

— Ну, в течение первых двух недель он ежедневно посещал тренировки и уже добился прекрасных результатов. Его движения всегда были очень красивыми изящными, а не безобразными. Ему больше не нужно ходить на тренировки.

Хань Янхао поджал губы: «А мои движения, значит, слишком ужасны!?»

По-видимому, заметив взгляд Хань Янхао, Жун Сюй поднял голову и обнаружил, что тот смотрит прямо на него. Он кивнул ему с лёгкой улыбкой, которую можно было считать приветствием. Но Хань Янхао лишь саркастически ухмыльнулся ему в ответ, прежде чем снова отвернуться.

Что касается его почти провокационного поведения, Жун Сюй совсем не злился и считал его очень глупым. В любом случае, ему оставалось потерпеть его всего один месяц, и они расстанутся. Сцены на экране будут для зрителя самым справедливым показателем: чья актерская игра лучше, а чья хуже.

Что было ещё интереснее, так это то, что, когда дело доходило до их совместных сцен, Ханю Янхао всегда приходилось переснимать их.

Если это были сцены с Ханем Янхао и Чжан Тунтун, они всегда укладывались максимум в пять дублей, но когда он снимался с Жун Сюем, ему постоянно приходилось переигрывать.

Ло Чжэньтао не понимал причину этого, как и режиссёр Чжэн. Зато Жун Сюй знал.

Хань Янхао обладал каким-то актёрскими способностями, но ему не нравилось, когда его подавляли другие. Когда он осознал, что актёрское мастерство Жун Сюй лучше его собственного, и он «не даёт его свету светить зрителям», он стал настойчиво пытаться сопротивляться этому, и, как результат, куча переснятых дублей.

Заметив это, Жун Сюй намеренно стал немного уступать ему и даже сдерживать свою игру.

В индустрии было полным-полно таких идиотов, но, до тех пор, пока Хань Янхао не провоцировал его, Жун Сюй тоже не позволял себе ничего лишнего.

Однако прошел всего один короткий день, когда он снова показал своё лицо.

Жун Сюй пришёл на съёмочную площадку рано утром, и даже не успел войти, когда услышал громкий рёв режиссёра Чжэна:

— Сменить актёра!? До трансляции осталось всего две недели, а Вы говорите мне сменить актёра? Вашему Ханю Янхао делать нечего, скажите мне?! Наша команда отлично ладит – зачем нам менять актёров? Он думает, мы сделаем это?! У нас просто нет времени на такие вещи! А знаете, что!? Скажите ему, что мы можем заменить второго мужского героя, да! Пусть он сам сыграет эту роль, а Жун Сюй тогда сыграет главную!

***

В это время в аэропорту Шушэ неподалеку от Города Кино и Телевидения Сяншань приземлился самолёт. Молодой модный юноша в бейсболке и широких солнечных очках прошёл по аэропорту, привлекая к себе внимание многих прохожих. Кто-то воскликнул:

— Чжун И?!

В результате вокруг него собралась толпа людей, просящих автограф.

Чжун И улыбнулся белоснежной улыбкой и сказал:

— Ну, ну, потише! Не нужно беспокоить всех остальных.

Достав ручку и чёрный блокнот, который он уже давно приготовил, он начал раздавать автографы.

Недалеко от VIP-коридора утончённый элегантный мужчина услышал шум и повернулся, чтобы проследить за его источником. Чжун И был окружён толпой поклонников так, что его вообще невозможно было разглядеть за ними. Он поднял бровь и спросил:

— Цинь Чэн, разве на этом самолёте летели другие звезды? Я, вроде, никого не видел…

На  красивом мужчине было надето простое чёрное длинное пальто, без излишеств и эмблем. Но по виду ткани и высочайшему качеству пошива, можно было с уверенностью сказать, что оно сделано на заказ и стоит больших денег.

Услышав слова своего менеджера, мужчина сдвинул солнцезащитные очки на нос. Как раз в этот момент толпа немного расступилась, и он лицо Чжуна И. Цинь Чэн на секунду взглянул на него и сказал:

— Я не узнаю его.

Сюй Цзинь рассмеялся:

— Я тоже. Вероятно, он не из нашего «ХуаСя Энтертейнмент».

Сказав это, они покинули аэропорт, направившись на парковку, откуда их забрал водитель и доставил прямиком в Город Кино и Телевидения Сяншань.

Город Кино и Телевидения Сяншань, съёмочная команда сериала «Западня».

Внутри команды любого фильма или сериала, наиболее интенсивные конфликты возникали не между актёрами, и даже не между режиссёром и актёром, как многие думают, а между режиссёром и инвестором. Инвестор платил деньги, а режиссёр был сердцем фильма. Первый часто обращался к последнему с разными просьбами, а последний, как правило, делал все возможное, чтобы удовлетворить их.

Но очень известные режиссёры,  конечно, вполне могли возразить на любое из предложений инвестора. Тем не менее, инвесторам тоже нужно было зарабатывать деньги, поэтому они обычно не выдвигали никаких странных или причудливых требований. Своеобразное единодушное согласие внутри отрасли.

Однако это согласие не распространялось на команду «Западни».

Ло Чжэньтао быстро получил от помощника режиссёра Ли подробную информацию о случившемся. С холодным лицом он заговорил, едва подавляя свой гнев:

— Я не знаю, как Хань Янхао уговорил инвесторов, но теперь они хотят сменить актёров. Они вложили в «Западню» почти семьдесят процентов инвестиций, поэтому выдвигают свои условия. Режиссёр Чжэн не согласен с ними, но инвесторы не хотят уступать ему.

Красивый и элегантный юноша спокойно спросил:

— Они хотят заменить только меня?

Ло Чжэньтао помедлил:

— Да…

Что касается такого рода ситуаций, когда они нарушают контракт,  как правило, обычно они не доходят до аудитории. Во-первых, зарплата Жун Сюй была не очень высокой, и инвесторы теперь должны были заплатить ему штраф, но для них это были сущие копейки.

Молча покачав головой, Жун Сюй прищурился и посмотрел на Ханя Янхао, который отдыхал неподалёку, словно не понимая, что происходит. Внезапно он усмехнулся и спросил:

— Ло гэ, чем я его обидел?

Ло Чжэньтао был очень зол и с сомнением ответил:

— Я тоже не знаю. У Вас никогда не было с ним конфликтов.

Жун Сюй долго смотрел на спину Ханя Янхао, после чего вздохнул:

— В этой отрасли нет необходимости кого-либо ненавидеть, но… он уже перешёл все границы.

Все утро команда «Западни» бездействовала. До трансляции оставалось всего две недели, а съёмочная группа отсняла только три эпизода, что было далеко до необходимого для выхода в эфир количества эпизодов.

Режиссёр Чжэн и менеджер Хань Янхао устроили громко спорили прямо посреди площадки. Режиссёр Чжэн даже зашёл так далеко, что сказал:

— Я не буду вести с вами никаких дел! Я ухожу!

Но менеджер остался равнодушным к его заявлению и продолжал улыбаться:

— Режиссёр Чжэн, Вам стоит хорошенько подумать об этом ещё раз. Это просьба президента Ли.

Что касается Ханя Янхао, он спокойно сидел в своей комнате отдыха и носу и неё не показывал.

Ло Чжэньтао, естественно, тоже участвовал в обсуждении с режиссёром Чжэном, мрачно прося инвестора изменить своё решение. В отрасли людей, нарушивших контракт, осуждали. Будь то инвестор, режиссёр или сам актёр, – это всегда было плохим поступком.

Три стороны проспорили всё утро.

Жун Сюй, сидящий недалеко от них, достал свой сценарий и стал спокойно листать его. Время от времени мимо него проходили разные члены съёмочной команды, говоря ему пару утешительных слов.

Помощник режиссёра Ли, который руководил актёрами, был особенно взволнован он просто заливался потом. Видя, что «обсуждение» зашло в тупик, он нашёл Жун Сюя и осторожно спросил:

— Если команда действительно нарушит контракт... что бы Вы сделали, Жун Сюй?

Простой и честный крепкий мужчина средних лет смотрел на него искренними глазами, а в его голосе слышалась беспомощность и чувство вины. Услышав его, Жун Сюй, наконец, поднял голову, оторвавшись от сценария. Он задумчиво посмотрел на помощника режиссёра Ли; его взгляд был спокойным и ясным, как будто он не знал, что происходит.

Помощник режиссёра Ли никак не ожидал, что реакция Жун Сюя может быть ТАКОЙ. Видя хладнокровное спокойствие юноши, он необъяснимым образом расслабился.

Жун Сюй спросил:

— Ли гэ, я вспомнил, что наши постеры и трейлер должны были быть опубликованы в интернете уже послезавтра, а затем отправлены на телевизионную станцию, где уже через неделю их начнут транслировать в эфире?

Помощник режиссёра Ли, естественно, кивнул:

— Верно.

Услышав это, Жун Сюй улыбнулся. Он встал и сказал:

— Как-то раз один иностранный режиссёр сказал, что право последнего слова в лучшем актёрском составе и съёмочной группе всегда должен иметь режиссёр. Единственное, что должны делать инвесторы и продюсеры – «удовлетворять все требования режиссёра. Быть таким пассивным, в какой бы вы ни были команде… в этом нет ничего хорошего.

Неподалеку режиссёр Чжэн, Ло Чжэньтао и менеджер Хань Янхао всё ещё продолжали спорить.

Глаза помощника режиссёра Ли расширились от удивления, когда он услышал слова Жун Сюя.

Юноша с улыбкой продолжил:

— Сегодня, читая сценарий, я внезапно обнаружил, что имя «Хо Си», оказывается, весьма интересно. В Китае есть древняя поговорка: «несчастье может быть скрытым благословением, а за благословением может скрываться несчастье». Несчастье Хо Си... возможно, на самом деле это скрытое благословение. Так что, отталкиваясь от этого, можно ухватиться за возможность перейти от пассивности к агрессии.

В этот момент в голове режиссёра Ли что-то неожиданно «перевернулось». На мгновение он замер, а  затем быстро вспомнил сообщение, которое не так давно прислал ему его сын: «Думаю, он действительно хорош. Заботься о нём; не позволяй этому самодовольному позеру издеваться над ним».

К полудню команда всё ещё не приступила к работе.

Директор Ло Чжэньтао и менеджер Ханя Янхао начали холодную войну, из-за чего на площадке воцарила атмосфера неловкости. Хотя другие актёры и сочувствовали Жун Сюю, а Чжан Тунтун очень хотела помочь ему чем-нибудь, у них не было возможностей, чтобы противостоять Ханю Янхао. Им оставалось лишь  втайне проклинать Ханя Янхао, этого напыщенного позера без капли морали.

Всем, кроме помощника режиссёра Ли, который куда-то исчез.

Когда Чжун И прибыл из аэропорта Шуше к месту съёмок «Западни», он стал свидетелем странной сцены. Вся команда была абсолютно тихой. Каждый занимался какими-то мелкими делами, но никто ничего не снимал!

Это было не нормально, понимаете?!

Чжун И окинул площадку взглядом и быстро вошёл внутрь. Как он ни пытался, он так и не смог найти Жун Сюя.

Что бы там ни говорили, Чжун И, в конце концов, был звездой третьего уровня. Одна из работниц узнала его, и он тут же остановил её, чтобы спросить:

— Я друг юного господина Жуна. Почему я нигде не могу его найти? Я слышал, что он снимается здесь, поэтому пришёл навестить его, — сказав это, он поднял коробку с тортом.

Глядя на это прекрасное невинное лицо, работница просто не могла разозлиться на Чжуна И. Думая о том, что этот юноша очень мил, она быстро ответила:

— Я не знаю, кто такой этот «юный господин Жун», но вы, вероятно, ищете Жун Сюя, я права? Он вон там, просматривает сценарий.

Чжун И проследовал взглядом за её рукой, указывающей на неподвижную фигуру. На секунду он застыл, но через некоторое время улыбнулся и спросил:

— Где он? Почему я не вижу юного господина Жуна?

Девушка снова указала на него пальцем:

— Это вон тот человек в военной форме, что сидит на стуле с опущенной головой и читает сценарий.

Улыбка застыла на лице Чжуна И.

Взяв себя в руки, он сжал коробку с тортом и побрел в сторону Жун Сюя.

Почувствовав, что кто-то загораживает ему свет, Жун Сюй не мог не поднять голову. Перед ним было красивое лицо с большими круглыми глазами и рыжевато-коричневыми вьющимися волосами. Этот юноша был очень милым и симпатичным. Он был милым до такой степени, что совсем не выглядел как взрослый мужчина, а походил, скорее, на шестнадцатилетнего юношу.

Но Жун Сюй знал, что Чжуну И было уже двадцать четыре года.

Закрывая сценарий, Жун Сюй слабо улыбнулся и поприветствовал его:

— Давно не виделись, Чжун И.

Чжун И был ошеломлён, поскольку не ожидал, что Жун Сюй будет таким спокойным. Он поспешно скрыл выражение презрения во взгляде, но Жун Сюй успел его заметить. Он отложил коробку с тортом и небрежно сел рядом с Жун Сюем. Он неосознанно протянул руку к руке Жун Сюя, но тот в этот момент «случайно» поднял её, чтобы сделать заметку в сценарии, и избежал его прикосновения.

Хотя Чжун И был немного удивлён, он не особо задумывался об этом. Он сладко сказал:

—  Юный господин Жун, мы не виделись так долго, а Вы даже ни разу не пришли ко мне. Я слышал, что вы всерьёз стали актёром… я был так удивлён, когда узнал об этом. Сначала я не поверил, но позже Чжан Фэн показал мне Ваш плакат с персонажем из «Борьбы за превосходство». Почему вы решили начать играть в кино, юный господин Жун?

Хотя тон Чжуна И и казался нежным, в нём слышались нотки резкости, когда он упомянул «Борьбу за превосходство».

Жун Сюй слабо улыбнулся, неотрывно наблюдая за ним, а затем слегка отодвинулся в сторону и ответил:

— Сниматься довольно приятно.

Улыбка так и застыла на лице Чжуна И. Он крепко сжал кулаки, и только так смог подавить свой гнев.

«Приятно!? Если ты, Великий юный господин, хочешь войти в развлекательный круг, чтобы играть, тогда играй! Зачем ты борешься за роль со мной!? Даже если я был в больнице и не мог играть сам, стоило ли тебе брать на себя мою роль? Как это называется? Впервые слышу, чтобы Золотой Мастер отнимал чью-то роль!»

Чжун И опустил голову, и чёлка, упавшая на лоб, скрыла негодование в его взгляде. Едва скрывая свою обиду, он сказал:

— Э, это очень приятно. Юный господин Жун, Вы сменили номер телефона, но даже не сказали мне об этом. Я пришёл сюда сегодня, чтобы сказать Вам… я думаю, что то, о чём Вы мне говорили, довольно неплохо.

Жун Сюй моргнул, не произнеся ни слова.

Чжун И некоторое время подождал, но так и не услышал ответа. Чувствуя, что это очень странно, он поднял голову и обнаружил, что юноша всё ещё с лёгкой улыбкой наблюдает за ним.

Чжун И тупо уставился на него, и его терпение лопнуло окончательно:

— !!!

«Ублюдок! Какого чёрта он улыбается! Почему я чувствую, что с этим Жун Сюем что-то не так!?»

Честно говоря, когда Чжун И вошёл в студию, он сразу заметил Жун Сюя. Но тогда он видел его в  профиль и счёл его лицо действительно изысканным и красивым. Он даже подумал, что это какая-то звезда, которую он не узнал. Поэтому, когда он услышал, что это и есть Жун Сюй, в его груди вспыхнул необъяснимый гнев.

Разве Жун Сюй не был блудным юным господином? Почему он так внезапно изменился и стал таким?

Афиша «Борьбы за превосходство» итак разозлила Чжуна И так, что у него пар пошёл носом. Он тогда уверенно указал на фотографию, несколько раз повторив своему менеджеру:

— Это определенно фотошоп, это точно подделка!

Но теперь, увидев его вживую, одетого в военную форму, с неземной внешностью... Теперь он даже не знал, что ему сказать. Он запутался до такой степени, что даже думал, что... что с точки зрения имиджа и темперамента, Жун Сюй подходит для круга развлечений куда лучше, чем он сам!

Безусловно, эту роль выбил ему сам Жун Сюй, в надежде угодить ему. Он мысленно насмехался над ним, глядя на застенчивое лицо мальчишки, раскрасневшегося от своей первой любви. Как могло случиться, что сейчас это мальчишка внезапно стал таким спокойным?

Но Чжун И не знал, что единственной причиной, по которой Жун Сюй отвечал ему улыбкой, было то, что ОН ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЛ, О ЧЁМ ОН ГОВОРИТ!

— То, о чём мы говорили раньше?

«О чём мы говорили раньше…?»

Тем не менее, Чжун И явно не обладал терпением Жун Сюя. Вскоре он неловко сменил тему и, как бы невзначай, громко спросил:

— Странно, почему вы, ребята, не снимаете? Я слышал от Ханя, что вы снимаете еженедельный сериал, и он скоро выйдет в эфир.

Внимание всех присутствующих сразу же было привлечено его голосом.

Чжун И вскоре получил ответ от своего помощника. Его глаза загорелись, и он тут же сказал Жун Сюю:

— Юный господин Жун, не сердитесь на Ханя Гэ. У него иногда бывает плохое настроение. У нас с ним довольно хорошие отношения. Я поговорю с ним, и он успокоится. Подождите здесь; я скоро вернусь.

Едва договорив, Чжун И тут же сорвался с места и побежал в личную комнату отдыха Ханя Янхао, оставив Жун Сюя, который наблюдал за ним с улыбкой, совсем не похожей на улыбку.

В течение следующего часа Чжун И оставался в комнате отдыха Ханя Янхао, словно и не собираясь выходить. О его «я скоро вернусь» давно было забыто.

Члены съёмочной группы тоже вели себя странно. Только вторая главная героиня, И Лань, тихо подошла к Жун Сюю и прошептала:

— В фильме, в котором я играла в прошлом году, снимался и Чжун И. Его отношения с Ханем Янхао  были очень хорошими. Жун Сюй, Вы должны быть осторожны. Я не знаю, какие у Вас с ним отношения, но… я не думаю, что он хороший человек.

Жун Сюй удивлённо посмотрел на неё, а она лишь криво улыбнулась в ответ:

— Я знаю, что сейчас я не должна быть рядом с Вами, но я не думаю, что Вы сделали что-то не так. В любом случае, я всего лишь мелкая второсортная звезда – мне ничего за это не будет; что может быть хуже?

Жун Сюй медленно опустил глаза и улыбнулась:

— Спасибо, И цзе.

***

В этот момент в комнате отдыха Ханя Янхао Чжун И неуверенно сидел на диване.

Долго пробыв в глубоких раздумьях, он не мог не спросить снова:

— Ты говоришь, что Жун Сюя выгнали из семьи Жун? Ты уверен в этом, Хан гэ? Что бы там не произошло, он - единственный оставшийся наследник этой семьи. Если его выгонят, разве у семьи Жун не возникнет проблем из-за отсутствия мужчин-наследников?

Хань Янхао осушил свой бокал до дна, прежде чем холодно фыркнуть:

— Президент Ли и мадам Жун заключили партнерские отношения, об этом она рассказала мне лично. Хотя у второго господина Жуна и нет собственных детей, с какой стати он должен передавать предприятие, основанное своими личными усилиями, этому Жун Сюю? Президент Ли сказала, что Жун Сюй уже давно уехал от них из-за того, что Второй Господин Жун выгнал его. Подумай сам. Если бы Жун Сюй всё ещё пользовался поддержкой семьи Жун, разве согласился бы он играть в этом еженедельном сериале? Он, скорее, предпочёл бы сыграть главную роль в каком-нибудь блокбастере с более известным режиссёром.

Лицо Чжуна И внезапно побелело, а затем покраснело.

Хань Янхао ухмыльнулся:

— Ах, ты никогда ни в чём не разберёшься, и сразу же сгоряча мчишься напролом. Не обманывайся внешним видом других. Ты думал, что он Золотой Мастер? Он обычный бумажный тигр! Кстати, как он в постели? Или ты всегда был сверху? Этот ребёнок симпатичный, не спорю. Это не большая потеря, даже если ты был сверху.

— Чёрт! К счастью, я ничего ему не обещал! На что он рассчитывает? Он на самом деле  осмелился выдавать себя за богатого? — Чжун И с ненавистью ударил кулаком по дивану, а затем подскочил, скрежеча зубами. — Хань гэ, раз это так, то всё решено. Я думаю, роль второго мужского героя в этом сериале довольно неплоха. Раз уж он осмелился украсть мою роль в «Борьбе за превосходство», то я тоже могу украсть его роль! Кто он без семьи Жун? Просто дурак!

Хань Янхао громко рассмеялся:

— Хорошо. Так уж случилось, что президент Ли только что звонила мне. Сначала мы должны пойти и узнать, есть ли Жун Сюю ещё что сказать.  Раз уж он осмелился вести себя передо мной как амбициозный ублюдок, он не угомонится!

Как по щелчку дверь, которая была закрыта весь день, открылась, и все присутствующие на площадке подняли глаза, чтобы посмотреть на неё. Один Жун Сюй не сдвинулся с места и продолжал смотреть на свой телефон. Никто не знал, о чём он думает.

***

В это время такси медленно остановилось перед воротами Города Кино и Телевидения Сяншань. Перед отъёздом водитель взволнованно воскликнул:

— Моя дочь и жена очень любят Вас! А мне очень нравится Ваш «Вечерний звук», «Стальной зуб» и «Разрушенный город»! Цинь Чэн, Вы просто великолепны, ах!

Цинь Чэн:

— Спасибо...

Мужчина за пятьдесят крепко пожимал его руку, отвешивая ему комплименты... Ну… Любой бы на его месте почувствовал себя несколько беспомощным.

Цинь Чэн не раз бывал в Городе Кино и Телевидения Сяншань, и прекрасно знал дорогу. Он сунул руки в карманы и пошёл вперёд, обдуваемый прохладный осенним ветерком, полностью игнорируя менеджера за своей спиной. Цинь Чэн шёл вперёд, опустив голову. Он шёл так, будто прогуливался по своему внутреннему двору, но его мощная ледяная атмосфера заставила температуру в округе резко упасть на три градуса.

Два человека шли так минут десять, прежде чем Сюй Цзинь, наконец, не выдержал:

— Я был не прав, о, Великий юный господин Цинь! Я не знал, что машина сломается…! И Вы не можете винить меня в том, что телефон разрядился... Ладно, ладно, это моя вина. Я не заметил, что телефон сел. Но мы не опаздываем: сейчас только пять часов. Хотя нам и пришлось прождать такси на безлюдной дороге целых два часа, мы же всё-таки добрались…

Цинь Чэн внезапно поднял голову, бросив на него острый ледяной взгляд.

Сюй Цзинь:

— …

Через мгновение он поднял правую руку и на этот раз серьёзно спросил:

— Скажите мне, Великий юный господин Цинь. Кого Вы хотите здесь найти? Старого Лю? Я слышал, что «Император Цинь» снимается в Сяншане. Я проведу Вас к нему. Сегодня я с готовностью возьму на себя любую задачу, несмотря на Всашу критику. Этого достаточно, чтобы Вы простили меня?

Услышав это, Цинь Чэн, наконец, остановился:

— Иди и узнай, где находится команда «Западни».

— О, я уже поинтересовался, где снимается «Император Цинь»… — Сюй Цзинь внезапно остановился и резко поднял голову, — «Западня»? Какая ещё «Западня»?

Цинь Чэн бросил на него властный косой взгляд:

— «Западня», которую ты должен отыскать.

Сюй Цзинь:

— …

Если не двадцать, то, по крайней мере, пятнадцать съёмочных групп ежедневно снимаются в Городе «М&T»!

Город Кино и Телевидения огромен – как он должен найти в нём эту малоизвестную маленькую съёмочную команду?!

В это время в команде «Западни» вот-вот должен был разгореться ещё один большой спор.

Никто не думал, что Хань Янхао внезапно выйдет из своей комнаты отдыха, где он проторчал весь день, и обратится к режиссёру Чжэну столь высокомерным и наглым тоном:

— Президент Ли только что позвонила мне и сказала передать Вам, что она хочет получить ответ до восьми вечера. Её просьба всё та же, что и прежде. Что бы Вы ни выбрали, режиссёр Чжэн – это Ваше личное дело.

Хотя Хань Янхао и пытался говорить почтительным тоном, его нос уже был задран до небес так, что режиссёр Чжэн вообще не попадал в его поле зрения.

Все члены команды гневно заскрежетали зубами, но не смели произнести ни слова. Они молча перевели взгляд на юношу неподалеку.

Сочувствие в их глазах стало очевиднее. И всё потому, что никто из них и представить себе не мог, что Чжун И, который пришёл сюда «навестить Жун Сюя», сейчас будет стоять за спиной Хань Янхао, представляющего его:

— Я работал с Чжуном И раньше; его актёрская игра довольно хороша, да и внешность у него подходящая. Так совпало, что он сейчас здесь, и в его графике есть свободное время. Президент Ли тоже согласна отдать ему роль Хо Си.

Эти слова вызвали волну шума среди собравшихся.

«Ты ведь пришёл сюда просто в «гости», не говоря уже о том, что ты пришёл навестить Жун Сюя! А теперь ты прикидываешься таким справедливым и благородным, воруя у него роль! Не слишком ли ты обнаглел?!»

Чжун И смущённо покраснел:

— Мы с Ханем Гэ уже обсуждали сценарий; мне кажется, он довольно хорош.

От начала и до конца он вообще не смотрел на Жун Сюя. Он вёл себя так, будто его не существовало, не говоря уже о том, что на роль,  которую он хотел, уже имелся актёр.

К счастью, Ло Чжэньтао в этот момент не было на съёмочной площадке. Он ушёл с помощником директора Ли во второй половине дня и до сих пор не вернулся.

В это время в студии находились Хань Янхао, высоко и нагло задирающий голову,  и «чистый и невинный» Чжун И – с одной стороны; режиссёр Чжэн, чьи глаза уже покраснели от гнева, – с другой. И, наконец, Жун Сюй, который до этого момента мирно сидел в сторонке.

Красивый и элегантный юноша слегка наклонил голову. Его волосы скрывали его глаза, из-за чего люди были не в состоянии «прочитать» его эмоции.

Хань Янхао подлил масла в огонь в и без того напряженной ситуации:

— Актёрское мастерство Чжуна И определенно лучше, чем у этого, как-его-там, предыдущего! Режиссёр Чжэн, почему Вы всё ещё сомневаетесь?

Режиссёр Чжэн:

— Ты!

— Лучше меня…. Так ли это?

Когда раздался этот чёткий, ясный и спокойный голос, все присутствующие повернулись к его источнику, и увидели Жун Сюя, который встал так, что они этого не заметили.

Он всё ещё был одет в тёмно-синюю, почти чёрную, военную форму Хо Си, облегающую его длинные ноги и узкую талию и подчеркивающую его несравненную красоту. Он излучал серьёзную, внушающую страх ауру. Армейские сапоги стучали по полу, пока он медленно шагал к Ханю Янхао и двум другим. Когда он остановился, все с удивлением обнаружили, что Жун Сюй на самом деле был немного выше Ханя Янхао!

Глядя на Ханя Янхао сверху вниз, он стоял, не произнеся ни слова.

Уставившись на Жун Сюя, Хань Янхао чувствовал себя несколько взволнованным. Но в ту секунду, когда он уже собирался открыть рот, чтобы спросить: «чего ты хочешь?», он увидел, что юноша внезапно улыбнулся. Уголки его губ изогнулись в насмешке...

Его взгляд был холодным и острым, словно нож, бьющий по лицу Ханя Янхао. Властная аура, исходящая от молодого человека, угнетала его. Юноша снисходительно смотрел на Ханя Янхао сверху вниз и усмехался, из-за чего Хань Янхао потерял дар речи и, похоже, вспомнил обо всех своих бесчисленных дублях за последние две недели.

Хань Янхао, сам того не замечая, начал заикаться:

— Че-чего ты хочешь? Ты думаешь, Чжун И хуже тебя? Он играл во многих сериалах. Для сравнения, давай, скажи, в каких работах ты снимался? Почему бы тебе не назвать их? Мы все хотим послушать, — сказав это, он обернулся. — Правда, Чжун И?

Чжун И хотел было открыть рот, чтобы согласиться, но внезапно почувствовал, что всё его тело дрожит. Он повернулся к Жун Сюю, но, увидев, что тот слегка прищурился, уставился на его лицо.

Но Жун Сюй лишь на секунду удостоил его взглядом, после чего резко отвернулся!

Чжун И потерял дар речи. Он не знал, что Жун Сюй собирается сказать дальше, но был уверен, что должен заткнуть его любой ценой, даже если ради этого ему придётся поставить свою жизнь на кон.

— Его навыки актёрского мастерства были довольно неплохи в начале этого года, в феврале, в 13-й приватной комнате клуба Хао Шэн в городе B, — сделав секундную паузу, Жун Сюй со смехом добавил, — Его способности пить также были весьма выдающимися.

Это единственное предложение заставило всех присутствующих замолчать.

Клуб Хао Шэн был высококлассным клубом города B. Для Чжуна И было вполне нормально играть и выпивать в клубе. Тем не менее, тон Жун Сюя явно намекал на то, ЧТО делал Чжун И в этом клубе.

Что ещё он мог там делать? Это были самые распространенные негласные «правила» круга!

О таких вещах нужно было лишь намекнуть, и люди не только догадаются обо всём остальном, но и даже додумают многое за его пределами.

Внезапно все как-то странно посмотрели на Чжуна И.

Информация о том, что у Ханя Янхао был Золотой Мастер, – это одно, но узнать, что у Чжуна И тоже был Золотой Мастер... Не удивительно! Те, кто дружит с Ханем Янхао, должны быть такими же гнилыми людьми!

Чжун И не ожидал, что Жун Сюй скажет об этом; он, очевидно, вообще не знал, что ему об этом известно!

Чжун И побледнел и громко закричал:

— Что за вздор… что за чушь ты несёшь!

Жун Сюй был удивлён:

— Я что-то неправильно запомнил? Это было в марте, а не в феврале?

Чжун И сердито закричал:

— Я вообще не хожу по клубам! Не смей клеветать на людей! Как можно быть таким, как ты, Жун Сюй?! Я подам на тебя в суд!

Жун Сюй продолжал улыбаться и молчать. Его взгляд даже не остановился на Чжуне И; вместо этого посмотрел на режиссёра Чжэна и мягко извинился:

— Мне очень жаль, что я создал для Вас такую сложную ситуацию; я не ожидал, что это произойдёт. Он сказал, что пришёл ко мне в гости, но, в итоге, вот, во что это всё вылилось.

Многие члены съёмочной группы и актёры до сих пор не знали, что Чжун И приехал навестить Жун Сюя. Поэтому, когда они услышали это, они стали сверлить Чжуна И взглядом.

— Серьёзно...? Он пришёл навестить Жун Сюя?

— Он пришёл навестить его, и в итоге украл у него роль?

— А кто он вообще такой? Я никогда не видел его раньше, но, разве вам не кажется, что его методы из ряда вон выходящие?

Тихий шёпот эхом отозвался в голове Чжуна И. Он был в ярости. Он хотел закрыть этим людям рты, но понимал, что они все говорят одновременно, и ему будет трудно вычислить, кто именно говорит о нём плохо.

Хань Янхао тоже помрачнел. Он хотел что-то сказать, но снова услышал лёгкий смех Жун Сюя:

— Хань Янхао, справедливость всегда восторжествует. Но, по-твоему, если у меня есть всего одна роль, то я не считаюсь актёром? Как ты себе это представляешь? Может быть, у тебя есть средства, чтобы подпортить мне жизнь? Я уже две недели терплю твой гнев. С меня хватит.

Хань Янхао выслушал Жун Сюя и уставился на него, сбитый с толку:

— Что я сделал?

Жун Сюй поднял бровь и вдруг усмехнулся:

— Ты? А кто разбил чашку в гримёрке? Кто критиковал помощника по реквизиту, пока он не уволился? Кто выбросил еду, которую доставила полевая служба, в мусорное ведро? Хань Янхао, ты, случайно, не знаешь?

Хань Янхао резко изменился в лице.

Жун Сюй прищурился, и улыбка сошла с его губ. Он холодно посмотрел на Ханя Янхао.

Атмосфера стала напряжённой. Многие сотрудники опустили головы и крепко сжали кулаки. В это время со стороны входа раздался громкий вопль:

— Зачем вы здесь? Вы преграждаете мне путь! Уйди с дороги! — голос продолжал кричать. — Ах, Хао, зачем Вы выслушиваете их глупости? Просто скажите им, что президент Ли отзовёт свои инвестиции, если они не согласятся.

Менеджер Ханя Янхао грубо ухмыльнулся после того, как, наконец, пробрался через толпу. Нисколько не проанализировав ситуацию в студии, он тут же спросил:

— Режиссёр Чжэн, вы подумали над нашим предложением?

Но в следующий момент раздался  чей-то отчётливый голос:

— Я стажёр, но мне больше не нужна эта чёртова стажировка. Я увольняюсь. Но я должен сказать, почему. Я должен приходить сюда рано и возвращаться домой затемно каждый день. Я очень устаю, но мне ещё приходится выслушивать Ваши оскорбления безо всякой уважительной причины! Я знаю, о чём говорит Жун Сюй: Ван цзе из команды по реквизиту уволилась из-за Вас! Ваш менеджер сказал, что если она не уйдёт, уйдёте Вы!

— Верно! Когда Ваш личный визажист не явился на площадку, мне пришлось самой нанести Вам грим. Но Вы сказали, что я сделала Вас «недостаточно красивым» и вдребезги разбили чашку!

— А я знаю, что в первый день Сяо Ин не знала, что Вы питаетесь сами, и с радостью принесла Вам обед, а Вы просто выбросили его в мусорную корзину прямо у неё на глазах! Есть ли кто-нибудь, кто издевается над такими людьми, как Вы? Очень хорошо, что Вы большая знаменитость. Только не забывайте, что Вы такой же человек, как и мы все! Мы, что, для Вас не люди?! Я тоже больше не хочу работать с Вами! Я не верю, что с тринадцатилетним стажем работы в отрасли я не найду себе работу! С таким же успехом Вы могли бы заставить уйти и меня.

Хань Янхао с ошарашенным выражением наблюдал за происходящим. Толпа людей сердито кричала и обвиняла его; их красные глаза смотрели на него с яростью.

Он никогда не думал, что настанет день, когда его вот так будет осуждать толпа людей.

Если сказать, что первопричиной была тирания Ханя Янхао в течение последних недель, то переломным моментом стал взрыв накопившихся эмоций. Разоблачение Жун Сюя заставило их вспомнить все накопившиеся обиды, а высокомерие менеджера Ханя Янхао стало для них последней каплей.

Даже глава команды логистики встал и усмехнулся:

— Старина Чжэн, я утаил от Вас кое-что, потому что не хотел, чтобы Вы злились. Этот человек требовал, чтобы мы выполняли все его просьбы. Позавчера ему захотелось винограда, поэтому Сяо Чжан из нашей команды совершил шестичасовое путешествие на машине, чтобы купить для него немного винограда. И знаете, что он сказал? Что уже слишком поздно, и он перехотел.

Режиссёр Чжэн был рассержен до такой степени, что  больше не мог подбирать слова:

— Твою ж мать, вы должны были сказать мне об этом раньше! Он думает, что у него здесь отпуск, а не съёмки?

Команда «Западни» была недавно сформирована, и её режиссёр был новичком. Ни у кого из членов команды пока не было никакой репутации в развлекательном кругу. Из-за этого они привыкли терпеть унижения, и не осмеливались прямо противостоять Ханю Янхао, молча заставляя себя терпеть его выходки и повторяя: «Потерпи, это скоро закончится».

С другой стороны на них давили люди инвестора.

Однако, чем дольше люди терпят, тем страшнее будет «взрыв».

Режиссёр Чжэн ткнул пальцем в нос Хань Янхао, крича:

— Сменить актёра? На каком основании ты просишь меня сменить актёра!? Ты переснимал свои сцены больше всех; твои актёрские навыки намного хуже, чем у Жун Сюя! Если я, твой отец, захочу сменить актёра, первым, кого я заменю, будешь ты! Я спрашиваю тебя, кем ты себя возомнил?

Хань Янхао не мог поверить в услышанное и тут же выпучил глаза:

— Вы смеете говорить, что я...

— Я, твой отец, сказал именно то, что хотел! Мне больше не нужны ничьи инвестиции! Да, я больше не смогу снимать, но что с того? Ха, можете забрать назад все свои инвестиции! Мы просто не выпустим сериал. Если телевизионная станция нарушает договор, пожалуйста, обратитесь к президенту Ли; пусть она решит эту проблему. Можете решать это, как хотите, но сериала не будет!

— Вы…

Режиссёр Чжэн посмотрел в сторону:

— Странно, где Старая Ли? Как бы то ни было, Старый Чэн, пойди и сделай в Интернете официальное заявление о том, что мы больше не снимаем. Затем свяжись с кем-нибудь с телеканала и обсуди возмещение. Да, и найди мне адвоката: я хочу подать в суд на «уважаемого» Президента Ли за то, что она нарушила договор!

Хань Янхао зарычал:

— Я никогда не говорил, что Президент Ли отзовёт свои инвестиции! Как вы смеете говорить, что она нарушила контракт!?

Режиссёр Чжэн уставился на него:

— Что-что ты не говорил?! Тогда кому ты угрожал всё это время? Старый Чэн, не беспокойся об этом тупом идиоте; публикуй объявление!

Помощник режиссёра Ван поспешно вошёл в аккаунт официального Вэйбо «Западни». Однако, едва открыв страницу, он застыл на месте. Он долго таращился на свой телефон шокированными глазами и уже собирался поднять голову, чтобы позвать режиссёра Чжэна, когда увидел, как Хань Янхао смотрит на Жун Сюя и кричит:

— Ты, бесстыжий придурок, что тебе с того, что мы тебя заменим? Я предупреждаю: если вы не хотите снимать сериал, мы не будем. Президент Ли не будет инвестировать в него свои деньги, и этот сериал будет отменен! Жун Сюй, не думай, что я ничего не знаю. Кто ты в семье Жун? Ты всё ещё думаешь, что ты – её юный господин? Конечно, твоя мать была из этой семьи, но у тебя нет ничего от неё. Как можно быть таким невежественным, чтобы отказываться уйти, ещё и не испытывая при этом никакого чувства стыда!

Именно эти слова услышали Цинь Чэн и Сюй Цзинь, которые только что вошли в студию, с большим трудом найдя команду «Западни» спустя целый час поисков.

Сюй Цзинь был поражен и никак не отреагировал, замерев на пороге с недоумевающим выражением лица. Цинь Чэн же помрачнел и выпучил глаза. Воспользовавшись своим почти двухметровым ростом (190 см), он окинул взглядом толпу людей и остановился на юноше в самом её центре.

Молодой человек был одет в военную форму; его лицо было красивым и изысканным, как закатное солнце. Воротник униформы, облегающей его соблазнительное тело, был расстегнут, обнажая дразнящую ключицу и порождая грязные мысли. Сам юноша был всё так же красив и спокоен, как и всегда, но в его глазах читался шок и страх. Блестящие слёзы застыли в его глазах; казалось, что он напуган вульгарными словами мужчины и вот-вот расплачется.

Кому хватает наглости так плохо относиться к такому прекрасному человеку?

Для Сюй Цзина происходящее выглядело, как спор, причём довольно жаркий.

А для Цинь Чэна всё выглядело несколько иначе… Он повторял про себя одно-единственное предложение:

«Над ним издеваются!»

«Над ним издеваются!!»

«Над ним издеваются!!!»

В одно мгновение высокий мужчина преодолел расстояние до Жун Сюя, как будто у него была особая аура, заставляющая толпу подсознательно уступать ему дорогу. Один человек повернулся и закричал:

— Цинь Чэн!

Когда люди услышали слово «Чэн», сам мужчина уже достиг центра толпы.

В это время Жун Сюй уже готовился открыть рот, чтобы опровергнуть слова Ханя Янхао. Что касается красноречия, то пару минут назад ему хватило одной фразы, чтобы повернуть всю съёмочную команду против Ханя Янхао и заставить режиссёра Чжэна решиться ради него на грандиозный скандал. Естественно, он не собирался послушно стоять там и выслушивать оскорбления Ханя Янхао, какими бы глупыми они ни были.

Да, он не чувствовал особой обиды из-за оскорблений Ханя Янхао, но он чувствовал, что тот был полным идиотом, и этого уже не исправить.

Но в этот самый момент он внезапно почувствовал тепло на своих глазах, и слова застряли у него в горле. Жун Сюй удивлённо поднял глаза, и обнаружил, что к нему незаметно подошёл мужчина и нежно провёл рукой по уголкам его глаз.

Зрачки Жун Сюя слегка задрожали, и он почувствовал какое-то странное тепло в  сердце. Он не мог чётко сказать, что это было за чувство, но, глядя на это безразличное, но очень красивое лицо; глядя на эти безмятежные, но умные обсидиановые глаза, он по непонятной для себя причине не стал пресекать его странное поведение.

Они некоторое время стояли, молча глядя друг на друга. Жун Сюй почувствовал, что у него пересохло в горле, и от взглядов окружающих он почувствовал себя немного неловко.

В этот момент он услышал низкий и мягкий манящий голос этого мужчины:

— Не плачь…

Жун Сюй:

— …

«Что, прости?!»

Зрители:

— …

«Не плачь?!»

Сюй Цзинь:

— …

«С чего ты взял, что он плакал?»

Цинь Чэн, не отводя глаз от Жун Сюя, медленно и чётко произнёс:

— Если они не будет инвестировать в сериал, это сделает «ХуаСя Энтертейнмент».

Помощник режиссёра Ван, который всё это время сжимал в руке свой телефон, совсем запутался в происходящем.

— …

«Подождите ребята, вы должны позволить мне закончить, ах! Что-то большое произошло в Вэйбо!  Что-то большое, ах!»

Прибытие Цинь Чэна застало врасплох всю команду «Западни».

— Если они не будут инвестировать, это сделает ХуаСя Энтертейнмент.

Это предложение заставило Ханя Янхао застыть на месте. Его глаза расширились, став круглыми, как блюдца. Он тупо уставился на Цинь Чэна в оцепенении, не веря в услышанное. В этот момент Цинь Чэн бросил на него беглый взгляд, от которого всё его тело бесконтрольно затряслось. Хань Янхао неосознанно сделал шаг назад и врезался в Чжуна И.

Но в этот момент только один человек из всех присутствующих заливался холодным потом.

Почему никто не давал ему сказать хоть слово?!

Этим человеком был помощник режиссёра Ван.

Только что, когда режиссёр Чжэн сердито решил отказаться от продолжения съемок и планировал всерьёз закрыть проект «Западня», он включил телефон, чтобы написать пост об этом и неожиданно увидел новость…

Команда «Западни»: Мы выпускаем свой трейлер досрочно! Тсс, мы в западне → [Открыть Видео]

Этот пост был сделан час назад! Он был опубликован всего час назад, но уже набрал более 10.000 репостов и комментариев и более 50.000 лайков!

Как это случилось?!

Стоит сказать, что кроме Ханя Янхао, который был несколько знаменит в отрасли, все остальные участники съемочной группы, от актёров до простых сотрудников, были обычными новичками. Хотя на их официальный Вэйбо и было подписано более 100.000 человек, помощник режиссёра Ван прекрасно знал, что больше половины из этих 100.000 учетных записей были проплаченными фейками. Лишь  около 50.000 подписчиков их аккаунта были настоящими фанатами.

Их сериал изначально не был известным; так как же он мог вдруг стать НАСТОЛЬКО популярным?

Помощник режиссёра Ван не мог поверить в это и обновил страницу ещё несколько раз. После того, как он неоднократно убедился, что пост действительно был сделан час назад и уже набрал более 10.000 комментариев, он с энтузиазмом захотел поделиться этой новостью с режиссёром Чжэном. Именно тогда он и увидел самый залайканный комментарий в топе комментариев.

Старик Ли Чжэнжун: «Западня» не имеет достаточно средств, и в настоящее время это является большой проблемой для команды. Мы рассматриваем возможность краудфандинга.

Верно, причина, по которой помощник директора Ли и Ло Чжэньтао исчезли на весь день, заключалась именно в этом.

Он тайком опубликовал трейлер, выход которого был запланирован на послезавтра, и использовал свой личный аккаунт, чтобы рассказать о проблеме нехватки средств на съёмки. Так он поделился с пользователями сети насущной проблемой, и в то же время предложил оптимальное решение.

Краудфандинг!

В этом мире краудфандинг был одной из самых распространённых форм инвестиций. Ежегодно снималось по несколько сотен низкобюджетных фильмов. Тысячи и тысячи инвесторов объединялись, чтобы инвестировать в съёмки.

Общий объём инвестиций в «Западню» составлял более десяти миллионов. Если бы 10.000 человек были готовы принять участие в краудфандинге, им нужно было бы потратить по тысяче долларов каждому, но зато они получили бы свою долю прибыли после выхода сериала в свет.

Внезапное появление Цинь Чэна просто не позволило помощнику режиссёра Ван сообщить об этой новости, и он, естественно, не знал, что в тот самый момент в интернете бушевала буря.

«Боже! Разве он не слишком красив! Эстетика этого сериала на высшем уровне!!!»

«Такой красивый, ах! Хань Янхао так красив, но и второй актёр тоже прекрасен…! Тот, что в военной форме… господи, он просто нечеловечески красив! Я думала, что упаду в обморок, когда он достал свой пистолет! Этот человек кажется мне знакомым… ах, кто же он? Есть тут кто-нибудь, кто узнал его?! Его имя тоже кажется очень знакомым…»

«Ах-ах-ах-ах ах, Жунжун моей семьи! Это на самом деле мой Жунжун!»

«Посмотрите, что я нашла! Новый сериал с моим Жунжуном! @ГлобальныйФанКлубЖунСюя @АссоциацияЖёнЖунСюя @ЖизньЖунСюя».

В течение этого часа поклонники Ханя Янхао активно пересылали своим знакомым свежий трейлер. Хань Янхао давно был известным молодым артистом первого уровня, поэтому у него было довольно много поклонников. Но никто и не ожидал, что большее число репостов может исходить не от фанатов Ханя Янхао, а от фанатов Жун Сюя!

@ГлобальныйФанКлубЖунСюя: «Новая работа Жун Сюя, сериал «Западня»! Роль Хо Си! Как он прекрасен, боже!» [Репост видео]

@ЖизньЖунСюя: «Ao-Ao-Aо! У Мастера ВаньЦи только что вышел новый трейлер! Теперь он Маршал Хо!» [Репост видео]

@АссоциацияЖёнЖунСюя: как же прекрасен наш муженёк! Военная форма, длинные ноги, глаза, ах!!!» [Репост видео]

Сила фанатов была ужасающей. Там почти не было фанатов Чжан Тунтун и И Лань; весь официальный Вэйбо в основном переполняли поклонники Ханя Янхао и Жун Сюя. Все не могли поверить в то, что у этого новичка, у которого даже ещё не вышло ни одной работы, на самом деле имелся свой собственный официальный фан-клуб, да ещё и так хорошо организованный!

Комментарий помощника режиссёра Ли уже давно закрепился в топе. Независимо от того, были ли это фанаты Ханя Янхао или Жун Сюя, все они лихорадочно печатали комментарии, пытаясь выяснить, что же произошло. Только на этот комментарий пришло больше тысячи ответов, и более шестисот из них выражали свою готовность поддержать краудфандинг.

Количество комментариев не переставало расти, а вместе с ними и популярность трейлера сериала на Вэйбо.

В конце концов, когда более тысячи человек выразили готовность помочь, помощник режиссёра Ли зашёл в официальный Вэйбо «Западни» и провёл опрос среди фанатов. На выбор предоставлялось пять вариантов: «1-100 юаней», «101-1000 юаней», «1001-10000 юаней», «свыше 10001 юаней», и «не участвую в краудфандинге».

Поначалу многие люди сомневались в том, что эта учетная запись «Старого Ли Чжэнжуна» была настоящей. Никто не мог сказать наверняка, не пытались ли их развести на деньги. Но теперь, когда даже официальный Вэйбо «Западни» устроил опрос, они поверили в его слова.

Это доказывало, что в команде сериала действительно что-то случилось!

«Этот трейлер слишком прекрасен… хотя он и длится всего 20 секунд, всем ясно, какова каждая роль. Главный герой, должен быть, из подполья, и кажется довольно умным. Главная героиня, похоже, воспитанная молодая леди из благородного дома. Уверена, нас ждёт эмоциональная драма. Вторая героиня, должно быть, тоже состоит в подпольном сообществе, и весьма эффектна. А второй мужской герой просто поразительно красив! Он, абсолютно точно, главная визуальная составляющая этого сериала! Я глубоко впечатлена и восхищена его игрой!»

«Да… моё сердце чуть не остановилось, когда он выстрелил из пистолета!»

«Хо Си слишком красив… Вы, конечно, можете называть его Маршалом, но для меня он настоящий властный президент. Он идеален! А-а-а-а-ах!»

«Я хочу присоединиться к краудфандингу, если качество сериала будет хоть немного совпадать с трейлером!»

«Я тоже! Жунжун моей семьи действительно неимоверно красив!»

Всего за полчаса число проголосовавших достигло пяти тысяч! И цифры только продолжали расти!

Исходя из результатов, наиболее популярным был вариант выбора «101-1000 юаней» (40%); второе место делили ответы «1-100 юаней» и «1001-10000 юаней» (по 10%). Вариант «Свыше 10001 юаней» выбрало крайне мало людей (если быть точным, их было всего десять человек).

Но, в любом случае, результаты голосования были просто шокирующими!

Когда Цинь Чэн услышал эту новость от беспомощно выглядящего помощника режиссёра Вана, он тупо уставился на него, а затем перевёл взгляд на режиссёра Чжэна и слегка сжал свои тонкие губы. Затем он снова посмотрел на Жун Сюя, и его взгляд заметно смягчился, когда он мягко спросил:

— Поскольку команда уже нашла решение, скажи, вам ещё нужны инвестиции нашей компании?

Хотя Цинь Чэн уже убрал свою руку, Жун Сюй всё ещё чувствовал тепло у своих глаз и небольшую неловкость.

Услышав слова Цинь Чэна, Жун Сюй догадался, что тот неправильно всё понял, и решил, что в дело вмешался режиссёр Чжэн.

В соответствии с тем, что происходило сейчас на площадке, такая мысль была вполне логична: Хань Янхао совсем перестал считаться с  мнением режиссёра Чжэна, поэтому ему, естественно, пришлось искать выход. Не говоря уже о том, что единственными, кто мог писать посты в официальном Вэйбо команды, были самые главные члены команды. Несмотря на то, что Жун Сюй был вторым актёром мужского пола, он не имел такой привилегии.

Жун Сюй немного подумал, после чего улыбнулся и ответил:

— Я всего лишь актёр.

Цинь Чэн был слегка разочарован, и медленно опустил взгляд. Он тихо что-то промычал, но больше ничего не сказал.

Режиссёр Чжэн же был напуган этой новостью и неоднократно попросил помощника Вана подтвердить, что это правда.

Старый Ли на самом деле подумывал о краудфандинге?

И он даже сообщил об этом за его спиной?!

— Получается, что Вы уже позволили Старому Ли сделать это, Старый Чжэн... Почему Вы не сказали об этом раньше, и заставили нас всех нервничать? — с сожалением спросил руководитель группы реквизита.

— Вот именно. Ах, результаты голосования настолько хороши, да и трейлер был выпущен досрочно. По крайней мере, можно было подумать о том, чтобы заранее подготовить инвесторов. Таким образом, мы могли бы получить больше инвестиций… Как Вы могли утаить от нас это?

— Серьёзно? Я тоже очень нервничал по этому поводу. Как Вы могли скрыть это от нас, да ещё и притворяться, что мы теперь без денег?

Многие из главных членов команды озвучили своё мнение и вздохнули с облегчением. Даже если они все согласились свернуть съёмки, для всех, естественно, было лучше продолжить их.

У режиссёра Чжэна не было иного выбора, кроме как на пару минут зависнуть, чтобы всё обдумать. Сухо рассмеявшись, он, наконец, заговорил:

— Это моя вина, моя…

В это время в его голове: «Старый Ли, вот ублюдок! Как можно делать подобные вещи самостоятельно, никому ни слова не сказав?! Ух, накажу я тебя, когда ты вернёшься!»

Теперь, поскольку решение об использовании краудфандинга уже было принято, всё, что ему осталось, - возложить эти вопросы на людей, отвечающих за финансы.

— Если мы хотим заняться краудфандингом, нам нужно чётко указать режиссёра, сценариста, актёров, визажистов и остальных… Мне нужен подробный список этих людей. Режиссёр Чжэн, не могли бы вы передать мне список? — сказав это, глава финансовый отдел косо посмотрел на Ханя Янхао, который стоял неподалёку.

Хань Янхао в этот момент был крайне мрачен; он стиснул зубы, сверля взглядом Жун Сюя и режиссёра Чжэна.

Режиссёр Чжэн холодно усмехнулся:

— На самом деле, мне действительно нужно дать вам новый список, потому что предыдущий устарел. Я знаю несколько хороших молодых актёров первого уровня. Хотя они могут быть не так популярны, как НЕКОТОРЫЕ, у них хоть характер хороший. Да и отношения у меня с ними неплохие; я уверен, найдётся кто-то, кто согласится нам помочь.

Подразумевалось, что он увольняет Ханя Янхао!

Хань Янхао:

— Вы…!

— Режиссёр Чжэн, — раздался низкий, приятный слуху мужской голос,  на который тут же обернулись все присутствующие. Жун Сюй спокойно улыбнулся и тихо продолжил, — Мы уже отсняли три эпизода. Постеры персонажей, трейлер и церемония открытия уже опубликованы в СМИ. Мне кажется, сейчас уже немного неуместно менять актёров.

Все члены команды были шокированы, и даже Цинь Чэн с Сюй Цзинем удивленно вытаращились на юношу.

Этого короткого периода было достаточно, чтобы Сюй Цзинь понял, что произошло между членами экипажа, и доложил о ситуации Цинь Чэну. Как только он услышал фразу «Хань Янхао хотел выгнать Жун Сюя», Цинь Чэн сузил глаза и выпустил мощную темную давящую ауру, от которой Сюй Цзинь застыл и начал бесконтрольно дрожать всем телом.

Цинь Чэн тихо сказал Сюй Цзиню:

— Кажется, я где-то видел этого Ханя Янхао раньше… Иди, уничтожь его.

Сюй Цзинь беспомощно развёл руками:

— Конечно, видели. Это же он был приглашённым актёром в вашем «МуШэне» пять лет назад? Я помню, что он играл официанта в баре, с которым Вы разговаривали в конце фильма. Хотя у него и было там секунд тридцать экранного времени, благодаря этому и началась его карьера.

Цинь Чэн поднял бровь:

— Не помню.

Сюй Цзинь уже давно догадался, что он так ему и ответит, поэтому рассмеялся:

— Неважно, что Вы не помните его; но мне ни к чему его уничтожать. Он уже не выживет в этом коллективе. Без инвестиций он ничто.

Однако Сюй Цзинь не ожидал, что Жун Сюй выскажется за то, чтобы Хань Янхао остался!

Сюй Цзинь с удивлением вытаращился на Жун Сюя. Его глаза странно сверкнули, когда он внимательно смотрел на этого незнакомого юного новичка.

«Как он может сохранять самообладание в такой ситуации?! Удивительно…»

При виде того, как Жун Сюй спокойно и неторопливо смотрит на Ханя Янхао, все наблюдатели невольно удивились (включая Ханя Янхао).

Его улыбка стала чуть ослепительнее, и он неторопливо и спокойно сказал:

— Режиссёр Чжэн, раз уж проблема с инвестициями решена, нам больше не нужно менять нынешний состав команды. На съёмки осталось чуть больше месяца. Я думаю, Хань Гэ будет очень рад возможности продолжить работать с прекрасной командой…

Какие команды в кругу развлечений наиболее распространены?

В самых распространенных командах инвесторы были «в небе», а режиссёры –  «на земле». Если небо рухнет, люди смогут выстоять, но если рухнет земля, никто уже не будет в безопасности.

Ещё полчаса назад Хань Янхао был откровенно высокомерным и надменным. Он игнорировал режиссёра и вёл себя на площадке, как ему вздумается. Но теперь он мигом стал обычным актёром. Если команда захочет использовать его известность, чтобы выйти на рынок, они сделают это. Его имя будет для них лишь инструментом. Они будут использовать его так, как захотят!

Более того, режиссер нередко мучил актеров и неоднократно заставлял их переснимать свои сцены! Ты обычный актёр; на каких основаниях к тебе должно быть особое отношение?! Ты хочешь большую кастрюлю риса на обед! И не тебе решать, какую еду доставит актёрам полевая служба. Ты актёр. Ты пришёл на работу работать, а не отдыхать на шезлонге с коктейльчиком в руке!

Если сравнивать: позорно уволить самовлюбленного ублюдка, или позволить ему остаться, чтобы изводить его день и ночь, как вы думаете, что выберет режиссёр?

Режиссёр Чжэн быстро обдумал эти варианты и поспешно кивнул:

— Хм, это правда. Нет необходимости менять актёров; давайте оставим всё как есть.

*В последних главах появился какой-то Старый Ли - Ли ЧжэнЖун; сначала я думала, что это богатая пассия Ханя Янхао, ибо там мелькало местоимение женского рода. Потом, что он – это и есть режиссёр Чжэн, ибо в имени есть слово «Чжэн». Сейчас я вообще запуталась, так как это, оказывается, вообще кто-то третий. Пока мне ничего не понятно, простите. Возможно, позже придётся исправить что-то в предыдущих главах.

— Хм, это правда. Нет необходимости менять актёров; давайте оставим всё как есть.

Хань Янхао тут же взревел:

— Я не буду играть! Я не буду играть в этом третьесортном сериале… — он внезапно остановился. Хань Янхао захрипел и почувствовал, что больше не может сказать ни слова.

Красивый юноша перед ним наблюдал за ним с улыбкой, но не на губах, а в глазах; а апатичный мужчина постарше смотрел на него с холодным равнодушием, сузив глаза. Эти два мужчины стояли в таком положении, что могли видеть кого угодно, но смотрели они именно на Ханя Янхао.

Под их взглядами он чувствовал, что земля уходит у него из-под ног.

Режиссер Чжэн рассмеялся:

— Хань Янхао, если ты не будешь играть, тебе придётся заплатить штраф за нарушение договора. А нам придётся разъяснить аудитории, почему ты больше не играешь в нашем сериале. Мы ведь не можем допустить, чтобы все говорили, будто наша команда издевалась над тобой, правда?

Хань Янхао был ошеломлён.

Однако режиссёр ещё не закончил:

— Или, может быть, будет даже лучше, если мы просто скажем им правду. Хань Янхао попал в команду благодаря инвестору. Он хотел уволить Жун Сюя, но команда не согласилась на это, поэтому он стал угрожать ей тем, что отзовёт все инвестиции. В конце концов, команде не оставалось ничего, кроме как пойти на краудфандинг. Когда с краудфандингом всё получилось, Хань Янхао захотел уйти. Команда не смогла убедить его остаться, в связи с чем мы выражаем своё глубокое сожаление?

Как только эти слова прозвучали, все присутствующие в студии прыснули от смеха, глядя на Ханя Янхао, который стоял в самом центре, как клоун.

Жун Сюй тоже улыбнулся, глядя на режиссёра Чжэна: он не ожидал, что тот тоже обладает талантом приводить людей в бешенство.

Как только эта новость увидит свет, репутация Ханя Янхао будет разгромлена! Но таков выбор: убить десять тысяч врагов и потерять три тысячи солдат. Если это произойдёт, это будет неблагоприятно не только для Жун Сюя, но и для команды «Западни».

В целом, пока развитие сюжета не особо расходилось с тем, чего ожидал Жун Сюй. У Ханя Янхао не осталось иного выбора, кроме как держать рот на замке и молча продолжать сниматься. У него осталось всего несколько сцен. Никто не знает, было ли его лидерство в сериале таким на самом деле, или это просто пустой титул.

Этот день можно было считать прожитым впустую, поэтому съёмочная группа решила возобновить съёмки завтра. Они начали собирать вещи и готовить реквизит.

Помощник директора Ли и Ло Чжэньтао прибыли чуть позже. Увидев помощника директора Ли, режиссёр Чжэн тут же отвёл его в сторону. К удивлению, они шутили и смеялись. Помощник директора Ли подмигнул Жун Сюю, когда тот проходил мимо.

Жун Сюй слегка улыбнулся и кивнул ему в ответ: похоже, тот не выдал его.

Да, «публикацию трейлера раньше времени» и «идею с краудфандингом», естественно, придумал Жун Сюй.

Если бы это было в его прошлой жизни, Жун Сюю не нужно было делать всё это. Не говоря уже о том, что его собственных финансов было вполне достаточно, чтобы самому инвестировать в малобюджетные сериалы. К тому же, как только его имя появлялось в одном из сериалов, многочисленные инвесторы тут же слетались, как мухи, чтобы побороться за право вложить в эту работу свои деньги.

Однако в этой жизни он всё ещё оставался юным новичком. Он поссорился с семьей Жун, и ему было тяжело платить даже за  аренду.

Поэтому ему не оставалось ничего другого, кроме как обратиться к краудфандингу.

Тем самым он лишил Ханя Янхао его власти и вернул управление командой обратно в руки режиссёра.

Чтобы сделать это, он сначала должен был заинтересовать пользователей сети сериалом «Западня»; зрители должны были задуматься над тем,  что им стоит инвестировать в это. Так и был опубликован  трейлер. Далее, нужно было воспользоваться подходящей возможностью, чтобы Хань Янхао оставалось лишь послушно принять реальность – поэтому он воспользовался слабостью Ханя Янхао.

Ханя Янхао уличили в нечестности и наглости перед всей командой и даже перед двумя посторонними (Цинь Чэном и Сюй Цзинем). Если бы он продолжил вести себя так отвратительно, этот скандал быстро вышел бы за пределы студии. И тогда, когда придёт время, он даже не сможет узнать, кто это сделал, поскольку число людей, знающих об этом, будет несоразмерно большим.

Уже в первый день совместных съёмок с Ханем Янхао Жун Сюй подумывал о «худшем сценарии».

Возможность на этот раз превзошла все его ожидания и, можно сказать, появилась просто в идеальное время. Всё шло чрезвычайно гладко, если не считать неожиданный сюрприз Цинь Чэна… О, ну и Чжуна И тоже.

Теперь, когда все вопросы были улажены, члены команды снова стали оживлёнными и суетливыми, будто всей этой холодной войны никогда и не было.

Хань Янхао уже давно сердито вернулся в отель. Никто не сомневался, что он побежал жаловаться на них своему Президенту Ли. А Чжун И, как ни странно, не торопился уходить; он стоял в углу, тайком поглядывая на Жун Сюя.

Команда вела себя так, будто его не было. Он был далеко не таким знаменитым, как Хань Янхао, да ещё и оказался достаточно бесстыдным, чтобы «украсть роль у своего друга», и, возможно, даже «подходил под негласные правила». Кто захотел бы общаться с таким человеком? То, что они смотрели на него без презрения, уже можно было считать большим великодушием.

Однако в мире были такие люди, которые были просто невероятно «толстокожими».

Чжун И медленно приближался к Жун Сюю, осторожно поглядывая на Цинь Чэна. Все его движения прекрасно видел Жун Сюй, который спокойно и равнодушно наблюдал за происходящим.

Этот молодой человек действительно выглядел очень милым. Но, как говорится, внешность обманчива. Поэтому, хотя первоначальный владелец и слышал от своих друзей какие-то плохие вещи о Чжуне И, он делал вид, что ничего не знает и не верит в эти слухи. Он любил его и верил в то, что он сказал ему однажды: «Юный господин Жун, я считаю, что Вы очень хороши».

Жун Сюй понятия не имел о том, хороши ли актёрские навыки Чжуна И, или нет. Но его умение обманывать людей было первоклассным.

Он действительно знал, что сделать или сказать в определённой ситуации, и всегда вёл себя как маленький белый лотос, находясь наедине с первоначальным владельцем тела Жун Сюя, который всегда отличался своим безрассудством. Такой мягкий, слабый, чистый и невинный цветок. Он говорил ему: «Я не хочу беспокоить Вас; Вам ни к чему подыскивать для меня роль», а когда узнал о том, что первоначальный владелец тела выбил для него роль в «Борьбе за превосходство», чуть не запрыгал до потолка от восторга.

Так же было и сейчас. Он подошёл к Жун Сюю и виновато посмотрел на него, тихо прошептав:

— Юный Господин Жун, я правда не знал, что Хань Янхао на самом деле такой… Он сказал мне, что Вы не хотите играть эту роль, и что съёмочная группа даже собирается прекратить из-за этого съёмки. Только поэтому я решил взяться за эту роль… Я правда не знал… Вы должны мне поверить.

В общем, его пассия всё-таки тоже Ли. Ох уж эти китайцы:) Значит, она Президент Ли, а на площадке есть ещё какой-то Директор Ли. Пока так.

Жун Сюй ничего не ответил, а лишь поднял бровь, глядя на него.

Чем больше Чжун И говорил, тем обиженнее он себя чувствовал. Пока он безостановочно говорил о том, как его обманули, его тон даже на самом деле стал немного искренним. Возможно, это было потому, что он просто сам убедил себя в том, что всё, что он говорит – правда:

— Когда я впервые вошёл в комнату отдыха, я действительно собирался умолять Ханя Янхао оставить Вас, но он накричал на меня. Даже когда он кричал, я пытался замолвить за Вас словечко. Но он сказал, что Вы сами отказались играть, потому что эта роль для Вас слишком грубая. Поначалу я не поверил ему, но он продолжал говорить…

Тихо вздохнув, Жун Сюй беспомощно сказал:

— Если твои слова дойдут до Ханя Янхао, как ты думаешь, что произойдёт?

Все тело Чжуна И резко напряглось.

Этот маленький белый лотос, вероятно, никогда не задумывался о том, что произойдет, если его ложь будет разоблачена.

Но он всё ещё не хотел признавать это:

— Я… я говорю правду.

Жун Сюй не ответил, но его взгляд стал значительно холоднее.

Холодное выражение лица Жун Сюй заметил Цинь Чэн. Он многозначительно посмотрел на Сюй Цзиня. Последний понял его без слов и двинулся вперёд, чтобы вмешаться.

Но не успел Сюй Цзинь встать, как его уже опередили:

— Мистер, вам не кажется, что Вы слишком задержались на нашей площадке? Вы не состоите в нашей команде. Будет катастрофа, если Вы разгласите то, что здесь только что произошло, или опубликуете тайно сделанные фотографии. Могу я попросить Вас уйти? Сейчас же. Пожалуйста, — вмешался только что подошедший помощник режиссёра Ван.

Чжун И был ошеломлён и неосознанно возразил:

— Я друг Юного Господина Жуна, и я тоже звезда. Как я могу сделать что-то подобное?

Помощник режиссёра Ван притворился, что удивлён, и усмехнулся:

— Как ты не можешь быть способен на что-то подобное? И как ты можешь быть другом Жун Сюя? Если бы ты был его другом и пришёл бы сюда просто навестить его, стал бы ты красть у него роль? Малыш, ты ещё молод; не ври. Если ты не уйдёшь сейчас же, я буду вынужден вызвать охрану.

Чжун И мгновенно побледнел.

Окружающие члены команды начали смеяться:

— Точно! Если он был другом Жун Сюя, разве украл бы он его роль?

Кто-то из присутствующих узнал Чжуна И, но сделал вид, что не знает его:

— Не знаю, откуда этот человек, но он, вероятно, сумасшедший, раз вообразил себя звездой.

— Это верно, ах! Его кожа выглядит такой мягкой и нежной… боюсь, он не выдержит этих страданий.

— О да, Старый Чжао, Вы не знаете, где в Городе  В находится Клуб Хао Шэн? Я хочу осмотреться там, когда в следующий раз поеду в Город В. Мне очень интересно, что это за место, ах-ха-ха!

Лицо Чжуна И стало сначала бледным, а затем посинело от гнева. После этого инцидента команда очень сблизилась, так что их трудно было оторвать друг от друга. Его унижала толпа людей, а он не мог произнести ни слова. Эти люди безжалостно разоблачили его лицемерную маску. При последнем комментарии Чжун И яростно посмотрел на Жун Сюя, когда вдруг увидел Цин Чэна и Сюй Цзиня, стоящих в стороне.

Поначалу у него была идея «сблизиться с Цинь Чэном через Жун Сюя», но теперь Чжун И  разозлился настолько, что ему было уже всё равно. Он закричал:

— Я не являюсь частью команды, но они, вообще-то, тоже! Почему я должен уходить, а они нет?!

Жун Сюй с удивлением посмотрел на Чжуна И. Похоже, он никогда не думал, что этот парень окажется НАСТОЛЬКО глуп, чтобы обидеть Цинь Чэна и Сюй Цзиня.

Как только эти слова прозвучали, вся команда просто согнулась от смеха.

— Ха-ха-ха! Мне ведь не послышалось, правда?! Кто-то и в самом деле хочет заставить Цинь Шэня уйти!?

— Тебе не послышалось! На самом деле кто-то сказал, что Цинь Шэнь может разгласить информацию о случившемся на площадке..

— Теперь я, наконец, понял, почему некоторые люди становятся известными артистами, а остальные так и остаются мелкими третьесортными звёздами.

Помощник режиссёра Ван тоже смеялся, пока не начал кашлять. Но на этот раз он не стал продолжал спорить с Чжуном И, а вместо этого сразу махнул рукой, чтобы подозвать нескольких охранников. Когда высокий и крепкий мужчина остановился перед Чжуном И, он, хотя и был на грани срыва, мог лишь послушно встать и уйти.

Когда он уже подходил к двери, к нему неожиданно подбежала какая-то молодая девушка и сунула ему в руки коробку.

Эта была та самая девушка, которая помогла ему найти Жун Сюя, когда он только пришёл на съёмочную площадку. Только теперь на её лице не было ни капли прежнего обожания; она с отвращением произнесла:

— Не забудьте забрать свой торт. Никто здесь не может позволить себе прикоснуться к этому.

Чжун И так крепко сжал коробку с тортом, что она деформировалась. Он собирался бросить его на пол, как вдруг снова услышал голос девушки:

— Не смейте сорить здесь! Тут наш подготовленный реквизит. Если Вы что-нибудь сломаете, Вы должны будете всё компенсировать. Даже если не сломаете, это всё равно Вам не поможет, потому что Вы испачкаете нам пол.

Чжун И:

— !!!

Жун Сюй, сузив глаза, холодно наблюдал за тем, как Чжун И уходит. По сравнению с высокомерным и деспотичным Ханем Янхао, Чжун И, этот белый лотос-приспособленец, нравился ему куда меньше. Особенно если вспомнить, как он обходился с первоначальным владельцем его тела… В общем, он не хотел, чтобы жизнь казалась Чжуну И сахаром.

После того, как все улеглось, команда, наконец, обрела некоторое спокойствие.

Хань Янхао был вынужден остаться на роли главного героя, а также принять новый сценарий, который должен был изменить сценарист. Чжуна И же трясло от гнева где-то на улице. Когда он бежал, поджав хвост, он даже не смел спорить с обычными работниками на площадке, очевидно, боясь, что у них есть доказательства против него.

В этом кругу всегда была важна репутация. Пока то, что вы делали, не переходило границы, никто не стал бы упоминать об этом и без проблем ладил бы с вами. Потому что всем свойственно ошибаться. Потому что если человек «ошибся», а у вас есть на него компромат, но вы его не используете, то после, когда с вами тоже что-то случится, он будет перед вами в долгу, и не посмеет бросать в вас камни, когда вы упадёте.

Если эта «ошибка» не была достаточно серьёзной, чтобы вытеснить человека из отрасли и вынуждать окружающих избегать его, никто не стал бы действовать опрометчиво.

Итак, после всего, что произошло в этот день, съёмки, естественно, так и не начались, поэтому Жун Сюй решил вернуться в отель.

***

Жун Сюй, переодевшийся в свою повседневную одежду, шагал по безлюдному тротуару. Простой светлый пуловер придавал ему юношескую привлекательность. Вечерний ветерок был немного прохладным, поэтому он надел шляпу, под которой было видно только маленькое изящное лицо, что делало его очень милым и очаровательным.

Ло Чжэньтао уже давно уволок тактичный Сюй Цзинь, смутно бормоча что-то об «озабоченности средствами к существованию менеджеров ХуаСя Энтертейнмент».

Сюй Цзинь был одним из топ-менеджеров «ХуаСя», и на этой должности в компании было только три человека. Его можно было считать начальником начальника Ло Чжэньтао. Если он хотел поговорить, Ло Чжэньтао не мог отказать ему, поэтому ему не оставалось ничего иного, кроме как  послушно пойти с ним, позволив Жун Сюю и Цинь Чэну вернуться в отель вместе.

В любом случае, у Цинь Чэна не должно быть никаких плохих мыслей относительно Сяо Сюя, и он точно не мог сделать ничего, что причинит ему боль… ведь так?

[На этот раз он ошибся].

Цинь Чэн смотрел прямо перед собой, и его лицо выглядело спокойным, однако даже Жун Сюй не осознавал, что его взгляд в этот момент направлен именно на него. Каждый раз, когда Жун Сюй оборачивался, он поспешно отводил взгляд куда-то в другое место с небрежным видом, словно ему действительно наплевать на Жун Сюя.

Жун Сюй задумался и задал вопрос, на который хотел получить ответ:

— Я не ожидал, что мистер Цинь приедет сюда. Вы приехали специально ко мне в гости?

Цинь Чэн спокойно ответил ему (тем более, что ответ он уже давно приготовил):

— Мама попросила меня посмотреть, чем ты занимаешься. Она просила об этом в течение последних нескольких дней, поэтому я решил навестить тебя, — сделав паузу, он почувствовал, что с его формулировкой что-то не так, и добавил, — На самом деле… она сказала, что ничего страшного не произойдёт, если я никуда не поеду, но я чувствовал, что будет лучше всё же навестить тебя.

[То есть, выходит, что, хотя он приехал и не по собственной инициативе, он был вовсе не против этого!]

Это не должно быть ошибкой!

Как Жун Сюй мог обратить внимание на такую маленькую деталь? Он беспомощно улыбнулся:

— Я позвоню тёте Цинь вечером. Я правда прекрасно могу позаботиться о себе сам, поэтому ей не о чем беспокоиться. Также нехорошо, что она постоянно беспокоит Вас по пустякам. Если тётя Цинь попросит Вас помочь мне снова, Вам не нужно приезжать. Просто позвоните мне – этого будет достаточно.

Цинь Чэн:

— !!!

«Как я могу не приехать к тебе!? Я определенно должен приехать!»

— Это не проблема… я просто ничем сейчас не занят.

Жун Сюй покачал головой:

— В нашей команде работает визажист Меймей, которая работала в вашем недавнем фильме «Точка, где пересекаются лестницы». Я слышал от неё, что на съёмки этого фильма у вас ушло целых шесть месяцев, и закончились они только в прошлом месяце. В ближайшие несколько месяцев у вас должен быть промоушен. Вы должны хорошо отдохнуть; не нужно беспокоиться обо мне. Приезжать издалека, чтобы просто навестить меня... это слишком хлопотно.

Цинь Чэн:

— …

«Ноги немного болят, как будто по ним ударили камнем».

Жун Сюй посмотрел на мужчину, и в паре его прекрасных глаз отразилось великолепное послесвечение заката. Он слабо улыбнулся; такой нежный, простой и элегантный юноша.

Видя это, Цинь Чэн впал в лёгкое оцепенение, как вдруг услышал, как юноша заключил:

— В любом случае, спасибо за заботу. Цинь Чэн, спасибо за то, что сегодня Вы стояли рядом со мной. Я очень счастлив.

«Я очень счастлив...»

«Счастлив…»

«…лив...»

Его глаза расширились, и ему пришлось, полагаясь лишь на свои абсолютные актёрские способности, с трудом подавлять переполняющую его радость. Цинь Чэн сдержал эмоции, рвущиеся отразиться на его лице. Его невыносимо нервное настроение выдавало только лёгкое постукивание пальца в кармане.

Следующие слова Жун Сюя заставили Цинь Чэна застыть на месте, а кончики его ушей покраснеть:

— Уже довольно поздно, и рейсов в Город В на сегодня не запланировано. Как насчёт того, чтобы Вы переночевали в моём номере и вернулись домой завтра? Отели рядом с Городом Кино и Телевидения сейчас переполнены, поэтому Вы не сможете забронировать номер. Если Вы не возражаете, то можете просто переночевать со мной. Что касается мистера Сюй Цзиня, он может остаться на ночь с Ло Чжэньтао.

Он был обречён на бессонную ночь.

Когда они ещё были в команде «Западни», Цинь Чэн подписался на каждого члена команды, включая режиссёра Чжэна. В общем команда насчитывала около сотни человек, но неожиданно среди них не нашлось ни одного человека, который не был бы его поклонником. Многие молодые девушки и женщины боялись даже посмотреть ему в глаза и едва осмелились попросить у него автограф, прежде чем убежать прочь.

По пути из студии в отель им встречалось много прохожих, которые шокировано таращились на Цинь Чэна, а затем подбегали к нему за автографом. Затем, после того как они вернулись в отель, все (от охранника до портье и уборщиц) также взволнованно просили у него автограф. Даже сотрудники отеля, которые принесли раскладушку, со сверкающими глазами просили у него автограф.

[Именно. Принесли раскладушку].

Цинь Чэн безучастно смотрел, как два сотрудника отеля заносят раскладушку в комнату Жун Сюя и даже любезно помог им установить её. Когда Цинь Чэн только вошёл в отель, на ресепшене у него спросили, нужно ли организовать ему временный номер, однако Цинь Чэн спокойно отказался:

— В конце концов, все номера уже заняты. Будет нехорошо, если мы побеспокоим всех остальных.

Девушка была просто без ума от его ответа: «Ах, вы только посмотрите на Императора Кино Цинь! Он так любезен! И ничуть не высокомерен!»

Затем они заботливо прислали ему раскладушку.

«Заботливо засуньте её себе в задницу, ублюдки!»

Цинь Чэн холодно посмотрел на узкую раскладушку. Если бы его взгляд мог превратиться в пламя, эта «кровать» бы уже давно превратилась в пепел.

Жун Сюй улыбнулся:

— Вы можете спать на большой кровати, а я лягу здесь.

Цинь Чэн был поражён, когда услышал его, и уставился на Жун Сюя, прежде чем твёрдо отказался:

— Я буду спать здесь.

Жун Сюй покачал головой:

— Вы выше меня на 5 см. Я не позволю Вам спать на такой узкой раскладушке.

Цинь Чэн сразу же уцепился за самое важное:

— Ты просматривал информацию обо мне?

Жун Сюй небрежно ответил:

— Да.

Глаза Цинь Чэна загорелись, но прежде чем он мог открыть рот, Жун Сюй, улыбаясь, продолжил:

— Вы – Цинь Чэн. Поскольку я решил войти в эту отрасль, я сначала посмотрел информацию о Вас. Но когда я случайно просматривал информацию о Вэнь Сюань, оказалось, что вы вместе снимались в «МуШэне». Жаль, что я был слишком занят, и у меня не было времени посмотреть этот фильм.

Низкий магнетический мужской голос тут же ответил:

— У меня есть два подарочных DVD-диска: их подготовила для меня команда.

Жун Сюй удивлённо обернулся, а Цинь Чэн спокойно улыбнулся и искренне сказал:

— Я дам тебе один, когда ты вернёшься в Город В.

Глаза Жун Сюя немного расширились и пробыли в таком положении довольно долго, прежде чем он улыбнулся и кивнул, не став отказываться:

— Спасибо.

Когда настала ночь, мужчины начали готовиться ко сну. Когда Цинь Чэн принимал ванную, Жун Сюй невозмутимо просматривал свой сценарий, а когда настала очередь Жун Сюя мыться, Цинь Чэн уселся на стул возле ванной комнаты и стал прислушиваться к шуму проточной воды. Его спина была максимально прямой, а глаза не мигали, когда он внимательно слушал.

Но когда Жун Сюй вышел в своей пижаме, Цинь Чэн делал вид, что смотрит в свой телефон, как будто ничего такого не делал.

Жун Сюй не особо задумывался об этом и отвернулся, чтобы высушить волосы. В ту секунду, когда он отвернулся, Цинь Чэн тут же сосредоточил на нём свой взгляд.

Из-за капель воды, которые он вытер не до конца, тонкая ткань прилипла к телу юноши, а волосы слиплись. Одинокая капля воды стекла с его мягких волос и прокатилась вдоль тонкой шеи, прежде чем исчезнуть в месте, о котором ему лучше было не думать.

Такая поза юноши позволила Цинь Чэну разглядеть его нежную красивую ключицу.

«Почему у этой пижамы такой высокий воротник!»

Цинь Чэн опустил голову и продолжил таращиться на свой телефон, но его пальцы в этот момент крепко сжимали чехол.

Вскоре Жун Сюй закончил обтирать волосы полотенцем и включил фен. После того, как он высушил волосы, Цинь Чэн небрежно спросил:

— У тебя есть Вейбо?

Цинь Чэн даже не поднял голову, задавая этот вопрос, будто он действительно интересовался этим просто невзначай, поэтому Жун Сюй также небрежно ответил:

— Да. Страницу можно найти по моему имени.

Через некоторое время Цинь Чэн сказал:

— Я подписался на тебя.

Жун Сюй взял свой телефон и засмеялся:

— Я тоже подпишусь на Вас.

Губы мужчины изогнулись в едва заметной улыбке.

В соседней комнате Сюй Цзинь улыбался, непринуждённо беседуя с Ло Чжэньтао, как вдруг внезапно его проняла холодная дрожь.

Сюй Цзинь:

— Почему сегодня так холодно?

«Почему так холодно?»

«Он подписался на тебя…? Конечно, он подписался, ах! Посмотри ещё раз, если не веришь!»

Он, и правда, был первым в списке его подписчиков!

Сюй Цзинь:

— …

***

Съёмки, в конце концов, были очень утомительным делом. По неоднократным просьбам Жун Сюя Цинь Чэну пришлось спать на большой кровати и позволить Жун Сюю моститься на раскладушке. Эта двуспальная была явно не маленькой; её ширина составляла 1,5 метра. Но все равно было бы немного неудобно, если бы двое мужчин ростом 185 см и 190 см спали на ней вместе.

Цинь Чэну очень хотелось попросить Жун Сюя лечь спать на большую кровать, но из-за твёрдого характера Жун Сюя он просто не знал, с чего ему начать. И хотя в нём пылала страсть, внешне он держался холодно и отстранённо, поэтому молча лежал на большой кровати, задержав дыхание.

Однако через некоторое время Цинь Чэн услышал ровное дыхание юноши.

Это чувство было очень своеобразным. Цинь Чэн некоторое время тихо слушал его дыхание и смотрел на отражающийся на потолке уличный свет. Пролежав так сорок минут, он убедился, что юноша крепко спит, а затем тихо встал с постели и нежно перенёс юношу на кровать.

Он не был тяжелым и даже, кажется, был легче своих сверстников, но Цинь Чэн всё же нёс его с несравненной осторожностью.

Жун Сюй тихо посапывал в его руках, в результате чего Цинь Чэн тут же напрягся. Убедившись, что юноша всё ещё спит, он на цыпочках подошёл к кровати, нежно положил на неё юношу и заботливо укрыл его одеялом. В эту тихую ночь нежный взгляд мужчины был полностью сосредоточен на лице молодого человека. Лунный свет освещал его изысканное лицо, из-за чего он выглядел ещё прекраснее.

Рано утром следующего дня самолёт взлетел в тёмное небо, унеся с собой Цинь Чэна.

Когда Жун Сюй проснулся, он обнаружил, что спит на большой кровати, а Цинь Чэна нигде нет. Он нашёл записку, оставленную Цинь Чэном на столе. Буквы были чёткими, и каждый штрих был написан с нажимом. Почерк был глубоким, как и сам мужчина.

Тихо рассмеявшись, Жун Сюй начал собираться. Когда небо стало еще ярче, он отправился на площадку.

Едва он прибыл, как его тут же окружили члены команды. Все взволнованно смотрели на него и задавали вопросы, которые не смогли задать вчера:

— Жун Сюй, какие у Вас отношения с Цинь Шеном? Он действительно приехал к Вам в гости! Он никогда раньше не навещал никого на работе; это слишком невероятно!

— Это правда! Это был Цинь Чэн, ах, он просто бог, моя мечта! Вчера я думала, что умру от волнения!

— Брось! Какая мечта, какой бог? Твоё отношение к Императору Кино Цинь, очевидно, было очень небрежным!

— Чепуха, я очень нервничала! Я не могла произвести плохое впечатление на своего бога!

Слушая сплетни членов команды, Жун Сюй не смог сдержать улыбку.

Затем кто-то снова спросил его:

— Ну, в конце концов, какие же у вас отношения, а, Жун Сюй?

Жун Сюй сделал паузу, задумавшись, а затем искренне ответил:

— Мы друзья.

* «Точка, где пересекаются лестницы»:  возможно, автор допустил здесь ошибку, поскольку единственный фильм, в котором Цинь Чэн снялся в прошлом месяце – это «Ученик».

«Лестницы» - это старый фильм многолетней давности, как упоминал Дун Чжэн несколько глав назад.

Сегодня многие члены команды подходили к Жун Сюю и с любопытством спрашивали о его отношениях с Цинь Чэном. Жун Сюй мог выдать только ответ «мы друзья». Для друзей было вполне нормально ездить друг к другу в гости, хотя всем всё ещё казалось очень странным, что Жун Сюй на самом деле был знаком с Цинь Чэном. Но никто не решался задавать лишних вопросов.

Съёмки «Западни» продвигались довольно быстрыми темпами.

Поначалу Хань Янхао продолжал отказываться сотрудничать. Было ли это преднамеренно или нет, но ему постоянно приходилось переснимать свои сцены. Тем не менее, во второй половине дня помощник режиссёра Ли раздал актёрам новый сценарий.

Жун Сюй просмотрел содержимое нового сценария и был слегка удивлён. В это время недалеко от него Хань Янхао уже кричал:

— Что вы имеете в виду!? Не будет двух главных мужских героев?! Что?! Почему, чёрт возьми, вы изменили сценарий? Я уже говорил, что я – главный герой, когда подписывал чёртов контракт!

Хань Янхао бросил сценарий на пол, но затем услышал смех режиссёра Чжэна:

— Раз уж ты бросил его, то сам и поднимай.

Хань Янхао сердито вперился в него взглядом:

— Вы!

Режиссёр Чжэн приподнял бровь и сказал:

— Этот сценарий очень хорош. Хань Янхао, тебе что-то не нравится?

Глядя на спокойное и невозмутимое лицо режиссёра Чжэна, Хань Янхао захотел ударить его. Он очень хотел ударить его, потому что на этот раз не он издевался над окружающими, а режиссёр издевался над ним, преднамеренно вырезав его сцены и добавив Жун Сюю более трёхсот сцен, и ещё по сто – нескольким другим актёрам!

На что он рассчитывал?

У второго мужского героя было теперь столько же сцен, сколько у главного. Кто, из них, чёрт возьми, играет главную роль?!

Однако, глядя на режиссёра Чжэна, Хань Янхао мог только скрежетать зубами и крепко сжимать свой сценарий в руке. Он смял сценарий и сильно ударил им по столу, прежде чем развернуться, чтобы уйти, так и не сумев произнести ни слова.

Режиссёр Чжэн крикнул ему вслед:

— У тебя есть ещё одна сцена сегодня днём – не забудь вернуться!

Как только он услышал эти слова, Хань Янхао замер на месте и заметно затрясся от гнева. Он предпочёл бы никогда сюда не возвращаться.

Однако к полудню он всё же вернулся. Причём вовремя.

Когда у кого-то есть рычаги воздействия на вас, вы должны терпеть его, независимо от того, насколько вы сильны и самодостаточны!

Ну и что, если у вас есть деньги? Деньги не могут закрыть рот всем. Огромное количество людей в команде были по горло сыты характером Ханя Янхао. Если бы они действительно взялись за распространение информации о его выходках, развернулся бы грандиозный скандал с участием Ханя Янхао. Скандал мог быть достаточно большим, чтобы он навсегда потерял свою популярность и разрушил свою карьеру.

С Ханем Янхао очень плохо обращались в команде. Его частная комната отдыха была переделана в комнату отдыха для всех. Полевая служба тоже неприкрыто презирала его, и его обед был самым обычным: три блюда и один суп в одноразовом контейнере. Ханя Янхао, который был очень разбалован в последние несколько лет, чувствовал, что скорее умрёт, чем притронется к этой гадкой еде.

В моменты, когда его сцены приходилось переснимать, режиссёр Чжэн грубо и резко отчитывал и кричал на него, пока он не покраснеет от стыда и злости.

После этого он стал делать всё возможное, чтобы укладываться в один дубль, однако требования режиссёра Чжэна к нему стали смехотворно высоки. Во всех сольных сценах Ханя Янхао, он заставлял его переснимать снова и снова, требуя, чтобы он работал ещё лучше.

Так Хань Янхао возненавидел его каждой клеточкой своего тела. Кто знает, сколько раз он уже проклинал режиссёра Чжэна в своей голове. Однако когда Жун Сюй наблюдал за этой ситуацией, он не мог сдержать смех.

Ло Чжэньтао с сожалением вздохнул:

— Хань Янхао, должно быть, сердится на режиссёра Чжэна за то, что он так требователен и строг с ним.

Услышав это, Жун Сюй мягко покачал головой и слабо улыбнулся:

— Это хорошая возможность. Режиссёр требует от него переснимать снова и снова, пока его игра не станет идеальной. Если Хань Янхао сможет сполна использовать эту возможность, то его актёрское мастерство, скорее всего, улучшится.

Ло Чжэньтао был удивлён, а затем повернулся, чтобы посмотреть на побагровевшее лицо Ханя Янхао неподалёку.

— Что-то мне подсказывает, что Хань Янхао не сможет воспользоваться этой возможностью. Он, вероятно, сейчас мысленно проклинает «бесчеловечность» режиссёра Чжэна.

Жун Сюй улыбнулся, ничего не ответив. Он открыл свой Вэйбо и остановил свой взгляд на общем числе подписчиков.

1,6 миллиона.

За одну ночь он набрал 600.000 подписчиков!

Если бы это удалось любому другому артисту, это считалось бы выдающимся достижением. Первой причиной внезапного роста подписчиков стал выпущенный вчера тизер-трейлер «Западни». Хотя этот сериал и занимал лишь 30-е место в топе поисковых запросов, все поклонники, которые кликали по нему, показали свои большие ожидания относительно этого высокоэстетичного еженедельного сериала. Также было много и тех, кто начал подписываться на Жун Сюя.

Что касается второй причины, она была напрямую связана с одним определённым человеком.

Когда Жун Сюй пришёл в этот мир, первым делом он «пришёл в себя», осмотрелся, и уже потом снова вошёл в развлекательный круг. Съёмки были нелегкой задачей. В «Западне» ему приходилось снимать по четырнадцать часов в день (и это минимум!). Помимо того, что ему ещё нужно было есть и отдыхать, спал он обычно не больше шести часов.

Жун Сюй просматривал Вэйбо Цинь Чэна и раньше, но прошлой ночью он впервые подписался на него.

Тот факт, что какая-то мелкая звезда третьего уровня подписалась за Цинь Чэна, абсолютно никого не волновал.

Но вот новость о том, что Цинь Чэн подписался на какую-то мелкую звезду третьего уровня, была поистине шокирующа!

«Что за…? Великий Бог моей семьи до сих пор был подписан всего на сотню (или даже меньше) людей. Сегодня он подписался на кого-то нового! Этот Жун Сюй… Он же тот самый ВаньЦи из «Борьбы за превосходство», верно?! Вопрос: Откуда Великий Бог и Жун Сюй знают друг друга?!»

«Я сплю? Кто такой Жун Сюй? На него на самом деле подписался Великий Бог, ах! Великий Бог всегда подписывался только на актёров, с которыми он работал, и очень редко подписывался на второстепенных актёров. Великий Бог и правда подписался на этого Жун Сюя…  Этот мир слишком загадочен…»

«2333333! Бог моей семьи и Новый Бог на самом деле знают друг друга!!!»

«Ao-ao-ao! Великий Бог подписался на него прошлой ночью… Интересно, он тоже увидел новый тизер? Действительно божественно красивый…. Ах! Хотя у Жунжуна моей семьи было в нём всего несколько секунд экранного времени, он слишком красив! Никогда бы не подумала, что Великий Бог тоже подпишется на него… я должна крепко держаться за Жунжуна моей семьи. Жунжун - только мой. Я не отдам его никому!  Даже Великому Богу! хD».

На Вэйбо Цинь Чэна было подписано более трёхсот миллионов человек.

Примерно одна десятая часть этих трехсот миллионов человек должна была заметить новую подписку Цинь Чэна. И примерно одна десятая часть из них могла тоже подписаться на Жун Сюя, а это составляет без малого 3 миллиона человек! Хотя, очевидно, что на Жун Сюя подписалось не так много людей, анализ данных Вэйбо ясно показывал, что с домашней страницы Цинь Чэна на аккаунт Жун Сюя пришло не менее 200.000 подписчиков.

Жун Сюй на мгновение задумался, глядя на возросшее количество своих подписчиков, и решил сделать пост.

Жун Сюй: Мой сегодняшний обед. Капуста очень вкусная ~ [фотография]»

После этого Жун Сюй отложил телефон и встал, чтобы приступить к съёмкам своих собственных сцен.

Некоторые артисты в кругу развлечений передавали ведение своих аккаунтов в Вэйбо своим менеджерам или помощникам, оставляя эти дела на усмотрение пиар-команды. Таким образом, они могли придумать артисту его собственный образ, чтобы он не допускал ошибок. Это был очень разумный выбор. Но Жун Сюю это не нравилось.

Ло Чжэньтао уже спрашивал Жун Сюя, хочет ли он, чтобы он помогал ему вести его Вэйбо. Однако Жун Сюй решительно отказался.

В эту новую эру у артистов было много способов взаимодействовать со своими поклонниками. Вэйбо, форумы, прямые трансляции... – всё это были «мосты», позволяющие ему общаться со своими поклонниками. Он не хотел просто играть; ему хотелось больше общаться и взаимодействовать со своими поклонниками.

Таким образом, после того, как он убрал телефон, Жун Сюй сосредоточился на съемках и быстро забыл о своём посте. И поэтому он, естественно, не знал, что на фотографию, прикреплённую к этой записи, попала одна из его рук! Изящные тонкие пальцы, белые, как нефрит, слегка выпирающие суставы. Рука выглядела не истощенной, а изящной; она была прекрасна до такой степени, что люди не могли дышать, при виде её.

«Сколько капусты, ах... Эта рука прекрасна!»

«Капуста выглядит аппетитно... Но эта рука… она очень хороша!»

«Очень простой обед... А рука безупречна!»

«Эй, ребята, что у вас в голове? Жунжун явно говорит о своём обед…, почему вы смотрите только на его... Ах-ах-ах-ах! Эта рука очень красивая! *Облизываю экран*. Как рука может быть ТАКОЙ красивой?!»

«Его рука длиннее, стройнее, белее, изящнее и намного красивее моей! Я не хочу больше жить!»

«Ха-ха, Жунжун намного красивее меня _(:3∠)_»

Куча фанатов снова принялась «облизывать свои экраны»:

«Какая капуста? На свете нет ничего, на что смотреть было бы приятнее, чем на руку нашего Жунжуна! Такая белая и нежная маленькая рука, если бы я  только могла прикоснуться к ней… Ao-ao-ao, кажется, у меня из носа сейчас пойдёт кровь!!!»

***

Город В, Столичный Аэропорт.

Яркий и очень красивый мужчина вместе со своим менеджером только что сошёл с самолёта и вошёл в VIP-фойе. Мужчина пролистывал свой Вэйбо, когда внезапно заметил одну интересную фотографию. Он внезапно остановился, а его глаза расширились. Он неосознанно сглотнул, в результате чего его адамово яблоко очень соблазнительно шевельнулось.

Сюй Цзинь прошёл на три метра вперёд, прежде чем обнаружить, что рядом с ним никого нет. Он обернулся, но тут же потерял дар речи:

— Что могло ТАК привлечь Ваше внимание?

Сказав это, Сюй Цзинь подошёл к боссу, чтобы увидеть, на что тот так отреагировал.

Однако, когда он уже собирался взглянуть на экран, Цинь Чэн поспешно свернул Вэйбо.

Сюй Цзинь:

— ...

Цинь Чэн опустил голову и тупо уставился на него, прежде чем неторопливо ответить:

— Не хочу показывать тебе.

Сюй Цзинь:

— !!!

«Ты говоришь это так, будто мне сильно хочется это увидеть! Мне вообще плевать, понял?!»

Затем они спокойно продолжили идти на улицу. Высокая и прямая фигура Цинь Чэна в чёрном плаще привлекала к себе внимание окружающих. Несмотря на то, что большие солнцезащитные очки закрывали большую часть его лица, от него веяло холодом и  серьёзностью, от которой всем казалось, что к такому человеку невозможно приблизиться и, уж тем более, тронуть его.

Примерно это и говорила Ся Муйян: «Цинь Чэн… боюсь, этот человек никогда в жизни не сможет никого  полюбить».

Сюй Цзинь пошёл за машиной, когда они вышли на стоянку. Едва машина завелась, как он вдруг вспомнил:

— Вы с Жун Сюем знали друг друга? Я никогда не слышал, чтобы Вы упоминали о нем раньше. Мне уже показалось странным, когда Вы сказали мне подписать с ним контракт, а теперь Вы на самом деле поехали в другой город, чтобы навестить его. Какие у Вас с ним отношения?

Как менеджер, Сюй Цзинь должен был заниматься, в том числе, и межличностными отношениями своего артиста.

Цинь Чэн сел на заднее сиденье и уже снова пристально таращился в свой телефон. Сюй Цзинь не мог понять, на что он смотрит, и повторил свой вопрос. Цинь Чэн, казалось, услышал его только со второго раза, и на этот раз поднял голову и спокойно ответил:

— Наши мамы были лучшими подругами. Она попросила меня присмотреть за Жун Сюем.

Сюй Цзинь пошутил:

— О, так вот оно что! А я то подумал, что у Вас есть к нему какие-то скрытые мотивы, о которых Вы не можете  рассказать людям, ха-ха!

Цинь Чэн:

— ...

***

Вернёмся в далекий Город Кино и Телевидения Сяншань; в команду «Западни».

Обеденный перерыв Жун Сюй только что закончился, когда он внезапно чихнул. Ло Чжэньтао удивленно посмотрел на него:

— Кажется, на следующей неделе действительно похолодает, но на этой неделе будет ещё довольно тепло. Сяо Сюй, Вам помочь приготовить лекарство от простуды? Если Вы заболеете, график съёмок сильно замедлится.

Жун Сюй покачал головой и осторожно потёр нос:

— Все хорошо, я не простыл. Вероятно, кто-то говорит обо мне за моей спиной.

Ло Чжэньтао весело рассмеялся:

— Говорит о Вас? О, тогда это наверняка Хань Янхао!

Жун Сюй улыбнулся.

Скоро ему нужно было приступать к съёмкам последней на сегодня дневной сцены.

***

Главная женская героиня Лян Линхуэй уже вышла замуж за Хо Си. Однако Хо Си не пришёл в их новый дом в тот вечер. Лян Линхуэй всю ночь нервничала и переживала, и только на следующий день узнала, что Маршал спал в своей спальне и вообще не заходил в её комнату.

И даже после свадьбы они так и не сделали того, что должны были. Главнокомандующий хотел отругать Хо Си за это, но понимал, что он сам заставил Хо Си жениться на этой девушке. Поэтому он не мог приказывать своему и без того неуправляемому сыну.

Хотя этот брак и существовал только на словах, Лян Линхуэй всё ещё оставалась «женой Маршала города Пин». Поначалу она хотела прояснить свои отношения с Баем Миндэ, но после неоднократных «совпадений» она не могла не быть тронутой этим нежным и умным человеком. Таким образом, в рамках этих неоднозначных отношений Лян Линхуэй помогала Баю Миндэ постепенно завоевывать доверие Хо Си.

Доверяет ли Хо Си Баю Миндэ или нет – не знал даже сам Бай Миндэ. Но всё, что ему нужно было знать, это то, что Хо Си лично назначил его главным офицером армии семьи Хо.

В этой сцене был показан момент, когда Лян Линхуэй, после очередной встречи с Баем Миндэ, вернулась домой. Поначалу она думала, что Хо Си нет дома, и не ожидала, что случайно столкнётся с ним в саду.

Эта сцена снималась в сумерках. Закат сегодня был прекрасен; свет был глубоким, мягкие и тёплые тона могли тронуть даже самых холодных людей. Эта обстановка идеально подходила для… демонстрации чувств, которые Хо Си хранил глубоко в своём сердце.

Если в предыдущем сценарии был лишь слабый намёк на то, что Хо Си любил Лян Линхуэй с самого детства, то в новом сценарии эти чувства были показаны и гораздо лучше проработаны благодаря множеству добавленных сцен, что позволило бы зрителю понять, как сильно он подавляет свои чувства. Настолько сильно, что он отказывался признаться в них, даже когда был на грани смерти.

Пять камер были установлены под разными углами, и съёмки начались.

Чжан Тунтун, одетая в чонсам, прошла через гостиную. В это время Лян Линхуэй только что вернулась со встречи с Баем Миндэ. Даже она сама не могла чётко сказать, какие между ними были отношения; её принципы не позволяли ей заводить романы на стороне, будучи замужем, однако человеком, которого она любила, был не её муж, а этот мужчина, что отказался сбежать с ней.

Итак, до настоящего времени Лян Линхуэй и Бай Миндэ поддерживали разумную дистанцию. Но никто не знал, не было ли это потому, что она чувствовала себя виноватой.

Лян Линхуэй с облегчением вздохнула, когда обнаружила, что Хо Си нет дома. Правда, её радость продлилась недолго – до тех пор, пока она не пошла в сад. Там она увидела и длинную тень на земле.

Глаза Лян Линхуэй расширились, и на ее лице промелькнуло взволнованное выражение. Она остановилась возле французских окон в гостиной, не выходя в сад, а наблюдая за Хо Си издалека.

Актерское мастерство Чжан Тунтун было вполне сносным, да и сцены Лян Линхуэй не были особенно сложными. Хотя она пока не перешла границы, она всё же чувствовала вину перед своим мужем, так что ей, естественно, было неудобно шпионить за ним.

Затем она услышала, как Хо Си зовёт её.

Была весна; цветущие груши делали сад белоснежным. Когда ветерок ласково покачивал деревья, лепестки завихрялись в «снегопад», похожие на гусиные перья, покрывая землю мягким серебристо-белым шелковым покрывалом. Хо Си стоял под грушевым деревом, когда белые цветы осыпались на его волосы и форму, словно снег. Из-за этого его лицо казалось более мягким и нежным.

На пяти экранах режиссёра Чжэна демонстрировалась эта завораживающая сцена.

Милая и грациозная молодая жена медленно приблизилась к своему мужу, не сводя глаз с лепестков на его плечах. После некоторого размышления она всё же не смогла сдержаться и протянула руку. Только Лян Линхуэй не заметила, что тело Хо Си в этот момент слегка задрожало. Тем не менее, когда их взгляды встретились, он снова вернулся к своей обычной холодности и безразличию.

— Ты поела?

Лян Линхуэй долго держалась в страхе, и никак не ожидала, что первые слова Хо Си окажутся такими.

Некоторое время помолчав, Лян Линхуэй ответила:

— Я поел. Я случайно встретила Учителя Сюй в «Руж» и перекусила с ней, — подумав, она всё-таки решила дружелюбно задать встречный вопрос, — А Вы?

Хо Си не ответил ей. Вместо этого он заявил:

— Завтра я уезжаю в Бэйпин.

Лян Линхуэй никак на это не отреагировала.

Звук безразличного голоса Хо Си резонировал в тихом саду. Кроме его ровного, невнятного голоса, безмолвную тишину нарушал только лёгкий ветерок и шелест падающих лепестков:

— Тебе нужно что-нибудь, чем я мог бы помочь?

Лян Линхуэй немного помедлила, но затем сказала:

— Я слышала, что издательство Бэйпин недавно опубликовало новую книгу Учителя Тайюэ, которая ещё не дошла до города Пин. Не могли бы вы привезти мне копию?

Хо Си опустил голову, глядя на нее; Лян Линхуэй неловко отвела взгляд.

Спустя долгое время она услышала тихий смех, но когда она снова подняла глаза, лицо её мужа всё ещё было холодным.

— Только книгу? — спросил Хо Си.

Лян Линхуэй кивнула:

— Да, только книгу.

В его глазах промелькнуло странное выражение, и только спустя долгое время Хо Си, наконец, кивнул:

— Хорошо.

Такой вежливый тон невозможно было встретить ни в одной другой супружеской паре, но для Хо Си и Лян Линхуэй это был лучший способ поладить. Лян Линхуэй чувствовала, что Хо Си ведёт себя сегодня довольно… необычно. Она не хотела оставаться под деревом, но Хо Си ещё не позволил ей уйти, поэтому она могла только продолжать неловко топтаться на месте.

Некоторое время поразмышляв, Лян Линхуэй внезапно воскликнула:

— Сегодня день памяти Вашего дедушки?!

Хо Си задрожал всем телом, но ничего не ответил. Лян Линхуэй вздохнула:

— Я помню, что в детстве дедушка Хо очень любил меня.

Хо Си пробормотал:

— Уйди.

Лян Линхуэй безучастно посмотрела на Хо Си, который теперь мрачно смотрел на неё; всю его нежность как рукой сняло. Она чувствовала, что что-то не так, но не могла понять причину:

— Хо Си, Вы...

— Уйди!

Его суровый тон поразил Лян Линхуэй, поэтому она развернулась и ушла, ни разу не оглянувшись.

Под светом заходящего солнца красивая молодая женщина сердито ушла прочь. В саду остался её муж, у которого не было с ней настоящих отношений, и земля, усеянная опавшими лепестками. Хо Си наблюдал, как Лян Линхуэй уходит, постепенно успокаивавшись, но затем снова повернулся к дереву и простоял так всю ночь.

На этом сцена закончилась.

***

Из-за желания добиться идеального света и теней, режиссёр Чжэн попросил сделать несколько дополнительных дублей.

Жун Сюй, казалось, провёл перед камерой несколько лет: никто не мог сказать, глядя на него, что он ещё не достиг совершеннолетия. С помощью геля для волос  его волосы были зачёсаны за его правое ухо, а слева оставалось всего несколько прядей.

За все эти годы Хо Си успел поучаствовать во множестве войн. Он был очень уставшим, даже в своем собственном доме он «носил» мрачную холодность, из-за  которой к нему было очень трудно приблизиться, не говоря уже о его беспощадности и тирании.

Всякий раз, когда Жун Сюй выходил в гриме, многие молодые девушки в команде таращились на него с покрасневшими лицами. Даже некоторые пожилые женщины не могли сдержаться и жаловались:

— Ах! Если бы я только родилась двадцать лет назад…!

Хотя вечерняя сцена казалась простой, на самом деле она была предзнаменующей.

В тот год под «снегом» из грушевых цветов он встретил девочку. Она сидела на ветке дерева среди гроздьев грушевых лепестков; такая чистая девчушка на белом фоне. Она радостно хихикнула, внезапно спрыгнув с ветки прямо на него, со смехом повалив его на землю:

— Меня зовут Лян Линхуэй! Моя мама зовет меня Хуэй. А тебя как зовут?

Он мог только заикаясь представиться в ответ:

— Меня зовут... Хо Си.

Много лет спустя девушка уже не могла вспомнить их первую встречу; тогда им было всего по четыре года. Но он постоянно вспоминал эту девочку, свалившуюся на него с неба в тот год. Западные люди говорили о существовании прекрасной символической фигуры, называемой ангелом. Он чувствовал, что она была его ангелом, спустившимся с небес прямо на его голову.

Он стал играть с этой девчушкой и узнал, что она была даже смелее его самого.

Они хранили тысячи секретов друг друга, вместе ловили грязных рыб, и в день, когда умер его самый любимый дедушка, девочка была рядом, держала его за руку и успокаивала:

— Дедушки больше нет, но у тебя всё ещё есть я.

Затем, когда ему исполнилось семь лет, его отец бросил его в армию, откуда он вышел только по достижении четырнадцати лет. Он пережил ужасные вещи на поле боя… он убивал...  убивал много людей. Он больше не был тем мальчиком, который лазил вместе с ней по деревьям и ловил грязную рыбу. Когда они встретились снова, ей было уже двенадцать лет, и она стала стройной и грациозной молодой девушкой. Не успел он выразить радость на своём холодном и равнодушном лице, как девушка вдруг застенчиво протянула ему руку и сказала:

— Привет! Меня зовут Лян Линхуэй.

Тот человек в его памяти никогда больше не вспомнит его.

***

В этой истории определенно имелась некоторая доля мелодраматичности. В первоначальном сценарии это упоминалось лишь невзначай, без особых подробностей, но с новым сценарием добавилось и несколько новых сцен. Особенно в финале, когда их подпольная партия прорвалась в город Пин, уничтожив трёх других военачальников, пока на материковой части Китая не осталась только одна семья – семья Хо.

Главнокомандующий Хо получил серьёзные ранения во время войны, и Хо Си стал командовать войском из тридцати тысяч солдат. После этого, при тайной поддержке Бая Миндэ и других подпольных группировок, война длилась ещё месяц. Город Пин был взят, а Хо Си схвачен. Главнокомандующий Хо был в ярости, отчего его психическое состояние только ухудшилось, и даже не дождавшись момента, когда армия войдёт в город, он умер от приступа.

После захвата Хо Си армия официально вынесла ему приговор. Число людей, убитых Хо Си, было не маленьким; это были не только враги, но и подпольщики, а также люди, которые как-то угрожали семье Хо. Его руки были запятнаны кровью, а его средства были особенно жестокими. Он был приговорён к пожизненному заключению. Однако, сидя в своей камере, прислонившись к грязной стене, он принял яд, который давно приготовил, и покончил жизнь самоубийством.

Что касается Лян Линхуэй, то Бай Миндэ уже убедил её присоединиться к подпольной организации. В тот день, когда они прорвались в город Пин, она стояла рядом с Баем Миндэ, издалека глядя на Хо Си и молча наблюдая, как её собственного мужа схватили враги.

Даже жена Маршала была частью подпольной партии; так что было вопросом времени, когда город будет побеждён.

Жун Сюй, листая новый сценарий и читая эти мелодраматичные моменты, мог лишь беспомощно покачать головой. Ло Чжэньтао с любопытством заглянул в сценарий и рассмеялся, когда увидел, что вызвало у Жун Сюя такую реакцию:

— Этот сценарий понравится ещё большему количеству людей, ведь в него добавили чуть больше мелодраматичных моментов.

Юноша приподнял бровь:

— Ло гэ, значит, Вы тоже считаете, что «…обнял сзади, потеряв голову от алкоголя, и чуть не выдав свои истинные чувства…» это очень мелодраматично?

Ло Чжэньтао весело рассмеялся:

— В любом случае, Ваш персонаж очень интересный и продуман до мелочей.

С этим утверждением нельзя было поспорить. Когда Жун Сюй впервые выбирал из предложенных ему сценариев, его тоже привлекли образы персонажей «Западни», быстро развивающийся сюжет, а также множество противоречий и конфликтов. Именно по этой причине он и выбрал именно этот сериал.

Будь то сдержанный и дальновидный Бай Миндэ или волевая и умная Лян Линхуэй; будь то жестокий и безжалостный Хо Си или самоотверженный Чжао Фаншэн. У каждого из них был свой собственный образ, а с быстро развивающейся сюжетной линией каждый из них превращался в чрезвычайно яркого и живого человека.

Было известно, что зрители любят сюжеты, где главный герой любит главную героиню, которая, в свою очередь, влюблена во второго мужского героя.

Так же с уверенностью можно было заявить, что любой девочке-подростку просто не может не понравиться такой богатый, могущественный, красивый, сильный и молодой маршал.

«Западня» была романтическим сериалом, с использованием любовного, шпионского и военного аспектов.

Хотя он и чувствовал, что ему не очень нравится вся эта добавленная в сценарий «плаксивость», Жун Сюй всё-таки сохранил свой профессионализм и продолжил отлично отыгрывать в своих сценах, в результате чего даже режиссёр Чжэн не мог одобрительно ему не поаплодировать.

Особенный восторг вызвала у наблюдателей сцена «пьяной исповеди». Он обнял Чжан Тунтун сзади, двигаясь небрежно и вяло. Когда он сексуальным голосом произнёс «девочка Хуэй», у каждой женщины в студии замерло сердце, а сама Чжан Тунтун, как человек, вовлечённый в этот процесс, была сражена наповал, и её ноги стали ватными… А затем им пришлось переснимать.

Взъерошенные чёрные волосы ниспадали на красивые ясные глаза молодого человека, а расстегнутая белая рубашка обнажала сильную, но не слишком мускулистую грудь. Бедной Чжан Тунтун пришлось переснимать эту сцену девять раз подряд. Ей даже приходилось прикрыть своё безостановочно краснеющее лицо руками.

Ли Янь стояла рядом со съёмочной площадкой и жаловалась своему менеджеру:

— Я очень хотела бы быть сейчас на месте Чжан Тунтун! Я так завидую ей...

Находящийся в это время неподалёку Хань Янхао холодно фыркнул и нехотя посмотрел на Жун Сюя.

Когда дневные съёмки подошли к концу, съёмочная команда «Западни» отправила готовый трейлер на телевизионную станцию . Начиная с десяти часов вечера этого дня, трейлер данного еженедельного сериала должен был выходить в эфир восемь раз в день, а через четыре дня должна была состояться официальная премьера первой серии.

Этот первый трейлер демонстрировал любовный треугольник между Баем Миндэ, Лян Линхуэй и Хо Си. Режиссёр Чжан, не колеблясь, договорился добавить в него сцену «пьяного откровения», снятую  сегодня.

Когда вечером трейлер впервые был показан по телевидению, он в одночасье вызвал крайне оживлённую дискуссию!

* Бэйпин - бывшее название Пекина. Город назывался так с 1368 по 1403 год и с 1928 по 1949 год. В 1403 году и в 1949 году город был переименован в Пекин.

Хотя люди и любили называть мыльные оперы чересчур мелодраматичными и вычурными, именно эти мыльные оперы получали всегда очень высокие оценки, а также собирали вокруг себя кучи активных споров и обсуждений.

В последние годы телевизионные драматические сериалы становились все длиннее и длиннее, а некоторые даже переваливали за восемьдесят-девяносто эпизодов. Например, в некоторых старых версиях сериалов обходились всего одним эпизодом для повествования и разрешения всех конфликтов и развития всех сюжетных линий, а в версию ремейка входило три эпизода! Таким образом, изначально мизерное количество эпизодов со временем превратилось в несколько десятков, а то и сотен эпизодов!

У еженедельных сериалов было своё преимущество: обычно они были короткими. В целом, количество эпизодов в них не превышало пятнадцать.

Поэтому, если вы хотели рассказать понятную историю за пятнадцать эпизодов, каждый ваш эпизод был бы переполнен ожесточёнными конфликтами, чтобы зрители продолжали взволнованно ждать каждой новой серии. Это также было причиной того, что еженедельные сериалы могли выходить в эфир раз в неделю: так много зрителей были готовы ждать нового эпизода целую неделю.

Когда Чжао Мэй включила свой любимый канал, до начала еженедельного сериала в античном стиле, который она смотрела каждую неделю, оставалось всего пять минут. Она взволнованно ждала начала сериала. В прошлом эпизоде умер главный герой, а сегодня был финал...

Пока Чжао Мэй, вооружившись едой, терпеливо ждала новую серию, на экране неожиданно появился рекламный ролик нового еженедельного сериала.

Он тут же отвлёк внимание Чжао Мэй от еды! Её внимание привлекла интенсивная быстрая музыка. Она была гнетущей и настойчивой. Как будто кто-то быстро бежал куда-то тёмной ночью; стук барабанов заставлял людей невольно нервничать. Затем Чжао Мэй подняла голову и увидела на экране одно огромное слово…

«Западня!»

В следующий момент картинка мгновенно изменилась на поле боя, сопровождаемое звуками стрельбы.

Первым на экране появился молодой человек в светло-голубой военной форме. Он носил серебристые очки и выглядел довольно утонченным и умным, но внезапно картинка изменилась, и он, стоя во всём чёрном в тёмном переулке, тихо прошептал: «804, 197».

На экране появились субтитры: «Хань Янхао в роли Бая Миндэ».

Затем  на экране появилась элегантная женщина. Она была одета в простой чонсам и мило рассказывала своим ученикам о китайской классике. Но когда картинка снова изменилась, она посмотрела прямо в глаза Бая Миндэ и решительно заявила:

— Я хочу присоединиться к вам!

«Чжан Тунтун в роли Лян Линхуэй».

Чжао Мэй была заинтересована, увидев этих двух красивых людей. Она внимательно смотрела на экран телевизора, бормоча себе под нос с набитым ртом:

— Хань Янхао, я так давно его не видела. Эта Чжан Тунтун такая красивая... Где я могла видеть этот сериал, а? Западня, За… Пад… Ня...

Её голос внезапно затих, когда Чжао Мэй широко выпучила глаза.

На экране мужчина в тёмной военной форме ехал на угольно-чёрной лошади, невзирая на сильную метель. Чёрное пальто резко контрастировало с белым снегом. Он спокойно смотрел вперёд. Внезапно уголки его губ изогнулись в безразличной усмешке. Затем он достал свой пистолет… и выстрелил!

*Бам!*

«Жун Сюй в роли Хо Си».

Время, казалось, замерло. После того, как изображение, наконец, сменилось на вторую женскую героиню И Лань, Чжао Мэй вдруг закричала:

— Разве это не юный очаровашка из «Борьбы за превосходство»!? Верно, верно, верно! Он снялся и в «Западне»; я ведь слышала, как люди говорили об этом пару дней назад, ах, как я могла забыть!? Чёрт, ему тоже очень идёт военная форма!!!

На экране всё ещё шёл трейлер. Все четыре героя мужского и женского пола были представлены, и их изображения очень быстро переключались. Трейлер длился всего полторы минуты. Сейчас оставалось уже всего тридцать секунд.

В оставшиеся тридцать секунд была показана первая встреча Бая Миндэ и Лян Линхуэй, а также свадьба Лян Линхуэй с Хо Си. Бай Миндэ почти раскрыл свою личность, поэтому Хо Си разработал план, чтобы проверить его, однако Лян Линхуэй случайно узнала это и успела предупредить Бая Миндэ. В конце концов, он успел подготовиться к проверке... и так, Бай Миндэ успешно прошёл тест, и  Хо Си его повысил.

Многие моменты истории быстро мелькали перед глазами Чжао Мэй, как карусель из бумажных лошадей. В последние десять секунд снова появились Бай Миндэ и Лян Линхуэй, которые болтала за книгами на ветру, а в последние пять секунд изображение снова сменилось. Пара стройных и красивых рук внезапно появилась из-за спины Лян Линхуэй и яростно притянула её в свои объятья!

Три верхние пуговицы белой рубашки были расстегнуты, обнажив хрупкую ключицу. Из-за спутанных чёрных волос он выглядел не так холодно, но в то же время опасно и сексуально. Он крепко обнял женщину сзади. По его красным щекам можно было предположить, что он пьян. Он опустил голову и посмотрел вниз; его длинные ресницы опустились, губы слегка приоткрылись, и он нежно прошептал:

— Девочка Хуэй...

Хриплый сексуальный голос долго раздавался по комнате эхом, такой соблазнительный и  искушающий.

В следующий момент экран погас, и трейлер закончился!

Огромные буквы «ЗАПАДНЯ» красовались на половину экрана телевизора. Десять секунд спустя началась долгожданная финальная серия еженедельного сериала, которую так ждала Чжао Мэй, однако в этот момент она была совсем не в настроении думать об этом! Ее глаза расширились, а лицо покраснело. Она срочно открыла месенджер, чтобы рассказать об увиденном своей лучшей подруге.

«Ах-ах-ах!!! Лулу, ты видела промо-трейлер, который показали сегодня перед «Мечом ЦинЧэн»?! Трейлер «Западни»!!! Там снимается актёр Жун Сюй из «Борьбы за превосходство», который так тебе понравился, ах! Он такой красивый… я думал, что он пойдёт по пути роли милого юноши из «БЗП»… как он может быть таким сексуальным, но в то же время таким очаровательным!? Ах-ах-ах!!!»

Так чувствовала себя в этот момент не только Чжао Мэй; по всему Китаю были тысячи таких зрителей.

Актёрский состав с высоким уровнем привлекательности и стремительной развивающимся сюжетом, в сочетании с отличным качеством съёмки и пост-продакшена; короткий полутораминутный рекламный ролик «Западни» быстро облетел весь интернет.

Когда ролик был показан по телеканалу, он был одновременно опубликован и на официальном сайте сериала в Вэйбо. Многие люди, как и Чжао Мэй, впервые увидели его по телевизору, но было и много других, кто увидел его в интернете, листая Вэйбо.

Но независимо от того, где они увидели этот трейлер, их реакция была примерно одинаковой…

«Только посмотрите на эти лица! Невероятная красота!!!»

До того, как выбрать именно этот сериал, Жун Сюй беседовал с Ло Чжэньтао, и тот сказал ему: «В этом сериале очень высокие требования к внешности актёров».

Вот почему в этом сериале главные женские роли достались Чжан Тунтун и И Лань. Хотя они и были чрезвычайно популярны, главной причиной всё же послужили их милые личики! Хотя это и не озвучивалось, но на красивых людей всегда было приятно смотреть; в такие моменты вы чувствовали поднятие настроения.

«Я чувствую, что этот сериал может стать о-о-чень популярным! Ставлю пять центов на то, что он сможет получить 0,8!

«0,8? Я думаю, он без проблем сможет получить 1!»

«Всего пять центов? Кто станет спорить с тобой? Если он получит 1, я съем свою клавиатуру! Адаптация на сериал про идолов Лин Чжэня тоже выходит в эфир на следующей неделе. Они будут транслироваться одновременно, на протяжении нескольких недель. У сериала про идолов много поклонников, пришедших от оригинала, так что у этой вашей «Западни» нет шансов!»

Благодаря трейлеру «Западня» разожгла в интернете очередную ожесточенную дискуссию.

У всех еженедельных сериалов были перерывы между эпизодами; они выходили в эфир раз в неделю, максимум – два раза, поэтому их рейтинги часто были не так хороши, как у ежедневных сериалов. Но это совсем не значит, что не было хороших еженедельных сериалов. Однажды одному еженедельному сериалу удалось достичь рейтинга «5» за каждый эпизод, превзойдя все ежедневные сериалы, которые выходили в эфир одновременно с ним.

Бесчисленные люди были очень взволнованы трейлером «Западни». Они обязательно должны были посмотреть его! Были и такие, кто говорил: «Трейлер симпатичный, в отличие от всех этих ужасных проходных сериалов».

Было также небольшое количество людей, которые были очень обеспокоены рейтингами. Например, тем, что «Западня» должна была выйти в свет на следующей неделе, одновременно с «Летней правдой». Это была адаптация. Главную героиню звали Ся Чжэньши. Оригинальный роман был чрезвычайно популярен, когда он был адаптирован в анимацию, а теперь, когда вышел одноимённый сериал, многие возлагали на него большие надежды.

Таким образом, «Западню» обсуждали  интернете с разных сторон и проблем. Телеканал и съёмочная группа приложили дополнительные усилия для продвижения этого трейлера, благодаря чему  «Западня» попала в десятку списка трендов. В то же время, трейлер транслировался на главных страницах крупных видеохостингов.

Можно сказать, что, если вы пользуетесь Интернетом, то вы определенно слышали и видели название «Западня» в последние несколько дней. Даже если вы не являетесь пользователем сети, вы хотя бы смотрите телевизор, верно? По телевизору трейлер показывали и вовсе десять раз в день!

А Цинь Чэн увидел этот трейлер не из-за постоянного продвижения в Интернете, и не из-за сумасшедших дискуссий пользователей сети, и, уж точно, не потому, что включил телевизор и случайно увидел трейлер, нет... он включил уведомления об обновлениях на странице Жун Сюя.

Жун Сюй: «Маршал Хо постоянно беспокоится. Все любят называть его менее красивым, но он ведь явно очень красив. Так почему же все называют его менее красивым? Его следует называть «очень красивым» *смех* *смех* *смех* // Команда «Западни»: трейлер уже в сети». [Ссылка на видео].

Цинь Чэн опустил глаза, не открывая видео сразу, а серьёзно вчитываясь в каждое слово, написанное Жун Сюем, а затем молча поджал губы.

Сюй Цзинь, который сидел рядом с ним, в этот момент внезапно громко рассмеялся:

— Ха-ха-ха, Вы видели пост Жун Сюя на Вэйбо? Я подписался на него несколько дней назад. Он просто репостнул трейлер и даже добавил немного юмора. Я сейчас умру от смеха... те...

Увидев опасно ледяной взгляд Цинь Чэн, он замолк.

Проигнорировав его, Цинь Чэн успокоился и включил видео.

Когда он увидел Ханя Янхао, он был безразличен; Когда он увидел Чжан Тунтун, он и бровью не повёл. Затем, когда он внезапно увидел Жун Сюя, он удовлетворённо кивнул. Кто знал, что его появление на экране продлится всего пять секунд? Цинь Чэн едва успел вглядеться в лицо юноши, как картинка вдруг снова переключилась, на этот раз на И Лань!

Цинь Чэн:

— …

Затем на экране последовательно появлялись все важные моменты сюжета.

Цинь Чэн успел сняться во множестве фильмов. Этого трейлера вполне хватило, чтобы он мог понять, о чём этот сериал. Он равнодушно смотрел видео, не проявляя никаких эмоций. Он кивнул только однажды, когда увидел Жун Сюя, а затем снова стал равнодушным.

До самых последних десяти секунд Цинь Чэн продолжал молча смотреть видео. Когда на экране внезапно появилась тонкая белая рука, он замер! Он увидел, как юноша в расстёгнутой рубашке притягивает в свои объятия Чжан Тунтун! Его лицо было красным от алкоголя!

Он так крепко обнял её! И даже наклонился к ней так близко, шепча:

— Девочка Хуэй...

Хриплый и сексуальный голос зазвучал из динамика телефона, и Цинь Чэн замер. В этот момент экран уже погас. Трейлер закончился, и Сюй Цзинь, который в это время тоже смотрел его, повернулся, чтобы обсудить его с Цинь Чэном. Однако, когда он увидел его странное выражение лица, то тактично сказал:

— Я уже давно не заглядывал в офис компании. Пойду, прогуляюсь.

Сюй Цзинь поспешно ушёл прочь. Ему совсем не хотелось оставаться наедине с этим человеком, который, казалось, внезапно и без причины (!) впал в плохое настроение. Это могло стоить ему жизни…

И поэтому он, естественно, не заметил, что когда Цинь Чэн услышал этот низкий голос, кончики его ушей медленно покраснели. Он прокашлялся и встал, подойдя к окну. Он почувствовал, что ему нечего там делать, и молча вернулся на диван… чтобы открыть видео и пересмотреть его ещё раз!

Перемотав сразу до конца!

Игнорируя этих женщин!

***

Город Кино и Телевидения Сяншань, съёмочная группа «Западни».

Съемки всех ночных сцен на сегодня были закончены. Жун Сюй снял грим и вернулся в отель с Ло Чжэньтао. Когда они были уже на полпути к отелю, Жун Сюй внезапно вспомнил:

— Кстати, Ло Гэ, о квартире, которую я просил Вас помочь мне подыскать… Вы узнали? Я могу переехать сразу же, как только вернусь в Город В?

Ло Чжэньтао кивнул:

— Конечно, мы с владельцем уже обсудили это. Вы можете подписать контракт сразу после того, как вернётесь в Город B.

Жун Сюй слегка кивнул.

Ло Чжэньтао улыбнулся и спросил:

— Вы хотите, чтобы я арендовал машину для переезда? Или мне приехать и помочь Вам?

Жун Сюй покачал головой:

— Нет необходимости: у меня не так много вещей.

Ло Чжэньтао понимающе кивнул.

Четыре дня пролетели очень быстро, и сегодня первая серия «Западни», наконец, вышла в эфир! В этот день режиссёр Чжэн рано закончил съёмки. Все вернулись в отель, чтобы посмотреть прямую трансляцию по телевизору.

Когда все собирались уходить, кто-то в шутку сказал:

— «Летняя правда», кажется, тоже вышла в эфир сегодня на канале «Манго». Интересно, как у них дела…

Режиссёр Чжэн поднял бровь:

— Ребята, вы думаете, мы можем проиграть?

Услышав эти слова, все засмеялись.

Они не знали, проиграют они или нет, но они были уверены в своей работе. Рейтинги определенно не будут плохими!

18 ноября 2042 года первая серия «Западни» была официально показана на «Томатной Станции».

У некоторых еженедельных сериалов рейтинги были самыми высокими именно в момент первого выхода в эфир. В конце концов, если вы хотите, чтобы зрители не прекратили просмотр на первом эпизоде, ваш сериал должен быть достаточно интересным и увлекательным.

Сегодня в десять часов вечера многие зрители, как обычно, переключились на «Томатную Станцию». Некоторые из них уже приготовили кучу еды и напитков и взволнованно ждали  начала «Западни». Были также и такие, кто не знал, что сегодня будут показывать на канале, и просто по привычке включили телевизор.

Вся команда «Западни» закончила съёмки в восемь, и все уже вернулись в свои гостиничные номера к десяти.

Номер Жун Сюя был одноместным. Он переоделся, умылся, затем немного поколебался, но, в конце концов, всё-таки включил телевизор. Он уже давно привык видеть своё собственное лицо по телевизору. Он посмотрел сериал минут десять, после чего выключил телевизор и лёг спать пораньше.

И, конечно же, он не знал, что в этот момент тысячи зрителей по всему Китаю прильнули к экранам.

«Западня» была очень динамичной... Спросите, насколько?

В первом эпизоде Бай Миндэ и Лян Линхуэй только познакомились, а уже в следующем эпизоде она вышла замуж за Хо Си.

Эта сериал просто пестрил красивыми мужчинами и женщинами. Даже маленький продавец газет был очень милым и красивым, из-за чего зрителям хотелось протянуть руку и потискать его за щеки.

И сюжет был такой интересный!

На первый взгляд, серьёзный и интеллигентный главный герой был очень утончённым и благородным офицером, но втайне он был членом подпольной организации! Милая и добродетельная учительница выглядела невинной и вполне обычной, но её женихом был (что было удивительным) Маршал Хо из Семьи Хо города Пин!

Благодаря такому резкому контрасту зрители с удовольствием следили за сюжетом, не догадываясь, что же будет дальше. Например, им особенно понравилось появление Хо Си. Он ехал на угольно-чёрной лошади, одетый в тёмную военную форму, а его чёрное пальто слегка трепетало на ветру. Блестящий чёрный мех куницы, обёрнутый вокруг его плеч, сочетался с белоснежной формой.

Он вытащил пистолет, выстрелил и убил!

Его движения были плавными, как плывущие облака и текущая вода; изящные и гладкие.

Первый эпизод явно длился более сорока минут, но когда он закончился, многим зрителям показалось, что прошло всего двадцать минут!

«Эта драма ооочень захватывающая, ах! Я уже предвкушаю год, пропитанный кровавым мелодраматическим сюжетом! Интересно, действительно ли Маршалу Хо нравится Лян Линхуэй? Я вижу, что он очень жесток по отношению к Лян Линхуэй и не любит её. Вообще. Но в трейлере он так нежно обнимал её… Только не говорите мне, что это очередной гнилой сериал про Деву Марию с белым лотосом?!»

«Ха-ха-ха-ха, это очевидно, что Её Величество г-жа Сценарист хотела вылить на меня целый горшок мелодраматизма, но мне, почему-то, очень хочется увидеть продолжение!»

«Пусть льёт, да побольше! Ради прекрасного лица Маршала я готова выпить хоть десять горшков!!!»

«Десять горшков недостаточно, я хочу выпить 100 горшков!!!»

«Какой Маршал? Мой Жунжун же уже сказал: он очень красивый!»

«Ао-ао-ао, Очень красивый командир Хо! Что же мне делать? Это имя звучит так нежно… очень красивый командир, очень красивый. Я вдруг почувствовала, что Хо Си совсем не холодный, а очень даже милый!»

Помимо этих комментариев от обычной аудитории, были и профессиональные комментаторы-критики. Они опубликовали предварительную оценку сериала:

«В общем, «Западня» должна быть романтическим сериалом, завернутым в обёртку шпионского и военного сериала. Характер персонажей очень хорош, а противоречивые конфликты очень интенсивны. Можно ожидать, что следующие десять эпизодов будут полны мелодраматизма».

«Телевизионные сериалы, играющие на грустных темах, часто имеют высокие рейтинги. Например, «Немой муж», вышедший в эфир 9 лет назад. Предполагалось, что эта малобюджетный телевизионный сериал быстро затухнет, но его рейтинги были поразительными. Он побил отметку в 3 балла. Хотя сюжет «Западни» пока и идёт с ним в одном направлении, но из того, наблюдая за взаимоотношениями персонажей, я думаю, что он имеет много возможностей для развития. И это еженедельный серил, так что сюжет может быть изменён в любой момент. Возможно, он станет темной лошадкой среди еженедельных сериалов этого сезона».

Первый эпизод «Западни», вышедший в эфир в субботу, вызвал много дискуссий в Интернете. Однако в этот сезон еженедельных сериалов внезапно выяснилось, что наибольшее количество дискуссий вызвала далеко не «Западня».

Индекс Байду «Западня» - 3.035.234, «Летняя правда» - 9.545.242.

Индекс Вейбо: «Западня» - 1.353.452, «Летняя правда» - 5.139.524.

Между «Западнёй» и «Летней правдой» была целая пропасть...

***

Сразу после полуночи директор по производству «Томатной Станции» позвонил режиссёру Чжэну.

Режиссёр Чжэн не спал. Он работал помощником режиссёра более десяти лет. Это была первая работа, в которой он выступил режиссёром – он не мог потерпеть неудачу. Он не мог позволить себе потерпеть неудачу. Хотя он и сказал, что уверен в своей работе, на самом деле он переживал всю ночь. Когда он услышал звонок, то тут же подскочил с кровати.

— Ск-сколько ты сказал…? — его рука задрожала, когда он услышал цифры, и он переспросил ещё раз.

На другом конце провода ему с улыбкой ответили:

— Первый эпизод получил рейтинг 0,7, что значительно превзошло наши ожидания. Средний показатель составил 0,7, а самый высокий – 0,9. Для таких новичков, как вы, это уже очень хороший показатель. Тем более, что своих поклонников к вашей работе привлекал один только Хань Янхао, — мужчина сделал паузу, прежде чем продолжить, — Ах, да. Есть и второй главный мужской персонаж... Его зовут Жун Сюй, верно? Его тоже о-очень активно обсуждают в интернете. Станция планирует использовать их двоих в рекламных целях в Интернете. Можете ли Вы сделать так, чтобы они немного поработали вместе?

Директор Чжэн тут же кивнул:

— Да! Конечно! Конечно, мы можем!

Директор по производству беспомощно сказал:

— На самом деле, наши рейтинги могли быть значительно выше, но вмешалась «Летняя правда». Я надеюсь, что мы сможем пробить отметку в «1» к тому времени, как закончим. Но я всё же поздравляю Вас, Старый Чжэн!

Да, общенациональные рейтинги были объявлены на следующий день. Среди еженедельных сериалов, идущих в прайм-тайм на выходных в 22:00…

Первое место занимала «Летняя правда» с рейтингом 1,5!

А второе место – «Западня» с рейтингом 0,7!

По сути, разрыв между ними был высокой стеной, которую нельзя перепрыгнуть!

Для любого другого еженедельного сериала 0,7 баллов не считались бы нокаутом. Если вы хотите, чтобы ваш рейтинг среди аудитории был хотя бы «1», вам нужно позвать известного актёра или режиссёра, либо снимать сериал по популярной книге – иначе никак. И у «Летней правды» всё это было, а вот у «Западни» – нет.

Некоторые люди в отрасли высказывались:

«Такой рейтинг «Летней правды» был вполне ожидаемым и логичным. Тем не менее, цифры в конце первого эпизода немного снизились и составили в итоге 1,3. Но «Западня» не перестаёт удивлять! Хотя она и не должна быть в состоянии пробить отметку в 1 балл, она, возможно, сможет продержаться выше 0,5».

В Интернете обсуждение двух новых сериалов тоже было чрезвычайно интенсивным.

Зрители «Западни» взволнованно обсуждали сюжет, подключая всё своё воображение. Всего за одну ночь у сериала появились фанаты!

Красивый и элегантный маршал ехал на спине огромного коня, безразлично глядя на всех свысока. За его спиной лежала бескрайняя снежная зимняя ночь, но ветер и снег не могли испортить его прекрасное лицо. Он был окружён армией из тысяч солдат и тысяч лошадей, что создавало недостижимую иллюзию.

Этот кадр был самым распространенным в Интернете. Его опубликовали несколько маркетинговых компаний, что позволило ему набрать десятки тысяч репостов.

В действительности это был маркетинговый ход телевизионной станции и команды. Изучив комментарии аудитории, они выяснили, что всем зрителям особенно нравятся сцены, вроде первой сцены с Хо Си. Поэтому они опубликовали «фанарт», чтобы привлечь к сериалу больше внимания. Маркетинг относительно Ханя Янхао и Чжан Тунтун шёл несколько иным путём. Им официально дали название «Шпионская парочка (ШП)». Соединяя их фотографии вместе и всюду публикуя их, им удалось наделать в сети много шума.

Независимо от результатов релиза, настал новый день, и съёмочная группа снова вплотную занялась съёмками новых эпизодов.

В настоящее время команда отправила на телевизионную станцию всего пять эпизодов. Теперь им нужно было снять ещё пять эпизодов, причём сделать это в течение месяца. Соответственно, в следующем месяце должно было начаться настоящее чистилище: съёмки каждый день с семи часов утра до двенадцати часов вечера и даже до рассвета!

Никто не смел заниматься чепухой в течение этого периода. Был случай, когда Хань Янхао пожаловался на усталость, и режиссёр Чжэн сердито упрекнул и накричал на него, чтобы тот соблюдал свой контракт. Когда актёры подписывали свои контракты, в них было чётко сказано, что им может быть гарантировано максимум шесть часов сна.

Полмесяца пролетели быстро. Было отснято только два эпизода, но сегодня наконец-то вышел в эфир третий эпизод «Западни».

«Западня» имела рейтинг 0,7 за первый эпизод, как и предсказывалось телеканалом, и благодаря хорошим отзывам на первый эпизод, а также присутствию различных рекламных кампаний в интернете и жизни, рейтинг второго эпизода не упал, а, наоборот, вырос до 0,8! Директор по производству даже пошутил по этому поводу, сказав своим подчинённым:

— Кто знает, может быть, когда сериал закончится, ему удастся получить рейтинг «1»…

Ему удастся добиться этого результата только по окончанию?

Вовсе нет!

В конце второго эпизода был показан трейлер третьего эпизода. Это была отредактированная романтическая сцена с Хо Си и Лян Линхуэй.

Да, верно, это была именно та сцена из первого трейлера, когда Хо Си «чуть не признался в своих истинных чувствах после того, как напился»!

После того, как этот ролик был показан, Интернет просто взорвался. На веб-форуме «Западни», супер-ветке, дискуссионном форуме, в комментариях под фотографиями пользователи сети – сцена Хо Си и Лян Линхуэй обсуждалась просто везде!. В то же время, все также обсуждали, чем же закончатся отношения в этом «любовном треугольнике».

Телеканал не заметил этого всплеска интереса у публики, как и съёмочная группа, которая была занята активными съёмками. И на волне этой горячей темы, которая обсуждалась всю неделю, когда третий эпизод «Западни увидел свет», рейтинги просто взорвались!

На следующий день в двенадцать утра были объявлены общенациональные рейтинги!

Первое место: «Западня» – 1.12!

Второе место: «Летняя правда» – 0,97!

И это только третий эпизод! По сравнению с постепенно снижающимися рейтингами «Летней правды», рейтинги «Западни» просто взлетели до небес. Кто бы мог подумать, что в рамках кошмарных «Трёх законов» появится сериал, который так стремительно поднимётся уже к третьему эпизоду и получит первое место в общенациональном еженедельном рейтинге вещания!

«Три закона» были правилами, негласно согласованными внутри и вне круга.

Еженедельные сериалы выпускали по одному эпизоду в неделю. Независимо от того, насколько интересным был сюжет, всегда находились зрители, которые отказывались от просмотра. В этой ситуации многие люди обнаружили, что большинство еженедельных сериалов подчиняются одному негласному правилу: начиная с первого эпизода, рейтинги сериалов постоянно снижались и к третьему эпизоду достигали самого низкого уровня, после чего снова поднимались!

Короче говоря, третий эпизод, согласно этому правилу, должен был иметь самые низкие оценки (в любом сериале, еженедельно выходящем в эфир).

Но сейчас третий эпизод «Западни» внезапно пробил отметку в «1 балл», и даже стал единственным, кто достиг этого порога среди всех других еженедельных сериалов!

Все тут же заинтересовались этим сериалом. «Томатная Станция» ликовала, а директор по производству даже взбудораженно хлопнул себя по бедрам:

— Бонусы удваиваются! На этот раз все бонусы удваиваются!

Однако на «Станцию Манго» надвигались тёмные тучи.

Рейтинги «Летней правды» продолжали падать и били все анти-рекорды, упав уже ниже «1». Её репутация также становилась всё хуже и хуже. Многие люди ругали сериал за отсутствие логики, а также ругали главную героиню за её плохую игру и за то, что она не умела ничего, кроме как стоять на месте и хлопать ресницами. И хотя главный герой был красивой и популярной молодой звездой, его игра не сумела показать характер книжного героя; он получился у него каким-то высокомерным дурачком!

Можно сказать, что резко возросшие рейтинги «Западни» позволили ей неизбежно захватить долю зрителей других еженедельных сериалов, транслируемых в это же время, в том числе и значительную часть  зрителей «Летней правды» с её постоянно падающими рейтингами!

На «Станции Манго» директор по производству яростно скрежетал:

— Пусть команда изменит сюжет, основываясь на отзывах зрителей! Немедленно всё поменяйте! — прошла секунда, и он снова закричал. — Идите и внимательно следите за «Томатной Станцией». Мы никак  не можем позволить рейтингу «Западни» подняться ещё раз! Мы должны снизить их!

Что касается команды «Западни», то они пока ничего не знали об этом.

Этим утром им нужно было снять всего дюжину сцен, так как режиссёр Чжэн решил встретиться со сценаристом, чтобы проанализировать все комментарии в сети, появившиеся после третьего эпизода. В конце встречи режиссёр Чжэн искренне заявил:

— Может, если мы не можем получить высокие рейтинги, то нам хотя бы удастся поднять нашу популярность?!

В тот же вечер Жун Сюй получил очередной «новый» сценарий. Изменений в сценарии было не слишком много, но был изменён довольно важный момент, благодаря чему в сериал была внесена ещё одна удивительная часть!

Когда Жун Сюй согласился на этот сериал, он получил первоначальную версию сценария.

Тогда его роль была очень простой. Он был простым маршалом, холодным снаружи, но тёплым внутри, и безумно увлечённым главной героиней. После всей ситуации с Ханем Янхао его роль изменилась. Значительно увеличилось количество сцен, которые показывали самые сокровенные чувства Хо Си и заставляли его казаться более нежным.

И теперь он получил последнюю версию сценария, в которой был полностью изменён финал сериала!

В оригинальном финале Бай Миндэ убедил Лян Линхуэй присоединиться к его фракции и стать членом подпольной партии. Затем, после победы в революции, она вышла замуж за Бая Миндэ и, как во всех других сказках, они жили долго и счастливо.

Но в новом финале Лян Линхуэй принимала решение расстаться с Баем Миндэ.

Девяносто девять процентов телевизионных сериалов на рынке соответствовали некоторым базовым принципам. Например, главный герой обязательно был праведным. Другим хорошим примером можно было назвать идеальный финал. Дело не в том, что сериалов с трагическими концовками не было. Дело в том, что  их было меньшинство. Подавляющее большинство телевизионных сериалов имели счастливый конец, потому что зрители любили такие финалы.

Если в конце главный герой и героиня не будут вместе, то это, можно назвать трагичным финалом.

Когда Ло Чжэньтао увидел новый сценарий, он был очень удивлён и воскликнул:

— Они не боятся того, что скажут зрители!? Если главная героиня не будет с главным героем, очень вероятно, что зрители рассердятся. Они могут даже бойкотировать команду, ах!

Жун Сюй внимательно прочитал сценарий, мгновение подумал и ответил:

— Эта концовка не невозможна. Ло гэ, я помню, что три года назад был один очень известный и популярный фильм. В конце фильма главные герои просто развелись. Они сели в поезда, идущие в противоположных направлениях, и с тех пор больше никогда не видели друг друга.

Ло Чжэньтао всё ещё колебался:

— Неужели не будет никаких проблем... изменить сценарий в такую сторону…

Кто больше всех будет против нового сценария?

Естественно, Хань Янхао!

Хань Янхао немедленно отправился на поиски режиссёра Чжэна, чтобы добиться от него объяснений, но режиссёр Чжэн тут же указал пальцем в монитор, кратко и ясно сказав:

— Шестьдесят процентов зрителей надеются, что Лян Линхуэй сможет придерживаться своих принципов. Любит ли она Хо Си или нет – она уже жена Хо Си и не должна иметь никаких отношений на стороне. И режиссёр «Томатной Станции» Ван тоже говорит, что, хотя роман в сюжете и заслуживает внимания, мы можем спокойно вырезать его, если в нём нет необходимости. Лян Линхуэй в конце не останется с Баем Миндэ, ну и что? У тебя какие-то проблемы? Её муж только что умер, а она уже снова выходит замуж? Это оттолкнет зрителей.

Услышав эти слова, Хань Янхао чуть не поперхнулся:

— Лян Линхуэй и Хо Си – фальшивая пара, понятно? Они никогда не переходили черту. Хо Си умер, потому что САМ решил покончить жизнь самоубийством, Лян Линхуэй не заставляла его. Лян Линхуэй не порвёт с Баем Миндэ из-за Хо Си! Если Вы измените сценарий... измените его так...

Тогда кто, чёрт возьми, будет главным героем!?

Хань Янхао не произнёс последнее предложение вслух, но режиссёр Чжэн давно понял, что он имеет в виду. Как Ханя Янхао может заботить то, кого любит Лян Линхуэй или за кого она выйдет замуж? Единственное, что его действительно волновало: кто играет главную мужскую роль!

Однако этот проницательный режиссёр притворился глупым и сказал:

— На это рассчитывает публика. Они даже надеются, что Лян Линхуэй в конце концов влюбится в Хо Си. А теперь скажи мне, как ты хочешь, чтобы я изменил сценарий?

Хань Янхао обомлел.

Даже если Лян Линхуэй не будет вместе с Баем Миндэ, его всё равно можно будет назвать главным героем. Но если в конце концов Лян Линхуэй останется с Хо Си... Как назвать эту ситуацию?!

Человеком, который в итоге останется с главной героиней, будет второй мужской герой!? Серьёзно!?

Такой ситуации невозможно было встретить даже раз в сотню фильмов!

Если мужчина остаётся в конце фильма с главной героиней, тогда он – главный герой… Тогда, согласно здравому смыслу, Хо Си – главный герой их сериала?

Спор Ханя Янхао и режиссёра Чжэн длился  ещё долго, но, в конце концов, прошёл безрезультатно. Съёмочная группа спокойно продолжала съёмки; им нужно было переснять несколько сцен, снятых ранее. Чтобы узнать мнение аудитории, команда «Западни» провела опрос в своём официальном аккаунте в Вэйбо, попросив пользователей сети проголосовать за своего любимого персонажа.

***

В это время в тысячах миль отсюда, в Городе В, Сюй Цзинь, держа в руках какие-то бумаги, возвращался в гостиную, когда увидел мужчину, сидящего перед компьютером с серьёзным выражением лица. То, что он там делал, было для Сюй Цзиня загадкой.

Сюй Цзинь подошёл к Цинь Чэну и небрежно открыл рот:

— Что делаете? Старый Лю, режиссёр Чу и режиссёр Чжао прислали Вам несколько сценариев за последние несколько дней. Какой Вам больше нравится? Все три крупных режиссёра планируют с Вами свои фильмы на следующий год – мы должны дать им ответ к концу недели.

Говоря это, Сюй Цзинь медленно подошёл к компьютеру, почти увидев то, что было написано на экране. Но в тот самый момент, когда он уже увидел надпись, Цин Чэн спокойно нажал на кнопку выхода, и вернулся на «рабочий стол». Сюй Цзинь успел увидеть всего три слова: «Регистрация в  Вэйбо» и подсознательно спросил:

— Эм, что Вы, чёрт возьми, делаете? Я только что увидел страницу регистрации в Вэйбо...

— Новый фильм старого Лю довольно хорош, — низкий, магнитный мужской голос внезапно перебил Сюй Цзиня.

Сюй Цзинь сразу кивнул:

— Эм, мне тоже кажется, что новый фильм Старого Лю довольно хорош. Тогда нам дать ему своё согласие? Вы сделали выбор довольно быстро… я-то думал, что Вы ещё не видели сценарий...

Тема разговора была быстро переведена на новый фильм Старого Лю. Сюй Цзинь уже совсем забыл о том, что только что видел на экране, решив, что ему померещилось. Однако факт был в том, что на веб-странице, которую так стремительно закрыл Цинь Чэн,  действительно красовались слова «РЕГИСТРАЦИЯ В ВЭЙБО»!

Сюй Цзинь совсем не догадывался о том, что его босс открывал эту страницу уже в 43-й раз за сегодня, и что это была уже 43-я его учетная запись Вэйбо. Весь день Цинь Чэн молча пялился на экран компьютера, регистрируя одну учетную запись за другой и переходя на официальный аккаунт Вэйбо одной конкретной команды... и молча голосуя.

Но даже после всех его стараний первое место в официальном опросе команды «Западни» по-прежнему занимал Хань Янхао...

Но даже после всех его стараний первое место в официальном опросе команды «Западни» по-прежнему занимал Хань Янхао...

В конце концов, он был очень популярен среди своих более чем пяти миллионов подписчиков на Вэйбо, и благодаря этому сериалу его актёрская карьера также постепенно шла в гору. В результате его фанаты бездумно ринулись отдавать за него свои голоса. Поэтому, несмотря на то, что фанаты Жун Сюя тоже безумно голосовали за него – например, обманным путём, регистрируясь на Вэйбо по сорок три раза, как его фанат по фамилии Цинь – ему всё равно не удалось обойти Ханя Янхао.

У Ханя Янхао было более пяти миллионов подписчиков, а у Жун Сюя – чуть больше миллиона. Разница была слишком большой; они были на совершенно разных уровнях. Даже команда подумала об этом, когда публиковала свой опрос. Они знали, что Хань Янхао будет на первом месте, Жун Сюй – на втором, а Чжан Тунтун – на третьем. И они также знали, что разрыв между первым местом и последними двумя будет очень большим.

Тем не менее, за неделю до закрытия голосования Ло Чжэньтао открыл Вэйбо, чтобы взглянуть на количество голосов и ахнул:

— Ах, Сяо Сюй, у Вас всего на тысячу меньше голосов, чем у Ханя Янхао!

Бай Миндэ: 13.514 голосов

Хо Си: 12.053 голоса

Жун Сюй посмотрел на экран телефона Ло Чжэньтао. Немного подумав, он сказал:

— Вероятно, дело во вчерашнем эпизоде.

Ло Чжэньтао подумал:

— И правда… многие люди обсуждают сейчас вчерашний эпизод.

На четвертой неделе трансляции «Западни» она достигла в национальном рейтинге отметки в 1,2 балла!

По сравнению с предыдущими эпизодами рейтинг совсем не снижался. И это совсем не было похоже на ситуацию с «Летней правдой» и её смертельно преданными поклонниками, чьи рейтинги сейчас падали! Из-за растущих рейтингов режиссёр Чжэн весь день проходил с улыбкой от уха до уха и стал ещё твёрже в своей решимости изменить сценарий.

***

В четвёртом эпизоде, который был показан в эти выходные, Бай Миндэ попался в ловушку Хо Си и чуть не умер.

В этой сцене конфликт между двумя главными мужскими героями сериала увеличился до крайности. Бай Миндэ сделал всё возможное, чтобы Хо Си перестал сомневаться в нём, и сумел сохранить свою шпионскую личность втайне. Он также узнал обо всём заранее от Лян Линхуэй, благодаря которой его причастность к подпольной организации не была изобличена.

Этот эпизод не был посвящён эмоциональным событиям; это был чистый сюжет. Горячая и напряжённая история непрерывно держала внимание зрителя. Многие зрители даже заявили, что не осмелились пропустить ни секунды серии, потому что какая-нибудь шокирующая перемена могла произойти в любой момент.

Не говоря уже о том, что в конце эпизода люди Хо Си схватили одного из членов этой подпольной организации. Хо Си лично допрашивал его, пока тот не потерял сознание. В конце эпизода этот шпион кричал:

— Я признаюсь! Я во всём признаюсь!

Зрители были так взволнованы, что затаили дыхание. Когда они ждали, что он назовёт имя «Бай Миндэ», экран внезапно потускнел, заиграла финальная музыка и на экране медленно появился список актёров.

Зрители:

— ...

Что?! Они смеют обрывать серию вот так!?

Разбор персонажа Жун Сюя был действительно очень хорошим. Четвёртый эпизод больше не касался истории любви Бая Миндэ и Лян Линхуэй, а описывал «битву» между Хо Си и Баем Миндэ. Вот почему в этом эпизоде у Хо Си было так много сцен.

Поначалу зрители лишь догадывались, что «Маршал Хо - жестокий и безжалостный человек», но они никогда не видели подтверждений этому. Однако в этом эпизоде они смогли во всей красе увидеть безжалостного, решительного и хладнокровного Маршала Хо.

После этого их единодушной реакцией было:

— Чёрт возьми! Какой красивый!

Таким образом, число голосов за Хо Си резко возросло, увеличившись на три тысячи.

Ло Чжэньтао понизил голос и прошептал:

— Опрос заканчивается сегодня… Может быть, Вы ещё успеете обойти Ханя Янхао.

Услышав это, Жун Сюй слегка приподнял бровь и не ответил.

***

До окончания съемок «Западни» оставалось всего три дня, и сегодняшняя сцена должна была стать последней с участием Жун Сюя. Все остальные его сцены уже были отсняты. После того, как он закончит съёмки, он мог получить свой красный конверт Яцзын и официально покинуть Город Кино и Телевидения Сяншань.

Вероятно, из-за того, что сегодня был последний день съёмок Жун Сюя, многие члены команды мило улыбались и здоровались, когда сталкивались с ним на площадке. Инцидент с Ханем Янхао сделал команду более сплочённой; они чувствовали, что им близок этот новичок Жун Сюй, потому что Хань Янхао издевался и над ним.

Когда Жун Сюй прибыл на съёмочную площадку режиссёр Чжэн был занят беседой с Чжан Тунтун. Помощник режиссёра Ли подошёл и с улыбкой сказал:

— Жун Сюй, Вы ещё помните того парня, что встречал вас в аэропорту два месяца назад?

Юноша был слегка озадачен, но, немного, подумав, ответил:

— Помню... Его звали Сяо Ли?

Помощник режиссёра Ли засмеялся:

— Я не думал, что Вы всё ещё помните его! Вероятно, он будет очень рад узнать об этом. На самом деле он мой сын, и у него сложилось о Вас очень хорошее впечатление. Поначалу он должен был тоже проходить стажировку в нашей команде (в полевой службе), но, к сожалению, на четвертый день пребывания Ханя Янхао на площадке мой сын подал ему чашку латте. Он не смог найти Мокко, которое любил Хань Янхао, и всё закончилось тем, что этот гад обозвал моего сына бесполезным. Моя жена узнала об этом и запретила мне продолжать истязать нашего ребёнка, поэтому ему пришлось уволиться.

Жун Сюй немного повлиял на этот инцидент, но он никогда не думал, что стажёром, который взял на себя инициативу уволиться, был Сяо Ли.

Помощник режиссёра Ли серьёзно посмотрел на Жун Сюя, и улыбка медленно сползла с его лица. Он серьёзно сказал:

— Большое спасибо! Пожалуйста, продолжайте свой рост.

Жун Сюй улыбнулся и кивнул.

Вот, почему он смог так легко спровоцировать помощника режиссёра Ли рискнуть работой и использовать официальный аккаунт команды для публикации поста о краудфандинге? У всего есть причина и следствие. Причиной стал инцидент с Ханем Янхао, и эту «стену», в результате, разрушили все остальные.

Но, как бы там ни было, вскоре после этого начались съёмки последней сцены Жун Сюя.

Взглянув на «свою» временную тюрьму, юноша сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Когда он снова открыл глаза, его взгляд уже был  холодным и безразличным. Несмотря на то, что он был одет в простую и грубую тюремную форму, его волосы были грязными, а на лбу красовалась незажившая рана, он продолжал источать чувство достоинства.

Жун Сюй подошёл к стене и сел на пол.

В следующий момент режиссёр Чжэн крикнул: «Мотор!», и съёмки последней сцены Хо Си были официально начаты!

С первого и до самого последнего эпизода у зрителей успело сложиться впечатление, что Хо Си чрезвычайно жесток: он всегда носит военную форму и блестящее пальто из меха куницы, развивающееся на ветру; всегда держится холодно и отстранённо.

Тем не менее, в самом конце он должен был предстать перед зрителями в старой ветхой тюремной форме, одиноко сидя в мрачной, холодной и мокрой тюремной камере, ожидая пожизненного приговора.

Каким гордым и устрашающим он был раньше, и как теперь он жалок и потрёпан.

В объективе камеры Жун Сюй прислонился к грязной стене, молча опустив голову, словно глубоко задумавшись. Его лицо не выражало никаких эмоций, а члены команды, стоявшие сбоку, необъяснимым образом чувствовали, что он опустошён и мрачен.

Вероятно, это означало, что то, кто победил – король, а поражение – участь неудачника.

В сценарии говорилось, что Хо Си оставался в камере три дня, и в это время ничего не ел и не пил. В этот период к нему приходил Бай Минде.

Бай Миндэ уже стал старшим офицером города Пин. Многие его товарищи погибли от руки Хо Си, однако Глава решил не выносить Хо Си смертный приговор, из-за чего он чувствовал себя обиженным и возмущенным.

Трёх дней в тюрьме было достаточно, чтобы этот красивый и холодный маршал заметно истощал.

Сегодняшняя сцена была последней для Жун Сюя. Он сидел в том же положении, что и днём ранее. Гримёр наложила ему тяжёлые тёмные тени, сделав его щеки впалыми, с выпирающими скулами. Так создавалась иллюзия, что он стал намного худее. Он смотрел в пол и не двигался. Он простоял там 3 дня и три ночи, и лишь утром четвёртого дня, когда первые лучи утреннего солнца пробились сквозь маленькое окно камеры, он внезапно пошевелился!

Сначала он медленно поднял голову, словно старик, молча подняв глаза и прищурившись, глядя на  свет.

Затем он тихо рассмеялся, как будто увидел что-то по ту сторону этого света. Внезапно на его лице появилась лёгкая тоска, которая медленно превращалась в печаль; улыбка исчезла с его губ. В конце концов, он тихо вздохнул и обвёл взглядом камеру, которая должна была стать для него ловушкой на всю жизнь.

Сейчас ему было всего двадцать четыре года. Впереди были ещё десятилетия жизни.

Спокойно глядя на грязные пятна на потолке, он слегка нахмурился. Он слегка приоткрыл рот, словно собираясь что-то сказать, но тут же закрыл его. Он простоял так ещё какое-то время, после чего вдруг быстро проглотил капсулу с ядом, которая всё это время была спрятана в его зубах.

Тёмно-красная кровь стекла с его губ. Впервые за долгие дни Хо Си расслабил спину и прислонился к стене.

Режиссер Чжэн, который наблюдал за происходящим по монитору, не мог отвести от него глаз. Он заметил, как тело Жун Сюя внезапно обмякло, а глаза медленно застыли. Это было шокирующее, ужасное зрелище. Когда красная кровь стекала по светлой коже, режиссёр, сам не зная почему, почувствовал боль в сердце.

В следующий момент Жун Сюй медленно опустил голову, полностью лишившись сил.

На этом сцена закончилась.

***

Это была сцена самоубийства, длящаяся не более минуты, и Жун Сюй справился с ней за один дубль, ничего не переснимая.

Позже, команда добавила в эту сцену некоторые воспоминания, будто, когда Хо Си решился на самоубийство, он увидел перед глазами то самое великолепное грушевое дерево. Подул ветер, и белые лепестки, словно хлопья снега, медленно приземлились на землю. Он, одетый в холодную военную форму, медленно шагал к дереву. Подняв голову, он увидел, что ОНА всё ещё сидит на дереве.

Лян Линхуэй, которую играла Чжан Тунтун, улыбнулась и помахала ему, громко крикнув:

— Хо Си!

Её глаза были полны любви, как будто она действительно стала его настоящей женой, и всех этих разногласий не было. Будто не было того вечера, когда он нервно готовился войти в их новую спальню, а Лян Линхуэй без устали молилась, шепча себе под нос одно-единственно предложение: «Что мне делать, если он на самом деле придёт?»

Вот почему в их первую брачную ночь он медленно убрал руку с дверной ручки, а затем повернулся и ушёл.

Если она не хочет, он никогда не станет заставлять её. У него тоже была гордость.

Таким был Хо Си.

После того, как режиссёр Чжэн ещё раз пересмотрел отснятое видео и громко закричал «Снято!», вся команда внезапно разразилась громкими аплодисментами. Помощник режиссёра Ли подошёл  вручил Жун Сюю букет цветов в честь завершения им съёмок. Такое поведение было вполне нормальным. Когда вчера И Лань закончила снимать свою финальную сцену, помощник режиссёра Ли также вручил ей букет от лица всей команды.

Жун Сюй принял букет и заулыбался, принимая поздравления коллег.

Вскоре несколько старших членов команды подбежали, чтобы вручить ему красные конверты. Режиссёр Чжэн дал самый толстый, помощник режиссёра Ли вручил чуть поменьше. Затем к нему подходили помощник режиссёра Ван, сценарист, руководители всех групп... и, наконец, актриса, играющая главную женскую роль – Чжан Тунтун – тоже вручила Жун Сюю свой красный конверт.

Жун Сюй улыбнулся:

— Чжан цзе, это можно считать последним кусочком тепла, которое дала мне Лян Линхуэй?

Чжан Тунтун всё ещё была одета в платье Лян Линхуэй, и её грим также ещё не был снят. Услышав это, она улыбнулась и обняла Жун Сюя, прошептав:

— Она не выбрала тебя, но я выбираю. — Подобное признание не могло не удивить Жун Сюя, но Чжан Тунтун тут же объяснила. — Я бы выбрала Хо Си.

Жун Сюй улыбнулся и кивнул.

Где-то он это уже слышал?

Жун Сюй не помнил, но когда он снимался в «Борьбе за превосходство», главная героиня Тан Мэнлань тоже сказала ему на ушко что-то подобное: «Сяо Сян тебя не выбрала, но я выбираю тебя, ВаньЦи Яо».

Ночью Жун Сюю нужно было вылетать в город В, поэтому на этот раз он не присоединился к остальным и не поужинал вместе со всеми. Помимо Ханя Янхао, который не пришёл попрощаться, в этот день на площадке не присутствовали и некоторые старшие члены команды и актёры. Однако они обменялись с Жун Сюем контактными данными и позвонили ему, чтобы сказать: «Этот период был очень приятным. Я надеюсь, что в будущем у нас ещё будет возможность посотрудничать».

В одиннадцать часов ночи Жун Сюй направился в аэропорт Шуше, где дожидался своего самолёта в зале ожидания.

В аэропорту было не людно. Жун Сюй, в солнцезащитных очках и маске, тихо сидел в углу, делая что-то на своём телефоне. Его внешность была самой обычной. Помимо высокого роста и темперамента, которые отличали его от других людей, он ничем не выделялся, поэтому никто не обращал на него внимания.

Только перед посадкой Жун Сюя узнали двое фанатов и взяли у него автограф. Две маленькие фанатки были очень взволнованы, энергично восклицая:

— Жунжун, мне очень нравится Маршал Хо! Очень! Вы должны сделать всё возможное, чтобы наш любимый Маршал стал Главнокомандующим! Прекрасный Главнокомандующий Хо!

Жун Сюй не смог удержаться от смеха.

Две девушки завизжали еще более взволнованно.

Когда фанатки ушли, одна из них с грустью сказала второй:

— Жаль, что Маршал Хо занял в опросе второе место… Ему не хватило всего сотни голосов, чтобы обойти Бая Миндэ. Чёрт, я даже заставляла своих друзей голосовать за маршала Хо, но мы всё равно проиграли…

— Даже не напоминай… Я зарегистрировала больше двадцати аккаунтов!

— Ух ты! Больше двадцати? А за кого ты голосовала?

— За Маршала, конечно!

Две девушки постепенно удалялись, а их голоса медленно затихали. Жун Сюй молча открыл официальный аккаунт «Западни» в Вэйбо и обнаружил, что опрос официально завершился в полночь.

Спустя целую неделю опрос, в котором могли принять участие только фанаты, был закрыт.

Бай Миндэ: 16.514 голосов.

Ху Си: 16.423 голоса.

Да, к вечеру у Жун Сюя было всего 12 тысяч голосов, а у Ханя Янхао – более 15 тысяч. Но к полуночи, за эти короткие шесть часов, голоса за Жун Сюй неожиданно выросли на четыре тысячи, но и Хань Янхао тоже неожиданно набрал более тысячи голосов и, в итоге, остался на первом месте.

Так внезапно прибавилось четыре тысячи голосов всего за шесть часов? Многие люди усомнились бы в этих результатах.

Однако на этот раз, хотя некоторые люди действительно ставили результаты опроса под сомнение, у них имелись вопросы совсем не к Жун Сюю… а к Ханю Янхао!

«Наш план голосования на этот раз заключался в максимальных усилиях в последний час. У нас есть семь фанатских групп Маршала, в которых состоит примерно четыре тысячи человек. В последний час мы все проголосовали за Маршала, дав ему более трёх тысяч голосов за раз. Извините меня, фанаты Ханя Янхао, но как вы смогли набрать тысячу голосов за последние пять минут? Ой… подождите-ка! Он набрал тысячу голосов за последние ТРИ минуты!»

«Слишком неестественно! Разве вы, ребята, не могли потратить немного больше на покупку фейков? Все они комментируют «Бай Миндэ красив и мудр, мне так нравится Бай Миндэ ^ _ ^ »; них даже смайлики одинаковые. Их так много, что меня тошнит. Я нашла уже более сорока подобных комментариев, посмотрите сами». [фото] [фото] [фото]…

«Наши три тысячи голосов поступили с наших ЛИЧНЫХ учетных записей Вэйбо. Эти аккаунты часто используются. Мы не боимся проверок. А теперь взгляните на статистику этих фейков, с помощью которых накрутили голоса! Даже дураку понятно, что это накрутка!»

«Я протестую! Первое место заслуженно принадлежит моему Маршалу».

В последние годы то, как проходили различные голосования фанатов, тоже было своего рода  войной.

Никто, вероятно, не подумал бы, что на самом деле найдутся фанаты, которые будут использовать тактику и составлять планы ради какого-то мелкого опроса. В основном людей интересовали всякие конкурсы талантов - когда участники доходили до финала, их фанаты разрабатывали подробный план голосования.

Вы действительно думаете, что если у вас есть деньги, вы сможете купить первое место для своей звезды в любом конкурсе?

Нет!

Если у вас есть несколько десятков сотен миллионов, и вы, не стесняясь, будете вкладывать все эти деньги, кто тогда станет победителем? Это была игра.

На ранней стадии голосования более опытные поклонники пробовали все возможные способы поиска информации о приблизительном количестве голосов, полученных в ходе предыдущих опросов «противника». Примерно в середине периода они должны были придумать план в соответствии с опубликованным количеством голосов и «приберечь» несколько голосов, которые затем внезапно «вывалить», чтобы победить в самую последнюю минуту. Чья информация будет более точной, кто «прибережёт» большее количество голосов, и чей план будет более безупречным, – тот и победит.

Это была психологическая и информационная война; такие умные и расчётливые фанаты были благословением для любой звезды. В конце концов, каждый из них мог зарегистрироваться под новой учетной записью и проголосовать ещё раз. Всего за одну неделю никто не мог зарегистрировать несколько тысяч учетных записей, поэтому это не выходило за рамки правил – регистрация нескольких учетных записей не была критична.

Но если вы шли на сайт «Алимама», чтобы купить там накрученные голоса, – это уже было нарушением!

Вы могли без труда купить несколько сотен тысяч фейковых аккаунтов!

Могут ли фанаты собственными усилиями зарегистрировать ТАКОЕ количество фейковых аккаунтов? Конечно же, нет!

Таким образом, с одной стороны был тактически проработанный способ «обмана», а с другой - использование безмозглых машин для накрутки.

Инцидент Ханя Янхао с «накрученными голосами» внезапно подскочил до 40-го места в списке трендов. Бесчисленные фанаты не спали ночами, пытаясь найти доказательства того, что голоса Ханя Янхао куплены, и делали скриншоты каждого подобного голоса, найдя, в общей сложности, не менее восьмисот!

Такая настойчивость вызывала у всех наблюдателей бесконечное удивление: «Эти поклонники по-настоящему любят своего кумира, ах!»

Эти маленькие сёстры пока что могли быть обычными поклонницами Жун Сюя, но они уже стали преданными до смерти фанатками Хо Си.

Они сердито размещали эти скриншоты в Интернете и с негодованием критиковали накрутку: «Хо Си – самый популярный персонаж «Западни»! Мы отказываемся принимать любой другой результат; мы просто оставим здесь доказательства победы Хо Си!»

***

Жун Сюй лишь взглянул на результаты опроса и сразу сел на самолёт обратно в город В. К тому времени, как он сошёл из самолета, было уже три часа утра. Ему вообще было не до телефона; даже Ло Чжэньтао был слишком сонным, чтобы следить за какими-то комментариями. Он просто подвёз и Жун Сюя домой и перед отъездом сказал:

— Собирайте вещи. Завтра Вы уже можете переезжать, Сяо Сюй.

Жун Сюй мягко кивнул и вернулся в квартиру Цинь Чэна. Он даже не обратил внимания на туфли, стоящие на полке для обуви в прихожей, и пошёл прямиком в свою спальню, где сразу же рухнул на кровать и заснул.

На следующее утро Жун Сюй проснулся от назойливого телефонного звонка. Он поднял трубку, когда учуял носом запах еды.

Немного освежив свой разум, Жун Сюй сонно ответил:

— Алло?

На другом конце провода был взволнованный Ло Чжэньтао:

— Ваши фанаты ругаются в интернете с фанатами Ханя Янхао!

Жун Сюй тихо спросил:

— Что случилось?

Ло Чжэньтао тут же ответил:

— Я не смогу рассказать Вам всё сразу. Зайдите на Вэйбо, и сами всё узнаете.

Жун Сюй нахмурился и задумался, когда снова услышал извиняющийся голос Ло Чжэньтао:

—  И ещё кое-что… Сяо Сюй, сегодня Вы не переезжаете… Я только что узнал, что хозяин  продал эту квартиру! Он даже не предупредил меня заранее! Это такое свинство! Я позвонил другому арендодателю, который был заинтересован в сдаче квартиры, но… он тоже продал её! Я даже не знаю, что происходит! Может, цены на жильё в городе В внезапно упали? Раз уж квартиры стали так хорошо продаваться… Но не волнуйтесь. Сегодня я продолжу поиски… Мне очень жаль.

Сонливость Жун Сюя медленно проходила. Он хотел сказать Ло Чжэньтао, что всё в порядке, и что он может не спешить искать ему новое место, как вдруг услышал стук в дверь.

*Тук-тук-тук*

— Я принёс завтрак. Ты не спишь?

Голос был глубоким изящным, словно сладкий звук виолончели. Тело Жун Сюй резко напряглось. Всю сонливость как рукой сняло.

Цинь Чэн был дома?!

Войдя в светлую просторную столовую, Жун Сюй быстро уселся за стол и окинул взглядом роскошный завтрак.

От каши и нескольких гарниров до хлеба и молока, от макарон и пиццы до суши и кимчи – огромный обеденный стол был заставлен этой ослепительной «дорожкой» из блюд от края до края. Жун Сюй нерешительно посмотрел на стол, на котором были собраны всевозможные блюда разных стран. На мгновение он засомневался: дома он или... на вечеринке?!

Красивый мужчина с равнодушным лицом протянул ему миску каши, и Жун Сюй быстро принял её.

Цинь Чэн опустил глаза; его взгляд был бесстрастным, когда он небрежно сказал:

— Я просто случайно купил несколько блюд. Ты должен хорошо питаться.

Жун Сюй:

— …

«Случайно... Действительно, выглядит очень случайно...»

Хотя в глубине души он понятия не имел, о чём думает другой человек, Жун Сюй продолжал спокойно есть свой завтрак. С самого начала и до конца он ел только китайские блюда и не трогал ничего остального. Цинь Чэн всё это время спокойно пил кофе, не издавая ни звука; Жун Сюй тоже молчал, решив, что у хозяина квартиры есть правило «не разговаривать во время еды».

Итак, Жун Сюй, естественно, не замечал, что куда бы ни направлялась его палочка, взгляд мужчины постоянно следовал за ней. Иногда он даже бормотал себе под нос: «Он возвращался к этому блюду уже три раза… ему действительно нравится?»

Но всякий раз, когда Жун Сюй случайно смотрел на него, он быстро отворачивался, постукивая левой рукой по столу, а правой держа белую фарфоровую кофейную чашку и время от времени делая глоток.

Хотя завтрак и был очень вкусным, Жун Сюй физически не смог бы съесть всё это. Окинув взглядом оставшуюся еду, Жун Сюй почувствовал себя немного расстроенным, хотя его и нельзя было назвать экономным человеком.

Как будто поняв, о чём думает юноша, Цинь Чэн спокойно объяснил:

— Я передам остатки Сюй Цзиню; он – любитель поесть.

Жун Сюй был удивлён:

— Так много?

Цинь Чэн кивнул:

— Так много.

Его тон был спокоен, а выражение лица ничуть не изменилось.

Жун Сюй:

— …

«Вы действительно хотите сказать, что у топ-менеджера «ХуаСя Энтертейнмент» такой большой аппетит…?»

В конце концов, пока он жил в чужом доме, он не имел права жаловаться. Поэтому в конце завтрака Жун Сюй взял на себя инициативу вымыть посуду и помочь убрать со стола. Он улыбнулся Цинь Чэну и сказал:

— Сначала я все заверну; после Вы можете сразу отдать всё это мистеру Сюй.

Цинь Чэн:

— Хорошо...

Атмосфера в комнате снова стала напряжённой.

Жун Сюй уже успел понять, что Цинь Чэн – человек, который не любит много говорить. Но сегодня он просто обязан был рассказать ему кое о чём.

Подумав немного, Жун Сюй перешёл сразу к делу, повернувшись к Цинь Чэну и сказав:

— Я должен извиниться перед Вами. Поначалу я нашёл квартиру рядом с компанией, но её хозяин почему-то внезапно продал её... Так что я не могу съехать сегодня, и буду вынужден ещё какое-то время побеспокоить Вас.

Когда эти слова прозвучали, Жун Сюй увидел, как Цинь Чэн поднял голову и удивлённо посмотрел на него.

Увидев удивлённое выражение мужчины, Жун Сюй почувствовал себя ещё более смущённым. Он ведь в прошлый раз так торжественно пообещал ему, что съедет, а теперь всё вдруг сорвалось, и ему по-прежнему нужно было причинять ему неудобства…

Пока Жун Сюй думал о том, что «всё же будет лучше, если я съеду как можно скорее», он вдруг услышал, как Цинь Чэн что-то пробормотал про себя, а потом сказал:

— Тогда как насчёт того, чтобы просто снимать мою квартиру?

Жун Сюй переспросил:

— Снимать Вашу квартиру?

— В этой квартира есть три спальни, и она полностью оборудована всем необходимым. Я отсутствую дома почти круглый год; даже сегодня днём у меня самолёт в Америку. Ты можешь спокойно оставаться здесь; этот район очень безопасен, — немного помедлив, Цинь Чэн продолжил, — Если мама снова спросит меня о тебя, я также смогу дать ей хороший ответ…

Жун Сюй не нашёл в этом ничего необычного, и всерьёз задумался над этим предложением.

Цинь Чэн уже предлагал ему такой вариант в прошлый раз. Тогда он думал, что уже нашёл себе хорошее место, поэтому не стал его даже рассматривать. Действительно, эта квартира имела лучшую безопасность среди всех других зданий, расположенных рядом с «ХуаСя Энтертейнмент», а также была очень удобной и располагалась в тихом и уютном районе.

Поразмыслив некоторое время, Жун Сюй решил принять это предложение.

Как только он согласился, Цинь Чэн вздохнул с облегчением. Однако Жун Сюй тут же сказал:

— Тогда давайте установим арендную плату. Я  буду платить Вам в соответствии с рыночной ценой. Для Цинь Чэна эти деньги могли быть каплей в море, но Жун Сюй всё равно должен был заплатить.

Цинь Чэн сказал:

— Что бы ты ни решил, я согласен.

Как только он договорил, его лицо снова стало немного чопорным.

Вскоре после этого Жун Сюй вернулся в свою комнату, чтобы переодеться; он собирался направиться прямиком в компанию. Когда он вошёл в свою спальню, Цинь Чэн медленно сел на диван. Он поднял левую руку и потёр висок, опустив голову.

«Вообще-то, тебе не обязательно постоянно упоминать свою мать...»

«На самом деле, ты не имеешь права брать с него деньги…»

Впервые в жизни «Император Кино» возненавидел свои хорошие актёрские способности, которые не позволяли юноше обнаружить его истинные эмоции и странности в его поведении.

Жун Сюй в это время быстро спустился вниз, даже не догадываясь, что мужчина, оставшийся в квартире, впал в глубокую депрессию и чувствовал крайнее раскаяние.

Некоторые люди были как утки, чей клюв продолжал упрямо сопротивляться даже после смерти. Их рот постоянно лгал, даже когда тело оставалось честным. Очевидно, что он только что купил две дорогие квартиры - по совпадению, продавцы были теми же людьми, с которыми недавно общался Ло Чжэньтао;  а теперь он вдруг показал Жун Сюю такое «крайнее удивление»…

Позже, когда Жун Сюй обнаружит, что под именем Цинь Чэна значится две очень знакомых ему квартиры... будет интересно взглянуть на его реакцию.

***

После того, как Ло Чжэньтао сел в машину, он поехал в «ХуаСя Энтертейнмент».

Как только они встретились, Жун Сюй рассказал ему об аренде. Первой реакцией Ло Чжэньтао было:

— Жить вместе с Цинь Чэном... всё будет хорошо?

Жун Сюй слегка улыбнулся:

— У нас обычные отношения «арендодателя-арендатора», какие могут быть проблемы?

Ло Чжэньтао на мгновение задумался:

— Да, в таком случае мне не нужно продолжать искать Вам новое место. Квартиры возле компании дороги и немногочисленны; большинство из них расположены в деловых районах. Этот район уже лучший. Вам также не нужно будет беспокоиться о папарацци, если Вы будете жить здесь. После того, как Вы купите свою собственную квартиру, Вы можете уехать.

Жун Сюй кивнул в знак согласия.

Вскоре Ло Чжэньтао упомянул об инциденте с «покупкой голосов» в опросе.

Многие команды еженедельных сериалов часто устраивали на своих страницах опросы во время выхода в эфир их драматических сериалов. Темой мог стать любимый персонаж или любимая сцена зрителей. Все зрители знали, что такого рода опросы часто влияли на развитие и окончание сериала, поэтому их голоса были чрезвычайно важны.

Более того, самым популярным актёром «Западни», несомненно, был Хань Янхао, который уже давно был популярным; все остальные актёры были новичками, которые только-только вошли в круг развлечений.

Так что в этом случае то, что Хань Янхао, как главный герой и самый популярный актёр сериала, займёт первое место, было само собой разумеющимся. Вот почему, когда поклонники Ханя Янхао увидели, что он опережает Жун Сюя более чем на три тысячи голосов за час до окончания голосования, они понизили свою бдительность и не суетились.

Их было больше, а у Жун Сюя было всего несколько поклонников. Независимо от того, сколько аккаунтов они зарегистрируют, они никак не могли опередить их, поклонников Ханя Янхао. Они могли легко задавить этих жалких фанатов своим числом!

Однако в самый последний момент планы фанатов Жун Сюя увенчались успехом, и фанаты Ханя Янхао в шоке наблюдали за тем, как число голосов Жун Сюя постепенно увеличивается и постепенно превышает голоса их кумира. В это время в голосование вмешалась «армия фейков»; они даже использовали машину для регистрации и голосования.

В настоящее время в сети шла настоящая война: поклонники Жун Сюя проклинали поклонников Ханя Янхао, называя их бесстыдными и нечестными пользователями Алимамы!

«Результат несправедливый – надо переигрывать!»

Люди были удивлены тем, какими наглыми и высокомерными были фанаты Ханя Янхао!

«Вы говорите, что это всё фэйки с Алимамы, да? Маленький призрак осмелился противостоять А Хао моей семьи?!»

«Мой кумир – главный мужской герой, а ваш кумир довольствуется ролью второго плана. Не много  ли вы о себе возомнили? Заткнитесь».

«Единственный, кто нравится главной героине, – это А Хао моей семьи. Количество экранного времени А Хао в последних четырёх сериях в разы превосходит вашего Жуна. Разве он не обычный симпатичный мальчик? Его актёрские навыки настолько плохи, что мне тяжело на это смотреть. Он может только красоваться, и ему ещё недостаточно второго места?»

Доказательства уже были перед ними, но эти чёртовы фанаты всё равно осмеливались притворяться слепыми!?

Большинство фанатов Жун Сюя изначально держались довольно хладнокровно; им было попросту лень тратить своё время на споры с этой кучкой безмозглых фанатов. В любом случае, даже если они и купили голоса, чтобы завоевать первое место в опросе, «Хо Си» всё равно опережал «Бая Миндэ» более чем на треть в списке трендов. Это как раз называлось «ощутимым достижением». Жун Сюй действительно хорошо играл и был очень красив. Многие пользователи сети писали:

«Западня довольно хороша, как и игра Маршала Хо… Я постоянно чувствую себя немного напуганной, когда он появляется на экране».

В сериале «Западня» Хо Си был правильным и достойным «злодеем». Если зрители испытывали при виде него «страх», значит, он очень хорошо отыгрывал свою роль. Руки Маршала семьи Хо изначально были запятнаны кровью, а человеческая жизнь была для него ничем. Даже когда он встречался со своей любимой женщиной, он никогда не снимал свою равнодушную и жестокую маску.

Поэтому, когда они увидели, как бесстыдно поклонники Ханя Янхао игнорируют доказательства липового голосования, все поклонники Жун Сюя просто взорвались.

«Что, простите?! Человек, купивший голоса, на самом деле смеет оскорблять честного актёра?!»

«На самом деле, твоему бесстыдству нет равных в мире. Если тебе этого не известно, это совсем не значит, что в мире нет сериалов, где актёры, играющие роли второго плана являются более популярными, чем ведущие актёры. Просто потому, что игра твоего кумира не так хороша, как игра Жун Сюя, ты смеешь оскорблять его!? Ой… подожди-ка! Ты, вероятно, даже не знаешь, что такое мозг!».

«Вау, оказывается, если у тебя главная роль, то ты великолепен! ^ _ ^»

«Дорогая, потряси немного своей пустой головой… Слышишь шум моря? ^ _ ^»

«Что, теперь вам нечего сказать? Как странно ^ _ ^»

...

У китайцев есть одна старая поговорка: «Нельзя бить улыбающегося человека».

Теперь, всякий раз, когда поклонники Жун Сюя оставляли комментарии, они добавляли в конце предложения эмодзи «^ _ ^». Вообще, это лицо должно было быть дружелюбным, но для фанатов Ханя Янхао оно было чрезвычайно саркастичным. Они не могли аргументировано спорить с фанатами Жун Сюя, поэтому им оставалось только проклинать их и обзывать Жун Сюя «бесполезным, бесстыдным, никчёмным Маленьким Призраком» и писать, что его актёрская игра настолько отвратительна, что единственный путём, которым он мог попасть в этот сериал, была постель.

В эти дни хэштег #ГолосованиеЗападня занимал 20-е место в списке трендов Вэйбо

Многочисленные пользователи соцсети кликали по нему, чтобы посмотреть на «улыбку» фанатов Жун Сюя и безумные оскорбления фанатов Ханя Янхао, которые перешли уже все границы. Многие люди нахмурились; был и такие, кто говорили: «Не слишком ли Хань Янхао обнаглел? Так поступать с новичком, очерняя его?»

Очернение. Оно должно было помешать новичку стать известным.

В кругу развлечений было так много поклонников. Чтобы кто-то стал популярным, он должен был «украсть» чужие ресурсы в лице их поклонников. Вполне вероятно, что некоторые звезды могли быть популярны в течение определенного периода времени, но из-за внезапного роста популярности другой звезды они отходили на второй план и затухали.

Поэтому некоторые фанаты звёзд намеренно пытались очернить многообещающих новичков, говоря, что они прибегали к пластической хирургии, что у них ужасная актёрская игра, что они спят с продюсерами и т. д. В общем, делали всё, чтобы не дать им стать популярными.

У некоторых людей действительно было тёмное прошлое, но многие из новых артистов были чисты, а фанаты всё равно продолжали придумывать клевету из воздуха.

Масштабы этой «виртуальной войны» становились всё больше; в неё уже ввязались даже  поклонники Чжан Тунтун и И Лань, периодически что-то комментируя.

К вечеру на официальном аккаунте «Западни» в Вэйбо, наконец-то, опубликовали новый пост:

«Опрос был простым голосованием. Поздравляем Жун Сюя и И Лань с тем, что они закончили своё участие в съёмках! Уже через две сцены мы сможем поздравить с этим и Чжан Тунтун!»

Этот пост был составлен очень умно. Они все уже закончили съёмки; так какой был смысл в результатах голосования? Могли ли они как-то повлиять на сюжет?

Увидев этот пост, Жун Сюй скривил губы и репостнул его, подписав:

Жун Сюй: «Теперь вы, ребята, должны вести себя хорошо. ^ _ ^ //репост»

Его комментарии тут же затопили бесчисленные поклонники..

«233333! Мы всегда были очень хорошими, ^ _ ^»

«Я подпрыгну и чмокну маршала =3. О, нет, это неправильно, здесь должно быть эмодзи  ^ _ ^»

«Удивительно, Жунжун сделал ещё один пост! Мы просим красивую фотографию, просим селфи! Я тоже хочу быть модным ^ _ ^»

***

В это время в столичном аэропорту холодный и равнодушный человек сидел в VIP-зале ожидания, ожидая посадки на самолёт. Цинь Чэн был слегка ошеломлён, когда увидел специальное уведомление на экране своего телефона. Он поспешно открыл его, чтобы посмотреть.

Когда он увидел, что это не селфи, в его глазах промелькнуло разочарование.

Но когда он прочитал пост, он молча улыбнулся, тихо прошептав:

— Я был… очень хорошим.

Затем он быстро репостнул эту запись, добавив комментарий.

«Паста с семянами лотоса с апельсиновой начинкой: Я была очень хорошей! Ти -хи =3 //репост»

Поклоннице женского пола было легче влиться в круг поклонников и получать точную информацию о своих кумирах.

После того, как Цинь Чэн «отыграл» милую поклонницу, он бесстрастно убрал свой телефон и сел в самолёт.

Жун Сюй, который только что вернулся в квартиру из офиса компании, внезапно задрожал, неожиданно почувствовав необъяснимый холод. Он быстро вбежал в тёплую комнату, и только тогда смог вздохнуть с облегчением.

Эпизод, вышедший сегодня вечером, был уже пятым эпизодом «Западни», и он должен был вот-вот начаться.

В пустой гостиной стройный и симпатичный юноша сидел на диване, обнимая себя за ноги и молча наблюдая за «Западнёй». Посмотрев эпизод некоторое время, он переключился на другой канал.

Эта квартира была очень большой: когда он находился в ней один... ему было немного холодно.

Сам не зная, почему, Жун Сюй вдруг почувствовал себя одиноким. Аренда этой квартиры на самом деле была неплохой идеей.

Эти мысли ненадолго задержались в голове Жун Сюя – он продолжил смотреть разные шоу. Он внимательно смотрел шоу, потому что через три дня он снова должен был покинуть город В вместе с командой «Борьбы за превосходство» и принять участие в продвижении этого крупного сериала, который должен был увидеть свет уже в следующем месяце.

В отличие от его прошлой жизни, большинство шоу этого мира транслировались в прямом эфире. Помимо реалити-шоу, которые требовали постредактирования и не могли транслироваться в прямом эфире, все остальные развлекательные программы транслировались в режиме реального времени.

Первым шоу, которое выбрала команда «Борьбы за превосходство», было самое популярное в Китае шоу «Очень интересно», которое также транслировалось в прямом эфире.

«Очень интересно» имело самые высокие рейтинги среди шоу в его временном интервале, и выходило каждую субботу вечером на Помидорной Станции. Оно было чрезвычайно популярно. В шоу было трое ведущих: двое мужчин и женщина. Все трое были лучшими ведущими Китая, и у каждого из них имелись свои собственные шоу.

Превосходные ведущие в сочетании с забавными и интересными играми и интервью – «Очень Интересно» была главной передачей, в которой хотели засветиться перед своим релизом многие большие фильмы.

На третий день после окончания съёмок «Западни» Жун Сюй приехал в Наньчэн.

Съёмки «Борьбы за превосходство» завершились ещё два месяца назад, и сегодня до выхода в эфир осталось уже всего две недели. В течение этих двух недель Жун Сюй должен был участвовать вместе с командой сериала в четырёх программах, и не собирался возвращаться в Город В до следующей недели.

Когда Ло Чжэньтао получил сообщение об этом от команды, он был очень удивлён:

— Похоже, режиссёр Го очень ценит вас. Сяо Сюй, вы всего лишь второстепенный персонаж, но он всё же включил Вас в список участников четырёх программ, которые помогут Вам получить известность. Это хороший шанс для нас: если Вы хорошо покажете себя в шоу, мы без труда сможем привлечь больше поклонников.

Это Жун Сюй прекрасно понимал и сам.

Было очень легко распиариться с помощью телевизионных шоу и быстро завоевать поклонников, но возможность удержать этих поклонников всё-таки зависела от вас самих. Вот почему, прежде чем приехать сюда, Жун Сюй специально посмотрел почти все прошлогодние эпизоды этого шоу: так он смог получить общее представление о том, как проходит шоу, и в каком стиле его ведут.

Но когда он прибыл на съемочную площадку, помощник режиссёра подошёл и просто вручил ему сценарий.

Ло Чжэньтао выглядел немного неловко, но Жун Сюй спокойно принял его. Помощник режиссёра, очевидно, не ожидал, что он будет так спокоен, поэтому объяснил:

— В прямом эфире очень часто возникают неприятности, поэтому составляется общий сценарий. До начала трансляции ещё час, Вы можете отдохнуть в гостиной и подучить сценарий.

Элегантный и яркий юноша слегка кивнул и улыбнулся:

— Хорошо.

При виде Жун Сюя глаза помощника режиссёра сверкнули. Он внимательно изучал Жун Сюя ещё какое-то время, а потом рассмеялся и сказал:

— На самом деле, Вам не нужно запоминать его слово в слово. Мы просто обеспокоены тем, что, поскольку Вы новичок, для Вас или для нашей команды будет не очень хорошо, если Вы скажете во время прямой трансляции что-то лишнее.

Жун Сюй понимал это:

— Спасибо, я понимаю.

Помощник режиссёра улыбнулся и ушёл.

Даже если бы он не упоминал об этом, Жун Сюй и сам прекрасно знал, что если он взболтнёт лишнего, это будет плохо для этой программы.

Требования к программам, выходящим в прямом эфире, были чрезвычайно высокими. Если принимать во внимание тот факт, что новичок должен был впервые выступать в прямом эфире, было вполне естественно, что команда программы была обеспокоена. Он не обижался на них; в конце концов, никто не поверил бы, что в таких программах нет сценария, и гостям позволяется полностью импровизировать.

Изучив сценарий, Жун Сюй ознакомился с общей темой шоу и ролью каждого гостя.

Когда Ло Чжэньтао увидел, как быстро и спокойно Жун Сюй принял «негласные правила» круга, он был немного удивлён, но не стал ничего говорить.

Час прошёл быстро. Тан Мэнлань, Е Цяо и Дун Чжэн прибывали на телевизионную станцию один за другим. Все они улыбались и приветствовали Жун Сюя, когда замечали его. Тан Мэнлань была особенно счастлива и обняла его, угрюмо сказав обиженным голосом:

— Сяо Сюй! Никто не помогал мне есть зеленый перец после того, как ты ушёл. Эти питательные перчики приходилось выбрасывать каждый день, эх...

Жун Сюй поднял бровь и спросил:

— Тан цзе, так ты знала, что они очень питательны?

Тан Мэнлань сделала вид, что удивлена:

— Разве я сказала что-то подобное?

Они переглянулись и рассмеялись.

В кругу развлечений, чем выше было кофейное кресло звёзд, тем лучше они ладили. По крайней мере, внешне, потому что им всем нужно было сохранять самообладание и быть вежливыми. Только такие ублюдки, как Хань Янхао, зазнавались  и смели оскорблять всех вокруг.

Через некоторое время трансляция шоу официально началась.

У шоу «Очень реалистично» была как прямая трансляция по ТВ, так и онлайн-трансляция. Принимая во внимание рейтинги, последняя транслировалась на час позже, чем первая.

Режиссёр Го прибыл в студию последним. Вместе с ним пришёл Сун Минфэй, который тоже застрял в пробке.

Это был первый раз, когда Жун Сюй увидел третьего мужского героя «Борьбы а превосходство». Он дружелюбно улыбнулся мужчине, но когда Сун Минфэй увидел его, он тупо уставился и кое-как кивнул ему в ответ. Не понятно, было ли это из-за того, что он был измотан долгой пробкой, но он не особо улыбался, и выражение его лица было немного суровым.

Жун Сюй не особо заморачивался над этим. После того, как ведущий произнёс вступительную речь, все они вошли в студию один за другим.

Первыми вошли Жун Сюй и Сун Минфэй, затем Е Цяо и, наконец, Тан Мэнлань с Дун Чжэном.

Актёрский состав «Борьбы за превосходство» был слишком внушительным: даже если бы второй мужской герой Е Цяо снимался в «Западне», он был не менее популярен, чем Хань Янхао. Нет необходимости даже упоминать популярность Тан Мэнлань и Дун Чжэна: все места за сценой были заполнены их поклонниками. Жун Сюй бросил беглый взгляд на зрителей увидел, что всюду есть поклонники, которые держат в руках плакаты с их именами.

Внезапно Жун Сюй выловил в толпе слева от сцены несколько десятков девушек, держащих в руках светодиодные таблички «Жунжун», «ВаньЦи» и «Маршал». Он был немного удивлён, но затем улыбнулся и помахал там.

В этот момент по всему материковому Китаю бесчисленные зрители собрались перед своими телевизорами и смотрели шоу «Очень интересно». Большинство составляли молодые девушки, которые были чрезвычайно взволнованы и наблюдали за шоу с раскрасневшимися щеками. Когда они увидели, что Жун Сюй машет своим фанатам, оператор перевёл камеру на этих фанатов. Они ударили по столу: «Ao-Aо-Aо! А команда этого шоу умеет поддразнить зрителя!»

В следующие десять минут шоу Жун Сюй несколько раз попадал в объектив камеры. На этих кадрах большую часть времени он пребывал в безмолвном оцепенении, но как только камера наводилась на него, он сразу же начинал смеяться, словно скрывая своё оцепенение.

Вскоре на Вэйбо передачи «Очень интересно» появилось несколько комментариев.

«Ха-ха-ха-ха! Как Жун Сюю удаётся быть таким по-глупому милым! Он действительно сидел в оцепенении, когда остальные представлялись, и этот момент даже был пойман на камеру! Это как когда учитель застукивает отвлёкшегося ученика в классе! Он слишком милый! Я стала его фанаткой»

«То, как он внезапно начинает смеяться, выглядит слишком забавно! Он явно витал в облаках, но всё же делает вид, будто этого не было!»

«Ах-ах-ах! Глуповато милое личико моего маршала такое симпатичное! *Чмок*Чмок*Чмок*»

«*Переворачиваю стол* Когда я уже смогу посмотреть онлайн-трансляцию, чёрт возьми?! Все говорят, что Жунжун моей семьи по-глупому милый? Я также хочу увидеть его глуповато-симпатичное личико, ах!:( Моя мама насильно заняла телевизор и смотрит там свой сериал… я очень хочу посмотреть прямую трансляцию «Очень интересно», ах-ах-ах!!!»

Первая игра шоу «Очень интересно» была командной: всех гостей разделили на две группы. Центральными фигурами этой игры были Е Цяо и Сун Минфэй; Жун Сюй тоже получил несколько хороших крупных планов, но многие поклонники всё ещё считали, что у него слишком мало экранного времени.

Когда пришло время для второй игры, основной группой, выдвинутой ведущими программы, были Тан Мэнлань и Жун Сюй. Всех разделили на группы по двое: Е Цяо был с Дун Чжэном, а Сун Минфэй – с одним из ведущих. Все три команды были соперниками.

Когда зрители перед телевизором увидели эту сцену, они сразу почувствовали, что она согревает их сердце и радует глаз: яркая и красивая Тан Мэнлань и прекрасный юный Жун Сюй. Разница в возрасте между этими двумя была, очевидно, немаленькй, но когда Жун Сюй с лёгкостью поднял Тан Мэнлань и на максимальной скорости побежал к цели, даже поклонники Жун Сюя на мгновение впали в ступор.

«Этот... этот красивый парень – Жунжун нашей семьи?»

«Жунжун только что выглядел таким по-милому глупым, а сейчас так внезапно стал таким сильным кавалером! Этот контраст слишком мил! Если бы мой Жунжун хоть раз в жизни так держал меня в руках… у-у-у-у-у… Я готова не есть мясо в течение десяти дней!!!»

«Не есть мясо в течение десяти дней? Это слишком жестоко! Тогда я готова не есть мясо в течение месяца! Я хочу, чтобы Жунжун носил меня, как принцессу, на руках!   \(≧ ▽ ≦ / ла-ла-ла».

«Да… сверху две бесстыдницы!»

«+1»

Вскоре началась третья игра, где камеры были сфокусированы  на Тан Мэнлань и Дун Чжэне.

Четвёртая игра также «вертелась» вокруг Тан Мэнлань. Большинство крупных планов принадлежали ей, популярной Королевской Старшей Сестре. Режиссёр не скупился на неё с экранным временем, особенно во время пятой игры. Он просто сделал Тан Мэнлань главной героиней шоу!

На экране телевизора красовалась великолепная и стильная актриса, одетая в простую футболку и свободные джинсы. Она держала микрофон, стоя посреди студии и беспомощно глядя перед собой:

— Тянь гэ, могу ли я добровольно передать Дун Чжэну право стоять здесь  вместо меня?

Ведущий Тянь Гэ засмеялся и поспешно сказал:

— Тан Мэнлань высказалась – теперь спросим Дун Чжэна. Вы хотите занять место Тан Мэнлань  посреди сцены, и принять наше наказание?

Красивое лицо Дун Чжэна растянулось в улыбке, когда он героически сделал большой шаг вперед и сказал:

— Тан цзе – женщина; как я могу позволить женщине принять наказание? Это… пение? Эм, наше наказание на этот раз – пение? — Дун Чжэн сделал огромный шаг назад и вернулся на своё исходное место, улыбнувшись, — Тан цзе, тебе должно быть известно, что у меня нет слуха. Если я открою рот... рейтинги программы гарантированно упадут вдвое!

Тянь Гэ сразу же побледнел и запаниковал:

— Это нехорошо! Тан Мэнлань, рейтинг нашего шоу зависит от Вас!

Два других ведущих встали в странную позу и в унисон стали просить:

— Мэнлань, постарайтесь! Наши премии в этом месяце зависят от Вас!

Зрители разразились смехом.

Естественно, Тан Мэнлань сказала это ради эффекта. В четвёртой игре она проиграла, поэтому в пятой её попросили спеть. Всё это было прописано в сценарии заранее. Она тоже получила свой сценарий и знала, что пятая игра подготовлена специально для неё. Просто ей сценарий был намного проще, чем у Жун Сюя, и содержал всего несколько коротких слов. Он выглядел так:

Первая игра: Е. Цяо, Сун Минфэй;

Вторая игра: Тан Мэнлань, Жун Сюй;

Третья игра: Тан Мэнлань, Дун Чжэн;

Четвёртая игра: Тан Мэнлань, (Дун Чжэн);

Штраф в пятой игре: Тан Мэнлань поёт.

Таким был сценарий, выданный Тан Мэнлань.

Тан Мэнлань была в кругу развлечений значительно дольше своих коллег по сериалу. Даже без такого подробного сценария, как у Жун Сюя, она вполне могла хорошо вести себя и не допускать ошибок.

Её «отказ от выполнения наказания» был сделан ей ради развлечения аудитории. Когда Тан Мэнлань «неохотно» приняла своё наказание, все на сцене, весь персонал, и все зрители в студии и перед телевизором были уверены, что сейчас-то она действительно начнёт петь.

Тан Мэнлань поднесла микрофон к губам и глубоко вздохнула, но когда она уже собиралась петь, она внезапно остановилась.

Она усмехнулась и повернулась к ведущему, спросив:

— Тянь гэ, как насчёт того, что спеть с кем-нибудь дуэтом? Я немного нервничаю. Если вдруг я буду петь фальшиво, мне нужен кто-то, кто будет исправлять мои ошибки.

Тянь Гэ был удивлён, но когда он повернулся и взглянул на режиссёра за сценой, тот лишь слегка кивнул, поэтому Тянь Гэ весело рассмеялся:

— Конечно, Вы можете. С кем же Вы хотите спеть, Мэнлань? У меня по уху прошёлся медведь, так что даже не смотрите на меня!

Нерешительный взгляд Тан Мэнлань скользнули по сцене. Она посмотрела на Дун Чжэна,  который тут же испуганно затряс головой и поспешно спрятался за Тянь Гэ. Затем она посмотрела на Е Цяо, который буквально сиял, хлопая себя по груди: «Выбери меня, выбери меня, выбери меня». Сун Минфэй лишь слегка улыбнулся, посмотрев на неё.

Наконец, Тан Мэнлань посмотрела на Жун Сюя…

Тан Мэнлань: «… Не хорошо… Ты всё ещё в оцепенении!?»

Тан Мэнлань не знала, что это было прописано сотрудниками в сценарии Жун Сюя. Его роль состояла из двух слов: «Будь милым».

Увидев, что Жун Сюй по-прежнему выглядит так по-глупому мило, Тан Мэнлань поджала губы и махнула рукой:

— Жун Сюй, ты так хорошо поёшь. Как насчёт того, чтобы спеть со мной?.

Операторы и ведущие, которые были уверены, что Тан Мэнлань выберет Дун Чжэна, и планировали продвигать в передаче актёров, играющих главную мужскую и женскую роль, впали в ступор: «Что, простите…?!»

Дун Чжэн, который думал, что Тан Мэнлань выберет его: «…»

Е Цяо и Сун Минфэй, которые тоже не ожидали, что всё закончится так: «…»

Зрители в студии, которые просто сходили с ума:

— Ааааааахххххххх!!! Пой! Пой! Пой! Пой...

Повторяющиеся крики «Пой!» заполонили студию. Перед телевизорами страны бесчисленные зрители взволнованно закрывали свои лица руками; фанаты Жун Сюя в интернете безумно строчили комментарии, выражая своё волнение.

«А-а-а-а-а, Жунжун сейчас споёт! Жунжун споёт! Ао-ао-ао!»

Из-за того, что в Штатах можно было смотреть только онлайн-трансляцию, одной преданной фанатке приходилось следить за комментариями, ожидая веб-трансляцию. Вдруг она... ОН увидел этот самый комментарий!

Его глаза феникса медленно расширились; он быстро поднял голову, чтобы посмотреть на экран своего компьютера, но там в этот момент только начиналась первая игра шоу «Очень интересно».*

Этот поклонник:

— …

Минуту спустя...

Паста с семенами лотоса и апельсиновой начинкой: «Хочу увидеть! Я хочу это увидеть! Малыш тоже хочет послушать, как Жунжун поёт У-у-у-у-у! Т^Т»

*задержка на час

Сегодня в студии присутствовали режиссёр и пять актёров «Борьбы за превосходство».

Хотя в кругу развлечений ходила поговорка: «Хорошие актёры могут и петь», так вышло, что ни один из пяти присутствовавших актёров не выпустил ни одного сингла. Излишне было говорить о Жун Сюе, которые только вчера присоединился к кругу развлечений; Тан Мэнлань же за все эти годы не спела ни одной песни даже для собственных телевизионных сериалов.

При таких обстоятельствах сценаристы шоу «Очень интересно» специально решили устроить всё так, чтобы Тан Мэнлань впервые спела.

Когда Тан Мэнлань сказала, что хочет петь вместе с Жун Сюем, её слова разлетелись по всей стране. Когда зрители услышали об этом по телевизору, они начали спойлерить в Интернете, поэтому через пару минут тысячи фанатов неизбежно узнали об этом.

Хотя режиссёр программы на мгновение опешил, он сумел быстро прийти в себя и кивнуть ведущему. В следующее мгновение ведущий Тянь Гэ быстро улыбнулся и сказал:

— Поскольку Мэнлань так решила, мы тоже хотим услышать прекрасное пение Жун Сюя. Наш Жун Сюй отказывается выходить на сцену – где ваши аплодисменты?

Зрители сразу же громко захлопали.

Жун Сюй не думал, что всё может так обернуться. Согласно сценарию, который ему дали сотрудники, после того, как Тан Мэнлань заканчивала петь, должен был наступить заключительный финальный сегмент. Ведущие подвели бы итоги всего шоу, представили «Борьбу за превосходство» зрителям, а затем, наконец, закончили.

Тем не менее, Жун Сюй не был слишком взволнован, когда столкнулся с этой неожиданной «подставой». Сначала он стыдливо ринулся прятаться за спину Е Цяо, а затем к нему подошёл ведущий, лишив его «путей отхода». Только тогда он сдался и вышел на середину сцены.

Когда он подошёл к Тан Мэнлань, она улыбнулась так, что её глаза стали похожими на полумесяцы, подняв бровь и вызывающе посмотрев на него. Ее лицо, казалось, говорило:

— Сяо Сюй ах, ты действительно умеешь петь? Ты не можешь сразу же выставить себя посмешищем, иначе твоя Тан цзе будет смеяться над тобой вечно!

Жун Сюй не мог удержаться от смеха.

Из всей команды «Борьбы за превосходство» только режиссёр Го и Тан Мэнлань осмелились бы на такую «выходку». Скажем, если бы это был кто-то другой – да даже Дун Чжэн – он не осмелился бы создать такую неожиданную ситуацию, потому что, независимо от того, как это могло повлиять на рейтинги шоу, «Очень интересно» принизила бы его. Но если бы на такое решился режиссёр Го или Тан Мэнлань, программа не посмела бы так с ними обращаться.

Жун Сюй слегка улыбнулся, делая вид, что не видит умышленной провокации в глазах Тан Мэнлань:

— Тан цзэ, что ты хочешь спеть?

Тан Мэнлань, увидевшая, что ей не удалось спровоцировать своего маленького друга, была разочарована:

— Конечно же, песню о любви. Тему нашей «Борьбы за превосходство», только дуэтом – мужчина и женщина. Давай просто споём её – мы оба хорошо её знаем.

На этот раз Тан Мэнлань создала очень хорошую ситуацию. Пока она «продвигала» сериал, работники шоу успели подготовить и включить музыкальный «клип».

Мрачный и пустынный звук флейты Циан разнёсся по студии, когда на экране появилось изображение бескрайнего жёлтого песка на поля боя; из-за этого зрители не обнаружили, что юноша, который всё это время спокойно стоял на сцене, слегка ослабил руку и с облегчением выдохнул.

Песня к «Борьбе за превосходство», «Резонанс войны» была одной из тех немногих песен, которые Жун Сюй знал и мог спеть. В этом мире он слышал пока только несколько песен. К счастью, Тан Мэнлань выбрала именно её: если бы она выбрала любую другую известную песню, Жун Сюй вряд ли смог бы её спеть.

Шум ветра в начале «Резонанса войны» команда записывала в пустыне, куда ездила специально за этим; пока он переплетался со звуками флейты Циан, зрители неотрывно следили за сценой мрачного и жестокого поля боя. Мечи схлестнулись, издав лязгающий звук; в следующий момент, когда раздался крик сразу десяти тысяч солдат, все шумные звуки внезапно прекратились, и осталась только трогательно-трагичная медленная фоновая музыка.

В это время зазвучал голос Тан Мэнлань, медленно слившись с музыкой.

— Двадцать лет мечтаний, текут неуклонно, как река. Загадай желание, чтобы вино пролилось на землю во времена Цинмин…

Пение Тан Мэнлань было не таким красивым или приятным для ушей, как у профессиональных певцов, но её голос имел уникальную низкую хрипотцу. Она нежно пела песню, пока на большом экране позади неё показывался ролик к саундтреку «Борьбы за превосходство».

Двадцать лет назад государство Чу решило объединить мир и объявило войну империи Лян. Она продолжалась в течение одиннадцати лет, и государство Чу, в конечном счёте, было побеждено. Мечты о мире превратились в пыль. В клипе все солдаты держали копья и мечи; их честь не позволяла им оглядываться назад, поэтому они бросились прямо на врага, падая навзничь один за другим. Затем камера внезапно отдалилась опустошённое поле боя, усеянное трупами солдат обеих стран.

После слов «те годы» Тан Мэнлань издала тихий вздох. Грустная лирика в сочетании с жестокой и мрачной картинкой на экране заставляли бесчисленное количество зрителей чувствовать меланхолию и беспокойство.

Именно в этот момент зрители впервые услышали голос Жун Сюя.

— Десять тысяч расчётов оказались неверны, страна безнадёжна и обречена. Хун Ань отправляет письма, не оглядываясь назад; боевые кони в доспехах переправляются через замерзшую реку, побеждённые на Центральных Равнинах...

На экране всё ещё показывали видео-клип, поэтому зрители не увидели Жун Сюя, но слышали его чистый нежный голос из своих динамиков. Этот голос был таким же чистым, как струящийся в горах ручеёк; он с большой нежностью пел каждое слово, но к последней строчке вдруг стал холодным и твёрдым; свирепым, как блеск холодной стали. Нежность как рукой сняло – от неё осталось только хладнокровие и безжалостность наследного принца империи.

Когда громко прозвучали слова «Центральные Равнины», люди были потрясены, застыв на месте, а их уши необъяснимым образом онемели.

В этот момент изображение на экране телевизора внезапно сменилось, переключившись с клипа на сцену.

В середине сцены сияли два огня. Тан Мэнлань обернулась, и юноша, на которого сейчас смотрели все, тоже мягко посмотрел на неё. Их взгляды встретились в середине сцены на короткое нежное мгновение, но уже в следующий момент Тан Мэнлань резко отвернулась от юноши и запела следующую строчку песни.

В большинстве случаев в любом дуэте всегда был главный вокалист и второстепенный.

В «Борьбе за превосходство» настоящим главным героем была женщина-генерал Сяо Сян, которую играла Тан Мэнлань. Она собрала большую и мощную армию, чтобы захватить вражескую страну; самостоятельно бросилась в бой против десятитысячной армии врагов, доблестно и грозно. Её способности и храбрость ничуть не уступали мужчинам. Что касается главного героя мужского пола, Се Цзинсяня, он был представлен в сериале больше для общей ситуации в их стране и стратегического планирования.

Поэтому в этой песне «Резонанс войны» было больше партий Тан Мэнлань, нежели Жун Сюя.

Когда Тан Мэнлань спела «Отправляла тебе письма, за  восемьсот ли*», Жун Сюй тихо подпел ей «Ждал тринадцать лет, чтобы ты победила и вернулась».

Эти двое словно пришли к молчаливому согласию; пение Тан Мэнлань нельзя было назвать отточенным и мелодичным, но благодаря клипу на экране, эта песня казалась людям очень душераздирающей. И каждый раз, когда она пела, её подхватывал чистый и элегантный мужской голос. Его тихий шепот, словно самые интимные слова любовника, звучал в ушах каждого зрителя.

Зрители в студии молчали; зрители перед телевизором тоже затаили дыхание.

В песне пелось о времени, когда Сяо Сян, к сожалению, получила серьезную травму, упав с лошади при внезапном нападении; Се Цзинсяня запутал посланник Империи Лян, и он не смог отправиться на поле боя, чтобы увидеть её. Когда Тан Мэнлань спела строчку: «Но скучал ли ты по мне?», музыка внезапно прекратилась. Все спокойно ждали ответа Се Цзинсяня.

Казалось, будто прошло лишь мгновение, но в то же время, сто лет; под мягкий вздох мужской голос запел:

— Будь то при жизни или после смерти, я никогда не перестану скучать по тебе!

Хриплый голос говорил о сильной привязанности, и каждое его слово эхом отдавалось в ушах слушателей. Это было похоже на длинную реку, простирающуюся на тысячи ли, наполненную любовью одного человека и тоской по его возлюбленной. Он был обременён работой, но всегда делал всё возможное, чтобы придумать, как найти момент, чтобы взглянуть на свою любимую женщину. И в итоге он оказался там, перед плотно закрытыми городскими воротами.

Посмотрел, подождал, обернулся, а затем ушёл.

И в этот момент картинка на экране погасла. Все смотрели на красивого юношу, нахмурившего брови, и слегка опущенными глазами смотрящего в камеру. Его глаза были ясными и яркими, как самые блестящие из драгоценных камней под солнечным светом. Он просто смотрел в камеру, но в этот момент, независимо от того, кто это был, все зрители чувствовали, что этот человек смотрит именно на них.

Эта пара глаз была полна бесконечного беспокойства и отчаяния. Неизвестно, был ли это психологический эффект, но всем вдруг показалось, что его лицо было слишком бледным, будто он постоянно боролся с собой ради остальных. Страна и красота, красота и страна. Почему он всё время  должен был выбирать!?

В этот момент молодой человек слегка приподнял губы в улыбке и с усмешкой спросил:

— Но любила ли ты меня когда-нибудь?

*Бум!*

Кончики ушей бесчисленных фанатов покраснели и онемели от этого нежного и тихого вздоха; даже их ноги обмякли!

Цинь Чэн, который был в это время далеко в Америке, сжимал в руке телефон, наблюдая за комментариями фанатов на разных форумах, кричащих о своих чувствах.

«Ах, ах, ах ах, почему Жунжун поёт так красиво и приятно для ушей! Его голос такой чистый, такой красивый!»

«Любила, любила! Конечно, мы все тебя любили! Ao-Aо-Aо!»

«Боже! Он такой красивый и так хорошо поет. Под светом прожекторов он ещё прекраснее… я вдруг почувствовала, что не достойна своего мужа, у-у-у-у…»

«Как этот парень может быть таким выдающимся?! Я требую MP3 версию песни в исполнении Жунжуна и Тан Мэнлань! Эта версия «Резонанса войны» просто идеальна! Особенно, когда малыш моей семьи спросил: «Любила ли ты меня когда-нибудь?», мне сразу захотелось броситься на телевизор, чтобы обнять и поцеловать его!:* :* :* Его взгляд в этот момент был просто идеальным! У-у-у-у, мой малыш поёт так хорошо… я готова слушать его пение ещё сто лет!!!»

Фанат по фамилии Цинь:

— …

«Я тоже хочу послушать!!!»

Цинь Чэн никогда раньше не слышал, чтобы Жун Сюй пел, или, скорее, следует сказать, что он редко намеренно слушал, как кто-то поёт. На самом деле, он не любил слушать песни или петь, поэтому, когда Сюй Цзинь предложил и ему стать «отличным актером, который умеет петь» десять лет назад, он решительно отказался, сказав: «У меня нет таланта к пению».

Не было сомнений в том, что с популярностью Цинь Чэна, даже если бы у него совсем не было слуха, выпусти он альбом – несомненно, набралась бы огромная толпа поклонников, которые поспешили бы приобрести его. Однако он этого не делал.

И главной причиной этого было далеко не отсутствие таланта, а его... лень.

*Ли - традиционная китайская единица измерения расстояния

Фанат по фамилии Цинь с ледяным лицом и пустым взглядом смотрел на экран своего компьютера. У него в этот момент только начиналась третья игра, а новый популярный хэштег уже успел занять 30-е место в списке трендов Вэйбо.

Цинь Чэн щёлкнул по этому хэштегу, но сумел обнаружить только толпу визжащих восхищённых фанатов, и ни одного аудио или видео с песней...

Почти все эти фанаты были поклонниками Жун Сюя и Тан Мэнлань.

Поклонники Тан Мэнлань кричали, что пение их Богини так прекрасно, что они не могут устоять на ногах. Поклонники Жун Сюя были ещё более взволнованы! Потому что, честно говоря, исполнение Жун Сюя было намного лучше, чем пение Тан Мэнлань. Можно даже сказать, что его пение было ничуть не хуже, чем у профессиональных певцов!

Например, один из оригинальных исполнителей «Резонанса войны» разместил ссылку на шоу на своей странице Вэйбо, подписав: «Очень хорошо! Тан Мэнлань хорошо справилась, довольно неплохо сумев передать своим голосом нужную эмоцию. Жун Сюй выразил свои чувства очень хорошо, а его техника просто превосходна! Вокализ, направление звука, резонанс… – всё было не хуже, чем у профессиональных певцов. Чувствую, скоро Го Лун меня уволит, ха-ха».

По мере того, как на это выступление выходило всё больше и больше профессиональных обзоров, а также положительных комментариев обычных пользователей сети, хэштэг #ТанМэнланьЖунСюйРезонансВойны поднялся на 15-е место в списке трендов!

Возможно, из-за того, что в песне принимала участие Тан Мэнлань, многие пользователи сети, не знающие Жун Сюя, тоже щёлкали по этому хэштэгу. Они не могли из любопытства не открыть веб-трансляцию «Очень интересный». По совпадению, в это время веб-трансляция как раз подбиралась к их музыкальному дуэту.

Поначалу многие пользователи сети писали о том, что это довольно интересно: «Не похоже, чтобы Тан Мэнлань где-либо пела раньше, верно? Иначе такого резонанса это бы не вызвало… Что касается Жун Сюя, я никогда о нём не слышала. Неужели он так хорош? Вы уверены, что его фанаты не преувеличивают?!»

Позже, когда веб-трансляция достигла той части, где запели они оба, этот же человек немедленно написал новый комментарий: «Ах-ах-ах! Как он может быть таким прекрасным!? У него такой отчётливый голос, ах !!! Я ошибалась! Он действительно потрясающе поёт! Уровень Тан Мэнлань уже довольно неплохой для актрисы, но он… он поёт намного лучше Тан Мэнлань! Он действительно поёт вживую?! Вы уверены, что это не запись?! Звучит просто потрясающе!!!»

В это время в Америке, на другом берегу океана, равнодушный и красивый мужчина медленно снял наушники, наблюдая за тем, как быстро полоса прокрутки продолжает подниматься на экране компьютера, пока к видео поступали бесчисленны комментарии.

Спустя час после окончания прямой трансляции по телевизору, веб-трансляция шоу «Очень интересно», наконец, закончилась.

Обычная аудитория думала только о том, что оба этих актёра пели довольно неплохо,  особенно Жун Сюй. Его пение было очень хорошим, в десять тысяч раз лучше, чем у многих их певцов-кумиров. Но Цинь Чэн обнаружил для себя, что навыки юноши действительно хороши.

Хотя его голос и звучал несколько молодо, вероятно, из-за того, что ещё не был до конца развит, его обширные навыки помогли ему скрыть эту слабость и не позволить мелким недостаткам затмить его нефритовое великолепие. Поэтому, слушая его голос, вы не могли не почувствовать тепло, разливающееся в вашем сердце. Потому что он хотел петь о любви мужчины к своей возлюбленной и его стремлении к миру.

Он пел очень хорошо, так, что каждый мог это почувствовать. Почувствовать, как его чрезвычайно чистый и отчётливый голос смягчает ваши кости.

«Но любила ли ты меня когда-нибудь?»

[Любил. И не просто любил, а всегда любил!]

Когда веб-трансляция, наконец, завершилась, команда «Очень интересно» опубликовала полную запись шоу на официальном сайте своего телеканала. Они также следили за списком трендов, поэтому намеренно разместили отдельный ролик дуэта Жун Сюя и Тан Мэнлань на своём официальном Вэйбо, сразу же получив кучу лайков и репостов.

В то же время, хэштэг #ТанМэнланьЖунСюйРезонансВойны поднялся уже на 4-е место в топе!

Прямо сейчас Жун Сюй уже не был неизвестным новичком. Одна «Западня» должна была быть  популярной ещё долгое время. Имя Маршала уже распространилось повсюду, захватив множество поклонников. Через две недели должна была выйти финальная серия «Западни», а через два дня в эфир выходила первая серия «Борьбы за превосходство»!

Многочисленные поклонники с нетерпением ждали релиза и безумно строчили комментарии к «Резонансу войны», позволяя популярности Жун Сюя постоянно расти.

Жун Сюй в это время обедал с членами команды; все счастливо смеялись и болтали. Все они уже давно не виделись с Жун Сюем, поэтому один за другим смеялись и поддразнивали его.

Тан Мэнлань вела себя с ним раскрепощённее остальных. Она трогала его изящные руки и щипала его нежное маленькое личико, поддразнивая:

— Недавно в интернете говорили, что ты ужасный жестокий маршал, но я-то вижу, что ты всё тот же Сяо Сюй, ах!

Жун Сюй не смог удержаться от смеха:

— Тан цзе… это поэтому ты в открытую ешь мой тофу*?

Тан Мэнлань засмеялась и лучезарно улыбнулась:

— Я девушка! Это ты ешь мой тофу!

Жун Сюй:

— …

Все весело и гармонично ладили с Жун Сюем, кроме третьего мужского персонажа, Сун Минфэя. Вероятно, так было потому, что он впервые встретился с Жун Сюем и ранее не был с ним знаком. Когда Жун Сюй взял на себя инициативу и заговорил с ним, он просто улыбнулся и быстро отвернулся, начав болтать с Е Цяо.

Видя безразличное отношение мужчины, Жун Сюй спокойно улыбнулся и больше не обращал на него никакого внимания.

Тан Мэнлань потягивала красное вино, когда вдруг улыбнулась и сообщила:

— Команда передачи уже разместила наш дуэт на своей странице. Сяо Сюй, я репостну видео; репостни и ты. Кто знает, может быть, мы сможет лучше продвигать сериал благодаря нашему с тобой дуэту, а не только нашему с Дун Чжэном взаимодействию.

Дун Чжэн беспомощно спросил:

— Я стал запасным вариантом?

Тан Мэнлань ответила, лучезарно улыбнувшись:

— Спасибо за Ваш тяжёлый труд, Ваше Высочество наследный принц.

Все рассмеялись; один Сун Минфэй выглядел мрачным.

После того, как Тан Мэнлань сделала репост в Вейбо, Жун Сюй последовал её примеру, а за ним – Дун Чжэн и Е Цяо. Тан Мэнлань невзначай обратилась и к Сун Минфэю:

— Ты тоже можешь помочь нам распространить ролик, Минфэй.

Но как только эти слова прозвучали, лицо Сун Минфэя стало ещё жестче, но всех в этот момент отвлёк удивлённый возглас:

— Чего!? Цинь Чэн тоже сделал репост?! Что он репостнул?!

Цинь Чэн: «Очень здорово. // репост «Очень интересно»: «Ты когда-нибудь скучал по мне? А ты когда-нибудь любила меня? Кричите нам: «Любил! Любил! Любил!» Впервые на сцене поют Тан Мэнлань и Жун Сюй. Ребята, вы заслуживаете *цветы* *цветы* *цветы*» [Ссылка на видео]

* «Есть тофу» - идиома о «сексуальных домогательствах», когда мужчина касается/ дразнит/ флиртует с женщиной и т.д.

Членов команды «Борьбы за превосходство», присутствующих сегодня за столом, можно было считать «ветеранами» отрасли. Кроме того, среди них присутствовали режиссёр Го (главный режиссер телевизионных сериалов в кругу развлечений) и Тан Мэнлань (популярная звезда первого уровня, которая ранее уже была удостоена наград). Но они не могли понять, почему Цинь Чэн репостнул  пост со страницы шоу «Очень интересно».

Режиссёр Го снял много фильмов, и количество наград, которые он за них получил, было немаленьким. У него была и слава, и богатство, но всё это было у него благодаря телевизионным сериалам. И хотя Тан Мэнлань ранее и снималась в двух фильмах, это были малобюджетные проходные фильмы, которые нельзя было считать «полноценным прыжком из мира сериалов в круг кино».

В кругу развлечений существовала поговорка: «Когда актёр выходит на большой экран, он уже не хочет возвращаться на маленький».

«Большим экраном» в данном контексте были фильмы, а «маленьким» – телевизионные сериалы.

Требования к актёрам на съёмках были выше, потому что экран был больше: была увеличена каждая деталь, чтобы зритель мог чётко видеть каждую эмоцию на лице актёра и каждое действие, которое он совершает. Малейшее упущение могло привести к серьёзной ошибке. Любая, даже крошечная ошибка, на большом экране «увеличивалась» в несколько раз.

Поэтому фильмы бросали вызов актёрским навыкам, и качество игры актёров, соответственно, в них также было выше.

С момента своего дебюта Цинь Чэн снялся более чем в двадцати фильмах, а в сериалах – ни разу. Его окружение и он сам НИКАК не были связаны ни с режиссёром Го, ни с Тан Мэнлань, ни с остальными членами команды «Борьбы за превосходство». Несколько раз он бывал на шоу «Очень интересно», но это было несколько лет назад, и за последние два года он, кажется, участвовал в нём только ОДИН раз.

При таких обстоятельствах, всех интересовал логичный вопрос: почему Цинь Чэн репостнул это видео?

Тан Мэнлань задумчиво нахмурила брови, и неожиданно для всех удивлённо воскликнула:

— Я слышала от своего друга, что съёмки «Ученика» уже закончены, и в настоящее время он находится в стадии пост-продакшна. Они, похоже, ищут певца... Может быть, дело в этом…

Все посмотрели на неё, и эта прекрасная женщина, удостоенная множества наград, ослепительно улыбнулась:

— Может быть, ему просто понравилось, как хорошо я спела?

Е Цяо:

— …

Сун Минфэй:

— …

Режиссёр Го, который опустил голову, чтобы продолжить есть, и игнорировал её:

— …

Дун Чжэн, который был не из глупых, улыбнулся:

— Это кажется... маловероятным.

Жун Сюй, который, казалось, едва осознавал необычность этого момента, тихо вздохнул и слабо улыбнулся:

— Может, это из-за меня?

Режиссёр Го спокойно пил, не обращая на их разговор внимания, как вдруг внезапно поперхнулся. Бедный режиссёр Го, которому в этом году было уже за пятьдесят, чуть не задохнулся. Посмотрев на этих «детей», он беспомощно покачал головой и сказал:

— Разве нельзя просто взять и спросить у него, что происходит? Завтра я сам всё узнаю. Ешьте, ешьте. То, что делает Цинь Чэн, не имеет к нам никакого отношения. Хорошо, конечно, что он сделал репост и помог продвинуть нас. У этого юноши более трехсот миллионов подписчиков. Ему не нужно было делать репост, но он это сделал, а мы получили отличную бесплатную рекламу.

Все тут же громко рассмеялись.

Пока они ели, Е Цяо и Жун Сюй довольно неплохо общались. Он подошёл к нему и прошептал:

— Сяо Сюй, Тан Цзе просто пошутила; тебе не стоит слишком много думать об этом. Я думаю, Цинь Чэн просто хотел сохранить имидж «ХуаСя Энтертейнмент», или, возможно, он действительно непреднамеренно сделал рекламу. В конце концов, наш сериал инвестирует «ХуаСя Энтертейнмент». Цинь Чэн тоже из «ХуаСя Энтертейнмент»; вполне нормально, что он делает репосты.

Жун Сюй на мгновение задумался и легкомысленно приподнял бровь:

— Неужели это действительно может быть не из-за меня?

Губы Е Цяо дернулись, а затем он взял большую креветку и положил её в миску Жун Сюя:

— Ешь, ешь, ешь.

Жун Сюй:

— …

***

Даже команда «Борьбы за превосходство» много над этим думала, так что говорить о простых фанатах, чьё воображение не знало границ?

Все поклонники Цинь Чэна думали, что они уже испытали в последние годы разные испытания и трудности. Если возникала одна проблема, они рушили её, если появлялось две, они уничтожали обе! Поэтому до сих пор в кругу не было никого, кто мог бы как-то навредить интересам Цинь Чэна, а также не было идиотов, которые провоцировали бы их от скуки. Но в последние месяцы фанаты поняли, что...

Они просто были слишком молоды и слишком наивны!

Это началось два месяца назад, когда «бог их семьи» начал менять фотографии своего профиля каждый день и публиковать селфи каждые три дня. Ключевым словом было «селфи»!

В прошлом Цинь Чэн вообще не любил публиковать ничего на своём Вэйбо. Хотя его аккаунт явно вёлся им самим, он только изредка делился информацией о своих фильмах, помогал рекламировать работы своих друзей, изредка отмечал праздники и желал своим поклонникам счастливых праздников.

Среди всех эти пяти «видов» постов у него не было ни одного селфи!

И вот, сейчас он внезапно начал публиковать селфи, и на каждом из них был чертовски красив!

Очевидно, что публикации селфи были обыденным делом, которым занимались большинство звезд, но не Цинь Чэн. Все его поклонники придерживались позиции «мужчина моей семьи заболел», когда смотрели на эти необычные для него фотографии, в то же время тайно надеясь, что эта «болезнь» останется с их «богом» навсегда.

Однако мир не всегда был таким, каким его хотели видеть люди. Вскоре Цинь Чэн так же внезапно перестал менять фотографии своего профиля и перестал публиковать посты! Он вернулся к своему прежнему графику «один пост по праздникам», отчего его фанаты были грустны и подавлены, но продолжали относиться к нему, как к своему «богу».

И вот, сегодня Цинь Чэн внезапно репостнул запись, которая не имела к нему никакого отношения.

«Борьба за превосходство» – это сериал, в котором Цинь Чэн не принимал участия. Он не был знаком ни с режиссёром, ни с актёрами. Что касается Жун Сюя, то, хотя Цинь Чэн ранее и подписался на него, они никак не взаимодействовали, поэтому, вероятно, даже не были толком знакомы.

На передаче «Очень интересно» Цинь Чэн действительно появлялся пару раз, но они никогда не видели на его странице ни одного поста о другом сериале, ах! Поэтому... какого чёрта их «бог» репостнул это видео?!

«Я думаю, Цинь Чэна взломали! Определённо!»

«Ты не писал ничего уже три дня! Три дня! У-у-у-у-у! Я очень хочу посмотреть на твоё селфи. Так сильно хочется увидеть «Ученика»!»

«Могу ли я сказать, что Великого Бога не могли взломать? Эта песня очень хорошая, ах, я послушала её. Тан Мэнлань поёт довольно неплохо, а Жун Сюй –ещё лучше! Думаю, я гляну «Борьбу за превосходство»… Когда там она выйдет?»

Если бы Цинь Чэна действительно взломали, они уже давно опубликовали бы официальное заявление и удалили бы этот пост, ведь прошло уже прилично времени после публикации. Постепенно внимание фанатов перешло от Цинь Чэна на кое-что другое. Произошло это после того, как они перешли по ссылке на видео и прослушали песню. В Китае было столько людей, что было неизбежно, что многие люди до сих пор не смотрели «Очень интересно» и ничего не слышали о сериале «Борьба за превосходство».

Поэтому в скором времени в комментарии под видео стало поступать множество комплиментов и восторженной похвалы.

«О-о-чень милый! Он действительно очень классно поёт, очень! Песня, которой поделился Цинь Чэн, действительно хороша. Жун Сюй, вероятно, новичок, но он очень красивый».

«Оказывается, релиз «Борьбы за превосходство» уже так скоро? Я давно с нетерпением жду его – нужно сделать заметку в календаре!»

«Ах, ах, ах, ах! Я бессильна против такого чёткого и чистого голоса. Ну разве он не прекрасен? И красив, и поёт потрясающе! Очень рекомендую эту песню к прослушиванию».

«Эй, подождите, вы ещё не видели Маршала Хо моей семьи! Поторопитесь и посмотрите «Западню». На следующей неделе уже финал.  Вы должны уловить этот момент истории. Маршал Хо моей семьи безудержен и хладнокровен, его имя может потрясти мир и заставить демонов плакать; Мастер моей семьи ВаньЦи приходит и уходит как бессмертный. Заполучать ВаньЦи значит заполучить мир! Первый - Хо Си из «Западни», а второй - ВаньЦи Яо из «Борьбы за превосходство». И того и другого играет Жун Сюй!»

Более трёхсот миллионов человек было подписано на Цинь Чэна, и даже если одна пятая из них была активными пользователями, то десятки миллионов фанатов уже увидели рекламный ролик «Борьбы за превосходство». Не говоря уже о том, что на этом видео было Тан Мэнлань пела дуэтом с Жун Сюем. Внезапно имя Жун Сюя снова начало мусолиться многими пользователями сети.

Некоторые пользователи озвучивали один и тот же вопрос: «Кажется, в последние месяцы я постоянно слышал где-то упоминания этого имени… Жун Сюй?»

PR-команда «Западни» также воспользовалась этим «попутным ветром» и специально опубликовала на своей странице видео, которое должно было выйти только послезавтра. В трёхминутном видео было много «лакомых кусочков» в виде кадров со съёмок с Жун Сюем.

Красивый и яркий юноша, одетый в тёмную военную форму и кожаную фуражку, выглядел так же благородно, как и в «Борьбе за превосходство». Но он был абсолютно не похож на своего персонажа в том сериале; Хо Си улыбался! И его улыбка была особенно тёплой. Он даже позволил Лян Линхуэй ударить его по руке в качестве наказания!

Чжан Тунтун, одетая в чонсам, надулась:

— Дай мне свою руку. Мы же договаривались, что тот, кто проиграет, будет наказан. Все, следите за этим внимательно. Жун Сюй, не смей хитрить!

Юноша опустил глаза, изображая обиду, и молча протянул руку, стойко выдержав сильный (на самом деле, не такой уж и сильный) удар по ладони.

«Ах, ах, ах, ах, ах Жунжун моей семьи такой милашка! Использовать Маршала Хо, чтобы продавать свой сериал – это нечестно!»

Этим актёрам на самом деле было достаточно скучно, чтобы занимать свой послеобеденный перерыв карточными играми! Пользователям сети открыли глаза: они впервые увидели закулисный ролик со съёмок, где у команды действительно оставалось время на игры!

Даже зрители знали, что у еженедельных сериалов обычно был очень тяжёлый график, а эта команда на самом деле не спеша играла в карты… действительно, мир обширен и полон необычных вещей.

Естественно, они не знали, что процесс съёмок «Западни» всегда проходил очень быстро. Жун Сюй редко переснимал свои сцены; Чжан Тунтун и И Лань поначалу частенько лажали, но каждый раз, когда они снимались в совместных сценах с Жун Сюем, они укладывались в один дубль. Постепенно они тоже стали играть значительно лучше, и редко их сцены приходилось переснимать.

Что касается Ханя Янхао, он хотел конкурировать с Жун Сюем, поэтому, естественно, был требователен к себе и изо всех сил старался уложиться в один дубль.

Этот закулисный ролик должен был повысить волнение и ожидание зрителей «Западни», ведь финальная серия должна была увидеть свет уже на следующей неделе. Хотя они уже знали, победит, безусловно, Бай Миндэ, они не догадывались, что участь Хо Си окажется такой несчастной. По их словам, финал должен был выглядеть примерно так: «Как большой фанат злодея-босса, я думаю, что Маршалу удастся сбежать. Будет неплохо, если он переберётся в чужую страну – там он сможет жить свободно и непринужденно».

Рекламные кампании «Борьбы за превосходство» и «Западни» дополняли друг друга. Когда режиссёр Го принимал кандидатуру Жун Сюя, он, вероятно, даже не догадывался, что этот мелкий новичок сможет привлечь к его сериалу хоть какое-то внимание. Но сейчас многие зрители стали обращать внимание на «Борьбу за превосходство» именно из-за «Западни», из-за чего режиссёр Го, хотел он того или нет,  заметил это.

Неделя рекламных мероприятий прошла быстро. Команде нужно было сделать ещё несколько роликов, но Жун Сюй уже выполнил свою роль.

На этот раз все прощались в аэропорту. Режиссёр Го отвёл Жун Сюя в сторонку и слегка фыркнул:

— Пока у тебя всё идёт хорошо, но будь осторожен при выборе следующего фильма. Сейчас тебя, должно быть, попытаются заполучить множество сериалов про идолов. Я не говорю, что сериалы про идолов ужасны, нет. Есть хорошие, но большинство из них – грубые и плохо сделанные. Будь особенно осторожен при выборе следующей работы, хорошо?

Жун Сюй был слегка шокирован, поскольку не ожидал, что режиссёр Го на самом деле даст ему такой совет. Проблеск света промелькнул в его ясных глазах. Немного помолчав, Жун Сюй сжал губы, улыбнулся и кивнул:

— Спасибо, директор Го.

Режиссёр Го снова фыркнул и отвёл взгляд:

— Я просто беспокоюсь, что ты растратишь такой хороший импульс напрасно.

Сказав это, режиссёр Го развернулся и зашагал к остальным членам команды, чтобы сесть с ними на самолёт.

Глядя на самолет, медленно взлетающий и исчезающий в ясном голубом небе, Жун Сюй слегка прищурился. Постояв так некоторое время, он больше не мог сдерживаться и расхохотался.

***

Сегодня состоялся грандиозный финал «Западни». Еженедельный сериал, выходивший в эфир на протяжении двух с лишним месяцев, наконец, подошёл к концу.

В последнем эпизоде Бай Миндэ был почти обнаружен одним из вышестоящих чинов. Он умело избежал подозрений и ввёл Хо Си в заблуждение, подставив этого мужчину, из-за чего Хо Си убил  ни в чём не повинного человека. Затем, когда Лян Линхуэй вернулась в дом старого Мастера Хо, чтобы привести в порядок могилы, он передал ей новость, попросив сообщить об этом своим соратникам за пределами города.

— Только ты можешь покинуть Город Пин, избежав обысков. Неважно, в ком сомневается Хо Си: в тебе он не будет сомневаться никогда. Жизнь тридцати тысяч жителей города Лянкоу находится в твоих руках. Линхуэй, ты не можешь потерпеть неудачу... не можешь!

Этими словами заканчивался предыдущий эпизод.

И в этом последнем коротком эпизоде публика должна была увидеть финал истории.

Чжао Мэй грызла яблоко, пристально глядя на экран телевизора. Заиграла знакомая музыка, и она тихо подпевала, с нетерпением ожидая финала. Но спустя несколько минут её расслабленное выражение медленно исчезло, и она всё медленнее и медленно грызла своё яблоко, пока, в конце концов, совсем о нём не позабыла, так и продолжив таращиться в телевизор с яблоком в руке.

Когда она увидела главную сцену, яблоко внезапно выпало из её рук на диван!

— Аааааах... Маршал, как это может быть... Невозможно… нет, нет, нет... Где сценарист, где этот чёртов сценарист?! Я хочу убивать!  Нет, пожалуйста…

В то же время обезумевшие взволнованные фанаты закидали официальный аккаунт «западни» массой недовольных комментариев. Они строчили их со скоростью, видимой невооруженным глазом; все фанаты кричали в унисон одно и то же...

«Не смей пытаться убежать, сценаристишка. Я обещаю не убивать тебя! Только верни мне моего Маршала! Верни мне моего Маршала, слышишь?!!!»

Никто не ожидал, что драматический сериал «Западня» закончится так.

Армия захватила город Пин, и остатки правящей верхушки были свергнуты. Страна породила целую волну побед, медленно открывая глазам общества совершенно новое будущее. Главный герой Бай Миндэ, который вынужден был страдать и терпеть унижения во время своей миссии в течение многих лет, мог, наконец, не скрывать свою настоящую личность и вернуться в свою доверенную организацию.

Однако Лян Линхуэй покинула его.

Более того, погибли его верные товарищи, с которыми он делил жизнь и смерть, и враги, которые сражались с ним; все те, кто мог умереть, умерли; все те, кто мог уйти, ушли.

В самом конце Бай Миндэ остался один. Он стал старшим офицером, но после того, как он потратил всю свою жизнь ради восстановления мира, что осталось? Возможно, остались только воспоминания об опасностях скрытых кинжалов в темноте и об одиночестве.

Команда «Западни» хотела использовать эту концовку, чтобы указать на свой протест против войны. Как сказал режиссёр Чжэн, у этого сериала должны быть не только хорошие рейтинги, но и огласка через «сарафанное радио». Война была жестокой трагедией для всех; даже если кто-то победит, люди тратили во время войны гораздо больше, чем получали.

Часть зрителей испытывала глубокую жалость, посмотрев финал; они также чувствовали жестокость войны. Тем не менее, гораздо больше зрителей были против того, что главный герой и героиня не остались вместе. В частности, они активно выражали большое недовольство тем фактом, что Хо Си действительно совершил самоубийство в тюрьме!

«Мой сорокаметровый меч испытывает сильную жажду крови! Сценарист, иди сюда. Обещаю, я не сделаю тебе больно!»

«У-у-у-у-у, почему Маршал моей семьи погиб!? Маршал моей семьи, Маршал моей семьи…»

«Сценарист, выходи! Я знаю, что ты там! Раз у тебя есть возможность убить моего маршала, значит у тебя есть возможность и открыть дверь! Открой дверь!»

«Ах, ах, ах, ах, у меня было зловещее предчувствие, когда я увидел, что Маршал проиграл, но я решила проигнорировать его. Маршал уже подготовил план побега и давно мог уйти. Но почему! Почему, когда он был так близок к спасению, он решил перестать бежать и не сел на корабль!? Нужно было просто сесть на корабль! У-у-у-у-у, почему же ты не сделал этого!!!»

Когда армия ворвалась в город Пин, люди в замешательстве наблюдали за происходящим, а Хо Си уже прибыл в порт и был готов сесть на огромный корабль, чтобы бежать на запад. Танкер издал свистящий звук, приказывая солдатам быстро подняться на борт. Молодой и красивый Маршал семьи Хо был одет в тёмную военную форму, его глаза спокойно смотрели на рампу перед ним.

Он сделал шаг вперёд, остановившись в центре рампы.

Человек, стоящий сзади, убеждал его:

— Маршал, давайте поторопимся!

Однако Хо Си ответил ему лишь долгим молчанием. Его отец умер вчера от болезни в своей постели; его отец и мать любили друг друга много лет, и рано утром его мать покончила с собой, нанеся себе удар в горло золотой шпилькой, которая была её приданым, когда она выходила замуж.

Теперь из всей семьи Хо остался только он один.

Ветер, доносящийся с залива, дул через причал, заставляя его плащ из куницы трепетать. Город Пин позади него был полон взволнованных и счастливых победных возгласов, в то время как люди позади него с тревогой призывали его поторапливаться на корабль. Спустя долгое время Хо Си поднял правую руку в белой перчатке, надвинул фуражку на глаза и внезапно развернулся!

Все его люди не могли ничего сделать, когда он молча проходил мимо толпы в обратном направлении.

Наконец, его люди вышли из своего оцепенения и начали пытаться его остановить.

— Маршал, вы не можете…

Один из мужчин потянул Хо Си за руку и внезапно замолк, когда черное лакированное дуло нацелилось прямо на него. Он чувствовал, как у него колотится сердце, и дрожащим голосом произнёс:

— Маршал, Вы... Вы не можете вернуться. Мы должны уйти как можно скорее, иначе они скоро догонят нас. Они точно Вас не отпустят!

Хо Си равнодушно посмотрел на мужчину, а затем внезапно выстрелил; пуля задела его ухо.

*Бам!*

— Отпусти.

Мужчина, наконец, отпустил его руку. Все наблюдали, как Хо Си шаг за шагом спускается на пристань. Когда он спустился, все уже могли видеть, как армия спешит к ним издалека. И только один человек шёл в это время им навстречу. Очевидно, он мог немедленно развернуться и убежать на корабле, но он спокойно продолжал стоять там.

— Маршал!

В конце концов, более десятка человек бросились вниз по трапу и последовали за Хо Си, чтобы остаться с ним на причале. Были также и десятки таких, кто предпочёл подняться на борт корабля и скрыться за далёким горизонтом.

Армия бросилась на Хо Си, и он поднял пистолет, приветствуя солдат. Он был один, и в руках у него был только пистолет, но солдаты не могли его убить.

Оставалось только пять пуль, и он убил ещё пять человек. Солдаты ненавидели его, пиная его по коленям со свирепыми красными глазами, чтобы заставить его встать на колени на землю. Когда он встал, его снова пнули. В конце концов, он был приговорён к пожизненному заключению.

Позже в тюрьме он отказывался от еды в течение трёх дней, а затем выпил яд, спрятанный в его зубах, и умер.

Когда они увидели эту концовку, многочисленные поклонники были опустошены, недоумевали и даже плакали. Некоторые зрители, кто придерживался нейтрального мнения о Хо Си, также не могли не почувствовать грусть, когда увидели эту сцену, с сожалением вздохнув:

«Раньше я всегда чувствовала страх, когда он появлялся на экране, и волновалась, что он может раскусить Бая Миндэ. Теперь, когда он мертв… почему я чувствую сожаление?»

«Верните мне моего Маршала! Верните мне моего Маршала! Почему он решил остаться, почему он решил покончить с собой! Я не верю в это, я отказываюсь верить в это! Маршал моей семьи не умер, он определенно жив! Я требую второго сезона! Команда «Западни», если вы решите снять второй сезон, я осмелюсь посмотреть его!»

«У-у-у-у-у-у-у-у, я чувствую себя так, будто мне в сердце вонзили кусок битого стекла!»

«Я действительно могу понять выбор Маршала. Его родители умерли, как и большинство его людей. Его дом – в городе Пин, а теперь, когда город Пин захвачен, и вся страна должна быть объединена, у него есть только один выбор –  прожить остаток своей жизни за границей. Только так ему могла быть гарантирована жизнь. Такой, как он, просто не мог выбрать такую жизнь! Поэтому он продолжал бороться, даже стоя на пороге смерти!»

«Да, я согласна! Как мой Маршал может бегать и жить без цели? Однако… хотя я и могу понять причину его поступка, зачем же моему Маршалу было умирать…»

«Потому что он изначально хотел умереть в городе Пин, умереть в своём родном городе; умереть в том месте, где он вырос!»

Вскоре зрители, которые изначально жаловались на финал, постепенно разделились на две группы. Одна группа всё ещё не хотела ничего, кроме расправы над сценаристами, а другая принялась обсуждать сюжет.

Сюжетная линия Бая Миндэ была очень простой, а его одинокое будущее, на которое он был обречён, могло позволить людям задуматься. Его история была сложна в начале, но в конце о нём было мало что сказать. За весь сериал он неоднократно избегал смерти благодаря своему остроумию, чем оставлял людей под глубоким впечатлением. Игра Ханя Янхао также была неплохой, поэтому реакция публики была довольно хорошей.

Что о Лян Линхуэй… Эта героиня вызывала у зрителей смешанные чувства, потому что они всё время гадали, присоединится ли она к подпольной организации или нет. Так было с момента её первого появления в сюжете. Эта учительница придерживалась передовых взглядов и выступала за свободу. Изначально она уже не была похожа на традиционную феодальную леди, поскольку придерживалась современных идей и взглядов.

Но большинство зрителей, однако, обсуждали Хо Си.

Этот человек был очень ненавистен многим. Он убил бесчисленное количество подпольщиков, был жестоким и беспощадным, как и его средства.

Этот человек был чрезвычайно ужасен. Его капризный темперамент приводил в ужас бесчисленное количество зрителей, от чего они опасались, что однажды он внезапно застрелит Бая Миндэ, сказав: «Хотя у мен и нет никаких доказательств того, что ты шпион, я думаю… что это так».

Вскоре хэштег #ХоСи поднялся до двенадцатого места в списке сегодняшних трендов. В то же время хэштег #ФиналЗападни занимал четвёртое место в списке! Тысячи пользователей сети активно обсуждали концовку «Западни», и больше всего их интересовала сюжетная линия Хо Си.

Все обсуждали выбор Хо Си, и картинку, которую он увидел перед своей смертью. Некоторые отзывы были очень развёрнутыми:

«Он вернулся, потому что не хотел умирать за границей, а хотел умереть на своей родине; он не сразу убил себя, а перенёс унижения и не ел три дня перед самоубийством. Причина очень проста: он хотел ещё хотя бы раз увидеть Лян Линхуэй, но, к сожалению, не знал, что Лян Линхуэй уже покинула город Пин. Поэтому, когда Бай Миндэ случайно обмолвился об отъезде Лян Линхуэй, когда навешал его, Хо Си, наконец, решил покончить с собой.

Его родители были мертвы, и он знал, что больше никогда не увидит девушку, которую так любил. Он уже ничего не мог сделать, и единственным выбором для него было покончить с собой и никогда больше не подвергаться унижениям.

Этот персонаж был раскрыт очень хорошо, да и игра Жун Сюя была поистине превосходной. На самом деле, мне трудно поверить, что он новичок. С нетерпением буду ждать его следующих работ».

В 12 часов утра наконец были опубликованы национальные рейтинги «Западни». Когда директор по производству «Томатной Станции» увидел цифры, его глаза удивлённо округлились. Он ещё долго не мог поверить в увиденное. Убедившись в том, что он действительно всё правильно видит, он восторженно хлопнул себя по лицу:

— Хорошо! Замечательно! В этом месяце все усердно работали, и теперь каждый получит ещё  еще один бонус!

Некоторые сотрудники смеялись и шутили:

— Директор так счастлив… может быть, средний рейтинг финальной серии превысил 1,7?

«Западня» достигла рейтинга 1.12 к третьему эпизоду, однако после этого рейтинги росли очень медленно. К шестому эпизоду рейтинг повысился до 1,6, но выше уже не поднялся.

Для еженедельного сериала это уже был неплохой показатель, особенно по сравнению с «Летней правдой», которая выходила в том же временном интервале, но из-за которой станция «Манго» несла огромные убытки.

Рейтинги «Летней правды» упали до 0,4, и независимо от того, что делала станция «Манго», они отказывались расти. Что касается общественного мнения о «Летней правде», то оно полностью соответствовало тому, что ранее сказал Жун Сюю режиссёр Го…

В мире есть действительно хорошие сериалы про идолов, но остальные, в большинстве своём, сырые, да и сделаны плохо.

Директор производства Станции «Манго» был в ярости каждый день, и даже вырезал два эпизода «Летней правды», чтобы она закончилась ещё на прошлой неделе. Теперь, когда он увидел рейтинги «Западни», директор производства был зол настолько, что чуть не упал в обморок:

— Средний рейтинг 1,9, а самый высокий - 2,2?! Невозможно! Вы знаете, как долго не было еженедельных сериалов с рейтингом 2.2?! Знаете?! Полтора года! В этом сериале из известных актёров один Хань Янхао! Как такое возможно?!!!

Вскоре после этого финальный рейтинг «Западни» стал известен всем в отрасли. К следующему дню даже зрители знали об этом крайне высоком рейтинге.

Однако зрителей больше беспокоил сюжет, а не рейтинги. Они, естественно, ещё вчера ночью завалили официальный аккаунт команды комментариями, но эти фанаты на самом деле были такими энтузиастами, что не унимались и на следующий день. На этот раз они не слали им угрозы, а просили снять второй сезон!

«Главный герой должен провести остаток жизни в одиночестве… вам не кажется, что такой финал слишком душераздирающий? К тому же, местонахождение главной героини неизвестно. Скажите мне, не слишком ли ваша концовка мрачная?»

«И наш маршал Хо! Маршал должен жить! Если вы оставите Маршала в живых, я куплю 10 DVD-дисков!»

«Ах, ах, ах, уже подтверждено, что у «Западни» будет DVD-версия? Я тоже хочу купить диск!»

Жун Сюй не в первый раз попадал в список трендов, но сегодня был первый раз, когда он поднялся так высоко.

Второе место!

#ХоСи – второе место! #ЖунСюй – тринадцатое место!

Один человек занимал сразу два места в списке трендов. Даже без помощи PR-отдела, сами пользователи сети «подтолкнули» его на эту позицию и помогала продержаться там целых шесть часов. Такая ситуация для новичка была равноценна становлению знаменитым в одночасье. Количество поклонников Жун Сюя на Вэйбо росло со скоростью, видимой невооруженным глазом, и достигло уже более 4.300.000 поклонников!

И эти цифры всё ещё увеличивались... и увеличивались...

Однако к вечеру все поклонники Жун Сюя собрались вместе и направили всю свою энергию от «требований второго сезона Западни» в другое русло, усевшись перед телевизорами.

Многочисленные фанаты с радостью жевали фрукты и бутерброды, ожидая окончания рекламы и думая:

«Ах! Как же здорово быть фанатом Жунжуна. «Западня» только закончилась, а «Борьба за превосходство» уже сегодня выходит в эфир! Я самая счастливая поклонница на свете…»

Верно, именно в этот вечер официально выходил в эфир сериал «ХуаСя Энтертейнмент», в который было инвестировано более трёхсот миллионов – «Борьба за превосходство»!

«Борьба за превосходство» была последним большим Китайским сериалом этого года. Ещё год назад, когда команда ещё даже не закончила подготовку, у сериала уже было бесчисленное количество поклонников, которые с нетерпением ждали его.

Режиссёром работы выступил Го Лун, который был хорошо известен в отрасли, главную роль сыграла актриса Тан Мэнлань, получившая множество наград,  а также молодая звезда первого уровня Дун Чжэн. Актёр Е Цяо, играющий мужскую роль второго плана, был почти таким же популярным, как ведущие актёры. Второстепенного персонажа играл Жун Сюй, который сразу же прославился благодаря недавно вышедшему еженедельному сериалу «Западня» и стал самой большой темной лошадкой этого года.

Короче говоря, на радость высоким ожиданиям десятков миллионов зрителей, «Борьба за превосходство» официально вышла в эфир!

Величественный и внушающий страх саундтрек, героические и жестокие спецэффекты; первой сценой первого эпизода стало жестокое сражение, развернувшееся на поле боя. После развития сюжета зрители быстро познакомились с Сяо Сян, Се Цзинсянем, Дун Лиланем…

Когда большая завеса титров медленно надвинулась на мир на экране, многие зрители внезапно осознали, что первый эпизод уже закончился: «Невероятно… уже прошло столько времени!»

Преимуществом ежедневных сериалов было то, что их можно было продолжить смотреть уже на следующий день!

День премьеры «Борьбы за превосходство» быстро подошёл к концу. В 12 часов дня уже были опубликованы рейтинги национального телеканала. Многочисленные зрители горячо обсуждали релиз «Борьбы за превосходство» в интернете, одновременно глядя на список рейтингов. Когда они увидели цифры, их глаза испуганно расширились, но затем они кивнули, поняв…«Логично. С таким-то актёрским составом, даже если рейтинг первого эпизода достиг отметки в 2.3, в этом нет ничего удивительного, ах…»

Да, средний рейтинг «Борьбы за превосходство» составил 2,3! А самый высокий рейтинг – 2,55!

Эти рейтинги можно было смело назвать самыми высокими в этом году. Даже «Западня», которая только что закончилась и имела самые высокие рейтинги сериалов в своём временном интервале по всей стране, едва превышала 2, а её средние рейтинги никогда не превышали 2. По сравнению с другими сериалами, «Западня» уже была чрезвычайно выдающейся, но по сравнению с «Борьбой за превосходство» она сильно уступала!

Кроме того, это был только первый день.

«Борьба за превосходство» была ежедневным сериалом; если в сюжете не будет слишком много дыр, его рейтинги будут только продолжать расти.

Когда Жун Сюй увидел рейтинги, он был немного удивлён, но всё понимал. Он сидел в кабинете Ло Чжэньтао, просматривая объявления о ролях, и улыбнулся, сказав:

— На самом деле, это вполне нормально. Я слышал, что фильмы, в которых появляется Тан Цзе, всегда имеют высокие оценки. Начиная с её дебюта и до сегодняшнего дня, она не подводила ни одну работу, в которой появлялась.

Ло Чжэньтао засмеялся, услышав это:

— Тогда Вы недостаточно хорошо знаете её, Сяо Сюй, Тан Мэнлань просто повезло, что только один из её фильмов не получил наивысшие оценки; все остальные её работы занимали всегда первые места в своём временном интервале. Впрочем, ей тоже немного не повезло. Кассовые сборы в её фильмах были не так уж высоки.

Они поболтали некоторое время, когда Ло Чжэньтао вдруг показал ему сообщение о прослушивании и сказал:

— Это сообщение довольно хорошее. Вы только что вошли в круг, а Вам уже приходят предложения – это очень хорошо, — сделав паузу, он продолжил, — Вы только что снялись в двух сериалах подряд, и уже почти пора праздновать канун Нового года. Вы не думали взять перерыв?

Услышав это, Жун Сюй перестал листать бумаги, поднял глаза и улыбнулся:

— Как вы планируете провести Новый год, Ло Гэ?

Ло Чжэньтао не заметил, что Жун Сюй увильнул от ответа, сменив тему, и с улыбкой поведал ему о своих планах. Слушая его,  Жун Сюй витал в облаках.

Все китайцы любят китайский Новый год из-за возможности воссоединиться с семьей и повеселиться.

Но вряд ли он вернётся в семью Жун. Даже если он вернётся, это не будет воссоединением, да и никакой радости это тоже никому не принесёт.

Этот Новый год ему суждено было провести в одиночестве. Возможно, он должен был занять это время съёмками очередного сериала, чтобы отпраздновать праздник со съёмочной группой. Это была довольно неплохая идея. Подумав об этом, Жун Сюй выбрал одно из предложений, и уже собирался сообщить об этом Ло Чжэньтао, когда у того вдруг зазвонил телефон.

Ло Чжэньтао ответил и вышел на улицу. Когда он вернулся, Жун Сюй собирался рассказать другому о выбранном фильме, но увидел его взволнованное лицо и сияющие глаза. Ло радостно сообщил ему:

— Сяо Сюй, есть один хороший фильм, который очень хочет пригласить Вас на прослушивание. Что думаете? Не хотите пойти?

Фильм, который мог сделать Ло Чжэньтао таким счастливым, определенно не был обычным.

Жун Сюй был удивлён:

— Что за фильм?

Словно прочитав мысли Жун Сюя, Ло Чжэньтао объяснил:

— Инвестиции не так высоки, но режиссёр и исполнительниц главной роли – очень хороши. Сценарий интересный и, что самое главное, Ваш персонаж тоже очень хорош. Фильм называется «Чёрные тучи». Вы, наверное, слышали это название раньше; это дебютная песня того популярного певца, который умер от болезни несколько лет назад.

До этого, когда он снимался в «Очень интересно», Жун Сюй был очень обеспокоен, что Тан Мэнлань может выбрать песню, которую он не знает. Так вот, если бы Тан Мэнлань сказала тогда не «Резонанс войны», а «Чёрные тучи»… ему бы тоже очень повезло, потому что так вышло, что Жун Сюй знал эту песню.

Первоначальный владелец этого тела любил хэви-метал. «Чёрные тучи» была одной из немногих лирических песен, которые он знал.

Эта песня была чрезвычайно популярной в Китае. В его воспоминаниях была информация о том, что когда этот певец скончался три года назад, его песню было слышно по всему Китаю.

Лин Сяо – певец, сделавший себя сам, был известен в Китае более двадцати лет. Он удостаивался награды «Золотая мелодия» семь лет подряд, и был Королем Музыки, который получил множество наград за четырнадцать лет. Его смерть стала огромным потрясением для музыкальной арены того времени. Можно сказать, что китайская музыкальная сфера сильно пострадала, и лишь в последние годы она стала постепенно восстанавливаться.

Двадцать пять лет назад Лин Сяо дебютировал с песней «Чёрные облака». Сначала он играл на гитаре и пел в переходах города B. Позднее кто-то опубликовал в Интернете видео с его выступлением. Песня тронула бесчисленное количество людей, и вскоре он подписал контракт и начал свою певческую карьеру.

Талант Лин Сяо был необычайным, каждая его песня трогала слушателей до глубины души. Хотя он и не был особенно красив, его нежный и чистый голос всегда мог коснуться глубочайших струн вашей души, позволив вам почувствовать умиротворение и избавиться от всего своего беспокойства.

Однако пять лет назад у Лин Сяо была диагностирована лимфома. Два года спустя он умер в возрасте сорока одного года. Это было три года назад. Когда он умер, поклонники горько оплакивали эту трагедию. Весь круг развлечений оплакивал его, даже многие иностранные звезды скорбели о его кончине. Даже Цинь Чэн прилетел в Китай из Голливуда, чтобы прийти на похороны этого Короля Музыки.

Вот почему Ло Чжэньтао сказал:

— Инвестиции в фильм невелики, потому что бюджет на актёров невелик. Многие знаменитые звёзды, кажется, уже подтвердили, что появятся в фильме в знак дружбы с Лин Сяо. Так что, будь то собственная привлекательность Лин Сяо или известность этих приглашённых звёзд, этих составляющих будет вполне достаточно, чтобы гарантировать высокие кассовые сборы.

Фильм должен был отдать дань памяти Лин Сяо, но, в конце концов, извлечь выгоду тоже было необходимо. Анализ Ло Чжэньтао был верным, у этого фильма не могло быть низких кассовых сборов. Но Жун Сюй всё ещё чувствовал, что в этом предложении есть что-то странное:

— Почему они хотят именно меня?

Ло Чжэньтао засмеялся и ответил:

— Помощник режиссёра, только что звонивший мне, сказал, что они слышали Ваш дуэт с Тан Мэнлань на «Очень интересно». Сяо Сюй, я тоже думаю, что в будущем Вы вполне можете войти в музыкальный круг. У вас отличные навыки и прекрасный голос.

Такой ответ очень удивил Жун Сюя. Он на мгновение задумался, после чего кивнул:

— Тогда мы пойдём на прослушивание.

Ло Чжэньтао выдохнул, улыбнулся и продолжил рассказывать Жун Сюю о сценарии, сказав, что команда вышлет его вечером. Когда ему уже нужно было везти Жун Сюя домой, Ло Чжэньтао уставился на кнопку лифта, но не нажимал её.

Жун Сюй улыбнулся и спросил:

— Что случилось, Ло Гэ?

Ло Чжэньтао улыбнулся и нажал на кнопку:

— Музыка – это то, что может двигать людьми. Мне нравилось слушать Лин Сяо, когда я был моложе. Сяо Сюй, будет здорово, если Вы пройдёте это прослушивание. Я верю, что Вы сможете хорошо его сыграть.

Повисла пауза; Ло Чжэньтао, казалось, что-то задумал. Он повернулся, начав внимательно разглядывать Жун Сюя, после чего его лицо внезапно исказилось.

Жун Сюй слегка нахмурил брови. Не дожидаясь, пока он спросит, Ло Чжэньтао с сожалением вздохнул:

— Жаль. Сяо Сюй, когда Вы и он поёте, я испытываю похожие чувства, да и по игре Вы вполне можете пройти… Вашим единственным недостатком будет то, что...

Ло Чжэньтао внезапно остановился. Жун Сюй улыбнулся и спросил:

— Что?

Ло Чжэньтао издал длинный и глубокий вздох:

— Вы слишком красивы. Это совсем не соответствует имиджу Лин Сяо, ах!

Жун Сюй:

— …

На свете крайне мало идеальных людей. Бог дал Лин Сяо небесный талант сочинять и трогательный голос, но не наделил его красивым личиком.

На вид Лин Сяо был очень обычным; его лицо было бы совершенно незаметным, если бы его поместили в толпу. Но когда Жун Сюй пошёл на прослушивание, старший визажист рассмеялся и сказал ему, нанося грим:

— Когда я ещё была ассистентом, мне однажды довелось поработать с Лин Сяо. Лин Сяо был очень хорошим человеком, он всегда был тихим и скромным; часто случалось, что люди даже не замечали, что он суперзвезда. Ещё он был очень добр и отзывчив. Однажды, глава нашей команды гримеров очень спешил, поэтому мимоходом бросил кому-то свою куртку. В то время он не знал, что на самом деле бросил её Лин Сяо.

Сердце Жун Сюя дрогнуло.

Визажист продолжила:

— Когда наш босс вернулся, он впал в ужас, когда увидел Лин Сяо. Тогда Лин Сяо только что получил третью премию «Золотая мелодия» и был самой яркой звездой на всей музыкальной сцене Китая. Он думал, что его карьере пришёл конец. Однако Лин Сяо терпеливо прождал полчаса, чтобы лично вернуть ему куртку, и даже сказал ему, что на улице холодно, и куртку снимать нельзя, а также напомнил ему не забыть надеть её.

Жун Сюй опустил взгляд. Ло Чжэньтао, стоявший в стороне, тихо вздохнул.

Пока девушка продолжала, она чувствовала ком в горле от нахлынувших эмоций и скорби о смерти Короля Музыки, с которой она всё ещё не могла смириться.

Когда грим был нанесён, девушка посмотрела на Жун Сюя и не смогла сдержать вздох изумления. Она улыбнулась:

— Вы совсем не похожи на него, но я видела видео, где Вы поёте. Жун Сюй, я буду молиться, чтобы Вы прошли это прослушивание.

Прозрачные глаза Жун Сюя отражали её искренность; он не мог не улыбнуться, тихо рассмеявшись и кивнув:

— Спасибо.

Вскоре Жун Сюй пошёл в комнату для прослушивания в сопровождении одного из членов команды. Однако в этот момент позади него гримерша оцепенело уставилась на него. Её помощник подошёл и спросил:

— На что Вы смотрите, босс?

Девушка вздрогнула и ответила:

— Ничего, я просто почувствовала, что этот Жун Сюй немного похож на Лин Сяо. Лин Сяо тогда тоже был таким… он был не таким красивым, как Жун Сюй, но я чувствую от них похожую ауру… немного нежную, заставляющую людей хотеть сблизиться с ними.

Помощница была смущена:

— Правда? Я видела, что всё это время говорили только Вы. Этот Жун Сюй вообще всё это время молчал.

Гримёр потеряла дар речи:

— Разве то, что он не разговаривает, сразу означает, что он холоден? Ладно, давай работать.

В это же время самолёт быстро пересёк Тихий океан и медленно приземлился в столичном аэропорту. На этот раз они решили не использовать VIP-коридор. Высокий и красивый мужчина в чёрном плаще тащился со своим чемоданом прямо через толпу.

Естественно, вскоре люди в толпе узнали его, и уже в следующую секунду это вызвало огромный шум в аэропорту.

...

Самолёт прибыл в полдень, но только около трёх или четырёх часов Цинь Чэн смог сесть в машину и вернуться в свою квартиру. Сразу после того, как он убрал свой чемодан, он включил компьютер и сразу же набрал слово «Западня». В следующую секунду он уже начал смотреть заключительный эпизод сериала.

На протяжении всей серии на его красивом безразличном лице не было никаких изменений. Он молча наблюдал, как город Пин захватывают, молча наблюдал, как Хо Си спускается по трапу, молча наблюдал, как солдат пинает Хо Си по коленям, заставляя его опуститься на землю… подождите-ка, здесь он уже не мог сидеть «молча»!

Зрачки Цинь Чэна сузились, и он сразу же принялся печатать. Мгновение спустя среди множества загадочных комментариев появился и его комментарий.

«Пнул его?! Ты на самом деле пнул его! Зачем ты его пнул?!!!

Он такой красивый, такой прекрасный… как ты мог пнуть его?!!!

Затем он увидел сцену самоубийства Хо Си.

Цинь Чэн:

— …

Он выключил видео: для него этот сериал уже закончился.

Какая разница, что там дальше? Хо Си уже мёртв. Это конец!

Не прошло и минуты, как на официальном аккаунте Вэйбо «Западни» появился комментарий.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Вы все ужасные люди! Почему вы позволили Жунжуну моей семьи умереть! Почему?! Он такой хороший, такой красивый… как можно позволить ему умереть?! Я отправлю вам нож, уххх!!!»

По совпадению, помощник режиссёра «Западни» в этот момент вошёл в официальный Вэйбо, и случайно увидел этот комментарий. Он засмеялся и указал на него своему сыну:

— Ты только посмотри, нынешние пользователи сети действительно интересны. Три дня назад все они сказали, что хотят отправить нам ножи и динамит. Это действительно забавно, ха-ха. У них должна быть возможность отправить нам их.

Три дня спустя сценарист «Западни» смотрел на открытую экспресс-посылку со слезами на глазах:

— Неужели кто-то действительно послал мне записку со словом «нож», ах!?

Логичнее было спросить, кем, чёрт возьми, был этот странный сумасшедший человек!? Какого чёрта он отправил им этот нож?!

— Постойте-ка, откуда этот человек знает его адрес?!

Давайте не будем слишком много думать над этим...

Всё это произошло позже, так что не нужно говорить об этом сейчас. Сейчас Жун Сюй только что вошёл в комнату для прослушивания. А в квартира в городе B зазвонил мобильный телефон. Цинь Чэн быстро нажал кнопку ответа и тихо спросил:

— Что такое?

У Сюй Цзиня было немного шумно, поэтому он довольно громко ответил:

— Команда «Чёрных туч» только что поинтересовалась у меня, можете ли Вы появиться в их фильме в качестве приглашённого актёра. У Вас там не так много сцен; достаточно будет участия на съёмках похорон.

Мужчина нахмурился и задумался на мгновение, после чего тихо ответил:

— Я могу. Организуй для меня время.

Сюй Цзинь:

— …

Мгновение спустя:

— Босс, у Вас ещё нет времени?! Давайте поговорим об этом! До начала съёмок  Вашего следующего фильма ещё целых три месяца. Планируете ли вы за эти три месяца заняться ещё чем-то, или поучаствовать в шоу, или... усердно работать и взяться за новый фильм?

Цинь Чэн поднял бровь:

— Я пойду на шоу. Ты доволен?

Думая о безразличности этого человека, Сюй Цзинь вдруг вздрогнул:

— Забудьте об этом. Никогда не ходите на шоу, иначе Ваш имидж будет полностью уничтожен, — поговорив некоторое время, Сюй Цзинь вдруг вспомнил, — О, верно. Я слышал, что Жун Сюй тоже будет проходить прослушивание на роль Лин Сяо. Я вспомнил, что Вы упоминали, что мадам Цинь очень беспокоится о нём. Так уж сложилось, что Вы можете, пойти и посмотреть, как у него дела, ах-ха-ха.

Острые глаза феникса расширились, а губы сжались. Цинь Чэн переспросил:

— Он хочет пройти прослушивание?

Сюй Цзинь ответил так, как будто это было чем-то само собой разумеющимся:

— Да, кажется, на актёрском прослушивании участвуют три актера, и он один из них. Но то, что он получит эту роль – довольно сомнительно. Он новичок и никогда не снимался в кино. Режиссёр видел лишь то, как он поёт, и ему показалось это немного похожим на Лин Сяо, поэтому он и решил пригласить его на прослушивание.

— Сообщи мне о результате. Сразу же.

Сюй Цзинь:

— Что?

Холодный и благородный мужчина слегка опустил взгляд, чётко прочеканив каждое последующее слово:

— Кажется, у меня будет много свободного времени в следующие три месяца. Может быть… я смогу сняться в другом фильме.

Сюй Цзинь:

— …

И это сказал человек, который якобы был слишком занят, и у него было так мало времени, что его помощник должен был организовывать всё за него!

Прослушивание для фильма «Чёрные тучи» проходило в Городе S, где позже и должен был сниматься фильм.

Хотя эта команда снимала всего лишь недорогой биографический фильм, они не относились небрежны к реквизиту. Когда Жун Сюй прибыл на площадку, он увидел множество людей,  поглощённых организацией съёмок и подготовкой реквизита. Когда он вошёл в зал для прослушивания, то увидел в первом ряду шесть человек.

Предварительно выбранный главный актёр, сценарист, продюсер, инвестор и режиссёр – так обычно выглядели команды, проводящие прослушивание.

Однако в зале «Чёрных туч» сидели шесть человек. Жун Сюй не узнал женщину, которая сидела от него дальше всех. На ней были чёрные очки, а светлый шарф закрывал треть её лица. Он мог понять только, что она элегантна, но истинную её внешность увидеть не мог.

Взгляд Жун Сюя на секунду задержался на этой женщине, после чего он быстро отвернулся. Он улыбнулся и поприветствовал членов «жюри», а затем выслушал режиссёра Ляна, сидящего посередине:

— У Вас отличный имидж и темперамент. Жун Сюй, давайте сразу же приступим к прослушиванию. Вы, кажется, выбрали третью сцену? Мы с нетерпением ждём Вашего выступления.

Цзяо Цзиншань жил в городе S. Жун Сюй слышал, что вчера он уже прошёл прослушивание, и результаты были очень хорошими. Что касается Лин Чжэня, он только что вернулся из Англии и должен был прибыть в город на прослушивание днём.

Соответственно, Жун Сюй проходил прослушивание вторым.

Выслушав режиссёра Ляна, Жун Сюй вежливо ответил и зашагал прямиком к стене, установленной в центре комнаты. Сначала он поднял гитару, лежавшую на полу, и попробовал сыграть несколько нот, а затем протянул руку, чтобы взъерошить волосы.

Его действия были хорошо видны шести членам жюри. Только режиссёр Лян и таинственная женщина показали какую-то реакцию и выпрямились.

Глубоко вздохнув и медленно выдохнув, юноша открыл глаза; в его глазах было несколько оцепенелое выражение, но уголки его губ были слегка приподняты в нежной и тёплой улыбке.

В следующий момент этот, казалось бы, хрупкий юноша запел чистым мелодичным голосом.

Гитара была очень универсальным инструментом и, можно сказать, одним из лучших инструментов для начала обучения. Многие мальчики пытаются освоить гитару; всё потому, что девочкам нравятся мальчики, умеющие играть на гитаре.

Яркий, ослепительный свет озарял тело юноши, отбрасывая его одинокую тень на стену. Он пел сильно и громко. Казалось, временами он вообще выпадал из реальности, а его глаза бегали по сторонам, не осмеливаясь посмотреть перед собой.

Режиссёр Лян призадумался, глядя на ноги Жун Сюя, и внезапно обнаружил, что он стоит неподвижно, ступня к ступне!

Более того, всё тело юноши было напряжено. Если посмотреть внимательно, можно было обнаружить, что его пальцы, лежащие на струнах, тоже слегка дрожали. Он нервничал, он был напряжённым, и даже... застенчивым!

— Лето снова прошло, и время, которое я ждал тебя, увеличилось ещё на год. Чёрные тучи плывут над горизонтом… я оглядываюсь назад, чтобы взглянуть на твою улыбку…

Что такое первая любовь?

Многие из поклонников Лин Сяо говорят, что узнали о первой любви из его песен.

На первый взгляд «Чёрные тучи» казалось крайне мрачным названием, но на самом деле это была очень нежная песня о любви. Юноша влюбился в девушку, они молчаливо встречались каждый день у фонтана. До последнего дня лета мальчик ежедневно приходил к фонтану, но так и не увидел девушку, с которой никогда даже не разговаривал.

Затем он прождал ещё год и целое лето. В последний день лета он увидел небо, затянутое чёрными тучами, и спел эту песню. У него не было никакой ненависти и грусти. Он был просто счастлив тому, что у него есть такие прекрасные воспоминания.

Затем, когда чёрные тучи медленно рассеялись, он обернулся и увидел эту ослепительно прекрасную улыбку.

Мелодия была очень простой, как и текст, но эта простая и честная песня была способна затронуть нужные струны в сердцах людей. Когда Лин Сяо пел «Чёрные тучи» своим чистым голосом, его поклонники не могли не улыбнуться, вспоминая о своей первой любви или прошлых отношениях.

У них не было грусти, только благодарность; Благодарность за то, что у них есть такие хорошие воспоминания.

Независимо от того, насколько «всесильным» был Жун Сюй, он никак не мог превзойти Лин Сяо, полагаясь только на голос. В своей прошлой жизни он тоже пел и выпустил много альбомов, и даже сыграл ключевую роль на музыкальной арене. Однако, когда Жун Сюй послушал «Чёрные тучи» прошлой ночью, он замер, тронутый до глубины души, и не мог не пожалеть Лин Сяо.

В своей прошлой жизни Жун Сюй также дебютировал как актёр. Позже он стал выдающимся актёром, который также мог и петь, и даже был удостоен нескольких музыкальных наград. Его голос не был уникальным, но он вкладывал в пение достаточно времени и сил и использовал все свои навыки, чтобы восполнить свою врожденную «посредственность». Более того, ему потребовались годы, чтобы найти интересные приёмы, подходящие его тембру, и, наконец, выработать свой собственный уникальный певческий голос.

В тот день, когда он должен был петь «Резонанс войны» с Тан Мэнлань, Жун Сюй также хотел опробовать приём, который он использовал в своей прошлой жизни, но, к сожалению, он мало тренировался со своим новым голосом и не успел привыкнуть к нему, поэтому спел еле как. К счастью, он вовремя всё исправил. Но на этот раз для прослушивания Жун Сюй практиковался в вокале несколько дней и теперь мог петь своим голосом, как в прошлой жизни.

Это был опыт,  который облегчал прогресс. С голосом, подобным его прежнему, и вокальными навыками, которые он развил в себе путём многолетней практики, он не мог проиграть ни одному другому певцу.

В зале для прослушивания было тихо; все слушали песню с благоговейным вниманием, а юноша, стоявший посреди комнаты, как будто медленно расслаблялся. Его ноги были всё так же плотно сомкнуты, но пальцы больше не дрожали. Его голос становился всё громче и громче, как будто он пел в просторном и пустом переходе.

Чтобы его песню услышали больше людей, он преодолел свою стеснительность и пошёл на многолюдную станцию метро. Чтобы его голос услышали, он пел громко; так, чтобы его песня дошла до каждого работника с белым воротничком, который поспешно проходил мимо него в утренний час пик.

Постепенно его лицо становилось ярче и веселее. Он закрыл глаза и счастливо запел.

Утончённый и беспечный голос напоминал чистый источник, бьющийся о валун, со звуками струящейся воды. Радостные и добрые эмоции, распространяющиеся от него, словно пытались зарядить всех вокруг.

Он пел искренне, причём пел поистине восхитительно. Когда прозвучала последняя фраза песни «Может быть, однажды мы сможем дойти до последней остановки жизни», он внезапно открыл глаза и улыбнулся, посмотрев на жюри неподалёку.

Взлохмаченные чёрные волосы ниспадали на его чистые ясные глаза, но не могли скрыть ожидание, читаемое в его взгляде. Такой яркий и обнадеживающий взгляд не мог не удивить режиссёра Ляна. Когда он откинулся назад, юноша уже спел последние слова песни, после чего поклонился. На этом прослушивание Жун Сюя было окончено!

В конце концов, режиссёр Лян снимал фильмы уже более двадцати лет, поэтому он сумел быстро взять себя в руки и сказал:

— Очень хорошо. Можете пока идти.

В отличие от некоторых новичков, Жун Сюй не был так любопытен, чтобы расспрашивать режиссёра о результатах. Вместо этого он с улыбкой кивнул, вежливо поклонился и сказал:

— Спасибо, тогда я пойду.

Такое поведение заставило шесть человек в комнате узнать его лучше.

Убедившись, что Жун Сюй действительно ушёл, продюсер хлопнул в ладоши и воскликнул:

— С точки зрения  подхода, этот Жун Сюй намного лучше, чем вчерашний Цзяо Цзиншань! Вчера Цзяо Цзиншань держался далеко не так спокойно, как он. Сравнивая их выступления, я просто не могу поверить, что Цзяо Цзиншань играет уже восемь лет, а этот Жун Сюй дебютировал всего несколько месяцев назад!

— Он выступил очень хорошо, — согласился режиссёр Лян.

Все единодушно кивнули:

— Спел он также намного лучше, чем Цзяо Цзиншань вчера. Его игра тоже была превосходной.

Перед прослушиванием режиссёр Лян сказал, что Жун Сюю досталась третья сцена, но на самом деле это была лишь хитрая уловка команды. Во всех их сценах для прослушивания было одно и то же задание: актёры должны исполнить сцену пения Лин Сяо «Чёрных туч» в метро. Все без исключения.

Жун Сюй, конечно, был выдающимся во всех отношениях; настолько, что даже продюсеры, которые считали его новичком, не могли сдержаться от похвалы, однако сценарист перебил их, серьёзно заявив:

— Он совсем не подходит нам по внешности.

Все сразу же замолчали.

Лин Сяо не был уродливым, но его лицо нельзя было назвать красивым; он был обычным. Его темперамент восполнял все недостатки внешности, а из-за его характера все вокруг чувствовали, что он очень хорош, однако внешность Жун Сюя была слишком уж выдающейся. Трудно быть хоть как-то связать его с Лин Сяо.

Обдумав это, инвестор сказал:

— А Лин Чжэн, который был днём, тоже не подходит по внешности?

Сценарист ответил:

— У Лин Сяо не было такого красивого лица, как у этого Жун Сюя; он чрезмерно привлекателен. Наиболее подходящим должен быть Цзяо Цзиншань: он всегда отличался хорошей актёрской игрой, да и внешность у него не особо примечательна.

Пятеро человек обсуждали этот вопрос ещё какое-то время. Даже режиссёра Ляна сценарист уже почти уговорил, однако в этот момент таинственная женщина, сидевшая сбоку, не сказав ни слова, медленно встала и пошла к двери.

Режиссёр Лян был поражён:

— Синьжоу!

Таинственная женщина медленно обернулись и, наконец, подняла руку, чтобы снять свои солнцезащитные очки. Когда присутствующие в комнате увидели эти глаза, они замерли. Её прекрасные яркие глаза были красными от едва сдерживаемых слёз.

Если бы Жун Сюй всё ещё был здесь, он бы, несомненно, смог назвать имя этого человека: Хэ Синьжоу.

Пятнадцать лет назад состоялся дебют Вэнь Сюань. В то время самой популярной актрисой в Китае была Хэ Синьжоу. Хэ Синьжоу трижды удостаивалась премии «Золотой Феникс» за лучшую женскую роль, «Оскара» за лучшую женскую роль второго плана и одну награду Берлинской Премии за лучшую женскую роль; Раньше она была чрезвычайно популярной актрисой, но постепенно исчезла с экранов, а в последние годы и вовсе редко появлялась на публике.

Поговаривали, что её время давно прошло, и она побаивается, что кассовые сборы следующего фильма с её участием будут провальными, поэтому не решается на съёмки. Однако её поклонники игнорировали эти слухи и продолжали почитать свою любимую актрису.

В этот момент Хэ Синьжоу заговорила, чеканя каждое своё слово:

— Жун Сюй – это Лин Сяо; это не может быть Цзяо Цзиншань. Я не хочу видеть следующее прослушивание. Я прошу, чтобы вы позволили Жун Сюю сыграть роль Лин Сяо!

***

В этот день Жун Сюй и Ло Чжэньтао остались в городе S, чтобы дождаться результатов прослушивания. Если Жун Сюй пройдёт, то ему, естественно, не нужно будет уезжать из города, поскольку он будет готовиться со съёмочной группой к стартовой церемонии и самим съёмкам.

В городе В в это время мужчина получил сообщение.

Сюй Цзинь: «Жун Сюй прошёл прослушивание; его выбрала Синьжоу».

Увидев первую половину предложения, Цинь Чэн одобрительно кивнул. Увидев вторую половину предложения, он мигом нахмурил свои красивые брови и напечатал ответ: «Почему именно Хэ Синьжоу выбрала его? Как она отреагировала на него во время прослушивания?»

Сюй Цзинь:

— …

Вскоре Сюй Цзинь собрался с мыслями и позвонил ему, прямо сказав:

— Вы слишком много думаете. Разве Вы не знали, что Хэ Синьжоу всегда любила Лин Сяо? Я думал, Вам давно об этом известно: Вы с ними ведь участвовали в нескольких церемониях награждения. Однако Лин Сяо, похоже, не отвечал Хэ Синьжоу взаимностью. Идея этих «Чёрных туч» же принадлежит Хэ Синьжоу, а её отсутствие на экранах в последние несколько лет должно было связано с внезапной смертью Лин Сяо.

Услышав это, Цинь Чэн слабо произнёс:

— О…

Это звучало так, будто человека, который только что поднял шум из ничего, никогда и не существовало.

Сюй Цзинь не слишком много думал об этом и невзначай спросил:

— Вас так волнует Жун Сюй, кажется, даже чересчур, ах! Мадам Цинь просила Вас следить за его личной жизнью? Даже если Хэ Синьжоу и благосклонна к Жун Сюю, она выбрала его на роль Лин Сяо, так что это не такая уж большая проблема. Хэ Синьжоу сейчас всего 38 лет, и она отлично выглядит, хотя Жун Сюй… э-э, немного моложе, но если они будут счастливы вместе, в этом нет ничего плохого.

Острые глаза мужчины внезапно сузились, и он ледяным голосом перебил своего помощника:

— Значит, тебе нравится эта зрелая женщина.

Сюй Цзинь:

— … у меня есть девушка!»

Цинь Чэн:

— О, так получается, что у тебя уже есть зрелая женщина.

Сюй Цзинь:

— Моя девушка младше меня на два года!!!

Цинь Чэн:

— О!

Сюй Цзинь:

— …

«Ни с того, ни с сего становиться таким холодным… чего ты, чёрт возьми, хочешь от меня!?»

Изначально Сюй Цзинь хотел сказать больше, однако его босс отвечал ему только короткими «О». После каждого «О» Сюй Цзинь слышал в его голосе нотки… убийственного намерения!

Поначалу он думал закончить этот разговор, чтобы сохранить свою жизнь, но когда Сюй Цзинь уже собирался повесить трубку, он услышал низкий и магнитный голос Цинь Чэна:

— Когда они приступят к съёмкам, они, кажется, будут в городе S? Купи мне завтра билет в город S, а я пока займусь переговорами с командой.

Сердце Сюй Цзиня дрогнуло:

— О чём Вы собираетесь вести переговоры?

Цинь Чэн ответил так, будто это было чем-то, само собой разумеющимся:

— Обсужу сцены, в которых я буду сниматься.

Сюй Цзинь:

— …

«Почему у меня такие плохие предчувствия по этому поводу...»

Продолжая придерживаться мысли «Кажется, что-то не так, но если я произнесу это вслух, это вызовет кучу проблем», Сюй Цзинь быстро забронировал билет. Он колебался до самого последнего момента, но, наконец, всё же забронировал ещё один билет и для себя, чтобы не дать безответственному Молодому Мастеру своей семьи делать то, чего он делать не должен.

***

К ночи Жун Сюй, наконец, получил от команды «Чёрных туч» сообщение, подтверждающее, что он прошёл кастинг. Он почти никак на это не отреагировал, но зато Ло Чжэньтао был так счастлив, что даже открыл бутылку вина, чтобы отпраздновать это.

***

Цзяо Цзиншань также получил результаты прослушивания, и был разочарован лишь пару минут, после чего быстро забыл об этом.

В это же время в одном пятизвездочном отеле города S некий красивый и элегантный молодой человек сердито бросил чашку на пол, разбив её вдребезги.

— Жун Сюй!? Как они могли выбрать Жун Сюя? У этой помойки «Западни», в котором он недавно снялся, рейтинги были выше, чем у моей «Летней правды», но я мог смириться с этим. Это была проблема плохого сценария, и это не имело никакого отношения ко мне. Но какого чёрта он получил сейчас эту роль!? Каким местом я не так хорош, как он? Скажите мне, ах, как я могу быть не так хорош, как он!?

Младший помощник бросился убирать осколки с пола.

Лин Чжэнь с сердитым видом сидел на диване. Когда он поднял глаза, он случайно увидел по телевизору заголовок «Борьба за превосходство»…

Даже здесь был этот чёртов Жун Сюй!

— Выключи этот проклятый телевизор! Какая, к чёрту, «Борьба за превосходство»?! На что тут смотреть!

Младший помощник мог лишь покорно кивнуть и пойти выключать телевизор.

Лин Чжэнь сел на диван, чувствуя удушье. Он спросил:

— Ты уже видел эту «Борьбу за превосходство»? Как он там играет? Отвратительно?

Младший помощник немного поколебался, но всё же ответил:

— Персонаж, которого он играет, появился только сегодня вечером; я его ещё не видел…

— Хе-хе, да там и смотреть не на что. Как ты думаешь, что сделал этот Жун Сюй, чтобы попасть на эту роль? Я не знаю, какие методы он использовал, чтобы обойти меня и Цзяо Цзиншаня, и заполучить главную роль в «Чёрных тучах»… Действительно удивительно… новички этого года просто невероятно…

Младший помощник хотел поспорить, но увидев высокомерное лицо Лин Чжэня, мог лишь тихо склонить голову и продолжить собирать с пола  осколки, думая про себя: «На самом деле, «Борьба за превосходство» –  очень хороший сериал. В конце последнего эпизода было показано, что сегодня в сюжете появится персонаж Жун Сюя, и он, кажется, действительно хорош, ах...»

В этот момент, по всей материковой части Китая, бесчисленные зрители сидели перед телевизором, внимательно наблюдая за «Борьбой за превосходство».

На экране они увидели маленькую лодку, плывущую по реке, и молодую героическую женщину-генерала, глядящую на здание вдалеке. Она прищурилась и приказала своим людям грести быстрее. Наконец, они прибыли на берег и быстро направились ко входу в это здание.

Яркая и доблестная женщина-полководец подняла голову, чтобы увидеть элегантно написанные символы на табличке у двери. Холодным голосом она прочитала:

— Павильон Ван Цю. Это... тот самый павильон Ван Цю из «Кто бы ни заполучил Ваньци, получит мир?»

В следующий момент все прибывшие вошли внутрь!

Три шахматные партии определят их успех или неудачу в просьбе «ВаньЦи» павильона Ван Цю!

Когда зрители увидели превью прошлой ночью, они стали с нетерпением ждать выхода серии. Они видели, как Сяо Сян собирает людей, чтобы выиграть игру в шахматы, а также, как Сяо Сян смело кладёт свой меч на стол и говорит опасно низким тоном: «Мастер Ваньци».

Однако ролик на этом обрывался, и они не могли увидеть ничего, кроме края белой одежды ВаньЦи Яо.

Тянь Фэйфэй была преданной поклонницей «Борьбы за превосходство» задолго до того, как сериал вышел в эфир. И это неудивительно, ведь с тех пор, как она посмотрела «Западню», ей очень понравился её герой – Хо Си. Сначала она была преданной поклонницей маршала Хо, и смотрела этот новый сериал только для того, чтобы ещё раз взглянуть на Жун Сюя, но теперь она стала его преданным зрителем.

Со времени первого эпизода прошло уже прилично времени, а ВаньЦи Яо должен был впервые появиться в сериале только сегодня!

Переписываясь со своими друзьями, Тянь Фэйфэй нервно ждала появления ВаньЦи Яо.

«Маршал Хо был таким жестоким красавчиком… Судя по трейлеру, я чувствую, что Ваньци Яо имеет куда более мягкий и нежный темперамент, ах. Я всегда чувствовала, что Жунжуну не подходит нежный типаж… Он должен убивать людей своим пистолетом и быть непредсказуемым. Он может быть только таким, только таким… он так красив, ах, Жунжун моей семьи».

После отправки этого сообщения Тянь Фэйфэй подняла голову и увидела, что женщина-генерал Сяо Сян заводит своих людей в павильон Ван Цю.

В одно мгновение фоновая музыка внезапно прекратилась, оставив только шум волн на берегу озера. Мрачный холодный осенний ветер завывал над широким озером Юнь Мэн, порождая рябь на поверхности голубых волн. Доблестная и героическая женщина-генерал прошла через высокий мост, расположенный между двумя зданиями, гордо держа осанку.

Шаг за шагом, шаг за шагом…

Пробраться в павильон Ван Цю было непросто. Она взмахнула мечом, и с помощью размышлений ученых они преодолели трудности, ожидавшие их на каждом этаже.

Наконец, она прибыла на верхний этаж павильона.

Протянув руку, она открыла дверь.

В этот момент утихли даже звуки ветра и волн, оставив после себя только «скрипящий» звук открывающейся двери. Тянь Фэйфэй не могла удержаться от вздоха; её пальцы непроизвольно задрожали.

Камера медленно скользнула по комнате, показав зрителю коллекцию из десятков тысяч книг в и кучу сандаловых благовоний. Стройная фигура стояла перед окном, прислонившись к перилам и глядя куда-то вдаль. Бриз, дующий с озера, мягко развевал его длинные волосы и заставлял трепетать его белые одежды. Перед ним был горизонт, соединяющий воду и небо, а за ним – мирный и спокойный кабинет.

Если кто-то одержит победу на третьей шахматной доске, он получит возможность встретиться с Мастером ВаньЦи.

Однако в этом мире пока не было никого, кто смог бы выиграть первую шахматную игру!

И всё же сегодня Сяо Сян привела в павильон более двадцати шахматистов, у которых ушло три дня и три ночи на то, чтобы одержать победу в первых двух партиях. Это было достигнуто обманным путём, но она всё же победила. Вскоре она обнаружила, что третьей шахматной доски нет, поэтому, взяв свой длинный меч, она поднялась по лестнице и, наконец, обнаружила этого человека на самом верхнем этаже.

Шок Сяо Сян длился всего секунду. Она быстро вошла и сложила ладони:

— …Мастер ВаньЦи?

В её голосе читались нотки сомнения.

В ответ она услышала лишь звук волн, который оставался неизменным с незапамятных времён.

Сяо Сян сделала шаг вперёд и повторила:

— Мастер ВаньЦи.

В тихом кабинете не было никого, кто откликнулся бы на её зов.

В этот момент эта сильная и властная женщина-генерал, похоже, вспомнила о том, что государство Чу находится в опасном положении: её страна  на грани разрушения. Она стиснула зубы, сделала ещё один шаг вперёд и громко сказала:

— Сяо Сян хотела бы разобраться с третьей партией в шахматы, поэтому прошу Вас, Мастер ВаньЦи, пожалуйста, ответьте мне. Теперь, когда Сяо Сян решила первые два задания, она осмеливается спросить Мастера ВаньЦи, где находится третья шахматная доска?!

Её громкие слова снова повисли в воздухе.

Однако ВаньЦи по-прежнему не оборачивался. В ту секунду, когда человек, стоящий за Сяо Сян, собирался было вмешаться, внезапно раздался тихий смех. Сяо Сян была поражена, и все люди. Пришедшие с ней, тоже. Они наблюдали, как эта высокая фигура в белом, стоявшая над озером Юнь Мэн у перила, медленно поворачивается к ним, глядя на них с улыбкой.

В это мгновение время словно остановилось. Он поднял правую руку, и маленький воробей на его запястье замахал крыльями. Неизвестно, когда эта маленькая птичка вообще появилась на его пальце; возможно, это произошло, пока Сяо Сян с остальными терпеливо ждали ответа.

Воробей подпрыгивал взад-вперед, отказываясь уходить. Этот необычайно красивый молодой человек, стоящий перед Сяо Сян, погладил гладкие перья маленькой птички, прежде чем она, наконец, неохотно улетела прочь.

Взгляд Сяо Сян не мог не проследить за маленьким воробьём, который улетел из павильона Ван Цю. Когда она, наконец, снова опустила взгляд, её глаза встретились с парой ярких и ясных глаз ВаньЦи. Он стоял над голубыми волнами озера Юнь Мэн, окружённый множеством книг, и молча глядел на неё.

— Если одержать победу в двух моих шахматных партиях, можно войти в павильон Ван Цю. Что касается последней игры... почему бы не устроить её прямо сейчас? Я подготовлю третью доску для генерала Сяо.

Его тон был таким же лёгким, как ветер и облака, а улыбка на его губах была ещё мягче и нежнее.

Маленький воробей облетел здание вокруг и вернулся назад; он снова протянул руки, глядя на маленькую птичку любящим взглядом.

Сяо Сян долгое время молчала, прежде чем сделать ещё один шаг вперед:

— Уважение не заменяет послушание.

Это был Ваньци Яо. Когда Сяо Сян впервые увидела его, она держала в руке острый клинок, а он гладил маленького воробья. В кабинете, в котором находились десятки тысяч книг, высоко над озером Юнь Мэн, Ваньци Яо впервые встретился с Сяо Сян, произнёс её имя и предложил ей сыграть третью шахматную партию.

Фигура в белой одежде играла чёрными, начав с коми в семь с половиной.

В конце концов, с разницей в половину коми он проиграл двадцати высококвалифицированным мастерам из государства Чу. Двадцать гроссмейстеров вздохнули от восхищения и своей неполноценности. Что касается Ваньци Яо, то он лишь взял с собой маленького ребёнка и маленький чемодан, прежде чем сесть на корабль, приготовленный Сяо Сян, и покинуть озеро Юнь Мэн.

Этот эпизод заканчивался отдаляющимся изображением павильона Ван Цю на экране.

Осеннее солнце ярко освещало озеро, раскрашивая яркими красками постройки павильона Ван Цю и покрывая его тёплым жёлтым светом.

На этом эпизод закончился.

***

На телефон Тянь Фэйфэй приходили бесконечные оповещения, но она продолжала пристально смотреть на экран телевизора широко распахнутыми глазами; ей было совсем не до телефона. Дождавшись окончания промо следующего эпизода, она внезапно отошла от своего оцепенения и быстро включила телефон, чтобы посмотреть, что ей пишут.

Ей пришло более двадцати сообщений!

«Ах, ах, ах, Жунжун такой красивый, ты видела?! Как он может быть таким красивым!»

«Я маленькая птичка в руках Жунжуна! Это я! Это я!»

«Кто же спрятал моего Мастера ВаньЦи в этом золотом доме в самом центре озера Юн Мэн? Ах, ах, ах !!! Фэйфэй, Жунжун так прекрасен! Смотришь в его глаза, и видишь в них свет! Настоящий  свет, ах-ах-ах! Мой муж такой красивый!

«... Фэйфэй, скажи что-нибудь, а?»

«Ao-ao-aо! Жунжун вообще не планировал побеждать! Как ВаньЦи Яо может быть таким могущественным!?»

— ...

«Помню, раньше ты говорила, что Жунжун не подходят роли подобного нежного и отчуждённого типажа! Я хочу серьезно поговорить с тобой! Ты осмелилась сказать, что Яо моей семьи не годится на эту роль? Яо моей семьи достаточно красив, чтобы опрокинуть Небеса! Жунжун в белом просто бог! Эмм, подожди, подожди… Что ты думаешь о «Хо Си + ВаньЦи Яо»? Теперь, когда я подумала об этом, похоже, это возможно?! Яо такой красивый: Маршал определенно не захотел бы с ним расставаться! Он хранил б его в своих  ладонях, как сокровище...»

Как только она увидела это сообщение, Тянь Фэйфэй испугалась и поспешно ответила:

«Это один и тот же человек! Тебе не кажется, что дыра в твоём мозгу слишком велика?! Но Жунжун и правда слишком красив! Как он может быть таким красивым?! Но меня не покидает мысль, что аскетизм, который испускает Яо, просто чрезмерен... разве ты не чувствуешь, что... чрезмерное воздержание... тоже... очень... грязно... АХ-АХ! Я очень хочу с ним переспать! Очень хочу переспать с ним!!!

#Мечтаю_переспать_с_ВаньЦи_Яо»

* Уважение не заменяет послушание - [恭敬 不如 从 命] следовать чьим-то наставлениям; самая искренняя форма уважения; принятие чьей-либо просьбы, приглашения и т. д.

Эпизод закончился, и к одиннадцати часам вечера хэштэг #Мечтаю_переспать_с_ВаньЦи_Яо

поднялся в тройку популярных хэштэгов в ветке темы «Борьба за превосходство». Более того, после полуночи, хэштэг даже поднялся до 32-го места в популярных поисковых запросах и попал в топ-50 самых популярных поисковых запросах во всем Интернете!

Любой пользователь сети, который щёлкал по хэштэгу, мог увидеть тщательно отредактированные фанатами ролики с ВаньЦи Яо. Его привлекательная спина, облачённая во всё белое, которая могла ввести в транс любого пользователя по всему миру, его элегантная осанка, его лицо, с улыбкой оборачивающееся на камеру, его баловство с маленькой птичкой и конфронтация с Сяо Сян!

«#Мечтаю_переспать_с_ВаньЦи_Яо»

«#Мечтаю_переспать_с_ВаньЦи_Яо! Если я смогу переспать с ним, то вся моя жизнь будет стоить того!»

«Ах, ах, ах, как Мастер ВаньЦи может быть таким чистым!? Чем он чище, тем больше мне хочется его замарать… Я действительно хочу разорвать на нём одежду, прижать его к кровати и целовать, целовать, целовать… я очень хочу увидеть, как он выглядит, когда краснеет!!!»

«Сетевая полиция 666 заблокировала пользователя наверху. Тук-тук, пожалуйста, откройте дверь, я пришла, чтобы проверить ваши счетчики».

***

Ночью, в городе В.

Два эпизода «Борьбы за превосходство» закончились. Красивый и отчуждённый мужчина, одетый в чёрную пижаму, с серьёзным лицом таращился на рекламу, идущую по телевизору. Через некоторое время он молча взял пульт и нажал кнопку воспроизведения.

Он начал пересматривать эпизод «Борьбы за превосходство», а именно сцены, в которой Сяо Сян входит в павильон Ван Цю, беседует с Ваньци Яо, побеждает и, наконец, они вместе покидают озеро Юнь Мэн.

Он пересматривал эту сцену снова... и снова!

После третьего просмотра Цинь Чэн без всякого выражения поднялся с дивана, подошёл к окну и посмотрел вниз на шумный ночной город. Через три минуты он молча вернулся на диван; красные кончики его ушей, наконец, немного посветлели. Он что-то пробормотал про себя, прежде чем снова взять пульт... и пересмотреть сцену в четвертый раз!

Вскоре на Вэйбо был опубликован пост.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Ах, ах, ах, ах, ах, ах, ах, ах, ах, ах, ах, ах! Как же я хочу его» #Мечтаю_переспать_с_ВаньЦи_Яо»

Если кто-то перешёл бы на эту учетную запись и немного прокрутил стену вниз, он с удивлением обнаружил бы, что все посты, публикуемые этим пользователем, были посвящены Жун Сюю!

Один пост утром…

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Я очень хочу сегодня позавтракать с Жунжуном».

Один пост днём…

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Хо Си такой красивый».

Один пост ночью…

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Борьба за превосходство скоро начнётся; жду встречи с ВаньЦи Яо!»

Этот пользователь был даже пунктуальнее, чем люди с трёхразовым питанием!

В это же время Жун Сюй, находившийся за тысячи миль о города В, естественно, не подозревал, что в квартире, из которой он вчера уехал, мужчина с пустым выражением лица пересматривал кадры с ним уже в шестой раз! Даже после того, как он пересмотрел этот эпизод столько раз, на его лице не появилось никакого выражения, как будто он просто небрежно смотрел эти кадры от скуки.

Чтобы успеть на завтрашний грим и фотосессии, Жун Сюй решил лечь спать пораньше. Проснувшись, он почистил зубы и зашёл в Вэйбо. Просматривая новости друзей, он вдруг обнаружил, что снова попал в список трендов.

#Мечтаю_переспать_с_ВаньЦи_Яо.

Этот тэг… был немного постыдным. Жун Сюй тут же набрал Ло Чжэньтао сообщение, чтобы спросить, не он ли стоит за этим крайне постыдным хэштэгом.

Ло Чжэньтао сразу же ответил, чувствуя себя несколько обиженным:

«Если бы я хотел купить армию фэйков, чтобы помочь Вам продвинуться, разве я не вписал бы в тэг Ваше имя? Сяо Сюй, хотя этот тэг… и несколько неудобен, результаты всей этой шумихи поразительно хороши! На самом деле сами пользователи сети подняли Вас топ-10!»

Жун Сюй:

— …

Да, верно, топ-десять. Как только он нажал на этот тэг, он обнаружил, что тысячи людей пишут одно и то же: «Я действительно хочу переспать с ним».

Жун Сюй думал, что за свою жизнь испытал на себе всё, в том числе и любовь многомиллионной публики. Сколько всего он повидал за свою прошлую жизнь? Но это было действительно... в первый раз… чтобы весь мир «мечтал переспать» с ним. Даже после того, как в своей прошлой жизни он стал знаменитым, он всегда играл главные роли в паре с красивыми женщинами… и даже мужчинами... Да, он действительно снимался в гей-фильме.

Тем не менее, его фанаты никогда не были такими восторженными, и лишь молча вносили свой вклад в кассовые сборы. Как могло случиться, что все пользователи сети внезапно стали такими страстными?!

«Если я не могу переспать с ВаньЦи Яо, я отказываюсь вставать!»

«Ой, я упала. Я встану только в том случае, если Жунжун поцелует меня!»

«Если я не могу переспать с ВаньЦи Яо, то какой смысл мне жить... или, может быть, я могу переспать с Хо Си? :3»

«Я позволю вам, ребята, довольствоваться ВаньЦи Яо и Хо Си. Но сама я буду спать с Жунжуном! @ЖунСюй»

Жун Сюй:

— …

Они даже смеют отмечать его!!!

Пока он снимался на постеры персонажей в течение дня, Жун Сюй продолжал молча листать комментарии фанатов. Этим утром он уже подписал контракт с командой «Чёрных туч» вместе с Ло Чжэньтао и обсудил график съемок, поэтому сегодняшняя фотосессия была для него очень расслабляющей и приятной. Жун Сюй бездельничал, поэтому успел посмотреть уже тысячи постов своих фанатов.

Нажимая на хэштэг #Мечтаю_переспать_с_ВаньЦи_Яо, он читал каждое сообщение, слово за словом.

Когда он возвращался в отель ночью, Жун Сюй прочитал очередной подобный пост.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Нет! Переспать с ВаньЦи Яо будет недостаточно! Я хочу Жунжуна! Я хочу переспать с Жунжуном! #Мечтаю_переспать_с_ВаньЦи_Яо».

Между этим постом и всеми предыдущими не было большой разницы, Жун Сюй лишь мельком взглянул на него, прежде чем продолжить небрежно прокручивать ленту вниз. На следующий день он уже привык к бесстыдству своих фанатов. Он даже случайно нажал на странный коллаж одного из пользователей, поэтому его больше не заботили эти словесные «домогательства».

Перед сном Жун Сюй в очередной раз подумал об этом и всё-таки решил сделать пост.

Жун Сюй: «После просмотра Борьбы за превосходство сегодня вечером, вы должны хорошенько отдохнуть. Я уже пошёл спать (дверь заперта, никто не может войти) :)»

Многие фанаты как раз включали телевизор и слушали заставку «Борьбы за превосходство», когда им неожиданно пришло уведомление.

«Ах, ах, ах! Жунжун, позволь мне пойти в кровать вместе с тобой!!!»

На следующий день, с ростом сцен ВаньЦи Яо, появлялось всё больше и больше поклонников, которые не просто облизывались на его красоту, но и начинали анализировать его характер. Чем больше он появлялся в кадре, тем больше людей восхищались им. Потому что, кто мог поверить, что такой хрупкий на вид юноша сможет направить тысячи солдат, чтобы уничтожить превосходящие силы противника?

Если бы вы говорите, что этот человек понравился вам с первого появления, то вам, скорое всего, понравилась лишь его внешность. Но теперь, с раскрытием персонажа «ВаньЦи Яо» всё больше и больше поклонников воспевали его спокойное невозмутимое поведения, а также были тронуты его, казалось бы, холодным, но нежным сердцем.

Три дня спустя ВаньЦи Яо и второй мужской персонаж ДунЛи Лань встретились на поле боя.

Жун Сюй же в это время начал подготовку к церемонии запуска «Чёрных туч». Многие зрители были ошеломлены, наблюдая за тем, как ДунЛи Лань, облачённый в доспехи, холодно смотрит на Мастера ВаньЦи, одетого во всё белое. Острый длинный меч сверкнул, и мужчина, холодно усмехнувшись, бессердечно заявил:

— Тот, кто убьет его, получит десять тысяч золотых и титул Маркиза!

Среди десятков тысяч солдат, среди поднимающегося со всех сторон дыма, красивый, но зловещий мужчина взмахнул своим мечом и объявил награду своим десяти тысячам солдат.

Что это было за чувство?

Зрители не знали, какие чувства испытывал в этот момент ВаньЦи Яо, но одно они знали точно: они были готовы взорваться!!!

«ДунЛи Лань знает ВаньЦи Яо?! Оу-оу?! Я что-то пропустила? У меня вылетело из головы что они на самом деле знакомы?!»

«Черт, ДунЛи Лань – такой безжалостный и властный человек! Чувство от того, что на самом деле знает Яояо, слишком… сенсационно! У этих двоих были отношения, о которых они не могли рассказать другим людям… выдавать такую большую награду… Почему ДунЛи Лань хочет убить Яояо моей семьи? В каких они отношениях?! @КомандаБорьбыЗаПревосходство»

«Один – демонически красивый и высокомерный хладнокровный наследный принц, в то время как другой - бесподобно талантливый молодой военный советник. Когда он впервые увидел его на поле боя, он поднял свой меч, чтобы отнять у него жизнь. Неизвестно, будут ли эти двое как-то связаны позже, но они поклялись быть вместе в течение трех жизней».

«… Синопсис довольно шокирующий… но почему это кажется мне таким трогательным, ах! Так какова же связь между ДунЛи Ланем и Ваньци Яо? Как они могут быть знакомы?»

Два эпизода этим вечером повествовали о другом сражении между государством Чу и империей Лян.

До этого армия государства Чу одержала победу над империей Лян под руководством Ваньци Яо и вернула себе земли, которых их лишили девять лет назад. Месяц спустя наследный принц Империи Лян ДунЛи Лань лично повёл войска к границе. Обе стороны встретились на границе, и разразилась грандиозная битва.

Империя Лян имела мощную и хорошо обученную армию. Их силы были значительно лучше, чем у государства Чу. Несмотря на то, что у Чу был ВаньЦи Яо, они все равно не смогли получить преимущество над Империей Лян. Обе стороны были в равном положении, и снова стояли на границе друг напротив друга; ни одна из сторон не осмеливалась сделать шаг вперёд.

В этих двух эпизодах больше не было показано ничего, однако «удивительное» отношение ДунЛи Ланя к ВаньЦи Яо заставило всех зрителей задуматься над этой темой. Вскоре из-за бурных обсуждений в сети хэштэг #БорьбаЗаПревосходство поднялся в топ. У кого-то не ушло много времени на то, чтобы догадаться о возможной личности ДунЛи Ланя.

«В первых нескольких эпизодах ВаньЦи Яо по неосторожности сказал Сяо Сян, что у него есть друг, его Шисюн. Они росли вместе и были очень близки, но затем потеряли контакт. Если ДунЛи Лань действительно знает Ваньци Яо, он вполне может быть его Шисюном или знакомым его Шисюна!»

Две серии, вышедшие на следующий день, подтвердили предположение этого пользователя сети.

Сяо Сян спросила ВаньЦи Яо о его отношениях с ДунЛи Ланем, на что ВаньЦи Яо улыбнулся и ответил:

— Он мой Шисюн.

Затем зрителям были показаны  приятные и счастливые воспоминания.

ДунЛи Ланя родила у дворцовая служанка. С юных лет он не пользовался благосклонностью императора Империи Лян. Однажды он чуть не утонул в озере. Позже, хотя он и не умер, он заразился оспой и был выслан из дворца. Тогда он и познакомился с бывшим мастером павильона Ван Цю, который также был учителем ВаньЦи Яо.

Павильон Ван Цю был местом не только экономической политики, но и исключительных боевых искусств. Предыдущий Мастер Павильона видел, что ДунЛи Лань имеет отличное телосложение и не мог не принять его в свои ученики. Он научил его боевым искусствам после того, как излечил его болезнь. Через полгода он привёл Ваньци Яо и таким же образом обучил его боевым искусствам и всем своим хитростям.

Однако ВаньЦи Яо не обладал талантом к боевым искусствам, в то время как ДунЛи Лань был в них исключительным. Его боевые искусства были превосходны, а сам он – крайне талантлив.

В боевых искусствах ВаньЦи Яо был не так хорош, как ДунЛи Лань; зато он превосходил его в гуманитарных науках. ДунЛи Лань ни разу не побеждал Ваньци Яо в стратегиях планирования, но он всё же превосходил в них большинство других людей. Когда Сяо Сян спросила, почему ДунЛи Лань ушёл, Ваньци Яо беспомощно покачал головой:

— Мы все думали, что Мастер выберет следующим Мастером Павильона Шисюна. Мы и представить себе не могли, что он выберет меня.

Не желая мириться с такой ситуацией, гордый и высокомерный ДунЛи Лань предал павильон Ван Цю и вернулся в Империю Лян, захватив положение наследного принца. Император Лян стал формальным правителем Империи Лян, а ДунЛи Лань – фактическим.

Выслушав эту историю, фанаты не могли не оплакивать эти злополучные отношения.

«Чёртова мелодрама, они давят на наши чувства! Но... это так здорово! Отношения между этими двумя такие трогательные!»

«В воспоминаниях Яояо я заметил маленького наследного принца, который был так добр к Яояо. Он даже использовал свой меч, чтобы разрезать ему фрукты и помогал маленькому Яояо тайком выбираться из павильона Ван Цю, чтобы погулять по городу. Как может наследный принц хотеть убить Яояо!? Боже, я не верю в это!»

«Да что вы об этом знаете? Это называется «любовь убивает»! Ха-ха-ха-ха! Сегодня я дам сценаристу леденец на палочке. Он действительно умеет веселиться; даже в романах в этом году не осмеливались написать нечто подобное. У сценариста в голове очень большая дыра ~ Чмок:* =3»

ДунЛи Лань и ВаньЦи Яо едва встречались в этих четырёх эпизодах, но именно их взаимоотношения внезапно стали самыми популярными. Новый хэштэг #ЛаньЯо стал стремительно набирать популярность. Вначале об этом говорили лишь небольшое количество людей, но когда кто-то нарисовал комикс с двумя пухленькими мальчиками – маленьким Яояо и маленьким наследным принцем - все пришли в восторг.

В тот же вечер в 12 часов тема «ЛаньЯо» стала самой популярной в ветке #БорьбыЗаПревосходство, оставив позади главного героя и героиню сериала. К концу дня появилось много сценариев, описывающих чувства этих «боевых братьев», дабы утолить жажду фанатов. В этих сценариях также встречалось множество милых кусочков, которые трогали людей до глубины души.

Затем появились ёнкомы (четырехкадровая манга) от фанатов-художников. Хотя их и было не так уж много, среди них было несколько шедевров.

В обновлении на третий день больше не было объяснений о взаимоотношениях ВаньЦи Яо и ДунЛи Ланя. Однако в серии было показано кое-что интересное: Ваньци Яо до сих пор хранил нефритовый кулон, который подарил ему ДунЛи Лань.

Сяо Сян однажды случайно наткнулась на этот нефритовый кулон. К счастью, он не сломался. Сяо Сян несколько раз извинилась, но Ваньци Яо лишь улыбнулся:

— Так как он не сломан, всё в порядке. Этот нефритовый кулон не стоит больших денег, максимум пару серебряных монет. Тем не менее, это память; его оставила Шисюну его мать. Когда я был ребёнком, я однажды помог Шисюну и взял его вину за какой-то проступок на себя. Когда я вышел из Дисциплинарного зала, где провёл на коленях три дня, я обнаружил, что Шисюн все эти три дня охранял дверь снаружи. Позже он подарил мне этот нефритовый кулон, сказав, что он должен мне, и что этот кулон будет служить этому символом.

Сяо Сян не могла не удивиться:

— Тогда, почему же, когда он увидел Вас вчера, он…

Оставшиеся слова Сяо Сян не договорила, но ВаньЦи Яо итак знал, что она хотела спросить.

Он был готов использовать столь значимый нефритовый кулон в качестве символа и подарить его своему Шиди. Так как же могло случиться, что теперь он осмелился объявить награду за его голову?

ВаньЦи Яо слабо улыбнулся и покачал головой. Без тени обиды он объяснил:

— В то время мы были совсем молоды. Боюсь, Шисюн давно забыл об этом.

Естественно, Сяо Сян была не из тех людей, кто стал бы просить ВаньЦи Яо использовать нефритовую подвеску, чтобы попросить ДунЛи Ланя сдаться, поэтому она просто кивнула и старалась больше не упоминать об этом. Но когда зрители увидели, что она больше не задаёт ему вопросов на эту тему, они были взбудоражены до безумия.

«Божечки! Яояо такой понимающий, такой мудрый, такой красивый. Если бы я была ДунЛи Ланем, мне бы было плевать на то, кто будет Мастером Павильона! Я хотела бы одного – Яояо моей семьи!!!»

«Я уже придумала для них заголовок: Безжалостный, чертовски красивый и властный Гун; и любящий, нежный, умный бесподобный Шоу!»

«Я думаю, эпизод с амнезией отлично подойдёт для нашей семьи!»

«… Вы все думаете, что Яояо - это Шоу? Как мне кажется, Яояо – это, наоборот, Гун. Внешне он кажется чрезвычайно добрым и чистым, но как только вы посмотрите глубже, БАМ! Красавчик с чёрным сердцем!»

Горячая дискуссия «Лань-Яо» была очень прибыльной для «Борьбы за превосходство». В то же время это было выгодно и для двух вовлечённых в это сторон.

Первоначально из-за популярности «Западни», Жун Сюй также смог стать популярным за одну ночь. Благодаря этому еженедельному сериалу он поднялся, став звездой второго уровня. Теперь, с хорошим сюжетом и ролью всеми любимого ВаньЦи Яо, он медленно набирал такую популярность, какой могли только позавидовать  другие обычные звезды второго уровня.

С июля, когда Жун Сюй присоединился к команде «Борьбы за превосходство», и до ноября, когда «Западня» вышла в эфир, и до нынешнего момента, когда вышла в эфир уже половина серий «Борьбы за превосходство», прошло всего полгода. Однако в течение этих шести месяцев о нём говорили просто на каждом углу.

Теперь, благодаря ветке «Лань-Яо», он и Е Цяо часто упоминались пользователями сети.

Популярность Жун Сюя росла с каждым днём; как минимум десять тысяч поклонников следили за ним ежедневно. Каждый пост, публикуемый им на Вэйбо, собирал более десяти тысяч комментариев и репостов, в то время как посты Е Цяо – более пяти тысяч.

Это не значило, что четыре миллиона подписчиков Жун Сюя на Вэйбо могли превзойти семь миллионов поклонников Е Цяо, нет. Просто поклонники Жун Сюя следили за ним только в течение последних шести месяцев, поэтому, естественно, они были более активны.

С популярностью ветки «Лань-Яо» для карьеры Е Цяо открылось второе дыхание.

Многие зрители обсуждали отношения ДунЛи Ланя и ВаньЦи Яо и следили за Вэйбо Е Цяо и его форумом на сайте его компании. Популярность Е Цяо резко возросла. Всё, как Дун Чжэн и говорил полгода назад. В том же году Студия «Ци Ли» выпустила кассовый фильм «Чёрный конь» о гомосексуализме. И теперь Студия «Ци Ли» сделала то же самое в «Борьбе за превосходство», повысив популярность второго мужского персонажа.

Многие звезды смогли внезапно стать знаменитыми благодаря каким-то драматическим сериалам или фильмам. Как и сейчас, в актерском составе «Борьбы за превосходство», главная героиня Тан Мэнлань всегда была популярна, но прославилась она только после одного драматического сериала. После этого все её появления на экране были запоминающимися, поэтому она закрепила за собой титул «Королевы».

В последний раз рейтинг «Борьбы за превосходство» достиг отметки в 3.4.

Судя по оживленным дискуссиям среди зрителей, эти цифры в дальнейшем будут только расти.

Главный герой Дун Чжэн также был в плюсе: он сыграл в своём первом «высокорейтинговом» сериале.

Кто среди всех актёров получил наибольшую выгоду, так это второй мужской герой Е Цяо и второстепенный актёр Жун Сюй. Для первого это было возвращением на большие экраны; а для второго – основанием для устойчивого взлёта его карьеры.

Среди всего актёрского состава только третий ведущий актёр Сун Минфэй не произвёл ни на кого большого впечатления. Но в этом нельзя было винить его. Ведь его герой ещё даже не появился в сериале. После официального появления, возможно, его карьера также получит хороший импульс.

Обо всём этом Жун Сюй только мельком слышал от Ло Чжэньтао. Он не стал мешать команде и Е Цяо использовать ветку «Лань-Яо» для продвижения сериала и актёров. Да, верно, популярность ветки «Лань-Яо» поддерживалась не только активностью фанатов, но и пиар-командами причастных сторон.

Этот оправданный маркетинг мог одновременно увеличить популярность Жун Сюя и позволить ему, новичку, привлечь как можно больше внимания аудитории. Он мог убить двух зайцев одним выстрелом, так зачем же ему препятствовать этому? Тем более, что Жун Сюю даже не нужно было ничего для это делать. Команда «Борьбы за превосходство» и пиар-команда Е Цяо, естественно, прекрасно справлялись с эти и сами. От Жун Сюя требовалось только разрешение на использование его имени. Сам же он в это время мог спокойно заниматься подготовкой к своему новому фильму.

***

Ради съёмок «Чёрных туч», съёмочная группа специально пригласила преподавателя по вокалу для Жун Сюя, чтобы тот научил его петь.

По мнению режиссёра Ляна, хотя Жун Сюй и пел очень хорошо, он всё ещё не имел стабильной основы. Как известно, фильмы нельзя было дублировать. Использование дублирования означает, что вы заранее отказываетесь от наград за свою роль.

Награды за фильмы были чрезвычайно требовательны к актёрам. Если голос в фильме не был вашим собственным, если эмоции в вашем голосе принадлежали не вам, то вы не могли получить соответствующую награду. Даже если ваша игра была безупречной, вы все равно не могли получить за неё ни одной кинопремии. Всё было очень строго.

Поэтому, если это было возможно, команда «Чёрных туч» хотела, чтобы Жун Сюй пел лично. Только при тех обстоятельствах, когда это будет действительно необходимо, команда решит, заменять ли им его певческую партию голосом Лин Сяо. Тем не менее, этот факт обязательно повлияет на фильм.

Мысли режиссёра Ляна были верны, однако он и предположить не мог, что профессиональный преподаватель вокала, которого он специально пригласил, сердито нагрянет к нему уже спустя десять минут занятий с Жун Сюем, возмущённо жалуясь:

— Старый Лян, вот уж не думал, что ты такой! Ты попросил меня прийти, чтобы помочь тебе научить этого Жун Сюя, который якобы обладает кое-какими навыками, но никогда прежде не выпускал альбомов! Как ты мог солгать своему старому другу?

Режиссёр Лян был ошеломлён:

— Я… солгал тебе? В чём я тебе солгал? Старина Чэнь, ты можешь сказать мне прямо?

Учитель Чэнь надул губы:

— У Жун Сюя прочная база, а ты сказал мне, что он никогда прежде этому не учился! С таким же успехом я мог бы написать своё имя задом наперёд! Ладно, довольно, я не могу ничему научить его за такое короткое время. Даже если ты дашь мне год, я в лучшем случае смогу помочь ему отрегулировать голос. С точки зрения мастерства он очень развит. Больше не играй со мной так. Пригласи меня на ужин сегодня вечером, и я сделаю вид, будто ничего этого не было.

Режиссёр Лян:

— …

«То есть, после того, как я заплатил тебе за то, чтобы ты преподал парню десятиминутный урок, ты ещё требуешь угостить тебя ужином?!»

В этом нельзя было винить режиссера Ляна. И Жун Сюя, конечно же, тоже нельзя было винить.

Накануне режиссёр Лян сказал ему, чтобы он пришёл сегодня в студию пораньше. Режиссёр Лян не уточнял цель этого визита, поэтому Жун Сюй не ожидал, что режиссёр Лян на самом деле пригласит для него преподавателя вокала. В своей прошлой жизни Жун Сюй учился вокалу целых три года. Хотя он и не сказал бы, что он был экспертом, но у него была неплохая прочная база.

После этой ошибки Жун Сюй сам пригласил на обед режиссёра Ляна и Учителя Чэня.

За обеденным столом известный режиссёр и известный преподаватель по вокалу пили и болтали, не заботясь о том, что произошло раньше. Однако, когда Жун Сюй захотел выпить немного красного вина, Учитель Чэнь внезапно протрезвел и отчитал его:

— Если ты хочешь хорошо петь, тебе следует избегать алкоголя и всего стимулирующего и тяжелого на вкус.

Режиссер Лян сказал:

— Перестань волноваться! Ребёнок просто снимается в кино. Он актёр, а не певец.

Учитель Чэнь громко рассмеялся:

— Ха, а я уже и забыл. Полагаю, я просто привык обращать внимание на такие детали.

Жун Сюй мог лишь беспомощно кивнуть и слабо улыбнуться.

Глядя на них, он подумал, что эти двое, похоже, действительно перебрали сегодня с алкоголем.

Возможно, из-за привычек из его прошлой жизни, в этом мире Жун Сюй ещё ни разу не пил алкоголь. Максимум, бокал красного вина. Таким образом, он неосознанно берёг своё горло. Очевидно, сейчас он был только актёром, но он всё равно продолжал беречь своё горло.

Эта привычка была буквально выгравирована у него в костях. Он ежедневно занимался вокалом, тренируясь до тех пор, пока его горло не станет сухим и болезненным. Если он брался за что-то, он продолжал усердно работать над этим, не жалея себя.

Прошло ещё два дня. «Борьба за превосходство» стремительно приближалась к середине сюжета, а сцены ВаньЦи Яо заканчивались ещё быстрее. Зрители, естественно, этого не знали, но Жун Сюй периодически заходил в интернет  и просматривал комментарии фанатов.

***

Команда «Чёрных туч» уже завершила подготовку к съёмкам. Завтра должна была состояться официальная церемония открытия. В течение этого времени Жун Сюй оставался с командой и изучал  привычки и интересы Лин Сяо. Он хотел максимально точно отобразить характер этого человека, поэтому ему, естественно, нужно было понимать его. Только так он мог показать зрителю настоящего Лин Сяо.

На следующее утро небо посветлели, и члены команды «Чёрных туч» зажгли благовония и начали церемонию открытия.

Мужчина и женщина встречали всех прибывших. Режиссёр, продюсеры, инвесторы, сценаристы и другие также присутствовали на церемонии. Первым шёл режиссёр Лян, за ним Жун Сюй и главная героиня Юй Сыюй, а уже за ними – продюсеры, инвесторы…

Процесс ничем не отличался от церемоний открытия других фильмов; каждый с лёгкостью выполнил свою задачу. После того, как режиссёр Лян с остальными членами команды разрезали красную ленточку, символизирующую церемонию открытия, съёмки «Чёрных туч» официально начались.

Все казалось довольно обычным, если бы не кое-что странное...

На церемонии не было СМИ.

На самом деле, от начала и до конца церемонии открытия не появилось ни одного представителя СМИ! В здании присутствовали только члены команды, менеджеры актёров и помощники. Кроме них, не было ни одного репортёра!

Это не означало, что «Чёрные тучи» не заслуживали освещения в СМИ, или что репортеры не хотели знать инсайдерскую информацию. Напротив, в Городе Кино города S сотни репортеров и журналистов окружили студию, ломая себе голову и пытаясь всеми силами проникнуть внутрь, чтобы получить хотя бы один сенсационный кадр.

Один из репортёров выругался, жалуясь:

— Команда «Чёрных туч» фактически отказалась от всех интервью! Это слишком странно!

С самого раннего утра команда «Чёрных туч» была начеку. Они поставили охрану в окрестностях студии и не пропускали внутрь никаких представителей СМИ.

Режиссёр Лян категорически отказывался давать интервью СМИ и запрещал всем членам команды раскрывать хоть какую-нибудь информацию о фильме посторонним. Даже актёрский состав нельзя было разглашать. Кто бы ни допустил слив новостей, он будет немедленно уволен.

Чем загадочнее они были, тем больше внешнему миру хотелось что-нибудь о них разузнать!

«Чёрные тучи» – это фильм, посвящённый памяти Лин Сяо, – это все итак прекрасно знали. Год назад, когда этот фильм был запущен, и сейчас, когда съёмки официально начались,  каждый поклонник Лин Сяо с энтузиазмом искал об этом фильме хоть какую-нибудь информацию. По всей стране… нет, следует сказать, что поклонники со всего мира мечтали разузнать детали этого фильма. Зная их предвкушение, все СМИ, естественно, хотели опубликовать такие новости первыми.

***

Церемония открытия началась и закончилась без единого представителя СМИ.

Когда они готовились к фотосессии днём, режиссёр Лян, похоже, боялся, что Жун Сюй может неправильно всё понять, поэтому решил вызвать его и терпеливо объяснить всё лично:

— Пожалуйста, не переживай на счёт этого. Нашему фильму суждено быть увиденным сотнями людей, миллионами поклонников. На Вэйбо Лин Сяо до сих пор подписано двести миллионов поклонников, поэтому я не стал раскрывать публике детали съёмок. Так будет лучше.

Услышав это, Жун Сюй слегка кивнул и улыбнулся:

— Я понимаю. Я знаю, что режиссёр Лян сделал это ради того, чтобы мы могли сконцентрироваться на создании хорошего фильма независимо от внешней критики.

Услышав это, режиссёр Лян рассмеялся и воскликнул с присущим ему открытым и свободным северо-восточным акцентом:

— Ты, малыш, очень умён! Ах, неплохо, неплохо. Если у тебя есть время, тебе следует поговорить с Юй Сыюй; она хороший человек, к тому же она тоже из твоего «ХуаСя Энтертейнмент». Она должна позаботиться о тебе.

Жун Сюй улыбнулся в ответ.

Возможно, она как-то услышала слова режиссёра Ляна, но в тот вечер Юй Сыюй сама подошла к Жун Сюю.

Она была милой и нежной красавицей. Её шелковистые чёрные волосы были собраны в пучок, и только пара выбивающихся прядей ниспадала ей на щёки, делая её ещё более милой. В отличие от яркого и свободного стиля Тан Мэнлань, и от осанистого стиля Чжан Тунтун, Юй Сыюй, похоже, обладала врождённой мягкостью.  Любой, кто видел её, просто не мог на неё сердиться: она ведь казалась такой милой и доброй.

Но говорила она, наперекор своей внешности, очень смело и прямо:

— Мы с тобой из одной компании. Жун Сюй, если в будущем у тебя возникнут какие-либо вопросы, ты можешь смело обращаться ко мне за помощью Ты дебютировал всего полгода назад и снялся пока только в двух телесериалах. Можешь обращаться ко мне по любым вопросам, связанным с фильмом.

Выслушав её, Жун Сюй не стал отказываться и тепло улыбнулся:

— Спасибо, Юй цзе.

Юй Сыюй покачала головой:

— Не стоит благодарностей. Ты – главный герой этого фильма. Если у тебя возникнут какие-то проблемы, то этот фильм также неизбежно будут навлечены неприятности. Мне очень нравился Лин Сяо, и, хотя моя любимая песня далеко не «Чёрные тучи», он – мой любимый певец. Я с нетерпением жду, когда ты сможешь показать нам настоящего «Лин Сяо».

Этим предложением она сама ответил на вопрос, который давно терзал Жун Сюя.

Когда он получил сценарий, он знал, что главную женскую роль в фильме будет играть Юй Сыюй.

Кандидаты на главного героя были мелкими звёздами. Ни он, ни Лин Чжэнь никогда раньше не снимались в большом кино, а он был ещё совсем новичком. Цзяо Цзиншань снимался в нескольких фильмах, но их кассовые сборы были крайне низкими, да и его игра в телесериалах не считалась выдающейся. Так зачем же Юй Сыюй согласилась на съёмки в автобиографичном фильме, где главную играл такой малоизвестный актёр?

Оказывается, Юй Сыюй тоже нравится Лин Сяо.

Это всё объясняло

Пять лет назад Юй Сыюй получила премию «Золотой Феникс» за лучший дебют, а три года назад –  премию «Эффи» за лучшую женскую роль второго плана. В прошлом году она была номинирована на «Оскар» за лучшую женскую роль второго плана. В прошлом месяце она также была номинирована на премию «Золотой Феникс» за лучшую женскую роль.

С точки зрения наград и титулов Юй Сыюй была абсолютно первоклассной актрисой. Более того, самым замечательным было то, что помимо множества наград Юй Сыюй, у её фильмов были действительно удивительные кассовые сборы.

Если Тан Мэнлань называли «Королевой Рейтингов» главных телевизионных сериалов, то Юй Сыюй была «Королевой Кассовых сборов» среди фильмов категории «A». За последние шесть лет, общие кассовые сборы одиннадцати её фильмов составили 1,23 миллиарда!

Юй Сыюй нельзя было сравнивать с такими международными кинозвездами, как Вэнь Сюань и Ся Муйян, однако ей было всего двадцать девять лет. Она была ещё молода. Она до сих пор не получила ни одной награды за лучшую женскую роль, но уже имела такие высокие показатели кассовых сборов. Поэтому она была королевой всех фильмов категории «А» и любимицей всех режиссёров.

Поговорив с Юй Сыюй ещё немного, Жун Сюй обнаружил, что, хотя актриса и была довольно прямолинейной, она вполне соответствовала тому, что сказал режиссёр Лян: она была хорошим человеком. Она говорила прямо всё, что думала. Однако, с точки зрения профессионализма, она не была небрежной и была очень терпелива с людьми.

Подводя итог, она действительно хотела воспользоваться своим статусом «старшей», чтобы опекать Жун Сюя.

Например, перед тем, как все вернулись в отель этим вечером, Юй Сыюй неожиданно напомнила Жун Сюю:

— Ты ещё молод. Возможно, ты ещё немного импульсивен, поэтому тебе нужно обращать внимание на некоторые вещи. Хотя в этот фильм и не вложено огромных инвестиций, в нём появится много известных людей в качестве гостей. Насколько я знаю, Ся Муйян и Чу Ци тоже примут в нём участие. Поэтому, Жун Сюй, тебе нужно следить за своими словами и поступками; не нагруби никому.

Это замечание не имело под собой ни капли такта или сдержанности, но было весьма полезно для Жун Сюя.

Если бы другой новичок услышал это, он подумал бы, что Юй Сыюй как бы предупреждает его: «Ты всего лишь мелкая звезда; следи за своим языком, когда увидишь крупных знаменитостей, и не будь наглым и импульсивным. Однако Жун Сюй знал, что она беспокоится лишь о том, что он может по неосторожности обидеть кого-нибудь и даже не заметить этого.

Размышляя над этим, Жун Сюй не мог не похвалить про себя Юй Сыюй. Он улыбнулся в ответ:

— Спасибо. До завтра, Юй цзе.

Юй Сыюй слегка кивнула:

— До завтра.

В мире так много людей; это действительно интригующе. Пока Жун Сюй шёл в свою комнату, он размышлял над этим. Очевидно, внешне Юй Сыюй была очень чистой и нежной, так почему же на деле она была такой серьёзной? Если бы он рассказал об этом её поклонникам, он боялся, что никто ему не поверит.

Обдумывая это, Жун Сюй вынул из кармана ключ и вставил его в замочную скважину. Когда он осторожно открывал дверь, за его спиной раздались чьи-то уверенные шаги, прекратившиеся где-то недалеко от него.

Дверь со скрипом открылась. Перед тем, как войти внутрь, Жун Сюй неосознанно повернул голову, желая увидеть, кто это был. Когда он увидел этого мужчину, он застыл на месте. Первой мыслью, что пришла ему в голову, было...

«Получается, Цинь Чэн тоже приехал сюда в качестве приглашённого гостя фильма?!»

Красивый и равнодушный мужчина опустил глаза, спокойно глядя на юношу. Взгляд в этих глазах феникса был глубоким, скрывающим все эмоции. Он тихо наблюдал за тем, как юноша изумлённо смотрит на него. Он вдруг подумал о по-глупому милому поведению юноши в шоу «Очень интересно».

Его тонкие губы не могли не изогнуться в улыбке, но в голосе Цинь Чэна слышались нотки удивления:

— Какое совпадение! Неужели, ты тоже  здесь... ради съёмок фильма «Чёрные Тучи»?

Прозрачные глаза отражали удивлённое лицо мужчины напротив. Жун Сюй уставился на Цинь Чэна, некоторое время посмотрел на него, но так и не обнаружил ничего необычного. Этот человек, казалось, был искренне удивлён, встретив его здесь. Видимо, он действительно не знал, что его приняли на главную роль в «Чёрные тучи».

Поскольку команда «Чёрных туч» хотела держать всё в секрете, она, естественно, должна была держать в секрете и этот отель.

Этот отель, расположенный недалеко от Кинотеатра, имел всего четыре этажа, и этого было достаточно для того, чтобы в него могли заселиться все члены съёмочной группы. Здесь могли появляться только люди, имеющие какое-то отношение к «Чёрным тучам». Жун Сюй верит в неподкупность режиссёра Ляна: даже если бы Цинь Чэн лично попросил у него разрешения остановиться здесь, режиссёр Лян всё равно не пошел бы ни на какие уступки.

Но... то, что Цинь Чэн действительно остановился рядом с ним… могло ли это быть простым совпадением?

Словно прочитав мысли юноши, Цинь Чэн первым произнёс это:

— Ты остановился рядом со мной?

Последний намёк на сомнения в сердце Жун Сюй развеялся. Он слабо усмехнулся и кивнул:

— Забавное совпадение. Должно быть, Вы здесь, потому что появитесь в качестве гостя в «Чёрных тучах», верно? Я слышал, что многие звезды примут участие в этом фильме, но не ожидал, что Вы тоже присоединитесь.

Цинь Чэн был одет в чёрное шерстяное пальто, белый шерстяной свитер с высоким воротником и чёрный пиджак, от чего выглядел очень красиво и стильно. Он стоял посреди этого тихого коридора, пристально наблюдая за молодым человеком перед собой, выглядя крайне спокойным. Он не двигался, и ни один нерв на его лице не дернулся, но рука в его кармане сжалась в кулак.

Когда он открыл рот, он заговорил очень спокойным тоном:

— Роль, которую ты играешь… это Лин Сяо?

Жун Сюй улыбнулся и кивнул, не став отрицать этого.

Цинь Чэн улыбнулся в ответ, протянул руку и тихо сказал:

— Мы впервые работаем вместе. Надеюсь, впереди нас ждёт приятное сотрудничество.

Жун Сюй, естественно, крепко пожал его руку в ответ:

— За приятное сотрудничество.

Однако через некоторое время они разошлись по своим комнатам и больше не разговаривали. На самом деле, им просто не о чем было поболтать. Что касается Жун Сюя, то так получилось, что Цинь Чэн появлялся в качестве гостя в фильме, где он играл. Поскольку в этом фильме выступили приглашёнными гостями Вэнь Сюань, Ся Муйян и Чу Ци, появление Цинь Чэна также не было чем-то невозможным.

Войдя в свою комнату, Жун Сюй быстро снял пиджак и пошёл в ванную. Пока он мыл руки, он неосознанно подумал: «Ладонь Цинь Чэна такая потная? Он сильно потеет?»

Холодный ветер дул в окно, словно отрицая слова юноши. Больше не думая об этом, Жун Сюй снял с себя всю одежду, залез в ванну и включил горячую воду.

Когда вода уже наполнила ванну, Жун Сюй вдруг отдалённо услышал знакомую мелодию.

Это был саундтрек «Борьбы за превосходство». Подсчитав в уме, сколько сейчас времени, Жун Сюй догадался, что по телевизору сейчас начиналась очередная серия «Борьбы за превосходство».

Он тут же решил, что кто-то смотрит «Борьбу за превосходство», но когда он выключил воду, чтобы убедиться, что ему не послышалось, музыка прекратилась. И поэтому он, естественно, не знал, что просто его сосед не подозревал, что, когда он включит телевизор в нужное время – не опоздав ни на секунду – чтобы посмотреть «БзП», окажется, что громкость на этом чёртовом телевизоре выкручена на максимум!

Лицо Цинь Чэна побагровело, и он сразу же уменьшил громкость на телевизоре.

По телевизору уже показывали ту серию, где ВаньЦи Яо решил «осадить страну Вэй и выманить тигра подальше». События развивались гладко. ВаньЦи Яо уже развернул свои войска, создав иллюзию уверенности. Он хитро объединил стратегии «Пустого Города» и «выманивания тигра с горы», и намеренно сообщил ложную информацию шпиону, которого обнаружил. Теперь ему просто нужно было ждать, когда рыбка клюнет.

Посмотрев два эпизода без эмоций на лице, Цинь Чэн продолжал спокойно и уравновешенно сидеть на диване. Выражение его лица всё это время оставалось неизменным. Он взял пульт, желая посмотреть серию ещё раз, но… кто бы мог подумать... На телевизорах в этом отеле отсутствовала функция повторного воспроизведения!

Цинь Чэн:

— …

Он ещё мог проигнорировать то, что громкость на телевизоре была выкручена на максимум, но отсутствие функции воспроизведения! Плохая оценка! Крайне негативная оценка!

В этих двух эпизодах «БзП» не было никаких совместных сцен ДунЛи Ланя и ВаньЦи Яо, но, хотя они и не встречались, были сцены, которые так или иначе связывали их вместе. Например: после того, как Ваньци Яо дал ложную информацию шпиону, шпион передал эту информацию в Империю Лян. Так эта «утка» дошла до ушей ДунЛи Ланя.

Поначалу ДунЛи Лань подозревал, что ВаньЦи Яо может обманывать его, но потом вспомнил один разговор из их молодости.

Тогда ещё юный ВаньЦи Яо улыбнулся и сказал:

— Не сердись, Шисюн. Шиди никогда не любил сражаться в неясных битвах, и я не позволю себе оказаться в невыгодном положении, используя Стратегию Пустого Города. Шисюн, ты ведь  понимаешь это?

ДунЛи Лань усмехнулся:

— Он притворился, что использует Стратегию Пустого Города, а сам в это время скрыл свои войска. Давай не будем с ним возиться: он точно обманщик.

Именно так и закончился второй эпизод на сегодня: ДунЛи Лань решил отправить свои войска, в то время как ВаньЦи Яо использовал Стратегию Пустого Города, чтобы выманить тигра из его владений.

К тому времени, когда заиграла финальная мелодия, бесчисленные зрители впали в ступор от напряженности последней сцены. Они были так взволнованы, что их сердца сжались, но внезапно... всё закончилось.

«Ах, ах, ах, кто писал этот чёртов сценарий! Это было сделано преднамеренно! Точно преднамеренно!»

«Мне плевать на правила! Я должна увидеть следующий эпизод сегодня же! Я должна увидеть его прямо сейчас! Мне нужно увидеть лицо Его Королевского Высочества наследного принца, когда он узнает, что его снова обманул Шиди его семьи! Его лицо будет искажено? Будет ли он ненавидеть себя за то, что он не может убить Яояо моей семьи!? Ха-ха-ха! Яояо моей семьи – прекрасный хитрый красавчик;  Его Королевскому Высочеству наследному принцу никогда его не победить!»

«Яояо настолько хитёр, что сумел просчитать все мысли и действия ДунЛи Ланя наперёд. Как это называется? Это называется «быть слишком умным для своего же блага»! Если бы противником ДунЛи Ланя был не Яояо, он мог бы выбрать более безопасную тактику. Но он думал, что хорошо знает Яояо… однако он не учёл, что Яояо знает его еще лучше!»

«Мои желания, связанные с парой Лань-Яо, сбылись. Каждый день появляется что-то новенькое!»

«Хе-хе-хе, поднять знамя Лань-Яо! Я готов сражаться ещё сто лет ~\()/~»

Эпизод только что закончился, а многие зрители уже перешли на официальную страницу сериала в Вэйбо, а также форумы, супер-ветку и прочие соцсети, чтобы приступить к восторженным спорам и обсуждениям.

Все взволнованно обсуждали серию, особенно линию «Лань-Яо». Очевидно, что в сегодняшних сериях было не много сцен с этими героями, но того, что они увидели, оказалось достаточно, чтобы открыть простор для воображения.

Было бы хорошо, если бы сцен с ними вообще не было, поскольку всякий раз, как только они появлялись, это вызывало волну обсуждений и счастья среди фанатов!

«Я стою на стороне Лань-Яo. Все, кому они не нравятся, могут попробовать поспорить со мной!»

Поскольку были люди, которым это нравилось, естественно, были и те, кому это не нравилось. Вся аудитория «БзП» подразделялась на три группы: те, кто не интересовался этой парой, те, кому было лень об этом спорить, и те, кто горячо её обожал. Среди них те, кому она нравилась, занимали лидирующую позицию. Почти никто не мог сказать, что ненавидит их... конечно, это не значит, что таких людей не было вовсе.

Паста с семенами лотоса и апельсиновой начинкой: «Лань и Яо совершенно не подходят друг другу! Совсем нет! Ни капельки!»

Один клик на аккаунт этого пользователя, и вы  могли быстро обнаружить, что этот пользователь сопротивлялся шиппингу пары Лань-Яо, начиная с того эпизода, где ДунЛи Лань и ВаньЦи Яо встретились впервые. Однако на его Вэйбо было всего несколько подписчиков, да и те были «мёртвыми аккаунтами», поэтому комментировать его посты было попросту некому.

Но, тем не менее, этот пользователь постоянно, непоколебимо, настойчиво противился этой паре.

Паста с семенами лотоса и апельсиновой начинкой: «Они совсем не подходят друг другу! Яояо - мой, Жунжун - тоже мой! Кто такой этот ваш ДунЛи Лань? Скажите ему, чтобы проваливал! #ЛаньЯо #БзП #МечтаюПереспатьСВаньЦиЯо»

Один из поклонников «БзП»  случайно наткнулся на этот аккаунт, листая комментарии. Он зашёл на него, только чтобы обнаружить, что владелец этого аккаунта крайне настырен и неутомим. Он расхохотался и написал ему сочувствующий комментарий: «Ах, у тебя совсем нет комментариев, бедняжка ^_^»

Цинь Чэн, увидевший этот комментарий:

— …

Некоторое время спустя Сюй Цзиню, который только что прибыл в аэропорт города S, неожиданно поступил звонок:

— Я только прилетел… что случилось? Я уже всё уладил... ЧТО?! Вы спрашиваете меня, как купить фейков? Почему вы хотите купить их... Погодите, я уже несколько лет не занимался такими вещами. Почему Вам захотелось отрекламировать себя сейчас... Ч-ЧТО!? Вы хотите купить подписчиков для своего дополнительного аккаунта? У вас, что, есть второй аккаунт? Что ещё за второй аккаунт!? Почему Вы не говорили мне об этом? Цинь Чэн, Вы можете объяснить понятнее... Эээ… Алло?! Цинь Чэн? Цинь Чэн!!!

Он на самом деле бросил трубку!

***

Рано утром следующего дня Жун Сюй уже прибыл на площадку и увидел, как Ло Чжэньтао быстро направляется к нему.

Ло Чжэньтао приехал сюда раньше, чтобы уладить некоторые вопросы. Как только он увидел Жун Сюя, он сразу же подошёл к нему и понизил голос:

— Я только что получил новости… Оказывается, Цинь Чэн тоже появится в этом фильме. Сяо Сюй, вы с ним, кажется знакомы… Вы знали об этом?

В помещении было жарко, поэтому Жун Сюй снял с шеи шерстяной шарф и с улыбкой ответил:

— Я видел его вчера в отеле, похоже, он приехал ради фильма. Но это вполне нормально… Ло, разве Вы сами не говорили, что Вэнь Сюань тоже приедет сюда в качестве гостя?

Ло Чжэньтао, услышав это, удивился:

— И Вы совсем не удивлены?

Жун Сюй медленно приподнял бровь:

— А что меня должно удивлять?

Ло Чжэньтао помолчал с минуту, а потом ответил:

— Хотя этот фильм и является исключительным, разве Вы не испытываете… беспокойство от того, что Цинь Чэн будет вашим партнёром?

Улыбка лице элегантного красивого юноши застыла, когда он медленно поднял голову, уставившись на Ло Чжэньтао. Его глаза медленно расширились. Через некоторое время Жун Сюй, наконец, смог произнести свой вопрос

— Цинь… Чэн не… гость?

Ло Чжэньтао вдруг понял:

—Ах, я-то думал, что Вы уже знаете. На этот раз он действительно приехал на площадку не в качестве приглашенной звезды. Я узнал об этом сегодня утром. Видимо, изначально команда приглашала его сняться в их фильме в качестве гостя, точно так же, как и Вэнь Сюань. Он тоже должен был появиться на экране максимум на минуту. Но несколько дней назад Цинь Чэн сообщил, что намерен принять участие в «Чёрных тучах» в качестве актёра. Таким образом, поскольку Вэнь Сюань и остальные приедут сюда как гости, они будут играть самих себя. Но Цинь Чэн – другое дело. Он будет играть роль имперского поэта-песенника Лин Сяо, Гу Минсю!

Сердце Жун Сюя забилось чаще. Он открыл рот, желая задать ещё один вопрос, но внезапно услышал резкий возглас откуда-то сзади.

— Цинь Чэн! Цинь Чэн! Ах, он такой красивый...

Жун Сюй неосознанно обернулся, чтобы посмотреть. Когда его взгляд упал на этого человека, он внезапно застыл.

В дверях гримёрной он увидел высокого красивого мужчину, который стоял, опустив голову, пока стилист помогал ему закрепить воротник. На нём был простой чёрный чонсам и чёрный пиджак. Его длинные прямые ноги обтягивали такие же чёрные брюки. К одежде была прикреплен кисточка, выглядящая уныло.

Неизвестно, когда они успели нарастить ему волосы, но они были завязаны у него за спиной кожаным шнурком, оставляя лишь пару прядей на левой щеке. Он молча стоял там, не улыбаясь и не двигаясь. Это создавало некую тихую и мрачную атмосферу артиста, не вписывающуюся в обстановку.

Глаза Цинь Чэна были опущены, а выражение его лица – спокойным, пока стилист поправлял его одежду. Его губы были плотно сомкнуты. Словно заметив на себе взгляд юноши, он поднял голову и посмотрел в сторону Жун Сюя. Их взгляды встретились, что одновременно напугало их обоих.

Через некоторое время губы Цинь Чэна слегка изогнулись в тёплой улыбке.

Жун Сюй на мгновение опешил, а потом тоже улыбнулся в ответ. Какое-то странное чувство необъяснимо разлилось по его груди.

И это был только первый день съёмок «Чёрных туч»…

В просторной и аккуратной студии можно было увидеть суетящихся и снующих повсюду сотрудников. Группа по реквизиту была разделена на три отдельные группы: одна была ответственна за установку сцены, одну - за внутренний реквизит и ещё одна – за внешний. Группа по освещению также была разделена на две части, а операторы – на четыре группы.

Премьера «Чёрных туч» должна была состояться через пять месяцев. Этот фильм не требовал каких-либо сложных спецэффектов, и при этом у него не было никаких грандиозных сцен. Вероятно, самой большой сценой были бы концерты, поскольку съёмочной группе нужно было как-то показать стотысячную аудиторию Лин Сяо. Тем не менее, эту часть можно было сделать уже при монтаже с помощью компьютера.

Так что самой большой сложностью для этой съёмочной группы был сам процесс съёмок.

В актёрском составе «Чёрных туч» человеком с наименьшей квалификацией был, как ни странно, Жун Сюй.

Уже было подтверждёно, что в этом фильме появятся девяносто шесть звёзд! Все известные люди Китая были задействованы в этой работе. Но среди гостей были и иностранные звёзды, которые также приняли приглашение. В фильме они, по сути, должны были играть самих себя, дабы создать образ «настоящего» развлекательного круга в этом биографическом фильме.

Тот факт, что такое количество звёзд добровольно согласились потратить своё время и сняться в фильме в таком маленьком камео, говорил о колоссальном влиянии Лин Сяо и обширной сети связей. Хотя среди них были и те, кто принял приглашение только ради шумихи и всеобщего хайпа с массой громких имён, большинство звезд всё же приехали из-за Лин Сяо.

Чтобы соответствовать этим роскошным приглашённым звёздам, команда специально подготовила четыре группы операторов, чтобы снимать сцены с их участием как можно оперативнее.

В прошлой жизни Жун Сюя был подобный фильм, который собрал почти триста самых знаменитых людей того времени. Даже лучшая суперзвезда была в нём лишь гостем, сыгравшим крайне незначительную роль. Фильм был художественным, поскольку только фильмы такого рода могли собрать под своим знаменем столько знаменитостей.

Для «Чёрных туч» возможность пригласить девяносто шесть знаменитостей была не только преимуществом, но и своеобразным вызовом.

Но теперь режиссёр Лян почувствовал облегчение.

Была только одна причина, почему он хотел выбрать актёра на роль Лин Сяо именно среди трёх мелких молодых актёров: максимально приблизиться к образу Лин Сяо. Дело в том, что они не могли быть зрелыми, поскольку, когда Лин Сяо только вошёл в развлекательный круг, он был ещё очень молод.

Ещё одной причиной можно было назвать достижение баланса.

Если бы актёр, играющий Лин Сяо, был очень знаменит, кого видели бы зрители, глядя на него: его или Лин Сяо? Лин Сяо умер не так давно, и его образ до сих пор был жив в сердцах его поклонников. Главных герой «Чёрных туч» должен был играть роль Лин Сяо, и никого другого.

Поэтому не было необходимости даже упоминать Жун Сюя. Он сам был новичком. Помимо него, что Цзяо Цзиншань, что Лин Чжэнь, были актёрами драматических сериалов, никогда прежде не игравшими в фильмах. Они были как раз подходящего возраста, у них были хорошие актёрские навыки, и, хотя они были популярны, они были далеки от того, чтобы люди могли сравнивать их с Лин Сяо.

В итоге режиссёр Лян отправил этим троим приглашение на прослушивание, на котором и выбрал Жун Сюя.

Чтобы выбрать Жун Сюя, требовалась определенная смелость. Во-первых, хотя у Жун Сюя сейчас и было много поклонников,  ему всё ещё не хватало громких работ и широкой славы. И, во-вторых, он всё ещё был новичком. Никто не может гарантировать, что его актёрская игра сможет удержать эту роскошную группу приглашённых звезд.

Но теперь в актёрском составе появился ещё один человек – Цинь Чэн.

Режиссёр Лян сжал в руке скомканный сценарий:

— Я видел актёрское мастерство Жун Сюя во время прослушивания: оно очень приличное. Но я не знаю, как он будет играть после сегодняшней церемонии открытия. Цинь Чэн, Вы редко вызываетесь сыграть роль лично… Я вынужден побеспокоить Вас: позаботьтесь о нём в течение этого времени. Помнится мне, что он, кажется, тоже из Вашего ХуаСя Энтертейнмент. Я заранее благодарю Вас за Ваш тяжёлый труд, но позаботьтесь о своё младшем, хорошо. Что Вы об этом думаете?

Режиссёр Лян снял много известных коммерческих фильмов с высокими кассовыми сборами, но ни в один из них он не мог пригласить Цинь Чэна. Это было его первое сотрудничество с Цинь Чэном, но он не сомневался в этом человеке, считая то, что он сможет позаботиться о Жун Сюе чем-то само собой разумеющимся.

Выслушав режиссёра Ляна, мужчина слегка нахмурил свои красивые брови, и, когда он уже собирался открыть рот, чтобы ответить, режиссёр Лян добавил:

— Я знаю, что это не очень удобно для Вас, но это пойдёт во благо фильма. Я думаю, что Вам тоже не хочется, чтобы наш главный актёр был «раздавлен» гостями?

Цинь Чэн слегка кивнул:

— Да, я позабочусь о нём.

Режиссёр Лян мог, наконец, вздохнуть с облегчением.

Жун Сюй, который только что вошёл в гримёрку, естественно, не знал о том, что пока он переодевался, режиссёр Лян уже «продал» его хитрому лису, давным-давно спланировавшему это.

Гримёр аккуратно нанесла на его лицо пудру. Жун Сюй поднял голову и увидел в отражении зеркала фотосессию, идущую на площадке. В это время оператор как раз снимал Цинь Чэна для постеров с персонажами.

В его прошлой жизни кто-то однажды оценил Жун Сюя так: «Если оценивать максимальную любовь Бога в десять баллов, значит, он любил Жун Сюя на девяточку».

Хотя эти слова и были немного преувеличены, – даже Жун Сюй опешил, услышав их – на самом деле они восхваляли лишь внешний вид и темперамент этой топовой суперзвезды. Если говорить о внешности Жун Сюя, он на протяжении пяти лет выигрывал титул «Идеальный Любовник Мечты всех фанатов». С точки зрения его телосложения – он был ростом 188 см (на 3 см выше, чем в этой жизни), с широкими плечами, узкой талией и длинными ногами. Он казался худым в одежде, но был мускулистым без неё.

Тем не менее, Жун Сюй необъяснимо чувствовал, что эти преувеличенные слова также подходят и Цинь Чэну.

Под объективом камеры оператора Цинь Чэн быстро и профессионально позировал. Он трижды переодевался. Каждый раз, когда объектив камеры отвлекался от него, он равнодушно отворачивался в сторону. Помощник быстро подбегал к нему, чтобы вытереть пот, в то время как гримёр быстро подправляла его грим. Однако, когда камера снова  нацеливалась на него, он моментально превращался обратно в мрачного поэта.

«Сам выбрал сниматься в этом малобюджетном фильме, да ещё и на роль второго плана… Цинь Чэн, этот парень... О чём он думал?»

Жун Сюй отвёл взгляд и отмахнулся от этих мыслей.

В десять часов утра на следующий день после церемонии открытия Цинь Чэн также закончил сниматься на постеры с персонажами. В этот момент на студию прибыли актёры второй мужской и третьей женской роли.

Актриса третьего плана никогда не думала, что сможет сняться с Цинь Чэном в одной сцене, а тем боле в стольких совместных сценах! Воспользовавшись тем фактом, что съёмочная группа ещё не приступила к официальным съёмкам, она взволнованно подбежала к Цинь Чэну и, мгновение посуетившись, достала из сумки блокнот и ручку.

В это время Цинь Чэн снимался на постеры и должен был быть слишком занят, чтобы отвлекаться на это, но он всё же взял её блокнот и дал ей автограф.

До самого конца Цинь Чэн не замечал, что эта актриса была так счастлива, что вся покраснела. Когда она села рядом с Жун Сюем чтобы нанести грим, она всё ещё обсуждала это со своей помощницей:

— Третий молодой мастер только что улыбнулся мне! Ты видела это, видела?! Аааах, я буду помнить эту улыбку всю свою жизнь!

Роль «третьего молодого мастера» Цинь Чэн играл в своём самом знаменитом фильме «Мушэн». Его героя звали Лу Мушэн, и он был третьим молодым мастером престижной семьи Лу. Он уже умер семьдесят лет назад. В начале фильма он появился как призрак рядом со вторым мужским героем и попросил его помочь исполнить его желание.

Он забыл, чего хотел, и о чём мечтал; поэтому один человек и один призрак могли полагаться лишь на обрывки воспоминания Третьего молодого мастера и искать его «цель» вслепую.

В конце концов, это желание так и не было исполнено. У женщины, которую он когда-то любил и ради которой умер, уже были дети и внуки. Когда второй герой упомянул имя «Лу Мушэн», женщина смущённо посмотрела на него, словно уже забыла этого бесподобного молодого мастера, которого любила когда-то в молодости.

Ради этой женщины Третий Молодой Мастер впервые пошёл против своих родителей и вынужден был стоять на коленях под проливным дождем день и ночь. Он сильно замёрз и, к сожалению, скончался. Это было семьдесят лет назад. Больше не осталось никого, кто помнил бы Третьего Молодого Мастера. Эта женщина, пережив период страданий от боли его утраты, вскоре также забыла о нём, повстречав своё новое счастье.

Жун Сюй открывал подарочную коробку в твёрдом переплёте, которую вручил ему Цинь Чэн в прошлом месяце, и только что закончил смотреть этот фильм. Теперь, когда он услышал упоминание Лу Мушэна из уст актрисы Ло Сяоцин, он вспомнил его финальную сцену.

Ло Сяоцин взволнованно продолжила:

— Кажется, завтра я снимаюсь в сцене с Третьим молодым мастером? Мне нужно тщательно изучить сценарий сегодня вечером! Я не могу завтра налажать. Сяо Ци, ты должна напомнить мне лечь спать пораньше. Если я буду в плохой форме из-за недосыпа или недоученного сценария, я выставлю себя в плохом свете перед Третьим молодым мастером.

Гримёр Ван Цзе услышала это и не смогла сдержать улыбку:

— Вам так сильно нравится Цинь Чэн?

Ло Сяоцин праведно воскликнула:

— Конечно! Я пошла в актрисы только ради него!

Эта ситуация была Жун Сюю очень знакома. Подумав, он вдруг вспомнил... кажется, Е Цяо тоже говорил ему что-то подобное?

В тот момент, когда он думал над этим, Жун Сюй внезапно услышал живой голос Ло Сяоцин:

— Здравствуйте, я Ло Сяоцин. Вы, должно быть, Жун Сюй, верно? Я смотрела «БзП», и мне кажется, что ВаньЦи Яо поистине прекрасен! В последнее время я каждый день слежу за сериалом. Я всегда включаю телевизор, чтобы посмотреть его, когда возвращаюсь в отель! Мне очень нравится!

Жун Сюй поднял губы в улыбке и спросил:

— Вы смотрите его сразу, как только возвращаетесь в отель?

Ло Сяоцин бездумно ответила:

— Конечно! Я не пропустила ни одного эпизода.

Жун Сюй улыбнулся и протянул ей руку, сказав:

— Спасибо за поддержку «БзП». Я Жун Сюй, и я очень ценю Вашу похвалу.

«Получается, это она вчера смотрела «БзП». Она случайно так громко включила телевизор, хе-хе...»

Ло Сяоцин беззаботно ответила, не заметив многозначительного выражения лица Жун Сюя.

***

Через час съемочная группа, наконец, была готова снимать первую сцену.

Это была самая первая сцена после церемонии открытия. Режиссёр Лян придавал ей большое значение. Подумав об этом несколько раз, он решил выбрать сцену с Жун Сюем и Юй Сыюй. Не было необходимости в сложной сцене: они снимали сцену с моментом после того, как Юй Сыюй увидела в Интернете видео с пением Лин Сяо и захотела лично посетить станцию метро города B и подписать контракт с Лин Сяо.

Чтобы обеспечить безукоризненные съёмки без повторных дублей, Юй Сыюй специально вытянула Жун Сюя на репетицию на полчаса раньше. Во время съёмок реальной сцены эта Королева кассовых сборов выглядела крайне серьезной, кардинально отличаясь от своего привычного мягкого образа. Тем не менее, её голос был изысканным и ровным; уникальным для женщины-менеджера, которую она играла.

*Мушэн – фильм, ранее упоминаемый как «Вечерний звук».

Если бы она не была достаточно проницательной, то она бы абсолютно точно не смогла откопать такой безупречный нефрит; если бы она не была достаточно сильной, то никогда бы не смогла пойти против всех разногласий и упрямо подписать контракт с таким обычным певцом, которого можно было найти где угодно.

Прислонившись к стене у входа в метро, юноша опустил голову и от всего сердца пел свою песню. Он пел «Чёрные тучи» снова и снова, снова и снова «встречая» в песне свою любимую девушку. Создавалось впечатление, будто он никогда не устанет от этого; он пел очень радостно и весело.

Вся команда молчала. Были слышны только голоса переговаривающихся статистов, бродящих по метро. Кроме них не было слышно ничего – только шум ветра и пение Жун Сюя.

Его голос был беззаботным и нежным. Когда он пел, можно было расслабиться, отпустить все свои проблемы и печали, и почувствовать себя по-настоящему уютно и комфортно.

Когда люди проходили мимо него, они все ненадолго останавливались и бросали в футляр его гитары немного денег. Каждый раз он поднимал голову и дружелюбно улыбался прохожим.

Распущенные грязные волосы ниспадали на его ясные узкие глаза; эти глаз сияли ярко, словно кристаллы. Его теплая улыбка могла заряжать сердца всех людей: прохожие, которые смотрели на него, невольно становились чуточку счастливее.

После того, как он спел в восьмой раз, новые зрители в очередной раз искренне поаплодировали ему, прежде чем развернуться и продолжить ритм своей жизни.

После этого он присел на корточки и осторожно собрал деньги, когда вдруг почувствовал, что кто-то загородил ему свет.

Лин Сяо посмотрел вверх.

Одетая в костюм элитная бизнес-вумэн приподняла очки и сказала:

— Приятно познакомиться! Я Чжао Чуюнь из «ХуаСя Энтертейнмент». Я слушала, как Вы поете одну и ту же песню восемь раз… как называется эта песня? Это Ваша собственная мелодия и текст, верно? Кажите, Вы заинтересованы в том, чтобы подписать со мной контракт, а затем записать и выпустить этот сингл?

Скорее всего, шокированный от её долгой речи, юноша уставился на эту незнакомую женщину и ещё долго ничего не говорил.

Чжао Чуюнь серьёзно повторила сказанное и добавила в конце ещё одно предложение:

— Если Вы мне не верите, возьмите мою визитную карточку. Вы можете прийти в «ХуаСя Энтертейнмент» завтра. Я буду в офисе – Вы можете прийти в любое время.

С щелчком Лин Сяо осторожно закрыл чехол для гитары. Он медленно встал, и оказался ровно на голову выше Чжао Чуюнь. Он мягко посмотрел на неё.

Чжао Чуюнь поначалу хотела снова что-то сказать, но кто бы мог подумать, что этот мальчик нежно улыбнётся ей и спросит:

— Вы нервничаете?

Чжао Чуюнь была ошеломлен и безучастно уставилась на парня.

Закинув гитару за спину, Лин Сяо посмотрел на бесконечный поток людей, приходящих и выходящих из станции метро, и с улыбкой сказал:

— Я тоже очень нервничал. Поэтому, когда я увидел Вас, я почувствовал... что Вы тоже очень нервничаете. Но Вам не нужно нервничать: я Вам верю. Я пойду с Вами и взгляну на Вашу компанию. Спасибо, что Вам нравится моя музыка.

Следующий отрывок должен был стать последней частью Юй Сыюй в этой сцене. Ей нужно было показать удивление Чжао Чуюнь, всё ещё притворяющейся спокойной.

Эта сцена была для Юй Сыюй немного трудной, а для Жун Сюя – не особо. Вот почему режиссёр Лян специально выбрал именно эту сцену в качестве стартовой.

Юй Сыюй нахмурила брови, когда её глаза выражали подозрение. Она долго смотрела на юношу перед собой, прежде чем, наконец, спросить:

— Почему Вы так просто мне поверили? Не боитесь, что...

— За последний час Вы бросили десять и сорок юаней в мой футляр. Я всегда верил, что хорошие люди не могут быть лжецами. Подумать только: чтобы мне выпала возможность встретить такого хорошего человека в период, когда я нахожусь на самом дне, да который ещё и будет готов подписать меня и выпустить мою песню… — его голос медленно оборвался, и юноша осторожно поднял голову. Свободные пряди волос упали на лоб, прикрыв глаза, которые стали серповидными, когда он улыбнулся и искренне сказал. — В общем, я очень благодарен Вам. И я верю Вам, мисс Чжао.

Юй Сыюй была поражена.

В этой паре ясных и ярких глаз, кажется, скрывалась целая галактика. Ей было так тепло и нежно, когда она просто смотрела в них. Время внезапно откатилось на восемь лет назад. Восемь лет назад она была на вечеринке, где впервые увидела этого человека...

Лин Сяо в то время было уже тридцать шесть лет; он был не особо красив, но зато излучал какую-то атмосферу комфорта, из-за которой людям было трудно отвести от него взгляд. Он схватил её за руку, когда она споткнулась и чуть не упала из-за своей спешки. Пока она всё ещё пребывала в состоянии шока, он улыбнулся ей и сказал: «Будьте осторожны, не упадите – пол скользкий».

Это был тот же взгляд, тот же тон...

Он – Лин Сяо...

Он действительно Лин Сяо!

— Снято! Эта сцена очень хороша! Очень хорошо! Жун Сюй, ты большой молодец. Юй Сыюй, обратите внимание на свои мелкие действия. Всем: приготовиться ко второй сцене!

Первый день съёмок «Чёрных туч» прошёл гладко.

Этот фильм был, по сути, личной биографией Лин Сяо – от его подъёма к славе и до его смерти, что говорит о жизни этого человека, который на вид казался самым обычным, но на самом деле был потрясающим.

Лин Сяо никогда не ввязывался в скандалы; хотя он и пережил недолгий трудный период, в основном его жизнь была яркой. Он жил честно и чисто, жертвуя деньги начальным школам в горных районах. Говаривали, что после оплаты дорогостоящего медицинского счета, у него на счетах остались лишь шестизначные сбережения. Большую часть своих доходов за последние два десятилетия он стабильно жертвовал на благотворительность.

Дело не в том, что в мире нет хороших людей; нет. В мире есть хорошие люди, но они никогда не заканчивают хорошо.

Чтобы идеально сыграть эту роль, под руководством режиссёра Ляна Жун Сюй побеседовал с несколькими хорошими друзьями Лин Сяо. Чем больше он узнавал о нём, тем больше проникался этим простым и добрым человеком. Жун Сюй считал себя не самым добрым из людей, но был уверен, что если бы рядом с ним действительно появился такой человек, у него просто не могли появиться злые мысли в отношении него, ни при каких обстоятельствах.

Поэтому, когда Жун Сюй играл Лин Сяо, он вечно улыбался, когда только мог.

Надев костюм, он поднимал губы в улыбке и продолжал улыбаться всё время съёмок, до тех пор, пока вновь не переодевался.

Как сказал один хороший друг Лин Сяо: «Он очень любил улыбаться. На самом деле, за исключением того времени, когда он был на самом дне, он всегда был весел и  постоянно улыбался. Но хотя он и был в депрессии в то время, он всё ещё был очень оптимистичен. Почему же... почему Небеса забрали такого хорошего человека так рано?»

Под «самым дном», которое он упоминал, подразумевалось препятствие, с которым Лин Сяо столкнулся через три года после своего дебюта.

В то время Лин Сяо был самой яркой звездой на китайской музыкальной сцене. Хотя его внешность не была выдающейся, его пения вполне хватало, чтоб оправдывать такой статус. Но, в конечном счете, возможности людей были ограничены. В конце концов, и в творческой карьере Лин Сяо появился серьёзный барьер.

Он не мог написать хорошую песню.

Какой бы хорошей ни была его песня, ему постоянно казалось этого недостаточно. Хотя его менеджер и музыкальные продюсеры называли написанные им песни великолепными, Лин Сяо не был ими доволен. Таким образом, в течение этого времени Лин Сяо не выпускал никаких новых песен (на протяжении целого года), пока не встретил Гу Минсю.

***

Последней сценой первого дня съёмок была совместная сцена Жун Сюя и Цинь Чэна.

Перед съемками Ло Чжэньтао нервничал даже сильнее, чем сам Жун Сюй. Он помог подготовить небольшой пакет с водой, чтобы согреть Жун Сюю руки, и помогал ему повторять текст снова и снова. Позже, даже Ло Сяоцин, актриса третьего плана, подбежала к ним и нервно спросила:

— Жун Сюй, Вы... Вы готовы?

Глядя на их нервные лица, юноша не мог удержаться от смеха.

Жун Сюй повернул голову, сначала посмотрев на своего менеджера, а затем на молодую актрису с округлёнными от волнения глазами. Некоторое время он поразмышлял, вспоминая, после чего, наконец, спокойно спросил:

— Помнится мне… в следующей сцене актёром, кажется, буду я, а не вы?

Ло Чжэньтао и Ло Сяоцин ответили в унисон:

— Конечно, Вы, ах!

Жун Сюй медленно развёл руками.

Итак, поскольку играть должен был он, а не они, почему эти ребята нервничали больше, чем он сам?

Независимо от того, насколько сильной была их нервозность, съёмки всё равно должны были состояться. Вскоре сотрудники полевой службы пришли сообщить Жун Сюю, что освещение, реквизит и камеры уже готовы. Жун Сюй слегка кивнул, позволил гримёру подправить его образ, а затем направился на съёмочную площадку.

Он только подошёл к режиссёру Ляну и поднял голову, когда внезапно увидел эту пару глубоких тёмных глаз. Его сердце невольно замерло на секунду, но Жун Сюй взял себя в руки, слабо улыбнулся Цинь Чэну и сказал:

— Плодотворной работы.

Цинь Чэн молча протянул руку, и манящий голос мужчины раздался в ответ:

— Плодотворной работы.

Несмотря на то, что Жун Сюй был сбит с толку, он всё же протянул руку и ответил на рукопожатие. Почему Цинь Чэну так нравится пожимать людям руки!?

Он вспомнил, что когда они впервые встретились, этот человек тоже без конца пожимал ему руки. Это его способ выразить своё дружелюбие?

Отбросив все эти мысли, Жун Сюй улыбнулся и вежливо промолчал.

Вскоре Жун Сюй и Цинь Чэн встали на место, где был установлен свет, и все шесть подготовленных камер зафиксировались на них.

Режиссёр Лян шепнул своему помощнику на соседнем стуле:

— Цинь Чэн молодец – он хорошо заботится о Жун Сюе.

Помощник режиссёра удивленно спросил:

— Разве? Но ведь он не репетировал с Жун Сюем заранее...

Режиссёр Лян рассмеялся:

— Да что ты знаешь. Он, вероятно, хочет сначала понять для себя, каков уровень актёрского мастерства Жун Сюя, а уже потом позаботиться о нём? Первоначально эта сцена должна была сниматься послезавтра, но вчера Цинь Чэн попросил меня перенести съёмки, чтобы он мог позаботиться о Жун Сюе. Понимаешь?

Помощник режиссёра молча кивнул, делая вид, что ему всё понятно, хотя на самом деле ему ничего не было понятно.

Режиссёр Лян повернул голову, окинув взглядом съёмочную площадку. Убедившись, что всё готово, он кивнул.

Съёмки сцены официально начались!

***

Услышав звук хлопушки, Жун Сюй двинулся вперёд, выйдя через дверь студии звукозаписи и пройдя по чистому и опрятному стеклянному коридору. Огни ярко освещали коридор, а огромные стеклянные окна от пола до потолка открывали вид на прекрасные городские пейзажи. Мир снаружи был шумен и энергичен, но в здании было тихо и пусто.

Был слышен только звук шагов Жун Сюя.

Он был одет в тонкое бежевое пальто, а цвет его лица был крайне бледен из-за слоя теней, нанесённых гримёром. С легкой усталой улыбкой он прошёл по коридору, пока не достиг угла, где внезапно увидел человека.

В его ясных глазах мелькнуло удивление, но он быстро отвернулся.

Однако в этот самый момент раздался низкий хриплый смех, нарушивший тишину:

— Лин Сяо?

Шаги Лин Сяо прекратились, и он остановился, стоя спиной к говорящему.

Мужчина мягко вздохнул, выдохнув облачко дыма. Через мгновение он снова спросил:

— Вы Лин Сяо?

В сценарии это была сцена первой встречи Лин Сяо и Гу Минсю. По слухам, это была их первая встреча, но сам Лин Сяо раньше уже слышал имя Гу Минсю. Естественно, Гу Минсю тоже был наслышан об этой суперзвезде, ставшей известной в кругу китайского музыкально сообщества в последние годы.

В это время ни один из них и представить себе не мог, как близки они однажды станут: неразделимые партнеры, автор музыки и автор слов. Не говоря уже о том, что, когда они впервые встретились, у Лин Сяо сложилось впечатление о Гу Минсю очень плохое впечатление.

Потрёпанная и изношенная одежда, длинные волосы, беспорядочно завязанные на затылке; он выглядел как необузданный, недисциплинированный, неопрятный художник.

На самом деле, Гу Минсю погиб в автомобильной катастрофе восемь лет назад. Естественно, он не был таким красивым, как Цинь Чэн, и был на семь лет старше Лин Сяо, но у него была неуловима аура артиста, мрачного и красивого.

Короче говоря, когда Лин Сяо увидел столь неопрятно одетого человека, сидящего на окне и курящего, ему было крайне трудно испытать по отношение к нему хоть какие-нибудь хорошие чувства. Он выглядел как неопрятный хулиган, и, казалось, был из совершенного другого мира, нежели чем Лин Сяо.

Однако, раз уж мужчина заговорил с ним,  добродушный Лин Сяо уже не мог относиться к нему так, будто он его не слышал.

Поэтому он обернулся и ответил:

— Да, я Лин Сяо.

Прекрасный яркий лунный свет проникал через окна от пола до потолка, освещая лицо Жун Сюя и отражаясь в его ясных ослепительных глазах. Он мягко улыбнулся, и волосы упали ему на лоб. Лунный свет, освещающий уголки его рта, подчеркнул маленькую ямочку. Одиноко стоя посреди задымленного коридора, он нежно улыбнулся своему собеседнику.

Наблюдая за происходящим через экран монитора, режиссёр Лян расслабился, откинувшись на спинку кресла, и кивал в знак одобрения. Он не мог не подумать: «Если бы Лин Сяо был таким красивым внешне, был бы он... ещё более знаменитым, чем сейчас?»

Но он быстро избавился от этих мыслей. Ведь они попросту не имели смысла. Хотя Лин Сяо и не был красивым мужчиной, он всё ещё оставался бесподобным Богом Музыки китайской музыкальной эстрады последних тридцати лет.

Режиссёр Лян покачал головой и продолжил наблюдать за происходящим на экране монитора. И поэтому он, естественно, не знал, что, если «оглядывания и улыбки» этого юноши уже могут произвести на него такой эффект, то как они повлияют на… кое-какого другого человека?

На мгновение нос Цинь Чэна начал краснеть, и только благодаря своим высококлассным актёрским способностям он сумел подавить свою ненормальную реакцию.

Но в следующую секунду... Жун Сюй на самом деле подошёл к нему!!!

Жун Сюй шаг за шагом направлялся к нему. Хотя это и не было прописано в сценарии, учитывая характер Лин Сяо, он вряд ли стал бы разговаривать с людьми, стоящими так далеко. Это было бы грубо по отношению к собеседнику. Этот Жун Сюй решил добавить в сцену сам, и режиссёр Лян был немного удивлён, увидев это, однако быстро кивнул головой, одобрив его решение.

Когда Жун Сюй приблизился, тёмные глаза Цинь Чэна стали глубже. Дожидаясь, пока Жун Сюй подойдёт к нему, Цинь Чэн поднял глаза и спокойно наблюдал за ним. Между его пальцами была зажата сигарета, а его глаза были неподвижны; за всё это время он не произнёс ни слова.

Жун Сюй же просто улыбался ему, тоже ничего не говоря.

Это противостояние, казалось, длилось целую вечность. В то же время шесть камер изменяли свои позиции, захватывая эту сцену со всех ракурсов.

Жун Сюй сохранял нежную улыбку, но в его сердце было какое-то необъяснимое чувство. Сегодня он впервые смотрел на Цинь Чэна на таком близком расстоянии. Он также впервые обнаружил, что глаза у Цинь Чэна, оказывается, практически чёрно-синие. Он не мог не вспомнить об одном интересном факте: бабушка Цинь Чэна была датчанкой.

Такое близкое расстояние, и так тихо кругом. И этот человек перед ним... подавлял его игру.

Возможно, никто больше не заметил этого, но Жун Сюй мог отчётливо это чувствовать. Этот человек очень слабо руководил происходящим. Все детали – от его кажущегося ленивым голоса до тихого смеха – были под его контролем (кроме, конечно, внезапного приближения Жун Сюя, которого Цинь Чэн никак не ожидал).

Даже когда он должен был произнести «Лин Сяо», он задал вопрос «Вы Лин Сяо?».

Он сделал это так хорошо, что Жун Сюй даже удивился... неужели этот человек читал его мысли? Цинь Чэн словно знал, в какое время он захочет услышать эти три слова, а затем просто делал то, что Жун Сюй хотел на подсознательном уровне.

Неосознанная улыбка на губах Жун Сюя стала ещё более ослепительной. Он поднял глаза и озвучил свои реплики:

— Джентльмен, Вы…

Его голос был нежным и низким; в нём слышались нотки мягкости, присущие Лин Сяо, но неосязаемая аура прямо сочилась из юноши, крепко сплетаясь с атмосферой всей сцены.

Тёмные глаза отражали намёк на удивление. Цинь Чэн, казалось, нашёл что-то интересное. Спустя долгое время он прислонился спиной к стеклу и спросил, приподняв бровь:

— Как насчёт того, чтобы поработать со мной?

В следующий же момент, не дожидаясь ответа Жун Сюя, он неожиданно наклонился вперёд, оказавшись к нему очень близко!

Глаза Жун Сюй расширились: он был не в силах скрыть удивление.

Таких резких действий уж точно не было в сценарии!

На расстоянии всего в пять сантиметров взгляд Цинь Чэня был пристально прикован к телу юноши. Жун Сюй неосознанно отпрянул от него, но Цинь Чэн внезапно схватил его за руку, демонстративно уставившись на него, произнося слово за словом:

— Я пишу слова, Вы пишете музыку… Лин Сяо, я нужен Вам. Вы нуждаетесь во мне.

— ...

— Снято!

Внезапное «Снято!» режиссёра Ляна немедленно вырвало Жун Сюя из недоумения.

Он задумчиво повернулся к Цинь Чэну. Ещё до того, как он успел сказать «Вы изменили сценарий», он услышал, как режиссёр Лян говорит:

— Хотя я и не ожидал, что вы оба решите изменить сценарий, внесённые изменения были очень хороши. Правда, Синьжоу?

Жун Сюй был удивлён, когда услышал имя «Синьжоу», и только тогда заметил женщину, стоящую рядом с режиссёром Ляном.

Он не знал, когда эта красивая и достойная Императрица Кино прибыла на съёмочную площадку. Она сняла солнцезащитные очки и посмотрела на Жун Сюя сложным взглядом. Когда она посмотрела на Цинь Чэна, она кивнула ему, похоже, поблагодарив его за участие в фильме. Цинь Чэн также ответил ей кивком.

После этого взгляд Хэ Синьжоу снова вернулся к Жун Сюю.

В её глазах сияло трудноописуемое чувство. Спустя долгое время она, наконец, кивнула и заговорила:

— Да, это очень хорошие изменения. С изменениями всё было даже намного лучше, чем я думала...

Эта фраза сразу же расслабила напряжённую атмосферу на съёмочной площадке. Актёры были рады сыграть хорошо. Надо знать, что после смерти Гу Минсю Хэ Синьжоу была лучшим другом Лин Сяо. Она была также единственной, у кого был скандал с Лин Сяо, когда он был жив.

Хэ Синьжоу знала Лин Сяо лучше всех. Раз уж даже она одобрила эти изменения, как они могли быть неправильными?

Жун Сюй подсознательно почувствовал, что настроение Хэ Синьжоу немного ухудшилось. Однако, сегодняшние съёмки уже закончились, и ему некогда было думать об этом: женщина щедро пригласила всех в ресторан рядом с Городом Кино на поздний ужин. Её странное выражение лица уже давно исчезло.

***

В это же самое время началась трансляция двадцать второго эпизода «Борьбы за превосходство».

Бесчисленные зрители с нетерпением ждали перед телевизорами, когда же ВаньЦи Яо использует Стратегию «Пустого города», чтобы выманить тигра с горы и вернуть отобранные земли государства Чу.

В сети, в супер-ветке #БзП, взволнованно строчили комментарии многочисленные пользователи сети.

«Эхе-хе… Интересно, каким будет выражение лица ДунЛи Ланя, когда он узнает, что его снова обманул Шиди его семьи? Обезумит ли он настолько, чтобы плеваться кровью? С нетерпением жду сегодняшнего эпизода: этот вечер обещает стать особенным!»

Каким будет лицо ДунЛи Ланя? Зрители, естественно, могли только гадать.

Но есть одна часть, которую они угадали правильно. Сегодняшний эпизод будет очень, очень, очень особенным!

Настолько особенным, что после того, как два эпизода закончатся, супер-ветка #БзП будет стремительно перенесена в самую верхнюю часть списка трендов. Количество людей, обсуждающих её, вдвое превышало таковое в теме номер два. Все пользователи Сети были взбешены и возненавидели сценариста. Они мечтали нагрянуть к нему в дом с огромным сорокаметровым ножом и хорошенько поболтать с ним о жизни!

«У… Умер?!!! Я осмелюсь спросить это снова: Ваньци Яо умер!? Как ВаньЦи Яо может умереть?!!! Где этот чёртов сценарист?!!! АХ-АХ-АХ-АХ!!! Тебе лучше не бегать от меня! Обещаю, я не стану забивать тебя до смерти!!!»

Драматический сериал «БзП» не был сериалом про идолов или трогательным и сентиментальным романтическим фильмом. Это была мощная драма.

Интриги и заговоры при императорском дворе, героические бои, борьба за мир.

Когда зрители только начинали смотреть этот драматический сериал, они понимали, что сюжет не обойдётся без смертей героев. Например, в девятом эпизоде погиб генерал, который был доверенным помощником Сяо Сян и появлялся в одном или двух эпизодах.

То, что на войне люди умирали – было нормально и логично. Поскольку бои происходили каждый день, было бы, наоборот, странно, если бы никто не умирал.

Поскольку это был сериал о войне, ход событий был более-менее предсказуем. Очевидно, что он включал в себя смерть второстепенного отрицательного героя, а также героини второго плана, которая была вражеской шпионкой. Хотя пока что они ещё были живы и здоровы, в тот момент, когда сценарист решит «убить» их, зрители нисколько не удивятся и даже не будут радостно кричать: «Наконец-то они умерли!»

Тем не менее, в список этих «очевидных сюжетных ходов» абсолютно точно не входила смерть ВаньЦи Яо!

«ЯоЯо... его убили... ЯоЯо... убили... Я не верю в это! НЕТ!!!»

«Я всё время плачу! Как это может быть правдой? Ещё вчера наш ЯоЯо разрабатывал стратегию боя, а сегодня, так внезапно... Почему всё так? Я не верю! Я не верю! Как Яояо может умереть?!!!»

«Яояо появился всего в нескольких десятках эпизодов! Он ведь только что помог государству Чу вернуть потерянные территории, и ещё не привел их к победе над империей Лян. Как он может умереть! А как же фраза «тот, кто заполучит ВаньЦи, получит мир»?! Теперь ВаньЦи Яо мёртв! Так скажите мне! Скажите мне, как они теперь получат мир?! По логике, это невозможно, Яояо не может быть мёртв!»

«Где сценарист! Где редактор! Выходите! Обещаю, я не забью вас до смерти, честно-честно! Выходите! У-у-у-у…»

Сеть просто заполонили гневные и скорбящие комментарии и посты. В супер-ветке #БорьбаЗаПревосходство зрители горько осуждали свежий эпизод сериала.

В эфир вышло уже 22 эпизода «БзП». ВаньЦи Яо впервые появился в восьмом эпизоде, так что до сих пор он появлялся в общей сложности в четырнадцати эпизодах. У него было не много сцен, но в опросах популярности персонажей «БзП» он всегда входил в тройку лидеров! Конкуренцию ему составляли только главный герой и героиня. Даже второй мужской герой, ДунЛи Лань, был в этом рейтинге ниже его.

Тем не менее, такой популярный персонаж на самом деле был убит проклятым сценаристом!

Такой блестящий человек, чей разум был близок к потустороннему уровню, на самом деле погиб от рук какого-то неизвестного солдата! Он не умер от руки своего Шисюна ДунЛи Ланя и не умер посреди кровавого поля боя, нет! Он умер из-за свой успешной стратегии от меча обычного генерала, попавшегося в его ловушку.

Если даже обычные зрители «БзП» чувствовали сожаление и грусть по поводу смерти ВаньЦи Яо, а поклонники ВаньЦи Яо терзались в муках, обещая найти сценариста, даже если от этого зависела их жизнь, то что говорить о поклонниках пары Лань-Яо? Они чувствовали, что небо рухнуло.

Ветка #Лань-Яо была переполнена их стенаниями.

«Наследный принц, ты ведь сказал, что хочешь смерти Яояо. Ну, что, теперь ты доволен?! Ты доволен?»

«Как это может быть возможно!? Его Высочество, наследный принц обнимал Яояо и плакал так жалостливо… он рыдал так, что чуть не потерял сознание! Он не хотел, чтобы Яояо умирал! Ах, он был его Шиди, он был его Шиди! В этом мире у него не было никого, кроме этого Шиди! Как он мог желать смерти Яояо? Почему, почему, Небеса?! Ах, ах, ах, ах ах!!!»

«Он опоздал всего на минуту! На минуту! Почему он не пришёл раньше? Почему он не пришёл первым? Почему он позволил другому войти первым и убить Яояо? Поначалу я думал, что их линия будет развиваться в стиле «любовь и ненависть», но я никогда бы не подумал, что часть с «ненавистью» воплотится в реальность! Какая польза от его рыданий! Разве они могут вернуть Яояо? Разве они могут вернуть его любимого Шиди?!»

«В этом мире только Шисюн может играть со мной в шахматы, только Шисюн… ах-ах-ах-ах!!!»

Большинство фанатов пары Лань-Яо уже были выбиты из колеи этим внезапным поворотом. Они не желали верить в такой конец, они не хотели верить в то, что единственное предложение, сказанное ДунЛи Ланем в порыве гнева, отняло жизнь Ваньци Яо.

Его единственный Шиди был убит им самим. Очевидно, он не хотел убивать его, но ведь, в конце концов, он всё-таки убил его!

Если ты действительно хотел, чтобы он умер, то почему же теперь, когда он мёртв, ты обнимаешь его и так печально плачешь?!

Почему ты не мог быть немного честнее!

Почему ты не мог быть немного спокойнее!

Тем не менее, было и несколько разумных фанатов этой пары, которые, отойдя от оцепенения и печали, внезапно многое поняли.

«Яояо организовал три шахматные игры в павильоне Ван Цю, и только после решения всех трёх задач с ним можно было встретиться. Но его последними словами было то, что только Шисюн может играть с ним в шахматы. Может быть... он действительно ждал ДунЛи Ланя? Только ДунЛи Лань может решить его задачи? Обман Сяо Сян был исключением, но на самом деле он всегда ждал одного ДунЛи Ланя!»

«Раньше я думал, что между Ваньци Яо и Сяо Сян что-то есть. Мне казалось, что он очень любит и ценит умного и смелого генерала Сяо. Но теперь кажется, что его Шисюн – это и есть его настоящая любовь! Только поистине влюбленный человек может с уверенностью заявлять: «Он не станет убивать меня!» Только поистине влюбленный человек не будет ненавидеть своего возлюбленного, даже умирая от его руки! Это, очевидно, и есть настоящая любовь! Так зачем же использовать такой поворот! Это оскорбляет нас…»

Студия ЦиЛи была довольно известна в своей отрасли. Они написали сценарий к двум фильмам об однополой любви; один из них был номинирован на французскую премию Сезар, а второй стал тёмной лошадкой того года, собрав огромные кассовые сборы с актёрским составом из одних новичков. Несмотря на то, что многие зрители не знали, что сценарист «БзП» также был из этой студии, это не помешало одному важному зрителя получить инсайдерскую информацию. Например…

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «…»

Десять минут спустя…

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Умер?»

Двадцать минут спустя…

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой:  «Он правда умер! Ах… умер… ах…»

На первый взгляд его аккаунт и посты выглядели вполне обычно; самый обычный фанат «БзП».

Тридцати минут спустя...

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Я хочу отправить им динамит! Отправить динамит, динамит, динамит! Студия ЦиЛи! Студия ЦиЛи! Студия ЦиЛи! Он ведь так хорош… как вы могли позволить ему умереть?! Почему, почему, почему, почему, почему!!!???»

***

Следующим вечером.

Сценаристы Студии ЦиЛи как раз собирались идти домой, когда неожиданно получили посылку от доставщика. Открывая посылку, один из них шутливо обратился к своему коллеге:

— Ты видел комментарии в Интернете после выхода вчерашнего выхода «БзП»? Они все хотят отправить нам ножи, ха-ха-ха!

Коллега тоже засмеялся:

— Серьёзно? Хотя… я догадывался, что реакция будет такой, когда писал эту сцену. Но скажи мне, как бы мы продвигали сюжет, если бы ВаньЦи Яо не умер? Если бы он не умер, то вскоре Государство Чу победило бы Империю Лян. Что касается ножей.. Ха-ха-ха, да пусть пишут, что хотят!

— Э…? На упаковке нет  адреса и имени… Это ведь не нож, правда? — пошутил один из сценаристов.

Другой сценарист рассмеялся, но в следующую секунду с удивлением застыл на месте:

— Ты слишком много думаешь… э-э-э… откуда столько бумажек?

Десять секунд спустя…

Оба сценариста:

— …

Что за сумасшедший человек отправил им целую гору бумаг, исписанных словом «динамит»!?

С тобой явно что-то не так, парень!!!

Вероятно, испугавшись этих присланных «динамитов», той ночью сценарист молча вошёл в официальный вэйбо Студии «ЦиЛи». Воспользовавшись тем, что два сегодняшних выпуска «БзП» ещё не вышли в эфир, он опубликовал пост.

Студия ЦиЛи: «Одарённые будут вредить, сильные будут оскорблены. ВаньЦи Яо однажды сказал, что у павильона Ван Цю было единственное правило: не вмешиваться в мирские дела. Поэтому ему с самого начала не следовало вступать в эту битву. Его вмешательство в людские дела и привело к его смерти. Никто в мире не может считаться абсолютным. Он уже достиг всего, чего мог, дав будущее и силы государству Чу, чтобы оно могло конкурировать с Империей Лян. Пусть каждый будет заниматься своим делом, и не будет слишком много думать. В конце концов, мирские дела невечны. Все люди когда-то умрут».

Этот пост, кажущийся вполне разумным и логичным, был неоднозначно принят пользователями сети:

— …

Все люди однажды умрут...

И даже они!!!

«Я действительно хочу прибить этого сценариста! Я уже вижу, как этот сценарист прячется за компьютером со злой ухмылкой, наблюдая за тем, как мы страдаем и кричим! Он ведь намеренно написал, что все люди однажды умрут! Он издевается над нами!»

«Он очень сильно меня бесит! Кто ещё собирается избить сценариста? Я заплачу вам пять центов!»

«Я дам десять!»

«Сотня! Я дам вам сотню! Избейте его за меня! Забейте их до смерти!!!»Спустя ещё один час, после просмотра двадцать третьего эпизода «БзП», все зрители, наконец, поняли, почему сценарист так внезапно написал этот пост, попытавшись объясниться перед всеми зрителями и успокоить их!

Потому что в двадцать третьем эпизоде ДунЛи Лань привёз труп ВаньЦи Яо обратно в павильон Ван Цю и лично закрыл гроб своего Шиди. В этот самый момент он увидел нефритовый кулон под одеждой ВаньЦи Яо, у самого его сердца. Он молча положил нефритовый кулон в руки ВаньЦи Яо, отправив его вместе с ним под землю.

Было ли это оскорблением?

Это явно было жестоким оскорблением!

Даже обычные фанаты «БзП» (не говоря уже о фанатах ВаньЦи Яо) были крайне оскорблены этой сценой.

Линь Сяолу была фанаткой пары Лань-Яо. Со вчерашнего дня она молча рыдала в свой носовой платок и в слезах таращилась в телевизор. И вот сегодня, когда она увидела сцену, где ДунЛи Лань в последний раз смотрит на своего Шиди красными глазами и закрывает его гроб, она схватилась за платок, собираясь вытереть слезы, как вдруг услышала, как ее мама, сидящая рядом, комкает салфетки со стола.

Линь Сяолу удивленно обернулась, уставившись на мать, которая утверждала, что «это просто драматический сериал – можно глянуть разок», но теперь тоже была вся в слезах и тщетно пыталась скрыть это.

Поняв, что дочь её раскусила, женщина, задыхаясь от эмоций, пробормотала:

— Вот, ты говоришь, ДунЛи Лань. Он явно заботился о своём Шиди, но всё же позволил ему закончить вот так... Почему судьба этих двух детей так жестока… очень, очень жалко...

Линь Сяолу:

— …

Вот именно! Это, очевидно, была настоящая любовь (мама Линь не сказала этого), но почему она закончилась так!!!

Этот приём «начинаем ценить, только когда потеряем» был действительно очень драматичным и заезженным, но он также был и эффективным оружием, которое никогда не устареет.

Рейтинг двух этих эпизодов резко вырос и пробил отметку 4, даже достигнув показателя 4,5!

В сети обсуждение этого драматического сериала было даже популярнее, чем дискуссии на тему фильма Вэнь Сюаня, который должен был выйти на следующей неделе. Ветка «БзП» прочно засела на первом месте в списке популярных тем в сфере кино и телевидения.

Этот сюжетный поворот оскорбил бесчисленное количество пользователей сети, которые просто сходили с ума от скорби и ненависти. Были даже такие, кто говорил:

«Если ВаньЦи Яо мёртв, я больше не буду смотреть «БзП»!»

Словно прочитав мысли пользователей сети, Жун Сюй в этот вечер сделал пост в Вэйбо.

Жун Сюй: «Я слышал, что я ещё появлюсь во многих сценах с воспоминаниями. Вы, что, правда, больше не будете смотреть сериал? [Улыбающийся смайлик]»

Поклонники сразу же отказались от своих прежних протестов:

«Ай-ай-ай-ай! Даже если это просто воспоминания, мы будем смотреть! Будем!!!»

Некий любезный фанат, который только что закончил смотреть последний эпизод «БзП», был с носом «зарыт» в кипу писем на диване, когда внезапно увидел этот пост. Печатать «динамит» на бумаге? Отправлять письма? Сейчас не до этого! Быстрее, комментировать!

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Малыш больше не будет отправлять динамиты, Малыш больше не будет отправлять посылки. Даже если сценарист намеренно сделал отношения ВаньЦи Яо и ДунЛи Ланя столь неоднозначными, малыш больше не будет злиться. Я просто хочу обнять Жунжуна… хочу поцеловать Жунжуна! @ЖунСюй»

Этот пост Жун Сюя и новая серия «БзП» вызвали много горячих дискуссий как в Интернете, так и в реальной жизни. Будь то душераздирающая смерть ВаньЦи Яо или жестокое окончание сюжетной линии «Шисюн-Шиди», ставшее причиной многочисленных нелепых недоразумений, но после того, как зрители спокойно всё обдумали, у них не было выбора, кроме как признать, что этот заговор заставил их и любить и ненавидеть этот факт. Однако в то же время они просто не могли отказаться от дальнейшего просмотра сериала.

Такое развитие событий принесло большое признание Жун Сюю и Е Цяо, а также дало Жун Сюю огромный всплеск популярности, какого не было со времён финала «Западни».

Такая высокая популярность и страстные дискуссии заставили многих продюсеров, режиссёров и инвесторов обратить на Жун Сюя внимание. Многие до сих пор не знали, что сейчас он занят съёмками «Чёрных туч». Они посылали Ло Чжэньтао приглашения на прослушивания и участие в рекламных роликах одно за другим, из-за чего он был настолько занят и доволен, что без конца ухмылялся от уха до уха.

***

Внезапный всплеск популярности Жун Сюя был замечен многими.

В резиденции семьи Жун.

Жун Хэн недоверчиво таращился на свежую газету, почти задыхаясь от гнева:

— Как он может быть в газете? Такой идиот, как он, может стать популярным? Как это возможно?! Здесь что-то не так! Здесь определенно что-то не так!

На небольшой съёмочной площадке в Хэндяне.

Чжун И услышал от своего помощника о том, что рейтинг «БзП» достиг 4,5. Его глаза повылезали из орбит, и его дико затрясло.

Дождавшись, пока он останется в гостиной один, Чжун И сердито бросил сценарий на пол:

— Это была моя роль! Это я ВаньЦи Яо! Очевидно, что я должен был стать ВаньЦи Яо, а не он! Нет, не только ВаньЦи Яо... И Хо Си тоже! Роль Хо Си тоже должна была быть моей! Какого чёрта он так популярен, в то время как я всё ещё играю роль второго плана в этом дрянном сериале про идолов?! Почему?! Жун Сюй!!!

Что касается ненависти этих людей, Жун Сюй, естественно, ничего о ней не знал.

На третий день съёмок «Чёрных туч» приглашённые звезды начали признать на съёмочную площадку один за другим, делая атмосферу на этой небольшой, малобюджетной студии ещё более напряженной.

Сможет ли Жун Сюй продержаться перед этими известными гостями и не затеряться на их фоне – вот ключевой вопрос сегодняшних съемок.

И первой звездой, прибывшей на съёмочную площадку, была актриса, которая только что закончила сниматься в «Ученике» вместе с Цинь Чэном; знаменитая китайская «Императрица Кино» Ся Муянь.

В подтверждение слухов о её дружелюбии и открытости, ходящих в развлекательном кругу, эта Императрица Кино привезла для всех кофе и десерты, когда прибыла на съёмочную площадку «Чёрных туч», тем самым позволив всем расслабиться, наслаждаясь перекусом.

Ся Муйян была первой большой знаменитостью, принявшей приглашение «Черных туч», и первой, кто прибыл на площадку. Сцен, в которых она должна была сниматься, было не много, и в основном они был в паре с другими персонажами; с Жун Сюем же у неё была лишь мимолетная пятисекундная сцена.

Хотя сейчас она была чрезвычайно известна в кругу и была «Императрицей Кино», удостоенной множества наград, ей было далеко до Лин Сяо. Когда Лин Сяо уже был на пике своей карьеры, Ся Муйян только-только вошла в круг развлечений и едва могла считаться популярной.

Сцена с Ся Муйян заключалась в с следующем: она должна была пройти мимо Лин Сяо во время вечернего ужина после церемонии награждения. Она играла саму себя, мелкую звезду, которая только что вошла в развлекательный круг, в то время как Лин Сяо уже выиграл несколько наград Золотой Мелодии. Ему было всего тридцать лет, и он был очень любим ценителями музыки во всем мире. Он был музыкальной суперзвездой.

В эти короткие пять секунд, помимо простой ходьбы, Ся Муйян также должна была показать свою нервозность и почтение к «старшему по званию».

Режиссер Лян подробно объяснил  Ся Муйян сюжет: чем короче сцена, тем больше она испытывает актёрские способности актёра. Поскольку у неё было не так много времени, чтобы показать все детали, отражающие её нервозность и почтение, она была вынуждена эффективно использовать каждую секунду и каждый кадр, работая даже глазами.

Подобная сцена могла быть проблемной для Юй Сыюй, но не для Ся Муйян. Она уже имела приблизительно восемьдесятипроцентное представление о своей роли после недолгого обсуждения с режиссёром Ляном.

Режиссер Лян улыбнулся:

— Несмотря на то, что сцена длится всего пять секунд, мы все равно вынудили Вас освободить свой график на весь день.

Ся Муйян мягко покачала головой:

— У меня никогда не было возможности встретиться с Лин Сяо лично, но мне очень нравятся его песни. Когда мне сказали об этом предложении, я сразу же согласилась. Возможность сниматься в этом фильме для меня удовольствие. Вчера я тщательно ознакомилась со сценарием : пожалуйста, не волнуйтесь, режиссёр Лян, — сделав паузу, Ся Муйян обернулась и взглянула на высокую и прямую фигуру неподалеку. Она долго вглядывалась в неё, прежде чем тихо спросить, — Неужели, Цинь Чэн будет играть… второго мужского героя?

Режиссёр Лян засмеялся:

— Я тоже не ожидал, что Цинь Чэн может сыграть роль второго плана. Но с его присутствием нашей команде намного легче работается.

Ся Муйян с пониманием кивнула:

— Его актёрские навыки превосходны.

Услышав это, режиссёр Лян сделал таинственное лицо и покачал головой:

— Дело не только в этом.

Ся Муйян посмотрела на режиссёра Ляна в некотором замешательстве, но он преднамеренно поддерживал атмосферу напряжённости и загадочности, продолжая молчать.

Вскоре операторы и группы по свету и реквизиту были готовы, и съёмки сцены официально начались.

Ся Муйян небрежно подошла к стартовой точке и кивнула своему помощнику. Едва она подняла голову, как вдруг мельком увидела стройную высокую фигуру. Поняв, кто это, она обернулась, чтобы посмотреть на этого юношу.

Её сердце сжалось, и в памяти Ся Муйян всплыло имя: Жун Сюй.

Ся Муйян покинула «ХуаСя Энтертейнмент» четыре года назад, чтобы открыть собственную студию, и с тех пор часто инвестировала в фильмы в качестве босса. Полмесяца назад ее менеджер назвал ей это имя. Она ясно помнила, что её проницательный и хитрый менеджер сказал ей тогда: «Возможно, то, что он был так популярен в «Западня», и было совпадением, но в «БзП» он определенно не случайно был популярнее самого Е Цяо. Ся Муйян, Жун Сюй - новичок с большим потенциалом. Если это возможно, я бы хотел привлечь его в наши ряды, пока «ХуаСя Энтертейнмент» ещё не до конца раскрыли его потенциал».

Однако дело закончилось безрезультатно.

Менеджер Ся Муйян изначально думал, что «ХуаСя Энтертейнмент» не будет особо держаться за мелкую третьесортную звезду, вроде Жун Сюя, которая снялась всего в двух драматических сериалах, и хотел уцепить этот бриллиант. Он думал, что будет достаточно денег и выгодного контракта, чтобы переманить его к ним.

Но оказалось, что на самом деле руководители «ХуаСя» очень внимательно следили за Жун Сюем. Менеджер использовал свои навыки и обнаружил, что директора департамента актёров и пиар-отдела «ХуаСя Энтертейнмент», похоже, заметили популярность «Западни» и «Борьбы за превосходство». Они оба лично интересовались делами Жун Сюя.

Более того, Жун Сюй не нуждался в деньгах. Он оказался молодым мастером семьи Жун.

Размышляя об этом, Ся Муйян слегка нахмурила свои тонкие брови. В её сердце закралось какое-то странное чувство. Она не видела ни «Западню», ни «Борьбу за превосходство», но Жун Сюй так быстро завоевал популярность, едва успев войти в сферу кино, хотя не имел формальной подготовки и был так молод… это заставило её задуматься, не попал ли он сюда благодаря связям и деньгам...

Эта мысль задержалась в голове Ся Муйян лишь на мгновение, прежде чем она быстро отмахнулась от неё и серьёзно посмотрела перед собой.

В трёх метрах от неё гримёр вытирала тонкий слой пота с его лба и аккуратно поправляла пудру. Когда всё было почти готово, Жун Сюй обернулся и внезапно обнаружил, что Ся Муйян смотрит на него, но тут же спокойно улыбнулся ей.

Ся Муйян слегка кивнула ему и ответила вежливой улыбкой.

В следующий момент хлопнула хлопушка, и съёмки сцены официально начались!

***

В тот момент, когда она услышала хлопок, выражение лица Ся Муйян мгновенно изменилось. Из-за грима она уже выглядела очень молодой, но теперь она действительно стала выглядеть на все двадцать. Она внезапно стала такой, какой была в те годы: её походка стала немного поспешной, а глаза бегали туда-сюда, когда она быстро шла вперёд, держа в руках стакан красного вина.

Это было прописано в сценарии. Юная Ся Муйян, которая была новичком в индустрии, не смела смотреть в глаза своему Старшему и могла только быстро пройти мимо. Только когда она проходила рядом с Лин Сяо, она быстро подняла голову, чтобы взглянуть на него, но в это время Лин Сяо уже заметил своего лучшего друга и идеального партнёра, и с улыбкой направился к нему.

Все прошло очень гладко. Когда Ся Муйян находилась всего в нескольких шагах от Жун Сюй, она воспользовалась тем, что свет был направлен прямо на фигуру юноши, и мельком взглянула на него.

Когда её взгляд остановился на этом юноше, она чуть не задохнулась.

Светлые волосы выглядели чрезвычайно мягкими, ниспадая на его элегантное красивое лицо. Ресницы юноши были очень длинными; когда он слегка расширил глаза, его густые и живые ресницы, казалось, мягко развевались, скрывая счастливый свет приятного удивления в его ярких зрачках.

Аура, нежная, как море, медленно распространялась от его лица; Очевидно, этот человек даже не смотрел на неё, но она по необъяснимым причинам почувствовала, что хорошо бы с ним поладила. Он не был раздражителен; даже если бы она заговорила с ним прямо сейчас, она была уверена: он бы всё равно улыбнулся и мягко выслушал её.

В этот момент Ся Муйян на мгновение опешила, но, благодаря своим исключительным актёрским способностям, она все же смогла продемонстрировать необходимую горечь и нервозность.

Горечь – потому что она упустила возможность поговорить с Лин Сяо, а нервозность – потому что она впервые увидела своего Старшего и главную суперзвезду страны.

На этом сцена была закончена!

Ся Муйян была достойна доверия режиссёра Ляна: она его не разочаровала. Эта сцена была отснята буквально в одно мгновение; игра Жун Сюя была очень естественной и плавной, и не сильно отличалась от его игры в последние два дня, поэтому большинство членов съемочной команды сосредоточили своё внимание именно на Ся Муйян.

— Ся Муйян играет так хорошо, что я уж было поверил, что она действительно мелкая, только что дебютировавшая звезда.

— Очевидно же – Императрица Кино! Лучшие актрисы мира ежегодно соревнуются за премию Золотой Феникс за лучшую женскую роль, а Ся Муйян удалось выиграть одну из них!

Даже ассистентка Ся Муйян весело рассмеялась:

— Всё так просто! Ся цзе, это, наверное, самая легкая сцена, в которой Вам когда-либо доводилось сниматься?

Изначально помощница хотела продолжить, но, увидев тяжелое выражение лица Ся Муйян, она замолкла и растерянно уставилась на неё.

Надев жакет, Ся Муйян медленно обернулась и со сложным взглядом посмотрела на юношу неподалеку. Она увидела, как незнакомый ей красивый юноша получает от своего менеджера горячий чай и спокойно слушает его. Выражение его лица было спокойным и нежным; он улыбался, не показывая не капли эмоции шока от их недавнего близкого контакта.

Она чувствовала себя крайне подавленно, словно она действительно превратилась в мелкую неприметную актрису.

Ся Муйян никогда не думала, что ей предстоит почувствовать, как он подавляет её игру. Даже если она играла мелкую звезду, она таковой не являлась; она была обладательницей премии за лучшую женскую роль. Хотя ее репутация в стране и не могла сравниться с Хэ Синьжоу и Вэнь Сюань, её не должен был подавлять мелкий второ- или третьесортный актёр.

После долгого молчания Ся Муйян тихо спросила:

— Как ты думаешь, что было в этой сцене не так?

Помощница была поражена и тут же выпалила:

— Разве что-то было не так? Всё же прошло хорошо, нет?

Ся Муйян молчала.

Да, со сценой всё было в порядке: они оба отыграли очень хорошо. То есть Жун Сюй прекрасно отыграл давно известную топовую суперзвезду, а она на самом деле снова превратилась в молодого и неопытного новичка.

Этот юноша был очень необычным.

***

Днём Ся Муйян ушла не сразу, а немного поболтала со старыми друзьями, работающими над фильмом. Еще одна знаменитая актриса прибыла на площадку днём, но у неё была запланированы съёмки одиночной сцены. Ей нужно было просто закончить свою трёхсекундную сцену с «группой камер B», и она могла быть свободна.

Ся Муйян попрощалась со своими друзьями и уже собиралась пойти в главную студию, чтобы отыскать там Цинь Чэна и режиссёра Ляна и попрощаться. Она подошла к дверям главной киностудии и некоторое время озиралась по сторонам, пока, наконец, не заметила Цинь Чэна.

Когда она уже собиралась что-то крикнуть ему, ком встал у неё в горле. Её красивые миндалевидные глаза медленно расширились, пока она наблюдала за тем, как Цинь Чэн шаг за шагом выхаживает перед Жун Сюем и что-то рассказывает ему, на что Жун Сюй улыбается и кивает. Хотя лицо Цинь Чэна почти не выдавало никаких эмоций, его холодное лицо, всё же, казалось, немного смягчилось.

Вскоре они повернулись и пошли в гостиную.

Ся Муйян молча наблюдала за тем, как двое мужчин вместе уходят прочь. Она хотела остановить их, но могла только открыть рот, не в силах произнести ни слова. Через мгновение Ся Муйян попыталась скрыть свой озадаченный вид и отвела в сторону одного из сотрудников площадки. Мило улыбнувшись, она спросила:

— Почему я не вижу Цинь Чэна? Вы, случайно, не знаете, где он сейчас?

Мужчина был очень взволнован; ещё бы: он никогда не думал, что Ся Муйян когда-нибудь заговорит с ним! Он был так взволнован, что активно закивал головой и поспешно обвёл студию взглядом. Поняв, что он нигде не может его найти, он сказал:

— Цинь Шэнь… Цинь Чэн, вероятно, пошёл в гостиную, чтобы попрактиковаться с Жун Сюем.

Ся Муйян сжала кулак. В следующую секунду она снова улыбнулась и спросила:

— Попрактиковаться?

Сотрудник кивнул:

— Да, Цинь Чэн постоянно практикуется с Жун Сюем в последние два дня и очень заботится о нём.

После того, как мужчина ушёл, улыбка медленно сползла с губ Ся Муйян. Она тупо уставилась на закрытую дверь гостиной, и только когда её помощница позвала её, она последовала за ней на стоянку.

Когда они уже подходили к стоянку, Ся Муйян, наконец, заговорила:

— Как думаешь... что случилось с Цинь Чэном?

Ассистентка прямо ответила:

— Разве Вы не говорили об этом раньше, Ся цзе? Хотя он немного холоден, он всё же не плохой человек.

Про себя помощница добавила:

«Конечно, он не может быть плохим человеком, иначе стали бы Вы тайком любить его?»

Шаги Ся Муйян постепенно замедлялись, и она пробормотала:

— Да, он не плохой человек, просто… холодный. Может быть... он на самом деле любит помогать другим, а я просто об этом не знаю? Да, должно быть так и есть...

Ассистентка смущенно переспросила:

— Что Вы только что сказали, Ся цзе?

Ся Муйян покачала головой и сменила тему:

— Пойдём. А Цинь, наверное, уже заждалась нас. Давай поскорее вернёмся в город.

Итак, Ся Муйян – первая знаменитость, прибывшая на съёмки «Чёрных туч» – завершила свою сцену именно так.

***

В течение следующего месяца всё больше и больше знаменитостей приезжали в Город Кино Города S один за другим и молча отыгрывали свои камео. Среди них была и трёхкратная обладательница награды за лучшую женскую роль Вэнь Сюань; лидер самой известной британской рок-группы, Джеймс; красавица, считающаяся национальным достоянием Франции, Сесиль, и самая известная в настоящее время певица Китая, Чу Ци.

Большинство знаменитостей должны были играть самих себя. Тем не менее, было также много звёзд, вроде Чу Ци, которые появлялись в фильме как уличные исполнители и пели песни из последнего альбома Лин Сяо.

Но все эти сцены, без исключения, были крайне жалкими.

Даже у Вэнь Сюань, у которой была самая длинная сцена, было всего около тридцати секунд экранного времени. Её сцена должна была быть показана по телевизору, что делало её легендарной. Когда Лин Сяо разговаривал со своим менеджером, телевизор был включен, и на экране разворачивалась чрезвычайно волнующая любовная сцена, в которой только что снялась Вэнь Сюань.

Всего за один месяц к команде «Чёрных туч» присоединилось более восьмидесяти знаменитостей, и каждый день приезжали, как минимум, две звезды. Однако не каждая звезда приходила в главную студию: многие поспешно уезжали сразу после съёмок в Группах Камер «B» и «C».

Но было также и много таких, кто приходил в главную студию, чтобы поздороваться с режиссёром Ляном и Цинь Чэном.

Они были особенно удивлены, когда видели Цинь Чэна. Вэнь Сюань даже в шутку несколько раз странно посмотрела на своего старого друга, прежде чем сказать:

— Я слышала, что ты играешь роль второго плана? Когда тебя убьют, я должна отправить тебе красный конверт Яцзин?

Они когда-то работали вместе над съёмками «Мушэна» и были хорошими друзьями на протяжении многих лет. В ответ на её шутку Цинь Чэн приподнял бровь и посмотрел на Вэнь Сюань, непринуждённо ответив:

— Я слышал, что ты играешь главную героиню драматического сериала. Как режиссёр Лян мог взять тебя в драму… ах, да, это же был драматический сериал по телевизору внутри фильма.

Вэнь Сюань:

— …

Жун Сюй:

— …

До встречи с этой главной Императрицей Кино, Жун Сюй и не подозревал, что Цинь Чэн на самом деле такой!

Семнадцать лет назад, когда Вэнь Сюань только дебютировала, она снялась в трёх драматических сериалах. В отличие от Королевы Рейтингов, Тан Мэнлань, ее дебютные сериалы были ужасны  (они были очень грубые и трешовые). Вэнь Сюань явно сыграла в них очень хорошо, но рейтинги сериалов были невысокими. Тогда она прославилась как «Гроза Рейтингов».

Позже Вэнь Сюань снялась в одном малобюджетном фильме и сразу же стала знаменитой!

Рейтинги её сериалов были ужасны, но зато кассовые сборы фильмов были очень высоки! С тех пор Вэнь Сюань больше никогда не снималась в драматических сериалах, но кассовые сборы фильмов, в которых она снималась, постоянно росли, и принесли ей капитал международного уровня.

После работы над «Мушэном» с Цинь Чэном, Вэнь Сюань достигла пика своей карьеры. На второй год она была удостоена Берлинской премии за лучшую женскую роль, а ещё через несколько лет она получила премию «Золотой Феникс» и «Оскар» за лучшую женскую роль.

Изначально Вэнь Сюань хотела поддразнить Цинь Чэна, но она не ожидала, что вместо этого он сам высмеет её, посыпав соль на её старые раны.

Она решила не обращать внимания на этого язвительного холодного человека и перевела взгляд на Жун Сюя, который стоял сбоку. В её глазах быстро вспыхнул искрящийся свет, но прежде, чем она успела разглядеть его, Цинь Чэн невозмутимо шагнул в сторону, заблокировав ей обзор.

Вэнь Сюань поражённо уставилась на Цинь Чэна.

Цинь Чэн посмотрел на неё сверху вниз и равнодушно сказал:

— Ты уже закончила съёмки своей сцены. Тебе уже пора. Скоро стемнеет, а тебе ещё нужно вернуться в город.

Вэнь Сюань хотела что-то сказать, но в гостиную неожиданно вошёл один из членов съёмочной группы. Она немедленно вернула себе свой отстранённый и спокойный вид, попрощалась с Цинь Чэном и повернулась, чтобы уйти.

Дождавшись, пока Вэнь Сюань полностью покинет зал, Цинь Чэн повернулся, чтобы быстро взглянуть на Жун Сюя. Было бы хорошо, если бы это был мимолётный взгляд, но он, к его несчастью, был встречен взглядом юноши!

После более чем месяца совместной работы его отношения с Жун Сюем заметно улучшились. Они часто приходили в гостиную, чтобы попрактиковаться, и иногда к ним присоединялась актриса главной женской роли Юй Сыюй, а также актриса третьей роли Ло Сяоцин.

Но большую часть времени они проводили вдвоём.

Жун Сюй никогда прежде не встречал такого сложного человека, как Цинь Чэн. Жун Сюй считал его безразличным, но он любезно помогал ему практиковаться и сдал ему свою квартиру. Но дружелюбным он не был: им было трудно общаться, как старые друзья. Холодная и отстраненная аура всегда витала над Цинь Чэном, словно отбрасывая от него людей за тысячу миль.

Холодный невомутимый мужчина быстро опустил глаза, а юноша уставился на него, не сводя глаз.

Это продолжалось очень долго, и кончики ушей Цинь Чэна постепенно покраснели. В конце концов, не в силах больше терпеть, он спокойно спросил:

— Что такое?

Жун Сюй не заметил, что уши мужчины краснеют. Зная его довольно долго, он уже постепенно стал воспринимать его как своего друга. Возможно, раньше и были некоторые слова, которые он не мог произнести вслух, но теперь он мог прямо сказать об этом. Поэтому он беспомощно улыбнулся и спросил:

— Что сейчас было?

Зачем он так внезапно закрыл его собой от Вэнь Сюань?

Глаза Цинь Чэна блеснули, но его тон был спокойным, когда он ответил:

— Вэнь Сюань любит молоденьких мальчиков.

Жун Сюй:

— …

Вэнь Сюань, которая только что покинула площадку «Чёрных туч»:

— Ах!

Взгляд Цинь Чэна был глубоким, голос – твёрдым, а тон – ровным, когда он продолжил:

— Ей нравится свежее мясо твоего возраста. Раньше она уже флиртовала с двумя молодыми звездами в индустрии, — сделав паузу, Цинь Чэн спросил, — Или это она тебе понравилась?

Жун Сюй:

— Нет… Но это всё равно странно…

Цинь Чэн кивнул, и его губы слабо изогнулись:

— Тогда всё хорошо.

Жун Сюй:

— …

Несколько лет спустя, когда Вэнь Сюань и Жун Сюй уже успели поработать вместе в нескольких фильмах и стали близкими друзьями, она случайно узнала о том, что о ней сегодня рассказали. Эта трёхкратная лауреатка звания «Императрицы кино», которую многие считали примером, разозлилась так сильно, что из её носа пошёл пар. Она с трудом держала себя в руках, чтобы не пойти выяснять отношения с Цинь Чэном.

Она флиртовала с двумя юнцами!? А ничего, что помимо них, она флиртовала и с мужчинами на четыре или пять лет её старше, а?!

«Так говорить обо мне? Да как ты смеешь!!!»

***

По мере того, как приглашённые звёзды заканчивали свои сцены один за другим, съемки «Черных туч» также приближались к завершению.

Этот фильм не рассказывал особо сложную историю. Это было не что иное, как история о простом человеке, попавшем в индустрию развлечений, испытавшего много трудностей и своими собственными усилиями и талантами ставшего «Королем Музыки».

Финальная сцена фильма повествовала о последней песне Лин Сяо перед его смертью. Это была последняя песня, написанная им до того, как его состояние ухудшилось, но она так и не была выпущена. Он потратил все свои силы на написание этой песни и перед смертью передал её своему менеджеру. Когда были начаты съёмки «Чёрных туч», его менеджер передал эту песню съёмочной группе.

Песня должна была появиться в фильме.

Первоначально, режиссёр Лян хотел пригласить Чу Ци, чтобы исполнить эту песню, но в ходе съёмок он однажды неожиданно отправился на поиски Жун Сюя и торжественно спросил:

— Как думаешь, ты сможешь исполнить «Потерянные крылья»?

Юноша был слегка ошеломлён:

— «Потерянные крылья»?

Режиссёр Лян улыбнулся и кивнул:

— Если её исполнишь ты, это будет больше соответствовать требованиям фильма. Как ты думаешь, Жун Сюй, ты справишься?

После некоторого удивления уголки губ Жун Сюя изогнулись в нежной улыбке:

— Я буду стараться изо всех сил, директор Лян.

Режиссёр Лян громко рассмеялся:

— Ты не можешь просто стараться изо всех сил. Мне нужен только безупречный результат.

Юноша на мгновение задумался, и его очерченные брови слегка нахмурились, после чего он беспомощно вздохнул:

— Вы хотите, чтобы я помог Вам пригласить Чу Ци назад?

Режиссёр Лян хлопнул его по спине, словно в шутку, от чего удивлённый Жун Сюй сделал несколько шагов вперёд. Не дожидаясь, пока Жун Сюй придёт в себя, он произнёс своим серьезным и внушительным голосом прямо у его уха:

— Исполни эту песню хорошо, и это будет огромной помощью... для твоего будущего.

После недолгого молчания Жун Сюй мягко улыбнулся:

— Да. Спасибо, директор Лян.

***

Вплоть до настоящего момента съёмочная группа «Чёрных туч» уже закончила снимать большую часть сцен фильма, но новый актерский состав так и не был обнародован!

Съёмки фильма начались больше месяца назад, но никто, кроме актёров и членов съёмочной группы, не знал конкретного списка актёров фильма. Многочисленные репортёры караулили у Киностудии в городе S более пятидесяти дней, но приглашённые звёзды, не говоря уже о каких-то интервью, поспешно приезжали и уезжали, никогда не показывая своих лиц.

Если уж даже репортеры так сильно хотели раздобыть хоть какую-то информацию, что уж говорить о фанатах в интернете, которые были взволнованы ещё больше. Они были, как муравьи на раскалённой сковороде.

Лин Сяо скончался три года назад, но его песни были вне времени и пространства, и остались с фанатами навсегда. Людям, которые любили его, он нравился всегда; всякий раз, когда они слышали его песни, они скучали по нему ещё больше. Те, кто никогда раньше не слышал его песен, также интересовались его музыкой, впервые услышав её где-то, и тоже в конечном итоге становились его поклонниками.

Стоит отметить, что на Вэйбо Лин Сяо до сих пор было подписано более двухсот миллионов человек!

В начале, когда команда «Чёрных туч» не раскрывала никакой информации, они ещё могли держать свой интерес в узде. Тем не менее, со временем, когда они увидели, что премьера фильма состоится уже через несколько месяцев, а они даже не знали, КТО будет играть их «Бога Музыки», они стали очень взволнованны.

Однако независимо от того, сколько вопросов они задавали на официальном аккаунте команды фильма, команда никак на них не реагировала. Поэтому у фанатов не осталось иного выбора, кроме как прибегнуть к старому доброму отгадыванию.

«Я думаю, это может быть Лю Чжэнь… Лю Чжэнь очень хорошо поёт, и даже пытался сыграть в одном драматическом сериале в прошлом году... Результаты довольно неплохие!»

«Это невозможно! В настоящее время Лю Чжэнь гастролирует, и у него точно нет на это времени. Это не он».

«Я думаю, это точно Цзяо Цзиншань! Заметили, что у Цзяо Цзиншаня не было в последнее время никаких работ? Внешне он похож на Сяосяо, и возраст его идеально подходит, да и актёр он хороший. Он даже пел песню в своём предыдущем драматическом сериале! Это определенно он!»

Предположения пользователей Интернета варьировались от музыкальных идолов до популярных молодых звёзд. Они даже думали на Цзяо Цзиншаня и Лин Чжэня, но так и не пришли к единому выводу. Не то, чтобы совсем никто не вспомнил о Жун Сюе, просто человек, который угадал его, лишь поместил его в список «молодых звёзд подходящего возраста» вместе с дюжиной других имен.

И актёры, которые в настоящее время были заняты съёмками, естественно, не знали об этой шумихе. В тот вечер Ло Сяоцин, актриса третьей роли, закончила все свои сцены и была официально свободна.

К этому моменту почти все, за исключением нескольких приглашённых звёзд, а также Жун Сюя, Юй Сыюй и Цинь Чэна уже закончили снимать все свои сцены. Однако завтра был последний день Цинь Чэна в команде. Технически он был бы свободен, и его последней сценой была сцена Гу Минсю в морге. Восемь лет назад этот талантливый и неортодоксальный лирик погиб в автокатастрофе в возрасте сорока четырёх лет.

Когда ему было семнадцать лет, Гу Минсю дебютировал с песней «Среди ароматов», став одним из самых популярных авторов музыкального мира.

Но это не значило, что Гу Минсю мог писать только такие «неожиданные и шокирующие» тексты.

Песни о любви, которые он написал, вынуждали людей проливать слёзы; его ностальгические песни были способны вернуть людей в те прошлые годы. Он написал тексты песен многих жанров. В возрасте двадцати семи лет он достиг пика своей карьеры, написав тексты более тысячи песен. После этого он «замолчал» на несколько лет. Когда он снова предстал миру, его имя отныне всегда было неразрывно связано с именем Лин Сяо.

Лин Сяо сочинял музыку, а Гу Минсю писал стихи.

Они работали вместе безупречно, совершенствуя самих себя и достигая новых высот в своих карьерах.

Смерть Гу Минсю была слишком внезапной. С тех пор Лин Сяо по-прежнему оставался знаменитым, но редко выпускал новые песни. Ещё через несколько лет Лин Сяо заболел неизлечимой болезнью и прожил совсем недолго, словно желая поскорее последовать за своим лучшим другом.

То, что было в прошлом, уже невозможно было вернуть. Главные сцены завтрашнего дня для Жун Сюя заключались в том, чтобы «пойти в морг и увидеть труп своего лучшего друга», а затем «внезапно заболеть». Задача Цинь Чэна была ещё проще. После завтрашнего дня он был официально свободен и мог покинуть съёмочную площадку.

Той ночью, когда Жун Сюй только закончил снимать свою последнюю сцену и поднял глаза, он увидел перед собой Хэ Синьжоу.

Хэ Синьжоу время от времени приходила на площадку и наблюдала за съёмками. Если возникала какая-то проблема, она помогала решить её; если были какие-либо сомнения в отношении Жун Сюя или Юй Сыюй, она также давала свой ответ – потому что она была единственным ныне живущим человеком, кто прекрасно знал и понимал Лин Сяо.

***

Последней сценой сегодня был спор между Лин Сяо и Гу Минсю.

Лин Сяо сочинял музыку, но иногда он участвовал и в написании текстов. Они поссорились из-за текста, но Лин Сяо никогда не сердился. Он просто кусал губы, упрекая собеседника всем своим видом, но не произнося ни слова.

После пяти минут «холодной войны», Гу Минсю тихо рассмеялся и спросил:

— Сколько тебе лет?

Низкий смех эхом отозвался в студии. Гу Минсю бросил свои тексты перед собой, и листы бумаги разлетелись по полу перед Лин Сяо. Цинь Чэн, играющий этого необузданного и неуправляемого лирика, решил, что так будет правильнее, и опёрся щекой на руку, лениво задав вопрос:

— Дитя, я спрашиваю, сколько тебе лет.

Лин Сяо больше не мог оставаться здесь, поэтому решительно встал и бросил вслед одно-единственное предложение, прежде чем развернуться и уйти:

— Я уйду первым.

Гу Минсю, оставшись один, холодно смотрел на его удаляющуюся спину. Его длинные волосы ниспадали ему на глаза, отчего чёрные глаза феникса казались ещё глубже.

В это время Гу Минсю было уже сорок четыре года, а Лин Сяо – тридцать шесть. Но хотя гримёр намеренно и добавил несколько морщинок в уголки глаз Цинь Чэна, он всё ещё выглядел очень молодо.

С момента своего первого появления Гу Минсю и до сегодняшнего дня, Цинь Чэн всегда вёл себя в кадре как необузданный распутный хулиган в неряшливой одежде, но каждый его взгляд был сексуальным и обаятельным, и выглядел он чрезвычайно привлекательно.

Эту сцену удалось снять со второго раза.

И дело не в том, что Жун Сюй плохо работал или что у Цинь Чэна были проблемы, а в том, что режиссёр Лян хотел найти более подходящий ракурс и лучшее освещение.

И всё потому, что это было последнее появление Гу Минсю перед зрителем. В следующий раз, когда он должен был появиться в кадре, он будет ледяным телом.

Когда Жун Сюй прочитал сценарий, он почувствовал, что эта сцена очень драматична. Но когда он упомянул об этом в разговоре с Ло Чжэньтао, тот удивлённо сказал ему:

— Гу Минсю действительно так и умер. Я слышал, что однажды он и Лин Сяо проспорили из-за текста песни до поздней ночи, и Лин Сяо ушёл первым. На следующее утро Гу Минсю вёз новую переделанную песню Лин Сяо домой, но по пути попал в автокатастрофу и скончался на месте.

Услышав это, Жун Сюй почувствовал, что его сердце на мгновение замерло. Спустя некоторое время он улыбнулся:

— Так вот оно как... жизнь действительно куда более драматична, чем кино…

После того, как эта сцена была снята, Цинь Чэн пошёл смыть грим, а режиссёр Лян в это время подбодрил Жун Сюя перед завтрашними съёмками. Когда режиссёр вернулся в своё кресло, Жун Сюй увидел, что Хэ Синьжоу всё это время стояла в стороне.

Увидев, как Жун Сюй смотрит на нее, Хэ Синьжоу была слегка ошеломлена, но затем медленно сняла солнцезащитные очки, обнажив свои покрасневшие глаза.

Бесчисленные зрители по всему Китаю хвалили глаза Хэ Синьжоу, отмечая, что они полны эмоций. Даже если она просто бросит на вас обычный взгляд, вы почувствуете, что он очень яркий и способен коснуться даже самого холодного сердца. Но сейчас нельзя было сказать, что её глаза сверкали ярким светом; они были полны слёз.

Жун Сюй был немного ошеломлён. Он посмотрел на Хэ Синьжоу и она, не дожидаясь, пока он заговорит, улыбнулась ему первой и кивнула:

— Вы сыграли очень хорошо.

Жун Сюй слабо улыбнулся и кивнул в ответ:

— Спасибо, Хэ цзе.

После этого они очень долго молчали. Хэ Синьжоу не уходила, казалось, собираясь что-то сказать. Жун Сюй терпеливо ждал, изогнув рот в слабой улыбке.

Спустя неизвестно, сколько времени, Хэ Синьжоу тихо вздохнула и сказала:

— Биографические фильмы никогда не снимаются в строгом соответствии с фактами – всегда будут добавляться некоторые художественные элементы. Как главный герой, что Вы, Жун Сюй, думаете об этом сценарии...? Как Вы думаете, он хорошо написан?

***

В это же время в дорогом клубе в Городе B.

Красивый молодой человек играл в карты со своими друзьями в вип-комнате, когда внезапно услышал преувеличенный смех со стороны двери:

— Оу, разве это не Хань Янхао? Прошло около года с момента нашей последней встречи? Как поживаете в последнее время? О… точно, у «Западни» очень хорошие рейтинги, и она до сих пор активно обсуждается.

Услышав слово «Западня», Хань Янхао почувствовал, что его сердце сжалось. Он быстро обернулся, чтобы посмотреть на источник голоса.

Конечно же,  это был его давний конкурент!

Хань Янхао холодно улыбнулся:

— Вы - главный герой «Летней правды». Эта новая адаптация гораздо более популярна! Как я могу осмелиться сравнивать себя с Вами? Как поживаете, Лин Чжэнь? Вы получаете столько предложений о ролях, что у Вас, наверное, немеют руки? Я действительно завидую Вам, ах.

Красивое лицо Лин Чжэня стало жестким и уродливым.

В следующий момент друзья Ханя Янхао подключились к разговору, начав насмехаться:

— Ну что там, «Летняя правда» достигла, наконец, отметки в 0,3?

Поскольку они были далеки от круга развлечений, один из этих друзей громко рассмеялся, не сдерживая эмоций:

— Помнится мне, он был 0,21? Это не так уж плохо: самые низкие рейтинги не могут достичь даже 0,2!

— Ха-ха-ха!

Хань Янхао всё ещё был в состоянии сдерживать свой гнев. Его друзья уже начали саркастически парировать, но он просто тайком насмехался над оппонентом, опустив голову и продолжая непринуждённо играть в карты. Он ничего не сказал, но мысленно уже сотню раз проклял этого Лин Чжэня.

Положение Ханя Янхао и Лин Чжэня в кругу развлечений было очень похожим, поскольку они оба дебютировали примерно в одно и то же время. В последние год или два положение Ханя Янхао всегда было хуже, чем у Лин Чжэня, и у него росла на него обида. Но теперь, благодаря «Западне», Хань Янхао стал подниматься, в то время как репутация Лин Чжэня резко упала, и его круглосуточно ругали обиженные фанаты «Летней правды».

Слушая саркастические замечания этих людей и видя, что Хань Янхао едва сдерживает смех, Лин Чжэнь пришёл в бешенство. На его слабое место бессердечно давили, но он сумел сдержать поток проклятий, собирающихся вырваться наружу из его рта.

Он лишь тихо засмеялся и небрежно бросил:

— Да, ну, как я могу сравниться с Хань Гэ. Я ведь просто поработал над каким-то мелким сериалом, в то время как наш Хан Гэ – просто невероятный. В сериал, где он снялся, добавили кучу новых сцен для актёра второго плана. Куча Императоров и Императриц Кино подыгрывают сейчас Жун Сюю, а сам Жун Сюй был лишь вторым после Хань гэ! Разве это не здорово!?

Хань Янхао тут же отложил карты в сторону, и улыбка на его лице застыла.

Эта встреча в клубе, естественно, закончилась на плохой ноте.

После того, как Лин Чжэнь ушел, ухмыляясь, Хань Янхао бросил карты на стол и откинулся на спинку дивана с холодным выражением лица, скрестив руки. Через некоторое время он вышел позвонить своему помощнику. Ещё через десять минут он вернулся в комнату и продолжил играть в карты со своими друзьями.

В пятницу вечером все работающие члены общества, наконец, получили свой редкий выходной и могли хорошенько отдохнуть дома. Но для многих поклонников сериала это был не обычный пятничный вечера, но и день финала «Борьбы за превосходство».

Многие зрители уже расположились перед экранами телевизоров, делая различные посты с тегом #БольшойФиналБзП и с нетерпением ожидая начала финальной серии.

Лю Циньцинь была одной из них.

Сериал «БзП» транслировался уже больше месяца. Лю Циньцинь полюбила Хо Си в «Западне», но позже стала преданной фанаткой Жун Сюя. Изначально она смотрела «БзП» только из-за «бога своей семьи», но теперь, хотя ВаньЦи Яо в сериале уже давно умер, Лю Циньцинь преданно продолжала его смотреть.

Не говоря уже о том, что после смерти ВаньЦи Яо в «БзП» часто упоминалось его имя, с ним даже было показано несколько фрагментов! Иногда это были воспоминания Сяо Сян и Се Цзинсяня, а иногда и самобичевание ДунЛи Ланя.

Каждый раз во время этих сцен Лю Циньцинь была так взволнована, что не могла держать себя в руках, ненавидя себя за то, что она не может потянуть сценариста за подол и умолять его показать больше сцен с ВаньЦи Яо.

Но всё хорошее рано или поздно заканчивается. Вот и «Борьба за превосходство», наконец, подходила к концу сегодня вечером.

В последнем эпизоде второй герой сериала, ДунЛи Лань, которого играл Е Цяо, угодил в ловушку, подготовленную Сяо Сян. Империя Лян потерпела поражение и потеряла горы Янь. Без естественного барьера в виде гор Янь, Империя Лян оказалась в кризисной ситуации. В сегодняшней финальной серии, Государство Чу беспрепятственно и в самое подходящее время завоевало Империю Лян.

Концовки многих драматических сериалов были предсказуемы, но люди все равно смотрели их с удовольствием. Например, в романтических фильмах главные герои всегда воссоединялись и были счастливы, но то, как именно они оказывались вместе, и что происходило между ними, было ключевыми моментами, которые и привлекали зрителей.

В последних двух эпизодах армия Государства Чу двинулась на юг и вторглась в Империю Лян. Могучее войско, словно величественный лев, захватило вражескую страну, которая смотрела на них свысока на протяжении девяти долгих лет.

В конце войны Се Цзинсянь был возведён на трон как Император, но Сяо Сян не сняла свои доспехи. Она была императрицей и генералом Государства Чу.

Что касается ДунЛи Ланя, потерявшего свою страну, в конце серии он стоял на вершине павильона Ван Цю, глядя вдаль на захват столицы Империи Лян. Он молча посмотрел на то, как военный флаг противника устанавливают на вершине императорского дворца, а затем внезапно спрыгнул с вершины павильона Ван Цю прямо в ледяное озеро Юнь Мэн.

У каждого был свой конец. Государство Чу вышло из этой десятилетней войны абсолютным победителем.

Лю Циньцинь с интересом смотрела на экран, не желая, чтобы сериал заканчивался. Когда заиграла знакомая и полюбившаяся ей фоновая музыка, она всё ещё была погружена в атмосферу и какое-то время не приходила в себя. Но вскоре она набрала сообщение, выразив все свои эмоции…

«#БзП #ЛаньЯо. Это «Прости», что кронпринц сказал перед своей смертью, определенно предназначалось Яояо. Если бы наследный принц не покинул павильон Ван Цю десять лет назад, то войны между Империей Лян и Государством Чу никогда бы и не было, как не было бы и тех трёх шахматных партий Яояо, и всего того, что случилось после. «БзП» – хороший сериал. Больше всего я восхищаюсь свободой и необузданностью Сяо Сян, а также яркостью и умом Яояо. Сегодня я также хочу признаться @Жун_Сюю в любви! Я буду любить тебя вечно, Жунжун! Ах, ах, ах!!!»

Опубликовав этот пост, Лю Циньцинь обновила ленту горячих тем этого дня. И вдруг…! Она увидела имя Жун Сюй! И в этой горячей теме следом за именем Жун Сюя следовали знакомые, но в то же время незнакомые слова…

#ЖунСюйЧёрныеТучи

Да, в 9 часов вечера, во время большого финала «БзП», один известный в кругу маркетинговый аккаунт обнародовал неподтверждённую инсайдерскую информацию.

Король Сплетен Круга Развлечений: «Согласно инсайдерскому источнику, с прошлого месяца снимается некий популярный фильм с первоклассным актёрским составом и съёмочной группой. Это фильм о музыкальной суперзвезде, которая умерла несколько лет назад. Драматический сериал, в котором снялся актёр-новичок, играющий эту суперзвезду, завершился сегодня вечером, и его рейтинг взлетел до небес! Какое многообещающее будущее, ах!»

На этот маркетинговый аккаунт было подписано более шести сотен тысяч человек, поэтому, как только этот пост был опубликован, уже через три минуты люди в сети начали высмеивать его.

«Это явное преувеличение – новичок в первоклассном фильме? О ком может идти речь?»

«Должно быть, это ложная информация: я не слышал ни о каких недавних крупномасштабных фильмах с первоклассным составом актёров…»

Но через несколько минут кто-то вдруг вспомнил:

«Подождите-ка! Первоклассный актёрский состав и съёмочная группа... Да, действительно, это не огромный инвестиционный фильм, но разве речь не о «Чёрных тучах», которые как раз сейчас снимаются?! Режиссёр «Чёрных туч» пригласил в фильм много знаменитых актёров в качестве к приглашенных звезд, а это можно считать пёрвоклассным актёрским составом. Музыкальная суперзвезда, скончавшаяся несколько лет назад ... должно быть, речь идёт о Лин Сяо! Король Музыки Лин Сяо! И драматический сериал, который закончился сегодня вечером и имеет высокие рейтинги... это может быть «БзП»?!»

Первой реакцией всех пользователей сети было...

«Дун Чжэн на самом деле сыграет Лин Сяо?!»

Нельзя было обвинять пользователей сети в том, что они решили, что речь о Дун Чжэне. Дун Чжэн играл ведущую роль в «БзП», был очень популярен, а также обладал хорошими актёрскими способностями. Раньше он уже снимался в кино, но их кассовые сборы были незначительными.

Но вскоре поклонники Дун Чжэна заявили: «Конечно ,это не он. Мастер моей семьи всё ещё работает над съёмками «Охоты»; есть даже новости об этом!»

Если это был не Дун Чжэн, тогда, может быть, речь шла о Е Цяо?

Фанаты Е Цяо сразу же опровергли это предположение: «Мастер моей семьи сейчас участвует в мероприятии в Нью-Йорке – можете посмотреть фотографии с красной ковровой дорожки!»

Если это не Дун Чжэн и не Е Цяо...

Эти двое были двумя самыми крупными молодыми актёрами «БзП». Если это не они, тогда кто же ещё это может быть? Актёр третьей роли Сун Минфэй? Второстепенный мужской персонаж Жун Сюй?

Вскоре пользователи сети исключили возможность того, что это Сун Минфэй. Совершенно случайно, сегодня утром они увидели реалити-шоу, в котором было официально объявлено, что они пригласили Сун Минфэя на своё шоу в качестве гостя. Если бы Сун Минфэй действительно снимался в «Чёрных тучах», когда бы он успевал участвовать в реалити-шоу? Он не мог заставить кучу крупных звёзд сериала корректировать свой график под то, чтобы он мог сниматься в реалити-шоу.

Тогда оставался только Жун Сюй…

«Жунжун моей семьи играет Лин Сяо? Этого не может быть...»

«Ха-ха, Жунжун снимается в «Чёрных тучах»? Как это возможно!? Я даже поспорил с друзьями два дня назад, что Лин Сяо будет играть Цзяо Цзиншань. Цзяо Цзиншань больше подходит на эту роль, а, Жунжун... он слишком молод».

Молод?

На самом деле, его молодость не была проблемой, но вот его квалификация…

Жун Сюй только дебютировал прошлым летом. Его первой работой была «Западня», вышедшая в ноябре, а затем «Борьба за превосходство». Оба сериала завоевали самые высокие рейтинги в своих временных интервалах, и были чрезвычайно популярны по всей стране, особенно «БзП». Рейтинги большого финала мгновенно пробили отметку 5,3, и «БзП» получил самый высокий рейтинг среди всех сериалов, вышедших за последние два года!

Тем не менее, независимо от того, насколько высока была его популярность или как быстро он стал знаменитым, квалификация Жун Сюя всё ещё была слишком низкой.

Неужели этот новичок действительно мог стать главным актёром «Чёрных туч» и поработать вместе со знаменитыми актёрами в одном фильме?

Однако у пользователи сети даже не было времени, чтобы обсудить, действительно ли Жун Сюй снимался в «Чёрных тучах». Появился новый популярный пост, быстро попавший в топ крупных форумов.

«Жунжун нашей семьи настолько популярен, что, конечно же, вполне может сыграть Лин Сяо! Всего за полгода количество его фанатов достигло пяти миллионов, а он успел сняться в двух драматических сериалах с потрясающими рейтингами!»

Если бы об этом писали один-два пользователя сети, другие бы решили, что они просто не в себе, однако сейчас всё больше и больше людей писали подобные посты. Эти посты были быстро замечены и высмеяны бесчисленными пользователями.

«Что, кроме Жун Сюя нет никаких других актёров? У вас не в порядке с головой! Скорее, поспешите домой, вы забыли принять лекарство!»

«Да кто это, чёрт возьми? Кто такой этот Жун Сюй? На каком основании он может играть Бога Музыки моей семьи и даже требовать от нас быть ему благодарными за это? Эти фанаты слишком отвратительны, они все больные люди!»

Видя это, поклонники Жун Сюя были ошеломлены. Несколько главных фанатов быстро разместили посты, призывая фанатов прекратить создавать шумиху; на фан-форумах Жун Сюя модератор также опубликовал пост, призвав фанатов держать себя в руках и не распространять чепуху, пока не будет опубликовано официальное подтверждение.

Тем не менее, даже если главные поклонники объединились, чтобы напомнить всем «младшим» поклонникам вести себя тихо, их не переставали оскорблять в сети.

К настоящему времени опытные фанаты уже поняли: «Что это за «фанаты»? Они явно купленные фейки! Целая группа фейков! Глядя на масштабы и скорость публикации подобных комментариев, я уверен, что кто-то купил армию фейков!»

В то же время, до команды «Чёрных туч», которая только что закончила съёмки, внезапно дошли эти новости.

Когда режиссёр Лян услышал, что информация о роли Жун Сюя просочилась в сети, он пришёл в ярость и резко закричал:

— Кто это слил?! Разве я не говорил подождать до следующей недели, когда съёмки будут завершены, а затем уже использовать эти новости для продвижения фильма? Кто это сделал?! Кто мог слить такую важную информацию?! Старый Ван, это так ты делаешь свою работу?!

Помощник Ван тут же помрачнел:

— Я предупредил об этом каждую приглашённую звезду. Я тоже не знаю, как данные просочились в сеть!!!

Режиссёр Лян был зол и встревожен, но ему приходилось быстро реагировать из-за общественного мнения. Многие пользователи сети уже прочитали и поверили в высокомерные комментарии поклонников Жун Сюя о том, что Мастер их семьи играет главную роль в «Чёрных тучах», и все должны гордиться этим фактом.

Если всё будет так продолжаться, понизится репутация не одного Жун Сюя, но, скорее всего, и самой команды.

Режиссёр Лян быстро обернулся, в надежде найти Жун Сюя, но нигде его не видел. Помощник режиссёра Ван напомнил ему:

— Я видел, как Хэ только что звала Жун Сюя к себе.

Режиссёр Лян почесал голову и с недовольным лицом сказал:

— Тогда, первым делом, пойди и подтверди правдивость этой информации и успокой поклонников Лин Сяо. На этот раз, это инсайдеры, связанные с нашей командой. Можешь сказать, что на первый взгляд, это странные комментаторы – «армия фейков»… Я понятия не имею, кто их купил. Слишком много людей знали секретную информацию о нашем фильме, поэтому простительно, если кто-то не смог сохранить её в тайне. Если можешь расследовать, тогда сделай это и выясни, кто был причиной этого слива. Затем…

— Что случилось?

Голос режиссёра Ляна прекратился, и он обернулся, увидев высокого красивого мужчину в чёрном плаще, уставившегося на него.

Для того, чтобы играть Гу Минсю, Цинь Чэн использовал наращенные волосы. Сейчас он завязал свои длинные волосы на затылке, обнажив красивые контуры своего подбородка.

В этом вопросе не было ничего хорошего, поскольку их команда была не в состоянии хранить секреты, что и привело к такой скорой утечке информации. В то же время они понятия не имели, кто мог купить армию фейков, чтобы осознанно облить грязью их и их главного актёра. Эти слова режиссёру Ляну было крайне сложно произнести вслух.

Независимо от того, как кто к этому относился, Цинь Чэн проигнорировал свою зарплату и статус и вызвался играть второстепенного персонажа из дружбы. Но теперь, когда произошла такая беда… это действительно было слишком позорно.

Мгновение поколебавшись, режиссёр Лян сухо рассмеялся и сказал:

— Ничего особенного, просто… информация об актёре просочилась в сети.

Цинь Чэн был немного удивлён:

— Директор Лян, Вам известны подробности произошедшего?

После очередной внутренней борьбы режиссёр Лян тяжело вздохнул:

— Я не знаю, кто выдал тот факт, что Жун Сюй играет главную роль, но… они даже купили армию фейков, чтобы запятнать нашу репутацию. Сейчас я собираюсь стабилизировать ситуацию, так что это не должно быть большой проблемой. Эта утечка... она куда более хлопотна и значительно повлияет на нашу последующую маркетинговую кампанию.

Тонкие губы были слегка поджаты. После слов директора Ляна глубокий взгляд Цинь Чэна постепенно опустился в пол. Через мгновение тон Цинь Чэна снова стал безразличным, и он спросил:

— Купили армию фейков, чтобы запятнать репутацию… цель – Жун Сюй?

Режиссёр Лян неохотно ответил:

— Конечно, нет. Я уже попросил помощника найти Жун Сюя. Мы были слишком заняты съёмками сегодня вечером, поэтому не заметили эту проблему. Вроде бы, он только что ушел с Хэ Синьжоу. После того, как я найду его, мы обсудим с ним эту проблему.

Вскоре после этого режиссёр Лян развернулся и ушёл по делам. И поэтому он, естественно, не обнаружил, что этот холодный благородный мужчина сузил глаза и плотно сжал свои губы в тонкую линию.

***

Чуть позже.

Сюй Цзинь перекусил в гостиной и вернулся, и первым, что он увидел, был Великий Молодой Мастер, мрачно уставившийся на него.

Сюй Цзинь:

— …

Через несколько секунд Сюй Цзинь улыбнулся, чтобы разрядить обстановку, и спросил:

— Что случилось, Вы что-то не то съели? На Вас лица нет!

— Выведай всё о членах команды «Чёрных туч» и выяснит, кто слил инсайдерскую информацию. Кроме того, контролируй общественное мнение.

Улыбка тут же исчезла с лица Сюй Цзиня. Из скудных слов Цинь Чэна он смог понять две важные вещи: во-первых, кто-то слил информацию о фильме. Во-вторых, общественное мнение какое-то неблагоприятное (в противном случае Цинь Чэн не стал бы просить контролировать его).

Сюй Цзинь кивнул:

— Хорошо, я понял... — сделав паузу, Сюй Цзинь спокойно спросил. — Какую информацию слили?

Цинь Чэн посмотрел на него и тихо ответил:

— То, что главную роль играет Жун Сюй.

Сюй Цзинь сразу же облегчённо вздохнул:

— Я-то уже перепугался! Что ж, раз эта информация не о Вас...

Он внезапно замолк. Сюй Цзинь вынужденно сглотнул при виде холодного и тяжёлого взгляда мужчины и внезапно понял:

— Ах, точно! Я вспомнил! Вы же говорили, что мадам Цинь хотела, чтобы Вы заботились о Жун Сюе? Кто-то серьёзно слил о нём информацию? Это большая проблема! Я сейчас же пойду и во всём разберусь!

***

В то же время на старых улицах в Киногороде Города S.

Холодный лунный свет слабо пробивался сквозь облака, освещая каменную дорогу и заставляя поблёскивать слой белого инея.

Жун Сюй стоял рядом с Хэ Синьжоу, держась от не на почтительном расстоянии, и терпеливо слушал её рассказ.

Хэ Синьжоу говорила тихо. Она рассказала ему о событиях, которые произошли в прошлом; о своём знакомстве и первой встрече с Лин Сяо.

Жун Сюй не думал, что эта знаменитая Императрица Кино будет так откровенна с ним, но он был не из нетерпеливых. Вместо этого он время от времени кивал, словно поощряя Хэ Синьжоу продолжать.

В конце концов, голос Хэ Синьжоу замолк, и она повернулась, чтобы пристально посмотреть на него. Она улыбнулась:

— Когда Вы проходили прослушивание, мне показалось, что Вы очень похожи на Лин Сяо. Он был не таким красивым, как Вы, но тоже был очень хорош. Мне нравилось, как он смотрел на людей. С кем бы он ни общался, он всегда был очень терпелив и нежен.

Жун Сюй слабо улыбнулся и кивнул:

— Это честь для меня.

Хэ Синьжоу улыбнулась и спросила:

— Что Вы думаете об этом сценарии?

Они снова вернулись к старой теме. Жун Сюй спокойно ответил:

— Он хороший. «Чёрные тучи» – хороший фильм.

Хэ Синьжоу улыбнулась, не отрывая взгляда от Жун Сюя, но Жун Сюй был также спокоен, ни капельки не нервничая. Его губы изогнулись в тёплой вежливой улыбке. В нём просто не было никаких недостатков...

Двое людей долго смотрели друг на друга. В конце концов, Хэ Синьжоу тихо вздохнула и отвела взгляд. Улыбнувшись, она сказала:

— Я тоже считаю, что эта лучший возможный вариант. Даже если сценарий не раскрывает всей правды, это хорошая история. Такого Лин Сяо... достаточно. Вы сыграли его очень хорошо, Цинь Чэн тоже молодец. Вы оба добились большего успеха, чем я могла представить.

Жун Сюй резко сменил тему:

— Цинь Чэн играет очень хорошо.

Хэ Синьжоу шагнула вперёд, спросив:

— Правда? Я ещё не работала с ним, поэтому не знаю…

Эти двое болтали, медленно шагая к студии. Как только они приблизились к студии, помощник Хэ Синьжоу быстро подбежал к ней. Казалось, у него было к ней что-то срочное.

Жун Сюй слабо улыбнулся и попрощался с этой Императрицей. Глядя на элегантную отдаляющуюся спину, он медленно опустил взгляд.

«Мы с Цинь Чэном сыграли хорошо… как Лин Сяо и Гу Минсю, хмм…»

Мягко бормотание юноши вскоре затерялось в вечернем ветре холодной ранней весны.

***

Когда Жун Сюй вернулся в студию, Ло Чжэньтао подбежал к нему и тихо прошептал:

— Кто-то слил информацию о Вас. Теперь уже режиссёр Лян решил опубликовать информацию о некоторых актёрах, задействованных в фильме. Сяо Сюй, нам нужно будет поработать с директором Ляном над пиаром. Что касается армии фейков, я уже занимаюсь исследованием этого вопроса. Я не знаю, кто их купил, но они точно никогда больше не будут распространять подобные слухи!

Жун Сюй снимался в «Чёрных тучах», и играл он там не кого-нибудь, а самого Лин Сяо!

Время появления в сети этой информации было слишком идеальным. Сегодня состоялся большой финал «Борьбы за превосходство». Все зрители взволнованно обсуждали сериал, когда вдруг была опубликована эта шокирующая информация, привлёкшая к себе внимание каждого поклонника «БзП». Подумать только: Жун Сюй, который играл ВаньЦи Яо, работает в команде «Чёрных туч».

Неизвестно, был ли выбор времени публикации преднамеренным или нет, но в любом случае, это повлияло на быстрое распространение информации.

Как успокоить армию фейков?

Команда «Черных туч» выбрала простой способ: купить ещё больше фейков!

Они никогда не испытывали нехватки денег.

Как всем известно, самыми дорогим в фильмах были зарплаты актёров, спецэффекты и маркетинг. «Чёрные тучи» потратили очень мало денег на первые два пункта. Все известные актёры снялись в фильме в знак дружбы. Чёрт с ними, с приглашёнными звёздами – даже Цинь Чэну не заплатили ни копейки!

Что касается спецэффектов, с ними всё было ещё проще. Это был не исторический или научно-фантастический фильм, и не боевик. Команда не потратила много денег и на этот пункт. Таким образом, наибольшее количество средств ушло на продвижение фильма и маркетинг. Теперь, когда они столкнулись с человеком,  осмелившимся так нагло купить против них армию фейков, они могли без труда уничтожить их столь грубым способом.

«Хотя Жун Сюй немного юн, это не значит, что он не подходит на эту роль. Главное, чтобы он хорошо себя чувствовал в этом образе».

«С нетерпением жду выхода трейлера и постеров с персонажами».

«Я люблю Лин Сяо! Он мой бог! Если Жун Сюй действительно будет играть его, то мне интересно, справится ли он! Я уже начинаю нервничать…»

Фейкам не нужно было говорить, насколько хорош Жун Сюй, но им также не нужно было говорить, что он плохой. Нужен был лишь контроль над ситуацией и отвлечение внимания пользователей сети от проплаченных комментаторов, которые отчаянно льстили Жун Сюю. В таком случае их ждал успех.

Не говоря уже о том, что «армия фейков», купленная командой «Чёрных туч», была полноценной армией. Если вы кликните на их учетные записи, будь то учетная запись Вэйбо или любого другого форума, вы обнаружите, что все они – самые обычные учетные записи, давно зарегистрированные и активно ведущие свой блог!

Взяв ситуацию под контроль, режиссёр Лян, наконец, мог вздохнуть с облегчением. Но не успев подготовить план следующих действий, он был внезапно шокирован вопросом своего помощника Вана:

— Поклонники Жун Сюя… удивительны…

Они увидели, что модераторы всех фан-клубов Жун Сюя выступили с совместным заявлением.

Прошло менее четырех часов с того момента, как маркетинговый аккаунт раскрыл факт того, что Жун Сюй исполняет главную роль в «Чёрных тучах», а все эти фэйки появились всего лишь чуть более часа назад, но «главные фанаты» Жун Сюя уже предприняли меры.

Документ, который они опубликовали, был скачан около тридцати миллионов раз! Это была таблица Excel. В первом столбце таблицы был указан ай-ди пользователя, во втором – соц-сеть (Weibo, Tieba и т.д), в третьем – комментарий пользователя, в четвёртом столбце – последняя запись пользователя. Все это было сделано лишь для того, чтобы раскрыть один факт…

Девяносто девять процентов этих пользователей никогда прежде не публиковали ничего, что было бы связано с Жун Сюем!

Их заявление было очень длинным. В конце главные фанаты Жун Сюя торжественно заявили: «Мы просим, чтобы вы, как фанаты Жун Сюй, говорили о том, что любите «Западню» и «БзП» и считаете, что он сыграл в этих сериалах очень достойно. Однако почему же за последние три месяца вы не опубликовали ни одного поста, связанного с Жун Сюем?»

На этот раз с ними никто не спорил.

Если вам так сильно нравится Жун Сюй, вы цените его и следите за ним, то почему же вы даже не опубликовали ни одного поста, хоть как-то связанного с ним? Вы думаете, что все вокруг так глупы и их можно легко обмануть?!

Режиссёр Лян посмотрел на электронную таблицу, скачанную его помощником, и ошеломлённо покачал головой.

Эта  «чёрная армия фейков» не была типичной армией фейков. Их аккаунты выглядели довольно реально, то есть, в среднем на каждую учетную запись приходилось не менее ста публикаций. Требовалось немало усилий, чтобы просмотреть все прошлые посты этих пользователей и сравнить их!

Нет, следует сказать, что даже найти все эти тысячи аккаунтов фейков, не пропустив ни одного, было чем-то непостижимым. Сколько времени это заняло? Прошло ведь всего полтора часа!

Поклонники Жун Сюя, может, и не смогли выяснить, кто стоял за этими фейками, но они смогли привести доказательства, что это чья-то чёрная кампания. Истинные фанаты Жун Сюя никогда не говорили, что «только Жун Сюй имеет право играть Лин Сяо» и что «съёмочная команда «Чёрных туч» должна гордиться, что Жун Сюй снялся в их фильме».

Видя такую искреннюю озабоченность и командную работу, режиссёр Лян был тронут.

Немного подумав, он сказал:

— Давай выпустим трейлер.

Помощник режиссёра Ван был несколько удивлён:

— Разве мы не собирались выпустить его на следующей неделе?

Режиссёр Лян весело рассмеялся:

— Фанаты парнишки стараются изо всех сил. Знаешь поговорку «куй железо, пока горячо»? Если уж так случилось, что появилась волна интереса, то мы должны воспользоваться этой возможностью и действовать, чтобы утереть нос этому таинственному человеку, который как-то связан с нашей командой и Жун Сюем.

На аналогичной ноте Ло Чжэньтао позаимствовал возможности пиар-отдела «ХуаСя Энтертейнмент», чтобы избавиться от «чёрных фейков». Например, провокационный тег #ТолькоЖунСюйМожетИгратьЛинСяо, специально созданный «армией чёрных фейков», был удалён из трендов поисковиков.

Закончив с этим, Ло Чжэньтао начал работать совместно  с сотрудниками компании над поиском  человека, стоящего за этим. Закончив деловой разговор, он повернулся и увидел своего юного артиста, сидящего с опущенной головой и тихо смотрящего на экран телефона. Казалось, он просматривал какую-то электронную таблицу, плотно заполненную словами. Увидев это, Ло Чжэньтао на мгновение застыл.

Подойдя к юноше, он сказал:

— Проблема с «чёрными фейками» уже более-менее решена, поэтому сейчас главной проблемой остаётся сам факт утечки и информации. «Черные фейки» успели вызвать недовольство некоторых поклонников Лин Сяо. Даже если мы удалим все комментарии, боюсь, эти фанаты всё равно не будут питать к Вам любви… Прямо сейчас компания планирует связаться с несколькими маркетинговыми и медиа-аккаунтами, чтобы для начала прояснить ситуацию и немного смягчить её.

Дойдя до этого момента, Ло Чжэньтао наконец вспомнил:

— На что Вы смотрите, Сяо Сюй?

Жун Сюй продолжал внимательно разглядывать электронную таблицу, опустив голову. Ло Чжэньтао с любопытством подошёл ближе и прочитал вслух первую строчку:

— Ай-ди: Скрытный кролик… название форума… «ЖунЖун - это Лин Сяо! Если не ему играть его, то кому? — он внезапно остановился и невольно воскликнул. — Что это?!

Жун Сюй заблокировал телефон и быстро убрал его в карман. Губы юноши изогнулись в тёплой улыбке. Его яркие, ясные глаза сияли ярким светом. Он искренне посмотрел на своего менеджера и серьёзным голосом сказал:

— Это выражение чувств моих поклонников.

Ло Чжэньтао потерял дар речи. Он всё ещё не понимал, что это за таблица, но чувствовал, что в ней нет ничего плохого.

Вскоре Ло Чжэньтао узнал о работе фанатов Жун Сюй. Когда он услышал, что эти фанаты действительно проанализировали страницы  прошлые посты тысяч фейков, скомпоновав эти данные их в тщательно отформатированную электронную таблицу, Ло Чжэньтао был ошеломлён:

— Они справляются с этими обязанностями даже лучше, чем я… Ах!

Многие из фанатов Жун Сюя казались очень умелыми и опытными, что можно было наблюдать из результатов голосования «Западни». Тогда, кто бы мог подумать, что поклонники этой мелкой малоизвестной звезды сумеют разработать такую умную стратегию голосования? И даже после того, как их атаковала армия фейков, они упорно сопротивлялись и доказали тот факт, что их конкурент купил фейков, чем завоевали большую популярность и повысили репутацию Жун Сюя.

Возможно, по одиночке они были не такими опытными, как Ло Чжэньтао, но когда они собрались вместе, даже директор Лян не осмеливался их недооценивать!

Благодаря электронной таблице, сделанной фанатами, работа Ло Чжэньтао стала гораздо проще. Ему нужно было лишь связаться с маркетинговыми аккаунтами и распространить эту информационную таблицу в массы, чтобы доказать людям, что кто-то пытается очернить Жун Сюя. Таким образом, они достигли бы своей цели в прояснении правды.

Но чего Ло Чжэньтао точно не ожидал, так это того, что режиссёр Лян всё это время яростно поддерживал Жун Сюя и боролся за его имидж.

Команда «Чёрных туч»: «В ответ на злоумышленные спекуляции «Короля Сплетен Круга Развлечений» мы были вынуждены ответить и уведомили нашего адвоката о расследовании данного аккаунта по факту утечки информации. С момента начала съёмок «Чёрные тучи» постоянно были в центре внимания многих поклонников. В настоящее время съёмки подходят к концу. Спасибо всем за поддержку. Через час вас всех ждёт приятный сюрприз. @Режиссёр_Лян_Чао,  @Жун_Сюй,  @Юй_Сыюй».

Когда этот пост был опубликован, все фанаты стояли на ушах!

Команда фильма всерьёз собиралась привлечь адвоката против «Короля Сплетен»? Казалось, они восприняли этот инцидент очень серьёзно, и владельцу этой учетной записи теперь придётся несладко!

Но вскоре некоторые пользователи сети заметили: «Ребята, вы заметили формулировку, которую использовала команда «Чёрных туч»? Утечка информации! Это была утечка! Значит... «Король Сплетен» писал правду? Жун Сюй правда будет играть Лин Сяо?!»

Пользователи сети обнаружили и другие подсказки: «Директор Лян – режиссёр «Чёрных туч», это мы уже итак знаем. Но почему официальный аккаунт фильма в Вэйбо отметил Жун Сюя и Юй Сыюй? Режиссёр Лян – понятное дело – он член съёмочной команды. Но Жун Сюй и Юй Сыюй... это странно, вам не кажется? Не может же быть, чтобы Жун Сюй действительно был главным актёром, а Юй Сыюй - актрисой?!»

«Но у Лин Сяо никогда не было скандалов, связанных с отношениями! Ни одного! Даже если вы скажете, что у него были отношения, то, вероятно, он состоял в действительно хороших отношениях с Хэ Синьжоу. А она могла сыграть себя и сама… зачем им для этого Юй Сыюй? Подождите-ка... зачем этому фильму вообще героиня-женщина?!»

Пользователи сети очень бурно обсуждали этот вопрос, так что у них не было времени подумать о посте, сделанном «Королём Сплетен Круга Развлечений». Всё их внимание было обращено на «Черные тучи» и вопросы «Играл ли Жун Сюй главную роль или нет?» и «Какую роль могла играть Юй Сыюй?»

«Может быть... в фильме про Лин Сяо есть вымышленный женский персонаж?»

Это предположение вызвало опасения у многих пользователей сети. Команда же в это время воспользовалась этой возможностью, чтобы непрерывно охотиться за новостями об утечке инсайдерской информации.

Найти того, кто слил информацию, было очень сложно, поскольку слишком много людей знали о подробностях съёмок. Поскольку к ним во время съёмок постоянно кто-то приходил и уходил, они понятия не имели, кто мог распространить информацию.

Однако все было намного проще, если их целью было узнать, откуда получил информацию «Король Сплетен Круга Развлечений»!

Но когда команда связалась с «Королем Сплетен», им отказали назвать имя, и даже высокомерно послали их куда подальше, сказав, что их студия не боится и готова к разборкам с адвокатами! Они заявили, что не распускали слухи, а всего-навсего написали правду. Они, конечно, могли назвать имя информатора, но они хотели продолжать с ним своё сотрудничество и дальше!

Такое бесстыдное отношение привело в ярость директора Ляна; он весь покраснел и рьяно выкрикивал в их адрес проклятия. Он, естественно, не знал, что в тот момент, когда он повесил трубку, Городе В на обочине дороги, прямо перед офисом студии маркетингового аккаунта «Короля Сплетен» припарковалась чёрная машина.

Хотя сегодня вечером произошло много важных событий, актёрам и членам съёмочной группы нужно было как следует отдохнуть. Все медленно покидали студию один за другим и возвращались в отель.

На обратном пути Жун Сюй получил утешение и поддержку от многих членов съёмочной группы. Проработав с ним более месяца, они не могли не испытывать к этому ласковому улыбчивому юноше  тёплых чувств. Они надеялись, что ему не будет нанесён серьёзный удар из-за этого дурацкого инцидента с «армией фейков».

Когда Жун Сюй вышел из лифта и подошёл к двери своего номера, он поднял голову и увидел красивого мужчину, разговаривающего по телефону в коридоре.

Увидев Жун Сюя, Цинь Чэн слегка кивнул ему и сказал своему собеседнику на противоположном конце провода:

— Разберись с этим вопросом и дай мне ответ завтра утром.

После этого он повесил трубку и подошёл к Жун Сюю.

Лампы в коридоре ярко освещали его фигуру. Цинь Чэн был одет в длинный плащ, подчеркивающий его высокую и прямую фигуру. Верхняя и нижняя части его тела находились в отличных пропорциях. Длинные растрёпанные волосы не делали его неопрятным; напротив, от этого он казался очень красивым и стильным.

Он подошёл к Жун Сюю и, внимательно посмотрев на него некоторое время, увидел, что юноша выглядит нормально. Только после этого он понизил голос и спокойно сказал:

— Я уже попросил своего помощника выяснить, кто стоит за этой «армией фейков». Не беспокойся об этом: мы обязательно добьёмся результата. Отдохни как следует: завтра тебе нужно, как всегда, хорошо отыграть.

Первые слова мужчины слегка удивили Жун Сюй. Недолго думая, он спросил:

— Почему Вы расследуете это дело с фейками?

Услышав это, Цинь Чэн внезапно напрягся. Он просто хотел утешить Жун Сюя, чтобы тот не беспокоился и не расстраивался из-за подонка, который хотел преднамеренно очернить его, однако он забыл, что его отношения с ним ещё не достигли такой точки. Юноше могло показаться, что он слишком нагло вмешивается в его жизнь.

В одно мгновение в голове Цинь Чэна промелькнули сотни мыслей. Так и не найдя разумного оправдания, он внезапно услышал тихий смех Жун Сюя. Его соблазнительные глаза изогнулись в форме красивых полумесяцев, и он понимающим тоном сказал:

— Тётя Цинь заставила Вас сделать это, потому что Вы должны заботиться обо мне?

Цинь Чэн:

— ...

Мгновение спустя он слегка кивнул:

— Гм.

Жун Сюй со всей серьёзностью продолжил:

— Пожалуйста, поблагодарите тетю Цинь, но передайте ей, что ей не стоит так беспокоиться обо мне; я в порядке, — сделав паузу, Жун Сюй улыбнулся ещё шире, — Вам не нужно беспокоиться обо мне, лучше как следует отдохните. Завтра нам ещё предстоят съёмки, так что не нужно слишком много думать об этом. Кроме того, я хотел бы поблагодарить Вас… Цинь Чэн.

В одно мгновение низкий и приятный голос, который искренне произнёс два слова «Цинь Чэн», заставил последнего (который в это время горевал: «Почему он думает, что я снова делаю это по воле матери…») застыть. Он тотчас же поднял голову и увидел, что уголки губ юноши изгибаются в ослепительной улыбке, а его глаза смотрят прямиком на него.

Его глаза очаровательно сияла на свету, как самые великолепные драгоценные камни, настолько хрупкие и красивые, что людям невольно хотелось подержать их в своих ладонях.

У него пересохло в горле, но Цинь Чэн спокойно прокашлялся и безразлично сказал:

— Тебе стоит лечь пораньше и отдохнуть.

Жун Сюй кивнул:

— Вам тоже. Тогда… увидимся завтра?

— Увидимся завтра…

Обе двери закрылись одновременно. После того, как Жун Сюй вошёл в свой номер, улыбка медленно сползла с его губ. Он позвонил Ло Чжэньтао, попросив того зайти к нему, и тихо сообщил:

— Я думаю, у меня есть предположение, кто купил эту «армию фейков»...

В соседней комнате в это время, мужчина, едва закрыв дверь, сразу же прислонился к двери и закрыл лицо левой рукой. Тёмную комнату освещал только яркий лунный свет, пробивающийся сквозь занавески.

Три минуты спустя на одном уже известном аккаунте в Вэйбо появился пост…

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «У него такой приятный голос… как он может быть таким… нежным?»

С тех пор, как маркетинговая учетная запись опубликовала этот скандальный пост, команда «Черных туч» усиленно искала об этом информацию. Ло Чжэньтао работал не только с командой, но и с пиар-отделом «ХуаСя Энтертейнмент», чтобы докопаться до истины.

Однако позиция «Короля Сплетен Круга Развлечений» в ответ на их запросы привела в бешенство режиссёра Ляна. Ло Чжэньтао тоже не смог получить от них никакой информации. Теперь, когда он услышал, что Жун Сюй на самом деле догадывается, кто является причиной этих фейков, Ло Чжэньтао немедленно примчался к нему в комнату.

Когда он услышал имя, Ло Чжэньтао был шокирован:

— Как это возможно?! Сяо Сюй, Хань Янхао слил инсайдерскую информацию? Он ведь не имеет ничего общего с «Черными тучами» – откуда он мог узнать, что Вы играете главную роль? И по какой причине он стал бы идти против Вас и всей команды? Что это ему даст?

Жун Сюй передал Ло Чжэньтао чашечку чая. Он уже переоделся в удобную пижаму и сидел на диване, холодным тоном объясняя:

— Ло гэ, я не говорил, что Хань Янхао сделал всё это. Я имел в виду, что это он купил армию фейков.

Ло Чжэньтао растерялся.

Жун Сюй терпеливо проанализировал ситуацию:

— Разве вы не заметили, какое слово чаще всего упоминали эти фейки? «Западня». И это при том, что «БзП» только-только завершилась. Хотя моя роль там закончилась уже давно, в финале были показаны сцены из всего сериала. И я также появился во многих этих сценах. Если кто-то действительно хотел очернить меня, почему бы не упомянуть «БзП», которая так популярна сейчас? Зачем им продолжать говорить о «Западне»?

Ло Чжэньтао сначала оцепенел, но вскоре ответил:

— Это правда… эти фейки постоянно упоминают «Западню»...

Жун Сюю стоило поблагодарить за эту информацию своих поклонников, составивших «список фейков».

Поклонники Жун Сюя нашли почти все их записи и комментарии. Именно благодаря этой таблице Жун Сюй смог легко просмотреть посты фейков и быстро обнаружить, что в девяноста из ста постов упоминается «Западня»; многие из них даже преувеличенно хвастались тем, как великолепно отыграл свою роль Жун Сюй.

Если они действительно хотели его очернить, им следовало бы обсуждать новости посвежее. Самой популярной работой Жун Сюя сейчас была «БзП». «Западня» закончилась больше месяца назад. Хотя она ещё имела некоторую популярность, весь шум уже поутих и был далек от уровня «БзП».

Кто стал бы пренебрегать таким крупным сериалом, и вместо этого заниматься мелочами, неустанно упоминая «Западню»?

Как на это ни посмотри – это должен быть кто-то, связанный с «Западнёй».

Если это так, то это мог быть только один человек – Хань Янхао.

Когда они снимали «Западню», между ними было так много разногласий, что даже вся команда «Западни» рассорилась с Ханем Янхао. Хотя они не стали выставлять эту информацию на всеобщее обозрение, для себя они всё прекрасно поняли и сделали соответствующие выводы.

Как сильно Хань Янхао ненавидел Жун Сюя? Основываясь на том, как он глуп, он должен был ненавидеть его до мозга костей и мечтать поквитаться с ним.

Объяснение Жун Сюя было вполне разумным, и существовала большая вероятность, что это было правдой. Однако доказательств у них не было.

Хотя Ло Чжэньтао чувствовал, что подозрения в отношении Ханя Янхао имеют смысл, он понимал, что по-прежнему существовала очень серьезная проблема:

— Хань Янхао не мог  знать, что Вы играете главную роль в «Чёрных тучах», — Ло Чжэньтао мрачно продолжил, — Сяо Сюй, он это или нет, я буду наблюдать за ним, и мы еще раз тщательно всё проверим.

Юноша мягко кивнул и опустил голову, чтобы сделать глоток горячего чая. Он улыбнулся:

— Уже поздно. Вам нужно отдохнуть, Ло Гэ.

Ло Чжэньтао горько усмехнулся:

— Как я могу спать? Тем не менее, кому-кому, а Вам нужно хорошенько отдохнуть. Завтра съёмки.

Жун Сюй быстро опрощался с Ло Чжэньтао, не став задерживать его. Глядя на поспешно удаляющегося Ло Чжэньтао, Жун Сюй некоторое время задумчиво смотрел в точку. В конце концов, он беспомощно покачал головой и пробормотал:

— Если это он… тогда он действительно самая глупая звезда, которую я когда-либо видел...

Той ночью Жун Сюй продолжал листать новости в Интернете, ожидая получить сообщение от Ло Чжэньтао.

Около одиннадцати он всё-таки решил отдохнуть. Независимо от последующего развития ситуации, он точно знал: пока команда и Ло Чжэньтао занимаются этим делом, более крупных инцидентов не предвидится. Сейчас от Жун Сюя требовалось хорошо выспаться и успешно завершить завтрашние съёмки.

Всего через пять минут после того, как Жун Сюй выключил свой телефон, на официальном аккаунте «Чёрных туч» в Вэйбо появилась запись.

Час назад официальный Вэйбо команды отметил в своём посте режиссёра Ляна, Жун Сюя и Юй Сыюй, заставив фанатов задуматься. Тогда они сказали, что через час они преподнесут им сюрприз, но фанаты не обратили на это внимания и вместо этого без устали обсуждали роли Жун Сюя и Юй Сыюй.

Фанаты совсем не ожидали, что этот сюрприз действительно окажется сюрпризом; их застали врасплох!

Команда «Чёрных туч»: «Очередное лето прошло, и время, сколько я жду тебя, увеличилось ещё на год; Чёрные тучи плывут над горизонтом, и я оглядываюсь назад, чтобы встретить твою улыбку... В марте 2044 года мы предлагаем вам насладиться песней «Чёрные тучи», просто чтобы ещё раз встретиться с Лин Сяо! @Режиссёр_Лян_Чао @Жун_Сюй @Юй_Сыюй»

... Это была не просто запись… они даже опубликовали трейлер!

Вначале многие фанаты не могли поверить в это, когда увидели под записью прикреплённое видео:

— Возможно, это… кадры со съёмок? Это ведь не может быть трейлер... это не может быть трейлер! Даже имена актеров ещё не объявлены, как они могут выпустить трейлер…?

Но когда они нервно воспроизвели видео… все были поражены!

Одноминутный трейлер закончился довольно быстро. Он начался с огромного неба, покрытого черными тучами, как вдруг сияющий солнечный свет пробился сквозь тучи, осветив этот мир. Затем сцены быстро сменяли друг друга в сопровождении оптимистичной фоновой музыки. Все пользователи сети ошеломлёно наблюдали за поистине грандиозным актёрским составом, которого было достаточно, чтобы осветить весь мир.

Знаменитая Королева Музыки заговорила на плохом китайском:

— Лин Сяо?

Красавица - национальное достояние Франции - улыбнулась, словно увидела своего старого друга и сказала:

— Лин Сяо.

Китайский певец посмотрел на экран телевизора и с улыбкой кивнул:

— Лин Сяо.

— ...

Лин Сяо, Лин Сяо, Лин Сяо…

Десятки людей появлялись в трейлере один за другим; у каждого было по одной сцене и по одной реплике…

«Лин Сяо».

Каждый из десятков этих знаменитостей был широко известен в Кругу Развлечений; любой пользователь сети мог без труда назвать их имена. Когда каждый из них выкрикивал имя Лин Сяо один за другим, зрители впали в состояние неимоверного шока!

Ся Муйян вышла в центр банкетного зала, выкрикивая имя «Лин Сяо»; Эфира Хосе присутствовала на церемонии награждения и выкрикивала имя «Лин Сяо», глядя на сцену.

Прекрасное качество и единообразные методы съёмки и монтажа заставили пользователей сети сразу же понять: эти знаменитости не дают интервью, они играют, играют в фильме! То есть, в «Чёрных тучах» в качестве приглашенных звезд должно было появиться от двадцати до тридцати громких имён!

Трейлер «Чёрных туч» только начался, и уже в первые тридцать секунд поверг публику в шок.

Наконец, когда Императрица традиционной китайской музыки Сюй Юэ вышла на сцену, открыла конверт и, улыбаясь, внезапно произнесла «Лин Сяо!», экран мгновенно потемнел, фоновая музыка постепенно утихла, и тихий стук дождя окутал души пользователей сети, а вместе с ним и чистый, трогательный голос, исполняющий душевную песню:

«Лето снова прошло, и время, которое я ждал тебя, увеличилось ещё на год…»

Когда поклонники Лин Сяо услышали эту песню, они не могли не разрыдаться, пока картинка на экранах перед ними сменялась на шумную и многолюдную станцию метро. В толпе людей стоял молодой элегантный юноша, серьёзно играющий на гитаре и нежно поющий песню.

Он, казалось, не был частью этого мира; мягкий и спокойный характер отчётливо читался на его лице и в его песне.

Люди вокруг него, снующие туда-сюда, резко контрастировали с его поющей фигурой. Он продолжал искренне петь просто так. Даже если никто не останавливался, чтобы послушать его песню, ему было всё равно. Он просто пел свои «Чёрные тучи» снова и снова, самым радостным и счастливым голосом.

*Топ*

*Топ*

Женщина в деловом костюме остановилась перед юношей. Нежное и красивое лицо Юй Сыюй было чрезвычайно серьёзным, когда она торжественно сказала:

— Приятно познакомиться, я Чжао Чуюнь из «ХуаСя Энтертейнмент».

В следующее мгновение картинка на экране снова изменилась.

Он попал в индустрию развлечений и прославился благодаря одной песне, но за этим последовало ещё большее давление.

Этот нежный юноша быстро повзрослел (не без помощи своего менеджера); стал знаменитым, завоевывал множество наград, продал более десяти тысяч экземпляров альбома, в конечном итоге достигнув отметки в миллион!

И он столкнулся с «узким местом»...

Зрители затаили дыхание, наблюдая за тем, как после создания неудовлетворительной песни этот нежный юноша попросил своего менеджера покинуть студию и дать ему немного побыть. Затем он вышел из студии, пройдя через стеклянный коридор, когда за его спиной вдруг раздался низкий мужской голос…

— Лин Сяо?

Лин Сяо обернулся и посмотрел на мужчину.

Низкий смех этого человека, словно перо, мягко щекотал сердце каждого слушателя. Интенсивная мужская сексуальность почти пробивалась сквозь экран, глубоко проникая в сердца всех поклонников. Глаза этого красивого и элегантного Лин Сяо слегка расширились, когда он удивлённо глядя на незваного гостя. Некоторое время посмеявшись, мужчина тихим голосом сказал:

— Вы Лин Сяо.

Яркие и красивые зрачки юноши слегка задрожали, а ресницы затрепетали. В его ясных сверкающих глазах мягко струились блики света, пока он удивленно смотрел на мужчину. Но вскоре его губы медленно изогнулись в нежной улыбке, абсолютно точно принадлежащей Лин Сяо. Внезапно кадр сменился, и на экране осталось лишь лицо этого красивого и нежного юноши.

Конец! Трейлер закончился!

В тот момент, когда многие люди, минуту таращившиеся на прекрасного юношу, постепенно начали приходить в себя, экран внезапно потемнел, и видео оборвалось.

Все фанаты тупо уставились на экраны своих телефонов и компьютеров. Как только до них дошло,  они сразу же лихорадочно начали писать комментарии под постом в официальном аккаунте команды «Черных туч».

«Потрясающе! Прекрасно! Этот фильм на самом деле заставил мою кровь вскипеть! Бог Музыки моей семьи, очевидно, нежный и чистый человек, но почему я вдруг почувствовала, что моя кровь кипит? Да, это заставит весь мир выкрикивать его имя! Его зовут Лин Сяо, он Лин Сяо!»

«Жун Сюй очень красив, ах… Хотя я всегда говорила, что Жун Сюй совсем не похож на Лин Сяо, о очень красив! И когда он поёт, он кардинально отличается от себя обычного… он словно сияет, когда начинает петь... Как он может быть таким красивым? Я молча облизываю экран… _(:3∠)_»

«Подожди-ка… это правда тот @Жун_Сюй, который играл Хо Си?! Они ведь совсем не похожи! Я смотрела «Западню», так что не пытайтесь обмануть меня, ребята! Это действительно Хо Си? Как ... как он вдруг стал таким тёплым?! Я не могу вынести такого тёплого и нежного красавчика… разве он не слишком красив?!»

«Быстрее, разойдитесь! Я собираюсь купить билет – никто не может помешать мне купить билет!»

«Я хочу купить два билета, как минимум два!»

«Эй, этот голос отличается от Лин Сяо… неужели Жун Сюй спел сам? Это действительно очень  хорошо!»

Если даже у случайных фанатов была такая бурная реакция, что уж говорить о поклонники Жун Сюя?

«Ах!!! Жунжун… Такой красивый Жунжун… он отличается от маршала Хо и от ВаньЦи Яо… кажется, что Жунжун похож на шар света, он такой нежный, ах! Его улыбка в конце была такой прекрасной… я бессильная перед его красотой, ах, ах, ах, ах! Мне действительно хочется обнять такого Жунжуна! Этот Жунжун определенно позволит мне обнять его… я хочу обнимать его на протяжении ста лет, никогда не отпуская!!!»

«Я не ожидала, что Я – человек, не попавший под военные ботинки злого и тиранически властного маршала, а также не попавший под влияние белой мантии несравненно талантливого, сдержанного и холодного военного советника ВаньЦи Яо – на самом деле ... на самом деле не смогу устоять перед Жунжуном в роли Бога Музыки! С этого момента я буду женой Жунжуна. Жунжун такой нежный, такой хороший, я хочу любить Жунжуна всю жизнь! Муа, муа, муа  =3»

Официальный Вэйбо «Чёрных туч» быстро закидали комментариями трёх различных типов.

Во-первых, комментариями фанатов, как от мужчин, так и от женщин. Независимо от того, были ли это фанаты Жун Сюя или Юй Сыюй, все они взволнованно выражали свою радость. Этот фильм, наконец, официально раскрыл некоторые карты и даже показал двух актёров, которые явно играли главную мужскую и женскую роли!

Поклонники Жун Сюя были ошеломлены настолько, что не могли не облизывать экраны, глядя на  эту «красивую и нежную версию Жунжуна», которую они никогда прежде не видели. Поклонники Юй Сыюй также выражали мнение, что этой ролью деловой леди их Богиня попыталась прорваться сквозь дебри своего образа, и умело с этим справилась!

Во-вторых, было много комментариев-спекуляций о фильме.

Вокал в этой версии песни явно не был из оригинальной песни Лин Сяо, так кто же его исполнил? Голос был немного похож на Жун Сюя, но действительно ли Жун Сюй мог петь сам? Кроме того, в начале трейлера были показаны двадцать четыре знаменитости, и все они выступали в роли приглашенных звёзд. Кроме них, могли ли в фильме быть ещё какие-нибудь знаменитости?

Ну и, наконец, в-третьих, многие озвучивали свои догадки: кому же принадлежал этот манящий мужской голос.

Когда он увидел этого человека, зрачки Жун Сюя слегка расширились: он был немного удивлён. Жун Сюй продемонстрировал эти мелкие детали очень хорошо. Поклонники почувствовали его удивление, как будто оно было естественным, и не слишком много думали об этом, вместо этого направив все свои вопросы на изобличение владельца голоса.

Появление этого героя не было похоже на кадры приглашенных большие звёзд, значит он не должен был быть «важной шишкой», а был простым актёром.

Тогда кто же это мог быть?

Менеджер, которого играла Юй Сыюй (Чжао Чуюнь), была реальным человеком. Она вышла замуж десять лет назад. Естественно, её супругом был не Лин Сяо. Этот был не романтический фильм, а вдохновляющая биография. Исходя из этого, таинственный человек, который появился в конце, вероятно, был кем-то очень важным для Лин Сяо.

Кроме того... этот голос казался всем таким знакомым…

«Слишком знакомо! Звучит слишком знакомо! Я уверен, что где-то слышал этот голос раньше, причём бесчисленное количество раз!»

«Протестую против команды! Протестую против команды! Вы, ребята, на самом деле отредактировали звуки в трейлере! Я не могу четко расслышать голос человека… этот человек очень важен для Лин Сяо, да? PS: у @ЖунСюя такие красивые глаза, как будто в них таится какой-то прекрасный гипнотизирующий свет».

«... Разве это не… голос Цинь Шэня моей семьи?»

«Э-э-э, он и правда немного похож на голос Цинь Шэня, ах!»

«Ни в коем случае! Это невозможно! Как Цинь Шэнь может играть в этом фильме? Куда более вероятно, что он должен появиться лишь в качестве гостя».

Люди быстро отвели свои подозрения с Цинь Чэна. Вместо этого им стало очень любопытно, кто же мог так удивить Лин Сяо в исполнении Жун Сюя? Кем мог быть этот человек? Съёмочная группа даже решила показать его появление в самом конце, и держать людей в постоянном напряжении… вероятно, этот человек был чрезвычайно важен для Лин Сяо.

Поскольку у Лин Сяо были очень хорошие отношения в Кругу развлечений, и у него было много друзей, то, какими бы преданными поклонниками они не были, они не могли мгновенно догадаться, кем же был этот человек, который был так важен для Лин Сяо.

Но, во всяком случае, выход этого трейлера отвлёк внимание всех пользователей сети от «взрывных новостей» в маркетинговом аккаунте. Первоначально ещё оставалось несколько фанатов, которым был противен Жун Сюй, и, хотя фанаты Жун Сюя доказали, что все те, кто его «перехваливал», были фейками, семя сомнения уже было посеяно в сердцах этих людей.

Однако теперь, увидев этот прекрасный трейлер, некоторые из них молча приняли версию Лин Сяо в исполнении Жун Сюя, и больше не выдвигали к нему никаких претензий, а некоторые даже были восхищены ТАКИМ Лин Сяо. Он казался им незнакомым, потому что внешность и голос Жун Сюя кардинально отличались от Лин Сяо, но в то же время знакомым, потому что этот юноша источал мягкость и теплоту Лин Сяо.

Он был как тёплое солнышко: когда он улыбался вам, вы не могли не улыбнуться в ответ.

Улыбка в конце принадлежала Лин Сяо; это на самом деле была копия Лин Сяо!

Лин Сяо, которого играл Жун Сюй, был слишком красив и не соответствовал реальности, но его характер и аура были переданы безупречно. Сцена, где он пел «Чёрные тучи» у входа в метро, заставила многих поклонников Лин Сяо расплакаться от горя, наблюдая за Жун Сюем на видео... они плакали, глядя на Лин Сяо.

Они не были похожи внешне, но в то же время были удивительным образом похожи.

В 12 часов вечера в аккаунте официальной фан-группы появилась запись.

Национальная ассоциация поддержки Лин Сяо: «Вышел новый трейлер «Чёрных туч»! Спасибо, @Режиссёр_Лян_Чао, Спасибо @Юй_Сыюй. И, наконец, спасибо тебе, @Жун_Сюй, спасибо за твоего Лин Сяо! Пусть в твоём сердце никогда не будет чёрных туч! [цветок] [цветок] [цветок]»

В час ночи многие пользователи сети всё ещё сидели на крупных форумах, непрерывно и пылко  обсуждая первый трейлер «Чёрных туч».

А в это время в гостинице рядом с Городом Кино пиар-отдел команды наблюдал за тем, как всё плавно движется само собой: обсуждения пользователей сети сами начали двигаться в направлении, которое благоприятствовало планам съёмочной группы. Они вздохнули с облегчением и, наконец, могли отдохнуть.

В эту же ночь, в три часа ночи, когда кругом не было слышно ни звука, в далеком Городе B черная машина медленно проехала мимо небоскреба, покинув здание, где расположилась студия «Короля Сплетен Круга Развлечений».

На следующий день Жун Сюй только что закончил собираться и даже не успел надеть пальто, когда вдруг услышал стук в дверь.

Рано утром в городе S, где только-только началась весна, все еще было немного холодно.

Когда Жун Сюй открывал дверь, он думал, что это Ло Чжэньтао, но точно не ожидал увидеть Цинь Чэна. Юноша был одет в один лишь тонкий бежевый свитер, чего Цинь Чэн не ожидал.

Холодный воздух ударил и коридора, и Жун Сюй не мог не отступить назад. Цинь Чэнь немедленно вошел в комнату, закрыв за собой дверь. Оба они, казалось, были несколько удивлены, но Жун Сюй быстро взял себя в руки, улыбнулся и спросил:

— На улице немного холодно. Вы искали меня по какому-то делу, Цинь Чэн?

Тёмно-серое пальто подчеркивало высокую и прямую фигуру мужчины. Цинь Чэнь опустил глаза, чтобы взглянуть на юношу перед собой, а Жун Сюй в ответ посмотрел на него с улыбкой. Его взгляд становился всё глубже и глубже, и глубокий чернильно-чёрный цвет глаз становился всё интенсивнее. Спустя долгое время Цинь Чэн, наконец, тихо сказал:

—Да, это связано с тем, о чём мы говорили прошлой ночью. Я узнал, кто это сделал.

Его глаза феникса слегка расширились, и через несколько секунд Жун Сюй улыбнулся:

— Вы уже узнали? Сразу хотел бы извиниться за то, что побеспокоил Вас…

Сказав это, Жун Сюй обернулся, чтобы взять с вешалки пальто. Когда он поднял руку, чтобы потянуться за ним, свободный свитер слегка спал вниз и обнажил его грудь. Цинь Чэн видел его в профиль, наблюдая за тонкой очерченной ключицей, которая тут же медленно скрылась за вырезом свитера.

Освещение было слишком тусклым, поэтому он не мог ничего толком разглядеть.

Изысканная белая кожа была как гладкий безупречный нефрит, тёплая и нежная.

Говорят, что носить белую одежду трудно, потому что она часто заставляет кожу казаться бледной и желтой, но это был бежевый свитер. Он не был достаточно белым, поэтому заставлял юношу казаться немного белее; настолько белым, что он, казалось, сиял, отчего окружающим невольно хотелось протянуть руку и прикоснуться к нему.

Внезапно Жун Сюй повернул голову и улыбнулся:

— Трудно было проводить расследование? Я слышал от директора Ляна, что члены команды ездили в студию этого маркетингового аккаунта. Там им ответили, что они должны соблюдать правила и обеспечивать безопасность своих осведомителей. Они даже не возражали против суда.

Цинь Чэн сразу же спрятал правую руку, которая непроизвольно потянулась к Жун Сюю. Его красивое лицо не показало никаких признаков смущения; он спокойно кивнул и прохладным тоном ответил:

— Всё нормально. Всегда можно найти способ.

Жун Сюй надел пальто.

Цинь Чэн слегка прищурился. Его губы пошевелились, но он так и не решился открыть рот. Вскоре это пальто полностью скрыло под собой бежевый свитер, красивую и хрупкую ключицу и даже большую часть шеи! Все, что он мог увидеть теперь, – красивое и изысканное лицо юноши.

Цинь Чэн:

— …

Немного помолчав, он сказал:

— Ты знаешь этого человека. Вы с ним с должны быть хорошо знакомы.

Жун Сюй в этот момент завязывал шарф. Услышав это, он повернулся и посмотрел на Цинь Чэна:

— Хань Янхао?

В его глазах мелькнуло удивление, но Цинь Чэн кивнул:

— Он.

Хотя он и думал на Ханя Янхао с самого начала, когда он получил подтверждение своим догадкам, Жун Сюй не мог не нахмуриться. Он не стал спрашивать, откуда Цинь Чэн получил эту информацию. Он просто покачал головой и беззаботно сказал:

— Он перегибает палку. Что произошло, то произошло. Была ли в этом необходимость?

Под ярко сияющим солнцем юноша слегка покачал головой; в его глазах отразилась жалость.

После этого ни Жун Сюй, ни Цинь Чэн не продолжали упоминать об этом вопросе. Раскрыть личность преступника было самым важным шагом, и он уже был сделан. Что касается того, кто на самом деле слил всю информацию Ханю Янхао, Цинь Чэн не мог это узнать, какими бы замечательными средствами он не обладал.

В этом мире только Хань Янхао знал, кто слил ему эту информацию.

Тем не менее, Жун Сюй не мог задать этот вопрос Ханю Янхао лично.

Поскольку они уже встретились, Жун Сюй вместе с Цинь Чэном решили пойти завтракать. Жун Сюй ясно помнил, что когда он в последний раз завтракал в доме Цинь Чэна, тот за все время не произнёс ни единого слова, и, по-видимому, имел привычку «не разговаривать во время еды». Поэтому на этот раз Жун Сюй спокойно выпил соевое молоко и съел гарнир, не обронив ни слова.

Естественно, он не знал, что мужчина перед ним, внешне кажущийся спокойным, хмурился всё сильнее и сильнее.

Вчера вечером Сюй Цзинь уже вернулся в город В, и именно он назвал имя Ханя Янхао Цинь Чэну. Это произошло сегодня утром. Он только закончил разбираться с «Королём Сплетен Круга Развлечений», этим известным маркетинговым аккаунтом, и у него даже не было времени отдохнуть, когда он вдруг получил текстовое сообщение:

— Разберись с Ханем Янхао.

Сюй Цзинь тупо уставился на него:

— С чего вдруг?

Через некоторое время мужчина ответил:

— Этот человек зашёл слишком далеко.

Сюй Цзинь был сбит с толку. Он долго думал, прежде чем, наконец, ответить:

— Не слишком ли сильно Вы заботитесь о Жун Сюе…?

На этот раз Цинь Чэн ничего ему не ответил.

После завтрака Жун Сюй и Цинь Чэн временно разошлись. Сегодня они должны были снимать сцену смерти Цинь Чэна. Ему нужно было заранее прийти на площадку, чтобы нанести грим, а Жун Сюй в это время поднялся наверх, чтобы найти Ло Чжэньтао.

Жун Сюй улыбнулся и попрощался с Цинь Чэном, но когда Цинь Чэн дошёл до выхода из отеля, он обернулся и уставился на стройную прямую спину юноши. Он дождался, пока юноша войдет в лифт, и только когда тот совсем пропал из его поля зрения, он поджал губы, обернулся и ушёл.

...

«Кажется, он очень расстроен... Он даже не сказал ни слова за завтраком, и всё время держал голову опущенной. Этот парень по фамилии Хань перешёл черту».

Разве мог Жун Сюй, только что вошедший в комнату Ло Чжэньтао, знать, что эта ситуация с прекрасной привычкой «не разговаривать во время еды», на самом деле приведёт к депрессии Цинь Чэна!?

Увидев Ло Чжэньтао, Жун Сюй сразу же подтвердил догадки о том, что «Хань Янхао купил армию фейков». Ло Чжэньтао застыл, услышав это.

Через некоторое время Ло Чжэньтао с трудом открыл рот:

— Насколько сильно этот человек Вас ненавидит?! Сяо Сюй, чем Вы так насолили ему в прошлой жизни?

Прошло почти полгода с тех пор, как съёмки «Западни» закончились, и два-три месяца со дня её выхода в эфир. Как сильно нужно его ненавидеть, чтобы даже спустя столько времени пытаться ему навредить? Намеренно связаться с маркетинговым аккаунтом, чтобы распространять подстрекательские слухи, а также скупать большое количество фейков, чтобы разжигать розни в сети...

Если не считать время и силы, потраченные на это, он должен был потратиться ещё и финансово на сумму не короче шести цифр!

Ло Чжэньтао колебался, думая, что ему с этим делать. Жун Сюй увидел хвалебные комментарии пользователей под трейлером «Чёрных туч» и тихо сказал:

— На прошлой неделе Чжан Тунтун связалась со мной и сказала, что из-за Ханя Янхао она лишилась роли. Хань Янхао, кажется, ненавидит всех, кто работал с ним в команде «Западни». Он хорошо скрывал свои деяния, но не знал, что Чжан Тунтун знакома с помощником режиссёра этой команды, который и рассказал ей, что «Хань Янхао попросил инвесторов не рассматривать кандидатуру Чжан Тунтун на эту роль».

Ло Чжэньтао был шокирован:

— Сяо Сюй, это… почему… почему Вы не сказали мне об этом сразу?

Жун Сюй медленно перестал вчитываться в комментарии. Через некоторое время он посмотрел на Ло Чжэньтао и беспомощно улыбнулся:

— Ло гэ, даже если я сказал бы Вам, что бы Вы сделали? Чжан Тунтун тоже знает, что мы ничем не можем её помочь, поэтому она просто пожаловалась. Она поделилась этим и с И Лань.

(Не говоря уже о том, что его отношения с Чжан Тунтун были не такими тесными, чтобы он мог просить за неё).

На этой фразе сердце Ло Чжэньтао внезапно замерло. Он начал понимать, что юноша перед ним - не просто наивный мальчик. Но затем он серьёзно задумался над этим: он потерял отца и мать, когда был маленьким, и последний родственник, который любил его, давно умер. Затем он был вынужден много лет жить со своим недалёким дядей... Кто знает, сколько этот мальчик пережил и как долго он подвергался дискриминации?!

С его-то детством, было вполне естественно, что он не был таким наивным, как обычные восемнадцатилетние юноши.

Но это было не плохо, а, наоборот, очень хорошо. По крайней мере, он не был похож на Ханя Янхао, который был настолько глуп, что приводил людей в бешенство.

Ло Чжэньтао быстро разобрался со своими мыслями и сказал Жун Сюю:

— Поскольку это так, мы можем сделать вот что…

В девять часов утра многие офисные работники только прибыли в свои компании и приступили к тяжёлому рабочему дню, когда неожиданно увидели новость в ленте соцсетей.

«Молодая Звезда Х была большой проблемой в съёмочной команде, оскорбляла и увольняла членов команды и даже требовала смены актёров, используя имя инвестора…»

«Ха! Кто же это, а? Эй, эй, вы знаете, я видел новость NetEase, в которой говорится, что ранее популярная молодая звезда, принесла много проблем и даже использовала связи с инвестором, чтобы присоединиться к команде и уволить актёра из этой команды. Что это за молодая звезда Х, а?»

«Какая драма, ах, сейчас так много молодых мелких звёзд. Откуда мне знать, о ком речь? Что это за Х? Хуан? Хань? Ху?»

«…Эээ, здесь говорится, что эта молодая звезда только что сыграла главную роль в популярном еженедельном сериале…»

Это происходило не только в новостных лентах веб-порталов!

В десять утра маркетинговый аккаунт V круга развлечений с более чем четырьмя миллионами подписчиков неожиданно сделал пост…

Капитан Твоего Круга: «Сегодня фанаты завалили меня сообщениями, знаю ли я, кто такой Молодая Звезда Х. Ха-ха, это хорошо известный человек в кругу! Молодая звезда Х дебютировал с мелкой ролью второго плана в классическом фильме. После того, как он стал знаменитым, он зазнался. Что значит быть большим позёром? Некоторое время назад он даже использовал свои отношения с инвестором, чтобы попытаться выдворить из команда актёра, играющего вторую мужскую роль! И это тогда, когда съёмочная группа уже отсняла половину эпизодов! Что, по-вашему, они должны были делать? Этот драматический сериал чуть не закрылся, но, к счастью, Молодая Звезда Х облажался, а этот второй актёр стал очень популярен».

Эта новость была опубликована всего полчаса назад, но некоторые маркетинговые аккаунты уже перепостили её и даже добавили несколько слов от себя!

Маленькие Предложения Круга Развлечений: «Я знаю, что Молодая Звезда Х всегда приходил в студию на съёмки последним. // Репост…»

Сплетни Старого Короля: «Он даже мог прийти в последнюю секунду церемонии открытия. // Репост…»

Все больше и больше маркетинговых аккаунтов начали пересылать эту новость. При этом никому даже не нужны были купленные фейки! А зачем? Перепостов такого количества маркетинговых аккаунтов было достаточно, чтобы эту новость мигом увидели тысячи пользователей сети. А с помощью новостных лент основных веб-порталов об этой «Большой Звезде Х» быстро стало известно всем.

Почти сразу же все пользователи сети догадались, кто такой этот «Звезда Х».

Снимался в очень популярном еженедельном сериале совсем недавно?

Второй актёр этого еженедельного сериала сейчас очень популярен?

Дебютировал с мелкой ролью второго плана в классическом фильме...

«Это определенно Хань Янхао! Молодая звезда Х – это, должно быть, Хань Янхао! Еженедельный сериал – это «Западня», второй актёр - Жун Сюй, а классический дебютный фильм – «Мушэн». Он играл там бармена, и всего пары секунд экранного времени ему хватило, чтобы стать знаменитым!»

Фанаты Ханя Янхао, естественно, тут же ринулись опровергать эту информацию. Тем не менее, все больше и больше маркетинговых аккаунтов подтверждали этот факт, а позже даже одна из сотрудниц полевой службы команды «Западни» прервала молчание и сделала публикацию на своей личной странице в Вэйбо!

Цяньцянь: «Я – та самая работница полевой службы, которую уволил Хань Янхао. Сейчас я открыла небольшой магазинчик на Алимама и больше никак не связана с кругом развлечений. Тогда же, Хань Янхао заявил, что если меня не уволят, он не будет сниматься. Если бы он не снимался в сериале, инвесторы не дали бы на него деньги, поэтому я была вынуждена уйти. Я была не единственной, на кого кричали и уволили из команды «Западни». Ниже вы можете увидеть фото, которое я сделала в день церемонии открытия, и мой пропуск. [фото] [фото]»

Цяньцянь: «Я – та самая работница полевой службы, которую уволил Хань Янхао. Сейчас я открыла небольшой магазинчик на Алимама и больше никак не связана с кругом развлечений. Тогда же, Хань Янхао заявил, что если меня не уволят, он не будет сниматься. Если бы он не снимался в сериале, инвесторы не дали бы на него деньги, поэтому я была вынуждена уйти. Я была не единственной, на кого кричали и уволили из команды «Засады». Ниже вы можете увидеть фото, которое я сделала в день церемонии открытия, и мой пропуск. [фото] [фото]»

Когда появился этот пост, в сети поднялась дикая шумиха!

Это было подлинное доказательство! Если даже люди из команды «Западни» подтверждали эту информацию и упрекали Ханя Янхао, как это могло быть неправдой?

Но фанаты Ханя Янхао всё ещё отказывались признавать эти факты.

«Подобных фотографий с церемонии открытия полно в Интернете, а очернить человека сегодня ничего не стоит! Ты смеешь подставлять А Хао нашей семьи этими жалкими снимками?»

«Ха-ха-ха! А Хао моей семьи – самая главная звезда «Западни»! Вы на самом деле заявляете, что он получил эту роль благодаря инвестору? Слишком смешно! Все эти жалкие призраки осмеливаются очернять А Хао моей семьи… как бесстыдно!»

Фанаты Ханя Янхао были экспертами в создании проблем, о чём свидетельствовал опрос в аккаунте «Западни» четырехмесячной давности.

Однако на этот раз они никак не ожидали, что поклонники Жун Сюя, которые всё это время молчали, наконец, выйдут из себя!

«Я не смела говорить об этом раньше, потому что боялась, что эти новости – фальшивка, и я нанесу вред репутации Жунжуна. Но теперь вы говорите мне, что Хань Янхао действительно хотел выгнать Жунжуна моей семьи из команды «Западни»? Что?! Он же так хорошо сыграл Хо Си! Несколько дней назад проводился опрос «Ваш любимый телевизионный персонаж 2043 года». Наш Маршал Хо занял в нём четвертое место! На каком основании Хань Янхао требовал увольнения нашего Жунжуна!?»

«Что, простите? Он вёл себя как позер, оскорблял и увольнял сотрудников, самым последним прибыл на церемонию открытия, и часто опаздывал на съёмки! Он даже хотел использовать свои связи, чтобы уволить другого актёра! Какого чёрта! Неужели в этом мире ещё остался кто-то, кто будет заступаться за  такую «звезду», которая попала в шоу-бизнес через «чёрный ход»?»

«ЖунЖуна моей семьи пытались уволить!? Бедный Жунжун, а мы ведь даже не знали об этом! «Западня» стала первым сериалом Жунжуна, который вышел в эфир. Тогда он ещё был не так известен – я о нём ничего не слышала. Должно быть, он чувствовал себя беспомощным, когда столкнулся с этой бедой! Мой бедный Жунжун! Ах, ах, ах…»

«Подобные чудеса случаются каждый год, но особенно много их было в этом году. Я помню инцидент с накруткой голосов! Как таких высокомерных звезд вообще допускают до круга развлечений? Случаев, связанных с наглостью Ханя Янхао так много, что их уже можно начать пересчитывать. Кто-нибудь хочет помочь мне записать всё это?»

Поклонники Ханя Янхао, естественно, отрицали все обвинения этих новостных страниц и главных маркетинговых аккаунтов, но постепенно появилось ещё несколько инсайдеров круга развлечений, которые раскрыли ещё больше подробностей. Они не только подтвердили всё то, о чём писали СМИ и крупные маркетинговые аккаунты, но и даже поделились множеством другой грязной информации о Хане Янхао!

В четыре часа дня поклонники Жун Сюя опубликовали «Запись всех дел Молодой Звезды Х». Название звучало вполне нормально, но при открытии файла вы обнаруживали кипу компромата со скандалами Ханя Янхао!

Весь компромат был собран в сети: что-то – из новостей, что-то – из заявлений маркетинговых аккаунтов, что-то – из рассказов инсайдеров!

Уже через час хэштэг #ХаньЯнхаоПозёр достиг вершины топа самых популярных поисковых запросов дня. За ним даже следовала пометка «СЕНСАЦИЯ»!

В общем, обычно у тем поиска в Вэйбо не было никаких пометок, за исключением редких «Горячая новость» или «Новинка», которые объясняли, что эта тема сейчас очень популярна или что она новая.

А эта «СЕНСАЦИЯ» означала только одно: эта тема сейчас была просто невероятно популярной и обсуждаемой!

Многие случайные пользователи сети видели этот компромат. Они не могли поверить в то, что такое угнетение и запугивание вообще было возможно в кругу развлечений. Первоначально многие пользователи сети придерживались позиции «безразличия» и ждали, пока эта шумиха утихнет, оставаясь в стороне. Однако, когда один из инсайдеров сообщил, что «Чжан Тунтун лишилась важной роли из-за связей Ханя Янхао», уже  и эти пользователи больше не могли оставаться в стороне.

Поклонники Чжан Тунтун, естественно, гневно скрежетали зубами, ненавидя себя за то, что не могли разорвать Ханя Янхао в клочья.

Другие комментаторы тоже начали беспокоиться: «Невероятно! Не только Жун Сюй, но и даже Чжан Тунтун? Мастер моей семьи тоже работает в той же программе, что и Хань Янхао. Неужели он будет издеваться и над Мастером моей семьи?!»

В течение некоторого времени огромное количество поклонников кино присоединились к этому хаосу; однако никакого ответа со стороны Ханя Янхао пока не последовало.

***

В это время в Городе Кино города S съёмки «Чёрных туч» неуклонно двигались к финалу.

Режиссёр Лян узнал от пиар-команды о том, что «проблема с Ханем Янхао» сейчас гремит в Интернете. Он ничего не знал о том, что именно Хань Янхао купил маркетинговый аккаунт и армию фейков, доставив неприятности их команде и Жун Сюю. Поэтому он лишь с сожалением покачал головой и пошел искать Жун Сюя, чтобы утешить его:

— Я не ожидал, что тебе доводилось встречаться с таким ужасным человеком. Жун Сюй, хотя в кругу таких гадких людей не так много, они всё-таки есть. Тебе не стоит сильно грустить об этом: всё уже в прошлом.

Юноша слегка улыбнулся и сказал:

— Спасибо, директор Лян. Всё в прошлом.

Его тон не был ни подобострастным, ни властным; без единого намёка на негодование или злорадство.

Дождавшись, пока Жун Сюй уйдёт, режиссёр Лян тихо шепнул своему помощнику:

— Жун Сюй не плох! Он может сохранять спокойствие. Таким и нужно быть, чтобы выжить в этой индустрии.  По сравнению с ним, этот Хань Янхао действительно жалок. Неудивительно, что Хань Янхао, игравший в «Западне» главную роль, в итоге оказался гораздо менее популярен, чем  Жун Сюй, сыгравший роль второго плана.

Услышав это, его младший помощник кивнул в знак согласия.

Взлёты и падения внешнего мира никак не повлияли на ход съёмок «Чёрных туч».

В интернете всё ещё гремел скандал с «позёрствами Ханя Янхао», но команде фильма было не до этого: они начали снимать последнюю сцену дня – финальную сцену Цинь Чэна.

«Чёрные тучи» – биографический фильм, снятый на основе реальных событий. Режиссёру не было необходимости воссоздавать реальность в мельчайших деталях – главное, чтобы ей соответствовали основные  моменты. Например, все главные герои был настоящими людьми, которые существовали в реальности. И, например, тот факт, что смерть Гу Минсю действительно стала для Лин Сяо переломным моментом.

Начиная с его дебюта в подростковом возрасте, до его первой премии «Золотая Мелодия» на третьем десятке и до его успеха и признания на четвертом десятке, Лин Сяо успел стать безоговорочно достойным своего звания китайского Бога Музыки. Но когда ему было тридцать шесть лет, Лин Сяо получил тяжёлый удар, ведь погиб его лучший партнёр, известный автор текстов Гу Минсю.

С тех пор Лин Сяо выпустил только один альбом и провел всего два концерта.

Пять лет спустя умер и Лин Сяо, но от болезни.

Сегодняшняя вечерняя сцена заключалась в следующем: Лин Сяо прибыл в больницу после просьбы полицейских опознать тело. Родители Гу Минсю умерли рано, и у него не было других родственников. Ему было сорок четыре года, но он так и не женился и не обзавёлся детьми. Его самым близким и лучшим другом был Лин Сяо. Полиция уже давно установила его личность, но им всё же требовалось подтверждение от кого-то из его близких друзей. Это была необходимая процедура опознания.

Итак, рано утром Лин Сяо позвонила его менеджер Чжао Чуюнь, и он отправился в больницу.

В студии воцарилась тишина. Все затаили дыхание в ожидании начала сцены.

Студию уже превратили в больничный комплекс. Белые стены и белые коридоры – всё было белым до такой степени, что присутствовавшие чуяли мороз по коже. Жун Сюй и Юй Сыюй стояли на другом конце коридора. Они уже сделали грим и переоделись, и теперь просто ждали начала съемок.

— Акт 362, сцена 3! Мотор!

Через мгновение после хлопка все члены команды перевели взгляды на конец коридора.

Менеджер, которую играла Юй Сыюй, всегда была спокойна и рассудительна, но сегодня она намеренно использовала специальные глазные капли, чтобы ее глаза казались красными и крайне истощенными. А рядом с ней молча шёл красивый и элегантный мужчина, понурив голову и глядя в пол.

Проход по коридору и прибытие в комнату – это первая часть этой сцены.

Следует сказать, что режиссёр Лян использовал эту длинную первую часть, чтобы подготовиться к полноценной непрерывной съёмке минутной сцены.

Камера следовала за Жун Сюем, когда он шёл вперёд. Благодаря превосходному мастерству осветителей эта сцена в помещении (которую они снимали ночью!) выглядела так, будто сквозь окна в конце коридора на самом деле пробивался солнечный свет, поблёскивая на мягких волосах Жун Сюя.

Он опустил голову, спокойно глядя в пол. Он шёл очень медленно, но всё же шёл; шаг за шагом приближаясь к цели.

Лицо режиссёра Ляна, наблюдающего за этой сценой перед монитором, с каждой секундой становилось всё мрачнее. Он внимательно наблюдал за композицией, светом, ритмом и углом съёмок всей сцены и особенно внимательно следил за игрой двух актёров в кадре.

Эта сцена была одной из самых важных в его фильме; это был поворотный момент в жизни Лин Сяо. Поэтому к этой сцене определенно нельзя было подходить с небрежностью. Если в этой минутной сцене будет даже одна крошечная ошибка, режиссёр Лян без колебаний остановит съёмки и потребует ещё один дубль.

Свет утреннего солнца, пробивающийся сквозь окна, мягко освещал коридор, и больница казалась  тихой и мирной; как будто всё в мире было несравненно тёплым.

Однако было одно «но»: Гу Минсю умер.

Лин Сяо продолжал плестись за Чжао Чуюнь, понурив голову. Поскольку он шёл слишком медленно, Чжао Чуюнь время от времени останавливалась, чтобы подождать его. Идти было всего несколько десятков метров, но путь до двери занял у них почти минуту.

Столь подробная и правильная сцена вынудила директора Ляна удовлетворённо кивнуть.

Юй Сыюй и Жун Сюй отрепетировали эту сцену заранее.

Элитная женщина, одетая в деловой костюм, собралась с мыслями, готовясь открыть дверь, но, уже протянув руку к дверной ручке, внезапно остановилась и обернулась, взглянув на своего артиста. Спустя долгое время она тихо сказала:

— Откройте дверь… Лин Сяо.

Лин Сяо опустил голову, не произнеся ни слова.

Чжао Чуюнь тоже молчала, но через некоторое время была вынуждена тихо вздохнуть и всё же потянуться к ручке двери. Однако на этот раз она даже не успела коснуться её, поскольку дверь внезапно открыли изнутри.

Полицейский в форме окинул их взглядом с ног до головы. Когда он увидел Лин Сяо, его глаза засияли от поклонения и восхищения, но он быстро взял себя в руки и со всем профессионализмом заявил:

— Это должен быть господин Гу. Сегодня в 8:04 утра господин Гу столкнулся на чёрном автомобиле с грузовиком на Западной Кольцевой Дороге. Другой водитель уснул за рулём и в настоящее время находится в полицейском участке. Сегодня мы вынуждены попросить Вас опознать тело.

Чжао Чуюнь и Лин Сяо быстро проводили в комнату. Помещение было не большое. В центре стояла узкая кушетка; человек, лежащий на ней, был накрыт длинной белой тканью.

Возможно, из-за того, что за свою жизнь он повидал слишком много мертвецов, а также из-за того, что у Гу Минсю не было родственников, полицейский не особо заботился о чувствах друга покойного и сразу же бесцеремонно откинул угол белой ткани, после чего обернулся и спросил:

— Это господин Гу?

В тот момент, когда белую ткань убрали, Лин Сяо неожиданно повернул голову и посмотрел в окно. Чжао Чуюнь не могла не прикрыть рот, увидев это своими глазами. Не в силах подавить горе, она могла только кивнуть:

— Да...

Полицейский вернул белую ткань на место.

— Нет... — внезапно остановил его низкий хриплый голос.

Полицейский с удивлением посмотрел на Лин Сяо:

— Господин Лин, этот человек – не господин Гу?

Лин Сяо продолжал смотреть в окно, но хрипло, сквозь стиснутые зубы, ответил:

— Это не он.

Двое полицейских в комнате с тревогой переглянулись. В этот момент Чжао Чуюнь, какой бы железной и спокойной она ни была, прикрыла рот рукой и расплакалась, в то время как другой друг покойного настаивал на том, что это не Гу Минсю. Что же им было с этим делать? Это ведь абсолютно точно был Гу Минсю!

Старший полицейский вышел вперёд и утешил:

— Он мёртв, господин Лин, пожалуйста, сдерживайте своё горе и примите это...

— Нет! — внезапно повысившийся голос эхом отразился по комнате. Лин Сяо резко обернулся и непреклонным решительным тоном сказал. — Это не он! Это точно не Гу Минсю, я его не знаю... он не...

В тот момент, когда юноша обернулся, в студии внезапно воцарилась гробовая тишина. Глаза директора Ляна расширились, когда он уставился на экран своего монитора.

Глаза красивого и элегантного «Лин Сяо» на экране были красными. Слёзы быстро наполнили его глаза. Он сильно прикусил губу, взволнованный до такой степени, что дрожал всем телом, но продолжал держать глаза открытыми, не давая слезам упасть.

Как человек, который зашёл в тупик, он отчаянно отрицал очевидное.

На этом моменте главная сцена Юй Сыюй заканчивалась. Она тут же заплакала, хорошо уловив переход между двумя ролями: «успешной карьеристки» и «друга». Однако ключевая сцена Жун Сюя только началась. Он посмотрел на старшего полицейского, стоящего перед ним, и ещё несколько раз повторил:

— Это не он.

Он продолжал упрямо повторять это, словно так оно могло стать правдой…

Полицейский вздохнул, повернулся и снова откинул белую ткань с лица покойного, спросив:

— Неужели это не он, господин Лин?

Голос внезапно оборвался. Лин Сяо был застигнут врасплох, и его взгляд внезапно упал на лицо мертвеца. Всё было так же ярко, как и прошлой ночью. Лицо Гу Минсю было немного бледнее, а на лбу появился шрам размером с палец. Его глаза были закрыты, как будто он спал.

Полицейский вернул простыню на место и снова спросил:

— Это был несчастный случай… пожалуйста, сдержите своё горе и примите его смерть.

Яркий солнечный свет пробивался через окно, рассеивая по полу мелкий золотистый песок. На третьем экране монитора крупным планом транслировались слёзы, наполнившие чистые ясные глаза Жун Сюя; его зрачки слегка задрожали, пристально вперившись в белую ткань.

Некоторое время спустя на экране второго монитора режиссёр Лян увидел следующее: Жун Сюй внезапно улыбнулся.

Уголки его губ изогнулись в мягкой улыбке. Эта улыбка, казалось, ничем не отличалась от его прошлых улыбок, но если присмотреться, можно было заметить, что у него дрожали губы. Его щеки также дрожали, как и всё лицо, а затем, в одно мгновение, из его глаз потекли слёзы.

Молодой человек улыбнулся, взглянув на старшего полицейского, а затем – на младшего полицейского рядом с ним. Лицом он улыбался, но слёзы непрестанно лились из его глаз, стекая по уголкам рта и губам.

Тёплый и яркий солнечный свет всё ещё светил, отливая золотом на его волосах. Юноша всё улыбался и плакал, снова и снова повторяя:

— Это не он… Это действительно… он не…

В комнате слышались только слабые вздохи Лин Сяо. Он упрямо подавлял крик, но было и то, чего он не мог подавить, несмотря ни на что. Он смотрел на каждый угол комнаты с той же улыбкой, что и прежде. Единственным местом, на которое он категорически отказывался смотреть, была кушетка, покрытая белой простынёй, и то… то, что скрывалось под этой простынёй.

— Это не он…

Самые эмоциональные члены команды, наблюдающие за этой сценой в студии, уже мягко качали головами, заражённые этим чувством «улыбки сквозь слёзы».

Он явно улыбался, но в то же время и плакал, повторяя одно и то же предложение снова и снова. В тихой комнате не звучало иных звуков, кроме его крика с улыбкой на губах. Жун Сюй всё улыбался и улыбался, а затем его голос внезапно затих. На его щеках остались слёзы и улыбка, которая, казалось, навсегда застыла на его губах.

…

В студии повисла тишина. Лишь долгое время спустя режиссёр Лян, наконец, громко крикнул:

— Снято!

Помощница Юй Сыюй быстро выбежала вперёд, чтобы помочь ей вытереть слезы. Гримёр также поспешил на площадку, готовясь помочь Жун Сюю и Юй Сыюй подправить грим в случае, если им придётся переснимать сцену. Но даже если «снято» уже было сказано, слёзы всё продолжали течь из глаз Жун Сюя, из-за чего гримёр на мгновение впала в ступор.

Жун Сюй охрипшим голосом пробормотал:

— Не волнуйся. Оставь меня ненадолго.

Девушка быстро кивнула, а Жун Сюй отвернулся и закрыл лицо руками. Его пальцы всё ещё слабо дрожали, и по ним продолжали течь слёзы.

Когда весть о том, что «Жун Сюй всё ещё плачет», дошла до ушей режиссёра Ляна и ещё кое-кого, прошло уже три минуты.

Гримёр помогала Цинь Чэну поправить грим, когда он вдруг услышал, как две другие гримёрши шепчутся друг с другом:

— Даже мне хотелось плакать, наблюдая за потрясающей игрой Жун Сюя. Даже сейчас он не может остановиться… он действительно играл от всего сердца, и влияние этой сцены на него было слишком сильным...

Пара тёмных фениксовых глаз тут же помрачнела. Цинь Чэн немедленно встал с кушетки и направился к Жун Сюю. Он мягко крикнул:

— Жун Сюй.

Юноша немедленно обернулся, но слёз уже не было видно; только его глаза всё ещё были красными. Его лицо также было немного бледным и довольно измождённым.

Цинь Чэн был несколько ошеломлён.

Увидев Цинь Чэна, Жун Сюй слабо улыбнулся и спросил:

— Что-то случилось? Зачем я Вам понадобился?

Цинь Чэн минуту помолчал, прежде чем сказать:

— Не расстраивайся.

Жун Сюй слегка кивнул. Они быстро перевели разговор на другую тему, и вскоре к ним подбежал сотрудник полевой службы и сообщил Жун Сюю:

— Директор Лян сказал переснять сцену.

Как только они услышали это, многие члены команды, стоявшие неподалёку, были ошеломлены.

— Ч-что? Это шутка!? Эта сцена была такой прекрасной… почему мы должны её переснимать? Я чуть  не расплакалась…

— А я расплакалась... Игра Жун Сюя действительно сильна… я чувствовала себя такой разбитой, видя, как он плачет. Если бы мой лучший друг тоже… боже мой, что я такое говорю!?

Жун Сюй услышав перешёптывания ассистентов, улыбнулся и сказал сотруднику полевой службы:

— Хорошо, я понял. После того, как мне подправят грим, мы с Юй цзе продолжим.

Сотрудник быстро ушёл, но комментарии возмущённых членов команды не прекратились. Они обсуждали этот вопрос живо и в красках, ведь игра Жун Сюя казалась им безупречной. Они также не лгали и о своих эмоциях, поскольку глаза многих людей действительно были красными, а голоса охрипшими. Скорее всего, минуту назад они действительно плакали.

Слушая слова этих людей, Цинь Чэн слегка нахмурил брови.

Жун Сюй уже ушёл подправлять свой грим, и Цинь Чэн обернулся вокруг, после чего подозвал своего помощника и спросить:

— Как он сыграл?

Голос ассистента тоже казался немного подавленным. Он склонил голову и честно ответил:

— Он улыбался и плакал... Он так хорошо сыграл...

То есть, все здесь присутствующие видели воочию актёрское мастерство Жун Сюя… Все, кроме него!?

Мужчина внезапно помрачнел. Впервые за всё время съёмок Цинь Чэн действительно пожалел о том, что вызвался на эту роль.

Однако все его сожаления были бесполезны. Эта сцена была быстро снята снова во второй раз. Но и во второй раз режиссёр Лян почему-то не был удовлетворен и заставил Жун Сюя переиграть в третий раз. После третьего дубля режиссёр Лян пересмотрел отснятый материал на экране компьютера и, наконец, удовлетворенно кивнул:

— Довольно; эта сцена снята. Давайте используем первый дубль.

Все:

— …

Жун Сюй:

— …

Цинь Чэн:

— …

Да что ты за человек такой?!

Любой, кому снова и снова пришлось бы переживать и пропускать через себя эту долгую и очень грустную сцену (даже если это был Жун Сюй), неизбежно чувствовал бы моральное и физическое истощение.

Сцены со слезами – тяжёлое испытание для актёров. Если кто-то просто хотел играть и думал, что выплескивания слёз будет достаточно для такой сцены, то он просто притворялся, что плачет, а не плакал.

Когда человек действительно вживался в своего персонажа, он чувствовал, будто всё это случилось с ним самим, и плакал вместе со своим героем. Некоторые актёры даже впадали в депрессию, но не из-за каких-то реальных жизненных причин, а из-за фильмов, в которых они снимались. Они действительно вживались в роль и не могли из неё выйти, намертво погрузившись в неё.

Конечно, Жун Сюй вышел из роли всего за три минуты, но на время той минуты, когда он играл на камеру, он, казалось, действительно стал Лин Сяо. Никто на съёмочной площадке не знал, как реагировал Лин Сяо, когда увидел тело Гу Минсю восемь лет назад, но все они чувствовали, что реакция, продемонстрированная Жун Сюем, уже была самой близкой и лучшей из всех возможных. Какая ещё может быть реакция!?

Величайшее горе было настолько печальным, что могло повлиять на окружающих людей и заставить их плакать вместе с героем.

После снятия этой сцены, все съёмки на сегодня были закончены. Это была сцена смерти второго героя, и согласно правилам команды, они не могли не устроить прощальную вечеринку. Но поскольку этого героя играл не кто-то, а Цинь Чэн, то даже режиссёр Лян не знал, как ему поднять этот вопрос, поэтому он не придумал ничего лучше, как попросить Юй Сыюй спросить Цинь Чэна об этом лично.

Режиссёр Лян потер руки:

— Сяо Юй, помнится мне, вы когда-то работали вместе с Цинь Чэном над фильмом?

Юй Сыюй тихо ответила:

— Это было пять лет назад... Директор Лян, тогда я играла второстепенную роль, и у меня не было совместных сцен с Цинь Чэном...

Режиссёр Лян замолк.

Тем не менее, этот вопрос всё же был улажен. Юй Сыюй что-то пробормотала себе под нос, а затем отправилась искать Жун Сюя. Вскоре после этого Жун Сюй сам подошёл к Цинь Чэну и с улыбкой спросил:

— Не хотите устроить прощальную вечеринку сегодня вечером? Просто все смогут немного отпраздновать, и это можно  будет считать прощальной вечеринкой в Вашу честь.

В этой команде только режиссёр Лян и сценарист могли считаться старшими для Цинь Чэна. Поэтому сегодня только они двое вручали ему красные конверты Яцзин. Однако все остальные также хотели отпраздновать завершение сцен Цинь Чэна и устроить небольшую вечеринку.

Глядя на тёплую и нежную улыбку юноши, Цинь Чэн слегка приподнял бровь и не мог отказаться.

Таким образом, под бурные крики членов команды, после окончания рабочего дня режиссёр Лян повёл всех в ресторан рядом с Городом Кино города S.

В это же время в Интернете, наконец, появился Хань Янхао, который молчал целый день, никак не комментируя ситуацию.

Хань Янхао опубликовал заявление: «Справедливость в сердцах народа»

«Я получил диплом всего пять лет назад, но мне посчастливилось дебютировать в «Мушэне». С этого момента я вошёл в развлекательный круг. Тем не менее, быть актёром не так гламурно, как может показаться на первый взгляд. Однажды мне пришлось сниматься в боевой сцене в минус тридцать, подвешенным на проволоке поздно ночью; а в другой раз в середине лета я снимался замотанным в хлопковое пальто, весь залитый потом.

Когда я обедал сегодня днём, друг сказал мне, что моё имя попало в заголовки главных новостей.

Возможность попасть в заголовки в этом Кругу считается чем-то редким. Я взглянул на них, и вот, что я хочу сказать...

Справедливость в сердцах народа!

Я не хочу обсуждать эти вопросы, но хочу поблагодарить своих поклонников. Я сейчас снимаюсь и отвечу на вашу поддержку своей лучшей работой».

Все заявление укладывалось примерно в сотню слов и вообще никак не объясняло обстоятельств сложившейся ситуации, однако проницательные читатели сразу могли увидеть, что Хань Янхао говорит о своём «позёрстве», которое стало сегодня самой обсуждаемой темой в Интернете.

«Справедливость в сердцах народа»; Ответ Хань Янхао на этот вопрос был таким же, как и название его поста. Произнося это предложение вслух, появилось ощущение некого «элегантного великодушия джентльмена». Многие пользователи Вэйбо видели эту фразу и были немного ошеломлены. Они не очень хорошо знали Ханя Янхао, и видели всего несколько сериалов с его участием. Но теперь, когда они прочитали это заявление ...

«Хань Янхао не кажется таким уж плохим человеком, а  это заявление написано очень просто».

«Кто знает, на чьей стороне правда… я просто молча наблюдаю за происходящим. Иду за попкорном».

«В это лучше не вникать… я просто буду наблюдать и  ждать результатов».

В течение часа эту публикацию репостнули более ста восьмидесяти тысяч раз. Она набрала двести тысяч комментариев и более миллиона лайков! Хотя речь и шла о Хане Янхао, редко когда ему удавалось привлечь столько внимания к своим постам. Всего за тридцать минут тег #СправедливостьВСердцахНарода поднялся на второе место в поиске и теперь сопровождался двумя словами: «Горячая тема!»

Стоит упомянуть, что номером один в этом поиске по-прежнему оставался тег #ХаньЯнхаоПозёр

В одно мгновение, девять из двадцати ведущих поисковых тем оказались посвящены Ханю Янхао! Помимо первого и второго, были также и другие: #Западня, #ЗаменаАктёра, #ЖунСюй, #ГреческийКролик... Многие из небольших аккаунтов Вэйбо, которые публиковали информацию о Хане Янхао, также вошли в этот список (например, этот «греческий кролик»). Она была одним из  сотрудников, уволенных Ханем Янхао из команды «Западни».

Сплетничать было свойственно всем людям по натуре. Причина, по которой тема позёрства Ханя Янхао стала настолько обсуждаемой, заключалась не только в том, что все крупные маркетинговые и медиа-аккаунты сделали громкие заявления, осуждающие его, и не в том, какие активные споры вели в сети фанаты, – а в том, что многим случайным пользователям сети просто любопытно было узнать правду.

До того, как было опубликовано заявление Ханя Янхао, его фанатов уже успели высмеять, не дав им возможности оправдаться. Это, конечно, сделали фанаты Жун Сюя и Чжан Тунтун (и многих других звёзд, которые когда-то сотрудничали с Ханем Янхао). Теперь, когда они увидели этот пост, поклонники Ханя Янхао, казалось, неожиданно получили второе дыхание.

«Смотрите! А Хао определенно никогда не стал бы делать такие вещи! Любой может выплеснуть на вас ведро помоев! Любой может очернить вас! Они просто могут сказать о вас любую глупость, которая придёт им на ум, а люди поверят!»

«А Хао так хорош, он очень нежный и красивый... Должно быть, кто-то просто завидует ему, или он стоял у кого-то на пути… Хе-хе-хе, на чьём пути ты бы не стоял, помни: справедливость в сердцах людей!»

«Где все те идиоты, которые плохо писали о А Хао моей семьи?! Покажитесь! Вы все…»

Всевозможные громкие слова тут же полились с аккаунтов фанатов Ханя Янхао. Буквально минуту назад они был «окружены и унижены» поклонниками других актёров,  и не могли даже пытаться сопротивляться, но теперь, когда они увидели пост Мастера своей семьи, отстаивающего свою честь,  они немедленно ринулись в бой.

Сначала они набросились на официальные группы поддержки фанатов каждой из «семей» актёров, где проклинали их, а затем ринулись в Вэйбо Жун Сюя, Чжан Тунтун и других актёров, чтобы проклясть их самих. Они пытались так сильно насолить им, чтобы это попросту невозможно было  вынести. Они даже потребовали, чтобы Жун Сюй и Чжан Тунтун принесли Ханю Янхао публичные извинения!

Во время всего этого инцидента Жун Сюй и Чжан Тунтун были единственными звёздами, которые упоминались в каждом комментарии и посте (особенно Жун Сюй). С самого начала инцидента, новости о Хане Янхао заключались в том, что Хань Янхао хотел уволить Жун Сюй из «Западни»; это и стало «первым толчком» к развитию споров в сети.

За последние двадцать минут последний пост Жун Сюя был прокомментирован более ста тысяч раз. Около четырёхсот-пятисот тысяч из них первоначально были комментариями от фанатов самого Жун Сюя, а остальные четыреста-пятьсот тысяч – громкими проклятиями фанатов Ханя Янхао.

Наплыв фанатов Ханя Янхао был слишком внезапным, и казалось, что они готовились к этому очень долго и организованно. Однако фанаты Жун Сюя тоже отреагировали на это оперативно.

«Кто может сказать мне, содержались ли в этом заявлении хоть какие-то реальные доказательства? Включая знаки препинания, там было всего 185 слов! Где эти безмозглые фанаты увидели фактические доказательства, доказывающие невиновность Ханя Янхао? Где!? Он даже не осмелился опубликовать фальшивое адвокатское письмо! Вы, ребята, сказали, что абсолютно любой может выплеснуть ведро помоев на невинного человека? Что ж, тогда я должна ответить: любой может нести всякую чушь и сочинять на ходу! Принесите доказательства, если, конечно, они есть!»

«Что, простите?! Как эта кучка фанатов так внезапно осмелела!?»

«Количество фейков сегодня просто зашкаливает… ах, сколько вам платят за это, ребята? Стоит ли это того, чтобы вы не спали всю ночь?»

В течение двадцати минут они успели настрочить четыреста-пятьсот тысяч проклятий, и это только на Вэйбо Жун Сюя! Чжан Тунтун, И Лань и другие звёзды также были закиданы десятками тысяч комментариев в Вэйбо.

«У Ханя Янхао нет даже десяти миллионов подписчиков, и вы хотите сказать, что заявление, которое он опубликовал в 11 вечера, могло заставить его поклонников оставить более 50.000 комментариев? Боже, каждый раз, когда они покупают армию фейков, они так сильно переусердствуют… Мне лень даже разоблачать их!»

«Неужели они не извлекли урок из последнего инцидента с голосованием? Я серьёзно хочу составить ещё одну электронную таблицу в Excel, чтобы вы, ребята, ещё раз прочувствовали, насколько искусственны оды и проклятья купленных вами фэйков».

«Хэй, почему в последние два дня мне постоянно кажется, что кругом слишком много купленных комментариев…? Ах, да! Когда вчера кто-то попытался очернить ЖунЖуна моей семьи, разве всем не была очевидна это нелепая накрутка фейковых комментариев? Это ведь не могут быть одни и те же люди, правда?»

В настоящее время, независимо от того, были ли фанаты Хань Янхао настоящими или фейковыми, фанаты Жун Сюя всё же были немного рассержены из-за этих грязных проклятий в комментариях. Но вскоре на официальном фан-форуме Жун Сюя модераторы предложили его фанатам очень правильную мысль, как справиться с этой проблемой...

Игнорировать эту кучку психически больных людей и жаловаться на них!

Им ведь по-прежнему нужно было придумывать текст проклятий. В конце концов, на этот раз они уже не осмеливались просто копировать и вставлять одно и то же предложение, чтобы поклонники Жун Сюя не создали еще одну электронную таблицу Excel, высмеивающую их глупость.

Однако фанатам Жун Сюя нужно было только пошевелить пальцами, чтобы легко сообщить о случаях нарушения.

Поскольку эта тема была «взрывной», Вэйбо справлялся с ней также очень быстро. Поклонники Ханя Янхао только успевали опубликовать сотню комментариев на странице Жун Сюя, когда Вэйбо уже успевал удалить двести. Их усилия не дали никаких результатов, и  уже через час Вэйбо Жун Сюя вернулся в исходное состояние.

В то же время в Городе Кино города S прощальная вечеринка, наконец, подошла к  концу. Жун Сюй вернулся в свою комнату и, наконец, нашёл время внимательно прочитать ответ Ханя Янхао.

Увидев это короткое заявление «Справедливость в сердцах народа», юноша приподнял бровь, а его губы изогнулись в улыбке:

— Неужто он сам написал это?

Ло Чжэньтао разговаривал с сотрудником пиар-отдела компании, когда вдруг услышал его слова. Он рассмеялся:

— Если бы я не знал, что он за человек, я бы тоже подумал, что это заявление написал он сам. Чуть больше ста слов, написанных чисто и просто, но, честно говоря... Я не думаю, что это написал Хань Янхао. Вы должны знать, Сяо Сюй, что Хань Янхао не из тех людей, кто способен на нечто столь красноречивое. Здесь, вероятно, поработал писатель-призрак.

Продолжая улыбаться, но теперь гораздо шире, Жун Сюй налил чай и дважды перечитал эти пять слов «Справедливость в сердцах народа», погрузившись в раздумья.

Такое поведение позабавило Ло Чжэньтао:

— Он осмелился лишь опубликовать это заявление, но не решился предпринять что-либо ещё. Я думаю, он знает, что это мы стоим за этим, — сделав паузу, Ло Чжэньтао поправил себя, — Нет, не так. Хань Янхао точно не смог бы догадаться, что это мы, но вот его команда – вполне.

Кто ещё мог разоблачить подробности того, что произошло во время съёмок «Западни»? Если это не Жун Сюй, то определённо кто-то из команды сериала.

Не говоря уже о том, чтобы Хань Янхао испытывал угрызения совести. Вчера он пытался очернить Жун Сюя и чуть не утащил команду «Чёрных туч» под воду. Сегодня, когда это произошло, он, очевидно, усомнился бы в том, что Жун Сюй уже знал правду о том, что он  пытался подставить его.

Подумав немного, Жун Сюй вручил чашку чая Ло Чжэньтао со словами:

— Давайте просто оставим всё так, как есть. Даже если он будет это отрицать, большинство поклонников верят нам. Ло гэ, у нас пока нет возможности идти против Ханя Янхао в лоб. Теперь, когда вся эта ситуация уже оказала на него такое большое влияние, мы можем просто остановиться на достигнутом.

Услышав его, Ло Чжэньтао вздохнул с облегчением:

— Совершенно верно! Я как раз хотел сказать, что мы можем временно приостановить это. Мы не можем по-настоящему встать и противостоять Ханю Янхао, как и команда «Западни» не может взять и открыто осудить его. Мы не можем бороться с ними. Завтра я сообщу директору Ляну, что зачинщиком этой дряни был Хань Янхао, и расскажу команде «Чёрных Туч», как против него действовать. Тогда всё это дело ляжет на их плечи и уже не будет иметь к нам никакого отношения. И если вся правда действительно станет достоянием общественности, это принесёт много неприятностей… Хань Янхао может даже впасть в отчаяние. Как там говорят… «Загнанная в угол собака полезет на стену»?

Жун Сюй потягивал чай, посмеиваясь и качая головой.

Ло Чжэньтао спокойно посмотрел на юношу перед собой. Он внимательно наблюдал за этим странным, но знакомым Жун Сюем и внезапно почувствовал, что прошедшие шесть месяцев пролетели так быстро, будто просто приснились ему.

Он всё ещё отчётливо помнил, как впервые увидел Жун Сюя. В то время юноша ещё красил волосы в разные цвета, а чёлки покрывала половину его лица. Он был одет в лохмотья, как нищий, и вечно смотрел на людей свысока.

Разница между тем мальчишкой и этим юношей действительно была слишком большой.

Ло Чжэньтао не мог не порадоваться, что в нужное время смог разглядеть эту жемчужину и подписать с Жун Сюем контракт.

Они поболтали ещё некоторое время, прежде чем Ло Чжэньтао ушёл к себе, на прощание напомнив Жун Сюю, что ему нужен отдых, и что через несколько дней после окончания съёмок он отвезёт его на запись песни.

Естественно, они не знали, что в это время в комнате за стеной Цинь Чэн сидел на диване, держа руку на подбородке, и спокойно вчитывался в насмешки наглых фейков.

«Жун_Сюй - идиот, бессовестный, бесполезный мусор!»

«Что за хозяин вырастил такую собаку, этого чертовски бесстыдного @Жун_Сюя!?»

«Он настолько уродлив, что при виде него людям хочется плакать! Это ужасное маленькое белое лицо! @Жун_Сюй бесстыдный, уродливый, глупый дурак!»

Несмотря на то, что поклонники @Жун_Сюя быстро жаловались на оскорбления фейков, а Вейбо быстро удалял эти комментарии, некоторые комментарии всё же «ускользали» от бана и не были удалены с первого раза.

В чёрных глазах мужчины отражались эти грязные неприятные слова, а иногда  – и сарказм от поклонников Жун Сюя. В этих саркастических комментариях никогда не было ни одного оскорбительного слова, но они без труда могли заткнуть рты всем этим грязным фейкам, что те не могли даже вставить слово в опровержение.

Победитель был очевиден.

Но…

Отчётливые брови мужчины слегка нахмурились, а губы сжались в тонкую линию. Когда он увидел один конкретный комментарий, он не мог не ответить.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Что значит ужасный? Кто уродлив? Он!? Он низкий? У него неказистая фигура? Скажите мне прямо: кто уродлив? Кого ты назвал безобразным?! У него отличная фигура!!!»

Неожиданно для Цинь Чэна этот фейк на самом деле ответил ему: «Что? Правда глаза режет? Жун Сюй уродлив! У него глаза как щелки! И нос вздёрнутый! Урод, урод, урод, урод! Уродливый и толстый! Он настолько уродлив, что мне хочется плакать при виде на него!»

Сразу после того, как этот фейк ответил, семь или восемь других таких же фейков повторили его слова и продолжали отвечать на пост пользователя «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой». Они проклинали Жун Сюя всеми возможными словами и даже оскорбляли «Пасту из семян лотоса».

Цинь Чэн:

— !!!

Через полминуты в Городе В.

Сюй Цзинь собирался лечь спать, когда неожиданно получил сообщение:

«Как ты разобрался с этим Ханем Янхао?»

Сюй Цзинь был сбит с толку и тут же ответил, недоумевая, чего от него хотят:

«Я видел, что Хань Янхао опубликовал какое-то заявление, но на самом деле этот вопрос не был хорошо улажен. После этого инцидента Ханю Янхао будет очень трудно вернуть линию фронта. Импульс, полученный им от «Западни», также утих, так что я больше не стал ничего делать. Я связался с официальными представителями Вэйбо, чтобы они помогли удалить комментарии фейков и забанить их аккаунты».

Если бы никто ничего не делал «за кулисами», как бы Вэйбо мог так быстро удалять комментарии и банить аккаунты?

Но Цинь Чэн, который прочитал это сообщение:

— …

Сообщение Сюй Цзиня только что пришло, когда на телефон пришло уведомление с новым ответом…

«Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой, вы отвратительны! Мастер вашей семьи жутчайше уродлив! Тебе лучше как можно быстрее осознать реальность, ха-ха!»

Цинь Чэн:

— !!!

Через некоторое время Сюй Цзинь получил ещё одно сообщение:

«Свяжись с командой «Западни», чтобы они разоблачили ВСЁ. Не нужно продолжать жалеть Ханя Янхао. Уничтожьте его репутацию».

Увидев это сообщение, Сюй Цзинь был ошеломлен и собирался спросить, что случилось, но затем ему пришло ещё одно сообщение.

Сюй Цзинь:

— …

Некоторое время спустя:

«Великий молодой мастер Цинь, у Вас ведь более трехсот миллионов поклонников, и каждый раз, когда вы делаете публикации, они собирают минимум сотни тысяч репостов и комментариев и миллионы лайков. Что... что заставило Вас купить фейков и подписчиков?»

Минуту спустя раздался телефонный звонок. Низкий, магнитный голос мужчины звучал крайне тяжело и холодно:

— Ещё.

Сюй Цзинь вздрогнул:

— Хорошо...

«Что, чёрт возьми, случилось? Кажется, он немного рассержен?»

Десять минут спустя этот фейк, называвший Жун Сюя уродливым, был крайне самодоволен, что столько «фанатов» А Хао пришли, чтобы помочь ему отругать этого «безмозглого фаната» Жун Сюя… как вдруг!!!

Десятки учетных записей Вейбо внезапно появились в комментариях и обрушились на них с опровержениями сродни бомбежке. Они были обескуражены тем, как внезапно всё переменилось!

Фейков, которые помогали этому хаму, насчитывалось всего около десяти, а тех, кто спорил с ним, было более тридцати!

Если вы хотели, чтобы армия фейков спорила ради вас в комментариях посреди ночи, это означало огромные расходы.

Сколько Хань Янхао мог позволить себе купить?

«Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» мог купить вдвое больше, чем он! И качество этих комментариев было в разы выше его фейков!

***

В то же время режиссёру Чжэну, который отдыхал дома, неожиданно позвонили. Он сразу же встал с постели, вышел на балкон и ответил на звонок, проболтав со звонившим более получаса. Когда он вернулся в комнату, его жена сонно открыла глаза и спросила:

— Кто это был?

Режиссёр Чжэн таинственно покачал головой:

— Не беспокойся. Я больше не буду спать… я должен кое-что сделать.

Через полчаса в аккаунте «Западни», на котором целый месяц не было активности, неожиданно появилась долгожданная запись!

Команда «Западни»: «Однако те, у кого она есть, напрочь лишены совести».

Пользователи сети, которые ещё не спали, тут же переполошились.

Справедливость в сердцах народа…

Однако те, у кого она есть, напрочь лишены совести.

Инцидент с позерством Ханя Янхао продолжался до сих пор, но на самом деле он уже практически утих.

Люди, которые осуждали его за то, как он себя вёл, почти не совершали больших действий. Хань Янхао также полагался на своё заявление о «Справедливости в сердцах людей», пытаясь «доказать» свою невиновность окольным путём.

Согласно обычному порядку борьбы между фан-группами, на этом это дело, собственно, и должно было закончиться. Большее, что могло произойти – присоединение к теме нескольких репортёров, которые взяли бы интервью у Ханя Янхао и тех актёров, которые раньше с ним работали.

Обычно в похожих ситуациях звёзды больше не продолжали «бросать камни в колодец».

Как уже упоминалось ранее, в кругу развлечений никто не спешил закидывать другого камнями, если это, конечно, не было что-то серьёзное (например, злоупотребление наркотиками). Потому что никто не знал, не окажется ли он сам следующим на месте этого «несчастного». Предоставить другим свободу действий – значит оставить себе пути отступления.

В любом случае, после этого инцидента репутация Ханя Янхао сильно пострадала, и было подсчитано, что в ближайшие несколько лет он уже не сможет вернуться на первый уровень.

Но теперь команда «Западни» действительно вмешалась в дело и опубликовала такое громкое заявление. Не хватало только, чтобы они ещё указали пальцем в нос Хань Янхао и закричали: «Ты лжёшь! Очевидно, что именно ты доставлял всем проблемы, но при этом ты смеешь говорить о справедливости в сердцах людей! У тебя нет совести!»

Было два часа ночи, и многие пользователи сети думали, что сегодняшняя драма уже давно закончилась, но не ожидали, что она только начинается.

В 4:30 режиссёр «Западни» Чжэн опубликовал ещё одно заявление на своём личном аккаунте в Вэйбо: «В новостях есть доля правды. Изначально я не хотел говорить об этой ситуации. Этот сериал был подготовлен инвестором специально для одного определённого актёра, поэтому, если этот актёр хотел выгнать кого-то из съёмочной группы, мы обязаны были это сделать. Однако позже, благодаря онлайн-краудфандингу, «Западня» смогла продолжить съёмки. В этом и заключается вся правда…»

В эту позднюю ночь слова режиссёра Чжэна подняли огромную шумиху в интернете.

Вы думали, что всё кончено? Нет!

Вскоре помощник режиссёра «Западни» Ли, помощник режиссёра Ван, руководители групп, ответственных за грим, реквизит и операторов... многочисленные члены команды появлялись на Вэйбо один за другим и поддерживали заявление режиссёра Чжэна. Эти люди появлялись группами по 20-30 человек, и каждый из них жаловался и критиковал Ханя Янхао.

Создавал проблемы!? Да там всё гораздо хуже, чем все думали!

Он ругал, оскорблял и увольнял других сотрудников, вообще не появлялся на съёмочной площадке до церемонии открытия, изменял сценарий, когда и как ему вздумается...

После того, как многие из пользователей сети досмотрели свои сладкие сны и проснулись, они обнаружили, что за ночь мир вокруг них кардинально изменился. Это потрясающее изменение заставило бесчисленное количество пользователей ошарашено уставиться на свои лены новостей. Все были ошеломлены.

«… Оказывается, это правда ?! Черт, это, должно быть, самая большая драма этого года… это так захватывающе, ах. Столько неожиданных поворотов!»

«В первом ряду продаются семена дыни, арахис и содовая! Бегом на первый ряд! Такая захватывающая драма, как я могу пройти мимо и не получить удовольствие?»

«Ха-ха-ха! Изначально я думала, что нацелилась не на того человека, когда вчера ругала Ханя Янхао. Но глядя на все обстоятельства сейчас,  понимаю: у меня действительно дар предвидения. Этот Хань Янхао - просто подонок. Кругу развлечений должно быть стыдно за такую звезду! Он же как крысиный помёт в горшке с рисовой кашей!»

Водная армия Ханя Янхао не спала; даже Хань Янхао не спал!

Когда на официальном Вэйбо «Западни» был опубликован пост про совесть, Ханя Янхао выдернул из-под его тёплого одеяла его менеджер. Он был раздражён тем, что его так внезапно разбудили, но прежде чем он успел даже прикрикнуть на своего менеджера, тот набросился на него первым:

— А Хао, быстрее, придумайте что-нибудь! Почему вы не сказали мне, что искали кого-то, чтобы очернить Жун Сюя? Теперь, я Вас поздравляю, всё очень плохо! Идите и умоляйте президента Ли… может, ей удастся быстро разрешить эту проблему!

Всё раздражение Ханя Янхао как рукой сняло, и он быстро узнал о случившемся. Его первой реакцией было желание найти режиссёра Чжэна и спросить, что тот имел в виду. Но кто знал, что режиссёр Чжэн просто повесит трубку, а когда он позвонит снова, то просто заблокирует его!

Да, всё зашло настолько далеко!

Той ночью Хань Янхао связался со своим адвокатом и пиар-командой, чтобы убедиться, что со стороны режиссёра Чжэна больше не будут предприниматься никакие действия.

Однако режиссёр Чжэн оказался быстрее, чем он думал. Команда Ханя Янхао ещё даже не придумала решение, когда большое количество членов съёмочной команды уже успели дать показания против Ханя Янхао. В семь утра люди проснулись и увидели эту огромную драму, развернувшуюся посреди ночи, от чего были жутко взволнованы.

Поклонники Жун Сюя, Чжан Тунтун... и многих других звёзд, которые сотрудничали с Ханем Янхао прежде, до сих пор были потрясены.

«Как много проблем на самом деле доставлял всем Хань Янхао? Он действительно так сильно хотел выгнать нашего ЖунЖуна из сериала? Он на самом деле угнетал ЖунЖуна нашей семьи на съёмочной площадке? Ах, ах, ах, ах, я собираюсь придушить этого Ханя Янхао! Никто не остановит меня! Я должна избить его до смерти, бить его, пока он сам не попросит меня о смерти!!!»

«Ах! ЖунЖун ведь такой милый… как он только вытерпел эти запугивания!»

«Так отвратительно, что из-за «Западни» у меня сложилось о Хане Янхао хорошее впечатление…  я ведь даже купила журнал с ним на обложке. Чёрт, сейчас  же выброшу его в мусорку! Эта отвратительная вещь просто засоряет мою книжную полку! Он на самом деле посмел издеваться над ЖунЖуном?! Как ЖунЖун моей семьи обидел его, что он посмел пойти на такое? И эта его «справедливость в сердцах народа»… ему действительно хватает наглости заявлять такие бессовестные вещи!?»

Единственный хэштег #ХаньЯнхао немедленно стал заголовком дня. Бесчисленные поклонники продолжали ругать и проклинать его, требуя от него покинуть круг развлечений. Были и такие, кто первоначально просто нейтрально наблюдал этой шумихой, но увидев ненормативную лексику, льющуюся из аккаунтов поклонников Ханя Янхао, они также начали испытывать отвращение к этой зазнавшейся звезде.

Хань Янхао уже откатил назад всех купленных им фейков, но было уже слишком поздно. Как он мог подумать, что большую часть ночи фанаты Жун Сюя на самом деле спали? Сотни фанатов объединились, чтобы проанализировать большую часть аккаунтов этих фейков, и пришли к шокирующему заключению...

Среди людей, которые вчера поддерживали Ханя Янхао, больше половины были фейками!

Кроме того, эти фейки и те, что нападали ранее на Жун Сюя и команду «Чёрных туч», были чрезвычайно похожи!

Хотя не многие айди совпадали, их посты, комментарии и прочее были до безобразия похожими. Например, пользователь «A» репостнул селфи звезды 3 января. Пользователь «B» выложил это же селфи в ту же ночь; даже их комментарии отличались всего на несколько слов!

«Фейки, пытавшиеся очернить Жунжуна, на самом деле не были куплены людьми Ханя Янхао, верно? Что это за свирепая ненависть? Чем мой ЖунЖун так обидел его? Когда они снимались вместе, он пытался унизить нашего ЖунЖуна и выгнать его из актёрского состава. Теперь, когда они уже даже не снимаются вместе, он покупает ботов, чтобы очернить ЖунЖуна... Что за бред? Не может ведь быть, что он завидует ЖунЖуну и хочет уничтожить его, правда?!»

Как только эта гипотеза появилась, она была единодушно одобрена другими фанатами.

Если это не зависть, то, тогда, скажи нам, почему ты вечно вставляешь Жун Сюю палки в колёса? Если у тебя есть на это ответ,  если ты можешь доказать, что Жун Сюй сделал что-то непростительное, – так возьми и прямо скажи об этом!

К одиннадцати часам дня Хань Янхао по-прежнему продолжал хранить молчание. Его пост «Справедливость в сердцах народа» уже успел собрать более миллиона комментариев от многочисленных людей, которые ругали его за его бесстыдство. Было также много случайных пользователей, которые писали, что эту «опухоль» нужно срочно искоренять из круга развлечений.

К двенадцати часам от Ханя Янхао всё ещё ничего не было слышно, но зато команда «Западни» уже успела отправить письмо адвокату. Они потребовали, чтобы Хань Янхао компенсировал убытки, понесённые съёмочной группой из-за затягивания процесса съёмок «Западни» и лишения сериала инвестиций.

Это привело к тому, что весь этот инцидент достиг небольшой кульминации, но настоящей кульминацией всё же стал пост в Вэйбо режиссёра «Чёрных туч».

Режиссёр Лян Чжао: «Что за плохой трюк!? Ты ведь даже не актёр нашей команды! Какими средствами ты пользовался, чтобы раздобыть инсайдерские новости о нашей съёмочной группе и нарушить наши планы по съёмкам и пиар-компании!? Что ты задумал?!»

За этим последовало заявление от команды, работавшей над «Чёрными тучами»...

Команда «Чёрных туч»: «Официальное заявление [фотография]»

Открыв одним щелчком эту фотографию, можно было увидеть вступительные слова: «Относительно недавнего раскрытия состава «Чёрных туч» и клеветы на актёра моей команды, Жун Сюя, наша команда официально заявляет, что Жун Сюй попал в актёрский состав через официальное прослушивание. Подбор актёров был строгим и тщательным. Из-за утечки информации, устроенной мистером Хане, наша команда понесла огромные денежные и репутационные потери. Это наше последнее предупреждение студии Ханя Янхао…»

Что?! Утечка информации об актёрах «Чёрных туч» была связана с Ханем Янхао?!

Тогда, может ли быть такое, что фейки, очернявшие Жун Сюя несколько дней назад, действительно были куплены Ханем Янхао?!

На мгновение весь интернет пришёл в дикий хаос. Никто не думал, что это простое дело с «доставлением проблем» на самом деле будет включать в себя так много разных конфликтов и загадок.

Постепенно, с приближением вечера многие работники развлекательного круга и мелкие звёзды, которые общались с Ханем Янхао, публиковали некоторые свои краткие мнения на этот счёт на своих собственных страницах в Вэйбо и на официальных сайтах.

Они не пытались прямо предъявлять обвинения в сторону Ханя Янхао, но всё же подтверждали (намеренно они это делали или нет): Хань Янхао действительно создавал окружающим проблемы и часто угнетал других.

В тот же вечер, около восьми часов, некоторые пользователи сети хотели перейти на страницу Ханя Янхао в Вэйбо, чтобы высказать ему всё, что они думают, как вдруг…! Они были поражены, обнаружив, что Вэйбо Ханя Янхао полностью опустел и даже сменил название! Он просто удалился из соцсети!

Такое нелепое поведение, когда он «притворялся мёртвым», ещё больше разозлило пользователей сети. Их ругань и споры продолжались непрерывно, но Хань Янхао никак на них не реагировал.

Что касается того, что произошло дальше, то президент Ли и дальше продолжала экстравагантно вкладывать средства в сериалы для Ханя Янхао, но эти сериалы не продавались телевизионным станциям, и их можно было транслировать только бесплатно в интернете. Но это уже произошло несколько позже...

Надежды Ханя Янхао на возвращение на «первый уровень были окончательно разрушены, и когда он захотел в одиночку найти команду «Чёрных туч», чтобы объясниться, режиссёр Лян просто прогнал его.

— То есть, он хочет сказать, что узнал о нашем актёрском составе от кого-то другого, и не умышленно распространил эту информацию? Пусть убирается вон! Он ведь сам пошёл и нашёл этот маркетинговый аккаунт, и даже осмелился купить армию фейков. Поскольку он осмелился сделать это, он должен знать, что отныне ни одна из знакомых со мной – Ляном Чао – телевизионных станций, не будет покупать его сериалы! Разве его не опекает его богатенький «Золотой Мастер»? Вот пусть его «Золотой Мастер» и возится с ним вечно!

Отношение режиссёра Ляна рассердило и встревожило Ханя Янхао, но он не знал, что режиссёр Лян уже давно знал, кто рассказал ему о Жун Сюе. Когда информация о Хане Янхао всплыла, этот человек  сам позвонил режиссёру Ляну и с горечью сказал ему что-то вроде: «Хань Янхао был таким любопытным, и они много выпили, поэтому он мог случайно проболтаться в ходе беседы…»

В ответ на это режиссёр Лян лишь усмехнулся и молча повесил трубку.

Что касается того, о чем думал Лин Чжэнь, то режиссёр Лян не хотел уделять этому никакого дополнительного внимания. Кто знает, намеренно ли Лин Чжэнь рассказал об этом Ханю Янхао и использовал его как орудие, или он действительно неумышленно проболтался? В любом случае,  режиссёр Лян никогда не стал бы работать с таким человеком в будущем и также предупредил бы своих друзей-режиссёров, чтобы они не связывались с Лин Чжэнем.

Даже если вы сейчас достаточно популярны и имеете кучу поклонников, полагаясь на своё симпатичное личико и подставляя других людей, фильмы никогда не будут скучать по таким людям, как вы. Вам будет только одна дорога – идти сниматься в своих сериалах про идолов, вот и всё.

Инцидент с позёрством» Ханя Янхао процветал ещё в течение трёх или четырёх дней. Позже, с появлением новостей о романе очередной звездной пары в кругу развлечений, шумиха, наконец, поутихла.

Весь инцидент закончился тем, что Хань Янхао с головы до пят был полит оскорблениями, руганью и презрением людей. Некоторые из его фанатов также даже сумели отыскать свою совесть и перестали быть его фанатами; некоторые не могли выдержать критику и насмешки других и были вынуждены перестать быть его фанатами. Было и несколько поклонники лоли, которые продолжали использовать грязные слова, чтобы оскорблять на тех, кто смел критиковать Ханя Янхао. Этих безмозглых фанатов другие пользователи сети просто не воспринимали всерьёз.

В течение этих трёх-четырёх дней съёмочная группа «Чёрных туч» наконец закончила снимать финальную сцену и завершила все съёмки.

Жун Сюй никак не ожидал, что режиссёр Чжэн и другие члены команды «Западни» станут так прямо разоблачать поведение Ханя Янхао. Когда Жун Сюй спросил его об этом по телефону, режиссёр Чжэн с рассмеялся и ответил:

— Это не имеет большого значения. С ним давно следовало разобраться. Он действительно думал, что, поскольку он сумел заручиться поддержкой Президента Ли, то ему теперь можно смотреть свысока на всех остальных людей?

Жун Сюй улыбнулся и продолжил косвенно расспрашивать его обо всей этой ситуации, но режиссёр Чжэн быстро сменил тему.

На этот вопрос не было чёткого ответа.

Жун Сюй не думал, что всё это произошло потому, что в режиссёре Чжэне внезапно проснулся праведник, и он вдруг понял, что больше не может вынести всё то, что творил Хань Янхао, и поэтому решил с ним поквитаться. Однако, поскольку режиссёр Чжэн не желал говорить правду, у Жун Сюя не было возможности докопаться до истины. По какой бы причине он это не сделал, режиссёр Чжэн всё-таки помог ему, и результат был очень хорошим.

Во время прощальной вечеринки Жун Сюй открыл сообщение, полученное от режиссёра Чжэна: «Желаю тебе успеха в твоём новом фильме», и глубоко задумался. Все оживленно праздновали окончание съёмок, ели и пили, и один только юноша сидел со слегка приподнятыми бровями с тяжёлым выражением лица.

Кто мог заставить режиссёра Чжэна нарушить молчание и разоблачить все злодеяния Ханя Янхао... Кто это мог быть?

В любом случае, вместе с сегодняшней вечеринкой, подошли к концу и съёмки «Чёрных туч». На следующий день Жун Сюй не покинул город S. Он вернулся из Города Кино в городе S вместе со съёмочной группой и прибыл к сверкающему небоскребу.

Это был филиал ХуаСя Энтертейнмент в городе S. Здесь проводились первоклассные курсы по подготовке актёров, работала первоклассная пиар-команда, а также располагалась первоклассная студия звукозаписи с лучшим звукозаписывающим оборудованием в стране.

Фильм «Чёрные тучи» был самым ожидаемым биографическим фильмом года. Компания «ХуаСя Энтертейнмент», естественно, инвестировала в него и получала часть прибыли.

Сегодня Жун Сюй впервые приехал в этот город. Между городами этого мира и мира из его предыдущей жизни существовали некоторые различия, но что было странно, так это то, что некоторые знаковые здания были несколько похожи между собой. Филиал «ХуаСя Энтертейнмент» располагался на вершине небоскреба, известного в народе как «открывашка», и занимал целых двенадцать этажей в середине этого здания.

Лифт уверенно уехал вверх, остановившись на тридцать втором этаже. Когда Жун Сюй и Ло Чжэньтао вышли из лифта, они увидели стильно одетого мужчину средних лет.  На нём было надето стильное чёрное пальто, смело сочетаемое с тёмно-зелёным шарфом. Его прическа и внешний вид в целом выглядели очень опрятно.

Когда он увидел Жун Сюя, этот красивый мужчина улыбнулся и подошёл к ним, поприветствовав:

— Вы прибыли на десять минут раньше назначенного времени! К счастью, у меня сегодня были кое-какие дела, из-за которых я пришел пораньше, иначе я заставил бы вас ждать.

Одно это предложение мгновенно сблизило их, сделав атмосферу дружелюбной.

Жун Сюй приподнял губы в лёгкой улыбке, глядя на этого милого модного дядю, и улыбнулся ещё шире:

— Чжао гэ, просто так получилось, что сегодня не было много пробок! Я и сам не ожидал, что мы приедем так рано. Приятно познакомиться! Я Жун Сюй.

В этом году Жун Сюю исполнилось всего восемнадцать лет, а Чжао Куну было уже пятьдесят три. выглядел довольно молодо, лет на сорок, но, на самом деле, он был даже старше, чем отец Жун Сюя, но Жун Сюй называл его «Чжао гэ».

Улыбка на его лице стала более искренней, и Чжао Кун рассмеялся:

— Тогда давайте не будем терять времени и сразу пойдём в студию звукозаписи.

В «Чёрных тучах» было много вокальных партий. По словам режиссёра Ляна, он планировал позволить Жун Сюю спеть во время съёмок их все. Поскольку в фильме использовались оригинальные голоса, а не дубляж, если бы Жун Сюй смог дать зрителям ощущение, что он является хорошей заменой оригинала, его пение сделало бы фильм ещё более совершенным.

Чжао Кун был известным музыкальным продюсером из «ХуаСя Энтертейнмент» а также музыкальным директором, которого режиссёр Лян специально нанял для «Чёрных туч». Он отвечал за все саундтреки, включая интерлюдии и аккомпанементы. Что касается песен с текстами, то все они были собственными работами Лин Сяо.

Все эти песни имели оригинальную мелодию, которую можно было послушать и воспроизвести, и только у «Потерянных Крыльев» была музыкальная партитура.

Чжао Кун потратил три дня на то, чтобы сделать демо «Потерянных крыльев», и отправил его Жун Сюю на прошлой неделе. Главная задача этих двух дней заключалась в том, чтобы завершить запись всех песен для «Чёрных туч», а самой важной из этих песен являлась, конечно же, финальная песня «Потерянные крылья».

Чжао Кун привёл Жун Сюя и Ло Чжэньтао в зону записи «ХуаСя Энтертейнмент». Время от времени сотрудники проходили мимо них и удивлённо смотрели на Жун Сюя. Но как только они видели директора Чжао, они сразу же застывали на месте и могли лишь молча наблюдать за тем, как Жун Сюй уходит по коридору, боясь попросить у него автограф.

Эти маленькие детали быстро подметил Ло Чжэньтао. Жун Сюй тоже задумчиво посмотрел на разочарованных сотрудников.

Жун Сюй и Ло Чжэньтао переглянулись, казалось, придя к единому выводу: «Этот директор Чжао, боюсь, не такой дружелюбный, каким кажется на первый взгляд… он довольно хитрый персонаж».

Чжао Кун был сотрудником отделения «ХуаСя Энтертейнмент» в городе S. Ло Чжэньтао тоже сегодня впервые встретился с ним лично.

Вскоре все трое прибыли в студию звукозаписи, где их уже ждали несколько сотрудников. Чжао  Кун передал партитуру Жун Сюю и спросил:

— Вы можете прочитать партитуру?

Жун Сюй улыбнулся и кивнул.

Чжао Кун удовлетворённо кивнул:

— Хорошо.  Вы, вероятно, никогда прежде не записывали песни. Вы можете пойти и немного распеться, и потом мы начнём.

Вскоре всё было готово. Жун Сюй уселся в студии звукозаписи, отделённый от остальных толстым слоем стекла, и сделал жест рукой в сторону Чжао Куна, что он готов. Чжао Кун не думал, что этот ребёнок на самом деле будет говорить с ним жестами в соответствии с принятыми в музыкальном кругу правилами. Он был слегка удивлён, но быстро кивнул юноше в ответ.

Сотрудники начали регулировать частоту звука. Ло Чжэньтао стоял недалеко от них, и один из сотрудников задал ему вопрос:

— Директор, нам нужно записывать это?

Чжао Кун покачал головой и безразлично сказал:

— Нет необходимости. Эта попытка нужна просто для того, чтобы позволить Жун Сюй попробовать распеться и почувствовать, каково это – записываться в студии. Достаточно просто добавить музыку; не нужно ничего настраивать. Дайте мне просто послушать его необработанный певческий голос. Вам, ребята, придётся много работать сегодня, и отсидеть ещё одну смену. Сегодня мы должны закончить запись «Потерянных Крыльев»…

Как только сотрудник услышал это предложение, он внезапно загрустил, пробормотав:

— Чтобы актёр, который никогда прежде не пел, закончил запись такой сложной песни за один день...? Мы не сделаем это, даже если мы будем работать сверхурочно, ах...

Чжао Кун посмотрел на этого человека. Сотрудник, казалось, был очень хорошо знаком с этим взглядом, поэтому сразу же закрыл рот, выпрямился и счастливо улыбнулся, взявшись за пульт.

Стоя рядом с ними, Ло Чжэньтао слушал их разговор и чувствовал себя от этого особенно неприятно.

«Кто сказал, что Жун Сюй не умеет петь и не сможет записать песню за один день?! Неужели вы, ребята, не слышали, как он поет? Да он же прекрасно поёт!»

Впервые в жизни у Ло Чжэньтао появилось желание «опровергнуть недостатки кого-то другого». Сейчас он особенно хотел, чтобы эти «гуру музыки» внимательно послушали песню, которую Жун Сюй пел во время прослушивания, а также песни, которые он часто пел во время съёмок.

«Это же такое красивое пение! Он поёт намного лучше, чем большинство этих идолов и певцов из разных шоу талантов!»

В самый разгар депрессивного настроения Ло Чжэньтао, в студии зазвучала тихая приятная медленная прелюдия. Начинались «Потерянные крылья» с соло на фортепиано; чистый звук фортепиано походил на легкий стук дождя, падающего на листья, и успокаивающе действовал на слушателя, однако была в нём и какая-то неописуемая печаль.

Тёплый желтый свет, отражая от толстого слоя звуконепроницаемого стекла, падал на мягкие волосы юноши, отбрасывая на его лицо чарующие золотые блики. Жун Сюй стоял в больших наушниках, которые казались даже больше, чем его лицо. Он смотрел на листок в своей руке, а другой рукой нежно касался микрофона.

Эта сцена была мирной и безмятежной. Красивый и нежный юноша и эта мягкая тёплая обстановка прекрасно дополняли друг друга, словно стоя особняком от всего остального мира.

Однако Чжао  Кун не был с этим согласен. Он лишь секунду смотрел на Жун Сюя, прежде чем перевести свой взгляд на его руку, которая нежно касалась микрофона. Он слегка нахмурился и подумал про себя: «Конечно же, он любитель. Было бы неприятно, если бы его рука случайно издала лишний звук…»

Но это была только пробная попытка. Они ещё не начали записывать звук, поэтому Чжао Кун не стал делать ему замечание.

Мягкие аккорды постепенно сливались с фортепиано, и после недолгого нарастания, мелодия снова вернулась к спокойной, и на фоне снова остался только звук фортепиано.

В студии Чжао Кун и сотрудники выглядели спокойными и очень расслабленными. Ло Чжэньтао же выглядел крайне серьёзно, сосредоточенно наблюдая за юношей по ту сторону стекла. В этой тишине, где можно было услышать даже падение булавки, медленно зазвучала чистая и мелодичная песня.

— Если, если завтра настанет…

То появишься ли ты завтра?

Когда прохладный ветерок подует в наше окно, кто будет помнить это воспоминание…

Глаза Ло Чжэньтао медленно расширились, пока он немигающим взглядом наблюдал за юношей за стеклом. Он видел, как Жун Сюй нежно дотронулся до микрофона одной рукой, закрыв свои узкие красивые глаза, и нежно запел слова, уже не глядя на лист в своих руках, как будто все ноты были записаны у него в голове.

Допев первый куплет, он медленно открыл глаза под успокаивающую музыку. Блестящие мягкие огни сверкали на макушке его головы, цепляясь за трепещущие ресницы и отбрасывая слабую тень на изящное нежное лицо.

Во всей студии царила абсолютная тишина.

Ло Чжэньтао не думал, что с лучшим звуковым оборудованием пение юноши будет… звучать ещё лучше! Он сжал кулаки от волнения, в то время как два сотрудника, сидевшие за пультом, просто застыли.

Чжао Кун скрестил руки и приоткрыл рот, удивлённо наблюдая за юношей за стеклом. Он всё ещё стоял в такой позе, когда Жун Сюй снова приблизился к микрофону и тихо продолжил:

— Среди наших песен

Есть песня под названием «Тоска».

Она повествует о бабочке без крыльев… как бы высоко она не летела, она не может достичь бесконечности…

Когда этот куплет закончился, Чжао Кун немедленно опустил руки и подошёл прямиком к своим сотрудникам, спросив:

— Разве я не говорил вам не настраивать его голос? Почему вы меня не слушаете? В первый раз я хочу услышать его ЧИСТЫЙ голос и его чувства, зачем вы обрабатываете его голос, ребята?!

Двое сотрудников вздрогнули от его внезапного крика.

Один из сотрудников взял волю в кулак и тихо пробормотал, чувствуя себя обиженным:

— Но, директор… мы даже не прикасались к  пульту управления…

Чжао Кун на мгновение застыл, прежде чем с трудом заставить себя обернуться, чтобы посмотреть на элементы панели управления.  Он обнаружил, что все переключатели действительно находятся в своём нормальном положении. Переключатели низкого, среднего и высокого диапазонов не имели никаких признаков того, что с ними кто-то можно работал.

Получается….

Этот звук был настоящим певческим голосом Жун Сюя?!

Глаза Чжао Куна вспыхнули нескрываемым удивлением. Жун Сюй же в это время слегка опустил глаза, тихо напевая кульминацию песни:

— Крылья изначально принадлежали птице, которая взмыла до Девятого Неба. Бабочка экстравагантно потребовала пару её крыльев, но она, в конце концов, не была птицей; она не могла летать в голубом небе и не могла достичь бесконечности. Когда она внезапно лишилась своих крыльев, бабочка упала на грязную землю, тщетно борясь и пытаясь снова подняться. Однако у неё больше не было сил.

Её жизнь была связана с этой парой крыльев. Бабочка, лишённая крыльев, медленно падала на землю, приближая конец своей жизни. Она стала кормом для других, сгнив в этой земле; её крылья нельзя было вернуть, и она тоже никогда не вернется...

Когда песня подошла к концу, Жун Сюй тихо вздохнул, пропев последнюю ноту.

Этот вздох был очень лёгким, но он, словно крошечное пёрышко, мягко проник в сердца всех присутствующих. Какое-то слабое отчаяние и какая-то печаль без особой роскоши; всё это было прекрасно продемонстрировано в этой песне.

Его голос был чистым и элегантным, а мастерство – исключительным. К такому исполнению было трудно придраться...

Чжао  Кун внимательно посмотрел на Жун Сюя, который всё ещё был по другую сторону стекла, и обнаружил, что тот снова показывает ему жест рукой. Выражение лица Чжао Куна тут же стало немного солиднее. Он жестом попросила Жун Сюя повторить. Жун Сюй был немного удивлён, но всё же мягко кивнул и снова надел наушники и уселся перед микрофоном.

На этот раз Чжао Кун положил руку на деку и серьёзным тоном сказал своим сотрудникам:

— Его пение я оцениваю в семь баллов. Вам, ребята, придётся усердно поработать для меня и набрать девять очков. Вам понятно?

Услышав это, Ло Чжэньтао был в шоке, и у него задёргался глаз. На первый взгляд, выражение его лица всё ещё оставалось спокойным, но он уже потерял дар речи: «Только что Сяо Сюй моей семьи пел просто восхитительно! Он пел так хорошо, что ты даже подумал, что у него изменён голос! А теперь ты смеешь говорить, что оцениваешь его пение всего в семь баллов?!»

Ло Чжэньтао, естественно, не видел лиц двух сотрудников, которые были шокированы не меньше его.

Семь баллов от Чжао Куна, если их применять эту шкалу к музыкальной арене Китая, уже были уровнем, на котором можно было проводить концерты!

Более того, многих из действующих певцов Чжао  Кун презирал, смесь над тем, что они не могут достичь даже трёх баллов!

В глазах Чжао Куна вспыхнула давно потерянная искра, когда он смотрел на этого чистого элегантного юношу.

***

В то же время в филиале «ХуаСя Энтертейнмент» в городе S медленно поднялся лифт. В лифте утонченный мужчина приподнял свои очки и пожаловался:

— Съёмки уже окончены, так зачем Вам приходить сюда и слушать какую-то запись? Последние несколько месяцев я итак мотался туда-сюда между городом S и городом B… Цинь Чэнь, Вы собираетесь возмещать мне стоимость билетов на самолет?!

Сразу после того, как он сказал это, лифт издал звук «динь» и остановился на тридцать втором этаже.

Высокий и красивый мужчина вышел в коридор, оставив своего менеджера в лифте. Рот Сюй Цзиня дернулся, и он быстро последовал за боссом. Когда они шли, ему вдруг пришла в голову мысль:

— Вы так печётесь о Жун Сюе... Вы уверены, что не перебарщиваете?

Группа сотрудников, увидевшие Цинь Чэня, застыли на месте. Что уж там брать автографы – они даже дышать на мгновение забыли!

Цинь Чэн сделал большой шаг навстречу студии звукозаписи. Когда он услышал вопрос Сюй Цзиня, он бросил в его сторону беглый взгляд и приподнял бровь:

— Моя мать хочет, чтобы я позаботился о нем. Что, какие-то проблемы?

Сюй Цзинь развёл руками:

— Главное, чтобы Вы были счастливы...

Цинь Чэнь ускорил свою поступь, уйдя далеко вперёд, поэтому не мог увидеть лица своего первоклассного менеджера, который смотрел на его спину сложным опечаленным взглядом. Сквозь очки Сюй Цзинь слегка прищурился и тихо пробормотал:

— Какие-то проблемы? Судя по тому, что я вижу... проблемы большие...

Когда Жун Сюй пел во второй раз, Чжао Кун успел приказать своим людям начать записывать песню. Его правая рука слегка коснулась микрофона для записи.

У большинства певцов была такая привычка: при записи песни им нравилось держаться ближе к микрофону. Им казалось, что так они могут стать ближе к тем, кто будет слушать их голос.

На прошлой неделе Чжао Кун передал Жун Сюю «Потерянные крылья». В течение последней недели, каждый день, заканчивая съёмки и возвращаясь в отель, Жун Сюй неоднократно слушал песню и пытался репетировать.

Ни один хороший певец не мог идеально спеть с первой попытки.

Спеть песню идеально – целое искусство. Уметь вовремя переключиться, правильно держать дыхание, – всё это тяжкий труд, которому нужно учиться. Только многократно репетируя можно добиться результата.

Однако между пением «у зеркала» и студийной записью всё же имелась разница. В наушниках звучала тихая и спокойная мелодия. Жун Сюй вспомнил несколько недостатков, которые были во время первого «дубля», подумал и решил немного их подправить.

Его пение были необычайно мелодичным, как утренний дождь, сметающий всю грязь этого мира и оставляющий после себя только чистый свежий воздух. С навыками пения у него тоже всё было очень хорошо; даже многие певцы, дебютировавшие за последние пять лет, не могли похвастаться такими превосходными навыками.

Чжао Кун смотрел на Жун Сюя и слушал «Потерянные крылья» в его исполнении. Его глаза постепенно становились всё глубже.

Он не верил, что человек может обладать такими навыками, не имея за спиной какой-либо профессиональной подготовки. Да, с голосом рождаются, но навыки-то приобретают! Если дать спеть непрофессионалу, он не сможет «настроить» идеальный ритм вдохов и выдохов, и не будет плавно управлять каждой ноткой.

Чжао Кун решил, что Жун Сюй, должно быть, прошёл профессиональную подготовку. Для него был важен только результат.

Он обладал выдающимися чертами, уже успел сыграть в нескольких хороших работах, и был очень популярен.

И хотя популярность этого парня была далека до уровня артистов первого класса, с таким голосом он, безусловно, мог выпускать альбомы!

Жун Сюй слегка закрыл глаза и тихо запел. Он уже спел второй припев. В дополнение к толстому звукоизолирующему стеклу, работники быстро настраивали оборудование на микшере, удаляя все посторонние шумы и вздохи.

В этот самый момент в студию вошёл Цинь Чэн.

Едва он успел открыть дверь, как услышал эту низкую благозвучную мелодию.

Цинь Чэн внезапно застыл на месте, и нежный голос юноши смешался со следами воспоминаний и скорби, вливаясь в его уши. Этот звук был не самым великолепным и красочным, а, наоборот, самым простым и понятным, как белый лист бумаги.

С первых же секунд Цинь Чэн узнал этот голос.

Во время съемок Жун Сюй часто пел, но тогда у них не было хорошего звукозаписывающего оборудования; тогда он просто пел. Но теперь, с лучшим оборудованием, все преимущества его пения были преумножены в бесконечное количество раз, а неточностей и недостатков было так мало, что их невозможно было заметить.

В это время Сюй Цзинь, наконец, дошёл до дверей студии звукозаписи. Он только хотел постучать и спросить «Можно войти?», когда вдруг услышал этот звук.

Его рот медленно закрылся, и он остановился у двери, принявшись тихо слушать. Когда последняя нота была спета, он тихо обернулся и посмотрел на мужчину рядом с собой, и заметил слабые изменения на прекрасном лице Цинь Чэна. Его вечно холодные брови, казалась, необъяснимым образом смягчились.

В следующее мгновение Цинь Чэн вошёл в студию и увидел юношу, который только что закончил петь и всё ещё стоял за стеклом с закрытыми глазами.

Люди в комнате не ожидали, что Цинь Чэн появится здесь. Ло Чжэньтао и два сотрудника были удивлены и уставились на гостя выпученными глазами. Хотя Чжао Кун предупреждал их, что Цинь Чэн приедет, никто не ожидал, что он будет здесь так рано.

Звукоизоляция здесь была настолько хорошей, что Жун Сюй не слышал, как открылась дверь. Когда он открыл глаза и обнаружил в студии Цинь Чэна, он был удивлён.

Цинь Чэн приехал сюда только для того, чтобы узнать, как идёт запись музыки для «Чёрных туч». Он спокойно  кивнул Жун Сюю через стекло и безмятежно уселся на диван.

Когда мужчины поприветствовали друг друга, у Цинь Чэна было каменное лицо, как будто он действительно прибыл сюда ТОЛЬКО исходя из соображений профессиональной этики, чтобы позаботиться о музыке к своему фильму. Только его взгляд был беспрестанно прикован к юноше по другую сторону стекла. Когда он закрыл глаза и тихо запел, его губы едва заметно приподнялись и он стал тихо слушать.

К полудню Чжао Кун дал Жун Сюю несколько советов по песне.

Два его сотрудника уже приготовились к «долгому бою», но они не ожидали, что когда Жун Сюй снова запоёт в четыре часа дня, Чжао Кун посмотрит на него, осторожно кивнёт и, наконец, рассмеётся:

— Очень хорошо, в этот раз всё хорошо.

Услышав это, все присутствующие почувствовали облегчение.

Песня «Потерянные крылья» действительно была мелодичной, и Жун Сюй пел её очень хорошо, но… слушать её 70 или 80 раз подряд было поистине мучительным времяпрепровождением.

Сюй Цзинь уже улизнул в полдень. Ло Чжэньтао же, как менеджер Жун Сюя, не мог так просто уйти, поэтому был вынужден оставаться в студии до конца.

Но что было странно, так это то, что Цинь Чэн всё это время оставался в студии, и серьёзно слушал Жун Сюя на протяжении почти семи часов!

Получив одобрение Чжао Куна, Жун Сюй, наконец, снял с головы тяжёлые наушники и вышел из студии звукозаписи. Пока Чжао Кун обсуждал со своими помощниками какие-то мелкие детали, Жун Сюй надел куртку, которую Ло Чжэньтао передал Цинь Чэну.

В сумерках ранней весны в воздухе всё ещё чувствовалась прохлада.

На Цинь Чэне было надето тонкое чёрное пальто и светлый шерстяной шарф. На его красивом изящном лице не было никакого выражения. Он, как и всегда, казался немного холодным человеком, к которому очень трудно подступиться. Увидев его, Жун Сюй не мог удержаться от улыбки. Он сказал:

— Я думал, Вы уже завершили свои съёмки, и сейчас должны быть в городе. Разве нет, Цинь Чэн?

Чжао Кун, стоящий неподалёку, услышал слова Жун Сюя и ошеломлённо уставился на эту парочку. Очевидно, он не ожидал, что отношения между Жун Сюем и Цинь Чэном окажутся настолько тесными.

Опытные люди из «ХуаСя Энтертейнмент» знали, что с Цинь Чэном очень тяжело поладить; даже актёры, с которыми он работал, не могли стать для него хорошими друзьями. Например, Ся Муйян, которая недавно снималась с Цинь Чэном в фильме «Ученик», который скоро должен был выйти на экраны, похоже, так и не удалось подобраться к нему поближе.

Золотой солнечный свет, минуя тело Цинь Чэна, приземлялся на лицо юноши в виде слабого золотистого обода. Его утончённое лицо под светом солнца выглядело ещё красивее и волшебнее.

Цинь Чэн смотрел, как Жун Сюй надевает свою куртку.

«Кажется, этот парень очень любит носить белые свитера…»

Этот свитер отличался от того, что Цинь Чэн видел раньше. Высокий воротник плотно прикрывает его изящные ключицы, лишь очаровательно оголяя небольшой их край.

Взглянув на них беглым взглядом, Цинь Чэн быстро перевёл взгляд и спокойно сказал:

— В эти два дня у меня есть в городе кое-какие дела.

После паузы он увидел, что Жун Сюй полностью надел куртку. Он понизил голос:

— Ты пел очень хорошо.

Услышав такую похвалу, Жун Сюй слабо улыбнулся:

— Я надеюсь, Лян Лян будет удовлетворён. Он сказал мне, что если я не смогу спеть эту песню, он будет волноваться.

Они обменялись ещё парой фраз, и вскоре сотрудники завершили обработку записанной песни и включили её, чтобы Чжао Кун мог оценить её в последний раз.

Слушая свой голос на записи, Жун Сюй пытался тщательно отыскать свои недостатки. Послушав её три раза, Чжао Кун наконец кивнул.

Все с облегчением выдохнули, и Чжао Кун с улыбкой посмотрел на Жун Сюя. Он серьёзно сказал:

— Это действительно очень хорошее исполнение. Это лучшая песня из всех, что я слышал за последние два года.

Услышав слова, Жун Сюй рассмеялся и кивнул:

— Спасибо за комплимент, босс.

Чжао Кун безразлично махнул рукой, но два сотрудника рядом с ним были в шоке.

Удивительно, что Жун Сюй смог получить от директора Чжао такую оценку!

Хорошая песня зависит не только от хорошей музыки и текста, но и от людей, которые поют её. Хорошие песни всегда дополняют голоса хороших исполнителей. Чжао Кун выпускал много музыкальных произведений каждый год, и многие из них были проданы в миллионных тиражах, однако он на самом деле только что сказал, что это исполнение «Потерянных крыльев» – лучшее, что он слышал за последние два года!

Ещё какое-то время два сотрудника просто неверящим взглядом таращились на Жун Сюя.

И Чжао Кун тоже смотрел на Жун Сюя с улыбкой, в это время думая над чем-то.

Следующие три дня Жун Сюй также провёл в студии. Он должен был записать не только «Потерянные крылья», но и тематические песни. «Чёрные тучи» была сложнее. Поскольку воспроизвести эту песню Лин Сяо было чрезвычайно сложно.

Запись «Чёрных туч» также продлилась целый день, с 8:00 до 17:00, без перерывов. Жун Сюй чувствовал, что между ними присутствует какое-то недопонимание: что бы он ни делал, он никак не мог удовлетворить Чжао Куна.

Сюй Цзинь в это время перешёптывался с Ло Чжэньтао:

— Как Вам песня?

Ло Чжэньтао, естественно, защищал своего собственного артиста:

— Потрясающе!

Его тон был искренним, и в нём не было ни намёка на ложь.

Сюй Цзинь тоже активно закивал:

— Да, я тоже думаю, что он звучит очень хорошо. Я слышал эту песню много раз, и мне очень нравится версия Лин Сяо, но ваш певец поёт её по-другому. С точки зрения звука и мастерства, у Жун Сюя всё же есть небольшие недостатки по сравнению с Лин Сяо, но он не намного хуже его. Сколько раз он будет петь на этот раз?

Услышав это, Ло Чжэньтао сразу же с горечью сказал:

— Жун Сюй не профессиональный певец, и его нельзя сравнивать с Лин Сяо. И даже если бы он был профессиональным певцом, во всём китайском музыкальном кругу есть только один Лин Сяо… Если директор Чжао действительно использует Лин Сяо в качестве стандарта для исполнения Жун Сюя, мы не закончим запись сегодня вечером…

«Черные тучи» - шедевральная композиция Лин Сяо, а также прекрасная работа, которую Чжао Кун оценил как совершенную.

Если он действительно хотел, чтобы Жун Сюй пел её как оригинал, это была слишком сложная задача!

Когда Жун Сюй спел её в 97-й раз, человек, сидящий на диване, больше не мог усидеть на месте.

Цинь Чэн медленно поднялся и подошёл к Чжао Куну. В это время Чжао Кун предлагал Жун Сюю что-то изменить. Жун Сюй кивнул в знак согласия и сделал очередной глоток воды, чтобы смочить горло.

Снова зазвучала мелодичная музыка, и Жун Сюй медленно закрыл глаза, начав ждать окончания прелюдии. За стеклом в это время низкий магнитный мужской голос прервал мелодичную музыку:

— Если у него сегодня не очень хорошее состояние, почему бы вам не записать эту песню завтра?

Чжао Кун с удивлением посмотрел на Цинь Чэна и спросил:

— Разве он в плохом состоянии?

— Если бы он был в хорошем состоянии, стал бы он перепевать эту песню девяносто семь раз?

Чжао Кун ошеломлён, и неосознанно спросил:

— Откуда Вы знаете, что именно девяносто семь?

Нормальный человек не мог сосчитать, сколько раз он пел эту песню!

Эти слова услышали и Ло Чжэньтао с Сюй Цзинем. Они спокойно повернули головы и уставились на мужчину. Они увидели, как Цинь Чэн спокойно и непринужденно отвечает:

— У меня хорошая память.

Ло Чжэньтао:

— ...

Сюй Цзинь:

— ...

Чжао Кун:

— ...

Даже если у тебя хорошая память, зачем ты тратишь время на то, чтобы сосчитать, сколько раз кто-то перепевал песню!?

Чжао Кун смутно замечал, что Цинь Чэн испытывает какой-то дискомфорт. Чжао Кун не понимал, чем он недоволен. Однако, учитывая, что этот человек был одним из акционеров «ХуаСя Энтертейнмент» и его должность и статус нельзя было игнорировать, он вынужден был сдержать себя в руках и объяснить:

— Он уже почти справился.

Услышав это предложение, Сюй Цзинь, не дожидаясь ответа Цинь Чэна, спросил:

— Эм, вы закончили запись? В чём разница между этими десятками дублей и предыдущими? Я вообще не слышу разницы.

Ло Чжэньтао хотел было согласиться с ним, когда из-за стекла вдруг раздался чистый приятный голос, прервав его.

В одно мгновение Цинь Чэн стал неподвижным и медленно обернулся, чтобы посмотреть на юношу за стеклом. А Чжао Кун был ещё более приятно удивлён, внимательно слушая каждый звук в его исполнении. Он не мог не начать качать головой в такт.

— Прошло лето, и ты ждал ещё целый год...

Чёрные тучи летят по небу, встречая твои улыбки, когда ты оглядываешься назад...

Очаровательный утончённый юноша рассеянно держал микрофон в правой руке и медленно пел эту песню, о первой любви своим мягким высоким голосом. В его голосе слышалась слабая дрожь, словно он был ещё юный и «зелёный»; не такой безупречный, как раньше.

Но именно это чувство юности и заставляло Чжао Куна смотреть на него с восторгом.

Цинь Чэн смотрел на юношу за стеклом. Пропев фразу «возможно, однажды мы сможем дойти до последней главы жизни», Жун Сюй медленно открыл глаза, и его взгляд случайно упал на Цинь Чэна.

Сначала он был немного удивлён, но вскоре улыбнулся, прищурился, и начал петь второй припев, одновременно продолжая нежно улыбаться Цинь Чэну.

Эта улыбка не несла в себе особого смысла, но его яркие ясные глаза ввели Цинь Чэна в оцепенение, из которого он ещё долго не мог выйти. Пока Чжао Кун с энтузиазмом не объявил, что запись официально завершена, в его голове продолжала играть мелодия «Чёрных туч» на фоне этой нежной широкой улыбки...

«Мы сможем дойти до последней главы жизни…»

Вечером Цинь Чэн и Жун Сюй вылетели одним рейсом и вернулись в город Б.

Первоначально Ло Чжэньтао думал о том, чтобы предложить Чжао Куну вместе пообедать, дабы наладить с ним хорошие отношения. Но кто думал, что Чжао Кун, занятый музыкальным производством «Чёрных туч», отклонит его приглашение? Когда он покидал компанию, Чжао Кун взял его за руку и многозначительно произнёс:

— Может быть, у нас будет шанс встретиться в будущем. Вы пели очень хорошо.

Его глаза вспыхнули другим цветом, и Жун Сюй кивнул, с улыбкой похвалив:

— Директор Чжао, вы тоже очень хорошо контролируете запись!

Чжао Кун засмеялся и ничего на это не ответил.

Вскоре серебристый самолёт вылетел из аэропорта Хунцяо и исчез в темноте ночи. Когда четыре человека прибыли в столичный аэропорт, Ло Чжэньтао хотел было сразу пойти к выходу, но Сюй Цзинь с улыбкой отвёл их в вип-коридор, чтобы избежать потока людей и незаметно покинуть столичный аэропорт.

Жун Сюй впервые был в столичном аэропорту. Из лифта они вышли прямиком на подземную автостоянку.

Сюй Цзинь достал ключ от авто и со вздохом сказал:

— Нет в мире вечных банкетом... Что ж, на этом наши пути расходятся. Ло, будьте осторожны с папарацци. Рядом с аэропортом столицы снуют толпы папарацци; они могут быть даже в гараже, так что смотрите по сторонам.

Услышав это, Ло Чжэньтао ошеломлён:

— Я повезу Жун Сюя?

Сюй Цзинь остановился и повернулся, недоумевающее посмотрев на ошеломлённого Ло Чжэньтао. Он улыбнулся и спросил:

— А Вы не хотите отвезти своего артиста домой? Хотите, чтобы я подвёз его?

Ло Чжэньтао некоторое время колебался, но не решился ответить. В этот момент он услышал низкий голос Цинь Чэна:

— Дай мне ключ.

Сюй Цзинь внезапно замер.

Цинь Чэн посмотрел на него и спокойно повторил:

— Дай мне ключ. Садись в машину Ло Чжэньтао, пусть он подвезёт тебя. Мы с Жун Сюем вернёмся сами.

Сюй Цзинь:

— ...

Через некоторое время Сюй Цзинь, наконец, взял себя в руки, и не мог не спросить:

— Куда вы вернётесь с Жун Сюем? Куда… я не понимаю…

Ло Чжэньтао невольно спросил:

— Сюй, неужели Вы не знаете, Жун Сюй арендует квартиру мистера Цинь Чэна и живёт с ним?

Сюй Цзинь:

— ЧТО?! Вы не говорили мне! Это, что, знают все кроме меня?!

Лицо Сюй Цзиня внезапно побелело. Он посмотрел на Ло Чжэньтао, на лице которого читалось порицание:

«Цинь Чэн - Ваш артист, а Вы вообще о нём не заботитесь!»

Он снова посмотрел на Жун Сюя, этого кажущегося нежным и спокойным юношу. На его лице всегда была мягкая улыбка, и никогда нельзя было понять, о чём он думает.

Что касается второго... Он даже не мог смотреть на него! Это парень даже не сообщил своему агенту о сдаче квартиры в аренду. Стоит ли смотреть на него?

Сюй Цзинь, который теперь был в очень плохом настроении, развернулся и молча зашагал к машине Ло Чжэньтао. Не успела машина завестись, как через окно раздались жалобы рассерженного Сюй Цзиня:

— Знаете, я действительно Вам завидую… Как хорош Ваш артист! Всего за полгода после дебюта он успел сняться в стольких фильмах и так усердно работает. В отличие от этого мистера, чей фильм продлился почти год, а теперь он ещё и не сообщил мне об аренде квартиры! Господи, как я страдаю… как я устал и измотан…

Цинь Чэн:

— ...

Жун Сюй не смог удержаться от смеха, и Цинь Чэн тут же повернулся, чтобы взглянуть на него. Увидев это, юноша в мгновение прекратил улыбаться и притворился спокойным.

Цинь Чэн безразличным тоном сказал:

— Сюй Цзинь всегда был излишне болтлив. Не воспринимай это всерьёз.

Жун Сюй серьёзно кивнул:

— Ну, я и не воспринимал это всерьёз.

Цинь Чэн:

— Я серьёзно. Не воспринимай это всерьёз.

Жун Сюй посмотрел на него и серьёзно повторил:

— Но я не воспринимал это всерьёз, правда.

Цинь Чэн:

— ...

Автомобиль Цинь Чэна – чёрный Мульсан. Видимо, из-за того, что его агента «прорвало» на людях, всю дорогу до дома он молчал.

Вернувшись домой, они поднялись на лифте наверх, и Жун Сюй сказал:

— Когда мне нужно отдать Вам арендную плату за следующий месяц?

*Дзынь*

Лифт остановился, и Цинь Чэн, чьё сердце бешено колотилось, сумел сохранить внешнее спокойствие и еле слышно произнёс:

— Тебе не нужно платить арендную плату.

Глядя на его небрежные жесты, можно было подумать, что он даже спокойнее, чем старая корова.

Жун Сюй с улыбкой сказал:

— Это слишком неудобно. Так что насчёт того, что я расплатился на следующей неделе?

Цинь Чэн повернул голову и посмотрел на Жун Сюя. Глядя на этого улыбающегося парня, он подумал: «Не нужно платить», но когда слова вышли из его рта, они перефразировались в:

— Через две недели.

Когда эти слова сорвались с его губ, пальцы Цинь Чэна в кармане невольно дернулись.

— Вот! Сразу бы так! — Жун Сюй улыбнулся и согласился с ним.

Однако уже в следующую секунду они услышали резкий женский голос, рыкнувший на них из коридора:

— Арендная плата?! Ты на самом деле хочешь, чтобы мой маленький Жунжун платил тебе за жильё? Цинь Чэн, вот, значит, как ты заботишься о моем милом Жунжуне!? Не смей брать с мальчика деньги!!!

Цинь Чэн:

— ...

Жун Сюй:

— ...

Никто и подумать не мог, что мадам Цинь ждала у дверей квартиры Цинь Чэна уже более получаса!

И мадам Цинь тоже не ожидала, что, когда она просто приедет проверить, как идут дела, она случайно услышит такие ужасные новости.

Арендная плата!!!

Жунжун уже живёт с тобой, но ты действительно хочешь, чтобы он платил тебе за квартиру?! Как ты смеешь!? Чем ты думаешь!?

Жунжун, её любимый, вынужден платить арендную плату за квартиру?

Просто бессердечно, просто неразумно, просто бессовестно!

Как только все трое вошли в квартиру, мадам Цинь взяла Жун Сюя за руку и пошла с ним в гостиную, не удосужившись взглянуть на своего родного сына. Во время этого пути мадам Цинь внимательно осмотрела нежное и красивое лицо юноши и с горечью посетовала:

— Ты похудел, Жунжун… Посмотри на свои щеки, они впали! Посмотри на свою руку, откуда у тебя эта рана? Откуда она?  Тебе больно, ах, должно быть, тебе больно…

Жун Сюй беспомощно улыбнулся:

— Мне не больно. Спасибо за беспокойство, тётя.

Эту рану он получил несколько дней назад во время съёмок фильма «Чёрные тучи». Жун Сюй споткнулся об опору и упал, поцарапав руку, когда пытался за что-нибудь ухватиться. Он лишь слегка поцарапал внешний слой кожи; рана даже не кровоточила и почти не болела.

Услышав это, тётя Цинь нахмурилась и мрачно сказала:

— У тебя кожа стёрлась, а ты говоришь, что тебе не больно? И почему ты не наклеил ему лейкопластырь!? — тётушка Цинь немедленно обернулась и уставилась на своего сына.

Цинь Чэн повесил своё пальто в шкаф. Выражение его лица было спокойным, как будто отчитывали сейчас как ребёнка вовсе не его.

Видя его таким, мадам Цинь резко похолодела и фыркнула:

— Цинь Чэн!

Красивый благородный мужчина слегка повернул голову, и глубокий свет вспыхнул в паре его фениксовых глаз, когда он смотрел на свою мать:

— Эм?

Мадам Цинь:

— …

Всё её внушительное величие внезапно рассыпалось. Мадам Цинь прокашлялась и успокоилась, после чего громко сказала:

— Есть здесь пластырь? Перенеси аптечку. У Жунжуна ободрана кожа на пальцах. Почему ты не присматриваешь за ним? Что если... что если он подцепит столбняк? Ты вообще думаешь о нём?

Услышав слово «столбняк», Цинь Чэн замер и посмотрел на свою мать сложным взглядом, а затем повернулся, чтобы достать аптечку.

Видя, как её сын послушно выполняет её приказы, мадам Цинь не могла не выдохнуть с облегчением. Она повернулась и посмотрела на Жун Сюя, с улыбкой сказав:

— Этот ребёнок всегда вызывает у людей чувство, будто он сейчас вас ударит… Не бойся, не бойся, твоя тетушка Цинь здесь. Он не посмеет плохо с тобой обращаться.

Жун Сюй просто продолжал улыбаться:

— ...

Конечно, не стоит даже упоминать, как такая небольшая царапин не могла привести к столбняку; вместо этого стоило поговорить о её отношении к своему сыну... Как на это ни посмотри, не было похоже, что тётушка Цинь могла победить своего сына, ах...

Вскоре Цинь Чэн нашёл аптечку, но не дал лейкопластырь своей матери.

Для столь незначительной раны на самом деле даже не нужен был лейкопластырь. Не было никакого кровотечения или гноя; было бы хорошо позволить коже зажить самостоятельно. Однако, раз уж мадам Цинь так настаивала, Цинь Чэн не стал спорить. Он сел на диван, держа в одной руке лейкопластырь, а другую протянув к Жун Сюю.

Жун Сюй был удивлён. Тетушка Цинь тоже странно посмотрела на сына.

Она молча наблюдала за тем, как её обычно равнодушный сын спокойно говорит:

— Дай мне свою руку, я помогу тебе наклеить пластырь.

Не долго думая, Жун Сюй протянул правую руку и положил её на ладонь Цинь Чэна. В тот момент, когда их руки соприкоснулись, рука Цинь Чэна дрогнула, но выражение его лица осталось неизменным. Он оторвал защитный слой пластыря а наклеил его на «рану» Жун Сюя; их пальцы в этот момент слегка соприкасались.

Жун Сюй заметил, что рука Цинь Чэна немного горячая; даже горячее, чем его собственная рука. Но он, естественно, не знал, что, если быв этот момент он поднял глаза, то обнаружил бы, что и уши мужчины пылают огнём…

Когда всё это было сделано, тётушка Цинь осторожно оглядела своего «маленького любимого племенника» с ног до головы. Убедившись, что с его телом больше нет никаких проблем, её лицо стало серьёзным, и она перевела взгляд на своего сына:

— Почему мой дорогой платит тебе за квартиру!?

Этой ночью у них состоялось небольшое «совещание». Местом встречи стала столовая Цинь Чэна, а темой собрания – «бесстыдное получение арендное платы». Организатором, спикером и судьей сего «мероприятия» выступала тётя Цинь.

Тетушка Цинь сидела во главе стола, терпеливо и искренне советуя Жун Сюю:

— Жизнь Жунжуна и так горька; его дядя и тётя обращались с ним очень жестоко и даже намеренно морили его голодом! Цинь Чэн, ты ведь и сам это видел. Родители Жунжуна скончались рано; Я его единственный близкий родственник, а ты для него – старший брат. Вот так ты относишься к своему младшему брату? Заставляешь его платить тебе за квартиру?

Цинь Чэн приподнял бровь и оспорил ключевой момент её пламенной речи:

— Он не мой младший брат.

Тётя Цинь посмотрела на него:

— Значит, ты думаешь, что можешь заставлять его платить за квартиру?!

Цинь Чэн закрыл рот, не сказав больше ни слова. Казалось, что он слабо осознавал, что, если он воспользуется ситуацией, ему больше не нужно будет принимать арендную плату.

Однако Жун Сюй поднял руку, собираясь защитить Цинь Чэна:

— Тётя, это я предложил платить за аренду Цинь Чэну. В конце концов, я доставил ему столько неудобств, и мне стало неловко. Арендная плата – это всего лишь демонстрация моих добрых намерений, поскольку я чувствую себя очень виноватым за то, что постоянно беспокою Цинь Чэна.

На светлом лице юноши расцвела тёплая лучезарная улыбка, а его голос был мягким и нежным, как весенний ветерок. Сердце тёти Цинь растаяло, но, услышав его слова, она внезапно холодно посмотрела на сына и нахмурилась:

— Жунжун такой внимательный… как ты мог позволить ему платить тебе за квартиру? С сегодняшнего дня никакой оплаты не будет! Я ничего не буду говорить про арендную плату, заплаченную до этого дня, НО ЕСЛИ ТЫ осмелишься сделать это снова... Цинь Чэн, ты увидишь меня в гневе.

Подобные «угрозы», похоже, не воспринимались Цинь Чэном всерьёз. Жун Сюй мог только покачать головой, не зная, плакать ему или смеяться. Однако он никак не ожидал, что в ответ на эти угрозы Цинь Чэн кивнёт и небрежно скажет:

— Тогда больше нет необходимости в арендной плате.

Жун Сюй быстро повернулся, чтобы посмотреть на него, и увидел, что мужчина тоже смотрит на него. Множество эмоций было сконцентрировано в его глубоких глазах, но никто не мог ясно разглядеть их и понять, о чём же он всё-таки думает.

Итак, их «совещание» закончилось успешно.

Тётушка Цинь получила новости от Сюй Цзиня этим утром и знала, что Цинь Чэн вернётся сегодня. Однако, когда она задала ему несколько тонких вопросов, то обнаружила, что Сюй Цзинь не обращал особого внимания на ситуацию с Жун Сюем и даже не знал, живет ли Жун Сюй в квартире Цинь Чэна или нет. Поэтому она решила приехать сама и устроить сыну внезапную проверку.

Так уж сложилось, что тётя Цинь недавно была по работе неподалёку в Корее, поэтому, когда она прибыла в Город В, был ещё вечер.

Но тётя Цинь не ожидала, что дома никого не окажется. Она прождала в коридоре некоторое время, но никто так и не вернулся, поэтому она позвонила Сюй Цзиню, затем Цинь Чэну, и, наконец, Жун Сюю, но у всех троих были выключены телефоны! Она была озадачена, но не знала, что все трое только что сошли с самолёта и просто забыли включить свои телефоны после перелёта.

Именно благодаря этому совпадению тётушке Цинь и удалось «подслушать» этот разговор об арендной плате.

Была уже поздняя ночь, а завтра утром у тёти Цинь был самолёт, поэтому она осталась у Цинь Чэна на ночь. Изначально в квартире было три спальни, но одну Цинь Чэн переделал под кинозал. Он был оснащён самым современным оборудованием для домашнего кинотеатра, но кровати там не было.

Поэтому тетушка Цинь могла спать только в комнате Цинь Чэна.

Поняв это, Жун Сюй подумал, а затем сказал:

— Я могу спать на диване. Диван очень просторный, мне будет там удобно.

Глаза тётушки Цинь снова расширились:

— Как там может быть удобно? Жунжун, ты ведь ещё растёшь! Что, если от сна на диване ты перестанешь расти? — сделав паузу, она повернулась и уставилась на своего сына. — Цинь Чэн, тебе уже двадцать семь лет: иди спать на диван!

Цинь Чэн:

— ...

Жун Сюй:

— ...

В конце концов, Жун Сюй не мог позволить Цинь Чэну спать на диване. Это была квартира Цинь Чэна! Как мог хозяин спать на диване, пока он, «арендатор», спит на кровати? Поэтому, в итоге они оба пошли в комнату Жун Сюя и решили временно «потесниться» на одну ночь.

Кровать была шириной в полтора метра. Хотя она была не маленькой, двух мужчин для неё всё равно было много.

Жун Сюй принёс чистую подушку и застелил постель. Он посмотрел на Цинь Чэна и спросил:

— Неужели у Вас нет дополнительного одеяла?

Цинь Чэн решительно ответил:

— Нет.

Жун Сюй отвёл взгляд и с сожалением сказал:

— Да… это немного хлопотно.

Цинь Чэн кивнул в знак согласия:

— Это немного хлопотно...

Почему тогда здесь есть дополнительная подушка? Действительно хлопотно.

Вскоре после этого Жун Сюй отправился принять душ.

И в его спальне, и в спальне Цинь Чэна имелась отдельная ванная комната. Обогреватель также работал, поэтому независимо от того, как холодно было за окнами, холодный ветер не могли проникнуть в тёплую квартиру. В тихой комнате послышался шум воды, и Цинь Чэн сел на диван, включив телефон.

Холодное, красивое лицо было похоже на нож, а его контуры были резкими и отчётливыми, с мечевидными бровями и тонкими губами. Цинь Чэн продолжал смотреть на экран своего телефона, но звуки струящейся воды не утихали ни на секунду, «вливаясь» в его уши со всех сторон.

Все, казалось, снова вернулось в тот день, полгода назад, когда Жун Сюй снимался в «Западне», а Цинь Чэн неожиданно пришёл к нему. Тогда сотрудники отеля любезно предоставили им узкую кушетку. Юноша настоял, чтобы именно он спал на раскладушке, а Цинь Чэну позволил лечь спать на кровати.

Тогда, посреди ночи он тихо поднял его с раскладушки и осторожно перенёс на кровать.

Юноша спал не чутко, поэтому покорно посапывал у него на руках. Ранее, в тот же день, он видел твёрдого, неуступчивого Жун Сюя, которого угнетал актёр этой же команды, но который упорно сопротивлялся ему и, в конце концов, победил. Но ночью того же дня этот же человек был таким нежным, как тёплое солнце, мягким, элегантным и грациозным, с искренним сердцем, несмотря на то, что он просто молча спал.

Всю ту ночь Цинь Чэн просидел на кушетке, глядя на юношу. Лишь в пять утра он собрался и уехал, чтобы не опоздать на самолет. Он не смыкал глаз всю ночь, чтобы смотреть на спящего юношу в лунном свете.

Каким был настоящий Жун Сюй?

Был ли он легкомысленным богатеньким наследником с яркими крашенными волосами, которого он случайно увидел три года назад? Или он был нежным юношей в белом, который, казалось, сиял, когда он увидел его полгода назад в особняке семьи Жун?

Брови Цинь Чэна слегка нахмурились, и он погрузился в раздумья.

В этот момент дверь ванной открыла тонкая светлая рука. Жун Сюй, одетый в тонкую пижаму, вышел из ванной, вытирая на ходу волосы. После того, как он собрал свои волосы и откинул их назад, Цинь Чэн увидел его лоб.

Возможно, потому, что он был дома, Жун Сюй казался очень расслабленным. Он улыбнулся Цинь Чэну:

— Теперь Вы можете принять душ, — затем он взял фен, чтобы высушить волосы.

Цинь Чэн неосознанно сказал:

— Я помогу тебе высушить волосы.

Жун Сюй был удивлён, и в его глазах мелькнул озадаченный свет, но он не стал отказываться и передал мужчине фен.

Эта сцена была прекрасна, как сон. Высокий красивый мужчина нежно поглаживал мягкие волосы юноши и сушил их своими самыми нежными движениями. Перед ним сидел красивый юноша, одетый только в тоненькую белую пижаму. Поскольку он только что вышел из душа, его лицо было очень светлым, щеки –  розовыми, а глаза – сверкающими.

Пока один мужчина работал феном, другой тихо сидел.

Никто не говорил, и был слышен только непрерывный звук мотора фена. Высушив ему волосы с правой стороны, Цинь Чэн подвинулся немного ближе к левой, когда внезапно увидел, что Жун Сюй поднял голову. Его брови мягко изогнулись, и он с улыбкой предложил:

— Я тоже помогу Вам высушить волосы позже, хорошо?

Его красивые ясные глаза сияли прекрасным светом. Когда юноша поднял глаза, его шея и ключица образовали красивый изгиб, показав намёк на весенний пейзаж, спрятанный под его пижамой. Всё, что ниже, было заблокировано тенями, отбрасываемыми пижамой, и разглядеть это было трудно.

Внезапно Цинь Чэн бросил фен, поднялся с места, развернулся и вошёл в ванную, закрыв за собой дверь.

Жун Сюй:

— ...?

Через некоторое время низкий голос мужчины ответил:

— Да, ты можешь помочь мне высушить волосы.

Жун Сюй:

— Хорошо…

В спальне Жун Сюй слегка нахмурился, совершенно не понимая, что только что произошло. И, конечно же, он даже не подозревал, что в тот момент, когда мужчина вошёл в ванную, он сразу же запрокинул голову вверх, чтобы кровь не стекала по его носу на пол.

«Почему бы тебе не… проявить хоть немного бдительности! Такой... такой соблазн – просто преступление!»

Кончики его ушей уже были ярко красными, но мужчина всё ещё держался спокойно и невозмутимо. Он пристально разглядел себя в отражении в зеркале. Спустя долгое времени он медленно вытащил свой телефон, щёлкнул на имя Сюй Цзиня и собирался отправить ему текст, но, набрав одно слово, внезапно остановился.

Пять минут спустя на частном фан-форуме Жун Сюя появился, казалось бы, обычный пост.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Если бы вам однажды пришлось спать вместе с Жужуном, который был бы одет в… очень свободную одежду… Что бы вы делали? Ожидаю в сети, очень срочно!»

Всего за одну минуту под этим постом появилось много комментариев.

«Спать вместе с Жунжуном? Ты имеешь в виду спать вместе в одной постели? Ха-ха-ха, забудь о сне! Как только Жунжун появился бы передо мной, я немедленно крепко обняла бы его и никуда не отпускала!»

«В одной постели? Очевидно, что мы с моим мужем будем спать вместе в одной постели! Я сплю вместе с мужем в одной постели каждый день, ха-ха-ха!»

«Как можно сдерживать себя? Это же очевидно: нужно сделать это! Жунжун моей семьи – мой! Я мечтаю переспать с ВаньЦи Яо!»

«Младшая сестра, проснись! Ты бредишь! Я тоже хочу спать с Ваньци Яо, я тоже хочу спать с маршалом Хо! СЛ, ты тоже проснись! Уже темно, но спать ещё рано! Сильно не фантазируй, ладно?»

«Если бы я могла спать с Жунжуном... вся моя жизнь стоила бы того! Даже если мы не можем спать вместе, я хотела бы просто разочек коснуться его руки… ах! *кровь из носа*»

Очень быстро, под этой публикацией собралось более сотни ответов, но все они были шутливыми. Была даже одна талантливая девушка, настрочившая пятьсот с лишним слов, с серьёзной миной рассказывая «как прикасаться к руке Жунжуна на протяжении десяти лет»; это даже казалось вполне осуществимым.

Цинь Чэн:

— ...

Чуть позже...

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Ау, очнитесь! Жунжун будет спать только со мной! Только со мной!»

Не прошло и секунды, как все неприкрыто начали насмехаться над ним...

«Я же пошутила, СЛ, неужели ты на самом деле отнёсся к этому серьёзно?»

«А ты можешь спать с Жунжуном? Я даже не вижу его лица, и могу только держать телефон, облизывая экран с его фото каждый день! Я уже разбила так три экрана!»

«СЛ слишком сильно заигрался в ролевую игру… тебе самому нужно скорее проснуться – прекрасное завтра ждет тебя :DD»

Цинь Чэн:

«...Это вы заигрались в ролевую игру! Это вы шутите! Вы…»

— Цинь Чэн, Вы ещё не закончили?

Цинь Чэн:

— Я собираюсь принять душ!

В голосе юноши слышался намёк на улыбку:

— Тогда я жду Вас.

Ночь только начиналась.

Фраза «я собираюсь принять душ» была сказана пятьдесят минут назад.

Когда Цинь Чэн вышел из ванной, Жун Жун сидел, склонив голову, и что-то печатал. Услышав звук открывающейся двери, он поднял голову и посмотрел на красивого мужчину, появившегося из-за двери. Его лицо как всегда не выражало никаких эмоций. Невольно вздрогнув, юноша быстро взял себя в руки, улыбнулся и сказал:

— Я помогу Вам высушить волосы.

Цинь тихо ответил «угум», выглядя при этом очень спокойным и лёгким.

Высушить волосы… Сказать было проще, чем сделать, поскольку дело это довольно интимное. Когда Жун Сюй действительно начал делать это, они оказались на очень близком расстоянии. Когда пальцы юноши перемещались между его волосами и время от времени слегка касались чувствительной кожи, Цинь слегка дёргал губами, спокойно глядя на свой телефон и делая вид, что лениво листает новости.

Жун Сюй не был подозрительным человеком, поэтому не стал бы заглядывать в чужой телефон. Он посвятил всё своё внимание волосам Цинь Чэня и не обращал внимания на экран телефона Цинь Чэня.

Один из них притворился, что читает новости, пока другой осторожно сушил ему волосы. Спустя пять минут эта «великая проблема» была, наконец, разрешена.

Когда рука Жун Сюя, наконец, отдалилась от его волос, Цинь почувствовал огромное облегчение.

— ...

После эти двое были предоставлены каждый сам себе.

Жун Сюй любил читать книги перед сном; иногда это были журналы о моде, а иногда – классика. Читал он обычно не слишком долго, и просто засыпал примерно через полчаса.

Закончив, Жун Сюй подошёл к кровати и спросил:

— Вы идёте спать или нет?

Мужчина, не отрывая глаз от своего телефона, спокойно ответил:

— Мне ещё нужно кое-что сделать.

Жун Сюй спокойно кивнул, достал одеяло и лёг, пока Цинь Чэн продолжал сидеть в телефоне. Конечно, он не знал, что этот «занятой мужчина» сразу же открыл фан-форум, где принялся обсуждать его с группой ярых фанатов.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Предположим, чисто гипотетически, что такая ситуация может быть в реальности. Представьте, что Жун Жун уже лёг в постель и ждёт вас. Что вы будете делать?»

В середине ночи поклонники редко видели подобные странные обсуждения. Они не восприняли это всерьёз и поиздевались над опубликовавшим, поддерживая этот «спектакль».

«Если Жун Жун лежит в постели и ждёт меня… я буду полным идиотом, если не воспользуюсь этой возможностью, иначе какой я, к чёрту, преданный поклонник?!»

«Я тебя полностью поддерживаю! Сначала я коснусь маленькой руки Жун Жуна… наверное, она мягкая, по-особенному белая и по-особенному нежная!»

«Если бы я оказалась в такой ситуации, я ничего не смогла бы поделать! Это же Маршал Хо! Маршал Хо, понимаете! Если бы Маршал Хо лежал в моей постели, от одной лишь мысли об этом у меня бы носом пошла кровь! Ах, мой Жунжун… когда же ты приедешь в наш крохотный городок на встречу с фанатами? Я очень хочу тебя увидеть… _ (:3∠)_»

Развитие этого поста было очень странным. Сначала все открыто фантазировали и подшучивали друг над другом. Но после того, как они увидели его серьёзный настрой, они убедили его пойти спать и перестать фантазировать. Однако, в конце концов, этот дико упрямый Цинь Чэн никак  не мог перестать грезить!

«Кто не мечтает? В моих мечтах Жун Жун любит меня, он мой муж ~ Хорошо, тогда давайте помечтаем об этой прекрасной вероятности вместе».

Глядя на комментарии фанатов Жун Сюя, Цинь Чэнь становился мрачным. Все они сошлись в одном: «Если я не сделаю этого сейчас – когда еще мне выпадет такой шанс?»

«Что это за фанаты такие!?»

«Целыми днями только и думают о том, чтобы переспать со своим кумиром! Как у Жун Жуна вообще могут быть такие поклонники!»

Было очевидно, что только он мог спать с ним!

«Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» хотел было поспорить со злыми фанатами, как вдруг услышал низкий голос за своей спиной:

— Уже пол первого… я пошёл спать. Цинь Чэнь, Вы тоже лягте пораньше. Все дела можно сделать завтра – не перегружайте себя.

Цинь Чэнь  медленно повернулся, чтобы посмотреть на Жун Сюя, и какое-то мгновение они смотрели друг на друга. Цинь Чэн спокойно кивнул:

— Хорошо. Спокойной ночи.

Жун Сюй улыбнулся и ответил:

— Доброй ночи.

Минуту спустя, на закрытом фан-форуме Жун Сюя.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Он мой, только мой! Эта тема закрыта! Сейчас я собираюсь пойти спать с Жун Сюем!»

Увидев его ответ, многие комментаторы рассмеялись.

«На этот раз я поставлю твоей ролевой игре девяносто девять баллов: один балл сниму, чтобы не зазнавался».

«О, ты слишком сильно вжился в свою роль в нашей игре? Говоришь, ты собираешься спать с ЖунЖуном? Тогда я завтра же пойду с ЖунЖуном в Бюро гражданским дел, чтобы забрать нашу брачную книгу!»

«Ха-ха-ха-ха, эй, ты, наверху, не мечтай! Книга у тебя и Жун Жуна должна быть зелёной, а у меня и Жун Жуна – красной... Эй, мне пора спать. Тоже с Жунжуном. Сегодня я посмотрел два эпизода «Западни», так что ночью мне обязательно приснится Маршал моей семьи!»

«Я тоже пересмотрела сериал, так что влажные сны мне обеспечены!»

Была уже поздняя ночь, и вскоре люди перестали отвечать на этот пост. Всё больше новых и новых постов отодвигали эту тему вниз, на несколько страниц. Когда Цинь Чэн щёлкнул на пост, чтобы посмотреть комментарии, он убедился, что ему больше никто не ответил.

Обсуждение закончилось, но он всё ещё не был готов лечь спать.

Позади него слышалось тихое размеренное дыхание спящего юноши. Спина Цинь Чэна была прямой, а тело жёстким; он сидел на диване, серьёзно глядя на экран своего телефона. Но новости нужно читать днём. Когда часы пробили час ночи, Цинь Чэн, наконец, убрал телефон и медленно подошёл к кровати, склонив голову.

Цинь Чэн: «Что? Я не увижу твоё лицо?!!!»

Юноша зарылся лицом в мягкую подушку из утиного пуха. Видны были только край его глаза и острая бровь. Он почти полностью затерялся под одеялом и подушкой. Цинь Чэн не видел его лица! Не говоря уже о том, чтобы иметь возможность коснуться его маленькой руки!

Цинь Чэн откинул одеяло с пустым выражением лица и лёг. Затем он поднял руку, чтобы выключить свет в комнате, и закрыл глаза, ожидая, что скоро заснёт и погрузится в страну грёз. Однако прошло пять, десять, двадцать минут…

Слабое дыхание эхом раздавалось у него в голове, и Цинь спокойно лежал, глядя на свет на потолке. Он не мог закрыть глаза, потому что, как только он делал это, его тело непроизвольно поворачивалось к Жун Сюю, а рука желала коснуться руки, которая находилась от него всего в паре сантиметров.

Ещё какое-то время Цинь Чэн таращился в потолок, пока, наконец, не почувствовал себя немного сонным.

Однако, когда он уже собирался закрыть глаза, внезапно… юноша рядом с ним тихо что-то прошептал, перевернулся на бок, и положил руку ему на грудь!

Цинь Чэн:

«В интернете были фанаты, которые гадали, какие же у него руки: по-особенному белые, нежные и мягкие?»

Ну, даже если сегодня ответить на этот вопрос он не смог, завтра он вполне мог сказать: «Да, они действительно белые и нежные. Они такие мягкие, что невозможно подавить желание погладить их».

Но когда эта рука действительно упала на грудь Цинь Чэна, он напрягся всем своим телом, и сон  сразу же как рукой сняло.

Однако это ещё был не конец…

Тёплое тело медленно наклонилось к нему. В темноте он не мог видеть лица юноши, но его тёплое дыхание мягко щекотало плечо Цинь Чэна.

«Я не должен думать об этом!»

Однако юноша, перевернувшийся набок, уже полностью лежал на нём.

На самом деле, Жун Сюй спал в нормальной позе, не раскидываясь на всю кровать, просто эта кровать была слишком маленькой, и двум мужчинам ростом 185 и 190 см было на ней очень тесно. Он не умышленно «вытеснял» Цинь Чэна с кровати и посягал на его сторону; ему было достаточно лишь немного перевернуться, чтобы встретиться со своим «соседом».

После того, как их тела соприкоснулись, Жун Сюй больше не двигался и, казалось, снова погрузился в глубокий сон.

Прождав ещё пять минут, Цинь Чэн убедился, что юноша действительно перестал двигаться. После этого он закрыл глаза и тихо вздохнул.

У него в руках был Жун Сюй, этот прекрасный цветок, но он должен был лежать смирно...

Только вот, он боялся, что даже для святых это была бы непосильная задача...

Он вспомнил, как «подобрал» этого юношу ночью шесть месяцев назад. Жун Сюй не заметил этого, но Цинь Чэн осторожно протянул руку и коснулся руки, лежавшей на его груди. Каким-то образом, когда он коснулся этой нежной руки, вся порывистость из его сердца куда-то исчезла, сменившись чувством лёгкой тоски.

Когда на следующее утро Жун Сюй открыл глаза, он увидел холодное лицо мужчины.

Он вздрогнул и подсознательно хотел отодвинуться от него, но чья-то рука, крепко сжимающая его руку, внезапно заставила его напрячься. Только тогда Жун Сюй обнаружил, что лежит на плече Цинь Чэна, и даже положил руку ему на грудь!

Он не знал, что мужчина намеренно взял на себя инициативу, чтобы крепко сжать его руку прошлой ночью.

Осторожно, чтобы не разбудить его, Жун Сюй вырвал свою руку из его хватки, быстро встал и вышел из спальни. Он быстро вошёл в ванную и не знал, что в тот момент, когда он закрыл за собой дверь, мужчина медленно открыл свои сонные глаза. Очевидно, он не спал!

Только когда Жун Сюй закончил умываться, Цинь Чэн встал с постели, выглядя крайне спокойно и невозмутимо, как будто он понятия не имел о том, что произошло.

Жун Сюй с облегчением вздохнул.

Хотя он никогда в своей жизни не говорил о любви, он подозревал, что может быть гомосексуалистом. Он не испытывал особого интереса к противоположному полу. Да, у него были хорошие друзья среди противоположного пола, и ему оказывали знаки внимания представительницы противоположного пола, однако он никогда не испытывал к ним ничего, кроме уважения.

То, что случилось прошлой ночью, слишком смутило его. Жун Сюй не подозревал, что может вести себя так во сне, чтобы лечь кому-то на плечо и даже взять его за руку!

«Кажется, мне нельзя спать в одной постели с другими...» — мысленно принял для себя решение Жун Сюй.

Проснувшись, миссис Цинь приготовила рисовую кашу, и все трое собрались в столовой, чтобы позавтракать. Тётя Цинь внимательно посмотрела на Жун Сюя, который выглядел очень бодро и энергично, удовлетворённо кивнула и перевела взгляд на своего сына.

— Эй, Цинь Чэн, почему ты выглядишь так плохо?

Жун Сюй напрягся, но Цинь Чэн тихо ответил:

— Я работал до трёх часов ночи и немного не выспался.

В голове Жун Сюя промелькнула мысль, что он действительно мог лечь спать в три часа ночи.

Миссис Цинь же с горечью сказала:

— Странно: Сюй Цзинь всё время говорит мне, что ты лентяй. С каких пор ты стал работать по ночам? Не сиди допоздна! Не думай, что если ты молод, это пройдёт для тебя незаметно.

Как и любая мать, миссис Цинь очень переживала за своего сына и ещё долго читала ему нотации. Когда она, наконец, собралась уходить, она посмотрела на своего сына с беспокойством и сказала:

— Мы с твоим отцом уже не надеемся, что ты когда-то изменишь своё выражение лица «с параличом лицевого нерв»... однако ты должен заботиться о себе, ты меня понимаешь?

Цинь Чэн мысленно закатил глаза, а миссис Цинь в это время повернула голову и посмотрела на Жун Сюя. Внезапно она улыбнулась, нежно потянулась к его руке (к его белой нежной маленькой руке…) и сказала:

—  Дорогой ЖунЖун, если этот негодяй будет издеваться над тобой, ты должен сразу же сообщить об этом своей тёте. Тётя поможет тебе наказать его. Кажется, ты уже тоже устал от съёмок, весь исхудал… Как же, всё-таки, хорошо быть просто богатым наследником… Но, если уж ты действительно хочешь стать звездой, знай: твоя тётя обязательно поддержит тебя! Я  на днях посмотрела два эпизода «Западни» с тобой – ты прекрасно смотришься! Прекрасно!

Жун Сюй посмотрел на неё и изогнул губы в беспомощной улыбке:

— Спасибо, тётя. Можете быть уверены: со мной правда всё в порядке.

Миссис Цинь всё ещё было немного не по себе:

— Береги себя, ЖунЖун, хорошо? Если что-то случится, сразу скажи мне. Если этот ребёнок не поможет тебе решить проблему – приходи сразу к тёте.

После этого миссис Цинь снова посмотрела на своего сына свирепым взглядом, напоследок сказав:

— Если ты ещё хоть раз попробуешь взять с Жун Сюя арендную плату…

Затем она повернулась и ушла, чтобы успеть на утренний рейс.

Жун Сюй и Цинь Чэнь  не прогоняли миссис Цинь, она уже вызвала такси, которое ждало её внизу. Хотя она и сказала, что «поможет ему наказать Цинь Чэна», всем было понятно, что она не станет делать своему сыну больно. Взглянув на лицо Цинь Чэна, она могла думать только о том, что ему нужно вернуться в кровать и поспать ещё немного, поэтому не стала просить его подвезти её в аэропорт.

Тем не менее, Цинь Чэн не пошёл спать.

Съёмки «Чёрных туч» длились два месяца. Кадры с Цинь Чэном, на самом деле, можно было отснять за несколько дней, но он отклонил предложение режиссёра Ляна и пробыл с командой в течение двух полных месяцев, и закончил сниматься всего на пару дней раньше Жун Сюя.

По возвращении в город В, им обоим предстояло ещё много чего пережить.

Через неделю Цинь Чэну нужно было ехать на кинофестиваль во Францию.

Жун Сюй же был занят продвижением «Чёрных туч». Фильм должен был выйти через полтора месяца. Ему нужно было колесить вместе с командой по всей стране.

В феврале должны были состояться главные кинопремии. И «Западня», и «БзП» посоревновались бы там за награды. После того, как будут объявлены все номинанты, Жун Сюю, возможно, придётся следовать сразу за двумя разными командами и принять участие в разных церемониях награждения.

Когда миссис Цинь уехала, у них, наконец, появилось свободное время. Жун Жун связался с Ло Чжэньтао и договорился о ближайших поездках. Цинь Чэнь  тоже связался с Сюй Цзинем по поводу билетов на самолёт на следующую неделю.

Когда всё было улажено, Жун Жун приготовил еду «на скорую руку».

Глядя на две тарелки простого освежающего супа, Цинь Чэн, сидящий на стуле, удивлённо поднял глаза и посмотрел на юношу перед собой. Видя его улыбку, Жун Сюй сказал:

— Я не умею готовить, но с простыми блюдами вполне могу справиться. Хотите попробовать?

Это было довольно заманчивое предложение, поэтому Цинь Чэн тут же полез в тарелку палочками и попробовал. Вкус, на самом деле, был самым обычным. Съедобно, конечно, но ничего особенного; обычная домашняя еда. Однако, когда Цинь Чэн попробовал это блюдо, в его сердце тихо распространилось какое-то тепло.

«Это еда, приготовленная Жун Сюем! Я должен затолкать её в себя, даже если она будет невкусной!»

После обеда Цинь Чэнь помог Жун Сюю поместить посуду в посудомоечную машину. После этого оба поняли, что им нечем заняться.

В своей прошлой жизни Жун Сюй проводил выходные с друзьями. Но за полгода, проведённые здесь, он ещё не успел завести много друзей.

Первоначально Жун Сюй планировал почитать эти пару дней книгу, чтобы убить время. Но когда Цинь Чэн убирал посуду, он вдруг посмотрел на Жун Сюя и предложил:

— Хочешь посмотреть фильм?

— Фильм?

— Ты, кажется, ни разу так и не воспользовался моим домашним кинотеатром. — он сделал паузу, и его тёмные глаза сверкнули улыбкой. — Хочешь посмотреть фильм на новейшем оборудовании?

В это же время в здании штаб-квартиры компании «ХуаСя Энтертейнмент» города В.

Ло Чжэньтао принёс в свой офис стопку бумаг из пиар-отдела.

Хотя Жун Сюй был сейчас в отпуске, у Ло Чжэньтао под крылом работали ещё несколько мелких звёзд, и он должен был помочь им подыскать подходящие проекты.

Внезапно зазвонил его мобильный телефон, и Ло Чжэньтао ответил на звонок. Не успев даже открыть рот, он замер на месте и пробормотал:

— Мне нужно обсудить это с Жун Сюем... Миссис Чжао, я могу дать Вам ответ завтра?

В прошлом Цинь Чэн обустроил у себя дома домашний кинотеатр, чтобы смотреть фильмы в свободное время.

К этому оборудованию предъявлялись очень высокие требования. Качество фильмов на нём было ничуть не хуже, чем в реальном кинотеатре, и даже если у него дома было более узкое пространство, чем в кинозале, кино всё равно смотрелось довольно захватывающе.

Когда Цинь Чэн взял пульт, он «небрежно» спросил:

— Какой фильм хочешь посмотреть?

Прошло меньше года с тех пор, как Жун Сюй прибыл в этот мир. Он пока видел не много фильмов, и ещё меньше телевизионных шоу. Подумав немного, он вдруг вспомнил об одном человеке и улыбнулся:

— До того, как начать съёмки «Чёрных туч», я сотрудничал с Ся Муйян. Она довольно впечатлила меня. У Вас есть фильмы с Ся Муйян?

Цинь Чэн вздёрнул бровь:

— Впечатлила?

Жун Сюй мягко кивнул и объяснил:

— Она показала себя очень хорошо в нашем сериале. Мне кажется, у неё хороший темперамент.

Это не было правдой. По его мнению, актёрское мастерство Ся Муйян никак не было связано с наградами и репутацией, которую она завоевала. Ее актёрское мастерство было хорошим, но не намного лучше, чем у той же Юй Сыюй. Но Жун Сюй был только что вошедшим в этот круг человеком. Если бы он прямо заявил о таких вещах, он бы не только оскорбил людей, но и показал бы себя невежественным.

В принципе, по статусу, можно было сказать, что Ся Муйян был действительно выше, чем все остальные.

Некоторые звезды рождались с лицом, созданным для большого экрана. Когда они снимались для модных обложек, люди замечали их, и они быстро продвигались. Людям нравится смотреть на красивые лица.

Ся Муйян принадлежала к этому типу людей, которые были вполне подходящими для съёмок в фильмах, и она была одарена.

Цинь достал DVD-диск из шкафа и вставил его в проигрыватель. После того, как доиграла фоновая мелодия фильма, Жун Сюй посмотрел на Цинь Чэна странным взглядом и увидел, что тот сидит на диване с холодным лицом. Он спокойно сказал:

— У меня есть только этот фильм; она играет в нём.

Фильм назывался «Банкет Хунмэнь» и был адаптацией истории знаменитого ужина в Хунмэне, где планировалось предательство (убийство приглашенного гостя).

В то время Ся Муйян была ещё молода. После того, как она не получила премию «Золотой феникс», она сыграла в этом фильме не главную героиню Юй Цзы,  а женскую роль второго плана, Лу Вэй. Эта роль стала для неё глотком свежего воздуха. До этого большинство её ролей были однообразными: нежная  правильная девушка. Однако на этот раз ей удалось сыграть настоящего антагониста. Именно после этой роли она стала действительно лучшей киноактрисой Китая.

Стоит отметить, что в этот момент здесь, рядом с Жун Сюем, сидел и главный герой этого фильма.

Смотреть фильм с собой в главной роли, сидя вместе с кем-то ещё, было немного смущающим. Тем не менее, когда фильм начался, интенсивно развивающийся сюжет быстро увлёк Жун Сюя. Рядом с ним джентльмен, который играл Сян Юя, также спокойно смотрел фильм, но его внимание, концентрировалось не столько на фильме, сколько на юноше рядом с ним, на которого он тайком поглядывал.

«Банкет Хунмэнь» был фильмом семилетней давности. В то время ему было двадцать лет, и он ещё не снялся в «Вечернем звуке». Когда команда объявила актёра, который будет играть роль Сян Юя,  многие поклонники в кругу восприняли эту новость негативно. Также в интернете было много неприглядных комментариев.

Сян Юй был властным человеком. Как его мог сыграть молодой человек, которому было всего 20 лет?

Но, как ни странно, за эту роль Цинь Чэн был номинирован сразу на три награды. Его пригласили сниматься в «Вечерний Звук», после которого он, наконец, и стал суперзвездой мирового уровня.

Многие поклонники говорили, что их самой любимой актёрской работой Цинь Чэна был Лу Мушэн, но самой среди женщин самым любимым всегда оставался образ Сян Юя. Сян Юй обладал огромной силой, настоящей мужественной бесконечной властной силой, способной привлекать женщин, мечтающих о героях.

«Банкет Хунмэнь» Цинь Чэна также вызвал зависимость у бесчисленных поклонниц.

Итак, этот фильм был одним из его самых мужественных работ… должен ли он быть впечатляющим?

Цинь Чэн посмотрел на зачарованного юношу и задумался над этим.

Двухчасовой фильм вскоре закончился. Прощание с наложницей и самоубийство, совершенное на реке Уцзян. Когда эта ожесточённая битва между Чу и Хань закончилась на берегу реки и заиграла трагичная фоновая музыка, камера стала отдаляться, показывая только воды реки Уцзян, которые пронесли эту историю с собой на века.

Когда смотришь хорошие фильмы, они врезаются тебе в память. Этот фильм был явно превосходной работой. Жун Сюй до сих пор помнил смех и слёзы каждого персонажа этого фильма. Даже Лю Бан, который казался самым обычным человеком, обладал незаурядным многогранным характером.

Не говоря уже о главных героях Сян Юе и Юй Цзы.

После просмотра кино они покинули кинозал. Цинь Чэн делал кофе, когда сказал:

— Как тебе фильм?

Сразу после просмотра Жун Сюю было много что сказать. Он взял кофе из рук Цинь Чэна, и со сверкающими возбуждёнными глазами поделился своими впечатлениями:

— Это действительно хороший фильм. Игра Ся Муйян была действительно хорошей. Я не думал, что Юй Цзы можно так сыграть. Так хорошо! Неудивительно, что она получила за эту роль Премию Эффи.

Цинь Чэн сказал:

— Когда она снималась, режиссёр много раз заставлял её переснимать. Её актёрское мастерство с тех пор значительно улучшились.

Жун Сюй кивнул:

— Неудивительно; опыт приходит на более поздних этапах. Линь Сяо тоже показала себя в этом фильме очень хорошо. Были некоторые недостатки, но в части «Прощания с наложницей» мне стало действительно грустно.

Цинь Чэн:

— И это всё?

Сделав паузу, Жун Сюй взял белую фарфоровую чашку и посмотрел на Цинь Чэна. Он сумел разглядеть (удивительным образом) Жун Сюй увидел проблеск ожидания в его глазах.

Подумав немного, Жун Сюй продолжил:

— Сян Юй был действительно хорош, — это предложение было правдивым и искренним, как и тон юноши, — Я не мог видеть Вас в то время, когда Вам ещё было двадцать лет. Действительно, очень хорошо.

*** Подредактировала 49 главу (появился более адекватный её перевод с китайского). Сейчас там кардинально изменился смысл некоторых фраз, поэтому советую перечитать её :)

Ло Чжэньтао однажды сказал Жун Сюю, что, хотя Цинь Чэн и был на пике китайского развлекательного круга и даже находился на вершине мировой киноиндустрии, в данный момент явно был не «золотой этап» его карьеры. После «Вечернего звука» Цинь Чэн больше не работал так отчаянно над съёмками. Он снимал всего по одному фильму в год, да и те редко собирали хорошие сборы. Выглядело всё так, будто он решил преждевременно уйти на пенсию.

Для многих звёзд карьера в его возрасте только начиналась.

Тем не менее, Цинь Чэн уже достиг конца своего звёздного пути, и ему казалось, что он ему некуда дальше стремиться. Рядом с ним не было достойных конкурентов. Он уважал людей старшего возраста. Но в молодом поколении никто ещё не мог достичь его уровня.

Поэтому, когда Жун Сюй увидел этот «Банкет Хунмэнь», он впервые всерьёз осознал значение слов Ло Чжэньтао. Пять или шесть лет назад был действительно «золотой этап» карьеры Цинь Чэна. В то время, с его амбициями и решимостью двигаться вперёд, он использовал все свои возможности, чтобы достичь непреодолимой вершины.

Жун Сюй не мог не задуматься: что было бы, если бы он столкнулся с молодым Цинь Чэном?

«Боюсь, я был бы более взволнован и усерднее работал над съёмками своих фильмов...»

У Цинь Чэна больше не было мотивации, потому что он чувствовал, что ему больше некуда расти: из-за отсутствия превосходных сценариев, выдающихся режиссёров, отличных команд, сотрудников и конкурентов.

Мог ли он мобилизовать боевой дух этого человека?

Жун Сюй сделал глоток кофе и задумался над этим.

Цинь Чэн, конечно, не знал, что юноша собирается «поднять камень, чтобы ударить его по ногам». Он рассчитывал лишь на то, что, показав Жун Сюю фильм со своим участием, сможет привлечь его внимание, но он не ожидал, что тот не только будет заинтересован, но и оценит его характер семилетней давности и даже захотел встретиться с ним двадцатилетним!

Какое-то время оба мужчины думали о чём-то своём.

Жун Жун думал о том, как заставить этого человека разбудить свои первоначальные амбиции и мотивацию. Цинь Чэн же думал: «Я получил столько похвал за роль Сян Юя, а некоторые даже говорили, что я был особенно красив в этой роли… Как он может вообще никак не реагировать на мою красоту?»

В гостиной ещё долго стояла тишина, которую нарушил рингтон смартфона Жун Сюя. Это была фоновая музыка из эпизода «Погони за оленем». Мелодичная флейта играла очень медленно. Это был сингл Вань Сяояо; элегантная и приятная мелодия, очень запоминающаяся.

ЖунСюй увидел «Брат Ло» на экране мобильного телефона, улыбнулся и сказал Цинь Чэну:

— Мне нужно ответить на звонок.

Вскоре Жун Сюй вышел на балкон. Он разговаривал там целых десять минут, а когда снова вернулся, тут же начал одеваться.

Увидев это, Цинь Чэн мягко предложил ему чашку кофе и странно спросил:

— Уходишь?

Жун Сюй улыбнулся и кивнул:

— Да, брат Ло приехал. Говорит, нам нужно сейчас же поехать в офис компании и что-то обсудить.

Цинь Чэн не стал больше ничего спрашивать, но, глядя на нежную улыбку на лице ноши, он смутно заметил, что ему сообщили явно не плохие новости. Вскоре Жун Сюй ушел.

Сразу после того, как он вышел, Цинь Чэн отправил текстовое сообщение. Через десять минут ему перезвонили.

На другом конце провода Сюй Цзинь организованно отчитался:

— Похоже, Чжао Чуси позвонила Ло Чжэньтао. Когда снимали «Чёрные тучи», Чжао Чуси была немного не в форме, поэтому она не вмешивалась в процесс съёмок. Но вчера, после прослушивания «Потерянных крыльев» Жун Сюя, она, вероятно, решила, что, хочет посотрудничать с ним.

Цинь Чэн слегка вздёрнул бровь и уже понял, в чём дело. Он тоже сказал несколько слов своему агенту и,  когда он уже собирался повесить трубку, Сюй Цзинь неожиданно мягко улыбнулся и «небрежно» спросил:

— Цинь Чэн, Вы были правы. Такое отношение Жун Сюя… как Вы думаете, кем он станет?

Тёмные глаза феникса удивлённо сверкнули, и Цинь Чэн медленно подошёл к окну.

Большие окна от пола до потолка отражали стройную фигуру человека с безупречным лицом и безупречным темпераментом. Он долго смотрел на город, после чего вполголоса переспросил:

— Кем он станет?

Сюй Цзинь засмеялся и, казалось, шутливо сказал:

— Откуда мне знать, кем он станет? Однако, ах, он очень влиятельный новичок, и очень многообещающий. Разве вы не испытываете чувства кризиса? Я думаю, что он, возможно, займёт Ваше место через годика три… Кстати, недавно я очень усердно работал, чтобы заработать деньги… Знаете, почему?

Тонкие губы Цинь Чэна слегка сомкнулись, когда он равнодушно спросил:

— Почему?

Сюй Цзинь улыбнулся и ответил:

— Потому что мою жену повысили по службе! Вы не знаете? Моя жена только что получила новую работу, и теперь я готов пойти и открыть юридическую фирму со своими друзьями. Моя жена стала такой бизнес-леди, так что я должен ей соответствовать… Она так хороша! Я не могу отставать о своей жены! Её ведь отобьют у меня, а я этого не допущу, ха-ха-ха!

Сюй Цзинь внезапно перестал смеяться. Цинь Чэн знал, что он имеет в виду. Они были знакомы уже много лет, и были не только партнерами, но и друзьями. В прошлом году он уже пару раз пытался «разбудить» в своём боссе энтузиазм. Ему редко выпадала такая возможность, и он, естественно, всегда ей пользовался..

В течение долгого времени Цинь Чэн молчал, после чего, наконец, спросил:

— В последний раз, когда Чжао предоставляла тебе сценарий, как продвигались успехи?

Сюй Цзинь сразу ответил:

— Актёра ещё не нашли. Съёмки должны начаться в следующем месяце. До того, как выйдет наш фильм с Лю Лао, пройдёт ещё полгода, потому что его очень сложно подготовить на ранней стадии.

Он не мог ждать. Скорость его речи была чрезвычайно высокой, и он, похоже, боялся, что Цинь Чэн может передумать в любую секунду.

После минутного молчания Цинь Чэн сказал:

— Этот сценарий был хорош. Кто играет главную женскую роль? Расскажи мне обо всём завтра. Если это хорошая актриса, я согласен.

Сюй Цзинь был приятно удивлён:

— Понял!

Положив трубку, Цинь Чэн слегка приподнял голову и посмотрел на шумный город, усеянный ночными огнями.

Каждый день в кругу развлечений появлялись новые люди, и каждый день кто-то уходил. Теперь Жун Сюй прибыл в «ХуаСя Энтертейнмент» и сыграл очень значимую для своей карьеры роль Лин Сяо. В то же время, человек, который отдыхал на протяжении последних пяти лет, наконец, взялся за свой второй сценарий за год...

В Интернете, в официальном блоге «Чёрных туч», в это время было опубликовано новое сообщение.

С момента последней внезапной публикации трейлера, команда «Чёрных туч» несколько дней сохраняла молчание и не обновляла свой блог. Подписанные на них люди и представить себе не могли, что обновление будет таким удивительным!

@ДженниферАкален @СяМуйян @ЛюЧжэнь

В официальном блоге команды через «@» было перечислено более десятка суперзвёзд, в том числе и новая британская обладательница Оскара Дженнифер Акален, королева фильмов «ХуаСя ЦзиньФэн Эвордс» Ся Муйян и знаменитая исполнительница романсов Лю Чжэнь.

У большинства певцов была небольшая привычка: во время записи находиться как можно ближе к микрофону. Похоже, это делалось для того, чтобы устройство лучше записывало их собственный голос, а слушатели могли лучше им проникнуться.

Поскольку поклонники «ХуаСя» привыкли использовать их собственный блог, а не иностранный «Твиттер», у этих знаменитостей также имелись свои собственные блоги на «ХуаСя».

Команда «Чёрных туч», не церемонясь, отметила в своей публикации все эти аккаунты. Несколько пользователей тут же задались вопросом: «Неужели команда ошиблась, случайно отметив так много крупных звёзд?»

Однако после просмотра видео все они были приятно удивлены.

Это видео было посвящено появлению в фильме всех этих больших звёзд!

Видео длилось всего сорок секунд: каждый из звёзд на мгновение показывал своё лицо, после чего камера сразу же переключалась на следующего человека!

Кадры на видео сменялись так быстро, что это было просто невероятно. Иногда подписчикам даже не хватало времени, чтобы успеть прочитать имя звезды и осознать, кто это, когда им уже показывали следующего человека. Эти люди были, по крайней мере, звездами первого уровня, примерно на уровне Тан Мэнлань; не было в видео и недостатка в таких больших звёздах, как Дженнифер Акален и Ся Муйян.

Ниже под видео на официальном блоге команды «Чёрных туч» шла подпись: «Эпизод первый!»

«Если это только первый эпизод, значит… значит дальше будет ещё больше звёзд? О, Боже, я, конечно, знала, что команды «Чёрных туч» пригласила на съёмки много звёзд, но я не могу поверить, что настолько много (причём больших звёзд)!»

«Браво! У этой команды есть связь с таким количеством звёзд! Это стоит любых денег! Я обязательно  посмотрю фильм, я его точно посмотрю!»

«Ах, ах, ах, моя Богиня Дженнифер тоже будет там! Я хочу посмотреть! Я хочу посмотреть! Пожалуйста, выпустите фильм как можно скорее! Я не могу дождаться, чтобы скорее заплатить свои деньги вашей команде! Пожалуйста, поторопитесь, чтобы заработать мои деньги! Поторопитесь!!!»

Однако некоторые пользователи сети были озабочены другим:

«С таким количеством больших звёзд в фильме… они украдут фильм и всю славу у главных героев? Жун Сюй ведь намного хуже, чем все эти известные люди... Стоит ли вообще смотреть такой фильм?»

Молодой актёр-новичок может играть вместе с таким огромным количеством суперзвёзд?!

Если бы не большая популярность Лин Сяо и его большое влияние в мире, это звучало бы как фантастика.

В то же время, это также было своеобразной проверкой для актёров, играющих главные роли: люди могли увидеть, смогут ли они привлечь к себе внимание зрителей при таком диком количестве больших звёзд.

Многие пользователи сети с энтузиазмом обсуждали звёздных гостей «Чёрных туч», с нетерпением ожидая его выхода.

Все рассчитывали на актёрские способности! Всем было интересно, сможет ли этот фильм оправдать их ожидания.

Пока обсуждение фильма в сети было в полном разгаре, Жун Сюй и Ло Чжэньтао прибыли в здание «ХуаСя Энтертейнмент».

Ло Чжэньтао протянул руку и нажал кнопку лифта «сорок седьмой этаж». Затем он повернулся к Жун Сюю и сказал:

— Возможно, Вы не знаете Чжао Чуюнь, но когда вы снимались в фильме, Юй Сыюй играла именно её. Она – один из агентов золотой медали нашей компании. Она помогла Лин Сяо стать популярным, и после смерти Лин Сяо она была ответственна за королеву сладких песен Чжо Синьи. Я не очень хорошо знаком с ней, но я слышал, что она хороший человек.

Хотя «Чёрные тучи» и были биографическим фильмом, рассказать всю правдивую историю было невозможно. Например, Чжао Чуюнь, которую играла Юй Сыюй, должна была иметь некоторые отличия от своего прообраза, но, как сказал Ло Чжэньтао, она была хорошим агентом.

Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Я слышал, что она потратила свои собственные деньги на похороны Лин Сяо, а также помешала фотографам сделать его фото. Так что, брат Ло, я думаю, Вам не стоит нервничать.

Ло Чжэньтао хлопнул в ладоши и ухмыльнулся:

— Вы меня поймали. Она моя начальница; я слышал, что она уже успела уволить несколько наших агентов.

Жун Сюй изогнул бровь:

— Брат Ло, Вы же только что сказали, что Чжао Чуюнь хороша?

Ло Чжэньтао быстро махнул рукой:

— Она, конечно, хороша, но она также помогла компании уволить нескольких агентов.

Ло Чжэньтао не мог не вздрогнуть; по-видимому, он скрывал какие-то свои маленькие секреты.

Жун Сюй не особо интересовался делами агентов, поэтому просто рассмеялся, чтобы сменить тему. Вскоре они добрались на сорок седьмой этаж. Под руководством Ло Чжэньтао они пришли в кабинет Чжао Чуюнь.

Чжао Чуюнь в это время разговаривала с кем-то по телефону.

Она, очевидно, не ожидала, что Жун Сюй придёт уже сегодня. Ло Чжэньтао сказал только, что обсудит всё с Жун Сюем, поэтому он ждала ответа не раньше следующего дня. Но уже через несколько часов они действительно прибыли к ней в офис.

Быстро проговорив два предложения, Чжао Чуюнь повесила трубку и подошла к Жун Сюю и Ло Чжэньтао. Она лично приготовила для них две чашечки чая и пригласила их присесть на диван, а сама села на диван напротив.

Чжао Чуюнь подняла голову и взглянула на Ло Чжэньтао, медленно переведя взгляд на Жун Сюя.

У неё были чистые короткие чёрные волосы, деловой костюм и белая рубашка. У неё было самое обычное лицо, которое нельзя было сравнить с Юй Сыюй, однако она была очень привлекательной. В этом году ей должно было быть уже сорок семь лет, но она выглядела отлично. Казалось, будто ей немного за тридцать. Она была одета просто, без всяких серёжек, колец или ожерелий, и выглядела очень красиво.

Она посмотрела на Жун Сюя серьёзным и осторожным взглядом, а Жун Сюй ответил ей улыбкой.

Некоторое время посмотрев на юношу, Чжао Чуюнь произнесла пару общих, а затем сразу перешла к сути: — «Потерянные крылья» стали последней работой Лин Сяо. Затем он был госпитализирован из-за болезни и вскоре умер. У него не было времени и опыта, чтобы записать эту песню. Я послушала запись песни, которую команда передала мне вчера, поэтому я и решила найти Вас, — после паузы Чжао Чуюнь выпрямилась и сказала, — Жун Сюй, я хочу поработать с Вами над выпуском сингла «Потерянные Крылья».

Это предложение уже было известно Жун Сюю от Ло Чжэньтао, а теперь Чжао Чуюнь торжественно произнесла это лично. Она выглядела очень искренней.

У Лин Сяо не было ни родственников, ни жены, ни детей. Его ближайшим человеком был его агент и подруга, Чжао Чуюнь, а также Хэ Синьжоу.

Песня «Потерянные Крылья» была полностью завершена Лин Сяо, и теперь авторские права принадлежали Чжао Чуюнь. Лин Сяо умер три года назад, а эта песня до сих пор не была опубликована. Теперь, когда уже должен был выти фильм «Чёрные тучи», Чжао Чуюнь, вполне себе логично, хотела выпустить эту песню.

Многие певцы мечтали спеть песню Лин Сяо, не говоря уже об оригинальной песне, которую Лин Сяо никогда нигде не исполнял. Тем не менее, получив такой большой подарок, упавшего на него с неба, Жун Сюй не был готов сразу принять его. Вместо этого он задумался и спросил:

— У вас есть какие-то планы относительно этого сотрудничества, сестра Чжао?

В глазах Чжао Чуюнь мелькнуло удивление, и она обернулась, чтобы взглянуть на Ло Чжэньтао, однако обнаружила, что Ло Чжэньтао и сам выглядит ошеломлённым.

В её сердце не могло не закрасться чувство печали. Чжао Чуюнь поставила чашку на стол и улыбнулась:

— Действительно, планы есть. Я хочу пожертвовать весь доход от этого единственного компакт-диска в Фонд Жунгуня. Это мое единственное требование, и оно не может быть предметом переговоров.

Глаза Ло Чжэньтао расширились от удивления, да и Жун Сюй тоже был немного ошеломлён, однако вскоре улыбнулся:

— Хорошо.

Ло Чжэньтао немедленно обернулся, чтобы посмотреть на Жун Сюя, но увидел, что тот спокойно улыбается.

Когда Жун Сюй принял это предложение, Чжао Чуюнь сразу стала намного активнее. Она быстро связалась с музыкальным директором «ХуаСя Энтертейнмент» в штаб-квартире города B и уточнила детали релиза песни. Песня «Потерянные крылья» Жун Сюя, которую он записал в городе S, была достаточно хорошей и не нуждалась в перезаписи. Следующее, что нужно было сделать, – снять и отрекламировать музыкальный клип.

Вечером того же дня Чжао Чуюнь энергично подготовила контракт, который должен был подписать Жун Сюй, в трёх экземплярах.

Первоначально Ло Чжэньтао хотел сказать, что «Мы все из ХуаСя Энтертейнмент, поэтому мы можем следовать внутренним процедурам компании», но Чжао Чуюнь отклонила его предложение и со всей серьёзность и тщательностью подготовила для Жун Сюя контракт сама.

Когда всё было готово, на лице Чжао Чуюнь, наконец, появилась лёгкая искренняя улыбка. Она лично проводила Жун Сюя вниз. Когда лифт приехал, она пристально посмотрела на молодого красивого юношу, а затем тепло обняла его.

Жун Сюй щедро принял эти объятия. Уже готовясь отпустить руки, он услышал голос Чжао Чуюнь:

— Вы не очень похожи на него, но сыграли Вы его очень хорошо.

После короткой паузы Жун Сюй прошептал:

— Спасибо за комплимент.

После того, как он, наконец, попрощался с Чжао Чуюнь в лифте, Ло Чжэньтао с волнением сказал ему:

— Я догадывался, что Чжао Чуюнь решит позволить Вам спеть «Потерянные крылья», и она может преследовать какие-то свои цели, но я никак не ожидал, что она на самом деле собирается пожертвовать весь доход в благотворительный фонд!

Жун Сюй повернулся, чтобы посмотреть на Ло Чжэньтао, и удивлённо приподнял бровь:

— Вы догадывались, брат Ло?

Ло Чжэньтао стыдливо улыбнулся:

— Конечно, я догадывался. — не дав Жун Сюю подумать, Ло Чжэньтао быстро добавил, — Чжао Чуюнь,  как продюсер этого сингла, должна быть очень жёсткой. Эта песня уже была записана раньше. Так что нам делать дальше? Конечно, снимать клип. На следующей неделе Вы начнёте продвижение «Чёрных туч» и примете участие в трёх разных шоу. Итак, Сяо Сюй, значит, уже на этой неделе Вы начнёте снимать клип. Боюсь, Чжао Чуюнь сообщит нам время съёмок уже завтра.

Жун Сюй мягко кивнул головой и не стал осуждать ложь Ло Чжэньтао, сказав:

— Я свободен в любое время, брат Ло.

Ло Чжэньтао рассмеялся.

Фонд ЖунГунь был основан Лин Сяо ещё при жизни, чтобы помогать детям бедных горных районов.

Поговаривали, что за свою жизнь он пожертвовал деньги сотням начальных школ. После смерти Лин Сяо этим фондом стала управлять Чжао Чуюнь.

Хотя песня «Потерянные крылья» ещё не была выпущена, доходы за её релиз определенно должны были быть не маленькие. Требовалась большая решимость, чтобы пожертвовать столько денег. Поэтому, когда Жун Сюй, не колеблясь, согласился, Чжао Чуюнь была несколько удивлена.

Можно сказать, что, исполнив эту песню, Жун Сюй не зарабатывал ничего, кроме репутации. Он мог спеть эту песню совсем за бесплатно!

Даже Ло Чжэньтао жалел Жун Сюя. Было бы хорошо, если бы он получил хотя бы одну десятую часть дохода… Но когда он упомянул об этом, Жун Сюй лишь улыбнулся и очень спокойно сказал:

— Может быть, Вам стоит помочь мне управлять фондом, как Чжао.

Ло Чжэньтао ошеломленно обернулся, чтобы посмотреть на Жун Сюя. В это время Жун Сюй уже склонил голову и включил мобильный телефон, начав пролистывать свежие новости. Казалось, это была просто случайная фраза...

После того, как Жун Сюй вернулся домой, он не обнаружил там Цинь Чэна.

Свет в пустом доме не горел. После нажатия на выключатель, свет осветил тихую квартиру, которая выглядела немного одиноко. Жун Сюй огляделся и, наконец, убедился, что Цинь Чэна действительно нигде нет.

Он повесил свою одежду в шкаф и, собираясь поесть, вдруг увидел записку на столе.

«У меня появились дела, нужно обсудить работу. Я могу вернуться поздно ночью».

Чёрные чернила на маленькой полоске бумаги были отчётливо видны под светом лампы. Слова были впечатаны в бумагу очень сильными нажатиями руки. Было заметно, что писавший использовал при написании холодную непостижимую силу.

Прочитав сообщение, он положил записку обратно на стол. После того, как он приготовил лапшу и сел за стол, он не мог не взять клочок бумаги и не взглянуть на него ещё разок.

Он пристально смотрел на маленький белый клочок бумаги. Через некоторое время юноша поджал губы и приложил указательный палец к записке.

«Слова, столь же красивые, как и их автор?»

После еды, Жун Сюй пошёл в кинозал и планировал сделать небольшой перерыв и посмотреть какой-нибудь зарубежный фильм. Время, проведённое им в этом мире, было слишком коротким. Если он хотел понять этот круг развлечений, он не мог просто читать новости – он должен был сам посмотреть все громкие фильмы.

Как и было с «Банкетом Хунмэнь», например. Жун Сюй однажды прочитал информацию об этом фильме и знал, что Цинь Чэн играл в нём Сян Юя. Но перед просмотром этого фильма он и не догадывался о том, что Сян Юй, которого играет Цинь Чэн, действительно будет выглядеть так.

Днём Цинь Чэн уже сказал, что он может смотреть DVD в домашнем кинотеатре. Следуя его совету, Жун Сюй нашел несколько DVD-дисков с иностранными фильмами. Он увидел на полке несколько знаменитых фильмов, которые получили «Оскара». Его взгляд внезапно замер, когда он было собирался взять один из них, чтобы посмотреть...

Глаза юноши долго были прикованы к DVD-диску в углу полки. Через некоторое время он взял из коробки диск с иностранным фильмом, который хотел, и вставил его в дисковод. Вскоре зазвучала фоновая мелодия. Однако под эту мелодичную музыку Жун Сюй не пошёл на диван, а вернулся к шкафу и взял диск, который так его привлёк.

Он заметил на коробке DVD только кусочек ярко-красной розы. Слова «Кровавая роза» отразились в его глазах, а под этими двумя словами вторым по величине шрифтом были напечатаны имена режиссера и главных актёров...

«Режиссер: Лю Шэн. Главный герой: Чай Минлан. Героиня: Ся Муйян».

Некоторое время посмотрев на этот диск, Жун Сюй положил его обратно в шкаф и обернулся, чтобы, наконец, начать смотреть фильм.

В этот момент человек, который просматривал свой новый сценарий в «ХуаСя Энтертейнмент», внезапно почувствовал шок. Слегка приподняв бровь, Цинь Чэн посмотрел на своего агента, играющего рядом на телефоне, а затем снова на сценарий. Через некоторое время он решил, что ничего необычного не произошло, и продолжил спокойно читать сценарий.

Ничего необычного? Серьёзно?

Ты сказал, что у тебя дома есть только один фильм с Ся Муйян, и это «Банкет Хунмэнь»!

Неужели ты забыл про «Кровавую розу», удостоенную «ЦзиньФэн Эвордс»?

В любом случае, после просмотра этого классического иностранного фильма о сладких вещах, Цинь Чэн так и не вернулся домой. Жун Сюй помылся и приготовился ложиться отдыхать. Когда он почти вошёл в спальню, он ненадолго задумался, а затем развернулся, вошёл в домашний кинозал и нашёл целых семь фильмов, в которых играла Ся Муйян!

Среди них Ся Муйян играла главную роль в пяти фильмах, и второстепенную – в двух. Среди семи фильмов был только один с участием Цинь Чэна – «Банкет Хунмэнь»; все остальные не были связаны с ним.

Глядя на семь DVD-дисков, Жун Сюй медленно поджал губу и поставил их в угол шкафа (все их было трудно найти). После этого молодой человек с удовлетворением кивнул и пробормотал:

— Неужели он забыл обо всех этих фильмах?

Улыбка на губах юноши становилась всё глубже и глубже...

Он «замёл следы» и с удовлетворением вернулся в свою спальню, затем разблокировал телефон и вошёл в свой блог.

Жун Сюй: «Я многому научился, сотрудничая с мастерами. Люблю [сердце] [сердце] [сердце] (репост записи Команды «Чёрных туч»)].

После публикации этого поста Жун Сюй стал просматривать ответы фанатов. Теперь он уже мог спокойно воспринимать преувеличенные слова фанатов, вроде «Жун Жун, я хочу родить тебе сына» и «Каждый день мне приходится любить Жун Жуна по сто раз». Это всё были для него привычные фразы.

Однако сегодня вечером, когда Жун Сюй собирался уснуть, внезапно раздался странный телефонный звонок.

После соединения из динамика телефона раздался спокойный голос:

— Молодой Господин, через два дня годовщина смерти Господина. Я должен заехать за Вами?

Дождь лил как из ведра, небо было серым, а густые свинцовые тучи окутывали землю. Атмосфера была унылой и мрачной. Дождевая завеса делала общий вид пригородного кладбища немного мрачным. Два чёрных автомобиля медленно остановились перед воротами кладбища.

Перед машиной шла куча гламурных пар средних лет. За рулём машины сидел мужчина средних лет в чёрном костюме. Он выглядел довольно крепким, а его лицо было тёмным и мрачным, зато женщина средних лет, сидевшая рядом с ним, казалась немного взвинченной и не прекращая жаловалась. Когда она вышла из машины, она воскликнула:

— Дорога была такой грязной! Куда только идут деньги?! Неужели они не могут нормально отремонтировать эту дорогу?!

Дворецкий Ван лишь кивнул, подняв зонтик над мадам.

Тем временем пара стройных ног показались из задней двери машины. Белая нефритовая рука юноши осторожно раскрыла зонт; чёрный простой костюм обтягивал его тело, от чего он казался ещё тоньше. Он взял зонт и обошел тараканов, которые всё ещё продолжали жаловаться. Он последовал за дядей и вошёл прямиком на кладбище.

Сегодня была годовщина смерти дедушки Жуна.

Для простых людей смерть родных была печальным воспоминанием из детства. Но смерть деда Жуна стала поистине переломным моментом в его жизни. Хотя оригинальный Жун Сюй стал мятежным уже после смерти родителей, у него всё ещё оставался его дедушка, который заботился о нём. Однако, когда дедушка умер, умер и последний человек, который действительно заботится о нём. С тех пор всё стало ещё хуже.

Итак, сегодня сюда пришёл Жун Сюй. Оригинальный Жун Сюй каждый год тайком выбирался на могилу к деду. В памяти нынешнего Жун Сюя не было информации о точном местонахождении могилы его дедушки, поэтому он мог только молча следовать за своими дядей и тёткой.

После того, как группа людей вошла на кладбище, Жун Хэн мрачно пошёл вперёд, в то время как миссис Жун всё продолжала жаловаться на дорогу Ван Ма. Наконец, Жун Хэн устал это терпеть и отчитал её.

Кто бы мог подумать, что миссис Жун внезапно поморгает и воскликнет:

— Что ты делал, когда твой отец умер? Я не видела даже, чтобы ты грустил! А теперь ты что-то мне предъявляешь у него на кладбище?!

Жун Хэн изменился в лице, но никаких возражений за этим не последовало.

Жун Сюй спокойно наблюдал за ними. Наконец, спустя немало времени, они прибыли на могилу дедушки.

Стюард Дуань положил на столик цветы и еду. Когда он заплакал, миссис Жун, наконец, перестала возмущаться. Она торжественно поклонилась старику. На этом вся её торжественность закончилась. Миссис Жун требовала увезти её домой как можно скорее. Жун Хэн хотел остаться на кладбище подольше, но не мог вынести вопли своей жены.

Перед надгробной плитой остался только один молодой красивый юноша, держа зонт и внимательно глядя на фотографию на надгробии.

Миссис Жун некоторое время прогуливалась вокруг, а затем посмотрела на него и странным спросила:

— Эй, суперзвезда, всё ещё смотришь? Что это за сыновнее благочестие? Когда старик был жив, ты проводил время на улице и отказывался возвращаться домой. Теперь тебе грустно? Уже слишком поздно;  старик этого не увидит. — внезапно она, казалось, о чём-то задумалась и захихикала. — Моя вина! Я забыла, что наша большая звезда – хороший актёр! Совсем забыла! Хи-хи!

Жун Сюй пропустил её язвительный комментарий мимо ушей. Он смотрел на фото торжественного старика на надгробной плите. Через некоторое время он медленно наклонился к надгробию и осторожно вытер пальцами капли дождя с фотографии.

Миссис Жун улыбнулась:

— Жун Хэн, ты только посмотри на своего племянника: он действительно хороший актёр!

Жун Хэн изменился в лице и громко спросил:

— Жун Сюй, что ты делаешь?

Юноша, казалось, не слышал их. Он ещё долго смотрел на надгробие, а затем закрыл глаза и сложил руки вместе. Через некоторое время он молча встал и ушёл. Он просто прошёл мимо Жун Хэна и миссис Жун, направившись прямиком к воротам кладбища.

Лицо Жун Хэна сразу побледнело, а у миссис Жун на губах повисла неловкая улыбка. Она закричала:

— Мальчишка, ты ужасно воспитан! Старшие разговаривают с тобой! Как ты смеешь не отвечать?

Юноша продолжал двигаться вперёд, полностью игнорируя их.

Миссис Жун была взвинчена ещё больше:

— Что ты делаешь, большая звезда? Способности этой большой звезды даже хуже, чем у меня, обычной маленькой женщины. Жун Хэн, смотри, твой племянник уже вырос.

Группа людей продолжала двигаться впёред. Когда они вышли за ворота кладбища, миссис Жун усмехнулась:

— Кроме того, мы не можем винить его. У его матери не было возможности воспитать его. Жун Хэн, ты должен его понять. В конце концов, он ведь не воспитывался родной матерью! Это уже большая радость, что он не убивает людей!

Миссис Жун в ужасе распахнула глаза и невольно протянула руку вперёд, вытерев капли дождя со своего лица:

— Жун Сюй, какого чёрта ты делаешь?!

Под черным зонтиком нежный юноша сжал зрачки и тихо сказал:

— Да, моя мать была не в состоянии меня воспитать. И что с того?

Лицо миссис Жун было забрызгано грязными каплями дождя. Жун Сюй спокойно стряхнул капли с зонта прямо ей на тонны макияжа. Её косметика уже давно не могла скрыть её старое лицо, которое благодаря её многолетнему чревоугодию было похоже на булочку, а с тоннами пудры – на белую булочку.

Миссис Жун не могла держать себя в руках и сразу же бросилась на несовершеннолетнего мальчишку, желая укусить его, однако Жун Хэн схватил её за руку и сурово крикнул Жун Сюю:

— Жун Сюй! Как ты смеешь так поступать? Она ведь твоя тётя, неужели ты действительно мелкий негодяй?! Тебе хватает смелости на такие выходки?! Если ты на самом деле осмелишься ударить её, завтра ты  будешь иметь дело со своим дядей!

Услышав эти слова, Жун Сюй был немного удивлён. Он не ожидал, что Жун Хэн сможет держать себя в руках.

— Дядя, я просто выронил зонт. Я не ожидал, что тётя окажется в этот момент так близко. — юноша ухмыльнулся и сердечно улыбнулся. — У неё такой низкий голос – я думал, что она далеко. Эй, я действительно не ожидал, что она будет ко мне так близко! — сказал он и невинно поморгал. — Если тётя прекратит говорить, я, пожалуй, не замечу этого.

Жун Хэн:

— Ты!!!

— Посмотрите на меня! — увидев себя в зеркале Ван Ма, уродливая, толстой, вся мокрая от грязи миссис Жун, наконец, пришла в настоящую ярость. Она нагло оттолкнула Жун Хэна и подошла к Жун Сюю, крича:

— Сегодня я, твоя старшая, покажу тебе, что такое уважение.

После этих слов она запрокинула руку к уху молодого человека.

Это действие было очень быстрым – обычный человек вряд ли успел бы вовремя среагировать. Однако Жун Сюй быстро уклонился в сторону, от чего миссис Жун шарахнула рукой по воздуху, потеряла равновесие и чуть не упала на землю.

Прежде чем миссис Жун успела понять, что происходит, юноша трижды успел ловко увернуться от удара.

Режиссёр «Потерянных крыльев» пригласил Ян Цзяо, знаменитого директора по рекламе компании «Cathay».

Рекламный директор отличался от кинорежиссёра. Работы у первого длились обычно не больше дюжины секунд, в то время как у последнего – от 90 минут и до трёх часов. Рекламный директор уделял больше внимания красочности и красоте картинки, да и общие требования к сюжету были невысоки. Ян Цзяо была одно из лучших в этом деле.

Ян Цзяо изучала фотографию и буквально была рождена уже с прекрасным чувством цвета. Она сняла рекламу и сделала себе имя в кругу развлечений. На этот раз Чжао Чуюнь пригласила её снимать клип на «Потерянные крылья». На самом деле, у неё было много талантов. В конце концов, Ян Цзяо только что получила рекламный контракт от ведущего международного люксового бренда, а также была горячей новой звездой в режиссёрском кругу.

Однако, когда Жун Сюй только прибыл в студию, она подошла к нему и с любовью и взяла его за руки.

Ян Цзяо было 32 года. Она была одета модно и красиво. У неё были короткие волосы, окрашенные в ослепительный сине-серый цвет. Подобные ультра-модные цвета волос не подходили Жун Сюю. Но когда мы говорим об этом авангардном режиссёре – она просто родилась для этой причёски.

В этот момент Ян Цзяо внимательно наблюдала за юношей перед ней. Посмотрев на него некоторое время, она улыбнулась и сказала:

— Наконец-то мы встретились! Сестра Юнь говорила об этом позавчера… надеюсь, я помогу «Потерянным крыльям» найти друга, которого я знаю. Я слышала, как Вы поёте, поэтому я здесь. Жун Сюй, дайте мне автограф! О, давайте сфотографируемся!

Сказав это, Ян Цзяо достала свой мобильный телефон и быстро начала делать фотографии.

Жун Сюй никогда раньше не встречал такого восторженного режиссёра. Хотя Ян Цзяо и была самым молодым режиссёром среди всех, кого он знал, обычно режиссёры должны были быть объективными и серьезными, как, например, режиссёры Го, Чжэн и Лян. Их редко видели громко смеющимися...

Как же сильно всё изменилось, когда он увидел Ян Цзяо…

У Ло Чжэньтао не было ни единой возможности попытаться отделить их друг от друга. Ян Цзяо взяла маленькую руку Жун Сюя и отвела его в сторону, чтобы сделать две совместные фотографии. Первоначально он был немного удивлён, но когда Ян Цзяо сказала «чиииз», его профессиональные качества заставили его взять себя в руки и идеально улыбнуться, слегка изогнув брови.

Сделав хорошее фото и получив желанный автограф, Ян Цзяо, наконец, успокоилась.

Жун Сюй улыбнулся спокойно и хладнокровно, без особого выражения. Ян Цзяо уставилась на спокойного молодого человека, а её глаза хитро сверкнули, после чего она с улыбкой объяснила:

— Вообще-то, я слышала о Вас давно. Мы с Мэнлань – хорошие подруги. Она рассказала мне о Вас и сказала, что Вы очень хорошо играете, и в целом прекрасный человек. Вы ответственны, а ещё любите зелёный перец!

Услышав имя «Мэнлань», Жун Сюй внезапно вспомнил о Тан Мэнлань.

Ян Цзяо подчеркнула:

— Мэнлань сказала, что Вы очень добрый джентльмен, всегда готовый помочь. Лучше увидеть Вас вживую, чем много раз услышать о Вас.

Жун Сюй улыбнулся шире:

— Вы просите меня помочь Вам съесть зелёный перец?

Ян Цзяо замахала обеими руками:

— Я не говорила этого. До того, как Мэнлань представила мне Вас, я посмотрела несколько эпизодов «Борьбы за превосходство». Вы играете там ВаньЦи Яо. Так что мы с Вами оба «Яо».

Обычно только актёр хотел сознательно познакомиться с режиссёром… он никогда прежде не видел, чтобы режиссёр так жаждал познакомиться с актёром!

Хотя сейчас он был популярен, Ян Цзяо была слишком увлечена им.

Он засомневался, чувствуя, что что-то не так.

Жун Сюй отставил своё смятение в сторону. Поговорив некоторое время, Жун Сюй и Ян Цзяо начали обсуждать съёмку. Содержание съёмки было очень простым: всего лишь несколько сцен с декорациями. Жун Сюй должен был просто петь, а всё остальное исполняли актёры.

Эта песня «Потерянные Крылья» должна была предстать зрителю в виде истории о паре хороших друзей, которые росли вместе с самого детства. У каждого из них были свои мечты. Они испытали и горечь и радость, медленно достигнув пика жизни. Между ними к этому моменту появилась большая пропасть; каждый пошёл своей дорогой, и между ними фактически началась холодная война. Так продолжалось до тех пор, пока один из них не умер – после этого их десятилетняя холодная война, наконец, закончилась.

«Расставаясь, мы с тобой обвиняем друг друга… думаю, дружба потеряна.

До свидания, белая ткань… вечную жизнь трудно встретить снова».

Эта песня рассказывала о простой дружбе между бамбуком и лошадью, которые выросли вместе. Хотя они ссорились и переживали как взлёты, так и падения, в конце они так и не успели помириться.

Цель песни - призвать каждого слушателя заботиться о людях вокруг; не ждать потерь, чтобы начать ценить.

Сценарий, который прочитал Жун Сюй, рассказывался «флеш-бэками», и это был правильный сценарий, чтобы увидеть подход и мощь режиссёра. По-видимому, Ян Чжао собиралась использовать фанатский подход к монтажу и великолепные цвета, чтобы создать реальный и нереальный мир мечты.

После того, как было оговорено общее содержание съёмок, Жун Сюй пошёл гримироваться.

Уходя, Жун Сюй чувствовал, что что-то не так, поворачивал голову и время от времени осматривал съёмочную площадку. Но кругом были только занятые сотрудники, и не было ничего необычного. Пребывая в таком странном настроении, Жун Сюй, наконец, вошёл в гримерку.

Но в тот момент, когда он открыл дверь, Ян Цзяо в стороне неожиданно отбежала в угол на несколько шагов, достала телефон из кармана и отправила сообщение своей лучшей подруге:

«Он хорош! Он действительно красив! В жизни он даже красивее, чем по телевизору! Мэнлань, ты была права! Я видела, что в жизни он невероятно похож на него. ВаньЦи Яо слишком обаятелен, Жун Сюй – такое маленькое свежее мясо*! Ах, ты должна представить меня ему! Он – абсолютно мой типаж!!!»

Через мгновение Тан Мэнлань потеряла дар речи: «Помнится мне, тебе нравятся девушки?»

Ян Цзяо ответила: «Ну и что? Я всё ещё могу оценить его. Это нежное и прекрасное маленькое свежее мясо – мой любимый! Я действительно завидую тебе… ты можешь сниматься вместе с такими потрясающими людьми… А у меня всё одно и то же: эти модели, модели, модели…»

На этот раз Тан Мэнлань была слишком ленива, чтобы отвечать, и лишь улыбнулась, крася губы, и сказала своему агенту:

— Она каждый день видит столько красивых моделей, и ещё жалуется! Скажи мне: она лесбиянка или нет? Разве она не повидала за свою жизнь уйму красивых длинных ног, разве она не набрасывалась на них, разве она не любила это «свежее мясо» целыми днями?

Это, вероятно, было похоже на ситуацию с Тан Мэнлань, у которой было много поклонниц женского пола; а также на геев, которые могли поклоняться гетеросексуальным идолам.

Ян Цзяо говорила правду, жалуясь, что ежедневно видит одно и тоже, однако…

Будучи лесбиянкой, Ян Цзяо влюбилась не в Сяо Сян, героиню или вторую героиню сериала, а в персонажа мужского пола, ВаньЦи Яо!

В этот раз Ян Цзяо приняла заказ на съёмки клипа к «Потерянным крыльям», потому что в нём снимался Жун Сюй. Конечно, её обязательным требованием всегда была высокая зарплата, но если бы здесь не было Жун Сюя,  она могла согласиться только на ту песню, которую исполнял бы человек уровня суперзвезды. В противном случае, она никогда не согласилась бы стать режиссёром клипа исполнителя из списка «А».

Вскоре Жун Сюй закончил с гримом и переоделся в красное пальто.

*маленькое свежее мясо – красивый молодой человек.

Ярко-красный цвет на теле молодого человека, в сочетании с несколькими специально подобранными прядями рыжих волос делали его по-странному красивым. Жун Сюй редко носил такую яркую одежду, но как только бледный красивый молодой человек надел это пальто, он внезапно засиял. Все в команде не могли не оторвать от него глаз, а Ян Цзяо при виде него счастливо кивнула.

У юноши были тонкие губы и яркие глаза. Очевидно, он был одет в обычное  модное кожаное пальто, но именно на нём обычное пальто превращалось в роскошный наряд, что вызывало у людей чувство зависти.

Это также был первый раз, когда Жун Сюй использовал такой грим. Когда он пришёл в этот мир, ему доставались роли либо элегантного отшельника, либо холодного и равнодушного хулигана, а также фильм «Чёрные тучи», который ещё не был выпущен. Даже на концертах на Лин Сяо не было так много косметики.

Но на этот раз гримёр использовал киноварь, чтобы нарисовать дугообразный узор в уголке его правого глаза. Прекрасная киноварь сделала его ясные глаза ещё более красивыми, и теперь он сильно отличался от себя прошлого, однако такая разница делала его лишь ещё более удивительным.

Нехорошо было сильно задерживаться. После грима Ян Цзяо позволила Жун Сюю сразу же приступить к съёмкам.

Для него не было сюжета: он просто пел. Любой певец без актёрских навыков мог легко это сделать. Но просто сделать – одно дело. Совсем другое – сделать это хорошо.

Этими съёмками полностью руководила Ян Цзяо.

Погрузившись в работу, Ян Цзяо с серьёзным выражением лица сказала:

— Стоя у этого окна, Вы можете представить, что только что приехали в большой город и уже готовы осуществить свою мечту стать рок-звездой. Со страстью и пламенной кровью Вам нужно петь. Неважно как; главное  хорошо передать настроение!

— Если так, то завтра…

Завтра ты явишься?

Когда ветер подует в наше окно, кто вспомнит об этом воспоминании?

В пустой студии зазвучал спокойный чистый голос Жун Сюя. Понятно, что его макияж был тяжёлым  и предназначался специально для сцены. Но когда его голос звучал, никто и подумать не мог о том, что он «недостаточно чист».

Ян Цзяо, которая отвечала за камеру, была ошеломлена. Она быстро стала следить за изображением с камеры. Однако, когда она посмотрела на камеру, то обнаружила, что Жун Сюй стоит прямо в центре кадра. Положение, в котором он стоял, позволяло ветру за окном медленно обдувать и приподымать его растрёпанные волосы.

Яркий, но не ослепительный свет падал на правую сторону его лица. В этот момент казалось, словно он вне времени. Он тихо пел в кадре в одиночестве. Когда прозвучала первая часть припева, он медленно открыл глаза и посмотрел в камеру.

Как раз в нужный момент луч солнечного света упал на «стрелку» из красной киновари на его правом глазу. Внезапно она засияла.

Ян Цзяо была слегка шокирована, и на этом сцена закончилась.

Несколько поколебавшись и пересмотрев только что отснятое видео, Ян Цзяо долго думала, а затем кивнула:

— Снято! Следующая строка!

Затем он пел на лестнице; у двери; у фонтана. Жун Сюй всегда был в этом красном пальто. В объективе Ян Цзяо его великолепная одежда выделялась на фоне окружения, а насыщенный цвет, словно масляная живопись, делал его ярче.

Так, утренние съёмки закончились.

Затем Жун Сюй пошёл переодеться.

В этом клипе у него было всего два разных наряда. На этот раз он снимался в простой и элегантной белой рубашке.

В начале клипа показывались амбиции и взаимная поддержка между двумя друзьями, но позже, когда пришла весть о смерти одного друга, яркое изображение красного пальто должно было внезапно смениться белой рубашкой.

— Что меня действительно волнует, так это то, что когда я был ребенком, я играл на метле, как на гитаре, и на столе – как на барабане.

До тебя я был бабочкой с крыльями. Я был ярким, высокомерным и неудержимым. Потеряв тебя, я вернулся к своему первоначальному виду. Самое важное в мире – это не слава, не богатство и даже не мечты, а человек, который всегда рядом.

(Мораль этого кадра была такова).

Та же серия сцен, тот же поющий юноша.

Когда Жун Сюй попадал в кадр, он мог максимально быстро занять нужное положение и найти идеальное пересечение света и теней. У юноши в центре комнаты была мощная аура хладнокровия. Белая рубашка была нежна, как чай, а красное пальто волнующе, как ликер.

— Хорошо! Снято! Теперь снимаем рядом с лестницей!

Его темперамент не мог не приободрить Ян Цзяо. Она подсознательно относилась к нему, как к модели.

Ян Цзяо часто делала качественные фотографии для известных журналов и ведущих брендов класса люкс. Все эти модели были профессионально подготовлены. Они даже могли поменять пять поз в секунду. Они могли изменить положение и найти идеальное место и эмоцию быстрее, чем иссякнет выдержка фотографа.

Поэтому при работе с моделями Ян Цзяо могла ускорить работу, обходясь без слов и работая на полном взаимопонимании. Но сегодня, когда она работала с Жун Сюем, она достигла скорости съёмок моделей.

После того, как было отснято более 20 сцен, Ян Цзяо обнаружила, что было только полчетвертого дня! Тихо присвистнув, она увидела, что Жун Сюй уже собирается умыться и переодеться. В конце съёмок Ян Цзяо сразу же громко сказала:

— Я думаю, Вам можно изменить свой внешний вид и попробовать ещё разок.

Услышав это, Жун Сюй остановился и удивлённо посмотрел на Ян Цзяо. Мгновение спустя он улыбнулся и кивнул:

— Хорошо.

Хотя это предложение было выдвинуто Ян Цзяо спонтанно, что не соответствовало первоначально запланированному ходу съёмки, когда Жун Сюй вышел из гримёрной в чёрном кардигане, Ян Цзяо внезапно почувствовала дрожь в коленях.

«Как красиво!!!»

— Хорошо, давайте пойдём в комнату и попробуем. Группа по реквизиту, рассыпьте на пол белые лепестки роз. Что? Нет белых роз? Найдите их для меня! У вас полчаса! Рядом есть торговый центр, там должен быть цветочный магазин. Идите, скорее!

Итак, только в восемь часов вечера команда закончила съёмки клипа на «Потерянные крылья». Для съёмочной группы, которой нужно было снять всего лишь серию сцен, это было довольно долго. Миссия Жун Сюя была окончена, но на следующий день они должны были продолжить съёмки этой душещипательной истории с двумя неизвестными актёрами.

Жун Сюй пригласил всю съемочную группу перекусить, а Ян Цзяо сделала ещё несколько групповых фото, прежде чем отпустить его.

На следующее утро Жун Сюй покинул город В самолётом. Планы продвижения «Чёрных туч» изменились, поэтому Жун Сюй поспешил в город S, чтобы встретиться с режиссёром Ляном и Юй Сыюй. По совпадению он встретил в самолёте несколько своих знакомых.

Тан Мэнлань собиралась сняться в новом фильме, для чего тоже вылетела в город S. Они смеялись и болтали некоторое время перед посадкой. Когда они сели в самолет, Тан Мэнлань получила сообщение, прочитала его, после чего выключила свой мобильный телефон.

«Фальшивка! Что за фальшивка! Я же рассказывала, что согласилась на парочку мелкого свежего мяса? У двух парней, что пришли сюда сегодня, нет ничего, кроме красивых личиков! Они дерьмово играют! Я так зла! Они вообще не создают никакой атмосферы! Я не хочу, чтобы они были такими же прекрасными, как милый и красивый маленький Жун Жун, но, чёрт возьми, и не такими же плохими! Мэнлань, Чжао Чуюнь солгала мне… Она нашла этих двух актёров, чтобы обмануть меня. Пожалуйста, преподай ей урок, научи её, как искать хороших актеров!!!»

Жун Сюй, случайно увидевший содержимое сообщения, улыбнулся:

— Директор Ян такая живая.

— Она действительно очень живая, — подтвердила Тан Мэнлань с сухой улыбкой.

Они недолго посмеялись, после чего перестали улыбаться и разговаривать.

«Милый маленький Жун Жун? Что это ещё такое?!!!»

Самолёт взлетал в такой неловкой обстановке. Жун Сюй молча закрыл глаза и мысленно повторял про себя:

«Я ничего не видел, я ничего не видел, я ничего не видел…»

В это же время, команда «Чёрных туч» опубликовала на своей официальной странице  «вторую волну» роскошного актёрского состава, чем снова произвела в интернете настоящий фурор.

Оставалось ещё две недели... Мощнейшая пропаганда «Чёрных туч» шла полным ходом!

Первый пост со списком роскошных гостей содержал в себе более 20 знаменитостей первого уровня. Второй пост был ничем не хуже первого, и знакомил фанатов ещё с 20 знаменитостями, принявшими участие в создании фильма!

Ни один из фильмов, снятых в последние годы, не мог сравниться с «Чёрными Тучами».

Хотя многие пользователи сети знали, что эти громкие имена будут показаны в фильме всего несколько минут, и не сыграют никакой существенной роли, этого было вполне достаточно, чтобы их взбудоражить. Купив всего один билет в кино, они  разом увидят так много больших звёзд! Как же они могут не купить его?!

Они просто обязаны купить билеты!

Команда «Чёрных туч» прикрепила к посту только одно короткое видео, но оно мигом вызвало горячую дискуссию среди фанатов в Интернете. Пока кто-то обсуждает это, популярность фильма будет только расти, и все больше и больше пользователей сети будут узнавать о новом фильме.

Команда «Черных туч» была ещё и щедра. В Твиттере и на Ютубе, а также на многих других видеохостингах и соцсетях шла мощная реклама. Едва открыв эти приложения, вы сразу же видели короткую рекламу «Чёрных туч»; видео, в котором быстро показывались лица всех знаменитостей высшего эшелона. В конце экран внезапно темнел, и к вам медленно подходил красивый молодой человек.

Позади него – мир метеоритов, со светом и тенями, словно в красивой звёздной реке из снов. Он тянулся к вам, слегка изгибал губы, и на его губах расцветала мягкая и тёплая улыбка. Вы не могли не посмотреть в его ясные глаза, а затем слышали его отчётливый голос: «Я Жун Сюй. Хочешь послушать «Чёрные тучи» со мной?»

«Да!!! Конечно!!! Ах, ах, держи меня, мой Жун Жун, возьми меня в свои руки, я целую тебя 120000 раз!!!»

«Почему мой Жун Жун тааааааааакой очаровательный?! Почему?!»

«Я не сожалею, что влюбилась в Жун Жуна! Давайте договоримся о встрече в кинотеатре. Я хочу посмотреть «Чёрные Тучи» три раза!»

Это видео было снято Жун Сюем, ещё когда он был в команде «Чёрных туч». Вскоре эта реклама распространилась по всей сети. Экран загрузки нескольких известных приложений занимала эта реклама, которую увидел буквально каждый пользователь сети. Активная рекламная кампания делала фильм «Чёрные тучи» с каждым днём всё более и более популярным.

Наконец, первая телепередача, в которой участвовала команда «Чёрных туч», официально вышла в эфир.

Поскольку основа актерского состава была в Городе S, первой телепрограммой с его участием стало известное ток-шоу в городе S. Директор Лян, Жун Сюй и Юй Сыюй присутствовали на ней. Три человека сидели на диване и разговаривали с У Сянмэн, ведущей ток-шоу.

«В погоне за мечтой» входила в тройку лучших общенациональных программ, и славилась своими резкими и смелыми заявлениями. Это телевизионная программа выходила в эфир с рейтингом R. Некоторые слова были не предназначены для детских ушей. Например, иногда в эфире проскальзывали грязные шутки или показывались жестокие фильмы и кадры.

Конечно, к таким жестоким картинам никак не относились «Чёрные тучи», но ведущая У Сянмэн постоянно пыталась «рыть ловушки» для трёх его создателей.

В начале программы У Сянмэн прямо спросила директора Ляна:

— Извините, директор Лян, почему вы выбрали Жун Сюя на роль Лин Сяо? Кажется, он в мире кино всего полгода. Когда вы проводили прослушивание, работа над его предыдущим фильмом ещё не была закончена, верно? Он обладает какими-то уникальными преимуществами перед другими претендентами на роль?

С таким вопросом рейтинги программы сразу повысились на 1 процент!

Столкнувшись с такой сложной проблемой, директор Лян улыбнулся, повернул голову и посмотрел на Жун Сюя, а затем беспощадно начал нахваливать его:

— Причина в том, что он очень хорошо проявил себя на прослушивании! Очень, очень хорошо! Я всегда думал, что есть некоторые актёры, которые одарены. Как Цинь Чэн, например. Его первый фильм был очень хорошо принят публикой, а ведь до этого у него вообще не было работ в кино!

Это было хорошее время для рекламы фильма. Режиссёр Лян, естественно, был обязан защищать своих актёров. Во время рекламы фильма он должен был говорить о нём только хорошее, даже если его актёрское мастерство будет крайне плохим. Если даже сам режиссёр будет говорить, что его актёр плохо играет, кто станет смотреть фильм с таким никудышным актёром?!

И на этот раз директор Лян сказал с чистой совестью:

— Когда мы проводили прослушивание, мы просили каждого актёра исполнить песню. У Жун Сюя очень чистый голос. Я даже не могу поверить, что он актёр, а не певец. Его навыки пения абсолютно профессиональны. Думаю, Сыюй может это подтвердить.

Юй Сыюй сразу же кивнула:

— Директор Лян говорит правду. Я знаю много певцов, и Жун Сюй – один из лучших среди них. Кроме того, зачем мне вообще давать какие-то показания? Когда выйдет фильм, все пойдут в кино, посмотрят, и сами всё узнают!

Жун Сюй мог только горько улыбнуться и сказать:

— Если вы продолжите нахваливать меня, я буду вынужден покраснеть.

У Сянмэн поспешно сказала:

— Вы покраснеете? Скорее, покраснейте. Пожалуйста, возьмите Жун Сюя крупным планом. Мы посмотрим программу сегодня вечером. Постпродакшн, быстро, напишите на экране строку крупным шрифтом «маленькое свежее мясо краснеет»! Ха-ха-ха-ха!

Вся программа записывалась очень плавно, и съёмочная группа была очень довольна плавным и стабильным повышением своих рейтингов.

В то же время, хотя У Сянмэн часто задавала неудобные вопросы гостям, ставя их в неловкое положение, режиссер Лян и Юй Сыюй, которые уже давно были в кругу, не попадались на эти уловки.  Поэтому У Сянмэн указала головой на Жун Сюя и спросила:

— Часто ли бывает такое, что этот ребёнок говорит что-то не так? Как только Вы скажете что-то не то, мы сразу же станет знаменитыми!

Но! У Сянмэн и подумать не могла, что все «ловушки», которые она будет подстраивать гостям, будут решены так легко и живо. Однажды она даже спросила у юноши:

— Жун Сюй, Вы работали со многими знаменитостями. Вы нервничали при этом?

Жун Сюй (по её логике) должен был ответить: «Да, нервничал». Затем она спросила бы: «Почему большие звёзды заставляют Вас нервничать?».

Однако кто бы мог подумать, что на первый вопрос этот нежный и красивый молодой человек улыбнётся и спокойно ответит:

— Нельзя сказать, что я не нервничаю. Это мои «предшественники». Но вы все очень терпеливы и заботитесь обо мне. Некоторые из звёзд, да и я, имеют соперников, а некоторые – нет. Когда я нервничал, директор Лян подбадривал и направлял меня, и вскоре я справился с этой проблемой.

Пока он говорил, Жун Сюй повернулся, чтобы посмотреть на директора Ляна.

Улыбка на губах директора Ляна стала ещё шире. Он гордо задрал подбородок и принял похвалу с ослепительной улыбкой на губах.

«Никто не может нас подловить. Наша команда «Черных туч» – как железная стена. Вы можете говорить всё, что захотите. Мы выстоим».

До конца передачи У Сянмэн так и не смогла добыть каких-либо важных новостей из уст гостей. У Сянмэн чувствовала досаду, но стабильные рейтинги программы вновь заставили её улыбнуться.

«В погоне за мечтой» – первая рекламная программа, в которой приняли участие члены съёмочной команды «Чёрных туч». Затем они отправились на «Супер Энтертейнмент».

В последний раз, когда Жун Сюй был на «Супер Энтертейнмент», это была реклама «Западни». В то время он играл только второстепенную роль, и команда разработчиков не давала ему слишком большой доли в программе. Если бы Тан Мэнлань внезапно не заставила его петь с ней на сцене, многие зрители не были бы им так впечатлены.

Но на этот раз всё было по-другому. В сценарии Жун Сюя перед началом съёмок программы было не так много деталей, а только одно предложение: «Четвёртая часть, исполнить песню Чёрные Тучи».

Отсюда было видно изменение статуса Жун Сюя в кругу развлечений.

Полгода назад он был здесь новичком, но сейчас уже стал человеком №1, который снимался в серьёзных фильмах.

Хотя фильм «Чёрные тучи» и был довольно своеобразным, Жун Сюй действительно стал актёром №1, и его также должны были уважать и сотрудники программы.

Рейтинги шоу «Супер Энтертейнмент» как никогда взлетели! На этот раз другие актёры и актрисы также пришли в студию, чтобы принять участие в прямом эфире. Пять человек, включая директора Ляна, играли в игру, пытаясь раскрыть внутреннюю историю фильма. Они поддразнивали друг друга и постоянно смеялись.

Когда дело дошло до четвёртой части шоу, Жун Сюй вышел в центр сцены, луч света осветил его сзади, и в кадре осталась только туманная фигура. Огни на сцене погасли, оставив только этот свет, от чего стройный высокий юноша казался окружённым чёрными тучами, одинокий и нерешительный.

В этот момент он тихо запел первый куплет песни.

В это же время рейтинги «Супер Энтертейнмент» повысились сразу на 2 процентных пункта, и продолжали расти!

— Оглядываясь назад, я встретил твоё улыбающееся лицо…

Это было первое появление в эфире «Чёрных туч»! Не фильма «Чёрные тучи», а песни «Чёрные тучи»!

Многие из поклонников Лин Сяо спокойно приняли роль Лин Сяо в исполнении Жун Сюя и чувствовали, что он играет очень хорошо, но они были обеспокоены: сможет ли Жун Сюй так же хорошо исполнить и песни Лин Сяо?

Если Жун Сюй захочет петь сам, его певческие навыки будут беспокоить его поклонников. Если Жун Сюй не будет петь сам, а будет открывать рот под оригинальное исполнение Лин Сяо, поклонники смогут сразу узнать голос Лин Сяо и будут чувствовать себя странность, видя вместо него Жун Сюя.

Но сейчас Жун Сюй пел «Чёрные тучи» сам, и пел очень хорошо!

«Слушайте меня внимательно! Ах! Я давно не слышала такого красивого исполнения «Чёрных туч». Теперь я наконец-то знаю, почему Лян Дао вчера в «Погоне за мечтой» сказал, что  решил взять Жун Жуна на роль  из-за его яркого прослушивания. Это действительно хорошо!»

Текущий рейтинг шоу достиг отметки 9!

Команда программы была рада этому и пригласила команду «Чёрных туч» вместе поужинать. На следующий день Жун Сюй вместе с командой отправился в провинцию Z, чтобы принять участие в новой рекламной программе. Они успели поучаствовать в общей сложности в девяти разных передачах, интервью и реалити-шоу. Они приняли участие почти во всех известных шоу в Китае.

После этого это началось серьёзное роуд-шоу.

Они проводили оффлайн-встречи в крупных городах по всей стране, направленные также на продвижение фильма.

Последствия роуд-шоу были настолько хорошими, что превзошли все ожидания команды. Казалось,  зрители были очень взволнованы таким количеством программ с их участием, и просто не могли дождаться встречи с командой.

Прошло две недели, и оставался всего один день до премьеры «Чёрных туч».

Той ночью Жун Сюй тащил своё уставшее тело обратно в город В вместе с командой. Премьера «Чёрных туч» должна была состояться в столичном оперном театре. Они старались изо всех сил, продвигая фильм в последние две недели. Теперь пришло время увидеть результаты своей работы.

Лян Дао улыбнулся Жун Сюю и сказал:

— Ты живёшь в городе В, Жун Сюй. Поезжай домой. Я останусь в отеле, как и Сыюй. Завтра в полдень не забудь прибыть в отель вовремя. Не забудь хорошенько отдохнуть перед вечерней премьерой.

Жун Сюй улыбнулся и кивнул, после чего Ло Чжэньтао забрал его и отвёз обратно в квартиру.

Как только он открыл дверь, то почувствовал вкусный запах овощей. После долгого тяжёлого дня, его тело внезапно замерло на месте. Он удивлённо поднял голову и увидел перед собой высокого холодного мужчину, вышедшего из кухни с тарелкой в руках.

Увидев Жун Сюя, мужчина спокойно приподнял бровь и спросил:

— Ты дома?

Это звучало бредово, но юноша слабо улыбнулся в ответ и кивнул:

— Ну, я вернулся.

Это был первый раз, когда кто-то ждал его возвращения домой и встречал его с порога.

Это было очень своеобразное чувство. Он почувствовал тепло, разливающееся по сердцу, и медленную пульсацию. Он переоделся и пошёл в столовую, чтобы поужинать вместе.

В то же время на официальном блоге команды «Чёрных туч» был опубликован новый пост, который вызвал огромную бурю в Интернете!

Сред основных имён членов команды, работающей над фильмом, значилось имя «Цинь Чэн».

В творческий коллектив фильма обычно входит режиссёр, продюсер, сценарист и так далее. Эти люди являются основной частью команды. Режиссёр контролирует весь фильм, продюсер гарантирует бесперебойную работу съёмочной группы, а сценарист отвечает за написание истории и её интерпретацию.

Команда «Чёрных туч» спровоцировала в своём микроблоге огромную дискуссию.

«Я прочитала что-то неправильно? Дело в моём деревенском интернете? Неужели Вэйбо всё ещё допускает дублирование имени?»

«Что это значит?! Как гость, Цинь Шэнь не должен быть включен в список основных творческих кадров, даже если его роль чуть больше, чем у другого приглашённого актёра! Это неправильно!»

«Ах, ах, ах, посмотрите видео! Новое видео к фильму! У меня тут большой букет цветов! Знаете, какая роль у нашего бога Цинь в этом фильме?! Вы знаете, кем он будет, знаете?! Вы видели, как его называл в финале ролика Жун Сюй? Он играет Гу Минсю!!!»

Обычные пользователи сети могли не знать, кто такой Гу Минсю, но когда поклонники Лин Сяо увидели это имя, они были взволнованы.

Автор текста отличался от певца, и в основном принадлежал к участникам «закулисной работы». Но Гу Минсю был другим. Этот мужчина был красив, и о нём ходило много сплетен. До того, как ему исполнилось 27 лет, всевозможные таблоиды сплетен писали о нём. Этот человек был высокомерен, потому что он был талантлив; он осмеливался делать всё, что ему вздумается, пока ему не исполнилось двадцать семь лет. Казалось, он и не думал о лирике. Когда позже он познакомился с Лин Сяо, его песни стали намного более сентиментальными.

Когда произошёл этот несчастный случай с Гу Минсю, в музыкальном кругу воцарились  жаркие дискуссии и траур.

Если Цинь Чэн будет играть Гу Минсю, как же он может играть второстепенную роль?!

Гу Минсю был лучшим помощником Лин Сяо, будучи настоящим богом песен. Можно сказать, что без Гу Минсю не было бы и «позднего» Лин Сяо!

«Скажите, пожалуйста, что за роль у Цинь Шэня в «Чёрных тучах»! Если вы осмелитесь сказать, что он играет какую-то другую роль второго плана, а не Гу Минсю, пожалуйста, сразу предоставьте мне доказательства! Лучшим однополым другом Лин Сяо был Гу Минсю! Это точно он!!!»

«Ха-ха-ха-ха, моя семья, у трёх сыновей наконец-то появился новый фильм»

«Из-за Цинь Чэна я буду обязана посмотреть этот фильм дважды, нет, трижды, нет, четырежды!!!»

Фанаты были взволнованы, и всевозможные «критики», естественно, воспользовались этой возможностью, чтобы преднамеренно очернить «Чёрные тучи».

«Какой бред! Цинь Чэн собрался играть Гу Минсю, но разве главный герой этого фильма не Лин Сяо? Поставьте имя Цинь перед именем Жун. Можно ли сказать, что Цинь Чэн первый? Это какой-то тупой пикантный фильм! Очевидно, биографию Лин Сяо превратили во что-то отвратительное!»

«Цинь Чэн на самом деле играет вспомогательную роль в таком фильме? Статус не гарантировал ему главную роль? Это слишком странно!»

«Я, наконец, понимаю, почему режиссёр хотел, чтобы главную роль сыграл именно новичок. У них просто есть Цинь Чэн! Кому нужен главный герой для кассовых сборов, ха-ха-ха-ха!»

Цинь Чэн был известен уже много лет, и его поклонниками были сотни миллионов человек, но также у него было и много критиков.

Никто в мире не мог добиться всеобщей любви: всегда были завистники, прячущиеся и украдкой проклинающие вас; как только они найдут возможность, они, как мышь в канаве, будут пакостить вам на вашем пути.

На этот раз это была действительно хорошая возможность: Цинь Чэн на самом деле играл роль второго плана!

Это был первый раз в его актерской карьере; первый и единственный.

Со времени его дебюта, все роли Цинь Чэна были главными, и даже если он сотрудничал с кем-то более именитым, он также всегда был в этих работах мужчиной номер один. Внезапно он сыграл мужчину номер два, да ещё и уступил новичку!  Все критики слетелись на эту сенсацию, как мухи, не упуская возможности поглумиться над Цинь Чэном.

Поклонники Цинь Чэна не чувствовали ничего плохого и были просто счастливы, что у их «мужского бога», наконец-то, выйдет новый фильм. Но из-за всех этих негативных комментариев они стали немного грустными: «Да, Цинь на этот раз не будет актёром номер один…»

Тэг #Цинь занял второе место в топе поиска. Через час он стал первым! Следом шли тэги #ЧёрныеТучи #ГуМинсю #ЖунСюй.

Таким образом, команда «Чёрных туч» снова вбросила людям сенсацию: бесчисленные пользователи сети с энтузиазмом обсуждали фильм, с нетерпением ожидая его выхода.

Вот почему директор Лян прошёл через все эти трудности с секретностью, и вот почему он использовал Цинь Чэна в качестве последнего туза!

Фильм «Чёрные тучи» на самом деле не был дорогостоящим. По сравнению с другими подобными фильмами, он не мог заявлять себя, как отличный. Самым большим преимуществом их команды был Лин Сяо. Именно из-за Лин Сяо многие знаменитости были готовы сняться в фильме в качестве гостей; и именно из-за Лин Сяо многие поклонники обращали внимание на этот фильм.

Этот фильм был особенным. Накануне релиза многие фильмы вбрасывали в сеть самые важные «уловки» для зрителей, которые заставили бы их с энтузиазмом идти в кинотеатры. Что ещё могла предложить зрителям команда «Чёрных туч»?

Три списка знаменитых гостей фильма уже были опубликованы, как и великолепные видеоклипы. Реклама распространялась по всей сети.

Но в последний день они опубликовали новость о том, что «Цинь Чэн появится в фильме в роли второго плана»!

Пока шла дискуссия, это будет горячей темой. Многие молодые актёры были известны только благодаря активной пропаганде. Была одна киноактриса, которая однажды произнесла знаменитое запретное в кругу слово: «Неважно, будь то скандал, или хорошая новость – я хочу, чтобы моё имя появлялось в газетах каждый день!»

В настоящее время, по официальной версии «Чёрных туч», ненавистники Цинь Чэна и настоящие фанаты начали большую битву. Первые были побеждены верными фанатами и не могли сказать ни слова. Лесной пожар прекратился, и весенний ветерок снова подул. Поклонники Жун Сюя посмотрели на результаты, и в их сердце закралось какое-то беспокойство. Игра Жун Жуна вместе с Цинь Чэном не должна была вызвать никаких проблем. Они чувствовали радость, что их Жун Жун мог сыграть вместе с таким большим актёром.

Все были уверены, что всё сложится замечательно.

Когда страсти накалились до определенного градуса, официальный блог быстро уточнил своё прежнее заявление.

Команда «Чёрных туч»: «Цинь Чэн был специальным гостем фильма, и сыграл мужскую роль второго плана, Гу Минсю. Благодаря дружбе Цинь Чэна, давайте с нетерпением ждать его появления в фильме!»

Затем директор Лян написал в своём микроблоге: «Люди откликнулись на зов нашей съемочной группы, и в знак дружбы согласились сыграть в фильме, даже если им за это не заплатят ни копейки.Все задаются вопросом: возможно ли такое? Кажется, я слишком стар, и мне этого не понять. Спросите тех, кто сыграл в Чёрных Тучах в качестве гостя – кому из них заплатили за это?!»

Слова директора Ляна всегда были очень прямыми и простыми, и поклонники Цинь Чэна и Жун Сюя, увидев этот пост,  сразу же улыбнулись, закивав в знак согласия.

Да, «Чёрные тучи» были особенными. Причиной, по которой Цинь Чэн согласился сняться во второстепенной роли, была дружба. Не имеет смысла запутывать то, что итак понятно. Что действительно имеет смысл, так это…

«Я иду за билетами в кино, чтобы увидеть моего Бога Цинь!!! После выхода «Ученика» я больше не видела работ Цинь Чэна, так что теперь я очень хочу увидеть «Чёрные тучи», очень!!!»

«Ах! Нет необходимости зря тратить время! Я уже заглянула на страницу кинотеатра: все билеты на три дня наперёд были предварительно распроданы... Чёртова команда «Чёрных туч», вы погубили мою молодость! Почему вы объявили об участии в фильме моего Бога в последнюю минуту, почему?! Если бы вы сообщили об этом раньше, я бы не спала, чтобы успеть купить билет в кино на премьеру!!!»

«Команда «Чёрных туч», вам стоит быть осмотрительнее! Я тоже не успела купить билет на премьеру… Пришлось брать аж на четвертый день. Настойчиво требую: увеличьте количество кинотеатров, с которыми вы сотрудничаете! Если я не вижу Жун Жуна моей семьи, если я не вижу своего бога Цинь, я буду громко плакать!»

Команда «Чёрных туч» использовала ловушку «осади Вэй, чтобы спасти Чжао» (осадить базу осаждающих, чтобы освободить осаждённых). Теперь ни один пользователь сети не оставался в стороне: все вынужденно обращали внимание на провокации и крики злых фанатов. Они нашли более серьёзную проблему: где им смотреть «Чёрные тучи»? Все билеты ведь уже раскупили заранее!

«Я специально сходила в кино, чтобы уточнить… Что вы думаете? Конечно же, билетов нет! И в Интернете на онлайн-платформах билетов тоже нет. Как мне теперь купить билеты на премьеру? Я очень недовольна! Команда «Чёрных туч», вы поступили просто ужасно… почему вы не опубликовали всю важную информацию за раз?! Изначально я планироваал пойти в кино через несколько дней. Теперь я очень хочу увидеть работу Жун Жуна и Цинь Чэна моей семьи в одном фильме! Мой большой муж и мой маленький муж будут вместе в одном кадре! Не могу дождаться!!!»

Взгляды всех пользователей сети были прикованы к официальному Вэйбо команды, и люди с негодованием просили их сделать заявление. Сотрудники, ведущие официальный блог фильма, с радостью смотрели за этой сценой, видя, что «Черные тучи» становятся все более и более актуальными в ходе интенсивного обсуждения пользователями сети. Они не могли не обсудить это:

— Думаю, в следующий раз во время съемок директор Лян даст мне больше куриных ножек*!

Его коллега радостно рассмеялся:

— Куриной ножки, думаю, будет мало! Добавьте ещё одну утиную ножку!

— О, да, тебе должны дать куриную и утиную ножку! На этот раз продвижение фильма было действительно успешным!

В разгар столь бурной общенациональной дискуссии в Столичный театр хлынула большая волна счастливых зрителей и журналистов.

В городе В гулял апрельский ветерок, серп луны почти не было видно, но было заметно сияние семи или восьми кристально чистых звезд, усеявших безграничное ночное небо. Красный кашемировый ковер простирался от ворот театра до самой улицы. Множество женщин, одетых в красивые наряды, проходили по этой ковровой дорожке одна за другой. В сопровождении своих спутников, они улыбались мерцающим огням камер и входили в театр.

На церемонию запуска «Черных туч» было приглашено множество звёзд. Всё дело в том, что это был не просто фильм, а дань памяти Лин Сяо, поэтому большинство этих звёзд и приняли это приглашение. Поэтому на красной ковровой дорожке то и дело появлялись известные звёздные лица.

В это время в дорогой квартире на другом конце города, юноша аккуратно завязал галстук и проверил запонки. В зеркале отражался красивый юноша, одетый в простой плотный алый костюм с тонким чёрным галстуком, узкими плечами, тонкой талией и длинными ногами.

Мужчина на диване молча отвёл взгляд от того места, на которое ему не следовало смотреть, и склонил голову, делая вид, что смотрит на часы. Когда всё было готово, Цинь Чэн повернулся и посмотрел на Жун Сюя. По совпадению, Жун Сюй в этот момент тоже поднял голову, и их взгляды встретились.

Долгое время юноша слегка улыбался, а затем, чтобы снять неловкую паузу, спросил:

— Ну, что, Вы готовы? Тогда идём? Если Вы хотите подождать ещё немного, я могу подождать.

Во второй половине дня Жун Сюй уже съездил в ХуаСя Энтертейнмент. Закончив с гримом, он ждал, когда  Юй Сыюй выйдет на красную ковровую дорожку. Неожиданно он вспомнил, что забыл галстук дома.  В принципе, не было ничего страшного в том, что он будет без галстука,  но Цинь Чэн, который был рядом, сказал, что он тоже забыл свои часы дома и может отвезти Жун Сюя за галстуком.

Директор Лян с облегчением вздохнул, глядя на двух мужчин. Он только хотел сказать «Подумаешь – галстук и часы! Вам не нужно возвращаться», как вдруг  увидел взгляд Цинь Чэна, повернувшегося к нему и спокойно сообщившего своим глубоким магнетическим голосом:

— Мы с Жун Сюем вернёмся домой, а затем вместе пройдём по красной дорожке.

Слова застряли у директора Ляна в горле. Цинь Чэн был ростом 1,9 метра, а бедный Лян – всего 1,7. И это преимущество в росте, и сильное давление в его голосе не дали директору Ляну даже попытаться возразить. Он мог только молча наблюдать, как эти двое уходят.

Глядя на их удаляющиеся спины, директор Лян, наконец, словно проснулся:

— Эй, один едет домой, чтобы взять галстук, а другой – чтобы взять часы. Они ведь должны вернуться каждый к себе домой, и у них разные дороги. Почему они решили поехать вместе?!

Юй Сыюй, которая тоже была удивлена:

— ?

Ло Чжэньтао, который знал правду:

— ...

Спокойно попивающий свой чай Сюй Цзинь не говорил ничего, да это и не имело значения. На самом деле, такими вещами спокойно мог заняться помощник. Даже если Вы просто отправите к  себе домой своего заслуживающего доверия сотрудника, Вам не нужно будет возвращаться домой за часами самостоятельно. К тому же, учитывая, что Вы большая звезда.

Однако, если кто-то не хочет выходить на красную дорожку в одиночестве, он будет ревновать и не захочет заниматься своим делом.

Столичный театр, 7 часов вечера.

Скромный роскошный черный «Континенталь» медленно остановился перед красной ковровой дорожкой, и сотни репортеров СМИ лихорадочно втиснулись через толпу, поднимая свои камеры повыше и ожидая прибытия важных звёзд.

Эта премьера освещалась прямой трансляцией на протяжении всей церемонии. Бесчисленные фанаты, которые не могли посмотреть фильм в кинотеатре, могли только сидеть дома перед компьютером и смотреть трансляцию церемонии.

Чжао Сяо Сюй был ярым поклонником Жун Сюя. Хотя он и не смог заполучить билет на премьеру, прямая трансляция была для него обязательной к просмотру.

Три минуты назад Юй Сыюй прошла по красной дорожке вместе с директором Ляном в руках, скрывшись за большими арочными дверьми театра. Когда эти два человека появились на красной дорожке, все фанаты  стали безумно вопрошать: «А Жун Жун?! Как насчёт Жун Жуна? Главная героиня и режиссёр фильма уже прошли, так где же Жун Жун?!»

Тем не менее, теперь по красной дорожке уже шли несколько известных кинокритиков, но Жун Сюя до сих пор нигде не было видно.

Чжао Сяо Сюй вздохнул:

— Ах, ах, где же мой Жун, мой юный маршал? Я хочу увидеть Жун Жуна!

В этот самый момент репортёр, освещавший прямую трансляцию, с удивлением воскликнул:

— Это он! Жун Сюй здесь! Эй, да он же с Цинь Чэном!

*бонусы

Имя Цинь Чэна было увязано с командой «Чёрных туч» только прошлой ночью.

Три минуты назад, когда режиссер фильма и главная актриса прошли рука об руку по красной дорожке, многие журналисты были удивлены: почему нигде до сх пор нет главного актёра? Никто не ожидал, что когда он появится, с ним вместе будет Цинь Чэн, и они выдут из одной машины!

В это время ослепительный свет прожекторов сиял, как белый ковер, и продолжал слышаться звон тарелок. Бесчисленные репортёры изо всех сил старались протиснуться вперёд и спросить что-нибудь у Цинь Чэна и Жун Сю, но эти двое, казалось, ничего не слышали, просто идя вперёд с улыбкой. Вскоре они покинули красную дорожку и скрылись за воротами Столичного Театра.

Рёпортеры разочарованно качали головами один за другим, но поклонники вокруг театра не просто были в изумлении: они буквально вспыхнули! Они быстро выложили в соцсети фотографии, которые только что сделали на свои телефоны, и были очень взволнованы, торопясь выразить свои чувства:

«Боже! Красивые, красивые, какие красивые!!! В жизни они в сто раз лучше, чем по телевизору!!!»

«Когда Жун Сюй и Цинь Чэн шли вместе, я не могла устоять на ногах! Ах-ах-ах!!!»

«Эти двое мужчин выглядели вместе слишком ослепительно, чтобы я могла смотреть на них! Цинь Шэнь был так же красив, как и всегда, а Жун Сюй на самом деле оказался наполовину ниже, чем Цинь Шэнь, но он был так прекрасен! Я вдруг подумала, что они прекрасно смотрятся вместе! Я среагировала на это только сейчас, когда они уже ушли! О, нет! Вернитесь, вернитесь!»

*Шэнь – «бог»

Чжао Сяо Сюй сидел перед компьютером, открыв рот, но не мог сказать ни слова.

Сегодня Жун Сюй был одет в малиновый костюм. Он не был свободным, а слегка обтягивал его стройное тело. Стройные ноги, тонкая талия, темно-красная ткань и его глаза феникса, казалось, отражавшие в себе луну, тонкий черный галстук, контрастирующий с белой кожей:  сегодня он выглядел более элегантно, чем когда-либо прежде.

По сравнению с ним, Цинь Чэн был одет «повседневно»: простая белая рубашка и чёрный костюм. Пиджак и две верхние пуговицы на рубашке были расстегнуты. Его черты лица были глубокими, а темперамент – безразличным. Этот простой костюм сидел на нём безупречно. В глаза также бросались его сапфировые запонки.

Эти двое мужчин выглядели бы абсолютно привлекательно на любой ковровой дорожке.

Цинь Чэн неоднократно завоевывал титул «Лучший мужчина на сцене», а для Жун Сюя это была первая красная дорожка. Он стоял рядом с этим красивым мужчиной, мягко улыбаясь.

Чжао Сяо Сюй быстро прикрыл щёки: его лицо полностью покраснело.

«Хорошая пара! Как же сильно вы подходите друг другу, как это возможно?!»

Три минуты спустя был опубликован новый пост на одном незаметном микроблоге: «Цинь @Жун ах-ах-ах-ах-ах-ах! Их пара так радует глаз! Это слишком красиво! Я хочу увидеть «Чёрные тучи» немедленно! Первый раз, когда я увидела Цинь Шэня вместе с другой звездой мужского пола, это было на красной дорожке, и он был вместе с Жуном моей семьи! Жун Сюй не потерялся на фоне Цинь Шэня! Он красивый, ооочень красивый, я хочу встать на колени! Ах!!!»

Это был только один из множества постов.

В то же время на сайте ХуаСя многие пользователи сети, которые смотрели прямую трансляцию премьеры «Черных туч», также увидели сцену, произошедшую на красной дорожке, и были поражены:

Кто-то был ошеломлён нарядом Цинь Чэна и с волнением написал:

«Цинь Шэнь действительно красив, он стал знаменитым не просто так».

Кто-то был удивлен первым появлением на красной ковровой дорожке Жун Сюя: «Красная ковровая дорожка не только показала его привлекательный внешний вид и тело, но и его характер. Характер Жун Сюя хорош, я с нетерпением жду «Чёрные тучи»!»

Появлялось все больше и больше поклонниц женского пола и несколько поклонников мужского пола.

«Ха-ха-ха, я предлагаю называть их «Цинь Жун»!

«Цинь Жун… так звали актёра в прошлом веке! Давайте!»

«Ха-ха-ха-ха, кажется, актёр с именем Цинь Жун уже есть… Может, Чэн Жун? Во всяком случае, мне лично всё равно, я буду писать «Цинь Шэнь+Жун Сюй»! Они отлично смотрелись, и были такими милыми. Я должна ещё раз пересмотреть видео с красной дорожки, я должна посмотреть его сто раз!»

Минутный проход этих двоих по красной дорожке уже пробудил поклонников на бурные обсуждения. Когда состоится премьера, фанаты должны просто сойти с ума, просто глядя на них!

Это была обычная премьера. На сцене, как обычно, были ведущие, режиссер, актёры. Ведущий задавал им разные вопросы о процессе съёмок, об их отношении к фильму и его персонажам.

Единственное, что было необычным – в зале на этой премьере сидело огромное количество звёзд.

Эти знаменитости играли далеко не главные роли, а участвовали в качестве приглашённых звёзд.

Из всех людей на сцене только режиссёр Лян и Цинь Чэн были квалифицированы, чтобы позволить этим звездам ждать, поэтому премьера была очень короткой, и ведущий задал присутствующим только несколько вопросов, быстро завершив интервью. Один из этих вопросов он задал Жун Сюю, и сцена накалилась до предела:

— Жун Сюй, в процессе съёмок «Чёрных туч», какая сцена, по Вашему мнению, была самой сложной?

Юноша долго хмурился и вспоминал. Затем он сказал:

— Должно быть, сцена плача. Мы переснимали эту сцену семь или восемь раз. В конце концов, к моему большому удивлению, директор Лян остановил свой выбор на самом первом дубле.

Все взгляды внезапно остановились на теле режиссёра Ляна, на что тот невинно пожал плечами и сказал:

— Ну, оказалось, что первый дубль был лучшим. А ты не согласен со мной, Цинь Чэн?

До этого ведущий старался не обращаться к Цинь Чэну, потому что тот стоял рядом с Жун Сюем, тихо и спокойно держал микрофон, смотрел в пол и казался ленивым. Однако ему не нужно было ничего говорить. Он играл в этом фильме не главную роль. Если бы он заговорил, он легко перетянул бы на себя всё внимание.

Но директор Лян, наконец, втянул в разговор Цинь Чэна, поэтому ведущий сразу же обратил свой взволнованный взор на него.

Цинь Чэн равнодушно поднял глаза, посмотрел на директора Ляна и улыбнулся:

— Нет смысла спрашивать об этой сцене меня. В конце концов, я в этот момент играл мёртвое тело. Я, должно быть, единственный человек во всей команде, кто не видел вживую, как Жун Сюй плачет.

Ведущий тут же пошутил:

— Вы чувствуете сожаление?

Цинь Чэн мрачно ответил:

— Да.

Ведущий снова посмотрел на Жун Сюя и улыбнулся:

— Может, будет лучше, если мы попросим Жун Сюя показать эту сцену сейчас, чтобы наверстать упущенное?

Это была просто шутка. Он ожидал услышать отказ и на этом завершить интервью. Но кто ожидал, что в этот момент он услышит низкий голос мужчины:

— Хорошая идея. Как думаешь?

Его тело задрожало, и Жун Сюй быстро обернулся и посмотрел на мужчину, смотрящего на него с улыбкой.

Зрителей в театре переполняла радость.

Актёры часто показывали живые выступления, даже на церемониях открытия или премьерах некоторых телесериалов и фильмов. Некоторые актёры, играющие главные роли, бывало, даже целовались на сцене!

Многие фанаты, наблюдавший за происходящим на сцене, испытывали в этот момент крайне противоречивые эмоции. Они тоже хотели увидеть прекрасную игру своего Жун Жуна, но они были бы очень расстроены, если бы увидели, как он плачет. Пока все пребывали в таком странном настроении, один фанат взволнованно сказал:

— Юный Жун будет плакать. Это должно быть особенное шоу обезьян, особенное!

Все поклонники сразу же поняли!

Верно! Воочию увидеть, как Жун Сюй плачет… это определенно особенное шоу обезьян!

Общественное мнение было таково, что Жун Сюй должен сделать это.

На самом деле, Жун Сюй знал, что Цинь Чэн и Лян Дао согласны на такую импровизацию, и он сам хотел продемонстрировать свои актёрские способности, сыграл сцену плача прямо на премьере. Это было хорошим маркетинговым ходом как для самого фильма, так и для него. Это была прекрасная возможность доказать критикам, что он достоин играть эту роль.

Если он сыграет хорошо, многие крупные режиссёры и съёмочные группы будут знать: Жун Сюй обладает актёрским мастерством.

Главная задача состояла в том, что сыграть нужно было очень хорошо.

Сцена началась очень быстро, и многие люди не относились к ней слишком серьёзно, думая, что это самая банальная сцена плача. Они увидели, что Жун Сюй повернулся и посмотрел на Цинь Чэна, думая, что он хочет вспомнить сюжет. Как вдруг они увидели: глаза юноши были красными!

Первое, что бросалось в глаза, – красные веки. Эти красивые и ясные глаза были красными. Однако он не плакал, а просто растянул губы в улыбке. Это была не горькая улыбка. Это была не хитрая улыбка. Он просто смеялся, как будто он действительно был счастлив! Вслед за этим слёзы внезапно закапали из его глаз.

— Ох… — струны души зрителей были в этот момент задеты.

Аудитория наблюдала за сценой в тишине; они смотрели на большой экран, на котором глаза юноши бегали, словно в панике; улыбка на его губах становилась всё глубже, а слёз бежало всё больше. Слёзы текли по белому лицу, глаза были красными, а губы – бледными. Эта улыбка была, скорее, кислой, чем плачущей, но он пытался рассмеяться, как будто настаивая на чём-то своём и отказываясь сдаваться.

У зрителей при этом встал ком в горле; они вдруг обнаружили, что их глаза на самом деле стали влажными.

В следующий момент происходящее на сцене шокировало всех ещё сильнее!

Цинь Чэн неожиданно протянул руку и прижал юношу к себе одной рукой!

Ведущий был ошеломлён, а Цинь Чэн спокойно взял микрофон и тихим голосом сказал:

— Хорошо, не плачь. Ты играл очень хорошо.

Юноша в его объятьях был слегка ошеломлён и перестал плакать. Хотя он несколько застрял в эмоциях своего персонажа, Жун Сюй спокойно выбрался из рук Цинь Чэна, взял салфетку, переданную помощником, и вытер слёзы, улыбнувшись:

— Ну, на этот раз Вы смогли увидеть это?

В следующую секунду зрители горячо зааплодировали!

От столь громких аплодисментов потолок театра едва не рухнул. Будь то поклонники-зрители, журналисты, или даже звёзды, сидевшие в первом ряду, аплодировали Жун Сюю. Что касается того, что из этих актёров аплодировал искренне, а кто нет – это было неизвестно.

Пользователи сети, которые смотрели прямую трансляцию дома за компьютером, были ещё более заплаканными, чем зрители в зале:

«Что?! Ты хотел заставить нашего маленького друга плакать? Как ты мог позволить ему плакать? Он же был таким милым и красивым!!!»

«Не смотри больше на моего Жун Сюя! Цинь Шэнь, хотя ты в конце и обнял Жун Жуна моей семьи, я всё равно никогда не прощу тебя!»

Что касается парочки других фанатов…

«Они снова плачут и обнимаются! Меня уже тошнит от этих мелодрам!!!»

После такой волны энтузиазма ведущий задал им ещё несколько вопросов, и церемония премьеры была официально завершена. К этому моменту веб-трансляция была окончена, и зрители в театре могли приступить к просмотру фильма «Чёрные тучи».

Премьера фильма официально стартовала!

Первая сцена фильма быстро превратилась в видео, которое просто взорвало Интернет. Видео под названием «Юноша поёт в метро города B» молниеносно набрало свой первый миллион просмотров.

Перед зрителями предстала станция метро города В, где туда-сюда сновали вечно спешащие куда-то пешеходы. Они не видели, кто стоит в тени перехода, но они слышали его.

Пение.

Пение было чистым, как лазурное небо. Контрастируя со спешащей толпой людей, поющий юноша словно находился в тихом раю. Он пел эту песню очень серьёзно. Хотя у него, казалось, не было особых певческих навыков, его чистый голос вполне был способен тронуть сердце любого человека.

Объектив камеры остановился на руке юноши,  играющего на гитаре, и людях, слушающих, как он поёт. Время от времени кто-то подходил и клал деньги в футляр от его гитары. Юноша в ответ шептал «спасибо» и продолжал петь дальше. Наконец кто-то подошёл к нему и сказал:

— Я хочу подписать с Вами контракт.

В этот момент объектив камеры, наконец, поднялся, и на большом экране появилось ясное и нежное лицо юноши со светлыми волосами и ясными зрачками. На его губах появилась мягкая улыбка, и он ответил женщине своим мелодичным голосом:

— Я верю Вам. Я Лин Сяо.

Услышав одно только это предложение, многие из поклонников Лин Сяо в зале уже залились слезами. Так было не только в Большом Столичном Театре, но и в других кинотеатрах города B, провинции Cj, провинции Cz… так было по всей стране! Каждый поклонник Лин Сяо, который смотрел премьеру «Чёрных туч», в этот момент яростно пытался сдержать слёзы, глядя на нежного приятного юношу на экране.

Потому что это был Лин Сяо!

К этому моменту прошло всего пять минут после полуночи. Премьера «Чёрных туч» продолжалась.

Жизнь Лин Сяо нельзя рассматривать как набор последовательных кульминаций, но это и не мирное плавание.

Среди зрителей, которые смотрели премьеру «Чёрных туч», большинство людей имели определенное представление о его музыкальной карьере, слышали его песни, знали о его наградах, но они никогда не знали, что за идеальной песней стояли её создатели, которые неоднократно пытались вдохновиться, и не знали о неудачных попытках записи в студии.

Первая половина «Чёрных туч» определенно могла считаться успешным коммерческим вдохновляющим фильмом. Неизвестный певец-любитель был найден в переходе талантливым агентом, а затем стремительно ворвался в круг развлечений, выпустил сингл и записал альбомы, провёл свой первый в жизни концерт и был удостоен первой почётной награды.

Сюжет фильма продвигался очень быстро, рассказывая всю его историю.

Среди актёров было много знаменитостей и суперзвезд. Зрители то и дело делали глубокие вздохи, когда они один за другим мелькали в кадре.

Этот режиссерский ход не только придавал фильму свежести и чувства стремительности, но и гарантировал, что у зрителей не появится странного чувства во время просмотра.

Многие кинокритики и фанаты ещё до выхода фильма задавали вопросы о том, «сможет ли новичок в роли главного героя подавить своим присутствием такое огромное количество суперзвёзд». Казалось, они были обречены.

Когда картина подошла к своей кульминации, зрители уже были с головой погружены в историю Лин Сяо, из которой было очень сложно выбраться.

Такой нежный и добрый молодой человек стремился к своей мечте в одиночку; его талант был его оружием, а его мягкость делала любого «железного» человека неспособным причинить ему боль. Даже если его предадут, он воспримет это как подарок и не будет обвинять этого человека, а даже простит его.

Есть такой тип людей, которых называют «green tea bitch». В начале просмотра «Чёрных туч», один кинокритик тихо записал в своём блокноте одно предложение, но посмотрев фильм ещё некоторое время, он зачеркнул эту строчку.

Никакого практического результата не последовало. Это был «green tea bitch».

Вот, что называют мягкостью – иметь терпимое сердце ко всему миру.

Когда зрители смотрели премьеру уже в течение часа, история подошла к переломному моменту: Лин Сяо не был удовлетворён написанной им песней и, казаллось, столкнулся с большим кризисом в своей карьере. В этот день он пробыл в студии в одиночестве целый день. Когда он уходил, в пустом коридоре никого не было, и он молча шёл к выходу.

И, конечно же, в этот самый момент он, наконец, увидел человека, который впоследствии стал его другом и партнёром на всю жизнь.

Глядя на красивое лицо Цинь Чэна, появившегося на большом экране, бесчисленные поклонники были взволнованы, крепко сжимая кулаки. Многие фанаты, которые изо всех сил старались раздобыть билет в кино на премьеру, дёргали друг друга за рукава, едва не крича.

На большом экране один мужчина выглядел был очень непринуждённым, а другой – мягким и осторожным.

— Как насчёт того, чтобы поработать со мной?

— Я пишу тексты, Вы сочиняете музыку.

— Лин Сяо, я Вам нужен.

Они стояли на расстоянии всего пяти сантиметров друг от друга! В тускло освещённом кинотеатре двое мужчин на экране пристально смотрели друг на друга. Едва заметная улыбка появилась на губах Цинь Чэна. Он смотрел на юношу перед собой так, словно он уже крепко держал в руке его руку. Однако Жун Сюй был очень удивлён, и его ясные зрачки не переставали дрожать.

Это была первая встреча Лин Сяо и Гу Минсю.

Далее последовал настоящий праздник двух сильных талантов.

«Другой берег», «Небесный фонарь», «Норвежский каньон»…

Разные классические песни Лин Сяо появлялись в фильме одна за другой. Один сочинял музыку, а другой писал тексты песен, за что их называли золотой комбинацией музыкальной индустрии. В течение следующих семнадцати лет Гу Минсю написал только пять текстов для других певцов. Все остальные свои творения он отдавал только Лин Сяо.

Всё – от баллад до рок-н-ролла – Лин Сяо пел то, что он ему написал.

В этот момент у людей буквально закипела кровь, как будто они вернулись в старые добрые времена. Многие кинокритики тоже помнили былые годы. В то время все улицы и переулки были обклеены афишами песен Лин Сяо. Если вы не слышали его песен, вас презирали.

А потом случилась редкая ссора. Лин Сяо не хотел ссориться со своим любимым другом. Ему пришлось уйти первым. А когда они встретились снова, их уже отделяла белая ткань... Он больше никогда не слышал голоса этого человека…

На экране крупным планом рыдал Жун Сюй, пока на фоне играла печальная мелодия.

Бесчисленные люди перед экранами заливались слезами. Зрители на премьере уже видели эту сцену плача воочию, но заворожено смотрели на сцену в больнице на опознании, где нежный юноша плакал, по-сумасшедшему смеясь и бормоча:

— Это не Гу Минсю, это не он...

Глядя на эту душераздирающую картину, зрители снова не могли сдержать слёз...

Фильм обладал каким-то неописуемым очарованием, и эмоции в нём были заразительны. И хороший актёр мог заставить вас глубже понять чувства героя. Как будто зрители сами на мгновение стали им, и прочувствовали на себе всё отчаяние от потери близкого друга.

В других кинотеатрах по всей стране люди, которые были плохо подготовлены к этой сцене, сидели в оцепенении. Поклонники Лин Сяо, конечно же, знали, что Гу Минсю погиб в автокатастрофе, но они не ожидали, что в этом фильме действительно будет показана эта сцена.

Молодой человек, который всегда смеялся, всё ещё продолжал смеяться. Даже в тот момент, когда вам хотелось, чтобы он горько закричал из-за разбитого сердца и оплакивал своего друга, он всё ещё продолжал смеяться. Даже несмотря на то, что его глаза были полны слёз, он продолжал обманывать себя, отрицая реальность, и плакать, дрожа всем телом.

В городском театре Гуанмин юноша, который сопровождал свою подругу на премьеру, только что проснулся и увидел рядом с собой девушку, залитую слезами. Она не ела свой попкорн а тихо плакала, пока её рука неподвижно висела в воздухе. Юноша испугался:

— Сяо Юй, что с тобой?! Почему ты плачешь? Кто обидел тебя? Скажи, я проучу его! Я…

— Замолчи!

Гневные возгласы раздавались со всех углов театра, и юношу тут же прижался в своё кресло, с горечью посмотрев на большой экран.

«Почему все вокруг такие злые? Это же обычный биографический фильм. Неужели он такой трогательный?»

В одном из провинциальных кинотеатров маленькая девочка быстро сняла очки, вытерла слезы и быстро надела их обратно. Вскоре слёзы снова намочили стёкла. Протирая очки вновь и вновь, маленькая девочка захныкала и пожаловалась:

— Дурацкая оправа, дурацкие очки! Лин Сяо, не плачь...

Подобная картина наблюдалась в эту ночь в большинстве кинотеатров страны.

Но они даже представить себе не могли, что это было только начало фильма.

Приняв смерть Гу Минсю, Лин Сяо какое-то время был в трауре, а затем вновь вернулся на музыкальную арену. Он стал работать усерднее, пытаясь с головой уйти в работу, и трудился за двоих. Он продолжил писать и слова и музыку для песен, постоянно обновляя записи о продажах под своей кроватью.

А потом он заболел…

Лин Сяо упал прямо на своём концерте. Он проводил трёхдневный концерт для ста тысяч человек в городе В. В последний из этих трёх дней, когда он пел свою предпоследнюю песню «Небесный фонарь», его голос внезапно оборвался.

Зрители молчали. Все смотрели на него, смотрели на Бога Песни на большом экране.

Он уставился на пустоту в воздухе и… резко упал на пол!

Диагноз – опухоль головного мозга на поздней стадии.

По сюжету фильма Чжао Чуюй без конца винила себя за то, что не заметила этого раньше, и что она ужасный агент. Но её нельзя было винить в этом. Она была замужней женщиной, матерью. Она не могла оставаться в доме Лин Сяо 24/7 и сопровождать его везде, чтобы круглосуточно заботиться о нём.

У его опухоли головного мозга были предвестники заболевания. До этого у Лин Сяо уже часто случались головные боли, но он никогда не проверялся у врача и не говорил об этом Чжао Чуюнь. Он только и мог, что без устали работать, писать песни и постоянно петь. В настоящее же время фанаты плакали и молились за своего кумира, а друзья по кругу развлечений приезжали навестить его один за другим.

В последние несколько лет Лин Сяо был необычайно спокоен.

Мужчина на экране был одет в белый больничный халат, лежал в постели и улыбался, в отличие от зрителей перед экранами, которые неустанно плакали.

Даже юноша, сопровождавший свою девушку в кино, вытер слёзы. Он с кислой миной сказал:

— Самый депрессивный человек продолжал быть оптимистичным и весёлым до конца. Три года назад моя сестра тоже лежала на больничной койке. Она тогда взяла меня за руку и сказала, что ни о чём не сожалеет и хочет, чтобы мы жили счастливо.

Что действительно трогало, так это то, что этот фильм, вне зависимости от пола и возраста, был способен затронуть самые тонкие струны души каждого зрителя.

Почему так много людей любят Лин Сяо и его песни? Из-за его песен. Они дарят самые чистые чувства. Почему в мире так много хороших певцов, а «Богом Песни» называли только Лин Сяо? Потому что он – Лин Сяо.

Он пожертвовал сотням начальных школ и основал «Фонд ЖунЮнь». Это было величайшее страдание в его жизни, но он встретил его с улыбкой на губах. Встретил смерть с сильным и твёрдым сердцем. До самого конца огонёк его жизни был чрезвычайно слабым, но он продолжал решительно поддерживать свою улыбку. Перед смертью он мягко сказал Чжао Чуюнь:

— Я уйду к нему первым… детей я оставляю на тебя.

После смерти Лин Сяо его прах был передан в дар. Под руководством Чжао Чуюнь «Фонд ЖунЮнь» продолжал стабильно работать и ежегодно финансировал тысячи нуждающихся детей.

Фильм заканчивался речью священника. Чёрные тучи давили на небо, и воздух был настолько давящим, что было тяжело дышать. Бесчисленное множество знаменитостей стояли перед надгробием этого человека в чёрных костюмах с чёрными зонтами, провожая его в последний путь.

— Он принёс нам самую трогательную музыку. Мы все будем помнить его, Лин Сяо.

К концу похорон тёмные тучи рассеялись. Из-за трещин в свинцовых тучах медленно высунулось яркое солнце, осветив землю. Люди убрали чёрные зонты, и чёрные тучи, которые нависали над их сердцами, наконец исчезли.

Завтра наступит, и единственное, что мы можем сделать для тех, кого мы потеряли, – беречь память о них.

Со странной и успокаивающей мелодией картинка на экране постепенно темнела, и на этом премьера «Чёрных туч» наконец закончилась.

Двухчасовой фильм подошёл к концу. В два часа ночи зрители, наконец, могли дать фильму свою оценку.

Команда «Чёрных туч» не могла знать ситуации в других кинотеатрах, но в столичном театре, когда шли субтитры, раздался гром аплодисментов. В аплодисментах слышались рыдания, и многие зрители аплодировали, щурясь от слёз.

Специально приглашенные режиссёры встали и поздравили режиссёра Ляна. Целых три минуты непрерывных аплодисментов безмолвно рассказали всем о том, как зрители  оценивают фильм.

Жун Сюй встал и повернулся, пробежавшись взглядом по залу.

«Чёрные тучи» стали его первым ключом к открытию китайской киноиндустрии. Этот ключ был очень опасным. Если ты воспользуешься им правильно, ты будешь иметь неограниченный доход. Если же ты используешь его неправильно, ты потеряешь свою жизнь. Сегодня он, наконец, слегка приоткрыл эту запертую дверь.

В два часа ночи многие обычные зрители, которые смотрели фильм, не могли дождаться, когда они смогут зайти в Интернет, чтобы выразить свои чувства. Кинокритики сразу же помчались на свои личные страницы и начали публиковать своё мнение о фильме.

В 7 часов утра, когда пользователи сети только проснулись, взяли в руки свои мобильные телефоны и начали небрежно листать ленту новостей, первым делом они искали взглядом два слова: «чёрные тучи».

«Как же чудесны были «Чёрные тучи»?! Хотя я никогда не была поклонницей Лин Сяо, я действительно стала восхищаться им после просмотра этого фильма! Я стала его фанаткой! Жун Жун был действительно очень красив и обаятелен в этом фильме. Это был не мужественный молодой маршал Хо, и даже не элегантный ВаньЦи Яо!!!

Когда я увидела, как Жун Жун плачет, я тоже заплакала. Мне было очень грустно из-за того, что хороших людей никогда не настигает счастливый конец.

Первоначально я пошла смотреть этот фильм из-за моей богини Дженнифер, но я не ожидала, что моя богиня займёт в нём всего три секунды экранного времени. Я очень хотела поругаться с командой, работавшей над пиаром, за это мошенничество, но фильм оказался просто восхитительным, и я забыла обо всей злобе. Все люди вокруг меня плакали. Сидящая рядом со мной девушка, кажется, была поклонницей Лин Сяо. После окончания фильма она всё никак не переставала говорить: «Игра Жун Сюя действительно хороша!». Я тоже немного поплакала, но совсем немного!»

Многочисленные хвалебные отзывы в этот день просто заполонили всё интернет-сообщество; различные форумы, микроблоги и сообщества обсуждали «Чёрные тучи».

Рано утром фильм был показан уже три раза, а больше трети зрителей в кинотеатрах многих крупных городов посмотрели премьеру ещё в полночь. В некоторых небольших городах был только один кинотеатр, где показывали «Чёрные тучи» в ранние часы, и их посещаемость была крайне высокой.

К семи часам утра на известном сайте ЦзинШэнь были опубликованы оценки зрителей и профессионалов, поставленные фильму  «Чёрные тучи».

Оценка зрителей: 3 балла!

Оценка профессионалов: 1 балл!

Спустя всего семь часов после выхода фильма фильм успел получить такой высокий рейтинг!

Если вы хотели проголосовать на сайте ЦзинШэнь, вы должны были предъявить билет в обычный кинотеатр, так что это затрудняло допуск к голосованию армии фейков. Нельзя сказать, что это условие полностью исключало существование накрученных голосов водной, но стоимость покупки фейков в этом случае была очень высокой, поэтому зрители очень доверяли оценкам, публикующимся на этом сайте.

Сейчас сайт уже выдавал фильму оценку в 9+баллов!

«Чёрные тучи» – это не художественный, а вдохновляющий биографический фильм. Редко встретишь коммерческие фильмы, которые могут получить такие высокие оценки зрителей. Многие пользователи сети сразу же начали скупали билеты, чтобы успеть сходить в кино, увидев столь высокие оценки.

Некоторые люди бормотали перед входом в кинозал:

— Я ничего не слышала о Жун Сюе, но фильмы с Юй Сыюй всегда были хорошими... Ещё и Цинь Чэн снялся в этом фильме… Если все эти звёзды снялись здесь,  фильм ведь не может быть плохим, верно?

Выйдя на улицу, одна из таких зрителей пожаловалась своему парню со слезами на глазах:

— Как же душераздирающе Жун Сюй плакал... Я не плакала, правда. Просто в глаз что-то попало… Фильм действительно хорош!

В интернете было много дискуссий о сюжете «Чёрных туч». Поклонники Лин Сяо, которые посмотрели фильм, проанализировали сюжет и сказали, что в фильме действительно правдоподобно рассказывается о жизни Лин Сяо. Хотя в некоторых местах были небольшие расхождения – например о том, что когда Гу Минсю скончался, Лин Сяо ушёл из музыки на полгода – но в целом фильм был очень хорошим.

«Я очень волновалась перед просмотром фильма, боялась, что они уничтожат статус Бога Песен... Жун Сюй слишком молод, и у него было так мало работ. Если бы Лин Сяо сыграл Цзяо Цзиншань, я бы чувствовала облегчение. Но после того, как я сходила на премьеру, я узнала, что Жун Сюй, к счастью, прекрасно сыграл эту роль! Если бы не он, я даже представить боюсь, на что это было бы похоже…»

«Больше всего мне нравится смотреть, как играют Жун Сюй и Цинь Чэн. У них обоих отличное актёрское мастерство. Я думала при просмотре только о них, а не обо всех этих «больших гостях»! Когда они были в кадре вместе, я действительно чувствовала, что вижу перед собой Гу Да и Сяо Сяо... Думаю, в жизни их общение и взаимоотношения выглядели именно так!»

«Гу Да» – так фанаты Лин Сяо называли Гу Минсю. Гу Минсю был высокомерен и необуздан. Когда в одном из интервью у Лин Сяо спросили: «Как Вы ладите с Гу Минсю, вашим бессменным  автором?», Лин Сяо без колебаний ответил: «Он – босс, я ему доверяю».

Так Гу Минсю и стал «Гу Да».

Что до фанатов Жун Сюя, после просмотра этого фильма они стали плакать ещё больше.

Кто-то еще не покинул кинотеатр, но уже упал в объятия своих друзей в поисках утешения. Но когда они подняли глаза, то увидели, что их друзья тоже плачут. Две маленькие девочки плакали и причитали:

— Я убью того, кто посмеет заставить моего Жун Жуна плакать! Жун Жун такой хороший, У У, не запугивай его!

7:00 утра – первое место в топе поиска по всей сети. 6:00 вечера – «Чёрные тучи» всё ещё возглавляют этот список.

Многие известные кинокритики ЦзинШэнь выразили своё мнение на этот фильм. К пяти вечера была опубликована одна развёрнутая рецензия длиной более трёх тысяч слов, и привлекла к себе внимание всех поклонников, подтолкнув пылкие обсуждения фильма к новой кульминации.

«Кино нуждается в музыке, Утопические Чёрные тучи и Легендарная жизнь»

Что касается фильма «Черные тучи», то он не является традиционным коммерческим фильмом, но в последние два года лишь немногие коммерческие фильмы могли продвинуться дальше. Этот фильм – просто совпадение. Если смотреть только на сюжет, сюжетная линия очень проста, и не обладает особой привлекательностью. Но из-за Лин Сяо этот фильм становится таким особенным.

Техника съёмки фильма - склеивание фрагментированных видео, что всегда любил Лян Чао. Цвета картины не богаты, но контраст сильный, что делает атмосферу фильма превосходно прорисованной. По сравнению с обычными фильмами Лян Чао, саундтрек к этому фильму продвигался куда лучше.

За весь фильм я услышал не меньше десяти эпизодов с чистой музыкой и двадцати моментов с вокалом. Кажется, все песни, использованные в моментах с пением, принадлежат Лин Сяо, а чисто музыкальная часть фильма также очень напоминает личный стиль Лин Сяо.

Больше всего меня волнует финал. Когда люди стоят перед надгробием, темные тучи на небе рассеиваются, и сквозь них внезапно пробивается золотой свет, после чего звучит медленная мелодия. Это единственная песня фильма, которая написана не Лин Сяо. Эта успокаивающая умиротворяющая песня подводит сюжет всего фильма к кульминационному моменту, идеально соответствуя эмоциям каждого зрителя в этот момент.

Фильм рассказывает историю за два часа. Финальная песня раскалывает лёд и заставляет его растаять.

В общем, кино нуждается в музыке. Творения Лин Сяо добавляют фильму блеска. Финальная новая песня – свидетельство высокого мастерства съёмочной группы. Если «Чёрные тучи» Лин Сяо утопичны, то финальная песня почти реалистична, жестока и прекрасна.

Итог: «Чёрные тучи» стоит посмотреть».

Как только была опубликована эта длинная рецензия, бесчисленные зрители принялись судорожно  вспоминать эту финальную песню.

«Точно! Когда заиграла эта песня, я плакала так сильно, что из-за слёз не видела экрана, но не могла перестать плакать. Он пел, пока я плакала… песня действительно очень хорошая!»

«Я плакала на трёх самых несчастных моментах фильма: когда Лин Сяо впервые потребовал тело Гу Минсю, когда Лин Сяо неожиданно увидел призрака Гу Минсю на концерте, после чего упал в обморок из-за опухоли головного мозга. Третий раз был, когда они оплакивали Лин Сяо перед его надгробием. Когда тёмные тучи рассеялись, и появилось солнце, я увидела, как все расслабились. Как только эта песня заиграла, я уже не могла сдержать слёз».

«Что это была за песня? Это, кажется, не песня Лин Сяо... Я никогда раньше не слышал её! Её написали специально для фильма? Она восхитительна! Кто-нибудь знает, что это за песня?»

В конце каждого фильма шли титры со списком людей, внёсших свой вклад в этот фильм. Съёмочная группа «Черных туч» вписала в титры даже имя мальчика, который каждый день доставлял им еду, чтобы выразить ему таким образом свою благодарность.

Если внимательно читать титры, определенно можно найти имя исполнителя и автора интересующей вас песни.

Но когда в кино начитаются субтитры, многие зрители уже идут к выходу из кинотеатра, даже не удосуживаясь на них взглянуть.

Тем не менее, сила в количестве. Когда в тот день тег #ТрейлерЧёрныхТуч занял шестое место в топе поиска, один из пользователей сети наконец-то опубликовал на своей странице пост с несколькими фотографиями и подписал: «Это оно?! Я плакала. Я сидела на своём месте и ждала окончания фильма. Я случайно сделала несколько фотографий. Пожалуйста, восстановите эти фото... Они сильно размыты. Может быть, в них будет какая-то информация об этой песне [фото] [фото] [фото] [фото] [фото] [фото]».

Эта девушка не слишком заботилась об этих шести размытых фотографиях, но на самом деле существовало множество мастеров, которые быстро помогли ей восстановить HD-изображения.

На первом и втором снимке выражалась благодарность всем приглашённым звездам, а после третьего – персоналу съёмочной группы. Так продолжалось вплоть до пятого снимка, но на шестом…

«Ах, ах, ах, я восстановила снимки! Песня, которую поёт Жун Жун, называется «Потерянные Крылья»! Её действительно пел он! Знаете, кто автор этой песни, ах?! Лин Сяо!!!»

Этот брошенный камень спровоцировал просто тысячу волн.

В конце концов, сегодня был первый день после выхода фильма. Многие пользователи сети до сих пор не могли купить билеты и посмотреть фильм. Некоторые из тех, кто уже успел посмотреть премьеру, обсуждали только сюжет, игнорируя музыку.

Их нельзя винить в этом, потому что сюжет фильма и моделирование персонажей были превосходны. Одних лишь десятков приглашённых звёзд было достаточно, чтобы зрители обсуждали это весь день. Как они могли думать о музыке?

В мире кино многие зрители пренебрежительно относились к музыке. Когда зрители видели захватывающую сцену, они думали только о том, «что будет дальше», и не думали, что «эта фоновая музыка идеально вписывается в эту сцену»; когда они видели, что главные герои демонстрируют друг другу свои чувства, они думали только о «Поцелуйтесь! Целуйтесь, скорее!» вместо того, чтобы задумываться о мелодии.

Фоновая музыка, как ведущая шестерня: без неё вряд ли можно побудить зрителей смотреть фильм. Но при этом зрители всегда погружаются в собственные мысли и сюжет, полностью забывая о существовании музыки.

Так произошло и в этот раз: многие зрители расплакались, увидев финал, но они не ожидали, что именно эта песня так необъяснимо управляла их настроением.

Теперь кто-то упомянул эту песню...

Один пользователь сети заметил:

«Потерянные крылья пел Жун Жун?! Можно ли сказать, что все эти песни пел Жун Жун?!

Не подогревайте мой аппетит! Я купила билет на завтра, чтобы посмотреть «Чёрные тучи». Я тоже хочу услышать, как Жун Жун поёт «Потерянные крылья». Эта песня и правда так хороша? Тогда хватит говорить об этом!!!»

В 12 часов вечера Лян Чао сидел в своём гостиничном номере, когда ему поступил звонок.

Выслушав человека на другом конце провода, Лян Чао вздохнул с облегчением, не сумев сдержать смех:

— Спасибо за Ваши благосклонные слова.

В день премьеры «Черных туч» кассовые сборы составили 560 миллионов!

В ХуаСя более пяти тысяч кинотеатров показывали премьеру одновременно. С мощнейшей рекламной кампанией фильма, внушительные кассовые сборы были ожидаемы!

«Черные тучи» стал одним из трёх самых популярных фильмов по показателям дня премьеры. На втором месте располагался коммерческий фильм с участием Цинь Чэна, снятый в прошлом году, под названием «Инсайдерское задание». Третье место занимал прошлогодний коммерческий фильм Вэнь Вэя под названием «Шторм ГэЧэн».

Конечно, нельзя сказать, что «Чёрные тучи» были значительно выше по стоимости, чем два других фильма. Как говорят кинокритики, ситуация с этим фильмом – просто совпадение. Если бы фильм был не о жизни Лин Сяо, то в нём не снялось бы так много больших звёзд и он не заинтересовал бы столько поклонников.

Но как бы то ни было, «Черные тучи» были горячей темой этого дня, просто супер-горячей!

Так думал и режиссёр Лян. Он немедленно отправил благодарственные письма всем актёрам и актрисам, принявшим участие в фильме. Одновременно с этим он отдал поручение пиар-сотрудникам продолжать рекламную кампанию «Чёрных туч».

Вэйбо команды «Чёрных туч»: «В первый день я обернулся и увидел тебя. [фото]

На 47-ом этаже здания ХуаСя Энтертейнмент всё ещё горел свет. Чжао Чуюнь посмотрела на пост, опубликованный командой, и её взгляд остановился на фото с надписью «560 миллионов». Затем она с удовлетворением кивнула и набрала номер:

— Ну, что, пора начинать рекламу «Потерянных крыльев»!

Кассовые сборы за три дня уже перевалили за 1,2 миллиарда!

На третий день после выхода «Черных туч» съёмочная команда устроила грандиозный праздник. На нём присутствовали Жун Сюй и Юй Сыюй. Вместе с Лян Чао они взяли маленький молоток и разбили огромную ледяную скульптуру в форме «1.200.000.000».

На празднике Лян Чао не упустил шанса и для похвалы. Сначала он поблагодарил всех членов съёмочной группы, а затем с улыбкой сказал:

— Песни? Конечно, все они были спеты самим Жун Сюем. Он очень хорошо пел во время прослушивания, что является одной из главных причин, почему я выбрал именно его.

Хотя это не полностью соответствовало действительности, это утверждение не было ложным.

Вскоре журналисты на мероприятии переключили своё внимание на Жун Сюя. Несколько из них встали и спросили:

— Жун Жун, Вы намереваетесь выпустить песню «Потерянные крылья» на CD? Песня была впервые презентована в фильме, или же Вы просто хотели исполнить её для атмосферы?

В последние два дня, после выхода «Черных туч», аудитория все больше и больше беспокоилась о «Потерянных крыльях».

«Чёрные тучи», «Норвежский каньон» и «Небесный фонарь» были ещё при жизни спеты и выпущены Лин Сяо, но «Потерянные крылья» – новая песня. «ХуаСя Энтертейнмент» проделали хорошую работу по защите авторских прав и борьбе с пиратством. В настоящее время любой поклонник, который хотел послушать песню «Потерянные крылья», должен был купить билет в кино, и никак не мог найти её в Интернете.

Кроме того, Чжао Чуюнь начала продвигать «Потерянные крылья». Вначале она не говорила фанатам, что песня «Потерянные крылья» выйдет в виде одного CD. Хотя уже был снят клип на песню, а CD уже был в процессе подготовки, Чжао Чуюнь все еще была спокойна и раззадоривала интерес у пользователей сети.

Это был своего рода «маркетинг голода». Если люди с самого начала могут без труда купить компакт-диск с песней, никто не будет воспринимать её всерьёз. Но если о песне крайне мало информации, вы невольно будете нервничать от «голода» и стремиться поскорее её услышать.

Чем тяжелее что-то получить, тем больше этого хочешь. Чжао Чуюнь контролировала разум поклонников этим же методом.

Жун Сюй, естественно, лично общался с Чжао Чуюнь по этому поводу. Теперь, когда прошло три дня, похоже, пришло время начать продвигать эту пропаганду. Поэтому юноша спокойно взял микрофон, улыбнулся и сказал:

— Я недавно обсуждал выпуск этой песни, но конкретная информация еще не объявлена.

Репортеры были так взволнованы, что поспешили расспросить Жун Сюя подробнее  о «Потерянных крыльях».

В конце праздника Лян Чао пригласил всех на ужин. В 8:30 вечера Ло Чжэньтао заехал за Жун Сюем, чтобы отвезти его домой.

Неоновые огни города превратили большую часть неба в очаровательную розу. Уже был конец апреля, поэтому Жун Сюй спокойно открыл окно. Лёгкий ночной ветерок раздувал его волосы в стороны, приоткрывая изящное красивое лицо. Его глаза слегка сузились, наблюдая за гротескной ночной картиной за окном.

Он уже взрослый, и, естественно, больше не мог отказываться пить, ссылаясь на своё несовершеннолетие.

Свой день рождения Жун Сюй справил в команде «Западни». В те дни съёмки фильма были только-только закончены. Все были заняты и не успели отпраздновать его день рождения. Жун Сюй тоже не особо переживал по этому поводу. Поев тортик с членами команды, он завершил «церемонию взросления».

Он также получил несколько сообщений с поздравлениями от Тан Мэнлань, Е Цяо, Дун Чжэна, а также от миссис Цинь и Цинь Чэна. Естественно, дядя и тетя Жун Сюй не поздравляли его, но вот дворецкий Дуань позвонил ему и пожелал счастливой взрослой жизни.

Но сегодня вечером Жун Сюй выпил только половину стакана красного вина. Лян Чао знал, что он уже закончил запись «Потерянных крыльев» и вот-вот собирался выпустить её. Конечно, он не позволил бы ему выпить больше, потому что певцам лучше не пить.

— В последнее время я был слишком занят. У меня не было времени сопровождать вас с командой. Что думаете насчет того, чтобы попросить для Вас помощника? Ваш фан-клуб и страничка в Вэйбо остались без присмотра. Помощник мог бы управлять ими…

Жун Сюй отвёл взгляд и ответил:

— Хорошо, Ло.

— Хорошо, завтра я съезжу в офис и найду для Вас подходящего кандидата. — сделав паузу, Ло Чжэньтао на мгновение замешкался и сказал. — В последнее время мне приходит множество предложений о разных проектах, включая сериалы и фильмы. Есть также много рекламы. Сейчас, я думаю, Вы могли бы сначала сняться в одной рекламе, а затем можно взять и новую роль. Вы хотели бы сняться в сериале или в фильме?

Жун Жун не задумываясь ответил:

— В фильме.

Ло Чжэньтао кивнул:

— Ну, поступало несколько хороших предложений от фильмов. Я отправлю Вам их завтра.

— Нет необходимости присылать мне сценарии художественных фильмов.

Услышав его слова, Ло Чжэньтао был ошеломлен. Он нажал на тормоза и удивленно уставился на Жун Жуна. Свет в задней части салона был немного тусклым, и он не мог видеть выражение лица парня, а видел только пару спокойных нежных глаз.

— Почему Вы не хотите сниматься в художественных фильмах?

В мире кино есть поговорка: «художественные фильмы предназначены для профессиональных судей, а коммерческие – для зрителей».

Это правда, что каждый год появляются художественные фильмы высокого уровня, которые могут не только получать награды, но и собирать внушительные кассовые сборы. Но их, в конце концов, очень мало. Например, в прошлом году самые большие сборы среди художественных фильмов были у «Надежды» Пан Хуана. Его общие кассовые сборы за всё время составили всего 900 миллионов, что даже хуже, чем у «Чёрных туч» за три дня показа.

Однако коммерческим фильмам сложнее получить награды, потому что оргкомитет большинства кинопремий любит скрытый смысл и жаждет глубины. Даже некоторые искусные рецензенты считают, что чем меньше зрителям нравится фильм, тем больше наград он получит, потому что действительно хороший фильм может оценить только крайне небольшое количество людей.

Независимо от того, сколько людей было оскорблено этим глупым утверждением, общая ситуация в мире кино была именно такой. В основном, фильмы, продаваемые на рынке, редко получали награды, и, напротив, большинство фильмов, удостоенных наград, продавались крайне плохо. В ХуаСя, только Цинь Чэну и Вэнь Сюнь удавалось приносить своим фильмам и сборы, и награды, но их, к сожалению, было всего двое на огромную компанию.

Выслушав Ло Чжэньтао, Жун Сюй улыбнулся и спокойно сказал:

— Я еще молод. Мне пока слишком рано выигрывать награды. Пока что мне нужно больше кассовых сборов. — его глаза сверкнули неоновым светом, и он опустил глаза, добавив. — Мне нужно проявить себя в прокате. Нет ничего плохого в коммерческих фильмах. Мне это очень нравится.

Ло Чжэньтао был на мгновение ошеломлён.

Он не мог сказать, что кассовые сборы «Черных туч» настолько высоки, что этого вполне достаточно, чтобы проявить себя, потому что все знали, что сборы «Черных туч» были бы высокими и без Жун Сюя.

Жун Сюй сыграл свою роль очень хорошо, что сделало кассовые сборы фильма значительно выше,  но даже с другим актёром фильм определенно попал бы в пятерку лучших в этом году.

Думая об этом, Ло Чжэньтао улыбнулся и сказал:

— Тогда я пришлю Вам ночью сценарии трёх коммерческих фильмов... Но, Сяо Ян, вам не нужно беспокоиться о троллях в интернете. Этот фильм получил такие высокие сборы, и Вы определенно внесли в это свой вклад. Вы хорошо поработали. Многие критики высоко оценили Вашу игру. Я думаю, Вы даже можете получить несколько номинаций за эту роль.

Слабо улыбнувшись, Жун Сюй приподнял бровь:

— «Лучший новичок»?

Ло Чжэньтао пошутил:

— «Лучшего новичка», конечно, будет недостаточно, а вот «Золотого Феникса» как «Лучшему актёру» – безусловно!

Между тем, в городе В, на верхнем этаже элитного дома.

Красивый, но холодный мужчина сидел на диване, глядя на свой мобильный телефон и листая комментарии. Чем больше он читал, тем медленнее становился. Когда он увидел одно сообщение, то сразу же поднял свой телефон и начал печатать ответ.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Вполне логично, что Жун Сюй пошёл на праздник. Он главный актёр фильма. Он отыграл очень хорошо. 1,2 миллиарда кассовых сборов за три дня – достойный результат!»

Мгновение спустя…

Ответ на пост Пасты из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Ха-ха-ха, как интересно. Да даже если бы эту роль играло свиное барбекю, кассовые сборы «Черных туч» были бы такими же! Они просто не могут быть плохими! Понимаешь?! Ни один из фильмов Лян Чао не собирал кассовые сборы меньше одного миллиарда, а худший художественный фильм с Юй Сыюй собрал более 600 миллионов! В «Черных тучах» снялось столько знаменитостей, да ещё Цинь Чэн! Худший из художественных фильмов с Цинь Чэном собрал в прокате больше 3 миллиардов! Хотя Жун Сюй и сыграл в фильме главную роль, это ничего не значит. Возможно, даже если бы ее сыграл я, кассовые сборы через три дня перевалили бы за 1,5 миллиарда! Ха-ха-ха!»

Вскоре появилось очень много интернет-троллей, поддерживающих мнение этого человека: «Да, всего 1,2 миллиарда за три дня, разве это достойно более 200 миллионов подписчиков в Вэйбо? Разве это достойно десятков приглашённых звёзд? Цинь Чэна попросили сыграть в этом фильме второстепенную роль! Поклонники говорят, что сборы высоки из-за их кумира. Это самое нелепое, что я слышал в этом году!»

Чем больше об этом писали, тем лучше становилось настроение троллей.

«Я действительно чувствую, что это не достойно Цин Чэна. Если он сыграет главную роль в коммерческом фильме, он легко сможет заработать два миллиарда сборов за три дня! Если бы он сыграл Сяо, фильм был бы очень горячим…».

Цинь Чэн:

— ...

Он считает, что вспомогательная роль для Жун Жуна была вполне его достойна! Достойна! Она стоит того!

Эти тролли на самом деле могли быть купленной «армией фейков». Они атаковали «Чёрные тучи» без разбора. Некоторые люди клялись, что этот фильм был обычным и проходным, что было слишком помпезно. Некоторые люди кричали, что Лян Чао перестал прогрессировать, и фильм вышел скучным. Некоторые люди считаи, что Жун Сюй слишком молод и обладает плохими актёрскими навыками. Некоторые ругали Юй Сыюй за провальное перевоплощение и неловкую игру.

Фильм был настолько популярен, что влиял на всё вокруг.

Например, до выхода «Чёрных туч» было более 5000 кинотеатров, но премьера оказалась настолько хорошей, что крупные кино- и телекомпании быстро увеличили свои киносети, и к третьему дню этот показатель перевалил за 6000.

В ХуаСя были только эти киносети. Если вы хотели увеличить их количество, то у других оно обязательно уменьшится. Да и время поклонников ограничено. Они могут смотреть только несколько фильмов по выходным. После просмотра «Чёрных туч» у них не было времени смотреть другие фильмы.

Был один коммерческий фильм, вышедший в прокат за день до показа «Чёрных туч». Первоначально его кассовые сборы составляли более 90 миллионов, что довольно неплохо. Но на следующий день его сборы упали до 20 миллионов! Это только второй день показа, а сборы уже фактически снизились на три пятых! И это произошло именно из-за выхода «Чёрных туч».

Когда поклонники Жун Сюя увидели комментарии этих троллей, они стали бороться за своего кумира. В то же время поклонники Лин Сяо, поклонники «Черных туч», а также поклонники Юй Сыюй и Цинь Чэна тоже стали насмехаться над этими глупыми троллями.

Но даже если тролли сильно пострадали от шквала критики, время от времени от них все еще продолжали проскальзывать неприятные комментарии. Ло Чжэньтао беспокоился, что Жун Сюй увидит эти комментарии, но он не знал, что Жун Жун вполне ожидал такого развития ситуации, и ему было всё равно.

Хотя он знал, что девять из десяти этих троллей – фейки, он все равно был готов сняться в коммерческом фильме, чтобы доказать свою значимость.

Всё решают факты. Он бы очень хотел увидеть лица этих троллей, когда его новый фильм соберёт огромную сумму в прокате.

Пока Жун Сюй не воспринимал это всерьез и расценивал всё как шутку, Цинь Чэн всё больше и больше злился. Когда он обнаружил, что эти фейки на самом деле используют его имя как повод для разжигания споров между его фанатами и фанатами Жун Сюя, он не мог им не ответить.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Цинь Чэн не подходит для роли Лин Сяо. Он не смог бы сыграть его. И отношения между Цинь Чэном и Жун Сюем очень хорошие. Очень хорошие, слышите? Не бросайте между ними кости».

Пользователь Сисихахала ответил Пасте из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Ха-ха-ха-ха, ты сказал, что Цинь Чэн не сыграл бы эту роль, ты серьёзно?Ты сказал, что у них хорошие отношения, да? Сними свои розовые очки!»

Распустившиеся Цветы ответил на пост Пасты из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Все ли фанаты Жун Сюя так любят фантазировать? В прошлый раз вы говорили, что у него хорошие отношения с Тан Мэнлань, а теперь уже переключились на Цинь Чэна?! Мелкие неизвестные звёзды осмеливаются прикрываться именем Цинь Чэна. Откуда у вас столько наглости? Почему бы вам сразу не сказать, что Цинь Чэн хотел поддержать Жун Сюя за его очаровательные глазки? Чего вы мелочитесь?!»

Цинь Чэн:

— ...

«Я в розовых очках?! Я наглый?! Да это вы в розовых очках! Это вы наглецы!!!»

Ленту заполонило слишком много троллей. Хотя Цинь Чэн и был в индустрии развлечений уже много лет, все равно было невозможно разобраться в перипетиях между фанатами. Эти тролли пропускали мимо ушей все факты и были слепы к аргументам.

Был только один способ справиться с этими людьми…

Через пять минут тысячи фейков немедленно прибыли на место происшествия, начав сражаться с троллями онлайн. Эти сотни троллей были только что были счастливы, но внезапно были сбиты с толку уймой оскорблений от толп фанатов. Они хотели поспорить с ними, но были вынуждены молча сдаться.

Эта группа фейков после этого не успокоилась и продолжила помогать поклонникам Жун Сюя противостоять другим троллям.

Наконец, полчаса спустя под тегом #ЧёрныеТучи сформировалась приятная обстановка, и грязь прекратила литься на  Жун Сюя и остальных.

Мужчина поднял брови, поджал губы и снова начал печатать.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Цинь Чэн и Жун Сюй действительно были очаровательны в «Черных тучах». Я даже ещё раз посмотрел их. Жун Сюй, *целую* *целую *целую* [фото]»

Сразу после публикации этого поста, со стороны коридора раздался звук поворачивающегося в двери ключа. Цинь Чэн быстро выключил телефон и убрал его в карман. Он не знал, какой эффект произвела его публикация. Он молча достал ещё один мобильный телефон и спокойно начал листать последние новости.

Жун Сюй разулся и вошёл в комнату. Подняв глаза, он увидел Цинь Чэна, которые сидел в домашней одежде с телефоном в руках. Он слегка ошеломлённо улыбнулся:

— Я думал, Вас тоже нет дома. Вы не ужинали?

Сказав это, Жун Сюй снял своё пальто и отошёл повесить его. Когда он уже хотел пойти в свою комнату, он услышал низкий мужской голос:

— Нет.

Внезапно замедлив шаг, Жун Сюй медленно обернулся и странно спросил:

— Вы ещё не ели?

Цинь Чэн кивнул.

Минуту поразмыслив, юноша вдруг улыбнулся:

— Я просто не наелся. Хотите тарелочку лапши?

Тёплый жёлтый свет освещал кухню, а острый кухонный нож и разделочная доска продолжали сталкиваться, издавая стуки.

Жун Сюй был не особо хорош в приготовлении пищи, поэтому очень медленно нарезал овощи, стараясь не порезать пальцы. Он завязал волосы на затылке, но на лбу остались волосы, которые невозможно было собрать. Когда он наклонял голову, ниспадающие на лоб волосы закрывали половину его лица.

Вскоре все овощи были вымыты и порезаны, а яйца взбиты. После недолгой обжарки листьев зеленых овощей, Жун Сюй налил воды в кастрюлю и опустил в неё лапшу.

Жун Сюй, склонив голову, добросовестно делал свою работу. Очевидно, это было очень простое блюдо,  но к готовке он подходил очень серьёзно.

Цинь Чэн стоял в стороне и смотрел на юношу, занятого готовкой. Его взгляд скользнул по красивым глазам, носу и мягким губам и, наконец, остановился на белой хрупкой ключице.

В этот момент Жун Сюй внезапно поднял руку, чтобы убрать волосы со лба, и повернул голову. Увидев Цинь Чэна, он с улыбкой спросил:

— Вы едите уксус*?

*В китайском языке «ревность» и «есть уксус» можно выразить одним словом.

Цинь Чэн на мгновение впал в ступор. Он быстро отвёл взгляд и неосознанно переспросил:

— Ревную?

Улыбка на лице юноши стала ещё ослепительнее:

— Если Вы любите уксус, я могу капнуть его Вам немного больше, а соевого соуса - меньше.

Цинь Чэн:

— Ну, я очень люблю ревновать…

Вскоре на стол были поставлены две тарелки горячей лапши с овощами и яйцами. Зеленые овощи и желтые яйца выглядели очень привлекательно и пробуждали аппетит. Хотя Жун Сюй сначала не чувствовал себя голода, после готовки он захотел есть,  поэтому положил себе больше лапши.

Поскольку ему уже давно было известно, что Цинь Чэн не разговаривает во время еды, Жун Сюй полностью посвятил себя еде. Естественно, он не заметил, что человек, сидящий напротив него, взял палочки для еды, попробовал лапшу, а затем медленно уставился на миску перед собой, долго сомневаясь, прежде чем взять лапшу во второй раз, а затем и в третий. Он делал это очень медленно

Эта еда была для него так ценна, что он не хотел есть её! Он не ел еды, приготовленной этим молодым человеком, уже нескольких месяцев. Как он может это съесть?!

Поэтому, когда Жун Сюй закончил есть, поднял глаза и обнаружил, что Цинь Чэн съел только половину, он удивился. Вопрошающе взглянув на Цинь Чэна, Жун Сюй нахмурился и спросил:

— Почему Вы не едите? Вы не голодны, или еда как-то неприятно пахнет? — сделав паузу, Жун Сюй продолжил. — Вы чистюля?

Цинь Чэн держал в руках зеленый овощ и внимательно его оценивал. Внезапно услышав вопрос Жун Сюя, он рефлекторно ответил:

— Нет.

Затем в следующую секунду он увидел, как пара палочек для еды лезут в его миску и осторожно вынимают из неё немного лапши!

Цинь Чэн:

— !!!

Его глаза расширились, пока Цинь Чэн в шоке смотрел на юношу перед собой. Последний не заметил его испуганного выражения лица, тщательно прожёвывая лапшу. Через некоторое время он улыбнулся и сказал:

— Кажется, Ваша порция немного кислее моей, но Вы же сами сказали, что любите уксус?

Цинь Чэн кивнул:

— Да.

Жун Сюй слегка повернул голову, и несобранные волосы снова упали ему на щёку. Он улыбнулся и сказал:

— Завтра я обращу на это внимание. Я видел немного продуктов в холодильнике. Кстати, если я правильно помню, завтра Вам не нужно работать. Не хотите посмотреть фильм?

Цинь Чэн кивнул:

— Ты собираешься готовить завтра?! Тогда я выберу какой-нибудь фильм.

Жун Сюй отнёс тарелку на кухню, а мужчина позади него снова взял палочки для еды и уставился на тарелку с лапшой перед собой. Он больше не улыбался. Говорят, что трудно поддерживать подобающий внешний вид, кушая лапшу, особенно кушая её быстро. При этом люди обычно выглядят вульгарно.

Когда Жун Сюй вернулся с кухни, он увидел, как Цинь Чэн доедает остатки лапши с такой элегантной и ровной осанкой, как будто сидит в ресторане люкс-класса. За пятнадцать минут мужчина съел только половину тарелку, а теперь всего за три минуты доел всё остальное.

Сначала он немного удивился, поэтому оглянулся и неосознанно заглянул в мусорное ведро рядом с обеденным столом: лапши в нём не было. Неужели, он действительно всё это съел? Разве лапша не была кисловатой?

Смущённый этим, Жун Сюй спросил:

— Вы закончили?

Цинь Чэн посмотрел на него глубоким взглядом и многозначительно произнёс:

— Да.

Они поставили посуду в посудомоечную машину, и, после принятия душа, Цинь Чэн вошёл в кинозал. Когда он открыл дверь, то увидел прекрасного юношу, поднявшегося на цыпочки и тянущегося вверх. Казалось, он хотел достать какой-то диск с самой верхней полки.

Несмотря на то, что он был ростом в 185 см, шкаф с DVD-дисками был выше двух метров. Жун Сюй видел только название на дискете, но дотянуться до них не мог. Он уже слышал об этом фильме раньше, и помнил, что он немного похоже на сценарий, который присылала ему Ло Чжэньтао, поэтому очень хотел посмотреть его.

Сначала он почувствовал, что его роста недостаточно. Затем он ещё немного постоял на цыпочках. Когда кончик его пальца уже собирался дотронуться до DVD-диска, на шкаф внезапно упала длинная тень. Жун Сюй с лёгким удивлением оглянулся и увидел, что Цинь Чэн приподнялся на цыпочки  и достал для него диск. Он посмотрел на него:

— Хочешь посмотреть?

— Хочешь посмотреть?

Расстояние между двумя мужчинами составляло всего 10 см. Сильная мужественная атмосфера повисла в воздухе. Подняв голову, Жун Сюй увидел тёмные глаза мужчины. Какие-то фанаты однажды сказали, что самое выдающееся в Цинь Чэне – его темперамент, а самое очаровательное – глаза. Его глаза не были похожи на других людей из ХуаСя; глаза других людей имели слабый светло-коричневый или янтарный оттенок, а его глаза были глубокого чисто-чёрного цвета, очень притягательные.

При определённом освещении Жун Сюй даже видел в его глазах слабый синеватый оттенок, унаследованный им от бабушки.

Глядя в них, Жун Сюй неосознанно отступил назад, и сразу же врезался в шкаф с дисками. Цинь Чэн нахмурился и быстро поднял руки, чтобы защитить спину Жун Сюя. В следующую секунду тыльная сторона его ладони столкнулась со шкафом с громким стуком.

Жун Сюй сразу же пришёл в себя и спросил:

— Что случилось? Вы ударились? Вы в порядке?

Пальцы мужчины были тонкими и прямыми, но на тыльной стороне его ладони виднелась красная отметина. Без крови. Цинь Чэн мягко покачал головой:

— Ничего страшного. Ты хотел посмотреть этот фильм, верно?

Жун Сюй быстро успокоился. Он посмотрел на другого и улыбнулся:

— Хорошо, давайте посмотрим.

Это был американский фильм, выпущенный восемь лет назад. В нём рассказывалась история полицейского, борющегося с похитителем. Как полномасштабный коммерческий фильм с двумя главными актёрами, фильм тогда собрал десятки миллиардов по всему миру. Оба главных актера были звёздами первого класса в Соединенных Штатах, и фильм стал классикой для многих людей.

Так как он сумел стать классическим фильмом, его качество было гарантировано. На мгновение Жун Сюй погрузился в атмосферу фильма и медленно забыл о присутствии Цинь Чэна. С другой стороны, Цинь Чэн видел этот фильм иначе. Неважно, насколько захватывающим был сюжет: в данный момент он рассеянно смотрел на экран, поглядывая на парня рядом с собой.

Цинь Чэн тихо набрал сообщение, пока Жун Сюй не видит: [Я хочу сделать больше фильмов].

Когда Сюй Цзинь увидел это сообщение, он сразу же ответил: [Хах? Разве я не взял для Вас фильм на прошлой неделе? В команде нужно будет быть уже в следующем месяце. Разве этого не достаточно?]

Цинь Чэн посмотрел на экран своего телефона и «обвинил» своего менеджера: [Ты всегда должен быть немного мотивирован. Нельзя быть полностью удовлетворённым тем, что имеешь].

Сюй Цзинь, который чуть не выронил из рук свой телефон:

—  ...

«Кто не мотивирован? Кто удовлетворён тем, что имеет?!!!»

Сюй Цзинь, естественно, не понимал, что с ним не так, и по каким непонятным причинам он стал работать так усердно. И конечно он не знал о том, что в этот момент взгляд мужчины был прикован к шкафу с DVD-дисками в его кинозале.

Если бы весь этот шкаф был заставлен его работами...

Два часа пролетели быстро. После просмотра фильма Жун Сюй не мог не чувствовать себя потерянным. После того, как появились субтитры, он не выключил фильм, а спокойно прочитал всё до конца, после чего повернулся и с улыбкой посмотрел на Цинь Чэна:

— Думаю, актёрская игра Дженнифер действительно хороша. Хотя она и была тогда очень молода, и её актерские способности были не так хороши, как сейчас, героиня, которую она сыграла в этом фильме, была очень умна.

Когда дело касается работы, Цинь Чэн всегда очень серьёзен. Он сказал:

— Ну, это был дебютный фильм Дженнифер, а её актерские навыки всегда были хорошими.

Они ещё некоторое время болтали, обсуждая детали фильма и актёров, а потом, наконец, разошлись по своим спальням.

Жун Сюй помахал ему рукой и улыбнулся. Большая часть его рук была спрятана в рукавах, как у милого маленького котика:

— Доброй ночи.

Сердце Цинь Чэна бешено забилось, и он серьезно помахал в ответ:

— Спокойной ночи.

Вернувшись в свою спальню, Жун Сюй начал внимательно читать новые сценарии, которые прислал Ло Чжэньтао, а Цинь Чэн после этого ещё какое-то время держался за лоб рукой и успокаивался, опираясь о дверной косяк. Затем он восстановил свой «покер-фейс», достал из кармана ещё один телефон и молча включил его.

В следующее мгновение он чуть не выронил телефон из рук.

Тысячи комментариев и репостов посыпались на этот недавно купленный айфон, от чего он сразу же завис. Подождав три минуты, Цинь Чэн, наконец, смог зайти на Вэйбо. Убедившись, что это действительно не его учетная запись «Цинь Чэн», он открыл домашнюю страницу и посмотрел новые уведомления.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Цинь Чэн и Жун Сюй были действительно очаровательны в «Чёрных тучах», и я посмотрел их ещё раз. Жун Сюй, *целую* *целую* *целую* [фото]»

Цинь Чэн:

— ...

С содержанием поста никаких проблем не было, но вот фото… как на фото под постом могло быть изображено лицо спящего Жун Сюя???!!!

Вчера он тайком попросил Сюй Цзиня купить сто билетов на «Чёрные тучи», тщательно выложить их в форме сердца и заснять его на лучшую зеркальную камеру.

Под этим постом должна была быть фотография после обработки с сотней билетов в кино в форме сердца!

Однако на фотографии был изображён спящий парень, свернувшийся калачиком в кресле. Его мягкие волосы ниспадали на лоб, а ресницы были длинные и густые. Неизвестно, как долго он спал, но его щеки немного порозовели, а кожа была светлой. И этот снимок был сделан с близкого расстояния, очень близкого!!!

Нажав на комментарии к посту, Цинь Чэн некоторое время читал их, пока вдруг не обнаружил, что что-то не так.

Он сразу же открыл свой аккаунт на Алимама и задал владельцу магазина вопрос. Владелец быстро ответил ему: «Дорогой пользователь, Вы купили самый выгодный подарочный набор под названием «Стань онлайн-знаменитостью» за 38888 юаней. Он включает в себя армию фейков высокого уровня, горячие комментарии и репосты от поклонников высокого уровня и кучу всего ещё! Мы помогли Вам поместить Ваш последний пост на Вэйбо в заголовки фан-сообществ. Если Вы удовлетворены нашим обслуживанием, пожалуйста, поставьте нам пять звёзд. Мы с нетерпением будем ждать нашего нового сотрудничества! Армия фейков бренда ФуВа. Вы этого заслуживаете ~\\(▽с)/~».

Цинь Чэн:

— ...

«Большой палец вниз!!!»

Независимо от того, поставит он им одну звезду или нет, с момента публикации этого фото прошло уже более двух часов. Неважно, что он теперь будет делать: это не поможет. Однако пользователь «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» не знал, что это было только началом его популярности в кругу фанатов, которая в дальнейшем будет становиться только больше.

Цинь Чэн мгновенно удалил этот пост на Вейбо и опубликовал новый, на этот раз  с правильной  фотографией.

Однако было уже поздно. Если бы этот пост был опубликован с обычной учетной записи, проблем бы не было. Несомненно, фанаты увидели бы это фото из-за поискового тега, но охват зрителей не был бы таким большим.

Однако ответственный владелец интернет-магазина фейков чрезвычайно хорошо выполнял свою работу и заботливо разместил этот пост на вершине Фан-сквера.

Всего за два часа на аккаунт «Пасты из семян лотоса» в Вейбо подписалось более 4000 поклонников, из которых 2000 были высококачественными фейками с «Алимамы!

«Вот дерьмо! Почему исчезла фотография Жун Сюя? Я хочу взглянуть на неё ещё раз! К счастью, я успела её сохранить».

«Ищу фотографию! Я немного опоздала, но я слышала, что этот блоггер выкладывал красивое фото моего любимого! Как она могла исчезнуть?!»

«Судя по одежде, в которую одет Жун Жун на фото, это съёмки «Чёрных туч», да и причёска у него как у Лин Сяо! Значит, этот блоггер является сотрудником команды «Черных туч»? Я не ожидала, что члену съёмочной команды может нравиться Жун Жун и Цинь Чэн, да ещё и начтолько, чтобы он мечтал о том, чтобы они были вместе. Ха-ха-ха!!!»

Верно, эта фотография была сделана Цинь Чэном во время съёмок фильма «Чёрные тучи».

Долгие интенсивные съёмки сильно всех членов команды. В тот день они должны были снимать ночную сцену, в которой играли только Цинь Чэн и Юй Сыюй. Поэтому, когда Цинь Чэн закончил свою сцену и вернулся к остальным, он застал уставшего Жун Сюя лежащим в кресле и тихо спящим.

Во время съёмок юноша был очень энергичным и замотивированным, но когда он отдыхал, он, наконец, мог не скрывать свою усталость.

Цинь Чэн бережно укрыл Жун Сюя своим пальто и налил ему стакан воды. Когда он вернулся, Жун Сюй все еще спал. Зачем Цинь Чэн огляделся, на мгновение задумался, после чего отошёл на расстояние трех или четырех метров от Жун Сюя и незаметно сделал фото.

Эта фотография получилась очень хорошей, и отныне он любовался ею каждый день.

Но теперь её на самом деле увидели другие фанаты!!!

Губы мужчины сжались в тонкую линию. Цинь Чэн просмотрел комментарии под новой фотографией. Поначалу он был немного недоволен, но когда он увидел, что на самом деле было много поклонников, которые продолжали писать про пару «Жун и Цинь», он тихо улыбнулся и решил пока отложить идею удаления учётной записи.

Шумиха, вызванная этой фотографией, за ночь распространилась среди всех поклонников, поэтому информация дошла даже до Ло Чжэньтао. Некоторое время он искал удалённое фото и вскоре уже переслал ее Жун Сюю.

На следующее утро Жун Сюй увидел сообщение от Ло Чжэньтао, и его брови медленно приподнялись от удивления.

Эта фотография, должно быть, была сделана во время съемок «Чёрных туч», но Жун Сюй не помнил, когда он спал на съёмках. Судя по чёткости фото, этот снимок должен быть сделан тайком.

Каждый день на площадке работали много сотрудников. К тому же, к ним постоянно приезжали разные приглашенные звёзды со своими агентами и помощниками. Трудно выяснить, кто мог сделать это фото… Если, конечно, не перейти на страницу блоггера, выложившего это фото...

Ло Чжэньтао быстро написал: «Я отправил этому блоггеру личное сообщение, но он мне не ответил. Сяо Сюй, я думаю, Вам действительно нужен помощник, который будет управлять фанатами. У меня нет времени на все эти вопросы. Нет ничего плохого в том, что это фото было слито в сеть. Сейчас оно даже может сыграть свою роль в продвижении фильма. Но если в следующий раз кто-то выложит какое-нибудь плохое фото, это будет ужасно».

Жун Сюй сразу ответил: «Хорошо, Ло. Мне придётся побеспокоить Вас и попросить подыскать мне помощника в ближайшие несколько дней».

Поболтав некоторое время с Ло Чжэньтао, Жун Сюй открыл свой Вэйбо и ввел в поисковик семь слов: «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой»

Жун Сюй внимательно просмотрел Вэйбо этого фаната. Первым, что он заметил, был его последний пост.

Милые словечки, вроде «Жун Жун» и «целую» – не главное, что волновало Жун Сюя. Его больше волновал тэг, который использовал блогер: #ЖунСюйЦиньЧэн.

Он нахмурился и ненадолго задумался, после чего наконец с улыбкой покачал головой, чувствуя себя беспомощным.

Жун Сюй не ожидал, что его когда-нибудь станут шипперить с Цинь Чэном.

Он вспомнил, что когда в последний раз его с кем-то шипперили, это был Е Цяо. В то время тэг #ДунлиЛаньВаньциЯо» попал в топ и привлёк внимание бесчисленных зрителей. Тэг #ЛаньЯо был популярен в течение трёх месяцев, и лишь недавно эта жара немного спала. Но по словам Ло Чжэньтао, у этой пары и до сих пор было много поклонников.

Что касается нового тэга… кому нравилась бы пара «Жун Сюй и Цинь Чэн»?

«Это из-за ролей Лин Сяо и Гу Минсю? Ну, фанаты действительно потрясающие, это верно».

Жун Сюй просматривал Вейбо этого фаната безо всякого выражения. Когда он увидел, что этот поклонник признаётся ему в любви почти каждый день, он не мог не усмехнуться.

Когда он обнаружил, что этот фанат ненавидит пару «ЛаньЯо», он был немного удивлён, но не стал сильно задумываться над этим.

Ну, в общем, этот фанат показался ему милым тюнибё.

*Chūnibyō – японский разговорный термин («синдром восьмиклассника»), обычно используемый для описания детей младшего возраста с манией величия и убежденностью, что они имеют скрытые знания или секретные силы.

Вспоминая сотрудников, звёзд и их помощников, которых он встречал во время съемок «Черных туч», Жун Сюй не смог найти среди них никого, кто был бы похож на этого фаната.

Среди сотрудниц женского пола все выглядели вполне нормально. Они не были похожи на людей, кто мог бы написать «Целую, целую, целую».

Полистав Вейбо этого фаната ещё немного, Жун Сюй встал. Он не вспомнил, что когда-то давно уже видел этот аккаунт. В конце концов, он читал комментарии некоторых фанатов в Вэйбо каждый день. Естественно, он не мог их всех запомнить.

Однако теперь Жун Сюй уже вряд ли забыл бы имя «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой». Не только потому, что он мог быть инсайдером, который сотрудничал с ним, но и потому, что он купил 100 билетов на «Чёрные тучи».

Такой щедрый человек совсем не походил на обычного члена съёмочной команды, если он, конечно, не был звездой или, как минимум, помощником режиссёра...

Когда Жун Сюй вышел из спальни, то обнаружил, что Цинь Чэн уже приготовил завтрак.

Кулинарное мастерство Цинь Чэна было примерно на одном уровне с навыками Жун Сюя: его еду можно было рассматривать только как средство насыщения, но определенно не как что-то вкусное.

Доедая кашу, Жун Сюй внезапно что-то вспомнил, посмотрел на Цинь Чэна и с улыбкой спросил:

— Помнится мне, когда я впервые приехал сюда, Вы тоже готовили завтрак?

Палочки в руках Цинь Чэна внезапно остановились. Через некоторое время он спокойно сказал:

— Об этом меня попросила моя мама.

Жун Сюй с улыбкой кивнул:

— Ах, оказывается дело в тётушке Цинь.

Мужчина продолжал есть, склонив голову, но его тонкие губы были неудовлетворённо поджаты.

«Дело не в ней!!!»

После завтрака Жун Сюй сидел в гостиной и читал сценарий. Цинь Чэн постоянно разговаривал по телефону. Жун Сюй послушал и из разговора понял, что Цинь, похоже, собирается на съемочную площадку уже на следующей неделе. Однако это показалось ему странным: разве Ло Чжэньтао не говорил, что Цинь Чэн берёт не больше одного фильма в год? Почему после съёмок «Ученика» ещё не прошёл год, а он уже снова собирается работать?

В полдень Жун Сюй приготовил простой суп. За обеденным столом Цинь Чэн тихо сказал:

— На следующей неделе я собираюсь в Новую Зеландию, чтобы поработать над фильмом. Я буду вдали от дома на протяжении нескольких месяцев. Если в середине съёмок будет какая-нибудь церемония, я смогу вернуться. Если у тебя возникнут какие-то неприятности – можешь сразу звонить мне.

Осторожно положив палочки на стол, Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Можете быть спокойны. Я смогу о себе позаботиться. Если что, я позвоню тёте Цинь, так что Вам не о чем беспокоиться.

— Ты можешь позвонить мне, в этом нет ничего страшного…

Жун Сюй беспомощно улыбнулся:

— Можете быть уверены, я позвоню тёте Цинь.

— ...

В тот день они посмотрели ещё один фильм. На этот раз Жун Сюй выбрал фильм от ХуаСя с Вэнь Сюань в главной роли. Когда он услышал, что молодой человек хочет смотреть фильмы ХуаСя, Цинь Чэн непреднамеренно сказал:

— Хочешь посмотреть мои фильмы?

Жун Сюй уже выбрал цель. Он протянул руку, чтобы взять со шкафа диск:

— Давайте посмотрим «Золотую империю».

Цинь Чэн:

— ...

«Однажды все фильмы здесь будут моими работами!»

Когда фильм закончился, уже был вечер, и они пошли прогуляться по саду. Безопасность здесь была очень хорошая, поэтому им не нужно было беспокоиться о папарацци. Жаль только, что едва они сделали несколько шагов, как Цинь Чэну позвонил Сюй Цзинь. Ему нужно было поехать в офис, чтобы разобраться с чем-то срочным.

Цинь Чэн уставился на молодого человека глубоким потерянным взглядом. Жун Сюй махнул рукой и, не особо задумываясь, сказал:

— Возвращайтесь скорее.

После отъезда Цинь Чэна красивый молодой человек продолжил прогуливаться по дорожке в саду в одиночестве. Сквозь облака пробивался яркий лунный свет, освещая голубую каменную тропинку холодным светом.

Жун Сюй посмотрел на красивые камешки на обе стороны дороги. Долгое время спустя он, наконец, обернулся, чтобы вернуться наверх.

В прошлой жизни, когда он не снимался в фильмах, он никогда не был таким ленивым, как Цинь Чэн. Он часто назначал встречи своим друзьям в клубах, а иногда путешествовал с ними по миру. Прошло совсем немного времени с тех пор, как он пришел в этот мир, поэтому было вполне нормально, что он пока не успел завести много друзей.

Но почему Цинь Чэн целый день ничем не занимается и все время сидит дома? У него нет друзей? Во время съемок фильма «Черные тучи» Жун Сюю показалось, что у него хорошие отношения с Вэнь Сюань. В последнее время Вэнь Сюань находилась в отпуске. Почему же они ни разу нигде не встречались после окончания съемок?

В конце концов, многие его сомнения так и остались без ответа. По какой-то причине перед тем, как лечь спать, Жун Сюй решил зайти на Вэйбо Цинь Чэна и пролистал все его ОСТы вплоть до прошлогоднего «Ученика». Затем он открыл форум фанатов. Фанаты были в восторге, поэтому каждые пару секунд на форуме появлялись новые сообщения.

Многочисленные поклонники обсуждали «Черные тучи» и Гу Минсю.

Сегодня был четвертый день премьеры «Черных туч». Кассовые сборы составляли 800 миллионов в день, и пока не собирались падать!

На пятый день в 9 часов утра Чжао Кун, известный музыкальный продюсер ХуаСя Энтертейнмент, разместил на своем Вэйбо странный пост: «Ждите сюрприз сегодня в 9 часов вечера. Увидимся там @КомандаЧёрныхТуч»

Поклонников не смущал этот так называемый «сюрприз», но они задавались вопросом, почему он отметил @КомандуЧёрныхТуч?

Никто и подумать не мог, что спустя всего пять минут команда «Черных туч» сделает репост этого поста!

Команда «Черных туч»: «[ухмылка] [ухмылка] [ухмылка] увидимся там @ЧжаоКун, сегодня, в 9 часов вечера»

Чжао Кун – известный музыкальный продюсер ХуаСя и музыкальный директор фильма «Чёрные тучи». Он выпустил много альбомов с миллионными продажами, у него было много подписчиков в Вэйбо. Команда «Черных туч» тоже была популярна в последнее время. Таинственное взаимодействие этих двух аккаунтов сразу же привлекло к себе внимание многих фанатов.

В последние несколько дней тема «Потерянный крылья» постоянно упоминалась разными пользователями сети. Каждый, кто видел «Черные тучи», жаждал купить еще один альбом Лин Сяо. В то же время, они также хотели заполучить DVD-версию этого фильма и финальной песни «Потерянные крылья».

Поэтому, когда Чжао Кун опубликовал этот пост, первой реакцией пользователей сети было: «Это как-то связано с «Потерянными крыльями»?!»

Пользователи сети нервно ждали до 9 часов вечера, и это длительное 12-часовое ожидание подняло тэг #ПотерянныеКрылья в первую десятку топа в этот день. Затем, когда Чжао Кун (ровно в намеченный срок) опубликовал новый пост, фанаты пришли в настоящее неистовство!

Чжао Кун: «Есть песня, означающая скорбь, и есть песня, которая стоит того, чтобы ждать вечно! Жун Сюй и команда «Чёрных туч», бабочка, потерявшая крылья. Давайте же все вместе поможем ей подняться в голубое небо!» [Ссылка на видео]

После публикации Чжао Куном этого поста, команда «Чёрных туч» немедленно перепостила его. Бесчисленные поклонники и зрители «Черных туч» увидевшие это у себя в ленте, сразу же всё поняли:

Жун Сюй сотрудничал с Чжао Куном для записи «Потерянных крыльев»!

«Песня, означающая скорбь» и «бабочка, потерявшая крылья» – речь 100% о «Потерянных Крыльях»!

Даже на пятый день с момента выхода «Черных туч» во всех кинотеатрах была одна и та же картина: многие зрители не уходили сразу после окончания фильма, а смотрели субтитры, спокойно слушая «Потерянные крылья».

«Потерянные крылья» медленно звучали в конце фильма, когда камера поднималась с надгробия Лин Сяо к небу, затянутому черными тучами.

Когда звучала песня, на экране мелькало бесчисленное множество воспоминаний, в том числе и первая сцена у входа в метро, после которой Лин Сяо и попал развлекательный круг, а также сцена совместной работы Лин Сяо и Гу Минсю над новой песней, и сцена смерти Лин Сяо. И когда все эти сцены закончились, черные тучи на небе рассеялись, вышло солнце, и экран потемнел. Но «Потерянные крылья» прозвучали только до второго куплета!

Во многих фильмах при показе субтитров добавляли разные интересные эффекты, фото и бонусные сцены. Это был хороший способ удержать зрителей, чтобы они досмотрели субтитры до конца. В «Черных тучах» же для этой цели просто воспроизвели одну песню. Зрители в зале слушали глубокий и медленный голос парня, вспоминая всё, что они видели за последние два часа, и могли таким образом лучше понять фильм.

Так вот, теперь эта песня была, наконец, выпущена!

[Срочно хочу купить её!!! Я смотрела фильм три раза. Первые два раза ради фильма. А третий раз – вчера вечером – только ради того, чтобы  послушать «Потерянные крылья» Жун Сюя. Эта песня действительно супер-хорошая! Лин Сяо никогда не выпускал эту песню, и теперь я хочу восполнить эту несправедливость!]

[Ах! Не говори про эту песню! Когда я слышу её название, я сразу вспоминаю эту грустную мелодию, и снова хочу плакать!]

[Ах-ах-ах, неужели она, наконец, будет выпущена?! И её поёт Жун Жун! Не вздумайте останавливать меня, я хочу купить пять, нет… десять!]

«Черные тучи» только вышли, и кассовые сборы были высокие. В такое время новость о релизе «Потерянных крыльев», конечно же, была воспринята на «ура».

Поклонники «Черных туч» с энтузиазмом отреагировали на эту новость.

Не говоря уже о поклонниках Жун Сюя! В конце концов, это был первый его сингл, и независимо от того, станет он в будущем музыкантом или нет, эта песня имела необычайное памятное значение. А поклонники Жун Сюя, естественно, ходили  в кино на «Черные тучи». При просмотре этого фильма, было бы трудно не влюбиться в эту песню, потому что она поистине пробирала до глубины души каждого зрителя, идеально сочетаясь с атмосферой фильма.

При поддержке поклонников Жун Сюя и премьеры фильма, «Потерянные крылья» быстро вошли в топ-десять запросов «в тренде».

Так было не только на форумах и в фан-сообществах – люди обсуждали «Потерянные крылья» буквально повсюду.

Большинство пользователей сети были очень взволнованы и уже с нетерпением ждали релиза песни «Потерянные крылья», готовые сразу же её купить. Были также и тролли, которые мутили воду, говоря, что «Жун Сюй поет плохо» и что «эта песня ужасна», но все они были немедленно сокрушены предаными поклонниками.

Когда Жун Сюй прибыл в здание «ХуаСя Э.», было уже четыре часа дня.

Известие о том, что скоро выходят «Потерянные крылья» разлетелось очень быстро. Хотя большинство из распространителей этой новости являлись фанатами Жун Сюя и нового фильма, Чжао Чуюнь также купил несколько маркетинговых аккаунтов и СМИ для публикации этой новости.

Когда Жун Сюй впервые прибыл в здание «ХуаСя Э.» полгода назад, он был простым новичком. Теперь у него за плечами была главная роль в фильме с кассовыми сборами в 1,6 миллиарда долларов за пять дней. Теперь все, мимо кого он проходил в коридорах компании, тихонько поглядывали на него и перешёптывались. Еще до того, как дойти до офиса Ло Чжэньтао, он успел раздать фанатам пять или шесть автографов.

Увидев Жун Сюя, Ло Чжэньтао быстро встал со своего стула, улыбнулся и сказал:

— Сяо Сюй, Вы рано! Слышали хорошие новости?

Жун Сюй улыбнулся и кивнул, протянув ему пакетик:

— Я слышал об этом, пока ехал в такси.

Ло Чжэньтао открыл пакет и съел кусочек тоста, сказав:

— Мне достаточно того, что Вы пришли.  Вам не обязательно приносить мне еду. Ваши новые помощники придут немного позже. Взгляните на них. Если они Вас не удовлетворят, можете их поменять. В конце концов, они должны будут заботиться о Вас в течение длительного времени. Если Вы не сможете ладить с ними, это будет не очень удобно.

Жун Сюй кивнул.

Когда во второй половине дня Ло Чжэньтао позвонил Жун Сюю, он попросил его приехать и взглянуть на помощников, которых он для него подыскал. Как раз во время этого разговора Ло Чжэньтао случайно обмолвился, что он сильно занят и ещё не обедал. Поэтому, когда Жун Сюй приехал к нему, он захватил по дороге хлеба.

Всё же это лучше, чем ничего.

Какое-то время спустя в офис прибыли два предполагаемых помощника. Обе они оказались молодыми девушками, похоже,  только что закончившими колледж. Когда они увидели Жун Сюя, они с любопытством стали смотреть на него, с трудом скрывая своё волнение.

Хотя Жун Сюй все еще не был звездой «первой линии», его популярность за последние шесть месяцев выросла слишком быстро (из-за «Западни», «БзП» и «Черных туч»). И хотя у него было не так много работ, как у других молодых звезд, у него была популярность, о которой они не могли и мечтать.

Если с умом использовать эту популярность и не спешить, в будущем она может стать его силой и капиталом.

Жун Сюй немного поговорил с двумя девушками, а затем оставил одну из них.

Ло Чжэньтао сказал:

— По совпадению, у этой девушки такая же фамилия, как и у меня. Её зовут Ло Цянь. Сяо Сюй, она на семь лет старше Вас – ей 25. Вы можете назвать ее Сяо Ло. Сяо Ло, с завтрашнего дня, Вы будете ответственны за еду, одежду, транспорт и жильё. Ну, то есть Вам просто нужно будет довозить его домой каждый день. Вам не нужно заниматься уборкой по дому и тому подобным. Вам нужно заняться фанатами и предоставить мне отчет в течение трех дней.

Девушка все еще смотрела на Жун Сюя, не в силах отвести от него  глаз. Выслушав слова Ло Чжэньтао, она сразу же кивнула:

— Хорошо, я поняла.

Так как она начинала работать только завтра, сегодня она уладила все формальности и покинула отдел обучения брокеров «ХуаСя Энтертейнмент».

Ло Чжэньтао с улыбкой обратился к Жун Сюю:

— Я отобрал самых хороших кандидатов из учебного отдела. Я хотел выбрать парня, но девушки более осторожны и гораздо легче обращаются с фанатами.

Жун Сюй одобрительно кивнул:

— Я тоже так думаю. Сяо Ло очень хороша.

Некоторое время они болтали и обсуждали следующую работу Жун Сюя. Ло Чжэньтао уже нашёл для него рекламу картофельных чипсов. Всего есть четыре представителя этих чипсов, все из которых являются популярными звездами. На этот раз контракт одной из этих женщин-звезд истёк, и её решили заменить на Жун Сюя.

В результате, теперь у этих чипсов было три звездных представителя мужского пола и один – женского.

Поскольку Жун Сюй был не единственным их представителем, могло показаться, будто с ним обращаются плохо. Ло Чжэньтао объяснил:

— «Леке» – очень популярная глобальная сеть крупных компаний. Их лицом не может быть только один человек. Остальные три их представителя – тоже популярные звёзды. На этот раз «Леке», должно быть, посчитали, что после «Черных туч» Ваша популярность сильно вырастет, поэтому Вам и выпал такой шанс.

Жун Сюй слегка кивнул, естественно, понимая, почему такую большую компанию не мог представлять один-единственный человек. Но он был обеспокоен:

— Когда я буду сниматься в рекламе через два дня, я буду там один, или все четверо будут вместе?

Ло Чжэньтао мягко улыбнулся:

— В основном Вы один. Этих троих людей утвердили уже давно. На этот раз Вам нужно просто сняться для своих плакатов и рекламы. Однако не ясно, снимают ли их рекламу голливудские режиссеры или нет. Эта история представляет собой комбинацию нескольких приключенческих сегментов, где в конце четыре человека собираются вместе, чтобы захватить чипсы. Заключительный этап может быть снят, когда все четыре представителя уже снимутся в своих частях. Но в Вашем отдельном приключенческом сегменте могут появиться и другие представители компании... Всё зависит от сценария, который нам предоставит рекламное агентство завтра.

Жун Сюй задумчиво кивнул головой: ему нечего было сказать по этому поводу. Но он пришёл сюда сегодня не только для того, чтобы найти помощника и узнать про рекламу, но и для выбора следующего фильма.

Освещаемый ослепительным светом молодой человек посмотрел на Ло Чжэньтао, слегка улыбнувшись:

— Ло, я хочу сняться в «Затерянном городе».

На следующий день Жун Сюй получил от Ло Чжэньтао письмо со сценарием. Он внимательно прочитал сценарий рекламного ролика «Картофельных чипсов Леке». Сценарий был не длинный. Он должен был занять всего пять минут фактических съёмок, но на последней минуте Жун Сюю действительно нужно было играть вместе с другими представителями чипсов.

Жун Сюй внимательно прочитал роль своего «соперника».

Во второй половине дня он получил текстовое сообщение от Ло Чжэньтао: «Ваша роль в «Затерянном городе» уже утверждена. В следующем месяце вы присоединяетесь к команде для участия в конференции и церемонии запуска. В фильме будет два героя-мужчины. В конце фильма с Вами произойдёт то же самое, что и с другим главным героем. P.s: Сяо Ло сегодня взяла на себя управление фанатами, так что Вы можете связаться с ней, если у Вас будут к ней вопросы. Вот её номер телефона …»

Жун Сюй сохранил номер телефона Сяо Ло. Когда он поднял глаза, то увидел Цинь Чэна, выходящего из своей спальни.

Они посмотрели друг на друга, после чего Жун Сюй помахал ему и улыбнулся:

— Помнится мне, Вы собираетесь в Новую Зеландию на следующей неделе, Цинь Чэн?

Цинь Чэн был немного удивлен и, похоже, не понимал,  чему он клонит.  Он молча кивнул и хотел было что-то спросить, как вдруг Жун Сюй встал с дивана и подошёл к нему, предложив:

— Спустимся вниз? Вы просто были заняты накануне. Можете пока собираться.

Услышав это, Цинь Чэн был шокирован, и у него слегка дрогнули уголки губ. Тем не менее, его лицо по-прежнему оставалось практически безэмоциональным, а тон – очень спокойным:

— Да.

Он вёл себя так, как будто ему было всё равно, но всё же покорно пошёл в спальню, чтобы взять свою куртку.

Жун Сюй был удивлён, увидев, что мужчина вернулся в свою комнату. Когда Цинь Чэн вышел в тонкой чёрной ветровке, Жун Сюй всё ещё был в своём простеньком пуловере и джинсах. Эти двое ярко контрастировали: один – простой и чистый юноша, а другой – красивый мужчина, достаточно яркий, чтобы хоть сейчас блистать на каком-нибудь шоу.

Жун Сюй:

— На самом деле, я просто хочу прогуляться.

Цинь Чэн:

— Да.

Так, они вместе спустились вниз и прошли по саду несколько кругов. Когда последний круг подходил к концу, Жун Сюй повернул голову, посмотрел на мужчину рядом с собой и тихо сказал:

— Послезавтра я поеду в Хэндянь сниматься в одной крупной рекламе.

Цинь Чэн внезапно отвлекся:

— Ты уезжаешь послезавтра?

Он поедет в Новую Зеландию только на следующей неделе, но… но Жун Сюй уезжает уже послезавтра?!

Жун Сюй кивнул:

— Да.

Сделав короткую паузу, он слегка прищурился и пристально посмотрел на Цинь Чэна. Его глаза были яркими и ясными, но понять, что творилось у него в голове,  было невозможно. Долгое время спустя, Цинь Чэн, наконец, снова услышал приятный голос юноши:

— Если тетя Цинь так беспокоится обо мне и хочет, чтобы Вы заботились обо мне, – Вы можете мне звонить.

Цин Чэн был ошеломлён и внимательно посмотрел ему в глаза. Немного подумав, он кивнул:

— Хорошо.

Больше они не разговаривали и через некоторое время поднялись в квартиру.

Два дня спустя Жун Сюй и Ло Чжэньтао покинули город В и прибыли в Хэндянь, где весна была в полном разгаре. Когда они были здесь в последний раз, было ещё лето. Тогда они снимали «Борьбу за превосходство». Прошёл уже почти год.

Внешне ничего не изменилось, но люди теперь были другие. На этот раз встречать Жун Сюя отправили не обычного сотрудника, а помощника режиссёра. Прибыв на место, Жун Сюй быстро познакомился с режиссёром и остальными сотрудниками, ожидая прибытия последнего рекламного представителя.

Учитывая, что они были крупнейшим брендом картофельных чипсов в мире, выбранные ими рекламные представители просто не могли быть обычными звёздами.

Всего у них было четыре официальных представителя. Помимо звезды-женщины, чей контракт уже истёк, было ещё три человека, которые в настоящее время являлись популярными звёздами первой линии. Одна из них – Ци Жун – актриса, ставшая популярной после молодежного фильма. Другой – Бао Цзяхун – знаменитый певец, известный как «маленький король хип-хопа». И последний – Дэн Ивэнь, который и должен был сниматься сегодня в рекламе вместе с Жун Сюем.

Дэн Ивэнь – популярный актёр развлекательной компании Люгуан. Семь лет назад он дебютировал в молодежном сериале про идолов. В последние годы он успел сыграть во многих современных и исторических сериалах. Только в прошлом году, когда он сыграл роль второго плана в одном сериале, он по-настоящему вышёл на первую линию, и обретя популярность и множество поклонников.

Хотя у нового фильма о любви с участием Дэн Ивэня были очень низкие рейтинги, да и в целом его репутация и популярность в этом году несколько снизились, он по-прежнему оставался звездой первой линии, по крайней мере, он ещё не опустился на «вторую строчку».

Раз Дэн Ивэнь смог получить такой статус, это свидетельствовало о том, что он не мог быть таким идиотом, как Хань Янхао. В девять часов утра он прибыл на площадку вовремя, и его помощник связался с режиссёром, чтобы согласовать сегодняшние съёмки.

В гримёрной. Пока опытный гримёр помогал Жун Сюю красить волосы, в комнатку вошёл симпатичный юноша. Тепло сказав всем присутствующим «Доброе утро», он с улыбкой уселся в кресло и сказал второму гримёру:

— Я сегодня опоздал. Может, сделаем причёску одновременно с гримом, чтобы  сэкономить время?

Девушка сразу же подошла к нему и с улыбкой ответила:

— Ещё не поздно: сейчас только девять часов. Вы как раз вовремя.

Дэн Ивэнь улыбнулся, и в этот момент увидел Жун Сюя, который красил волосы, в отражении зеркала.

В мае погода в Хэндяне была около 20 градусов. Жун Сюй уже переоделся в костюм, а Дэн Ивэнь до сих пор был одет в свою лёгкую футболку. Ходить с короткими рукавами в такую погоду было ещё рановато, но Дэн Ивэнь даже умудрялся махать веером. Он обернулся, чтобы посмотреть на Жун Сюя, и с улыбкой произнёс:

— Вы – Жун Сюй? Я Дэн Ивэнь. Плодотворного сотрудничества сегодня! Ха-ха.

Жун Сюй многое повидал в своей прошлой жизни, так что быстро улыбнулся и кивнул в ответ:

— Здравствуйте, я Жун Сюй. Плодотворного сотрудничества.

На солнечно-красивом лице Дэн Ивэня расцвела яркая улыбка. Пару секунд спустя он повернулся, начав флиртовать с гримёрщей. Он просто без устали смешил эту женщину лет тридцати. Жун Сюй уже закончил красить волосы, а она всё ещё смеялась над его шутками.

Жун Сюй повернулся, чтобы посмотреть на Дэн Ивэня, и вежливо сказал:

— Я пошёл сниматься.

Дэн Ивэнь улыбнулся, радостно помахав ему рукой:

— Что ж, я приду сразу, как буду готов.

Жун Сюй бросил небрежный взгляд на затылок юноши, а затем встал и вышел. Сегодня у него было самое большое количество сцен. У Дэна Ивэня их было всего четыре. Даже если бы он приехал только ко второй половине дня, это бы не было большой проблемой. Однако, когда Дэн Ивэнь прибыл вовремя, он произвёл на Жун Сюя хорошее впечатление.

Хотя он и показался ему немного капризным.

Выйдя из гримёрной, чуть ли не трясущуюся от смеха, Жун Сюй направился прямиком в студию и приготовился снимать свою первую сцену. В тот момент, когда он вышел за дверь, он немного замедлил шаг, подсознательно оглянувшись. Однако он обнаружил, что люди внутри всё ещё смеются.

Не особо задумываясь над этим, Жун Сюй пошёл сниматься на свой постер.

Как раз в тот момент, когда он вышел из гримёрной окончательно, глаза Дэн Ивэня слегка дёрнулись, а рот скривился.

На протяжении всего утра Жун Сюй делал фотографии.

На этот раз события рекламы картофельных чипсов «Леке» разворачивались в далёком будущем. Было четыре эмиссара со сверхспособностями, которые боролись друг с другом за сокровища. С точки зрения точной временной последовательности, Бао Цзяхун был первым эмиссаром, который выиграет первое сокровище, Ци Жун – вторым, Дэн Ивэнь – четвёртым, а Жун Сюй – третьим.

После получения сокровищ все будут отправлены на поле боя, запечатанные во льду, в ожидании, пока все четыре сокровища соберутся вместе, а лёд растает. Только тогда начнётся настоящая битва четверых.

Что касается конечного сокровища, скрытого в свете, то, это, естественно, были картофельные чипсы «Леке».

Супер блокбастер, популярные звезды, крутые спецэффекты… и главная цель всей этой рекламы – картофельные чипсы! Хотя он не знал, кто придумал эту уникальную идею, Жун Сюй точно знал одно: это должно быть очень дорого!

В общей сложности, сцены всех четырёх представителей чипсов длились тридцать минут. В течение этих 30 минут повсюду должны происходить экшн-сцены, и почти все – со спецэффектами. Так что каждый кадр этой рекламы был невероятно дорогостоящим.

Но режиссером, который сегодня снимал рекламу, был Стивен Грифин – известный голливудский режиссер, все фильмы которого имеют одну общую черту: высокая стоимость.

Когда Жун Сюй закончил делать фото на постер и был готов снимать в своей первой сцене, Стивен немедленно отвернулся от сценария и уставился на него. Как только его глаза прояснились, он взволнованно подошел к нему, выпятив вперед свой большой круглый живот, и взволнованно сказал:

— Жун Сюй, у Вас очень красивая фигура. Не могу дождаться, когда я уже начну снимать Вас.

Китайский Стивена нельзя было назвать идеальным, но его вполне можно было понять. Да и идиомы он использовал вполне умело.

В последние годы, чтобы поехать за границу, режиссерам ХуаСя было достаточно хорошо говорить по-английски, в то время как голливудским режиссерам, желающим побороться за китайский рынок и завоевать китайские награды, также приходилось усердно трудиться над изучением китайского языка. Даже в Голливуде существовало неписаное правило: «чем известнее режиссёр, тем лучше его китайский».

Капитал и интересы всегда брали верх. Поэтому, несмотря на то, что выучить китайский язык очень трудно, ради рынка ХуаСя и ради конкуренции с их фильмами, голливудские режиссёры были готовы «покорять эту гору», называемую китайским языком, и днём и ночью.

И за две свои жизни Жун Сюй заметил, что у всех этих иностранных режиссёров есть одна особенность: либо они капризны, высокомерны и трудны в общении; либо они необычайно рьяны и постоянно пытаются похвалить вас всеми лучшими словами мира, при этом ни разу не повторяясь.

Стивен, очевидно, относился к последней группе.

Красивый молодой человек улыбнулся, и ответил:

— Я очень рад, что смогу с Вами посотрудничать.

Стивен тут же искренне добавил:

— Мне тоже будет очень приятно посотрудничать с Вами. — не забыв похвалить его. — Мне очень нравится Ваш стиль, он действительно классный!

Уголки губ Жун Сюя слегка приподнялись, и он спокойно похвалил его в ответ:

— Я тоже уже не могу дождаться, когда мы сможем с Вами поработать.

Они похвалили друг друга ещё несколько раз, пока заместитель директора ХуаСя в стороне удивленно таращился на Жун Сюя. Казалось, он не ожидал, что этот молодой человек действительно сможет хвалить Стивена так долго.

Когда Стивен, наконец, пошел работать и готовиться к съёмкам, заместитель директора незаметно показал Жун Сюю «большой палец вверх» и прошептал:

— Этот иностранный режиссёр слишком увлечён. Я уже снимал с ним несколько фильмов. Вы не видели этого, но Ци Жун покраснела, когда этот старик хвалил её. Она буквально была не в силах этого вынести.

Услышав это, Жун Сюй невинно моргнул, но его губы изогнулись в ухмылке:

— Я просто сказал правду.

Восхищение в глазах мужчины стало немного глубже.

Только что юноша разговаривал с ним и улыбался, а уже в следующую минуту стал серьёзным, готовясь приступить к  съёмкам. Его подняли над землёй на прочном тросе. Стоявший внизу полный режиссёр, который только что хвалил его, постепенно становился серьезнее и строже, когда смотрел на него.

Жун Сюй некоторое время не сводил глаз с лица Стивена, а затем беспомощно покачал головой.

Конечно же, это типичный голливудский режиссёр, способный заставить тебя поверить в то, что ты его любимый герой, без устали нахваливая тебя. Когда дело доходит до реальных съемок, он обычно достаточно строг, чтобы заставить любого актера усомниться в том, достоин ли он вообще находиться в этом в кругу развлечений.

— Камера! Мотор!

Как только голос стих, справа перед Жун Сюем включили мощный прожектор, осветив его красивое нежное лицо.

На мгновение Жун Сюй подогнул правую ногу, приземлившись на каменную стену, плавно изогнулся в воздухе, а затем оттолкнулся левой ногой, приземлившись на стену повыше. Он был похож на парящую птицу, прогуливающуюся по этой маленькой пещере.

Студия была оформлена командой в форме пещеры. Камни здесь были очень странные. Казалось, будто из-под камней пробивался флуоресцентный свет, освещающий пещеру  тёмно-синим светом, как будто в дневное время суток.

В этой странной обстановке молодой человек в черном плаще, словно зачарованный, быстро пролетел между флуоресцентными каменными стенами. Асимметричный дизайн и серебряный лонжерон на разрезе делали этот длинный плащ уникальным. Черные брюки обтягивали красивые прямые ноги. Когда он приземлялся, его левое колено сгибалось, а правая рука придерживалась о землю. Он поднял голову, оглядевшись вокруг холодным взглядом, и в пещере мгновенно нависла атмосфера опасности.

— Снято!

На этом сцена была окончена.

Казалось, что прошло всего несколько десятков секунд, но снимать короткие экшн-сцены куда сложнее, чем десятиминутные неподвижные сцены.

Стивен внимательно посмотрел на экран монитора и пересмотрел отснятый материал три раза, прежде чем поднять глаза и сказать ожидающему в центре студии Жун Сюю:

— Повторим. Третье действие было недостаточно близко. Я хочу, чтобы Ваши действия были аккуратными! Жун, Вы знаете. чего я хочу. Мне нужен самый крутой экшен, самое красивое китайское кунг-фу!

Жун Сюй мягко кивнул, и подбежавшая девушка быстро поправила его грим, после чего начался второй дубль.

Экшен сильно отличается от художественных фильмов. Здесь недостаточно иметь актерские навыки. Для этого также требуется определенное взаимодействие. Актёр должен для начала ознакомиться с нюансами снимаемой сцены, обсудив это с режиссёром, затем опробовать тросы, а затем пообщаться с кинематографистами, чтобы снять идеальную сцену.

Когда действие было снято в третий раз, Стивен взволнованно закричал:

— Снято!

Итак, на этом всё закончилось.

Девушка-гримёр подбежала, чтобы помочь ему вытереть пот со лба. В этот момент Дэн Ивэнь как раз закончил свою подготовку. Как только он вышел из гримёрной, он увидел Жун Сюй, окружённого персоналом.

Рост 185 см заметно выделял Жун Сюя среди стольких людей, особенно в сочетании с его красивой фигурой. У него были немного длинные волосы, а левая их половина была собрана маленькой черной невидимой заколкой. Большая часть черных прядей была зафиксирована на правой стороне гелем для волос, приоткрывая большую часть его светлого красивого лица.

Среди мягких черных волос виднелось много серебристых волосков. Лучи ослепительного серебра, вкрапленные посреди черных волос, заметно выделялись, отчего делали кожу парня ещё белее и холоднее, усиливая атмосферу жанра научной фантастики.

Для этого лица Жун Сюя существовало бесчисленное множество перспектив. Не было никаких сомнений в том, что этот образ «из будущего» очень ему шёл. В толпе его можно было увидеть с первого взгляда, а затем вы будете просто не в силах отвести от него взгляд.

Дэн Ивэнь посмотрел на Жун Сюя, а затем повернулся к своему помощнику, с улыбкой спросив:

— Он действительно очень хорош, правда?

Помощник несколько раз посмотрел на Жун Сюй и сказал:

— Разве это не распространенный в кругу типаж? Ну, разве что выглядит немного лучше.

Дэн Ивэнь приподнял бровь:

— Но Дун Чжэн сказал, что у него прекрасные актёрские навыки.

Его помощник пожал плечами, ничего больше не сказав.

В этот момент Жун Сюй снова приступил к съёмкам.

Сюжет рекламного ролика Жун Сюя заключался в том, что он пришёл в эту пещеру и сразился в ней против невидимой тёмной бури. Когда он уже, наконец, собирался получить своё сокровище, внезапно появился Дэн Ивэнь. Чтобы побороться за приз, эти двое начали большую битву, в результате которой Жун Сюй смог, наконец, получить сокровище и перенестись на финальное поле боя. Дэн Ивэнь после этого смог найти сокровище лишь четвёртым по счёту.

Среди четырёх героев, Жун Сюю выпал холодный и рациональный образ, поэтому некоторые пряди его волос и были серебристыми. Дэн Ивэнь же, с другой стороны, был весёлым человеком. Он отвечал за создание забавных вещей, поэтому всегда носил белую одежду, а его волосы были окрашены в жёлтый цвет.

Такие типажи персонажей были Голливудским шаблоном. Хотя это далеко не ново, зрителям такое нравится.

Жун Сюй снял ещё несколько сцен на съемочной площадке, в которых ему нужно было сразиться с тёмной бурей. Первый кусочек он снимал три раза, прежде чем Стивен был удовлетворён. Когда он закончил снимать четвертый кусок, Стивен радостно зааплодировал и подошёл, чтобы обнять его.

— Отлично! Жун, просто сохраните это чувство, и продолжим!

После слов Стивена, персонал стал ещё более взволнован, снова приступив к работе.

Дэн Ивэнь сел в кресло, улыбнулся и стал болтать с юной девушкой, стоящей рядом. Услышав слова Стивена, он тайком взглянул на Жун Сюя, а затем улыбнулся и отвёл взгляд.

В конце концов, Жун Сюй, наконец, уничтожил все тёмные бури и добрался до желанного сокровища. В это время на площадке и  должен был появиться Дэн Ивэнь.

Дэн Ивэнь бросил несколько шуток девушке вслед, а затем вышел на площадку.

Подготовка Жун Сюй быстро закончилась, и потное полотенце было передано Ло Чжэньтао. Как только он поднял глаза, он увидел Дэн Ивэня, машущего рукой и улыбающегося аккуратной белозубой улыбкой. Жун Сюй приподнял брови, улыбнулся и помахал Дэн Ивэню в ответ.

Пузатый Стивен посмотрел на съёмочную площадку и поднял руку:

— !

Пока на съемочной площадке картофельных чипсов «Леке» вовсю шли съёмки, поклонники кино трепетали от волнения.

«Чёрные тучи» шли в прокате уже было нескольких дней, и успели собрать уже более 4-х миллиардов, уверенно приближаясь к 5-ти миллиардам. В то же время Чжао Чуюнь следила за планом продвижения «Потерянных крыльев», и сегодня днём попросила Чжао Куна опубликовать в Вэйбо девять фотографий.

Из девяти фотографий на восьми были видны только две размытые фигуры, явно с пост-обработкой. На самой центральной фотографии был изображён молодой человек в красной куртке. Он протягивал левую руку, прикрывая левую щеку, отчего правая щека становилась более заметной.

Яркая киноварь тянулась в виде дуги от уголков длинных узких глаз. Светлый зрачок был подобен озеру, погруженному в лунный свет. Такой же тихий и способный  украсть вашу душу.

Вэйбо Чжао Куна: «5.2.0, «Потерянные крылья», встречайте!»

Публикация на Вэйбо Чжао Куна снова вызвала бурные дискуссии среди фанатов в сети.

С момента выхода «Чёрных туч» фильм стал главной новостной повесткой для пользователей сети. На основных социальных платформах и многих веб-сайтах, посвященных обзору фильмов, круглые сутки продолжались обсуждения и публиковались похвалы.

Но не подумайте, что никто не критиковал этот фильм, нет. В конце концов, не может быть такого фильма, который нравился бы всем. Некоторые фанаты считали, что фильм «Чёрные тучи» слишком рутинен и коммерциализирован. Не очень художественен, и не даёт зрителю ощущения эстетики и ценности.

Однако «Черные тучи» по-прежнему оставался успешным коммерческим фильмом.

19 мая фильм, наконец, появился на полках магазинов. Теперь его уже изредка показывали в кинозалах, причём в очень немногих кинотеатрах. Из-за высоких кассовых сборов, время показов было продлено на полгода. Если фанаты захотят посмотреть фильм снова, они могут пойти в кинотеатр, но эти кассовые сборы, конечно, уже не смогут особо повлиять на общие сборы.

Более чем за месяц показов «Черные тучи» собрали 9,7 миллиардов долларов. Ожидалось, что он побьёт отметку в 10 миллиардов, когда будет официально снят с показа в кино в октябре, и станет членом «Клуба Фильмов-Миллиардеров ХуаСя».

В этот период фанаты с нетерпением ждали выхода «Потерянных крыльев». Чжао Чуюнь также подключила телевидение, радио, новостные журналы и интернет-платформы для продвижения песни. Даже время релиза песни было подобрано идеально, ловко использовав ажиотаж от фильма.

Все только закончили смотреть «Чёрные тучи», как тут же была выпущена песня «Потерянные крылья».

Это дало поклонникам ощущение, что «Потерянные крылья» является продолжением «Чёрных туч», и мотивировало их покупать песню.

Итак, 20 мая, когда Жун Сюй разблокировал свой телефон и зашёл на свой личный форум, он увидел публикацию:

«Бабочка без крыльев, пусть она снова полетит!»

Жун Сюй открыл пост и увидел, что Ло Цянь призывает фанатов форума купить сингл «Потерянные крылья». В этом посте Ло перечислила некоторые из основных мест продаж и прикрепила новости о сингле, вроде постеров и фотографий Жун Сюя, а также видеоролики различных шоу, в которых он принимал участие.

Этот пост не мог заставить всех фанатов купить сингл, но мог пригодиться фанатам, которые уже хотели его купить.

Этот пост был очень красив. Он сочетал в себе все виды кодов и картинок. Информация была ясна и лаконична. Листнув вниз, Жун Сюй был слегка ошеломлён, невольно приподнял уголки губ и беспомощно покачал головой.

«Есть также музыкальный магазин Жун по адресу Чуньхуа, 318, газетный киоск около Минчжао, 71  и книжный магазин Жаодэ по адресу Гуанхуа, 84. По этим адресам сингл «Потерянные крылья» можно купить в городе Нин провинции Z».

«Сегодня утром я отправился на поиски места, где в городе С продают «Потерянные крылья». Её можно купить в книжном магазине Тяньци на Народной площади и в магазине аудио-пластинок Лу Цин. У меня не было времени проверить наличие сингла в других местах. Если вы хотите купить его, можете пойти и посмотреть сами!»

«Вот ссылка на официальный сайт ХуаСя Энтертейнмент, и на сайт Алимама…».

Если Вэйбо – очень открытая платформа, которую могут комментировать как фанаты, так и различные тролли и просто случайные люди. Личный же фан-форум звезды – это собственный мирок фанатов. Например, звёзды ХуаСя могли заводить собственные фан-форумы на основе официального сайта «ХуаСя Энтертейнмент».

Желающим присоединиться к фан-форуму, помимо ежегодного членского взноса, нужно ответить на пятьдесят вопросов о звезде. Время на прохождение теста ограничено одним часом. Задаваемые вопросы определяются модератором. Пока доля правильных ответов не достигнет определенного процента, вы не сможете войти на форум.

Эти критерии отбора значительно улучшили «качество» членов форума, и в основном все пользователи, сидевшие здесь, были преданными фанатами конкретной звезды. Хотя по-прежнему оставались «тролли», прилагающие огромные усилия, чтобы пробраться на фанатские форумы, их было меньшинство.

На таких форумах редко можно было встретить недоброжелателей, а почти все комментарии были хвалебными.

Пост, опубликованный Ло Цянь, также получил восторженный отклик у фанатов. Мало того, что появилось много ответов в стиле «куплю, куплю и куплю», многие поклонники бросились искать и публиковать на форуме места продажи компакт-дисков с песней Жун Сюя в своих городах.

Все места продаж, предоставленные Ло Цянь, были крупными магазинами. Поскольку ХуаСя велика, а компакт-диски повсеместно продаются дилерами розничным торговцам, она не могла назвать все магазины. Благодаря помощи фанатов, информация о пунктах продаж «Потерянных крыльев» была значительно дополнена, и у желающих купить сингл появилось больше мест и способов покупки.

В течение всего утра Жун Сюй лежал на диване и листал сообщения этих поклонников.

Снявшись в рекламе картофельных чипсов «Леке» в прошлом месяце, Жун Сюй принял участие в нескольких музыкальных программах, приуроченных к продвижению «Потерянных крыльев», а затем вернулся в город В, чтобы отдохнуть и приготовиться к съёмкам «Затерянного города», которые должны были стартовать уже в этом месяце.

В это время Жун Сюй оставался в городе В один. Время от времени он обедал с Тан Мэнлань и Е Цяо, но большую часть времени проводил дома. Находясь в пустой квартире, он смотрел много фильмов в кинозале, готовил в одиночестве, убирался в одиночестве и частенько молча залипал в свой телефон.

Прочитав более 5000 комментариев к этому посту, Жун Сюй обнаружил, что уже полдень. Приготовив обед на скорую руку, он зашёл на свою страницу в Вэйбо, держа в руках тарелку с лапшой, и сделал репост.

Жун Сюй: «Если сказать, что завтра есть, вы всё равно появитесь завтра? «Потерянные крылья», 520, я люблю тебя. *смеюсь* *смеюсь* *смеюсь*» ~  Репост @Музыка ХуаСя Энтертейнмент: {Встреча с «Потерянными крыльями» 20 мая. Увидимся по адресу: официальный сайт [ссылка], Алимама [ссылка]}

Через некоторое время поклонники завалили его Вэйбо комментариями:

«Жун Жун! Я люблю тебя! Взгляни на компакт-диск, который я только что купила! [фото]»

«Любовь моя, я тоже тебя люблю! Жун Жун! Посмотри и на мои «Потерянные крылья»! [фото]»

«Я не могу больше ждать! Я только что разместила заказ на официальном сайте, но он придёт только послезавтра... Нет, я сейчас же пойду в магазин! Больше всего на свете мне нравятся Лин Сяо, Жун Жун и «Потерянные крылья»!»

Безо всякой на то причины, под этим постом фанаты начали массово публиковать снимки своих собственных компакт-дисков с «Потерянными крыльями». На некоторых фото был только один CD, а на других – два, три и даже десять дисков!

Тан Мэнлань: «Обязательно куплю! Это супер-здорово!» ~  Репост @Жун Сюй: {Если сказать, что завтра есть…}

Е Цяо: «Ха-ха, я тоже купил компакт-диск! [фото]» ~  Репост @Жун Сюй: {Если сказать, что завтра есть…}

Чжан Тунтун: «Я только что послала свою помощницу купить для меня диск. Удивительно, что его купили уже так много людей [фото]» ~  Репост @Жун Сюй: {Если сказать, что завтра есть…}

Режиссёр Лян Чао: «У меня есть льготы для сотрудников – вам не нужно покупать его самим! [фото]» ~ Репост @Жун Сюй: {Если сказать, что завтра есть…}

После того, как Жун Сюй опубликовал пост на своём Вэйбо, многие знаменитости разместили его на своих страницах с личными комментариями, включая его друзей, членов команды «Чёрных туч» и даже некоторых знаменитостей, которые принимали участие в съёмках «Черных туч» в качестве приглашенных звёзд.

Это был вопрос взаимной выгоды и взаимоподдержки. Например, Тан Мэнлань сейчас помогла Жун Сюю отрекламировать его «Потерянные крылья», а на прошлой неделе Жун Сюй помог ей отрекламировать её новый сериал.

Благодаря перепостам этих знаменитостей, всё больше и больше пользователей сети узнавали новости и актуальную информацию о том, где купить «Потерянные крылья». Некоторые пользователи сети, например, итак знали, что «Потерянные крылья» скоро выходят, но они не знали, что они выходят уже сегодня, и их уже можно купить онлайн. Поэтому, когда они увидели этот пост, то сразу же перешли по ссылке и приобрели сингл.

К 8 вечера того же дня совокупные продажи «Потерянных крыльев» перевалили за 290 тысяч экземпляров.

Цена за один CD была не высокой; намного меньше, чем у музыкальных альбомов, но тот факт, что за 12 часов было продано 290.000 копий, доказывал, что «Потерянные крылья» вполне могли побить отметку в миллион!

В полночь были официально подведены итоги первого дня продаж сингла: 320 тысяч экземпляров!

В топе продаж «ХуаСя Музыка», обновленном в 00:00, сингл «Потерянные крылья» занимал почётное третье место!

Музыкальный топ продаж – это официальный список продаж альбомов, вышедших на «ХуаСя», обновляющийся ежедневно в полночь. Общие продажи каждого компакт-диска за неделю суммируются и сортируются в соответствии с показателями продаж.

Поскольку этот список еженедельный, то, если альбом выйдет в воскресенье, даже если его продажи в этот день намного превысят другие альбомы, он не сможет выйти на первое место (потому что он  продаётся всего один день, а его конкуренты –  больше недели). Таким образом, он не сможет стать  номером один, пока в следующий понедельник весь топ не будет пересчитан.

Релиз «Потерянных крыльев» же состоялся в среду.

Однодневные продажи в количестве 320.000 подняли сингл сразу на третье место, и сейчас его опережали только «Дорога» и «Сумеречный лес». Однако «Дорога» была выпущена три дня назад, а «Сумеречный лес» – шесть.

Такие хорошие результаты вызвали ликование среди поклонников, и люди по всей сети принялись обсуждать «Потерянные крылья». Жун Сюю трудно было лечь спать пораньше. Узнав точные объёмы продаж, он положил свой мобильный телефон на тумбочку. Пока он принимал душ, ему приходило одно сообщение за другим. Выйдя из ванной, он прочитал сообщения и ответил на них:

Чжао Кун: «Поздравляю! С таким лихим стартом, она может собрать десятки миллиардов!»

«Спасибо, Чжао, я рад, что смог поработать с Вами…»

Ло Чжэньтао: «Ха-ха-ха, почему бы Вам не пригласить на завтрашнюю вечеринку нескольких продюсеров? Потрясающе!»

«Без проблем. Можете это устроить, Ло».

Многие из его друзей отправили ему поздравления. Некоторые из них были искренни и правдивы, в то время как другие были с оттенком зависим, поскольку трехсоттысячные продажи означали большую прибыль. Первый сингл Жун Сюй смог получить такую высокую прибыль в основном благодаря «Черным тучам» и Лин Сяо. Можно было назвать это большой удачей.

Однако они не знали, что Жун Сюй не мог получить прибыль от продажи этого сингла. Все доходы с продаж он собирался пожертвовать.

Чжао Чуюнь: «Объем продаж в 320.000 – это очень хорошо. Я продолжу активную рекламу. Реквизиты Фонда ЖунЮнь будут отправлены Вам в течение трёх дней. Я обязательно предам эту информацию огласке. Спасибо Вам, Жун Жун».

«Пожалуйста, Чжао».

Отправив ответ Чжао Чуюнь, Жун Сюй ещё долго смотрел на присланный ею текст.

Сейчас он только-только начал. Эта прибыль была очень велика, и могла значительно улучшить его текущее положение. Но даже небольшая часть этих денег была бы для него болезненно обжигающей.

Это наследие Лин Сяо. Лин Сяо заплатил за эту песню бесчисленными усилиями и чувствами. Эта песня была для Жун Сюя хорошим ключом, чтобы войти в мир музыки. С этим фундаментом, если в будущем он захочет выбрать путь певца, он будет для него более гладким.

В дополнение к популярности, которую он получил от этой песни, он приобрёл и кое-какие  неочевидные, но тоже очень полезные вещи.

Что касается упущенной выгоды, то в любом случае он и дальше собирался организовать фонды. Как и в своей прошлой жизни, он мог помогать некоторым людям по мере своих возможностей. Независимо от того, сколько денег ты зарабатываешь, ты должен жить по совести.

Полностью забыв об этой огромной прибыли, Жун Сюй собирался прилечь отдохнуть, как вдруг его телефон снова завибрировал. Он посмотрел на экран и застыл, увидев уведомление от Вэйбо.

Цинь Чэн: «Потерянные крылья», 5.2.0, я люблю тебя. Жун Сюй: {Если сказать, что завтра есть, вы всё равно появитесь завтра? «Потерянные крылья», 5.2.0, я люблю тебя. @Музыка ХуаСя Энтертейнмент}.

Глаза юноши медленно расширились, когда он пристально смотрел на фразу «я люблю тебя». Долгое время он мягко улыбался, когда на его телефон вдруг пришло текстовое сообщение.

Цинь Чэн: «Я был в самолёте и только что прибыл в Соединенные Штаты. Поздравляю с продажами твоего CD».

Подтекст этого сообщения был примерно таков: «исправлять мою публикацию на Вэйбо уже слишком поздно, потому что я был в самолёте и не мог выйти в интернет».

Юноша улыбнулся и быстро ответил: «Спасибо, я видел Ваш репост».

Через минуту телефон неожиданно зазвонил, и Жун Сюй с удивлением ответил на звонок.

— Ещё не спишь? Помнится, в ХуаСя сейчас должно быть ещё рано? — заговорил низкий и мягкий мужской голос.

Цинь Чэн, казалось, куда-то ехал, и из динамиков доносились звуки ветра, а голос казался немного небрежным. Жун Сюй медленно лёг на кровать с телефоном в руке в своей тонкой пижаме и с улыбкой ответил:

— Ну, я ждал результатов продаж сингла. В ХуаСя сейчас полночь.

Цинь Чэн немного помолчал, а затем спросил:

— И как продажи?

Жун Сюй усмехнулся:

— Хорошо.

— Да...

Ему было нечего сказать. Цинь Чэн ещё долго молчал, казалось, не в силах придумать тему для разговора. Был слышен лишь слабый звук его дыхания. Несмотря на это, он не повесил трубку, а продолжал молчать, из-за чего повисла неловкая пауза.

Слушая тишину на другом конце провода, юноша почувствовал себя беспомощным, а его глаза хитро сверкнули. Он молчаливо ждал несколько минут, и за это время улыбка на его губах становилась всё шире. Когда мужчина  уже, казалось, больше не мог держать себя в руках, он спросил:

— Как продвигаются съёмки Вашего фильма? Я думал, Вы всё ещё в Новой Зеландии.

— Не очень гладко. Актриса второго плана решила принять участие в неделе моды, и теперь режиссёр рассматривает возможность замены.

Жун Сюй продолжил развивать тему:

— Оу, это очень хлопотно.

Цинь Чэн продолжал отвечать:

— Я-то в порядке, но вот у режиссёра уже голова идёт кругом.

Сказав это, Цинь Чэн снова принялся молчать, а Жун Сюй молча усмехнулся. Через минуту он снова спросил:

— Скоро состоится церемония награждения премии «Золотой Феникс». Вы вернётесь в Китай?

Цинь продолжил отвечать на его вопросы.

Они говорили так ещё долго. Когда у Цинь Чэна не было темы, чтобы поддержать беседу, Жун Сюй выжидал немного, а затем поднимал новую тему. Двадцать минут спустя он положил трубку, встал, как ни в чём не бывало, и выключил свет, собираясь ложиться спать.

На другой стороне океана красивый статный мужчина стоял на месте и задумчиво смотрел на экран своего телефона.

Сюй Цзинь обернулся и спросил:

— Что стоите? Команда ждёт нас.

Мужчина медленно отвёл взгляд от телефона, слегка нахмурился и неуверенно спросил:

— Он, что, дразнил меня?

Сюй Цзинь уже кипел от негодования:

— Хах?!

— Он, кажется, дразнил меня?

Сюй Цзинь:

— Если правильно слышал, только что вы, кажется, вполне себе нормально общались. Он сказал Вам что-то не то? Почему я этого не слышал?

Цинь Чэн приподнял бровь:

— Я накручиваю?

Сюй Цзинь развел руками, глядя на выражение его лица:

— Это нонсенс.

Цинь Чэн:

— ...

Цинь Чэн посмотрел на своего агента и спокойно спросил:

— Что с твоим EQ?

Сказав это, он большими шагами ушёл прочь.

Очевидно, это был вопрос, но Сюй Цзинь услышал в нём какой-то негативный смысл.

Его глаза широко распахнулись, и он помчался за Цинь Чэном вдогонку:

— Эй! Вы, одиночка, смеете говорить что-то про низкий EQ мне, женатому мужчине?! Знаете, что? У меня есть жена! Моя жена, она как цветок, как нефрит! Она умна и талантлива. Она зарабатывает больше меня! Моя жена...

— Твоя жена зарабатывает больше тебя?

— Ну и что с того?

Цинь Чэн ухмыльнулся, слабо покачал головой и многозначительно сказал:

— Больше тебя… Эм, ничего.

Сюй Цзинь:

— ...

«Я не приспособленец!!!»

«Разговаривая только что по телефону, этот мужчина был абсолютно вялым и спокойным. Так какого же чёрта, едва повесив трубку, он снова стал таким невыносимо ядовитым?»

Сюй Цзинь опустил голову, продолжая ругаться про себя. Когда он подошел к воротам аэропорта, он вдруг вспомнил кое-что, улыбнулся и сказал:

— Эй, кто-то успешно продаёт свои диски, а кто-то получает дома в наследство. Согласно этому утверждению, я даже не знаю, кто из вас заработает больше, если вас сравнивать…

Цинь Чэн:

— ...

В этот момент американский аэропорт напротив Земли стоял в тумане. Но в ХуаСя было уже далеко  за полночь.

Репост Цинь Чэна привлёк внимание многих поклонников. Для фанатов Жун Сюя он был простым членом команды «Чёрных туч», который перепостил «Потерянные крылья», так же , как и все остальные его коллеги (правда, личность этого члена команды была немного особенной). Для поклонников Цинь Чэна же он был идолом, поэтому они обязаны были поддержать его репост!

Но для некоторых других поклонников…

«Ой-ой! Что я вижу!!! Жун Жун сказал: «Я люблю тебя», а  Цинь ответил: «Я люблю тебя»! Ах, ах, ах, мне всё равно! Мне всё равно! Они признались, он признались!!! Это оно!!!»

Это признание? Этого никто не знал. Ведь пока сами мужчины этого не скажут, никто не мог это доказать.

Но в три часа ночи с аккаунта, на котором осталось сейчас всего 3000 подписчиков, была сделана новая публикация.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Я люблю тебя. Это правда. Я люблю тебя».

После последней фото-бури с этого аккаунта больше не делалось новых публикаций, и число его подписчиков сократилось более чем на тысячу.

Рано утром следующего дня, фанаты парочки «Жун-Цинь» подготовили много публикаций. Они продолжали активничать на фан-форуме и сражаться с фанатами пар «Лань-ВаньЦи» и  «Хо-Лян».

Всё, казалось, шло своим чередом. Объем продаж «Потерянных крыльев» становится все выше и выше. В пятницу сингл, наконец, обошёл по продажам «Сумеречный лес» и занял второе место в топе продаж «ХуаСя Музыки». Один день спустя, в субботу, «Потерянные крылья» обошли «Дорогу», возглавив этот хит-парад с показателем в 690.000 юаней!

Бесчисленные поклонники праздновали победу «Потерянных крыльев», которая также заняла четвертое место в топе самых обсуждаемых тем того дня.

Не желая упускать эту возможность, в 8:30 утра представители картофельных чипсов «Леке» опубликовали на своей странице новый пост, прикрепив к нему четыре фотографии.

Картофельные чипсы «Леке»: «Новый эмиссар с суперспособностью с честью родился. Сможет ли Жун Сюй заполучить третий ключ в холодной пещере синего черепа?! [фото] [фото] [фото] [фото]»

Благодаря неугасающему ажиотажу вокруг личности Жун Сюя и песне «Потерянные крылья», этот пост на Вэйбо сразу же привлёк к себе внимание большого количества поклонников. Фанаты были готовы расцеловать эти четыре красивые фотографии.

«Божечки!!! Серебряные волосы! Серебряные волосы! Ах, ах, ах, как же ты крут!»

«Безэмоциональный Жун Жун так прекрасен! Как он может быть таким красивым?!»

«Я упала! Я встану только тогда, когда Жун Жун расцелует и возьмёт меня на руки, подняв высоко-высоко!!!»

Поклонники с наслаждением принялись «облизывать» экраны своих смартфонов, и никто из них не заметил кучи новых статей, опубликованных на главных страницах крупных медиа-сайтов. Это было не совсем очевидно, но на самом деле в заголовках всех этих статей мелькало имя Жун Сюя вместе с именами других звёзд. И во всех  статьях повторялось одно и то же имя…

«В первую десятку лучших молодых людей на рынке входят Дун Чжэн, Жун Сюй, Е Цяо и Ци Мин. Кто же из них станет первым?!»

«А кого из звёзд ты считаешь самым красивым? Жун Сюй был выбран, как самый сильный новичок, но он сохранил большую популярность…»

«Новый эмиссар картофельных чипсов «Леке» – Жун Сюй – очень красив, но зато Дэн Ивэнь обладает хорошими актёрскими навыками».

Новости, публикуемые в Интернете, газетах и журналах, обычно делятся на две категории.

В первой категории СМИ активно следят за интервью, «роют» и собирают информацию, а во второй, «новостные тусовки» активно компилируют контент, а затем напрямую выходят на СМИ. После того, как СМИ рассмотрят информацию, они публикуют её на бумажных носителях или онлайн-медиа платформах.

Существует много видов «новостных тусовок», наиболее распространенной из которых является индустрия развлечений.

Если не считать нескольких громких звёзд, обычные звезды круга развлечений не могут освещаться в новостях каждый день. Некоторые звезды второй и третьей линии, которые недостаточно популярны, могут просиживать дома в течение нескольких месяцев без упоминаний о них в СМИ и без новых работ. Если они просто так будут сидеть дома, писать посты на Вэйбо и играть в игры каждый день, их популярность рано или поздно спадёт. Поэтому они и решались публиковать заказные статьи, дабы увеличить свою популярность.

Их пиарщики могли написать статью любого содержания, а затем отправить её в несколько СМИ, которые её опубликуют. Хотя таким статьям и не суждено блистать на главных страницах, они позволяют мелким звёздам сохранить свою популярность и создать иллюзию высокой популярности.

Но в индустрии развлечений есть такие заказные статьи, которые пишут не столько для сохранения популярности, сколько из корыстных побуждений.

В этот вечер несколько статей с разными названиями и содержанием были по очереди опубликованы на главных новостных порталах. Sina, Netease, Tencent.. Едва открыв новости, пользователи сразу же видели эти статьи.

Большинство пользователей сети восприняли эти новости как обычные статьи. Полистав их, они в шутку бормотали:

«Десять популярных людей… и кто же первый? Ха-ха, сейчас посмотрим… О, это Дэн Ивэнь. Он действительно красавчик. Он, кажется, представитель картофельных чипсов «Леке»?»

Да, сегодня в этих статьях часто встречалось имя Хуа Дана, но не могло быть никаких сомнений в том, что чаще всех остальных в них мелькал Дэн Ивэнь.

Согласно этим статьям, самым красивым был Дэн Ивэнь: самым сильным популярным королем был  Дэн Ивэнь; лучшее актёрское мастерство было у Дэн Ивэня…

Хотя эти статьи хвалили и других звёзд, самым достойным перехваленным, конечно же, был Дэн Ивэнь.

Случайные пользователи сети не особо над этим задумывались, листая дальше и запоминая, что «В СМИ пишут, что по оценкам этот Дэн Ивэнь действительно потрясающий». В то же время, они  запоминали и другую немаловажную деталь: «Среди прочих имён были Дун Сяо, Жун Сюй, Е Цяо... и среди всех этих людей Дэн Ивэнь был лучшим во всём!»

Хотя эти мысли и не были особо важными и осознанными, заказчик этих статей, несомненно, достиг своей цели.

Что касается истинных поклонников, они с первого взгляда просекли, что к чему:

«NetEase только что прислал мне уведомление о статье с подборкой десяти лучших новичков… и кто же первый? Кто, как вы думаете, первый? Ха-ха-ха-ха, вы будете смеяться!»

«Дэн Ивэнь? Он раздражает меня сегодня с самого утра».

«Я тоже читала эту статью: Дун Чжэн, Е Цяо, Жун Вэй, Лю Чжэнъянь... Почему он просто не внёс в список сразу всех звезд  круга развлечений, поместив себя на вершину списка?»

«Он действительно слишком бесстыден. Это дело рук нашего Дэн Ивэня, определённо…»

Даже фанаты Дэн Ивэня, которые не попались на ложь его заказных статей, испытывали неприкрытое отвращение. Хотя он, должно быть, просто запутался, это поведение раздражало.

А поклонники других звезд, естественно, испытывали куда большее отвращение к такой наглости.

Они выражали свою неприязнь в своих сообществах, в Вэйбо и ПостБар, но они просто выражали своё недовольство лично им, не принимая никаких мер, ведь, в конце концов, подобные заказные статьи были очень распространены в кругу. Поскольку Дэн Ивэнь давно имел прозвище «Дэн Ивэнь-Прессинг», было вполне очевидно, что его команда очень любила заниматься подобными вещами.

Это верно, ведь со дня своего дебюта, любимым их занятием была публикация липовых статей.

С первого же сериала, в котором он дебютировал, он начал публиковать статьи, в которых упоминалось его имя и имя другого актёра. После этого его гламурный путь становился всё более и более безумным, и с начала и до конца его прессинг в СМИ не прекращался… записи публиковались не реже одного раза в месяц.

Другие упомянутые звезды никак не участвовали в этом прессинге, но Дэн Ивэнь вставлял свое имя среди их имен, постоянно возвышая себя над ними и одновременно выезжая на их популярности.

Поначалу фанаты звезд, ошеломленные такой дерзостью, сердились на него и оскорбляли его под его постами в Вэйбо! «В наглую публикует селфи, словно не в курсе происходящего», — писали они.

Его поклонники продолжали поддерживать его, несмотря на эти казусы, словно не замечая проблемы.

Не понятно было, как Дэн Ивэнь вообще оказался в этой индустрии! Но с помощью подобных жёлтых статеек он постоянно появлялся в новостях и держался на плаву. Хотя другие, казалось, и смотрели на него свысока, они знали, что с ним лучше не ссориться.

И Дэн Ивэнь продолжал заниматься прессингом в СМИ... Ну, все к этому давно привыкли.

Несомненно, хуже всех под этим прессингом приходилось Дун Чжэну...

Дун Чжэн и Дэн Ивэнь дебютировали одновременно, да ещё и в одной компании. В прошлом году эти «братья» соперничали за место певца, но Дун Чжэн взошел прямиком на вершину. Дэн Ивэнь отстал от него, и мало того, что он проиграл в этой «гонке», так ещё и его сериал получил очень плохие отзывы.

Дэн Ивэнь ненавидел Дун Чжэна? Любой более-менее проницательный человек мог понять, что они оба ненавидели друг друга. Однако отношения между ними не были плохими, и по-прежнему были соизмеримы с отношениями «братьев» в начале их карьеры.

«Конечно же, на этот раз он отчаянно пытался задеть и Дун Чжэна...»

«А? Кажется, самое неловкое, что он сделал в этот раз – втянул в это Жун Жуна! В статье написано “Некоторое время назад Жун Жун был новичком, а Дэн Ивэнь уже был популярным королём. У Жун Ся миловидная внешность, но зато Дэн Ивэнь обладает актёрским мастерством…” Я не могу понять: он хочет сказать, что Жун Жун плохой актёр?»

«Аха-ха-ха, нет, просто, ажиотаж вокруг «Чёрных туч» и «Потерянных крыльев» очень большой и режет ему глаза, поэтому Дэн Ивэнь снова оказал прессинг, пытаясь воспользоваться чужой славой».

Фанаты других звезд думали так, и фанаты Жун Сюя, естественно, тоже думали об этом.

«Когда я увидела эти статьи, поклонники Жун Сюя праздновали релиз и продажи «Потерянных крыльев», а также новость о представительстве картофельных чипсов Леке. Как вдруг, меня окатило ледяной водой, и я увидела эту гадость…

Вы только взгляните на содержание этих статеек! Что значит «… зато Дэн Ивэнь обладает актерским мастерством?» Что значит «Жун Сюй был новичком, а Дэн Ивэнь популярным королём»? Какой еще «топ звёзд», и почему Дэн Ивэнь в нём на первом месте?!

У него есть знаменитые работы, или, может быть, награды, или он достиг внушительных результатов?! Нет! У него нет ничего! И они говорят мне, что он занимает первое место?!»

«Меня сейчас вырвет…»

«Мамочки, я так зла, что мне кусок в горло не лезет…».

«Какого черта в заказных статьях Дэн Ивэня упоминается Жун Сюй? Как ему наглости хватило?  Неужели он настолько толстокожий? Он, что, сотню лет культивировал каменную эссенцию, а его кожа толще городской стены?!»

Хотя они были очень злы, поклонники Жун Сюя отнюдь не были новичками. Они давно знали имя Дэн Ивэня, и знали, что против такого рода заказных статей фанаты обычно не могут сделать ничего весомого; максимум – недоумевать или  высмеять их.

Поскольку в этот раз Дэн Ивэнь осмелимся издать такую статью, он определенно был готов подключить армию фейков и своих пиарщиков. Если поднимется шумиха, он тут же удалит свои статьи и не позволит информации распространиться. Так, большинство случайных людей не будут знать о том, что он сделал.

«Я злюсь на себя за свою нетерпимость, но меня бесит этот умственно отсталый! У него вместо мозга порошок!»

Фанаты продолжали писать саркастичные комментарии и едкие замечания в интернете.

Жун Сюй в этот момент  прибыл в «ХуаСя Энтертейнмент» и слушал рассказ Ло Чжэньтао.

Ло Чжэньтао тоже был очень зол, но держался довольно спокойно:

— Я точно знаю, что Дэн Ивэнь не отстанет от Вас. Сяо Ян, у его команды такой стиль маркетинга в Интернете... Если Вам все равно, мы также можем опубликовать несколько общих статей, чтобы подавить его фейки, но другие звёзды в индустрии уже давно привыкли к его выходкам. К тому же, реальные его интересы не слишком велики, так как он хочет только престижа. Поэтому всё это слабо влияет на нас... Это не очень приятно...

Жун Сюй уже встречал похожих «звезд». Большая часть их славы сосредоточена в Интернете. Их работы не очень хороши, большими достижениями похвастать они также не могут, но у них довольно много поклонников. Они полагаются на своих юных фанатов, чтобы существовать.

Некоторым подобным звездам удается отточить своё мастерство и превратить его в реальную славу. Но некоторые люди смотрят на всех свысока, постоянно пытаясь кого-то обидеть, превзойти, унизить... и полностью проваливаются.

— Дэн Ивэнь очень хорошо подготовился. — тонкие пальцы нежно потирали подбородок, и с минуту подумав, Жун Сюй рассмеялся. — Кроме того, рот у него очень сладкий… многие думают, что нормальные люди не стали бы с ним ссориться.

Увидев улыбку Жун Сюя, Ло Чжэньтао спросил:

— Вы не сердитесь?

Жун Сюй развёл руками и спросил:

— Раз уж он захотел опубликовать статью, чтобы выехать на моём имени, это означает, что я лучше его. Он мне завидует. Пусть будет так. В любом случае, я от этого ничего не потеряю. Я не буду печалиться. Бросьте эту ерунду: нет никакой необходимости тратить на это силы и ресурсы.

Услышав это, Ло Цянь, стоявшая рядом, не могла не сказать:

— О, у Вас очень хороший характер.

Жун Жун оглянулся и сказал:

— Если Вы будете злиться на этого жалкого человека, я сойду с ума.

Затем юноша всё так же невинно повернул голову. Глаза его казались очень умными и спокойными.

Ло Цянь была так взволнована, что кивнула, подняв своё порозовевшее лицо. Увидев это, Ло Чжэньтао беспомощно сказал:

— Вам ещё нужно практиковаться. Вы – помощница Жун Сюя, а не просто его поклонница, Вы понимаете это?

Ло Цянь кивнула.

Этот инцидент был временно забыт. Жун Сюю не нужно было пачкать руки, и он показал, что он выше всей этой грязи. Он стойко игнорировал злодея…

Однако были люди... которые просто не могли этого вынести!

Соединенные Штаты.

Цинь Чэн:

— ...

Сюй Цзинь, который заканчивал читать сценарий, внезапно вздрогнул и крикнул:

— Как внезапно похолодало...

Холодный дорого-выглядящий мужчина понурил голову и с отсутствующим выражением смотрел на экран своего телефона. Он сидел, скрестив ноги, в правой руке у него был маркер. Казалось, он изучал сценарий и был очень сосредоточен на нём, но в руке у него был включенный телефон...

На экране телефона виднелась открытая страница форума!

На домашней странице форума бесчисленные фанаты насмехались над статьями, опубликованными сегодня Дэн Ивэнем. Они действительно были отвратительны, но фанаты ничего не могли с этим поделать. Они могут только высмеивать поклонников Дэн Ивэня.

Первоначально фанаты решили потратить свои собственные деньги и купить заказные статьи для Жун Жуна, дабы ответить Дэн Ивэню. Но вскоре появился один опытный фанат, написавший:

«И это – вся наша терпимость?»

«Если мы будем думать о терпимости, как же мы ответим на  прессинг Дэн Ивэня?»

«Это хорошая идея… что же касается Дэн Ивэня, к нему терпимость придёт с опытом... Если мы соберём средства для покупки заказных статей, это, я уверен, не принесёт плодов. У нас нет связей в кругу развлечений, и нам с ним не потягаться».

Так что конца этому не было…

Обычные фанаты просто злились на подобные вещи, но понимали, что бессильны против них. Но «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» не был обычным фанатом...

*Хлоп*

Сценарий был с хлопком отброшен в сторону, и Сюй Цзинь немедленно повернул голову, увидев угрюмое лицо мужчины.

Сюй Цзинь:

— ...

Он тихо встал, подошёл и уселся рядом с Цинь Чэном.

Однако в следующий момент Цинь Чэн медленно повернул голову, спокойно посмотрев на него, и спросил:

— У тебя есть возможность уладить проблему с заказными статьями?

Сюй Цзинь непонимающе спросил:

— Кто-то написал про Вас заказную статью? Но кто? Пикель? Севис? Покажите мне её!

Цинь Чэн поспешно ответил:

— Не про меня.

Сюй Цзинь сразу понял:

— Жун Сюй?

— Да.

— Вы хотите, чтобы я это уладил? Громких заказных статей, с его-то нынешним статусом, не избежать... Даже если бы это не сделал Дэн Ивэнь, свою руку приложили бы Чжан Ивэнь и Ли Ивэнь. Подобные новички второй линии просто обожают заказные статьи. Оу, Вы не видели, что в прошлом месяце сделала Ся Муйян... то есть, её команда.  «На церемонии награждения журналистам не было дела до звёзд первой линии: все взгляды были прикованы к ней…»

Цинь Чэн поднял бровь:

— Так ты сможешь?

Сюй Цзинь:

— Это.. это действительно необходимо?

Цинь Чэн молча кивнул.

Отложив в сторону кучу сценариев, Сюй Цзинь улыбнулся, медленно прищурив глаза:

— Подобного рода вещи случаются... Можно сначала припугнуть его, так, чтобы он больше не смел выкидывать нечто подобное...

Цинь Чэн закрыл сценарий и скрестил руки. Телефон плюхнулся экраном вниз на кипу бумаг.

— Ты очень злой.

Сюй Цзинь удивленно спросил:

— Вы знаете, что я хочу сделать?

Цинь Чэн посмотрел на него, и хотя он молчал, по его глазам всё уже было понятно.

Сюй Цзинь улыбнулся, встал и вышёл из комнаты, начав звонить в пиар-отдел. Выходя, он бросил вслед:

— Я уже и не знаю, агент я Вам, или брокер.

Три часа спустя настало утро, и в ХуаСя начался напряженный рабочий понедельник.

Никто бы не подумал, что в начале этого напряженного рабочего дня, на странице одного из маркетинговых аккаунтов с 8 миллионами подписчиков внезапно будет опубликован пост:

«Недавно одно маленькое свежее мясо начало громить сеть своими заказными статьями, ах-ха-ха-ха! Он так сильно давит на прессу, что у него, должно быть, не остаётся времени ни на что другое!»

Появление подобного «давления» на маркетинговом аккаунте сразу же привлекло к себе внимание многих поклонников.

Пользователи сети, любящие сплетни, принялись гадать в комментариях, кто же это мог быть.

В нынешнем развлекательном кругу ХуаСя было множество артистов, подходящих под это описание. Любого молодого и красивого, но мелкого артиста можно было назвать «маленьким свежим мясом». Кроме того, владелец этого маркетингового аккаунта решил не уточнять, относится ли этот артист к d-классу, или к первой-второй линии.  Согласно приведённому описанию, «маленьким свежим мясом» мог считаться даже невзрачный артист 18-й линии, буквально только что дебютировавший.

В результате этот пост собрал просто уйму комментариев с самыми разными предположениями.

Излишне говорить, что количество комментариев к этому посту увеличивалось со скоростью 5000 в час. На крупных форумах многие пользователи без устали публиковали новые сообщения.

Существует три типа людей. Первые любят вживую слушать и воочию видеть все сплетни. Кумирами таких людей никогда не станут артисты d-линии.  Вторые постоянно ищут доказательства. Таким людям абсолютно невозможно доказать, что их любимчик может быть плохим человеком.

Но на самом деле большинство поклонников принадлежат к третьей группе. Им вообще не нужно строить догадки, поскольку они моментально находят ответ.

«Маленькое мясо d-класса? Да речь же явно о прессинге Дэн Ивэня! Ха-ха-ха-ха, я не ожидал, что «Восьмой пост» станет идти против Дэн Ивэня. Неужели это означает, что «Восьмой пост» действительно намерен размазать его?»

«Восьмой пост» - это название маркетингового аккаунта, опубликовавшего этот пост. Поклонникам не нравился этот аккаунт, но сейчас у них не было к нему никаких претензий.

По прошествии времени  имя «Дэн Ивэнь» под этим постом стало одним из десяти самых часто упоминаемых комментариев! Даже больше: во всех комментариях из топ-10 так или иначе упоминалось имя Дэн Ивэня! Пользователи сети прямо насмехались над его прозвищем:

«Прессинг Дэн Ивэня»

На этот раз это поняли и обычные фанаты, и обычные пользователи сети, которым раньше не было дела до круга развлечений.

«Что, Дэн Ивэнь? Нравится тебе такой прессинг?»

«Подождите, кто мне скажет, что значит «Ян Ян»? Я не понял…»

«Нет, Дэн Ивэнь серьезно сделал это? Я никогда не следила за  европейской и американской индустрией развлечений. Он пал так низко? Я смотрела один из сериалов с его участием, и он мне очень нравился…»

Через какое-то время большинство пользователей сети обсуждали только Дэн Ивэня. Они просто перестали спрашивать, был ли он тем самым «маленьким свежим мясом d-класса», потому что с момента публикации поста на маркетинговом аккаунте «Восьмой пост» множество пользователи сети выложили кучу подтверждающих скриншотов. На этих скриншотах красовались заголовки множества заказных статей. Все без исключения статьи нахваливали Дэн Ивэня и буквально насмехались над другими знаменитостями!

Однако эта тема не получила широкого распространения.

В офисном здании компании «ЛюГуан Энтертейнмент» красивый молодой человек был так зол, что сбросил со стола стопку документов и сердито сказал своему агенту:

— Что это значит?! Лин Цзе, этот маркетинговый аккаунт на самом деле осмелился написать про меня такое?! Как он посмел! Теперь кучу интернет-троллей пишут, что я сутками пишу липовые статьи, да ещё и громят мою репутацию своими чертовыми скриншотами!

Женщина-агент, одетая в деловой костюм, надвинула очки на переносицу. Хотя выражение её лица все еще оставалось спокойным, на её лбу уже проступили капельки пота:

— Такого рода вещи обычно не освещаются маркетинговыми аккаунтами и СМИ. Это правило круга. Кого Вы обидели?

Дэн Ивэнь нахмурился:

— Я обидел? Кто... Может, это связано с недавней статьёй?! Ах! Это Жун Сюй! Кажется, на днях мы впервые опубликовали о нём статью! Неужели он разозлился на меня и решил бороться против меня?!

Его агент покачала головой:

— В последнее время возможности Жун Сюя и правда стали очень сильны, но он по-прежнему остается незначительным артистом второй линии из «ХуаСя Энтертейнмент». Его агент тоже имеет статус второй линии. У них не может быть возможности купить маркетинговый аккаунт, нарушить правила и открыто обвинить Вас в Вейбо.

Дэн Ивэнь ударил по столу и холодным тоном спросил:

— Что мне теперь делать?

— Не беспокойтесь об этом. Сейчас я свяжусь с пиар-отделом, и скоро владелец этого аккаунта удалит этот пост. Можете быть уверены: вскоре фанаты перестанут это обсуждать. У меня есть Я уже направила официальный запрос в Вэйбо. Я просто уберу эту тему из топа поиска. О СМИ тоже не стоит беспокоиться. Их-то им точно не купить.

Команда Дэн Ивэня в первую очередь была нацелена на пира-кампании. В сообщениях на форумах они тратили деньги на заголовки, а на Вэйбо они постоянно занимались удалением чужих комментариев и постов.

Есть много вещей, которые можно сделать с помощью денег, в том числе управлять общественным сознанием.

Дэн Ивэнь уже подвергался мелкому возмездию со стороны других звёзд. Его поведение, при котором он постоянно публиковал заказные статьи, оскорбляющие других, также вызывало отвращение у некоторых людей. Но это всё не имело значения, пока он тратил деньги на контроль общественного сознания. Он полагался на то, что у него есть поклонники, и думал, что пока у него есть поклонники, он никогда не падёт.

Дэн Ивэнь быстро успокоился, и хотя его сердце продолжало учащённо биться, внешне он выглядел абсолютно безразличным. Вечером он покинул офис своей компании и поехал домой.

Припарковавшись, он тут же зашёл на Вэйбо и обнаружил, что тот злосчастный пост до сих пор не был удалён. Он холодно улыбнулся:

— Подобного рода вещи на меня не действуют, идиот. Скоро ты будешь извиняться.

Вернувшись домой, Дэн Ивэнь переоделся и планировал пойти прогуляться. Но когда он уже был готов к выходу, ему внезапно позвонила его агент.

Дэн Ивэнь нетерпеливо ответил на звонок, рявкнув:

— Что такое?! Я занят.

С тревогой выслушав его, женщина ответила:

— Дело плохо, босс! В этот раз Вейбо отказался пойти нам навстречу, и теперь тему подхватили ещё несколько маркетинговых аккаунтов!

Смартфон Дэн Ивэня внезапно выскользнул из рук, упав на пол. Он, с выпученными от испуга глазами, спешно поднял с пола телефон и открыл Вейбо, тут же увидев отправленный агентом пост.

Она тем временем продолжила:

— Я увидела это в топе поиска на Вэйбо! Тэг #ПрессингДэнИвэня занимает девятую строчку!

Однако это ещё не всё! Я уже обсудила это с Вэйбо, ПостБаром и некоторыми форумами. Я буду выборочно удалять некоторые посты и комментарии, чтобы предотвратить распространение информации. Но дело продвигается слишком медленно. Постепенно всё больше и больше людей отказывают нам в удалении! Есть также несколько аккаунтов-миллионников,  написавших длинные изобличающие посты у себя на страницах. Два маркетинговых аккаунта даже прямо написали Ваше имя!

Лао Ван: «История Дэн Ивэня слишком длинная. Он не так давно дебютировал и всё это время без устали давит на своих сверстников. Среди них Дун Чжэну, работавшему в той же компании, приходилось хуже всех остальных! Дэн Ивэнь без устали заказывал против него статьи: [фото] [фото] [фото] [фото]»

На снимках под этим постом красовались скриншоты разных новостей.

Во всех этих новостях упоминалось как имя Дэн Ивэня, так и имя Дун Чжэна. Проницательный глаз мог сразу понять, что все эти статьи рекламируют Дэн Ивэня. Даже если они иногда хвалили Дун Чжэна, то ниже обязательно было написано что-нибудь вроде «хотя Дун Чжэн очень хорош, он может быть только вторым после Дэн Ивэня».

Взглянув на эти посты, Дэн Ивэнь так разозлился, что сжал телефон в руке и взревел.

Глава 66 (Часть 2)

В топе поиска хэштег #ПрессингДэнИвэня  уже поднялся на третье место.

Всё больше и больше случайных пользователей сети узнавали о его проделках. Сначала они были очень удивлены. Они не верили, что звёзды могут так просто публиковать липовые статьи, чтобы прорекламировать себя. Позже, после того, как они лучше разобрались в ситуации, они  внезапно осознали:

«Да, это правда! Наша компания часто сотрудничает со СМИ и напрямую отправляет им уже готовые статьи. Конечно, звёзды тоже могут запросто так делать! Этот Дэн Ивэнь слишком бесстыжий, раз готов растоптать других ради собственной выгоды! У него слишком подлые методы!»

Всю ночь команда по связям с общественностью Дэн Ивэня работала, надеясь удалить все посты в Вэйбо и тэги из поиска. Но они не могли поверить, что только один маркетинговый аккаунт из всех согласился взять их деньги и удалить свой пост. Все остальные просто не отвечали на их звонки, и даже не читали их письма!.

Одного дня и одной ночи было достаточно, чтобы осветить событие. Что самое ироничное в этой истории – всего за день до этого команда Дэн Ивэня опубликовала на крупных порталах три или четыре статьи, рекламирующих его. Теперь эти статьи стали железным доказательством для пользователей сети, за что они без устали высмеивали и осуждали его.

Дэн Ивэнь оставался в компании всю ночь и пытался принять контрмеры вместе со своим агентом. Он даже позвонил своим «важным» друзьям, надеясь, что они смогут публично поручиться за него. Тем не менее, эти «друзья», ответив на его звонок, лишь улыбнулись и сказали:

— Дэн Ивэнь, на этот раз я не могу тебе помочь. Не звони мне.

Дэн Ивэнь впадал в ступор и пытался позвонить ещё нескольким друзьям. Последний сбросил звонок и прислал ему текстовое сообщение:

«Интересный ты человек! Раньше ты покупал статьи, чтобы унизить меня, и я молчал; а теперь, когда ты попал в беду, Дэн Ивэнь, ты пришёл просить у меня помощи? Серьёзно? В прошлом году ты в четырёх статьях написал, что мои актёрские навыки не так хороши, как твои, и заявил, что мой плач похож на лай собаки. И ты действительно ждёшь от меня помощи? Самовлюблённый идиот!»

После этого сообщения Дэн Ивэнь снова попытался перезвонить, но его уже внесли в чёрный список.

Дэн Ивэнь сел на диван и сказал:

— Кто же сделал это, кто посмел пойти против меня?!

На самом деле Дэн Ивэнь очень злился и хотел разорвать в клочья всех злодеев, сующих ему палки в колёса. Но в Интернете уже вовсю развернулся «крестовый поход комментаторов», которые набросились на личную страницу Дэн Ивэня, начав писать под его постами сумасшедшие комментарии.

«Сегодня у нас здесь происходит Прессинг самого Дэн Ивэня! Два месяца назад ты разгромил в статьях моего кумира, но теперь ты наконец получил возмездие! Ха!»

«Покинь круг развлечений! Дэн Ивэнь, убирайся прочь!!!»

«Что это за звезда такая, и кому он вообще может нравиться? Любой идиот поймёт, что все эти статейки – его рук дело. Он на самом деле всё это время покупал СМИ, чтобы о нём хоть кто-то помнил?! Кого он хотел этим обмануть?»

Вскоре из ниоткуда повылезали поклонники Дэн Ивэня:

«Черт возьми, очевидно же, что эти статьи опубликовал сам сайт! При чём здесь Дэн?!»

«Вы, ребята, осмелились пойти против моего мужа! Ну держитесь, уроды! $#$#%$#...»

«Дун Чжэн не актёр! Кто он такой? Актёришка второй линии? А этот Жун Сюй? Да кому они нужны?!  Где хоть одна статья о них, в которой написана неправда? Всё правда! Покинуть круг развлечений? Парни, да это вы должны покинуть круг развлечений!»

Эта битва длилась день и ночь, и даже Дэн Ивэнь не ожидал, что его поклонники будут отстаивать его честь столь отчаянно.

Его фанаты объявили войну всем остальным пользователям сети. Они почти не спали и опровергали все нападки на Дэн Ивэня двадцать четыре часа в сутки, что одновременно и обрадовало и разозлило Дэн Ивэня.

Его агент думала о том же и возмутилась:

— Эй, эти фанаты доставляют нам слишком много хлопот! Сейчас нам нужно сохранять спокойствие и молчать, пока всё не утихнет. Если они будут продолжать в том же духе, это будет очень хлопотно, и эта шумиха никогда не закончится…

Дэн Ивэнь чувствовал, что у его поклонников были проблемы с IQ. Почему они продолжают вести себя высокомерно в такой ситуации? Они просто должны притворяться, что ничего не знают, и ждать, пока эта буря утихнет, чёрт возьми!

Что за умственно отсталые фанаты?

Дэн Ивэнь был рассержен и встревожен, и никак не мог найти решение. У него уже давно болела голова.

В интернете его репутация неуклонно ухудшалась. Многие случайные пользователи были очень недовольны его статьями. Теперь даже его поклонники стали отворачиваться от него и тоже требовали у него покинуть круг развлечений.

На третий день Дэн Ивэнь и его команда опубликовали официальное заявление о том, что их адвокат разберётся с теми, кто оклеветал Дэн Ивэня, и заставят их удалить свои посты и принести им публичные извинения. В то же время они попросили пользователей сети и «быть справедливыми».

Они добавили:

«Дэн Ивэнь усердно трудится, хорошо снимается и ведёт себя честно. Это очевидно для всех. Факты докажут всё, и тогда все узнают, что он никак не связан с теми статьями».

Это заявление казалось довольно жёстким, и пользователи сети отреагировали на него моментально:

«Покинь круг развлечений!»

Дэн Ивэнь:

«… Вот дерьмо!!!»

Всем было известно, что такого рода несущественные вещи могли только испортить репутацию Дэн Ивэня и снизить его популярность, но никак не «прогнать его из круга развлечений». Но способность разоблачить истинное лицо этого злодея и посвятить в его проделки как можно большее число инвесторов, режиссёров и рекламодателей очень удовлетворяла пользователей сети. Более того, по их оценкам, позже Дэн Ивэнь не посмел бы даже сделать пресс-релиз.

«Наконец то я могу расслабиться! Я терпела три года, и справедливость наконец восторжествовала! Е Цяо, ты лучший!»

«Ха-ха-ха-ха, ты смел давить на Дун Чжэна?! Говорил, что ты более знаменит, чем он? Тебе самому не смешно было писать это, а?!»

«Жун Жун плохо играет? Его популярность не высока? Он не красив? Да ты, я смотрю, совсем не видишь границ в своей лжи!!!»

Этот инцидент развивался уже три дня. За это время жара явно начала спадать. И вот, теперь, после этого заявления, всё должно было начать подходить к своему логическому завершению…

Однако Дэн Ивэнь обнаружил, что тэг #ПрессингДэнИвэня снова висит в топе дня. Нажав на него, он фыркнул.

Этот хэштэг недолго злил Дэн Ивэня. Немного провисев во главе топа, уже через час он был вытеснен новым тэгом.

Чжао Чуси: «Число скачиваний песни #ПотерянныеКрылья превысило 8 миллионов за восемь дней! Общий доход за сингл будет передан в фонд ЖунЮнь. Спасибо, Жун Сюй. Спасибо, Чжао Кун, спасибо, команда «Чёрных туч». Без вас мечта Лин Сяо никогда бы не осуществилась».

В 4 часа дня, тэг #ПотерянныеКрылья обошёл все остальные темы и возглавил топ поиска в Вэйбо!

http://tl.rulate.ru/book/14326/803174

Глава 67 (Часть 1)

«Общий объём продаж «Потерянных крыльев» перевалил за миллион! И они собираются пожертвовать всю эту выручку?!»

«Слишком потрясающе! Я и раньше слышал, что некоторые певцы объединяются и проводят благотворительные концерты, доходы с которые жертвуют фондам... Но пожертвовать ВЕСЬ доход от продаж песни... удивительно!»

«Потерянные крылья побили рекорд продаж за восемь дней, и в итоге они обязательно соберут не меньше 1,5 миллиона… Один CD стоит 28, даже если вычесть 10 юаней, то прибыль каждого компакт-диска составляет 18 юаней... поразительно!»

С популярностью «Чёрных туч» все больше и больше поклонников узнавали имя Чжао Чуси. Чжао Чуси – агент Лин Сяо. Этот пост в Вейбо был опубликован ею, и она точно не стала бы лгать о таких вещах.

Это означает… что вся прибыль от «Потерянных крыльев» действительно будет пожертвована Фонду ЖунЮнь!

Поклонники Жун Сюя не думали, что он способен принять такое решение. Независимо от того, что он из этого получит, в аспекте благотворительности Жун Сюй явно превзошёл большинство других звёзд.

Многие звезды создавали разные благотворительные фонды, но большинство из них выступали лишь в качестве их представителей, только призывая фанатов делать пожертвования. Некоторые звезды были более щедрыми – они становились для других примером и сами жертвовали фондам много денег. Но некоторые звёзды только говорили о благотворительности, и у них всё равно была хорошая репутация.

В любом случае, даже просто думать о добрых делах уже было весьма полезно. В кругу развлечений многие предпочитают не делать добрых дел, а думать лишь о зарабатывании денег, при этом стараясь поддерживать имидж хорошего человека.

Однако никто из современных звёзд уж точно не стал бы жертвовать всю прибыль с сингла, проданного на миллионы (!), ничего себе при этом не оставляя!

«Терпимость и любовь… молча делать подобные вещи…»

«Ах, ах, я тоже хочу поддержать кого-нибудь! Только вчера наша компания хотела пожертвовать книги для Проекта Надежды. Пойду поищу одежду: я должна пожертвовать одежду!»

«Жун Жун и в самом деле маленький добрый ангел. На самом деле, мне, кажется, вполне понятна логика этого пожертвования... Песня «Потерянные крылья» написана Лин Сяо, а Лин Сяо скончался, и теперь Жун Сюю позволено петь его песни. Что он может сделать ради Лин Сяо? Конечно же поддержать его наследие, этот благотворительный фонд! Мне нравится этот поступок, он очень добрый человек. Жун Сюй очень мне нравится! Он определённо нравится мне всё больше и больше!»

В последние дни в интернете без конца обсуждался инцидент с Дэн Ивэнем. Несмотря на то, что люди осуждали его, эта плохая новость заставила многих ещё больше разочароваться в индустрии развлечений и убедиться её загнивании.

Но сегодня главной темой дня стало пожертвование с «Потерянных Крыльев», и многие случайные пользователи тут же стали хвалить этот благородный поступок.

Ни одна индустрия не могла быть полностью черной или белой. Индустрия развлечений хороша, но её наполняют как плохие люди, так и хорошие.

«Посмотрите на текущий топ поиска микроблогов… в первой пятерке – #ПотерянныеКрылья и  #ПрессингДэнИвэня. Эй, этот Дэн Ивэнь настолько мерзок, что мне неприятно видеть его тэг рядом с человеком, пожертвовавшим все свои доходы на благое дело!»

«Я пошел смотреть «Чёрные тучи» из-за своей девушки. Лично я был не заинтересован в этом вдохновляющем биографическом фильме и смотрел его только один раз. Теперь же я решил купить «Потерянные крылья», чтобы поддержать благотворительность. Я  очень надеюсь, что карьера Жун Сюя теперь будет идти только в гору!»

Люди всегда смотрят на ваши поступки.

Этот инцидент сформировал у случайных людей очень хорошее впечатление о Жун Сюе, и его фанаты еще больше стали гордиться им.

Что касается фанатов людей, которые имели некоторую конкуренцию с Жун Сюем, обычно они всегда могли незаметно портить ему репутацию. Однако на этот раз им попросту нечего было делать. Даже на своих форумах они могли лишь не вздыхать:

«Против благотворительности ничего не возразишь…»

Какое-то время пожертвование «Потерянных Крыльев» обсуждалось по всей сети.

Чжао Чуси воспользовалась этой возможностью, связалась с несколькими СМИ и опубликовала эту новость. В результате продажи «Потерянных Крыльев» внезапно выросли на 20 процентов.

Когда Жун Сюй узнал обо всех обстоятельствах, он немедленно написал Чжао Чуси сообщение с благодарностью.

Чжао Чуси быстро ответила: «Не благодари меня: это я  должна благодарить тебя. После смерти Лин Сяо число инвесторов ЖунЮнь год от года только уменьшалось. На этот раз ты принёс фонду ЖунЮнь не только деньги, но и репутацию».

Глядя на это сообщение, Жун Сюй подумал, что даже в сообщениях эта женщина держится официально-делового стиля общения. Неловко скривив губы, он написал ответ: «В любом случае, спасибо Вам, Чжао цзе».

Если бы Чжао Чуси не захотела раскрывать подробности этого поступка, Жун Сюй, конечно, мог бы сделать это и сам. Однако в этом случае всё выглядело бы слишком преднамеренным и не возымело бы столь хорошего эффекта. Чжао Чуси же сделала всё безупречно.

Чжао Чуси помогла ему создать образ героя и потратила ресурсы на продвижение этой новости. Это определенно было полезно для Жун Сюя, который находился сейчас на подъёме.

Хотя Чжао Чуси сделала это ради фонда ЖунЮнь, выгоды, которые получил от этого Жун Сюй, были определенно больше, чем потери.

Вечером фанаты Жун Сюя разместили на своём фан-форуме пост, призывающий фанатов делать пожертвования.

Некоторые благотворительные мероприятия не требовали личной организации звёздами, и фанаты сами спонтанно проводили такие мероприятия, помогая своим любимым кумирам заниматься благотворительностью.

«Жун Жун пожертвовал весь доход с «Потерянных крыльев» фонду, так что я тоже должна пожертвовать!»

«Жун Жун действительно потрясающий. Сегодня за обедом я сказала своему отцу, что мой кумир пожертвовал на благотворительность не менее 10 миллионов. Мой папа похвалил меня. Впервые он ничего не имел против моих увлечений. Теперь я тоже занимаюсь благотворительностью, в этом месяце я не буду тратить деньги на одежду: я хочу пожертвовать их!»

«Я тоже должен пожертвовать!»

«И я! Я ещё школьница, и у меня нет денег, но я могу пожертвовать книги для начальной школы, расположенной высоко в горах!»

Всего за два часа количество ответов на этот пост превысило 10.000. Многочисленные фанаты один за другим заявляли, что хотят присоединиться к этому событию, и что всем стоит поучиться у Жун Сюя благотворительности. Его богатые поклонники решили пожертвовать деньги, а поклонники без денег жертвовали свою одежду, книги и другие вещи. Многие поклонники проявляли инициативу, предлагая:

«Я бухгалтер/ юрист/ пиарщик... Я могу помочь спланировать все мероприятия!»

В первый раз Ло Вэй связалась с модераторами, которые начали это мероприятие и запланировала с ними благотворительную акцию. Она рассказала эту историю Жун Сюю, и на следующее утро он сделал публикацию в своём Вейбо.

Жун Сюй: «Спасибо за вашу любовь ~ [фото]»

На снимке ослепительно и нежно улыбался молодой человек в простой бежевой пижаме, сидя на татами на балконе со скрещенными ногами. Юноша смотрел в камеру, показывая жестами сердечко. Золотое солнце поблёскивало на его мягких волосах мягким светом. Красивые глаза слегка улыбались, и дневной свет сиял в них, словно в кристально-чистом озере.

«Аааааааааааааааааах!»

Поклонники были еще более взволнованы, решаясь принять участие в этом благотворительном мероприятии. Тэг #ЖунСюй занимал уже третье место в топе поиска того дня. Второе место занимал тэг #ПотерянныеКрылья.

Что касается Дэн Ивэня, его гламурный инцидент уже давно был забыт пользователями сети. Его имя уже исчезло из «горячих тем» поиска.

Однако забыли ли его выходку пользователи сети? Как бы не так!

Как только кто-то где-то упоминал имя этого человека, некоторые пользователи сети сразу же накидывались в ответ:

«Дэн Ивэнь – любитель прессинга! Меня сейчас стошнит!»

http://tl.rulate.ru/book/14326/811857

Глава 67 (Часть 2)

«Дэн Ивэнь – любитель прессинга! Меня сейчас стошнит!»

Но большинство людей всё же были слишком ленивы, чтобы обращать на него внимание. Они больше были обеспокоены текущим инцидентом с пожертвованием средств с продаж «Потерянных крыльев», а также благотворительной деятельностью отзывчивых фанатов Жун Фаня. Никто не ожидал, что его фанаты на самом деле так быстро соберут 100.000 юаней на онлайн-платформе по сбору средств! Это заняло у них всего десять минут! Заявленные 100.000 юаней были собраны всего за десять минут!

Многие фанаты, которые не успели пожертвовать, писали множество комментариев, поэтому организаторы быстро изменили «цель сборов» до 500.000 юаней.

Через полчаса… планку пришлось снова поднять!

Затем – один миллион, два миллиона...

За четыре часа фанаты собрали более четырёх миллионов пожертвований, и это число всё ещё неуклонно продолжало расти!

В дополнение к деньгам, организатор также дал адрес, куда поклонники могли отправлять свои вещи, чтобы послать их потом прямиком в бедные горные районы.

«Это лучший вид положительной энергии! Люди,  занимайтесь благотворительностью и почувствуете, как это хорошо!»

Реакция случайных людей была неподдельной, а то, что сделали фанаты Жун Сюя, заслуживало восхищения. Можно сказать, это был случай один на десять тысяч. Люди действительно занимались благотворительностью, и за это их можно было только похвалить!

Поклонники Жун Сюя были еще более взволнованы, когда увидели, как их самих хвалят на их собственных микроблогах. Однако их больше интересовали фото, на котором Жун Сюй посылает им свою любовь… их интересовал один вопрос: кто его фотографирует?

Если он в пижаме, значит, он у себя дома… это его агент?!

Опубликовав это фото, Жун Сюй откинулся на татами и продолжил смотреть в свой телефон. Солнце пробивалось сквозь окна, мягко окутывая его тело. Длинные волосы покрывали половину щеки, но от этого он казался только нежнее.

В огромной квартире Жун Сюй сидел на балконе и загорал.

Повесив своё пальто, Цинь Чэн также вышел на балкон. Он тоже сел на татами, опираясь на спинку мягкого кресла и уставившись на юношу перед собой:

— Ты пожертвовал весь доход от «Потерянных крыльев»?

Низкий и элегантный мужской голос заставил Жун Сюя приподнять голову. Когда он мельком увидел перед собой знакомого мужчину, он улыбнулся и сказал:

— Да, всё пожертвовано. Это условие, поставленное Чжао цзе: если я хочу исполнить эту песню, я должен пожертвовать всю прибыль с её продаж.

Брови Цинь Чэна слегка нахмурились:

— Такого прецедента в кругу ещё не было.

Услышав эти слова, Жун Сюй отложил мобильный телефон в сторону и сказал:

— Должно быть, я стал первым. Что ж, в этом нет ничего плохого.

Губы Цинь Чэна изогнулись, пока он смотрел на юношу, который выглядел крайне спокойным. Он ещё долго вздыхал и больше ничего не говорил.

Любой, кто был бы на его месте, чувствовал бы невероятную потерю. Однако Жун Сюй ничего не чувствовал… разве что заключил большую сделку.

Глядя на выражение лица Цинь Чэна, Жун Сюй догадался, о чём тот думает. Он улыбнулся и сменил тему:

— Я думал, Вы вернётесь завтра. Почему Вы прилетели так рано?

— Послезавтра состоится церемония награждения премии «Золотой Феникс». Я вернулся на день раньше, чтобы подготовиться.

Жун Сюй кивнул.

Премия «Золотой Феникс» - одна из лучших мировых кинопремий. С момента своего дебюта он сыграл только в одном фильме – в «Черных тучах», и это был совсем новый фильм, вышедший только в апреле этого года. Все фильмы, номинированные на премию «Золотой Феникс», были прошлогодними. Команда «Чёрных туч» не была номинирована на эту премию, и Жун Сюй, естественно, не получил приглашения.

Как будто прочитав его мысли, Цинь Чэн изогнул свои тонкие губы в слабой улыбке:

— Хочешь пойти?

Жун Сюй был удивлён:

— Что?

Юноша явно был ошеломлён. Его тело не выдавало этого, но улыбку ему скрыть не удалось.

Цинь Чэн слегка поднял голову и сказал очень спокойным тоном:

— Ты можешь пройтись со мной по красной ковровой дорожке. Каждая звезда, получившая приглашение, может пригласить с собой спутника пойти. Для этого спутника необязательно наличие приглашения. — видя непонимание на лице юноши, Цинь Чэн добавил ещё один «способ попасть на премию». — У «ХуаСя Энтертейнмент» есть несколько мест на этой премии, так что ты можешь занять одно.

Чистые зрачки юноши медленно расшились. Он, одетый в простую пижаму, смотрел на человека перед собой. Его взгляд долгое время оставался прикованным к Цинь Чэну. Через некоторое время он отвел взгляд и скрыл улыбку:

— Нет, я должен заниматься сценарием «Мекрет» эти два дня. Я тщательно изучаю сценарий на дому.

Улыбка внезапно застыла на его лице, и Цинь Чэн мягко прокашлялся, внешне сохраняя спокойствие. Однако когда он снова заговорил, его тон стал несколько ниже.

Они поговорили ещё немного; юноша спокойно смотрел на Цинь Чэна, а тот смотрел в окно, время от времени поглядывая на юношу. Всякий раз, когда Жун Сюй смотрел на него, он быстро переводил взгляд в сторону. Пальцы его левой руки мягко постукивали по татами, и его взгляд был безразличным, как будто ничего не произошло.

Когда Жун Сюй был готов встать и пойти готовить обед, Цинь Чэн повернулся и посмотрел на него:

— Что ты собираешься делать? Тебе нужна помо...?

Он внезапно остановился, и его глаза медленно расширились.

Он молча наблюдал за тем, как юноша наклоняется вперёд прямо к его лицу!

Цинь Чэн:

— !!!

Белые пальцы коснулись его щеки и нежно погладили по волосам. Цинь Чэн без колебаний посмотрел на Жун Сюя. Тот улыбнулся и поджал губы, сказав:

— На самом деле, меня сильно беспокоила эта деталь. С самого Вашего прихода  Ваши волосы торчали... как маленький рог. Да, не нужно помогать мне: Вы только что вернулись из США, и Вам нужно хорошенько отдохнуть.

Цинь Чэн:

— Ох…

Жун Сяо улыбнулся, встал, вышел с балкона и пошел на кухню.

Мужчина продолжал ошалело сидеть на татами и через несколько минут медленно закрыл глаза. В это же время он услышал звуки удара ножа по столу, и кончики его ушей покраснели, хотя лицо и оставалось холодным и спокойным, словно у него и не было никакого резкого перепада настроения.

На кухне Жун Сюй не сразу приступил к готовке, а какое-то время смотрел на свои пальцы и улыбался.

Обеденное время только-только началось. В квартире один человек спокойно готовил на кухне, а второй молча сидел на татами. Спустя долгое время он, наконец, медленно начал вставать.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Жун, любовь моя, он милый, он лучший! Я тоже должна пожертвовать! [смущаюсь]»

Этот «поклонник женского пола» смотрел на последнее фото своего кумира и писал свой новый пост.  Несмотря на то, что у него было более 2000 подписчиков, реальных из них было не более 800.

После публикации этого поста, он перешёл на страницу сбора средств благотворительного мероприятия, организованного Жун Сюем, и вошёл в окошко для подтверждения оплаты. Затем он покинул страницу, полностью игнорируя ощущения, вызванные его поведением, и зашёл на другой сайт…

Воспользовавшись повальным увлечением людей благотворительностью, крупнейший в Китае веб-сайт, посвященный музыкальным видео, наконец-то объявил об официальном выходе клипа на песню «Потерянные крылья»!

Глава 68 (Часть 1)

Песня «Потерянные крылья» была выпущена десять дней назад, и общий объем продаж уже перевалил за 1,19 миллиона.

Китайцы очень хорошо осведомлены об авторском праве и правилах музыкальной индустрии. Хоть за неделю и было продано более миллиона компакт-дисков, в Интернете до сих пор не было клипа на песню.

Как уже говорилось, Ян Цзяо – режиссер, очень хорошо играющий цветами. Будучи женщиной, она обладает тонким умом и способна улавливать мельчайшие различия между оттенками и насыщенностью, нежели режиссёры-мужчины. Это были её сильные стороны.

Рекламные ролики, снятые ею, всегда были богаты на цвета, ярки и насыщены. Они часто поражали зрителей красивыми искрами и атмосферой стиля.

На этот раз, после анонса музыкального видео на сайте, клип на  «Потерянные крылья» моментально привлёк к себе внимание бесчисленных пользователей сети.

***

Клип начинался с завораживающей световой сцены. Слабый цвет и абсурдное чувство вращения; весь город был словно отделён тонким матовым стеклом, от чего зрители чувствовали нереальность происходящего, но в то же время его красоту и волшебность.

Именно в разгар этого завораживающего эффекта света и тени, на экране появился красивый юноша. Он медленно приближался, одетый в красный пиджак: высокий и статный, с худыми прямыми ногами и с волосами, ниспадающими на половину симпатичного лица. Он медленно, шаг за шагом, приближался к камере, и его шаги были единственным звуком, нарушавшим тишину.

Когда он внезапно остановился, послышалось слабое дыхание.

Объектив снова сменился, открыв взору зрителей нежную и безупречную правую часть лица юноши.  Стрелки цвета киновари на его глазах напоминали ослепительно яркое пламя. Эти кристально чистые глаза спокойно смотрели прямо в душу зрителю, а затем... юноша медленно закрыл глаза.

В одно мгновение на краю стрелки в уголке глаза вспыхнуло пламя!

*Бум!*

Пара огненных крыльев постепенно сформировалась в левой части экрана, и этот цвет был  поистине великолепен. Казалось, будто он вобрал в себя весь огонь мира.

И, наконец, всё погрузилось во тьму.

Прелюдия к «Потерянным крыльям» играла долго.

Большую часть времени музыкальный клип рассказывал историю. Два приятеля, которые росли вместе, поддерживали друг друга, отправились на работу в большой город. Они во многом преуспели, но один из них был очарован этим материалистическим миром.

Разногласия, конфликты, ссоры, а затем и холодная война...

Один человек был опьянён, а другой молча хранил в памяти былые воспоминания.

Однако спустя десять лет один из бывших друзей неожиданно скончался: внезапно картина рухнула, и на экран вернулась первоначальная картинка.

В первой половине истории Жун Жун был одет в красный пиджак, в центре повествования рассказа его почти не было на экране, но при каждом своём появлении он выглядел великолепно. Будь то песня или картинка – юноша был безупречен, и его можно было только похвалить.

Но после того, как кадры снова резко сменились, он уже был одет в чистую белую рубашку, без всей своей былой гламурности.

Как он раскаялся, как ему было больно, как он жил в роскоши – в этой песне ярко было изображено всё это.

После того, как финальный припев был окончен, юноша в белой рубашке появился в правой части экрана, а юноша в красном пиджаке – в левой; они пошли друг другу навстречу и внезапно исчезли в огне, соприкоснувшись в центре.

В центре экрана появился юноша в чёрном длинном пальто.

Он закрыл глаза, склонил голову и напрягся.

За его спиной вспыхнула пара огненных крыльев.

Звук музыки внезапно затихли, и крылья тоже исчезли, превратившись в тысячи огней.

На этом клип заканчивался.

***

Город В, улучшенная квартира.

Шум на кухне был очень громким: Жун Жун целиком сконцентрировался на приготовлении пищи и не слышал слабого звука пения, доносящегося с балкона. Конечно, Цинь Чэн предприимчиво убавил звук на минимум, и теперь его невозможно было услышать из кухни.

Яркие лучи солнца падали на красивое лицо мужчины, и опустил глаза, внимательно глядя на экран своего телефона.

Цинь Чэн неподвижно смотрел на ставший абсолютно чёрным экран. Через долгое время он, наконец, зашевелился. Сначала он закрыл видео, вошёл в Вэйбо, кликнул на аккаунт Жун Сюя и нашел там ссылку на покупку «Потерянных крыльев». Затем, не задумываясь, зашёл на сайт, купил клип и, наконец, напечатал...

«520»

Посмотрев некоторое время на экран, мужчина с удовлетворением нажал на кнопку покупки и сразу же перевел деньги. После этого он снова вернулся на сайт с видео и принялся спокойно пересматривать видео, нажав на кнопку «Воспроизвести снова».

Видеоклип начался с начала.

Когда он видел двух актёров, Цинь Чэн казался безликим. Когда он видел юношу, он впивался пальцами в свой телефон и напрягался всем телом. Как только юноша исчезал с экрана, его лицо мгновенно становилось таким же беспристрастным, как и прежде.

Таким образом, Цинь Чэн спокойно пересматривал клип... снова и снова!

«Зачем тут эти два актёра?!»

Однако, в конце концов, Цинь Чэн всё же был вынужден закрыть видео и отправить сообщение своему агенту: «Отыщи кого-нибудь, кто поможет мне отредактировать видео и вырезать из него все лишние кадры. Отправь мне итоговый вариант ночью».

Сюй Цзинь: «Э... Кто-то платит мне миллионы за то, чтобы я занимался этим?»

Цинь Чэн: «Жду видео».

Сюй Цзинь: «...»

«Господи, когда же это закончится?!!!»

Отправив последнее сообщение, Цинь Чэн внимательно посмотрел клип ещё два или три раза, и вскоре заметил, что его компакт-диск, наконец, отправлен. Увидев это уведомление, он зашёл на Али, нажал на «перейдите по ссылке для покупки», выбрал «прямую покупку», а затем в поле опции «количество покупок» ввёл:

«1314»

Ну, он купил его снова…

После этого Цинь Чэн ещё трижды пересмотрел видео, но так и не смог ни закрыть его, ни выпустить телефон из рук.

Жун Сюй выключил плиту и поставил все блюда на стол. Прежде чем он успел что-то сказать, Цинь Чэн сам пришёл на кухню и помог ему подать миску с рисом. Увидел его, Жун Сюй был настолько ошеломлён, что улыбнулся и сказал:

— Я думал, Вы отдыхаете в спальне. Вы только что вернулись в Китай, Вам нужно хорошенько выспаться после долгого перелёта и смены часовых поясов.

Цинь Чэн поднял голову и глубоко посмотрел на Жун Сюя, тихо сказав:

— Это не имеет значения, я не устал.

Они сели за стол и начали есть.

Жун Сюй сварил свой обычный простецкий суп «два в одном». Ингредиенты были те же, что и всегда, и никакими новыми специями не пахло, однако... суп, кажется, стал намного лучше, чем раньше…

Жун Сюй взял свою тарелку и спокойно ел. Он не говорил, как и Цинь Чэн, и они оба как обычно ели в тишине. Мужчина время от времени поглядывал на лицо юноши. Каждый раз, когда он хотел было заговорить, он мог лишь закрыть рот и молча смотреть на Жун Сюя...

Цинь Чэн:

— ...

В этот момент ни Цинь Чэн, ни Жун Сюй не заметили, что индикатор уведомлений на телефоне, лежащем на татами с выключенным звуком, без конца мигает. Сейчас Цинь Чэн смотрел клип с другого своего телефона и не заметил уведомлений на втором.

За последний час на микроблоге «Пасты из семян лотоса с апельсинной начинкой» появились тысячи комментариев!

«Эй! Боже мой! Сфотографируемся с богами в первом ряду!»

«Местные тираны, как вы там? ~ \\(≧ ▽ ≦)/ ~»

«Это ужасно. Я сэкономил деньги на месячные расходы пожертвовал шестьсот юаней... Я не ожидал, что эта девушка пожертвует разом 1,01 миллиона... Вау, я так близок к тебе, сестра! 233333]

Да, всего час назад, когда многие фанаты собирались пожертвовать свои сбережения фонду, они вдруг узнали, что сбор средств закрыт!

«Как это возможно? Разве только что не было собрано всего 4,19 млн.? Текущий потолок ведь составляет 5,2 млн… Оставался ведь ещё целый миллион! Как сбор мог так внезапно завершиться? Система краудфандинга дала сбой?»

http://tl.rulate.ru/book/14326/818467

Глава 68 (Часть 2)

Из-за энтузиазма фанатов, людям, ответственным за сбор средств, итак уже пришлось изменить потолок пожертвований с одного миллиона до двух миллионов, а затем и до четырех миллионов. В настоящее время лимит на сбор составлял 5,2 миллиона юаней.

До запуска этого мероприятия никто и предположить не мог, что поклонники Жун Сюя, которых на Вэйбо было всего 8 миллионов, смогут собрать такую баснословную сумму.

Но это была правда. Например, когда собирали первый миллион, одна фанатка пожертвовала сразу 300 тысяч. Она опубликовала снимок этого пожертвования на своем Вэйбо, чем привлекла бесчисленных фанатов, которые ринулись на её страницу, чтобы «сделать групповое фото».

Хотя таких щедрых людей было не так много, они всё же были!

Многие случайные пользователи выражали свои чувства: «Как много у Жун Жуна добрых поклонников...»

Краудфандинг-проект на Вэйбо не показывал, сколько пожертвовал каждый отдельный фанат, а отображал лишь общую сумму и сообщение «ххх поделился своей любовью, пожертвовав благотворительному проекту ***». Таким образом, никто не знал, сколько денег и кем было пожертвовано фонду.

Краудфандинг – хороший список, но этот список ранжируется не по размеру пожертвований, а в хронологическом порядке. Верхние пользователи списка – это те, кто сделал пожертвования последним.

Поэтому, когда фанаты узнали, что уже собрано в общей сложности 5,2 миллиона, все вдруг почувствовали, что в Вейбо просто произошла какая-то ошибка. Один из пользователей быстро связался с руководителями платформы, попросив их решить проблему. Однако, ко всеобщему удивлению, те заявили, что «все данные в порядке, никаких ошибок не наблюдается».

Люди сразу же написали, что они могут доказать, что буквально минуту назад до лимита не хватало  1,01 миллиона. Они продолжали твердить, что это определенно ошибка.

Официальные представители платформы нехотя повторили, что «никаких ошибок не наблюдается».

Независимо от того, что и как спрашивали фанаты, ответ официальных представителей всегда оставался прежним:  никаких ошибок.

Соответственно, если им сказали, что никаких ошибок нет, выходит, что кто-то пожертвовал миллион за раз? Это шутка какая-то?! Вы хотите сказать, что кто-то просто взял и пожертвовал более миллиона?!

Как только фанаты обмозговали это и решили зайти на официальный аккаунт краудфандинга в Вэйбо, чтобы попросить их сделать официальное заявление, они увидели там пост от пользователя, стоявшего на второй строчке списка пожертвовавших. Девушка писала: «Эй? Что случилось? Я помню, что после моего пожертвования общая сумма составляла всего 4.824.421. Как сбор мог быть внезапно завершён?»

Появилось ещё больше доказательств правоты поклонников.

[Вэйбо краудфандинга, вы, что, не видите? Вам же говорят, что когда эта девушка отправила деньги, до окончания сбора оставалось ещё больше миллиона юаней! Можете ли вы объяснить нам, почему сбор был так внезапно закрыт? Это же определенно ошибка! Быстрее исправьте этот баг!»

Некоторые люди задавались вопросом, почему фанаты Жун Жуна требуют у кого-то исправить ошибки и не могут просто попросить поднять максимальную сумму сбора, ведь вся эта акция оказалась такой популярной, что её поддерживало огромное количество случайных пользователей сети. Однако фанаты Жун Жун знали, что сейчас первостепенную важность имеет проблема исправления неизвестной ошибки.

Как такая ошибка вообще могла существовать?! Пока она была, любые злые языки могли писать, что весь этот сбор – липа, ведь в одну секунду они говорят, что у них собрано четыре миллиона, а уже в следующую – пять! Они даже могли обвинить их в подделывании цифр и заявить, что на самом деле они не собрали ни копейки из этих пяти миллионов!

Поэтому, по логике верных фанатов, ошибка должна быть исправлена, а репутация не должна быть запятнана!

Эти фанаты писали свои комментарии на разных страницах микроблогов краудфандинга, и даже у представителей платформы, прося их исправить эту ошибку. Этот инцидент становился всё серьёзнее, и многие другие проекты, тоже занимающиеся краудфандингом, решить приостановить свою деятельность, опасаясь, что они тоже могут столкнуться с ошибками.

В это время официальные представители поняли, что бездействовать больше нельзя, и сделали ещё одно официальное заявление, в котором прямо сказали, что все данные в порядке и никаких ошибок действительно не наблюдается.

Пользователи снова завозмущались: «Если так, почему тогда эта фанатка говорит, что когда она отправила своё пожертвование, оставалось ещё больше миллиона?»

Служба поддержки клиентов была уже готова расплакаться: «После нее ведь был ещё один человек?»

«Да, только один. Но как он мог дойти до предела за раз? Не говорите мне, что этот человек пожертвовал более миллиона юаней!»

«… а разве такое не возможно?»

«…»

В итоге, все пользователи, которые только что возмущались, внезапно замолкли. Минуту спустя все они ринулись на страницу этого таинственного «***»

Один человек, «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой», пожертвовал целых 1,01 миллиона!

Один человек!!!

«Один миллион... Я мог бы купить на него дом в своём родном городе _(: 3"∠)_»

«В моём родном городе на эти деньги можно купить два дома! Ах!»

«Держать себя в руках… Я не ожидала, что кто-то способен на такое…»

Вскоре кто-то задумался над одной странностью: «Эй? А я помню эту «Пасту с апельсиновой начинкой», это же на её странице недавно выкладывали фотографию спящего Жун Жуна?!»

Как только этот комментарий был опубликован,  пороховая бочка снова взорвалась!

Не только миллионное пожертвование, но ещё и спящее фото!!!

Количество подписчиков «Пасты…» росло с неимоверной со скоростью. Утром у него оставалось 800 настоящих поклонников и 2000 фейков. Всего за один час эти цифры выросли до десяти тысяч!

Когда этот «бог пожертвований» снова добрался до своего телефона, на часах было уже час дня.

Десятки тысяч сообщений вынудили его перезагрузить свой новый айфон, и через несколько минут он постепенно вернулся в нормальное состояние.

«Паста…» зашёл на свой Вэйбо и поморгал от удивления:

— ...

Держа телефон в руках, Цинь Чэн внимательно посмотрел уведомления на Вейбо и, наконец, понял, что произошло. В соседней с ним комнате Жун Жун только что вернулся в свою спальню и не успел даже прилечь, как ему позвонила Ло Вэй.

Ло Вэй редко звонила Жун Сюю, потому что ее главной задачей было управлять фанатами и следить за ними. Во время отпуска она и вовсе не беспокоила Жун Сюя. Однако сейчас она позвонила ему, пусть у него сейчас и был перерыв.

Жун Сюй удивленно приподнял бровь и взял рубку. Он с улыбкой спросил:

— Сяо Ло, в чем дело?

Затем он слушал телефон. Ло Вэй ахнула и сказала в спешке:

— Сяо... Сяо Сюй! Только что один Ваш фанат разом пожертвовал миллион на ваше благотворительное мероприятие! Сумма больше одного миллиона! Фанаты неистовствуют, сейчас все в сети только это и обсуждают. Я переживаю, что люди могут заявить, якобы мы сами сделали это, чтобы привлечь к себе  внимание. Я только что связался с Роджером…

Долгое время помолчав, Жун Сюй спокойно спросил:

— Сестра Ло, там точно миллион, а не сто?

Ло Сяо внезапно замолкла, и через мгновение ответила, чуть не плача:

— Как я могла ошибиться в таких вещах? Сяо Сюй, я связалась с официальными представителями краудфандинговой платформы, и они дали мне точный ответ. Точно миллион… Ваш фанат действительно пожертвовал миллион на поддержку вашего мероприятия!

Жун Сюй:

— ...

Долгое время спустя Жун Сюй тихо спросил:

— Как её зовут?

От потрясения у Ло Вэй закружилась голова, и на какое-то время у нее вылетело из головы имя этого фаната. Лишь минуту спустя она, наконец, вспомнила:

— Её зовут «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой... Да! Точно, именно так!

Жун Сюй внезапно замер, и его красивые брови слегка приподнялись. Юноша несколько раз проговорил про себя этот никнейм, после чего широко распахнул глаза и прошептал:

— Она?!

В это время в соседней комнате «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Оу...»

http://tl.rulate.ru/book/14326/818588

Глава 69 (Часть 1)

«Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой…»

Это имя ещё было свежо в памяти Жун Сюя.

В последний раз я видел это имя, когда на этом профиле была опубликована фотография его самого, спящего, что произвело фурор среди его фанаток. Из-за этой фотографии Жун Сюй сделал выводы, что этот фанат должен быть членом команды «Чёрных туч». Затем на этом аккаунте было опубликовано фото сотни билетов на «Чёрные тучи», и теперь Жун Сюй был уверен: это не мог быть обычный член команды, ведь сто билетов в кино стоят около 10 тысяч юаней.

Но на этот раз эта «Паста из  семян лотоса с апельсиновой начинкой пожертвовала на благотворительность целый миллион!»

Абсолютно невозможно такое, чтобы человек, имеющий всего один миллион, отдал его на благотворительность. Только человек, имеющий как минимум десятки или даже сотни миллионов, мог так смело взять и пожертвовать один миллион. Даже когда крупные предприниматели жертвуют деньги, многие из них обязательно предают это огласке, дабы улучшить свою репутацию.

Так что человек, способный МОЛЧА пожертвовать миллион, определенно не мог быть в кругу кем-то «безымянным».

Внезапно в сердце Жун Сюя закралось несколько имен. Согласно прошлым постам «Пасты…», она вряд ли была иностранкой. В конце концов, её китайский язык был слишком хорош – как она может быть иностранкой?

«Это китайская актриса или певица первой линии? Вэнь Вэй, Ся Муйян, Ян ЛиЦю, Гуань Нинцинь...»

Все они участвовали в качестве гостей в «Черных тучах», могли сделать его фотографию, и имели средства для таких крупных пожертвований…

Однако это всё ещё выглядело немного нереально.

«Даже если они что-то думают об этом, это вовсе не значит, что они скажут...хм…»

Молодой человек нахмурился и начал что-то бормотать себе под нос.

Вскоре Ло Вэй позвонила Жун Сюю, чтобы согласовать последующие меры по пиар-компании. Благотворительная акция, так стихийно проведённая фанатами, была очень хорошим делом. Его стали поддерживать и хвалить многие пользователи сети. Поклонники были готовы жертвовать миллионы! Это было личное благое дело одного «анонима». Хотя это и могло стать причиной некоторых проблем, в целом же это могло помочь большему количеству нуждающихся людей.

Чтобы исключить возможный хейт и манипуляции, Ло Чжэньтао решил лично связаться с фанаткой от имени всего фан-клуба и поблагодарить её за решительную поддержку благотворительного мероприятия, отправив ей небольшой презент, а затем опубликовать это на Вэйбо во избежание лишних вопросов.

Эта идея была очень хороша, и Жун Сюй немедленно согласился на неё, и также готов был подписать десять дисков с песней «Потерянные крылья». Один из них был напрямую отправлен «Пасте из семян лотоса с апельсиновой начинкой», а остальные девять были отправлены случайным образом выбранным фанатам среди числа всех пожертвовавших.

Без дальнейших церемоний, Ло Вэй немедленно связалась с «Пастой…» и заодно попросила её «следить за комментариями поклонников и чистить нежелательный спам».

В этот момент число фанатов на Вэйбо «Пасты…» перевалило уже за 30 тысяч человек!

Однако на этом популярном аккаунте не было никакой интересной информации. Там не было ни юмористических постов, ни чего-либо милого и интересного. Все её публикации были признаниями в любви Жун Сюю. Последний пост был сообщением от краудфандинговой системы, которые репостятся автоматически.

Если бы не фотография спящего Жун Жуна и не миллионное пожертвование, такая обычная неприметная страница никогда не привлекла бы к себе никакого внимания.

Но теперь, популярность этой страницы на Вэйбо увеличивалась в геометрической прогрессии! На ней постоянно появлялись новые комментарии, упоминании в обсуждениях, а также репосты и лайки. Мобильный телефон с трудом выдерживал такую активность в уведомлениях. Хозяин телефона молча положил его на стол, и опустил глаза.

За стеной Жун Сюй с Ло Вэй обсуждали, как решить эту проблему. Цинь Чэн в это время безразлично глядел в пол, сидя на диване. Его глаза были спокойны, а руки скрещены на груди.

«Всё хорошо! Ничего не случилось, ничего... не случилось...»

«Как же это могло случиться!»

Десять минут спустя он устал от постоянно вибрировавшего телефона, встал, взяв его со стола, и отключил все уведомления от Вейбо. Однако когда он уже собирался снова погрузиться в свои раздумья, на экране внезапно появилось личное сообщение:

«Добрый день! Я помощница Жун Сюя, меня зовут Ло Вэй. Искренне благодарим Вас за поддержку нашей деятельности в благотворительной акции, приуроченной к релизу «Потерянных крыльев»! Пожалуйста, будьте уверены: у нас для Вас тоже есть несколько небольших подарков! Мы бы очень хотели отправить их Вам. Ещё раз спасибо Вам за Ваш вклад! Можете ли Вы написать мне свой адрес? *улыбаюсь*»

В тёмных глазах мужчины сверкнула нотка удивления, и он не сразу нашёлся, что ответить.

Ло Вэй в это время увидела, что её сообщение прочитано, но ответа так и не пришло.

Некоторое время она думала, а затем отправила сообщение Жун Сюю: «Сяо Сюй, эта «Паста с апельсиновой начинкой» ведь может не поверить, что я Ваша помощница. Может, Вы сами отправите ей сообщение, чтобы подтвердить мою личность?»

Через минуту…

«Привет! Рад знакомству! Ло Вэй – это моя помощница. ^_^]

Цинь Чэн:

— !!!

Долгое время спустя он, наконец, ответил:

«Привет».

Жун Сюй, который собирался просто подтвердить личность Ло Вэй, был ошарашен, внезапно получив это сообщение. Он подумал и ответил: «Спасибо за Ваше пожертвование! Мне очень приятно, что Вы так любите меня <3 <3 <3».

Отправив ответ, Жун Сюй поморгал глазами и уставился на короткое слово «привет» от своей фанатки.

«Она каждый день без конца признаётся мне в любви у себя на странице… почему же она при личной беседе так холодна со мной?»

Эта мысль никак не покидала его разум, когда он увидел второе сообщение от «Пасты»:

«Ну, не стоит благодарностей».

Жун Сюй:

— ...

«Это совсем не то поведение, которое должно быть у преданного поклонника!!!»

Вряд ли этот диалог можно было продолжать. Жун Жун нашёл повод прекратить этот диалог и позволить Ло Вэй взять всё это дело на себя. Глядя на холодный и жесткий диалог с «Пастой…», Жун Сюй вдруг почувствовал нечто знакомое, но он не успел уловить, что именно, когда это ощущение внезапно улетучилось.

В соседней комнате этот самый «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» молча смотрел на экран своего телефона. Помимо съёмок, этот человек редко когда показывал свои истинные чувства, поэтому сейчас он мучительно сжимал свой телефон в руках, снова и снова гладя на строку вводу, не решаясь нажать на «отправить»…

«Ну, не стоит благодарностей».

Поняв, что Жун Сюй решил закончить этот разговор, мистер «Паста» сунул телефон в карман и снова сел в свою позу, сжав губы в тонкую линию и больше не желая разговаривать.

Однако, кое-какие вещи все еще не были решены. Ло Вэй продолжала просить у него адрес для отправки подарка, и даже если он отвечал «не стоит», Ло Вэй никак не хотела сдаваться. В конце концов, «Паста» несколько раз перечитал слова Ло Вэй, а затем взглянул на сумасшедших комментаторов в своем микроблоге, и после минутного колебания сделал звонок:

— Да? Цинь Чэн, костюм для участия в Премии ЦзиньФэн через два дня, привезли. На этот раз я заказал его для Вас сам. Я приеду в офис завтра. Давайте померим эту модель. «Ученик» номинирован на множество наград, и Вы также номинированы на «Лучшего актёра». Хотя Вы и получали эту награду в прошлом году, в этом году у Вас будет несколько сильных соперников, поэтому вероятность выигрыша невелика. Однако мы все еще должны… — на секунду замолкнув, Сюй Цзинь вдруг вспомнил. — О, точно, Вы позвонили мне... Вы что-то хотели?

Низкий магнитный мужской голос ответил:

— Дай мне какой-нибудь адрес и номер телефона. Я хочу отправить кое-какие вещи. Я никому не раскрою этот адрес и номер.

Сюй Цзинь с удивлением спросил:

— Что Вы хотите отправить, что там такого таинственного?..

Цинь Чэн шёпотом ответил:

— Важные документы.

Сюй Цзинь:

— Эээ... Думаете, я в это поверю?

Глава 69 (Часть 2)

— Скажи мне имя и номер телефона твоей жены.

— Что Вы хотите сделать?! Что Вы хотите сделать с моей женой? Я говорю Вам: Вы не в её вкусе! Она никогда не смотрит Ваши фильмы, а на «Ученика» она даже в кино не ходила! Я бы с ней не жил, если бы она была Вашей поклонницей!

Цинь Чэн:

— ... пришли мне любой адрес и номер телефона.

Видимо, для того, чтобы мужчина больше не упоминал его жену, Сюй Цзинь быстро согласился дать Цинь Чэну адрес и номер телефона своего знакомого. Первоначально он начал диктовать адрес своего друга, но Цинь Чэну зачем-то требовалась именно женщина. Сюй Цзинь сильно встревожился и быстро позвонил своей подруге.

Перед тем, как он повесил трубку, Цинь Чэн сказал ему всё тем же холодным голосом:

— Не говори об этом своей подруге. Ты можешь сказать, что просто хочешь кое-что отправить, но запомни:  МЕНЯ это никак не касается.

Сюй Цзинь:

— Хорошо...

«Пока ты не упоминаешь мою жену, я согласен на что угодно!!!»

Ло Вэй получила адрес и номер телефона и, естественно, сообщила эти данные Жун Сюю и Ло Чжэньтао. Ло Чжэньтао не знал, кто это. Жун Сюй некоторое время смотрел на сообщение с именем, так и не вспомнив, в итоге, чтобы был знаком с этой женщиной.

Этот человек никогда не присутствовал на съемочной площадке «Чёрных туч».

Жун Сюй мог сказать на основе этих данных только одно – это какая-то подставная личность.

Жун Сюй не стал уделять слишком много внимания этим данным. Он зашёл на домашнюю страницу «Пасты из семян лотоса с апельсиновой начинкой» и внимательно её изучил. Эта «Паста» действительно признавалась ему в любви по три раза на дню, даже если забывала при этом поесть. Кроме того, в последние месяцы она, кажется, начала шипперить его и Чэна, потому что часто упоминала тэг #ЦиньЖун в своём микроблоге.

В любом случае, кроме того, что на её странице были фото его спящего, эта фанатка действительно казалась самой обычной поклонницей… о, очень хорошей поклонницей.

Когда Жун Сюй решил сдаться и был готов уже переключиться на что-нибудь другое, его внимание  внезапно привлекло время публикации её постов, опубликованных три дня назад.

«Что? Опубликовано в пять утра?!»

Сердце едва заметно ёкнуло, и Жун Сюй пролистал посты вниз и снова обнаружил публикации с поздним временем, а затем осознал, что в последние несколько месяцев время активности «Пасты…»  было не совсем правильным. Раньше она всегда публиковала посты в соответствии со временем приема пищи, регулярно три раза в день. Однако в последние месяцы всё переменилось.

Предыдущий месяц был в порядке – посты публиковались всего на несколько часов раньше, чем обычно.

Но в этом месяце…! Все посты были отправлены в очень странное время!

Восемь часов утра стали 9 часами вечера; 12 часов дня стали часом ночи; четыре часа дня стали пятью часами утра!

Кажется, что-то здесь было не так!

«Она была за границей в последние несколько месяцев?»

Когда эта мысль мелькнула в голове Жун Сюя, он немного подумал и внезапно открыл глаза. Он быстро связался с Ло Чжэньтао и попросил его проверить Вэнь Сюань, Ся Муйян и других актрис, участвовавших в съемках «Черных туч». Он просил узнать, снимался ли кто-нибудь из них недавно за границей?

Хотя Ло Чжэньтао был удивлён этой просьбой, он сказал, что даст ему ответ через несколько дней и приступил к делу.

Когда Жун Сюй закончил с этим, было уже шесть часов вечера. Тусклое закатное солнце медленно зависло на западе, и слабый свет омрачал небо, формируя завораживающее сияние.

Жун Сюй, наконец, отложил свой телефон в сторону и пошёл готовить ужин. Едва он открыл свою дверь, как услышал звук другой открывающейся двери. Жун Сюй с удивлением оглянулся и увидел немного уставшего Цинь Чэна. С лёгким удивлением он улыбнулся и спросил у него:

— Вы отдохнули?

Цинь Чэн мгновение помолчал:

— Угум...

Жун Сюй слегка кивнул:

— А мне не дали как следует отдохнуть, были дела.

Цинь Чэн:

— У меня тоже были кое-какие дела…

Молодой человек с удивлением посмотрел на мужчину, а затем улыбнулся и облизнул губы:

— Посмотрите на себя, выглядите не очень! Что будете есть? Я хочу пельменей. Вчера я просил сестру Сяо цзе купить немного теста на клецки... Я собираюсь использовать его... О, да, Цинь Чэн, хотите слепить со мной пельмени?

Таким образом, через несколько минут в теплой тихой кухне уже сидели двое мужчин. Жун Сюй взял чёрный фартук, а лицо Цинь Чэна внезапно стало жёстким. Улыбка на губах юноши стала еще ослепительнее, и Цинь Чэну пришлось поднять руки и позволить юноше надеть на него фартук.

От этого, казалось бы, простого действия, уши Цинь Чэна залились краской, но Жун Сюй, кажется, не заметил этого и даже ещё ближе придвинулся к нему, завязывая узел! Мужчина внезапно выпрямился, как по струнке. Когда с фартуком было покончено, юноша поднял голову, улыбнулся и сказал:

— Я не умею готовить пельмени. Нужно просто упаковать фарш?

Цинь Чэн мог только молча кивнуть.

— Хорошо.

За окном шумел ночной город, а в их окне горел свет. За окном двое мужчин вместе изучали процесс лепки пельменей. Красивое лицо мужчины было испачкано мукой, а волосы юноши слегка побелели. Никто бы и не подумал, что суперзвезда и популярный актёр могут вместе учиться делать пельмени в эту тихую ночь.

Конечно, независимо от того, как продвигался процесс, сколько раз Жун Сюй смеялся, и сколько раз уши Цинь Чэна становились красными, в конечном итоге через час пельмени всё же оказались в кастрюле.

Выловив готовые пельмени, Жун Сюй посмотрел на тарелку и протянул её Цинь Чэну:

— Попробуете сначала Вы?

Цинь вернул её юноше:

— Сначала ты попробуй.

Жун Сюй приподнял губы в улыбке:

— В благодарность за Вашу заботу обо мне в прошедший год, я хотел бы, чтобы Вы попробовали это первым.

Цинь Чэн сложил свои тонкие губы в линию:

— Это мама хотела, чтобы я позаботился о тебе. Ты попробуешь это первым.

— Нет, Вы.

— Нет, ты.

— Вы первый.

— Ты первый.

Жун Сюй: «...»

Цинь Чэн: «...»

В конце концов, они были вынуждены одновременно взять это «тесто», которое нельзя было назвать пельменями, потому что оно было большим и круглым, как какие-нибудь булочки на пару. Как только это нечто оказалось у них во рту,  они сразу открыли глаза и посмотрели друг на друга с удивлением:

Жун Сюй:

— Вкусно?..

В глазах Цинь Чэна появилась улыбка:

— Вкусно...

Оба быстро съели свои пельмени, которые, хоть и выглядели отвратно, вышли довольно вкусными. Позже Жун Сюй начал изучать сценарий своего нового фильма. Цинь Чэн смотрел на сценарий, сидя рядом с ним, и время от времени давал некоторые комментарии.

На следующий день они также оставались дома и вместе изучали сценарий. Что касается сюжета, иногда по нему возникали некоторые противоречия, но в итоге всегда достигался консенсус. После обсуждения результатов, Жун Сюй тщательно записал свои мысли на последней странице сценария. В это время Цинь Чэн молча смотрел на него, опустив голову.

Солнце мягко освещало лицо юноши,  прекрасного, словно эльф.

Серьезный и сфокусированный взгляд шёл ему просто непередаваемо хорошо.

В ночь церемонии вручения премии «Золотой Феникс» Жун Сюй сидел в пижаме на диване и смотрел прямую трансляцию. На ногах у него лежал толстенный сценарий, а на экране телевизора мелькали звёзды, живые и яркие.

Жун Сюй продолжал внимательно изучать сценарий, и когда он услышал имя человека, ступившего на красную дорожку, он поднял голову. Когда его взгляд уловил лицо мужчины, мощная волна холода прошла сквозь экран телевизора, беспрепятственно попав прямо в цель. Он и съёмочная команда «Ученика» шли по красной ковровой дорожке, но самым заметным из всей команды был он, Цинь Чэн.

После долгого просмотра, когда команда «Ученика» уже полностью покинула красную ковровую дорожку, Жун Сюй наклонил голову и продолжил изучать сценарий.

Той ночью съёмочная команда «Ученика» унесла с собой сразу шесть наград, включая «Лучшую картину», «Лучшую режиссерскую работу», «Лучшую женскую роль», «Лучший сценарий».

Главным героем этой картины был мужчина, но он в этот раз не был удостоен награды. Это не значит, что Цинь Чэн был слаб, как актёр. На самом деле, он был куда сильнее своих соперников.

Когда команда «Ученика» поднялась на сцену, чтобы получить награду за «Лучший фильм», зрители безумно выкрикивали имя Цинь Чэна. Под бурные возгласы фанатов, мужчина поднял над головой золотой трофей и улыбнулся им своей спокойной улыбкой.

Глядя на экран телевизора, Жун Сюй сузил глаза, а улыбка на его губах стала немного шире.

Два дня спустя Жун Сюй должен был покинуть город В и отправиться в Город Кино и Телевидения Сяншань, чтобы подготовиться к съёмкам фильма «Затерянный город».

«Черные тучи» были в прокате около месяца, а совокупные кассовые сборы составили уже около 10 миллиардов. Благодаря этому фильму, Жун Сюй, похоже, достиг пика своего дебюта, будь то популярность или статус.

Первый фильм мог стать для актера главной ролью всей его карьеры, а первый фильм Жун Сюя собрал такие невероятные деньги в прокате и  имел дикую популярность. Можно было сказать, что Жун Сюй стал самым популярным новичком в кино за последние годы.

После «Чёрных туч» Ло Чжэньтао тщательно подобрал для Жун Сюя четыре интересных сценария. Все четыре были коммерческими фильмами с отличными сюжетами и сценариями. Но, в конце концов, просмотрев все сценарии, Жун Сюй остановил свой выбор на «Затерянном городе».

«Затерянный город» – детективный фильм-саспенс. Как и во многих коммерческих фильмах о криминальных расследованиях, в нём было два героя-мужчины. Здесь был и экшн, и драма. Если  сценарий написан квалифицированным человеком, кассовые сборы обязаны быть приличными.

Когда Ло Чжэньтао узнал о выборе Жун Сюя, он был очень удивлён:

— Сяо Сюй, этот фильм – с двумя главными героями. Вы не говорили мне, что хотите выбрать коммерческий фильм, чтобы доказать свою кассовую привлекательность…

Услышав эти слова, Жун Жун улыбнулся и спросил:

— Ло Гэ, если Вы заранее знали, что этот фильм с двумя главными героями-мужчинами, зачем вы выслали мне этот сценарий?

Ло Чжэньтао не нашелся, что ответить, но через минуту всё же покачал головой и сказал:

— Потому что сценарий довольно хороший...

Да, сценарий «Затерянного города» был хорош.

В индустрии развлечений существовало два типа съёмок фильмов и сериалов. Один из них заключался в том, что актёры вообще не проходили прослушивание, и актеров на роль назначал сам режиссёр или инвестор. В другом варианте проводился кастинг, на который приглашали нескольких актёров. После кастинга принималось решение, какой из актёров будет сниматься.

Когда команда «Затерянного города» отправила Ло Чжэньтао сценарий, они прямо сообщили ему: «Мы приглашаем Жун Сюя сыграть главную роль. Роль Сюэ Цзячжэ».

Если Жун Жун захочет сняться в «Затерянном городе», он будет играть Сюэ Цзячжэ.

Если Жун Жун не захочет сниматься в «Затерянном городе» или захочет сыграть роль другого персонажа, команда фильма не возьмет его на роль и будет искать другого актёра.

Роль Сюэ Цзячжэ в «Затерянном городе» была предоставлена Жун Сюю режиссером фильма, согласно его видению образа и характеру Жун Сюя. И на этот раз чутьё его не подвело.

Когда Жун Сюй закончил читать сценарий, он действительно не хотел играть никого, кроме Сюэ Цзячжэ.

Весь фильм был сосредоточен вокруг дела о серийном убийстве. В процветающем роскошном портовом городе внезапно появился серийный убийца. Его способ убийства не был уникален, но с телами своих жертв он обращался очень специфично – каждой отсекал правую руку.

Лезвие ножа убийцы – гладкое и острое, а рука очень ловкая. Он избегал главных костей человеческого тела и попадал точно в середину сустава.

Полиция целый год топталась на месте, потому что убийца не оставлял никаких улик. Он убил шесть человек за один год. Помимо того, что он отрезал своим жертвам правую руку, в остальном он не повторялся: время, место и способ убийства всегда были разными. Даже возраст и пол жертв отличался: ими становились как мужчины, так и женщины, в возрасте от 23 до 64 лет.

После появления седьмой жертвы полиция, наконец, активизировалась, поскольку жертва погибла в большой толпе, а тело было повешено в центре самой оживленной площади Хайчэна. Весь портовый город пришёл от этого известия в хаос.

Главный герой фильма – Тань Янсюань – элитный полицейский. Он возглавлял группу, расследующую это дело. Это дело было широко известно. На него оказывали большое давление. Его университетский друг Сюэ Цзячжэ проанализировал психологию подозреваемого и в итоге помог Тань Янсюаню поймать преступника.

Все подобные истории – круговорот убийств и расследований. С арестом и смертью виновных, все беды фильма обычно заканчиваются.

Если бы в «Затерянном городе» всё было так, Жун Сюй никогда не заинтересовался бы этим сценарием. Но дело в том, что в конце фильма происходил неожиданный сюжетный ход.

После того, как дело было раскрыто, Тан Янсюань пришел к своему другу, чтобы поболтать и отпраздновать победу. После того, как он опьянел, Сюэ Цзячжэ затащил его в спальню. Собираясь лечь отдохнуть, он открыл шкаф, чтобы помочь старому другу переодеться, как вдруг заметил в углу  шкафа стеклянный сосуд с человеческими образцами...

В зеленоватом растворе формалина плавала человеческая рука с кольцом на большом пальце, принадлежавшим пятой жертве серийного убийцы.

Фильм на этом заканчивался, но этот поворот кардинально менял весь образ Сюэ Цзячжэ.

Молодой и красивый университетский профессор, любимый однокурсниками и студентами, элегантный и нежный, чьими хорошими друзьями были старшие офицеры полиции… Однако никто не знал, что было спрятано за серебряной оправой очков… Всегда нежно всем улыбающийся мужчина оказался зверем.

Жун Сюй никогда не играл таких отрицательных героев, из-за чего эта роль сильно заинтересовала его, и он захотел попробовать.

Большинство его ролей в прошлом были главными. В этом году все главные герои в кино и на телевидении в основном были положительными персонажами. Жун Сюй никогда не играл больших злодеев, но очень хотел попробовать.

Злодей с высоким интеллектом, хитростью и превосходными манерами. Вот почему Ло Чжэньтао передал сценарий «Затерянного города» Жун Сюю.

Что касается выбора Жун Сюя – он просто хотел перешагнуть через себя и примерить на себя новый образ.

***

В середине мая Жун Сюй приехал в Город Кино и Телевидения Сяншань, чтобы встретиться со съёмочной командой. Помимо него прибыл и ещё один известный китайский актёр – Бай Сивэнь.

Съёмочная группа «Затерянного города» арендовала современную съемочную площадку в студии Сяншаня. Вся съёмочная команда была занята работой, и всюду было разбросано множество незаконченного реквизита. Через три дня фильм должен был стартовать, и на протяжении этих трех дней Жун Сюй, Бай Сивэнь и другие актёры должны были посещать конференции по обсуждению сценария. Все они собирались вместе, чтобы обсудить сценарий и лучше понять своих персонажей.

Сначала все держались довольно отстранённо. Бай Сивэнь всегда выглядел очень серьёзным.

Во время обсуждения сценария Жун Сюй сидел рядом с Бай Сивенем, и когда помощник наливал воду и передавал стаканы, Жун Сюй протянул Бай Сивэню его стакан. Бай Сивэнь мельком взглянул на него, кивнул и сказал:

— Спасибо.

Увидев это, Жун Сюй прищурился и слегка скривил губы.

Конференция длилась весь день, и каждый читал свою часть сценария. Сценаристы анализировали персонажей одного за другим и анализировали важные сюжетные ходы фильма. Среди них, естественно, самыми важными были два главных героя. Героинь женского пола в фильме было не так много, и всё основное внимание уделялось двум героям-мужчинам: Тан Янсюаню и Сюэ Цзячжэ.

После анализа роли Бай Сивэня, сценарист взял сценарий, посмотрел на Жун Сюя и серьёзно сказал:

— Сюэ Цзячжэ - полу-асоциальная личность. Он не сильно асоциален, но из-за детской травмы он испытывает крайнее отвращение к людям, бросившим своих детей. Всё дело в отце, который бросил его и его мать, спасаясь от землетрясения.

Жун Сюй улыбнулся из-под очков и сказал:

— Ну, его ненависть вполне ясна, но он свободен от греха. Он знает, что совершает преступление, но не чувствует при этом, что он неправ. Так что он может спокойно убивать, а затем обвинять в этом других.

Сценарист был немного ошеломлен его словами, но улыбнулся и кивнул:

— Да, он такой. Вам следует обратить внимание на спокойствие Сюэ Цзячжэ и его сильные психологические качества. Он профессор психологии, поэтому он очень понимающий и умный человек.

Режиссёр добавил:

— Через два дня, Жун Сюй, сюда прибудет университетский профессор психологии. Он прочитает Вам лекцию по психологии. Вы можете многому у него научиться, и сможете лучше сыграть Сюэ Цзячжэ.

Жун Сюй приподнял губы в лёгкой улыбке:

— Хорошо, Юань.

Юань Кэ, режиссер «Затерянного города», был известным отечественным режиссером коммерческих фильмов первой линии. Его фильмы имели две особенности: неплохие кассовые сборы (минимум  500 миллионов), и каждый год – награда за «Лучшего режиссёра».

Да, не «Лучший фильм» и не «Лучший актёр/актриса», а «Лучший режиссёр»!

Будь то награда первой линии или второй – Юань Кэ обязательно получит её. В последние семь или восемь лет ему всюду сопутствовала удача. Даже если в этом году фильм не будет удостоен ни одной кинопремии, Юань Кэ определенно выиграет «Лучшего режиссера» среди хотя бы одной из десятков мировых кинопремий. Поэтому, собственно, Юань Кэ и получил прозвище: «Премия Режиссёра Юаня...»

Это было лирическое отступление.

После конференции по обсуждению сценария все актёры были готовы примерить грим и попробовать себя в своих ролях. Двое главных героев остались в кабинете и обменялись мнениями о ролях с режиссёром Юанем.

Жун Сюй осторожно похлопал по своему сценарием и спокойно проанализировал:

— Сюэ Цзячжэ ненавидит родителей, которые бросают своих детей… причина в давней детской травме. Поэтому после смерти матери он начал убивать таких людей одного за другим. Когда его отец был молодым, он протянул свою правую руку ему и его матери, но внезапно испугавшись подземных толчков, одёрнул руку, и мать с сыном оказались зажаты под большим камнем.

Юань закрыл свой сценарий, опёрся подбородком на руку, с интересом посмотрел на юношу перед собой и улыбнулся:

— Продолжай.

— Сюэ Цзячжэ не плохой человек в строгом смысле этого слова, но согласно его собственному заявлению, у него больное сердце, и он болеет уже много лет.

На лице режиссёра медленно появилась нежная спокойная улыбка, а глаза просияли.

Глядя в его ясные глаза, Жун Сюй спокойно продолжил:

— Поэтому я думаю, что когда я буду играть его, я буду…

Энтузиазм молодого человека все больше и больше радовал Юаня, и глаза наблюдавшего за ними Бай Сивэня становились всё более и более удивлёнными. После завершения их разговора, когда настала очередь Бай Сивэня приступить к анализу своей роли, он долго молчал, прежде чем сказать:

— Я должен играть роль полицейского, доверяющего своим друзьям, а затем раскрыть дело.

Жун Сюй удивленно уставился на него, а режиссёр Юань улыбнулся:

— Сяо Бай, потратьте чуть больше времени на изучение роли, и Ваша игра может стать очень успешной.

Бай Сивэнь честно кивнул. После того, как Юань Дао ушел, Жун Сюй начал собирать свои вещи, как вдруг услышал слабый голос мужчины:

— Жун Сюй… ты не мог бы… показать мне свой сценарий?

Жун Сюй удивленно улыбнулся Бай Сивэню:

— Тебе нужно чем-то помочь?

Бай Сивэнь отвёл взгляд и прошептал:

— Я ... я не хочу анализировать сценарий. Я хочу позаимствовать твой сценарий, чтобы посмотреть, о чём там речь. Если ты не хочешь давать его – всё в порядке, я не буду тебя беспокоить.

Жун Сюй впервые встретил в кругу развлечений такую звезду первой линии.

Он посмотрел на Бай Сивэня глубоким взглядом и заметил, что тот напряжён и уже собирается уйти.  В этот момент он увидел, что Жун Сюй протягивает ему свой сценарий, на котором мелким почерком написаны разные заметки и мысли.

Бай Сивэнь ошеломленно посмотрел на Жун Сюя и увидел, что юноша слабо улыбается:

— Перед запуском я должен изучить психологию с профессором. У меня не будет времени читать сценарий. Вернёшь мне его после запуска. Ты сказал, что побеспокоишь меня… так вот, могу я тоже доставить тебе немного хлопот?

Бай Сивэнь быстро кивнул:

— Спасибо! Я верну его тебе сразу после запуска, целым и невредимым! Спасибо тебе большое.

— О, не за что. — внезапно юноша улыбнулся и добавил. — Да, я очень люблю кофе. Обожаю латте.

Бай Сивэнь смотрел на него мгновение, а затем вдруг понял.

Так, через полчаса Жун Сюй уже гримировался, а помощница Бай Сивэня принесла ему чашечку кофе. Хотя это был и не латте, а мокко с очень похожим вкусом.

Лучше всего не быть ничем обязанным людям в кругу. Поэтому он позволил Бай Сивэню сразу «вернуть должок». Это было бы очень хорошо для них обоих.

Его помощница, казалась такой же застенчивой, как и её артист. Склонив голову, она тихо прошептала:

— Благодарю Вас за ожидание... Могу ли я попросить Ваш автограф?

Жун Сюй взял у неё бумагу с ручкой и тихо сказал:

— Конечно.

Маленькая помощница тут же возбуждённо закивала.

Команда фильма сейчас уже собрала большую часть творческого коллектива, не считая одну актрису, участвовавшую в вокальной программе за границей. Все остальные сотрудники были полностью готовы к старту фильма.

Ло Чжэньтао в первый день оставался с командой. Глядя на столь оживленную сцену, он не мог не вздохнуть:

— В общем, Сяо Сюй, команда «Западни», с которой Вы работали до этого, была немного… ужасна.

Жун Сюй все еще пребывал в нерешительности. Он посмотрел на серьезных и сосредоточенных членов съёмочной команды и ответил:

— Ну, они все очень хороши. — неожиданно он с улыбкой добавил. — Бай Сивэнь – очень интересный человек.

Ло Чжэньтао сначала опешил, а затем повернулся и взглянул на молодого актёра, который пытался изучать сценарий Жун Сюя, и с одобрением вздохнул:

— Да, в кругу редко встретишь такого серьезного и трудолюбивого актёра. Помнится, когда Вы снимались в «Чёрных тучах», Сяо Сюй, Цинь Чэн очень редко читал сценарий? Кажется, у него просто очень хорошая память, и он и без того помнил все свои реплики?

Похоже, Жун Сюй не ожидал, что его агент упомянет имя Цинь Чэна. Через мгновение он вспомнил сцену, как они сидят с Цинь Чэном и изучают сценарий, произошедшую несколько дней назад. Он улыбнулся и тихо ответил:

— Да, Цинь Чэн очень талантливый человек, настоящий актёр. Но я не отношусь плохо к таким людям, как Бай Сивэнь, которые много работают. Люди, которые много работают, очень ценны.

***

Город В, столичный аэропорт.

Холодный статный мужчина готовился к посадке на самолет, когда вдруг чихнул.

Сюй Цзинь обернулся и с горечью и скорбью сказал:

— Простудились? Почему Вы так легко одеваетесь? Я же говорил, что сейчас ещё холодно! Когда вы участвовали в «Золотом Фениксе», я ведь говорил, что Вам нужно надеть нижнюю рубашку! Вы не послушали меня, и вот, посмотрите – простудились! Как Вы думаете, он смотрел Вашу прямую трансляцию?

Цинь Чэн посмотрел на него и равнодушно спросил:

— Ты доволен моей простудой?

Сюй Цзинь развел руками:

— Я этого не говорил.

Тонкие губы Цинь Чэна скривились:

— О, у меня простуда, и продвижение фильма задерживается. После того, как прибудешь в Соединенные Штаты, поговорили с Лю Дао. Быть может, он захочет поговорить с тобой.

Сюй Цзинь: «...»

— Вы не можете простудиться! Если съёмки задержатся, Лю Дао меня убьёт!!!

Его сердитый рёв постепенно затих в облаках, когда самолёт взлетел в небо и быстро исчез в чистом голубом небе.

***

Через три дня последняя актриса официально присоединились к съёмочной группе, и все члены команды «Затерянного города» прибыли на церемонию открытия фильма.

Глава 71 (Часть 1)

Состав у фильма «Затерянный город» подобрался очень мощный.

Главный герой – Жун  Сюй, «Чёрные тучи» с которым были  одним из самых популярных премьер за последний год; другой главный герой – Бай Сивэнь, сыгравший во многих крупных фильмах. Кассовые сборы этого фильма не могли быть плохими.

Вернувшаяся сегодня из США героиня Жэнь Шучжэнь, была знаменитой «Королевой музыки» Китая. У нее в арсенале было много популярных горячих танцевальных и рок-н-ролльных песен.

Она отлично пела и играла. Жэнь Шучжэнь сыграла в прошлом году в одном молодежном фильме о любви, кассовые сборы которого составили 600 миллионов. Таким образом, она согласилась сняться в этом «Затерянном городе» не глядя – если её кассовые сборы побьют новый рекорд, этого ей будет достаточно.

Жэнь Шучжэнь прибыла на место,  надвинув на глаза пару широких солнцезащитных очков, и приняла участие в церемонии запуска.

Когда церемония запуска закончилась, она начала приветствовать членов съёмочной группы. «Королева» обнимала буквально всех. Когда она подошла к Бай Сивэню, она с красными губами сказала:

— Тань Янсюань! Сюань Гэ! Пойдём, обнимемся! Это наше первое объятие в  чести встречи!

Бай Сивэнь напряжённо протянул руки и обнял пылкую актрису.

Жэнь Шучжэнь исполняла в фильме роль сестры седьмого погибшего. Её брат умер на глазах кучи людей. Она была очень взволнована и много общалась с Тань Янсюанем, а также принимала участие во многих полицейских расследованиях. Она – персонаж женского пола с самой драматической ролью в фильме, но в целом её экранного времени не набиралось и на двадцать минут, и её едва ли можно было назвать главной героиней.

Покончив с этими объятиями, Жэнь Шучжэнь подошла к Жун Сюю. Широкие солнцезащитные очки были надвинуты на лоб, длинные волнистые волосы волнами спадали на плечи, а яркие гламурные глаза внимательно разглядывали подростка перед собой.

Пока она смотрела на него, Жун Сюй тоже смотрел на неё с улыбкой, очень спокойной, без единого следа стеснения.

В следующее мгновение Жэнь Шучжэнь ободряюще улыбнулась и, не дожидаясь, когда он раскинет руки, сама заключила его в объятия:

— Ха-ха, я на самом деле обняла его! Пусть твои поклонники знают, что мне теперь можно завидовать.  — Жэнь Шучжэнь крепко держала его в объятиях и, казалось, не намеревалась отпускать.

Жун Сюй был слегка ошеломлён её поведением и почувствовал, как пышная грудь врезается в его тело.

Когда это объятие закончилось, Жэнь Шучжэнь сняла очки со лба и надвинула их обратно на глаза. Прежде, чем солнцезащитные очки полностью закрыли её красивые глаза, они вспыхнули завораживающим светом, и красные губы мягко изогнулись. Жэнь Шучжэнь тихо почесала ладонь.

Жун Сюй уже отошёл от шока, но всё же отступил на полшага назад. Он улыбнулся:

— Не шутите так.

Жэнь Шучжэнь невинно развела руками и низким голосом сказала:

— Я не шучу, но у меня хорошая репутация. Однако у меня никогда не было такого благотворительного мероприятия, как у тебя. Это действительно потрясающе.

Жун Сюй спокойно улыбнулся:

— Альбом, выпущенный Вами, Жэнь цзе, три месяца назад, уже продан на миллионы.

Жэнь Шучжэнь ухмыльнулась:

— Но ему не сравниться с твоими «Потерянными крыльями».

Сказав это, она внезапно наклонилась вперёд и, казалось, хотела придвинуться поближе к Жун Сюю. Но Жун Сюй немедленно отошёл в сторону, повернулся к актёру третьего плана и с улыбкой спросил:

— Помнится, вчера Ма Ци упоминал, что ему нравятся песни сестры Жэнь, верно?

Внезапно улыбка на лице Жэнь Шучжэнь стала немного натянутой, и она быстро отреагировала. Она уже знакомой всем улыбкой улыбнулась актёру и сказала:

— Я искренне польщена. Тебе понравилась моя песня? Никогда бы не подумала...

Хотя Жэнь Шучжэнь опоздала на съёмочную площадку, она ещё долго ходила кругами и обнималась с актёрами.

В отличие от реакции непостижимого Бай Сивэня,  Ма Ци ответил на её объятия крайне горячо. Когда она говорила с Жун Сюем, тот тоже ответил ей любовью. Казалось, она успела обойти уже всю команду…

Но больше всех остальных Жэнь Шучжэнь нравилось «беспокоить» Жун Жуна. Поскольку она только что прибыла в команду и пропустила в конференцию по обсуждению сценария, когда все подготовились к дневным съёмкам, она взяла свой сценарий и направилась к Жун Сюю. Подойдя поближе, она тихо произнесла:

— Жун Сюй, не мог бы ты кое-что мне объяснить? У тебя есть сценарий? Хотя моя роль очень проста, я не хотела бы никого задерживать... ну как, поможешь?

Жун Сюй в этот момент только закончил с гримом. Услышав это, он повернул голову и чуть не ослеп.

Жэнь Шучжэнь сняла свой пиджак и переоделась в обтягивающую футболку. Эту девушку отнюдь нельзя было назвать «плоской», а эта узенькая  футболка хорошо подчеркивала «выпуклости» её тела. Тонкая талия очень резко контрастировала с пышной грудью; цепочка с хрустальным кулоном  падала на ключицы. Сам кулон скрывался где-то в глубинах одежды, что выглядело завораживающе.

Большинство мужчин при виде этой картины не могли не почувствовать себя виновато.

Эта женщина была красива и гламурна,  да и к тому же была лучшей из всех актрис, которых он когда-либо встречал. Когда она говорила, то издавала очень необычный очаровательный носовой звук в конце фраз.

Однако взгляд Жун Сюя лишь вскользь пробежался по цепочке и задержался на красивом лице Жэнь Шучжэнь. Он спокойно улыбнулся и сказал:

— Хорошо. Но я собираюсь приступить к съёмкам, сестра Жэнь, поэтому, скорее всего, я  смогу помочь Вам очень недолго.

Глядя на ясные и спокойные глаза юноши, она вздохнула с облегчением и сразу же сказала:

— Это не имеет значения, если ты чему-нибудь научишь свою сестру.

Сказав это, она села рядом с ним. Хрустальная подвеска мягко покачнулась и провалилась в глубокое декольте.

Этот «урок», который продлился всего пять минут, вскоре был вынужденно окончен.

Юань позвал Жун Жуна обсудить детали съёмок первой сцены. Он вежливо выразил свои извинения Жэнь Шучжэнь, на что она лишь покачала головой. Но перед тем, как Жун Сюй успел отвернуться, она схватила свой хрустальный кулон, и её грудь покачнулась вверх-вниз.

Лишь когда Жун Сюй исчез в конце комнаты, она моргнула и отвернулась.

После того, как Жун Сюй вышел из комнаты, его помощница, Ло Вэй, немедленно подошла к нему и с негодованием сказала:

— Как эта Жэнь Шучжэнь может быть такой бессовестной?! Сяо Сюй, да она же Вас соблазняет! — Ло  Вэй была умна, поэтому, зная, что их могут услышать.  — Ее грудь касалась Вашей руки, Сяо Сюй!

— Её грудь касалась Вашей руки, Сяо Сюй!

Жун Сюй спокойно направлялся к Юань Дао, по пути тихо сказав своей помощнице:

— Ты неправильно всё поняла. Она просто приходила попросить у меня сценарий.

Ло Вэй была ошеломлена. Она подняла глаза на Жун Сюй, но увидела, что тот прищурился и беспомощно моргает. Ло Вэй сразу поняла, что он не в курсе, поэтому тяжело вздохнула и прошептала:

— Я слышала, что эта Жэнь Шучжэнь слишком неразборчива в связях. Она часто спит со звёздами своих фильмов прямо во время съёмок. К счастью, она певица, и снялась пока лишь в нескольких сериалах и фильмах, иначе, боюсь себе даже представить, со сколькими актёрами она бы уже переспала.

Жун Сюй не слышал таких слухов. Подумав об этом, он спросил:

— Помнится мне, несколько лет назад Дэн Ивэнь снимался вместе с Жэнь Шучжэнь?

Ло Вэй на мгновение удивилась, внезапно вспомнив:

— Да, и у них тоже был скандал. Должно быть, они переспали в том же году... В этом кругу есть такие люди, которые несмотря ни на что затащат красивого парня в постель…

Жун Сюй ничего на это не ответил.

Он был в индустрии развлечений много лет, и успел повидать таких «открытых» звёзд, однако большинство из них были мужчинами...

Обычно съёмки фильма занимали несколько месяцев, и многие звезды-мужчины не могли вынести долгого одиночества и начинали ухаживать за женщинами-коллегами. Оба одиноки, оба сходятся на фоне долгих съёмок, оба счастливы вместе в течение этих нескольких месяцев. Как только фильм заканчивается, такие «пары» обычно распадаются, но впоследствии эти люди могут остаться друзьями.

Жун Сюй не знал, чего хочет от него Жэнь Шучжэнь, но ему никогда не хотелось поучаствовать в чём-нибудь подобном.

Жун Сюй знал секреты этой индустрии.

Поговаривали, что голливудские актёры встречались с одной звездой. В конце концов, эта звезда прошла медицинский осмотр и неожиданно для себя обнаружила, что у неё СПИД. Из-за этой новости в больницы бросилось проверяться большое количество голливудских звёзд, и все тщательно это скрывали, боясь объявить такую новость во всеуслышание. Никто не знал, кто из звёзд ещё страдает от СПИДа, однако было доподлинно известно, что более десяти звёзд первой линии точно заразились!

Когда Жун Сюй с режиссёром обсудили детали съёмок, он вернулся в общую гостиную и увидел, что Жэнь Шучжэнь сидит рядом с Ма Ци и весело хихикает. Неизвестно, о чём они говорили, но Жэнь Шучжэнь уже буквально сидела на руках у Ма Ци, а его рука лежала на её тонкой талии.

Жун Сюй мельком посмотрел на этих голубков и отвёл взгляд. Ло Вэй широко раскрыла рот и пребывала в изумлении ещё довольно долго. Она тихо шепнула Жун Сюю на ухо:

— Это очень хорошо, Сяо Сюй, что она отстала от Вас ТАК скоро...

Услышав её слова, Жун Сюй с улыбкой спросил:

— А что в этом такого?

Ло Вэй быстро объяснила:

— Во всяком случае, она отвязалась от Вас, и это хорошо. Пусть кадрит себе бедного Ма Ци, хе-хе.

Жун Сюй покачал головой:

— Все мы – взрослые люди, и любовь между мужчинами и женщинами – это нормально. Не придавай им слишком большое значение.

Ло Вэй тут же закрыла рот на замок.

Жун Сюй считал, что это и вправду хорошо. Он с трудом и без радости терпел нападки Жэнь Шучжэнь, а теперь она вдруг сама переключилась на Ма Ци. Ма Ци, очевидно, тоже был не против, и даже если он и был удивлён такой скоростью, он понимал, что они не дети, и это простая физиологическая потребность. Если эти двое счастливы, тогда нечего к ним лезть любопытным.

Во второй половине дня съёмки были, в основном, у Бай Сивэня, но у Жун Сюя тоже была небольшая сцена.

Первой же сценой стала совместная сцена Жун Сюя и Бай Сивэня. Юань Дао специально выбрал эту сцену в качестве первой, чтобы получше познакомить друг с другом Жун Сюя и Бай Сивэня и улучшить молчаливое понимание между ними.

***

В это время сенсационная благотворительная акция, приуроченная к релизу «Потерянных крыльев», наконец-то подошла к концу.

Общая сумма собранных средств составила 5,63 миллиона!

Общее количество пожертвованных вещей было ещё больше. Один из фанатов подарил фонду целый склад, на котором хранилось множество одежды и книг.

Процесс сбора средств закончился. Затем поклонники Жун Сюя объединились, чтобы передать все эти вещи в горы, нуждающимся детям. Они вели прямые трансляции, чтобы все могли убедиться, что ни копейки из собранных средств не будет украдено.

Эти прямые трансляции были очень хорошо восприняты пользователями сети. За последние несколько месяцев число подписчиков Жен Сюя на Вэйбо взлетело до 16-ти миллионов человек (прибавилось почти 9 миллионов). По сравнению с другими популярными актёрами-новичками первой линии, он отставал по этому показателю в два или даже три раза.

Однако не стоит забывать, что он дебютировал не больше года назад.

Кроме того, во второй половине того же дня Чжао Чуюнь объявила о пожертвовании доходов с продаж  «Потерянных крыльев» и предоставила доказательства того, что в Фонд ЛинЮнь действительно поступили все эти деньги.

Хэштэг #БлаготворительныйФондЛинЮнь сразу же поднялся на второе место в топе поиска на Вэйбо.

***

Раннее утро.

На другой стороне океана.

Съёмочный день, наконец, подошёл к концу. Красивый элегантный мужчина искал посты с тэгом #БлаготворительностьЖунСюй, серьёзно глядя на экран своего смартфона. На его лице не было никакого выражения, но при этом он  был очень серьёзен. Он ничего не нашёл, как вдруг услышал, что кто-то подошёл к нему сзади:

— О, Жун Сюй? Я слышал это имя...

Цинь Чэн поднял голову и посмотрел на белокурого француза:

— Бертран, откуда Вы его знаете?

Его тон казался равнодушным, но уголки его губ незаметно приподнялись, выражая гордость.

Знамениты француз Бертран засмеялся и ответил:

— Цинь, ты этого не знаешь... Когда я расстался с ней позавчера, она сказала мне, что в её новом фильме с ней будет сниматься актёр – Жун Сюй. Она сказала, что он очень милый, и даже показала мне фотографии. Ох уж эта милая красивая восточная кукла...

Улыбка на губах мужчины застыла, и он со сдерживаемым спокойствием поинтересовался:

— Кто она?

Бертран без колебаний сказал:

— Жэнь Шучжэнь... У неё такое сложное имя. Позавчера в постели, она настояла, чтобы я произнёс её имя целиком. Мне пришлось долго практиковаться, прежде чем я, наконец, сумел его выговорить. Она кажется мне очень милой, да, мне определенно нравится эта изысканная восточная кукла.

Цинь Чэн:

— !!!..

Минуту спустя Жун Сюю, который готовился к съёмкам, неожиданно пришло текстовое сообщение.

Цинь Чэн:

«У меня есть ещё два дня, и я собираюсь посмотреть за твоими занятиями».

Жун Сюй был удивлён и даже не успел ответить на первое сообщение, как тут же получил второе:

«Нет, завтра я занят, а послезавтра я приеду и посмотрю... ну, то есть, это просьба моей матери…»

Жун Сюй сразу же ответил:

«Если Вы заняты завтра, как же Вы вылетите с США послезавтра? Цинь Чэн, лучше отдохните как следует. Я не привык, чтобы кто-то смотрел за моими занятиями».

Через 30 секунд ему пришло ещё одно сообщение от Цинь Чэна:

«Сегодня вечером я должен кое-что тебе сказать. Я позвоню... это кое-что очень личное, поэтому будет лучше, если в твоей комнате в это время никого не будет».

Жун Сюй:

—  ...

«Что, простите?!

У Жун Сюя не было времени спрашивать своего собеседника о том, что случилось, потому что его ждала работа.

Временно подавив разрастающееся чувство недоумения, Жун Сюй передала свой мобильный телефон Ло Вэй и шагнул в сторону студии. Перед тем как уйти, он немного подумал и торжественно сказал Ло Вэй:

— Какая бы информация не пришла на мой телефон, Сяо цзе, не смотри.

Ло Вэй мельком взглянула на телефон и сразу же положила его в небольшую сумочку, которую носила с собой, серьёзно ответив:

— Хорошо, Сяо Сюй, Вы можете быть уверены, я не буду трогать Ваш телефон!

Так, Жун Сюй с уверенностью направился на съёмки.

Зная характер Ло Вэй, если уж она дала гарантию, в ней не стоило сомневаться. Хотя Ло Вэй не знала код разблокировки его телефона, если бы ему пришло сообщение от кого-то, ей не нужно было бы разблокировать, чтобы увидеть уведомление на экране блокировки (по крайней мере, начало текста).

Жун Сюй не знал, что хотел сказать ему Цинь Чэн... Если это «личные вещи», то их, в любом случае, нельзя было сообщать другим.

Ло Чжэньтао не рассказал Ло Вэй  о том, что Жун Сюй и Цинь Чэн живут вместе. Такого рода вещи не должны знать много людей, ведь если эта информация всплывет где-то, это вызовет у обоих мужчин немало проблем.

При мысли об этом, ноги юноши вдруг были слегка подкосились, а в голове возникла мысль: «Я должен купить дом и переехать?»

Эта мысль беспокоила его лишь мгновение. Он осторожно приподнял уголки губ в беспомощной улыбке.

В общем, сейчас он вынужден был отодвинуть этот вопрос на второй план.

Съемочная группа «Затерянного Города» снимала первую сцену в студии Города кино и телевидения Сяншань. Группа по реквизиту уже установила на площадке всё необходимое полтора месяца назад, а недавно установила ещё и реквизит и на улице. В конце концов, это была современная драма, и больших трудностей с макетами возникнуть не могло. Первая сцена рассказывала о Тань Янсюане, который нашёл своего одногруппника в колледже. Естественно, речь шла о Сюэ Цзячжэ, который в это время по сюжету проводил занятие.

Заместитель режиссёра нашел более 50 статистов на роль студентов Сюэ Цзячжэ.

Эти статисты ждали возможности трудоустройства каждый день, находясь неподалёку от Сяншаня. Они уже не волновались, когда видели звёзд вживую. Очевидно, что лишь немногие из них были в этом деле новичками. Они не могли не проявлять любопытство и взволнованно подбегали к Бо Сивэню и Жэнь Шучжэнь за автографом и совместным селфи на память.

Жун Сюй был в этой индустрии всего год, и большинство этих статистов были старше и «опытнее» его. Однако эта индустрия жестока. Многие люди мечтают стать знаменитыми,  но у них нет для этого ни «милого личика», ни актёрского таланта. Для начала они могут стать статистами и стараться улучшать свои актёрские навыки. Что с ними будет дальше – неизвестно.

Жэнь Шучжэнь раздала только два автографа, а потом нетерпеливо улыбнулась и позволила своей помощнице отправить новичков на площадку. Бай Сивэнь дал автограф каждому из желающих, но делал это с пустым выражением лица.

Жэнь Шучжэнь издалека взглянула на двух главных героев фильма, ухмыльнулась и сказала своей помощнице:

— Он хорошо выглядит, я тоже. Отношения между нами тоже могли бы быть хорошими, если бы он не избегал меня…

Её помощница улыбнулась и сказала:

— Сестра Жэнь, он просто ничего не  понимает. У него есть альбом «Потерянные крылья». Разве это не билет в мир музыки для него? Если у него будут с Вами хорошие отношения, он получит от этого только пользу. Никакого вреда.

Жэнь Шучжэнь не согласилась.

— Вы так переживаете из-за него? — помощница внезапно остановилась.

Жэнь Шучжэнь изогнула в улыбке свои красные губы и задумчиво провела пальцем по своему гламурному лицу. Её глаза безостановочно смотрели на тело Жун Сюя. Она сказала, вкладывая в слова глубокий смысл:

— Это мой любимый типаж… По сравнению с ним, Мацзы просто никуда не годится...

Жун Сюй заметил на себе взгляд Жэнь Шучжэнь и взглянул на неё, обнажив лёгкую улыбку.

Жэнь Шучжэнь тут же помахала ему, подмигнула и жестом поднесла руку к сердцу.

Однако в этот момент группа по освещению и операторы сообщили, что всё готово к съёмкам. Все расселись по своим местам. Юань Дао обсудил с Жун Сюем и Бай Сивэнем некоторые детали предстоящей сцены, а затем уселся на своё кресло и поднял руку:

— Мотор!

В одно мгновение все присутствующие в студии затихли.

Яркие огни освещали кабинет, а статисты за партами перешёптывались, хихикая и переглядываясь. Казалось, будто вы действительно попали в кабинет колледжа. Восемь камер снимали эту сцену со всех сторон, пока из коридора за дверью не послышались слабые шаги.

Звук был тихий и медленный, и если внимательно прислушаться, то можно было заметить, что интервал между шагами всегда был одинаковый!

Когда дверь хлопнула, в классе уже было тихо; все смотрели на вошедшего человека, сразу же почувствовав некоторую скованность при виде него. На мужчине был светлый костюм, а в правой руке он держал тонкий ноутбук.

Обтягивающие брюки подчёркивали его длинные прямые ноги. Шаг за шагом он шёл к трибуне, а затем положил на неё свой журнал и окинул взглядом группу студентов. Его волосы были уложены гелем для волос, и нигде не торчало ни единого волоска.  Казалось, будто у этого человека обсессивно-компульсивное расстройство. Его одежда была безупречно выглажена, а на глазах красовались серебристые очки. Губы был были слегка угрюмы, а глаза – безразличны.

Тем временем никто из зрителей не осмеливался заговорить. Ближайший к нему актёр-статист невольно открыл перед собой книгу и с серьёзным видом уставился вниз.

Мощная аура человека в светлом костюме распространилась по студии в одно мгновение, и Ло Вэй взяла в руки полотенце с термосом, уставившись на него. Она не могла закрыть рот, раскрывшийся от удивления. Она хотела взять свой телефон и сфотографировать его, но быстро отказалась от этой идеи.

Неподалёку Жэнь Шучжэнь передала чашку своей помощнице и бездумно сделала несколько шагов вперёд, заворожено глядя перед собой.

В этот момент холодный голос прокатился по огромной аудитории:

— Кто вы по знаку зодиака?

Одно его слово внезапно нарушило волшебную атмосферу тишины. Юань Дао сидел и смотрел на все восемь своих мониторов. Жэнь Шучжэнь подошла к краю площадки, остановившись неподалёку от Ло Вэй, и с серьёзным видом наблюдала за Жун Сюем в центре студии.

Никто не ожидал, что как только Жун Сюй начнёт играть, он моментально перевоплотится в другого человека.

Когда Юань Дао решил пригласить Жун Сюя на роль Сюэ Цзячжэ, сценаристы и продюсеры фильма были против этой затеи.

«Жун Сюй ещё слишком молод, у него маленький опыт в съёмках. Сюэ Цзячжэ – главный герой фильма – 27-летний молодой доцент колледжа. Это замкнутый человек с холодной наружностью, но при этом обладающий выдающимся умом и мудростью. Жун Сюй не сможет воплотить в себе две эти стороны Сюэ Цзячжэ. Он просто будет играть университетского профессора!»

Тем не менее, Юань Дао отвечал за выбор актёров, поэтому он всё же решил отправить сценарий Жун Сюю.

Когда ему нанесли пробный грим несколько дней назад, в объективе Жун Жун показал хорошую производительность и хороший эффект моделирования, что очень порадовало и сценариста, и продюсера. Но до недавнего времени продюсеры то и дело шептали режиссёру Юаню на ухо:

«Если он не справляется, у нас ещё есть время заменить его на другого актёра».

Тем не менее, в настоящее время вся команда буквально заворожено наблюдала за игрой Жун Сюя.

Статный и элегантный, казалось, никому неподвластный, красивый Жун Сюй… Сейчас он совсем не походил на восемнадцатилетнего новичка. Его движения руками и ногами были глубокими и интровертными, и даже в выражении лица, казалось, появились тонкие изменения, присущие более зрелому человеку.

После его слов многие ученики неуверенно подняли руки. Как и было указано в сценарии, Сюэ Цзячжэ выбрал из группы робкую девушку, сидевшую на нижнем ряду. Последняя неосознанно встала с места и слабо вздохнула:

— Кто Вы по знаку зодиака?

Студентка посмотрела на Жун Сюя так, словно её застигли врасплох. Она выглядела в точности как маленькая девочка, которая боялась заговорить с преподавателем. Она не знала, что происходит. Она просто, как заколдованная, слушала Жун Сюя и следила за каждым его движением. Она прошептала:

— Сюэ... Профессор Сюэ, я Стрелец.

— Стрелец? — молодой профессор протянул руку и надвинул очки на переносицу. — Вы любите привлекать к себе внимание других, и часто придираетесь к себе. Внешне Вы веселая и оптимистичная, но иногда вы чувствуете себя так одиноко, словно никто в этом мире не может Вас понять. Идеал нереален, Вы сами это знаете, но иногда Вас вдруг одолевает желание достичь его.

Глаза студентки расширились, и она закивала:

— Да! Профессор, Вы тоже изучаете созвездия?

Не отвечая на вопрос студентки, Сюэ Цзячжэ повернулся и посмотрел на другую студентку рядом с ней:

— А Вы кто по знаку зодиака?

Класс сразу же вскипел.

Профессор на самом деле будет говорить со студентами о знаках зодиака! И к тому же такой красивый профессор!

В этот момент задняя дверь классной комнаты тихо отворилась, и в кабинет вошёл молодой полицейский в чёрном пиджаке. Он просто уселся в кресло и стал слушать холодный голос преподавателя:

— Третий ряд, третья парта, парень в чёрным пиджаке и синих джинсах, с нерасчёсанными волосами... какой у Вас знак зодиака?

Тань Янсюань, который только что вошёл в аудиторию, сразу же рассмеялся и сказал Сюэ Цзячжэ:

— Учитель, я не верю в гороскопы.

Сюэ Цзячжэ прищурился:

— Кто Вы по знаку зодиака?

Тань Янсюань засмеялся и ответил:

— Я – Рак.

Сюэ Цзячжэ посмотрел на него глубоким взглядом. После долгого времени молчания, он спокойно ответил:

— Вы думаете, что у каждого могут быть свои секреты, и не слишком откровенничаете с другими. Вы знаете, что у вас есть некоторые недостатки, но знаете, как их исправить...

Через некоторое время Тань Янсюань улыбнулся и сказал:

— Учитель, Вы правы, это похоже на меня.

Студенты в классе стали перешёптываться более интенсивно. Время от времени они спрашивали:

— Профессор, а Вам нравятся гороскопы?

Но Сюэ Цзячжэ не отвечал на их вопросы до самого конца. После того, как он закончил с последним студентом, он замолчал и окинул взглядом всех присутствующих в аудитории. Минуту спустя он небрежно сказал:

— Для меня это просто чепуха.

— Ах?!!!  — студенты были раздосадованы. Все расстроились, кроме молодого полицейского, который сидел сзади с лицом «я знаю».

В этот момент прозвенел звонок, и молодой красивый профессор прошептал:

— Этот урок посвящен Эффекту Барнума. На следующий урок вы должны написать самостоятельную работу. Каждый из вас напишет, что он думает об Эффекте Барнума... Эссе длиной не меньше тысячи слов.

— Но профессор!!!

Как будто не слыша скорби в голосах студентов, Сюэ Цзячжэ вышел из класса, прихватив свой ноутбук. Как только он вышел за дверь, его внезапно отвёл в сторону молодой полицейский.

Сюэ Цзячжэ приподнял бровь и слабо улыбнулся, глядя на него:

— Чего же это ученик забыл в нашем колледже?

Тань Янсюань, не колеблясь, спросил:

— Итак, если я хочу попросить учителя об одолжении, чем я могу ему отплатить?

— Что за дело?

Улыбка расплылась по лицу Тань Янсюаня:

— Дело о серийном убийстве. Сюэ гэ, брат, ты можешь спасти меня.

Улыбка на губах Сюэ Цзячжэ стала немного заметнее. Не было в мире такой вещи, которая вынудила бы этого человека примчаться в этот класс, когда о должен быть за тысячу миль отсюда:

— Спасти тебя? Он хочет тебя убить? Убийцы угрожают твоей жизни ежедневно. Боксёр в 18 лет, национальный чемпион в 20 лет, «Ядовитые скорпионы» в 23 года и 16 малолетних бандитов в 25 лет...

— Почему ты помнишь мою биографию лучше меня?

Сюэ Цзячжэ повернулся и зашагал прочь:

— Потому что умные люди могут запомнить такие маленькие детали.

Тань Янсюань сразу же последовал за ним и зацепился за его последнюю фразу:

— Сюэ Цзячжэ! Ты ясно сказал, что считаешь меня глупым? Ну вот, прошёл год, и вот так ты обращаешься со своим старым однокурсником, своим старым другом, да?! Куда ты идёшь...

Две фигуры постепенно исчезли в конце коридора. Когда спина Бай Сивэня пропала из виду вслед за Жун Сюем, Юань Дао крикнул «Снято!», и этот длинный дубль, наконец, закончился.

То, что режиссёр не побоялся использовать для первой же сцены такой длинный дубль, говорило о том, что Юань был очень смелым и необычным человеком.

В этом коротком фрагменте в полной мере было показано всё: и безразличие Сюэ Цзячжэ, и отношения старых однокурсников, и настойчивость и прямолинейность Тань Янсюаня.

Хотя такие групповые съёмки носили весьма общий характер, даже если актёрам специально выделяли по несколько строк, двум главным звёздам картины всё же удалось неплохо раскрыть своих персонажей.

Пересмотрев видео ещё раз, Юань Дао на мгновение задумался:

— Кадры игры с группой нужно будет переснять!

В этот момент Жун Сюй и Бай Сивэнь вышли из коридора. Услышав это, Жун Сюй улыбнулся Бай Сивэню. Даже под очками это лицо, принадлежащее Жун Сюю и Сюэ Цзячжэ, было весьма выдающимся. Ослепительно прекрасное лицо.

Бай Сивэнь посмотрел на него. Через мгновение он кивнул в сторону комнаты и сразу же ушёл. Как он может быть таким красивым?

Увидев это, Жун Сюй приподнял бровь. Ло Вэй, только что подошедшая к нему, как-то странно произнесла:

— Бай Сивэнь... кажется мне странным… Как он так внезапно стал таким застенчивым? Под камерами он был такой смелый…

Жун Сюй взял стакан и сделал глоток воды. Он улыбнулся и сказал:

— Как думаешь, он сильно изменился?

Ло Вэй кивнула.

Жун Сюй сказал:

— Это показывает, насколько хороша его актерская игра. Юань Дао выбрал его, и это не лишено смысла. Если он смог стать главным героем этого фильма, значит, на то есть причина.

Сказав это, он бросил взгляд на спину Бай Сивэня, а затем быстро отвёл глаза и пошел готовиться к следующей сцене. И он, естественно, не заметил, что со стороны площадки на него всё это время смотрели хитрые глаза, полные любопытства.

Потирая свои красные губы, женщина шептала про себя: «Терпи, терпи...»

В первый день съёмки заканчивались только в 8 часов вечера, поэтому после дневных съёмок всех отпустили отдохнуть, чтобы на свежую голову вернуться к долгой работе после обеда.

Получив текстовое сообщение от Цинь Чэна во второй половине дня, Жун Сюй не ответил на него, и Цинь Чэн не стал писать ему ещё раз.

Поначалу Жун Сюй просто подшучивал над этой ситуацией. Ведь Цинь Чэн снимал фильм в 4 или 5 утра, но не отдыхал, а сразу связался с ним? Это было очень странно, поэтому, вернувшись в отель, он просто отправил ему сообщение «я возвращаюсь в номер» и пошёл принимать ванну.

Однако как только он закончил мыть голову, у него вдруг зазвонил телефон. Он был так удивлён, что сразу же протянул руку и поднял телефон с раковины:

— Цинь Чэн?

Когда юноша нажал на кнопку ответа, человек на другом конце провода услышал шум воды. Видеосвязь имела задержку в несколько секунд. Когда внезапно появилось изображение, оба были в шоке.

Жун Сюй отвечал на звонок в спешке и поэтому не заметил, что собеседник звонит ему по видеосвязи. А Цинь Чэн был в ещё большем шоке: он увидел голую верхнюю половину туловища юноши!

Вода медленно капала с мокрых волос, скользя по красивым чертам лица, по хрупкой ключице, словно ручей, протекала через светлую грудь, вдоль тонкой красивой талии, скрываясь где-то в  невидимой Цинь Чэну нижней части его тела.

Цинь Чэн:

— !!!

Белая нефритовая кожа и крошечные розовые выпуклости на груди молодого человека вынудили Цинь Чэна немедленно отвернуться, но в следующий момент он молча повернул голову назад.

Но в этот момент свой ход сделал Жун Сюй:

— ...

Он направил камеру телефона на потолок, подложил под него груду одежды и включил громкую связь.

Между моментами сменяющихся изображений Цинь Чэн один раз широко раскрыл глаза, когда на экране мелькнуло что-то интересное. Но картинка сменялась слишком быстро. У него не было времени, чтобы хоть что-то разглядеть. Когда он посмотрел на экран снова, то увидел только потолок и часть стеклянных раздвижных дверей.

В ванной стояла тишина; только капающая вода нарушала её.

Цинь Чэн внимательно посмотрел на экран. Когда он убедился, что видит только потолок и стеклянную дверь, он пожалел об этом. Слегка туповатым голосом он спросил:

— Ты... принимаешь душ?

Жун Сюй молча взял мыло, выполнил последнюю процедуру и тихо ответил:

— Да. — через некоторое время он добавил. — Я не ожидал, что Вы позвоните по видеосвязи. У Вас что-то срочное?

Звук мыла был настолько неловким, что Цинь Чэн слегка побледнел и ответил, пытаясь сделать свой тон как можно более небрежным:

— Я хочу тебе кое-что сказать. У тебя в номере нет других людей?

Когда он услышал это предложение, в голове Жун Сюя всплыло текстовое сообщение, пришедшее во второй половине дня.

«Что у него такого личного, что Цинь Чэн без конца подчеркивает, что НИКТО другой не может присутствовать при этом разговоре?»

Он не мог не почувствовать себя глупо, но и не мог не обращать на это внимания. Мыло неожиданно выскользнуло из его руки. Он удивлённо расширил глаза и хотел быстро поймать его, но не смог удержаться, наступил на скользкое мыло, и громко шлёпнулся на бок.

*Бум*

— Жун Сюй! — раздался торопливый голос мужчины, но у Цинь Чэна не было времени на то, чтобы успеть как следует побеспокоиться о нём. Внезапно он увидел руку, опершуюся на стеклянные раздвижные двери душевой. В одно мгновение, обнажённая верхняя часть тела юноши снова появилась в кадре. На этот раз он выглядел немного смущённо, и черные волосы небрежно ниспадали на его щеки. Похоже, он ухватился руками за дверь, едва избежав падения.

Эта картина была очень красивой и шокирующей; такая его красота была еще более ослепительна. На нежном симпатичном лице юноши всё ещё красовался обворожительный румянец.

Слегка прокашлявшись, Жун Сюй покачал головой:

— Ерунда...

Цинь Чэн, который немигающим взглядом смотрел на экран своего телефона:

— Да, ерунда... просто прекрасно.

Жун Сюй выпрямился, продолжая держаться за раздвижную дверь, и, наконец, окончательно выпрямился, стойко встав на ноги. Он аккуратно поднял мыло и положил его обратно в мыльницу. Затем снова включил душ и начал смывать с себя пену.

Итак, на данный момент экран мобильного телефона Цинь Чэна был разделён на две половины, одна из которых демонстрировала потолок, а другая – грудь юноши. Время от времени, в кадр попадало что-то розовое. Цинь Чэн молчал, слушая шум воды. Он просто молча смотрел на голого Жун Сюя, перестав соблюдать всякие меры предосторожности.

Из динамика сквозь шум воды донёсся голос Жун Сюя:

— Подождите, я скоро вернусь.

Цинь Чэн:

— Гм…

Понаблюдав за ним с полминуты, он нашёл своё поведение слишком бесстыдным и молча отвернулся от экрана. Но уже через несколько секунд он снова невольно повернул голову и продолжил пялиться на изображение юноши, которое было очень уж отчётливым!

Видеозвонок продолжался, а юноша на экране всё ещё не был готов.

Это была предпоследняя ночь, после которой Цинь Чэн собирался вернуться из Соединенных Штатов. У него сейчас было всего 8:30 вечера – ночь только начиналась.

Это потрясающее представление продолжалось всего три минуты, после чего прекратилось.

Жун Сюй протянул руку и взял одежду, которая лежала под мобильным телефоном. Без опоры в виде одежды телефон остался лежать на гладкой раковине. Внезапно картинка на экране на другой стороне океана снова сменилась…  на белый потолок.

Цинь Чэн:

— ...

Жун Сюй быстро оделся и вытер волосы. Когда он привёл себя в порядок, он поднял с раковины свой телефон и увидел, что Цинь Чэн спокойно читает свой сценарий. Казалось, будто он вовсе не смотрел на телефон.

Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Я в порядке. Цинь Чэн, что Вы хотели сказать мне сегодня вечером?

Услышав голос Жун Сюя, мужчина отложил в сторону сценарий, по которому он уже в сотый раз пробегался пустым бездумным взглядом, и посмотрел на экран смартфона. Он увидел широкий экран, на котором красивый юноша с белой кожей вытирал волосы и порозовевшие щёки белым полотенцем. Глаза у него были чёрными и очень яркими.

Цинь Чэн слабо улыбнулся и спокойно спросил:

— Больно?

Не замечая, что мужчина проигнорировал его вопрос, Жун Сюй с улыбкой ответил:

— Ничего, сущий пустяк.

Цинь Чэн продолжил:

— Помнится мне, недалеко от Сяншаня есть больница. Если у тебя есть какие-то травмы, можешь пойти туда и обследоваться. Церемония запуска «Затерянного города» сегодня?

Жун Сюй взял телефон и пошёл с ним в спальню. Он кивнул и ответил:

— Да, сегодня.

— Там есть актёры, которых я знаю?

Жун Сюй положил телефон на кровать, наклонился в поисках пластыря и, подумав, ответил:

— Которых Вы знаете? Ну… не знаю. Вы знаете Бай Сивэня... О, и Жэнь Шучжэнь тоже. Да, ещё Ма Ци.

Круг развлечений внешне казался гармоничным, но внутри него имелись строгие классовые расслоения: мелкие звёзды, большие звёзды... Например, Цинь Чэн, который никогда не снимался в сериалах, определённо являлся большой звездой индустрии, который мог общаться, например, с не менее известной Ся Муйян.

На любой церемонии награждения они появлялись последними, и считались финальными, самыми громкими звёздами.

Конечно, есть такие популярные люди с громкими именами, появление которых сознательно откладывают до последнего, дабы произвести фурор на зрителей. Но на самом деле другой вид звёзд – более мелкие звезды – тоже недалеко от этого ушли. Например, тот же Жун Сюй был в топе всех новостей в течение трёх дней, однако его отнюдь нельзя было назвать более знаменитым, чем Ся Муйян и Цинь Чэн.

Не превращая свою популярность в выдающиеся работы и награды, нельзя стать настоящей звездой.

Некоторое время спустя Жун Сюй нашел в прикроватной тумбочке пластырь. Он оторвал защитный слой и осторожно приклеил его на указательный палец правой руки. Хотя кожа содралась совсем немного, и кровотечения не было, от попадания на рану воды Жун Сюй чувствовал слабую боль.

В этот момент раздался низкий и спокойный голос мужчины:

— Я знаю Жэнь Шучжэнь.

Жун Сюй обернулся, чтобы посмотреть на экран телефона, и спросил:

— Вы её знаете?

— Жэнь Шучжэнь популярна в определённых кругах, но её можно рассматривать только как немного популярную певицу. В ХуаСя певицы её ранга занимают от силы пятую линию.

Цинь Чэнь сидел, положив руку на руку. Его взгляд был безразличным, а тон казался мягким, но каждое его слово произносилось крайне серьёзным голосом:

— Репутация у Жэнь Шучжэнь в кругу не очень хорошая. Обрати внимание на этот момент. — сделав паузу, Цинь Чэн добавил. — Если мать узнает, что ты с ней общаешься, у меня могут быть большие неприятности.

Жун Сюй сразу же понял, что ему пытаются сказать. Он улыбнулся и приготовился было рассказать собеседнику о том, что произошло сегодня на съёмках, как вдруг раздался стук в дверь.

Жун Сюй тихо сказал Цинь Чэну:

— Пойду посмотрю, кто там. Может быть, это сестра Ло.

Цинь Чэн мягко махнул рукой, продолжив смотреть на свой сценарий. Жун Сюй встал с кровати и подошёл к двери.

Услышав звук открывающейся двери, мужчина продолжал скучающим взглядом смотреть на свой сценарий, но вдруг… из динамиков его телефона раздался удивлённый голос юноши:

— Мисс Жэнь?!

«!!!»

Сценарий полетел в угол дивана, а Цинь Чэн тут же повернул голову, напряжённо уставившись прямо на экран телефона.

Жаль, что юноша бросил телефон на кровать и не взял его с собой. Поэтому Цинь мог видеть только всё тот же злосчастный потолок. На другом конце провода всё ещё отчётливо был слышен голос юноши, звучащий сдержанно, но со слабой улыбкой:

— Мисс Жэнь, в чём дело?

В ответ раздался мягкий женский голос:

— Ах, Жун Жун, у меня завтра съёмки первой сцены, а я ничего не понимаю... Ты можешь мне помочь?

Цинь Чэн:

— !!!

«Жун Жун?! Ты смеешь называть его Жун Жун???!!!»

Жун Сюй тихим голосом ответил:

— Сегодня уже немного поздно… давайте мы с Вами разберём сценарий завтра утром?

В голосе Жэнь Шучжэнь слышали нотки обиды:

— Но я боюсь, что завтра будет слишком поздно...

Цинь Чэн:

«!!!»

«Не много ли ты хочешь???!!!»

Некоторое время телефон молчал, после чего, наконец, раздался несколько беспомощный голос юноши:

— Мисс Жэнь, сегодня уже поздно… Если одинокий мужчина и женщина будут изучать сценарий в одном номере, я боюсь...

Смысл его слов был очевиден. Жун Сюй пытался намекнуть настойчивой женщине, что, если их поймают папарацци, дело будет плохо.

Кто же мог ожидать, что в ответ эта женщина лишь улыбнётся:

— Ерунда, это не имеет значения. Давай уже изучим сценарий.

Цинь Чэн:

— !!!

Хотя он не мог видеть выражения лиц этих двоих, мужчина постепенно приподнимал бровь. Видя, что Жун Сюй долго не отвечает, Цинь Чэн поджал свои тонкие губы, громко бросил сценарий на стол и демонстративно прокашлялся.

Стоявшая в дверях комнаты Жэнь Шучжэнь услышала этот голос и уставилась на Жун Сюя. Через некоторое время улыбка на её лице стала жесткой, и она натянуто спросила:

— Ты кому-то звонишь?

Глаза юноши лукаво сверкнули, и он беспечно ответил:

— Ну, я разговариваю с родными.

Жэнь Шучжэнь:

— ...

То, как она ворвалась в его номер и приставала к нему, на самом деле слышали его родственники???!!!

Жэнь Шучжэнь не знала, звонил ли Жун Сюй родителям или каким-то другим родственникам. Но то, что их разговор подслушали третьи лица, да ещё и родственники этого парня... было несколько стыдно.

Жэнь Шучжэнь и Жун Сюй быстро сказали друг другу пару слов на прощание и на какое-то время вышли из комнаты. Перед тем как уйти, Жэнь взглянула на Жун Жуна и помахала перед ним сценарием:

— Поговорим позже... о сценарии.

Жун Сюй слегка приподнял бровь, не став спорить, улыбнулся и кивнул ей на прощание.

Наконец, Жэнь Шучжэнь неохотно покинула номер Жун Сюя, и он закрыл за ней дверь. Перед тем как лечь обратно в постель, он услышал низкий магнитный голос мужчины:

— Она хотела поговорить совсем не о сценарии.

Жун Жун взял телефон, лёг на кровать и улыбнулся:

— Я знаю.

Цинь Чэн с облегчением вздохнул, услышав в комнате юноши только один голос, и улыбнулся:

— Может быть, сегодня вечером она и правда хотела лишь «обсудить сценарий», но когда она вернётся завтра, послезавтра… возможно, речь будет уже совсем не о сценарии... Никто не будет изучать сценарий среди ночи. Специально приходить ночью в чужой номер ради «сценария». Говоря «сценарий», она явно подразумевает совсем другие вещи.

Далее Жун Сюй рассказал ему всё, что предпринимала Жэнь Шучжэнь в течение этого дня. В конце рассказа он поморщил брови и смущенно добавил:

— Сестра Ло Цзе сказала, что ей действительно нравится… делать «такие вещи» с коллегами по фильмам... Но я всегда считал, что для «таких вещей» нужны чувства. О каких чувствах может быть речь, если только сегодня днём она выходила из номера Ма Ци, а уже вечером заявилась в мой номер?

Цинь Чэн:

— ...

То есть если она вдруг  захочет Ма Ци или кого-то другого, она также заявится на порог его номера со сценарием наперевес!

Оставив без ответа последний вопрос Жун Сюя, Цинь Чэн быстро сменил тему, заговорив о съёмках. Потом Жун Сюй рассказывал ему о том, что хотел бы завести кошку. Так они договорили до 11 часов вечера. Цинь Чэнь уже собирался сворачиваться, когда Жун Жун вдруг вспомнил:

— Да, кстати, о чём Вы собирались со мной поговорить?

Цинь Чэн спокойно ответил:

— Я забыл.

Жун Сюй:

— ...

Глядя на безразличное и спокойное лицо мужчины, Жун Сюй медленно скривил губы, и вдруг в его голове мелькнула одна мысль... Он улыбнулся и посмотрел на лицо мужчины на экране. Он увидел, что Цинь Чэн уже надел пиджак и, похоже, собирался выходить на улицу.

— Этот тёмно-синий галстук Вам больше подойдёт.

Рука Цинь Чэна, завязывавшая тёмно-красный галстук, внезапно застыла в воздухе. Он повернулся, чтобы посмотреть на свой телефон, и увидел красивые нежные губы, смеющиеся в камеру. Улыбающийся юноша серьёзно добавил:

— Этот галстук очень хорош; он Вам идёт.

Цинь Чэн молча отложил красный галстук в сторону, затем взял тёмно-синий галстук и надел его.

Когда он покончил с этим, юноша кивнул и с улыбкой похвалил:

— Очень красиво.

Цинь Чэн:

— Гм…

Улыбка на губах юноши стала ещё ослепительнее:

— Спокойной ночи?

— Спокойной ночи…

Незадолго до того, как повесить трубку, юноша с улыбкой добавил:

— Правда, в нём Вы очень красивы.

Кончики ушей Цинь Чэна слегка покраснели:

— Гм...

***

В итоге, этот видеозвонок за границу занял три часа. Цинь Чэнь положил телефон в карман своего костюма и молча подошел к зеркалу, внимательно глядя на тёмно-синий галстук. Он прищурился и выглядел равнодушным минуту, две минуты ...

В этот момент из-за двери донёсся голос Сюй Цзиня:

— Как это он ещё не вышел? После полудня же финальное шоу, я же специально об этом договорился! Разве вчера он не просил меня о скорейшем возвращении в страну? Почему он всё ещё не вышел?!

Мужчина немедленно отвёл взгляд от своего отражения и шагнул, чтобы открыть дверь.

Не ожидая, что дверь внезапно откроется, Сюй Цзинь захлопал ресницами, как вдруг его взгляд упал на синий галстук мужчины:

— Э… разве вчера, когда мы выбирали костюм на шоу, Вы не сказали, что глубокий красный смотрится лучше? Почему Вы в итоге выбрали синий?

Цинь Чэн не удостоил его взглядом:

— Ты неправильно запомнил. Синий лучше.

Сюй Цзинь:

— Вы, что, совсем?..

Цинь Чэнь остановился и всё так же безразлично смерил Сюй Цзиня взглядом, а затем вышел за дверь.

Сюй Цзинь:

— ...

«Этот день действительно никогда не закончится!!!»

***

В то же время в Китае, на другом краю Земли.

В полночь 23 мая стартовали сразу три церемонии вручений премий, посвящённых телевизионным сериалам. В то же время был объявлен список номинаций на этот год. Этот список включал в себя все сериалы, показанные в прошлом году как на телеканалах Китая, так и на крупных видео-сайтах онлайн. Каждая из технических премий имела восемь номинаций, и у каждой были свои награды.

Среди всех номинантов на награды главным победителем стал сериал Чжоу Да «Западня», вышедший на экраны в ноябре прошлого года. Большим победителем также стал и сериал с самыми высокими рейтингами в прошлом году, «Борьба за превосходство».

Когда Жун Сюй проснулся и включил телефон, он получил просто уйму сообщений с поздравлениями.

Ло Чжэньтао: «Сяо Сюй, поздравляю! Хо Си номинирован на «Лучшую мужскую роль» в премии «Пион», а ВаньЦи Яо – на «Лучшую мужскую роль» в премии «Золотой колокол». Вы также номинированы на «Лучшего новичка» в премиях «Пион» и «Взлёт»!

В этом мире кинопремии всегда были очень зрелищными. Но тот факт, что сразу три главных премии в области телевизионных сериалов шли одновременно, был весьма странным. В июне каждого года Премия «Пион» публиковала свои результаты первой, а уже за ней следовали Премия «Взлёт» и, наконец, премия «Золотой Колокол».

В «Пионе» право выбора оставалось за зрителями, и уже в последнюю очередь учитывалось мнение профессионалов. Премия «Взлёт» же всесторонне подходила к изучению мнений и голосованию зрителей. Премия «Золотой колокол» была среди этих трёх самой профессиональной, и результаты голосования зрителей засчитывались как один единственный голос. Основное внимание уделялось оценке экспертного жюри.

Но в любом случае, эти три премии являлись самыми важными теле-премиями Китая. Когда был объявлен их список номинаций, не было никаких сомнений, что «Борьба за превосходство» и «Западня» станут главными победителями по итогам прошедшего года.

По результатам премии «Пион», «БзП» выиграла в тринадцати номинациях, а «Западня» – в десяти.

В премии «Взлёт», «БзП» выиграла в девяти номинациях, а «Западня» – в пяти.

В премии «Золотой колокол» «БзП» выиграл в семи номинациях, а «Западня» – в четырёх!

Хотя в самой профессиональной премии «Золотой колокол» преимущества этих двух сериалов уже были не так очевидны, как в премиях «Пион» и «Взлёт», они всё равно сильно опережали другие заявленные телесериалы. Особенно «БзП», который был номинирован буквально на все возможные награды: Лучший режиссер, Лучший сериал, Лучшая женская роль, Лучшая мужская роль!..

Даже актёр «номер четыре» смог получить премию «Золотой колокол» в номинации «Лучший актёр второго плана»!

«Номинация «Лучший актёр» премии «Золотой колокол»!!! Ах, ах, эта номинация – моя любовь! Он самый лучший!»

«#ВаньЦи_Яо. Я целыми днями публиковала посты с этим тегом, и уже хочу отоспаться!»

«Я определенно не смогу уснуть после такого xD»

«Эй, вообще-то он мой! И заслуга это моя! Я голосовала за двух человек, и оба они победили… в номинации лучший новичок! Ах, ах, ах, Хо Си так прекрасен, и ВаньЦи ЯО, мой любимый Яо... они замечательные, они лучшие! #ВаньЦи_Яо»

Успех «БзП» и «Западни» также означал и успех Жун Сюя.

Это было не особенно очевидно в случае «БзП», ведь интерпретации Тан Мэнлань и Дун Чжэна тоже были очень хороши, и они также получили свои статуэтки в номинациях «Лучшая мужская» и «Лучшая женская» роль. Новичок в этом сериале был не так приметен.

Однако в случае «Западни» никто и ожидать не мог, что актёр Хань Янхао даже не будет номинирован! Тем не менее, другой актёр этого сериала, Жун Сюй, участвовал сразу в нескольких номинациях – «Лучшая мужская роль» и «Лучший новичок» за роль Хо Си.

Разумеется, после громкого скандала, произошедшего шесть месяцев назад, Хань Янхао был очень зол!

Он уже мог забыть о первой и второй линии! В последние месяцы Хан Янхао совсем исчез с глаз публики, и никаких новых работ у него также не появилось.

Когда «Западня» одержала победу сразу в трёх главных телевизионных премиях, некоторые пользователи сети в шутку писали: «Как думаете, бесстыжий Хань Янхао появится вместе с командой на красной дорожке?»

Другие пользователи сети, явно негодующие, тут же отвечали:

«Когда мы прогоняли его прочь из Круга развлечений, он притворялся мёртвым, и даже подчищал свой Вэйбо! Может быть, на этот раз он действительно выйдёт на красную дорожку. Разумеется, я всё ещё мечтаю прогнать его из индустрии кино! Конечно, если он осмелился сунуться на церемонию награждения, я не поленюсь снова бороться с его проклятой армией фейков!»

Было много новостей о Хане Янхао, и большинство пользователей сети считали его простым актёром из сериала «Западня». Во всяком случае, этот человек не был номинирован ни на одну из наград. Но другие считали, что если они будут обсуждать его, то внесут свой вклад в его и без того плохую репутацию.

Как раз незадолго до этого по телевизору впервые показали ту самую рекламу чипсов. Из этой рекламы была вырезана часть с Дэн Ивэнем, и на поиски сокровищ отправлялся один Жун Сюй.

В сочетании с этими номинациями, шумиха вокруг Жун Сюя заметно усилилась, и он поднялся на восьмое место в списке самых популярных звёзд по версии Вэйбо!

В топ звёзд  Вэйбо входили все звезды Китая. Список ранжировался не по количеству работ или квалификации. Он просто и грубо составлялся в соответствии с количеством упоминаний на Вэйбо за неделю. Таким образом, теоретически, если ты сейчас очень популярен (даже если дебютировал только в этом месяце), ты можешь обогнать в этом топе даже «Императоров кино» и стать первым.

Стоит отметить, что первое место в этом списке за последние шесть лет ни разу не менялось. Его всегда занимал Цинь Чэн.

Все эти дискуссии вокруг премии никак не коснулись команды «Затерянного города», которая сейчас в обычном темпе продолжала свои съёмки.

Излишне говорить, что за актёрским мастерством двух главных героев мужского пола, Жун Сюем и Бай Сивэнем, последовала бы и популярность. Перед съёмками сцен Бай Сивэня, Жун Сюй и подумать не мог, что тот плохо изучит сценарий, или не очень хорошо сыграет.

В отличие от Бай Сивэня, Жэнь Шучжэнь играла не очень хорошо, и ей приходилось снимать повторные дубли. Юань Дао потратил всё утро на обучение Жэнь Шучжэнь. К вечеру Жэнь Шучжэнь, наконец, смогла вжиться в свою роль, и Юань Дао с удовлетворением кивнул.

В конце концов, Жэнь Шучжэнь в первую очередь была певицей. Её актерские навыки были не достаточно хороши, и это оправдано.

Тем не менее, во время перерыва Ло Вэй тихо рассказала Жун Сюю один секрет про неё:

— На самом деле, эта Жэнь Шучжэнь не случайно попала в вашу команду. Она действительно хочет появиться в высокорентабельном коммерческом фильме в качестве главной героини, поэтому и вложила деньги в «Затерянный город»!

Услышав эти слова, Жун Сюй вдруг улыбнулся и повернул к ней голову:

— Сестра Сяо Ло, откуда ты знаешь столько сплетен?

Ло Вэй застенчиво улыбнулась и прошептала:

— Когда я болтала с Ли Цзе из группы по реквизиту, она мне это рассказала...

Выслушав её, Жун Сюй, наконец, понял, почему многие звезды, ищут себе в качестве помощника именно женщину, а не мужчину, который мог бы носить багаж. Как однажды сказал ему Ло Чжэньтао, мышление у девушек гораздо более детально, и они не только лучше управляют фанатами, но и гораздо легче находят общий язык с другими людьми в съёмочной группе, а поэтому могут даже... выведать кое-какие секреты.

В тот же день, помимо кучи дублей Жэнь Шучжэнь, снимали также и сцену Жун Сюя с Бай Сивэнем, съёмки которой прошли несравненно гладко.

Вернувшись вечером в отель, Жун Сюй закончил принимать душ, как вдруг ему снова позвонил Цинь Чэн... Ну, это снова был видеозвонок…

На этот раз Жун Сюй не ответил, а отклонил звонок, а затем набрал ему сам (обычный телефонный звонок) и с улыбкой сказал:

— Видеозвонки нам ни к чему, Цинь Чэн. Вы звоните, чтобы рассказать мне то, о чём хотели поговорить вчера?

Цинь Чэн:

— Хорошо... Ты один в комнате?..

Жун Сюй взял телефон одной рукой, и откинулся в мягкую кровать. Он усмехнулся и ответил:

— Да, я в комнате один. — после паузы он снова спросил. — К чему такая секретность? Почему в моей комнате никого больше не должно быть?

Цинь Чэн:

— ...

Прислушиваясь к тишине на другом конце провода, юноша лукаво улыбнулся, но тон при этом сохранял спокойный:

— Цинь Чэн, в чём дело? Вы должны рассказать мне. Должно быть, у Вас есть ко мне что-то серьёзное, раз Вы так скрытны. Это что-то очень личное?

Цинь Чэн:

— На самом деле… не такое уж личное...

Улыбка на лице юноши стала шире, но его голос, напротив, стал более серьёзным:

— Говорите. Я слушаю.

Цинь Чэн:

— ...

Молчание мужчины заставило юношу беспомощно улыбнуться. Он задал свой вопрос ещё несколько раз, снова и снова. Спустя долгое время Цинь Чэн тихим голосом ответил:

— У меня… скоро день рождения… Может, поужинаем вместе?

Теперь настала очередь Жун Сюя молчать:

— ...

Едва сдерживая смех, Жун Сюй как-то странно спросил:

— И это всё? Помнится мне, до Вашего дня рождения ещё больше четырёх месяцев, разве нет?

Цинь Чэн спокойно ответил:

— Ну, осталось чуть меньше пяти месяцев...

Жун Сюй мгновение подумал:

— Вам не кажется, что ещё слишком рано?

Цинь Чэн:

— Ну, осталось уже меньше полугода…

Жун Сюй, наконец, сдался и поднял руку, чтобы прикрыть рот. Он с большим трудом подавлял смех, подступивший к горлу.

Эти двое ещё немного поболтали, но Жун Сюй больше не задавал ему вопрос «Почему тема Вашего дня рождения настолько личная?», поскольку он волновался, что если мужчина снова ляпнет в ответ что-нибудь странное, он уже не сможет сдержать приступ смеха.

На этот раз они говорили всего час, после чего Жун Сюй повесил трубку.

После вчерашнего урока Жэнь Шучжэнь больше не появлялась, а Жун Сюй получил очередное известие от Ло Вэй:

— Я только что видела, как она входила в номер Ма Ци...

В результате он удостоверился, что сегодня Жэнь Шучжэнь точно не наведается к нему со своим сценарием.

Когда Жун Сюй вешал трубку, он услышал из наушников какой-то странный звук, показавшийся ему очень знакомым… Однако звук был слишком тихим, чтобы разобрать его…

Разговор, наконец, был окончен, и юноша решил пораньше лечь спать.

Однако он не знал, что этот знакомый звук был не чем иным, как голосом в аэропорту.

Час спустя, когда в материковой части Китая стояла поздняя ночь, из аэропорта Лос-Анджелеса вылетел самолёт, пролетев через бескрайние просторы Тихого океана и направляясь к этому далекому восточному континенту...

***

Рано утром следующего дня Жэнь Шучжэнь и Ма Ци пришли на площадку вместе. Жун Сюй мельком взглянул на них и отвернулся.

Настало время снимать фильм.

Сегодня они собирались снимать сцену вскрытия в морге.

Сюэ Цзячжэ – психолог, которого пригласили помочь в расследовании. В университете он изучал криминальную психологию и хорошо разбирался в психологических портретах преступников.

Если вы хотите сделать портрет убийцы, вы не можете просто прийти на место преступления или опросить свидетелей: вам нужно встретиться лицом к лицу с жертвой, потому что это самая близкая «точка соприкосновения» с преступником.

Глава 75 (Часть 1)

Яркие огни освещали студию, пока съёмочная группа проводила заключительную проверку. Актёр, играющий труп, уже лежал на столе для вскрытия, а его правая рука была обтянута синей тканью для спецэффектов. В пост-продакшне на этом месте у него должна была появиться «отрубленная рука».

Эта сцена была групповой: в ней участвовали и Жун Сюй, и Бай Сивэнь, и Жэнь Шучжэнь, и Ма Ци.

Ли Вэй в исполнении Жэнь Шучжэнь, стоявшая лицом к лицу со своим трагически погибшим братом, естественно, плакала и кричала. Она требовала, чтобы убийца был пойман и наказан немедленно. Напротив неё стоял Жун Сюй, играющий спокойного и рационального профессора. Он должен был спокойно проанализировать поведение преступника и нарисовать его предварительный портрет.

Таким образом, в этой сцене создавался резкий контраст горюющей Ли Вэй и безразличного Сюэ Цзячжэ, что выглядело весьма впечатляюще.

Восемь камер снимали со всех ракурсов. Когда режиссёр Юань крикнул: «Мотор!», Жэнь Шучжэнь, стоявшая в центре студии, внезапно расплакалась. Слёзы быстро текли из её прекрасных глаз, а благодаря специальным глазным каплям её глаза стали красными, из-за чего она выглядела ещё печальнее и отчаяннее.

Она подошла поближе к столу, поскольку являлась близким родственником погибшего. По сюжету она видела своего мёртвого брата в первый раз. Актерскую игру Жэнь Шучжэнь  нельзя было назвать хорошей, но с этой сценой она вполне справилась: в конце концов, от неё требовалось только плакать, и в этой сцене она была своего рода «призраком», плачущим где-то на заднем плане.

Главными героями этой сцены были Жун Сюй и Бай Сивэнь.

Сюэ Цзячжэ и Тань Янсюань уже прибыли на место вскрытия. Криминальный психолог стоял в белых перчатках и равнодушно смотрел на обрубок руки жертвы и нож, торчащий из его груди. Его взгляд был почти безжалостен, как будто он смотрел не на человека, а на реквизит.

Белый свет вспыхнул в его холодных глазах, и Сюэ Цзячжэ посмотрел на Тань Янсюаня.

Тань Янсюань сразу же серьёзно спросил:

— Что-нибудь обнаружил?

Однако Сюэ Цзячжэ вдруг улыбнулся и причмокнул губами, спокойно сказав:

— Помоги мне надеть очки.

Его голос был спокойным, холодным и чистым, иногда прерываемый рыданиями Жэнь Шучжэнь.

Тань Янсюань посмотрел вниз на руки Сюэ Цзячжэ, которые уже касались тела жертвы. Он сразу понял, чего от него хотят, и помог своему старому однокласснику надеть очки.

Затем Сюэ Цзячжэ продолжил осматривать тело, как ни в чём не бывало.

Через некоторое время, так же под звуки женского плача, он снял перчатки и пошёл к раковине в углу. Он тихо сказал:

— Ножевое ранение в грудь стало причиной смерти. Я не судмедэксперт, но его правую руку, должно быть, отрезали ещё при жизни.

Тань Янсюань сразу же ответил:

— Да, сначала отрезали руку, а потом ударили в сердце. — сделав паузу, Тань Янсюань быстро добавил. — В анализе крови не найдено анестетиков.

В комнате вдруг раздался звук шлепка по воде, и Сюэ Цзячжэ внезапно рассмеялся.

Смех заставил плач Ли Вэй внезапно оборваться, и все повернулись, чтобы посмотреть на него. Худощавый молодой человек стол в углу комнаты, слегка наклонившись к раковине, и бережно чистил свои пальцы. Хотя при осмотре тела на нём были перчатки, он всё же тщательно отмывал каждый уголок своих пальцев, как будто его беспокоила невидимая пыль на ногтях.

Его тонкие губы незаметно изогнулись в кривой усмешке, пока позади него лежал остывший труп.  Однако он, казалось, его не замечал; он был так спокоен и беззаботен, словно пришёл на какую-то вечеринку, а не на вскрытие.

В этом месте сценария Ли Вэй, которую играла Жэнь Шучжэнь, разозлилась на этого странного человека. Её брата убили ни за что! Этот человек осматривал раны её брата, но он даже не судмедэксперт! У него нет ни капли уважения к покойному, и он даже смеет смеяться!

Тем не менее, следующие слова Сюэ Цзячжэ смогли рассердить её ещё больше.

Психолог, продолжая мыть руки, сказал:

— Так как правую руку отрубили при жизни, а анестетика не было, жертва должна была сопротивляться из-за боли. Но надрез такой мастерский, что преступник, очевидно, имеет определённые медицинские знания и знает структуру человеческого скелета. Он отрезал руку жертву максимально быстро и ловко, выбрав для этого наименее трудоёмкий способ. — Сюэ Цзячжэ выключил воду, как будто вдруг вспомнил о чём-то. — Верно, этот труп весит не менее 100 килограммов, но он всё же смог найти разрыв между костями под таким толстым слоём жира. Очень интересно...

Ли Вэй замолкла, но Тань Янсюань вдруг спросил:

— Что ещё?

Сюэ Цзячжэ обернулся:

— Он сделал это ножом с первой попытки. Что это доказывает?

Тань Янсюань мгновение поразмышлял:

— То, что преступник знает, как убивать. То, как ловко он отрезал правую руку жертвы, говорит о том, что он обладает определёнными медицинскими знаниями. Конечно, он также может быть и мясником…

Сюэ Цзячжэ покачал головой, и его губы слегка дрогнули:

— Не только это. Это доказывает, что он не знал погибшего.

Тань Янсюань внезапно замер. Но в следующий момент он вдруг вспомнил:

— Да? Мы проверили информацию о шести предыдущих жертвах. У них нет ничего общего. Они ни в чём не совпадают. Преступник не должен знать всех погибших.

Сюэ Цзячжэ поднял голову и уставился прямо на Тань Янсюаня:

— Социальные связи людей – очень странная вещь. Никто не может точно сказать, скольких людей знает человек, даже он сам не может этого знать. — после паузы Сюэ Цзячжэ продолжил. — Причина, по которой я решил, что преступник не знает покойного, заключается в следующем. Когда нож проникает в тело, требуется как минимум десять секунд, чтобы жертва погибла. За это время убийца мог нанести ещё несколько ударов ножом. Но он этого не сделал.

Тань Янсюань всё ещё был ошеломлён:

— Это, вероятно, доказывает, что убийца очень уверен в себе и знает, что может убить жертву одним ударом?

Сюэ Цзячжэ беспомощно улыбнулся:

— Твой IQ неплохо прокачан для такого развитого тела, мой дорогой одноклассник Тань. На лице погибшего нет никаких специфических следов, что означает, что покойный видел, как преступник убивает его. С психологической точки зрения, глаза людей, которые знают убийцу, должны выражать нервозность или испуг. Когда жертва борется, преступник начинает нервничать и наносит второй и третий удар. В этом же случае рана одна.

Основы риторики являются обязательным курсом для каждого актёра.

Подобные вещи кажутся очень простыми – казалось бы, просто говори свой текст, но на самом деле это важная часть актёрской игры. В случае Жэнь Шучжэнь, чьё актёрское мастерство очень разочаровало режиссёра Юаня, Юань просто связался накануне со сценаристом и  попросил его значительно сократить её реплики, оставив её в этой сцене почти без слов.

Когда актёр, умело владеющий риторикой, произносит свою реплику, он заставляет вас погрузиться в процесс; когда это делает актёр, плохо владеющий риторикой, зрителям кажется, будто он просто читает текст с бумажки, что выглядит очень нелепо.

Чтобы оставить такого актера на роли, приходится прибегать к дубляжу. Несмотря на то, что дубляж в кино не обязательно связан с плохой игрой актёров, всех плохо играющих актёров обязательно нужно дублировать.

В сегодняшней сцене реплик у Жун Сюя было примерно на тысячу слов. Суметь изложить такое количество реплик за раз – большое испытание для актёра. Обычно такие длинные сцены разбивают на части и снимают короткими дублями.

Режиссёр Юань же – большой любитель снимать длинные дубли. Прошлой ночью он специально связался с Жун Сюем, чтобы узнать, сможет ли он за раз произнести тысячу слов. Жун Сюй засмеялся и без колебаний ответил: «Да».

Итак, вернёмся к сегодняшним съёмкам.

Холодный и почти безразличный голос молодого человека эхом разнёсся по комнате. Он чётко чеканил каждое слово,  и в тоне его были как «взлёты», так и «падения».

Если вы скажете, что его реплики слишком эмоциональны, вы солжете. Поскольку Сюэ Цзячжэ был не эмоциональным и хладнокровным джентльменом, тон Жун Сюя был довольно скучноват, как будто он просто констатировал факт. Но когда он говорил, многие зрители невольно вовлекались в сюжет и начинали размышлять над его вопросами.

Почему преступник точно не знаком с жертвой?

Почему возраст преступника – 25-35 лет, рост – метр восемьдесят, вес – 60-75 кг, а учёная степень – не ниже бакалавра? Почему он левша, носит очки и любит музыку и живопись?

Почему он так уверен, что убийца любит живопись, и откуда знает его рост, вес и возраст?! Это ведь совсем не научно! И почему он уверен, что «убийца с крайним презрением относился к своей жертве и считает, что он грешник и совершил большую ошибку»?!

Сестра погибшего при этих словах больше не могла сдерживать свой гнев. Она бросилась вперёд и неловко толкнула Сюэ Цзячжэ. Это произошло очень внезапно. Сюэ Цзячжэ  отпрянул на два шага назад и ударился об раковину с громким треском.

Тань Янсюань был шокирован случившимся. Сюэ Цзячжэ придерживался за раковину одной рукой и молчал.

В этот Жэнь Шучжэнь снова расплакалась и громко закричала:

— Перестаньте говорить глупости! Мой брат никогда не делал ничего плохого. Он очень самодостаточный, и его коллеги всегда называли его хорошим и честным человеком. Он делал всё ради меня и ради того, чтобы я ходила в колледж, у него до сих пор  никогда не было девушки, он даже не создал семью! Знаете, что!..

Режиссёр Юань посмотрел на монитор и недовольно нахмурил брови. Он уже готовился остановить съёмки, когда Жун Сюй вдруг нежно улыбнулся.

Толпа тут же повернулась к нему. Он поднял руку и осторожно снял очки. Его взгляд был острым, как прожектор, когда он с улыбкой смотрел на Жэнь Шучжэнь. От его взгляда, казалось, ничего нельзя было утаить.

Тонкие губы слегка приоткрылись, и мужчина лаконично пояснил:

— На безымянном пальце его правой руки имеются две круглые отметины – глубокая и неглубокая, а на шее виден след от цепочки, похожий на одно из колец.

Профессор элегантно подошел к даме в трауре:

— Верхняя часть тела одета в простой чёрный хлопковый пиджак, а нижняя – в самого распространенного стиля брюки. Однако ремень на нём – последней модели, вышедшей два месяца назад; цена недорогая, а форма очень странная. Этот ремень явно выбирала женщина, и женщина эта, на мой взгляд, со вкусом. Следы на шее и на безымянном пальце правой руки жертвы похожи по форме, и такое же парное кольцо и цепочка принадлежат и этой женщине.

Жэнь Шучжэнь медленно расширила глаза, словно услышала нечто невероятное.

Однако профессор ещё не закончил.

— У него остались засосы на спине и на шее, приблизительно недельной давности. Эта женщина имеет привычку оставлять на мужчине свои следы – поцелуи, украшения… Любовницы не дарят ремни, значит, она была ему не просто любовницей. — сказав это, красивый и холодный профессор слегка улыбнулся и жестко заключил. — У Вашего брата была девушка. Ей чуть больше тридцати, и она очень хотела выйти замуж.  Ваш брат расстался с ней  на прошлой неделе, и они оба, должно быть, были несчастны. — в конце он повернулся к другу и ещё шире улыбнулся. — Одноклассник Тань, я прав?

Тань Янсюань с удивлением посмотрел на своего старого друга и энергично закивал:

— Да! Я только сегодня утром узнал, что у Ли Чжуна была девушка, она работает на соседней фабрике. Ей только исполнился 31... Они расстались пять дней назад, потому что...

— Потому что Ли Чжун не хотел, чтобы эта женщина родила ребенка.

Сюэ Цзячжэ надвинул очки обратно на переносицу и улыбнулся. Он окинул горюющую женщину самым равнодушным взглядом. Женщину, которая была в растерянности.

На этом сцена была окончена!

В любой групповой сцене должно быть различие между главными и второстепенными героями. В этой сцене Сюэ Цзячжэ был главным героем, так что было очень важно то, как сыграет Жун Сюй. Сможет ли он создать нужную атмосферу и погрузить в неё зрителя? Игра Бай Сивэня и Жэнь Шучжэнь была не так важна. Ключевым персонажем этой сцены был Жун Сюй.

Сразу после того, как сцена закончилась, в студию вошли гримёры, а Юань Дао в это время молча пересматривал отснятый материал.

Он пересмотрел видео пять раз, после чего тихо вздохнул, поднял голову и сказал:

— Жэнь Шучжэнь, встань перед объективом, вот этим!

Это предложение долетело и до ушей Жун Сюя. Он поднял голову и как-то странно посмотрел на Юань Дао. Бай Сивэнь и Ма Ци тоже были удивлены. Жэнь Шучжэнь беспомощно кивнула, готовая переснять свою часть сцены.

Поработав с Юань Дао три дня, Жун Сюй уже знал, что режиссёр обожает длинные дубли.

По сравнению с другими сумасшедшими режиссёрами, у Юаня были не такие уж длинные дубли. Максимум на четыре-пять минут. Некоторые режиссёры могли снимать одним кадром сцены длиной в сорок и даже пятьдесят минут. Тем не менее, Юань Дао – очень принципиальный человек. Если он делал длинный дубль – значит он делал длинный дубль. И хотя он не снимал «стандартные длинные дубли» в строгом смысле этого слова, эти дубли всё же ни разу не прерывались. И в итоговую версию фильма они попадали целиком, с самого начала и до конца.

Но на этот раз Юань Дао сделал исключение. Он не стал собирать всех актёров ради того, чтобы переснять эту длинную сцену из-за ошибок Жэнь Шучжэнь – он попросил переснять этот дубль одну только Жэнь Шучжэнь.

Глава 75 (Часть 2)

Основы риторики являются обязательным курсом для каждого актёра.

Подобные вещи кажутся очень простыми – казалось бы, просто говори свой текст, но на самом деле это важная часть актёрской игры. В случае Жэнь Шучжэнь, чьё актёрское мастерство очень разочаровало режиссёра Юаня, Юань просто связался накануне со сценаристом и  попросил его значительно сократить её реплики, оставив её в этой сцене почти без слов.

Когда актёр, умело владеющий риторикой, произносит свою реплику, он заставляет вас погрузиться в процесс; когда это делает актёр, плохо владеющий риторикой, зрителям кажется, будто он просто читает текст с бумажки, что выглядит очень нелепо.

Чтобы оставить такого актера на роли, приходится прибегать к дубляжу. Несмотря на то, что дубляж в кино не обязательно связан с плохой игрой актёров, всех плохо играющих актёров обязательно нужно дублировать.

В сегодняшней сцене реплик у Жун Сюя было примерно на тысячу слов. Суметь изложить такое количество реплик за раз – большое испытание для актёра. Обычно такие длинные сцены разбивают на части и снимают короткими дублями.

Режиссёр Юань же – большой любитель снимать длинные дубли. Прошлой ночью он специально связался с Жун Сюем, чтобы узнать, сможет ли он за раз произнести тысячу слов. Жун Сюй засмеялся и без колебаний ответил: «Да».

Итак, вернёмся к сегодняшним съёмкам.

Холодный и почти безразличный голос молодого человека эхом разнёсся по комнате. Он чётко чеканил каждое слово,  и в тоне его были как «взлёты», так и «падения».

Если вы скажете, что его реплики слишком эмоциональны, вы солжете. Поскольку Сюэ Цзячжэ был не эмоциональным и хладнокровным джентльменом, тон Жун Сюя был довольно скучноват, как будто он просто констатировал факт. Но когда он говорил, многие зрители невольно вовлекались в сюжет и начинали размышлять над его вопросами.

Почему преступник точно не знаком с жертвой?

Почему возраст преступника – 25-35 лет, рост – метр восемьдесят, вес – 60-75 кг, а учёная степень – не ниже бакалавра? Почему он левша, носит очки и любит музыку и живопись?

Почему он так уверен, что убийца любит живопись, и откуда знает его рост, вес и возраст?! Это ведь совсем не научно! И почему он уверен, что «убийца с крайним презрением относился к своей жертве и считает, что он грешник и совершил большую ошибку»?!

Сестра погибшего при этих словах больше не могла сдерживать свой гнев. Она бросилась вперёд и неловко толкнула Сюэ Цзячжэ. Это произошло очень внезапно. Сюэ Цзячжэ  отпрянул на два шага назад и ударился об раковину с громким треском.

Тань Янсюань был шокирован случившимся. Сюэ Цзячжэ придерживался за раковину одной рукой и молчал.

В этот Жэнь Шучжэнь снова расплакалась и громко закричала:

— Перестаньте говорить глупости! Мой брат никогда не делал ничего плохого. Он очень самодостаточный, и его коллеги всегда называли его хорошим и честным человеком. Он делал всё ради меня и ради того, чтобы я ходила в колледж, у него до сих пор  никогда не было девушки, он даже не создал семью! Знаете, что!..

Режиссёр Юань посмотрел на монитор и недовольно нахмурил брови. Он уже готовился остановить съёмки, когда Жун Сюй вдруг нежно улыбнулся.

Толпа тут же повернулась к нему. Он поднял руку и осторожно снял очки. Его взгляд был острым, как прожектор, когда он с улыбкой смотрел на Жэнь Шучжэнь. От его взгляда, казалось, ничего нельзя было утаить.

Тонкие губы слегка приоткрылись, и мужчина лаконично пояснил:

— На безымянном пальце его правой руки имеются две круглые отметины – глубокая и неглубокая, а на шее виден след от цепочки, похожий на одно из колец.

Профессор элегантно подошел к даме в трауре:

— Верхняя часть тела одета в простой чёрный хлопковый пиджак, а нижняя – в самого распространенного стиля брюки. Однако ремень на нём – последней модели, вышедшей два месяца назад; цена недорогая, а форма очень странная. Этот ремень явно выбирала женщина, и женщина эта, на мой взгляд, со вкусом. Следы на шее и на безымянном пальце правой руки жертвы похожи по форме, и такое же парное кольцо и цепочка принадлежат и этой женщине.

Жэнь Шучжэнь медленно расширила глаза, словно услышала нечто невероятное.

Однако профессор ещё не закончил.

— У него остались засосы на спине и на шее, приблизительно недельной давности. Эта женщина имеет привычку оставлять на мужчине свои следы – поцелуи, украшения… Любовницы не дарят ремни, значит, она была ему не просто любовницей. — сказав это, красивый и холодный профессор слегка улыбнулся и жестко заключил. — У Вашего брата была девушка. Ей чуть больше тридцати, и она очень хотела выйти замуж.  Ваш брат расстался с ней  на прошлой неделе, и они оба, должно быть, были несчастны. — в конце он повернулся к другу и ещё шире улыбнулся. — Одноклассник Тань, я прав?

Тань Янсюань с удивлением посмотрел на своего старого друга и энергично закивал:

— Да! Я только сегодня утром узнал, что у Ли Чжуна была девушка, она работает на соседней фабрике. Ей только исполнился 31... Они расстались пять дней назад, потому что...

— Потому что Ли Чжун не хотел, чтобы эта женщина родила ребенка.

Сюэ Цзячжэ надвинул очки обратно на переносицу и улыбнулся. Он окинул горюющую женщину самым равнодушным взглядом. Женщину, которая была в растерянности.

На этом сцена была окончена!

В любой групповой сцене должно быть различие между главными и второстепенными героями. В этой сцене Сюэ Цзячжэ был главным героем, так что было очень важно то, как сыграет Жун Сюй. Сможет ли он создать нужную атмосферу и погрузить в неё зрителя? Игра Бай Сивэня и Жэнь Шучжэнь была не так важна. Ключевым персонажем этой сцены был Жун Сюй.

Сразу после того, как сцена закончилась, в студию вошли гримёры, а Юань Дао в это время молча пересматривал отснятый материал.

Он пересмотрел видео пять раз, после чего тихо вздохнул, поднял голову и сказал:

— Жэнь Шучжэнь, встань перед объективом, вот этим!

Это предложение долетело и до ушей Жун Сюя. Он поднял голову и как-то странно посмотрел на Юань Дао. Бай Сивэнь и Ма Ци тоже были удивлены. Жэнь Шучжэнь беспомощно кивнула, готовая переснять свою часть сцены.

Поработав с Юань Дао три дня, Жун Сюй уже знал, что режиссёр обожает длинные дубли.

По сравнению с другими сумасшедшими режиссёрами, у Юаня были не такие уж длинные дубли. Максимум на четыре-пять минут. Некоторые режиссёры могли снимать одним кадром сцены длиной в сорок и даже пятьдесят минут. Тем не менее, Юань Дао – очень принципиальный человек. Если он делал длинный дубль – значит он делал длинный дубль. И хотя он не снимал «стандартные длинные дубли» в строгом смысле этого слова, эти дубли всё же ни разу не прерывались. И в итоговую версию фильма они попадали целиком, с самого начала и до конца.

Но на этот раз Юань Дао сделал исключение. Он не стал собирать всех актёров ради того, чтобы переснять эту длинную сцену из-за ошибок Жэнь Шучжэнь – он попросил переснять этот дубль одну только Жэнь Шучжэнь.

http://tl.rulate.ru/book/14326/884093

Глава 75 (Часть 3)

После того, как Жэнь Шучжэнь закапала в глаза свои капли и пересняла свой отрывок, режиссёр Юань вдруг посетовал:

— Плачь! Ты собираешься плакать? Не плакать глазными каплями, а плакать по-настоящему! Все так хорошо отыграли, а ты не можешь даже поплакать? Целый дубль впустую!

Итак, Жун Сюй наконец понял, что, когда крупный план Жэнь Шучжэнь был взят во второй раз, в её глазах не оказалось слёз!

Потому что глазные капли постепенно вытекли, и, когда её взяли крупным планом во второй раз, её глаза были сухими! Это может быть незаметно человеческому глазу. В конце концов, у неё по лицу размазаны глазные капли, а на веках нет и слезинки, но камера отчётливо запечатлевает такие мелочи.

Юань Дао сделал Жэнь Шучжэнь такой постыдный выговор, что её лицо на мгновение исказилось, но, в конце концов, это был слишком важный режиссёр, поэтому она быстро улыбнулась и прислушалась к его совету.

Вечером Жэнь Шучжэнь предложила всем поужинать вместе:

— Я немного опоздала с прибытием в команду. Мы с вами еще никогда вместе не ужинали. Сегодня я угощаю. Пожалуйста, пойдёмте к столу. Вам вовсе не обязательно быть со мной вежливыми.

На площадке Жэнь Шучжэнь всегда вела себя восторженно и щедро. Она сказала, что накрыла на стол, и все с удовольствием прошли за ней.

Поскольку она была певицей, Жэнь Шучжэнь пила не алкоголь, а сок. За столом все, кроме неё, пили  вино. Пили немного, но всё же пили, и даже Жун Сюй налил себе стакан красного вина.

Когда все уже выпили по третьему бокалу, Ло Вэй встала из-за стола помощников и тихо спросила у Жун Сюя:

— Сяо Сюй, с чего бы Жэнь Шучжэнь так внезапно приглашала всех поесть?.. Всё это кажется мне очень странным...

Услышав её слова, Жун Сюй на мгновение задумался, а затем улыбнулся и сказал:

— Может быть, она хочет компенсировать доставленные неудобства, что в этом странного?

Угощения от звезды – нечастое явление, но сам Жун Сюй тоже делал такое пару раз. Это нормально. Тут нечему удивляться. В этом нет ничего, кроме хорошего отношения к команде.

Но Ло Вэй нахмурилась и тихо сказала:

— Я всё время чувствую что-то неладное...

Так оно и было, но на этот раз шестое чувство Ло Вэй, похоже, не оказало чудесного эффекта.

После ужина все вернулись в отель. Отель находился неподалёку от Города Кино и телевидения. Жун Сюй и Ло Вэй шли впереди всей команды. Вдали слышались голоса Жэнь Шучжэнь и режиссёра Юаня.

Юань Дао продолжал смеяться, словно позабыл  об утреннем выговоре Жэнь Шучжэнь.

Слушая их смех, юноша задумчиво улыбнулся и, казалось, понял намерения Жэнь Шучжэнь.

«Да, старая поговорка о ХуаСя всегда имеет смысл…»

Вскоре Жун Сюй поднялся в свой номер на первом же лифте. Попрощавшись с Ло Вэй, он в одиночестве зашагал к своему номеру.

Яркие, сияющие огни освещали узкий коридор, а пол был застлан толстым ковром, отчего шаги были не слышны. Двери с обеих сторон коридора были плотно закрыты, и Жун слышал только своё дыхание и чрезвычайно лёгкие шаги.

*Тук-тук-тук-тук*

Его номер находился за углом. Поначалу он жил в номере в конце коридора, но суеверная Ло Вэй настояла на том, чтобы поменять ему номер.

Во время этой короткой прогулки Жун Сюй достал ключ-карту от двери из кармана, и ему на ум вдруг пришла сцена, которую они снимали на второй день. Это была съёмка в помещении, в кабинете Сюэ Цзячжэ. Туда Тань Янсюань принёс ему последние фотографии жертвы, после чего Сюэ Цзячжэ, наконец, согласился пойти с ним на площадь, где она была убита.

Эта сцена могла показаться простой, но на самом деле, от самого начала и до конца Жун Сюй должен был отыгрывать сразу две стороны Сюэ Цзячжэ.

Всё, что анализировал этот человек, указывало на него самого. Он ясно знал, что он убил этих людей, но он никогда не проявлял ни капли эмоций. Казалось, будто он просто стоял в стороне и смотрел на всё это, смотрел на своих собственных жертв и на хладнокровного и безжалостного себя.

Завтра его ждала одна из самых  важных сцен: Жун Сюй должен был показать всё безразличие Сюэ Цзячжэ. Оно могло проявляться в каких-то мелких деталях или в его тоне во время разговора с Тань Янсюанем. Например, в том, что он не дал Тан Янсюаню стакан воды...

— …

Шаги резко оборвались.

Юноша быстро повернул за угол и внезапно увидел у своей двери мужчину, тихо поджидающего его.

В широко распахнутых ясных глазах юноши отражался красивый молодой человек. Его руки были спрятаны в карманах черного пальто, а тело напоминало идеальную статую, тихо ждущую у двери, слегка прислонившись к стене. Услышав шаги, он слегка повернул голову и спокойно посмотрел на внезапно появившегося  молодого человека.

Белый свет падал на голову мужчины, отбрасывая слабую тень на коротко стриженные волосы. Глубокие глаза, спрятанные в этой тени, спокойно и внимательно глядели на прибывшего юношу.

В коридоре воцарилась тишина, и Цинь Чэн молча смотрел на него сверху вниз.

Они оба смотрели друг на друга, но никто не решался заговорить первым. Один был напуган, а другой, похоже, наслаждался этим моментом. Цинь Чэн тупо смотрел на парня перед собой, и лишь уголки губ выдавали его приятное настроение.

Долгое время спустя Жун Сюй, наконец, пришёл в себя. Он хотел было что-то спросить, как в коридоре внезапно появился кто-то ещё. Слово «Вы» зависло у него на губах, когда он снова замолк, прислушиваясь к лёгким шагам за спиной.

Судя по звуку, по ковру шёл кто-то на очень высоких каблуках. Когда этот «кто-то» был уже достаточно близко к углу, за которым они стояли,  Жун Сюй вдруг посмотрел на Цинь Чэна, и его глаза расширились.

Цинь слегка приподнял бровь и тихо спросил:

— Что...

*Бум!*

Не дослушав мужчину, Жун Сюй схватил его за руку, быстро протолкнул ключ-карту в замок и впихнул Цинь Чэна внутрь, прижал его к стене и с громким стуком захлопнул за собой дверь.

Цинь Чэн удивлённо таращился на юношу, который продолжал прижимать его  одной рукой к стене. Очевидно, он был наполовину ниже его ростом, но в этот момент он выглядел весьма внушительно. Жун Сюй повернул голову и стал молча смотреть в сторону двери.

Цинь Чэн:

— …

После минуты созерцания Цинь Чэн молча опустил свою руку и взял юношу за руку.

Жун Сюй, казалось, не осознавал происходящего, продолжая смотреть на дверь.

Взгляд Цинь Чэна скользнул по лицу юноши и, наконец, тоже упал на дверь. Он слегка моргнул, и его глубокие глаза скорпиона слабо сверкнули.

В следующий момент раздался медленный, но отчётливый стук в дверь.

Нежный женский голос со стороны коридора с тихой улыбкой произнёс:

— Жун Жун, ты не забыл свой телефон  за ужином? Я столько шла за тобой – открой дверь.

http://tl.rulate.ru/book/14326/884338

Глава 76 (Часть 1)

В узкой прихожей левая рука Жун Сюя крепко сжимала правую руку Цинь Чэна, но его глаза смотрели прямо на дверь.

Свет в комнате не горел; лишь тусклый лунный свет слабо пробивался сквозь стеклянное окно, отбрасывая на пол тени.

Жун Сюй не отзывался, но женщина, стучавшая в дверь, была очень настойчивой. Она вообще не испытывала никакого смущения. После долгого молчания она улыбнулась и сказала:

— Жун Жун, ты занят?

Мужчина прищурился, а его правая рука дрогнула, задев левую руку юноши. Жун Сюй повернулся, чтобы посмотреть на Цинь Чэна, но увидел только, что тот пристально смотрит на него и на… Жэнь Шучжэнь?

В этот момент Жэнь Шучжэнь за дверью усмехнулась и сказала:

— Жун Жун, кто-то вошёл вместе с тобой внутрь? Я не смогла разглядеть. Это кто-то из нашей команды?

Выслушав это, Жун Сюй медленно приподнял уголки губ и ослабил хватку на руке Цинь Чэна. Он улыбнулся и, наконец, ответил незваной гостье:

— Сестра Жэнь, я сейчас занят. Если у Вас мой телефон, я пошлю к Вам в номер свою помощницу.

Он проигнорировал вопросы Жэнь Шучжэнь.

Цинь Чэн смотрел на юношу, а его тонкие губы начали приподниматься в улыбке.

Как будто почувствовав это, Жун Сюй повернулся и посмотрел на него в ответ, выглядя беспомощным. Понизив голос, он тихо сказал:

— Вы появились тут так внезапно – я не был готов к тому, что Жэнь Шучжэнь Вас увидит. Я.. я не знаю, как это объяснить, но это было бы плохо для Вас.

Подразумевалось, что он не хотел, чтобы Жэнь Шучжэнь видела Цинь Чэна здесь.

Только сейчас Жун Сюй смог нормально посмотреть на Цинь Чэна, и очень удивился. Услышав шаги Жэнь Шучжэнь, он затолкал Цинь Чэна в свой номер, чтобы не позволить им встретиться. Такое поведение было основано на чистом подсознании, но теперь оно казалось ему разумным.

Как всем известно, фильм, в котором сейчас играл Цинь Чэн, снимали в Соединенных Штатах, очень далеко от Студии Сяншань. Если он и появился зачем-то здесь, в номере Жун Сюя, то только потому, что хотел навестить его.

Цинь Чэн и Жун Сюй сотрудничали только в «Чёрных тучах» и могли общаться, но в индустрии не было никаких слухов о том, что они являются друзьями. Теперь же Цинь Чэн внезапно появился вечером в номере Жун Сюя… Если Жэнь Шучжэнь расскажет кому-то, что видела его...

Жун Сюй не знал эту женщину, но одно он знал наверняка: она не очень хороший человек.

В кругу в целом не так много хороших людей, но Жэнь Шучжэнь определенно не относилась к этому меньшинству. Она могла распространить о них какие-то неправдивые сплетни, и... Жун Сюй боялся, что из-за её славы все воспримут эти сплетни всерьёз.

В его сердце закралось какое-то необъяснимое чувство, и, пока внешне его лицо сохраняло спокойствие, его зрачки засияли глубоким цветом.

Жэнь Шучжэнь не стала больше стучать в его дверь. Мягкий негромкий смех женщины раздался за дверью. Голос Жэнь Шучжэнь, как и подобает «королеве музыки», был очень приятным, но звучал он слишком раздражающе.

Жэнь Шучжэнь тихо сказала:

— Я просто прошу открыть мне дверь. Я не собираюсь входить. Я не хочу играть с тобой сегодня.

В мире есть такие люди, которые, независимо от пола, являются очень романтичными. Они очень легки в любви и всегда наслаждаются настоящим. На протяжении веков таких людей всегда было много. Есть люди, которые занимались только духовным общением, но, естественно, есть и такие, кто не заботится о любви и желает только плотских утех.

В прошлом Жун Сюй знавал одного американца, у которого никогда не было девушки, но всегда было много любовниц, поскольку он предпочитал физическое удовольствие. Говорят, что однажды он возжелал одну французскую певицу, но она отказала ему, причём несколько раз. Однако от этого он не сдавался, а, напротив, становился только назойливее.

Жун Сюй не был таким человеком, но он и не ненавидел таких людей. Однако только до тех пор, пока эти люди не начнут преследовать его самого… Ну, это немного раздражало его.

Жун Сюй подумал и приготовился было отказать ей, как вдруг Цинь Чэн прошептал:

— Можешь открыть дверь?

Жун Сюй подсознательно ответил:

— Если Вы прячетесь… зачем Вы позволяете мне открыть дверь?

Едва договорив, юноша поднял голову и внезапно встретился взглядом с парой улыбающихся «скорпионов». Жун Сюй оказался неспособен ответить. Он молчал слушал низкий магнитный голос мужчины у своего уха:

— За меня не беспокойся. Она просто хочет вернуть тебе телефон, всё в порядке.

— …

В следующий момент раздался голос Жэнь Шучжэнь:

— Жун Жун, ты так боишься меня? Я просто отдам тебе твой телефон… Ты никогда не открываешь мне дверь – твоя сестра может рассердиться. Это только из-за того, кто вошёл к тебе в номер? Послушай, я тоже знаю...

Внезапно открывшаяся дверь прервала монолог Жэнь Шучжэнь.

Проницательный свет вспыхнул в прекрасных глазах, и Жэнь Шучжэнь спокойно сжала кулаки, навострив всю свою бдительность.

«Если бы у него в номере был мужчина, он бы позволил мне войти... Это должна быть женщина! Кто эта женщина, раз Жун Сюй так осторожничает, не желая, чтобы я увидела её?

Когда я говорила с ним через дверь, меня слушала другая?

Этот маленький красавчик, который так мне приглянулся, и которого я пыталась охомутать всеми возможными методами, достался другой?!»

Ей действительно очень хотелось взглянуть, кто эта женщина, что обладает большим шармом, чем она?!

Жэнь Шучжэнь стиснула зубы, продолжая улыбаться, но в следующее мгновение улыбка застыла на её губах. Глаза невольно округлились, неверящим взглядом глядя перед собой. Жэнь Шучжэнь даже приоткрыла рот, в шоке и ужасе глядя на высокую фигуру, возникшую за открывшейся дверью.

http://tl.rulate.ru/book/14326/884490

Глава 76 (Часть 2)

На мужчине был чёрный плащ, а брюки обтягивали его красивые стройные ноги. Красивое лицо не показывало никакого выражения. Он смотрел на женщину со спокойной и равнодушной улыбкой. Разница в росте в 30 сантиметров вынуждала его смотреть на Жэнь Шучжэнь свысока. Мощная аура безразличия распространялась от его тонких губ и слегка изогнутых тёмных глаз.

Воздух, казалось, мгновенно сгустился, и Жэнь Шучжэнь уставилась на человека, который так внезапно появился перед ней. Затем он резко повернулся, чтобы посмотреть на юношу в комнате и спросил:

— Она кричала что-то про «Жун Жун»… вы знакомы?

Жун Сюй не ожидал, что Цинь Чэн так внезапно откроет дверь, но посмотрев на ошеломлённое выражение лица Жэнь Шучжэнь и безразличного Цинь Чэна, медленно поднял губы в улыбке и сказал:

— Сестра Жэнь – героиня «Затерянного города». Мы снимались вместе последние несколько дней. Просто снимались. Не знакомы.

Цинь Чэн мягко сказал:

— О. — затем он повернулся, чтобы снова посмотреть на Жэнь Шучжэнь. — Где телефон?

Жэнь Шучжэнь тут же отреагировала. Она растянула свои красные губы в улыбке и посмотрела на красивого мужчину перед собой, мягко заговорив:

— Мистер Цинь, как Вы здесь оказались?.. Я так удивлена. Мне очень нравится Ваш фильм «Ученик», Вы там очень милый. Я дважды ходила на него в кино...

— Разве телефон не в вашей руке? — прервал её Цинь Чэн.

Жэнь Шучжэнь была ошеломлена. Она специально вынула мобильный телефон из его сумки и попросила свою помощницу спрятать его. Она улыбнулась и сказала:

— Я здесь, чтобы отдать мобильный телефон Жун Сюю. У вас с ним хорошие отношения? Я не знала...

Её голос оборвался, а улыбка снова сползла с лица.

Она молча наблюдала за тем, как Цинь Чэн подходит к ней, забирает у неё телефон и суёт его в руки Жун Сюю. Его движения были такими быстрыми, что даже Жун Сюй не успел никак отреагировать. Жэнь Шучжэнь была ошеломлена ещё больше. Цинь Чэн как можно более небрежно спросил:

— Что ещё?

Жэнь Шучжэнь сжала кулаки, пытаясь сохранить улыбку на лице:

— Мистер Цинь, вообще-то...

— Ты забыл за ужином что-то ещё? — как будто не слыша Жэнь Шучжэнь, Цинь Чэнь повернулся и посмотрел на Жун Сюя.

Юноша улыбнулся и очень серьёзно ответил:

— Нет.

Цинь Чэн снова повернулся:

— Спасибо, мисс Жэнь. Уже поздно, возвращайтесь в свой номер. Спокойной ночи.

Едва он договорил, как дверь перед Жэнь Шучжэнь захлопнулась. Эта женственная и красивая девушка была выставлена за дверь, да ещё и с неискренним «спокойной ночи» на прощание.

В  сердце Жэнь Шучжэнь буквально полыхал пожар. Она не спешила уходить. Внезапно она услышала безразличный голос Цинь Чэна за дверью:

— Ты говоришь, что вы не знакомы, а она смеет называет тебя «Жун Жун»? Такое поведение просто отвратительно.

Жэнь Шучжэнь:

— !!!

Жэнь Шучжэнь громко повернулась на каблуках, отчаянно зашагав прочь.

Услышав её шаги, Жун Сюй, больше не смог сдерживать смех, а его красивые глаза превратились в два полумесяца, отчего взгляд Цинь Чэна стал ещё более глубоким.

Однако, немного посмеявшись, Жун Сюй вдруг тихо вздохнул и сказал:

— Вы говорите такие обидные вещи, Цинь Чэн.

Цинь Чэн слегка сдвинул брови:

— Кого я обидел?

Жун Сюй беспомощно ответил:

— Жэнь Шучжэнь, должно быть, очень рассердилась. Ваше отвращение к ней было настолько очевидно… она нарочито делала Вам комплименты, а Вы проигнорировали её... Ещё и в конце, Вы нарочно громко сказали мне, что она позволяет себе слишком много. Должно быть, она Вас возненавидела.

Цинь Чэн опёрся о стену и терпеливо выслушал подростка, чтобы узнать его собственный анализ и интерпретацию ситуации. Возможно, даже Жэнь Шучжэнь не заметила в его тоне нотки заботы, которую нельзя было скрыть.

Выслушав этот анализ, Цинь Чэн спокойно ответил:

— Это преступление – заставлять других чувствовать себя несчастными. Она может сколько угодно расстраиваться: на меня это никак не повлияет... — Цинь Чэн вдруг остановился, поднял глаза и серьёзно посмотрел на юношу. — Это ничуть не оскорбительно.

Мужчина произносил каждое слово очень мягко, словно играл на виолончели.

Жун Сюй не смог не сдержать дрожь в сердце. Он снова посмотрел на Цинь Чэна. Мужчина спокойно смотрел на него. Это было очень странное чувство. Смотреть на кого-то и безмолвно  шевелить губами, так и не сумев сказать ни слова.

Цинь Чэн тихо прошептал:

— Она не Хань Янхао, она не принесёт тебе неприятностей.

Сфера развлечений славится беспорядочными связями, но при этом в ней нет скандалов. Жэнь Шучжэнь по природе своей умна. Если она будет достаточно умна, она не станет делать глупости и раздувать скандал из-за какой-то мелочи, чтобы просто обидеть Цинь Чэна в ответ.

Цинь Чэн сегодня просто не оказал ей должного уважения, а это трудно было назвать причиной для скандала.

Когда Жэнь Шучжэнь только начала сниматься в кино, один режиссёр до крови избил её по лицу.

В то время она уже имела хороший статус в музыкальной сфере, но в сравнении с престижем этого фильма его было недостаточно. Все потому, что Жэнь Шучжэнь уже долгое время была в тени своего жениха, и в то время полным ходом шла подготовка к свадьбе, поэтому эта история быстро замялась.

Хотя позже, когда фильм вышел в прокат, она всё же попросила мужа дать ей возможность придать это дело огласке, однако к тому времени все улики уже были утеряны. Тем не менее, тогда она всё же пыталась сопротивляться.

Поэтому сегодня, после столь мелкого инцидента, она, скорее всего, будет считать, что ничего не произошло. На следующий день она уже сможет снова притворяться тёплой и щедрой и спокойно работать со всеми на съемочной площадке.

Не желая больше об этом думать, Жун Сюй протянул руку и нажал на выключатель. Тёплый свет разлился по стенам, осветив вход. Включив свет, он поднял губы в улыбке и спросил:

— Почему Вы вдруг решили приехать и посмотреть за моими съёмками? Вы же только вчера завершили съёмки, а уже сегодня возвращаетесь в страну, чтобы навестить меня? Разве Вы не устали?

Избавившись от назойливой женщины, они вместе вошли в номер Жун Сюя.

Когда Жун Сюй снял пальто, Цинь Чэн помог ему повесить его в шкаф; Цинь снял с себя шарф, а Жун Сюй помог ему аккуратно уложить его на полку.

Движения двух мужчин были очень плавными и ловкими, словно они практиковались в этом уже бесчисленное количество раз. В принципе, так и было. Прошло уже полгода с тех пор, как они начали жить вместе в доме Цинь Чэна.

Убрав шарф в шкаф и улыбаясь всё шире, Жун Сюй небрежно спросил:

— Тётя Цинь попросила Вас посещать мои съёмки?

Цинь Чэн:

— ...

Лучезарная улыбка сделала нежное лицо юноши ещё красивее, и Цинь Чэн не мог отвести от него глаз. Он увидел, как губы Жун Сюя изогнулись в нарочитой улыбке, когда он спокойно добавил:

— Я должен позвонить тёте Цинь и сказать, чтобы она зря не беспокоила Вас. У Вас ведь сейчас совсем нет времени…

— Это не имеет никакого отношения к моей матери. — перебил его низкий голос мужчины. — Я прилетел сам. — голос внезапно оборвался.

Юноша округлил глаза от удивления и быстро повернулся к нему, встретившись с ним взглядом.

Глядя на его удивленное лицо, Цинь Чэн медленно добавил, произнося  одно слово за другим:

—  Я сам... сам захотел прилететь.

http://tl.rulate.ru/book/14326/886091

Глава 77 (Часть 1)

Вопрос всё тот же, но ответ уже другой.

Рука Жун Сюя всё ещё сжимала тонкий шерстяной шарф. Ещё секунду назад он ничего не чувствовал. Всё было, как и раньше. Но вдруг он почувствовал жар у кончиков пальцев – за этот шарф держался ещё один человек. Тепло медленно передавалось ему, поднимаясь от кончиков пальцев к сердцу.

Теперь кое-что отличалось от прошлого.

Бюджет команды «Затерянного города» был побольше, чем у команды «Западни».

На сегодняшний день они снимали единственный четырёхзвёздочный отель рядом со Студией Сяншань. Однако в этом большом отеле, двоим мужчинам, жмущимся перед шкафом в прихожей, было очень тесно. Когда Жун Сюй вдруг понял это, казалось, что даже воздух вокруг стал теплее.

Его чистые зрачки дрогнули, и он уставился на мужчину, который ещё раз повторил:

— Я сам захотел прилететь.

Свет падал на затылок мужчины, слабо освещая его. Возможно, дело было в освещении, но в этот момент его глубокое лицо стало более трехмёрным, а в узких зрачках феникса словно переливались сразу все цвета, таких темных, необъяснимых... Жун Сюй почувствовал, что этот человек осторожно наблюдает за ним.

И вдруг!

Жун Сюй отвернулся и отвёл взгляд от Цинь Чэна. Он быстро положил шарф в шкаф и принялся раскладывать по местам собственную одежду. Очевидно, что его одежда уже итак была аккуратно развешена и разложена по полочкам, но он все равно несколько раз «перепроверил» её, с головой зарывшись в шкафу, как будто не обращая внимания на своего гостя.

После развешивания одежды Жун Сюй пошёл в направлении ванной комнаты, по пути улыбнувшись и сказав:

— Я не ожидал, что Вы придёте, поэтому несколько удивился. Я пойду, помоюсь первым. Вы подождёте?

Едва договорив, юноша направился прямиком в ванную и уже в следующую секунду закрыл за собой дверь.

Цинь Чэн:

— ...

Холодный и глубокий мужчина нахмурился, задумался над увиденным и посмотрел в сторону ванной комнаты, словно обо всём догадавшись.

За дверью ванной комнаты остановился Жун Сюй. Он не стал мыться, как сказал своему гостю, а подошёл к раковине. В огромном зеркале отражалось красивое лицо молодого человека. Длинные волосы ниспадали на лицо, но они никак не могли скрыть лёгкий румянец на щеках.

Глядя на себя в зеркало, юноша очень медленно открыл кран, набрал немного холодной воды в обе руки и начал умывать лицо.

Когда долгое время спустя из ванной раздались звуки бегущей воды, Цинь Чэн сел на диван, немного подумал и переместился на кровать, поскольку она была ближе к ванной.

Спокойно включив телефон и продолжая прислушиваться к звукам воды, мужчин начал писать пост на Вэйбо. Всё с тем же пустым выражением он отредактировал напечатанный текст, а непосредственно перед отправкой немного подумал и добавил картинку.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Ах-ах-ах-ах! Кажется, я ему тоже нравлюсь! Обожаю, обожаю, обожаю тебя! Ты так прекрасен, когда стесняешься. Так прекрасен! Нужно беречь этого малыша и обнимать, обнимать его!!! [фото]»

На картинке был изображён пухлый кролик, который крепко обнимал кролика поменьше, крича что-то в его милую маленькую мордочку. Снизу красовалась подпись «Деми».

После события с миллионом долларов в прошлом месяце, пользователь «Паста» стала знаменитостью в кругу фанатов. За месяц общее количество её подписчиков перевалило за 80.000. Даже после этого «Паста» ни разу не заговорила, и не дала никакого официального письменного ответа о пожертвовании миллиона, от чего число её подписчиков сократилось примерно 70.000 человек.

И сегодня вечером эта «Паста» неожиданно опубликовала на Вейбо новый пост. После того, как многие фанаты увидели его, некоторые просто прошли мимо, но другие принялись с любопытством комментировать:

«Эй, ты на самом деле опубликовала пост! Я думала, этот аккаунт давно заброшен».

«Ха-ха-ха-ха, я действительно не хочу верить в это, это так глупо! Эта фотография слишком милая!»

В общей сложности, около трёхсот пользователей сети прокомментировали новый пост «пасты из семян лотоса с апельсиновой начинкой». Большинство из них не могли поверить в то, что она и в самом деле такая милая! У тебя более 80.000 подписчиков, ты жертвуешь миллион на благотворительность, заявляешь, что ты Деми… и публикуешь такие картинки?

Не успели все подписчики оставить свои комментарии под первым постом, как «Паста» уже опубликовала второй.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Посмотрите на эту обезьянку!!! Деми =3 // Национальный клуб фанатов Жун Жуна: церемония запуска «Затерянного города» в HD [фото]...»

Не дав подписчикам даже среагировать, «Паста» опубликовала третий пост!

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Это Жун Жун, мой малыш! #ВаньЦиЯо #ХоСи. Сегодня он ещё прекраснее, чем прежде! // Ао-ао-ао! Пересмотрела сегодня «Западню» и «БзП»! Ах, моё маленькое сердечко сейчас взорвётся! Я вырезала для вас кусочек с Хо Си! [ссылка на видео]»

Пользователи сети: «...»

Да эта «Паста» просто не может остановиться!

Она отчаянно репостила на свою страницу различные фотографии и видео с Жун Сюем. В каждом таком посте она максимально «ванильно» признавалась ему в любви. До этого она долго строила свой образ «холодного отрешённого человека», но всё это в одночасье рухнуло!

Однако после того, как её «холодность рухнула», «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» не только не потеряла своих старых подписчиков, но и приобрела тысячи новых!

http://tl.rulate.ru/book/14326/921748

Глава 77 (Часть 2)

«Терпи, успокойся, ты должен поспать ~ Нет, я должен идти к красоте Жун Жуна, я должен изучить её, прежде чем лечь спать. Посмотреть на фото сто раз, помечтать, пофантазировать, и только потом я могу лечь спать ~\\(≧▽≦)/~»

«На самом деле, я лично хочу спросить у тебя, «Паста»: ты забыла, что только что призналась в любви своему возлюбленному? Ха-ха-ха-ха, только что призналась в любви своему кумиру-богу, а уже в следующую секунду постишь видео с ним. У тебя большое сердце, я дам тебе... 32 лайка!»

Эти фанаты в шутку писали обычные случайные комментарии, но они уж точно не ожидали, что «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» действительно будет отвечать каждому!

«Паста» ответила на комментарий «Малыша»: «Ты не малыш! Жун Жун малыш!»

«Паста» ответила на комментарий «Соуса»: «Ерунда, Жун Жун не ревнивый – это я люблю ревновать».

Паста ответила на комментарий «Смени ник»: «Я могу спать по ночам, я – не ты!»

«Паста» начала отвечать всем, и стиль её ответов… выглядел весьма глупо.

Все в комментариях явно шутили, но «Паста» отвечала им всерьёз! И чем больше она отвечала, тем больше ей писали. Уже через какое-то время под её постом набралось более тысячи комментариев. Для такого непопулярного аккаунта это был очень хороший результат!

Конечно, стоит упомянуть, что человеком, который занимал сегодня первое место в «горячем поиске» Вэйбо, был Цинь Чэн.

Так случилось, что этим утром Сюй Цзинь использовал аккаунт «Императора Кино» и опубликовал с него рекламный пост о новом фильме с прикреплённым фото. В итоге, всего за полдня под этим постом набралось не меньше полутора миллионов комментариев, а количество репостов приближалось к двум миллионам. Лайков пост собрал больше четырёх миллионов!

Триста миллионов подписчиков взволнованно поддерживали своего «бога». Некоторые фанаты даже подшучивали: «Когда уже Цинь Чэн ответит на мой комментарий? Это было бы так здорово… Ха-ха-ха, шучу! Если бы мой Цинь Шэнь отвечал на каждый комментарий, он бы быстро утомился. Мой мужчина такой хладнокровный! *чмок* =3»

Эта фанатка сильно удивилась бы, узнав, что её «хладнокровный мужчина» уже битый час отвечает на каждый комментарий от фанатов Жун Сюя…

Однако «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» не долго ссорилась с фанатами в комментариях. Звук воды в ванной медленно прекратился. Цинь Чэн тут же убрал телефон в карман, достал другой телефон и спокойно включил его. На его лице не было никаких эмоций, но он пустым взглядом смотрел на самый первый пост на экране, не удосужившись его пролистнуть.

Дверь ванной открылась, из неё появился юноша в пижаме с одеждой в руках и отправился развешивать её на вешалки в комнату.

Жун Сюй ничего не говорил, и Цинь Чэн тоже молчал, но последний тайком сверлил взглядом спину юноши.

Высокое стройное тело, длинные прямые ноги… даже в простой пижаме он был красив. Из-за движений его рук, Цинь Чэн смог разглядеть светлую кожу на его тонкой талии.

Цинь Чэн невольно сглотнул, и перед ним появилось хитрое лицо. Не успел он оправиться от этой прекрасной сцены, как вдруг увидел, как юноша резко обернулся, улыбнулся и пошёл прямо на него. Приближаясь, Жун Сюй с улыбкой сказал:

— Уже так поздно, самолёты в город уже не летают?

Голос ошарашенного мужчины был низким:

— Да… не летают.

В этой пижаме не было ничего особенного, но на теле этого молодого человека она выглядела как высококлассный костюм на каком-нибудь показе мод. Непонятно, почему, но выглядела она потрясающе. Жун Сюй тихой и мягкой поступью подошёл поближе:

— Не удобно ехать в Нин: уже слишком поздно.

Цинь Чэн тупо спросил:

— Да?

В этот момент Жун Сюй уже стоял прямо перед Цинь Чэном. Он слегка улыбнулся и наклонился, положив одну руку на бок Цинь Чэна. Расстояние между ними экстремально сократилось!

Теплое дыхание коснулось щёк мужчины. Цинь Чэн выглядел ошарашенным, а Жун Сюй лишь поднял губы в слабой улыбке.

Их разделяло крохотное расстояние в десять сантиметров! Он уже мог коснуться его губ! Но Жун Сюй внезапно остановился. В ярких глазах юноши мелькали огоньки, словно звёзды. Время остановилось в этот момент, и Цинь Чэн уже приготовился к поцелую, когда тихий и мягкий голос тихо спросил:

— Цинь Чэн, сегодня вечером... Вы собираетесь спать со мной?

*Бум!*

Кончики ушей внезапно запылали огнём, волны тепла разлились по сердцу, а глаза затуманились.

Атмосфера стала слишком неловкой; мужчина лежал на кровати, опёршись на одну руку. Расстояние между мужчинами было таким коротким, что Цинь Чэн мог поднять голову, и его губы тут же встретились бы с мягкими тёплыми губами Жун Сюя. Тем не менее, Цинь Чэн не мог даже пошевелиться. В следующую секунду Жун Сюй внезапно отошёл от кровати и улыбнулся:

— О, он, и правда, здесь! Значит, я не ошибся.

Цинь Чэн ошеломленно поднял голову. Он увидел, что Жун Сюй держит в руке мобильный телефон и с улыбкой объясняет ему:

— Я просто думал: куда подевался мой телефон? Оказывается, он был прямо за Вами. Цинь Чэн, Вы собираетесь принимать душ?

Цинь Чэн:

— ...

Вы... собираетесь... принимать... душ...

В следующий момент мужчина быстро встал с кровати, прошёл прямиком в ванную и сразу же захлопнул за собой дверь.

Ситуация кардинально изменилась по сравнению с тем, что было 20 минут назад. На этот раз юноша остался сидеть за дверью, держа в руках телефон и едва сдерживаясь от смеха. Мужчина по другую сторону двери закрыл лицо руками, прислонившись к дверной панели. Казалось, будто его настроение испорчено, но нет: уголки его губ слегка приподнялись, обнажив едва заметную улыбку.

Вскоре из ванной раздался шум воды. Жун Сюй не стал сидеть на кровати прямо рядом с ванной, как Цинь Чэн, а пошёл на диван, чтобы почитать горячие новости дня.

После того, как новости закончились, Жун Сюй зашёл на Вэйбо. Он не обращал на ленту новостей особого внимания, потому что почти все посты там были от инсайдеров. Обычно он задерживался только на постах актёров и персонала фильмов, над которыми он работал. Однако эти люди очень редко писали посты, поэтому единственным, что заинтересовало его в ленте сегодня – пост одного аккаунта с очень знакомым именем.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Жун Жун!!! / Жун Сюй: «Погода сегодня прекрасная! Завтра состоится церемония запуска «Затерянного города» [фото]...»

Жун Сюй: «...»

«Меня зовут Жун Сюй, а ты называешь меня Жун Жуном?!»

Да, на самом деле, ещё во время того последнего инцидента с пожертвованием миллиона Жун Сюй обратил «пристальное внимание» на необычную холодность этого интернет-пользователя. В течение этого месяца на этой странице ничего не публиковалось, и Жун Сюй, естественно, совсем позабыл о её существовании.

Но теперь эта страница «ожила»...

Жун Сюй посмотрел на последние минимум двадцать постов:

— ...

«Этот человек – действительно тот самый фанат, который поленился написать мне в личные сообщения даже пять слов? Это тот самый человек, что показался мне холодной глыбой с Южного полюса?!»

Это не нормально.

http://tl.rulate.ru/book/14326/924011

Глава 77 (Часть 3)

Время тянулось медленно, пока Жун Сюй листал различные репосты и признания в любви от этого «элитного поклонника». Когда он, наконец, дошёл до самого первого сегодняшнего поста «Пасты из семян лотоса с апельсиновой начинкой», Жун Сюй посмотрел на него какое-то время, а затем беспомощно улыбнулся.

У каждого поклонника есть своя личная жизнь, и всё, что он может сделать, чтобы показать своему кумиру свою любовь, – это похвалить его работы или его личные ценности. Звёзды ведь не просто играют и поют – они тоже люди.

Выйдя с Вэйбо, Жун Сюй снова принялся листать последние новости индустрии развлечений. Через тридцать минут он вдруг почувствовал, что что-то не так:

«Цинь Чэн?..»

Через полминуты мужчина вышел из ванной.

Как будто сегодня вечером ничего не произошло, Жун Сюй улыбнулся и поприветствовал его, а Цинь Чэн в ответ равнодушно кивнул. Они сели на диван друг напротив друга и стали обсуждать сцены, в которых Жун Сюю предстояло сняться завтра.

Так, они проболтали до поздней ночи. Когда Цинь поднял руку, чтобы выключить свет у спинки кровати, он услышал тихий голос юноши позади:

— Спокойной ночи.

Цинь Чэн немедленно повернул голову, и, только когда свет погас, в его глазах отразилась нежная улыбка юноши.

— Спокойной ночи…

Рано утром следующего дня, когда в номере ещё было темно, Жун Сюй проснулся и, не став беспокоить Цинь Чэна, пошёл в студию. Сегодня ему предстояло снять несколько боевых сцен. Хотя большинство боевых сцен в этом фильме были с участием Бай Сивэня, ему тоже нужно было изучить несколько простых приёмов.

В каждом фильме были свои боевые сцены. Даже если актёр в этих фильмах был один и тот же, его боевые сцены в них могли отличаться. Строго говоря, в боевых сценах должно учитываться множество факторов: погода, местность, время и т. д. Например, ночью следует учитывать проблему освещения, а в помещении – проблему окружающего реквизита.

Постановщиком трюков «Затерянного города» был известный в кругу постановщик Юань Лао Ба. По совпадению, он был родственником Юань Дао.

Юань Лао Ба возглавлял команду боевых искусств и разработал множество специальных трюков специально для «Затерянного города». В сегодняшней сцене Тань Янсюань должен был поймать торговца людьми в непосредственной близости от площади. Ему нужно было пересечь толпу, чтобы поймать его.

Сюэ Цзячжэ, который следовал за Тань Янсюанем для того, чтобы изучить место преступления, был вынужден поспешить за ним и помочь ему поймать преступника.

Именно от этого преступника Тань Янсюань и Сюэ Цзячжэ и получили в последующем важную подсказку: у шестой жертвы была дочь, но он любил играть в азартные игры. Восемь лет назад он продал сюда свою дочь, которой на тот момент было всего десять лет.

Этот торговец затем продал девочку в отдаленную деревню в горах. Когда ей было 12 лет, она родила своего первого ребенка. У неё было четыре мужа.

— Погибший отец никогда не спрашивал у меня о местонахождении своей дочери. — добавил торговец. — Сейчас её уже нет в живых. После рождения второго ребёнка в тринадцать лет, она спрыгнула со скалы, и спасти её не удалось.

Выслушав торговца, Сюэ Цзячжэ спокойно составил портрет преступника: «его бросили его родители».

История «Затерянного города» всегда была жестокой, а портрет, составленный Сюэ Цзячжэ, вкупе с его поэтапными рассуждениями, наконец, дали свои плоды, и им удалось выйти на подозреваемого.

Подозреваемого действительно бросила родная мать в раннем возрасте. Его отец постоянно пил, имел судимость и работал на бойне. Позже, чтобы избавиться от отголосков прошлой жизни, юноша получил образование и устроился на хорошую работу. Чтобы улучшить свой жизненный статус, он начал преподавать уроки рисования и музыки. Но год назад его подруга ударила при нём своего ребёнка. Это и стало спусковых крючком для серии убийств.

Даже когда Тань Янсюань схватил подозреваемого, он не пытался отрицать свою вину. Напротив, он сам признался, что сделал это, и дело о серийном убийце было раскрыто.

Казалось невероятным, почему некоторые зрители могли грешить на Сюэ Цзячжэ. Но дело в том, что если зритель будет внимательно смотреть фильм, то он обнаружит, что уже видел этого подозреваемого задолго до его ареста!

Когда Тань Янсюань пришел в частную компанию Сюэ Цзячжэ, чтобы найти его, из его кабинета вышел тот самый «серийный убийца», который только что закончил свой сеанс психотерапии.

Всё это тонко накладывалось друг на друга, соединяясь в единое целое, но оставляя при этом после просмотра фильма чувство неопределенности.

Если Сюэ Цзячжэ хотел убить главного героя, он мог это сделать. Но зрители не знали, сделал он это или нет.

Если кассовые результаты не будут хорошими, то история на этом оборвётся, оставив свой финал на воображение зрителей.

Сценой, которую собирались снимать сегодня, была сцена задержания торговца людьми на площади.

Воспользовавшись хорошей погодой, Юань Дао специально решил приступить к съёмкам пораньше и уже всё для них подготовил.

Как и говорил Цинь Чэн, когда Жун Сюй утром пришёл в студию, Жэнь Шучжэнь вела себя как обычно, будто вчера ночью ничего не произошло. Она лишь улыбнулась и поприветствовала его. Однако она сказала:

— Жун Жун, доброе утро.

Жун Сюй в ответ на это приподнял бровь и улыбнулся:

— Сестра, рано.

Жэнь Шучжэнь больше не могла этого вынести и быстро ушла прочь. В течение всего утра она не разговаривала с Жун Сюем, и её отношение к нему сильно изменилось, сменившись с фамильярного на вежливое.

Возможно, из-за того, что её наконец наставили на путь истинный, сегодня утром Жэнь Шучжэнь переснимала свои дубли всего два раза и даже получила похвалу от режиссёра Юаня.

После обеда должны были начаться съёмки самой важной на сегодня сцены – боевой.

Какой бы красивой ни была эта сцена, существовала определенная опасность – как для режиссёра, так и для актёров.

Когда начались съёмки первой боевой сцены, Бай Сивэнь случайно столкнулся с актёром массовки и упал на землю, разбив колени. После того, как с этой сценой было покончено, съёмочная команда наконец расслабилась и с чистым сердцем приступила к съёмкам разговорных сцен.

Когда Цинь Чэн прибыл на съемочную площадку, он сразу же услышал холодный и равнодушный голос:

— В возрасте трёх-семи лет его бросили родители. Волосы у него не короткие, но и не слишком длинные. Он получил высшее образование. В настоящее время работает, водит автомобиль, чёрный, может быть, это...

— Эй, Профессор Сюэ, вы даже марку автомобиля можете назвать! Разве это не наука?

Раздался мягкий низкий смех. Даже если вы не видели его своими глазами, вы могли представить, что обладатель этого смеха не улыбается глазами, а лишь демонстрирует слабую холодную улыбку.

«Поулыбавшись» с секунду, мужчина медленно остановился и еле слышно произнёс:

— Тань, у него не одна машина, а целых две.

http://tl.rulate.ru/book/14326/925911

Глава 78 (Часть 1)

Студия была переполнена людьми, в промежутках между которыми иногда можно было разглядеть красивого джентльмена. Он был в серебристых очках и лёгкой ветровке и спокойно стоял посреди студии, произнося свои реплики на камеру.

Его тонкие губы были очень светлого цвета, словно гримёры намеренно старались скрыть их естественный цвет. Он казался немного бледным. Очки скрывали от зрителей его истинный взгляд, но губы были изогнуты в слабой улыбке, которая делала этого человека несколько холодным.

Зрелый, сдержанный, глубокий, элитный мужчина.

Шаги Цинь Чэна медленно прекратились, и он уставился сквозь огромную толпу на далёкий центр студии.

— Мистер Цинь?.. Это правда Вы? — спросил у него шёпотом один из рядом стоящих сотрудников.

Цинь Чэн повернулся, чтобы посмотреть на него, и сказал:

— Спасибо.

Сотрудник тут же покачал головой:

— Не стоит благодарностей… Вы можете... дать мне автограф?

Вскоре съёмки сцены были окончены.

Гримёры быстро вошли в студию, чтобы подправить актёрам грим. Жун Сюй собирался почитать сценарий, пока над ним будет возиться гримёр. Хотя он уже давно выучил все свои реплики, он никогда не относился к своей работе халатно. Находясь в команде, он то и дело поглядывал на  сценарий и повторял его, чтобы не допустить ошибок в процессе съёмок.

Когда он с серьёзным лицом читал сценарий, он вдруг услышал где-то вдали шум. Подняв голову, он увидел, как семь или восемь сотрудниц быстро пробежали в одном направлении, а следом за ними – пара сотрудников-мужчин, тоже взволнованные и перешептывающиеся.

Сидя от них слишком далеко, Жун Сюй не мог расслышать их разговора. Он моргнул и задумался. В этот момент к нему подошла Ло Вэй и взволнованно объявила:

— Сяо Сюй, к нам пожаловал сам Цинь Чэн! Кажется, он сейчас разговаривает с Юань Дао.

Его глаза слегка расширились, но уже в следующее мгновение Жун Сюй успокоился и улыбнулся:

— Цинь Чэн здесь?

Ло Вэй внезапно вспомнила:

— Да, Сяо Сюй, вы же работали с Богом Цинь над «Чёрными тучами»… Вы с ним должны быть хорошо знакомы. Нужно ли мне помочь организовать вам встречу, чтобы вы поздоровались?

Все, что должны были снимать сегодня днём, – сцены Жун Сюя. Он сейчас был самым занятым человеком в команде (не считая режиссёра Юаня).

Выслушав Ло Вэй, Жун Сюй мягко кивнул, и она быстро убежала прочь. Что касается того, хотела ли она просто помочь Жун Сюю «поздороваться со старым другом» или хотела увидеть своего кумира – одной ей было это известно.

Несколько гримёрш неподалёку радостно переговаривались:

— Ой, я так рада… я определенно хочу увидеть нашего Бога.

— Да, и я. Это же Цинь Чэн – какая девушка его не любит?

Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Сестра Сяо Юй очень любит Цинь Чэна?

У Жуна Сюя всегда были хорошие отношения в команде: у него был хороший нрав, и он мог поладить с кем угодно. Поэтому девушка посмотрела на Жун Сюя и с улыбкой ответила:

— Есть ли на свете такая девушка, которая не любит Цинь Чэна? Ха-ха, Жун Жун, мы и Вас тоже очень любим! Вы очень красивый.

Жун Сюй улыбнулся и с серьёзным видом сказал:

— Но Сяо Сяоцзе говорила, что главный мужчина в её сердце, – я.

Самая младшая из этих гримёров годилась ему в тётки. Они взглянули на серьезное лицо Жун Сюя и не могли не рассмеяться. Они лишь сочли его серьёзный взгляд очень милым и забавным.

Вскоре должна была начаться следующая сцена.

Съёмочная бригада была очень большой, и Жун Сюй нигде не видел Цинь Чэна и не знал, был ли он ещё на площадке.

Поначалу он думал, что после вчерашнего «визита с проверкой» Цинь Чэн покинет Сяншань сегодня и никак не выдаст своё местонахождение. Но теперь Цинь Чэн пришел прямиком на площадку «Затерянного города», и, хотя он и не разговаривал с ним, похоже, его появление вызвало бурную реакцию в команде.

Когда Жун Сюй готовился к съёмкам в помещении, он, наконец, увидел этого человека.

Цинь Чэн был одет в тот же тёмный плащ, что и вчера, и разговаривал с режиссёром Юанем.

Юань Дао увидел приближающегося Жун Сюя и радостно помахал ему рукой, а Цинь Чэн повернулся в том же направлении, что и он, и едва заметно изогнул губы.

Жун Сюй приподнял бровь: «Эй, это значит... Он же не всерьёз приехал сюда в качестве наблюдателя?»

Однако в следующую секунду Юань Дао сам ответил на его вопрос:

— Цинь Чэн, тут такое дело – у него сегодня ещё много сцен. Но Вы посмотрите на себя... Давайте я дам ему отгул – пусть он оставит съёмочную площадку и пройдётся с Вами по Городу кино и телевидения?

Услышав его слова, Жун Сюй был малость удивлён. Прежде чем он успел открыть рот, его опередил низкий магнитный голос мужчины:

— Нет, я пришёл как наблюдатель.

Юань Дао улыбнулся:

— Пока Вы в нашей студии, ни одна женщина из нашей команды не сможет спокойно работать. Вот, Сяо Чжэнь, скажите, я ведь прав?

Жэнь Шучжэнь, которая подошла к ним слишком незаметно, улыбнулась и ответила:

— Юань Дао заставляет меня подыграть его шутке?

Услышав это, Юань Дао рассмеялся – похоже, он был в хорошем настроении.

Выражение лица Жэнь Шучжэнь было вполне нормальным. Она не выказывала никакого смущения от встречи с Цинь Чэном. Казалось, будто они и вовсе не виделись прошлой ночью.

Она вела себя очень открыто и даже хотела обменяться с Цинь Чэном контактами, но Цинь Чэн спокойно ответил:

— Мой телефон разрядился – сейчас неудобно.

Жэнь Шучжэнь равнодушно улыбнулась:

— Ну, давайте подождём.

Красивые, высокие, гламурные – когда эти двое стояли рядом, они смотрелись довольно эффектно. Глядя на эту сцену, юноша скривил губы  и пошёл к выходу:

— Если уж Вам случилось приехать в Город кино и телевидения, Цинь Чэн, тогда давайте пройдёмся по магазинам.

Пять минут спустя они уже покинули съёмочную площадку «Затерянного города».

Перед их уходом Юань Дао сказал Жун Сюй пару напутственных слов. Только тогда он узнал, что Цинь Чэн действительно прибыл сюда как наблюдатель. Они с Юань Дао обсуждали съёмки какого-то фильма, когда Юань Дао вдруг неожиданно сказал:

— Старина Лю, так ему нужен пейзаж водопада? Сказал бы сразу! В Сяншане только что создали  водопад, и он очень даже неплох. Не мог бы ты проводить его?

В подготовительной работе над любым фильмом или сериалом, помимо распространенного написания сценариев и прослушивания актёров, немаловажное значение играет и создание сцены. В Китае есть много кино- и телевизионных баз, которые имеют множество архитектурных и природных экологических ландшафтов, которые могут быть использованы для съемок.

В то же время, команда проекта может строить и свои собственные здания, что, конечно, отнимает много времени и труда, но зато  больше соответствует требованиям сценария.

В дополнение к этому команда может снимать природные пейзажи по всему миру. Например, несколько лет назад в китайском горном массиве был снят голливудский научно-фантастический блокбастер с использованием пост-технологий для создания «волшебной страны, парящей в небе».

Однако, независимо от технологий и спецэффектов, необходим и сам процесс создания сцены. Искусственная красота никогда не сравнится с природной.

Так вот, Цинь Чэн собирался посотрудничать с главным китайским режиссёром Лю Юнчжэном в его новом блокбастере. Для его съёмок они подыскивали странный водопад.

Это пока была информация не для масс.

http://tl.rulate.ru/book/14326/957805

Глава 78 (Часть 2)

Ближе к вечеру круглый закат навис над землёй на западе, словно перемещаясь между горами.

Сняв костюм и переодевшись в обычную повседневную одежду, Жун Сюй снял с себя и очки. Он не обратил на это внимания, но в тот момент, когда он снял очки, на лице мужчины отразилась необъяснимая потеря.

Жун Сюй с улыбкой заговорил:

— На самом деле, я не очень хорошо знаком с Городом кино и телевидения. Юань попросил меня устроить Вам экскурсию по магазинам. В общем, если мы потеряемся, я не виноват.

Цинь Чэн спокойно ответил:

— У меня есть телефон.

Юноша с притворным «О!» улыбнулся ещё шире:

— Разве Ваш телефон не сел?

Мужчина на мгновение замедлил шаг. Через некоторое время он снова зашагал вперёд, как ни в чём не бывало продолжив:

— Я не хотел обмениваться с ней номерами.

Эта отмазка Цинь Чэна, на самом деле, была очень слабенькой, но она всё же помогла ему отделаться от Жэнь Шучжэнь.

Жун Сюй молча посмотрел на мужчину, только чтобы увидеть, как тот равнодушно глядит вперёд. На его холодном безэмоциональном лице как всегда не было никаких изменений.

Но эмоции на его лице никак не были связаны с его чувствами.

Непроизвольно изогнув уголки губ, Жун Сюй сменил тему:

— Скажите, Вы так внезапно прилетели сюда – неужели это не вызвало кучу проблем? Я нигде не видел Сюй Цзиня… Он знает, что Вы в Сяншане?

Цинь Чэн без колебаний ответил:

— Знает.

***

В это время в столичном аэропорту.

Крепкий мужчина тащил за собой два больших чемодана и громко нецензурно ругался. Его лицо было настолько мрачным, что казалось, вот-вот пойдёт дождь. Рядом с ним семенил младший помощник с тремя чемоданами.

На полпути Сюй Цзинь вдруг остановился и повернулся, чтобы посмотреть на помощника:

— Когда он ушёл? Он просто исчез посреди ночи! Это нормально?! Куда он направился, скажи мне честно! Не лги мне!!!

Младший помощник пролепетал:

— Сюй Гэ, откуда мне знать, куда направился Цинь Чэн...

— Не лги! Его паспорт здесь – как он мог вернуться в Китай? Если ты не знаешь, то кто тогда знает?!

Услышав это, младший помощник, наконец, стыдливо склонил голову:

— Цинь Чэн попросил меня… я не мог ему не помочь, Сюй Гэ...

Сюй Цзинь:

— ...

«Хороший мальчик! Наконец-то ты признался, ага!»

Уголки губ Сюй Цзиня холодно изогнулись:

— Куда он направился? Его телефон отключен!

Помощник тихо ответил:

— Город Нин...

Сюй Цзинь:

— ...

«Город Нин, Город кино и телевидения Сяншань, какой фильм там сейчас снимают? Кажется, он называется «Затерянный город»... так-так… кто главная звезда «Затерянного города»?.. ДА ЧТО ТУТ ДУМАТЬ?! Кто ещё это может быть?! Это моё упущение…»

***

В городе В.

Сюй Цзинь уже взял билет на самолёт в город Нин на следующий день.

Жун Сюй и Цинь Чэн, ведомые одной лишь всемогущей картой на мобильном телефоне, наконец, отыскали пейзаж водопада, находившийся в стадии разработки.

Здесь было не очень безопасно. Только величественный Млечный Путь летел вниз со скалы высотой более 30 метров, яростно ударяясь о скалы внизу и рассыпаясь в  белую пену.

Этот водопад был не сильно высокий, а поток воды был очень быстрый. Мужчины, стоявшие под обрывом, не слышали ничего, кроме грохота водопада и шума воды.

Дойдя до источника воды, они остановились.

Цинь Чэн достал свой телефон и собрался сделать пару кадров, но, чтобы найти лучший угол обзора, он сделал несколько шагов вперёд. Когда он остановился, он был уже максимально близко к водопаду, и брызги воды долетали уже до его волос.

Крепко держа свой телефон обеими руками, Цинь Чэн поднял его повыше и в этот момент обернулся. Молодой человек, встретившись с ним глазами, нахмурился и серьёзно посоветовал:

— Будьте осторожны. Не упадите.

По груди Цинь Чэна разлилось тепло,  и он быстро сделал необходимые фотографии.

Жун Сюй спросил:

— Будете снимать только здесь? Не хотите сходить и в другие места, захватить больше ракурсов?

Цинь Чэн покачал головой:

— Это слишком опасно, в этом нет необходимости.

Жун Сюй не мог удержаться от улыбки:

— Вы знаете об опасности, но всё равно только что поднялись на самый край водопада и чуть не напугали меня.

Глядя на нахмуренные брови молодого человека, Цинь Чэн изогнул свои тонкие губы в слабой улыбке:

— Ты…

Однако, глядя в глубокие глаза мужчины, он так и не смог издать ни звука.

Они уже планировали покинуть водопад, но на полпути заметили сотрудника киностудии. Сотрудник увидел Цинь Чэна и Жун Сюя и взволнованно попросил у них автографы и групповое фото на память.

Услышав об их намерениях, сотрудник улыбнулся и сказал:

— Невозможно найти лучшее место, чтобы увидеть водопад. Чтобы облегчить наблюдение за водопадом, несколько дней назад была отремонтирована смотровая площадка. Она вон там, я отведу вас туда.

Поколебавшись мгновение, Жун Сюй согласился на его предложение.

Смотровая площадка была недалеко, всего в ста метрах от них, но из-за того, что она была скрыта густыми ветвями, Жун Сюй и Цинь Чэн не смогли её найти. Смотровая площадка была построена из дерева и находилась очень близко к водопаду, но высокий забор эффективно предотвращал возможность падения. Это было идеальное место для посетителей, с прекрасным обзором.

Сотрудник вскоре после этого ушёл, но напоследок достал свой телефон и написал в «заметках» несколько слов для Жун Сюя: «Здесь очень громкий водопад – трудно что-то расслышать».

Прочитав эту строчку, Жун Сюй попытался крикнуть несколько слов Цинь Чэну, но тот, очевидно, ничего не услышал, поскольку продолжал делать фото и не оглядывался назад.

Узнав этот «секрет», Жун Сюй таким же образом поделился им и с Цинь Чэном.

Мужчина удивленно приподнял брови. Он попытался сказать какое-то слово, но Жун Сюй мог видеть только его раскрытые губы, но не мог понять, что он говорил.

Сделав ещё несколько фотографий, они снова собрались уходить. Жун Сюй шёл впереди, Цинь Чэн – за ним. Деревянный пол смотровой площадки был влажным. Хотя упасть отсюда в водопад было невозможно, было бы не очень хорошо, если бы кто-то из них поскользнулся.

Идя вперёд, Жун Сюй замедлил шаг, и когда он уже поднимался на ступеньки, его внезапно потянули за руку. Юноша резко остановился и повернулся, с удивлением уставившись на мужчину, который очень серьёзно смотрел на него.

За его спиной развернулся прекрасный водопад. Белый «снег» брызгами падал на его волосы, заставляя их слипаться в пряди и ниспадать на тёмные глубокие глаза. Его взгляд был спокойным и тяжёлым, таящим в себе много неизвестных эмоций. И устремлён он был на Жун Сюя.

Время, казалось, остановилось.

Жун Сюй ясно видел, что мужчина открыл рот и нежно сказал ему три слова.

Звук свирепо ревущего водопада заглушал все посторонние звуки, но зрачки юноши всё же медленно увеличились.

Три минуты спустя они покинули водопад, и громовые удары воды о камни становились всё дальше и дальше. Цинь Чэн остановился и отправил Лю Лао фотографии, которые только что сделал.

Когда он отправил последнее фото, он услышал осторожный голос юноши, вопрошающий:

— Цинь Чэн, что Вы только что мне сказали?

У подножия лестницы мужчина убрал телефон обратно в карман и тихо ответил:

— Я просил тебя быть осторожным, смотреть на ноги и не поскользнуться.

Услышав его ответ, юноша внезапно остановился, а мужчина повернулся, чтобы посмотреть на него.

Под заходящим солнцем прекрасный юноша купался в великолепных лучах золотого света. Его изящное красивое лицо выражало некоторую беспомощность. Сглотнув, он медленно спросил:

— То, что Вы сказали мне... это правда?

http://tl.rulate.ru/book/14326/960316

Глава 79 (Часть 1)

Тусклый закат в этот момент полностью скрылся за горизонтом.

Небо стало голубым, усеянным мелкими точками, а длинная и узкая голубая полоса протянулась по нему с юга на север. Неподалёку всё ещё были слышны звуки водопада, но ни его красота, ни красота красивых пейзажей гор не могли сравниться с глазами этого юноши.

Воздух, казалось, мгновенно замёрз.

Жун Сюй поднял голову и серьёзно посмотрел на Цинь Чэна, а Цинь Чэн посмотрел на него сверху вниз в ответ.

Оба не издавали ни звука – был слышен только ветер, трепещущий листья.

Год назад миссис Цинь на всех парах примчалась в Китай и, ругая своего сына, заявила: «Почему тебя не волнует твой младший брат?! Почему ты не заботишься о нём?!»

Однако Цинь Чэн больше не вспоминал о том дне. Знала ли его мать что он и вправду станет очень заботиться о нём?

В тот вечер в гостиной Цинь Чэн впервые увидел этого юношу.

Бывает любовь постепенная, а бывает – с первого взгляда.

Отныне ему не нужен был никто другой – только этот юноша.

В тот день он отдал ему ключи от своей квартиры. Ключи, которых не было даже у его родной матери, были лично вручены этому незнакомому юноше. Тогда Жун Сюй посмотрел на него с улыбкой, сощурил свои прекрасные глаза и чистым голосом поблагодарил: «Спасибо».

Казалось, будто это было вчера…

Время не сгладило этой внезапной любви – напротив, она только созревала, как вино. Он не мог и не хотел отпустить его, не мог потерять его.

Теперь этот юноша, которого он любил всем своим сердцем, стоял перед ним и спрашивал у него, что он только что сказал.

Взглянув на юношу, который был так ослепителен, что затмевал собой целое звёздное небо, Цинь Чэн спокойно спросил:

— А что, что-то не так?

Кто-то в индустрии однажды заметил, что в Хуа Ся есть самый подходящий актёр для любовных фильмов. Ради него ты готов отказаться от всего и убежать. Речь тогда шла о Цинь Чэне.

Голос у Цинь Чэна был очень приятный.

Он никогда не использовал дубляж, и голоса всех его персонажей принадлежали ему. Когда он понижал голос и осторожно называл героиню по имени, ты не мог не догадаться, почему героиня так любит этого человека.

Однако сейчас, когда Цинь Чэн намеренно понизил голос, Жун Сюй лишь изогнул губы и сказал:

— Да, Вы сказали не «будь осторожен», а что-то другое...

Юноша в этот момент с трудом сдерживал улыбку.

Двое мужчин долго смотрели друг на друга, после чего один из них медленно закрыл глаза. Через мгновение он снова открыл их, посмотрел на юношу, который всегда улыбался, и беспомощно улыбнулся в ответ.

Только он в этом мире мог видеть его улыбку. Только Жун Сюй мог стоять здесь с ним и задавать эти вопросы,  потому что Жун Сюй – единственный человек, которого он любит.

Уголки глаз мужчины слегка приподнялись. После долгого времени молчания он, казалось, наконец решился. Вздохнув, он заговорил:

— Это предложение...

*Дзынь-дзынь!*

Телефонный звонок неожиданно прервал слова Цинь Чэна.

Цинь Чэн:

— ...

Напряжённая атмосфера в воздухе улетучилась в одно мгновение.

Юноша удивлённо приподнял бровь, достал телефон из кармана, взглянул на имя на экране блокировки и быстро нажал на кнопку ответа:

— Сестрёнка? В чем дело?.. Хорошо, мы скоро вернемся. Постараемся уложиться в десять минут... подожди нас. — повесив трубку, Жун Сюй поднял голову и быстро сказал. — Из-за того, что Вы пришли на площадку, Юань Дао решил закончить сегодняшние съёмки пораньше. Все ушли на обед. Теперь все ждут нас на съёмочной площадке. Как только мы придём, мы немедленно отправимся есть. — не договорив, Жун Сюй направился вперёд, пройдя мимо Цинь Чэна.

Жун Сюй всегда был пунктуальным человеком, да и, судя по голосу Ло Вэй, дело было очень срочное. Похоже, намерения Юань Дао были временными, и теперь он не давал людям даже немного времени для подготовки. Юань Дао не смог дозвониться Цинь Чэну, поэтому попросил Ло Вэй связаться с Жун Сюем. Во всяком случае, как только один из них вернётся, сразу вернётся и второй.

В сердце Жун Сюя закралось сожаление; он не смог скрыть досаду на своём хмуром лице.

Идя вперёд, он очень жалел, что этот звонок пришёлся так не вовремя.

«Если бы она позвонила немного позже, хотя бы минут на пять, может быть, он бы...»

Мужчина застыл на месте, с недоверием уставившись вниз.

Пара сильных рук обняла его сзади, крепко обхватив его за талию. Жар от тела мужчины медленно передавался и ему.

Они стояли очень тесно друг к другу; между ними не было ни сантиметра свободного расстояния. Это объятие было слишком внезапным и слишком неловким.

На тропе, окруженной зелёной травой, высокий красивый мужчина неожиданно протянул руки и обнял юношу, который шёл перед ним. Он обнимал его так крепко, словно думал, что он убежит сразу же, как только он отпустит его… а затем он наклонился очень близко к красивой мочке его уха.

В следующий момент уха юноши коснулось тёплое дыхание.

Его тело стало ватным; ему хотелось резко повернуть голову, но он не мог пошевелиться, слушая тихое дыхание у своего уха, которое, казалось, пробирало его до самых костей.

Белоснежное лицо юноши постепенно окрасилось в розовый цвет, а в горле пересохло.

Он хрипло пробормотал:

— Цинь Чэн...

— Да. — лениво отозвался мужчина.

Жун Сюй прикоснулся к руке мужчины:

— Цинь Чэн, Вы...

— Сяо Сюй... — низкий магнитный голос мужчины мягко перебил Жун Сюя.

Его зрачки сузились, а ресницы трепетали, словно он знал, что будет дальше.

В следующий момент он услышал голос человека, который так внезапно обнял его.

Цинь Чэн начал медленно произносить одно слово за другим самым искренним и торжественным тоном. В его голосе читалась слабая улыбка, но тон его был очень твёрд.

Когда это предложение вышло из его уст, ясные глаза юноши выражали шок и нескрываемую радость. Долгое время он стоял, не двигаясь, и улыбался.

http://tl.rulate.ru/book/14326/960430

Глава 79 (Часть 2)

Тридцать минут спустя Ло Вэй, наконец, дождалась Жун Сюя и Цинь Чэна.

Он обещал вернуться через десять минут, но ей пришлось ждать целых полчаса.

Ло Вэй и гримёр ждали у дверей студии. Увидев вдалеке Жун Сюя и Цинь Чэна, они тут же бросились к ним. Ло Вэй с обидой в голосе сообщила:

— Юань Дао с остальными уже ушли в отель. Он раскритиковал меня за  плохую работу, и заявил, что я не должна была позволять Вам с мистером Цинь уходить одним...

Юань Дао был прав. Как помощник, Ло Вэй должна постоянно обеспечивать безопасность Жун Сюя. Она не должна оставлять Жун Сюя одного. Тем не менее, Жун Сюй также имеет право на личное пространство. Если он не захочет, чтобы его сопровождали, она за ним, естественно, не пойдёт.

Поэтому Юань вложил в свой выговор одно значение: если бы она последовала за ними, они бы уже вернулись.

В конце концов, она была ещё слишком молода. Ло Вэй с горечью посмотрела на Жун Сюя, а Жун Сюй увидел, что она просто шутит, и на самом деле ей не неловко. Поэтому он улыбнулся и сказал:

— Разве мы не вернулись? Я немного потерял нить повествования.

Ло Вэй кивнула:

— Еще не поздно. Мы должны пойти в отель к Юаню и присоединиться к остальным.

Затем эти четверо направились к отелю: Ло Вэй и гримёр шли впереди, а Жун Сюй и Цинь Чэн – за ними.

Небо постепенно темнело, и по обеим сторонам Города Кино светили уличные фонари, освещая им путь. Ло Вэй хорошо общалась с этой девушкой-гримером, поэтому они остались и ждали актёров вместе. Пока они шли впереди, они перешёптывались, а гримерша не могла украдкой не поглядывать назад.

Она продолжала оглядываться даже после того, как её на этом пару раз подловили.

Ло Вэй спросила:

— Кики, на что ты смотришь? Что там сзади такого интересного?

— Тише!!! — юная девушка быстро зажала рот Ло Вэй рукой. Когда она убедилась, что мужчины этого не услышали, она вздохнула с облегчением и наклонилась к Ло Вэй, шепча. — Тебе не кажется это странным? Не могу отделаться от чувства, что между мистером Цинь Чэном и Жун Сюем что-то не так… Кажется, сейчас всё совсем не так, как было днём...

Ло Вэй внезапно остановилась и украдкой посмотрела назад. Она видела, что эти двое идут в полной гармонии и даже не разговаривают друг с другом, но эта картина выглядела приятной для глаз. Оба были её любимыми актёрами: один красивый, а другой... ещё красивее.

«Ах, Жун Жун действительно хорош...»

— Эй! — Кики снова вырвала её из фантазий и тихо сказала. — Ты действительно не чувствуешь, что что-то изменилось?

Ло Вэй ещё раз внимательно посмотрела на них.

«Мистер Цинь очень красив. Его красота остаётся неизменной уже больше десяти лет. Нет, он становится только красивее... И Жун Жун... Эй, Жун Жун на самом деле достал мобильный телефон, идёт и играет?! Это вообще нормально?! С ним рядом мистер Цинь, а он на самом деле залипает в свой телефон?!!!»

Ло Вэй слабо осознавала происходящее. Жун Жун её семьи всегда был умён, и его эмоциональный интеллект был чрезвычайно высок. Все в команде любили его. Но как же Жун Жун мог так открыто не уважать Цинь Чэна, чтобы у него на глазах играть в своём телефоне?

В это время Кики снова прошептала:

— Неужели ты не чувствуешь этого?..

Ло Вэй серьёзно кивнула и ответила:

— Да! Вечером я поговорю с Жун Жуном. Как он может сидеть в телефоне рядом с Цинь Шэнем? Цинь Шэнь наверняка злится, ведь он себе такого не позволяет. Что я могу сделать?

Кики:

— ...

«Но я ведь имела в виду совсем другое!!!»

В конце концов, Кики так и не смогла объяснить свои мысли. Она просто думала, что чувствует что-то странное, но не могла сказать, что именно. Наконец, она сдалась.

— Кики, тебе не стоит слишком много об этом думать.

Ло Вэй, естественно, не знала, что юноша сзади них внимательно смотрел на свой телефон, держа его правой рукой, а левой рукой время от времени касался правой руки идущего рядом мужчины. Когда Цинь Чэн убедился, что девушки спереди больше не оглядываются на них, он спокойно протянул руку и крепко сжал ладонь Жун Сюя.

Жун Сюй внезапно отвёл взгляд от экрана телефона и посмотрел на Цинь Чэна.

Этот холодный красивый мужчина слегка поднял голову и спокойно сказал:

— Немного холодно.

Жун Сюй не смог удержаться от смеха:

— ...

Уже через мгновение он с улыбкой спросил:

— Помнится мне, сейчас почти июнь, и температура сегодня около двадцати градусов?

«А рука у тебя и вовсе горячая!»

От ладони мужчины исходил самый настоящий жар, а у Жун Сюя с детства были ледяные руки и ноги. Ему было сложно согреться летом. Но сегодня на них с Цинь Чэном было много одежды, так что девушки спереди не могли заметить, что они держатся за руки.

Жун Сюй, чувствуя себя душно, прошептал:

— Мне немного жарко.

Цинь Чэн был ошеломлён, а в его глазах читалась потеря. Он тихо что-то прошептал и отпустил  руку юноши. Однако в следующий момент пальцы юноши вновь переплелись с его пальцами, а их ладони плотно сомкнулись друг с другом.

Цинь Чэн удивлённо посмотрел на него и увидел, что брови юноши слегка изогнулись, когда он,  мягко улыбнувшись, пояснил:

— Но мне нравится этот жар.

Кончики ушей мужчины вмиг вспыхнули. Цинь Чэн мягко пробормотал «Мхм» и быстро отвернулся от Жун Сюя, стараясь не смотреть на него. Тем не менее, он переоценил его внимательность: Жун Сюй снова достал свой телефон и набрал свободной рукой сообщение Ло Чжэньтао, обсуждая с ним участие в церемонии вручения премии «Пион». Он не заметил красных ушей мужчины.

Пройдя так некоторое время, Цинь Чэн обнаружил, что этот юноша на самом деле даже не обращает на него внимания!

Цинь Чэн:

— ...

Минуту спустя мужчина также спокойно склонил голову, достал свой собственный телефон и опубликовал пост на Вэйбо.

Цинь Чэн: «Сегодня замечательная погода. Мне очень нравится этот водопад [фото]»

Минуту спустя количество комментариев к этому посту перевалило за пять тысяч. Число лайков достигло двадцати тысяч. Его поклонники взволнованно строчили хвалебные комментарии под его постом, признаваясь своему богу в вечной любви и умоляя его выложить селфи!

В это же время свой пост опубликовал и один очень знаменитый фанат Жун Сюя…

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Он такой милый, такой нежный… Я ему нравлюсь!!! (•w•)»

Пы.сы.: снова повторюсь, что "Цинь Шэнь" - это не ошибка. Цинь Чэна так ласково называют фанаты, как и Жун Сюя "Жун Жуном".

http://tl.rulate.ru/book/14326/962831

Глава 80 (Часть 1)

В Интернете пост Цинь Чэна быстро собрал кучу комментариев. Новые посты кумира были любимым развлечением фанатов. Даже если на фото было не селфи, они были рады и тому, что стали чуть ближе к своему Богу.

«Это стиль нашего каменного Цинь Шэня, такой холодный… 2333333»

Что касается поста Пасты из семян лотоса с апельсиновой начинкой, то и его комментировало довольно много поклонников.

После последнего инцидента её первоначальные подписчики следили за ней из любопытства перед своим Богом, но заметили, что после того пожертвования она стала вести себя очень странно! Однако теперь она снова стала проявлять любовь, и вся её стена была усеяна постами-признаниями.

Подписчики не могли не подтрунивать над этим, но чего они точно не ожидали, так это того, что Паста действительно начнёт им всем отвечать!

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой ответила Анониму: «Он милый. Моя любовь не показная».

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой ответила Континенту: «Я не глупая».

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой ответила Потерянной звезде: «Жун Сюй и он... они оба милые, разницы нет!»

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой ответила лишь нескольким людей, а затем снова исчезла. Впрочем, зная, что она очень ревнивая, её подписчики не сильно обиделись и приняли это как должное: «Наверное, наша глупая поехала на ужин к Богу домой, ха-ха-ха-ха, вот и вся рациональная дискуссия… Должно быть, уже подъезжает к главным воротам его дома!»

Отвлечёмся от ситуации в Интернете.

В Городе кино и телевидения Сяншань, в отеле, забронированном режиссёром Юанем, собрались все сотрудники съёмочной группы. Цены здесь были не особо высокие, и еда была средней, но зато обстановка была спокойная. Вчера Жэнь Шучжэнь приглашала их всех на ужин сюда же.

Когда Жун Сюй и Цинь Чэн пришли в отель, все остальные уже сидели за столами.

Режиссёр, продюсер, сценарист и главные актёры сидели за одним столом, а другие сотрудники сидели по своим столам в соответствии со своей должностью. Как гость Цинь Чэн, естественно, тоже собирался сесть за один стол с режиссёром Юанем. Увидев, что он пришёл, Юань Дао радостно махнул рукой и похлопал по пустому месту рядом с собой:

— Вы опоздали, Цинь Чэн, но я занял Вам место… Садитесь вот тут, рядом со мной.

Цинь Чэн перебил его:

— Я заблудился.

Юань рассмеялся:

— Конечно, Вы же не снимались здесь с тех пор, как дебютировали! Цинь Чэн, ну что же Вы, садитесь...

— Я сяду с Жун Сюем. Я уже сделал фотографии. — тихо прозвенел холодный и низкий голос.

Юань Дао, на мгновение задумавшись, медленно убрал руку со стула и улыбнулся:

— Хорошо. Тогда, раз уж Вы, наконец, пришли, мы можем поесть.

Для Цинь Чэна самым близким человеком в их команде должен был быть Жун Сюй, так что было вполне уместно, что он сидел именно с ним.

Однако из-за того, что на ужине присутствовал Цинь Чэн, атмосфера была несколько напряжённой.

Вчера съемочная группа уже ужинала в этом банкетном зале, но из-за того, что на следующий день должны были состояться съёмки, никто из них почти не пил, но обстановка при этом всё равно была очень оживлённой. Однако сегодня все молча ели свои овощи, и даже сотрудники группы по реквизиту, которые обычно без устали шутили, сидели спокойно, словно на каком-то совещании. Атмосфера вечеринки совсем не ощущалась.

Под ярким светом мужчина сидел, опустив голову, и осторожно чистил креветки.

У Цинь Чэна были очень красивые тонкие руки, с немного выпирающими костяшками и круглыми ногтями. Эти руки все привыкли видеть вытирающими слёзы с глаз героини, но теперь… теперь они  чистили креветки, пусть и выглядели при этом не менее элегантно.

Очистив креветку, Цинь Чэн подсознательно собирался положить её на тарелку. Об этом действии он уже думал бесчисленное количество раз. Когда они ели дома вдвоём, он всегда хотел поделиться чем-нибудь с юношей, но каждый раз это так и оставалось нереализованным в его фантазиях.

Но теперь его рука немного сдвинулась в сторону, и он остановился.

Тонкие пальцы на мгновение застыли в воздухе, и Цинь Чэн без всякого выражения положил на тарелку очищенную белую креветку.

Никто из присутствующих этого не заметил. Юань Дао, сценарист и продюсер оживлённо обсуждали сцены, снятые сегодня. Жэнь Шучжэнь болтала с несколькими мужчинами. Жун Сюй консультировался с профессором психологии по некоторым спорным вопросам для повышения своего профессионализма.

В огромном банкетном зале один лишь Цинь Чэн сидел и кропотливо очищал креветки. Он изящно очищал их одну за другой, и каждую клал на свою тарелку, однако после этого не ел её, а приступал к очистке следующей. Когда в его тарелке уже не осталось свободного места, он нахмурился и тихо сказал:

— Я случайно перестарался.

Как только эти слова прозвучали, все вокруг уставились на него.

Сложив губы в тонкую линию, Цинь Чэн спокойно посмотрел на юношу рядом с собой и спросил:

— Ты любишь креветки?

Жун Сюй недоумевающе переспросил:

— А?..

Мужчина взялся за палочки и спокойно переложил большую часть креветок в миску юноши, оставив себе всего одну. Его красивое холодное лицо при этом оставалось спокойным. Он тихо вздохнул и медленно сказал:

— Помоги мне съесть это. Для меня этого слишком много.

Жун Сюй:

— ...

Все:

— ...

«Если не можешь есть много – ну почистил бы две, в чём проблема?!!!»

Словно читая их мысли, Цинь Чэн ухмыльнулся и сказал:

— Просто чистить креветки очень увлекательно.

Все:

— ...

«Что за чертовщина тут происходит?!!!»

Но на этот раз Жун Сюй, наконец, посмотрел на свою тарелку, полную креветок, и его зрачки слабо задрожали и прояснились. Он повернулся к мужчине, сидящему рядом, только чтобы увидеть, что Цинь Чэн уже принялся тихо чистить крабов.

Мясо краба очищать труднее, чем креветки. Движения Цинь Чэна были очень медленными. Через несколько минут он закончил с одним крабом, положил его в тарелку и, даже не притронувшись к нему, взял в руки второго краба.

Почистив так четыре краба, мужчина снова нахмурился:

— Снова...

Это заметили уже почти все сидящие рядом:

— ...

Юань Дао сказал с улыбкой:

— Сяо Цинь, это... Ваше хобби?

Цинь Чэн поднял голову:

— Я задумался, случайно перестарался... — после этого он повернулся, чтобы снова взглянуть на Жун Сюя. — Ты любишь крабов?

Юноша улыбнулся и облизнул губы:

— Люблю.

Цинь Чэн и бровью не повёл, спокойно переложив в его тарелку большую часть очищенного столь кропотливо мяса краба.

http://tl.rulate.ru/book/14326/978621

Глава 80 (Часть 2)

Это был лишь небольшой эпизод за ужином. Юань Дао и остальные были больше обеспокоены фильмом, в котором недавно снялся Цинь Чэн. Фильм снимали в Новой Зеландии и Лос-Анджелесе. Это был коммерческий блокбастер. Они мало что о нём знали, но понимали, что он, вполне вероятно, составит конкуренцию их «Затерянному городу».

Юань Дао тщательно всё обдумал, улыбнулся и поделился своими мыслями с Цинь Чэном. Мужчина, казалось, совершенно не понимая, что хочет от него режиссёр Юань, ответил.

Улыбка на лице Юаня стала шире, но когда ужин подошёл к концу, он тайком шепнул  на ухо продюсеру, сидящему по левую руку от него:

— «Вор». Цинь Чэн сказал мне только это, а это то же самое, что он говорил на церемонии запуска. В общем, никакой информации... Дело плохо.

Возвращаясь в отель вечером, Юань Дао позвонил на ресепшн, чтобы для Цинь Чэна выделили номер, однако Цинь Чэн остановил его:

— Нет, я остановлюсь у Жун Сюя.

Юань Дао сразу же подумал, что мужчина просто хочет сэкономить их деньги:

— Ха-ха, Вы слишком много думаете, Цинь Чэн. За номер заплатите Вы. Вы чувствуете себя неудобно, будто уже на два дня задерживаетесь в чужом доме, но не бойтесь, Вы нам не помешаете и не доставите неудобств. А Жун Сюю нужен отдых. Если Вам неловко жить в нашем номере, заплатите за него сами, и Вы не будете ни в чём нам обязаны…

Цинь Чэн:

— В самом деле, не нужно...

— Юань Дао прав, — голос Жун Сюя прервал слова Цинь Чэна. Юноша улыбнулся и посмотрел на него. — Хотя мы хорошо знакомы, мистер Цинь, завтра мне предстоят съёмки, и это кажется мне не совсем удобным.

Цинь Чэн:

— ...

Мужчина молча повернулся, чтобы посмотреть на юношу, но увидел на его лице лишь широкую улыбку и сияющие глаза. Он улыбался очень искренне, как будто говорил чистую правду. Юань Дао кивнул, соглашаясь с ним.

Среди толпы только Жэнь Шучжэнь знала, что Цинь Чэн вчера уже спал в номере Жун Сюя. Она подозрительно посмотрела на двух мужчин, слегка приоткрыв рот.

Она до сих пор не вмешивалась в это странное дело, потому что с ними у неё сложились несколько плохие отношения. На Жун Сюя она ещё обижалась, но на Цинь Чэна – абсолютно нет. Она была так хороша, что могла бы найти кого-нибудь, кто разоблачил бы этот скандал, сама при этом оставшись в тени…

Юань Дао в итоге сделал телефонный звонок и договорился о номере для Цинь Чэна. Жун Сюй лишь невинно посмотрел на Цинь Чэна и ухмыльнулся.

Все вместе вошли в гостиницу, и никто не заметил, что губы мужчины всё это время выражали недовольство. Смех и шутки окружающих резко контрастировали с потерянным видом Цинь Чэна.

После прибытия в отель Цинь Чэн снова начал борьбу за номер Жун Сюя:

— Ой, кажется, я забыл свой бумажник.

Пятидесятилетний Юань Дао посмотрел на Цинь Чэна с недоверием и спросил:

— Вы не пользуетесь онлайн-банкингом?

Цинь Чэн, которому было всего 27 лет:

— ...

Жун Сюй:

— ^_^

Номер Цинь Чэна располагался на верхнем этаже, а Жун Сюй жил посередине. Попрощались они в лифте. Мужчина смотрел на него и, казалось, хотел что-то сказать, но Юань Дао и другие сотрудники всё ещё были в лифте, поэтому он просто повернулся и ушёл, бросив на юношу прощальный взгляд.

Едва вернувшись в свой номер и не успев даже снять пиджак, Жун Сюй получил текстовое сообщение.

Цинь Чэн: «Я спускаюсь к тебе».

Глядя на это сообщение, Жун Сюй откинулся на мягкую большую кровать, не в силах сдержать улыбку: «Нет, мне правда завтра рано вставать на съёмки. Сегодня мы отложили съёмки нескольких сцен, поэтому завтра меня ждёт тяжёлый день».

Спустя долгое время мужчина, наконец, ответил: «О...»

Всего одно слово, но какой глубокий смысл потери.

Улыбка на губах юноши не могла не стать шире. Глядя на свой телефон, он мог догадаться, что мужчина сейчас должен холодно смотреть на экран телефона, делая вид, что ему всё равно, но на самом деле...

Жун Сюй: «Спокойной ночи. Водопад сегодня был прекрасен».

Прочитав это сообщение, Цинь не мог не улыбнуться, слегка причмокнув губами.

«Водопад  прекрасен...»

Цинь Чэн тихо нажал кнопку микрофона и тихо сказал:

— Ты прекраснее.

Когда Жун Сюй воспроизвёл аудио-сообщение, по его комнате эхом отозвался приятный магнитный мужской голос. Голос был тихим, словно нежная игра на виолончели. Его тело задрожало, а щёки вспыхнули румянцем. Подсознательно положив телефон на кровать, Жун Сюй поднялся, прошёл прямиком в ванную и включил душ.

Цинь Чэн после долгого ожидания понял, что ответа не последует. Он поднял бровь и, казалось, что-то понял.

Этот парень очень умён, но на самом деле очень стеснителен. Его талия такая тонкая и мягкая, а тело истончает аромат свежести. Когда обнимаешь его сзади, он так стесняется, что его уши багровеют. Он выглядит так мило, что ты едва сдерживаешься от того, чтобы куснуть эту мягкую мочку уха...

Он в десять тысяч раз прекраснее этого стремительного водопада.

После того, как ты признаешься ему, он будет слишком застенчив, чтобы посмотреть тебе в глаза. Когда ты скажешь ему это снова, он поднимет глаза и спокойно посмотрит на тебя очень глубоким взглядом. Сверкающая акварель так красива и привлекательна... и заманчива.

Эта сцена раз за разом воспроизводилась Цинь Чэна, его глаза закрылись, а губы были плотно сжаты. В следующее мгновение он внезапно стал неподвижным, затем тихо положил свой телефон на стол и направился в ванную с пустым выражением лица, сразу же начав... принимать холодный душ.

Когда на второй день Юань Дао снова увидел на площадке Цинь Чэна, он удивлённо открыл рот. Спустя долгое время он, наконец, смирился с реальностью и спросил:

— Вы… снова зашли к нам в гости?

Цинь Чэн спокойно ответил:

— Выбор места съёмок ещё не определён.

Юань Дао быстро сказал:

— Жун Сюй не может сегодня пойти с Вами, Цинь Чэн. Вам  придётся прогуляться самому. Большее, что я могу сделать, – приставить к Вам своего сотрудника, чтобы Вы не заблудились.

Услышав это, многие сотрудницы съёмочной группы тут же заволновались и навострили уши. Каждая из них с нетерпением ждала вердикта Юань Дао…

«Пожалуйста, позвольте мне услужить Богу!»

Однако в следующее мгновение эти девушки были разочарованы, поскольку Цинь Чэн мягко покачал головой:

— Не спешите. Я займусь этим днём.

В результате, в команду «Затерянного города» «официально» вступила звезда мирового кино...

Юань Дао работал в этой отрасли уже много лет и имел прекрасную репутацию, однако он редко сотрудничал с известными актёрами. Юань Дао любил использовать для своих фильмов новых людей, так это было и в «Затерянном городе» – почти все актёры здесь были новичками (за исключением Бай Сивэня, который когда-то был номинирован на известную кинопремию).

Само собой разумеется, Жэнь Шучжэнь, была известной певицей и автором песен и раньше снималась в телевизионных сериалах, однако «Затерянный город» был лишь вторым фильмом, в котором она снялась.

Сначала режиссёр Юань думал, что Цинь Чэн планирует мельком посмотреть на их съёмки и не станет долго задерживаться на площадке. Юань Дао не беспокоился, что Цинь Чэн станет причиной утечки информации об их фильме, ведь это была ключевая этика их индустрии. Но пока Цинь Чэн был рядом, он всё время чувствовал себя как-то странно...

http://tl.rulate.ru/book/14326/978694

Глава 80 (Часть 3)

Пока Цинь Чэн был рядом, Юань Дао всё время чувствовал себя как-то странно...

Эта ситуация не улучшилась и на третий день.

Юань Дао пытался относиться к нему, как к обычному человеку: Цинь Чэн приходил к ним только для того, чтобы подобрать хорошее место для съёмок, а из-за того, что Цинь Чэн не знал никого, кроме Жун Сюя (который был его партнером по прошлому фильму), ему было больше некуда идти, кроме как в их команду.

Имея это в виду, все становилось безразличным.

Пока Юань Дао был занят съёмками фильма, он, естественно, не замечал, что человек, сидящий рядом с ним и наблюдающий за монитором, как-то странно таращился на юношу на экране.

Элегантный костюм, очки, хитрая улыбка и ум, заставляющий людей восхищаться им… ему очень нравился Жун Сюй... Цинь Чэн действительно был свидетелем постепенного становления карьеры юного Жун Сюя. Однако, когда Жун Сюй взялся за роль Лин Сяо, которому по фильму было 30-40 лет, он не мог его узнать.

Когда он серьёзно смотрел на тебя, годы тихо отражались на его теле; его глаза уже не были такими простыми и невинными, а выражали глубокие превратности судьбы. Но что в нём не изменялось никогда, так это то, что он всегда хорошо выглядел.

Цинь Чэн уже был знаком с сюжетом «Затерянного города», поскольку помогал Жун Сюю разбирать сценарий. Однако, видя это своими глазами, он был словно завороженный.

На этот раз они снимали ночную сцену.

Ситуация была очень неприятная, а погода – ветреная и дождливая. Оставалось всего три дня до крайнего срока закрытия дела. Сюэ Цзячжэ уже много раз анализировал это дело для Тань Янсюаня, и с каждым днём они были всё ближе к раскрытию дела. Однако чем ближе они подбирались к истине, чем дальше от неё становились.

В СМИ появлялось всё больше и больше сообщений. Тань Янсюань находился под большим давлением, поэтому снова пошёл в университет, где преподавал Сюэ Цзячжэ.

Даже на ночных занятиях аудиторию переполняли люди. Молодой профессор был красив и мягок, умён и темпераментен; даже если он ядовит, и все студенты его побаивались, они всё же очень хотели посещать его занятия ежедневно.

Сюэ Цзячжэ поднялся на трибуну и равнодушно рассказал студентам в аудитории об эффекте Барнума.

— Что касается психологии, большинство гороскопов, предсказании          и гаданий могут быть объяснены Эффектом Барнума. Теория гороскопов применима ко всем людям на земле, и вероятность ошибки составляет всего 10 %.

Молодой профессор поднял голову и бросил взгляд на полицейского, который сидел на заднем ряду лекционной аудитории.

— Но я надеюсь, что вы знаете, что в этом мире нет теории... которая помогла бы вам объяснить всё и полностью проанализировать человека.

Первоначально это был очень скучный теоретический урок. Девушки в аудитории просто пялились на своего профессора. Когда они услышали это, все тут же встрепенулись. Они видел, что Сюэ Цзячжэ расплылся в холодной улыбке, и все присутствующие необъяснимо почувствовали исходящий от него холод.

Он тихо сказал:

— Никто не знает, что скрывают люди, которых вы видите. Гороскопы не в состоянии объяснить сущность каждого человека. Это всего лишь общая классификация людей, поделенная на двенадцать категорий. Естественно, это не научно. И напротив, гадание на судьбу связано с рождением человека, гадание по лицу и ладони связано с домом и фэн-шуем. Если и есть что-то с вероятностью научности, то это гадание Китая, но уж никак не гороскопы.

Несколько студентов тут же подняли руки:

— Профессор! Вы суеверны!

Профессор психологии на самом деле только что заявил, что гадание может быть научным? Это же противоречит всему, что он сказал до этого!

Тем не менее, Сюэ Цзячжэ бросил взгляд на этого студента и спросил:

— Разве я сказал, что это наверняка точно?

Студент застыл на месте:

— А?

Сюэ Цзячжэ скривил губы и более энергично улыбнулся:

— Вы говорите мне, что я суеверен, но сами верите в гороскопы. Вы не приехали сегодня на занятия на велосипеде и собираетесь вернуться в общежитие пешком. Когда сегодня не было занятий, Вы были в общежитии для девочек и собираетесь пойти туда завтра.

Студент распахнул глаза:

— Профессор, Вы... откуда Вы знаете? Вы действительно умеете предсказывать?!

Аудитория пришла в восторг.

В конце урока Тань Янсюань неожиданно засмеялся. Целый день он хмурился, наблюдая за лекцией Сюэ Цзячжэ, но теперь, наконец, развеселился.

Сюэ Цзячжэ повернулся, посмотрел на Тань Янсюаня и холодно сказал:

— Студент, который сидит на последнем ряду, пожалуйста, помолчите.

Тань Янсюань:

— ...

В конце урока Сюэ Цзячжэ рассказал об Эффекте Барнума и проигнорировал вопрос студента. Тот не мог не любопытствовать. После занятий он бросился спрашивать у него о предсказаниях, и их окружила топа студентов. Сюэ Цзячжэ спокойно сказал:

— Я же сказал, Вы верите в гороскопы.

Студент стал ещё агрессивнее.

— Какое это имеет отношение к гороскопам?!!!

Под объективами камер отчётливо виднелись хмурые брови. Он казался одиноким человеком, который отделял себя от мира и был с ним несовместим. Он был одет в лёгкий костюм и очки. Приоткрыв свои тонкие губы, он произносил самые объективные и справедливые слова. Никто не хотел быть рядом с ним.

Этого холодного Сюэ Цзячжэ играл Жун Сюй.

Цинь Чэн пробыл на съёмочной площадке три дня и видел, что за это время Жун Сюй переснимал свои дубли лишь дважды. Он носил разные костюмы каждый день, но независимо от того, какой костюм на нём был, верхняя пуговица на рубашке всегда была застёгнута, лишь слегка обнажая тонкую шею. Он редко смеялся, но когда смеялся, то казался ещё более холодным и одиноким. Лишь в редкие минуты, когда он общался с Тань Янсюанем, на его губах проскальзывала искренняя улыбка.

Такие люди кажутся вежливыми, но на самом деле они очень равнодушны.

Когда камера взяла его лицо крупным планом, Юань Дао похлопал себя по бедру и взволнованно кивнул:

— Да, я видел в нём это раньше, у этого парня очень сдержанный темперамент. Я выбрал того человека. Другого выбора и быть не могло, ха-ха!

Действительно, намерение Юань Дао пригласить Жун Сюя на эту роль объяснялось одной единственной причиной: Жун Сюй мог сыграть Сюэ Цзячжэ.

Само собой разумеется, его популярность не имела значения: главное, что, глядя на нежного и доброго Лин Сяо, Юань Дао действительно смог разглядеть в Жун Сюе холодный и безжалостный темперамент.

Явно испытывая волнение, Юань Дао не мог не обратиться к Цинь Чэну, который сидел рядом с ним:

— Я не очень хорошо выгляжу? Вы знаете, что сейчас нравится маленьким девочками? Этот красивый парень, который сдерживает свои искренние эмоции!

В этот момент в объектив попало фото с Сюэ Цзячжэ и Тань Янсюанем в годы их университетской жизни. Красивые молодые люди на фото улыбались.

Юань Дао стал ещё более эмоциональным:

— Хотя сюжет нашего фильма прост, кассовые сборы, конечно, низкими не будут. Вы  согласны со мной?

Юань Дао даже не догадывался, что всё это время разговаривал сам с собой.

http://tl.rulate.ru/book/14326/978849

Глава 80 (Часть 4)

С самого начала и до конца Цинь Чэн пристально смотрел на юношу в студии. Его глаза медленно скользили по фениксовым глазам, по тонкому носу, по бледным губам, остановившись на красивой ключице.

Изрядно подвыпив со своим старым одноклассником, профессор Сюэ, наконец, расстегнул свою рубашку, обнажив хрупкую ключицу.

Губы мужчины дрогнули при виде белой ключицы, и в его памяти возник слабый аромат и тепло тела юноши, когда он обнимал его.

В этот момент Юань Дао улыбнулся и сказал:

— Возможно, я и не могу снимать большие сцены, как Лао Лю, но знаю, чем привлечь зрителя. Сюжет может привлечь мужскую аудиторию, а красивые мужчины, конечно же, привлекают огромную женскую аудиторию. Такой симпатичный и извращённый профессор Сюэ… Цинь Чэн, Вы согласны, что он выглядит очень стильно?

Цинь Чэн прошептал:

— Да.

Этот юноша может привлечь не только женскую аудиторию, но и мужскую... например, его...

***

Во второй половине дня Сюй Цзинь приехал из аэропорта и забрал Цинь Чэна с площадки.

Первоначально мужчина не собирался уходить, но за ним приехал его собственный агент, поэтому он не мог продолжать сопротивляться.

Сюй Цзинь улыбнулся и, сдвинув очки, сказав:

— В Городе В вчера прошёл сильный дождь, и рейс задержали. Я смог прилететь только сегодня. Спасибо, что позаботились о Цинь Чэне, Юань Дао. Надеюсь, мы как-нибудь поужинаем вместе.

Юань Дао засмеялся:

— Не говорите, я действительно позаботился о нём. О, и я обязательно напомню Вам, что Вы обещали пригласить меня на ужин.

Сюй Цзинь спокойно улыбнулся:

— Конечно, напомните.

Затем он увёл Цинь Чэна на улицу.

Послезавтра Жун Сюй должен был появиться на премии «Пион», а за эти два дня должен был сняться в слишком большом количестве сцен.

Цинь Чэн решил быстро попрощаться с ним, и повернулся, чтобы войти обратно в студию.

Мужчина внезапно схватил юношу за руку и потянул его в свои объятия.

Все сотрудники, которые проходили мимо, были удивлены увиденным и широко раскрывали рты. Сюй Цзинь наблюдал за происходящим с не менее удивлённым видом.  Жун Сюй, казалось, был удивлён больше всех остальных; зажатый в крепких объятиях, он услышал приятный глубокий голос прямо у своего уха:

— Я пойду первым, до встречи.

Жун Сюй задумался, а затем молча поднял руку и слегка приобнял собеседника:

— До встречи.

«Он всегда так прощается?»

Сотрудники сразу поняли:

— О, в конце концов, бабушка Цинь Шэня ведь иностранка, а они довольно открытые люди. Вероятно, для него нормально – при встрече и на прощание со всеми обниматься…

На этот раз Цинь Чэн действительно ушёл.

***

Съёмочная группа «Затерянного города», наконец, могла вернуться к прежнему темпу работы. Теперь, без «посторонних», все сотрудники могли сосредоточиться на своей работе. Для многих сотрудниц Цинь Чэн был в эти дни отвлекающим фактором, поэтому теперь они могли сконцентрироваться на работе, хотя и чувствовали небольшую потерю.

Даже Ван Цзе, которая помогала Жун Сюю с гримом, с сожалением сказала:

— Я впервые увидела Цинь Шэня вживую. В реальности он ещё красивее… Я слышала, что люди считают его очень холодным (хотя и не плохим) человеком. Я не люблю громкие слова, но могу с уверенностью заявить, что всё это – всего лишь слухи. Цинь Шэнь обедал вместе с нами из одной коробки, он очень открытый человек.

Жун Сюй не мог удержаться от смеха, напоминая ей:

— Сестра Ван, этот ланч был куплен нашей командой; он не дал за него ни копейки.

Ван Цзе уткнула руки в бока и возразила:

— Жун Сюй, как Вы можете так говорить, это же Цинь Чэн!

Жун Сюй:

— ...

— Во время обеда я попросила своего брата, ответственного за ланч, дать Вам больше куриных ножек. Вы ещё молоды и растёте… к тому же, у Вас такие сложные съёмки, поэтому Вам нужно есть больше.

Ло Вэй, которая всё это время стояла в стороне, вдруг вставила:

— Почему бы тебе не дать больше куриных ножек и Цинь Шэню тоже?

Ван Цзе ответила:

— Цинь Чэн – это Цинь Чэн, а Жун Сюй – это Жун Сюй, как их можно сравнивать?

Ло Вэй:

— Действительно… даже если рядом Цинь Шэнь, для меня тоже более важен Жун Сюй...

Слушая этих женщин, Жун Сюй не знал, смущаться ему или гордиться.

Однако он не знал, что человек, которого они обсуждали, только что прибыл в город В и в данный момент спокойно выслушивал своего агента.

***

— Я только что видел образ Жун Сюя. Цинь Чэн, скажите, не кажется ли он Вам знакомым?

Цинь Чэн приподнял бровь и посмотрел на своего агента:

— Знакомым?

Сюй Цзинь рассмеялся, остановился и обернулся:

— Он похож на меня.

Цинь Чэн:

— ...

Сюй Цзинь окинул себя взглядом и сказал:

— Смотрите: он носит очки и строгий костюм, прическу каждый раз фиксирует гелем для волос. Он умён, мудр, хитёр, уважаем и надёжен... вылитый я. Примерно год назад я обедал с Юань Дао. Это от меня он получил вдохновение и написал сценарий «Затерянного города»... Цинь Чэн! Куда Вы?.. Подождите меня, что Вы собираетесь делать?

Мужчина, оглядываясь на него и не замедляя шаг, спросил:

— Как давно у Вас появилась лошадь?

Сюй Цзинь вытаращился на него:

— Чего? Какая ещё лошадь?

Цинь Чэн равнодушно ответил:

— Та, что бегает по Вашему лицу.

Сразу после этих слов, не дав своего агенту времени среагировать, Цинь Чэн зашагал прочь.

Глядя на Цинь Чэна, обогнавшего его уже на несколько десятков метров, Сюй Цзинь гневно прокричал:

— Вы серьёзно сказали, что у меня по лицу бегает лошадь?! Нет, нет, как Вы об этом узнали?! Всего несколько дней назад я услышал эту фразу от своей жены, откуда Вам её знать?!

Мог ли этот человек заботиться о Сюй Цзине? А уж тем более о его семье? Конечно, нет: у него же кожа толще городской стены!

Что касается этой фразы… откуда он мог её узнать?

О, вероятно, от умных и знающих пользователей сети…

Цин Юнь Чжоу ответила Пасте из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Ха-ха-ха-ха, ты действительно смеешь говорить, что только ты можешь спать с Жун Сюем, и что он только твой?! Если бы он был твоим, разве стала бы ты сутками признаваться ему здесь в любви? О, твоё лицо такое большое, что по нему бегает лошадь!.. 233333333».

***

Двумя днями позже Жун Сюй взял себе два выходных и вместе с Ло Вэй вылетел из Сяншаня обратно в Город В.

Серебристый самолёт приземлился в столичном аэропорту; Ло Чжэньтао уже ждал их там. Чтобы поторопиться, трое пошли прямиком через VIP-коридор. По пути Ло Чжэньтао быстро рассказывал:

— Сейчас мы пойдём примерять костюмы, а уже ночью отправимся на церемонию награждения. Сяо Сюй, в этот раз мы так сильно спешим, потому что Вы должны были вернуться ещё вчера…

Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Ну, мы немного обогнали график съёмок… зато в следующий раз будем на один день впереди.

В этот день многие знаменитые артисты прилетали в этот аэропорт со всего мира. Все китайские СМИ также сосредоточились на Городе В. Они ждали только одного – страта церемонии награждения «Пион», ежегодного праздника с вручением трёх главных теле-премий года!

http://tl.rulate.ru/book/14326/979203

Глава 81 (Часть 1)

Вчера Чжун Сыюй вылетела из города Нань в Город В, чтобы поприсутствовать на ежегодной китайской церемонии награждения Премии «Пион».

Каждый год Премия «Пион» отбирала 500 счастливчиков по всей стране и приглашала их принять участие в церемонии награждения. Здесь можно было встретить очень много звёзд. Это действительно мероприятие, не имеющее аналогов. Любому было бы приятно прийти на такую церемонию и воочию увидеть свою любимую звезду.

Чжун Сыюй была так взволнована, что решила прилететь заранее. Днем она специально сделала макияж и надела свою новую мини-юбку, но делала она это не только для того, чтобы поглазеть на звёзд.

Она делала это для Жун Сюя.

Когда Премия «Пион» опубликовала список номинаций на этот год, фанаты Жун Сюя буквально вскипели.

Как мы все знаем, три премии («Пион», «Золотой колокол» и «Взлёт») – самые важные телевизионные премии в Китае. Это не какие-то мелкие награды. Участие в этих премиях может подарить актёру высокую популярность, и это беспроигрышный вариант для начинающих звёзд.

Конечно, не каждой из номинированных звёзд удаётся поприсутствовать на церемонии лично. Ведь есть много вещей, от них не зависящих. Этим утром одна звезда уже с сожалением объявила, что не сможет поприсутствовать на церемонии награждения, потому что не смогла вылететь из Англии из-за непогоды.

Но Жун Сюй определенно должен был прилететь.

Жун Сюй дебютировал всего год назад, и его квалификация была пока невелика. Это была первая его номинация и первая церемония награждения. Он должен был явиться на неё. И он собирался явиться. Национальный фан-клуб Жун Жуна три дня назад опубликовал новость об этом: «Жун Сюй обязательно приедет: он уже взял небольшой отпуск у команды «Затерянного города»!»

Фанаты, которые узнали об этой новости, стали еще более обезумевшими. Они взволнованно переходили на официальный сайт Премии «Пион», чтобы зарегистрироваться и стать одним из счастливых зрителей премии. Сначала они использовали свои личные данные, чтобы зарегистрироваться один раз, затем использовали данные мужа, парня, братьев, сестер, родственников, друзей... В любом случае, если они с ними знакомы, то они могли их зарегистрировать, верно? Тогда они смогут увидеть Жун Сюя вживую!!!

Чжун Сыюй воспользовалась для регистрации удостоверениями личности своего брата и родителей. Не подумайте, что она поступила нечестно, использовав сразу пять удостоверений личности, потому что её подруга (тоже фанатка), зарегистрировала минимум 50 человек!

Муж этой подруги был начальником крупной компании, а сама она очень хотела пойти на церемонию награждения. Хотя она чувствовала, что её мужу не нравится эта затея, она всё же попросила всех работников компании зарегистрироваться на сайте «Премии» Пион и проголосовать. Когда вы привлекаете на сайт много людей, вы получаете шанс поучаствовать в розыгрыше билета на церемонию.

Но, к сожалению, её подруге не посчастливилось стать той самой счастливой зрительницей.

Чжун Сыюй же несла на своих плечах ответственность представителя всей Ассоциации фанатов Жун Жуна Южного Города. Она стала той самой единственной удачливой телезрительницей Южного Города,  получившей бесплатный билет на церемонию награждения.

Счастливые зрители прибыли на место гораздо раньше звёзд. Сидя в конференц-зале, Чжун Сыюй смотрела на большой экран. Хотя ей было жаль, что она не может увидеть красную дорожку, она всё равно была очень взволнована.

В семь часов вечера солнце стало постепенно садиться, а на востоке поднималась круглая луна. Тусклый лунный свет отражался в неоновых огнях города, теряя свой цвет. Рядом с большой толпой, собравшейся перед местом проведения церемонии, движение было давно перекрыто, и десятки автомобилей высокого класса медленно проезжали по дороге один за другим, останавливаясь прямо у красной дорожки.

Их скорость не была слишком медленной, но и быстрой быть не могла.

Долгое время спустя на дорожке, наконец, появилась первая звезда. Ведущий, который раздавал автографы, улыбнулся и представил зрителям прибывшую звезду. Журналисты сбоку от красной дорожки принялись фотографировать гостя. После него на дорожке стало появляться всё больше и больше звёзд; некоторые из них приходили одни, а другие – в сопровождении.

Проходы по красной дорожке длились уже двадцать минут, а Чжун Сыюй до сих пор не увидела и намёка на появление Жун Сюя. Облизнув губы и склонив голову прямо над оператором, ведущим прямую трансляцию, она прошептала:

— Поговорить с Жун Сюем? Я даже лица его отсюда не смогу увидеть – как я могу с ним поговорить?..

Как только она утихла, милая девушка в очках в метре от неё вдруг закричала и спросила:

— Ты... ты его фанатка?

Чжун Сыюй удивленно уставилась на неё:

— Ты тоже?!

Девушка улыбнулась:

— Жизнь трудна, как и вероятность встречи с Хо Си!

Чжун Сыюй радостно засмеялась:

— Коллега!

— Коллега!

Чжун Сыюй взволнованно заговорила:

— Я одна представляю нашу Ассоциацию фанатов Жун Жуна в Южном Городе. Вчера утром я получила новость, что еду на премию! Я не знала, есть ли здесь другие фанаты...

Девушка улыбнулась и сказала:

— Другие фанаты? Ещё бы! Сейчас я вас познакомлю!

Совсем позабыв о времени, эти двое принялись болтать, а Чжун Сыюй наконец-то познакомилась и с другими фанатами. Они воодушевлённо обсуждали «Чёрные тучи» и «Потерянные крылья», когда вдруг услышали низкий крик в толпе:

— Ах! Ах! Это Жун Жун!!!

В толпе зрителей, по крайней мере, семьдесят или восемьдесят девушек разом повернули головы и вперились взглядом в большой экран.

— Жун Жун!!!

— Ах, ах, ах, мой Жун Жун!

Когда красивый юноша появился с правой стороны экрана, все девушки в зале вскрикнули от волнения. Атмосфера в зале накалилась, и даже громкая музыка не могла заглушить крики восторженных девушек. Звёзды, которые уже прошли по дорожке, стали недоумённо оглядываться по сторонам.

Когда они увидели светящиеся плакаты, которые девушки держали в руках, они быстро всё поняли и кивнули, приняв это как должное:

— Оказывается, это Жун Сюй. Всё нормально. Среди 500-сот «счастливых зрителей» оказалось так много его фанаток… Это вполне реально.

Причина, по которой Премия «Пион» пригласила на церемонию этих «счастливых зрителей», заключалась не только в том, чтобы взаимодействовать со зрителями, но и в том, чтобы они создавали шумную восторженную обстановку. Если бы в зале присутствовали только звёздные режиссёры и репортёры, сцена выглядела бы довольно уныло и пусто.

Премия «Пион» изначально была популярной премией, но при этом самой мелкой из трёх главных телепремий, поэтому она, естественно, уделяла большое внимание своей аудитории.

На большом экране команда «Борьбы за превосходство» медленно шагала по ковровой дорожке.

Сегодня Жун Сюй был номинирован на две награды: на «Лучшую мужскую роль» за роль Хо Си в сериале «Западня» и на «Лучшего Новичка» за роль ВаньЦи Яо в «Борьбе за превосходство», поэтому ему нужно было прийти на Премию сразу с двумя командами.

«БзП», несомненно, была фаворитом этого вечера. Тринадцать номинаций от зрителей в прошлом году сделали этот сериал сегодняшним лидером. Репортеры продолжали с волнением фотографировать прибывших: сначала режиссёра, потом главного героя и героиню, и, наконец, сфокусировались на Жун Сюя, принявшись лихорадочно нажимать на кнопку затвора.

Простой элегантный чёрный костюм; длинные волосы, собранные заколкой-невидимкой на правой половине лица, и открывающие взору чистое белоснежное лицо. Несомненно, этому юноше очень шёл этот чёрный пиджак и белая рубашка. Необъяснимым образом все зрители чувствовали, что есть в нём какой-то элегантный и дорогой темперамент, как у джентльмена из средневековья: спокойный, нежный, учтивый...

http://tl.rulate.ru/book/14326/998120

Глава 81 (Часть 2)

Вскоре команда «Борьбы за превосходство» подошла к белой стойке, и все взяли ручки, чтобы написать на полотне свои имена и оставить автографы.

Жун Сюй стоял рядом с Тан Мэнлань, и они быстро оставили свои подписи. Тогда все увидели, что Тан Мэнлань шепчет что-то на ухо Жун Сюя, но никто не знал, что именно. Внезапно Жун Сюй скривил губы и беспомощно улыбнулся.

Эта улыбка была прекрасно запечатлена папарацци. Сияющие глаза юноши были похожи на яркие звёзды. Он так нежно улыбался, что счастливчики в зале восторженно верещали, а зрители перед экранами были настолько взволнованы, что лишились дара речи.

«О, мой маленький принц! Мой маленький принц так прекрасен!!!»

«Я впервые вижу Жун Жуна в таком элегантном костюме… он так красив! Что бы он ни надел – он выглядит потрясающе! Просто невероятно, как можно быть таким красивым?!»

«Ах, ах, ах, ах, ах, почему Жун Жун так хорош! Как он может выглядеть так хорошо?! Я хочу обнять его, потискать его за личико, погладить… ах, я хочу увидеть его своими глазами!»

В микроблоге, под темой #Пион все посты на данный момент были посвящены команде «БзП».

Среди них поклонников Жун Сюя и Тан Мэнлань было примерно одинаковое количество, и обе стороны лихорадочно облизывали экраны и выражали любовь своим Богу/Богине.

Хотя дебют Жун Сюя произошёл не так давно, его популярность уже была неоспорима. Уже на протяжении довольного длительного времени тэг #ЖунСюйПион входил в топ-20 «горячего поиска» и был шестым в топе поиска звёзд.

После того, как команда «БзП» вошла в зал, фанаты перед экранами набрали в рот воздуха и замерли. «Счастливые зрители» перед сценой (в том числе и Чжун Сыюй со своими новыми знакомыми) быстро встали со своих мест и принялись размахивать светящимися плакатами, громко выкрикивая:

— Жун Жун! Жун Жун!!!

— Ах, ах, посмотри на меня, я здесь, я здесь!!! Ты мне очень нравишься, Жун Жун!!!

— Жун Жун!!!

Первым в зал вошёл режиссёр Го Дао, за ним – Тан Мэнлань и Дун Чжэн. Жун Сюй вошёл в зал следом за ними, вместе с Е Цяо. Е Цяо по пути рассказывал ему о фильме, в котором недавно снялся. Эта был фильм о войне, которую герой Е Цяо преображался в крутого парня.

Слушая его, Жун Сюй кивнул и высказал своё мнение:

— Но твоя внешность, кажется, не совсем подходит для этой роли.

Е Цяо тут же показал свои мускулы:

— Люди могут меняться. Сяо Ян, ты не выглядишь крутым парнем, но неужели это значит, что ты никогда не снимаешься в военном фильме или боевике?

Жун Сюй, казалось, не думал, что Е Цяо на самом деле скажет ему такое. Он не мог не усмехнуться и сказал:

— Е Гэ сказал, что это имеет смысл. Я не хотел его ограничивать...

— Жун Жун!!!

Безумные крики прервали слова Жун Сюя, и они с Е Цяо повернулись, чтобы посмотреть на фанатов. Когда его взгляд остановился на светящихся плакатах с его именем, ясные глаза Жун Сюя медленно округлились. Долгое время он не мог оторвать взгляда от этого яркого света.

Е Цяо с волнением сказал:

— Посмотри на своих поклонников! Их так много, и среди всей аудитории именно твои фанаты самые громкие.

Тан Мэнлань тоже повернула голову, улыбнулась и сказала:

— Нет, это всё волны реки Янцзы. Нас всех застрелил на пляже Сяо Сюй.

Е Цяо сразу пошутил:

— Сестра Тан, меня не застрелили на пляже. Посмотри туда, сколько фанатов держат плакаты с твоим именем и выкрикивают тебе комплименты! Эти фанаты почти как семья.

Пока они болтали и смеялись, они не замечали, что Жун Сюй остановился, улыбнулся и помахал своим поклонникам.

Девушки были ещё больше взволнованы:

— Жун Жун!!!

Однако, к их сожалению, через три минуты Жун Сюй дошёл до мест, где сидела команда «БзП», и, перекинувшись парой фраз с режиссёром Го и остальными, повернулся и ушёл обратно.

Девушки-фанатки были очень раздосадованы, но вскоре Жун Сюй снова появился на большом экране. На этот раз он прошёл по красной дорожке вместе с командой другого сериала, «Западня».

«Сегодня вечером он прошёл по красной дорожке дважды! Я так счастлива, оно того стоит!»

«Мой экран уже весь грязный!!!»

«Жун Жун такой красивый! Мне так нравится его сегодняшний костюм, он словно юный благородный дворянин, просто чудесный!»

«Он как картинка!!! Видя Жун Сюя вместе с командой «Западни», у меня создаётся ощущение, что он молодой мастер Китайской Республики! Словно Хо Си во плоти... Эй, как человек может быть ТАКИМ приятным для глаз? _(:3"∠)_»

Все обсуждали это с энтузиазмом. Их взгляды были сосредоточены на Жун Сюе. Когда Жун Сюй снимался в «Западне», никто и подумать не мог, что всего через полгода он станет таким популярным. Что касается другого актёра из «Западни», то все просто игнорировали его существование.

Комментарии в Интернете были неизвестны Жун Сюю. Но когда он сидел в кресле рядом с командой «Западни», он слышал позади крики взволнованных фанатов. Эти фанаты снова и снова выкрикивали его имя, поэтому он не мог не оглядываться назад и периодически махал им с благодарностью, от чего они кричали ещё громче.

Подумав немного, Жун Сюй тихо вздохнул и решил больше не поворачиваться назад.

Голоса его юных фанаток уже немного охрипли.

В этой индустрии существовало понятие здравого смысла. Обычно на Премии «Пион» существовала закономерность: чьё имя кричат громче всего, тот и популярнее. Если бы Жун Сюй продолжил поворачиваться назад, он мог бы мобилизовать энтузиазм своих поклонников и заставить их кричать ещё громче, но он не хотел этого делать.

Чжан Тунтун сидела с левой стороны от Жун Сюя, смеялась и разговаривала с ним. Жун Сюй всё ещё не решался повернуться и взглянуть на своих фанатов. Чжан Тунтун сообщила ему, что премия «Пион» официально началась.

Голоса зрителей медленно утихали. С появлением на сцене знаменитого китайского телеведущего, церемония вручения одной из трёх главных телепремий этого года была официально открыта!

Как и в прошлые годы, первыми вручали технические премии командам еженедельных сериалов. Награды за операторскую работу, монтаж, спецэффекты, реквизит и саундтреки объявляли со сцены одну за другой. Люди, работавшие над «Западнёй» то и дело поднимались на сцену, чтобы забрать свои статуэтки. Номинации, в которых они были заявлены, постепенно превращались в тяжёлые трофеи в их руках.

Жун Сюй сидел перед сценой и аплодировал каждому сотруднику этой команды.

После вручения технических наград еженедельным сериалам, началось вручение наград ежедневным сериалам. Конечно, теперь команда «БзП» начала выходить на сцену, чтобы получить свои награды.

В итоге, в технической категории «Западня» выиграла награды за «Лучшие Костюмы», «Лучший Реквизит» и «Лучший Саундтрек», а команда «Борьбы за превосходство» выиграла в номинациях «Самый оригинальный сценарий», «Лучший Монтаж» и «Лучший Грим».

Когда все технические победители были объявлены, атмосфера в зале раскалилась до предела.

Все награды, которые только что были присуждены, предназначались только для сотрудников, которые внесли свой вклад в создание сериала. Они не были звездами, но их работу нельзя было игнорировать. Без них не было бы и хорошего фильма. Они – краеугольный камень всего этого «королевства кино и телевидения».

После вручения технических наград должны были объявить главных победителей сегодняшнего вечера. В том числе лучшего новичка, лучших актеров второго и первого плана, лучшего режиссера и лучший сериал года.

Итак, по порядку, следующей номинацией, которая будет объявлена, была «Лучший Новичок» среди еженедельных сериалов.

Ведущий улыбнулся и назвал имя актрисы. Актриса выглядела удивленной, услышав своё имя, а затем взволнованно поднялась на сцену и произнесла слова благодарности.

http://tl.rulate.ru/book/14326/999801

Глава 81 (Часть 3)

В команде «Западни» Чжэн Дао аплодировал ей и улыбался, глядя на Жун Сюя:

— К сожалению, премия «Пион» основывается в выборе новичков на их самую первую работу. В противном случае награда «Лучшему новичку» была бы твоей. Она была бы у нашего Хо Си.

Жун Сюй с улыбкой ответил:

— Чжэн Дао, зато Премия «Взлёт» номинировала Хо Си на «Лучшего новичка».

Режиссёр Чжэн улыбнулся.

Если Премия «Пион» давала награду «Лучший новичок» за первый сериал, в котором снялся актёр, то Премия «Взлёт» присуждала эту награду  за первый официальный телесериал актёра.

Первым телесериалом с участием Жун Сюя была «БзП», но самым первым его сериалом была «Западня».

Победившая в номинации актриса, вероятно, даже не надеялась, что выиграет в этой номинации. Произнося речь, она фактически плакала, и ей потребовалось целых пять минут, чтобы, наконец, покинуть сцену.

Далее шла номинация «Лучшая актриса второго плана», и в ней была номинировала И Лань, но когда были объявлены результаты и названо имя Фэн Юйцинь, И Лань вздохнула, беспомощно рассмеявшись.

Жун Сюй прекрасно знал, что она чувствует. Он улыбнулся и приободрил её:

— Есть ещё Премия «Взлёт».

И Лань сразу поняла, что Жун Сюй напоминает ей, что она также номинирована на «Лучшую женскую роль» за роль Чжоу Вэй. Её печаль немного рассеялась. Изначально И Лань хотела как-то пошутить, но вдруг отвлеклась на яркий свет в зрительном зале.

Наконец, И Лань покачала головой, и вежливо сказала:

— Спасибо, Жун Сюй.

Изменение отношения И Лань было видно в её глазах. Она просто отвела взгляд в сторону и не сказала больше ни слова.

Актриса по имени Фэн Юйцинь была явно подготовлена. После того, как она произнесла слова благодарности, она уверенно прошла через сцену. Ведущий сразу же вышел на сцену и объявил:

— Женщина-киллер, которую сыграла Юйцинь, завоевала благосклонность многих зрителей! В голосовании телезрителей она набрала более 70% голосов.

Слушая комплименты ведущего, зрители перед экранами немного заскучали.

На самом деле, эта Фэн Юйцинь не была новичком и вполне могла выиграть эту награду: это не было лишено смысла. Среди всех номинированных актрис, зрителям приглянулась только роль Фэн Юйцинь. Хотя «Засада» – самый популярный сериал, И Лань играла в нём злодейку и мало кому могла понравиться.

И Лань могла быть в состоянии выиграть премию «Полёт», но номинация в премии «Пион» присуждалась за зрительские симпатии, а зрители ну никак ей не симпатизировали. Естественно, получить эту награду ей было не суждено.

Когда зрителям стало скучно, ведущий объявил:

— Раз уж лучшая актриса второго плана уже определена, то... следующим мы узнаем имя лучшего актёра второго плана. За прошедший год вышло много отличных еженедельных сериалов, и мы узнали много замечательных персонажей. Так кто же получит эту важную награду сегодня вечером? Кого зрители выбрали лучшим среди актёров второго плана? Пожалуйста, поприветствуем нашего гостя!

Прозвучала громкая музыка, большой экран распахнулся с обеих сторон, и из темноты вышел высокий статный мужчина.

Когда на лицо этого человека упал свет, зрители в зале ахнули. Многие поклонники Жун Сюя медленно расширили глаза, глядя на экраны своих телевизоров. Через полминуты они начали безумно строчить комментарии…

«Ах ах ах!!! Счастье! Я так счастлива!!! #ДунЛиЛан #ВаньЦиЯо #ЖунСюй #ЕЦяо»

***

Что же касается человека, который весь вечер молча просидел перед телевизором:

— ...

Через минуту агент Сюй Цзинь, который как раз ужинал дома с женой, неожиданно получил  телефонный звонок. Когда он увидел имя звонящего на экране телефона, Сюй Цзинь закатил глаза и быстро взглянул на свою жену. Когда он обнаружил, что последняя ничего не заметила, он с облегчением взял свой телефон и вышел на балкон:

— Я пойду, отвечу на звонок.

Быстро подняв трубку, Сюй Цзинь прошептал:

— Я знаю, что у Вы никогда не ищете меня по хорошему поводу…

Низкий голос мужчины перебил его:

— Я хочу пойти на Премию «Пион».

Сюй Цзинь:

— ...

— Какие у меня номинации?

Цинь Чэн никогда не думал, что однажды кто-то скажет ему:

— Вы не номинированы.

Цинь Чэн:

— ...

Сюй Цзинь безжалостно указал ему на факты:

— Премия «Пион» – это премия за телевизионной сериалы. Мастер Цинь, в каких сериалах Вы снимались в этом году? Вы когда-нибудь номинировались на премии за телесериалы? Или, я чего-то не знаю? Вы читали хоть один сценарий к сериалу? Укажите хоть одну причину, по которой Вы могли бы участвовать в Премии «Пион»? Да и, к тому же, уже слишком поздно: церемония награждения «Пион» состоится уже сегодня вечером.

После долгого периода безразличного молчания Цинь Чэн снова посмотрел на телевизор.

Неизвестно, намеренно ли это сделал оргкомитет, но они действительно позволили вручать эту награду Е Цяо, а объектив то и дело переключался между Е Цяо и Жун Сюем. Чем чаще они это делали, тем громче кричали фанаты в зале. В это же время, на экране телефона Цинь Чэна фанаты строчили сообщения на фан-форуме Жун Сюя.

Все сообщения имели только одно ключевое слово: «#ВаньЦи_ДунЛи»

Прищурив глаза, Цинь Чэн скривил тонкие губы и тихо сказал:

— Премия «Пион»... я хочу принять участие в Премии «Взлёт».

Сюй Цзинь выпустил пар из носа и с волнением спросил:

— Что Вас стимулирует, мастер Цинь? Вы действительно не имеете права участвовать в Премии «Взлёт», я не шучу! Ся Муйян и Вэнь Вэй всегда снимались в сериалах, поэтому у них есть причина там находиться. Но Вы! Вы никогда не снимались в сериалах, так чего Вы там забыли?! Вы не имеете к этим Премиям никакого отношения.

— Снимают ли сейчас какие-нибудь сериалы, в которые требуются инвестиции?

— ... — Сюй Цзинь продолжил спорить. — Я хочу напомнить Вам, что Премия «Взлёт» состоится уже на следующей неделе...

Цинь Чэн мягко произнёс:

— Какие сериалы снимались на прошлой неделе?..

Его голос внезапно оборвался, и Сюй Цзинь услышал, на другом конце провода раздались аплодисменты и радостные возгласы. Сюй Цзинь совершенно не понимал, что произошло, когда услышал голос Цинь Чэна, который стал немного холоднее и чеканил каждое слово:

— Я пойду на Премию «Взлёт» на следующей неделе, так что найти мне для этого любые способы.

Сюй Цзинь:

— Я… могу отказаться?..

Цинь Чэн:

— Работай усердно.

Сюй Цзинь:

— ...

«Неужели ты думаешь, что из-за этой пары слов я стану послушным???!!!»

***

Выругавшись про себя и повесив трубку, Сюй Цзинь не вернулся за стол к жене, а начал обзванивать разных знакомых.

В общем-то, задача агентов состояла в том, чтобы находить ресурсы и предложения для своих артистов, но Сюй Цзинь отличался от других агентов. Артистом, с которым он работал, был один только Цинь Чэн, но он один стоил сотни других артистов. Да и неприятностей от него было... тоже как от сотни артистов...

Обзванивая кучу номеров, Сюй Цзинь пожаловался:

— Почему Бог не накажет этого парня за то, что он так меня угнетает?

Миссис Сюй тихо сказала:

— А мне было бы очень приятно помогать Цинь Шэню моей семьи...

Сюй Цзинь:

— ...

«Этот день действительно невыносим!!! Это я «твоя семья», я! Слышишь?!»

***

После того, как Цинь Чэн положил трубку, он уставился на телевизор. На экране телевизора Е Цяо объявил со сцены имя, которое все ожидали услышать.

Под дикие крики фанатов, красивый юноша шаг за шагом поднялся на сцену, а затем... они с Е Цяо обнялись.

Е Цяо вручил Жун Сюю его трофей.

Цинь Чэн:

— ...

«Твоя рука коснулась его пальца! Ты прикоснулся к нему!!!»

Е Цяо улыбнулся и поздравил Жун Сюя.

Цинь Чэн:

— ...

«Поздравляй, поздравляй… Но какого чёрта вы стоите так близко друг к другу?!»

Посмотрев вниз на экран своего телефона, он увидел такие же сообщения на фан-форуме Жун Сюя.

«О жизни нельзя сожалеть, а эти братья так глубоко привязаны друг к другу!»

Цинь Чэн:

— ...

«Я ни о чём не жалею в этой жизни! Только об этой ночи! Только об этой ночи!!!»

http://tl.rulate.ru/book/14326/999896

Глава 82 (Часть 1)

Поклонники не знают обиды. Когда они увидели по телевизору, что Е Цяо будет вручать награду «Лучшему Актеру второго плана» среди еженедельных сериалов, они были рады и этому.

Как мы все знаем, «Западня» – это еженедельный сериал, получивший в прошлом году самые высокие рейтинги. До вручения премии «Лучший актер второго плана» «Западня» уже успела победить в нескольких других номинациях в категории еженедельных сериалов. Если не считать премии за «Лучшую женскую роль», «Западня» выиграла почти во всех номинациях.

И Лань не получила награду «Лучшей актрисы второго плана» за свою роль. Тем не менее, Жун Сюй отличался от неё. Хо Си в его исполнении был очень популярен. Во время трансляции сериала он неоднократно становился главной темой горячих поисков в сети. В зрительном зале церемонии вручения премии «Пион» также было много поклонников, которые размахивали плакатами с именем «Хо Си», что говорило о многом.

Когда Е Цяо остановился перед микрофоном, улыбнулся и произнёс имя победителя, зрители перед экранами впали в неистовство.

«Счастье шипперов!»

Полгода спустя они фактически оказались на одной сцене! Более того, Е Цяо на самом деле должен был лично вручить награду Жун Сюю!

В Интернете можно было увидеть уйму сообщений и постов на тему «счастье шипперов». Хотя многие фанаты не поддерживали эту «пару», на этот раз всё складывалось слишком уж мило.

После того, как Жун Сюй произнёс свою победную речь и ушёл со сцены, крики болельщиков ещё долго разносились эхом по залу.

Когда Жун Сюй и Е Цяо вместе шли по сцене, Е Цяо с улыбкой сказал:

— Удивлён?

Юноша приподнял бровь и улыбнулся:

— Ты знал, что будешь вручать награду сегодня… почему ты мне не сказал?

Еще три дня назад Е Цяо был приглашён оргкомитетом и официально стал лицом, вручающим премию «Лучшему актеру второго плана» на церемонии награждения «Пион». Тем не менее, хотя он уже встречался с Жун Сюем сегодня вечером, он не сообщил ему эту новость  вплоть до своего появления на сцене.

Е Цяо улыбнулся:

— Разве у меня не получился хороший сюрприз? Сяо Сюй, поздравляю, ты выиграл первый важный трофей в своей жизни. Я тоже был номинировал на эту награду, когда дебютировал, но, к сожалению, в том году я не смог победить. Победителем того года стал... — вспомнив, Е Цяо внезапно расширил глаза. — Эй, победителем этого года стал Хань Янхао!

Жун Сюй в ответ лишь беспомощно улыбнулся.

Они поболтали ещё некоторое время и вернулись на свои места.

Когда Е Цяо дебютировал несколько лет назад, он не получил эту награду, проиграв Ханю Янхао, который в то время был в эпицентре внимания зрителей. Однако столы перевернулись, и сегодня Е Цяо получил право вручать со сцены эту премию, а Хань Янхао, напротив, даже не имел квалификации для участия в этой  церемонии награждения. В последнее время о нём вообще не было слышно никаких новостей.

Тем не менее, в отрасли ходили слухи, что предыдущая покровительница прогнала Ханя Янхао. Он долго искал, прежде чем найти себе нового «золотого мастера». Говаривали, этот «мастер» был очень хитёр, и буквально замучил свою «маленькую нежную модель». Ходили также слухи, что этот новый золотой лорд... был богатым человеком за 60.

После того, как Жун Сюй вернулся на своё место, он сказал что-то Е Цяо, который был сзади.

Едва он сел, как увидел улыбающееся лицо режиссёра Чжэна, который сказал:

— Поздравляю, Жун Сюй. Оргкомитет, должно быть, намеренно пригласил Е Цяо, чтобы он вручил тебе эту награду. Премия «Пион» и премия «Золотой колокол» отличаются. Они позволили Е Цяо вручить тебе награду, и их рейтинги теперь обязательно повысятся, причём очень сильно.

Услышав его слова, Жун Сюй сказал с улыбкой:

— Чжэн, Вы слишком прямолинейны.

Чжэн Дао лишь махнул рукой:

— Мне всего сорок лет, и я не намного старше тебя. Вы с Е Цяо снимались вместе в «БзП». И вас после этого наверняка шипперили, верно? Я точно знаю. Что ж, жди: возможно, уже через час, вы Е Цяо окажетесь в топе «горячего поиска».

Конечно же, слова Чжэн Дао оказались пророческими, пусть и немного неточными.

Какой ещё час? Всего за 40 минут тэги #ЖунСюй  и #ДунЛи_ВаньЦи попали в топ дня, однако один из них был на вершине горячего поиска (на четвертом месте), а другой – сорок седьмым! Жун Сюй уже находился в горячем поиске, но их «пара» теперь продвинулась, благодаря хитрости оргкомитета Премии «Пион».

Кликая по этой теме, бесчисленные фанаты вспоминали «БзП»:

«Счастье шиппера! Я и не ожидал, что смогу увидеть их когда-нибудь на одной сцене!»

«Офицер был вынужден умереть! Ах, ах, когда я вижу их, моё сердечко, кажется, не выдерживает переизбытка чувств!»

Во всех трёх последних работах Жун Сюя его фанаты придумывали новые «пары» и шипперили его с кем-нибудь. Даже те, кто никогда этого не делал, после этой церемонии были вынуждены начать. В конце концов, отношения между Жун Сюем и Е Цяо действительно были хорошими, и догадки фанатов не были совсем уж беспочвенными. Когда вышел диск «Потерянные крылья», люди немного отошли от этой темы, переключившись на музыку, но теперь вернулись снова.

Фанаты «пары» ликовали, а другие предпочли промолчать. В конце концов, это был очень хороший день для Жун Сюя: он выиграл награду. Они не хотел портить ему настроение. Тем не менее, был один фанат, который на самом деле осмелился написать про свою любимую «пару»…

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «#ЦиньЖун :3 Сегодня Жун Жун был как всегда, неотразим! Поздравляю тебя с наградой, Милый :3 [фото]»

Как только этот пост был опубликован, множество фанатов принялись хвалить и поддерживать «свои пары».

Однако в большом море постов «счастливых шипперов» эти голоса были крохотной каплей.

***

В это же время церемония награждения Телепремии «Пион» продолжалась полным ходом.

Неудивительно, что «Западня» стала супер-большим победителем этого вечера в категории еженедельных сериалов: с учётом «Лучшего сериала», «Лучшего режиссёра» и «Лучшего актёра второго плана», «Западня» выиграла в семи номинациях! Когда в зале заиграл саундтрек «Западни», все члены съёмочной команды уже стояли на сцене, с радостью демонстрируя все свои трофеи зрителям.

На этом церемония награждения еженедельных сериалов закончилась, и началась церемония награждения ежедневных сериалов.

Начался звёздный час «Борьбы за превосходство».

Первой номинацией был «Лучший новичок».

На этот раз награду со сцены вручал один уважаемый пожилой артист.

Популярность этого артиста могла быть и не такой высокой, как у юных кумиров зрителей, но за свою жизнь он успел сняться во многих телевизионных сериалах. И хотя старик в своей жизни не выигрывал телевизионных наград за главную роль, у него было много трофеев за «Лучшую роль второго плана». Его жизнь была посвящена сериалам, и, когда он появился на сцене, он был встречен бурными аплодисментами собравшихся.

Посмотрев на зрителей, пожилой артист улыбнулся и сказал:

— Свежая кровь – самая важная вещь в этом кругу. Я очень рад вручить сегодня с этой сцены  награду лучшему новичку...

Жун Сюй сидел на своём месте перед сценой, улыбался и смотрел на старика. Взгляды и объективы бесчисленных журналистов в данный момент сосредоточены на нём, и даже многие знаменитые артисты в этот момент тоже смотрели на него. Независимо от того, как долго они на него смотрели, лицо юноши оставалось нежным, вежливым и улыбающимся.

На сцене пожилой артист медленно вскрыл конверт в своих руках. Когда он увидел имя, он слабо улыбнулся и осторожно посмотрел в направлении, где сидела команда «Западни».

Он медленно провозгласил:

— Лауреатом Премии «Пион» за «Лучшего Новичка» в категории ежедневных сериалов становится…

http://tl.rulate.ru/book/14326/1003885

Глава 82 (Часть 2)

— Лауреатом Премии «Пион» за «Лучшего Новичка» в категории ежедневных сериалов становится… Жун Сюй, за роль в фильме «Борьба за превосходство»!

Звуки музыки и криков зрителей эхом отозвались по залу, а затем рёв аплодисментов заглушил все звуки.

Под саундтрек «БзП», звучащий из колонок, красивый молодой юноша медленно встал со своего места. Он не сразу вышел на сцену, а сначала подошёл к местам команды «БзП», с улыбкой обнялся с Го Дао, Тан Мэнлань, Дун Чжэном, Е Цяо и остальными. Только после этого он свернул на сцену и забрал тяжёлый трофей из рук пожилого актёра.

Яркие ослепительные огни освещали его тело, пока аплодисменты постепенно прекращались.

Жун Сюй не знал, сколько из этих аплодисментов были искренними, а сколько лицемерными, но он точно знал, что трофей в его правой руке реален. Фанаты, сидящие в заднем ряду, безумно размахивали плакатами. Они не смели кричать и мешать награждению Жун Сюя. Они просто облизывались, рыдали и сильно размахивали руками, оказывая всю посильную поддержку человеку, который им нравится.

Глядя на их движения, Жун Сюй медленно прошептал первое предложение:

— Это совпадение, что я получил возможность принять участие в съёмках «Борьбы за превосходство». Для меня большая честь, что я только что попал в круг развлечений, и уже смог поработать с такой прекрасной командой и по такому замечательному сценарию. Я хотел бы отдельно поблагодарить режиссёра Го Луна, всех сотрудников «БзП» и всех, кто любит «БзП».

В зале снова раздались аплодисменты.

— ВаньЦи Яо - очень мудрый человек. Он восхищался индивидуальностью Сяо Юй и был готов помочь молодой женщине-генералу. Он хотел увидеть своего брата и разрешить противоречия, существовавшие между двумя на протяжении многих лет. Во времена такого хаоса, в ту эпоху было много выдающихся людей, и произошло много историй, достойных того, чтобы их вспоминали. — после короткой паузы Жун Сюй продолжил. — Я очень благодарен ВаньЦи Яо. Он – не просто первый персонаж, которого я сыграл. Он дал мне возможность понять, что актёрская игра – это замечательная вещь. Спасибо каждому, кто вложил свои силы в эту роль. Спасибо Го Дао, который оказал мне помощь и поддержку на съёмочной площадке. Наконец, я хочу сказать спасибо… — камера немедленно переключилась на его крупный план. На экране телевизора красивый элегантный юноша слегка улыбнулся и прошептал. — Спасибо моим поклонникам.

Как только эти слова прозвучали, зал взорвался бурными аплодисментами.

В ложе команды «Западни» в это время Чжэн Дао с глубоким впечатлением смотрел на Жун Сюя, показывая улыбку признательности.

В ложе команды «БзП» Тан Мэнлань аплодировала Жун Сюю, шепча Е Цяо на ухо:

— О, это была очень хорошая речь! Но, как я помню, во время съёмок у Жун Сюя почти не было вторых дублей. Неужели Го Дао действительно помог ему?

Услышав её слова, Го Дао тут же фыркнул. Тан Мэнлань и Го Дао сотрудничали уже на протяжении многих лет, и она намеренно говорила так, чтобы режиссёр Го её услышал.

Услышав его, Тан Мэнлань сразу же улыбнулась и прошептала:

— Го, как я могу сказать, что я не хуже Сяо Сюя? Вы ведь всегда даёте мне какие-то советы и делаете замечания.

Режиссёр Го поднял глаза:

— Когда ты только поднимаешься на своём пути, ты можешь сказать всего три слова – спасибо режиссёру Го Луну, спасибо режиссёру Го Луну и спасибо режиссёру Го Луну.

Тан Мэнлань:

— ...

Самая восторженная атмосфера во всем зале царила на эксклюзивных местах «счастливых зрителей». Поклонники Жун Сюя встали со своих мест и взволнованно размахивали огнями в своих руках. Под мелодичный саундтрек «БзП» они увидели, как юноша помахал им, а затем спустился со сцены:

— Ах, ах, ах, ах, ах! Я люблю тебя!!!

В Интернете фанаты реагировали более интенсивно, чем фанаты в зале.

«Ах, Жун Жун, спасибо! Я так сильно его люблю, просто с ума схожу!»

«Я не хочу отказываться от Цинь Шэня, но Жун Жун так хорош, боже!!!»

«Он такой потрясающий, как я могу от него отказаться? Любить его – лучшее решение, которое я когда-либо принимала. Поздравляю тебя, мой любимый @Жун Сюй, ты стал двойным королём сегодняшнего вечера!».

***

Город В, верхний этаж элитной квартиры.

Глядя на нежную и элегантную улыбку юноши на экране телевизора, мужчина медленно положил телефон на диван, вперившись взглядом в красивое лицо. Долгое время спустя, Цинь Чэн тихо вздохнул.

«Всегда такой хороший, всегда такой нежный...

Это мой Жун Жун. Жун Жун принадлежит только одному человеку».

Три минуты спустя…

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Он мой».

Всего два коротких слова. На этот раз безо всяких глупых картинок. Это было просто одно озадачивающее предложение, но когда фанаты смотрели на него, они понимали, о чём говорит написавший.

«Хотя я сейчас растрогана и плачу, но я всё же должна сказать тебе это, Апельсин: Жун Жун не твой!»

«Я тоже его люблю, но он не твой, хе-хе!»

«Какая ты бесстыжая, Паста! Жун Жун – не твой, он принадлежит всем нам!»

Эти фанаты осуждали слова «Пасты», но они не ожидали, что его слова – правда. Тем не менее, долгое время спустя на телефон «Пасты» пришло одно сообщение…

Жун Сюй: «Вы хотите сделать мне подарок? Тогда я должен подумать об этом… я хочу съесть устрицу и акулий плавник ^_^»

Слабо улыбнувшись, Цинь Чэн спокойно ответил на сообщение: «Ты хочешь съесть только это?»

Жун Сюй, который находится на Премии «Пион», не ожидал, что он получит такой ответ. Он странно приподнял бровь и ответил: «А что ещё, кроме этого, я могу съесть?»

Уже через три секунды Цинь Чэн ответил ему: «Съешь меня».

Жун Сюй: «…»

Сообщение появилось на его экране всего на две секунды, и было тут же удалено отправителем.

Жун Сюй, когда увидел, что сообщения больше нет: «...»

Цинь Чэн спокойно написал новое сообщение: «Я случайно. Ты хочешь поесть лапши ночью?»

Жун Сюй: «...»

Под громкие аплодисменты зрителей церемония награждения премией «Пион» в этом году была официально окончена.

Поскольку это была церемония открытия одной из трёх главных телепремий Китая, в этом году «БзП» и «Западня» были в центре внимания. «Западня» получила семь наград, включая «Лучший еженедельный сериал» и «Лучший режиссёр». «Борьба за превосходство» получила награду за «Лучший ежедневный телесериал», «Лучшего режиссёра», «Лучшего актёра», «Лучшую актрису», а также за «Лучшего новичка». Все главные призы церемонии достались им.

Среди всех победителей, единственным, на ком сфокусировали своё внимание буквально все журналисты, был человек, приложивший свою руку сразу к двум главным сериалам этого года.

Уже в конце церемонии награждения на крупных порталах стали публиковаться статьи, которых было бесчисленное множество:

«Пион, Борьба за превосходство, Западня и появление нового Короля Сериалов этого года!»

«Получивший приз за «Лучшую мужскую роль» и «Лучшего новичка» Жун Сюй: Спасибо, мои поклонники»

«Жун Сюй – лауреат Премии «Пион» и восходящая звезда Китая завтрашнего дня»

http://tl.rulate.ru/book/14326/1004046

83 глава будет доступна по ссылке утром 7 января: https://tl.rulate.ru/book/14326/1032877/ready

Глава 83 (Часть 1)

Как только Премия «Пион» закончилась, ошеломляющие новости полились рекой.

«Борьба за превосходство» и «Западня» выиграли много наград на Премии «Пион», и Жун Сюй тоже получил много внимания за участие в этих сериалах. Кроме того, он стал единственным двукратным победителем в этой Премии: он выиграл в номинациях «Лучший Новичок» и «Лучший Актёр Второго плана».

Интернет-пользователи были полны энтузиазма, но участники покинули церемонию награждения, которая только что была в центре внимания всего мира, и разъехались по домам. Команда «БзП» и команда «Западни» пригласили Жун Сюя принять участие в праздничной вечеринке, но, беря во внимание тот факт, что Жун Сюю завтра нужно вылетать обратно в Сяншань, Ло Чжэньтао отказался уговаривать его пойти.

Когда Жун Сюй вернулся в квартиру, он открыл дверь и увидел Цинь Чэна, стоявшего на балконе и разговаривающего по телефону.

Не став его беспокоить, Жун Сюй повесил пальто на вешалку и прошёл в гостиную. Зайдя, он увидел блюдо столе.

Устрицы?..

Нет.

Птичье гнездо?

Нет.

Акулий плавник?

«Боже, это невозможно...»

Скривив губы, юноша подошёл к столу, тихо отодвинул стул и сел.

Хотя в текстовом сообщении мужчина обещал ему ужин, Жун Сюй знал, что кулинарные навыки Цинь Чэна... оставляют желать лучшего.

Конечно, Жун Сюй готовил не лучше, но всю их стряпню можно было считать едой. Оба могли готовить всего несколько простых блюд, вроде яичницы с томатами, жареной свинины и нарезанной кубиками курицы, но ничего сложнее этого...

На самом деле, даже тушёная свинина давалась им с большим трудом.

Сначала Жун Сюй сидел за столом и копался в своём телефоне, не притрагиваясь к лапше. Тем не менее, Цинь Чэн всё никак не прекращал говорить по телефону. Устав ждать, юноша вздохнул и молча поднял со стола палочки для еды, приступив к ужину.

Даже когда он закончил есть, Цинь Чэн всё ещё разговаривал по телефону. Он стоял на балконе, повернувшись к Жун Сюю спиной. Казалось, он до сих пор не заметил, что юноша вернулся домой; он лишь смотрел на великолепный ночной город и тихо что-то говорил.

Рано утром Жун Сюй  примчался сюда из Города кино и телевидения Сяншань и отправился прямиком на церемонию награждения. После такого напряженного дня он просто не мог не устать.

Жун Сюй стоял в гостиной и смотрел на спину Цинь Чэна. Подумав мгновение, он решил не идти в спальню. Вместо этого он сел на диван и достал свой телефон.

Десять минут спустя, когда Цинь Чэн завершил разговор с Сюй Цзинем и, наконец, уладил все вопросы, связанные со «Взлётом», он обернулся и увидел юношу. Сквозь большое чистое стеклянное окно балкона была видна простая гостиная, на диване в которой беззаботно спал прекрасный юноша.

Теплый жёлтый мерцал на его щеках, делая его облик ещё нежнее, а тень с длинных ресниц падала на его розовые щёки. Эта картина была настолько прекрасна, что Цинь Чэн на какое-то время замер на месте. Затем мужчина тихо вошёл в гостиную и подошёл к спящему юноше. В следующий момент он медленно опустился перед ним.

Они не виделись три дня. Перед этим он впервые признался ему в своих чувствах, после чего они  были вынуждены расстаться.

Такова индустрия развлечений. Влюбленные часто могут не видеться днями, а то и месяцами. Если они не сотрудничают, работая на одним фильмом, то могут не видеться и по полгода.

У некоторых людей из-за расстояния могут постепенно пропадать чувства, но у других от разлук чувства становятся только сильнее.

В глубокий глазах мужчины отражалось лицо мирно спящего юноши: он очень долго смотрел на него. Протянув руку и аккуратно убрав упавшие пряди со лба юноши, Цинь Чэн продолжил всматриваться в его прекрасное лицо. Посмотрев на него ещё некоторое время, он молча встал, укрыл Жун Сюя одеялом и пошёл к столу.

Убрав посуду в посудомоечную машину, Цинь Чэн вернулся в гостиную и сел на диван рядом с ним. Он отправил сообщение Сюй Цзиню, чтобы уладить последние детали. Посмотрев на телефон какое-то время, он снова отложил его и принялся любоваться юношей на диване.

Секунду на телефон, три секунды на юношу. Затем снова на телефон и снова на юношу.

Через десять минут Цинь Чэнь внезапно отложил в сторону телефон и подошёл к Жун Сюю. Он уже собирался наклониться к нему, когда вдруг перестал двигаться, повернулся и вернулся на место.

Небрежно листая последние новости в интернете, Цинь Чэн сжал свои губы в тонкую линию,  когда увидел очередной вычурный заголовок статьи.

«Супер-новичок», «самая яркая звезда в индустрии развлечений», «вершина популярности», «просто потрясающий», – СМИ обожают использовать такие вычурные обороты речи, чтобы привлечь внимание большего количества читателей. Когда Хань Янхао выиграл премию «Лучший новичок», они писали про него точно так же, заявляя, что в ближайшие три года он всегда будет на коне, но где же он теперь? Теперь о нём ничего не слышно.

Цинь Чэн понимал, что эти СМИ намеренно преувеличивают факты, но не мог не прокомментировать их посты.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Хорошо сказано».

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Да, он лучший. Лучший!»

Проведя за этим занятием ещё десять минут, Цинь Чэн увидел, что Жун Сюй по-прежнему мирно спит, и его пальцы, сжимающие телефон, постепенно напряглись. Наконец, подумав ещё минуту, Цинь Чэнь внезапно встал и снова подошёл к Жун Сюю. Он наклонился и снова принялся разглядывать человека, которого не видел целых три дня.

Пальцы мягко поглаживали волосы на юном лице, его тонкие брови, прямой нос, полные губы... Эти бледные губы казались ему такими мягкими…

Цинь Чэна облизнул губы и слегка наклонился к спящему Жун Сюю.

Расстояние между ними сокращалось; Цинь Чэн наклонялся всё ближе и ближе, ближе и ближе. Он уже мог слышать слабое дыхание юноши и видеть крошечный пушок на его лице. Он даже мог разглядеть крохотное светло-коричневое пятнышко у его левого глаза, а его сердце в это время колотилось всё сильнее и сильнее...

Три сантиметра, два сантиметра, один сантиметр, полсантиметра...

«Я сделаю это... сейчас…»

*Бум!!!*

http://tl.rulate.ru/book/14326/1032877

Глава 83 (Часть 2)

Внезапный громкий шум заставил Жун Сюя проснуться. Открыв глаза, он обнаружил, что сам не заметил, как заснул. Когда он открыл глаза и посмотрел перед собой, Жун Сюй внезапно увидел странную картину... Цинь Чэн сидел на кофейном столике, а белая фарфоровая ваза медленно скатывалась по нему, пока не приземлилась на мягкий ковёр. Громким шумом, разбудившим его, вероятно, был звук удара вазы о стеклянный журнальный столик.

Жун Сюй:

— ...

Цинь Чэн:

— ...

Мгновение спустя юноша беспомощно улыбнулся и спросил:

— Цинь Чэнь, что Вы делаете?

— Играю… в телефон.

— Вы играете в телефон… сидя на кофейном столике?!

Цинь Чэн спокойно ответил:

— Да.

Жун Сюй:

— ...

Хотя Жун Сюй чувствовал, что что-то здесь не так, но и понятия не имел, что Цинь Чэна от успеха отделяли всего какие-то полсекунды, если бы не его собственный храп, не вовремя сыгравший с ним злую шутку. Испугавшись, Цинь Чэн внезапно отпрянул назад и споткнулся о журнальный столик, с грохотом приземлившись на него и уронив белую фарфоровую вазу, которая ударилась о стекло и скатилась на пол…

Хорошо ещё, что Цинь Чэн не упал на пол. Если бы он сидел посреди ночи на полу перед диваном, вряд ли он смог бы придумать себе оправдание.

— Я подумываю о подогреве пола… ковёр не тёплый.

Однако Жун Сюй не особо задумывался над увиденным. Он встал и помог Цинь Чэну прибраться.

На этот раз Жун Сюй вернулся в город всего на один день. На следующее утро он уже должен был вылететь в Сяншань, поэтому не взял с собой чемодан. С собой он принёс только два трофея с Премии «Пион».

Глядя на два хрустальных пиона, Цин Чэнь, недолго думал, сказал:

— Поставь их вон туда.

Жун Сюй последовал за Цинь Чэном и вошёл в кинозал, остановившись перед шкафом с DVD-дисками. Он был здесь уже много раз, и не раз открывал этот шкаф. Однако на этот раз Цинь Чэн сделал ещё один шаг и протянул руку, чтобы открыть шкаф по соседству.

Взглянув на содержимое этого шкафа, Жун Сюй посмотрел на Цинь Чэна странным взглядом.

Цинь Чэн взял из рук юноши два хрустальных трофея и поставил их на верхнюю полку шкафа. По обе стороны от его хрустальных трофеев стояли трофеи Цинь Чэна – «Золотой феникс» и «Оскар».

Жун Сюй, глядя на эту картину:

— ...

Два трофея «Пион», размещённые между двумя крупнейшими трофеями:

— ...

Низкий голос мужчины произнёс:

— Этот шкаф довольно большой. Там рядом есть ещё два пустых шкафа – можешь занимать и их.

Жун Сюй с улыбкой спросил:

— Вам не кажется это… странным?

Цинь Чэн склонил голову и спокойно посмотрел на Жун Сюя. Он спросил:

— А что не так? В этих шкафах хранятся мои трофеи – пусть и твои трофеи стоят рядом с моими, на одной полке.

Услышав это, Жун Сюй улыбнулся ещё шире. Он знал, что Цинь Чэн не понял, что он имел в виду. Он имел в виду, что неуместно ставить трофей мелкой премии «Пион» рядом с трофеями лучших в мире кинопремий.

Решив больше не заговаривать об этом, Жун Сюй с улыбкой ответил:

— Хорошо.

Для этого человека все трофеи равны. «Золотой феникс» и «Оскар» почетны не больше, чем «Пион». Для него нет никакой разницы. Возможно, в его трофеях и большее содержание золота, но для актёра важен каждый трофей, поскольку это всегда признание его таланта и возможность самоутвердиться. Вероятно, причина такого мышления крылась в мягкости Цинь Чэна.

Убрав трофеи в шкаф, они пошли в гостиную, где недолго посмотрели развлекательную передачу. Жун Сюй, в конце концов, должен был лечь пораньше, чтобы утром успеть на самолёт.

Стоя перед комнатой Жун Сюя, Цинь Чэн молча наблюдал за тем, как юноша расстилает постель, готовясь ко сну. Жун Сюй обернулся и заметил Цинь Чэна, стоявшего за дверью. Он улыбнулся и подошёл к нему, сказав:

— Вам нужно отдохнуть. Разве Вы не должны завтра сопровождать Лю Лао, чтобы выбрать место съёмок?

Взгляд Цинь Чэна медленно скользил по бледным губам юноши.

Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Когда я закончу съёмки в следующем месяце, могу я посетить вашу площадку?

Цинь Чэнь продолжал молча смотреть на его пухлые губы, но был вынужден прошептать:

— Да, конечно, в следующем месяце мы будем снимать…

Жун Сюй мягко улыбнулся:

— Цинь Чэн.

Внезапно услышав своё имя, мужчина поднял глаза, и увидел, как юноша внезапно раскинул руки и нежно обнял его. Ошеломлённый Цинь Чэн медленно расширил глаза, не понимая, что происходит.

Время бесконечно тянулось в этот момент, и он мог насладиться тёплым дыханием юноши вплотную у своего уха, когда его чистый голос медленно произнёс:

— Твои слова... Я не ответил на них тогда, но, думаю, ты и сам знаешь ответ. Цинь Чэнь, ты мне тоже нравишься.

***

На следующий день ещё затемно Жун Сюй покинул квартиру Цинь Чэна и вылетел на съёмки в Сяншань. В четыре часа утра, когда он собирался уходить, он долго колебался, но в итоге решил не стучать в дверь Цинь Чэна и ушёл не попрощавшись. Однако он не знал, что мужчина за дверью даже не ложился спать.

Во время признания в Сяншане они, можно сказать, подтвердили свои отношения, но в тот день, когда Цинь Чэн произнес три главных слова, Жун Сюй не дал ему прямого ответа, а просто взял его за руку.

Но теперь его Жун Жун лично сказал ему эту фразу.

После ночи без сна Цинь Чэн, похожий на панду, поехал к своему агенту, чтобы согласовать свой график на следующую неделю.

Сюй Цзинь тут же принялся без умолку болтать:

— Вы определенно можете пойти на Премию «Взлёт», определенно можете! Но о таких важных вещах меня нужно предупреждать заранее, мой юный мастер, за-ра-не-е! Вы понимаете?

***

Самолёт приземлился в аэропорту Шуше. В полдень того дня Жун Сюй вернулся на съёмочную площадку и приступил к съёмкам «Затерянного города».

http://tl.rulate.ru/book/14326/1032914

Глава 84 (Часть 1)

«Затерянный город» снимали месяц, и все сцены в помещении уже были отсняты.

Когда Жун Сюй вернулся с премии «Пион», команда уже приступила к демонтажу части декораций, установленных на съёмочной площадке. На следующий день они должны были покинуть Сяншань и отправиться в Хэндянь, чтобы продолжить там съёмки оставшихся сцен.

Когда Жун Сюй вернулся в команду, был уже полдень. Вчера к ним присоединился новый актёр, который играл Сюэ Цзячжэ в детстве. Это был очень маленький ребёнок, но в последние пару лет он успел стать настоящей звездой. Он был очень милый и приятный. В этом году ему исполнилось всего пять лет. Он не выглядел таким грубым и прямым, как другие мальчики его возраста, – он был спокоен и покладист, словно прилежная девочка.

Увидев Жун Сюя, режиссёр Юань улыбнулся и представил ему мальчика:

— Подожди, малыш, может тебе нужен помощник? Жун Сюй, ты только что получил статуэтку, так что ты можешь подать малышу пример. Этот мальчик играет тебя, когда ты был ребёнком. Ты не мог полистать сценарий вместе с Леле?

Жун Сюй улыбнулся и ответил:

— Хорошо.

Затем Жун Сюй снова посмотрел вниз и увидел милое маленькое тельце, съежившееся рядом с Юанем, с парой больших глаз, серьёзно глядящих прямо на него.

Дети-звёзды, попавшие в круг развлечений, обычно имеют в качестве менеджеров своих собственных родителей. Большинство из них – инсайдеры, и этот мальчик не был исключением. В прошлом году этот маленький ребенок сыграл в одном фильме юного императора. С этой дебютной ролью он провёл в кино целый год. Хотя он был очень юн, его нельзя было назвать совсем уж невинным.

Ребенок тихонько поздоровался, сказав «Брат Жун Жун», и посмотрел на улыбающееся бледное лицо мужчины. Жун Сюй улыбнулся, присел на корточки и мягко сказал:

— Давай взглянем на сценарий. Согласен?

Неподалёку стояла мать ребёнка, с довольным видом наблюдая за происходящим.

***

К вечеру, когда небо потемнело, сцена с Леле официально началась.

Жун Сюй стоял у студии и смотрел, как группа реквизиторов перемещается по большим камням, «придавившим» Леле и другую актрису. Эта актриса тоже была на площадке первый день, как и Леле. Сегодня они вместе играли в сцену из детства Сюэ Цзячжэ.

Тань Янсюань знал, что его одногруппник пережил землетрясение, когда был ребёнком – тогда он чуть не погиб. Он также знал, что его родители развелись, когда он был совсем маленьким, но он не знал, что эти два события были напрямую связаны. Отец бросил мальчика и его мать, сбежав с места происшествия.

В ту ночь внезапно началось землетрясение, и в маленьком городке, зажатом между горами, воцарил хаос.

В то утро Сюэ Цзячжэ играл со своими родителями и весело смеялся. Как любой ребёнок, он рассказывал родителям, что станет полицейским, когда вырастет. Лучшим полицейским. Но всего через десять часов их разбудили мощные толчки. Перепуганная мать ворвалась в его комнату, взяла сына на руки, и побежала на улицу вместе с мужем.

В этом момент потолок внезапно обрушился, и мать придавило несколькими большими камнями. Она едва смогла найти зазор и спрятать туда сына. В это время в дверях появился его отец и протянул ему руку, чтобы помочь.

Сюэ Цзячжэ закричал:

— Папа!

Его мать тоже кричала:

— Унеси отсюда Цзячжэ! Скорее…

Мать собрала последние силы, чтобы поднять мальчика и протянуть его к рукам отца. Однако в этот момент раздался новый толчок, и ещё один большой камень упал прямо у ног мужчины. Сюэ Цзячжэ уже дотронулся до руки отца, но в следующий момент мужчина одёрнул её, развернулся и убежал прочь.

Маленький ребёнок ещё не понимал, что это значит, но его мать была в отчаянии. Широко распахнув глаза, она смотрела в спину мужчины, которого она, как оказалось, совсем не знала до этого злосчастного дня.

Так они провели три дня и три ночи, похороненные под огромными каменными завалами.

Мать сжимала Сюэ Цзячжэ в своих объятиях. У них не было ни воды, ни еды. Когда мать испытывала сильную жажду и не могла даже выделить слюну, женщина брала острый камень и резала себе руку, чтобы дать сыну напиться её кровью.

Через три дня их спасли. Взрослому человеку не составит большой проблемы не есть и не пить три дня, но ребёнок – совсем другое дело.

Левая нога матери была прижата большим валуном, и, чтобы её вытащить, ногу пришлось отпилить. С тех пор женщина стала одноногой. Человек, которого раньше называли «отцом», с тревогой наблюдал за спасением своей жены и сына.

В конце концов, все закончилось тем, что родители полюбовно разошлись, и отец уехал от них. Каждый месяц он присылал им деньги, к которым мать Сюэ Цзячжэ ни разу не притронулась. Все они были в банке. Перед смертью она сказала своему сыну:

— Ты ничего ему не должен, как и я. Если захочешь – можешь воспользоваться этими деньгами. Если не хочешь – можешь вернуть ему их.

Год назад мать Сюэ Цзячжэ умерла, и именно тогда в Хайчэне началась череда убийств.

Эту сцену пришлось переснимать шесть раз, пока Юань Дао, наконец, не остался доволен. В конце концов, актёр был ребёнком, и даже если он играл хорошо, всегда могли возникнуть непредвиденные обстоятельства. Актрису, которая играла мать Сюэ Цзячжэ, Юань Дао тоже просил переснимать всё дважды.

По сценарию Сюэму заботило не то, что её бросил муж, – её очень беспокоило то, что мужчина, которого она когда-то любила, смог отказаться даже от собственного ребенка. Неважно, жива она или мертва – её ребенок не мог умереть.

Так, эта сильная мать несколько минут кричала, моля о помощи, но в итоге легла и разрыдалась, смирившись с суровой реальностью того, что её муж бросил её и своего сына умирать под завалами.

Эта семейная драма была редкой эмоциональная сценой в «Затерянном городе». Юань Дао стремился к эффекту лиризма. Когда отсняли шестой дубль, даже члены съёмочной группы прослезились, после чего Юань Дао удовлетворенно улыбнулся и крикнул «Снято!».

Вскоре группа по реквизиту начала разбирать камни, а ребёнок и актриса начали собираться.

Перед тем, как уйти, малыш подбежал к Жун Сюю и протянул ему кусочек шоколадки, раздав немного и остальным членам команды. Жун Сюй не знал, был это собственный жест ребёнка, или это была идея его матери-агента, но, глядя на это милое личико, он не мог не улыбнуться и не погладить его по голове.

После того, как Леле покинул команду, Жун Сюй сделал грим и подготовился к съёмкам финальной сцены в помещении.

Глядя на удаляющуюся спину Леле, Ло Вэй взволнованно сказала:

— В целом, подобным типам персонажей со сложной историей проще всего выигрывать призы. Сяо Сюй, вы сыграли в двух фильмах, но, кажется, ещё ни разу не играли в эмоциональных драмах. Не думали попробовать?

http://tl.rulate.ru/book/14326/1037893

Глава 84 (Часть 2)

Большинство эмоциональных драм относятся к категории художественных фильмов. В центре внимания такого фильма, как правило, лежит становление персонажей, а не рассказ истории, поэтому в таких работах гораздо легче выделить актёрские способности, что упрощает последующее распределение призов между актёрами.

Жун Сюй в своей жизни прошлой снимался во многих подобных фильмах, а дебютный фильм Цинь Чэна в роли Лу Юшэна принёс ему множество именитых наград.

Услышав вопрос Ло Вэй, он на мгновение задумался и улыбнулся:

— Есть новости от Роуга?

Ло Вэй ошеломлённо спросила:

— Жун Сюй, но… откуда Вы знаете?!

Жун Сюй слегка приподнял бровь:

— Если бы не было, разве стала бы ты меня об этом спрашивать?

Ло Вэй улыбнулась:

— Вчера Роуг сказал мне, что у него есть для Вас хороший сценарий. Я думаю, стоит ли его брать...

Жун Сюй, глядя на неё, прекрасно понимал, в чём причина повышенного внимания к его персоне.

Вчера, после получения сразу двух трофеев на Премии «Пион», ему прислали приглашения три сериала и два фильма. Режиссёром одного из трёх предложенных сериалов был Го Цзянь, режиссёр «Западни». Старик не сообщил об этом Жун Сюю лично на церемонии награждения, а молча послал ему сценарий с приглашением.

Все три сериала были крупными работами этого года и вполне могли поспособствовать повышению известности Жун Сюя в стране. Но Ло Чжэньтао больше волновали не сериалы, а два фильма, присланных продюсерами. Один из них был военным фильмом, основанным на реальных событиях, повествующим историю шпиона в гражданской войне девятнадцатого века.

Успех «Западни» заметили многие именитые продюсеры. В этот сериал было вложено не так много денег, а сюжет был довольно кровавым, но сценарист очень удачно прописал характеры героев. Режиссёр шпионского фильма пригласил Жун Сюя на роль, похожую на роль Хо Си в «Западне»: он должен был сыграть высокопоставленного чиновника Национальной партии, состоящего в подпольной организации.

После более чем года работы с Жун Сюем Ло Чжэньтао узнал его намного лучше. Он знал, что его артист никогда не стремится в короткий промежуток времени сыграть разных персонажей с похожими образами, поэтому даже не стал заикаться об этом сценарии.

Ло Чжэньтао больше заботил сценарий второго фильма. Режиссёром его выступил всемирно известный кинорежиссёр художественных фильмов Сюй Вэй. Он был неоднократным победителем кинопремий «Золотой Феникс» и «Оскар» и лауреатом премии «Лучший режиссер» на Берлинском кинофестивале.

Положение Сюй Вэя в отрасли было намного выше, чем у режиссёра Юань Дао. Хотя за Юанем и закрепилось прозвище «премиального режиссёра», связанное с тем, что он каждый раз номинировался на «Лучшего режиссёра», он занимал на этих кинофестивалях максимум второе и третье место. Номинацию на «Лучшего режиссёра» премии «Золотой Феникс» он получал всего один раз. Но Сюй Вэй – другое дело. Его фильмы всегда получали номинации в трёх главных мировых кинопремиях.

Жун Сюй на мгновение задумался и сказал:

— Сестра Ло, ты же получила от Роуга сценарий? Дай-ка мне взглянуть.

Ло Вэй ответила:

— Но, Сяо Сюй, съёмки начнутся уже в конце следующего месяца... Если мы примем этот сценарий, у Вас совсем не будет времени на отдых!

Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Ерунда! Хороший сценарий не может ждать.

Ло Вэй потеряла дар речи. Пока Жун Сюй не встал и не пошёл на площадку, она так и сидела, гладя себя по горячим щекам, и бормоча себе под нос, словно загипнотизированная:

— Я ассистент Жун Сюя, его помощник... Я его помощник, я должна успокоиться, я не могу потерять рассудок, я не... Ах, ах, он такой красивый, такой милый, как я могу не любоваться им!!!

Ло Вэй крепко обняла бутылку с водой и медленно побрела в сторону площадки вслед за своим кумиром.

***

Время шло, и съёмочная группа «Затерянного города» покинула Сяншань, отправившись в Хэндянь, где приступила к съёмкам оставшихся сцен. Уже на следующей неделе они должны были снимать финальную сцену.

В то же время наконец настало время церемонии вручения Премии «Взлёт».

Жун Сюй покинул город на день раньше срока и вылетел в город В, чтобы подготовиться ко второй своей церемонии награждения. Вернувшись вечером в квартиру, он открыл дверь и, к своему удивлению, был встречен темнотой: Цинь Чэна не было дома.

Ошеломлённый юноша медленно приподнял брови и тихо вздохнул:

— Он снова занят съёмками «Диких цветов»?..

Новый фильм Лю Лао под названием «Дикие цветы» – следующая работа Цинь Чэна. Фильм переполняли сцены природы. Водопад, который Цинь Чэн не так давно фотографировал, также был необходим для съёмок одного из пейзажей этого фильма. По словам Цинь Чэна, Лю Лао не удовлетворён водопадом в Городе кино и телевидения Сяншань, и несколько дней назад сам подобрал подходящий для фильма водопад.

Дата церемонии запуска «Диких цветов» ещё не была объявлена, и никакие средства массовой информации не знали, что съёмки дорогущего фильма с инвестициями в 400 миллионов долларов уже тайно начались.

То ли с сожалением, то ли с досадой, Жун Сюй занялся приготовлением ужина в одиночку, а после еды и душа отправился в кинозал. Открыв шкаф и взглянув на аккуратные трофеи на полке, юноша невольно протянул руку, погладил гладкий трофей и тихонько рассмеялся.

Рано утром следующего дня Ло Чжэньтао привёз Жун Сюя в «ХуаСя Энтертейнмент», чтобы снять мерки для костюма. В шесть часов вечера из здания «ХуаСя Энтертейнмент» выехал чёрный автомобиль. Двадцать минут спустя он прибыл на место встречи.

Жун Сюй вскоре присоединился к команде «Западни», и весь процесс ничем не отличался от церемонии вручения Премии «Пион», состоявшейся на прошлой неделе. С ним рядом всё так же шли режиссёр Чжэн, Чжан Тунтун и И Лань, однако на этот раз Жун Сюю не нужно было проходить по красной дорожке ещё и с командой «Борьбы за превосходство», потому что этим вечером он был номинирован только на премию «Лучший новичок» и только за одну свою роль – Хо Си.

***

Однако никто не знал, что в этот момент самолёт, задержанный на шесть часов, наконец, прибыл в столичный аэропорт. Высокий красивый мужчина быстро прошел через vip-коридор прямиком на стоянку и сел в автомобиль. Всю дорогу младший помощник, сидевший спереди, молчал, затаив дыхание. Сидящий сзади справа агент тоже молчал, опустив голову, и делал вид, что его не существует.

Через пять минут Сюй Цзинь всё же мягко заговорил:

— На самом деле, это не зависело от нас... Быть может, сам Бог против того, чтобы Вы приняли участие в церемонии вручения «Взлёта»… — в этот момент агент внезапно понял, что он ляпнул, и выражение его лица резко изменилось. — Нет, нет, не поймите меня неправильно, Цинь Чэн, у нас теперь просто нет времени пройтись по красной дорожке. Но Вы ещё успеваете на саму церемонию вручения, успеваете! Нужно просто ехать побыстрее, и всё будет хорошо, да...

*Би-бип*

Автомобиль внезапно остановился, застряв в огромной пробке.

Сюй Цзинь:

— …

Цинь Чэн понизил голос и мягко спросил:

— Что мне делать, если я не успею?

Сюй Цзинь подумал, что Цинь Чэн очень беспокоится о церемонии награждения. Он объяснил:

— Я доложил оргкомитету, что Ваш самолёт сегодня задержали. Если Вы не сможете приехать вовремя, на сцене Вас подменит другой актёр.

Цинь Чэн:

— ...

Сюй Цзинь:

— ?..

«Почему воздух вдруг стал таким холодным?»

***

Жун Сюй в это время уже сидел на сиденье перед сценой и ослепительно улыбался.

Торжественная церемония вручения Премии «Взлёт» началась.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1039006

Глава 85 (Часть 1)

В отличие от премии «Пион», премия «Взлёт» не разделяла сериалы на еженедельные и ежедневные. Все сериалы входили в одну категорию и номинировались так же вместе. В то же время награда «Лучший новичок» кинофестиваля «Взлёт» основывалась на дате первой трансляции сериала, поэтому на этот раз номинацию на эту награду Жун Сюй получил за роль в «Западне».

Вначале сериал был удостоен различных технических наград. «Западня» была лидером этого года по еженедельным эфирам, но у неё с «Борьбой за превосходство» всё же имелся определенный разрыв.

В случае, когда эти два сериала номинировались на одну награду, побеждала, естественно, «БзП», став в итоге самым крупным победителем этого вечера и унеся с собой множество наград.

На сцене кинофестиваля «Взлёт» заиграл саундтрек «Западни», и члены команды поднялись на сцену, чтобы получить награду. Ещё более величественно эта мелодия заиграла под аплодисменты публики. Когда вручение технических премий подошло к концу, «Западня» получила приз только за «Лучший реквизит», а «БзП» – целых четыре награды.

Команда «БзП» стояла на сцене в очень приподнятом настроении. Хотя Го Дао и называл себя очень гордым, в этот момент он с трудом скрывал свою радость.

Глядя на этих счастливых людей на сцене, режиссёр Чжэн мягко улыбнулся и шепнул Жун Сюю на ухо:

— Когда-то я был помощником Го Дао. Недолго, правда, – всего один месяц.

Жун Вэй был удивлён:

— Чжэн Дао, я никогда об этом не слышал!

Режиссёр Чжэн с улыбкой объяснил:

— Это длилось слишком недолго. В то время я был ещё молод, да и проработал всего месяц, поэтому индустрии мало кому об этом известно. Жун Сюй, я слышал, что Го Дао отправил тебе новое приглашение, в надежде, что ты сыграешь во втором его сериале. Ты отказался?

Жун Сюй не ожидал, что об этом приглашении станет известно режиссёру Чжэну, ведь такого рода вещи были секретом в кругу. Работы Го Дао всегда была в центре внимания публики. Многие звёзды мечтали принять в них участие. Естественно, все проявляли к нему повышенное внимание.

— Первым мне прислали хороший сценарий одного фильма, поэтому я не принял сценарий Го. Мне очень жаль. — голос юноши был мягким, но тон не был скромным. Он ослепительно улыбался в этот момент, а его глаза были спокойны и невозмутимы.

Жун Сюй и правда сожалел. Причина, по которой он не взял сценарий режиссёра Го, заключалась не в том, что фильм Го был плохим, а в том, что он уже составил себе расписание.

Чжэн Дао засмеялся и сказал:

— Это действительно прискорбно.

Некоторое время они продолжали болтали. Время шло, и песенная программа на сцене медленно подходила к концу.

Когда певица медленно сошла со сцены, телефон в кармане Жун Сюя внезапно затрясся. Он достал свой телефон и мельком взглянул на текст на экране. Он улыбнулся и ответил: «На самом деле, я не особо нервничаю».

Сообщение было от Е Цяо. Он писал: «На этот раз не я вручаю тебе приз. Не нервничаешь? Ха-ха, если ты получишь приз снова, ты обязан пригласить меня на ужин! На этот раз я ни на что не номинирован».

На сегодняшнем кинофестивале «Взлёт» съёмочная группа «БзП» снова выиграла в номинациях «Лучший сериал», «Лучший режиссёр», «Лучший актёр» и «Лучшая актриса», но актёров второго плана не удостоили наград, и Е Цяо не был даже номинирован.

С тех пор, как Жун Сюй пришёл в этот мир, прошёл почти год, а хороших друзей он завёл не так уж много. Из-за проделок Ханя Янхао в команде «Западни» всегда была довольно напряжённая обстановка, и дружба в команде, соответственно, не была особо крепкой. Однако во время работы с командой «Борьбы за превосходство» Жун Сюй был совсем новичком, и о нём заботились все актёры и сотрудники съёмочной площадки. Они все до сих пор хорошо общались и часто переписывались.

Что касается «Чёрных туч» и «Затерянного города»…

В команде «Затерянного города» у Жун Сюя были хорошие отношения с Бай Сивэнем, и не было абсолютно никакой связи с Жэнь Шучжэнь и Ма Ци.

В съёмках «Чёрных туч» было задействовано много звёзд, но все они были приглашёнными звёздами, поэтому Жун Сюй многих из них даже не видел. Тем не менее, он был в хороших отношениях со вторым главным героем «Чёрных туч»...

Уголки его губ невольно приподнялись, глаза сверкнули, и в его памяти всплыло лицо мужчины.

Его отношения с этим человеком действительно были хорошими... неплохими.

На сцене ведущий снова вышел к микрофону, рассмеялся и принялся рассказывать публике о различных сериалах прошедшего года. Этот ведущий был очень известен в кругу. Он – очень веселый человек, часто подшучивающий со сцены.

Однако сидящей перед телевизором Чжуан Сяолю было не до смеха.

Как преданная поклонница Жун Сюя, с самого начала трансляции кинофестиваля Чжуан Сяолю очень переживала и болела за Жун Сюя. Во время церемонии награждения «Пион» она тоже нервничала, но не так, как сейчас. В конце концов, премия «Пион» в основном полагалась в своём выборе на популярность актёра, а Жун Сюй был очень популярен. Однако премия «Взлёт» больше опиралась на мнение профессиональных критиков, нежели следила за популярностью у публики…

— Ах! Ах! Жун Сюй!!!

На экране телевизора крупным планом красовалось лицо Жун Сюя, с улыбкой машущего прямо в камеру. Его брови напоминали два полумесяца, а сам он был невероятно красив и элегантен.

Чжуан Сяолю тут же вошла на фан-форум, быстро позабыв о церемонии. Все фанаты сейчас обсуждали этот секундный отрывок трансляции!

http://tl.rulate.ru/book/14326/1039841

Глава 85 (Часть 2)

«Ах! Мой Жун Жун! Вы только посмотрите на него! В этом кирпичного цвета костюме он напоминает мне милую обезьянку! Какая гладкая у него кожа… Как можно быть таким горячим?!»

«Да он же улыбнулся мне :D»

«Какая обворожительная улыбка, какая нежная маленькая ручка… ах! Это слишком мило!»

Чжуан Сяолю тут же присоединилась к групповому чату и принялась воодушевленно обсуждать со всеми увиденное. Однако в этот момент она услышала голос ведущего по телевизору. Вечно весёлый мужчина внезапно сказал:

— Будь то «Западня» или другие работы прошлого года, на нашем небосводе зажглось много новых звёзд, которые стали прекрасной частью каждой работы. Следующая награда, которая будет вручена, естественно, связана с новичками. Честно говоря, я думаю, что в том, кто получит эту награду, никто даже не сомневается, верно? Им однозначно... — ведущий ахнул, и камеры замерли на лицах нескольких номинантов. Он засмеялся и сказал. — Должен стать я!

В зале раздался смех.

— Эй, кажется, я не номинирован? Босс, в чём дело, почему я не в номинации?

Полгода назад этот ведущий снялся в качестве гостя в одном сериале. В строгом смысле, он действительно мог быть номинирован на «Лучшего новичка». Однако его персонаж появился в серии всего на пятнадцать секунд, а его реплики не превышали и десяти слов. Если бы его за это номинировали, публика просто разнесла бы премию «Взлёт» в пух и прах.

Однако шутки такого рода, естественно, очень разряжали обстановку. Даже Чжуан Сяолю была удивлена, и её нервозность немного поутихла.

В этот момент ведущий отошёл в сторону и прошёл два шага по сцене. Он беспомощно сказал:

— Без меня этой номинации будто чего-то не хватает... Если вы просто забыли меня включить, то я дождусь следующего раза. Мой «император» был очень хорош, Вы согласны со мной, Ли Вэй?

Все камеры тут же нацелились на Ли Вэя.

Ли Вэй – популярный новичок в Китае. В прошлом году он выиграл в номинации премии «Взлёт», а в этом году стал её номинантом. Сегодня вечером он был самым сильным конкурентом Дун Чжэна. И ведущий неожиданно назвал его имя. Естественно, он эту возможность не упустил. Он показал свою идеальную улыбку на камеру, чем спровоцировал громкие крики в фан-зоне.

Под сценой Жун Сюй, наблюдавший за происходящим, медленно прищурился. Казалось, он не понимал, что происходит.

В команде «Борьбы за превосходство» Го Дао тоже задумчиво смотрел на ведущего. На мгновение задумавшись, он вдруг прошептал:

— Он тянет время!

Ведущий тянул время и намеренно не объявлял следующую номинацию. Если бы он хотел утолить свой аппетит и повысить свой рейтинг, ему следовало бы напомнить о себе во время вручения премии за лучшего режиссёра или лучший сериал. Но сейчас объявляли всего лишь награду «Лучшему новичку», и поведение ведущего было не совсем нормальным.

Жун Сюй приподнял губы в улыбке, ничего не сказав.

Го Дао сказал Тан Мэнлань:

— Должно быть, у них какие-то проблемы.

Однако подтверждения своих слов он найти так и не успел, поскольку после ещё нескольких фраз ведущий неожиданно вернулся к главной теме. Он прижал наушник к правому уху, улыбнулся и объявил:

— Следующая награда, которая будет вручена, – приз «Лучшему новичку». Кто из новых звёзд может получить эту награду? Давайте взглянем на сегодняшних номинантов!

Перед телевизором фанаты Жун Сюя от волнения сжали кулаки, нетерпеливо ожидая услышать имя победителя.

Фанатка Сяолю тщательно искала Е Цяо на экране телевизора. Когда она обнаружила, что Е Цяо по-прежнему сидит вместе с командой «БзП» и аплодирует вместе со всеми, она разочарованно вздохнула:

— Его Королевское Высочество не смог быть сегодня почётным гостем...

Тёплые аплодисменты медленно прекратились, и из динамиков медленно зазвучала знакомая мелодия. Зрители выжидающе уставились на заднюю часть сцены, глядя, как шторы медленно открываются, разъезжаясь в стороны.

Свет в задней части сцены был тусклый, и зрителям в зале невозможно было разглядеть появившегося на сцене человека.

Зато зрители перед телевизором могли видеть его более четко. Камера приближалась, и из темноты медленно появлялась высокая стройная фигура. Чжуан Сяолю только мельком взглянула на него и тут продолжила переписываться в чате. Ее не интересовал этот гость: её интересовал победитель премии «Лучший новичок».

Однако, когда Чжуан Сяолю отправила свой комментарий, она внезапно увидела всплывающее окно группового чата на экране своего телефона!

Счётчик чистой воды: «!»

Северная рыба: «!»

Бурные волны: «!!!»

Чжуан Сяолю:

— ???..

Она открыла чат, пролистала его и обнаружила, что все пишут одни лишь восклицательные знаки!

— Я чего-то не понимаю от волнения? Что такого захватывающего они все... — Чжуан Сяолю равнодушно подняла глаза, но затем, когда она увидела мужчину на экране телевизора, она внезапно открыла рот от удивления:

— !!!

Зал, где проходила церемония вручения премии «Взлёт», на мгновение затих.

Публика была удивлена, но через некоторое время пришла в норму, принявшись выражать своё удивление безумными аплодисментами. Все звёзды и инсайдеры индустрии, приглашенные на мероприятие, аплодировали гостю один за другим. Даже режиссёры, такие как Го Дао, были шокированы, увидев лицо человека на сцене, не в силах поверить своим глазам.

В команде «Западни», молодой и красивый актёр, ясные зрачки которого слегка дрожали, выпрямился и уставился на человека на сцене. Он увидел красивого холодного мужчину, который спокойно подошёл к микрофону, взял его одной рукой и осторожно приподнял Его взгляд скользнул по залу и на мгновение остановился на ряду, где сидела команда «Западни». Однако уже в следующее мгновение он отвёл взгляд.

В следующую секунду низкий мужской голос эхом разнёсся по залу:

— Для меня большая честь быть сегодня почётным гостем и стоять на сцене кинофестиваля «Взлёт»… Меня зовут Цинь Чэн.

Уже в следующее мгновение интернет переполняли восторженные комментарии.

«Ах, ах, ах!!! Неужели ты правда почётный гость «Взлёта»?! Ах, я готова петь тебе оды, готова…»

http://tl.rulate.ru/book/14326/1039945

Пы.сы.: На рулейте уже переведена первая постельная сцена ;)

Глава 86 (Часть 1)

Неделю назад всю новостную ленту закрытого фан-форума Жун Сюя заполоняли кадры с вручения премии «Пион».

Сейчас, неделю спустя, случилась премия «Взлёт». Когда зрители увидели красавца, стоящего на сцене, все подписчики фан-форума ахнули, раскрыв рты от изумления!

Все шипперы буквально посходили с ума!!!

«Жун Сюй номинирован на «Лучшего новичка» на кинофестивале «Взлёт». А вручать эту премию будет Цинь Чэн?! Я не сплю?!  Как такое возможно?.. Должно быть, я... я просто умерла!!!»

«Я не сплю?..»

«Бог Цинь! Цинь Шэнь! Цинь Шэнь! Ах, ах, ах, ах!!!»

«Ах, он появился на сцене слишком внезапно! У меня кружится голова! Цинь Шэнь будет вручать награду «Лучшему новичку», а Жун Сюй номинирован на неё! Если Жун Жун не победит... Я кого-нибудь прибью, обещаю!!!»

Если тэг #ЖунЦяо на прошлой премии использовался редко, то пара #ЖунЦинь была для фанатов сродни атомной бомбе.

Е Цяо – всего лишь мелкий актёр, который едва встал на ноги в последние годы. Если бы не «БзП», о нём бы сейчас никто уже не помнил. Но Цинь Чэн – совсем другое дело! Некоторые люди в Китае могли не знать Е Цяо, но люди в мире, следящие за индустрией развлечений, не могли не знать имя Цинь Чэна!

С момента своего дебюта семь лет назад Цинь Чэн снялся более чем в десятке фильмов и выиграл десятки кинопремий. Каждый год  выходит как минимум один фильм с его участием, и  зачастую эти фильмы становились чемпионами года по кассовым сборам, либо хотя бы входили в первую десятку рейтинга. Помимо этого, все его фильмы обязательно номинировались на различные кинопремии.

С момента своего дебюта Цинь Чэн успел получить множество наград, однако вручал награду он только один раз. На церемонии вручения Берлинской премии он вручил трофей за вклад в кино почётному французскому режиссёру. Тот режиссёр работал с Цинь Чэном над одним фильмом, который получил тогда большой успех. Присуждение премии именно Цинь Чэном было в том случае оправдано.

Однако этого нельзя было сказать о сегодняшней телепремии «Взлёт»!

«Телепремия» означает вручение премий за сериалы. Цинь Чэн никогда в жизни не снимался в сериалах. Как он мог вручать эту премию?!

Поклонники Цинь Чэна взволнованно прильнули к экранам телевизоров, когда увидели короткую строчку, медленно появившуюся рядом с телом Цинь Чэна: «Почётный член премии «Взлёт» – Цинь Чэн».

Поклонники:

— ...

«Почётный член?! Что значит почетный член? Впервые слышу, что Цинь Шэнь является почётным членом премии «Взлёт»! Мне хочется смеяться… Как вообще возможно, чтобы Цинь Чэн проспонсировал телесериал, а мы об этом не узнали?!»

Всего за одну минуту тэг #ПремияВзлёт_ЦиньЧэн поднялась на третье место в списке горячего поиска. При этом бесчисленное количество фанатов бросились к своим телевизорам, из-за чего рейтинги прямой трансляции церемонии вручения премии «Взлёт» мигом взлетели до небес!

Недоумение онлайн-фанатов не добралось до места проведения премии «Взлёт». После того, как звёзды в зале увидели на сцене «Бога Цинь», они принялись аплодировать.

Не зная, иллюзия это или нет, Жун Сюй необъяснимо чувствовал, что эти аплодисменты были намного пламеннее всех предыдущих. Несколько актёров в зале даже были так счастливы, что у них покраснели глаза.

Е Цяо тоже выглядел удивлённым – он просто встал и начал аплодировать.

Взглянув на Е Цяо, Жун Сюй вдруг вспомнил кое-что. Когда они снимали «БзП», тот сказал ему, что пришёл в индустрию из-за Цинь Чэна. Возможно, в этом зале было сейчас много звёзд, которые являлись поклонниками Цинь Чэна, и они действительно были взволнованы его внезапным появлением.

Жун Сюй медленно перевёл взгляд на человека на сцене.

На сцене есть такие места, разглядеть с которых первые ряды очень трудно – из-за яркого света. Поэтому Цинь Чэн не должен был видеть Жун Сюя, в то время как Жун Сюй прекрасно мог его разглядеть.

На высоком статном мужчине был надет простой чёрный костюм без лишних аксессуаров – ни галстука, ни часов. Под пиджаком была рубашка, верхние пуговицы которой были расстегнуты – фанаты в зале с криками восторгались этим моментом.

Красивый – это слабо сказано.

Жун Сюй знал, что Цинь Чэн не должен видеть его со сцены, но ему постоянно необъяснимо казалось, что он наблюдает за ним...

На скульптурном лице красовалась слабая улыбка; тонкие губы были слегка изогнуты. Глаза глубокие, а взгляд мягкий, таящий в себе множество эмоций. Из-за роста в 190 см мужчина был вынужден слегка наклоняться к микрофону, но даже эти его движения были элегантными и спокойными, словно он просто прогуливался – он всем своим видом источал спокойствие и умиротворение.

Напряжённое тело юноши медленно расслабилось, и он откинулся на спинку кресла. Скривив губы в улыбке, он продолжал смотреть на мужчину на сцене.

Он не мог сказать, что именно он чувствует, но... это было приятно.

Элегантный голос Цинь Чэна разнёсся по залу через динамики:

— Для меня было большой честью получить приглашение от господина Цао на сегодняшнюю  премию «Взлёт». Мне немного страшно. — в его голосе слышались нотки смеха. — Я знаю господина Цао много лет, но вручать такую награду я буду впервые. Я немного нервничаю.

Голос Цинь Чэна – оружие обмана. Когда он говорит, ты не знаешь, что из этого является правдой.  Его голос был таким магнетическим, что зрители перед телевизором вмиг покраснели, сами не зная,  – от возбуждения или от стеснения.

Сюй Цзинь стоял в стороне от сцены Кинофестиваля «Взлёт». Едва услышав слова Цинь Чэна, он тут же выругался:

— Это ложь!

http://tl.rulate.ru/book/14326/1059825

Глава 86 (Часть 2)

Говоря «господин Цао», Цинь Чэн подразумевал Цао Гупина – председателя оргкомитета кинофестиваля «Взлёт». Этот пожилой джентльмен – известный в кругу режиссёр. Он не снимал кино в последние десять лет, но его репутация в кругу по-прежнему оставалась очень высокой. У него был ученик, Го Лун, который выступал в качестве режиссёра в сериале «Борьба за превосходство».

На этот раз Цинь Чэн смог принять участие в Кинофестивале «Взлёт», благодаря отношениям с Цао Гупином. Они познакомились на одном званом ужине и с тех пор дружили. Хотя выполнить просьбу Цинь Чэна было немного хлопотно, Цао Гупин всё же нашёл решение: он дал Цинь Чэну звание «почётного члена» премии «Взлёт».

Так вот, именно благодаря этому званию Цинь Чэн и оказался на этой сцене, и Сюй Цзинь считал его наглым обманщиком.

— Я смотрел «Легенду о небе и земле». Это мифический сериал с прекрасным воображением, изображающий простое древнее общество. — это было начало обмана, и Цинь Чэн не собирался останавливаться на начатом. — «Ветер» – отличный шпионский сериал с неожиданным финалом.

Актёры обоих упомянутых им сериалов были номинированы на премию «Лучший новичок». Они были удивлены, услышав комментарии Цинь Чэна, но когда камера взяла их лица крупным планом, они радостно аплодировали и улыбались.

Они не думали, что Цинь Чэн на самом деле смотрел сериалы с их участием. В конце концов, звёзды – очень занятые люди, и у них попросту нет времени на просмотр стольких сериалов. Но можно сказать, что они уже были рады тому, что Цинь Чэн вручал эту премию и упоминал их работы со сцены.

Затем Цинь Чэн сказал ещё несколько фраз и плавно перешёл к «Западне».

— История «Западни» очень проста, но благодаря её персонажам, авторам удалось создать красочный мир. Замечательные персонажи, сложные взаимоотношения, неожиданные повороты – эта история стоит того, чтобы её посмотреть.

Эта оценка очень проста. Вроде бы она ничем не отличалась от предыдущих, но только на этот раз улыбка на губах Цинь Чэна стала чуть шире. Его взгляд неотрывно смотрел в сторону команды «Западни».

Только адресат его взгляда знал, что он смотрит именно на него.

Жун Сюй зааплодировал вместе остальными членами съёмочной группы на камеру и ехидно улыбнулся в ответ.

Обычно публика была очень недовольна, когда на премии приглашались громкие звёзды с целью привлечения внимания. Но сейчас рейтинги Кинофестиваля «Взлёт» неуклонно росли, так что режиссерская группа была так счастлива, что не могла подобрать слов.

Однако победитель в этой номинации всё ещё не был объявлен.

Когда мужчина в очередной раз похвалил «Западню» за хорошо проделанную работу, он осторожно открыл конверт.

Постепенно зал утих. Зрители перед телевизором тоже затаили дыхание, с нетерпением ожидая момента объявления победителя этой номинации.

Шипперы пары Жун Сюй-Цинь Чэн, стиснув зубы, сжимали кулаки и, не мигая, глядели в телевизор. Про себя они безмолвно повторяли лишь одно имя. Если Цинь Чэн назовёт не его, они точно кого-нибудь прибьют! Точно!!!

Под взоры публики Цинь Чэн потянулся к микрофону и с лёгкой улыбкой объявил имя победителя:

— Поздравляю тебя... Жун Сюй.

Вскоре зазвучала напряжённая музыка, являющаяся официальным саундтреком «Западни». Члены команды «Западни» встали с мест и по очереди поздравили Жун Сюя. Зрители перед телевизором замерли, вытаращив глаза. Через некоторое время они обнаружили, что даже всплакнули!

«#ЖунЧэн, мне хочется плакать!..»

«#ЖунЧэн! Я всё-таки дожила до этого дня! Господи, я дожила! В этой жизни у меня больше нет никаких сожалений!»

«ЖунЧэн! Я так счастлива! А теперь пусть Цинь Шэнь вручит награду Жун Жуну! Ну, давай же, поторапливайся!!!»

Тэг #ЖунЧэн снова начал появляться под постами про Жун Сюя и Цинь Чэна. Хотя обычные фанаты и смотрели на этих шипперов как на дураков, глядя на происходящее по телевизору, они не могли не согласиться с ними:

— Это действительно приятно...

Жун Сюй в это время поднимался на сцену.

Свет освещал двоих мужчин, и эта сцена была настолько прекрасна, что зрители не могли даже пошевелиться, заворожено наблюдая за происходящим. Казалось будто они снова вернулись в «Чёрные тучи»… Когда Жун Сюй вышел на сцену, Цинь Чэн повернулся и посмотрел на него с молчаливым согласием. Мужчины какое-то время пристально смотрели друг на друга, а затем нежно обнялись.

Многие приглашённые гости обнимают победителей номинаций, когда награждают их.

Неделю назад объятия Е Цяо с Жун Сюем активно использовались фанатами пары #ЖунЦяо, и число просмотров этого ролика перевалило за полмиллиона. А всего неделю спустя фанаты стали свидетелями объятий Цинь Чэна и Жун Сюя и были так взволнованы, что потеряли дар речи!

«#ЖунЧэн! Сворачивайтесь: лучше уже не будет!!!»

Поклонники были довольны и этой сценой, но они, естественно, не знали, что, когда мужчина крепко прижался к юноше, он слегка коснулся губами кончика его уха. Тело Жун Сюй вмиг окоченело, когда тёплое дыхание коснулось его уха, заставив его задрожать. Он услышал тихий низкий голос мужчины и подавил улыбку.

— Поздравляю тебя... мой Сяо Сюй.

В этот момент все голоса перед сценой превратились для него в ничто. Жун Сюй подсознательно поднял голову и увидел, что мужчина смотрит на него сверху вниз. Его взгляд был серьёзным и решительным, как будто он смотрел на самую драгоценную в мире вещь. Его глаза были глубокими, как море, в котором не видно дна.

Сердце Жун Сюя бешено забилось. Он прошептал:

— Я вдруг почувствовал, что что-то изменилось...

Цинь Чэн был немного удивлён:

— Что?

Никто на сцене не знал, о чём говорят эти двое. Все произошло очень быстро: сначала объятие, потом диалог. По здравому смыслу, Цинь Чэн должен был сейчас поздравлять победителя, а победитель – выражать ему свою благодарность.

Однако на самом деле всё было совсем не так…

Под ярким светом прожекторов красивый юноша нежно улыбнулся, словно распустившийся весенний цветок, и прошептал:

— Цинь Чэн... кажется, ты нравишься мне всё больше… Что мне делать?

Цинь Чэн:

— !!!

http://tl.rulate.ru/book/14326/1059939

Глава 87 (Часть 1)

На сцене вручения премии «Взлёт» Жун Сюй подошёл к микрофону и с улыбкой произнёс свою победную речь.

В это время гости, вручающие премию, обычно покидали сцену. Однако некоторые гости оставались и ждали, пока победитель произнесёт свою речь, и только после этого уходили вместе с ним. Цинь Чэн относился ко второй категории.

Ослепительные огни освещали красивых мужчин на сцене, словно они были покрыты серебром. Красивый холодный мужчина в простом чёрном костюме спокойно стоял рядом с широко улыбающимся юношей, облачённым в коричнево-красный костюм, делавший его кожу ещё белее и прекраснее.

Эту сцену видели многие зрители. Даже если они не относили себя к фанатам-шипперам, все они как один бормотали: «Как же это красиво…»

Люди воспринимают окружающий их мир визуально. Им нравится смотреть на красивые вещи. Если от этой картины были без ума даже обычные зрители, что уж говорить о яростных фанатах этой ослепительной пары? Они отчаянно выражали своё мнение под каждым постом в Вэйбо и продолжали публиковать сообщения на закрытом фан-форуме Жун Сюя!

«#ЖунЧэн! Меня никто не остановит, я буду любить их всю жизнь! Всю жизнь!!!»

«Цинь Шэнь действительно пришёл наградить Жун Сюя! Это слишком сладкое событие, ах, как же сладко! Должно быть, Цинь Шэнь специально приехал, чтобы вручить награду именно ему! Иначе с чего бы ему заявляться на телевизионную премию?! Ах, мне плевать – я хочу съесть этот сахар! Как же сладко!»

«Я чувствую себя счастливой, просто глядя на их объятия!»

Поклонники взволнованно таращились на телевизор, ни на секунду не желая оторвать взгляд. Однако время пролетело незаметно. Две минуты спустя Жун Сюй закончил свою короткую речь и повернулся, чтобы посмотреть на Цинь Чэна. Цинь Чэн тоже посмотрел на него сверху вниз.

Двое мужчин в полной гармонии покинули сцену кинофестиваля «Взлёт», но вместо того чтобы уйти на задний план, они спустились вниз и сели на свои места.

В течение этого периода они почти не разговаривали, как будто Цинь Чэн действительно пришёл сюда для вручения премии «Лучшему новичку», а Жун Сюй просто принял награду из его рук.

Однако, когда Цинь Чэн собирался пройти к месту в первом ряду, он внезапно повернулся, посмотрел на Жун Сюя и рассмеялся, что-то ему сказав. В следующее мгновение камера переключилась с этих двоих на ведущего, снова появившегося на сцене.

Зрители:

— …

«Вы что творите?! Я только что видела, что Цинь Шэнь хочет поговорить с Жун Сюем, а вы убираете от них камеру?! Что за идиот их оператор? Ну я ему покажу!..»

Естественно, режиссерская группа не могла прочитать мысли возмущённых зрителей. На экране уже включили заставку, посвящённую следующей номинации телепремии. Это была награда «Лучшему актёру второго плана» и не имела ничего общего с Жун Сюем. На сегодня у него закончились номинации. Всё, что ему оставалось, – сидеть на своём месте и аплодировать другим победителям.

На самом деле, то, что только что сказал Цинь Чэн Жун Сюю, было простым поздравлением. Стоя перед столькими знаменитыми артистами, они не могли беседовать на отвлечённые темы. Но даже при этом, Чжэн Дао, сидевший вместе с остальной командой «Западни», какое-то время смотрел на них с удивлением, прежде чем задумчиво кивнуть.

Видя реакцию режиссёра Чжэна, Жун Сюй не мог не улыбнуться:

— Чжэн, на что Вы смотрите?

Чжэн улыбнулся и прямо сказал:

— Кажется, у вас очень хорошие отношения с Цинь Чэном. Помню, когда Вы были на съёмках, он даже приходил, чтобы проведать нашу команду.

После паузы Жун Сюй с усмешкой сказал:

— Это правда. Очень хорошие...

Он, естественно, не знал, что мысли Чжэн Дао были направлены не только на посещение Цинь Чэном съёмок Жун Сюя и его награждение, но и на то, что несколько месяцев знаменитый агент Цинь Чэна связывался с ним и договаривался по поводу Жун Сюя. Хань Янхао, узнав об этом, наверняка перевернулся бы в своей постели.

Когда Цинь Чэн присутствовал на их съёмках, Жун Сюй ещё не снимался в «Чёрных тучах». Они тогда не сотрудничали ни в одной работе. Разумно было сказать, что они не должны были быть знакомы. Однако никто не мог знать о их дружбе наверняка. Режиссёр Чжэн знал, что Жун Сюй был молодым мастером из города В, поэтому не исключено, что они с Цинь Чэном могли быть знакомы ещё до «Чёрных туч».

Просто... их отношения были слишком уж хорошими, раз Цинь Чэн даже лично пришёл сюда наградить его.

Не так уж много людей думали сейчас о том же, о чём и Чжэн Дао. Так называемый «почетный член премии» мог солгать несведущим посторонним, но никак не инсайдерам, которые точно знали, что всё это не было случайностью.

Всем известно, что среди номинантов на премию «Лучший новичок» премии «Взлёт» в этом году вероятность победы Жун Сюя превышала 90%. Цинь Чэн сказал, что хочет наградить именно «Лучшего новичка», что на самом деле означало, чтобы он хочет наградить Жун Сюя.

Какое-то время некоторые люди глазели на двух красивых мужчин в первом ряду. Однако они могли только строить догадки об их отношениях. В конце концов, они сошлись на том, что после совместной работы над «Чёрными тучами» Жун Сюй с Цинь Чэном просто очень сдружились.

Неудивительно, что звездой сегодняшней премии «Взлёт» снова стал сериал «Борьба за превосходство».

Награда за «Лучший телесериал» и «Лучшего режиссёра» снова досталась «Борьбе за превосходство». После этого награду получила ещё и Тан Мэнлань. Жаль только, что режиссёр Чжэн не получил награду.

По сравнению с премией «Пион», «Западня» сегодня выиграла только награду за «Лучший реквизит» и за «Лучшего новичка». Однако, учитывая, что их конкурентом был сериал «БзП», режиссёр Чжэн Дао уже считал это огромным достижением и был очень доволен.

После церемонии награждения зрители оторвались от экранов, но для артистов и съёмочных групп вечеринка только начиналась.

Руководство премии специально организовало званый ужин, в котором мог принять участие каждый присутствующий гость. На этом ужине актёры могли познакомиться с режиссёрами, а режиссёры могли пригласить в свои работы актёров. По этому случаю в зале сегодня присутствовало много именитых режиссёров, чьи работы не были номинированы на премию. Многие сделки в кругу часто заключались именно в таких местах.

Жун Сюй отказался от приглашения посетить этот званый ужин. Руководители премии понимали, что Жун Сюй сейчас задействован в съёмках «Затерянного города» и завтра ему нужно на самолёт. Праздновать ему действительно было некогда, поэтому они не обижались.

В тот вечер некоторые актёры и режиссёры, в том числе Жун Сюй, покинули зал сразу после окончания церемонии награждения, но на банкет осталось куда больше людей. Среди них был и Цинь Чэн. Цао Лао затащил его на званый ужин силой, и он не мог отказаться.

Чёрный автомобиль ехал по шумному ночному городу. Прохладный ночной майский ветерок обдувал волосы Жун Сюя. На сиденье рядом с ним лежал крылатый хрустальный трофей.

Глядя на ночные огни за окном, Жун Сюй вдруг услышал вибрацию своего телефона и быстро прочёл сообщение.

Цинь Чэн: «Я скоро вернусь».

С удивлением глядя на эту короткую строчку, Жун Сюй не мог не рассмеяться: «Хорошо».

http://tl.rulate.ru/book/14326/1061339

Глава 87 (Часть 2)

Вернувшись домой, Жун Сюй собрал чемодан на завтра. Сняв пиджак, он переоделся в свою повседневную пижаму, умыл лицо и прибрался в комнате. Закончив, он посмотрел на часы: было уже 11 часов вечера, но Цинь Чэн всё ещё не вернулся.

Жун Сюй подумал немного и сел на диван, включив телевизор. По телевизору сегодня вечером показывали новости, связанные с телепремией «Взлёт». Какую бы развлекательную программу он не включил – всюду показывали одну и ту же сцену, где он обнимается с Цинь Чэном.

Мелкая, только что дебютировавшая звезда, возможно, была бы удивлена, видя себя по телевизору, но Жун Сюй смотрел телевизор безо всяких эмоций на лице. Полистав каналы ещё какое-то время, он остановился на забавном девичьем фильме о любви.

Этот фильм был первой работой популярной сейчас компании «Сяохуа Дан». Кассовые сборы фильма были очень высоки, и, естественно, у него были свои достоинства. Жун Сюй с улыбкой смотрел, как главный герой делает предложение героине с 9 999 воздушными шарами. В это время Жун Сюй серьёзно посмотрел на экран телевизора и нажал на кнопку паузы.

Он подошёл к телевизору и начал пересчитывать воздушные шары. Закончив считать примерно десятую часть шаров, он покачал головой и вздохнул:

— Как их могло быть девять тысяч девятьсот девяносто девять… Режиссёру хватило бы и пары тысяч…

Печально известный режиссер:

— ...

Его слова имели смысл: кому придёт в голову на самом деле использовать для фильма 9999 воздушных шаров?!!!

После просмотра этого фильма на часах был уже почти час ночи, но Цинь Чэн так и не вернулся. Стройный юноша поджал под себя ноги, свернулся калачиком на диване и спокойно принялся смотреть сериал. Его глаза при этом были немного растерянными.

Когда Цинь Чэн вернулся домой в три часа ночи, он застал следующую картину: красивый белокожий юноша, одетый в лёгкую пижаму, свернувшись калачиком, спал на диване. Он спал очень тихо, а хитрые перья ресниц отбрасывали красивые тени на его лицо. Губы были розовыми, кожа – белоснежной, а тёплый жёлтый свет ламп так красиво падал на его тело, что Цинь Чэн не мог не задержать дыхание, глядя на него и боясь нарушить эту прекрасную картину.

Лицо Жун Сюя было идеальным: маленький нос, большие глаза, объёмные черты лица. Он был такой красивый и такой нежный, что вполне соответствовало его нынешнему возрасту.

Цинь Чэн бесшумно снял пиджак. Он подошел к дивану и протянул руки, чтобы поднять юношу и перенести его на кровать в спальню. Однако едва его рука коснулась пижамы Жун Сюя, как он внезапно замер.

Как будто подумав о чём-то, мужчина на мгновение застыл. Хотя у него уже был опыт, сейчас он колебался, думая, стоит ли ему поцеловать эти нежные губы или нет.

Но как раз в тот момент, когда их губы почти соприкоснулись, Жун Сюй внезапно открыл глаза и как-то странно посмотрел на Цинь Чэна.

Цинь Чэн:

— ...

Жун Сюй:

— ...

Они были слишком близко друг к другу, поэтому могли чувствовать дыхание напротив, горячее, учащённое.

После долгого пристального взгляда, Жун Сюй, наконец, прокашлялся и сказал:

— Я проснулся, когда ты открыл дверь, но был слишком сонным и поэтому не сказал...

Да, когда Цинь Чэн открыл дверь, Жун Сюй действительно проснулся. Но часто бывает такое, что проснувшись, вам совсем не хочется шевелиться. Ваши веки уставши и тяжелы, а у вас даже нет сил, чтобы сказать хоть слово. Возможно, сонный Жун Сюй даже позволил бы Цинь Чэну отнести себя в спальню.

Но сейчас...

Цинь Чэн какое-то время молчал, а затем прошептал:

— Я отнесу тебя в спальню.

Едва договорив, мужчина протянул руку, планируя приобнять юношу. Но, едва он коснулся руки Жун Сюя, как его талия внезапно подалась вперёд. Цинь Чэн с удивлением открыл глаза, но уже в следующую секунду приятное тепло окутало его губы!

Ему в нос ударил свежий фруктовый аромат.

«Он пользовался фруктовой пастой?» — вдруг пришла ему в голову мысль.

В следующую секунду Цинь Чэн внезапно перевернулся, оказавшись поверх тела юноши, потянул Жун Сюя за правую руку и прижал его к дивану.

Его губы были такими же мягкими, как он себе представлял. Всего один простой поцелуй уже заставил его тело раскалиться до предела. Юркий язык внезапно скользнул сквозь пухлые губы юноши, и тот удивлённо посмотрел на Цинь Чэна, тихо бормоча:

— Хм, Цинь Чэн...

В тихой гостиной раздавались прерывистые звуки, пока мужские руки крепко сжимали запястья юноши. Температура в помещении постепенно накалялась, а по коридору расползался аромат страсти.

Постепенно Жун Сюй закрыл глаза и расслабился, полностью погрузившись в этот поцелуй.

Мужчина, который всегда считал себя холодным, сейчас нежно касался аккуратного носа Жун Сюя, чувствуя, как жар медленно распространяется по его телу.

Мужчина прикусывал пухлые алые губы юноши, изучая кончиком языка каждый дюйм его рта. Он медленно целовал его голову и посасывал мочку уха, от чего Жун Сюй весь онемел и мог только неохотно реагировать на происходящее.

Когда поцелуй закончился, губы юноши были красными опухшими и влажными, а ясные глаза покрылись слоем прозрачной воды. Жун Сюй тяжело дышал, но даже не догадывался, насколько он сейчас прекрасен в глазах мужчины, навалившегося на него сверху.

Цинь Чэн заворожено смотрел на него, слегка сжав губы. Уже в следующую секунду он снова поцеловал прекрасного юношу, не в силах больше сдерживать себя.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1061387

Глава 88 (Часть 1)

Горячо дыша, Жун Сюй попытался поцеловать мужчину в ответ, но у него закружилась голова. С трудом дыша, он мог лишь издавать слабые звуки.

Земля уходила у него из под ног, губы были горячими и онемевшими, а тело окутывала приятная слабость. Жун Сюй чувствовал лёгкое головокружение. Если первый поцелуй можно было назвать нежным, то второй уже был страстным. Цинь Чэн безумно изучал тело юноши, крепко сжимая его своими пальцами, словно вонзая в него иглы.

Возможно, слабый вкус красного вина на губах Цинь Чэна так на него подействовал. Когда поцелуй закончился, Жун Сюй уже смотрел на мужчину, не отрывая глаз.

Щеки юноши вспыхнули румянцем, и он слегка приоткрыл рот, задыхаясь от искушения.

Руки Цинь Чэна сжали запястья Жун Сюя. Он посмотрел на молодого человека сверху вниз. Какое-то время спустя он, наконец, заговорил очень хриплым и сексуальным голосом:

— Малыш...

Его голос был дико соблазнительным. Жун Сюй приподнял голову, пустым взглядом смотря на Цинь Чэна. Похоже, он не понимал, о чём тот говорит. Однако температура его тела неустанно повышалась, пока он смотрел в глубокие глаза мужчины.

Оба тяжело дышали, но никто не говорил.

Взгляд Цинь Чэна медленно упал на хитрые узкие глаза юноши, скользнул по его влажным губам, хрупкой ключице, а затем вниз вдоль пижамы – по талии и длинным стройным ногам.

Жун Сюй слегка приподнял бровь, а Цинь Чэн закрыл глаза и прошептал:

— Можно я тебя поцелую... Сяо Янь?

Жун Сюй слегка приподнялся над диваном и, освещаемый тёплым жёлтым светом ламп, нежно улыбнулся и поцеловал его.

Это и был ответ.

От внезапного поцелуя тело Цинь Чэна застыло. Он посмотрел на улыбающегося юношу, тихо вздохнул, наклонился к нему и сдался, окунувшись в очередной поцелуй.

Поцелуй был очень нежным, так что оба слегка опьянели. Цинь Чэн, уже без былой страсти, искренне, нежно и с благоговением целовал своего любимого, чувствуя сладость его губ. Фруктовую.

Прежнее возбуждение постепенно слабело, и Жун Сюй что-то заметил. Цинь Чэн ослабил хватку и мягко обнял его за талию. Жун Сюй тоже поднял руку и обнял его в ответ. Диван был небольшого размера, и двум мужчинам было на нём тесно, но они не обращали на это внимания: крепко обнявшись и закрыв глаза, они с головой погрузились в этот нежный поцелуй.

Спустя долгое время Цинь Чэн встал с дивана, поднял Жун Сюя на руки и понёс в комнату. Поначалу Жун Сюй пытался сопротивляться, но мужчина нахмурился и остановил его:

— Я думал, ты заснул во время просмотра новостей. Я не думал, что ты меня ждёшь. Тебе нужно поспать.

Жун Сюй вдруг остолбенел, поняв, что его телефон отключен. Должно быть, Цинь Чэн отправлял ему сообщения.

Цинь Чэн осторожно положил Жун Сюя на кровать и укрыл его одеялом. Он повернулся, собираясь уходить, когда его правую руку внезапно потянули. Цинь Чэн посмотрел на Жун Сюя, который с лёгкой улыбкой спросил:

— В прошлый раз, когда ты обрушился на журнальный столик… ты ведь хотел поцеловать меня?

— !!! — кончики ушей мужчины вмиг покраснели, что было видно невооруженным глазом. Состроив гримасу, Цинь Чэн с серьёзным лицом возразил. — Нет.

Жун Сюй слегка приподнял бровь и улыбнулся:

— Ну, помнится, ты, хотел... что-то взять? Поэтому ты сел на столик?

Цинь Чэн спокойно кивнул:

— Да.

В следующий момент он услышал смех:

— Эй, я прекрасно всё помню! В прошлый раз ты сказал, что играл в телефон.

Цинь Чэн:

— ...

Улыбка на губах Жун Сюя стала ещё шире. Хитрые глаза обрели красивую форму полумесяцев, таящих в себе тысячи звёзд и кристаллов. Он сдержанно улыбнулся, не высмеивая мужчину, а думая о том, как он красив. В этот момент Цинь Чэн пристально смотрел на него, и его взгляд становился всё глубже и глубже.

Внезапно смех юноши прекратился, и мужчина спокойно поцеловал его в губы. Со спокойным видом и красными ушами он  сказал:

— Спокойной ночи.

Натягивая одеяло до самых глаз, Жун Сюй ответил:

— Спокойной ночи...

Дверь закрылась. Уходя, Цинь Чэн выключил свет в спальне, и Жун Сюй медленно опустил одеяло, обнажив свои румяные щёки. Он лежал, глядя в потолок широко раскрытыми глазами. Рано утром ему нужно было на самолёт, но он никак не мог уснуть.

Через некоторое время Жун Сюй осторожно покачал головой, взял с тумбочки телефон и открыл поисковик.

«Почему, влюбляясь, мы теряем голову?»

Ему выдало более 100.000 связанных ответов, и первый ответ гласил: «говорят, что нервная система влюблённого человека находится в крайне возбужденном состоянии, что вызывает временную остановку аналитических способностей».

Жун Сюй серьёзно кивнул и прошептал: «Что ж, неудивительно...»

Прочитав этот ответ, Жун Сюй наконец, вернул себе уверенность в своих умственных способностях. Он отложил телефон в сторону, закрыл глаза и попытался заснуть, но красные губы и повышенная температура тела не давали ему успокоиться.

Пять минут…

Десять минут…

Тридцать минут...

Жун Сюй молча перевернулся на бок, покачал головой, не зная, плакать ему или смеяться, а затем снова потянулся за телефоном, принявшись листать новости.

После окончания церемонии вручения премии «Взлёт» новостей в СМИ было не меньше, чем после премии «Пион». На этот раз самые бросающиеся в глаза заголовки касались не большого успеха «БзП», а Цинь Чэна. Цинь Чэн вручал статуэтку на премии «Взлёт». Это определенно большая новость. По имеющимся данным, после появления Цинь Чэна на сцене рейтинги премии «Взлёт» сразу пробили «2», а в итоге и все «3»!

Телевизионных сериалов, которые в этом году побили рейтинг «2», было мало. «Западня» всегда колебалась между «1» и «2». Однако церемонии награждения «Взлёт» в этом году удалось привлечь внимание огромного количества людей, поэтому ни у кого не возникало сомнений в том, кто был тому причиной.

Крупные СМИ писали о Цинь Чэне, а также о том, кому он вручал награду. Большинство заголовков на первых страницах статей сопровождались фотографиями, на которых были запечатлены Цинь Чэн и Жун Сюй. Большинство новостных порталов использовали те фотографии, где они обнимаются.

Эти удивительные фото вмиг разлетелись по всей сети – так что уж говорить о  новостных сайтах?

http://tl.rulate.ru/book/14326/1063393

Глава 88 (Часть 2)

Жун Сюй зашёл на свой закрытый фан-форум и обнаружил, что все фанаты постят это фото!

«Боги! Я ждал этого 1.000 лет!!!»

«По этому событию должны писать книги! По этому фото должны писать картины!»

«Бог Цинь вручил ему награду! Я сейчас расплачусь! Посмотрите на них – они так счастливо улыбаются, у них так блестят глаза!»

Жун Сюй, читая это, молча коснулся своих глаз и подумал: «Мои предыдущие улыбки не были счастливыми?»

Впрочем, этот поклонник был прав. Когда Жун Сюй увидел Цинь Чэна на сцене премии «Взлёт», он сначала почувствовал удивление, а позже – неописуемую радость. Он, естественно, знал, по какой причине на премии появился Цинь Чэн, – об этом не нужно было даже спрашивать. Он хотел лично вручить награду своему возлюбленному. Когда вчера они обнимались на глазах у всего мира, его радость и восторг невозможно было описать словами.

Этот человек нравился ему, и весь мир стал тому свидетелем.

Посидев некоторое время на своём форуме, Жун Сюй зашёл на Вэйбо.

Сразу после получения приза он написал пост, прикрепив к нему своё фото с трофеем в руках. На данный момент под этим постом набралось уже больше одного миллиона комментариев и более трёх миллионов лайков. Тан Мэнлань, Дун Чжэн, Юй Сыюй и другие поздравляли его в комментариях, а фанаты ежесекундно отвечали на этот пост.

Все его фанаты на Вэйбо писали ему добрые слова, от чего у него на душе стало тепло.

Однако затем Жун Сюй обнаружил, что количество его подписчиков внезапно увеличилось на 500 тысяч!

Сегодня у Жун Сюя было более 20 миллионов подписчиков на Вэйбо. Это был средний показатель для артиста. В конце концов, он дебютировал совсем недавно, – набрать 20 миллионов подписчиков менее чем за год было очень хорошим результатом.

Пролистав список своих новых подписчиков, Жун Сюй обнаружил, что почти все они являются поклонниками Цинь Чэна. Немного подумав, Жун Сюй понял, что, когда они с Цинь Чэном работали над «Чёрными тучами», они уже обменялись друг с другом большим количеством фанатов. Он боялся, что после сегодняшней церемонии награждения многие фанаты догадались, что они с Цинь Чэном состоят в  хороших отношениях, и поэтому поклонники Цинь Чэна стали подписываться на него.

Не думая об этом слишком много, Жун Сюй, наконец, снова собрался выключать телефон, чтобы попытаться уснуть, когда вдруг увидел один странный пост.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Первый поцелуй малыша! Он несёт ответственность за малыша!»

Жун Сюй:

— ...

Большинство поклонников Жун Сюя в этот вечер обсуждали премию «Взлёт» и появление на ней  Цинь Чэна. Немногие фанаты заметили пост «Пасты» на Вэйбо, и ещё меньше фанатов отреагировали на него. Но, в конце концов, эта «Паста» – такая милашка, так что десяток фанатов всё же не сдержались и ответили ей.

«Ха-ха-ха-ха, эта «Апельсиновая паста» снова начала писать странные вещи!»

«Эй, неужели, «Паста» действительно впервые поцеловалась сегодня? Это слишком забавно! Только не говорите мне, что «Паста» ещё девочка! Я в это не поверю!»

Глядя на ответы этих фанатов, «Паста» хотела ответить им, но всё-таки сдержала этот порыв. Однако через мгновение на её стене появилось ещё три новых поста.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «#ЖунЧэн – прекрасная пара!!!»

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «#ЖунЧэн! @Цинь_Чэн вручил @Жун_Сюю награду! Это настоящая любовь!»

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «#ЖунЧэн! #ЖунЖун такой красивый, такой прекрасный! =3»

Жун Сюй:

— …

«Как она может одновременно признаваться мне в любви, называть своим и постить этот тэг?»

Жун Сюй чувствовал беспомощность и желание смеяться. Он решил полистать Вэйбо этого фаната.

Последние два месяца он был очень занят и совсем забыл об этой «Пасте». Теперь он посмотрел её страницу ещё раз и обнаружил, что она по-прежнему пишет о нём по три раза в день. Однако в последнее время «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой», похоже, окончательно превратилась в закоренелого  фаната-шиппера пары #ЖунЧэн.

Полистав её посты, Жун Сюя остановил свой взгляд на фразе «первый поцелуй». Он внимательно посмотрел на эти два слова и слегка нахмурился, чувствуя, что здесь что-то не так.

Минуту спустя он перевернулся на бок, выключил телефон и закрыл глаза.

***

В соседней комнате.

Мужчина спокойно сидел на диване, с серьёзным видом таращась на свой на телефон. Выражение лица Цинь Чэна одновременно было равнодушным и серьёзным. Со стороны могло показаться, будто он читает новости. Однако на самом деле он безостановочно писал посты!

Рука быстро перемещалась по экрану. Глаза бегали по напечатанным фразам «трофей твой», «ты мой», «когда он получал награду, он сказал, что любит его»….

Откуда Жун Сюю было знать, что после того, как он заснул, некий «Паста» отправил более дюжины новых постов и продолжал мучить тэг #ЖунЧэн?

Закончив, мужчина поднял руку и провёл пальцами по губам, закрыв глаза.

Этим вечером прошла церемония награждения премии «Взлёт», и новости о Жун Сюе и Цинь Чэне были сейчас в центре  внимания пользователей сети.

Всю ночь фанаты поздравляли Жун Сюя с очередной наградой, и #Жун_Сюй поднялся в тройку лидеров «горячего поиска». Всю ночь фанаты-шипперы, словно обезумев, один за другим постили фото двух обнимающихся мужчин.

Однако никто не знал, что этой ночью «пара», которой так восхищались фанаты, на самом деле впервые поцеловалась...

Первый поцелуй за первый поцелуй... Что ж, эквивалентный обмен.

Наверное, эти ночные поцелуи вышли слишком застенчивыми…

http://tl.rulate.ru/book/14326/1063473

Глава 88 (Часть 3)

Из-за этих ночных поцелуев Жун Сюй был слишком застенчив…

Он лёг спать в три часа ночи, а уже в пять утра собирался покинуть квартиру. Перед тем, как уйти, он нерешительно подошёл к двери, ведущей в спальню Цинь Чэна, и задумался, не воспользоваться ли ему этой возможностью, чтобы тихо ускользнуть.

После долгих раздумий он, наконец, покачал головой и повернулся, собираясь сбежать.

Однако в следующий момент дверь внезапно открыли изнутри. Жун Сюй в изумлении оглянулся и, не успев даже увидеть лица Цинь Чэна, почувствовал поток жара, обрушившийся на его губы.

Поцелуй был очень лёгким,  и когда Жун Сюй был освобождён от него, он увидел перед собой угрюмого мужчину в тёмного цвета пижаме.

Улыбнувшись ему, Жун Сюй сказал:

— Я должен вернуться в город и продолжить съёмки.

— Ну, мне тоже нужно возвращаться к съёмкам. Днём у меня самолёт.

После этого никто из них не решался заговорить. Через некоторое время Жун Сюй всё таки прошептал:

— После съёмок мне, возможно, придется приступить к следующей работе. У меня будет всего несколько дней отдыха.

Губы Цинь Чэна постепенно приподнялись. Тихо вздохнув, он прошептал:

— Сяо Сюй...

Жун Сюй поднял на него глаза. В следующую секунду мужчина схватил его за талию, окутав его губы своим горячим дыханием. Глаза Жун Сюя расширились, но он медленно закрыл их, выпустил чемодан из рук и крепко обнял мужчину.

Восходящее солнце уже поднималось на востоке, и яркий солнечный свет пробивался в коридор через большие окна во всю стену. Свет озарял прекрасное лицо юноши, делая его ещё красивее, пока он, закрыв глаза, нежно целовал своего возлюбленного.

Этот поцелуй был очень нежным, полным неловкости и любви.

Выходя из квартиры, Жун Сюй задумался на мгновение, а после решил надеть на лицо маску. Цинь Чэн собирался проводить его до машины,  но Жун Сюй возразил, прошептав через маску:

— Ло Гэ ждёт меня внизу.

Подразумевалось, что это будет не очень удобно.

Цинь Чэн на мгновение задумался и был вынужден отправить юношу на лифте одного.

Двери лифта медленно закрывались. Один стоял перед дверями лифта, другой  внутри. Оба серьёзно глядели друг на друга. Время стало тянуться бесконечно долго. В конце концов, двери лифта окончательно сомкнулись, и Жун Сюй, приспустив маску на подбородок, погладил себя по раскрасневшимся губам. Минуту спустя он снова надвинул маску на нос и вышел из лифта. Он сразу же нашёл Ло Чжэньтао, который уже довольно долго ждал его внизу.

Когда Ло Чжэньтао увидел Жун Сюя, он сразу спросил:

— Простыли?

Жун Сюй улыбнулся и кивнул:

— Да, немного. Лучше наденьте маску, чтобы я Вас не заразил.

Ло Чжэньтао не сильно задумывался над этим. Он повёз его прямиком в аэропорт, где их уже ожидала Ло Вэй. На этот раз Ло Вэй должна была отправиться вместе с Жун Сюем на съёмки, чтобы позаботиться о нём. Ло Чжэньтао собирался остаться в городе В.

Когда Ло Вэй увидела Жун Сюя, она тоже с удивлением поинтересовалась, не простудился ли он.

Юноша по-прежнему спокойно улыбался и отвечал без зазрения совести:

— Ну, да, я простудился.

***

Когда на следующий день Жун Сюй увидел тарелку целебного бульона от простуды, приготовленного Ло Вэй, он мог только покачать головой:

— ...

Ло Вэй с энтузиазмом сказала:

— Жун Жун, Вам нужно сниматься, а современных лекарств от простуды куча побочных эффектов. Моя бабушка давно занимается китайской медициной, и этим бульоном она отпаивала меня с самого детства. Он очень полезен – Вы только попробуйте!

Жун Сюй:

— ...

С трудом запихивая в себя этот горький бульон, Жун Сюй тайком сфотографировал его и отправил снимок Цинь Чэну.

Вскоре Цинь Чэн прислал ответ: «?»

Молодой человек спокойно ответил: «Испытываю бульон Ло Вэй на себе. В следующий раз дома сделаю такой бульон тебе».

Цинь Чэн задержал взгляд на слове «дома» и ответил: «Хорошо».

***

Шумиха вокруг церемонии вручения премии «Взлёт» продолжалась два дня. Два дня спустя внимание пользователей сети привлекла другая новость. Новости об объятиях Цинь Чэна и Жун Сюя, наконец, перестали звучать из каждого утюга.

В то же время съемки «Затерянного города» постепенно подошли к концу. Что касается съёмочной команды «Диких цветов», то они не стали проводить публичных церемоний запуска съёмок.

Фанаты даже не знали о том, что Цинь Чэн работает с Лю Лао над каким-то блокбастером.

Две недели спустя, в конце мая, Жун Сюй принял участие в церемонии вручения премии «Золотой колокол». Но на этот раз премию ему вручал не Цинь Чэн, а известный в индустрии пожилой  актёр. Торжественно вручив Жун Сюю статуэтку за «Лучшую мужскую роль второго плана» и обняв его, мужчина ласково улыбнулся:

— Я смотрел «Чёрные тучи», Вы прекрасно сыграли.

Жун Сюй был слегка удивлён этим комплиментов, но усмехнулся и вежливо ответил:

— Спасибо.

Сильные новички неизбежно одариваются вниманием и уважением со стороны окружающих. Если вы уважаете других, то и они будут уважать вас. Вы уважаете чужой труд – значит и вас все будут уважать. В кругу развлечений, конечно, встречались и такие коварные и ленивые люди, как Хань Янхао и Дэн Ивэнь, но тех, кто действительно много работал, было здесь гораздо больше.

По окончании премии «Золотой колокол» Жун Сюй получил очередную волну популярности. Однако он вернулся к съёмочной группе уже в ночь после церемонии награждения. На следующий день должны были состояться съёмки финальной сцены «Затерянного города».

Ма Ци и Жэнь Шучжэнь уже покинули команду, досняв все свои сцены. Из главных действующих лиц не закончили съёмки только Жун Сюй и Бай Сивэнь.

Рано-рано утром Жун Сюй прибыл на съёмочную площадку и ещё раз прошёлся по сценарию. Несколько минут спустя на площадке показался  Бай Сивэнь, которому, видимо, тоже не спалось.

Увидев Жун Сюя, Бай Сивэнь удивлённо помахал ему.

— Хочешь отрепетировать?

Бай Сивэнь тут же кивнул.

Актёров, которые много работают, все уважают. К таким актёрам относились и Жун Сюй с Бай Сивэнем.

***

Репетируя, Жун Сюй понятия не имел, что в далёком Городе Кино и телевидения Хэндянь уже началась большая работа над съёмками.

Однако едва утренние съёмки подошли к концу,  как режиссёру Лю позвонили. Как только старик услышал голос на другом конце линии, он чуть не упал в обморок:

— Неужели он и правда такой человек?! Почему ты не мог сказать мне об этом раньше?! Как он мог присоединиться к моей команде и начать такое вытворять?! Да чтобы я ещё раз связался с этим актёром!..

http://tl.rulate.ru/book/14326/1063607

Спустя два месяца съёмки «Затерянного города» подошли к концу.

Как саспенс-драма, фильм снимался очень плавно. Если не говорить об актёрских навыках Жэнь Шучжэнь, то два главных героя-мужчины отыгрывали свои роли очень хорошо. Юань Дао не ожидал, что съёмки могут завершиться на неделю раньше запланированного, но даже в этом случае команда не расслаблялась.

Жун Сюй прибыл на площадку первым, а Бай Сивэнь – вторым. Однако в течение получаса небо постепенно светлело, и Юань Дао с остальными сотрудниками один за другим приходили в студию и приступали к подготовке съёмок финальных сцен.

По сюжету подозреваемый был арестован и привлечён к ответственности. Единственное, что он сказал в своё оправдание, – «Будьте вы прокляты», после чего судья приговорил его к смертной казни.

Серия убийств, мучившая Хайчэн больше года, наконец, подошла к концу. Тань Янсюань получил премию, и его повысили до капитана бюро. Сюэ Цзячжэ вернулся в университет, где по-прежнему оставался самым молодым профессором. Он вёл занятия каждый день.

Казалось, что всё было позади, пока однажды на занятии Сюэ Цзячжэ внезапно не увидел высокого красивого мужчину, заглядывающего через щель в задней двери аудитории. Слушая голос Сюэ Цзячжэ, этот «студент» прокрался в класс, ослепительно улыбнулся и помахал ему в знак приветствия.

Мужчина, читающий лекцию с трибуны, улыбнулся и продолжил занятие.

Эта сцена была отснята вчера. Сегодня Тань Янсюань должен был прийти на урок и найти Сюэ Цзячжэ. В начале сцены профессор Сюэ очень рассердился на своего старого товарища, но на Тань Янсюань лишь улыбнулся.

— У меня нет дел, мне скучно. Мне, что, нельзя посещать твои лекции и смотреть на тебя?

Взоры всех сотрудников были сосредоточены в центре студии. Там стоял молодой и кроткий профессор, который слегка приподняв бровь спокойно произнёс:

— Смотреть на меня? — на его губах промелькнула едва заметная тень улыбки.

После двух месяцев съёмок Жун Сюй почти полностью перевоплотился в Сюэ Цзячжэ.

Когда камеры включались, у всех возникало ощущение, что перед ними сейчас стоит юный профессор. Этот человек с виду очень вежлив и приветлив. Он спокоен и безразличен и всегда сторонится окружающих. Пара его равнодушных глаз, спрятанных за очками, как будто видит всех насквозь.

Он почти никогда не смеялся, за исключением бесед с этим старым товарищем.

Видя улыбку Сюэ Цзячжэ, Тань Янсюань искренне улыбнулся и потянул друга за собой.

Накупив кучу пива, они отправились в квартиру Сюэ Цзячжэ. Мужчины выпили вместе: Тань Янсюань – больше, а Сюэ Цзячжэ – меньше.

Когда Тань Янсюань выпил уже прилично, он принялся вспоминать студенческие годы.

— Я помню, во время учёбы ты очень нравился девчонкам из нашего класса... О, и твои студентки тоже от тебя без ума. Ты уже давно мог жениться, ха-ха. Лю Цзы, Эр Чэнь… столько красивых девушек мечтают о тебе – тебе не кажется это слишком высокомерным?

Сюэ Цзячжэ спокойно отпил пива и ответил:

— Это жестоко.

Тань Янсюань уже был слишком пьян, поэтому его было не остановить.

— Я был младшим и не ожидал такого. Позже мой старик заставил меня бросить школу и пойти в полицейскую академию... В противном случае, я, как и ты, был бы сейчас белым воротничком. Быть профессором тоже очень хорошо...

Сюэ Цзячжэ поднял руку, чтобы поправить очки, и сложил губы в тонкую линию:

— Тебе было бы трудно стать профессором университета.

Услышав это, Тань Янсюань внезапно убрал от губ бутылку и ударил ею Сюэ Цзячжэ по лицу. Сотрудники на площадке поёжились, пристально наблюдая за происходящим.

Эта сцена снималась уже в третий раз. Бай Сивэнь уже давно перевоплотился в пьяницу, но Юань Дао это не устраивало. Очевидно, что последняя сцена была важна, и съёмки не могли вечно проходить гладко, однако присутствующие на  съёмочной площадке уже начали чувствовать головную боль.

Сейчас Бай Сивэнь сидел перед Жун Сюем и глядел прямо в глаза своему старому однокласснику. Его щеки были красными, а глаза – пьяными. Долго сверля Жун Сюя взглядом, он внезапно тихо рассмеялся и пробормотал:

— Думаешь, я так глуп?..

В этой части сюжета зрители ещё не знали, что Сюэ Цзячжэ был тем самым серийным убийцей. Реплика Тань Янсюаня была внезапным «озарением» сценариста. Он изменил её в самом конце, буквально вчера, намеренно сделав её двусмысленной: «Это каламбур. Думаешь, он знает, кто настоящий убийца?»

Вероятно, ответа на этот вопрос не знал даже сам сценарист. Согласно здравому смыслу и характеру Тань Янсюаня, он не должен был знать, что Сюэ Цзячжэ – убийца, иначе он обязательно привлёк бы его к ответственности. Но, возможно, у него сработали инстинкты. Он чувствовал, что Сюэ Цзячжэ – убийца, но не знал об этом. Он сказал это лишь на автомате, когда сильно напился, сам не понимая  смысла своих слов.

Однако при этих его словах хитрые глаза Сюэ Цзячжэ слегка вспыхнули, хотя его белое лицо и осталось неизменным.

Далее по сюжету шёл тот момент, на котором Юань Дао всегда их останавливал.

Каждый раз, когда в этот момент лицо Жун Сюя ралли крупным планом, Юань Дао был недоволен и требовал ещё одного дубля, но при этом никто в студии не мог понять, что именно было не так. Сам Юань Дао просто считал, что «это недостаточно хорошо». Он хотел снять лучше, но и сам не понимал, что для этого нужно сделать.

Многие сотрудники уже начали вздыхать, предчувствуя, что сейчас снова будет новый дубль...

В этот момент Жун Сюй слегка скривил губы и беспомощно улыбнулся. На данный момент между двумя последними дублями не было абсолютно никакой разницы, но в следующий момент он внезапно поднял правую руку и провёл ей по коротким волосам Бай Сивэня. Мягко покачав головой, он улыбнулся и сказал:

— Ты не глуп. Учить и воспитывать людей – очень изнуряющая и ответственная работа. Я очень устаю от этой ответственности...

Ло Вэй, находившаяся в этот момент в студии, медленно расширила глаза.

В голосе Жун Сюя слышались трудноскрываемые нотки нежности и слабости. Он присел на корточки, нежно поглаживая старого товарища по волосам, как если бы перед ним сидел плачущий ребёнок.

Это кардинально отличалось от двух последних дублей!

Сюэ Цзячжэ по сценарию должен был просто мягко произнести свою реплику. Он знал, что его другу не суждено быть преподавателем, но ему было плевать на чувства Тань Янсюаня, поэтому он был с ним пренебрежителен. Но теперь... когда он прикоснулся к волосам Тань Янсюаня и произнёс свою реплику иначе, весь смысл сцены, казалось, изменился.

Сюэ Цзячжэ – не настоящая асоциальная личность. У него есть чувства, и он правда устал, поэтому он утешил своего товарища.

Конечно, пьяный человек едва ли мог понять смысл его слов, однако уловить ключевые моменты он был вполне способен.

— Да, я не глуп. Конечно, я мог бы стать профессором. Ну же, Цзячжэ, выпьем ещё! Давайте выпьем ещё. Ещё по кружечке! — сказал Тань Янсюань, взяв со стола тринадцатую бутылку пива и начав пить прямо из бутылки. Допив, он внезапно рухнул прямо на Сюэ Цзячжэ и захрапел.

Сюэ Цзячжэ спокойно опустил свою кружку на стол, оттолкнул от себя мужчину и немного прибрал на столе. Наконец, взяв Тань Янсюаня за воротник, он потащил его в спальню и бросил на кровать. С пустым выражением лица сняв с друга туфли и накрыв его одеялом, мужчина открыл шкаф и принялся искать пижаму.

В этот момент объектив приблизился к телу Жун Сюя и остановился на стеклянном сосуде со странным содержимым, стоявшем в глубине шкафа. Сосуд был наполнен формалином, и в нём плавала человеческая рука...

На этом этот длинный дубль был окончен.

Вся сегодняшняя сцена была лишь последней частью финальной сцены.

Бай Сивэнь по-прежнему лежал в постели на фоне, пока оператор вёл съёмку изнутри шкафа.

На экране красовалось лицо молодого профессора, который сосредоточенно искал в шкафу пижаму, пока не нашёл её. Его холодное лицо не выражало при этом абсолютно никаких эмоций. Закончив переодеваться, он посмотрел в камеру и слабо улыбнулся.

Затем он закрыл дверцы шкафа.

Картинка возникла из темноты: «Затерянный город убивает!»

Поскольку последняя сцена была ночной, все ждали вечера, чтобы снять её. На часах было уже 9:30 вечера, но спать никому не хотелось, – студия была наполнена смехом.

После окончания съёмок Жун Сюй отправился в гримерную. Снимая с него грим, девушка-гримёр  прошептала:

— Ваше лицо идеально подходит для макияжа – такая хорошая кожа и ярко выраженные черты лица… эх, даже не знаю будет ли у меня ещё возможность поработать с Вами...

У Жун Сюя были хорошие отношения со всеми сотрудниками, поэтому девушка общалась с ним очень непринужденно.

Выслушав её, Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Такая возможность будет, Чжао Цзе.

Все посмеялись, а затем в гримёрную вошёл Бай Сивэнь.

Увидев Жун Сюя, Бай Сивэнь ошеломлёно замер на  месте, и ещё долгое время не двигался. Увидев это, Жун Сюй немного подумал и быстро понял, почему мужчина так себя ведёт. Он улыбнулся, подошёл к нему и сказал:

— Моё последнее действие было импровизацией. Спасибо тебе за плодотворное сотрудничество, Бай Сивэнь.

Бай Сивэнь мягко прокашлялся и кивнул, но при этом всячески старался избегать взгляда юноши.

Вскоре в гримёрную зашёл Юань Дао и пригласил всех на заключительный банкет, который он устроил.

На званом ужине Жун Сюй выпил несколько бокалов вина. В конце концов, завтра ему не нужно было сниматься. Все в команде в этот вечер выпивали и веселились. Учитывая, что Жун Сюй выпустил сингл «Потерянные крылья», в будущем он, возможно, мог стать певцом. Эта мысль останавливала его от того, чтобы не пить лишнего.

Что касается Юань Дао, Бай Сивэня и остальных, они серьёзно напились и смогли вернуться в отель только при помощи своих ассистентов.

Жун Сюй и Ло Вэй шли в отель вместе и по пути встречали множество сотрудников. Все были очень счастливы при виде него, здоровались с ним и иногда даже просили сделать совместное фото на телефон или оставить им автограф.

На тихой дороге поток людей становился всё меньше. Только прохладный вечерний июньский ветерок изредка нагонял их по пути в отель.

Ло Вэй, несущая на плече небольшую сумку, с любопытством поинтересовалась:

— Жун Сюй, скажите, наконец, почему Вы так внезапно коснулись головы Бай Сивэня? Я была напугана! Я не ожидала, что Вы так внезапно добавите это действие в эту сцену...Хотя, должна сказать, эффект был хороший. Юань Дао остался очень доволен и даже не просил больше дополнительных дублей.

Жун Сюй поднял голову и улыбнулся:

— Юань Дао остался доволен?

Ло Вэй кивнула:

— Ну, если режиссёр остался доволен, я думаю, всё прошло хорошо. Этот дубль действительно вышел лучше двух предыдущих.

Они немного поболтали, а затем вошли в отель. Ло Вэй напомнила Жун Сюю, что у него завтра рейс, прежде чем выйти из лифта и попрощаться.

После того, как Жун Сюй вернулся в свой номер, он принял душ. Из-за того, что он выпил немного вина, у него кружилась голова, поэтому он быстро заснул.

Когда Жун Сюй проснулся на следующий день, был уже полдень.

Ощупывая рукой мягкую большую кровать, юноша медленно просыпался. Пуговицы на пижаме были расстегнуты, и она слегка сползла с его гладких белых плеч.

Жун Сюй опустил глаза и спокойно посмотрел на своё одеяло. Казалось, только что его что-то разбудило...

Внезапно его мобильный телефон тихо завибрировал.

В этот момент Жун Сюй окончательно проснулся. Он быстро взял свой телефон и обнаружил больше тридцати пропущенных звонков!

— Цинь Чэн, почему у меня от тебя столько пропущенных?.. Да, я всё ещё в Сяншане. Вечером я возвращаюсь в город В, как и ты... Я не понимаю, что ты имеешь в виду… Вчера я закончил съёмки, да, но через две недели я должен присоединиться к другой съёмочной группе в фильме режиссёра Сюй Вэя...

На другом конце провода раздался низкий притягательный мужской голос:

— Хэндянь и Сяншань располагаются очень близко. Мне попросить своего помощника заехать за тобой?

Жун Сюй спросил с улыбкой:

— Ты… ты уверен, что я смогу закончить это за две недели?

Цинь Чэн прошептал:

— Это просто прослушивание.

Жун Сюй не ответил на это предложение. Он снова лег на кровать, уткнулся в мягкую подушку носом и мягко улыбнулся:

— Ты не даёшь мне передохнуть. Неужели ты ещё не устал от меня?

— Я верю в тебя.

Фраза «Я верю в тебя» сделала улыбку на губах Жун Сюя ещё шире.

Цинь Чэн попросил Жун Сюя приехать на прослушивание, уточнив, что в этой роли не так много сцен, и Жун Сюй определенно сможет уложиться в две недели. Более того, он также сказал, что верит в Жун Сюя: верит в то, что у него не будет вторых дублей, и верит в то, Жун Сюй уложится в график. Возможно, он верил ещё и в себя; верил в то, что сумеет позаботиться о своём любимом юноше.

За окном в горах раздалось звучное птичье пение, и Жун Сюй тепло улыбнулся:

— Я хочу увидеться сегодня вечером.

Красивый высокий мужчина, находившийся в это время в «Хэндянь Студио», внезапно замер. Он заулыбался, сжимая в правой руке свой телефон. Долгое время он молчал, прежде чем тихо ответить юноше на другом конце линии:

— Хорошо.

Минуту спустя помощник Цинь Чэна покинул «Хэндянь Студио», направившись прямиком в Сяншань.

Студии Хэндянь и Сяншань располагались в провинции Чжэцзян, и расстояние между ними составляло чуть больше ста километров. В полдень того же дня Жун Сюй сообщил Ло Вэй, что ей необходимо вернуть его билет на вечерний самолёт.

В три часа пополудни помощник Цинь Чэна приехал в Город кино и телевидения Сяншань, и они вместе с Жун Сюем отправились в Хэндянь.

Жун Сюй позвонил Ло Чжэньтао и сообщил ему эту новость. Ло Чжэньтао в ответ улыбнулся и сказал:

— Я узнал об этом ещё сегодня утром. Сюй Цзинь специально позвонил мне и спросил о Вашем графике. Сяо Сюй, Сюй Цзинь сказал, что у этой роли не так много экранного времени, поэтому, если Вы согласитесь, то закончите съёмки уже через неделю. Режиссёр Вашего нового фильма запускает съёмки только через две недели, так что Вы успеваете к их началу. Конечно, я также хочу, чтобы Вы как следует отдохнули, но… этот фильм действительно хорош.

Сразу после съёмок в одном фильме он мчался на прослушивание другого, что для любого актёра было бы немного изнурительно.

Конечно, есть и такие актёры, которым нравится одновременно сниматься в фильмах, чтобы иметь больше работ, денег, внимания и славы. Но такое поведение всегда считалось бессовестным среди инсайдеров.

То, что актёр мечется между двумя проектами, означает, что съёмочные группы должны корректировать график своих съёмок, согласуя его со свободным временем актёра, а это очень неудобно. Тем более, постоянная перегруженность на площадке легко может привести к проблемам с состоянием актёра, и вскоре он уже не сможет переключаться между ролями в разных картинах и попадать в характер своих персонажей.

Жун Сюй, естественно, не собирался метаться между двумя фильмами, но съёмки «Диких цветов» должны были занять у него всего несколько дней. Однако, как сказал Ло Чжэньтао, этот фильм – хорошая возможность посотрудничать с международными кинематографистами. Такая возможность выпадает очень редко.

Ло Чжэньтао сказал:

— Это господин Цинь рекомендовал Вас на эту роль.

Мужчина № 3, первоначально выбранный на эту роль в «Диких цветах», был американцем китайского происхождения. Он пользовался большой известностью в США. Помимо имиджа и актерских способностей, Лю Лао приглянулась в этом актёре и его привлекательность для рынка США.

Лишних денег не бывает. А если этот юный актёр так популярен в Соединенных Штатах, – почему бы не снять его в своём фильме?

Конечно, Лю Лао не предполагал, что это юный американский актёр осмелится сделать несколько громких заявлений на одной популярной в США телепередаче. Он родился в Китае, и в его жилах по-прежнему текла кровь Китая. Однако, едва покинув свою родину, этот неблагодарный человечек быстро «примкнул» к чужой стране и осмелился во всеуслышание «уничтожать» свою родину.

— Его родители всё ещё живут в Китае! Неужели этот негодяй не боится последствий за свои слова?! — Лю Лао был ошеломлен этой новостью.

Сюй Цзинь сказал Ло Чжэньтао, что Лю Лао сделал несколько звонков своим друзьям в кругу, и несколько человек в развлекательном кругу ХуаСя уже внесли этого актёра в чёрный список. Однако его антикитайские заявления  уже давно дошли до Китая, и сотни миллионов пользователей сети уже обсуждали его заявление. Все, как один, заявляли: «Я не хочу нести тебе свои деньги!»

На самом деле важно знать людей, с которыми работаешь. Вначале команда «Диких цветов» обещала этому актёру неплохой гонорар, однако теперь, после того, как он сам уничтожил свою репутацию, они больше не могли с ним сотрудничать.

Жун Сюй знал только одно: Лю Лао сейчас очень хочет найти другого актёра на эту роль.

Этот «актёр-изгой» должен был присоединиться к съёмочной группе вчера, но теперь планы изменились, и было назначено прослушивание на его роль.

Съёмочная бригада была огромна; в ней насчитывалось около тысячи человек, а каждый день простоя стоил создателям фильма больших денег. Лю Лао не мог терять из-за одного актёра столько денег, поэтому он призывал продюсеров как можно быстрее подыскать нового актёра на роль. За вчерашний день прошло три прослушивания, но Лю Лао остался ими недоволен. Сегодня он собирался продолжить прослушивания.

Однако не так легко за день найти подходящего актёра, который ещё и согласился бы приступить к съёмкам немедленно. Многим актёрам первой линии, которые соответствовали его требованиям и были готовы сниматься, Лю Лао в итоге всё таки отказал.

Итак, когда Цинь Чэн сегодня предложил ему кандидатуру Жун Сюя, глаза Лю Лао загорелись:

— Его график сейчас свободен?!

Цинь Чэн слегка кивнул. Он вёл себя так, словно упомянул имя Жун Сюя случайно, без особого энтузиазма:

— Ну, вчера у него завершились съёмки.

Лю Лао нерешительно спросил:

— Он же только закончил съёмки в одной работе… разве это не слишком быстро?

Красивый мужчина невинно улыбнулся и спросил:

— Лю Лао, у Вас есть на примете кто-то лучше, чем он?

Лю Лао:

— ...

Немного подумав, Лю Лао внезапно почувствовал, что его развели. Старик посмотрел на Цинь Чэна и подмигнул:

— Ты ведь не просто так заговорил о нём, а? Цинь Чэн, я слышал, что на днях ты вручал ему награду, а сегодня ты явно намеренно рекомендуешь мне его, разве я не прав?

Лю Лао и Цинь Чэн знали друг друга много лет, и у них были хорошие отношения.

Разумно было сказать, что после разоблачения нормальный человек бы не паниковал, но ему, как минимум, было бы стыдно. Но кто же ожидал, что Цинь Чэн лишь осторожно приподнимет одну бровь и с улыбкой спросит:

— Значит, Вы не хотите, чтобы я пригласил его на прослушивание?

Лю Лао:

— ...

Сюй Цзинь, который молча наблюдал за их диалогом:

— ...

«Наконец-то, хоть кто-то в этом мире понял мою боль!!!»

После звонка в полдень, Цинь Чэн отправил Жун Сюю сценарий «Диких цветов». На самом деле, Цинь Чэн и Жун Сюй уже как-то раз обсуждали сюжет этого фильма. Если коротко – это была история о боевых искусствах в хаотичном мире конца династии Мин.

В последние годы династии Мин войны четырёх морей и двухсотлетнее правление династии подошли к концу.

Отдав приказ своим людям из Цзиньи-вэй, Кун Чао, которого играл Цинь Чэн, вернулся ко двору после заговорщической миссии. После этого все его собратья стали странным образом погибать. Все они умирали при нормальных обстоятельствах: кто-то – в результате несчастного случая, а кто-то – из-за провала миссии. Однако в течение года один за другим погибли одиннадцать человек, из-за чего Кун Чао чувствовал себя очень нехорошо.

Однажды, когда Кун Чао вернулся в свой дом, один из его братьев по Цзиньи-вэй прибежал к нему, тяжело раненный, и умер прямо у него на руках. Перед смертью он указал пальцем на сердце Кун Чао, но из-за то, что его язык был отрезан, он мог только таращиться на него широко раскрытыми глазами, пока его сердце не остановилось.

Чтобы выяснить правду, Кун Чао организовал серию расследований.

Роль, которую собирался сыграть Жун Сюй, – роль имперского принца Чжу Можэня, ставшего императором Цзиньи из-за пожилого возраста Вэй Сяочжуна. Когда Кун Чао так и не смог добиться правды самостоятельно, Чжу Можэнь вызвал его к себе и расспросил о его недавнем странном поведении. После того, как он узнал, что члены Цзиньи-вэй (тайной службы императора) умерли столь странным образом, он поручил Кун Чао узнать правду.

После этого Кун Чао углубился в реки и озера в поисках истины. Неожиданно ситуация обернулась в невероятное русло.

Фильм «Дикие цветы» был связан с реальными историческими событиями, но при этом являлся художественным вымыслом. Например, у принца, которого собирался сыграть Жун Сюй, был реальный прототип, который высоко ценился в истории (правда, не из-за способностей, а из-за своей красоты).

Из-за этого факта Лю Лао и мучила головная боль: ему нужен был не только хороший актёр, но ещё и юный красавец? Как найти такого в столь короткий срок?

По дороге в Хэндянь Жун Сюй изучал сценарий. Он видел его впервые. Изначально он хотел просто проанализировать сценарий как сторонний наблюдатель, но когда он начал читать, то сильно увлёкся сюжетом. В конце концов, одно за другим открылись все предзнаменования, и столы перевернулись. Жун Сюй был очень тронут этой историей.

Ло Вэй, увидев его сосредоточенность, тихо спросила:

— Жун Жун, этот сценарий так хорош?

Когда Жун Сюй взял в руки сценарий, его лицо не выражало никакого интереса. Однако сейчас его вид очень удивил Ло Вэй, которая прежде его таким не видела.

Услышав её вопрос, Жун Сюй заблокировал экрана телефона, на котором читал сценарий, улыбнулся и задал встречный вопрос:

— Сестрёнка, что ты думаешь о фильмах Цинь Чэна?

Услышав имя своего босса, младший помощник, сидевший на водительском кресле, тут же навострил уши, прислушиваясь к разговору на заднем сиденье автомобиля.

Ло Вэй, не задумываясь, ответила:

— Фильмы Бога Цинь очень хороши! Они особенно прекрасны! Обычно я пересматриваю их как минимум трижды!

Жун Сюй не смог сдержать смех и спросил:

— Ну, то есть ты считаешь, что у фильмов с его участием обычно хорошие сценарии?

Ло Вэй кивнула.

Способность Цинь Чэна выбирать сценарии никогда не подвергалась сомнению. На самом деле, Жун Сюй тоже был очень разборчив в выборе сценариев, но сценарий, который он мог получить сейчас, был очень хорош. В этих «Диких цветах» Жун Сюя очень заинтересовала роль Кун Чао, которого играл Цинь Чэн, но сыграть её он уже точно не мог.

Однако роль Чжу Можэня на самом деле была ничем не хуже роли Кун Чао.

В то время как Кун Чао является настоящим главным героем фильма, Чжу Можэнь – ключевая фигура для всего сюжета.

Жун Сюй закрыл глаза и обдумал всю историю, о которой повествует этот фильм. Через десять минут он снова разблокировал экрана телефона и перечитал сценарий во второй раз. На этот раз при чтении он не сосредотачивался на своих эмоциях, а анализировал сценарий с точки зрения зрителя.

Хороший сценарист вкладывает определённые намерения в каждую строчку сюжета.

Жун Сюй сначала прочитал целиком все сцены с участием Чжу Можэня, а затем специально выделил реплики Чжу Можэня и по несколько раз их перечитал. Дорога была ухабистой, и он, крепко сжимая телефон в руках, повторял про себя свои реплики снова и снова.

***

Из-за пробок они приехали в студию Хэндянь только к восьми вечера.

Вместе с помощником Цинь Чэна Жун Сюй прибыл на площадку и не увидел на пути ни одного бездельничающего человека. Все сотрудники сновали туда-сюда, занятые делом. Некоторые из них замечали Жун Сюя и взволнованно подбегали к нему, но, едва получив его автограф, тут же снова погружались обратно в свою работу.

Ло Вэй озадаченно пробормотала:

— Они все такие занятые…

Жун Сюй не ответил. Он услышал резкий металлический треск, скрип, и воздух на площадке вдруг задрожал. Было похоже на звук столкновения железа. Все в команде молчали, и по пути они не слышали никаких звуков, кроме ударов металла.

Ло Вэй тоже закрыла рот и молча шагала с ними вглубь студии. Через пару минут они, наконец, увидели в толпе знакомое лицо.

Он двигался по площадке, одетый в зелёный тканный костюм летучей рыбы с широким чёрным поясом, плотно завязанным на талии, и парой нефритовых сапог на ногах с мысами в форме хвоста ласточки. В руке он сжимал нож.

Холодное лицо Цинь Чэна походило на скульптуру. Пара черных глаз-скорпионов источала такой же холодный свет. Он быстро перемещался по площадке, ловко проходя между десятков убийц в масках. Один удар ножа забирал одну человеческую жизнь, однако он не спешил останавливаться, равнодушно и безжалостно отнимая жизни, пока, наконец, не остался стоять совсем один.

Он приземлился на одно колено; его нож был залит кровью, а на земле за его спиной лежало свыше десятка тел.

По обе стороны пустой дороги располагались уже закрытые лавки, и только унылый лунный свет освещал землю, залитую кровью. Кровь стекала с покорёженных тел, медленно растекаясь по освещаемой лунным светом плитке из голубого камня. Картина выглядела зловеще.

Глядя на эту сцену, Ло Вэй не сдержалась и облизнула губы, пока Жун Сюй спокойно и сосредоточенно наблюдал за Цинь Чэном.

Он увидел, как Цинь Чэн, опираясь на узкое лезвие своего ножа, медленно поднимается с земли. По его губам медленно стекали струйки крови. Когда он поднял голову, он оказался прямо напротив Жун Сюя, но его взгляд ничуть не изменился, словно он не видел его. Спокойно поднявшись на ноги, он размеренным шагом пошёл прочь с этого места бойни.

Безразличие и мощь, источаемая им, заставила всех присутствующих на площадке застыть на месте.

— Снято!

Когда раздался голос Лю Лао, все члены команды, наконец, снова начали двигаться.

Актёры массовки, изображавшие сейчас трупы на земле, принялись вставать на ноги один за другим, а реквизиторы бросились помогать им. Глава группы по реквизиту поспешила к Цинь Чэну, чтобы помочь ему с костюмом, в то же время как гримёр подбежала к нему с кистью, чтобы подправить грим.

В этот момент Цинь Чэн вдруг остановил их, осторожно покачав головой и сказав:

— Мой друг здесь.

Мельком взглянув на него, гримёр вышла из студии.

Под пристальными взглядами бесчисленных членов съёмочной команды Цинь шаг за шагом прошёл через студию, мимо семи или восьми камер, направился прямиком к Жун Сюю и слегка поклонился. На его губах застыла фальшивая кровь, а на голове красовался высокий парик с длинными волосами. Когда он смотрел вниз, волосы ниспадали ему на щёки, что делало его ещё красивее.

Цинь Чэн серьёзно смотрел на молодого человека перед ним; Жун Сюй тоже смотрел на него.

Глубокие глаза мужчины испытующе смотрели на юношу, а его тонкие губы слегка подрагивали. Казалось, ему было что сказать, но, мгновение помолчав, он просто раскинул руки и тепло обнял Жун Сюя на глазах у десятков сотрудников, тихо прошептав:

— Ты здесь.

Сейчас он не мог сказать ему ничего, кроме этих двух слов.

Стоя в объятиях мужчины и чувствуя лишь сильный запах реквизита, юноша не мог не скривить губы. Тысяча слов вертелись у него на языке, но превратились они, в конце концов, всего в одно короткое предложение:

— Давно не виделись.

Это объятие было похоже на обычную встречу двух друзей. Хотя оно и вышло несколько странным, сотрудники особо над этим не задумывались

Лю Лао быстро заметил прибывших гостей. Как только он увидел Жун Сюя, он сразу же пошёл к нему:

— Жун Сюй? Не раз слышал, как Вас хвалили! Мне сказали, что Вы только вчера закончили работу в новом фильме. У Вас сейчас есть силы для прослушивания? Просто у нашей группы по гриму есть свободное время, и они могли бы помочь Вам перевоплотиться.

В конце концов, когда Лю Лао сам подошёл к нему, Жун Сюй, естественно, больше не мог оставаться в объятиях Цинь Чэна. Отодвинувшись от спросил:

— Вам это сказал режиссёр Сюй Вэй?

Лю Лао улыбнулся:

— Да, я слышал, что Вы с ним сотрудничаете. Я позвонил ему в полдень.

Эта простая фраза означала, что Лю Лао уже выяснил все интересующие его подробности о Жун Сюе. Он не видел работ Жун Сюя. Он не смотрел ни «Борьбу за превосходство», ни «Западню», ни «Чёрные тучи», поскольку был всё это время очень занят приготовлениями «Диких цветов».

За последние два дня Лю Лао провёл прослушивания для семи или восьми человек. Каждый раз ему либо не подходил типаж актёра, либо его игра.

Хотя Цинь Чэн лично порекомендовал ему Жун Сюя, Лю Лао не мог столь опрометчиво согласиться. Даже зная, что актёрские способности Жун Сюя были хорошими, и их высоко ценил Сюй Вэй, он всё ещё хотел прослушать его самолично.

Жун Сюй собирался согласиться, но услышав тихое сопение Цинь Чэна, спросил:

— Что сказал обо мне Сюй Дао?

Лю Лао ответил:

— Старый Сюй сказал, что Жун Сюй – хороший талантливый актёр. Посмотрев «Чёрные тучи», он решил сотрудничать с Вами. — после короткой паузы Лю Лао улыбнулся и добавил. — Цинь Чэн порекомендовал мне Вас. Ну так что, Жун Сюй, раз Вы уже здесь, Вы готовы пройти прослушивание?

Цинь Чэн вмешался:

— Сюй Дао сказал, что твоя игра очень хорошая и глубокая. В прошлом году он снял отличный фильм «Пышный сад».

Услышав это, Лю Лао повернул голову и немного поболтал с Цинь Чэном о «Пышном саде» Сюй Вэя, который был номинирован на премию «Золотой Феникс». На какое-то время он забыл о Жун Сюе, болтая с Цинь Чэном, который время от времени кивал. Затем старик принялся рассказывать ему о своём собственном фильме, вышедшем в прошлом году.

Воспользовавшись этой возможностью, Жун Сюй мог, наконец, вздохнуть с облегчением.

Когда он проснулся сегодня в полдень, ему сразу же позвонил Цинь Чэн. После этого он бросился собирать чемодан, а затем отправился в студию Хэндянь. Не стоит даже говорить о том, что он устал в дороге. Если бы сейчас он действительно отправился делать грим, он боялся, что не сможет пройти это прослушивание.

После того, как Лю Лао закончил болтать, он взял стакан и сделал глоток воды. В этот момент Цинь Чэн повернулся к своему помощнику и сказал:

— Отведи его отдохнуть.

Младший помощник быстро кивнул, и в этот момент Лю Лао вдруг вспомнил о Жун Сюе:

— Эй, подождите минутку, разве Вы не собирались гримироваться?

Цинь Чэн тут же улыбнулся и снова отвлёк его внимание:

— Когда я встречался с Рыловым в Берлине в прошлом году, он сказал мне, что планирует снять один фильм в этом году...

Внимание Лю Лао снова было привлечено. Когда двое мужчин проболтали ещё где-то полчаса, Лю Лао внезапно вспомнил, зачем он здесь. Он быстро отправил Жун Сюя нанести грим и подготовиться к прослушиванию.

Цинь Чэн слегка нахмурился и хотел было что-то сказать, но Жун Сюй лишь улыбнулся и покачал головой, так что он был вынужден согласиться.

Сидя в гримёрной, Жун Сюй получил от Цинь Чэна сообщение.

Цинь Чэн: «Я знал, что с сегодняшними пробками всё получится вот так… Мне стоило приехать за тобой завтра».

Пробки – вещь утомительная. Если бы он приехал в Хэндянь в 4 или 5 часов, он бы почти не устал. Прослушивание прямо с дороги не было бы для него проблемой. Но он приехал сюда только в восемь часов и уже был измотан. К сожалению, Лю Лао не терпелось прослушать его сегодня же.

Жун Сюй: «Лучше сделать это раньше. Если я не пройду, то смогу вернуться завтра самолётом».

Через некоторое время Цинь Чэн ответил: «Даже не останешься на несколько дней?»

Понимая намерения своего собеседника, Жун Сюй строго спросил: «То есть ты считаешь, что я провалю прослушивание?»

Цинь Чэн, увидевший это сообщение: «...»

Что ж, он попал в ловушку.

Затем Цинь Чэн отправился на съемки, а Жун Сюй отложил свой телефон в сторону. Костюм Чжу Можэня представлял собой очень громоздкие и красочные одеяния, поэтому гримёры в три руки принялись накладывать грим Жун Сюю. Затем ему ловко накинули на голову парик из длинных чёрных волос.

Эти гримёры и костюмеры явно были очень искусны в своём деле. Вскоре одна из девушек занялась укладкой, а под конец вдруг вспомнила кое о чём:

— Ой, а где красная стрелка? Вчера режиссёр сказал, что ему не нравятся глаза! Так?

Другая девушка на мгновение задумалась и сказала:

— Ван Дао сказал, что она должна быть прямо в уголке глаза…

— Что ж, попробуем... — словно осознав свою ошибку, девушка сильно покраснела, взяла в руки подводку цвета киновари и осторожно нарисовала ей тёмно-красную стрелку в уголке глаза Жун Сюя.

Наконец, с гримом было покончено, и раскрасневшаяся девушка-гримёр отошла в сторону, не осмеливаясь взглянуть на Жун Сюя снова. Однако после того, как он встал с кресла, он передал Ло Вэй свой телефон, но не сразу покинул гримёрную. Вместо этого он улыбнулся, посмотрел на гримёров и заговорил:

— Привет, я Жун Сюй! Рад знакомству.

Девушки были в шоке.

В следующий момент четыре девушки разом окружили его и заговорили в унисон:

— Жун Сюй! Вы можете дать мне автограф? Вы мне так нравитесь!!!

Жун Сюй:

— ...

«А их много…»

Раздав автографы, Жун Сюй вышел из гримёрной. Снаружи Цинь Чэн уже закончил все сегодняшние сцены, но ещё не снял грим. Он стоял в своём традиционной костюме и увлечённо беседовал с режиссёром Лю Лао. Когда они услышали, как кто-то в толпе выкрикнул имя «Жун Сюй», они разом повернули головы. В одно мгновение глаза Цинь Чэна и Лю Лао расширились, и они ошеломлённо вытаращились на приближающегося к ним юношу.

Сценаристы использовали для описания красоты Чжу Можэня кучу сложных и витиеватых слов, а в конце добавили одну простую фразу: «его красоту не выразить словами». Привлекательный Жун Сюй и так подходил под это описание идеально, но в тот момент, когда он вышел из гримёрной, он выглядел просто ослепительно. Никто в студии не мог оторвать от него восхищённых глаз.

Великолепное лицо, пронзительный взгляд, нефритовая кожа, идеальное тело...

В уголке его глаза сияла тёмно-красная стрелка. Выйдя на площадку, он улыбнулся Цинь Чэну, который в ответ облизнул пересохшие губы.

Цинь Чэн слегка скривил губы, собираясь что-то сказать, но его опередил режиссёр Лю Лао.

Он сказал с улыбкой:

— Отлично! Съёмки сегодняшних сцен как раз закончены, и мне срочно нужно его прослушать: он так потрясающе выглядит!

Лю Лао было очень важно это прослушивание. С самого начала он хотел, чтобы Жун Сюй загримироваться и переоделся, дабы полностью перевоплотиться в своего персонажа.

Прослушивания во многих съёмочных группах сводится к тому, что актёры просто разыгрывают одну из сцен фильма; он не надевают костюмы, не наносят грим – просто показывают эмоции своего персонажа. Конечно, во время прослушиваний на «Борьбу за превосходство» и «Черные тучи» Жун Сюю тоже делали грим, но одежда Ваньци Яо и Лин Сяо не могла такой громоздкой, как у Чжу Можэня.

Мантия принца с тройной парчой, украшенная драгоценностями, была великолепна и необычна.

По сравнению с костюмом летучей рыбы Цинь Чэна, наряд Жун Сюя был поистине экстравагантным. Лю Лао тем очень доволен тем, как он выглядит. Старик ничего не говорил, но вокруг его глаз собрались морщинки, поскольку ему было очень трудно скрывать свою радость.

Следуя за помощником режиссёра, Жун Сюй прошёл в помещение за углом. Изначально здесь располагалась личная гостиная режиссёра, однако Лю Лао не мог спать на площадке. Ему совсем не хотелось отдыхать во время съёмочного дня, поэтому его помощники почти сразу превратили это помещение в комнату для прослушиваний.

В комнате собрались Лю Лао, сценарист, продюсер, несколько помощников режиссёра... и Цинь Чэн. В просторную комнату следом за ними вошёл Жун Сюй, одетый в золотистую шёлковую мантию. Сначала он вежливо представился и поздоровался со всеми, а затем приготовился к прослушиванию.

Все в этом зале были людьми опытными. Никому больше не нужно было ничего говорить — Жун Сюй просто должен был приступить непосредственно к прослушиванию.

Цинь Чэну, как человеку, порекомендовавшему Жун Сюя, было не очень уместно находиться здесь. Возможно, чтобы избежать подозрений, он переоделся в повседневную одежду и даже надел солнцезащитные очки, чтобы не было видно его глаз, и уселся рядом с Лю Лао.

Жун Сюй не мог видеть выражения его лица, но у него возникало слабое ощущение, что его взгляд постоянно сосредоточен на нём.

Посреди этой маленькой комнаты стояли только стул и стол, на котором стояла пустая белая фарфоровая чашка и чайник. Это был реквизит для одной из сцен «Диких цветов».

Первое появление Чжу Можэня в фильме состоялось во дворце императора. Как принц, он лично приносил своему отцу лекарства, ведя себя при этом почтительно и смиренно. В это время Кун Чао вернулся в Пекин с поля боя и хотел сразу доложить о случившемся императору, который спал.

Проснувшись, император взял своего сына за руку и сказал ему:

— Скоро тебе придётся взять под свой контроль Цзиньи-вэй*, сын мой.

Второе появление Чжу Можэня в фильме состоялось уже через год после этих событий. В этот раз он появился в доме Кун Чао, куда пришёл, чтобы встретиться с ним.

Сцена, которую должен был показать Жун Сюй сегодня, – второе появление Чжу Можэня в фильме.

Когда прослушивание на эту роль проходили другие актёры, Цинь Чэн не играл в этой сцене вместе с ними, поэтому, справедливости ради, он не стал вмешиваться и сейчас. Эта сцена была выбрана для того, чтобы актёр мог перевоплотиться, но предназначалась она при этом для двух человек.

Жун Сюй подошёл к стулу, улыбнулся и сообщил Лю Лао:

— Я готов.

Лю Лао кивнул:

— Тогда давайте начнём.

***

Жун Сюй опустил голову и взял в руки чашку. Все очень пристально следили за его движениями. Они видели, как его левая рука держит блюдце с чашкой, а правая – осторожно сжимает крышку чайника и нежно протирает белую фарфоровую чашку. Его движения были очень медленными, но при этом – с самого начала и до конца – он не садился, а делал всё стоя.

Наблюдая за его движениями, Лю Лао медленно выпрямился, а Цинь Чэн поджал губы.

Затем по сюжету Кун Чао вернулся домой, услышал, что у него дома гости, и быстро вошёл внутрь. Однако он не ожидал, что его гостем на самом деле окажется Принц собственной персоной.

«Услышав», как открывается дверь, Жун Сюй прекратил протирать чашку. Он поднял глаза и посмотрел перед собой. Его ясные и нежные глаза-скорпионы прищурились в слабой улыбке. Он поставил чашку на стол, улыбнулся и сказал:

— Вы не обязаны быть вежливым. Это я проявил хамство, придя сюда без приглашения.

Сказав это, Жун Сюй остановился и сделал вид, что «слушает» своего невидимого собеседника. Его взгляд медленно поднимался, словно мужчина, на которого он смотрел, в этот момент встал.

Выслушав его некоторое время, Жун Сюй улыбнулся:

— Значит, у нас трудности... Не лучше ли будет объясниться во дворце?

Голос Жун Сюя был низким и притягательным, как весенний ветерок у одинокого озера. Слушая его, люди невольно чувствовали себя посвежевшими.

Продюсер и сценарист неотрывно смотрели на юношу в центре комнаты, время от времени переглядываясь и кивая. Всё, что касалось внешнего вида и игры актёра, очень подходило для роли  Чжу Можэня, каким они себе его представляли: очень честный, добрый и приятный принц.

Только вот они не знали... удастся ли Жун Сюю показать истинное лицо Чжу Можэня, скрывающееся под маской?

В этой сцене Кун Чао долго колебался, прежде чем ответить на вопросы Принца. Лишь после того, как Чжу Можэнь показал ему имперский указ о том, что организация Цзиньи-вэй теперь подчиняется ему, Кун Чао, наконец, решился поделиться с Принцем всеми своими домыслами и опасениями.

Организация Цзиньи-вэй подчинялась только приказам Императора, а Принц был наследником Императора, поэтому теперь, когда Император слёг с болезнью, Цзиньи-вэй перешли в подчинение Принца. Естественно, теперь Кун Чао, как командир Цзиньи-вэй, мог докладывать обо всём напрямую Принцу.

В этом моменте состоялась очень длинная реплика Кун Чао. Жун Сюй слушал и слушал его. Даже Лю Лао не заметил, что в этот момент Жун Сюй опустился на стул «Восьми Бессмертных». Жун Сюй поднял левую руку и погладил гладкую фарфоровую чашку. Его движения были медленными, а улыбка в глазах становилась всё глубже и глубже. От начала до конца он держал голову поднятой и смотрел прямо на командира Цзиньи-вэй, который стоял и докладывал. Его прикосновения к фарфоровой чашке становились всё медленнее и медленнее.

Когда его движения внезапно прекратились, Лю Лао ошеломленно дёрнулся, словно только сейчас заметил движения Жун Сюя.

Освещённый ярким светом, красивый молодой принц ухмыльнулся, поднял белую фарфоровую чашку и сделал глоток, а затем поднял голову и мягко улыбнулся:

— Если это так, то я вынужден побеспокоить Вас... узнайте правду об этих странных смертях.

Сказав это, он с тихим стуком поставил чашку обратно на стол.

Голос постепенно становился холоднее, и Жун Сюй, сузив глаза, рассмеялся:

— Организация Цзиньи-вэй по моему Да Мин* – подчиняется семье Императора и действует от его лица. Кто бы ни стоял за этими убийствами, если Вы поймаете его – приведите его во дворец... — его глаза хитро сощурились, а губы изогнулись в тонкую линию. — И убейте.

***

На этом прослушивание было окончено.

Жун Сюй немедленно встал со стула, вышел в центр комнаты и поклонился своим «судьям». В этот момент атмосфера напряжения и подавленности, висевшая всё это время в воздухе, моментально рассеялась.

Больше всего при этом повеселел продюсер, который в следующую секунду принялся хлопать в ладоши. Следуя его примеру, другие присутствующие также начали аплодировать. Не двигались только режиссёр Лю Лао и Цинь Чэн.

Лю Лао растерянно смотрел на Жун Сюя. В его взгляде уже не было того энтузиазма, что переполнял его сегодня при их первой встрече.

Цинь Чэн же до сих пор сидел в своих солнцезащитных очках и не двигался, словно его здесь вообще не было.

* Да Мин люй  («Законы Великой династии Мин») — основной сборник законов, действовавший в Китае в период правления династии Мин.

* Цзиньи-вэй («стража в парчовых одеждах») — тайная служба правителей империи Мин, основанная в 1382 году императором Чжу Юаньчжаном.

После того как Чжу основал Империю Мин и начал править под девизом «Хунъу», он стал сомневаться в лояльности своих подданных, и всегда был готов к возможным попыткам убийства или организации восстания, поэтому одной из первых обязанностей Цзиньи-вэй стал шпионаж за собственными гражданами, а позже и за чиновниками.

Долгое время спустя сценарист нарушил тишину:

— Я впечатлён! Жун Сюй, Вы не садились в начале для того, чтобы лучше изобразить характер Чжу Можэня? У Вас это отлично получилось!

Этот человек был известным в Китае первоклассным сценаристом. Ему было уже за 60, и у него была отличная репутация.

Выслушав похвалу, Жун Сюй с улыбкой ответил:

— Да, когда я изучал сценарий сегодня днём, я подумал, что, даже несмотря на его статус, Чжу Можэнь всё же младше Кун Чао, поэтому не сможет небрежно сидеть и ждать его. Цзинь Ивэй – один из самых сильных людей, с которыми он когда-либо имел дело, и, конечно же, он захочет произвести на него хорошее впечатление.

Выслушав его ответ, сценарист удовлетворенно кивнул, а затем его похвалили ещё несколько человек. Однако увидев, что Лю Лао по-прежнему молчит, они вдруг резко замолчали. Хотя они и остались довольны, решение оставалось за Лю Лао. Это был его фильм. Из-за репутации Лю Лао в кругу, даже продюсеры не осмелились бы вмешиваться в его решение.

В комнате воцарилось долгое молчание, которое нарушил низкий притягательный мужской голос:

— Лю Лао, что скажете?

Все тут же уставились на Цинь Чэна, а затем перевели взгляд на Лю Лао.

Только Цинь Чэн был с Лю Лао в достаточно хороших отношениях, чтобы задавать ему такие вопросы.

Жун Сюй повернулся, чтобы посмотреть на Цинь Чэна, и увидел, что последний тоже смотрит на него. Из-за солнцезащитных очков Жун Сюй не мог видеть выражения лица Цинь Чэна, зато Цинь Чэн видел его прекрасно. Понимая это, Жун Сюй слегка приподнял бровь, глядя на мужчину.

Цинь Чэн:

— ...

Через пару секунд Цинь Чэн молча поднял руку и снял очки.

Никто в комнате не заметил их безмолвного «диалога». В конце концов, их внимание было сосредоточено на Лю Лао, который на некоторое время открыл рот, а затем снова закрыл, встал со стула, прошёлся по комнате взад-вперёд и, наконец, беспомощно улыбнулся:

— Я чувствую, что не должен был выбирать эту сцену для прослушивания.

Сценарист удивлённо спросил:

— Лю Лао?

Лю Лао взволнованно сказал:

— Я хочу увидеть Вас в финальной сцене. Этой сцены недостаточно.

Услышав его, продюсер внезапно понял:

— Лю Лао, Вы имеете в виду...

Лю Лао улыбнулся и проницательно посмотрел на Жун Сюя:

— Подпишете контракт завтра. На протяжении следующих двух недель Вы будете заняты  съёмками в нашем фильме, Жун Сюй. Вы ведь не против? Помнится мне, старик Сюй говорил, что съёмки его нового фильма начинаются через две недели… это нехорошо… я позвоню ему и попрошу ненадолго задержать старт съёмок! Никаких проблем не возникнет, не переживайте!

В этот момент все сомнения в его сердце рассеялись, и Жун Сюй не смог сдержать улыбку:

— Лю Лао, но Сюй Дао наверное, неспроста выбрал этот день...

Лю Лао махнул рукой:

— Посмотрите на него! Старик Сюй не верит в счастливые числа! Он согласится.

На этом все вопросы были улажены.

Лю Лао – очень задумчивый человек, поэтому он ненадолго выпал из реальности во время прослушивания. До этого, когда он дважды хотел отправить Жун Сюя в гримёрную,  Цинь Чэну удавалось на полчаса отвлечь его парой слов. Теперь же Лю Лао так увлёкся беседой со сценаристом и продюсером (или, быть может, дело было в его возрасте), что совсем забыл, что Жун Сюй всё ещё стоит посреди комнаты в неудобном громоздком костюме.

Видя это, Цинь Чэн спокойно встал со стула, направился прямиком к центру комнаты и вывёл Жун Сюя из комнаты.

Когда Лю Лао опомнился, их обоих уже и след простыл.

— Он ушёл? Цинь Чэн забрал его? Как-то уж слишком он о нём печётся…

Продюсер озадаченно сказал:

—Я слышал, что это Цинь Чэн порекомендовал Жун Сюя. Неужели их отношения так хороши? Цинь Чэн даже снялся с ним в паре в «Черных тучах», а позже вручил ему премию со сцены. Всё это слишком подозрительно...

В этом мире однополые браки уже давно были узаконены. Хотя общество в большинстве своём оставалось гетеросексуальным, было и много гомосексуалистов. Гомосексуализм, безусловно, имел место и в индустрии развлечений. Особенно в индустрии развлечений.

Продюсер уже начал думать об этом, но Лю Лао неодобрительно покачал головой:

— Не думай об этом слишком много! Я знаю Цинь Чэна много лет, и знаю о нём то, чего не знаешь ты. Он из прекрасной семьи, и поэтому всегда заботится о младших.

Продюсер в этот момент вспомнил про слухи о том, что Жун Сюй является молодым мастером города В.

Больше к этой теме не возвращались. Спустя ещё минут десять разговора сценарист улыбнулся и сказал:

— Этот парень очень одухотворённый. Он сыграл Чжу Можэня даже лучше, чем я написал. Теперь я хочу изменить несколько сцен...

Их разговоры продолжались до раннего утра.

***

Цинь Чэн в это время успел отвести Жун Сюя снять грим, а затем собрался везти его в отель.

Как только он покинул студию, к нему подбежал помощник режиссёра по логистике и сказал:

— Я подготовил Жун Сюю номер…

— Он временно поночует у меня. — мужчина спокойно прервал его. Увидев удивленную реакцию помощника режиссёра, он объяснил. — Насколько я помню, в отеле остался всего один свободный номер. Вы же не собираетесь заселять его вместе с его помощницей?

Лицо юноши выражало безмолвный вопрос «Откуда вы знаете?!», но он быстро кивнул:

— Хорошо, я освобожу один номер завтра. Завтра и у Жун Сюя, и у его помощницы Ло Вэй будут свои номера. А сегодня я могу заселить её в номер с гримёром Сяо Ся.

Жун Сюй посмотрел на Цинь Чэна, а потом на юношу. Его улыбчивое милое лицо не выдавало его истинных эмоций. Он стоял позади Цинь Чэна и вежливо улыбался.

Тон Цинь Чэна был твёрдым:

— Завтра я сам найду ему номер. Сегодня он переночует у меня.

Отель, арендованный съёмочной группой «Диких Цветов», находился на некотором удалении от Города кино и телевидения. Помощник Цинь Чэна вёз на машине своего босса, Жун Сюя и Ло Вэй. Жун Сюй и Цинь Чэн сидел на задних сиденьях, а Ло Вэй – рядом с водителем.

По пути Ло Вэй внимательно наблюдала за мужчинами через зеркало заднего вида. То ли помощник Цинь Чэна был опытнее её, то ли он просто работал с ним слишком долго, но он в это время серьёзно следил за дорогой и ответственно вёл машину, ни разу не взглянув назад.

На заднем сиденье Цинь Чэн сидел, опустив глаза, и смотрел на телефон.

Посмотрев на экран некоторое время и боковым зрением убедившись, что любопытная Ло Вэй больше за ними не наблюдает, он осторожно протянул правую руку вправо и коснулся прохладной руки юноши.

Слегка коснувшись его мизинца, Цинь Чэн немного замедлил движение. Но в этот момент Жун Сюй внезапно перевернул ладонь и скрестил с ним пальцы!

Цинь Чэн:

— !!!

Через пять секунд сотовый телефон Цинь Чэна завибрировал. Он разблокировал его и обнаружил, что взял не тот телефон. Сунув руку в карман и достав другой телефон, он увидел сообщение от Жун Сюя.

Жун Сюй: «Ты надел солнечные очки специально, чтобы я не мог видеть твоего выражения лица?»

Цинь Чэн:

— ...

Это могло показаться случайностью, но он явно надел их неспроста!

Почувствовав, что он крепко сжимает его правую руку, Цинь Чэн сжал губы в тонкую линию и напечатал ответ: «Чтобы избежать подозрений».

Чем меньше ты скажешь, тем для тебя лучше.

Прочитав эти три слова, юноша не мог не улыбнуться. На этот раз он не стал отправлять сообщений. Он повернул голову и посмотрел мужчине в глаза. Тусклый жёлтый свет уличных фонарей, пробиваясь сквозь коричневую тонировку стекол, терял почти всю свою яркость. Цинь Чэн мог  лишь смутно разглядеть его ясные глаза.

Цинь Чэн не ожидал, что Жун Сюй так внезапно повернётся и посмотрит на него. Он немного наклонился и посмотрел на подбородок своего возлюбленного. Его сердце внезапно бешено забилось. Мужчина облизнул губы, подавляя желание обнять его: сейчас он мог только крепче сжимать его пальцы...

Пока он ехал так, держа Жун Сюя за руку, ему казалось, что прошла целая вечность.

Во время десятиминутной поездки помощники на передних сиденьях не заметили ничего странного в поведении своих боссов.

Когда машина припарковалась на стоянке отеля, Цинь Чэн достал один из своих телефонов и опубликовал пост в Вэйбо.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Он мне так нравится, так нравится, так нравится... Я его обожаю!»

Поклонники Пасты из семян лотоса с апельсиновой начинкой уже давно привыкли к «её» любовному микроблогу.

Помимо поостоянных признаний в любви Жун Сюю и перепоста соответствующих постов на свою страницу, единственное, что делала эта «Паста», – всячески нахваливала своего «таинственного мужчину». Однако на этот раз её пост был довольно простым, так что подписчики в ответ лишь немного подразнили её. Раньше посты этой «Пасты» не имели никаких границ, поэтому и комментариев они собирали куда больше.

«Ага, мы знаем, что он тебе нравится. Ты ему тоже нравишься».

«Который день я наблюдаю за этим реалити-шоу… меня уже тошнит от подобных постов».

«Эй, когда ты уже покажешь нам фотографию своего бога-мужчины? Нам так любопытно. Милый, красивый, нежный... как же он, в конце концов, выглядит? _(:3」∠)_»

Комментарии подписчиков «Пасты» остались без ответа, поскольку «её» машина уже въехала на парковку отеля. Цинь Чэн убрал оба своих телефона обратно в карманы, и четыре человека вместе направились к лифту.

Ло Вэй и помощник Цинь Чэна жили на одном этаже. Они вышли из лифта первыми, и на прощание Жун Сюй с Ло Вэй договорились, во сколько им завтра нужно встать.

Когда двери лифта закрылись, в лифте внезапно стало тихо. Звуки движущегося лифта же, напротив, стали на удивление громкими. Цинь Чэн поднял глаза и посмотрел прямо в камеру, установленную в углу лифта. Некоторое время он смотрел на неё спокойно, а затем отвернулся и встал рядом с Жун Сюем, не делая лишних движений.

После лифта их ждали камеры, развешанные в коридоре.

Цинь Чэн шёл впереди, а Жун Сюй – за ним. Поначалу мужчины шли очень плавно, но постепенно шаги Цинь Чэна заметно ускорились. Увидев это, Жун Сюй с лёгким удивлением посмотрел ему в спину, но тоже ускорился, не задавая лишних вопросов.

Цинь Чэн вынул из кармана ключ-карту, провёл ею по двери, вошёл в номер, закрыл дверь.

Когда дверной замок щёлкнул, Жун Сюй остановился и не успел даже поднять глаза, как его внезапно обняли, и с грохотом прижали к двери. Этот звук издало не его тело, а руки Цинь Чэна. Он крепко обнимал юношу, уткнувшись лицом ему в плечи. Его руки медленно сжимались, как будто он хотел вонзить их в тело Жун Сюя.

Всё произошло слишком быстро. Цинь Чэн не успел включить свет своей картой, поэтому в номере  стояла кромешная тьма, и только слабый лунный свет пробивался сквозь щели в занавесках на панорамных окнах.

Жун Сюю какое-то время никак не удавалось приспособиться к такой темноте. У него перед глазами стояла чернота. Он подсознательно протянул руку и обнял мужчину, прижимающего его к стене. Поначалу он просто нежно обнимал его, но постепенно его руки сжимались всё крепче и крепче. Он вдыхал его запах и улыбался.

Неизвестно, сколько времени это длилось, но казалось, что лет сто. Когда глаза Жун Сюя, наконец, привыкли к темноте, он тихо рассмеялся и прошептал:

— Очевидно, что на прослушивании ты сидел в солнцезащитных очках, чтобы я не мог видеть твоих глаз. Цинь Чэн, ты так внезапно изменился… это очень странно.

Они жили вместе уже почти год, но с тех пор, как он стал проявлять к нему откровенную симпатию, прошло всего три месяца. Жун Сюй всегда считал Цинь Чэна очень сдержанным человеком. Он не знал, когда этот человек влюбился в него, но после того, как это началось, какое-то время он всё-таки ещё держал себя в руках. Периодически он использовал тётушку Цинь как оправдание.

Такой Цинь Чэн казался ему необъяснимо милым, поэтому Жун Сюй не смог разоблачить его.

Время пролетело незаметно. Год назад Жун Сюй и представить себе не мог, что однажды он будет обниматься с этим человеком и влюбится в него. Но мир был так прекрасен, что сейчас Жун Сюй стоял в кромешной тьме в объятиях Цинь Чэна, и тот не спешил отпускать его.

Подумав об этом, молодой человек улыбнулся и пошутил.

— Я не худой. За время съёмок я набрал целый фунт, так что ты можешь меня отпустить. Это ведь тётя Цинь попросила тебя проверить, не похудел ли я?

— Голос Цин Юэ смешан с улыбкой, которую нельзя игнорировать. Кажется, она вернулась к этим двоим до того, как они выразили свое признание.

Цинь Чэн склонил голову и с улыбкой посмотрел на юношу в его объятиях.

В тусклом свете он не мог разглядеть его лица. Он приподнял бровь и задумался, а затем ослабил левую руку и вынул ключ-карту из кармана, проведя ею по выключателю. Свет в комнате вмиг вспыхнул, и Жун Сюй тут же прищурился, с непривычки чувствуя некоторое неудобство. В следующую секунду он услышал тихий мягкий голос Цинь Чэна:

— Гм...

Жун Сюй не ожидал, что мужчина ответит ему вот так, поэтому опешил и посмотрел на него.

Взгляды мужчин встретились в воздухе. Заглянув в эти хитрые глубокие глаза, Жун Сюй сначала замер, но вскоре улыбнулся и продолжил.

— В таком случае, мистер Цинь, Вы можете сказать тётушке Цинь, что я действительно не похудел. А теперь... можете меня отпустить?

Цинь Чэн поджал тонкие губы посмотрел на Жун Сюя:

— Ты что, стал выше?

Жун Сюй был удивлён:

— Могу ли я стать выше?

Цинь Чэн кивнул:

— Ну, да.

Жун Сюй рефлекторно сказал:

— Как я могу стать выше?.. — его голос внезапно оборвался, поскольку он осознал, что ему всего 19 лет, и он ещё может расти. Он беспомощно покачал головой.

— По всей видимости, ты можешь стать ещё выше.

Жун Сюй сейчас был 185 см ростом, а Цинь Чэн – 190 см. Даже если он и станет выше, трудно было представить, что он перещеголяет этого мужчину. Так что, отбросив эти мысли, Жун Сюй вернулся к исходной теме.

— Ты можешь меня отпустить?

Цинь Чэн не шелохнулся.

Жун Сюй тупо сказал:

— Но мой телефон вибрирует...

Цинь Чэн:

— ...

Будучи вынужденным отпустить его, Цинь Чэн молча наблюдал за тем, как Жун Сюй достаёт свой телефон, нажимает кнопку ответа и отвечает: «Брат Ло!»

Он опустил глаза и про себя пробормотал: «Ло Чжэньтао…»

На дворе уже стоял июнь, и на Жун Сюе сегодня была надета простая белая рубашка и светло-серое лёгкое пальто, которое плотно облегало его тело, прорисовывая красивые изгибы. Длинные ноги были обтянуты чёрными джинсами. От лёгких движений Жун Сюя, его пальто слегка приподнималось, то и дело обнажая ранее прикрытые участки его тела. Линия талии по-прежнему была скрыта под белой рубашкой.

После того, как Цинь Чэн выпустил его из своих объятий, он продолжал стоять у двери и смотреть, как Жун Сюй шаг за шагом продвигается вглубь номера.

С Ло Чжэньтао он, похоже, говорил о подписании контракта на роль в «Диких Цветах». Сам Ло всё ещё был занят важными делами в городе В и не мог сейчас приехать в Хэндянь лично. Сегодня он работал сверхурочно, чтобы изучить новый контракт Жун Сюя и изменить в нём пару деталей. Об этом он и говорил с ним по телефону.

Такие дела он обычно поручал Ло Вэй, но в этот раз решил обсудить их с Жун Сюем лично.

Когда они говорили так уже больше десяти минут, Цинь Чэн вошёл в комнату, снял пальто и переоделся в простую пижаму. После того, как он закончил умываться и вышел из ванной, он обнаружил, что Жун Сюй по-прежнему покачивается на кресле-качалке у панорамного окна и разговаривает с Ло Чжэньтао.

Его спина была тонкой и прямой, а кресло под ней продолжало раскачиваться, издавая скрипучие звуки, который на мгновение вернули Цинь Чэна в детство.

Словно услышав, что Цинь Чэн вышел из ванной. Жун Сюй внезапно повернул голову, улыбнулся и помахал ему.

Цинь Чэн подошёл к дивану и сел рядом с ним.

Во время разговора с Ло Чжэньтао, Жун Сюй время от времени поворачивал голову и с улыбкой смотрел на Цинь Чэна. Он просто смотрел на него и улыбнулся, но даже понятия не имел, насколько привлекательным был в этот момент в глазах мужчины.

Без пальто эта тонкая рубашка уже не могла скрывать красивое тело юноши. Он медленно покачивался в кресле, и, когда он поворачивал голову, растрепанные волосы падали ему на глаза, который казались Цинь Чэну кристально чистыми и какими-то неземными.

Жун Сюю действительно было всего 19 лет...

Если быть точнее, ему ещё даже не исполнилось 19-ти. Строго говоря, этому очаровательному парню было всего 18 лет.

В нём сейчас не было ни нежности и элегантности, присущих ВаньЦи Яо, ни холодности и безжалостности, присущих Хо Си, ни зрелой нежности Лин Сяо, ни безразличной мягкости Сюэ Цзячжэ. Сейчас перед ним сидел просто Жун Сюй.

И таким Жун Сюя видел только он один...

При этой мысли Цинь Чэн не мог не сглотнуть. Он протянул руку и взял Жун Сюя за руку, которая лежала у него на колене.

Жун Сюй на мгновение перестал качаться, но продолжил разговаривать с Ло Чжэньтао.

Цинь Чэн же в это время молча достал свой телефон и вбил в строку поиска: «Последствия раннего секса».

Результат: «Раньше мужчины начинали заниматься сексом...»

«Нет, это слишком обширный вопрос...» — Цинь Чэн закрыл поисковик, не прочитав и абзаца.

Цинь Чэн замолчал и задумался, после чего внезапно зашёл на аккаунт старого друга и отправил ему сообщение: «Слухи про тебя и ту модель – это правда?»

Через некоторое время ему пришёл ответ.

Линь Сюань: «Чего?.. Это ненормально, что тебя так сильно беспокоят мои дела».

Цинь Чэн: «Листая утренние новости, я увидел в горячем поиске заголовки про тебя и эту модель».

Этим утром папарацци неожиданно раскрыли любовную связь Линь Сюаня: они засняли молодую модель, входящую в его номер, когда Линь Сюань был на каком-то мероприятии. Едва это фото было обнародовано, как оно произвело фурор. Линь Сюань до сих пор никак это не комментировал.

Когда день подошёл к концу, накал вокруг этой новости немного спал. Это не означало, что Линь Сюань был недостаточно популярен – просто всем было наплевать на его личную жизнь, потому что… Линь Сюань каждые несколько месяцев светился в подобных скандалах. Его поклонники к этому давно привыкли, к тому же он и сам периодически выпускал «утки» В СМИ. Некоторые новости были настоящими, а другие – откровенным вымыслом.

Линь Сюань изначально прославился в кругу как эдакий «плейбой». Поклонники то и дело отписывались от него, но после того, как он выпускал новую песню, они молча возвращались, чтобы послушать её.

Посторонние люди, не интересующиеся его карьерой, уже давно не обращали на новости с его участиям внимания. Что бы там ни было, это просто роман. Кто знает, правда это или нет, но людям стало просто лень каждые несколько месяцев обсуждать личную жизнь какого-го певца.

Папарацци не знали, с кем на самом деле встречался Линь Сюань, но Цинь Чэн знал, что его старый друг менял в течение года как минимум одну девушку. Все его пассии были очень красивыми: среди них были модели, актрисы, певицы. Единственным их сходством было то, что все они были красивыми.

Во всём, что касается лица, Линь Сюань определенно был преданным поклонником Ассоциации Внешности.

Линь Сюань недавно пришёл домой и лежал в кровати, листая новости на телефоне. Прочитав сообщение Цинь Чэна, он выглядел ошеломлённым и надолго задумался, почле чего всё же ответил: «Ну, спустя десять дней разговоров она мне разонравилась. После этого инцидента она захотела обнародовать наши отношения, поэтому я её бросил».

Цинь Чэн:

— ...

«Всего десять дней! Это слишком короткий срок – нет смысла у него спрашивать».

Цинь Чэн на мгновение задумался, после чего, казалось, что-то придумал, и снова начал печатать.

Три минуты спустя Линь Сюань получил новое сообщение: «А юной модели, о которой ты рассказывал мне в прошлом году, кажется, было всего 19 лет? У тебя с ней что-нибудь было?»

Линь Сюань: «...»

Через минуту…

Линь Сюань: Чего ты ждёшь, задавая мне такой вопрос?! Цинь Чэн, я же всегда видел тебя насквозь… когда ты успел стать таким? Какое тебе дело до моих бывших девушек? Хочешь начать встречаться с ней? Нет, она уехала за границу в прошлом году, так что тебе не суждено с ней познакомиться! Тогда чего тебя от меня нужно?..»

Цинь Чэн тупо ответил: «Видимо, всё-таки было».

Линь Сюань: «Я этого не говорил».

Цинь Чэн: «Ладно, я понял. На тот момент эта модель была ещё несовершеннолетней, верно? Через несколько дней после того, как вы расстались, стукнуло её совершеннолетие. Мне рассказывала об этом Вэнь Сюань. Животное».

Линь Сюань:

— ...

Да он точно болен!!!

Увидев, что мужчина, похоже, уже сделал для себя выводы, Линь Сюань внезапно сел в кровати и быстро ответил на его сообщение: «Мой имидж не настолько плох, чтобы лезть к несовершеннолетним. У нас с ней ничего не было. Если я скажу тебе, что я всё ещё мальчик, ты мне поверишь?»

Поглаживая мягкие и нежные руки своего Жун Жуна, Цинь Чэн спокойно ответил: «Не поверю».

Линь Сюань:

— ...

Через пять минут он написал ещё одно сообщение: «У меня было такое только однажды. Девять лет назад, когда мне было восемнадцать».

Прочитав его откровение, Цинь Чэн нахмурился, на мгновение задумался, а затем напечатал ответ: «Будь осторожен, позаботься о своём теле и при необходимости обратись в больницу».

Линь Сюань: «Чёрт возьми! Я не болен!!!»

Цинь Чэн: «Если встретишь кого-то, кто тебе действительно будет нравиться, не отпускай его».

Собеседник не ответил, и Цинь Чэн тоже закрыл окно диалога. Он взял Жун Сюя за руку и некоторое время смотрел на неё, прежде чем начать обсуждать с Сюй Цзинем завтрашние съёмки.

Спустя пять минут Жун Сюй повесил трубку, улыбнулся и, похлопав Цинь Чэна по руке, поднялся с кресла. Цинь Чэн быстро понял, что он собирается делать.

Встав с кресла, Жун Сюй пошёл в ванную и начал принимать душ. Он, естественно, не знал, что, пока он говорил по телефону, мужчина был занят решением какой-то «проблемы». Не задумываясь над «ужасностью» своего поведения, через несколько минут Цинь Чэн, прочитав кучу советов врачей в Интернете, тихонько вздохнул.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Я больше не могу терпеть! Мне нужно ждать его ещё несколько лет…»

Этот аккаунт в Вэйбо был слишком скучным, странным и непонятным, поэтому его подписчики просто не стали комментировать этот пост.

Когда Жун Сюй вышел из ванной, они вместе легли спать. Это был самый роскошный пятизвездочный отель в киногородке. Кровати в номерах были такими просторными, что на них могли спать вместе сразу трое крупных мужчин.

Возможно, день выдался слишком утомительным, но перед сном Жун Сюй сказал только «спокойной ночи», после чего тихо засопел. Цинь Чэн молча смотрел в потолок. Пять минут спустя его пальцы мягко переместились в сторону и коснулись пальцев Жун Сюя.

Хотя Цинь Чэн и не видел его руки, в этот момент в своей голове он отчётливо представлял её очертания. Отчётливые суставы, тонкие длинные пальцы, округлые идеально подстриженные ногти, отливающие светло-розовым цветом...

Просто держа его за руку, Цинь Чэн уже был доволен.

Медленно закрыв глаза и чувствуя кончиками своих пальцев температуру тела юноши, он расслабился и улыбнулся. Однако в следующий момент юноша внезапно перевернулся на бок и оказался в его объятиях!

Цинь Чэн:

— !!!

Мужчина застыл и немедленно открыл глаза. Не успел он пошевелиться снова, как почувствовал тёплое дыхание прямо у своего уха. Жун Сюй лежал в его объятиях, тихо сопя.

В следующеий момент в комнате медленно раздался сонный радостный голос:

— Я скучал по тебе, Цинь Чэн, очень скучал...

Оцепеневшее тело мужчины мгновенно расслабилось, и он почувствовал прилив тепла, распространившегося от кончиков его ушей тепло до пяток. В его сердце разлилось непередаваемое тепло, и мужчина повернулся на бок, нежно обняв стройного юношу в ответ. В его голове больше не было никаких мыслей. Он просто склонил голову и нежно поцеловал Жун Сюя в лоб.

— Спокойной ночи, Сяо Сюй.

Первые выходные июня начались с яркого утреннего солнца. Рано утром на одном крупном аккаунте Вэйбо внезапно появилась новая публикация с прикрепленными фото и видео.

В последний раз на этом официальном аккаунте публиковались посты два месяца назад. На тот момент съёмки фильма только начинались, и состоялась церемония запуска фильма с прямой трансляцией. Зрителей у трансляции тогда набралось несколько десятков миллионов, что вызвало бурную дискуссию в соцсетях.

Спустя два месяца многие успели позабыть о существовании этого фильма. Никто не ожидал, что этим утром, когда они откроют глаза и возьмут в руки свои смартфоны, они внезапно увидят такую новость.

Команда «Затерянного города»: «Почему 40-летний мужчина был найден мёртвым посреди людной улицы? Где сейчас шесть отрубленных рук? За всеми этими убийствами стоит искажение человеческой натуры или потеря нравственности? Узнайте ответы на эти вопросы в «Затерянном городе» 13 сентября! Давайте вместе проследим за ходом расследования этой запутанной истории и окунёмся во внутренний мир серийного убийцы! #13.09 #ЗатерянныйГород [Ссылка на видео]»

После того, как на официальном аккаунде команды «Затерянного города» появился этот рекламный пост, многие люди сразу же принялись репостить его к себе на страницы.

Юань Дао, Бай Сивэнь, Жэнь Шучжэнь, Ма Ци... Члены съёмочной команды, естественно, первыми взялись за активное продвижение новости о выходе фильма. Даже Ло Вэй вошла через учётную запись Жун Сюя и сделала репост этой новости на его станицу.

Как правило, большинство звёзд не ведут свои аккаунты самостоятельно. Например, некоторые рекламные посты и информацию о последних работах артиста публикуют в Вэйбо их помощники, брокеры или даже профессиональные пиар-группы.

Жун Сюй любил посидеть в Вэйбо, пообщаться с фанатами, попереписываться с друзьями или сделать селфи. Это уже можно считать большим делом, поскольку, многие другие звёзды совсем не заботились о своих аккаунтах в Вэйбо, и поручали их полное ведение своей пиар-команде.

Когда аккаунт звезды ведёт профессиональная пиар-команда, в нём никогда нет ошибок, и постепенно создаётся образ «идеального человека», что помогает привлечь новых фанатов и попасть в топы поиска. Что касается того, что такие звёзды делают, когда остаются одни, – этого их фанатам узнать не суждено.

Когда Жун Сюй проснулся, количество репостов с официального микроблога «Затерянного города» перевалило за 10.000, и фанаты с нетерпением ждали его выхода на большие экраны.

«Где же эти шесть отрубленных рук? Мы должны скорее увидеть нашего Жун Жуна, скорее! 30-секундного трейлера ничтожно мало!!! Почему мы должны стучать по своим мискам и ждать, когда хозяин даст нам еду?! :(»

«Ха-ха-ха-ха, эта своеобразная манера ведения официального блога поистине беспрецедентна! Скажите, мне что это правда! Боже, дайте стилисту за его работу тысячу... миллион куриных ножек! Жун Жун слишком красив… слишком красив в этом образе!»

«Ао-ао-ао-ао! Трейлер меня заинтриговал… Похоже, в этот раз Жун Сюй и Бай Сивэнь объединят свои усилия, чтобы поймать преступника? Это современная версия Фухуа? Я удивлена: Жун Сюй в этой роли такой зрелый… Обожаю таких нежных и в то же время элегантных мужчин. Увидимся в кинотеатре, милый!»

Из-за репостов разных знаменитостей, под этим постом появлялось всё больше комментариев, а сам аккаунт с каждой минутой набирался всё большую популярность.

По числу комментариев и репостов подобных постов нетрудно было проследить, насколько популярны актёры.

Поклонники Жун Сюя занимали половину комментариев и репостов. Откуда такая уверенность? Во-первых, самая большая часть репостов (не считая постов на страницах звёзд) приходилась на пост в официальном аккаунте Национальной ассоциации поддержки Жун Сюя. Во-вторых, уже в полдень этого дня хэштег #ЗатерянныйГородЖунСюй  занимал шестое место в топе Вэйбо, и был в этом топе единственным связанным с «Затерянным городом» упоминанием.

Увидев это в своей ленте, даже Юань Дао не смог сдержать улыбку. Он выбрал Жун Сюя на эту роль не только из-за его актёрского мастерства и внешности, но и, конечно же, из-за его популярности. Для него, как для коммерческого кинорежиссёра, снимать фильмы – означало делать деньги.

Жун Сюй был в их команде самым неопытным, но зато сейчас он был самым популярным. С его именем в титрах «Затерянный город» просто не мог остаться без внимания зрителей.

Итак, в первой волне продвижения фильма Юань Дао опубликовал 30-секундный трейлер, в котором Жун Сюю досталось 10 секунд экранного времени, а Бай Сивэню – 8. Немногие фанаты стали бы осознанно считать секунды появления своих Богов на экране, но многие из них видели, что их Боги в этом трейлере выглядят особенно красивыми, и от этого только активнее обсуждали фильм.

Это всё, что касается трейлера. Что до первой волны официальных постеров, то они были выполнены в более глубоком стиле внутреннего монолога.

Все актёры стояли на своих постерах на чистом белом фоне, пристально глядя в камеру. Их лица были взяты крупным планом, от чего зрителю была открыта лишь часть их плеч.

Крупным планом актёры могли отчетливее изобразить внутреннюю игру своего персонажа, и это также предъявляло высокие требования к их актёрской игре.

Например, взглянув на постер Жэнь Шучжэнь, вы подумаете, что у неё злые глаза, но ничего другого разглядеть не сможете. Но когда вы взглянете на постер Бай Сивэня, вы сможете увидеть на его решительном лице тень внушающей благоговение праведности и его прямолинейность и непреклонность. На первый взгляд, это настоящий мужчина, который может, крепко стивнув зубы, вынести любые трудности.

В этом и заключалась разница в их актёрской игре, и этот постер позволял людям её увидеть.

Первым постером, опубликованным командой «Затерянного города», конечно же, был постер Жун Сюя.

На чисто-белом фоне был изображён красивый элегантный мужчина в серебристых очках, который, склонив голову, спокойно смотрел в камеру. Его левая рука была поднята вверх, и одним пальцем он удерживал край очков. В его ясных светлых глазах словно отражалось тихое безмятежное озеро. Но именно от того, что мужчина казался таким спокойным, люди невольно чувствовали от него какую-то потерянность и равнодушие.

Лицо Жун Сюя не выражало ничего: он не скрипел зубами, как Жэнь Шучжэнь, и не хмурился, как Бай Сивэнь. Но когда он смотрел на вас своим холодным взглядом, вы могли почувствовать необъяснимый холод, пробирающий до самых пяток.

Конечно, для его фанатов самым главным было…

«Ах, ах, ах, ах, ах, он такой милый! Мама, какой же Жун Жун красивый!!!»

***

Пока реклама «Затерянного города» шла активным ходом,  Жун Сюй уже прибыл в команду «Диких цветов» и подписал контракт на роль. Все поправки, предложенные Ло Чжэньтао, уже были приняты режиссёром. С учётом того, что через две недели Жун Сюй должен был приступить к съёмкам следующего фильма, съёмочная группа «Диких цветов» решила приступить к съёмкам сцен Жун Сюя прямо сегодня.

Без лишних слов, сразу после подписания контракта Жун Сюй пошёл переодеваться и гримироваться.

Когда он вышел из гримёрной, пожилой актёр, играющий в фильме Императора, тоже закончил со своим гримом. Старик был добрым и улыбчивым, но ловкие руки гримёра сделали его лицо болезненно тощим и слабым.

Вчера этот пожилой актёр вернулся в отель слишком рано, поэтому не застал приезд Жун Сюя. Сейчас они встретились впервые, поэтому Лю Лао немедленно представил их друг другу.

Жун Сюй протянул руку и вежливо поздоровался с пожилым мужчиной. Старик в ответ мягко улыбнулся и сжал руку Жун Сюя обеими руками, сказав:

— Я слышал, как Цзяньвэнь отзывался о Вас на прошлой неделе. Он очень ценит Вас. После церемонии награждения «Золотой колокол» он рассказал мне, что у Вас очень хороший характер. Он вообще много Вас хвалил.

Жун Сюй с удивлением посмотрел на старика, узнав такую новость.

Чжоу Цзяньвэнь – известный в кругу старый актёр. С Жун Сюем он пересекался всего однажды. Когда Жун Сюй получал премию «Золотой колокол», старик лично вручал ему «Лучшего актёра второго плана». Тогда он сказал Жун Сюю пару добрых слов. Жун Сюй, конечно, чувствовал, что произвёл на него хорошее впечатление, но не ожидал, что старик станет рассказывать о нём своим старым друзьям.

Как бы там ни было, знакомство двух актёров (императора и принца) прошло успешно.

Лю Лао с улыбкой объявил:

— Раз уж Вы уже знаете Жун Сюя, Лао Чэн, я не буду Вам долго о нём рассказывать. Нам нужно поскорее снять ваши совместные сцены, Лао Чэн. Сяо Жун покинет нашу команду уже через две недели, так что нам нужно быстро отснять все сцены с его участием.

Жун Сюй улыбнулся и кивнул. Старик с улыбкой согласился.

Поэтому, пока группа по реквизиту готовила всё для съёмок этой сцены, Жун Сюй мило беседовал с Лао Чэном.

Цинь Чэн, стоявший неподалёку:

— ...

Сюй Цзинь в этот момент болтал с продюсером и внезапно увидел побагровевшее лицо Цинь Чэна. Он огляделся вокруг, пытаясь понять, на что смотрит его босс, и вскоре заметил Жун Сюя, весело разговаривающего с Лао Чэном.

Кто такой Сюй Цзинь? Это очень проницательный парень, с ходу понимающий суть любого дела.

Он расхохотался и сел на стул рядом с Цинь Чэном.

— Разве что-то не так? У Вас всего пара совместных сцен с Жун Сюем. Всякий раз, когда принц появляется в фильме, он либо управляет страной, либо ухаживает за своим тяжело больным отцом. Логично, что сначала приступили к съёмкам его совместных сцен со стариком, а не с Вами!

Цинь Чэн медленно поднял глаза и внимательно посмотрел на Сюй Цзиня.

Его помощник внезапно задрожал всем телом, волосы у него встали дыбом, а улыбку с лица как рукой сняло. Он быстро прокашлялся и попытался выкрутиться:

— Ну... ничего. Я знаю, что Вы влюблены в него. Пара сцен всё же лучше, чем ничего. По крайней мере, теперь Вы с ним в одной команде и можете в любой момент подойти и поговорить с ним.

Цинь Чэн ничего не говорил Сюй Цзиню о своих отношениях с Жун Сюем. Так же, как и Жун Сюй не сказал об этом Ло Чжэньтао.

Цинь Чэн  просто не думал об этом, а Жун Сюй, в свою очередь, рассмотрел множество факторов и решил, что если он расскажет об этом Ло Чжэньтао, это может повлечь за собой неприятные последствия. Например, он до сих пор помнил, что, когда Ло Чжэньтао узнал о том, что у него хорошие отношения с Цинь Чэном, он хотел распиарить его, воспользовавшись репутацией и известностью Цинь Чэна.

Во всём, что касается прибыли, Ло Чжэньтао был самым настоящим опытным бизнесменом. У него были хорошие отношения с Жун Сюем, однако занимались они абсолютно разными вещами.

В общем, в ближайшем будущем Жун Сюй не планировал рассказывать Ло Чжэньтао о Цинь Чэне.

Неподалёку от съёмочной площадки Жун Сюй и Лао Чэн болтали, весело смеясь. Цинь Чэн в это время  молча таращился на свой сценарий. Время от времени к нему подходил инструктор по боевым искусствам или другие актёры, чтобы поболтать.

В «Диких цветах» главный герой Кун Чао, которого играл Цинь Чэн, был командиром Цзиньи-вэй; Главную героиню – дочь министра по имени Шэн Сянцзюнь – играла знаменитая китайская актриса Хуан Лэй.

Братья Цзиньи-вэй отправились выполнять задание по сопровождению этого министра, и после окончания миссии стали умирать один за другим при странных обстоятельствах. Министр совершил государственную измену,  и члены Цзиньи-вэй доставили его из Фуцзяня обратно в столицу. В конце концов, министр-предатель был казнён, а все члены его семьи – показательно обезглавлены. Это событие окончательно уничтожило девять поколений.

Шэн Сянцзюнь была последней выжившей из семьи Шэн. Её успели заранее отправить в публичный дом, организовав её побег. Никто бы не подумал, что дочь министра может прятаться в борделе. Старик, руководящий этим публичным домом, когда-то был спасён господином Шэном, и считал своим долгом спасти его дочь, спрятав её у себя.

Шэн Сянцзюнь, конечно, не верила в то, что её отец может быть предателем родины, ведь на протяжении трёх поколений семья Шэн и семья Чжу были очень близки. Её отец и император, и вовсе, дружи с самого детства. Как мог её отец совершить государственную измену?

Поэтому, когда Шэн Сянцзюнь узнала, что кто-то расследует дело её отца, она немедленно отправилась к Кун Чао.

Почему все члены Цзиньи-вэй, участвовавшие в деле Шэн Гэ Лао, погибли один за другим?

Почему десятилетиями преданый родине Шэн Гэ так внезапно предал свою страну?

Весь фильм вращался вокруг этого нераскрытого дела, и больше всего совместных сцен с Цинь Чэном было именно у Хуан Лэй, игравшей дочку предателя.

Хуан Лэй в этом году исполнилось 35 лет. Она была на восемь лет старше Цинь Чэна. Она уже была замужем и родила сына. Обычно она была серьёзной и никого не обсуждала за спиной, но сегодня, заметив крайне странное поведение Цинь Чэна, она с удивлением спросила у своей помощницы:

— Что с Цинь Чэном такое?

Хуан Лэй этот красавец совсем не привлекал, однако её помощница – другое дело. Девушка была верной поклонницей Цинь Чэна, поэтому тут же переспросила:

— А что не так с Цинь Шэнем?!!!

Хуан Лэй почувствовала себя беспомощной.

— Эй, ты  чего так разволновалась? Неужели тебе так нравится Цинь Чэн? Тогда странно, что ты не заметила, что сегодня он несколько раз неправильно произносил свои реплики и  переснимал.

Юная помощница широко распахнула глаза и неодобрительно заявила:

— Сестра Хуан, это невозможно! Я вижу, что Цинь Шэнь в отличном состоянии. У него прекрасная речь и эмоции, и все реплики тоже на месте! К тому же, он такой красивый…

Хуан Лэй: «Да... Не нужно было мне спрашивать тебя…»

В глазах преданой поклонницы, каждый чих её Бога – самый красивый чих в мире...

По тому же принципу, в глазах Цинь Чэна его любимый юноша был самым красивым в мире, даже если бы он упал... о, нет, это неправильно: он никогда не позволит своему Жун Сюю упасть!

Конечно, если бы Жун Сюй почаще играл с ним в одной сцене, он держался бы куда лучше.

К полудню группы по реквизиту и освещению закончили свою часть работы, и Жун Сюй официально снялся в своей первой сцене после присоединения к коллективу «Диких цветов».

Сцена начиналась со старика Чэн Лао, лежащего в кровати и накрытого жёлтой парчой, из под которой выглядывало только его истощавшее лицо.

На него со всех сторон были нацелены десятки камер. В этом великолепном и изящном дворце Чэн Лао лежал на своём ложе, а Жун Сюй сидел у края его постели. Остальные сотрудники окружали площадку, наблюдая за процессом съёмок.

После того, как Лю Лао и съёмочная группа были удовлетворены, режиссёр махнул рукой и крикнул:

— Мотор!

В следующий момент Жун Сюй поднял нефритовую чашу с низкого столика.

Освещение в этой сцене было очень хорошее. Все предметы в объективе были яркими, но не Жун Сюй. По необъяснимым причинам его тело было тускло освещено. Его фигура и ложе императора были окутаны тенью и были едва заметны на фоне яркого убранства имперских покоев. Юноша казался крайне подавленным.

Его Высочество Принц – следующий монарх Да Мин. Он был молод, красив, и стремился к власти.

Поскольку два года назад император серьёзно заболел, случайно проглотив не те лекарства, принц стал управлять страной. Внутри он оставался сыном императора, который лично ухаживал за императором, каждый день давал ему лекарства и даже обтирал его полотенцами. Снаружи же он проявлял большой талант. Всё в Да Мин было хорошо организовано под его руководством, люди жили и работали в мире, а иностранные враги не осмеливались вторгаться в их земли. Министры буквально превозносили принца.

В начале фильма звучала детская песенка, которую пели, играя на улице, дети. В ней была строчка: «Есть люди на Востоке, и у людей есть рис».

Восток – это Восточный дворец, а рис – это принц Чжу Можэнь. С Принцем люди могли хорошо жить и не голодать.

Итак, в первой половине фильма Чжу Можэнь был просто идеальным правителем. У него был безупречный внешний вид, отличное поведение и покорность; у него было доброе сердце, поэтому все верили, что, до тех пор, пока принц будет на троне, Да Мин будет процветать.

Сегодня Жун Сюй должен был сыграть того самого «идеального принца».

Эта сцена была предельно проста: Чжу Можэнь дал Императору лекарство, а его  вырвало прямо на одежду принца. Однако принц в ответ ни капли не меняется в лице. Вместо этого он почтительно вытер капли с лица своего отца и с гордостью сказал:

— Это сын во всём виноват. Я не замечал, что мой отец заболел».

Кто не хотел бы иметь такого идеального сына?

На экране монитора глаза Жун Сюя опущены, а брови слегка приподняты, как будто он действительно винил себя.

Многие сотрудники на площадке, видя его виноватый вид, невольно расстроились.

«Если я буду болен и стар, а мой сын будет так обо мне заботиться, я не буду ни о чём сожалеть».

«Жун Сюй действительно прекрасен. Его лицо создано для кино. Я только что смотрела на экран монитора, и, о… он был очень хорош».

«Он очень хороший принц… Даже если бы он не был моим родным сыном, я бы позволил ему стать  императором».

Да, главная загадка этого фильма на самом деле была связана с принцем.

Старый Шэн Гэ совершил измену, сотрудничая с врагом, потому что он узнал секрет, которого ему знать не следовало. Причина смерти членов Цзиньи–вэй также крылась в том, что старый Шэн поделился этим секретом с одним из них. Поскольку никто не знал, с кем именно, убили их всех, одного за другим.

Кун Чао видел нестыковки в этой истории и хотел узнать правду, поэтому... должен был умереть.

Умереть вместе с Шэн Сянцзюнь. Только мёртвые могут хранить секреты. Только мёртвые не могут говорить.

Съёмки первой сцены Жун Сюя прошли очень гладко. Поначалу Лю Лао волновался и боялся, что Жун Сюй не сможет адаптироваться к ритму их команды.

В кругу так бывает, что актёры, которые прекрасно показали себя на прослушивании, на реальных съёмках переснимают свои сцены по несколько дублей. Возможно, дело в том, что актёры нервничают, играя в паре с кем-то, и это мешает их игре. Особенно часто такое происходит в кассовых фильмах больших режиссёров – там актёры больше всего подвержены психологическому стрессу и склонны к ошибкам.

В итоге, целый день Лю Лао занимался съёмками сцены «Принц заботится об Императоре».

Можно даже сказать, что съёмки этой сцены закончились только в полдень следующего дня. После этого все могли приступить к съёмкам следующей сцены.

На второй день съемок у Жун Сюя уже появился свой отдельный номер, и ему больше не приходилось тесниться в одной кровати с Цинь Чэном.

Все в команде считали это само собой разумеющимся, и даже если у Цинь Чэна было на этот счёт своё мнение, он не мог его высказать. Он и так придумывал много отмазок, чтобы выбить для Жун Сюя роль в этом фильме, а теперь у него и вовсе не было никаких аргументов в своё оправдание: у них сейчас даже совместных сцен не было.

Таким образом, Цинь Чэну оставалось только заваливать юношу ночными сообщениями, однако Жун Сюй, ответив на парочку из них, шёл отдыхать.

Все съёмки последних дней были с участием Жун Сюя, и пока все остальные могли отдыхать днём, он работал. Естественно, он навёрстывал упущенное ночами.

Такая ситуация сохранялась до пятого дня.

За эти пять дней Жун Сюй снялся во всех «политических сценах» с участием Чжу Можэня: Принц сидит в своём кабинете, занимаясь делами правительства, Принц заботится об императоре, Принц идёт ко двору...

Во всех этих сценах Жун Сюй играл абсолютно идеального во всех отношениях юношу. Безупречность Чжу Можэня эхом отзывалась в сердце каждого сотрудника на съёмочной площадке. Каждое его движение было полно стиля, а жесты были благородными и элегантными.

Каждый актёр, который работал с Жун Сюем, был счастлив поработать с ним, потому что этот юноша был очень трудолюбив и относился к каждому, с кем играл на площадке, очень хорошо. Обычно парни его возраста, ставшие популярными, были невыносимо высокомерны.

Актёры, играющие министров в «Диких цветах», в основном были пожилыми актёрами, много лет вертящимися в этом кругу. Они были не очень известны. Когда зрители видели их, они чувствовали лишь, что они им «немного знакомы», но не могли вспомнить их имён и ролей.

Актёра с таким статусом можно назвать как высшим, так и низшим. У них есть опыт, но нет капитала и славы, поэтому даже некоторые популярные дебютанты не уважают их и кричат на них на площадке. В ответ эти «старички» могут только молча сдерживать свой гнев.

Увидев, что Жун Сюй так хорошо ладит с этими «старичками», Цинь Чэн не мог не смягчиться и улыбнулся; его глаза были полны трудноскрываемой гордости.

Актриса Хуан Лэй тоже заметила это.

У Хуан Лэй и Жун Сюя практически не было совместных сцен, и раньше она не обращала на него особого внимания. Теперь, увидев эту картину, она многозначительно смотрела на него несколько минут и, наконец, подозвала свою помощницу:

— Сходи к Жун Сюю, я хочу расположить его к себе.

Эта помощница работала с Хуан Лэй уже много лет, поэтому быстро поняла, что она имела в виду.

Первым делом она отыскала помощницу Жун Сюя, и они с ней мило поболтали и подружились. Она, естественно, не проявляла безрассудства, а дала Ло Вэй несколько советов. Например, что завтра во время съёмок с мужчиной, играющим роль второго плана, Жун Сюю лучше проявить внимательность и быть готовым к тому, что у этого актёра не очень хороший китайский.

Как и во многих других фильмах о Цзиньи-вэй, главными врагами Цзиньи-вэй были Восточное крыло и Западное крыло. В любом фильме о Цзиньи-вэй злодеем был губернатор Восточного или Западного крыла – безо всяких исключений.

На первый взгляд, фильм «Дикие цветы» был таким же: актёр второго плана играл губернатора Восточного крыла, 50-летнего личного евнуха императора по имени Ли Гаодань. Согласно обычному развитию сюжета подобных фильмов, Ли Гаодань должен был заниматься боевыми искусствами, и «Дикие цветы» тоже не были исключением.

Однако ключевой фигурой в истории этого фильма был не Ли Гаодань, а Чжу Можэнь.

Это «неожиданный поворот» был придуман режиссёром Лю Лао намеренно.

До самого конца фильма, до того, как Кун Чао докопается до главного секрета, он будет уверен, что злодеем является Ли Гаодань. Он даже убьёт Ли Гаоданя, всерьёз веря, что с его смертью всему придёт конец.

Ли Гаоданя играл китаец, недавно вернувшийся из-за границы и пользующийся большой популярностью в Великобритании. Этот актёр (а было ему 49 лет) часто играл роли элегантных пожилых джентльменов. Из-за того, что он вырос за границей, его китайский был очень плох, и все фильмы с его участием приходилось дублировать.

Ло Вэй пересказала Жун Сюю слова помощницы Хуан Лэй. Выслушав её, Жун Сюй с лёгким удивлением посмотрел на Хуан Лэй, стоявшую неподалёку, и увидел, как эта изящная красивая женщина кивает ему с улыбкой, кажущейся очень дружелюбной.

Жун Сюй кивнул ей в ответ и улыбнулся.

Ло Вэй тихо прошептала:

— Хуан Лэй действительно заслуживает звания «королевы кино». Она даже похвалила тебя, Сяо Сюй.

Услышав её слова, Жун Сюй беспомощно улыбнулся:

— Ты, конечно, любительница поболтать. Где же мой ланч-бокс?

Ло Вэй испугалась и тут же затараторила:

— Я сейчас всё принесу! Я совсем забыла...

— В этом нет необходимости. Иди пока поешь сама. — раздался сзади притягательный мужской голос, и Жун Сюй обернулся на него, увидев высокого статного мужчину, одетого всё в тот же тёмный костюм «летучей рыбы» с широким поясом на талии. Его руки были… над головой, и сжимали они две коробки с обедом.

Он выглядел довольно забавно с этими ланч-боксами в руках; однако, когда вы видели его холодный равнодушный взгляд, вся эта дисгармония тут же куда-то исчезала.

Увидев Цинь Чэна, Ло Вэй с благоговением кивнула и послушно ушла обедать.

Цинь Чэн взял одну из коробок и осторожно положил её на стол перед Жун Сюем, а затем подошёл к противоположной стороне стола и сел.

В полдень команде уже пора было сделать перерыв и перекусить. Многие сотрудники сейчас ели, болтали и наслаждались своим коротким перерывом. Те, кто уже пообедал, занимались своими делами: расставляли реквизит, настраивали освещение, согласовывали детали со статистами.

Хотя в последние дни съёмочная группа была в основном сосредоточена на съемках сцен с участием Жун Сюя, на самом деле Лю Лао заблаговременно разделил съёмочную группу на две подгруппы: А и В. За группу А отвечал он сам, и занималась она съёмками сцен с Жун Сюем, в то время как группой В руководил помощник режиссёра и несколько заместителей режиссёра. Они сейчас продолжали снимать боевые сцены с участием Цинь Чэна.

Это позволяло сэкономить время и деньги.

Однако в результате у Цинь Чэна и Жун Сюя стало в разы меньше возможностей для встреч на площадке. Помимо таких коротких обеденных перерывов, они всё время были заняты съёмками.

Наблюдая за тем, как юноша берёт со стола коробку с едой и достаёт палочки, взгляд Цинь Чэна постепенно остановился на его длинных нефритовых руках.

Мужчина медленно нахмурил свои красивые брови.

Поначалу он думал, что они будут сниматься вместе, и у них будет куда больше времени наедине. Кто же знал, что из-за малого количества совместных сцен им будет некогда даже поговорить?!

Глубокие глаза мужчины становились всё глубже, когда он погружался в раздумья.

Жун Сюй в это время открыл коробку с ланчем и приготовился есть.

Остальные сотрудники наблюдали за ними со стороны. Максимум, что они могли сказать на это: «кажется, у Цинь Чэна с Жун Сюем довольно хорошие отношения». И ничего больше. Они ведь не знали, о чём в это время думал Цинь Чэн!

«Как заставить сценаристов изменить сюжет? Так, чтобы добавить больше совместных сцен Кун Чао и Чжу Можэня?..»

Сценарист, который обедал вместе с Лю Лао, внезапно чихнул:

— ...

Цинь Чэн прищурился, тщательно обдумывая вероятность своей затеи. Когда он раздумывал над тем, можно ли поручить заняться этим вопросом Сюй Цзиню, перед его глазами что-то внезапно покачнулось. Мужчина тут же открыл глаза и обнаружил, что в его ланч-боксе прибавилось на один предмет: редька.

Первоначально белая редька была сожжена дотла поварами команды, а мясо готовилось долго, из-за чего тёмно-коричневый соус пропитал редьку насквозь. Насыщенный ароматный вкус мяса с редькой никого не мог оставить равнодушным, однако... юноша опустил голову, поковырялся палочками в своей порции и переложил редьку в коробочку Цинь Чэна.

Цинь Чэн:

— ...

Под ярким светом огней в студии Жун Сюй в роскошном парчовом халате, склонив голову, кропотливо искал в своём мясе редьку, а затем терпеливо доставал её оттуда палочками для еды и убирал. Длинные волосы скользили по его лицу во время движений. Ясные чистые глаза были серьёзны и сосредоточены, как будто он был занят чем-то очень важным.

После того, как он отдал Цинь Чэну один кусок редьки, за ним последовал второй, третий, четвёртый...

Когда Жун Сюй выковырял из своего мяса всю редьку, его порция уменьшилась больше чем наполовину: в его боксе осталось всего семь-восемь кусочков мяса.

Цинь Чэн:

— ...

Закончив эту кропотливую работу, Жун Сюй вздохнул с облегчением, приподнял глаза и с улыбкой спросил у мужчины:

— Ты же ешь редис?

При виде чистой и невинной улыбки юноши, сердце Цинь Чэна растаяло, но на поверхности он лишь приподнял бровь и возразил:

— Не ем.

— Не ем.

Жун Сюй внезапно замер, посмотрел на свой обед, а затем перевёл взгляд на бокс Цинь Чэна.

— Тогда я уберу её обратно…

Безразличное выражение лица Цинь Чэна постепенно смягчилось, когда он увидел, что Жун Сюй на самом деле поднял палочки для еды, чтобы забрать у него свою редьку. В этот момент он внезапно протянул свои палочки навстречу Жун Сюю и заблокировал его движение.

Жун Сюй поднял на него глаза:

— ?

Мужчина спокойно улыбнулся и дурманяще-приятным голосом произнёс:

— Твою я съем.

Лицо Жун Сюя внезапно вспыхнуло, и ему потребовалось несколько секунд, чтоб, наконец, мягко кивнуть и согласиться.

В окружении такой толпы людей они могли только обедать вместе и болтать – ничего лишнего себе позволить они не могли.

Многие сотрудники видели, как Жун Сюй перекладывал свою редьку в ланч-бокс Цинь Чэна. Поначалу они шокировано раззявили рты, недоверчиво бормоча:

— Нет, он серьёзно переложил продукт, который не любит, в бокс Цинь Чэна?! Это слишком смело с его стороны! Я уверена, Цинь Чэн разозлится!

Характер Цинь Чэна был неплохим, но и хорошим его назвать было нельзя. По крайней мере, конкретно с этими сотрудниками Цинь Чэн никогда не общался лично, да и Хуан Лэй не спешила с ним сближаться.

Но что ещё больше их ошеломило, так это то, что Цинь Чэн ничего не возразил на поступок Жун Сюя, и даже взял на себя инициативу, чтобы помешать Жун Сюю забрать свою редьку обратно, после чего молча взял и съел её...

Мало того, что он съел всю его редьку, так он ещё переложил несколько рёбрышек из своей порции Жун Сюю...

— У них настолько хорошие отношения? Меня никак не покидает чувство, что что-то здесь не так.

— Ой, много ты знаешь! Я слышала от помощника режиссёра Цуй, что Цинь Шэнь и Жун Сюй хорошо знают друг друга. Они, кажется, вместе выросли, так что ничего странного в их поведении нет.

— О-о-о, вот оно как… тогда неудивительно, что Цинь Шэнь так хорошо к нему относится.

Жун Сюй понятия не имел о том, что по площадке гуляли слухи об их с Цинь Чэном «совместном детстве».

После обеда Лю Лао подозвал к себе Жун Сюя и о рассказал ему о сцене, которую они должны начать снимать. К половине второго вся команда была готова вернуться к работе. Съёмки на этот раз проходили в декорациях простенького дома, а не во дворце, и Жун Сюй переоделся в более простой повседневный наряд.

Это была та самая сцена разговора Чжу Можэня с Кун Чао.

Когда год назад Кун Чао пришёл во дворец, чтобы доложить о рабочих нюансах, ему так и не довелось увидеть Чжу Можэня лично. После того, как он прождал у дворца несколько часов, Чжу Можэнь любезно выпроводил его прочь.

Только когда стало известно, что Кун Чао расследует таинственную гибель членов Цзиньи-вэй, Чжу Можэнь внезапно заявился к нему домой, и они, наконец, познакомились.

После съёмок «Чёрных туч» прошло уже полгода – именно столько Жун Сюй не играл с Цинь Чэном на одной площадке.

В «Черных тучах» кинозвезда Цинь Чэн играл всего лишь второстепенную роль, на которую он вызвался добровольно. Тогда он старался «сдерживать свою ауру», играя на одной площадке с Жун Сюем, чтобы не «затмить» его своей игрой, однако ему трудно было сдерживать себя в сценах с другими актёрами, вроде Юй Сыюй.

Но в «Диких цветах» всё было иначе, поскольку здесь главную роль играл Цинь Чэн, а не Жун Сюй.

Вчера вечером Жун Сюй специально пришёл на площадку, чтобы понаблюдать за игрой Цинь Чэна. Такой импульс, подавляющий всех вокруг, невозможно было скрыть. Он буквально охотился на своих противников, заставляя их двигаться в такт его ритму. Даже актёр, игравший роль второго плана, затерялся на фоне Цинь Чэна и тоже был вынужден подчиниться его ритму.

Чтобы в одночасье прославиться и обрести такой статус, этот мужчина полагался не на свою семью и связи, а на свои собственные силы.

На площадке Жун Сюй стоял у стола Восьми Бессмертных, разглядывая простую чайную чашку.

В отличие от прослушивания, на этот раз он наливал в чашку настоящий чай. К тому же, в этот раз он разговаривал не с пустотой: командир Цзиньи-вэй, которого он ждал, должен был открыть дверь и застать его у себя дома.

Лю Лао, сидевший в углу за монитором, поднял глаза и обменялся взглядами с Жун Сюем. Юноша легонько кивнул, и Лю Лао всё понял.

Жун Сюй повернул голову и посмотрел в сторону двери: он знал, что Цинь Чэн уже давно ждал сигнала за дверью. Ещё минута – и мужчина толкнёт дверь и разыграет с ним сцену «первой встречи», используя все свои силы без единого намёка на снисходительность, дабы показать эту сцену зрителю в самых ярких красках.

Лю Лао, убедившись, что все готовы, поднял руку:

— Начали!

***

Город В, элитный клуб.

Медленная элегантная эвфемистическая музыка заполняла тишину в тихом чайном домике. В изысканном искусственном фонтане посреди зала журчала чистая вода, сопровождаемая звуками элегантной классической музыки, из-за чего это место становилось ещё очаровательнее.

Этот клуб был место встречи представителей высшего сословия. Многие дамы приходили сюда попить чаю и поиграть в маджонг-10. Мужчины предпочитали играть в покер, а женщины – в маджонг, сопровождая игру постоянной болтовнёй и обсуждением новых покупок. Так они поддерживали свою «дружбу».

Сегодня в этом чайном домике сидели четыре дамы средних лет, очень дорого одетые.

Семь или восемь официанток почтительно разливали им чай и подавали закуски. Вытянув свои ухоженные ручки, женщины неспешно играли в маджонг. Впрочем, игра была нужна им лишь для прикрытия, – они собирались в этом месте сугубо для обмена сплетнями.

Высокая худая женщина аккуратно вытянула одну кость и с улыбкой сказала:

— Кстати, на прошлой неделе Ван Цзя родила сына, и старый Ван назвал его Ван Дун.

— О, я видела этого ребенка только вчера! Он такой красивый, весь в свою мать – большую звезду!

Высокая худая женщина улыбнулась и улыбнулась:

— Большая звезда? Ха, она всего лишь второсортная малоизвестная звезда. Её можно сравнить с Жун Сюем нашей миссис Жун. — после её слов все трое посмотрели на богатую женщину. Высокая женщина с улыбкой продолжила. — Моей девочке очень нравится Жун Сюй Вашей семьи! О, миссис Жун, когда же Ваш Жун Сюй уже наиграется и вернётся, чтобы унаследовать семейную собственность? Моя девочка больше не может ждать!

На толстом лице миссис Жун промелькнуло смущение, и она сухо улыбнулась в ответ:

— Жун Сюй? Да кто он такой? Всего лишь мелкий актёр!

Высокая худая женщина тут же покачала головой и возразила:

— Не говорите ерунды! Моя девочка говорила, что последний фильм с участием Жун Сюя вашей семьи собрал в прокате более 10 миллиардов долларов. Каким, интересно, был его гонорар за эту роль? Должно быть, миллионов сто?

Миссис Жун улыбнулась и сказала:

— Всего-то?

Другая дама по-странному ухмыльнулась и сказала:

— Мир непредсказуем. Если Жун Сюй вашей семьи станет таким, как Цинь Чэн, у вас будет столько трофеев, столько акций «ХуаСя Энтертейнмент», столько инвестиционных проектов... это не мелочи.

Как только она договорила, дамочки тихо рассмеялись.

Вскоре они сменили тему. Остальные «подружки», естественно, не заметили, что лицо миссис Жун внезапно побагровело, а губы побелели.

Дождавшись окончания этой бессмысленной игры в маджонг, тётушка Жун села в машину и подозрительно пробормотала:

— Он... станет как Цинь Чэн? Как такое возможно?! — но через некоторое время она сжала кулаки. — Если он действительно станет им... что же он сможет сделать?

На лице миссис Жун внезапно промелькнул след паники, и она тут же поторопила водителя, стремясь поскорее попасть домой.

Едва вернувшись домой, она бросилась в кабинет мужа. Не успев открыть дверь, она громко сказала:

— Жун Хэн, этот мелкий ублюдок уже взрослый. Что нам делать? Не притворяйся, что не знаешь! Мы не можем больше ждать! Поторопись и разберись с этим наследством. Быстро!

Как и на прослушивании, когда Лю Лао крикнул «Начали!», Жун Сюй без колебаний поднял со стола простую чашку.

Тонкие изящные пальцы осторожно покачивали чайную пену в чашке, и слабый аромат чая быстро распространился по студии.

Сегодняшний костюм Жун Сюя был куда шикарнее, чем тот, что был на нём во время прослушивания. Стилист разработала заколку для волос специально для его формы лица, а одежду перешили за ночь, подогнав её под каждый изгиб его тела. Издалека, даже в тускло освещённом простом особняке, когда Жун Сюй поднимал руку, он весь сиял, элегантный и благородный.

Что удивительно, Жун Сюй крайне спокойно размешивал свой чай, не торопясь отпивать. Цинь Чэн, казалось, даже через дверь мог почувствовать, что сейчас происходит в «особняке». Когда Жун Сюй сделал глоток чая, он внезапно зашагал вперёд, подойдя вплотную к двери.

Он специально отходил на пару шагов, чтобы предупредить актёра в доме о своём приближении: «я сейчас войду – приготовься».

Лю Лао, наблюдавший за происходящим через мониторы, обнаружил, что едва Жун Сюй поставил чашку на стол, как Цинь Чэн внезапно начал идти к двери. Эти двое отлично понимали друг друга, и им не нужно было делать подсказки. Уже в следующее мгновение Цинь Чэн протянул руку и потянул на себя старенькую деревянную дверь – в дом хлынул яркий свет.

В мгновение ока Жун Сюй остановил свои изящные манипуляции с чаем и повернулся, чтобы посмотреть на вошедшего. В этот же момент Цинь Чэн заметил у себя дома гостя и замер, уставившись на него.

Тёмно-коричневая парчовая накидка подчёркивала стройное длинное тело молодого принца. Его пояс был инкрустирован белым нефритом, на котором было выгравировано одно слово – «琅». Остальная часть его одеяния не была ничем украшена. Стоя в зале своего дворца, он выглядел очень статно и внушительно, но, стоя здесь, в особняке своего подданного, он слегка изогнул губы, глядя на внезапно появившегося на пороге командира Цзиньи-вэй, и мягко улыбнулся.

Люди всего мира сходились на том, что среди трёх сыновей и четырёх дочерей нынешнего Святого Императора, шестеро имели довольно обычную внешность и не унаследовали внешних черт матери-наложницы. Один только принц Чжу Можэнь был великолепным статным красавцем, совершенно не похожим на Его величество Императора.

Кун Чао, естественно, знал принца, но он уж точно не ожидал застать его в своём собственном доме.

Внезапный шок заставил командира Цзиньи-вэй остолбенеть, поэтому он не сразу отсалютовал Принцу. Он с ужасом смотрел на молодого красивого принца перед собой. Чжу Можэнь тоже смотрел на него. Глаза мужчин скользили по лицу собеседника. Через некоторое время Кун Чао внезапно пришёл в себя и тут же опустился на одно колено.

— Министр Цзиньи-вэй, командир Кун Чао рад приветствовать Его Королевское Высочество принца. — внезапно раздался в студии низкий магнетический голос мужчины.

Цинь Чэн опустил голову и уперся коленом в каменный пол, почтительно приветствуя принца. Его голос был подобен ледоколу, холодному и твёрдому, неукоснительно ворвавшемуся в сердца всех присутствующих. Атмосфера в зале внезапно стала немного торжественной, и все сотрудники заворожёно уставились на двух мужчин в центре съемочной площадки. Сами того не замечая, они напряглись.

Такая атмосфера сцены была задана Цинь Чэном, даже если он сам об этом не подозревал.

Хороший актёр может заставить людей «почувствовать себя внутри сцены». Когда он произносит реплики, играя своего персонажа, у зрителя возникает сильное чувство подмены, и он может понять и прочувствовать настроение персонажа в данный момент и даже разделить с ним его боль.

Цинь Чэн обладал отлично поставленным голосом, и сейчас его голос сильно отличался от его обычной речи. Он по-прежнему был пьянящим и приятным, но в голосе Кун Чао появились ледяные нотки. Он явно выражал принцу своё уважение, но не мог скрыть свой холодный и сильный дух.

Жун Сюй с улыбкой наблюдал за этой сценой «с первых рядов», но на его сердце в этот момент было очень спокойно. Он улыбнулся и сказал:

— Командир Кун, Вам не обязательно быть таким вежливым. Приходить сюда было неуважительно с моей стороны.

В следующий момент, когда прозвучали эти слова, Кун Чао встал с колена, стоя с принцем лицом к лицу, что было неуважительно по отношению к нему. Однако на лице Чжу Можэня не появилось и следа печали – он с тихим звоном поставил чашку на стол.

В центре студии, Жун Сюй стоял за столом Восьми Бессмертных, тихий и спокойный, и просто улыбался. Цинь Чэн же был очень холоден, и на его решительном красивом лице не было никакого выражения. Тёмные зрачки сверкали слабым светом, глядя на молодого принца перед собой.

Это противостояние длилось всего несколько секунд, но зрители успели почувствовать себя подавленными.

Один – улыбчив, другой – холоден.

Ни один из них не говорил и не шевелился, но Ло Вэй, стоявшая в паре метров от них, почувствовала себя немного запыхавшейся. Ей казалось, будто она слышит фоновую музыку, напоминающую низкий звук гуцинь; этот звук эхом отзывался в студии, медленный, но при этом очень напряжённый… прямо как сцена, разворачивающаяся у неё на глазах.

Кун Чао думал о том, стоит ли ему доверять этому принцу.

Спокойствие Жун Сюя и холодность Цинь Чэна составляли резкий контраст. Сначала Ло Вэй почувствовала, что, когда эти двое мужчин стоят вместе, они выглядят очень приятно для глаз. Но постепенно она погрузилась в сюжет и затаила дыхание, ожидая дальнейшего развития.

Наконец, первым двинулся Цинь Чэн. Он взглянул на нежного  спокойного принца и спокойно сказал:

— Я не знаю, почему Его светлость Принц сегодня здесь.

Жун Сюй усмехнулся:

— Командир Кун уже знает ответ.

Цинь Чэн равнодушно возразил:

— Не знаю.

Уголки губ Жун Сюя приподнялись ещё выше. Его ясный взгляд упал на неизменно холодное лицо Кун Чао, и он спокойно сказал:

— Я слышал, что вчера в переулке Янь Ло на Западном рынке командир Кун по ошибке чуть не ранил людей. Среди этих людей был один человек... мой двоюродный брат.

Цинь Чэн сразу же выразил удивление и слегка склонился:

— Я этого не знал! Пожалуйста, простите мне этот грех!

После прослушивания Жун Сюя на прошлой неделе сценарист немного вдохновился и решил изменить первые совместные сцены Чжу Можэня и Кун Чао. Вместо того, чтобы перейти сразу к главной теме, он решил добавить в их диалог небольшой «виток» в виде обсуждения происшествий в переулке. Этот «виток» не только был связан с предыдущей сюжетной линией, но и отлично раскрывал характер двух героев и их взаимоотношения.

Согласно сюжету, накануне вечером Кун Чао, следуя найденным уликам, отправился в переулок Янь Ло, где встретил Шэн Сянцзюнь.

«Дикие цветы» – как фильм, повествующий о Цзиньи-вэй, – обязательно должен был включать в себя много боевых сцен. Поэтому вчера по сюжету кто-то попытался убить Шэн Сянцзюнь, а Кун Чао, случайно оказавшись рядом, защитил девушку. После драки половина переулка оказалась разрушенной.

Сегодня рано утром помощники доложили об этом инциденте принцу, но, поскольку Кун Чао был в маске, поймать его не удалось.

Брат принца упоминался по сценарию только на словах – актёра на эту роль не брали.

Сегодня принц явился домой к Кун Чао, потому что, когда Кун Чао вчера убегал, он случайно обронил свой нефритовый значок. Его после нашли и передали Принцу люди Восточного крыла. Великий евнух Ли Гунгун прямо назвал принцу имя Кун Чао, поэтому сегодня он наведался к нему в гости, под видом «заботы о кузене».

Конечно, Кун Чао не мог напрямую спросить у принца, откуда тому было известно, что эту драку прошлой ночью учинил именно он. Поэтому он склонил колено и попросил прощения.

Эта сцена показывала превосходство Жун Сюя. Он играл принца, и Кун Чао то и дело преклонял перед ним колено. Однако это совсем не означало, что Цинь Чэн был в этой сцене «ниже» его.

Когда Цинь Чэн извинялся, признавая свою вину в случившемся, Жун Сюй смутно почувствовал, что именно Цинь Чэн, а не он, задаёт атмосферу этой сцены и руководит ей.

Ему нужно было только следовать чувствам Цинь Чэна – и он не ошибётся.

Однако в следующую секунду Жун Сюй, от которого никто этого не ожидал, внезапно шагнул вперёд и поднял Цинь Чэна с колен!

В глубоких глазах мужчины промелькнуло удивление, но лицо его лицо по-прежнему оставалось спокойным. Руки Жун Сюя слегка поддерживали его за локти, и фигура Цинь Чэна отражалась в паре его полупрозрачных нежных глаз. Молодой принц улыбнулся ему и низким голосом произнёс:

— Мой двоюродный брат упрям – что плохого в том, что командир Кун преподал ему полезный урок?

На этом сцена закончилась.

Операторы принялись менять угол наклона камер, потому что следующей сценой было признание Кун Чао. Принц тоже медленно изменил своё положение по отношению к Кун Чао. Лю Лао планировал снимать эту сцену под небольшим углом: Цинь Чэна – сверху, а Жун Сюя – снизу. Этот резкий контраст символизировал противоположность позиций двух людей.

Когда Лю Лао остановил съёмки, гримёры один за другим побежали на площадку и принялись помогать Жун Сюю и Цинь Чэну с гримом.

Актёру тоже нужен грим, ведь на большом экране видно всё, вплоть до крохотных пор. Чтобы добиться идеальной картинки, грим просто необходим, даже если актёр и без того выглядит хорошо.

Однако Жун Сюю и Цинь Чэну после съёмок целой сцены понадобилось лишь пары взмахов кистью, после чего гримёры тут же покинули площадку.

Лю Лао в этот момент продолжал управлять камерами и операторами, поэтому Цинь Чэн отвёл Жун Сюя на пару шагов в сторону и прошептал:

— Отлично перевоплотился.

Услышав это, Жун Сюй был слегка удивлён. Он подсознательно повернул голову и посмотрел Цинь Чэну в глаза. В этих глубоких тёмных глазах читалась слабая улыбка. Костюм «летучей рыбы» Кун Чао делал Цинь Чэна холодным и равнодушным. Если людям и раньше казалось, что к нему трудно приблизиться, то теперь – когда он стал ещё холоднее – и подавно.

Однако это отчуждение чувствовал только персонал в студии. Жун Сюй же, напротив, чувствовал теплоту в своём сердце и не мог не поднять губы в улыбке:

— Ты хотел задавить меня.

Цинь Чэн был ошеломлён и рефлекторно переспросил:

— Задавить?..

Жун Сюй не осознавал всей двусмысленности своих слов. Он приподнял бровь и кивнул:

— Когда ты играл, разве ты не хотел умышленно вовлечь меня в свою игру?

Нет ничего плохого в том, чтобы играть в ритме Цинь Чэна. Цинь Чэн прекрасно изучил сценарий, и Лю Лао никогда не возражал и не мешал ему принимать решения самостоятельно. Если бы Жун Сюй в этой сцене слепо следовал за Цинь Чэном, Лю Лао стопроцентно остался бы доволен.

Однако Жун Сюй не любил, когда им управляли. У него имелось собственное понимание своего персонажа и роли, и ему не нужно было, чтобы его «вёл» Цинь Чэн. Поэтому в конце сцены он и сделал этот внезапный шаг, чем нарушил ритм Цинь Чэна, каким тот его себе видел.

Цинь Чэн уже давно понял, о чём говорит юноша. Однако он опустил глаза, улыбнулся и многозначительно сказал:

— Значит… я давил на тебя.

Жун Сюй тихо фыркнул и не ответил.

Неизвестно, что случилось с группой операторов, но Лю Лао до сих пор не спешил начинать съёмки следующей сцены, а остальные члены команды были очень чем-то заняты. Цинь Чэн  огляделся по сторонам, а затем подошел к Жун Сюю, который не обращал на него никакого внимания, пока... их пальцы вдруг не сцепились!

Жун Сюй с удивлением посмотрел на Цинь Чэна, только чтобы увидеть ухмылку на тонких губах последнего:

— Тогда... как насчёт того, чтобы вместе устроить отличную игру?

На костюме Чжу Можэня были очень широкие манжеты, которые без труда закрывали сцепленные  мизинцы двух мужчин.

Услышав Цинь Чэна, Жун Сюй невольно  ухмыльнулся:

— Пари на мизинцах?

Цинь Чэн поначалу не собирался заключать пари – он просто не мог не прикоснуться к своему любимому. Однако, когда он это услышал, то не стал отказываться.

— Что ж, да, пари на мизинцах... Кто получит дополнительный дубль, тот проиграл?

Жун Сюй с улыбкой согласился:

— Идёт!

Через несколько минут Лю Лао стал свидетелем самой гладкой игры в его жизни.

Он никогда не беспокоился о способностях Жун Сюя и Цинь Чэна в произношении реплик. Умение запоминать реплики – это основная составляющая любого актёра. Проблему с произношением  строк ещё можно простить, ссылаясь на плохие актёрские способности, однако если вы не можете даже запомнить свои реплики, то что это?! Это не просто плохая актёрская игра – это ужасная профессиональная актёрская этика!

Но для этих двух мужчин таких проблем, как запоминание и произношение реплик, просто не существовало.

Когда Цинь Чэн произносил свои строчки звучным мощным голосом, зрителю даже не нужно было видеть его, чтобы понять: это хладнокровный и решительный рыцарь. Когда Жун Сюй произносил свои реплики тихим приятным голосом под звон своей чашки, безразличная спокойная улыбка делала его красивое белое лицо необъяснимо элегантным и умиротворённым.

Последняя сцена с Цинь Чэном была финальной  в этом фильме для Жун Сюя.

Их первая сцена переснималась всего один раз, и то не по их вине: Лю Лао не понравился угол наклона камеры.

Когда эти двое играли на съёмочной площадке, многие сотрудники заворожено смотрели на них. Они сами не замечали, с каким удовольствием наблюдали за ними. Когда съёмки первой сцены были закончены, один из членов группы сказал:

— Цинь Шэнь играет очень хорошо – я словно перенёсся в  эту комнату!

Хуан Лэй проходила в этот момент мимо и, услышав это, слегка приспустила свои солнцезащитные очки и улыбнулась сотруднику.

Только что она тоже лицезрела игру Жун Сюя и Цинь Чэна. Она считала, что никто, кроме неё, в этой команде не мог позволить себя сказать: «Я лучше всех знаю, каково это – играть с Цинь Чэном».

Вчера, когда Жун Сюй снимал свою сцену во дворце, по другую сторону студии «Группа В» снимала свою сцену. Цинь Чэн и Хуан Лэй снимались в той сцене, где «герой спасает красавицу в переулке Янь Ло». Хуан Лэй была уверена, что ей не нравится этот красивый парень, однако когда Цинь Чэн «спасал её в борделе», она смотрела на его красивое лицо и чувствовала, как бешено колотится её сердце.

Шэн Сянцзюнь без колебаний влюбилась в этого человека, и хотя Хуан Лэй не могла сказать того же о себе, она была вынуждена признать, что понимает свою героиню Шэн Сянцзюнь.

Если бы в жизни такой сильный и красивый мужчина внезапно спас её, когда она попала в беду, она бы точно в него влюбилась.

— Ах, как Цинь Шэнь может быть таким красивым!.. Я с нетерпением жду выхода наших «Диких цветов»! Когда придёт время, весь мир увидит его... Цинь Шэнь становится красивее с каждым годом! Третий молодой мастер – совсем не его уровень. Он становится всё красивее, а его актёрские способности – всё лучше и лучше! Ах…

Слушая свою помощницу, Хуан Лэй остановилась, посмотрела на неё и улыбнулась:

— В последний раз я попросила тебя наладить хорошие отношения с Жун Сюем – как успехи?

Помощница тут же вырвалась из своих фантазий и ответила:

— У меня хорошие отношения с помощницей Жун Сюя.

Хуан Лэй кивнула, сделала несколько шагов вперёд, собираясь уходить, но внезапно кое о чём подумала:

— Ты постоянно твердишь, что Цинь Чэн очень красивый… а как тебе Жун Сюй?

Помощница опешила:

— Жун Сюй?.. Жун Сюю в этом году исполняется всего 18 лет или 19? Мне не нравятся парни младше меня, но он тоже очень даже красивый.

Хуан Лэй многозначительно улыбнулась и сказала:

— Я просто оцениваю его игру в одной сцене с Цинь Чэном. Если бы я была юной зрительницей-фанаткой… он бы понравился мне больше.

Помощница выглядела неловко и не понимала сути её вопроса, однако Хуан Лэй к этому времени уже успела уйти далеко вперёд.

Сегодня весь день велись съёмки совместных сцен Жун Сюя и Цинь Чэна.

К десяти часам вечера все сцены были, наконец, закончены. Через два дня – после съёмок боевой сцены с Цинь Чэном – Жун Сюй мог покинуть группу.

Возможно, поняв, что у Жун Сюя осталось очень мало времени на их площадке, юная сотрудница лично принесла ему на ужин ланч-бокс. Глядя на мясо, Жун Сюй был так удивлён, что молча вытаращился на неё и улыбнулся, не зная, что сказать.

Девчушка покраснела, помотала головой и убежала прочь.

Цинь Чэн, который только что подошёл, держа в руках два ланч-бокса:

— ...

Мужчины, одетые в костюмы, сели рядом за небольшой пластиковый столик и принялись ужинать.

Жун Сюй взял палочки для еды, выудил из своей порции весь редис и аккуратно переложил его в коробочку Цинь Чэна.

Мужчина не останавливал его и лишь молча наблюдал за его движениями, опёршись подбородком на руку. Однако, когда Жун Сюй принялся выбирать из своей тушёной рыбы петрушку, он внезапно протянул свои палочки и заблокировал его движение.

Жун Сюй:

— ???

Цинь Чэн слегка поджал губы и тихо объяснил:

— Я тоже не ем петрушку.

Как только эти слова прозвучали, в глазах юноши появилось понимающее выражение.

Затем Цинь Чэн принялся помогать Жун Сюю выбирать петрушку из его порции, а Жун Сюй, в свою очередь, выуживал своими палочками петрушку из ланч-бокса Цинь Чэна. Очевидно, удобнее было бы каждому выбирать петрушку из своей порции самостоятельно, однако они необъяснимым образом не замечали очевидного и продолжали заниматься этим странным и неудобным действом.

Эта сцена была замечена многими сотрудниками на площадке. Все они взволнованно перешёптывались:

— Расти вместе с самого детства – это так потрясающе...

Жун Сюй, конечно же, по-прежнему не догадывался о том, что они с  Цинь Чэном «росли вместе».

После тяжёлого съёмочного дня все вернулись в отель.

Жун Сюй перекинулся с Цинь Чэном всего парой текстовых сообщений, после чего они пожелали друг другу «спокойной ночи» и приготовились отдыхать, ведь на следующий день их ждали съёмки боевых сцен. Естественно, перед съёмками Жун Сюю нужно было как следует отдохнуть и набраться сил.

Пока процесс съёмок «Диких цветов» шёл своим плавным ходом, команда «Затерянного города» по-прежнему вела ежедневную публикацию различных рекламных микроблогов в Вэйбо.

Эта команда действительно была очень серьёзной, что стало видно с первого же их промо-поста… Пользователи сети и представить себе не могли, что это была лишь затравка! В последние дни команда «Затерянного города» начала публикацию кадров из фильма. Некоторые кадры изображали персонажей фильма, но другие... на них на самом деле были изображены кровавые сцены с места преступления! И даже цензурирующие «квадратики» не могли сделать эти кадры менее ужасающими…

Как может криминальный фильм так прямо заявлять о себе и своём тяжёлом сюжете?! Разве они не должны заманивать людей в кинотеатры «лайтовыми» кадрами, чтобы получить нормальные кассовые сборы?!

Впрочем, были у пиар-команды «Затерянного города» и хорошие стороны. Они публиковали по одному-два кадра каждый день, утоляя аппетит публики, а каждые три дня они выкладывали видео со съёмок.

Многие съёмочные группы нанимали специальных сотрудников для того, чтобы снимать сам процесс съёмок со стороны. На этих видео нет упоминания важной для сюжета информации, но зато на них встречаются интервью, которые сотрудники берут у актёров во время перерыва.

Например, в первом закулисном видео «Затерянного города» героиня Жэнь Шучжэнь била кулачками в грудь актёра №3 Ма Ци! Когда у неё брали интервью, Жэнь Шучжэнь поморгала своими большими глазами и беспомощно сказала:

— Сегодня днём снимают сцены Жун Сюя и Авэня. Мы наблюдали за ними какое-то время, а потом они начали переснимать, и мы пошли играть в карты… ой, вырежи это!

В подобных видео было очень много забавных моментов, и атмосфера в команде на них казалась очень гармоничной. У всех были хорошие отношения, все отлично ладили, что было видно по тому, как ласково Жэнь Шучжэнь называла Жун Сюя «Жун Жуном», а Бай Сивэня «Авэнем».

Хотя эти кадры не раскрывали никакой важной для сюжета информации, на самом деле они немного намекали на неё.

У Жун Сюя и Бай Сивэня было много экранного времени в фильме, гораздо больше, чем у Жэнь Шучжэнь, Ма Ци и других.

Этот факт очень взволновал фанатов обоих актёров. Когда вышло второе видео этой серии, фанаты были взволнованы ещё больше.

«Ах, ах, ах, ах! Наконец-то оно вышло! Жун Жун такой милый!!!»

«Жун Жун в очках, божечки!!! Он такой красивый – у меня сейчас сердце выпрыгнет!!!»

«Какой же Жун Жун милый! У него спросили, что он ел на обед, а он пять минут рассказывал про то, что мясо в полдень особенно вкусное! Ха-ха-ха-ха, о каком вкусном мясе ты всё время говоришь, Жун Жун? Приходи ко мне домой, у моей семьи много мяса. Ты без проблем сможешь есть его в любое время!»

В Интернете – благодаря активной пропаганде «Затерянного города» – накал вокруг Жун Сюя всё никак не стихал.

Прошло меньше года с тех пор, как он дебютировал. В течение года он успел сняться в «Борьбе за превосходство» и «Западне», которые стали лауреатами разных премий. Жун Сюю они принесли четыре награды на трёх крупных телепремиях страны.

Хотя накал вокруг «Борьбы за превосходство» и «Западни» постепенно утих, по телеканалам время от времени транслировались эти два сериала.

С «Чёрными тучами» дела обстояли иначе. Со дня выхода фильма прошло два месяца. Однако во многих кинотеатрах были разрозненные сроки релиза, и в некоторых выход откладывался на полгода. На сегодняшний день общие кассовые сборы фильма составляли 12,8 миллиарда (8,7 миллиарда – в Китае, 4,1 миллиарда – за рубежом).

Если учитывать в кассовых сборах ещё и доход с продажи сингла «Потерянные крылья», то сумма составит более 15 миллиардов юаней, что при вложениях в 100 миллионов – просто невероятный результат!

Уже шёл июнь, то есть прошла половина года, и по кассовым сборам «Чёрные тучи» по-прежнему оставались чемпионом.

У продюсеров не было проблем с деньгами. После того, как Жун Сюй закончил съёмки «Затерянного города», многие съёмочные группы связывались с Ло Чжэньтао и предлагали Жун Сюю свои сценарии. Многие спонсоры пытались связаться с Жун Сюем, надеясь нанять его в качестве собственного представителя.

Режиссер Сюй Вэй, как и Лю Лао, не любил заранее афишировать свои фильмы. В этом отношении Сюй Дао был намного лучше Лю Лао. Когда команда официально объявит список актёров фильма, Сюй Дао опубликует постеры с фотографиями актёров и пригласит репортёров на публичную церемонию открытия.

Так что, хотя о съёмках нового фильма с участием Жун Сюя никому ещё не было известно, на следующей неделе после начала съёмок вся информация должна была быть обнародована.

С Лю Лао же всё обстояло иначе. Жун Сюй уже снимал последнюю сцену, а зрителям о фильме ещё ничего не было известно. Они не знали даже названия фильма Лю Лао – «Дикие цветы».

Естественно, это название имело своё предназначение.

Как уже говорилось раньше, форма Цзиньи-вэй шьётся из высококачественной парчи, а искусная девушка из Цзяннань вышивает на ней шёлковой нитью саблю.

Однако этот фильм назывался не «Летучая рыба» и не «Сабля» – он назывался «Дикие цветы»*. Режиссёр Лю, конечно же, намекал на что-то этим названием.

Кун Чао видел, как его братья умирают один за другим. Хотя это были слишком странные «совпадения», он на самом деле не собирался докапываться до правды. Он надеялся, что это действительно было простым совпадением.

Пока он Цзиньи-вэй, он привязан к своему поясу. Это жизнь и смерть, смирение с судьбой, отсутствие обид.

Однако последний погибший брат Цзиньи-вэй, который участвовал в старом деле Шэн Гэ, был серьёзно ранен перед своей смертью и скончался у Кун Чао на руках. Этот инцидент заставил Кун Чао, наконец, поверить, что всё это – никакое не совпадение. К тому же, он видел, как его умирающий товарищ указывал пальцем на его грудь, пока его сердце не перестало биться.

От начала и до конца Кун Чао считал, что этот жест погибшего товарища был простым предупреждением: «не забывай о нашей многолетней дружбе, помни нас, отомсти за нас».

Рыцарь железной крови в одиночку бросился выяснять правду и углубился в большую игру.

Когда он встретил Шэн Сянцзюнь, он выяснил «правду» и сообщил суду о грехах Восточного крыла. Его Королевское Высочество Принц лично заключил Ли Гаоданя – губернатора Восточного крыла – под стражу и приказал казнить его.

Увидев отрубленную голову Ли Гаоданя, Кун Чао решил, что его братья отмщены, и теперь он может объясниться перед оставшимися в живых братьями. Но в итоге он лишь остался истощён физически и морально и потерял в войне с Восточным крылом ещё немало братьев.

В конце концов, он ушёл с поста командира Цзиньи-вэй, покинул столицу и вернулся в свой родной город. Шэн Сянцзюнь понадобилось всего десять дней, чтобы отыскать его. Чувства Кун Чао к Шэн Сянцзюнь определенно нельзя было назвать любовью, но она влюбилась в этого неукротимого мужчину по-настоящему.

Кун Чао не стал прогонять Шэн Сянцзюнь, и она осталась.

Через год император тяжело заболел и, поскольку он уже принял решение передать престол принцу, тот стал новым Императором.

Кун Чао по-прежнему уважительно относился к принцу, поэтому, узнав эту новость, он напился с Шэн Сянцзюнь при луне, хорошо поужинав приготовленной ею едой. Они расслабленно праздновали назначение нового императора до тех пор, пока опьяневшая Шэн Сянцзюнь не рассказала ему о своей матери.

*Чжуан Хуа Ло (妆花罗) — особая вышивка узоров на ткани красочными нитями. В прошлом её делали в основном из цветов гибискуса, откуда и сохранилось название «вышивки из цветов\ вышивки из гибискуса».

В первых главах мне почему-то выдало перевод этого словосочетания с китайского как «дикие цветы», и я оставила его таким. Эту ошибку я осознала уже через пару глав, но менять не стала, поскольку после этого мне стало выдавать перевод «макияж для цветов», что было ещё хуже. В общем, я оставила вариант «Дикие цветы», понадеявшись на маловажность названия фильма для сюжета, и оказалась, как всегда, не права :( Я и сейчас не уверена, что это слово переводится как «вышивка», а не как «макияж» или что угодно ещё, потому что дальше будет фраза «эта вышивка – не Чжуан Хуа Ло», то есть это какая-то «конкретная» вышивка, которую я не понимаю, как назвать… Если кто-то в курсе, объясните моей глупой голове, пожалуйста :)

— Моя мать – наложница из семьи Чжао в Цзяннане. Семья Чжао – последние потомки Чжуан Хуа Ло, и моя мать – последний их представитель. Мать стала совсем бессильна, и её обязанности в вышивании (Чжуан Хуа Ло) постепенно разделились между членами остальных семей. Сейчас У Мэнси ничуть не уступает моей матери в мастерстве. Я хочу продолжить дело мамы, чтобы благодаря ему она всегда была жива. Ей было бы приятно.

Кун Чао, продолжавший пить, выглядел немного холодным. Он небрежно спросил:

— Ты тоже будешь вышивать цветы?

Шэн Сянцзюнь улыбнулась и сказала:

— Почему брат Кун так говорит? Все в моей семье Шэн умеют вышивать! Моя мать никогда не была скупой и всегда надеялась передать кому-нибудь это ремесло. Даже мой отец научился этому.

Кун Чао заинтересовался этим и достал со дна ящика свой костюм «летучей рыбы», который пылился там уже год. Он надел его, показался девушке и спросил:

— Как тебе?

Шэн Сянцзюнь улыбнулась и указала на вышивку в районе сердца:

— Здесь неправильная вышивка.

Кун Чао взглянул на тёмный узор у себя на сердце. Этот был логотип Цзиньи-вэй. Рисунок на каждом костюме Цзиньи-вэй мог быть разным, но тёмные линии всегда были одинаковы. Тёмные линии на его костюме были такими же, как и у его братьев по Цзиньи-вэй. Что же не устроило в этом узоре Шэн Сянцзюнь?

— Что не так с этой вышивкой?

Шэн Сянцзюнь взяла бумагу и начала делать набросок:

— Если ты хочешь вышить Чжуан Хуа Ло, нужно использовать лучший шёлк...

Пока эта нежная женщина говорила, она набросала на бумаге узор для вышивания. Мисс Шэн  училась рисованию и каллиграфии с раннего детства, и каждый мазок её пера был идеальным. За один миг она нарисовала несколько неправильных узоров.

— Вот эти стежки – неправильные. Из-за них вышивка не может считаться вышивкой Чжуан Хуа Ло.

Шэн Сянцзюнь была немного пьяной и не заметила потрясённого выражения лица Кун Чао.

Этот красивый холодный и решительный мужчина взял бумагу со стола дрожащими пальцами. Его глаза округлились от удивления. Он пристально смотрел на рисунок Шэн Сянцзюнь, пока его глаза не покраснели.

Шэн Сянцзюнь умела вышивать, но не понимала кодовых слов членов Цзиньи-вэй. Кун Чао понимал шифры Цзиньи-вэй, но не разбирался в вышивке.

Сегодня он впервые увидел то, чего раньше не замечал, и, наконец, понял, почему один из братьев перед смертью указывал пальцем на его грудь. С того дня Кун Чао не стирал свой костюм, а спрятал его в ящик и каждую ночь смотрел на кровавое пятно на его груди, мечтая отомстить за своих братьев.

Но он не знал, что на значке с изображением Цзиньи-вэй были выгравированы пять слов:

«Циветовый кот превращается в принца!»

Это было название одной сказки времён династии Сун, передаваемой людьми из уст в уста. Всего лишь шутка, которую не стоит воспринимать всерьёз. Однако смысл у этой истории был только один: принц – фальшивка!

***

Десять дней спустя на торжественной церемонии коронации наследника Императора.

Болезненного вида Император поднялся с постели с помощью своих помощников и лично вручил принцу нефритовую печать.

Однако в этот момент со стороны дворцовых ворот донёсся крик. Единственный брат императора и дядя принца, Гуанпин, сопровождаемый толпой людей, примчался на место проведения церемонии  и крикнул:

— Брат-Император! Не отдавайте нефритовую печать этому человеку!

Император был потрясен, а принц, который в это время преклонил перед Императором колени, молчал.

Это была последняя сцена с участием Жун Сюя и финал для его героя.

Её снимали более двадцати камер со всех сторон. Молчаливый принц, испуганный император и странные лица гражданских и военных чиновников... Ван Гуанпин привёл с собой членов Цзиньи-вэй, стоявших у главного входа во дворец, но последовавших за ним. Они бесцеремонно ворвались на торжественную церемонию большой вооружённой толпой,  чем сильно рассердили императора:

— Ван Гуанпин, ты хочешь восстать против… кхе-кхе-кхе...

Ван Гуанпин праведно спешился с коня. Он подошёл к Императору, приподнял полы своей одежды, преклонился перед старшим братом и с грустным выражением лица заговорил:

— Брат-Император, послушайте своего младшего брата! Вы не должны отдавать нефритовую печать племяннику... этому человеку не имперской крови!

Император так рассердился, что выругал своего вздорного брата. Однако он не заметил, что его самый любимый сын в этот момент стоял, преклонив перед ним колени и молча склонив голову, как будто ничего не слышал.

Ван Гуанпин поднял руку:

— Командир Кун, пожалуйста, расскажите обо всём Императору!

Члены Цзиньи-вэй расступились, и среди них показался холодный статный мужчина в чёрном, медленно зашагав вперёд. Рядом с ним со слезами на глазах шла молодая женщина во всём белом, держа в руках костюм «летучей рыбы». Подойдя к Императору, она преклонила колени и протянула перед собой костюм, залитый кровью.

Император, получивший слишком много потрясений для одного дня, отступил назад и рухнул на трон.

Гражданские и военные, собравшиеся в зале на торжественную церемонию, со странным видом наблюдали за этой сценой. В следующий миг они услышали, как рыдающая женщина начала свою печальную исповедь.

Её звали Шэн Сянцзюнь. Семья Шэн была верна семье Императора на протяжении нескольких поколений. Изначально члены семьи Шэн выполняли обязанности министра торговли, должны были помогать правительству. Они год за годом проходили через огонь и воду ради династии Мин, пока два года назад отец Шэн Сянцзюнь не встретил сумасшедшую женщину, вернувшись в свой родной город в Фуцзянь, чтобы навестить родственников. Эта сумасшедшая остановила его карету и принялась громко кричать.

Старейшина Шэн Гэ был озадачен и пожалел эту сумасшедшую. Кто бы мог подумать, что женщина окажется вполне нормальной. Прибыв в его особняк, она попросила Шэн Гэ вернуть ей сына.

Тогда Шэн Гэ и узнал секрет: Циветовый кот превращается в принца.

Императрица-мать Сяоци скончалась десять лет назад и была похоронена в имперском мавзолее, где её разместил Император, надеясь однажды оказаться похороненным рядом с ней.

Но на самом деле это была хитрая и жестокая женщина. Увидев, что у наложниц Императора один за другим рождаются дети, Императрица вступила в сговор с дворцовым доктором и имитировала свою беременность.

Она хотела сына, поэтому поймала десять дворцовых служанок и заставила стражников изнасиловать их. Так забеременели семь девушек.

Только у одной из них родился сын. Дворцовая служанка, так и не увидев своего сына, была избита по приказу Императрицы до полусмерти и брошена в колодец. Только вот Императрица Сяоци не предусмотрела, что стражника, которому было поручено убить служанку, замучит совесть, и он спасёт бедную девушку ночью и увезёт её из дворца.

Так родился принц, а десять служанок и десять стражников были тайно убиты. Только одной из девушек удалось выжить.

Мальчик родился умным и красивым, и когда ему было всего шесть лет, он получил титул Принца.

Глаза Шэн Сянцзюнь были красными от слёз, когда она, подняв над головой окровавленный костюм «летучей рыбы», громко провозгласила:

— Назвали этого мальчика Чжу Можэнь!

Лю Лао уже внёс немалый вклад в большое кино.

Главный режиссёр Китая снимал и сцены Великой войны с участием тысяч людей, и сцены масштабных взрывов, разрушивших целые улицы. Финальная сцена его фильма «Дикие цветы» тоже была внушительной: в ней было задействовано, по меньшей мере, 300 статистов.

Съёмочная группа арендовала дворцовый зал Города кино и телевидения. На этой просторной огромной площади перед дворцом чиновники в унисон преклоняли колени. Видны были только их головы. Перед ними в центре Золотого Зала стоял Император, держа в руке холодную нефритовую печать и с изумлением глядя на женщину, преклонившую перед ним колени вместе с сотней других чиновников.

Принц, облачённый в роскошные одежды, как ни в чём не бывало, стоял, склонившись перед Императором, делая вид, что ничего не слышит.

По просторному залу с шумом пронёсся унылый ветер.

Шэн Сянцзюнь всё ещё стояла на коленях на плите из синего камня, держа в руках костюм «летучей рыбы». Она плакала, склонив голову, больше ничего не говоря и предоставив Императору право решать. Глядя на эту сцену, ни гражданские, ни военные чиновники не осмеливались перешёптываться, тоже один за другим склоняя головы.

Император огляделся. Его болезненно-бледное лицо было морщинистым и бугристым. Спустя долгое время тишины по залу, наконец, пронёсся эхом его торжественный дрожащий голос.

— Что это за девушка-демон, почему она пытается обмануть толпу?! Быстро приведите её ко мне, накажите её!

Приговор был вынесен, и члены имперской стражи немедленно выступили вперёд, намереваясь схватить Шэн Сянцзюнь. Кун Чао выхватил свой нож, ловко раскидав четырех гвардейцев.

В этот момент раздался громкий голос Ван Гуанпина:

— Брат-Император, если Вы не верите этой девушке-сиротке – поверьте своему младшему брату! Ваш брат верит этой девушке. Ведь действительно, восемнадцать лет назад во дворце пропали десять служанок и десять стражников. Причина их смерти была до этих пор неизвестна, но раньше все они служили первой королеве. Более того, императорский врач Сун, который принимал роды у первой королевы, после этого внезапно вернулся в свой родной город. Но известно ли Императору, что уже через год он внезапно умер от холода?! Как мог он, с его медицинскими навыками, случайно умереть от холода? Брат, подумайте дважды!

Император махнул рукавом и побледнел:

— Катись прочь! Кхм-кхм! Кхм-кхм…

Ван Гуанпин внезапно рухнул на колени:

— Брат-Император, подумай дважды!

В зале воцарилась смертельная тишина; все чиновники стояли, склонив головы. На площади все, за исключением Кун Чао и его людей, стояли на коленях. Министры не осмеливались говорить, но, очевидно, они уже встали на сторону Ван Гуанпина.

Фактически, какой бы ни была на самом деле правда, сегодняшняя церемония больше не могла продолжаться.

Если Принц настоящий, то Император может передать ему престол и позже: он никуда не торопится. Однако если Принц – фальшивка, то это самое настоящее преступление против королевской крови и ужасный обман и заговор против Императора! Это решение нельзя было откладывать.

Безмолвная толпа из смиренных гражданских и военных чиновников, безостановочные уговоры младшего брата, окровавленный костюм «летучей рыбы», рыдающая девушка-сирота из семьи Шэн... всё это отражалось сейчас в глазах Императора. Практически прижатый к его шее кинжал вынуждал его немедленно сделать выбор.

Немощный старик сделал полшага назад, и на его усталом лице проступило бессилие и печаль. Лю Лао наблюдал за сценой через двадцать мониторов, и на шести из них он видел, что Жун Сюй держит голову опущенной, а чёрные волосы ниспадают ему лицо так, что его выражения не разглядеть.

Только его спина была прямой; с тех пор, как в зал ворвалась толпа, он ни разу не шелохнулся!

Завывая, подул холодный ветер, и Император, медленно опустив голову и посмотрев на своего сына, хриплым голосом заговорил:

— Сын... на сегодня церемония окончена. Встань. Мне... мне нужно кое-что с тобой обсудить.

Ответ – Чжу Можэнь продолжил молчаливо стоять на коленях.

— Эй, ты...

— Отец. — внезапно раздался низкий ровный голос, и все в студии сосредоточили свои взгляды на Жун Сюе.

Это была первая фраза, сказанная им в этой сцене. Его голос был спокойным и нежным, как и прежде. Слышавшие его зрители чувствовали в этот момент необъяснимое спокойствие и не могли не поверить ему. Им хотелось ему верить.

Чжу Можэнь, опустив голову, мягко произнёс:

— Отец, Вы можете доверять своему сыну.

Император долго колебался, не говоря ни слова.

Тихий печальный вздох раздался в молчаливой студии и быстро затерялся на свистящем ветру. На длинные волосы принца подул ветер, и он медленно поднял голову, показав зрителям сначала свои красивые глаза, а затем и изящное нежное лицо.

Под пристальными взглядами большой толпы молодой принц приподнял уголки губ и нежно улыбнулся, но на его глазах начали проступать слёзы. Он не плакал, а просто улыбался, глядя на своего отца, который растил его на протяжении восемнадцати лет. Он смотрел на него самым нежным взглядом и самым спокойным и мягким голосом произнёс:

— Ты мне не веришь.

Это был не вопрос. Утверждение.

В голосе принца не было и тени сомнения. Он твёрдо произнёс эти четыре слова.

Многие сотрудники в студии заворожено наблюдали за игрой Жун Сюя, не в силах отвести от него глаз. У особо чувствительных даже раскраснелись глаза и к горлу подступил ком.

На этом съёмки этой сцены были окончены, и операторы и группа по освещению занялись сменой положения и углов камер и света, готовясь к съёмке оставшихся кадров.

Жун Сюй слишком долго стоял в этой сцене на коленях. Когда он встал, то почувствовал дикое онемение в ногах. Ло Вэй заботливо помогла ему помассировать икроножные мышцы. Спустя всего пять минут отдыха Жун Сюй должен был приступить к съёмкам следующей сцены.

Ло Вэй фыркнула и сказала:

— Будет сложно сниматься в следующей сцене без массажа…

Жун Сюй беспомощно улыбнулся и успокоил девушку:

— Всё в порядке. У меня хотя бы не так много боевых сцен, как у Цинь Чэна, так что ничего страшного. Я справлюсь.

Да, дальше начиналась боевая сцена с участием Жун Сюя.

Произнеся эти грустные и отчаянные четыре слова, принц внезапно дёрнулся и выхватил кинжал из-под своего нефритового пояса. Он схватил Императора одной рукой, а другой крепко прижал к его шее кинжал.

Император был потрясён, а зрители, собравшиеся во дворце, погрузились в хаос.

Ван Гуанпин быстро приказал армии спасти Императора. Кун Чао тоже был удивлён, но оперативно повёл Цзиньи-вэй в атаку.

Такое поведение Принца было молчаливым доказательством правоты сиротки Шэн Сянцзюнь. Именно Принц подставил и казнил верного Императору и ни в чём не повинного Шэн Гэ, обвинив его в измене и перерезав всю его семью. Именно принц свалил всю вину на Восточное крыло. А только что ему почти удалось обвести вокруг пальца Императора и незаконным путём занять трон.

Со всех сторон сбегались многочисленные офицеры и солдаты, а чиновники ошеломлённо наблюдали за происходящим. Теперь уже никто не осмеливался поддерживать принца. Рука принца прижимала кинжал к горлу Императора. У юноши были неплохие навыки верховой езды и стрельбы, но в боевых искусствах он был не силён, однако ему вполне достаточно было приставить кинжал к шее императора, чтобы никто из стражи не осмелился убить его.

— С дороги! Кун Чао, убери своих людей! — красивый принц выхватил меч из ножен стражника и закричал, замахнувшись на одного из членов Цзиньи-вэй.

Вся сцена была жутко хаотичной, и один только Лю Лао мог найти в ней хоть какую-то логику, чтобы снять её должным образом. Многочисленные братья Цзиньи-вэй окружали Чжу Можэня, чьи глаза уже стали кроваво-красными. Левой рукой «принц» прижимал кинжал к горлу Императора, а правой сжимал длинный меч.

Цзиньи-вэй не осмеливались предпринимать необдуманные шаги, боясь причинить вред Императору. Поэтому они отступили, позволив Чжу Можэню сбежать из главного зала и добраться до ворот дворца. Ворота дворца были закрыты, и Чжу Можэнь, продолжая держать Императора одной рукой, приказал:

— Открыть ворота!

Вокруг дворцовых ворот стояло бесчисленное количество лучников. Все стрелы были нацелены на принца, но никто не осмеливался выстрелить, боясь промахнуться.

Чжу Можэнь снова рассерженно прикрикнул, глядя на группу лучников:

— Открыть ворота!!!

Злоба исказила его идеальное лицо, сделав его отвратительно отталкивающим, как у отчаянно рычащего на врага зверя, загнанного в угол.

Дворцовые ворота открылись, однако Чжу Можэнь не заметил, что один холодный мужчина уже успел выйти за ворота. Он встал по другую сторону стены, натянул длинную тетиву лука и, прищурившись, прицелился в бледного как смерть Императора и, удерживающего его, обезумевшего Принца.

Затем он натянул тетиву и выпустил стрелу!

*Свист!*

Тонкие перья стрелы пронзили левую руку Чжу Можэня и лишь легонько коснулись шеи Императора, оставив на ней крохотную царапину!

Этим метким стрелком был Кун Чао – человек, которого считали старшим братом сотни членов Цзиньи-вэй, беспрекословно повинуясь его воле.

Следующей сценой была схватка Кун Чао и Чжу Можэня.

Когда стрела пронзила его левую руку, кинжал внезапно выскользнул на землю, и Принц, стиснув зубы от боли,  пошатнулся вперёд, всё ещё удерживая Императора здоровой рукой.

Чжу Можэнь шагнул за открытые ворота дворца, и в его глазах внезапно промелькнула тень надежды. Он посмотрел вперёд и увидел медленно шагающего к нему Кун Чао с ножом в руке.

Надежда в его глазах постепенно угасла.

Кун Чао взмахнул мечом, расколов нефритовую корону на голове Чжу Можэня на две части. Длинные чёрные волосы упали на землю вслед за обломками короны. Красивое бледное лицо стало ещё белее. Юноша стиснул зубы, продолжая волочить за собой Императора, снова и снова блокируя удары Кун Чао, но в конце концов Кун Чао всё же смог нанести ему удар. Стоя перед ним на коленях, Чжу Можэнь поднял свой меч, чтобы защищаться, и отчаянно крикнул:

— Кун Чао, как ты посмел предать меня? У тебя нет совести!

Меч внезапно остановился в паре сантиметров от лица Принца.

Красивое лицо Кун Чао было покрыто каплями крови. Он опустил голову и пристально посмотрел на поверженного принца, стоящего на коленях.

Какое-то время помолчав, командир Цзиньи-вэй, наконец, прошептал:

— Принц был очень добр ко мне. В ту ночь, распивая с Вами алкоголь под луной, я восхищался Вашей добротой, но… Вы не заслужили всего этого. Вы убили сто тридцать шесть человек из семьи Шэн и одиннадцать моих невинных братьев!

Изо рта Чжу Можэня сочилась кровь, когда он холодно улыбнулся. Его лицо больше не выражало былой нежности и доброты. Он сказал:

— Не убей я их, я был бы уже мёртв!

В глазах Кун Чао промелькнула печаль. Он медленно покачал головой:

— Старейшина Шэн не собирался разглашать эту информацию. Только один из моих одиннадцати братьев знал это. Если бы Вы не убили его, он бы и не стал никому о Вас рассказывать. В тот день он умер у меня на руках, а знаете ли Вы, что он сказал мне накануне? Он сказал, что собирается уйти в отставку и вернуться домой, чтобы спокойно дожить до старости со своей невестой Цинь Мэй!  — к концу фразы глаза Кун Чао вспыхнули гневов. — Чжу Можэнь! Никто не смеет отнимать у невинных жизни! Тебе принадлежит только твоя жизнь!

На лице Чжу Можэня промелькнула тень сожаления о совершённых ошибках, но в следующий момент Кун Чао закричал и внезапно обрушил меч прямо на плечо Чжу Можэня, разбив его меч надвое!

Из раны хлынула кровь, забрызгав Кун Чао всё лицо.

Он сидел, опустившись на колени, и спокойно смотрел на молодого командира Цзиньи-вэй…

Как вдруг!

Он поднял свой сломанный меч и бросился на Императора. Однако Кун Чао был быстрее, и в следующее мгновение ему в сердце вонзился нож, вынудив его остановиться.

Нож был тонкий и лёгкий, со слегка изогнутым лезвием.

Горячая кровь прокатилась по рукояти холодного ножа и закапала на землю.

Все члены Цзиньи-вэй вокруг них замерли. Ван Гуанпин тоже был здесь, окружённый своей охраной. Он тоже наблюдал за происходящим широко раскрытыми глазами, не в силах сказать ни слова. Все собравшиеся были потрясены картиной, когда Принцу вонзили нож в спину. Сломанный меч, наконец, выпал из его руки на землю.

Никто не издавал ни звука; был слышен только шелест ветра.

Спустя долгое время тишины Принц скривил губы и беспомощно произнёс:

— Кун Чао, после того, как ты сделал это со мной… тебя не мучает совесть?

Изогнутый нож внезапно вырвался из его сердца, и Чжу Можэнь рухнул на землю. Кровь хлынула из глубокой раны в его груди, и вскоре дорожка из голубого камня окрасилась в красный. Длинные мягкие черные волосы были запачканы грязью, а красивое элегантное лицо – залито чёрной кровью. Кровь сочилась из его рта и ран на груди и плече.

В следующее мгновение Император издал горестный крик и внезапно бросился вперёд, сжав в своих объятиях холодное тело юного Принца.

Чжу Можэнь с большим трудом открыл глаза и взглянул на человека, которого на протяжении восемнадцати лет называл «отцом императором».

Император давно был тяжело болен и едва держался на ногах, однако в эту секунду он был необычайно силён, крепко прижимая к груди сына и рыдая. На его шее ещё виднелись следы крови от кинжала Принца, но когда дворцовые врачи попытались помочь ему, он махнул им:

— Спасите принца! Спасите принца!

Врачи один за другим становились на колени, но ни один из них не решался пойти вперёд, чтобы спасти принца.

Дело не в том, что они не хотели его спасать. Просто его уже было не спасти.

Принц сошёл с ума и буквально минуту назад пытался убить своего Отца-Императора. Кун Чао, как истинный член Цзиньи-вэй, остановил его, вонзив нож прямо ему в сердце. Настоящие Цзиньи-вэй не промахиваются, и если Кун Чао ударил его в сердце, значит он хотел, чтобы его удар пришёлся именно в сердце, а не куда угодно ещё.

В конце концов, Императору оставалось только прижимать тело принца к себе и горько кричать, взывая к небесам. Принц улыбался, глядя на своего старого отца. Он хотел что-то сказать, но не мог открыть рот, потому что кровь стояла у него в горле. Когда он пытался заговорить, он тут же начинал кашлять кровью.

Император крепко обнял сына и зарыдал:

— Если бы ты рассказал мне обо всём раньше, разве я убил бы тебя? Разве я убил бы тебя?!

При этих словах зрачки Принца внезапно расширились, и он вперился взглядом в Императора, оплакивающего его.

Чжу Можэнь медленно протянул руку, казалось, собираясь вытереть слёзы с лица отца. Но его рука внезапно замерла в воздухе и… обессилено рухнула на землю.

Лёгкий холодный ветерок медленно завывал в стенах дворца, запутывая длинные волосы Принца и пытаясь поднять их. Однако  из-за тяжести налипшей крови длинные волосы не двигались с места. Во дворе стояла смертельная тишина. Император тихо плакал. Все смотрели на мёртвого принца, как будто никто не ожидал, что всё закончится именно так.

Он умер с безмятежной улыбкой на губах. Но по его щеке прокатилась слеза, упав на землю, и, наконец, растворившись в пыли.

— СЫНОК!!!

Голос Императора был настолько преисполнен печали, что никто из присутствующих не смел даже шелохнуться.

На этом сцена была окончена.

Пожилой актёр, игравший Императора, крепко сжимал Жун Сюя и горько плакал. В конце концов, когда ты вживаешься в роль, тебе становится действительно больно, и ты плачешь по-настоящему.

Жун Сюй однажды уже снимался в подобной сцене, когда над его «трупом» тоже плакали. В то время он снимался в «Борьбе за превосходство» и играл ВаньЦи Яо. Жун Сюй отчётливо помнил, что в прошлый раз Е Цяо пришлось неоднократно переснимать эту сцену, а режиссёр Го был очень недоволен им.

Однако в то время, как подобные сцены очень трудны для молодых актёров, пожилым и опытным они даются в разы проще.

После того, как Лю Лао принял решение, что эту сцену переснимать не нужно, Жун Сюй вздохнул с облегчением, а Ло Вэй с волнением крикнула:

— Вы закончили!

Жун Сюй повернулся, чтобы посмотреть на неё, и рассмеялся:

— Ну, да, меня убили.

Услышав это, Ло Вэй была так счастлива, что по-глупому закивала головой, но после того, как её приступ возбуждения стих, она окинула взглядом обмякшего Жун Сюя, залитого «кровью», и с тревогой в голосе предложила:

— Жун Сюй, давайте-ка переоденемся.

Сцены сегодня снимались непрерывно. Хотя по сюжету боевые искусства Чжу Можэня не были высоки, да и боевых сцен у него было не много, сегодня его очень долго «мучили». Стрела торчала у него из руки, меч пробил плечевую кость, а грудь была пронзена ножом.

Естественно, это не было правдой. Все знали, что это – лишь грим  и спецэффекты, однако, глядя на Жун Сюя, они чувствовали дискомфорт. Первоначально великолепная мантия была разорвана в клочья, а длинные волосы, изначально идеально собранные, ниспадали теперь ему на плечи, покрытые кусками засохшей грязи и крови. Его лицо и одежда были залиты искусственной кровью. Внешний вид Жун Сюя в этот момент, несомненно, был худшим из всех, что ему когда-либо доводилось иметь на съёмках.

Кстати говоря…

Стрела, пронзившая его ладонь, была выпущена Цинь Чэном.

Меч, который вонзился ему в плечевую кость, принадлежал Цинь Чэну.

Нож, пронзивший его сердце... да, его тоже вонзил Цинь Чэн.

Поэтому Цинь Чэн быстро подбежал к нему после окончания съёмок, внимательно осмотрел пальцы Жун Сюя, нахмурился и спросил:

— Не больно?

Стрелу с руки Жун Сюя к этому моменту уже сняли, но грим в виде «дыры» ещё оставался.

Юноша с улыбкой приподнял бровь и ответил:

— Это всего лишь небольшой ушиб. Когда я падал на землю, я случайно ударился. — после паузы он добавил. — Или ты всерьёз думаешь, мне больно от стрелы, «угодившей» мне в ладонь?..

Сначала Цинь Чэн не ответил:

— ?..

Увидев ясные глаза мужчины, полные решимости и серьёзности, Жун Сюй сказал:

— Посмотри на моё плечо — оно пробито. Моё сердце пронзено. Мне больно! — сделав паузу, Жун Сюй с серьёзным видом посмотрел на Цинь Чэна и торжественно повторил. — Мне больно.

Цинь Чэн:

— ...

Глядя на насмешливое лицо Жун Сюя, как бы говорящее: «Ах, мне очень больно, посмотри на мои раны», мужчина медленно улыбнулся, почувствовав, как по его сердцу разливается тепло. Он посмотрел на Жун Сюя, серьёзно окинул взглядом его «раны», и, наконец, остановил взгляд на его глазах.

В эту секунду Цинь Чэн изо всех сил сдерживал себя, борясь с желание поцеловать юношу. Он не мог сделать этого на глазах у всей команды, поэтому ему оставалось только заключить Жун Сюя в свои объятия и прошептать:

— Поздравляю с окончанием съёмок, Жун Сюй!

Эти слова услышали многие члены команды поблизости и начали оборачиваться один за другим.

Жун Сюй какое-то время ошеломленно стоял на месте, но быстро спохватился, улыбнулся и крепко обнял мужчину в ответ.

Слова были излишни: просто обнимая его вот так и чувствуя биение его сердца, Жун Сюй и так прекрасно всё понимал.

Однако во второй половине дня Цинь Чэн узнал, что его «приговор» был на самом деле ошибочным.

Днём режиссёр Лю Лао, продюсер и сценарист провели короткую встречу. Когда они закончили, Лю Лао лично отыскал Жун Сюя, серьёзно посмотрел на него и сказал:

— Понимаете ли... после просмотра всех финальных сцен, которые мы отсняли сегодня, я вдруг понял, Жун Сюй, что хочу снять с Вами ещё одну сцену. Что Вы об этом думаете?

Жун Сюй, который только что закончил снимать грим и переодеваться:

— ...

Конечно, если речь идёт о таком масштабном фильме, как «Дикие цветы», то, чем больше у тебя экранного времени, тем лучше.

Как главный злодей этого фильма, Чжу Можэнь мог считаться только третьим мужским персонажем, потому что вторым был мелкий злодей Ли Гунгун. Хотя Ли Гунгун и не был главным злодеем, за исключением финальных сцен, он постоянно мелькал на экране, и у него было очень много сцен. Фактическая продолжительность всех сцен Жун Сюя оценивалась максимум в двадцать минут, чего было действительно мало.

Несмотря на то, что билет на завтра уже был куплен, Жун Сюй всё же без колебаний согласился:

— Хорошо, Лю Лао, я могу.

Эта была отличная возможность, и он не собирался её упускать.

Лю Лао, вероятно, тоже знал о завтрашнем рейсе Жун Сюя, поэтому махнул рукой и улыбнулся:

— Это не очень длинная сцена. Можете быть уверены: завтра днём Вы успеете на свой самолёт. Думаю, за сегодняшний вечер мы успеем снять сцену с вами и Цинь Чэном.

Жун Сюй улыбнулся и спросил:

— Это боевая сцена?

Лю Лао покачал головой:

— Нет, дружеская.

Услышав это, молодой человек посмотрел на режиссёра с удивлением и на мгновение задумался, прежде чем спросить:

— Дружеская сцена с участием Чжу Можэня и Кун Чао?

Лю Лао улыбнулся:

— Помните, что Цинь Чэн сказал сегодня во время съемок про «пили вместе под луной»? Я решил вставить этот эпизод в сюжет. В исходном сценарии Кун Чао очень уважительно относится к принцу, а Принц ценил его труд и восхищался им. Но теперь мне кажется, что нужно углубить отношения этого монарха и военного чиновника, сделать их друзьями... Жун Сюй, что Вы об этом думаете? — после этих слов Лю Лао посмотрел на Жун Сюя, казалось, ожидая его ответа.

Жун Сюй, широко раскрыв глаза, тихо прошептал:

— Друзьями... — в следующую секунду он улыбнулся и ответил. — Лю Лао, я думаю, это очень хорошая идея.

Лю Лао громко рассмеялся:

— Значит, я так полагаю, Вы согласны.

Как актёр, даже если он изо всех сил старался изучить сценарий и понять персонажей, он никогда не сможет сравниться с режиссёром в его понимании фильма.

Актёры играют свои роли, а режиссёр координирует всю работу на площадке. Поэтому Лю Лао увидел необходимость дружбы между Чжу Можэнем и Кун Чао.

Конечно, в любом деле должно быть своё место. Вероятно, если бы Лю Лао играл, он справился бы ничуть не хуже того же Жун Сюя и Цинь Чэна. Но вот Жун Сюй никогда бы не смог быть таким режиссёром, как Лю Лао.

Ещё было не поздно, поэтому, раз уж было решено добавить ещё одну сцену, Жун Сюй переоделся в белую парчу и отправился делать грим.

Первоначально эта сцена упоминалась в сценарии всего один раз, когда Шэн Сянцзюнь уже жила в доме Кун Чао. Однажды ночью она встала, чтобы отыскать Кун Чао, но дворецкий остановил её, сказав:

— Он сейчас принимает важного гостя. Ваше появление доставит всем неудобства.

Через Шэн Сянцзюнь зрители могли догадаться, что этот высокий гость – ни кто иной, как Принц.

Принц восхищался Кун Чао. В то утро у Кун Чао произошёл конфликт с людьми в Восточном крыле. Они не позволили ему войти внутрь. Ночью того же дня Принц лично явился в особняк Кун Чао и отдал ему специальный приказ.

Затем Кун Чао продолжил свою «битву» с Восточным крылом, но уже выполняя этот самый приказ.

Этот сюжетный ход был добавлен в сценарий для того, чтобы у Кун Чао появился повод для борьбы с Восточным крылом, но теперь, по прихоти Лю Лао, он стал событием, положившим начало дружбе между Чжу Можэнем и Кун Чао.

Так получилось, что в эту ночь луна была очень яркая. Повиснув высоко в небе, она источала яркий мягкий свет.

Итак, под пристальными взглядами членов команды, мужчины приступили к последней на сегодня сцене.

Принц, одетый в белую парчовую мантию, улыбнулся и налил вина холодному красавцу – командиру Цзиньи-вэй. Последний немедленно встал с места и отказался.

Он не ожидал, что Принц в ответ на это улыбнётся и начнёт настаивать:

— Что такое, командир Чао? Мне уже давно известно, что Восточное крыло высокомерно, и всегда было достаточно наглым. Однако Вы первый, кто осмелился открыто противостоять им. Такого я раньше не видел. Командир Чао, Ваша храбрость вызывает у меня восхищение.

Кун Чао всё ещё отказывался пить.

Юный Принц смущённо нахмурился и вздохнул:

— Командир Кун Чао смотрит на Принца сверху вниз?

Кун Чао на мгновение задумался и, наконец, сдался, сев на место.

Принц махнул рукой и отпустил стражу. Стражник не хотел уходить, поэтому Принц повернулся к нему и с улыбкой сказал:

— Если на меня нападёт вор, с которым не сможет справиться даже господин Кун Чао, то какая же здесь может быть польза от тебя?

Это предложение уже заставило Кун Чао расслабиться и почувствовать дружественную атмосферу.

В результате они остались одни, и Принц стал общаться с Кун Чао как с другом и налил ему вина. Человеческое сердце очень доброе, и даже Кун Чао, каким бы холодным он ни был, не мог не «оттаять» от вежливости и добродушия Принца.

Оставшись наедине и подружившись, мужчины, естественно, приступили к обсуждению разных тем.

Они говорили о чиновниках Восточного и Западного крыла, о военной ситуации на границе и о земельных налогах.

Кун Чао не осмеливался говорить лишнего, но Принц взял его за руку, улыбнулся и сказал:

— Это просто дружеская беседа. Хорошие люди имеют амбиции в разных сферах, и это нормально. Вы верите мне, господин Чао?

Так, последние стены вокруг сердца Кун Чао поддались и рухнули под натиском дружелюбного и улыбчивого Принца.

Утром следующего дня, когда Кун Чао проснулся, Принц уже ушёл. На его столе лежал жетон из белого нефрита с именем принца. Это был жетон, подтверждающий выполнение специального поручения Принца, который очень пригодился бы Кун Чао в Восточном крыле.

Съёмки этой сцены прошли не особо гладко.

Лю Лао никогда не сомневался в актёрских способностях Цинь Чэна, а теперь он уже полностью доверял и Жун Сюю. Но даже если с актёрскими навыками обоих всё было отлично, после первого и второго дубля Лю Лао необъяснимо чувствовал, что что-то не так. Только после третьего дубля, в котором Чжу Можэнь был крайне нежен и ласков, неоднократно убеждая Кун Чао выпить с ним, Лю Лао, наконец, остался доволен.

После этой сцены Жун Сюй действительно закончил свои съёмки в фильме. На этот раз окончательно.

После того, как грим был снят, Жун Сюй не сразу покинул площадку, а остался понаблюдать за съёмками Цинь Чэна и Хуан Лэй. Всё дело в том, что Лю Лао попросил его остаться и подождать ещё пару часов, чтобы затем всем вместе отправиться в отель на банкет в честь окончания съёмок в фильме для Жун Сюя.

Безусловно, ему было приятно понаблюдать за процессом съёмок прекрасных профессиональных актёров.

Излишне говорить об актерских способностях Цинь Чэна: во время съёмок своей финальной сцены Жун Сюй в какой-то момент искренне поверил в то, что Цинь Чэн действительно и любит и ненавидит его всей душой. То, что он «любит» его, проявлялось в его уважительном отношении, а то, что «ненавидит» – в том, как рьяно он рубанул принцу по плечу. Цинь Чэн действительно полностью вжился в роль кровожадного Кун Чао.

Что касается Хуан Лэй, актриса ничуть не разочаровала Лю Лао. В её интерпретации были ярко продемонстрированы упорство и непреклонность Шэн Сянцзюнь.

Сцена, которую они снимали сегодня, заключалась в том, что, когда Кун Чао наконец нашёл ключ к разгадке, шпион Восточного крыла ворвался в его дом, чтобы убить его. Кун Чао попросил Шэн Сянцзюнь как можно скорее собрать свои вещи и бежать. Выслушав Кун Чао, женщина, которая очень его любила, повернулась и убежала, даже не взглянув на него на прощание.

Разумно сказать, что это поведение было очень жестоким, но в решительном выражении лица и мудрых глазах Шэн Сянцзюнь в этот миг читались очень глубокие чувства. Она действительно любила Кун Чао, но ради этого никогда не стала бы совершать глупых поступков.

Глядя на актёрскую игру этих двоих, Жун Сюй вдруг кое-что понял.

Ни один актёр не осмелился бы сказать, что его актёрское мастерство достигло своего пика, и его дальнейшего совершенствования быть уже не может. Усердно обучаясь и спрашивая советы у других, вы всегда можете расти как профессионал и совершенствовать свои актёрские навыки.

Пока Жун Сюй наблюдал за игрой актёров, он не заметил выражения лица своей младшей помощницы, которая хмуро гадала, о чём же он думает.

Ло Вэй долго думала и после некоторых сомнений, наконец, прошептала:

— Жун Сюй... Вам не кажется, что с последней сценой, добавленной Лю Лао, что-то не так?

Услышав этот вопрос, Жун Сюй с удивлением посмотрел на девушку:

— А что не так?

Ло Вэй на мгновение задумалась и ответила:

— Принц всю ночь пил вино в доме своего подчинённого. На следующее утро он внезапно ушёл, не попрощавшись. Мне кажется это странным...

Жун Сюй слегка приподнял бровь и улыбнулся:

— Если ты выпил слишком много, тебе придётся остаться на ночь. Что в этом странного? В конце концов, Принц должен управлять целой страной, поэтому, проснувшись рано утром, он сразу же уехал во дворец.

Ло Вэй:

— Но...

Жун Сюй улыбнулся и посмотрел на неё.

Ло Вэй молча склонила голову:

— Ладно, ничего...

Внимательно посмотрев на свою младшую помощницу и убедившись, что у неё больше нет вопросов, Жун Сюй снова отвернулся и посмотрел на Цинь Чэна. В этот момент он стал свидетелем удивительной картины: Цинь Чэн, играющий тяжело раненного Кун Чао, лежал в постели, притворяясь мёртвым, пока Хуан Лэй плакала, нависнув над ним.

И в этот напряжённый момент, когда Цинь Чэна не снимали камеры, он подмигнул Жун Сюю!!!

Жун Сюй:

— ...

Он чувствовал беспомощность и подступивший к горлу приступ смеха. Задумавшись на мгновение, Жун Сюй поднял руку и помахал Цинь Чэну.

Глаза мужчины засверкали, и он подмигнул ещё раз.

Жун Сюй:

— ...

Ло Вэй, стоявшая рядом с ним, не заметила произошедшего между мужчинами «обмена приветствиями». В этот момент она была полностью погружена в собственные мысли.

Ло Вэй стала фанаткой Жун Сюя ещё до того, как стать его помощницей. Она была обычной фанаткой, а не шиппером пары «ЦиньЖун», хотя раньше ей и нравился Цинь Чэн. Но сегодня… Эта сцена «распития вина под луной» продолжала прокручиваться в её голове, в дополнение к сообщениям на форуме, которые она прочитала вчера вечером...

«Неужели эта сцена, и правда, не двусмысленна?! Вдобавок, эти слова, сказанные принцем перед тем, как Кун Чао убил его… Почему чем больше я над этим думаю, тем больше я проникаюсь отрицательным героем?! Он же жестокий человек, ах, ах, ах, ах!!!»

Большое приключение: «Я очень хочу посмотреть эту сцену ещё раз и со всех ракурсов! Пожалуйста, выпустите фильм в прокат как можно скорее!»

Опубликовав этот пост, Ло Вэй убрала свой телефон обратно в карман и почувствовала себя гораздо спокойнее, попросту начав игнорировать реакцию подписчиков на её пост в Вэйбо.

Фанаты Жун Сюя давно знали, что этот аккаунт принадлежит помощнице Жун Сюя. Теперь, когда Ло Вэй опубликовала этот пост, они сразу подумали, что речь идёт о «Затерянном городе».

«Почему она так торопится увидеть «Затерянный город»? Этот фильм слишком шокирующий? Роль Жун Сюя слишком горячая?»

«Эй!!! Мы также очень ждём выхода «Затерянного города»!».

«Затерянный город» уже скоро!!!»

Таким образом, когда пиарщики из команды «Затерянного города» обнаружили, что интерес к их фильму стал необъяснимо больше, чем они ожидали, они радостно бросили докладывать об этом событии режиссёру Юаню. Юань Дао взволнованно воскликнул:

— Как же потрясающе, что я нашёл Жун Сюя! Это просто подарок небес! Он – моё благословение! Ха-ха-ха-ха!

В этот момент его «благословение» уже направлялось вместе с командой «Диких цветов» в отель.

Возможно, дело было в том, что сегодняшние съёмки прошли очень гладко, но Лю Лао был в очень приподнятом настроении. Весело покачивая плечами, он поставил на стол большой ящик со спиртным и щедро объявил:

— Наши съёмки проходят очень гладко! Мы уже опережаем графики на целую неделю. Завтра утром объявляю всеобщий выходной! Расслабьтесь, ребята, пейте! Отдохните сегодня как следует!

Все сотрудники, естественно, тут же воодушевились.

Если в начале банкета некоторые сотрудники ещё старались вести себя немного сдержанно, то услышав безудержный смех Лю Лао, все окончательно расслабились.

Лю Лао был очень серьезным человеком, когда работал, но когда этот великий режиссёр отдыхал, он был очень весёлым и открытым.

После того, как Лю Лао объявил завтрашний день выходным, все принялись пить и есть мясо.

После трех бокалов все уже напились, и трезвыми остались всего несколько сотрудников, которым ещё нужно было садиться за руль, а также помощники актёров.

Лю Лао сказал:

— Сегодня вы не должны позволять своим помощникам запрещать вам пить! Пейте!

Все мужчины на банкете уже были изрядно подвыпившими. Цинь Чэн пока был трезв, и никто, кроме Лю Лао и продюсера, не осмеливался к нему подойти. Некоторые люди порывались подойти к нему, едва держась на ногах, но быстро передумывали, видя его равнодушный холодный взгляд.

Жун Сюю в этом плане повезло куда меньше.

Лю Лао был очень занят, и ему было некогда посмотреть «Чёрные тучи, и уж тем более, ему не было известно, что Жун Сюй даже выпустил свой сингл. Жун Сюй не позиционировал себя как певца, да и если бы он стал певцом, это бы не означало, что ему теперь совсем запрещено пить. Тем более, сейчас, когда все произносят в его честь тосты.

Этот вечер изначально готовился как банкет в честь Жун Сюя. Все члены команды «Диких цветов» пришли, чтобы попрощаться с ним.

Когда Лю Лао должен был произносить тост за Жун Сюя во второй раз, он посмотрел на раскрасневшиеся щёки юноши и опьяневшие глаза, а затем увидел, как… Жун Сюй вдруг поднял свой бокал со стола и выронил его!

Цинь Чэн поспешно поймал бокал.

Однако Лю Лао был уже слишком пьян, поэтому сказал:

— Сяо Цинь, не запрещайте Сяо Жуну пить! Я, конечно, знаю, что между вами очень хорошие отношения, но это не значит, что Вам позволено забирать у Жун Сюя вино! Если Вы продолжите это делать, я урежу Ваши сцены! У-ре-жу! Да, точно, я оставлю Вам всего минуту экранного времени, ха-ха-ха-ха!

Не обращая внимания на слова пьяницы, Цинь Чэн спокойно бросил взгляд на Сюй Цзиня, сидевшего рядом. Последний понял его сразу, поэтому немедленно схватил Лю Лао за руку, тепло улыбнулся и сказал:

— Лю Лао, что же Вы такое говорите? Это ведь хорошо, когда человеку не наплевать на его пьяного друга...

Цинь Чэн воспользовался моментом и вывел Жун Сюя на улицу, поддерживая его под руку. Поначалу он просто слегка поддерживал его, но вскоре молодой человек навалился на него всем телом, не в силах даже стоять на ногах.

Задумавшись на мгновение, Цинь Чэн внезапно подхватил Жун Сюя на руки и понёс к выходу.

Увидев это, Ло Вэй поспешно последовала за ними. Прежде чем уйти, она взглянула на Сюй Цзиня. Тот в этот момент уговаривал Лю Лао выпить ещё, а режиссёр даже не пытался отказываться. В последнюю секунду Сюй Цзинь всё же поднял голову и заметил уход с банкета троих человек.

Вдали от шумной вечеринки красивый юноша лежал, растянувшись на руках Цинь Чэна, словно ленивый кот. Он без остановки тёрся о широкую грудь мужчины, пытаясь занять удобную позу. Взгляд Цинь Чэна в эти секунды становился всё глубже и глубже. Спустя долгое время Жун Сюй, наконец, смог улечься поудобнее, улыбнулся и заснул.

Ночь была тёмной. Покинув банкетный зал, группа из четырёх человек отправилась на стоянку, откуда все поехали в отель.

За рулём сидел помощник Цинь Чэна. Цинь Чэн открыл дверь и осторожно усадил пьяного юношу на заднее сиденье автомобиля. Когда он открыл дверь с другой стороны и наклонился, чтобы сесть, он внезапно замер, уставившись на юношу, который невероятно быстро проснулся.

Уличный фонарь тускло освещал лицо Жун Сюя через дверь, которую Цинь Чэн никак не спешил закрывать. В конце концов, он всё же выпил несколько бокалов вина, поэтому его щёки были румяными, а взгляд туманным.

Ло Вэй внезапно воскликнула:

— Эй, Сяо Сюй, разве Вы не были пьяны?! Почему Вы вдруг…

Жун Сюй беспомощно покачал головой. Он повернулся, чтобы взглянуть на Цинь Чэна, а затем перевёл взгляд на девушку на переднем пассажирском сиденье. Он улыбнулся ей:

— Сестрёнка Ло, если бы я не притворился пьяным, думаешь, Лю Лао отпустил бы меня так просто? Сколько бокалов я выпил? Я видел, что там ещё оставалось пять или шесть неоткрытых бутылок спиртного…

Услышав эти слова, Ло Вэй некоторое время не реагировала. Через некоторое время она, наконец, улыбнулась:

— Сяо Сюй, какой Вы плохой…

Цинь Чэн, наконец, уселся на своё сиденье, и автомобиль двинулся по направлению к отелю.

Жун Сюй отличался от Цинь Чэна. Он был моложе, был очень популярен среди команды, и ему сегодня посвящали много тостов. Если бы он остался на сегодняшнем банкете до ночи, он наверняка выпил бы слишком много, и завтра у него болела бы голова.

Увидев, что Лю Лао снова собирается произносить тост, а также поняв, что он до сих пор не пьян, Жун Сюй сделал простой и очевидный выбор: притвориться пьяным. Он был современным юношей нового поколения и совсем не испытывал при этой лжи ни малейших угрызений совести.

Однако по прибытию на стоянку отеля, Жун Сюй не сразу вышел из машины, поскольку внезапно услышал голоса нескольких женщин из съёмочной команды, которые тоже рано покинули банкет и вернулись в отель.

В мгновение ока Жун Сюй повернул голову и посмотрел на мужчину на соседнем сиденье.

Глаза Цинь Чэна были скрыты в тени, но юноша улыбнулся ему и приподнял бровь. Цинь Чэн сразу же вышел из машины и обошёл её, чтобы открыть Жун Сюю дверь. Едва открыв её, он увидел, что этот красивый юноша уже снова закрыл глаза и прикинулся пьяным.

В глазах Цинь Чэна промелькнула беспомощность, и он снова наклонился и поднял Жун Сюя на руки.

Несколько сотрудников, стоявших неподалеку, увидели эту сцену и принялись потрясённо перешептываться.

— Эй, посмотри! Жун Сюй, кажется, действительно пьян! В конце концов, он ещё ребёнок, а наш босс – известный любитель выпить!

— Нет, я видела, что старый Чжао налил ему всего два бокала!

— Цинь Чэн так заботится о нём! У них действительно очень хорошие отношения. Не зря они росли вместе с самого детства...

Голоса постепенно утихли, и Цинь Чэн осторожно внёс юношу в лифт, придержав двери. Юноша тут же тихонько потёрся лицом о его грудь, и тёплое дыхание окатило Цинь Чэна волной. Тоненькая летняя рубашка не могла спасти его от этого жара.

Юноша тихонько рассмеялся и прошептал так, чтобы его услышал только Цинь Чэн:

— Ты нарочно...

Цинь Чэн слегка опустил глаза, но не произнёс ни слова, как будто ничего не слышал.

Жун Сюй прижался к нему лицом, и горячий воздух из его рта снова окутал грудь мужчины, заставив его онеметь.

— Ты же специально меня так к себе прижимаешь. — снова прошептал юноша.

Цинь Чэн лишь скривил губы, продолжая молчать.

Однако затем в лифт вошли их помощники, и Цинь Чэн больше не мог молчать. Взглянув на мужчин, Ло Вэй заколебалась и нахмурилась. В конце концов, она всё же выпалила:

— Бог Цинь... Мистер Цинь, здесь уже должно быть безопасно. Может поставите Сяо Сюя на пол?..

Цинь Чэн бросил взгляд на Ло Вэй и спокойно ответил:

— На этаже могут быть ещё люди из команды.

Ло Вэй хотела сказать что-то ещё, тем более, что она прекрасно помнила, что сотрудники команды поселились в номерах на нижних этажах. Но заглянув в спокойные глубокие глаза мужчины, она решила замолкнуть. Когда лифт уже поднялся на нужный этаж, она вдруг осознала: «Эй! Почему я забыла сказать то, что хотела сказать?! Сотрудников ведь просто невозможно встретить на этаже Жун Сюя!»

Помощник Цинь Чэна лишь молча взглянул на неё и со знающим видом отвернулся.

Выйдя из лифта, Цинь Чэн всю дорогу держал Жун Сюя на руках, донеся его до самых дверей его номера.

Поскольку они уже были у двери, Жун Сюй, естественно, захотел спуститься на землю. Кто же знал, что Цинь Чэн не позволит ему этого сделать, а спокойно скажет:

— Если тебя кто-нибудь увидит, все твои старания пойдут насмарку.

В общем, Жун Сюю оставалось только уткнуться лицом в грудь мужчины и продолжить притворяться пьяным.

— Где ключ-карта от номера? — спросил Цинь Чэн.

Жун Сюй прошептал:

— В кармане брюк. — говоря это, он собирался протянуть руку и самостоятельно достать её.

Однако в следующий момент чья-то горячая ладонь нежно погладила его по бедру. Жун Сюй тут же открыл глаза и с удивлением посмотрел на Цинь Чэна. Он лежал в объятиях мужчины и удивлённо таращился на него, не в силах поверить в происходящее. Мужчина действительно трогал его за бедро, пока не достиг... того самого места!

Выудив из кармана юноши ключ-карту, и Цинь Чэн неловко поводил ей по двери, пока она, наконец, не открылась.

Он приобнял Жун Сюя и шагнул внутрь. Дождавшись момент, когда дверь закроется, Жун Сюй вырвался из его объятий и встал на ноги. Его щёки всё ещё были красными, но теперь, похоже, уже не от алкоголя. Его губы были плотно сжаты, а глаза смотрели на мужчину напротив.

Цинь Чэн спокойно смотрел на него, как будто не понимал, что такого он только что сделал. Затем  он откинулся назад, прислонился к массивной двери из красного дерева и слегка улыбнулся:

— Что ж, теперь больше не нужно беспокоиться о том, что тебя кто-то может увидеть.

Жун Сюй сопротивлялся теплу, разливающемуся по его щекам, чуть не забыв о том, как нагло этот  мужчина только что «ел тофу*». Он выхватил у него из рук свою ключ-карту, повернулся и помчался в ванную, где тут же запер дверь и включил холодную воду, начав умываться.

Всё произошло очень быстро. В мгновение ока застенчивый подросток спрятался от мужчины в ванной.

Глядя ему вслед, Цинь Чэн ещё не скоро отреагировал. Он не мог не улыбнуться и уже собирался повернуться и уйти, но, коснувшись пальцем дверной ручки, он внезапно остановился. Затем он стал дожидаться, пока Жун Сюй выйдет из ванной.

Жун Сюй забыл взять пижаму, поэтому из душа он вышел в одном лишь белом халате отеля, когда вдруг увидел на своей кровати Цинь Чэна, сидевшего в телефоне.

Жун Сюй:

— ...

После некоторого смятения юноша спокойно пошёл искать свою пижаму и как бы невзначай спросил:

— Ты не ушёл? Я думал, у тебя завтра съёмки.

Цинь Чэн отложил свой телефон в сторону; его взгляд скользнул по белоснежному халату и, наконец, задержался на красивых белых ногах юноши. Он смотрел на длинные прямые ноги самым глубоким взглядом. Долгое время спустя он, наконец, ответил:

— Лю Лао же объявил, что завтра... — Жун Сюй наконец нашёл пижаму, и Цинь Чэн, сделав паузу, продолжил. — Завтра выходной.

— Да, точно. — небрежно ответил Жун Сюй и подсознательно уже готовился переодеться, однако развязав пояс халата, внезапно замер.

Обернувшись, он убедился: мужчина действительно смотрит на него.

Жун Сюй:

— ...

Через некоторое время он спросил:

— Ты собираешься всё время вот так на меня смотреть?..

Цинь Чэн невозмутимо ответил:

— Я ни на что не смотрел.

Жун Сюй:

— ...

Глядя на невинное выражение лица этого красавца, Жун Сюй скривил губы, и его сердце сжалось. Во-первых, потому что этот мужчина был таким по-детски милым, а во-вторых, потому что это чувство было ему незнакомо. Он проживал уже вторую свою жизнь, но так он чувствовал себя только рядом с этим мужчиной…

Почувствовав внезапный прилив озорства, Жун Сюй намеренно повысил тон и небрежно заявил:

— Оу! Что ж, дело твоё.

Затем он повернулся к мужчине спиной и быстро развязал пояс халата. В следующее мгновение белоснежный халат соскользнул с его плеч.

Цинь Чэн:

— !!!

Жун Сюй небрежно снял халат, оставшись абсолютно голым, и, как обычно, начал переодеваться в пижаму.

Когда он оказался без халата, его безупречная нежная белоснежная кожа стала мерцать на свету, словно белый нефрит.

Хрупкие лопатки вздымались и порхали, словно бабочка...

Широкие плечи, узкие бедра, изящная гладкая талия, стройное высокое тело, отнюдь не лишённое мышц… Да одна лишь его спина была настолько прекрасной, что мужчина не мог отвести от неё завороженного взгляда!

Однако обладатель этого тела даже не подозревал, насколько он соблазнителен.

Он слегка наклонился, пытаясь отыскать пижаму в шкафу. Когда он наклонился, взгляд мужчины невольно скользнул вниз, по тонкой талии и гладкой спине, прямо к...

*Бум!*

— Цинь Чэн?!

*chī dòufu (吃豆腐): в буквальном смысле «съесть тофу». Происхождение данного сленгового выражения таково: в Древнем Китае, когда кто-то умирал, его семья проводила щедрую церемонию угощения друзей и родственников. Они готовили еду, включая тофу, для того, чтобы сытно накормить людей. Некоторые люди приходили на данную церемонию из корыстных соображений. В современном китайском языке данная фраза означает «воспользоваться кем-либо», часто с сексуальным подтекстом.

Жун Сюй как раз доставал пижамную рубашку из шкафа, когда внезапно услышал шум. Он быстро обернулся и обнаружил, что мужчина как-то странно повёрнут к нему спиной. Светильник свисал с прикроватной тумбочки и тихо покачивался на проводе, как бы жалобно намекая: кое-кто только что так сильно возбудился, что случайно ударил её и поранился.

Видя, что собеседник не спешит ему отвечать, Жун Сюй перестал шутить. Он быстро шагнул к кровати и спросил:

— Что случилось, что это был за шум? Ты поранился о...

— Ничего. — голос мужчины был низким, словно он всеми силами пытался что-то подавить.

Шаги Жун Сюя внезапно прекратились. Он поколебался мгновение и спросил:

— Точно ничего?..

Цинь Чэн кивнул:

— Да, ничего.

Жун Сюй:

— Тогда, может, ты повернёшь голову и посмотришь на меня?

Цинь Чэн:

— ...

Жун Сюй:

— Поверни голову…

Цинь Чэн:

— ...

Жун Сюй:

— ...

В конце этого фарса Жун Сюй быстро натянул на себя пижаму, а Цинь Чэн был вынужден беспомощно повернуться к нему лицом.

Когда Жун Сюй увидел кровь у мужчины под носом и на верхней губе, он сомкнул губы в тонкую линию и спросил:

— Кровь из носа?

Кончики ушей мужчины вмиг вспыхнули, и он выпрямился, праведно ответив:

— Я ударился.

— Гм, ну, я заметил, что тут произошло столкновение…

«Только реакция на это у тебя какая-то странная…»

Затем Жун Сюй быстро отыскал небольшую аптечку в номере отеля и начал обрабатывать рану Цинь Чэна.

Когда Жун Сюй переодевался, он намеренно сбавил скорость, чтобы позволить мужчине сзади как следует разглядеть его.

«Разве он не хотел это увидеть?.. Что ж, как бы там ни было, все мы люди… Посмотрим, кто, в конце концов, не выдержит первым».

Жун Сюй хотел всего лишь немного поддразнить мужчину, «отомстить» ему за то, что он так бесцеремонно «ел тофу», однако он никак не ожидал, что всё в конечном итоге обернётся вот так...

Рана была небольшая. Перестав кровоточить, она стала почти незаметной.

В конце концов, завтра Жун Сюю нужно было на самолёт. Утром он должен покинуть города кино и телевидения Хэндянь.

После того, как они немного поболтали, Цинь Чэн встал с кровати и собрался уходить. Однако как раз в тот момент, когда он отвернулся, он услышал низкий голос:

— Цинь Чэн...

Мужчина повернулся, но не успел он увидеть лица юноши, как его правую руку внезапно потянули.

Под светом ламп в номере глаза юноши были тёмными-тёмными, как самый лучший обсидиан. Он пристально смотрел на мужчину перед собой. Ещё щёки – вероятно, из-за выпивки – были бледными. Выглядел он в эту секунду очень чистым, но в то же время дико соблазнительным.

Цинь Чэн почувствовал внезапный приступ сухости в горле, и его губы дёрнулись, но не успел он даже открыть рот, как вдруг!..

Жун Сюй потянул его вниз, обвился правой рукой вокруг его шеи и страстно поцеловал его.

Поцелуй застал Цинь Чэна врасплох. Мужчина удивлённо открыл глаза, но обнаружил, что глаза юноши уже закрыты, и тот целует его со всей серьёзностью. Длинные ресницы, словно крохотный веер, нежно скользили по коже Цинь Чэна, вызывая приятный зуд на его коже и странное чувство чуть ниже, прямо в сердце…

Внезапно сжав пальцы, Цинь Чэн энергично прижал молодого человека к постели.

Застигнутый врасплох, Жун Сюй не сразу среагировал и уставился на мужчину, который так бесцеремонно вдавливал его в кровать. Двое мужчин какое-то время тихо смотрели друг на друга. В следующую секунду (не понятно, кто из них сделал шаг первым) их горячие губы слились воедино, и влюблённые снова утонули в энергичном поцелуе.

Жун Сюй запустил свои длинные тонкие пальцы в волосы мужчины, продолжая целовать его, как в последний раз.

Он больше не был новичком по части поцелуев. Когда мужчина разжал зубы и запустил в его рот язык, Жун Сюй ответил ему с ещё большим энтузиазмом. Во время этого долгого сладкого поцелуя в тихой комнате время от времени раздавались робкие стоны; становилось жарко. Двое мужчин были погружены в эту хищную битву и, казалось, даже не думали останавливаться.

Пальцы Цинь Чэна нежно поглаживали лицо юноши; насколько нежными были движения его пальцев, настолько сильным был напор его губ. Вскоре нежные мягкие губы юноши покраснели и распухли, и Жун Сюй быстро стал очень возбуждённым. Он тихонько постанывал, крепко обвивая руки вокруг Цинь Чэна, который явно был не против продолжения.

Толкнув колено вперёд, мужчина раздвинул ноги Жун Сюя, одной рукой обхватив его голову, чтобы не дать ему сбежать, а другой неосознанно начав поглаживать его внизу. Он бесцеремонно ласкал и без того возбуждённого юношу через тонкую ткань, доводя его до крайней степени блаженства.

— Цинь Чэн... — сделав небольшое усилие, Жун Сюй внезапно перевернулся, оказавшись сверху, и прижался к мужчине, начав, словно пьяный, безумно целовать его.

— Сяо Сюй... — Цинь Чэн снова перевернулся, оказавшись над перевозбуждённым юношей, и обхватил рукой его талию.

Его рука коснулась хлопковых пижамных штанов Жун Сюя. Текстура хлопка была очень нежной. Он перестал понимать, когда касался гладкой кожи под одеждой, а когда ткани. Он смотрел на изящное измождённое страстью тело, которое уже стало предельно горячим.

Губы и языки снова и снова сплетались в страстном поцелуе, и запах алкоголя изо рта Жун Сюя медленно распространялся к носу Цинь Чэна, опьяняя его, а запах алкоголя от Цинь Чэна опьянял Жун Сюя...

Пока…

*Бум!*

Мужчины внезапно скатились на пол, издав при падении громкий стук.

Жун Сюй оказался лежащим сверху Цинь Чэна, который растянулся на полу. К счастью, у кровати лежал мягкий шерстяной ковёр, который смягчил им падение. Цинь Чэн при ударе лишь слегка прищурился.

Жун Сюй медленно поднялся и сел ему на живот, глядя на него сверху вниз.

Посмотрев на него некоторое время, Жун Сюй снова склонил голову и нежно поцеловал его.

Однако не прошло и пары секунд, как Цинь Чэн медленно поднялся с пола, поднял юношу на руки и осторожно положил обратно на кровать.

Жун Сюй лежал, глядя на Цинь Чэна своими ясными чистыми глазами. Он увидел, как последний поджал губы и спустя долгое время молчания заговорил.

— Ложись пораньше... я пойду. — с трудноскрываемой похотью и желанием в голосе хрипло прошептал он.

Жун Сюй прищурился и снова взял мужчину за руку, попытавшись потянуть его на себя:

— Цинь Чэн?

Обернувшись, мужчина нежно поцеловал его в губы и сказал на прощание:

— Спокойной ночи.

Раздался тихий звук закрывающейся двери, и в номере снова тихо…

Номер Цинь Чэна был недалеко по коридору, и вскоре после того, как дверь Жун Сюя закрылась, раздался звук ещё одной закрывающейся двери.

Жун Сюй нахмурился и повернул голову, уставившись на скомканное одеяло. Немного подумав, он встал с кровати и пошёл в ванную. Разглядывая в зеркало свои раскрасневшиеся губы, он поднял руку и осторожно провёл пальцами по губам.

— Ай...

Он был слишком сфокусирован на поцелуе и не заметил, как его губы были опухли.

Глядя на себя в зеркало, Жун Сюй постепенно смущался. Через мгновение в ванной раздался негромкий голос с нотками сомнения:

— Он… не хочет?..

Однако Жун Сюй не мог даже предположить, что мужчина, который только что так решительно покинул его номер, в этот момент вошёл в свою комнату и яростно ударил кулаком по стене. После этого Цинь Чэн быстро вошёл в ванную, сразу же открыл воду и, даже не раздевшись, встал под струи холодной воды.

После десятиминутного холодного душа мужчина переоделся в пижаму и безо всякого выражения на лице пошёл в комнату.

Едва включив телефон, он увидел новое сообщение от матери: «Как у  Жун Сюя сегодня дела? Как он ладит с командой, ты хорошо о нём заботишься? На прошлой неделе я снова пересмотрела «Чёрные тучи»... Жун Жун такой милый, просто чудо... Ты не обижал его на съёмках этого вашего нового фильма? Чем вы обедали? Что ели на ужин? Что вы...»

Текстовое сообщение, растянувшееся на целых три страницы, наконец, закончилось.

Цинь Чэн спокойно посмотрел на текстовое сообщение, мягко вздохнул и, собрав терпение в кулак, принялся отвечать.

«У него всё  хорошо. Я его не обижал. Я обедал тремя видами мяса и..»

Печатая фразу «не обижал», Цинь Чэн какое-то время колебался, но вскоре всё же продолжил писать.

Всё сообщение миссис Цинь состояло примерно из 400-500 слов. Ответ Цинь Чэна уложился максимум в пятьдесят слов, но ответил он на каждый её вопрос очень четко. В конце он добавил фразу: «... нет, он ни в кого не влюбился, не волнуйся».

Миссис Цинь сразу же ответила: «Это хорошо: Жун Жун моей семьи ещё растёт! В вашем развлекательном кругу есть хорошие девушки, но я познакомлю их позже. Ты же знаешь, он сейчас молод и знаменит, у него красивое тело и приятная внешность… Если ему вдруг кто-то понравится, он не сможет устоять... А это плохо. В таком юном возрасте это вредно для здоровья...»

Нотации миссис Цинь закончились только к одиннадцати часам вечера.

Основная суть этой переписки – забота о Жун Жуне её семьи, а во вторую очередь – забота о сыне. Миссис Цинь не упомянула, когда именно Жун Сюю можно будет подыскать хорошую девушку, – она лишь просила сына заботиться о нём до тех пор. Ещё она сказала: «Хотя сейчас жарко, не вздумай принимать холодный душ! Говорят, сейчас легко простудиться».

Цинь Чэн, увидевший это сообщение:

— ...

Повертев головой и удостоверившись, что скрытой камеры нигде нет, Цинь Чэн спокойно ответил матери: «Хорошо».

Отложив телефон в сторону, Цинь Чэн подошел к окну от пола до потолка и посмотрел на шумный ночной город. Его тёмные глаза становилась всё глубже и глубже. Плотно сомкнув губы, он поднял руки ладонями вверх и уставился на них, думая о теле, которого не мог ими коснуться...

Долгое время спустя мужчина тяжело вздохнул.

«Мама тоже сказала, что он ещё маленький…»

Глава 96 (Часть 3)

«Мама тоже считала, что он ещё маленький…

И в Интернете писали, что 19 лет - это слишком рано.

Подождать ещё три года?..

Подождать ещё два года?..

Нет, подожди ещё год… пусть ему исполнится хотя бы двадцать... Он сейчас ничего не понимает, ему ещё слишком рано... Всё дело может быть в выпитом алкоголе... Я на восемь лет его старше, он ещё ничего не понимает… А я должен всё понимать и проявлять сдержанность».

Жун Сюй, если бы узнал, что на него только что навесили ярлык «маленького и ничего не понимающего»:

— ...

Однако Цинь Чэн оказался прав. Вечером Жун Сюй был так рассержен, что даже хотел разорвать с мужчиной отношения, но, проснувшись на следующее утро, он тоже почувствовал, что прошлой ночью вёл себя немного безрассудно.

— Я и правда был так пьян?.. — слегка нахмурился Жун Сюй, разговаривая сам с собой.

В прошлой жизни ему было за двадцать. Строго говоря, он был всего на год младше Цинь Чэна. Он не был глупым ничего не понимающим мальчиком. Он уже снимался и в сцене с поцелуем, и в постельной сцене. Хотя это и была игра на камеру, он всё прекрасно понимал.  Да и, если на чистоту, какой молодой парень не баловался фильмами для взрослых? Когда Жун Сюй ещё учился в школе, его одноклассник случайно оставил в общежитии кассету с порно*, после просмотра которой у всех его товарищей открылись глаза.

Однако для Жун Сюя не имели бы большого значения всякие мелочи, как алкоголь и возраст, если бы он всё-таки переспал с Цинь Чэном прошлой ночью. Они нравятся друг другу, и они счастливы вместе. Секс - это своего рода сублимация любви. В этом нет ничего страшного.

Сейчас самым главным было другое...

— Он правда… не хочет?!

Жун Сюй никогда не думал, что мужчина, который в любую удобную секунду, когда члены команды отворачивались, гладил его руку и тайком целовал его, в такой важный момент, когда сам Жун Сюй будет хотеть близости, вдруг… затормозит.

Думая над этим, он чувствовал себя очень странно.

Подумав немного, но так и не получив ответа на свои вопросы, Жун Сюй сдался. Он встал и начал собирать вещи. Ло Вэй уже была готова к вылету. С утра она помогла Жун Сюю позавтракать и собраться.

К одиннадцати часам утра они взяли свои чемоданы и отправились обедать в ресторан отеля.

Многие сотрудники-мужчины до сих пор спали в своих номерах. Жун Сюй слышал, что вчерашняя пьянка затянулась до трёх часов ночи. Остальные сотрудники, которые вчера не пили, разделились на три группы и отвезли всех пьяных обратно в отель.

Жун Сюй, узнав об этом, действительно забеспокоился. Если бы он вчера вечером не притворился пьяным, вероятно, он бы по итогу тоже оказался в этой группе «пьющих до трёх часов ночи» мужчин. Увидев, что Жун Сюй и Ло Вэй несут в руках чемоданы, сотрудники стали подходить к ним один за другим, чтобы попрощаться.

Когда они добрались до парковки, Жун Сюй внезапно спросил:

— Ты одолжила машину у команды, чтобы нас довезли до аэропорта Шуше?

Ло Вэй ошеломленно вытаращилась на него и спустя пару секунд ответила:

— Эээ… Жун Сюй, разве я Вам не говорила? Сяо Чжан позвонил мне сегодня утром и сказал, что им сегодня тоже нужно вернуться в Город В. Мы полетим с ними на одном самолете, поэтому мы и решили приехать в аэропорт на одной машине.

Жун Сюй замедлил шаг и спросил:

— Сяо Чжан?

Ло Вэй кивнула:

— Да, Сяо Чжан, помощник Цинь Шэня!

Жун Сюй посмотрел сквозь девушку на черный Лэнд Ровер, припаркованный между несколькими пустыми местами на парковке, и медленно расширил глаза.

Он увидел красивого высокого мужчину в чёрном длинном пальто и чёрных солнцезащитных очках, который стоял, прислонившись к машине, и смотрел на него снизу вверх. Мощная угнетающая аура делала его ещё холоднее. Он снял солнцезащитные очки и внимательно посмотрел на Жун Сюя.

Жун Сюй хотел было открыть рот, но Ло Вэй схватила его за руку и прошептала:

— Цинь Шэнь** такой красивый… он будто только хорошеет с каждым днём, ах...

Жун Сюй:

— ...

Вскоре Жун Сюй сел в машину (как обычно, на заднее сиденье рядом с Цинь Чэном), за рулём которой сидел помощник Цинь Чэна Сяо Чжан.

Сидя на мягком сиденье, Жун Сюй поднял руку, слегка потирая висок, и беспомощно спросил:

— Ты вчера не говорил, что собираешься вернуться в город В… А как же Сюй Цзинь? Он не вернётся с тобой?

Цинь Чэн повесил солнцезащитные очки на воротник и тихо шепнул в ответ:

— До утра я и сам не знал, что возвращаюсь. В компании что-то случилось, и мне нужно присутствовать на важном собрании. — сделав паузу, Цинь Чэн повернулся и посмотрел на Жун Сюя. — Это никак не связано с инвестициями в фильм в следующем году. Сюй Цзинь останется здесь, с командой, и будет заниматься другими делами. Я вернусь через два дня.

Инсайдеры знали, что Цинь Чэн имеет долю в ХуаСя Энтертейнмент и считается её акционером.

Хоть эта доля и небольшая, в таком гиганте, как ХуаСя Энтертейнмент, она считается очень внушительной.

Жун Сюй не интересовался внутренними делами компании. Он лишь слегка кивнул и склонил голову, уткнувшись в свой телефон.

Расстояние от Хэндяня до аэропорта Шуше было не маленьким. Ло Вэй вскоре заснула. Помощник Сяо Чжан вёл автомобиль очень сосредоточенно и не оглядывался на заднее сиденье. Жун Сюй молча листал новости последних дней. Он только закончил читать новость о том, что цены на свинину в этом году выросли, как вдруг его правой руки мягко коснулась другая рука.

Жун Сюй тут же повернул голову и увидел светлое спокойное лицо мужчины, который смотрел на него как самый настоящий джентльмен. Но бросив ещё один взгляд вниз, Жун Сюй убедился, что рука этого джентльмена медленно скользит по его пальцам с единственным очевидным намерением: взяться за руки!

Слегка приподняв уголки губ, Жун Сюй заявил:

— Цены растут.

Цинь Чэн в этот момент уже почти взял его руку, однако услышав его, с удивлением поднял глаза, как бы спрашивая: «какие ещё цены?»

Жун Сюй повернул телефон экраном к мужчине, который снова «ел тофу», и объяснил:

— Цены на свинину выросли.

Цинь Чэн:

— ...

При виде лица мужчины улыбка на  губах Жун Сюя стала ещё шире. Но гордиться своей «победой» ему пришлось недолго: внезапно мужчина крепко сжал его руку, уже ничуть не скрывая своих желаний. Его движения были быстрыми и открытыми.

Жун Сюй подсознательно поднял вверх и посмотрел на помощника Сяо Чжана. Последний сосредоточенно следил за дорогой и  совсем не поглядывал назад.

Чувствуя раздражение, Жун Сюй снова повернулся к наглому мужчине, любящему «есть тофу». Цинь Чэн спокойно сидел на своём месте и серьёзно смотрел на него. Он сказал:

— Ну, ты заработал за неё.

Жун Сюй: ...

—

«Какого чёрта! Солёная свинина выросла в цене. На что я заработал?! Этот парень явно нацелился на целую корзину с тофу!!!»

* 部钙片- гугл-переводчик настойчиво переводил мне эту фразу как «таблетка кальция», но гугл-видео-то всё знают, поэтому и выдали на мой запрос внушительный такой списочек порно :D

** До меня только сейчас дошло, что «Цинь Шэнь» и «Бог Цинь» - это одно и то же. Хвала отсутствию анлейта :D

P.S. либо у меня память как у рыбки :)

Сегодня в провинции Чжэцзян стояла хорошая погода, и самолёт взлетал очень плавно, без задержек. После того, как Жун Сюй сел на сиденье, он обнаружил, что место Цинь Чэна находится сзади справа от него. Однако сразу после того, как самолёт взлетел, мужчина вдруг встал, с невозмутимым видом уселся рядом с ним и прошептал:

— Здесь никого нет.

Подразумевалось: «Я сяду здесь».

Жун Сюй:

— ...

Перелёт из аэропорта Шуше до столичного аэропорта занимал всего два часа. В середине полёта к ним подошла стюардесса и взволнованно протянула им ручку и лист бумаги, чтобы Жун Сюй и Цинь Чэн оставили ей и её подружкам свой автограф. После этого девушки сфотографировались с Жун Сюем, но когда одна из них собиралась сделать то же самое с Цинь Чэном, то, едва увидев его взгляд, быстро передумала и ушла прочь.

Задумчиво наблюдая за этой странной сценой, Жун Сюй прошептал:

— Кажется, твои фанаты тебя боятся?

Цинь Чэн поднял глаза, посмотрел на красивую стюардессу и спокойно ответил:

— Благодаря Сюй Цзиню у меня появилась дурная слава.

Жун Сюй:

— Дурная слава? Что за дурная слава?

Цинь Чэн невозмутимо ответил:

— Я не умею говорить с людьми, и со мной трудно поладить.

Жун Сюй:

— …

«При всём моём уважении… это не дурная слава, это факт».

Однако поклонники Цинь Чэна уже привыкли к его характеру. То же было и в случае с «Королевой Музыки» - её поклонники всегда знали, что их Богиня – женщина с северо-востока, прямолинейная и смелая, ненавидящая лишнюю болтовню и любезности. Выступая на сцене, она просто пела, а не чесала языком, признаваясь в любви фанатам. Она предпочитала отвечать своим поклонникам пением, а не пустыми словами.

Жун Сюй тоже был знаком со знаменитостью, которая на людях любила бросаться фразами вроде «я люблю своих фанатов больше жизни», «я готова усердно работать ради них», а на деле вела очень хаотичную личную жизнь, напрочь игнорируя своих фанатов.

Некоторые люди не любят «сладко» говорить, но при этом искренне уважают своих поклонников. Некоторые люди, наоборот, очень красиво говорят на публику и поют своим фанатам дифирамбы, но на самом деле просто используют их в качестве инструмента для заработка.

Подумав об этом, Жун Сюй осторожно покачал головой, надел маску для сна и закрыл глаза, пытаясь заснуть.

С другой стороны, двое мужчин не заметили, как три стюардессы в стороне взволнованно сжимали в руках свои телефоны и таращились на Жун Сюя, изредка...  поглядывая на Цинь Чэна рядом с ним.

Да, действительно, эти девушки не стали фотографироваться с Цинь Чэном, потому что знали, что он - очень «холодный бог», в отличие от Жун Жуна, который часто общался с фанатами.

Однако у этого была ещё одна причина: эти девушки были самыми преданными фанатками! Хотя им и нравился Цинь Шэнь, Жун Жун нравился им больше!!!

К этому моменту на самолёте уже появился доступ в Интернет, и девушки, следуя своей профессиональной этике, не осмеливались фотографировать звёзд, но всё-таки рады были поделиться своей радостью с друзьями в закрытом чате.

«Жун Жун! Жун Жун! Я действительно увидела Жун Жуна! Ууууух, моя жизнь прожита не зря!»

«Сяо Цин, ты слишком взволнована,  я опишу точнее. Говорю вам: Жун Сюй просто прекрасен! Он так хорош, так хорош… вживую он в 10 000 раз лучше, чем на фото! У него безупречная кожа, большие красивые глаза, а лицо… оно такое маленькое и аккуратное! Ах, ах, он действительно прекрасен!!!»

«Ну, ты ещё забыла сказать, что Жун Жун очень нежный. Я даже не просила у него автограф – я просто подошла к нему с бумагой и ручкой, а он сам взял на себя инициативу и всё подписал! Он даже фото с нами сделал!»

Стюардессы, которые летели другим рейсом, прочитав эти сообщения, тут же покраснели и принялись поспешно задавать подругам вопросы: «Это всё? А есть что-нибудь еще? Хоть что-нибудь? Мы хотим узнать про Жун Жуна что-нибудь ещё!»

Три стюардессы тут же принялись наперебой отвечать: «Конечно, есть! Вы знаете, что сейчас он спит?! У него такая милейшая маска для сна, с утёнком, жёлтым утёнком!»

«Эй, а я собираюсь отнести Жун Жуну одеяло, чтобы его не продуло под кондиционером».

Девушки уже раздали пассажирам еду и закончили все свои дела. Однако теперь одна из них взяла ещё одно одеяло и отправилась к Жун Сюю. У других стюардесс даже не возникало мысли, что она «работает сверхурочно», - наоборот, они завидовали девушке, ненавидя себя за то, что проиграли ей в «камень-ножницы-бумага».

Стюардесса взяла мягкое одеяло, с трудом подавила волнение в своём сердце и подошла к Жун Сюю.

Чем больше она на него смотрела, тем красивее он ей казался. Встретившись с ним в реальности, она узнала, что в жизни он - очень хороший и мягкий человек.

Девушка уже развернула одеяло и было готова укрыть им Жун Сюя, но едва она протянула руку, как её остановил тихий мужской голос:

— Я могу сделать это сам. Спасибо.

Девушка слегка опешила и повернула голову на звук. Едва она увидела своего собеседника, как тут же кивнула и поспешно вернулась к подругам, передав перед этим одеяло Цинь Чэну.

«Ах, ах, Цинь Шэнь действительно красив! Я только сейчас поняла, почему он так нравится Сяо Ци! Он совсем не такой, как Жун Жун… Конечно, Жун Жун нравится мне больше, но просто... _(:3"」∠) _ Моё сердце сейчас выпрыгнет из груди! Уххх, я вдруг почувствовала, что пара  #ЖунЦинь действительно имеет смысл: они просто безупречно смотрятся вместе...»

Из двух часов пути Жун Сюй проспал час.

Конечно, он ничего не знал о разговорах этих юных стюардесс. Выходя из самолёта, он улыбнулся и поблагодарил девушку, которая принесла ему одеяло. Девушка удивлённо вытаращилась на него и ответила:

— Но за что?..

Жун Сюй с улыбкой объяснил:

— То, что Цинь Чэн не сказал мне об этом, ещё не значит, что я ничего не знаю. Большое Вам спасибо.

Стюардесса повернулась, чтобы взглянуть на Цинь Чэна, и увидела, что мужчина уже надел солнцезащитные очки и спокойно стоял рядом с красивым юношей.

Один холоден и красив, другой нежен и прекрасен... Глядя на этих двух мужчин, девушка потеряла дар речи. Дождавшись, когда эти двое уйдут, она тут же написала в общий чат: «Они должны быть вместе!!! Я хочу, чтобы об этом знал весь мир: даже не думайте останавливать меня! Мне всё равно, оказались ли они на этом рейсе случайно или из-за совместных съёмок! Они должны быть вместе, должны! Ах, ах, ах!!!»

Неразглашение личной информации пассажиров входило в профессиональную этику стюардесс.

Жун Сюй никому не рассказывал о своём возвращении в Город В. Они с Цинь Чэном отправились на парковку через VIP-коридор, избежав толпы в столичном аэропорту.

Солнечный свет ярко светил в окна, мягко поигрывая на гладком мраморном полу. В VIP-зоне было не так много людей. Иногда несколько человек останавливались, чтобы попросить у мужчин автограф, но даже они не создавали особого шума, ведя себя при этом очень тихо и не привлекая лишнего внимания.

Поскольку Жун Сюй не мог позволить такой миниатюрной девушке, как Ло Вэй, носить тяжёлые чемоданы, он нёс самый тяжёлый чемодан, а ей дал маленький. Цинь Чэн тоже нёс один чемодан, пока его помощник Сяо Чжан тащил за собой ещё два.

Цинь Чэн сначала хотел поменяться с Жун Сюем чемоданами, но тот быстро покачал головой и приподнял бровь, как бы вопрошая: «Я что, слабее тебя?»

Так, четыре человека шли по коридору и разговаривали. В основном, Ло Вэй и Сяо Чжан слушали, а Жун Сюй говорил.

Он с улыбкой рассказывал Цинь Чэну о своих планах на следующую неделю. В конце концов, ему выпала редкая возможность отдохнуть, поэтому он планировал встретиться с друзьями. Так совпало, что у Тан Мэнлань, Дун Чжэна и Юй Сыюй сейчас тоже было свободное время, поэтому они договорились встретиться через два дня.

Цинь Чэн, выслушав его, слабо улыбнулся:

— Е Цяо не будет?

Жун Сюй, особо не задумываясь на его вопросом, ответил:

— Нет, Е Цяо сейчас на съёмках. Ему некогда.

Цинь Чэн кивнул.

Они продолжали идти вперед, и Жун Сюй принялся рассказывать о новом фильме режиссёра Сюй Дао. Однако не успел он рассказать историю целиком, как у него в кармане внезапно зазвонил телефон.

Все четверо остановились, став ждать, пока Жун Сюй ответит на звонок.

Увидев странный номер на экране, Жун Сюй слегка нахмурился, но всё таки ответил. Уже через пару секунд на его лице промелькнула тень удивления.

— Дядя Дуань?.. Завтра?.. Я только что вернулся в Город В... Что-то срочное?

После долго разговора улыбка окончательно исчезла с его лица. Понурым голосом юноша спокойно отвечал:

— Гм… Гм… Гм… Ладно, я понял. Завтра приеду.

В этом году лето в городе В наступило очень рано. Июнь только начался, а солнце уже светило вовсю, и земля была горячей.

Управляющий Дуань проснулся сразу же, как только встало солнце. Сначала он наказал няне Ван приготовить завтрак, а затем пошёл в сад, чтобы обсудить с садовником удобрения.

Выходя из кухни, управляющий Дуань внезапно остановился, подумал немного, а затем повернулся и сказал горничной Ван:

— Приготовьте на одну порцию больше. Сегодня приедет Юный господин.

Горничная Ван быстро кивнула.

В восемь часов утра второй глава семьи Жун – Жун Хэн – спустился вниз. Долгое время спустя вслед за ним спустилась в гостиную и миссис Жун.

Няня Ван приготовила на завтрак тыквенную кашу, салат из белого гриба, огурца, горошка и чеснока, а также подала на стол разные соленья и свежеиспечённые булочки.

Жун Хэн сел за стол и принялся читать газету. Миссис Жун села на стул напротив. Оглядевшись, она попросила горничную Ван Хао подать ей кашу. Взяв ложку и начав есть, она вдруг услышала холодный голос управляющего Дуань:

— Вторая госпожа, Юный господин ещё не вернулся.

Ложка внезапно замерла в воздухе, и на смуглом лице женщины появилась злобная усмешка. Она с грохотом швырнула ложку в тарелку, и каша расплескалась по столу.

— Какое мне дело до того, что этот щенок ещё не вернулся? — резкий голос женщины средних лет эхом разнёсся по просторной гостиной семьи Жун. — Он вернётся, подпишет договор и сразу уедет. Какое мне до этого дело? Почему я не могу спокойно поесть? Жун Хэн, в твоей семье есть какие-то правила, запрещающие есть?

Жун Хэн отложил газету и хмуро посмотрел на жену. Женщина сверлила его очень решительным и упёртым взглядом. Жун Хэн повернулся к управляющему Дуань и сказал:

— Нет ничего страшного в том, что она поест. — затем он повернулся к своей жене и холодно произнёс. — Ешь свою еду, если голодна. Ешь!

Миссис Жун повернулась и уставилась на управляющего Дуань, который в ответ уважительно опустил глаза в пол.

Тихо фыркнув, миссис Жун принялась есть булочки и пробормотала себе под нос:

— Простой дворецкий, а как высокомерно себя ведёт!

Жун Хэн немедленно взглянул на жену, а затем перевёл взгляд на дворецкого и обнаружил, что старик, похоже, ничего не слышал.

После завтрака Жун Сюй всё ещё не приехал. Управляющий Дуань попросил горничную Ван оставить для Жун Сюя еду и пошёл звонить ему ещё раз.

Миссис Жун лениво лежала на диване в гостиной и сердито бубнила:

— Этот щенок опаздывает. Жун Хэн, преподай ему хороший урок, пусть знает, что нельзя заставлять старейшин ждать. Мать ничему его не научила, а люди будут думать, что это ты плохо его воспитал. Я не знаю, как щенку это удалось, но миссис Лю на днях рассказала мне, что этот щенок очень нравится её дочери...

— Хватит называть его щенком! Если он – щенок, то кто тогда я?!

Тётушка Жун тут же выпрямилась и сердито сказала:

— Что ты такое говоришь? Разве ты не хочешь преподать урок этому щенку, Жун Хэн?!

— Ты…

— Я жду ещё десять минут и ухожу. Я договорилась о встрече с подругой. Если этот щенок не приедет сейчас же, я...

— Юный господин! — резко открылась дверь, и управляющий Дуань перебил миссис Жун.

Из-за столь внезапного появления дворецкого на лице тёти Жун появилось очень забавное выражение. Она со странным смешком поднялась с дивана и направилась ко входу, намеренно громко приговаривая по пути:

— Ой, наша большая звезда вернулась! Жун Хэн, пойди посмотри, в твоей семье появился актёр! Нет, не актёр! Большая звезда! Иди сюда скорее… — голос женщины внезапно оборвался.

Миссис Жун неподвижно застыла в коридоре между гостиной и прихожей. Её глаза расширились, и она ошеломленно таращилась в сторону двери.

Жун Хэн в замешательстве посмотрел на жену. Увидев, что женщина не спешит разговаривать, он встал и пошёл в коридор следом за ней. По пути он спросил:

— Что случилось? Что с тобой сегодня такое?.. — выйдя в коридор и внезапно увидев там двух мужчин, Жун Хэн открыл рот и безмолвно уставился на гостей.

Дверь за мужчинами со скрипом закрылась.

Жун Сюй был одет в простую белую футболку, и лёгкую голубую ветровку. Коротко остриженные волосы были окрашены в цвет светлого льна, а объёмные солнцезащитные очки чёрного цвета закрывали большую часть его лица, за исключением тонкого белоснежного подбородка.

Шагнув за порог, юноша не снял солнцезащитные очки сразу, а стал спокойно смотреть на родственников прямо через тёмные линзы.

Миссис Жун говорила очень громко, и её слова про «щенка» были слышны даже за дверью.

В отличие от Жун Сюя, Цинь Чэн уже снял свои солнцезащитные очки и прикрепил их к вороту футболки. В этот момент он смотрел прямо на напуганную тучную женщину. Его взгляд был холодным и равнодушным, а глаза не выражали никаких чувств, словно он смотрел на какой-то мёртвый объект.

Каждый раз, когда тётя Жун хотела что-то сказать, её губы дрожали, и ей так и не удавалось  произнести ни слова.

Две пары стояли так и смотрели друг на друга ещё какое-то время. Это продолжалось до тех пор, пока юноша не приспустил свои солнцезащитные очки и не спросил у своего равнодушного спутника:

— Цинь Чэн, ты слышал? Только что кого-то, кажется, звали?

Услышав это, Цинь Чэн ошеломлённо повернулся к юноше и, увидев на его лице улыбку, переспросил:

— Что?

Жун Сюй снял солнцезащитные очки, небрежно вошёл в дом и, оглядываясь, непринуждённо ответил:

— Собаку.

Тётя Жун тут же выпучила глаза и гневно пробормотала:

— Ах ты мелкий...

*Бум!*

Жун Сюй спокойно подошёл к тёте Жун, внезапно поднёс к её лицу ладонь и ударил ею по стене. Стены коридора дрогнули, и тётя Жун молча вытаращила глаза, проглотив все слова, вертевшиеся на языке.

Молодой человек трепетно убрал ладонь от стены, посмотрел на невысокую толстую женщину, слегка скривил губы и холодным голосом сказал:

— Вторая тётя, моя мать не дала мне должного воспитания. Если я  случайно Вас ударю, люди решат, что Ваш муж плохо меня воспитал. Если Вы случайно получите травму, станете инвалидом или умрёте... Я даже не знаю, как Ваш муж справится с этим?

Глядя в тёмные глубокие глаза юноши, миссис Жун невольно задрожала. Когда она пришла в себя, Жун Сюй уже подошёл к дивану и сел.

Цинь Чэн тоже прошёл в гостиную. Когда он подошёл к тёте Жун и Жун Хэну, он остановился, посмотрел на них и прищурился. Сначала он обвёл взглядом Жун Хэна, а затем посмотрел на уродливую женщину и низким голосом произнёс:

— Травить Жун Сюя прямо у меня на глазах?.. Неужели семья Цинь для вас совсем ничего не значит?

В конце своей речи Цинь Чэн поднял глаза на Жун Хэна и увидел, что тот стал мёртвенно бледным.

Обстановка в доме вмиг изменилась.

Жун Сюй и Цинь Чэн сидели в гостиной на диване, а дядя и тётя Жун стояли посреди коридора, словно два окоченевших зомби.

Управляющий Дуань взглянул на застывшую парочку и молча прошёл мимо них на кухню, чтобы подать Жун Сюю и Цинь Чэну чай. Уходя, он прошептал:

— Юный господин, на кухне остался завтрак. Вам принести?

Жун Сюй покачал головой, ослепительно улыбаясь:

— Нет, дядюшка Дуань, спасибо.

Управляющий Дуань кивнул и пошёл прочь.

Эта ситуация немного напоминала голубя, занявшего гнездо сороки...

Жун Сюй изначально был членом семьи Жун. Он мог спокойно войти в особняк своей семьи и небрежно сесть на диван. Это было совершенно естественно. Что до дяди и тёти Жун, они продолжали нелепо стоять посреди коридора...

Но в любом случае, им ещё предстояло сделать то, ради чего они здесь сегодня собрались.

Цинь Чэн попросил Жун Сюя показать ему ладонь. Какое-то время посопротивлявшись, Жун Сюй всё-таки поднял руку. Увидев, что ладонь немного красная, Цинь Чэн с первого взгляда понял, что удар, должно быть, был сильным. В глазах мужчины появилось беспокойство. Он небрежно спросил:

— Разве там поблизости не было вазы? Зачем было делать это самому? Просто запустил бы в неё вазой…

В это время тётя Жун, отошедшая от остолбенения, как раз заходила в гостиную. Услышав эти слова, она выпучила глаза и неверящим взглядом уставилась на Цинь Чэна.

Жун Сюй с улыбкой ответил:

— Это ваза династии Мин, и по завещанию моего дедушки она принадлежит мне.

Подразумевалось: «Это моя собственность. Неужели ты хотел, чтобы я разбил свою вещь?»

Эти двое не обращали на тётю Жун никакого внимания. Цинь Чэн взял покрасневшую ладонь юноши, нежно потёр её и спокойно сказал:

— Тогда надо было взять стул. Ты уже взрослый человек, и её не должно волновать то, чем ты занимаешься.

Глаза тёти Жун округлились от гнева. Она уже хотела наброситься на двух мужчин, когда Жун Хэн вдруг схватил её за руку. Женщина впилась в мужа взглядом, но на этот раз Жун Хэн был жёстким и держал жену мёртвой хваткой.

Затем сцена превратилась в картину «двое ‘посторонних’ мило болтают на диване, пока два ‘хозяина’ неловко стоят посреди гостиной».

Однако на этот раз Жун Сюй не стал издеваться над своей «любимой» тётушкой. Приподняв бровь и усмехнувшись, он спросил у родственников:

— Что случилось на этот раз, что вы попросили меня приехать? Если ничего важного – мы пойдём. У меня есть дела в полдень.

Жун Хэн немедленно выступил вперёд:

— Важное! Ты тоже взрослый, так что... Сяо Сюй, твой Второй дядюшка должен тебе кое-что вернуть.

Десять минут спустя управляющий Дуань закрыл дверь кабинета и почтительно отошёл в сторону.

Жун Сюй, Цинь Чэн, Жун Хэн, тётя Жун и адвокат стояли у стола.

Жун Хэн достал из сейфа толстый контракт и взглянул на своего адвоката.

Адвокат сделал шаг вперёд, достал завещание и принялся его читать, перечисляя всё от различных объектов недвижимости до нынешнего положения членов семьи Жун. После того, как адвокат закончил читать, он передал две копии завещания Жун Сюю и Жун Хэну, попросив их как следует всё проверить.

Жун Хэн махнул рукой:

— Можно не проверять. Когда старик умер, я это прочитал. Сяо Сюй, ты, наверное, тоже всё помнишь?

Жун Сюй не слушал его, а молча читал завещание, склонив голову.

После пяти минут просмотра бумаг Жун Сюй отложил завещание в сторону и посмотрел на Жун Хэна. Он улыбнулся и спросил:

— Значит, второй дядя позвал меня сюда сегодня, чтобы заранее вернуть мне 30% акций?

Несколько лет назад старик умер от болезни. Он никуда не спешил, поэтому хорошо подготовился к своей смерти. Завещание было составлено в год, когда умерли родители Жун Сюя. Часть собственности, которая первоначально принадлежала отцу Жун Сюя, была передана Жун Сюю. Вероятно, старику было жаль, что ребёнок потерял своих родителей и был очень одинок, поэтому он передал ему ещё и 5% акций.

Во время составления завещания тётя Жун неустанно плакала и кричала, пытаясь помешать старику, но он был несгибаем в своём решении.

Следовательно, по этому завещанию дом семьи Жун принадлежал Жун Сюю, как и некоторые дорогие  коллекции в нём. Также в завещании были акции: доля Жун Сюя составляла в них 30%, а Жун Хэна –  21%. До того, как Жун Сюю исполнится 25 лет, всеми этими акциями владел Жун Хэн, но когда Жун Сюю исполнится 25 лет, дядя должен будет отдать ему всю его долю.

Но сегодня, когда ему ещё не исполнилось даже девятнадцати, дядя внезапно позвал его домой и попросил адвоката зачитать ему текст завещания...

Жун Сюй улыбнулся, облизнул губы и спокойно посмотрел на парочку перед собой.

Жун Хэн кивнул и взволнованно заговорил:

— Ты вырос на глазах у Второго дяди. Хотя раньше ты и вытворял глупости, теперь ты изменился и взялся за ум. Ты стал хорошим сыном семьи Жун. Второй дядя ошибался в тебе, Второй дядя извиняется перед тобой за это. Сяо Сюй, мы с тобой родные люди. Я – твой последний родственник в этом мире. Ты простишь своего Второго дядю?

Слова Жун Хэна звучали довольно искренне, но лицо его в этот момент выражало его истинные чувства.

Глядя на фальшивую улыбку мужчины, Жун Сюй слабо улыбнулся: ему было слишком лень разбираться в плохой актёрской игре своих родственников.

Жун Хэн не расстроился из-за того, что Жун Сюй ему не ответил. Вместо этого он попросил тётю Жун тоже извиниться перед племянником.

Миссис Жун поначалу сопротивлялась, но взглянув на своего мужа, быстро прошептала:

— Сяо... Сюй, твоя Вторая тётя хорошо относилась к тебе, когда ты был ребёнком... Ты можешь этого не помнить, потому что тебе было всего семь лет. Я тогда подарила тебе импортную гоночную машинку с дистанционным управлением. Она тебе очень нравилась.

Жун Сюй задумчиво кивнул:

— Помню. Это был единственный подарок на мой день рождения, на который Вторая тётя потратилась.

Лицо миссис Жун вмиг побагровело.

Видя, что атмосфера в кабинете накаляется, Жун Хэн быстро вмешался:

— На самом деле, Сяо Сюй, сегодня, помимо завещания, Второй дядя приготовил для тебя карточку. — с этими словами Жун Хэн протянул Жун Сюю чёрную банковскую карту. — После смерти дедушки Второй дядя не выплачивал тебе твою часть дивидендов. Такого больше не повторится – даже если в этом году ты не живёшь дома, нехорошо будет не давать их тебе снова. Вот, держи, это дивиденды акций «Жун» за этот год.

Жун Хэн выглядел при этих словах крайне щедрым; улыбка медленно сползла с губ Жун Сюя.

Его доля в акциях компании составляла 30%, значит, сумма его дивидендов за год была огромной... Мог ли Жун Хэн быть таким щедрым, чтобы отдать ему столько денег просто так?

Жун Сюй повернулся, чтобы посмотреть на Цинь Чэна, который выглядел очень спокойно.

Жун Сюй: «Есть проблема».

Цинь Чэн: «Продолжай, не волнуйся».

Если что-то идёт не так, в этом должен быть какой-то подвох…

Жун Хэн сунул ему в руки эту банковскую карту, извинился перед ним. Могло даже показаться, что он действительно сожалел о своём былом плохом отношении к племяннику.

Миссис Жун насмехалась над юношей,  а Жун Хэн ругал её за это. Они говорили нелепые вещи с красным и абсолютно белым лицами. Казалось, этим двоим верил сейчас даже их адвокат...

Только Жун Сюй и Цинь Чэн спокойно продолжали наблюдать за этой странной парочкой.

Если бы не тесная обстановка, два «короля кино» однозначно принялись бы обсуждать плохие актёрские способности этой супружеской пары.

После более чем получасового разговора обстановка в кабинете почти улеглась. Жун Хэн поднял глаза и посмотрел на Жун Сюя. Он увидел, что юноша по-прежнему улыбался ему своей неизменной непринуждённой улыбкой. Внезапно напрягшись, Жун Хэн подумал немного, встал и сказал:

— Сяо Сюй, тебе всего восемнадцать лет… 25 тебе исполнится только через семь лет. Второй дядя может выплачивать тебе твои дивиденды каждый год. Можешь быть уверен: Второму дяде не нужны твои деньги.

Жун Сюй внезапно заговорил, двинувшись к Жун Хэну:

— Второй дядя...

Сердце Жун Хэна рухнуло в пятки. Он улыбнулся и вымолвил:

— Как продвигается твоя карьера? Как проходят съёмки? — после этого Жун Хэн заботливо расспросил Жун Сюя о его работах, рассказал, что специально посмотрел один из фильмов с Жун Сюем, и похвалил его работу. — Я уверен, мой старший брат и невестка сейчас на небесах и с гордостью наблюдают за тем, каким многообещающим и перспективным растёт их сын.

Жун Сюй в ответ лишь мягко улыбнулся:

— Второй дядя, я же всего лишь «большая звезда».

Улыбка на лице Жун Хэна застыла, и он повернулся к своей жене:

— Зачем ты такое сказала?! Быстро извинись перед Сяо Сюем!

Тётушка Жун опустила голову и неохотно извинилась.

В полдень Жун Хэн любезно предложил Жун Сюю и Цинь Чэну остаться в его доме на обед.

За обеденным столом Жун Хэн время от времени подавал Жун Сюю блюда и всё время повторял:

— Твой Второй дядя очень сожалеет о своём поведении в последние несколько лет...

Жун Сюй в ответ лишь улыбался и ничего не отвечал.

После еды группа людей вернулась обратно в кабинет и перешла, наконец, к делу.

Жун Хэн пристально посмотрел на Цинь Чэна, сидевшего на диване и листающего книгу. Казалось, будто он не обращал никакого внимания на происходящее в кабинете. Жун Хэн при этой мысли почувствовал облегчение. Снова переведя взгляд на невинное лицо Жун Сюя, дядя Жун не мог не улыбнуться и сказал:

— Сяо Сюй, сейчас у тебя хорошая карьера... Скажи, ты собираешься в будущем вернуться в компанию, чтобы помочь своему Второму дяде?

Жун Сюй покачал головой.

Жун Хэн с трудом сдержал приступ смеха. Он быстро скрыл свои эмоции и вздохнул:

— О, я знал! На самом деле, это очень хорошо, когда молодые люди занимаются бизнесом. Твой дядя не из тех упрямых консервативных стариков. Но ты ведь актёр. Для тебя это было бы слишком неудобно. Иногда в компании проводятся собрания. Если ты будешь на съёмках, как ты сможешь присутствовать на них? Если ты не возражаешь... твой Второй дядя может отдать тебе твои акции?

Цинь Чэн слегка приподнял бровь, а Жун Сюй изогнул губы в лёгкой улыбке и спросил:

— Что нужно делать?

Жун Хэн немедленно повернулся к своему адвокату, и мужчины быстро достал нужный документ из папки.

— Раньше твой Второй дядя распоряжался твоими акциями потому, что ты был несовершеннолетним, а я – твой опекун. Теперь мне неудобно этим заниматься. Ты можешь подписать договор, чтобы твой Второй дядя помогал тебе управлять компанией «Жун». А дядя будет отдавать тебе свои дивиденды. Что думаешь об этом? — после короткой паузы Жун Хэн быстро добавил. — Можешь не переживать о своём месте в компании, Сяо Сюй. Если ты захочешь, твой Второй дядя может сделать тебя председателем.

Жун Сюй открыл соглашение и внимательно прочитал его.

Адвокат пояснил, что это соглашение не посягает на акции Жун Сюя, а лишь уполномочивает Жун Хэна помощью в управлении компанией. Если Жун Сюй всё-таки решит работать в «Жун», он всё равно останется её крупнейшим акционером. Даже через сто лет ожидания ему будет принадлежать не только 30% его собственных акций, но и 21% акций Жун Хэна.

Когда Цинь Чэн услышал это, он стал листать книгу значительно медленнее, а Жун Сюй стал улыбаться ещё шире. Он прошептал:

— Доля Второго дяди... тоже  будет моей?

Адвокат сказал:

— Да. Это соглашение должно объединить две части акций. У господина Жун Хао нет детей, поэтому по закону первым наследником этой собственности является господин Жун Сюй. Это тоже было прописано в завещании Вашего дедушки. Там говорится, что если господин Жун Сюй не будет работать в компании «Жун», то эта часть акций будет временно принадлежать господину Жун Хао. Теперь этот контракт объединит эти две части акций вместе.

Старик Жун, конечно, был очень обеспокоен тем, что его сыновья и внуки просто распродадут акции компании «Жун», особенно его внук Жун Сюй, у которого был контрольный пакет акций. Если он продаст свои акции, компания «Жун» больше не будет принадлежать семье Жун, и многолетние старания старика окажутся напрасными.

Жун Сюй в детстве был не очень умным мальчиком. После смерти родителей он стал ещё и нелюдимым. Старик завещал ему эти акции, но от этого решения ему самому иногда бывало не по себе.

Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Если это уже прописано в завещании дедушки, зачем мне подписывать этот договор?

Адвокат объяснил:

— После того, как Вам исполнится двадцать пять лет, Вы получите право забрать свои акции, но Вы также должны начать работать в компании «Жун». Если вы не вернетёсь в компанию «Жун», эта часть акций будет передана господину Жун Хао.

Жун Хэн сразу же вмешался:

— Да, Сяо Сюй, ты ведь не хочешь работать в компании?

Жун Сюй внезапно ответил:

— В этом есть смысл. — в глазах Жун Хэна вспыхнуло удивление, но не успел он порадоваться, как увидел лёгкую улыбку на губах юноши. — Подождите, пока мне исполнится двадцать пять.

Жун Хэн и тётя Жун были ошеломлены.

Адвокат тоже был ошеломлён, но кивнул:

— Это... это осуществимо...

Жун Хэн сжал кулаки и подошёл к Жун Сюю, лукаво улыбаясь:

— Сяо Сюй, ты ведь уже приехал сюда сегодня. Зачем нам ждать ещё семь лет, чтобы подписать этот контракт? Теперь, когда ты уже взрослый, твоему Второму дяде не очень удобно управлять твоими долями...

Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Дядя, не волнуйтесь, если вы захотите устроить встречу, просто дайте мне знать заранее, и я приеду в назначенное место вовремя.

Жун Хэн:

— ...

Через некоторое время Жун Хэн снова залепетал:

— Сяо Сюй, твой Второй дядя не причинит тебе вреда… Что ж, забудь об этом контракте. У твоего дяди нет детей, и я отношусь к тебе как к сыну. Но раз уж ты отказываешься от 21% моих акций, можешь забыть об этом.

Глядя на беспомощный вид Жун Хэна, Жун Сюй мягко улыбнулся и небрежно бросил:

— Раз уж всё в порядке, мы с Цинь Чэном пойдём.

После этой фразы Жун Сюй и Цинь Чэн вместе направились к двери кабинета. Жун Хэн выглядел крайне глупо, неподвижно стоя позади. Мужчины шагали очень бодро и уже достигли двери...

В этот момент Жун Хэн сжал кулаки, а тётя Жун вскочила со стула.

Жун Сюй поднял руку и медленно открыл дверь. Когда они уже собирались выйти, они услышали тихий голос тёти Жун позади:

— Необразованный щенок! Не знаю, что за мать могла родить такого сына!.. Ах!!!

*Бум!*

Сине-белый фарфор внезапно пролетел мимо тучной тётки, ударился о стену и раскололся на куски.

Жун Сюй потёр запястья и со слабой улыбкой спросил:

— Вторая тётушка, что Вы только что сказали? Ваш голос слишком тихий – я плохо расслышал. Не хотите повторить это погромче?

Цинь Чэн опустил глаза, взял юношу за руку и помог ему растереть её.

Стоявший в коридоре управляющий Дуань видел эту сцену, но быстро отвёл глаза.

Волосы тёти Жун были растрёпаны вазой, а шпилька упала на пол, расколовшись на две части. Она дрожала всем телом, поднимая взгляд на своего племянника. Когда она увидела его спокойное невозмутимое лицо, она так разозлилась, что внезапно бросилась на Жун Сюя и завопила:

— Мелкий щенок, ты смеешь поднимать на меня руку?!

— Подойдёт! — Жун Сюй в этот момент спокойно взял в руки бюст, стоявший у двери.

Цинь Чэн спокойно потёр ему запястье и прошептал:

— Извини, я случайно пропустил вот это место.

Цинь Чэн толкнул миссис Жун на пол. Женщина недоверчиво вытаращилась на красивых молодых мужчин. Однако ни один из них не обращал на неё никакого внимания. Цинь Чэн тщательно осматривал запястья Жун Сюя, пока сам Жун Сюй оглядывал осколки вазы на полу. Он сказал:

— Эта ваза тоже должна быть моей собственностью, поэтому платить за неё я не буду.

Волосы тётки Жун были растрёпаны. В сочетании с её тучным телом и раскрасневшимся лицом, выглядела она в этот момент отвратительно. Услышав слова Жун Сюя, она выпучила глаза и бросилась к ногам Жун Сюя, пытаясь схватить его, но врезалась в дверь, которую юноша в этот момент учтиво открыл.

— Довольно! — Жун Хэн шагнул вперёд, чтобы утихомирить свою жену, которая всё ещё пыталась впиться в Жун Сюя зубами и когтями. Оттащив жену от гостей, мужчина сам ударил её по лицу.

Адвокат ошеломлённо наблюдал за происходящим, пока управляющий Дуань разглядывал ковёр,  делая вид, что ничего не замечает.

Жун Хэн сердито закричал:

— Замолчи! Что ты себе позволяешь?! Я просил тебя извиниться перед Сяо Сюем! Посмотри на себя – это так ты извиняешься? Тебе не нравится твоя невестка?  Хорошо! Но ты оскорбляешь Жун Сюя нашей семьи! Если он такой плохой – кто же тогда я? Я ведь его дядя!

Поглаживая свою щёку, женщина с обидой посмотрела на мужа.

В этот момент в тихом кабинете раздались аплодисменты. Все присутствующие немедленно перевели взгляд на Жун Сюя, который беспомощно улыбался. Он хлопал в ладоши, пока дядя и тётя Жун тупо смотрели на него.

В конце концов, Жун Сюй перестал аплодировать и вздохнул:

— Вы ужасные актёры... не советую вам повторять это ещё раз.

Тётя Жун открыла рот, а Жун Хэн потрясённо вытаращился на Жун Сюя.

Жун Сюй подошёл к тёте Жун и слабо улыбнулся:

— Вы с ним сговорились и специально позволили мне ударить Вас, а затем и ему ударить Вас снова, как бы «помогая мне». Вы сделали так много, столько всего вытерпели… Зная Ваш характер, тётушка, Вам за это явно должны были предложить немалые деньги… 30% акций, я полагаю?

Жун Хэн быстро прервал его:

— Сяо Сюй!

— Он сказал Вам, что когда мне исполнится двадцать пять лет, я обязательно верну свои акции и компанию «Жун», а Вас выгоню из этого дома к чёртовой матери.

Зрачки тёти Жун неистово дрожали,  пока она с ужасом смотрела на юношу перед собой.

Жун Сюй, видя выражение её лица, слегка скривил губы:

— Даже если вы с ним умрёте, то, переданы ли мне ваши доли, не будет иметь никакого значения. Вы хотите воспользоваться мной до моей смерти... Что же случится после того, как я умру?

Тётя Жун отступила на шаг:

— Ты... ты...

— Всё дело в том, что у вас нет детей. Компания «Жун» в любом случае рано или поздно станет моей. А у Вас нет детей, потому что Вы не можете родить, тётушка. Подождите-ка… раз он столько лет Вас терпит – может быть, это он не может иметь детей?

Тётя Жун выпучила глаза:

— Заткнись!!!

— Тётушка, когда Вы были молоды, у Вас всё было в порядке; это теперь Вы  растолстели от богатой жизни. А вот Жун Хэн всегда был завидным мужчиной... Если он осмелился использовать идею отсутствия детей, чтобы обмануть меня… Тётушка, Вы никогда не задумывались над тем, правда ли у него нет детей?  — Жун Сюй улыбался самой чистой и безобидной улыбкой. Затем он внезапно повернулся и посмотрел на Жун Хэна,  вздохнув. — Если у него нет ребенка, то он может воспользоваться мной, пока я жив, и через контракт законно использовать мои акции. Неужели он объединит мои акции со своими и позже передаст их мне? Или... отдаст их все своему сыну? Кстати, в прошлом месяце я видел, как мой Второй дядюшка гулял с женщиной с длинными волосами и родинкой над губой...

— Жун Хэн!!! — миссис Жун с грохотом повалила Жун Хэна на пол, села на него верхом, схватила за волосы и ударила по лицу. — У тебя роман с этой лисой? Ты с ней ещё не расстался? Отвечай мне сейчас же, ублюдок! Где сейчас эта вонючая кузина? У неё есть от тебя сын? Ты лгал своей жене?! Ты просто так избил меня ради спектакля для этого мальчишки!!!

— Ты сумасшедшая, больная!

— Эта вонючая девка по имени Лю! Ты до сих пор с ней таскаешься! Куда ты ходил накануне вечером, а?!

Миссис Жун отчаянно впилась в лицо Жун Хэна ногтями, быстро оставив на нём кровавые отметины. Жун Хэну было так больно, что он протянул руки вперёд, схватил жену за волосы и прижал её к стене.

— А-а-а! Жун Хэн! Ты!..

К парочке поспешил адвокат, но женщина исцарапала лицо и ему. Управляющий Дуань тоже подбежал к ним, но тётя Жун просто обезумела, продолжая вопить как сумасшедшая: «Вонючая Лю! Мерзкая лиса! Вонючая девка!». Затем она снова оседлала Жун Хэна, принявшись колотить его.

Жун Хэн тоже не лежал без дела. Он бил женщину кулаками, катаясь с ней в охапку по полу кабинета и опрокидывая на пол фарфоровые вазы.

Миссис Жун тут же схватилась за попавшийся под руку кусок фарфора и замахнулась им над лицом Жун Хэна. Жун Хэн испугался и увернулся в сторону, из-за чего осколок расцарапал ему плечо.

— Ах! Что ты творишь?!!!

Внезапно хлынула кровь, и Жун Хэн раскрасневшимися глазами отыскал кусок фарфора и ударил им тётушку Жун по голове, держа её за волосы.

— А-а-а-а-а-а-а!

Кровь закапала весь пол. Жун Сюй продолжал поражённо наблюдать эту жуткую картину.

Цинь Чэн поднял руку и закрыл ему глаза. Когда адвокат и дворецкий, наконец, отважились перед лицом «угрозы жизни» и оттащили этих двоих друг от друга, Жун Сюй осторожно убрал руку Цинь Чэна от своего лица, взглянул на окровавленное лицо тётушки и на орущего Жун Хэна, державшегося за порезанное плечо, после чего перевёл взгляд на дворецкого.

Управляющий Дуань кивнул:

— Я позвоню доктору Линю.

Семейные скандалы нельзя афишировать, поэтому в больницах такие вопросы, конечно же, не решаются.

Жун Сюй с удивлением улыбнулся:

— Нет, дядя Дуань. Две вазы и три фарфоровые тарелки, которые только что были разбиты... кажется, они принадлежат мне. Запишите всё и отправьте общую сумму на мой телефон. Дядя и тётя должны заплатить мне за порчу этих вещей.

— Жун Хэн! Где твой вонючий сын?!!!

— Ты сумасшедшая!!!

Управляющий Дуань на время отвлёкся и отпустил Жун Хэна, и эти двое тут же снова начали драться. Её лицо было залито кровью, но эта тучная женщина продолжала колотить мужа, выкрикивая проклятия. В какой-то момент она отчаянно схватилась за очередной осколок на полу и порезала им руку мужа, который снова завопил от боли.

Управляющий Дуань посмотрел на милого улыбающегося юношу и, медленно расширив глаза, кивнул. Когда он увидел, что Жун Хэн снова перевернулся, схватил обезумевшую женщину за шею и прижал её к стене, он быстро ринулся их разнимать.

Покинув этот балаган, Жун Сюй сел в машину и устало откинулся на спинку сиденья, принявшись медленно массировать виски. Цинь Чэн, сев за руль, наклонился к нему и помог ему пристегнуть ремень безопасности. Когда он хотел подняться, юноша потянул его за запястье.

Одной рукой он прикрывал своё лицо, а другой крепко держал мужчину.

Жун Сюй нежно приподнял губы в слабой улыбке. Его голос был нежным и беспомощным:

— Прости, что заставил тебя увидеть эти ужасные вещи. Я не ожидал такого... но это произошло.

Сердце Цинь Чэна сжалось. Он протянул руку и осторожно разжал правую руку Жун Сюя.

Тёплый солнечный свет ярко светил через окно автомобиля, нежно освещая красивое лицо юноши, белое и чистое. Длинные ресницы были покрыты слоем золота, слегка подрагивая на солнце, а прекрасные глаза теперь были красными, потерянными и беспомощными. Они уже не были такими решительными, как несколько минут назад в кабинете.

В прошлой жизни он жил в приюте более десяти лет. Его долго никто не усыновлял, но однажды всё-таки усыновили и, в конце концов, вернули обратно. Вернули не потому, что он был плохим, а потому, что пара развелась.

Супруги ссорились каждый день. Каждый раз, когда они дрались, маленький сиротка прятался в своей комнате и слушал громкий шум за дверью. Крики женщины то и дело смешивались с ругательствами мужчины. Его сердце в эти секунды замирало. Холодными ночами мальчик обнимал себя, ёжась от страха.

Жун Сюй опустил глаза и заблокировал эмоции в своём сердце, выбросив из головы столь навязчивые воспоминания из прошлой жизни.

Однако в следующий момент на его веки упал нежный поцелуй. Цинь Чэн держал его лицо руками, словно самое драгоценное в мире сокровище, целуя его сначала в левый, а затем  и в правый глаз. Жун Сюй удивлённо поднял глаза, и Цинь Чэн в этот момент поцеловал его в нос, так легко, словно прикосновение бабочки.

— Раньше такое уже случалось?

В глазах Жун Сюя мелькнуло удивление. Вскоре он понял, что Цинь Чэн ошибочно подумал, что Жун Сюя с раннего детства рос в такой жестокой среде. Однако это было не так. В прошлом тетя и дядя Жун часто дрались, но заканчивалось всё максимум синяками. Он никогда не видел такой кровищи, как сегодня.

Подумав о супружеской паре из его прошлой жизни, чьи лица он уже давно забыл, Жун Сюй мягко кивнул:

— Эээ, частенько...

Цинь Чэн поцеловал мягкие губы подростка, а затем повернулся обратно к рулю и спросил:

— Какого миссис Жун происхождения?

Жун Сюй ответил:

— Она дочь старого друга моего дедушки. Этот старый друг буквально спас деду жизнь, поэтому они породнились. Она собиралась выйти замуж за моего отца, но он был не таким красивым, как  Второй дядя, и не понравился ей. За Второго дядю её в итоге и выдали. — вдруг он добавил.  — Второй дядя не может развестись с ней, потому что половина его акций принадлежит ей.

— Со мной тебе нечего бояться.

Жун Сюй ошеломлённо повернулся к Цинь Чэну.

Мужчина медленно протянул руку и нежно сжал его ладонь, повторив это снова:

— Я рядом. Ничего не бойся.

Жун Сюй не мог не улыбнуться:

— Хорошо.

Когда мужчины взялись за руки, машина уже выехала за ворота. Перед тем, как покинуть богатый район, Цинь Чэн внезапно спросил:

— Откуда ты знаешь, что Жун Хэн изменял жене, и у него есть ребёнок?

Жун Сюй ответил:

— Я не знаю, есть ли у него дети, но после последнего посещения кладбища я почувствовал, что он не очень-то заботится о Второй тётушке, поэтому я нанял частного детектива, чтобы проследить за ним. Жун Хэн был очень бдительным, и детективу удалось сфотографировать его с женщиной только однажды. Про ребёнка я брякнул просто так. Хотел позволить тётке проверить эту догадку самостоятельно.

Цинь Чэн в ответ лишь молча кивнул

Когда эти двое покинули богатый жилой район, в машине внезапно раздался низкий притягательный голос мужчины:

— Сяо Сюй, ты хочешь получить 21% акций Жун Хэна?

Уходя из дома семьи Жун, Жун Сюй не забыл прихватить свою банковскую карточку.

Деньги были его собственные, так зачем ими разбрасываться? Чтобы не дать Жун Хэну возможности тайком изменить пароль от карты, Жун Сюй первым делом отправился в банк, снял все деньги с этой карты и переложил их на свою старую карту. Его финансы заметно выросли, поскольку его годовые дивиденды были внушительной суммой денег.

На самом деле, актёры зарабатывают очень много и быстро. Например, Цинь Чэн сейчас снимался в картине, за которую ему заплатят, как минимум, девятизначное число. И это только фиксированный гонорар за роль. Во многих случаях Цинь Чэн, помимо актёрской игры, принимал участие ещё и в производстве фильма, становился инвестором и напрямую получал проценты от дохода за прокат фильма.

Однако Жун Сюй работал в этом кругу всего год. Излишне говорить, что в каст «Борьбы за превосходство» он попал только благодаря связям, и играл там всего лишь персонажа четвертого уровня, поэтому и заплатили ему тогда совсем не много. Хотя в более позднем сериале «Западня» он играл второго героя после главного, вложения в эту картину были скудными, не говоря уже о зарплате актёров.

Что касается «Чёрных туч», этот фильм дал Жун Сюю отличную возможность прославиться и заработать небольшие деньги, а все другие известные люди, появившиеся на экране, были гостями и снимались в фильме по дружбе. Только гонорар за роль Жун Сюя в «Затерянном городе» можно было назвать впечатляющим. После этой работы его «ценник» взлетел до восьмизначных чисел, хотя начинал он с двухзначных.

Положив деньги на карту, Жун Сюй сел в машину Цинь Чэна. Держа в руках тонкую пластиковую карту, юноша улыбнулся и предложил:

— Отпразднуем?

Холодный изящный мужчина сидел на водительском сиденье, подперев рукой подбородок. Он приподнял тонкие губы в лёгкой улыбке и спросил:

— У тебя много денег?

Жун Сюй с улыбкой кивнул, и его ясные глаза хитро сверкнули. Глядя на нескрываемую радость в глазах юноши, Цинь Чэн ласково улыбнулся, наклонился, чтобы поцеловать Жун Сюя, а затем завёл автомобиль.

Вечером Жун Сюй собственноручно приготовил шесть блюд.

Цинь Чэн вернулся с Жун Сюем в город В, чтобы поприсутствовать на какой-то важной встрече. Изначально планировалось, что она состоится сегодня, но из-за неких обстоятельств она была перенесена на завтра. Сюй Цзинь уже забронировал билет на самолёт для Цинь Чэна на послезавтра, поэтому в такое напряженное время (один на днях должен был вернуться к съёмочной группе, а другой должен был приступить к съёмкам новой картины на следующей неделе) в этой тихой уютной квартире двое мужчин наслаждались редкими минутами отдыха.

Жун Сюй не любил разговаривать во время еды.

Молодой человек медленно ел, держа в одной руке миску с рисом, а в другой овощи. С противоположной стороны стола мужчина слегка хмурился и время от времени поднимал голову, чтобы посмотреть на юношу перед собой. Всякий раз, когда он хотел что-то сказать, Жун Сюй поднимал голову и улыбался ему – поэтому он просто улыбался ему в ответ и молчал; даже звон посуды был очень тихим.

Красивый молодой человек спокойно ел, двигаясь при этом очень грациозно и соблюдая все манеры приличия – наблюдать за ним было самым настоящим наслаждением. Цинь Чэн смотрел на своего возлюбленного, и по его сердцу разливалось тепло. Он смотрел и смотрел на него, но не мог произнести ни слова.

Цинь Чэн: «Жун Жун моей семьи очень аккуратный и грациозный, я не могу отвлекать его своими разговорами...»

Жун Сюй потянулся за очередным овощем, про себя думая: «Как же мучительно мы молчим… когда это закончится?»

Жун Сюй на самом деле был не из тех, кто слишком строг в соблюдении этикета. Если ты ешь дома, сидя напротив того, кто тебе нравится, почему ты не можешь с ним поболтать? Причина всей проблемы была в том, что впервые войдя в этот дом год назад, Жун Сюй обнаружил, что когда Цинь Чэн ест, он никогда не разговаривает!

Каждый раз, когда Жун Сюй хотел поговорить с Цинь Чэном, всё заканчивалось тем, что он произносил пару слов, а  Цинь Чэн поднимал глаза и молча смотрел на него.

Стоит ли  упоминать, какое беспокойство и буря переполняли в такие моменты Цинь Чэна? Он думал: «Ах, Жун Жун заговорил со мной! Он говорит, говорит со мной! С каким лицом я должен сидеть?». Но на самом деле Жун Сюй в этот момент видел перед собой лицо абсолютно равнодушного человека.

Такой контраст...

Что ж, его поведение за столом казалось немного грубым...

Конечно, это не означало, что они совсем не разговаривали за едой: время от времени они переговаривались. Но в более поздний период совместной жизни Жун Сюй, наконец, обнаружил, что мужчина пододвигал всю еду ему! В его тарелке вечно холмиком были сложены всевозможные продукты, а тарелка напротив всегда была абсолютно чистой!

Жун Сюй:

— ...

После минутного молчания молодой человек прокашлялся и мягко спросил:

— Я плохо готовлю?

Цинь Чэн:

— Что?

Жун Сюй улыбнулся:

— Ты вообще ничего не ешь. Отдаёшь всё мне.

Мужчина округлил глаза и в следующий же момент нагрёб полную тарелку овощей и быстро принялся их есть.

Глядя на попытки мужчины съесть овощи и вспоминая его безразличие на Красной дорожке, Жун Сюй не мог не рассмеяться.

Прислушиваясь к смеху юноши, Цинь Чэн продолжал уплетать овощи за обе щеки, как будто внезапно их полюбил, хотя кончики его ушей в этот момент уже стали пунцовыми.

После ужина они собрали посуду и загрузили её в посудомоечную машину, после чего вернулись в свои комнаты, чтобы принять душ.

Надев пижаму, Цинь Чэн вышел из своей комнаты и увидел Жун Сюя, сидящего у журнального столика в гостиной. Он поднял колоду карт над головой и с улыбкой предложил:

— Цинь Чэн... может сыграем?

Игр, в которые могли бы сыграть два человека, было очень мало, как, впрочем, и вариантов исхода таких игр: либо проигрываешь ты, либо я.

Цинь Чэн редко играл в игры, особенно в карточные, но ради Жун Сюя он согласился.

Перед началом игры юноша нежно улыбнулся и предложил:

— Если проиграл – снимаешь одежду. Идёт?

Цинь Чэн, сбитый с толку этой улыбкой, некоторое время не реагировал. Через некоторое время:

— ...

После долгого колебания в гостиной, наконец, раздался низкий голос мужчины:

— Тот, кто проиграл, должен надеть одежду?..

Сегодня было довольно жарко, и закутывание в лишнюю одежду определенно могло рассматриваться как наказание.

Жун Сюй тяжело покачал головой и с доброй улыбкой повторил:

— Он должен раздеться.

Цинь Чэн:

— ...

Мужчины склонились над журнальным столиком и принялись играть в карты.

В первой игре проиграл Цинь Чэн. Он спокойно снял рубашку. В комплект к его пижаме шла чёрная майка-борцовка, в которой он и остался. Эта майка очень красиво подчёркивала гладкие мышцы мужчины.

Во второй партии проиграл Жун Сюй.

Цинь Чэн поднял глаза и посмотрел на Жун Сюя, внезапно остановив взгляд на шарфе на шее юноши. Он только сейчас понял, почему Жун Сюй попросил его принять душ, – чтобы он переоделся в пижаму, и на нём было меньше одежды! Тогда зачем он нацепил на себя шарф, шляпу и перчатки? Это же было спланировано заранее!

Хотя он и не совсем понимал, почему Жун Сюй так внезапно захотел сыграть в столь странную игру, Цинь Чэн не мог ему отказать. Поэтому он просто сидел и молча смотрел на шарф на шее Жун Сюя, ожидая, что Жун Сюй снимет именно его. Однако... в следующий момент тонкие белоснежные руки внезапно потянулись к пуговицам на рубашке пижамы и… *чик, чик, чик, чик*… расстегнули их  все до единой!!!

Цинь Чэн:

— !!!

Рубашка была великодушно снята и небрежно брошена на диван. Мягкий шарф в этот момент свисал на грудь с обеих сторон, слегка прикрывая соски. Соблазнительный розовый цвет то и дело появлялся в поле зрения мужчины на долю секунды, после чего снова исчезал под шарфом...

Жун Сюй усмехнулся:

— Продолжаем.

Низкий голос Цинь Чэна прозвучал немного тупо:

— Хорошо...

Следующие несколько партий проигрывал один только Жун Сюй. Иногда карты в руках Цинь Чэна были стопроцентно проигрышными, но в конце он всё равно умудрялся победить. Во всех партиях, кроме  первой, проиграл Жун Сюй, лишившись в итоге шарфа, шляпы и перчаток.

Слегка приподняв бровь, юноша недовольно прошептал:

— Снова я проиграл... — сказав это, он протянул руку к пижамным штанам, как будто действительно собирался их снять.

Но в следующую секунду он остановился, потому что кто-то накинул на него одежду.

Жун Сюй внезапно прекратил снимать с себя штаны, медленно поднял голову и посмотрел на человека перед собой. Он увидел, что Цинь Чэн обеими руками держит рубашку, брошенную им на диван, и нежно натягивает её на обнаженные плечи юноши. Тёмные глаза были настолько глубокими, что в них не было видно дна; казалось, будто он сверлит торс Жун Сюя взглядом насквозь, но... что-то его сдерживает.

— Холодновато… и уже поздно. Хватит играть...

Хриплый голос мужчины эхом разнёсся по пустой гостиной, и его пальцы, сжимающие рубашку, коснулись плеч Жун Сюя. Он чувствовал, что его пальцы в этот момент были обжигающе горячими, но продолжал натягивать на Жун Сюя его рубашку и застёгивать её,  пуговица за пуговицей.

Цинь Чэн опустил голову и осторожно застегнул последнюю пуговицу. В этот момент Жун Сюй внезапно поднял голову и яростно поцеловал его в губы.

Мужчина мгновенно застыл, но это продлилось лишь мгновение. Он тут же поднял руку, чтобы обнять любимого за затылок, и усилил поцелуй.

Мужчины обнялись и упали на диван. Язык Цинь Чэна ловко скользил по рту Жун Сюя, который весь онемел и мог только протянуть руки и крепко прижать мужчину к себе. По всему его телу разлилось приятное тепло.

Хотя поцелуй Цинь Чэна и нёс в себе его холодную ауру, на самом деле он был горячим и безумным. Во время поцелуя Жун Сюй даже пару раз чувствовал, что задыхается. Он мог только тихонько сделать глоток воздуха и вернуться к страстному поцелую.

Двое ещё долго целовались, лёжа на диване в гостиной. После окончания поцелуя Жун Сюй закрыл глаза и подсознательно поднял руку, чтобы прижать Цинь Чэна к себе. Однако, когда он начал целовать его снова, Цинь Чэн внезапно отпрянул и вымолвил:

— Уже слишком поздно... Возвращайся в комнату, тебе нужно поспать.

Жун Сюй:

— ...

Отведя его в комнату, Цинь Чэн заботливо укрыл Жун Сюя одеялом, поцеловал его в мягкие красные губы, а затем закрыл за собой дверь. Но юноша, оставшийся один в тёмной комнате, не хотел спать. Он лежал, широко раскрыв глаза, и смотрел в потолок с пустым выражением лица.

Спустя долгое время раздумий он перевернулся на бок и достал из под подушки телефон.

На разблокированном экране можно было увидеть строку поиска, гласившую...

«Почему мой любимый так безразличен ко мне?»

Лучший ответ ниже обобщённо имел следующее содержание:

«Влюбленный мужчина не может быть безразличным к своей девушке. Если имеет место такая ситуация, есть только две причина: во-первых, у мужчины какие-то проблемы по этой части; во-вторых, у мужчины есть любовница! Предположим, вы действительно хотите узнать, что происходит. Для проверки вы можете использовать следующий метод: намеренно флиртовать с мужчиной и наблюдать за его реакцией. Например, вы можете надеть сексуальное нижнее белье.

Также можно сыграть в карточную игру на раздевание, намекая мужчине за свои желания. Ни один нормальный мужчина не сможет остаться в этой ситуации равнодушным, даже если у него есть интрижка на стороне. Если и это его не соблазнит, значит, соблазнить такого мужчину практически невозможно.

Уважаемый гость, добро пожаловать в Ассоциацию больниц Города В, не забудьте поставить нам лайк! :)»

Жун Сюй:

— ...

Он решил изменить запрос и нажать на «поиск» снова: «Почему мою девушку не влечёт ко мне?»

Результат этого запроса был ничем не лучше предыдущего. В дополнение к ответам про то, что «она вам изменяет», был также вариант о том, что «женщины менее импульсивны, чем мужчины, например, до и после менструаций их влечение может быть притуплено».

Глядя на эти статьи, Жун Сюй поднял левую руку и закрыл лицо. Его щёки уже стали пунцово красными. Только что, когда он раздевался, он исчерпал весь свой жизненный запас храбрости. Он не ожидал, что реакция на его инициативу будет такой...

«Неужели… Цинь Чэн и в правду не хочет меня?»

***

В соседней комнате.

Цинь Чэн:

— ...

Приняв холодный душ, мужчина молча разблокировал свой телефон, долго смотрел на экран и, наконец, открыл Вэйбо и опубликовал новый пост.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Он такой странный… Всё произошло так внезапно, что я еле смогла удержать себя в руках…»

Столь многозначительный пост уже через три секунды набрал несколько ответов!

«Что-что? Что значит «еле смогла удержать себя в руках»? Это то, о чём я думаю?»

«Паста, скажи нам: что случилось?! Неужели Бог твоей семьи хотел.. кхм-кхм…»

Эти люди просто шутили, но, к своему удивлению, вскоре все они получили ответы от «Пасты».

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Ну, то есть... контролировать себя было трудно».

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Просто он так внезапно стал вести себя немного... странно. Я больше не могу сдерживаться! Что мне делать?»

Подписчики «Пасты» тут же встрепенулись!

«Паста, не позволяй парню добиться своего, не делай этого! Хотя ты и влюблена, и пишешь об этом уже несколько месяцев, тебе нужно подождать ещё немного! Пусть парень потерпит, хе-хе! Наши большие апельсины нельзя давать откусить первому встречному!»

«То есть наша Апельсиновая богиня такая глупая, что не может удовлетворить этого вонючего парня, укравшего её сердечко?»

«Мне так любопытно, а почему Апельсиновая богиня должна сдерживать себя? Ты не готова к этому или ты слишком консервативна в этом плане? На самом деле это нормально, хотя нынче многие люди и не заботятся о таких мелочах, как секс после свадьбы, если тебе это небезразлично, я обязательно поддержу тебя в твоём решении. Это ведь твоё тело – если ты не хочешь, этот вонючий парень не должен заставлять тебя делать это! Мы все поддерживаем тебя, любим Жун Сюя, любим апельсины и желаем тебе победы над этим вонючим парнем!»

«Вонючий парень» в этот момент: «…»

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Я не консервативна и не собираюсь выходить за него замуж. Дело в том... что я ещё слишком молода, мне 19 лет… Я чувствую, что мне ещё рано, это правда?»

Прочитав этот ответ, все подписчики «Пасты» были в шоке…

«19?!!! Апельсиновая малышка, повтори-ка, тебе всего 19 лет?! Мамочки, я действительно стала поклонницей симпатичной девушки на целых десять лет моложе меня!»

«Я в шоке! Этот вонючий парень!.. Это животное!.. Нашей малышке всего 19 лет! Как он посмел приставать к тебе?! Животное, животное, просто животное... Хотя у нас и разрешено выходить замуж с 18-ти лет, хотя я сама и жила со своим молодым человеком с 19-ти лет... кхм-кхм… он всё равно животное! Всё равно!»

Глядя на эти комментарии, настоящий «зверь» Цинь Чэн замер:

— ...

Быстро выключив телефон, Цинь Чэн лёг спать без всяких эмоций на лице. Закрыв глаза, он пять минут пытался уснуть. Вдруг он снова встал, включил свет и подошёл к столу. Взяв ручку и блокнот, он снова включил телефон и начал выписывать имена одно за другим.

Пятна чернил: «Животное! Пасте нельзя соглашаться!»

«Так, пятна чернил, запишем...»

Майкл: «Оказывается ей всего 19 лет, а этот вонючий мужик посмел лезть к ней!»

«Хорошо, Майкл, я запомнил…»

Учиха Акихико: «19-лет – это слишком рано. Я поддерживаю Апельсинку. Апельсинка, тебе нужно расстаться с этим парнем. Он определенно относится к тебе куда хуже, чем я. Будь лучше со мной! 23333333333»

«Жун Жун в десять тысяч раз лучше тебя! Кто захочет быть с тобой???!!!

Учиха Акихико, запишу два раза!..»

После того, как все никнеймы были выписаны в небольшой блокнотик, Цинь Чэн удалил свой пост, лёг и сразу же уснул.

На следующее утро Цинь Чэн поехал в офис компании, а Жун Сюй отправился в пижаме на кухню, чтобы приготовить что-нибудь на завтрак. Во время еды он листал последние новости, когда ему вдруг пришло сообщение от Ло Вэй.

Ло Вэй: «Сяо Сюй, представляете, я сегодня прочитала у одной девушки про Вашу фанатку, Пасту из семян лотоса с апельсиновой начинкой, которая пожертвовала миллион на Вашу благотворительную акцию… помните её? Ей в этом году  всего 19 лет! Я так ей завидую! Хотела бы я тоже иметь миллион в свои 19 лет _(:3"∠)_»

Ложка с кашей зависла в воздухе, и взгляд Жун Сюя надолго замер на словосочетании «19 лет».

Жун Сюй: «Она моя ровесница?»

Ло Вэй: «О, действительно! Да! Ей столько же, сколько и Вам, Сяо Сюй!»

После этого они отошли от темы «Пасты» и обсудили поездку к команде режиссёра на следующей неделе. Утвердив свой график, Жун Сюй собрал посуду и загрузил её в посудомоечную машину. Выйдя из кухни, он направился на балкон, чтобы сделать звонок.

— Хорошо… Продолжайте следить за ним: вдруг сможете ещё что-нибудь заснять. Кроме того, я хотел бы попросить других детективов из Вашей компании проверить для меня ещё кое-что. Узнайте, встречался ли раньше Жун Хэн с женщиной по фамилии Лю. Я надеюсь узнать об этой женщине всё.

Папарацци и частные детективы на самом деле очень похожи. Звёзды ненавидят папарацци, но в то же время звёзды – это те, кто знаком с папарацци очень хорошо. В этом отношении Жун Хэн определенно уступал Жун Сюю, потому что Жун Сюй знал, где и как можно найти лучшего частного детектива, чтобы раскрыть все его тайны.

Повесив трубку, Жун Сюй отправил Цинь Чэну текстовое сообщение: «Помоги мне открыть подставную компанию».

К обеду он получил ответ от Цинь Чэна: «Хорошо. Кстати, я не вернусь к обеду. Буду  вечером».

Жун Сюй как раз заходил на кухню, когда увидел это сообщение. Он остановился. Ответив «хорошо», он повернулся к шкафу, достал оттуда пачку лапши быстрого приготовления, залил её горячей водой и добавил яйцо-пашот и ветчину. Это было самое простое в приготовлении блюдо.

Вечером, после того, как Цинь Чэн вернулся, они быстро перекусили и собрались спать.

Когда они пожелали друг другу «спокойной ночи», стоя перед дверью комнаты Жун Сюя, он внезапно взял мужчину за руку и слегка приподнял голову и нежно поцеловал его в губы.

Цинь Чэн не успел отреагировать, как услышал у своего уха низкий мягкий голос:

— Цинь Чэн... ты мне нравишься.

В этот момент мужчина внезапно смягчился, чувствуя, как волна тепла разливается по его груди. Глядя на это красивое лицо, Цинь Чэн не мог не протянуть руку и не погладить нежную кожу юноши. Долгое время спустя он, наконец, изогнул свои тонкие губы в улыбке и прошептал самое простое в мире признание в любви:

— Сяо Сюй, я люблю тебя.

В его голосе звучала улыбка, такая мягкая и приятная, что Жун Сюй почувствовал опьянение.

Глядя в глубокие чёрные глаза Цинь Чэна, Жун Сюй медленно улыбнулся и кивнул.

Обменявшись ещё одним нежным поцелуем, мужчины разошлись по своим комнатам. Оставшись наедине с собой, Жун Сюй прислонился к дверному проёму, провёл пальцами по губам и почувствовал тепло. Спустя долгое время он с облегчением выдохнул, достал из кармана свой телефон и удалил с него электронную книгу «Сто способов соблазнить его».

Только что Цинь Чэн сказал ему правду. Он видел это своими глазами. Этот мужчина любил его. Жун Сюй смотрел на своего Цинь Чэна и видел, каким нежным взглядом тот на него смотрит. Даже мысль о том, что у Цинь Чэна может быть роман на стороне, казалась ему невероятной.

«Значит, нужно сходить в больницу и провериться...»

Мужчина в соседней комнате даже не подозревал о том, что в его график уже включён пункт «посещение врача».

Приняв душ, он долго лежал в постели и смотрел на стену.

Прямо за этой стеной сейчас, наверное, уже спал его милый Сяо Сюй. Прекрасно понимая, что через стену ему его не увидеть, Цинь Чэн всё же продолжал лежать и смотреть на неё.

Той ночью «главная фанатка» Жун Сюя опубликовала на своей странице ещё один пост.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Я по-прежнему не могу терпеть…»

***

Ранним утром следующего дня Цинь Чэн незаметно покинул квартиру и отправился в аэропорт. К полудню Жун Сюй проснулся и нашёл в холодильнике тарелку с жареной свининой и перцем и записку: «Лапша быстрого приготовления – не самое питательное блюдо».

Жун Сюй не мог не улыбнуться от такой заботы. В это утро он завтракал жареной свининой.

***

Четыре дня спустя Жун Сюй вылетел из города В в провинцию J и официально присоединился к команде.

Когда Жун Сюй прибыл в съёмочную группу, режиссёра Сюй Вэя на площадке не было. Он вылетел в Соединенные Штаты за день до его прилёта, чтобы поприсутствовать на церемонии награждения. Так что все в команде были очень расслаблены. Поначалу сотрудники тайком поглядывали Жун Сюя и не осмеливались подойти и попросить у него автограф, но постепенно, с появлением первого смельчака... к нему стали подходить за автографом всё больше и больше сотрудников.

Когда режиссёр Сюй вернулся на следующий день из Штатов и увидел, что прогресс съемочной группы топчется на месте, старик ударил костылём по полу и сказал:

— Как насчёт грима? Как насчёт причесок? Образ каждого актёра уже идеален? А где этот... актёр второго плана? Я нигде его не вижу. Где он?

Помощник режиссёра быстро подскочил с места:

— Режиссёр Сюй, Лу Сянбо вчера участвовал в рекламной программе и присоединится к нам сегодня днём.

Режиссёр Сюй холодно фыркнул:

— Днём? Главный герой и героиня здесь, а актёра второго плана нет? Смотрю, он важная шишка. Разве он не должен был приехать сюда ещё три дня назад?!

— Да, да, да!

Характер у режиссёра Сюй был скверный. Среди всех режиссёров, которых Жун Сюй повидал за свою жизнь, с этим стариком мог потягаться разве что режиссёр Го, но даже он бы ему проиграл.

Большие режиссёры всегда немного странные, и это нормально. Например, у Лю Лао тоже бывал дурной характер, но только когда он был в плохом настроении. Режиссёр Сюй – совсем другое дело. В команде он вообще никогда не улыбался, а только всегда спокойно и внимательно следил за работой каждой группы на площадке.

Когда режиссёр Лю бывал в ужасном настроении, вёл он себя, конечно, хуже, чем режиссёр Сюй сейчас, но в целом...

Ло Вэй прошептала:

— Сяо Сюй, режиссёр Сюй просто ужасен...

Жун Сюй оторвался от сценария. Он держал сценарий в левой руке, а маркер – в правой. Весь сценарий был исписан его длинными заметками. Услышав слова Ло Вэй, он беспомощно улыбнулся:

— Я думаю, режиссёр Сюй очень даже хорош.

Ло Вэй была шокирована:

— Очень хорош? Он?

Жун Сюй в ответ молча улыбнулся.

В прошлой жизни он встречал одного режиссёра Голливуда с очень, очень дурным характером. Он часто впадал в агрессию и конфликтовал с актёрами. Многие актёры его фильмов просто отказывались работать с ним дальше. В конце концов, кто захочет сотрудничать с человеком, который весь день находится в депрессии?

Хотя у режиссёра Сюй, кажется, и был плохой характер, он не станет отчитывать тебя, пока ты не накосячишь. Такие люди очень строго и ответственно подходят к своей работе; они строги к другим, но ещё более строги к себе. Именно поэтому все работы режиссёра Сюй были практически безупречны по качеству и имели самые высокие рейтинги.

Вскоре Жун Сюю сделали грим, сфотографировали его и снова сняли грим.

Через три дня должна была состояться церемония запуска. Актёры приехали на площадку заранее, чтобы познакомиться, понять друг друга и разобраться в не понятных им рабочих вопросах.

Фактически, тот факт, что актёр второго плана опаздывал, не имел большого значения для команды. В конце концов, если съёмки пока не начались, значит, он ещё не опоздал.

Однако режиссёр Сюй надеялся, что он приедет пораньше, потому что этот актёр должен был сыграть капитана баскетбольной команды, а его навыки игры в баскетбол режиссёру Сюй были неизвестны, поэтому ему необходимо было заранее потренироваться, ведь иначе идеальной игры на экране было не добиться.

Лу Сянбо – так звали этого актёра второго плана; он был отечественным актёром первой линии. Он дебютировал на год раньше Жун Сюя, сразу снявшись в фильме большого режиссёра. Этот человек, как и Цинь Чэн, снимался только в фильмах и ни разу не появлялся в сериалах.

Что касается главной героини этого фильма, её играла хорошо известная отечественная актриса по имени Сяо Цзытун. Она была очень хорошей певицей с чистый голосом, так называемой «любимицей нации». Её актёрские навыки были не так хороши, как голос, но она была знаменита в кино. Все фильмы, в которых она играла, были молодежными. Благодаря репутации «любимицы нации» ей была простительна плохая игра, и актёрского мастерства от неё требовалось только на 50%.

Фильм, который собирался снять режиссёр Сюй, назывался «Немой».

На такое название, естественно, имелись свои причины.

После того, как Жун Сюй сделал серию фотографий в гриме, Сяо Цзытун, игравшая главную героиню, подошла к нему и с улыбкой поздоровалась:

— Привет, Жун Сюй! У тебя есть время прорепетировать со мной? Я знаю, что у тебя немного реплик, а у меня их целая куча, и я хотела бы их прогнать. Не хочу, чтобы режиссёр Сюй отчитывал меня. — актриса озорно ему подмигнула.

Жун Сюй улыбнулся и ответил:

— Хорошо. Я свободен в любое время.

Да, в этом фильме у Жун Сюя не было реплик. Строго говоря, у него была всего одна строчка текста.

«Немым» в этом фильме был он сам.

Героиня была совсем юной старшеклассницей, столкнувшейся со множеством неприятностей. Однажды ночью она пошла на детскую площадку и случайно услышала, как её парень кому-то звонит. Молодой человек не заметил её в темноте и продолжал мило флиртовать с другой девушкой по телефону.

Итак, героиня бросилась к изменнику, дала ему пощечину, и пнула, после чего парень убежал. Оставшись наедине с собой, героиня, наконец, проявила слабость, села на неосвещенную скамейку и расплакалась.

В этот момент она и познакомилась с главным героем, которого играл Жун Сюй.

Главный герой – красивый немой юноша с очень белой кожей. Он появился, когда героине было очень грустно, и утешил её. Поскольку сам он говорить не мог, девушка много рассказывала ему о себе и своей жизни.

Такой милый и симпатичный мальчик понравился бы каждому, и героиня не была исключением.

С одной стороны, девушке очень нравился этот парень. А с другой, всё, что он мог ей дать – это тишина в ответ.

Впервые получив этот короткий сценарий из рук Ло Чжэньтао, Жун Сюй сразу же прочёл его. Его первой реакцией было: «Этот фильм – проверка моих актёрских способностей!»

На весь сценарий у него была всего одна строчка текста, а всё остальное время он должен был задействовать язык тела и тонкую мимику.

Второй его реакцией было: «Это очень хороший фильм!»

Режиссёр Сюй однажды сказал в интервью журналистам, что на этот фильм на самом деле повлиял «Вечерний звук» режиссёра Лю Лао, который вдохновил его написать этот сценарий.

Режиссёр Лю – давний друг режиссёра Сюй, и он делал своему другу много рекламы. На одном из интервью он как-то нарочно сказал: «После прочтения  сценария фильма ‘Немой’ я думаю, что этот фильм ничем не уступает моему ‘Вечернему Звуку’».

Возможно, это было простым преувеличением, дабы помочь своему старому другу продвигать новый фильм, но режиссёр Сюй был действительно талантлив. «Вечерний звук» повествовал о герое Цинь Чэна, который ждал свою возлюбленную на Мосту Найхэ*. После 60 лет ожидания, он, наконец, вернулся в Мир Смертных, чтобы отыскать свою возлюбленную, но узнал, что она давно его забыла.

То, о чём рассказывал фильм «Немой», тоже было историей о призраке.

Этот призрак просто сопровождал девушку, которая ему понравилась. Они оба учились в одной школе. У него с детства было слабое здоровье, он редко общался со сверстниками, и о нём мало кто заботился. Единственная девушка, которая обращала на него хоть какое-то внимание, вечно от него пряталась. Когда он смотрел на неё, она робко отводила взгляд и делала вид, что не замечает его.

Постепенно он стал обращать на эту девушку больше внимания.

Он нравился ей и знал это, но ему было очень любопытно узнать, почему он может кому-то нравиться. Поэтому он стал ежедневно уделять этой девушке внимание и вскоре обнаружил, что она часто помогает своим товарищам бороться с плохими ребятами и, несмотря на что, что она любит казаться беспечной, на самом деле она очень отзывчивая и всегда придёт на помощь.

Постепенно, наблюдая за ней, он начал чувствовать, что у этой девушки очень красивая улыбка.

Так, летом того же года, в день, когда они оба должны были закончить учёбу, девушка позвонила ему и назначила ему встречу на завтра у ворот школы.

В тот день он впервые вернулся домой счастливым. Вспоминая её прекрасные глаза, он запер дверь в свою комнату и начал писать ей любовное письмо. Он считал, что девушке не следует признаваться в своих чувствах первой. Он должен был признаться ей во всём первым в своём письме.

Но слова, написанные на бумаге, не могли заменить искреннее признание.

В конце концов, юноша сдался и принял решение прийти завтра к воротам школы и сообщить своей возлюбленной три простых слова - ты мне нравишься - глядя ей прямо в глаза, ведь нет ничего лучше искренней радости в глазах любимого человека.

Но на следующее утро он не увидел солнца.

У него внезапно обострилась астма, и родители в ту же ночь отвезли его в больницу, но спасти парня не удалось.

В отличие от «Вечернего звука», сюжет этого фильма был больше ориентирован на юношескую невинность. Если Лю Лао в своём фильме повествовал о взрослой любви длиною в жизнь, то режиссёр Сюй в «Немом» хотел рассказать зрителю о самой чистой юношеской любви.

Поначалу Ло Чжэньтао сомневался: нужно ли Жун Сюю браться за этот фильм?

Во-первых, у Жун Сюя бы тогда совсем не осталось времени на отдых межу съёмками. Он снялся в большом количестве работ подряд и почти не отдыхал. Во-вторых, Жун Сюй никогда не играл школьников. Он то был очень умным военным офицером, то хладнокровным и безжалостным молодым человеком...

В общем, такого юного мальчишку он ещё никогда не играл.

Но в итоге, глядя на сомнения Ло Чжэньтао, Жун Сюй не смог удержаться от смеха:

— Ло Гэ, помнится мне... мне в этом году всего 19 лет?

Ло Чжэньтао внезапно осенило, и он улыбнулся:

— Да, да, верно Сяо Сюй! Вам ведь всего 19 лет, ха-ха-ха-ха!

Так было решено согласиться на роль в этом фильме.

Днём у Жун Сюя и Сяо Цзытун было несколько совместных сцен, поэтому они были заняты работой.

Возможно, ругань старика Сюй подействовала, но к вечеру на площадку прибыл Лю Сянбо. Он быстро направился прямиком в гримерку, чтобы подготовиться к съёмкам.

Жун Сюй в это время ужинал. Услышав эту новость, он ничего не почувствовал. Но Ло Вэй тут же нахмурилась и с нескрываемым отвращением в голосе прошептала:

— Сяо Сюй, мне жутко не нравится этот Лу Сянбо. Должно быть, он специально выбрал этот фильм. Я слышала, как Сяо Ли из группы по освещению говорила, что он заплатил за эту роль, и написал целых два письма режиссёру Сюй, прежде чем получил эту роль второго плана.

Жун Сюй был немного удивлён:

— За что ты его так ненавидишь?

— Сяо Сюй, Вы что, не знаете?! Лу Сянбо же прозвали «Маленьким Цинь Чэном», когда он дебютировал! — тихо вскрикнула, округлив глаза, юная помощница.

* Одним из важнейших загробных объектов народной китайской религии является Найхэ-цяо (奈何橋), «Мост беспомощности», который должна пересечь каждая душа перед входом в подземный мир, подобно реке Стикс в греческой мифологии. Дальше на пути в загробный мир душа проходит павильон Ван Сян Тай (望鄉臺), откуда она ещё раз напоследок может увидеть своих родных и близких, оставленных в мире живых.

В индустрии развлечений существует способ дебюта, именуемый «данью уважения».

В прошлой жизни Жун Сюя на одном телеканале шла развлекательная передача под названием «Я большая звезда». Суть её состояла в поиске звёзд в среди обычных людей. Победителя они объявляли новой звездой на всю страну.

Эта «новая звезда» дебютировала, снималась в одном сериале или фильме, и, в принципе, могла считаться мелкой знаменитостью, но для широких масс так и оставалась неизвестной.

Ло Вэй сделала глоток воды.

Лу Сянбо только что закончил делать грим и вышел из гримерной, готовясь сделать фото в гриме. Ему предстояло сыграть мужскую роль второго плана – крутого красивого парня, юное светило баскетбола – типичный персонаж любого фильма про подростков.

Сейчас Лу Сянбо стоял посреди студии в баскетбольной форме в красно-белую полоску и позировал, держа подмышкой баскетбольный мяч.

Ло Вэй прошептала:

— Этот Лу Сянбо дебютировал в прошлом году, и стал знаменит под именем «Маленький Цинь Чэн». Везде, куда бы он ни пошёл, его называли «Сяо Цинь Чэном». Сяо Сюй, он мне очень не нравится… Каждый раз, когда он участвует в развлекательных шоу, он намеренно повторяет своё старое прозвище, как будто кто-то его не знает! Это дико раздражает. Очевидно, он создал этот образ намеренно, и до сих пор продолжает его поддерживать. Это так бесстыдно!

Ло Вэй проработала в кругу развлечений уже больше полугода, и её уже нельзя было назвать новенькой. Конечно, она не могла поверить в то, что прозвище «Сяо Цинь Чэн» было дано Лу Сянбо фанатами. Для неё было очевидно, что это был намеренный ход; путь к славе, придуманный его пиар-менеджерами.

Лу Сянбо был отдалённо похож на Цинь Чэна внешне. Его актёрские способности были слабыми, но из-за его внешности и имиджа «Маленького Цинь Чэна» его часто звали сниматься в фильмах. Режиссёры с радостью использовали его для ролей третьего и четвёртого плана, зная, что среди зрителей найдутся те, кто пойдёт в кино именно ради этого парня. Это была стандартная уловка и хороший маркетинговый ход.

Выслушав Ло Вэй, Жун Сюй поднял голову и взглянул на Лу Сянбо. Его взгляд скользнул по лицу молодого человека, от бровей до подбородка, после чего он скривил губы и мягко улыбнулся:

— Он намного ниже Цинь Чэна.

Ло Вэй опешила, но вскоре рассмеялась:

— Сяо Сюй, какой Вы жестокий: указываете людям на их недостатки! Его рост всего метр 77, а у Цинь Шэня – 190! — гордо выпалила Ло Вэй. Её ликующий взгляд в этот момент, естественно, не выражал никакого осуждения.

Жун Сюй в ответ мог только улыбнуться, развести руками и невинно поморгать.

Вскоре пришло время ужинать.

Теперь, когда все члены съёмочной группы и актёры были на месте, их всех собрали на простой ужин, чтобы у них была возможность познакомиться и пообщаться перед началом съёмок.

Жун Сюй взял тарелку, наложил себе несколько закусок на выбор и вернулся за стол. Едва усевшись на своё место, он услышал сзади чей-то весёлый голос:

— Привет! Здесь никто не сидит? Могу я присесть?

Юноша замер с палочками для еды в руке и медленно поднял голову. Увидев ослепительную улыбку говорившего, Жун Сюй секунду подумал и улыбнулся:

— Никто не сидит. Можете сесть.

Лу Сянбо поставил тарелку на стол, отодвинул свободный стул возле Жун Сюя и сел.

Они принялись молча есть; Жун Сюй ел спокойно, будто ничего не изменилось, в то время как Лу Сянбо ел очень медленно. Доев, он посмотрел на Жун Сюя и увидел, что тот собирается есть фрукты. В этот момент Лу Сянбо сжал свои палочки для еды, улыбнулся и заговорил:

— На самом деле... Я знаю Вас. Мне очень нравится фильм «Чёрные тучи» с Вами. Этот фильм действительно хорош – я пересмотрел его трижды. Можете как-нибудь дать мне свой автограф?

Жун Сюй отложил палочки для еды и ответил:

— Да. Спасибо за комплимент. — больше ничего говорить Жун Сюй не планировал.

Жун Сюй ответил ему всего четырьмя словами, но на лице Лу Сянбо не появилось и тени печали.

Хотя Лу Сянбо дебютировал уже два года назад, его результативность была куда ниже, чем у Жун Сюя. Очевидно, он снимался в фильмах, и ему поступали разные предложения, однако публика относилась к нему ни горячо, ни холодно. Зрители помнили его как «Маленького Цинь Чэна», но большинство из них едва могли вспомнить его лицо, не говоря уже о персонажах, которых он играл, и о его настоящем имени.

В кругу развлечений существовала чёткая уровневая система. Популярность Жун Сюя в разы превосходила Лу Сянбо, как и кассовые сборы его фильмов. И это не говоря о том, что Жун Сюй  выиграл на премиях «Пион», «Взлёт» и «Золотой колокол»; Лу Сянбо же был номинирован всего на пару кинопремий второго уровня, но в итоге не победил в своей номинации ни разу.

С такими мелкими достижениями, даже если бы Жун Сюй сказал ему: «Извините, это место занято», Лу Сянбо бы его понял.

У Жун Сюя был неплохой характер, и этот Лу Сянбо не так сильно его раздражал, но… просто глядя в это лицо, ему становилось не по себе.

Лицо и нос Лу Сянбо были немного похожи на Цинь Чэна, но глаза и губы отличались. Однако этому парню оказалось достаточно и одного лица с носом, чтобы использовать ради собственной выгоды имя Цинь Чэна.

Жун Сюю не нравилась подобная «дань уважения», но он не мог судить юношу за это.

Такие вещи в кругу не были редкостью. Даже сам «пострадавший», Цинь Чэн просто игнорировал этого Лу Сянбо. Ему было слишком лень разбираться с ним, поэтому он просто никак его не комментировал.

Через некоторое время Жун Сюй закончил есть и приготовился встать, чтобы убрать тарелку. Лу Сянбо тут же сказал:

— Жун Сюй, я только что видел официанта с арбузом на подносе. Не хотите арбуз? Я собираюсь взять себе – Вам захватить?

Жун Сюй сразу же встал, улыбнулся и покачал головой:

— Спасибо за вашу доброту, но не стоит. Я сыт.

Едва договорив, Жун Сюй развернулся и пошёл прочь, беспомощно улыбаясь.

Нахождение рядом с этим Лу Сянбо... что ж, это действительно испытывало его выносливость. Глядя на его лицо, Жун Сюй представлял, как Цинь Чэн разговаривает с ним с таким же хитрым выражением лица, как он щебечет во время еды, как он кривит рот...

Одна только мысль об этом была смешной, и Жун Сюй с трудом сдерживал смех за столом.

Поставив тарелку на стол для грязной посуды, Ло Вэй подкралась к Жун Сюю, бросила злобный взгляд вдаль на Лу Сянбо и огляделась по сторонам. Посмотрев на Жун Сюя, она недовольно спросила:

— Сяо Сюй, о чём он с Вами говорил?

Глядя на странное поведение своей помощницы, Жун Сюй удивлённо вскинул бровь:

— Просто поздоровался.

Ло Вэй сразу же выпалила:

— Сяо Сюй, он нехороший человек! Я только что слышала, как помощник режиссёра Ли сказал, что Сюй Дао взял Лу Сянбо на эту роль не просто потому, что тот снизил свой ценник, – он вообще не попросил за свою работу ни копейки! Он специально влез в каст этого фильма! Вы понимаете, зачем ему это нужно?

Когда Жун Сюй услышал о том, что Лу Сянбо «снизил свой ценник», он ещё был относительно спокоен, но когда он услышал фразу «ни копейки», улыбка на его лице застыла.

После минутного размышления Жун Сюй вздохнул:

— Да, ему приходится вечно быть чьей-то тенью. Тяжело стать популярным.

Услышав это, Ло Вэй подумала, что её босс заступается за Лу Сянбо, поэтому быстро объяснила:

— Вам известно, какая связь между фильмами «Немой» и «Вечерний звук», Сяо Сюй? Через этот фильм Лу Сянбо сможет ещё сильнее присосаться к Цинь Шэню, но теперь через Вас, Сяо Сюй! Ведь в «Чёрных тучах» Вы играли вместе с Цинь Шэнем, а теперь этот Лу Сянбо будет играть с Вами! Разве такие совпадения бывают? Он делает это всё специально!

Жун Сюй пошёл вперёд, шепнув девушке на ухо по пути:

— Я знаю.

Ло Вэй на мгновение опешила и медленно переспросила:

— Вы знаете?..

Жун Сюй:

— Да, я знаю.

Ло Вэй:

— Тогда… Сяо Сюй, Вы не злитесь?.. Он же снова использует Цинь Шэня, а в довесок ещё и Вас!

Шаги Жун Сюя внезапно прекратились. Он повернулся, взглянул на Ло Вэй и спокойно сказал:

— Сяо Вэй, тебе нужно привыкнуть к таким вещам в индустрии. Он просто хочет прославиться через нас с Цинь Чэном. Его попытки не обязательно будут успешными, и это никак не навредит интересам Цинь Чэна и мне. Причина, по которой Цинь Чэн не обращал на него внимания последние два года, состоит в том, что ему это на руку. Если бы Цинь Чэн стал обращать на Лу Сянбо внимание, тот был бы этому только рад. Так что, если ты ненавидишь его, лучшим выбором будет просто игнорировать его.

Ло Вэй застыла на месте, но вскоре пришла в себя и быстро побежала вслед за Жун Сюем.

Жун Сюй был прав: Цинь Чэн полностью игнорировал Лу Сянбо в последние два года. Он даже успел забыть о существовании этого человека. Чем больше ты думаешь о таких людях, тем больше они радуются, поэтому Сюй Цзинь выбрал тактику «лечение игнором».

По сравнению с Сюй Цзинем, Ло Вэй была слишком восприимчивой. Если она злилась из-за такой мелочи, то Жун Сюй боялся себе даже представить, что она делала бы при виде более раздражающих персонажей, вроде того же Ханя Янхао...

Однако Жун Сюй не думал, что после того, как он поговорит с этим «Сяо Цинь Чэном» с глазу на глаз, ведя себя при этом максимально вежливо, этот человек сочтёт его вежливость за грубость!

После того, как Жун Сюй с помощницей покинули столовую, Лу Сянбо с негодованием смотрел им вслед. Лу Сянбо резко опустил голову, крепко сжал палочки для еды и отчаянно раздробил ими в кашу несчастный баклажан, одиноко лежавший на тарелке.

Спустя долгое время, когда баклажан уже был неузнаваем, Лу Сянбо выпустил палочки из рук и встал из-за стола. Пройдя в кабинку туалета, он запер за собой дверь и… ударил в стену кулаком!

Долгое время спустя он собрался с силами и отправил сообщение. Вскоре его агент ответил ему: «Давайте снимемся в этом фильме. В любом случае этот фильм пойдёт Вам только на пользу, никакого вреда и быть не может».

Пальцы, сжимающие телефон, стали бледными. Лу Сянбо ответил: «Он смотрел на меня сверху вниз! Я делал ему комплименты, а он просто игнорировал меня, брат Цян, представляешь?! Не слишком ли он пользуется своей нынешней популярностью?! Да я дебютировал на год раньше его! Это он должен меня уважать! Когда они с Цинь Чэном снимались в одном фильме, он вёл себя смиренно! Я слышал, что он во всём старался угождать Цинь Чэну. А на меня он даже не смотрит и ни во что меня не ставит!»

Агент ответил: «Ну же, Сянбо, не переживайте. Не обращайте на этого злодея внимания».

Лу Сянбо был так зол, что весь раскраснелся и даже всплакнул: «Но… брат Цян, почему этому злодею удаётся быть популярным, а мне – нет? Он ведь не из богатой семьи… Кто ему тогда покровительствует, брат Цян?»

«Я об этом ничего не знаю, но в кругу ходят слухи, что этот Жун Сюй как-то связан с семьёй Жун из города В».

При виде этой новости глаза Лу Сянбо стали ещё краснее.

«Как бы там ни было, я – ничто в его глазах. Брат Цян, можешь не сомневаться, – я всё выдержу: и его, и режиссёра Сюй... Этот чёртов Сюй отчитывал меня сегодня, а я стоял и терпел».

Агент похвалил его: «Сянбо, продолжайте усердно работать. Вам просто нужно сняться в этом фильме, а компания возьмёт на себя всю маркетинговую составляющую, чтобы Вы не отставали».

Конечно, Жун Сюю об этом инциденте ничего не было известно. Он не знал, что в кругу ходили слухи, якобы он пытался угождать Цинь Чэну во время съёмок «Чёрных туч»...

Даже страшно представить реакцию Цинь Чэна и Жун Сюя, если бы им это стало известно.

На съёмках «Чёрных туч» Цинь Чэн то и дело тайком подливал воду в стакан Жун Сюя, постоянно просил своего помощника покупать чай на обед и раздавать его членам съёмочной группы, а Жун Сюю носил еду лично.

В то время Жун Сюй ещё считал, что мужчина делает это всё по наказу тёти Цинь. Теперь, оглядываясь назад, он прекрасно понимал, в чём была причина такой заботы.

Перед сном, болтая с мужчиной по телефону, Жун Сюй внезапно вспомнил:

— Да, кстати, я сегодня кое-кого видел. Э-э-э, он немного похож на тебя... Мне было так смешно, что я еле сдержался!

Цинь Чэн мгновение помолчал, прежде чем перепросить:

— Похож на меня?..

Жун Сюй улыбнулся, лёжа в постели:

— Совсем немного. Ты должен его знать. Это Лу Сянбо. Ло Вэй сказала мне, что его прозвали «Маленьким Цинь Чэном». Он похож на тебя, поэтому я не могу с ним общаться...

Цинь Чэн долго думал, прежде чем, наконец, отыскать в памяти это имя:

— А, припоминаю… У тебя с ним не так много совместных сцен, так что нет ничего страшного в том, что вы не будете общаться. Кстати, сегодня господин Лю рассказал мне кое-что…

***

На следующее утро Жун Сюй прибыл на площадку рано утром, чтобы принять участие в совместном обсуждении сценария.

Атмосфера в команде была очень гармоничной. За исключением того, что режиссёр Сюй всё время был очень серьёзен, все остальные постоянно шутили и мило болтали.

Лу Сянбо тоже был очень активен, хотя ему и тяжело было подбирать темы для разговора. Когда режиссёр Сюй отругал его и трижды попросил прочитать сценарий, он в ответ лишь улыбнулся и подчинился.

Со временем Жун Сюй стал относиться к Лу Сянбо заметно лучше.

Пока что, если не брать в расчёт то, фальшиво он себя вёл или искренне, он был довольно терпелив и устойчив. Для всех в команде будет хорошо, если ни у кого не будет разногласий и конфликтов, ведь так они смогут легко и без проблем отснять все сцены.

***

Три дня пролетели незаметно, и Режиссёр Сюй Дао пригласил репортёров для подготовки к официальной церемонии запуска фильма.

Эта церемония ничем не отличалась от всех предыдущих, в которых принимал участие Жун Сюй. Режиссёр так же рассказывал о фильме и сроках, а после журналисты задавали членам съёмочной группы вопросы.

Репортёры были готовы, и первым интервьюируемым стал сам режиссёр Сюй.

Старик Сюй включил свой микрофон и торжественно заговорил:

— «Немой» – фильм о чистой любви. Я не снимал фильмы о любви уже много лет. Это большое испытание для меня. Но я очень уверен в своей работе. Фильм должен получиться очень хорошим – ждите!

Речь режиссёра Сюй звучала немного высокомерно, и никто не осмелился задать ему вопрос.

Когда репортеры задали все вопросы, связанные с производством фильма, они сразу же сменили тему и перешли к Жун Сюю.

— Жун Сюй, что Вы думаете о своём первом фильме о любви?

— Жун Сюй, вчера команда «Затерянного города» опубликовала ещё одну серию кадров из фильма, где Вы сыграли зрелого профессора психологии. Чувствуете ли Вы давление, играя сейчас роль совсем юного подростка?

— Жун Сюй, о Вас ходят слухи...

Жун Сюй включил свой микрофон и с улыбкой принялся отвечать на вопросы журналистов один за другим. Вопросы некоторых репортёров были очень острыми, но он просто увиливал от ответа, не отвечая ничего по существу. В конце ответа на каждый вопрос, он постоянно возвращал тему обратно к фильму «Немой», чем остался очень доволен режиссёр Сюй.

Помимо Жун Сюя, некоторые репортёры задавали вопросы и актрисе Сяо Цзытун.

Актёры второго плана сидели на этой пресс-конференции больше для «фона», и журналисты задали им за всё время всего пару вопросов.

Когда церемония запуска подошла к концу, режиссёр Сюй отвечавший на последний вопрос, случайно заметил мужчину-репортёра, сидевшего в третьем ряду, и разрешил ему задать свой вопрос. Мужчина тут же спросил:

— Я хочу задать вопрос Лу Сянбо. На этот раз Вы работаете с Жун Сюем – скажите, есть ли у Вас какие-то особые чувства по этому поводу? Жун Сюй уже работал с Цинь Чэном над «Чёрными тучами», и результат был великолепен. Станет ли «Немой» вторыми «Чёрными тучами»?

Как только этот вопрос прозвучал, Жун Сюй нахмурился, а режиссёр Сюй ошеломлённо приоткрыл рот, но так и не произнёс ни слова.

«Чёрные тучи» стали самым продаваемым фильмом года. Фильм собрал в прокате более миллиарда и имел очень хорошие рейтинги. Такой результат был вызван множеством факторов. Если «Немой» сможет повторить успех «Чёрных туч», это, естественно, будет хорошо.

Жун Сюй повернул голову и стал спокойно смотреть на Лу Сянбо. Последний включил свой микрофон и скромно улыбнулся:

— В последние несколько дней я общался с Жун Сюем. Он очень хорош, как и его актёрская игра. Я старше его, и в кино я дебютировал раньше, но мне есть чему у него поучиться. Я считаю, что «Немой» – очень хороший фильм. Для меня этот фильм ничуть не меньше, чем «Чёрные тучи». Я с нетерпением жду его выхода. Уверен, вы будете приятно удивлены.

На этом церемония запуска «Немого» была окончена.

Режиссёр Сюй остался очень доволен ответом Лу Сянбо. После этого он даже несколько раз похвалил его. Лу Сянбо серьёзно ответил:

— Я сказал правду. Я очень счастлив принять участие в этом фильме. Спасибо, Сюй Дао, что дали мне эту возможность.

После церемонии запуска все сняли грим и в 18:00 уже вернулись в гостиницу, чтобы отдохнуть.

Завтра официально стартовали съёмки.

Ло Вэй пришла в номер Жун Сюя, чтобы помочь ему разобраться с кое-какими делами. Едва ступив за порог, девушка взволнованно заверещала:

— Возможно, я зря так плохо отзывалась о Лу Сянбо! Кажется, он действительно хороший человек. Сяо Сюй, я долго думала над этим… Когда репортёр назвал имя Бога Цинь, Лу Сянбо мог легко воспользоваться этой возможностью и в очередной раз назвать себя «Маленьким Цинь Чэном», но он не стал даже упоминать имя Бога Цинь! Для меня это было так неожиданно!

Жун Сюй сел на диван и продолжил молча читать сценарий.

Ло Вэй продолжила:

— На самом деле Лу Сянбо нас даже не провоцировал. Когда он отвечал на вопрос репортёра, он даже похвалил Вас! Обещаю, я больше никогда не буду судить о людях, не узнав их как следует! Он кажется таким хорошим человеком...

— Сяо Вэй.

Ло Вэй оторвалась от дел и спросила:

— Что такое, Сяо Сюй?

Она увидела, как из-за спины юноши светит тёплый солнечный свет, слабо сверкая на его коже. Нежное белое лицо было скрыто в тени и было не очень чётким, но Ло Вэй каким-то образом почувствовала его настроение и вмиг перестала улыбаться; в комнате внезапно стало холодно.

Спокойный и невозмутимый голос юноши холодно произнёс одно слово за другим, отдаваясь эхом в сердце Ло Вэй:

— Не произноси больше при мне это имя. Он мне не нравится. Ты должна помнить, что он никогда не будет Цинь Чэном.

Ло Вэй задрожала всем телом и быстро кивнула.

Это был первый раз, когда она видела Жун Сюя в гневе. Она и подумать не могла, что Сяо Сюй умеет злиться. Когда он впервые столкнулся с Дэн Ивэнем, Жун Сюй не рассердился. Позже он познакомился с Жэнь Шучжэнь, которая пыталась его охомутать, и тогда он лишь чувствовал себя беспомощным, но не сердился.

Но теперь Жун Сюй был очень зол.

Ло Вэй не знала, что так рассердило её Жун Жуна, но для себя она решила: независимо от того, почему Сяо Сюй разозлился на Лу Сянбо, она тоже будет злиться на него!

Быть фанаткой – значит быть беспринципной.

После ужина в 7 часов пугающее давление, источаемое Жун Сюем, наконец, медленно рассеялось. Он поднял руку, потер висок и отправил несколько сообщений Ло Чжэньтао. Уладив с ним какие-то вопросы, он посмотрел на Ло Вэй и извинился:

— Извини, Сяо Вэй, я был немного не в духе. Я не хотел срываться на тебя.

Ло Вэй тут же покачала головой:

— Ерунда! Я в порядке. Я больше никогда не произнесу при Вас вслух имя этого человека.

Наблюдая за тем, как Ло Вэй подносит руку к губам и «застёгивает» их «на молнию», он улыбнулся и покачал головой.

Через некоторое время он оказался выпрямился и объяснил:

— Лу Сянбо куда сложнее, чем я думал. Этого репортёра посадил тут он сам. Вопрос тоже придумал он. Я сейчас попросил брата Ло найти мне черновую версию статьи «Дэйли Синьцзинь». Сяо Вэй, знаешь, каким будет заголовок свежей завтрашней статьи?

Ло Вэй в замешательстве спросила:

— Каким?..

Жун Сюй опустил глаза и тихо сказал:

— Жун Сюй и Лу Сянбо объединятся в «Немом», чтобы воспроизвести славу «Чёрных туч»!

Глаза Ло Вэй расширились; она не могла произнести ни слова.

Выходя из номера Жун Сюя, Ло Вэй молча проклинала этого чёртового Лу Сянбо. Наконец, до неё дошло, каким хитрым и лживым был этот человек. Он до сих пор использовал имя Цинь Чэна, чтобы привлекать к себе внимание!

***

После того, как Ло Вэй, наконец, ушла, улыбка исчезла с лица Жун Сюя. Он закрыл глаза и тихо вздохнул.

За две свои жизни он никогда ещё не был так зол.

Жун Сюя в принципе было очень трудно разозлить. Если бы он был раздражительным, его бы, несомненно, очень злил Хань Янхао, когда он ещё снимался в сериале «Западня»... Но он терпел все его выходки и не сердился на него. Он считал, что гнев в этом деле ни к чему. Если ты можешь решить проблему без гнева – сделай это.

Но на этот раз всё было по-другому.

Лу Сянбо сказал, что он «Маленький Цинь Чэн». Это ерунда. Жун Сюй воспринял это как шутку.

Однако Лу Сянбо сказал, что он «Цинь Чэн, который с Жун Сюем».

Для него Цинь Чэн – это просто Цинь Чэн. Никто не мог говорить при нём: «Цинь Чэн, который с Жун Сюем».

В «Чёрных тучах» с ним играл Цинь Чэн; в «Немом» с ним играл Лу Сянбо. Лу Сянбо хотел заявить о себе? Ладно. Плевать. Пусть заявит. Но ему было категорически запрещено говорить, что он теперь «как Цинь Чэн для Жун Сюя»!

После того, как черновик этой статьи был удалён, гнев Жун Сюя постепенно утих. Болтая ночью по телефону с Цинь Чэном, он не стал упоминать об этом инциденте.

Пытаясь уснуть, Жун Сюй подумал мгновение, а затем взял свой телефон и занёс аккаунт Лу Сянбо в Вэйбо в чёрный список.

Черный список в Вэйбо означает постоянную блокировку пользователя: его комментарии, сообщения, подписку. Теперь Жун Сюю никогда не попалась бы на глаза его страница.

Жун Сюй впервые внёс кого-то в чёрный список. Подумав об этом, он укрылся одеялом и спокойно заснул.

***

Жун Сюй даже не подозревал о том, что в это время творилось в номере неподалёку. Лу Сянбо, который вёл себя очень скромно на протяжении всего дня, теперь был весь красный, как помидор, и сердито рычал в трубку:

— Ты говоришь, это мог сделать Жун Сюй?! Его агент отозвал рукопись?! За что он так со мной?! Я так хвалил его, я терпел его в команде... А он всё равно так со мной обращается? Я наговорил для этой статьи столько хороших слов о нём... Почему он отозвал мою статью?!!!

Лу Сянбо не был артистом компании «ХуаСя Энтертейнмент». Компания, с которой он подписал контракт, была мелкой, и у неё было не так много связей со СМИ. За всю церемонии запуска Лу Сянбо получил всего два шанса хоть как-то проявить себя. И теперь он узнал, что Жун Сюй обрубил ему и эту возможность!

Агент на другом конце провода тоже был возмущён:

— Я и сам этого не понимаю. В этой статье его хвалили, она не могла причинить ему никакого вреда. Почему он так против Вас ополчился? Сянбо, может быть он просто недалёкий или слепой? Наплюйте на этого злодея. Мы будем искать другие возможности и обязательно всё исправим. Цинь Чэну он, значит, льстил, а с Вами обращается вот так?! Какой же бесстыжий человек!

Лу Сянбо был очень зол, и из его глаз текли слёзы. Его агент, не переставая, утешал его по телефону.

Потребовалось целых три часа, прежде чем Лу Сянбо, наконец, положил трубку и вытер слёзы с выражением неописуемой обиды на лице. Он зашёл в Вэйбо и кликнул на страницу Жун Сюя: в нижнем левом углу по-прежнему висела надпись «Вы подписаны», а не «Взаимная подписка».

Лу Сянбо долго смотрел на слова «Вы подписаны», его глаза снова покраснели. Он внезапно поднял руку и, казалось, хотел разбить свой телефон о стену, но его рука успела остановиться в воздухе.

— Жун Сюй... Я всё вытерплю! Жун Сюй, ты, мерзкий бесстыжий злодей, слышишь?! Я всё вытерплю!!!

На следующее утро стартовали съёмки фильма «Немой».

Этот был простой фильм о школьной любви. Здесь не было боевых сцен, и почти все сцены состояли из диалогов.

В стартовой первой сцене снимались Жун Сюй и Сяо Цзытун. Сяо Цзытун понимала, что её актёрские способности хромают, поэтому перед началом съёмок попросила Жун Сюя помочь ей.

27-летняя актриса с абсолютно милым детским лицо совершенно не выглядела на свой возраст, поэтому она идеально подходила на роль героини-школьницы.

Однако первая сцена «Немого» всё-таки была снята не с первого дубля.

Это бы у этого фильма был другой режиссёр, он, вероятно, пришёл бы в ярость, поскольку в кругу существовало поверье, что если не снять первую сцену с первого дубля – у вас не получится весь фильм. Но, как однажды сказал Жун Сюю режиссёр Лю Лао, режиссёр Сюй – не суеверный человек. Если бы ему не удалось сразу найти репортёров для церемонии запуска, старик мог бы просто отменить её.

Режиссёр Сюй стоял перед Сяо Цзытун с очень серьёзным лицом и отчитывал её:

— Первая сцена фильма посвящена тебе – ты должна исповедоваться перед Жун Сюем, чтобы зрители смогли почувствовать атмосферу школьного кампуса. Тебе нужно помнить, что ты влюблённая девушка. Ты очень весёлая и жизнерадостная, но когда ты встречаешь того, кто тебе нравится, ты становишься стеснительной. Сяо Цзытун, ты можешь сыграть такую эмоцию? Если ты не можешь, – прорепетируй ещё или поспроси Жун Сюя помочь тебе!

Сяо Цзытун обиженно кивнула и отправилась на поиски Жун Сюя. Жун Сюй с улыбкой согласился ей помочь, и они вдвоём отошли в угол, чтобы отрепетировать.

В этой сцене героиня должна была подойти к нему и назначить встречу у ворот школы на следующий день, который он по сюжету так и не увидел.

Ду Жань – герой, которого играл Жун Сюй, – уже давно был влюблён в Чжао Лэлин в исполнении Сяо Цзытун. В этой сцене проверялось мастерство риторики Сяо Цзытун и актёрская игра Жун Сюя.

У Сяо Цзытун был хотя бы текст, а у Жун Сюя – ничего. Поэтому, чтобы выразить удивление и эмоции Ду Жаня, юноше приходилось использовать только свою мимику.

Конечно, второй дубль никак не был связан с игрой Жун Сюя. Напротив, отчитывая Сяо Цзытун, режиссёр Сюй даже похвалил Жун Сюя:

— Если у тебя будет хотя бы половина актёрских навыков Жун Сюя, я с радостью позову тебя в свой следующий фильм!

Сяо Цзытун была вне себя от радости, и с энтузиазмом приступила к репетиции.

На втором дубле всё  прошло гладко.

Режиссёр Сюй смотрел на монитор, слегка морща свои седые брови. Он долго смотрел на лицо «любимицы нации» Сяо Цзытун, после чего, наконец, одобрительно кивнул.

На площадке раздались аплодисменты, и Сяо Цзытун была так взволнована своим успехом, что принялась неустанно кивать всем головой.

Вторая сцена тоже была воспоминанием о «прошлой жизни» героя. На этот раз сцена была посвящена отношению Ду Жаня к своей возлюбленной.

Жун Сюй был одет в белую рубашку, и его растрёпанные волосы ниспадали на его красивые сверкающие глаза. Они напоминали чистое безмятежное озеро. Когда он сидел в углу класса, молча поглядывая в окно на девушку, которая играла во дворе с друзьями, многие сотрудники на площадке заворожено смотрели на него, подмечая:

— Кажется, это именно то, чего хотел режиссёр Сюй...

В колледже, арендованном командой, сейчас были летние каникулы, но многие ученики были сейчас здесь. Когда они услышали, что съёмочная группа «Немого» будет снимать фильм в их школе, они все стянулись сюда, чтобы поглазеть на процесс.

Охрана съёмочной группы «отодвинула» их подальше от места съёмок, поэтому ребятам не было видно лиц актёров. Но всегда найдутся ученики, которым известны лазейки, чтобы подобраться поближе к съёмочной площадке.

Когда три или четыре ученицы пробрались поближе к месту съёмок, заместитель режиссёра, ответственный за безопасность команды, быстро встал и попросил охранника вывести незваных гостей прочь. Девочки были так взволнованы, что расплакались. Они вставали на цыпочки, пытаясь что-нибудь разглядеть, но так и не смогли увидеть актёров.

Жун Сюй только что закончил наносить грим и вышел из общей гостиной команды. Буквально в двух шагах от него раздался неистовый крик:

— Жун Сюй!!!

Резко остановившись, юноша повернулся на звук.

Он увидел, как четыре девушки отчаянно машут ему руками, сжимающими телефоны. Трое из них плакали. Высокий и сильный охранник грубо пытался оттащить их за пределы площадки. Жун Сюй тут же нахмурился и зашагал вперёд. Потянув охранника за руку, он спросил:

— Что здесь происходит?

Охранник быстро ответил:

— Помощник Лю сказал мне вывести из зала этих девушек.

Юноша уставился на охранника и поинтересовался холодным голосом:

—  Помощник Лю сказал Вам... вытолкать их?

Охранник почувствовал внезапный прилив холода, и рука, державшая портфель одной из девочек, резко задрожала и остановилась. Он покачал головой и ответил:

— Лю... помощник режиссёра Лю сказал мне прогнать их.

Губы юноши расплылись в холодной улыбке, и он спокойно сказал:

— Я сам провожу их на улицу.

Ло Вэй заметила эту сцену издалека и быстро подошла. Узнав о ситуации, она с серьёзным лицом посмотрела на девушек и сказала:

— Съёмочная группа сейчас ведёт съёмку, и многое из того, что здесь происходит, держится пока в секрете. Режиссёр Сюй не любит папарацци. Если он захочет показать публике кадры со съёмок, он их покажет, но он не любит, когда кто-то пробирается на площадку и делает фото без разрешения. Поэтому он не приветствует нахождение посторонних в студии. Вы должны сейчас же покинуть помещение. Я сейчас поговорю с помощником Лю, и он обязательно накажет этого охранника за его грубое поведение.

У одной из четырёх девочек на сумке был оторван ремешок. Выслушав Ло Вэй, они кивнули головами, но их взгляды в этот момент были устремлены сквозь Ло Вэй прямо на Жун Сюя.

Когда Ло Вэй увидела, куда они смотрят, она беспомощно улыбнулась, повернулась и сказала:

— Раз уж они уже пробрались сюда, Сяо Сюй... как насчёт того, чтобы сделать совместное фото?

Жун Сюй шагнул вперёд и посмотрел на четырёх девушек, переводя взгляд с одной на другую. Юноша не улыбался, а выглядел... немного холодным, так что все четыре девочки сжались и не осмеливались заговорить.

Про себя они в этот момент думали: «Неужели Жун Жун рассердился?»

Но в следующий момент они услышали тихий вздох, и на красивом лице юноши появилась нежная улыбка:

—  Послушайте, если бы я вас не заметил, вас бы просто повалили на землю и выволокли отсюда силой. Пожалуйста, больше никогда так не рискуйте. Да, на этот раз вы отделались всего лишь одной порванной сумкой. Но что, если охранник повалил бы вас на землю, и вы получили травмы? Что сказали бы на это ваши родители?

Девчушки внезапно застыли на месте. Они, похоже, не думали, что их любимый Бог Жун будет их… отчитывать?!

Жун Сюй несколько раз терпеливо подчеркнул, что если команда препятствует их входу внутрь, значит, им нужно подчиниться. Дождавшись, пока девочки кивнут и подтвердят, что им всё понятно, он дал им свой автограф и с каждой сделал фото, после чего попросил Ло Вэй проводить их к выходу.

Перед тем, как уйти, Жун Сюй подмигнул Ло Вэй, которая поначалу слегка опешила, но быстро кивнула.

Четыре девочки до сих пор не могли поверить в своё счастье. Только что они сфотографировались с Жун Сюем, получили его автограф и...  даже коснулись его нежной руки!

Проводив их к выходу, Ло Вэй остановила девочку, чья сумка была порвана в ходе «неравного боя» с охранником, и сунула ей в руку красную банкноту.

Девушка похлопала ресницами, не понимая, что происходит. Ло Вэй улыбнулась ей и объяснила:

— Я редко вижу, чтобы Сяо Сюй сердился. Я не ожидала снова увидеть его таким сегодня... Он на самом деле очень беспокоится о вас и сердится, что вас могли покалечить. Возьми эти деньги и купи себе хорошую новую сумку. И, пожалуйста, больше никогда не совершай таких безрассудных поступков.

Когда девочка собиралась вернуть Ло Вэй её деньги, Ло Вэй уже исчезла за дверью. Девушки какое-то время молча стояли за оградой, а затем собрались и быстро сделали ноги.

Пять минут спустя на частном форуме Жун Сюя…

«Ах, Жун Жун такой хороший! Я буду любить его вечно! Я люблю его!!!»

Этот пост быстро привлёк внимание других фанатов. Они прочитали его целиком и принялись взволнованно отвечать на него один за другим. После того, как модераторы увидели этот пост, они сначала сделали выговор этим неуправляемым фанаткам, а затем вернулись в свою приватную беседу и принялись обсуждать произошедшее с четырьмя школьницами-хулиганками.

«Наш Жун Жун действительно и красивый, и милый… Скажите мне, как можно быть таким хорошим?!»

«Я так завидую этим фанаткам, которым удалось прикоснуться к маленьким ручкам нашего Жун Жуна...»

«Я решила устроиться на работу в индустрию развлечений после окончания школы! Я хочу увидеть Жун Жуна лично! Хочу увидеть его! Хочу, хочу, хочу!!!»

Поболтав об этом некоторое время, один из модераторов группы внезапно написал: «Кстати, раз съёмки ‘Немого’ уже стартовали, не пора ли нам собрать ‘гуманитарную помощь’? Команда ‘Затерянного города’ в прошлый раз отказалась от нашей помощи. Насколько я знаю, режиссёр Сюй в этом плане более открыт. Предполагаю, что после пары волн громких постов он позволит нам оказать им поддержку».

«В этом есть смысл… я тоже слышала, что старик Сюй – очень открытый человек. Тогда… мы можем начинать готовиться к сбору средств?»

«С ‘Чёрными тучами’ в прошлый раз всё вышло настолько сумбурно, что у меня даже не было времени помочь. «Затерянному городу» помощь нужна была всего один раз, и мы тогда не успели подготовиться. На этот раз мы обязательно должны быть готовы! Мы должны показать Жун Жуну свои добрые сердца! Он сам ведь такой хороший… Мы должны сделать всё от нас зависящее, чтобы новая команда полюбила нашего Жун Жуна!»

Несколько больших фанатов принялись обсуждать вспомогательные детали фильма «Немой».

В конце обсуждения одна из фанаток внезапно спросила: «Кстати, кто-нибудь из вас связывался с ‘Пастой из семян лотоса с апельсиновой начинкой’? Вдруг она тоже захочет присоединиться к нашей акции поддержки. Мы будем собирать средства на форуме, а если она тоже присоединится к жертвователям, у нас наберётся куда больше средств, и мы сможем лучше подготовиться. Я сейчас же свяжусь с ней, чтобы узнать, не хочет ли она присоединиться к нашей инициативе…»

Культура поддержки в индустрии развлечений – обычное явление.

Фанаты певцов хотят поддержать своих кумиров, и делают это обычно на их концертах. Когда случайные фанаты идут на концерт этого певца, то, сев на своё место, они обнаруживают там блокнот со списком песен, фонарик, а иногда ещё и небольшой подарок.

Официальный организатор концерта не мог оставить там эти вещи – их могли купить только сами фанаты.

Блокнот со списком песен позволит новому фанату узнать больше об этом певце. В таком блокноте обычно перечислены песни, которые прозвучат на этом концерте, ссылки на профиль певца в соцсетях и даже разные заметки: в какой песне нужно подпевать на припеве, а в какой – размахивать фонариками.

Раскладывание по залу таких «подарков» преследовало обычно две цели: завоевать расположение своего кумира и сделать концерт безупречным.

Чем серьёзнее подготовится к концерту фан-клуб певца, тем активнее будут вести себя обычные фанаты и случайные гости концерта. Ведь в нашем мире очень мало звёзд, которые могут похвастаться тем, что на их концерты «фанатов ходит больше, чем случайных прохожих». За исключением концертов некоторых суперзвёзд, большинство людей посещают концерты ради досуга, а не от большой любви к исполнителю, и если преданным фанатам удастся расположить таких «случайных слушателей» к активности на концерте, это только улучшит репутацию их кумира.

Что касается фанатов актёров, желающих поддержать своего кумира, то они обычно начинают с кино- и телевизионных работ.

Когда актёр начинает сниматься в новой картине, его фан-клуб организует сбор средств. На собранные деньги они покупают множество изысканных подарков и полезных мелочей для съёмочной группы. Предположим, если фильм снимают зимой, то фанаты покупают перчатки и шарфы; если снимают летом, то они приобретают мороженое в форме фанатской шляпы.

Кроме того, фанаты рисуют плакаты, отправляют букеты цветов и подарки после того, как картина выходит в свет, или когда проходят пресс-конференции... Получая такие маленькие презенты от фан-клубов, журналисты обычно не пишут о звёздах слишком плохие статьи.

В настоящее время на фан-форуме Жун Сюя висело закрепленное сообщение о сборе средств для поддержки «Немого».

Несколько модераторов уже давно связались с Ло Вэй и согласовали с ней свою дальнейшую работу по поддержке. Режиссёра Сюй не смутила такая инициатива фанатов. Он лишь согласовал с Ло Вэй, какое количество фанатов прибудет на площадку. Итак, после одобрения режиссёра, фанаты Жун Сюя принялись активно строить планы.

«Прежде всего, мы должны приготовить еду. Общее количество сотрудников съёмочной группы «Немого» составляет 412 человек, среди которых режиссёр Сюй, шесть помощников режиссёра, два сценариста... актёры первого и второго плана: Сяо Цзытун, Лу Сянбо, Лю Хуэйчжэнь… Не считая их всех, есть ещё 386 человек, которых можно отнести к одной группе сотрудников».

«Что ж, позвольте мне разработать план поставки еды для этих 386 сотрудников».

«Тогда я займусь подарками! Сейчас июль, погода очень жаркая. Нам нужно будет купить маленькие вентиляторы, шляпы от солнца, зонтики...»

Все планы по поддержке были открыты для общественности, и каждая деталь обсуждения модераторов отображалась в закреплённом посте. Все фанаты форума могли следить за этим списком и знать, на что идут их пожертвования.

Сразу под этим постом была размещена ссылка для сбора средств. Сбор был открыт вчера, и на сегодняшний день было собрано уже более 300 000 юаней. На первый взгляд могло показаться, что это большая сумма, но если разделить её на 412 человек, этого по-прежнему было мало. Не говоря уже о тех, кто нуждался в «особых» подарках, на человека выходило в среднем всего 700 юаней.

Но это было только начало. Фанаты пока только начали изучать список того, на что будут потрачены собранные средства.

Днём модератор обсуждал детали с другими модераторами в приватной беседе. Неожиданно ей пришло сообщение в Вэйбо от одной известной фанатки.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Вы организуете поддержку?..»

Модератор это увидела и быстро сообщила «коллегам» в группе: «Паста! Она мне ответила! Правда… она написала всего три слова… Кажется, она не понимает, о какой поддержке идёт речь! Сейчас я ей всё объясню, и если ей не понравится, я не буду настаивать…»

Вскоре «Паста» получила ответ от девушки-модератора фан-группы Жун Сюя.

Цюй Лючжан: «Да, поддержка. Жун Сюй сейчас снимается в фильме «Немой». Мы уже согласовали этот вопрос с руководством команды. Мы отправимся на съёмочную площадку 24-го числа следующего месяца, чтобы навестить Жун Жуна и привезти членам команды разные подарки и полезные вещицы. Если Вы в этом мало что понимаете, можете поискать в интернете ‘культура поддержки’. Или, если хотите, я могу в общих чертах объяснить Вам всё сама».

Долгое время спустя модератор так и не получила ответа, поэтому принялась объяснять.

Цюй Лючжан: «В общем, планы у нас следующие. Мы отправимся в гости к Жун Сюю и сделаем кое-какие подарки каждому члену съёмочной группы, задействованному в съёмках фильма «Немой». Мы привезём им еду, закуски, фанатские шляпы и небольшие презенты. В этой акции будет задействовано огромное количество фанатов. Этой акцией мы хотим поблагодарить команду «Немого» за заботу о Жун Жуне. Они много работают вместе, и, мы надеемся, в будущем будут заботиться о нашем Жун Жуне ещё лучше».

Прошло десять минут, а модератор так и не получила ответа от «Пасты из семян лотоса с апельсиновой начинкой». Она неохотно вернулась в чат модераторов и взволнованно написала: «Похоже, ‘Паста’ не хочет присоединяться к нашей акции. Кроме того, в прошлый раз она потратила целый миллион на поддержку Жун Жуна, и теперь вполне может не хотеть тратить на это свои деньги…»

«Ах, ‘Паста’ отпадает… тогда нам нужно немного изменить список подарков… Я слышала от одного друга в кругу, что режиссёр Сюй очень любит ‘Карту A’. Этот бренд не слишком дорогой, и обойдётся нам максимум в тысячу долларов. Сначала я думала подарить ему портмоне, но теперь мы не укладываемся в сумму _(:3"∠)_»

«Ну, нет ничего страшного в том, что ‘Паста’ не поучаствует в этом сборе средств. Я думаю, за месяц мы соберём сумму в пределах 500.000–1.000.000 юаней, и этих денег вполне хватит на всё, что мы запланировали».

Со временем общая сумма собранных средств будет расти. Пока что прошёл всего день, и многие преданные фанаты могли пока попросту не заметить пост о сборе средств на поддержку. Когда они прочитают его и подключатся, общая сумма быстро вырастет.

Отзывчивость поклонников Жун Сюя была хорошо известна в фанатских кругах. Что касается последнего благотворительного мероприятия по сбору средств на «Потерянные крылья», то помимо пожертвования «Пасты» в один миллион юаней, набралось ещё не менее десяти фанатов, которые пожертвовали более 100.000 юаней.

Цюй Лючжан активно переписывалась с другими модераторами на форуме, совсем позабыв о своём телефоне на столе. Когда она внезапно вспомнила о нём и разблокировала экран, то в следующую же секунду расширила глаза и с ужасом вытаращилась на диалог в Вэйбо.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Я знаю, что такое поддержка. Значит, вы планируете отправиться к команде «Немого», чтобы поддержать их?»

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Поскольку вы организуете поддержку, вы уже придумали, какие подарки вы будете брать?»

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Вы тут?»

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «???»

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Я уже увидела сообщение о сборе средств на фан-форуме. Если собранных денег будет недостаточно, можете написать мне».

Цюй Лючжан:

— !!!

Девушка быстро зашла на фан-форум, щёлкнула на закреплённый пост и внезапно обнаружила, две большие жирные арабские цифры, написанные яркими цветами:

«89»

Следом за ними шло ещё четыре нуля.

Полчаса назад на этом месте висела сумма «380.000», а теперь там красовалось число «890.000»!

Буквально за полчаса к общей сумме прибавилось более 500 тысяч! Ответ был очевиден...

В это время другой модератор, отвечающий за сбор средств, внезапно вышел в сеть и начал шокировано строчить в общий чат: «А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-ах!!!»

Сяо Хэй: «Мамочки! Мой Нефритовый Император! Мой Будда!!! Только что на мой Alipay пришло уведомление о пополнении на сумму 500.000 юаней!!! 500 тысяч! 500 тысяч, вы слышите?! Я в шоке! Кто мог за раз перевести мне полмиллиона?! Ах, ах ах, ах, ах!!!»

Все модераторы в группе были потрясены, пока Цяо Лючжан медленно печатала дрожащими пальцами: «Это ‘Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой’… она просто... сказала мне, что… если этих денег будет недостаточно... написать ей снова... снова...»

Все в группе в эту секунду застыли…

Юнь Цзюань: «...»

Шань: «...»

Да Лянь: «…»

Звезда: «...»

Дюжина многоточий заполонили экран, и когда ко всем модераторам, наконец, вернулся дар речи и способность писать, их единодушной реакцией было…

«Если денег будет недостаточно?.. Да как их теперь может быть недостаточно?!»

«Она просто Богиня!!!»

«Я сейчас же спрошу у ‘Пасты’, хватает ли ей домашних животных в тёплой постели! Если нет, я могу занять это место! Пожалуйста, обрати на меня внимание! Пожалуйста!!!»

«Кто эта Богиня та такая?! У меня есть докторская степень! Я сейчас же напишу ей!!!»

Поскольку в чате появилась приписка «Богиня», то к ней, естественно, уже никто не мог относиться, как к обычному человеку

В этой группе фанатов, на самом деле, было много людей с шестизначными или даже семизначными числами на счету. Но ни у кого из них не было так много денег, чтобы, скажем, за раз задонатить кому-нибудь миллион или пятьсот тысяч!

Резкий скачок общей суммы сбора с «380.000» до «890.000» заметили не только модераторы, но и обычные фанаты. Из этого разрыва в «510.000» десять тысяч мог перевести какой-то обычный фанат, но остальные полмиллиона, появившиеся на счету буквально за минуту, явно принадлежали не простому человеку!

Первой реакцией фанатов, конечно же, были семь слов: «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой».

А когда фанаты неожиданно получили подтверждение своих догадок от модератора, эта новость максимально быстро разлетелась по фан-кругу.

В ту ночь, когда «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» закончила все свои дела, и у «неё», наконец, появилось время посидеть в телефоне… она внезапно обнаружила более тысячи новых уведомлений в Вэйбо. Её упоминали в самых разных комментариях, но в то же время их объединяло одно странное явление…

«У меня есть одноклассник–паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой! Как я завидую ему, я тоже так хочу!»

«Раньше за мной ухаживал один парень, который был пастой из семян лотоса с апельсиновой начинкой, но он мне не очень нравился. Он думал, что мне от него нужны только деньги, поэтому сказал, что подарит мне машину. Он пересмотрел дорамы об идолах? Он болен?»

«Если в один прекрасный день я смогу стать пастой из семян лотоса с апельсиновой начинкой, я буду очень счастлива! Я даже не прошу превращаться в целую пасту из семян лотоса с апельсиновой начинкой: мне будет достаточно стать даже её половинкой…»

После долгого чтения двухсот однотипных комментариев «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой», наконец, поняла значение всех этих слов.

С сегодняшнего дня имя «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» стало нарицательным!

«У меня есть одноклассник–паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» – это то же самое, что «у меня есть одноклассник, который очень богат».

Цинь Чэн, понявший это:

— ...

Прочитав ещё несколько комментариев, Цинь Чэн закрыл уведомления, так ни на одно и не ответив. Было много людей, которые отправляли ему ещё и личные сообщения, но все они были в папке «запросы на переписку», которую Цинь Чэн просто проигнорировал. Минуя их, он сразу же открыл переписку с  пользователем «Цюй Лючжан».

Цюй Лючжан: «Спасибо за Вашу поддержку! Огромное спасибо! Не хотите присоединиться к нашей фан-группе? Я хотела пригласить Вас раньше, но, похоже, Вы не общались с другими фанатами, поэтому я не стала давать Вам код группы. Вот, я дам Вам код нашей группы, там Вы сможете обсуждать с нами подготовку подарков для поддержки: 10000ХХ00».

Глядя на эти слова, «Паста» спокойно ответила на сообщение: «В этом нет нужды, ребята. Спасибо».

После этого Цинь Чэн выключил свой телефон, пошёл на стоянку и сел в машину, направившись обратно в отель.

Сидящий на переднем пассажирском сиденье Сюй Цзинь рассказывал о маршруте, который предстоит Цинь Чэну через две недели съёмок.

Съёмки «Диких цветов» продолжались уже два месяца и сейчас плавно подходили к концу. Однако после окончания съемок Цинь Чэн не мог сразу отправиться на отдых. В июле он должен был посетить сразу несколько церемоний награждения и сняться в рекламном ролике для одного люксового бренда. Не бесплатно, естественно.

Слушая Сюй Цзиня, мужчина медленно повернул голову и посмотрел сквозь тонированные стёкла на невинное бескрайнее ночное небо. На небе была видно только одна звезда, но настолько яркая, что она почти затмевала свет луны. Полумесяц только что поднялся из-за горизонта, и был пока очень тусклым, но не эта звезда: она сверкала бесконечным сиянием.

Цинь Чэн протянул руку и приложил палец к холодному стеклу, нежно «поглаживая» звезду.

Тихий элегантный мужской голос внезапно раздался в тёмном салоне авто, перебив болтающего Сюй Цзиня:

— Могу я взять два дня выходных в следующем месяце?

Сюй Цзинь спросил:

— Да. Что Вы хотите сделать?

Пальцы Цинь Чэна слегка прикрывали ослепительный свет звезды, но он просачивался через края пальца. Глубокий взгляд мужчины внезапно стал очень мягким, что было для него редкостью, и он, слабо улыбаясь, произнёс:

— Ну, если у меня будет свободное время, я хочу отправиться в провинцию J... посетить съёмки.

***

В это время в далёкой провинции J до сих пор продолжались съёмки «Немого».

Уже было за полночь, но режиссёр Сюй, казалось, даже не думал отдыхать. Персонал в спешке сновал туда-сюда, и каждый был занят делом. Десятки ослепительных огней освещали студию, уже готовую к съёмкам сцены в помещении.

В дополнение к аренде здания школы, режиссёр Сюй поручил группе по реквизиту оборудовать для съёмок несколько классных комнат.

У режиссёра Сюя были большие амбиции, и он планировал выпустить фильм на большие экраны до ноября, успев уложиться в крайние сроки для участия в церемонии вручения премии «Золотой Феникс». Главным требованием для участия в кинопремии «Золотой Феникс» был выход фильма до декабря текущего года. Если они упустят эту возможность, им придётся ждать следующей премии ещё год, как это было с «Чёрными тучами».

Режиссёр Сюй не хотел ждать год, не говоря уже о том, что он понимал, что за год впечатление зрителей о «Немом» заметно снизится. Кто знает, сколько ещё выдающихся работ увидит свет в следующем году – возможно, с ними будет очень трудно конкурировать.

Старик Сюй был реалистом. Он не был настолько высокомерным, чтобы думать, что его работу никому не переплюнуть. Поскольку он успевал выпустить фильм в этом году, то и награды за него ему хотелось получить уже в этом году.

Сегодня все члены команды планировали не спать всю ночь. Съёмки сцены Жун Сюя были запланированы на два часа ночи, что не соответствовало условиям его контракта. В контракте было строго оговорено, что ежедневное время его отдыха должно быть не меньше восьми часов.

По этому поводу режиссёр Сюй лично отыскал Жун Сюя, и завёл его в пустую гостиную.

Убедившись, что в комнате точно никого нет, режиссёр Сюй взял Жун Сюя за руку его и серьёзно посмотрел на него, шепча:

— Ты снялся в «Диких цветах» режиссёра Лю. Наши с ним фильмы сняты в одном жанре, и могли бы побороться за награды. Однако – сейчас я говорю тебе по секрету – Лю Лао не намеревается участвовать в премии «Золотой Феникс» в этом году. «Дикие Цветы» выйдет только в декабре.

Жун Сюй с удивлением посмотрел на загадочный вид режиссёра Сюй.

Режиссёр Сюй со спокойным лицом продолжил:

— Не сомневайся: я уточнил дату релиза у Лю Лао. Он сказал мне об этом лично. Я до сих пор верю в работу Лю Лао. Он готовил «Дикие цветы» целый год, и хочет выпустить его в прокат и на востоке, и на западе. Этот фильм определённо выйдет выдающимся. Я не хочу соревноваться с ним. Поэтому мы хотим поспешить и выпустить «Немого» уже в ноябре. В общем, в августе наш фильм уже должен быть снят. Жун Сюй, в нашей съёмочной группе ни у кого нет больше экранного времени, чем у тебя…

Молодой человек медленно улыбнулся и спросил:

— Сюй Дао, Вы думаете, я откажусь сниматься всю ночь или не стану подстраиваться под график команды?

Старик Сюй честно сказал, ничего не тая:

— Понимаешь… у актёра второго плана, Лу Сянбо, в контракте ничего не сказано про время съёмок. Что до Сяо Цзытун… я уже поговорил с ней, и она согласилась сократить время своего отдыха на два часа и работать сверхурочно. Если ты согласишься, мы продолжим снимать в ускоренном темпе.

Режиссёр Сюй не упомянул, что они будут делать, если кто-то станет плохо играть из-за недосыпа. У молодых актёров было меньше проблем со здоровьем, и они, в принципе, могли найти способы поддерживать бодрость в течение дня.

Жун Сюй мягко улыбнулся и сказал:

— Сюй Дао, честно говоря, я снимался сегодня лишний час.

Режиссёр Сюй был ошеломлён. Пару секунд спустя он улыбнулся и рассмеялся:

— Молодой человек, я позову тебя на роль главного героя в свой следующий фильм! — после этих слов радостный режиссёр Сюй развернулся и ушёл, оставив Жун Сюя в гостиной одного.

Глядя в спину старику, Жун Сюй действительно не знал, плакать ему или смеяться.

За последние дни он слышал эти слова от режиссёра Сюй по меньшей мере семь или восемь раз. Он «поощрял» так не только его, но и Сяо Цзытун с Лу Сянбо.

Поначалу Сяо Цзытун и Лу Сянбо были очень серьёзными и изо всех сил старались сыграть хорошо, чтобы добиться похвалы режиссёра. Однако когда они, наконец, поняли, что Сюй Дао говорит всем один и тот же комплимент, они потеряли дар речи.

Больше всего совместных сцен было у главного героя и героини. Сяо Цзытун по-прежнему работала очень усердно и часто «брала уроки» у Жун Сюя. Со временем они подружились.

Сяо Цзытун как-то тихо шепнула Жун Сюю на ухо:

— Какой режиссёр Сюй плохой! Он намеренно обманывал меня, чтобы я больше старалась!

По этому поводу режиссёр Сюй однажды даже подшутил над девушкой. В тот день у старика было хорошее настроение. Он просто посмотрел на молоденькую красивую актрису и лукаво спросил:

— Разве ты больше не хочешь сотрудничать со мной? Тогда мне очень грустно...

Лу Сянбо реагировал на выходки режиссёра более скромно, нежели Сяо Цзытун.

У Жун Сюя с Лу Сянбо не было совместных сцен, поэтому они никогда не играли на площадке одновременно. Однако, наблюдая за процессом съёмок со стороны, Жун Сюй видел, что Лу Сянбо очень серьёзно отнёсся к словам режиссёра Сюй про «возьму тебя в свой следующий фильм» и старался на площадке изо всех сил.

Однако его актёрские навыки были очень… средними. Как бы он ни старался, ему не удавалось сравниться даже с Сяо Цзытун, которая вообще была певицей. Однако вёл он себя на площадке очень ответственно и спокойно, так что даже Жун Сюй постепенно перестал испытывать к нему отвращение. Более того, даже поняв, что Сюй Дао над ним просто шутил, Лу Сянбо шокировано застыл на месте, но вскоре смиренно сказал режиссёру:

— Я недостаточно хорош.

У этого человека действительно был хороший характер, и Жун Сюй не мог это не отметить.

В команде «Немого», если не считать режиссёров, продюсеров и сценаристов, самое высокое положение занимали актёры, среди которых первым в списке шёл Жун Сюй. Следом за ним шла Сяо Цзытун, за ней - актриса второго плана Лю Хуэйчжэнь, а за ней – актёр второго плана Лу Сянбо.

Жун Сюй очень хорошо общался с Сяо Цзытун, но с Лю Хуэйчжэнь у него совсем не было контактов. Это была гламурная и очаровательная женщина с шикарным телом.

Когда Жун Сюй впервые увидел её, первой его реакцией было:

— Жэнь Шучжэнь!

У них обеих были лица девушек с обложки мужского журнала, но сексуальность Жэнь Шучжэнь была «зрелой», а Лю Хуэйчжэнь – более «юношеской». Однако именно из-за этого режиссёр Сюй и решил взять Лю Хуэйчжэнь на роль в романтический фильм о подростках. Когда эта девушка играла красивую старшеклассницу, она смотрелась вполне гармонично.

Таким было первое впечатление Жун Сюя о Лю Хуэйчжэнь, однако позже он узнал от Ло Вэй, что у этой дамы жуткий характер, и она просто обожает богатых покровителей.

Однако эта дама была не такой прямолинейной, как Хань Янхао, который в открытую выражал свою неприязнь и «превосходство» ко всем сотрудникам на площадке.

Лю Хуэйчжэнь была в этом плане более хитрой и проницательной: когда она контактировала с режиссёром Сюй, Жун Сюем и Сяо Цзытун, которые были выше её по статусу, она всегда держалась очень уважительно и мило улыбалась им. Однако к людям, которые были хоть немного ниже её по статусу, она никогда не относилась по-человечески.

В «Немом» Лю Хуэйчжэнь играла героиню второго плана, которой по сюжету нравился герой второго плана в исполнении Лу Сянбо; она буквально преследовала его. Почти все их сцены были совместными, но Лу Сянбо за всё время пребывания на площадке не был замечен рядом с Лю Хуэйчжэнь.

Пока Жун Сюй переодевался, Ло Вэй стояла за занавеской, держа в руках его пальто, и шептала:

— Оператор Сяо Ван рассказала мне, что Лю Хуэйчжэнь смотрит на Лу Сянбо свысока. Лу Сянбо несколько раз пытался заговорить с ней, чтобы отрепетировать совместные сцены, но Лю Хуэйчжэнь просто игнорирует его! Сяо Сюй, когда она смотрит на Вас, она вся из себя такая добрая и милая, но как только видит Лу Сянбо, то вмиг становится холодной стервой.

Жун Сюй, слушая её, спокойно продолжал застёгивать рубашку, ничего не ответив.

Ло Вэй продолжила:

— На самом деле, мне кажется, режиссёр Сюй и Сяо Цзытун тоже прекрасно это видят, но не хотят вмешиваться. — при этих словах в тоне Ло Вэй не было ни упрёка, ни отвращения. Она просто констатировала факт.

Она уже знала, что индустрия развлечений не так проста, как она себе представляла. Возможно, режиссёр Сюй с Сяо Цзытун и недолюбливали Лю Хуэйчжэнь, но Лю Хуэйчжэнь никак их не провоцировала. Насколько холодно и презрительно она относилась к Лу Сянбо за кадром, настолько без ума влюблённой и милой она была с ним под светом камер.

Лю Хуэйчжэнь играла довольно неплохо, но режиссёр Сюй Дао игнорировал её. Как бы там ни было, он понимал, что ему не найти ей замену в короткие сроки.

Застегнув последнюю пуговицу, Жун Сюй опустил голову и поправил ремень. Пышные ресницы скрывали его глаза, а тонкие губы были слегка поджаты.

Ло Вэй больше не разговаривала. Как помощница Жун Сюя, она просто время от времени делилась с ним разными новостями, связанными с командой, чтобы он всегда был в курсе происходящего. Однако через несколько секунд она, к своему удивлению, услышала, как Жун Сюй прошептал:

— А какой была реакция Лу Сянбо?

Ло Вэй быстро смекнула, к чему клонит Жун Сюй, и ответила:

— Лу Сянбо, кажется, не сильно сердится. Каждый раз, когда Лю Хуэйчжэнь не обращала на него внимания, он выглядел очень грустным, но не злым. Это довольно достойно.

Последнее её предложение хвалило Лу Сянбо.

Независимо от своего истинного характера, Лу Сянбо держался довольно достойно и терпеливо, когда на него сыпались насмешки и презрение со стороны Лю Хуэйчжэнь. С этой точки зрения его поведение заслуживало уважения. По крайней мере, Ло Вэй точно знала, что она бы на его месте так не смогла.

Губы Жун Сюя легонько приподнялись, и он раздвинул занавески.

Ло Вэй быстро повернулась, чтобы посмотреть на него, и увидев «красивого подростка», не могла не раскрыть рот от восхищения.

Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Пойдем, сестра Ло. Мне пора продолжать съёмки.

Услышав это, Ло Вэй внезапно пришла в себя и поспешила вслед за своим боссом.

***

Действия сцены, которую им предстояло снять сегодня вечером, разворачивались на открытом воздухе. Почти все сцены в помещении уже были сняты, а многие из оставшихся должны были происходить на открытом воздухе.

По сценарию «Немого» Ду Жань впервые появлялся на детской площадке, поэтому и позже он почти всегда появлялся именно там.

Когда Чжао Лэлин впервые увидела этого странного мальчика, она подумала, что он учится здесь и поэтому пришёл погулять на эту площадку. Когда Чжао Лэлин сидела на детской площадке и тихо плакала, перед её глазами внезапно возникла длинная белоснежная рука и сильно её напугала. Подняв глаза ещё раз, испуганная девушка увидела перед собой тёплую красивую улыбку юноши.

Яркий лунный свет отражался в его ясных глазах. Его губы были немного бледными, но когда он улыбался, она чувствовала от него только тепло и доброжелательность; без тени страха.

На этой тёмной и пустой игровой площадке красивый белокожий подросток щурился, серьёзно глядя на заплаканную девушку. Кожа на его руках была необычайно белой, а ногти – круглыми и широкими. Взглянув на его руки, девушка заметила, что он протягивает ей белоснежный парчовый носовой платок. Когда Чжао Лэлин, наконец, отреагировала, она не могла не взять платок, так любезно предложенный юношей.

Этот был самый красивый человек, которого Чжао Лэлин только видела в своей жизни. Он был в разы лучше, чем парень, который предал её в этот вечер.

Глядя на его лучезарную улыбку, девушка могла только заворожено таращиться на него, совсем позабыв о том, что она только что плакала.

Взяв платок из рук прекрасного незнакомца, Чжао Лэлин развернулась и побежала. Её увидели плачущей, поэтому ей захотелось убежать прочь. Как только она выбежала за пределы детской площадки, она обернулась и посмотрела на юношу. Обворожительный незнакомец в белой рубашке продолжал стоять на месте, с улыбкой глядя на неё.

Чжао Лэлин долго смотрела на него, но в конце всё-таки развернулась и ушла.

Позже она увидела этого юношу во второй раз. Это произошло через две недели, и именно в этой сцене Жун Сюй должен был сыграть сегодня.

***

Чжао Лэлин по-прежнему была угрюмой из-за предательства бывшего парня. Она в очередной раз прогуляла урок и поздней ночью снова пошла на детскую площадку смотреть на звезды.

В это время этот юноша появился снова.

На скамейку были нацелены восемь камер, снимающих двух главных героев с разных ракурсов.

Уже стояла поздняя ночь, и хотя события фильма тоже разворачивались ночью, режиссёр Сюй, естественно, не мог оставить сцену совсем без освещения. Без освещения зрители видели бы только тёмную картинку (тут автор пошутила про поиск афроамериканцев в темноте).

Из-за тусклого света лица актёров не были бы отчётливыми.

На дорожке на детской площадке были установлены два больших осветительных щита и четыре маленьких. Сяо Цзытун села на траву и запрокинула голову к звёздам, опёршись ладонями на траву. Её красивое нежное лицо озарил свет. На мониторе режиссёра появилась картинка: девушка одиноко сидит на лужайке ночью. Все черты её лица были очень чёткими, а площадка вокруг оставалась тёмной.

Режиссёр Сюй удовлетворённо кивнул и поднял руку:

— Начали!

Сяо Цзытун смотрела на небо, сидя на траве. Её взгляд был пустым, а лицо – немного потерянным. Она просто смотрела на небо безо всякой радости или печали, как будто ей было нечем заняться.

Спустя долгое время она медленно произнесла вслух имя:

— Линь Сяочжэн... Линь Сяочжэн... — повторив его дважды, она внезапно улыбнулась и фыркнула. — Какой ты мерзкий, Линь Сяочжэн!

Линь Сяочжэн – бывший парень Чжао Лэлин, и актёр четвёртого плана, который снял все свои сцены ещё на прошлой неделе. Возможно, потому, что это была её первая любовь, Чжао Лэлин никак не могла забыть этого мерзавца, но вспоминала она о нём не с любовью, а с ненавистью. Она ненавидела этого подонка, для которого её первая любовь была какой-то шуткой.

Злобно произнеся это имя вслух ещё несколько раз, девушка протянула руку, чтобы взять бутылку, лежавшую на траве, но только она попыталась сделать глоток, как обнаружила: бутылка пуста.

В этот момент на площадке появился Ду Жань.

Чжао Лэлин сердито уставилась на бутылку, как будто если смотреть на неё так, то она наполнится. Однако, может быть, Бог и правда существует, ведь перед её глазами в этот момент возникла наполненная бутылка.

Милая очаровательная девушка подняла глаза и увидела стоящего под звёздным небом подростка в белой рубашке, улыбающегося ей. Он держал в руке бутылку с напитком, осторожно протягивая её ей. Нежная улыбка делала его лицо очень мягким, а яркая луна нежно освещала его плечи, но даже она была не такой мягкой, как он.

В следующей сцене на траве сидели уже два человека, тихо любуясь на звёзды.

Подобные ходы не были редкостью для фильмов про школьную любовь. Герои многих таких фильмов тоже поначалу не нравились друг другу, но позже встречались однажды ночью, будучи в плохом настроении, смотрели на звёзды и мило болтали. После такой ночи они становились неразлучными.

Сюжет действительно был стар, как мир, но старомодные сюжеты всегда будоражили девичьи сердца.

Возможно, многие зрительницы мечтали, чтобы их первая любовь была именно такой. Парень, который тебе нравится, нежно смотрит на тебя и слушает каждое твоё слово с самой ослепительной улыбкой. Когда тебе захочется плакать, он протянет тебе платок; когда тебе станет грустно, он поддержит тебя.

В телесериалах роль такого парня-жилетки часто исполняет актёр второго плана. Главный герой обычно был крутым высокомерным красавчиком, но именно он почему-то привлекал глупую и милую героиню.

Однако в реальной жизни так не бывает, не говоря уже о том, существуют ли такие высокомерные красавцы вообще... Девушкам нравятся добрые и нежные парни. Кто сможет такому отказать? Ну, если такому и откажут... это будет означать, что он для девушки недостаточно красив.

Жун Сюй сидел рядом с Сяо Цзытун и слушал, как девушка сердито жалуется ему на свою жизнь.

Она залпом сделала большой глоток кока-колы, а затем смело заявила:

— Ты ведь знаешь Ци Вэня? Ты должен его знать. Он капитан баскетбольной команды, главный красавец школы. Он нравится многим девушкам. Он так меня раздражает! В последний раз, когда я участвовала с ним на соревнованиях, он внезапно со мной познакомился. Каждый раз, когда он подходил ко мне, другие девочки таращились на меня... — юноша улыбнулся, но ничего не сказал. Чжао Лэлин продолжила рассказ. — На самом деле, я его не ненавижу. Но его поклонницы… они слишком меня раздражают. У него ведь не такая уж хорошая внешность – почему он всем нравится?

Юноша по-прежнему просто смотрел на неё, не произнося ни слова.

После нескольких рассказов девушка, наконец, допила эту бутылку колы. Чжао Лэлин недовольно ухмыльнулась и сказала:

— Пойду куплю ещё бутылку.  — сказав это, она внезапно повернулась и посмотрела на юношу рядом с собой. Она спросила. — Подожди! Ты что, за всё время не произнёс ни слова?

Глаза девушки ярко вспыхнули, а улыбка на губах Жун Сюя стала ещё шире и добрее, но он по-прежнему не произносил ни слова.

Сяо Цзытун широко раскрыла глаза:

— Ты... в каком ты классе?

Жун Сюй покачал головой.

Сяо Цзытун запнулась и спросила:

— Ты... что ты имеешь в виду, качая головой?.. Ты не можешь говорить?..

На этот раз Жун Сюй кивнул.

Сяо Цзытун долго молчала, а затем вдруг тихо спросила у него:

— Ты… человек?

Сотрудники на площадке молчали, и все взгляды были сосредоточены на двух людях в центре детской площадки. Веселая жизнерадостная девушка в этот момент лицо выглядела очень серьёзной, пряча за спиной дрожащие пальцы. А напротив неё сидел юноша, молча глядя на неё самым нежным и тёплым взглядом.

Унылый ночной ветерок развевал растрёпанные волосы юноши, обнажая его гладкий лоб.

Он спокойно смотрел на испуганную девушку перед собой, молчаливо улыбаясь. Его улыбка была нежной, как весенний ветерок; такой, что девушке даже показалось, будто её укачивает.

Затем он внезапно протянул руки, подался всем телом вперёд и нежно обнял девушку.

Лицо Сяо Цзытун выражало в этот момент удивление; Жун Сюй крепко сжимал её в своих объятиях, как и было прописано в сценарии, а Чжао Лэлин была этому очень удивлена.

Режиссёр Сюй, наблюдавший за этой сценой через монитор, удовлетворённо кивнул, подумав о том, что актёрская игра Сяо Цзытун заметно улучшилась.

Однако режиссёр Сюй не знал, что в этот момент Сяо Цзытун не играла. Девушка чувствовала тёплое дыхание Жун Сюя у своего уха,  и сердце бешено колотилось у неё в груди.

Они уже репетировали эту сцену дважды, но сейчас, стоя перед юношей в его белой рубашке и глядя в улыбающиеся нежные глаза... она вдруг почувствовала, что что-то не так.

Пока Сяо Цзытун стояла в своём оцепенении, она внезапно почувствовала, что кто-то легонько похлопал её по спине.

В следующую же секунду Сяо Цзытун резко пришла в себя, сопротивляясь теплу, разливающемуся по щекам, и, крепко стиснув зубы, шёпотом произнесла свою реплику:

— Ты... тёплый.

После этой сцены они продолжили съёмки.

В следующей сцене юноша с девушкой весело проводили время в школе поздно ночью. После знакомства с Ду Жанем, Чжао Лэлин стало жалко этого несчастного мальчика, и они стали друзьями. Они договорились о встрече и среди ночи прокрались в школу, чтобы пробраться в заброшенный кампус.

В перерыве между сценами у актёров, наконец, появилось время на отдых.

Сяо Цзытун взяла чашку из рук своей помощницы и сделала большой глоток. Затем она сказала:

— Я, наконец, поняла, почему тебе так нравится Жун Сюй.

Помощница выпучила глаза и тут же принялась расспрашивать:

— О! Вы согласны, что Жун Жун моей семьи выглядит потрясающе?

Сяо Цзытун фыркнула и кивнула:

— Да... он красивый. — по её щекам расплылся румянец. Через некоторое время она с серьёзным видом добавила. — И он очень хорошо играет. Только что, когда он смотрел на меня, я на мгновение всерьёз подумала, что я уже давно ему нравлюсь. Я действительно думала, что он всегда любил меня...

Молоденькая помощница весело рассмеялась и с гордостью заявила:

— Ха-ха-ха-ха, конечно, Жун Жун моей семьи самый лучший актёр. Я же всегда говорила Вам, что он просто потрясающий, а Вы мне не верили! Я же Вам рассказывала, что когда Жун Жун снимался в «Чёрных тучах»...

Сяо Цзытун отвернулась, чтобы помощница не увидела её красных щёк. Однако девушки не заметили, что мимо них в этот момент проходил один красивый юноша, который, услышав их разговор, внезапно остановился.

В следующую секунду он взял себя в руки, натянул на лицо улыбку и быстро зашагал в сторону туалета, улыбаясь проходящим мимо сотрудникам съёмочной группы. Он так крепко сжимал сценарий в своей руке, что у него заболели пальцы.

Едва добравшись до туалета, Лу Сянбо запер дверь и громко ударил сценарием по стене.

— Лю Хуэйчжэнь... Жун Сюй... Лю Хуэйчжэнь... Жун Сюй!!!

Съемки «Немого» шли очень плавно. Три недели спустя на съёмочную площадку, согласно договорённости со съёмочной группой, на студию прибыли фанатки Жун Сюя.

Пятнадцать молодых симпатичных девушек приехали в провинцию J и присоединились к команде «Немого». Они взволнованно проследовали за помощником режиссёра на съёмочную площадку, радостно озираясь по сторонам. Они привезли с собой целый грузовик с «гуманитарной помощью», а также тысячи писем для Жун Сюя.

Две недели назад команда «Немого» уже анонсировала первую волну кадров из фильма.

Поскольку это была «реквизитная» версия кадров, на этих девяти фото не было самих героев. Например, поскольку персонаж Лу Сянбо был баскетболистом, на его постере был изображён один мяч.  Используя предметы для метафоризации героев, создатели фильма хотели пробудить в пользователях сети любопытство. В этом плане режиссёру Сюй удалось добиться неплохих результатов.

На прошлой неделе команда «Немого» выпустила вторую волну кадров из фильма. На этот раз кадры были более абстрактны: на каждом постере было написано ровно одно предложение, символизирующее характер того или иного героя.

Таким уникальным способом режиссёр Сюй сумел привлечь внимание большого числа пользователей сети. Люди очень заинтересовались этими странными постерами и развязали бурную дискуссию.

Сегодня же на съёмочную площадку «Немого» прибыли пятнадцать фанаток Жун Сюя, с трудом сдерживая свою радость и волнение. Под руководством помощницы режиссёра они прошли прямиком в студию. С широко распахнутыми глазами юные девушки молча озирались по сторонам и заглядывались на трудолюбивых членов команды.

Помощница режиссёра остановилась и улыбнулась:

— Мне пора работать. Сейчас начнутся съёмки. Возможно, вам придётся подождать, прежде чем вы увидите Жун Сюя.

Опытная фанатка сразу же ответила:

— Мы знаем, спасибо. Давайте сначала раздадим всем подарки.

Затем пятнадцать юных девушек перенесли на площадку все наборы с презентами и по очереди раздали их каждому сотруднику на площадке.

Сотрудники, естественно, не стали отказываться. Все они знали, что эти девочки приехали сегодня сюда, чтобы помочь Жун Сюю. Если бы они отказались, девочки могли обидеться, подумав, что им не нравится Жун Сюй, и поэтому они не хотят принимать от его фанатов закуски и подарки.

Пятнадцать девушек разделились на четыре группы. Шестеро отвечали за вручение подарков обычным сотрудникам, четверо – за вручение подарков руководителям каждой отдельной группы (свет, грим, реквизит и т.д), ещё трое – за старший персонал, вроде помощников режиссёра и сценаристов. Ещё две девушки раздавали подарки актёрам и режиссёру Сюй.

Держа в руках коробочки с горячим обедом и небольшие мешочки с подарками, девушки с улыбкой подходили к сотрудникам и вручали им свои презенты. При этом они приговаривали: «Спасибо, что заботитесь о Жун Сюе». Даже если принимающей стороной был самый «бессердечный» сотрудник, он не мог не улыбнуться и не ответить: «О! Зачем, не стоило…  Жун Сюй очень хороший! Девочки, мы все его любим!».

После этого девочки, естественно, становились ещё счастливее, а улыбки на их лицах – ещё искреннее.

«Конечно же, наш Жун Жун самый-самый лучший!» — при мысли об этом девочки становились ещё более мотивированными.

Фактически, они уже справились со своей задачей, когда привезли сюда свои подарки. Поддержка фанатов многих других звёзд заключалась в том, чтобы просто привести подарки на грузовике к студии, чтобы каждый сотрудник мог подойти и забрать свой подарок. Никто не практиковал «доставку до адресата». Но глава фан-форума Жун Сюя твёрдо решила:

— Мы должны сделать всё от нас зависящее!

Таким образом, сегодня сложилась такая ситуация.

В группе по реквизиту молодой человек, занятый созданием реквизита для очередной сцены, внезапно услышал позади себя чей-то нежный голос.

Он на мгновение опешил, но всё же повернулся и увидел перед собой юную хрупкую девушку, держащую в руке лакированную деревянную коробку с ланчем и подарочный пакет, с серьёзным видом протягивая их ему. Она искренне сказала:

— Спасибо, что заботитесь о Жун Сюе! Вы много работали – вот, возьмите, это Вам!

Когда девочка ушла, юноша, наконец, пришёл в себя. Он быстро открыл ланч-бокс и почувствовал приятный аромат.

Кисло-сладкая свиная вырезка, говяжья вырезка, куриные крылышки в коле – и это только три вида мясных блюд! Также в коробке было четыре вегетарианских блюда и дополнительная коробочка с фруктами. Яблоки, виноград, арбузы, драконий фрукт и бананы были аккуратно нарезаны. На первый взгляд, человек, который нарезал эти фрукты, был весьма изобретателен.

Открыв подарочный пакет и заглянув в него...

Маленький электрический вентилятор, солнцезащитная кепка марки B, охлаждающий лосьон марки С, солнцезащитный спрей марки D, множество небольших закусок и даже рукописное письмо!

«Спасибо за заботу о Жун Сюе. Желаем Вам хорошо провести это лето!

Ps: В комнате рядом с группой по освещению мы поставили моЛо Вэйльную камеру с мороженым. Полезный совет: мороженое можно есть только через полчаса после еды ^-^»

На маленьком пакетике было написано слово «Жун», на деревянном ланч-боксе также было выгравировано слово «Жун», и даже на маленьком электрическом вентиляторе красовалось слово «Жун»! Одно простое слово, без какого-либо дополнительно дизайна логотипа, но выглядело это очень симпатично.

Глядя вслед девчушкам, которые всё ещё были заняты вручением подарков остальным сотрудникам на площадке, юноша не мог не вздохнуть:

— Как же Жун Сюю повезло с такими поклонниками! Нет, нужно иметь внушительную силу, чтобы привлечь таких поклонников. Ах! — через некоторое время сотрудник неожиданно воскликнул. — Эта говяжья вырезка до невозможного вкусная!

Похожая сцена происходила в этот момент почти в каждом уголке съёмочной площадки.

Все простые сотрудники получили обычные подарки – электрические вентиляторы, солнцезащитные кепки, лосьон и солнцезащитный спрей. В дополнение к этому набору руководители групп получили ещё несколько дополнительных изысканных подарков, а помощники режиссёра и сценаристы получали ещё на несколько подарков больше.

Эти подарки были не из дешёвых, но для этих людей они определенно не были дорогими – они стоили вполне приемлемых денег, которые эти сотрудники могли позволить себе сами.

Когда сценарист увидела губную помаду одного крупного бренда, которая ей очень нравилась, она шокировано посмотрела на девочку, которая ей её подарила, и спросила:

— Как вы узнали бренд?..

Девочка тут же поклонилась и мило ей улыбнулась:

— Я изучила ваши фотографии в Вэйбо и обнаружила, что все Ваши помады были этого бренда. Я заметила, что именно такой помады у Вас, похоже, нет. Эту модель очень сложно купить, но моя двоюродная сестра как раз недавно была в Париже, поэтому я попросила её купить эту помаду для  Вас.

Отправлять деньги и дарить подарки легко. Сложнее всего сделать это от чистого сердца.

Когда Жун Сюй закончил съёмки утренней сцены и у него, наконец, появилось время пообедать, он попросил Ло Вэй сходить за едой, когда вдруг услышал голос Сяо Цзытун. Она усмехнулась и сказала:

— Сегодня нам не нужно есть из этих ужасных ланч-боксов. У нас сегодня званый обед! Жун Сюй, ты забыл? Нам же сегодня помогают твои поклонники!

Услышав это, молодой человек приоткрыл рот и беспомощно улыбнулся:

— Я помнил об этом утром, но после съёмок совсем забыл…

В этот момент у них за спиной раздался сухой кашель. Это был режиссёр Сюй. Сделав серьёзное лицо, он сначала посмотрел на Жун Сюя, а затем перевёл взгляд на Сяо Цзытун. Старик приподнял седые брови и спросил недобрым тоном:

— Неужели ланчи нашей команды так ужасны?

Сяо Цзытун сглотнула и прошептала:

— На самом деле, они довольно вкусные...

Режиссёр Сюй фыркнул и рассмеялся:

— Чушь! Ничего они не вкусные. Говорил я им, что ланч-боксы не следует покупать по цене в  десять юаней. У нас что, не хватает денег? Хватает! Разве Вы готовы всегда питаться за десять юаней, скажите мне?

Все были ошеломлены, глядя на то, как помощник режиссера Ван молча вытаращился на старика Сюй, а затем медленно ответил:

— Рядом с этой киностудией продают всего четыре вида ланч-боксов: за пять, десять, двадцать и тридцать юаней. Сюй Дао, в нашей команде работает более 400 человек!..

После этой фразы лицо режиссёра Сюй изменилось, а затем он серьёзно кивнул:

— Верно. Тогда давайте хоть сегодня поедим нормально, ха-ха-ха-ха!

Жун Сюй:

— ...

Сяо Цзытун:

— ...

Покупать ланчи на десять юаней дороже означает, что на каждый приём пищи придётся тратить на четыре тысячи больше. Это не такие уж большие деньги. Но если считать ещё завтрак и ужин, уходить на еду будет минимум 10.000 юаней в день. Десять тысяч юаней – это немного для большой команды, вроде этой, но съёмки этого фильма должны были занять два месяца, что составляло… 600 тысяч юаней на одну только еду!

Шестьсот тысяч для скупого режиссёра Сюй – это слишком много.

Болтая, небольшая группа людей медленно приближалась к остальной части команды. Когда Жун Сюй спускался по лестнице, он не видел происходящего снизу, но внезапно услышал чей-то неожиданный крик где-то очень близко:

— Жун... Жун Жун!

— Жун... Жун!

Оглядевшись, он увидел юную девчушку с тремя ланч-боксами и тремя пакетами в руках, глазеющего на него во все глаза.

Посмотрев на неё, Жун Сюй быстро смекнул, кто эта девочка. Однако, прежде чем он успел открыть рот, он увидел слёзы, проступившие на её глаза. Слезинка уже готова была покатиться по розовой щеке,  но девушка быстро подняла руку и стряхнула её.

Глядя на взволнованное лицо юной фанатки, Жун Сюй улыбнулся, протянул руки и взял коробки с пакетами из её рук, поздоровавшись:

— Привет! Я Жун Сюй. Кому это нужно подарить? Они немного тяжёлые – я помогу тебе их отнести, хорошо?

Далее, начался уже привычный ему процесс раздачи автографов и селфи.

У каждого фаната рано или поздно возникает такая ситуация, когда звезда сфотографируется с ним и даёт ему автограф. Иногда всё заканчивается на одном автографе, а иногда звёзды подписывают сразу несколько открыток, чтобы фанат мог раздать их своим друзьям, которые в этот день  не смогли приехать.

Все зависит от желания звезды. Иногда встречаются очень недоброжелательные звёзды, которые очень ленятся подписывать больше одной открытки и даже групповые фото делают через силу.

Однако таких людей в кругу было меньшинство. После того, как Жун Сюй дал автограф каждой из 15-ти девочек, он сделал отдельное фото с каждой из них, а затем сделал групповое фото со всеми. После всего этого они расселись в комнате, организованной персоналом, и проболтали почти час.

Когда фан-встреча, наконец, закончилась, одна из девушек внезапно воскликнула:

— Жун Жун, что, ещё не ел?!

Эту секунду все фанатки очнулись, словно их окатили из таза с холодной водой. Только сейчас они поняли, что были так взволнованы встречей со своим Богом и разговором с ним, что совсем забыли, что Жун Сюй не ел с самого утра, поэтому они быстро извинились и отпустили Жун Сюя на обед.

Видя это, Жун Сюй беспомощно улыбнулся:

— На самом деле, в этом нет ничего страшного. В команде мы часто питаемся не вовремя и нарушаем трёхразовый режим.

— Что? Не вовремя? Жун Жун, Вы должны заботиться о себе, Вы должны вовремя кушать!

— Это навредит Вашему здоровью! Тогда неудивительно, что Вы такой худой!

—  Жун Жун, идите скорее обедать! Мы ужасные фанатки, мы совсем забыли, что Вы не ели...

Глядя на извиняющиеся лица  юных девушек, которые почти плакали, Жун Сюй мягко улыбнулся, и, поговорив с ними ещё немного, действительно пошёл обедать.

Хотя девочки и «прогоняли» его, когда он действительно ушёл, все выглядели потерянными, потому что знали, что днём у Жун Сюя снова съёмки, и сегодня они его больше не увидят.

Однако всего через три минуты к ним в комнату вошла Ло Вэй и улыбнулась:

— Сколько открыток для автографов вы принесли? Давайте мне, я передам их Сяо Сюю. Он сейчас очень занят на съёмках и, возможно, не сможет подписать так много открыток, но он постарается… Оставьте мне адрес, я вышлю их вам в августе.

Девочки с кислыми лицами передали Ло Вэй пакет.

После того, как Ло Вэй ушла, они быстро достали свои телефоны, чтобы поделиться этой новостью с фан-группой.

«Ах! Жун Жун такой хороший, такой красивый! В живую он просто неотразим, в сто раз лучше, чем по телевизору!»

«Он все время улыбался нам, ах… Моя жизнь прожита не зря! Я даже прикоснулась к маленькой ручке Жун Жуна! Она такая мягкая, такая тёплая! Не заставляйте меня, я не хочу уходить! Я хочу остаться здесь, я хочу быть с Жун Жуном вечно!!!»

«Ах, ах, ах, ах, ах! Я только что отдала все ваши открытки помощнице Жун Сюя. Он действительно собирается раздать столько автографов? Изначально я привезла их на всякий случай, но я не хотела, чтобы Жун Жун подписывал СТОЛЬКО открыток… У него действительно очень тяжёлые съёмки. Я слышала, как сотрудники обсуждали, что вчера они снимали до четырёх часов утра! Но уже в 7 часов утра они встали и продолжили снимать!»

Узнав об этом, фанаты в группе внезапно забеспокоились.

«Если я правильно помню, ты увезла с собой больше 500 открыток, верно? Как ты могла ему их отдать?? Что, если он перетрудится? Как наш Жун Жун будет сниматься с таким ужасным графиком? А ведь уже в следующем месяце он должен участвовать в рекламном роуд-шоу «Затерянного города»… Что, если он устанет?!!!»

«Я сейчас же схожу и заберу эти открытки!!!»

Вернуть их, конечно же, было невозможно.

После того, как Жун Сюй быстро поел, он тут же вернулся в студию и продолжил съёмки.

Ло Вэй, выслушав просьбы девочек, спокойно махнула рукой:

— Не переживайте. Сяо Сюй уже видел эти открытки и сказал, что подпишет их для вас.

Девочки ахнули:

—  Боже мой, Жун Жун!..

На этом мероприятие по поддержке команды «Немого» было закончено.

Каждый сотрудник получил небольшой подарок, вкусно отобедал и получил на десерт порцию мороженого. Все эти подарки были подготовлены с особой тщательностью, и не могли не порадовать адресатов.

Даже всегда серьёзный режиссёр Сюй, увидев в подарочной коробке пояс для талии* и дорогой бумажник, прошептал:

— Эти фанаты – просто чудо...

***

Жун Сюй, естественно, тоже видел реакцию сотрудников на своих фанаток. Закончив съёмки поздно ночью, он улыбнулся и спросил  свою помощницу:

— Сестра Ло, ты общаешься с фан-группой?

Ло Вэй широко распахнула глаза и быстро ответила:

— Нет. Хотя я тоже Ваша поклонница, я являюсь официальным лицом и никогда не общалась с Вашими фанатами и модераторами сообществ лично.

Выражение лица Ло Вэй было очень решительным и спокойным; очевидно, она говорила правду.

Жун Сюй слегка нахмурился, на мгновение задумавшись, не в силах найти объяснение: если это не Ло Вэй, то кто же тогда мог рассказать его фанаткам о предпочтениях каждого члена команды и о том, что у режиссёра Сюй проблемы с талией?

Неподалеку в этот момент чихнула помощница Сяо Цзытун, а затем быстро посмотрела в свой телефон.

«Сообщаю организации: я очень хорошо скрывалась, ха-ха-ха-ха! Жун Сюй не обнаружил, что я – его давняя фанатка! Сегодня Жун Жун был таким красивым, мне так хотелось обнять его и никуда не отпускать! Ах, я тоже хочу прикоснуться к маленькой ручке Жун Жуна _(:з」∠)_»

Поддержка фанатов в этот раз была очень скрупулёзной и продуманной до мелочей, а приготовленные блюда и подарки восхитили всех сотрудников без исключения. Когда на следующий день сотрудники увидели свой обычный обед за десять долларов, они не могли не потосковать о вкусной еде, которой их угощали вчера.

— Когда к нам вернутся поклонники Жун Сюя?.. Это было бы так здорово!

Очевидно, такие мысли посещали не одного человека на площадке. Когда помощница режиссера обедала едой из обычного ланч-бокса, она тоже не могла не поделиться с другом:

— Поклонники Жун Сюя действительно щедры… Кстати, Лао Чэн, я слышала, что Сяо Цзытун подарили набор высококачественных средств по уходу за кожей марки S и набор косметики марки Т. Эта продукция стоит очень дорого.

Лао Чэн радостно рассмеялся:

— Как Сяо Цзытун может сравниться со стариком Сюй? Я видел, что ему подарили пояс на талию, который стоит не меньше трёх тысяч! Как думаешь, откуда они узнали, что у него проблемы с талией? Удивительно!

Многие сотрудники и раньше видели фан-меропиятия по поддержке съёмочных групп, но таких как вчера – никогда.

Обычно фанаты дарят небольшие ланч-боксы, фрукты и мелкие подарки, не передавая их лично в руки адресатам. Однако фанаты Жун Сюя сделали это, причём подарки у них были намного лучше по наполнению. Собирали их явно с большой заботой.

Поначалу фанаты планировали купить подарки куда скромнее. Да, они и раньше хотели купить режиссёру Сюй специальный пояс, но не за три тысячи, а юаней за 400.

Однако когда одна небезызвестная фанатка пожертвовала на их мероприятие целых 500.000 юаней, они собрали достаточный капитал для покупки самых лучших подарков, не экономя на качестве. Так, режиссёр Сюй получил высококачественный пояс.

Во время обеда повсюду на площадке люди обсуждали вчерашние подарки, а неподалёку от двух помощников режиссёра симпатичный молодой актёр сидел, склонив голову и молча жевал свой обед.

Напротив Лу Сянбо сидел его помощник. Открыв контейнер с супом для своего босса, он принялся рассказывать Лу Сянбо о сегодняшней сцене.

После этого помощник склонил голову и залип в свой телефон, но уже через пару секунд услышал приглушённый холодный голос Лу Сянбо:

— Какой… подарок ты получил вчера?

*я так и не поняла, для чего именно этот пояс – для осанки, похудения, от болей в пояснице… «плохая талия» – вот, что сказал мне китайский :D

— Какой… подарок ты получил вчера?

Помощник опешил и, не задумываясь, ответил:

— Я получил набор мужских туалетных принадлежностей в дополнение к вентилятору, кепке, маслу и солнцезащитному спрею.

В конце концов, он был всего лишь помощником актёра второго плана, поэтому фанаты Жун Сюя добавили к его стандартному набору только набор элитных мужских туалетных принадлежностей.

Однако Лу Сянбо, услышав об этом, рассмеялся и спросил:

— А что получила помощница Жун Сюя?

Когда вчера все открывали свои подарки, они ничего друг от друга не скрывали, поэтому юноше, естественно, было известно, какой подарок достался вчера Ло Вэй. Он быстро вспомнил о нём и сказал:

— Кажется, набор средств по уходу за кожей марки S, браслеты марки P и... о, точно, ещё телефон MиТу!

Даже если вы не знаете, сколько стоит набор средств по уходу за кожей, цена за телефон МиТу известна  всем – минимум три тысячи юаней.

Лу Сянбо продолжал есть, опустив голову и не произнося ни слова, но его помощник уже начал испытывать беспокойство. Он прекрасно знал характер Лу Сянбо и знал, что его артист очень сварлив и имеет ужасный вспыльчивый характер.

Однако характер Лу Сянбо был известен только ему и его агенту, потому что актёр очень хорошо его скрывал.

Поев, Лу Сянбо положил палочки на стол и спокойно сказал:

— Тебе подарили обычный набор туалетных принадлежностей, а помощнице Жун Сюя – целую кучу дорогих подарков?

Помощник ошеломлённо кивнул и подсознательно ответил:

— Мой набор тоже дорогой. Да и логично, что поклонники Жун Сюя подарили его помощнице лучший подарок: она ведь помощница их кумира, а не какого-то другого актёра. — взглянув в дрожащие красные глаза Лу Сянбо, его помощник быстро закрыл рот.

Лу Сянбо яростно сверлил взглядом ланч-бокс с рисом на столе, словно представляя, будто на его месте стоит вчерашняя роскошная коробка с едой, а его собственные фанаты снуют по площадке и раздают такие же коробки и разные дорогие подарки сотрудникам!

Сегодня днём у Лу Сянбо была коротенькая сцена, но ему пришлось переснимать её несколько раз.

Режиссёр Сюй нетерпеливо отчитывал его, а Лу Сянбо терпеливо улыбался и обещал исправиться, однако следующий дубль снова выходил неудачным. После того, как он завалил 20 дублей подряд, режиссёр Сюй рассердился и сказал:

— Ты сегодня явно не в духе. Возвращайся в отель и сделай перерыв. Позже вернёшься и переснимешь эту сцену.

Лу Сянбо опешил, но быстро покинул команду вместе со своим помощником.

Уходя, он столкнулся с Лю Хуэйчжэнь. Девушка холодно улыбнулась, глядя на него сверху вниз, и сказала своей помощнице:

— Ха! Я смотрю, кто-то сильно завидует! Оба юные, оба новички, но у одного фанаты в разы хуже, чем у другого?

Лу Сянбо сжал кулаки и пулей вылетел из студии.

Едва добравшись до машины, Лу Сянбо громко ударил по двери кулаком. На двери образовалась вмятина.

Помощник был потрясён увиденным и пробормотал:

— Сян... Сянбо?

Как вдруг! Лу Сянбо резко поднял голову: его глаза были кроваво-красными, источая несдерживаемый гнев и ненависть. Помощник сильно испугался.

В следующий момент из салона авто раздался злобный голос:

— Эта псина смотрит на людей свысока! Фанаты псины тоже смотрят на людей свысока!

Помощник тут же понял, что происходит. Видя скверное настроение Лу Сянбо, он поспешно попытался переубедить его:

— На самом деле, Сянбо, его фанаты подарили нам хорошие подарки. — вспомнив милую девочку, которая вчера вручила ему подарок, он улыбнулся и продолжил подбадривать своего босса. — Правда, хорошие. Мой набор на самом деле...

— Ты с ними в одной команде? — раздался резкий голос, полный ненависти.

Мельком взглянув в глаза Лу Сянбо, его помощник в страхе сел на своё место и крепко сжал руль. Внезапно раздался звуковой сигнал, нарушивший неловкую тишину.

Ненависть постепенно сползла с лица Лу Сянбо. Он глубоко вздохнул и сказал:

— Поехали.

Его помощник подчинился, испытывая в этот момент неописуемую тревогу.

***

В час ночи Жун Сюй завершил съёмки последней сегодняшней сцены.

Когда он покидал команду, почти все сотрудники поднимали головы, улыбались ему и говорили «до свидания». Сначала он был немного удивлён, но постепенно привык и стал спокойно прощаться с ними в ответ.

Ло Вэй взволнованно сказала:

— Эта «поддержка» действительно оказалась полезной. Сотрудники и раньше хорошо относились к нам, но сегодня они просто лапочки. Жун Сюй, Вы заметили, что в Ваш ланч-бокс положили больше мяса? Даже больше, чем у режиссёра Сюй.

Тихо вздохнув, Жун Сюй беспомощно сказал:

— На самом деле, я чувствуя себя нехорошо, думая о том, как много денег они потратили...

Ло Вэй покачала головой:

— Нет, Сяо Сюй, разве Вы не знаете? В этот раз Ваши фанаты собрали в общей сложности 1,16 миллиона юаней, из которых 700.000 были предоставлены «Пастой из семян лотоса с апельсиновой начинкой». Я уточняла – они потратили всё до единой копейки. После невиданной щедрости «Пасты» появился ещё один фанат, который пожертвовал 100.000 юаней. В сборе приняли участие примерно 10-20 тысяч человек, и в среднем выходит, что каждый из них потратил совсем немного... Не переживайте.

Если от 1.160.000 отнять 700.000 «Пасты из семян лотоса с апельсиновой начинкой» и ещё 100.000 от другого щедрого фаната, останется всего 360.000 юаней.

В мероприятии приняло участие от десяти до двадцати тысяч человек, а значит, в среднем каждый из них потратил менее 20-40 юаней.

Однако в центре внимания Жун Сюя было сейчас не это. Его ясные глаза слегка расширились, когда он с удивлением переспросил:

— Семьсот тысяч?..

Ло Вэй кивнула:

— Да. Я узнала от модераторов, что сначала она перевела им 500.000 юаней, но, прочитав список подарков, она решила, что этого недостаточно, и добавила ещё 200.000, чтобы Ваши фанаты могли купить для команды лучшие вещи.

Жун Сюй:

— ...

Через мгновение он спросил:

— Это та самая «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой», которая в прошлый раз перевела нам миллион на благотворительность?

На самом деле, в ответе на этот вопрос Жун Сюй не нуждался. В конце концов, он изучал аккаунт этой фанатки в Вэйбо в прошлом месяце. Однако он был так удивлён, что не мог не задать этот вопрос. В конце концов, он никогда не думал, что среди его поклонников найдётся фанат, который сможет потратить на него 1,7 миллиона, и это ещё не считая дисков и билетов в кино.

Ло Вэй тяжело кивнула и посмотрела на звёздное небо, вздыхая:

— Это действительно очень богатый и влиятельный человек…

Жун Сюй:

— ...

Вернувшись той ночью в номер отеля, Жун Сюй быстро принял душ и перед сном, уже собираясь выключить телефон, внезапно остановился. Он зашёл на Вэйбо, перешёл на страницу нужного человека и принялся листать его посты, лёжа в постели.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Жун Жун, *целую*, *целую*, *целую* =3»

«Что ж, это её обычное ежедневное признание...»

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Я давно не видела Жун Жуна. Я так скучаю по нему!»

«Она, видимо, имеет в виду то, что я какое-то время не размещал новые посты на Вэйбо?..»

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Сегодня он рассказал мне анекдот. На самом деле, он был довольно смешной, но я не смеялась, и он рассердился. Дело не в том, что мне не хотелось смеяться… просто… я не умею смеяться. Я не умею смеяться. Это грустно _(:з」∠)_

Тем не менее, знаете, когда он злится, он выглядит ещё милее! Мне так хотелось его обнять ^-^»

Жун Сюй:

«Разве это не симптомы паралича лицевого нерва?..»

Полистав стену «Пасты из семян лотоса с апельсиновой начинкой» ещё какое-то время, Жун Сюй с беспомощным видом убрал телефон на тумбочку.

Этот человек действительно редко публикует фотографии и никогда не кичится своим богатством. Если бы «Паста» не пожертвовала тогда этот миллион, никто бы просто не поверил в то, что этот аккаунт может принадлежать какому-то богатому человеку. В фотоальбомах «Пасты» не было личных фотографий, а только постеры с самим Жун Сюем.

Многие дети богатых родителей любили хвастаться своей шикарной жизнью в Интернете. Они выкладывали снимки частных самолетов и элитных авто. Некоторые из них, кто поумнее,  просто ставили свои сумочки на край стола и делали фото. Казалось, будто на снимке изображён завтрак, но в уголке можно было разглядеть логотип бренда дорогой сумочки.

Но эта 19-летняя «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» ни разу не показывала ни своего лица, ни того, что её окружает.

Жун Сюй посмотрел её аватарку в Вэйбо – там тоже красовалась его фотография с постера «Чёрных туч». Глядя на неё, Жун Сюй начал думать о том, у кого из команды «Чёрных туч» может быть столько денег, кому в этом году исполнилось 19 лет, и кто мог так близко сфотографировать его спящим на съёмочной площадке.

Результат его размышлений был прост: такого человека просто нет!

Жун Сюй покачал головой и выключил свет. Естественно, он не знал, что «19-летняя Паста», сидевшая в этот момент в самолёте, наконец, прибыла в город В после более чем двадцатичасового полёта.

***

26 июля «ХуаСя Энтертейнмент» проводили благотворительный аукцион в городе B. На этот аукцион была приглашена половина развлекательного круга, и большинство из них должны были присутствовать на мероприятии, за исключением тех, кто не мог прилететь по уважительной причине, как, например, Жун Сюй.

Прибыв в город в полдень 26-го июля, высокий красавчик покинул аэропорт через VIP-коридор. Сюй Цзинь и помощник Сяо Линь быстро следовали за ним.

На ходу Сюй Цзинь говорил:

— Езжайте сразу в офис компании, чтобы переодеться и подготовиться. Вечеринка начнётся в 7 часов. Цинь Чэн, Вы – гость финала красной дорожки, поэтому можете немного опоздать. Нам не о чем беспокоиться, учитывая ситуацию на дорогах города B.

Вскоре все трое поднялись на лифте и зашагали на парковку.

Помощник Линь сел за руль, а Сюй Цзинь сел на переднее пассажирское сиденье и, повернувшись назад к Цинь Чэну, сказал:

— Вы сидите за одним столом с Лю Лао, Шэн Цзуном, Вэнь Сюань, Линь Сюанем... Мы должны купить хотя бы одну вещь, как минимум на два миллиона.

Благотворительные вечера в индустрии развлечений нацелены не столько на благотворительность, сколько на то, чтобы дать артистам возможность показать себя миру.

За каждым шагом знаменитостей, как представителей общественности, следят миллионы людей, используя их как образец для подражания. Некоторые звезды приходят на такие благотворительные аукционы только ради того, чтобы показать людям: смотрите, я тоже хочу заниматься благотворительностью. Что касается того, почему они ничего не покупают: они хотели, просто их конкуренты оказались слишком сильны.

Но такие крупные звёзды, как Цинь Чэн и Вэнь Сюань просто обязаны были покупать дорогие благотворительные лоты. Они были образцовыми представителями индустрии развлечений и должны быть главными фигурами таких вечеров.

Выслушав своего агента, Цинь Чэн поднял палец и задумчиво прижал его к носу. Через некоторое время он прошептал:

— Двух миллионов недостаточно.

Сюй Цзинь спросил:

— Сколько Вы хотите?

Цинь Чэн спокойно ответил:

— Не меньше пяти миллионов.

Глаза Сюй Цзиня расширились, но спустя долгое время он фыркнул и согласился:

— В любом случае это Ваши деньги, для меня это не имеет никакого значения. — помолчав немного, он не мог не спросить. — С чего это Вы вдруг решили заняться своим общественным имиджем?

За столько лет совместной работы Сюй Цзинь не мог не заметить изменений в поведении Цинь Чэна.

В последние несколько месяцев Цинь Чэн стал активно формировать свой хороший имидж. Такое поведение было нормальном явлением для обычных звёзд. В конце концов, кому понравится, если у него будет плохой имидж?

Имидж Цинь Чэна и раньше не был плохим, но он всё же был не таким открытым. Поклонники считали своего Бога Цинь холодным и неотразимым красавцем. Однако сейчас (хотя он и не превратился в такого же нежного милого ангелочка, как его сосед) Цинь Чэн стал уделять значительное внимание вопросам благотворительности и общественного благосостояния.

Например, в прошлом месяце Цинь Чэн принял участие в благотворительной акции, а сегодня вечером собирался потратить на эти цели внушительную сумму денег.

Услышав вопрос Сюй Цзиня, Цинь Чэн вскинул бровь и предложил:

— А ты угадай.

Сюй Цзинь немного подумал и ответил:

— Я не знаю, что за лекарство Вы продаете в своей тыкве*, но я не люблю угадывать.

Тонкие губы Цинь Чэна слегка изогнулись, и он мягко сказал:

— Оу!.. Тогда не скажу.

Сюй Цзинь:

— ...

Вечером того же дня на благотворительном аукционе «ХуаСя Энтертейнмент» Цинь Чэн выкупил три лота. Первый лот – гитара – был выставлен на аукционе Линь Сюанем. Цинь Чэн предложил за неё цену 600.000 юаней.

Второй лот был немного дороже и представлял собой знаменитую картину тушью из коллекции Лю Лао времен династии Сун. В итоге Цинь Чэн отдал за эту картину 4,62 миллиона юаней.

И последний лот был немного особенный. Это был комплект костюмов из «Западни», выставленный на аукцион режиссёром Чжэном.

В индустрии развлечений такие вещи на аукционах не были редкостью. Часто команды разных фильмов и сериалов выставляли на аукционах реквизит и костюмы со съёмок. Деньги, вырученные с их продажи, шли на благотворительность, что добавляло очков к репутации команды и в то же время давало им новую волну популярности.

Однако этот последний лот Цинь Чэн не стал выкупать лично, а подмигнул Вэнь Сюань сидящей напротив него.

Вэнь Сюань похлопала ресницами, но спустя пару секунд ей на телефон пришло от него текстовое сообщение.

Цинь Чэн: «Купи этот лот для меня».

Вэнь Сюань: «...»

Не понимая, почему Цинь Чэн не может купить эти костюмы сам, Вэнь Сюань подчинилась и заплатила за этот лот 860.000. Ведущий на сцене улыбнулся и сказал:

— Похоже, наша Вэнь Сюань тоже любит этот сериал!

Вэнь Сюань с улыбкой ответила:

— Это очень хороший сериал.

Ответ девушки ни у кого не вызвал подозрений, и вскоре весь этот комплект костюмов со съёмок «Западни» был перевезён из её квартиры прямиком в квартиру Цинь Чэна.

***

Нежный чонсам, школьная форма, от которой так и веяло атмосферой того времени, простые шёлковые костюмы... и несколько красивых комплектов военной формы тёмного цвета.

Глубокие тёмные глаза Цинь Чэна спокойно смотрели на эту военную форму, когда он слегка потирал её пальцами. Долгое время спустя он поднял глаза на своего недоумевающего агента:

— Все комплекты, кроме этого, можешь оставить себе.

Сюй Цзинь на мгновение опешил, но быстро пришёл в себя и возмутился:

— Мы с Сяо Линем помогли Вам перевезти эту кучу одежды от Вэнь Сюань. И теперь Вы собираетесь отдать их мне?! Зачем мне эти вещи? Я не фанат этого сериала, я его не смотрел.

Только не говорите мне, что Вы отвалили за эту одежду 860.000, просто, чтобы отдать её мне. Почему бы Вам не подарить мне гитару Линь Сюаня, например? На ней я мог бы хотя бы сыграть!

Цинь Чэн наградил его взглядом:

— Ты мог бы на ней сыграть?

Сюй Цзинь впился в своего босса взглядом:

— Я играю на гитаре!

Мужчина тихо вздохнул:

— Эта гитара мне пригодится. А эта одежда на 260.000 дороже, чем гитара. Забери её. Спасибо.

Сюй Цзинь:

— ...

«Ты меня ещё благодаришь?!!»

Покинув квартиру Цинь Чэна с охапкой одежды в руках, Сюй Цзинь ещё всю ночь ломал голову над тем, что ему с ней делать.

***

Проснувшись на следующее утро, Жун Сюй потянулся за своим телефоном и увидел одно новое сообщение.

Цинь Чэн: «У меня есть для тебя два подарка. Когда ты вернёшься?»

Взгляд юноши задержался на слове «подарка», и он не мог не улыбнуться: «Что за подарки?»

Через несколько секунд Цинь Чэн ответил: «А ты угадай».

Жун Сюй: «... А если я не угадаю?»

Цинь Чэн: «Тогда узнаешь, когда вернёшься. Так когда ты вернёшься?»

Встав с кровати, чтобы почистить зубы, Жун Сюй ответил: «Съёмки этого фильма продлятся ещё около месяца. В ближайшее время я не смогу приехать».

Через секунду, когда юноша уже был в ванной, у него зазвонил телефон. Словно дожидаясь этого ответа от Жун Сюя, Цинь Чэн позвонил ему в ту же секунду, как получил сообщение.

Удивлённый Жун Сюй ответил на звонок, тут же услышав низкий притягательный голос мужчины, звучащий очень медленно и спокойно:

— Раз уж ты не можешь вернуться, тогда... Я приеду к тебе на съёмки.

*фразеологизм; «Не знаю, что за козырь ты прячешь в своём рукаве».

Если мужчина захочет что-то сделать, он всегда найдёт этому оправдание.

Изначально Жун Сюй был против того, чтобы Цинь Чэн посещал его съёмки. В конце концов, их отношения ещё не были обнародованы. Но, как и со съёмочной группой «Затерянного города», Цинь Чэн, услышав отказ юноши, спокойно сказал:

— Я скажу, что был проездом в провинции J, поэтому по пути решил заскочить на площадку к режиссёру Сюй.

Одним словом, его оправдания лишили Жун Сюя дара речи.

Цинь Чэн и режиссёр Сюй много лет назад вместе работали над фильмом. Тогда Цинь Чэн только-только дебютировал. Если Цинь Чэн скажет всем, что он приехал навестить режиссёра Сюй, ни у кого не возникнет к его визиту никаких вопросов. В конце концов, они знали друг друга уже много лет и были в хороших отношениях.

А в последние годы ходили слухи, что режиссёр Сюй нездоров и его мучают сильные боли в спине. Цинь Чэн не виделся с режиссёром Сюй уже почти год, поэтому теперь, случайно оказавшись проездом в провинции J, было вполне естественно, что он навестит своего старого друга.

Однако Жун Сюй, слушая спокойный голос мужчины по телефону, медленно улыбнулся и мягко уточнил:

— Тогда ты приедешь, чтобы навестить режиссёра Сюй или... чтобы увидеть меня?

В следующую же секунду Цинь Чэн без колебаний ответил:

— Увидеть тебя.

Этот ответ, очевидно, очень удовлетворил юношу, и после этого они болтали ещё полчаса. Жун Сюй невзначай упомянул о поддержке своих фанатов, приезжавших на площадку несколько дней назад. Он сказал, что, хотя он очень благодарен своим фанатам за их заботу, некоторые фанаты... слишком потратились.

Цинь Чэн, выходивший в этот момент на балкон, внезапно замер. Помолчав какое-то время, он переспросил:

— Некоторые... фанаты?

Жун Сюй вздохнул, как будто, наконец ,нашёл того, с кем можно это обсудить, и приступил к рассказу:

— У меня есть поклонница, возможно, симпатичная молодая девушка. И она тратит на меня баснословные деньги. Когда я участвовал в благотворительной акции, она пожертвовала миллион юаней, а недавно она пожертвовала ещё семьсот тысяч на это мероприятие по фан-поддержке...

Когда он говорил это, в тоне Жун Сюя не было ни обвинения, ни зависти – он просто констатировал факт и в то же время слегка волновался. 19-летняя девушка так щедро тратила на него свои личные деньги. Если она очень богата и для неё 1,7 миллиона – это мелочь, то всё в порядке. Но что, если она не так богата, как все думают?..

Жун Сюй мрачно заключил:

— Эта девушка слишком расточительна...

«Расточительная девочка» Цинь Чэн в этот момент:

— ...

Через некоторое время Цинь Чэн неуверенно спросил:

— Может быть, человек, о котором ты говоришь, просто чувствует... что денег всегда мало? Может, этому человеку просто хочется поддержать тебя и сделать для тебя хоть что-то?

Жун Сюй без колебаний ответил:

— Тогда я надеюсь, что она будет больше заботиться о себе. Это важнее всего.

Цинь Чэн ненадолго опешил, его тонкие губы слегка изогнулись, и он мягко ответил:

— Да…

Повесив трубку, Жун Сюй лёг на кровать и вспомнил кое-что, что он знал в своей прошлой жизни.

У одной суперзвезды из его прошлой жизни была сумасшедшая поклонница. Деньги, которые эта фанатка потратила на «Короля Небес», в пересчете на нынешний курс, намного превышали сумму в 1,7 миллиона юаней, однако у этой фанатки не было ни состояния, ни собственного заработка. Деньги она высасывала из своих родителей, а в конечном счёте даже заставила их продать дом...

В конце концов, всё закончилось тем, что пожилой отец фанатки умер, не сумев вынести выходки своей дочери. Этот инцидент имел очень плохие последствия. Очень многие недобросовестные СМИ ещё долго мусолили эту тему, обвиняя во всём кумира обезумевшей фанатки.

Но ведь «Король небес» был невиновен: он не сделал ничего плохого. Вся проблема была в том, что от него была без ума одна сумасшедшая фанатка...

Жун Сюй считал, что «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» должна быть очень богатым человеком, а не просто сумасшедшей фанаткой. Но в любом случае он надеялся, что его поклонники будут в первую очередь заботиться о себе, а не о нём. Он не хотел, чтобы эти юные девушки ставили его жизнь на первое место.

Подумав об этом, Жун Сюй мягко вздохнул, выключил свет и лёг отдыхать. Конечно, он не знал, что «расточительная девочка» молча смотрела на шумный ночной город, сжимая в руке свой телефон.

Яркие огни отражались в тёмных глазах Цинь Чэна. Спустя долгое время он медленно улыбнулся.

Достав из кармана другой телефон и войдя в свою фейковую учётную запись Вэйбо, мужчина пролистал все свои последние публикации, подумал немного, а затем принял писать новый пост.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Переезжаю в новый дом! [фото]»

После публикации этого сообщения на Вэйбо мужчина сразу же выключил свой телефон, не заботясь о последствиях этой публикации. Тем не менее, его пост произвёл настоящий фурор в кругу поклонников Жун Сюя всего за полчаса. Бесчисленные фанаты, узнав об этой новости, поспешили взглянуть на особняк «Пасты».

Он был... потрясающим!

К посту было прикреплено панорамное фото виллы, сделанное днём, с бассейном и волейбольной площадкой. Эта вилла занимала огромную территорию и, по предварительной оценке фанатов, должна была стоить несколько десятков миллионов юаней.

Несколько фанатов в шутку заявили, что готовы падать к ногам «Пасты».

Но было и несколько более скептично настроенных подписчиков «Пасты», которые писали:

«Этот снимок украден».

«Это всего лишь вилла. Кто знает, откуда взят этот снимок».

«Мерзкий нувориш. Как можно так нагло кичиться своими богатствами?!»

Как только такие высказывания стали появляться под постом, фанаты Жун Сюя быстро отругали их:

«Как другие тратят свои деньги – их личное дело. Она не крала деньги с ваших карточек! Апельсиновая богиня никогда не кичилась своим богатством и всегда держалась в тени. Некоторые люди просто не могут смотреть на богатство других. Вы настолько завистливые, что ваши глаза сейчас из орбит повылазят!»

Какое-то время фанаты яростно спорили под свежим постом «Пасты из семян лотоса с апельсиновой начинкой». «Сражение» продолжалось вплоть до следующего утра, когда «Паста» опубликовала ещё один пост.

Глядя на эту публикацию, все потеряли дар речи.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «С каждым новым днём Жун Жун нравится мне всё больше! ~~ (≧ ▽ ≦) / ~ Лалала, ми-ми-ми-ми =3»

Все:

— ...

Они обсуждали её пост всю ночь, но эта Апельсиновая Богиня даже не обратила на них внимания!

Никто не мог догадаться, почему «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой», которая никогда не раскрывала подробности своей жизни, так внезапно решила опубликовать фотографию своей виллы. Жун Сюй был занят съёмками и совсем не заходил на Вэйбо. На данный момент он ещё не знал о том, что «расточительная девушка» ночью опубликовала фотографию, чтобы доказать ему, что «она хорошо заботится о себе и прекрасно проводит время».

Хотя Цинь Чэн и решил посетить его съёмки, он не мог приехать сразу.

Сегодня Жун Сюй собирался сниматься в дневной сцене. Съёмки проходили на солнце.

В этот день на героиню кидались одноклассницы, крича о том, что она и «школьный красавец» – теперь пара. Конечно, Чжао Лэлин это расстроило, не говоря уже о том, что совсем недавно она рассталась со своим парнем. Тем более, сейчас ей уже нравился один мальчик, но это был не «школьный красавец», а юноша по имени Ду Жань.

Девушки любят заботу, романтику и когда их слушают. Героине романа, скорее всего, понравился бы властный «красавчик-задира», но реальные девушки предпочитают нежных и внимательных «принцев».

Поэтому, когда Чжао Лэлин окружили одноклассницы и начали верещать о треклятом красавце-баскетболисте, она подсознательно захотела развернуться и уйти, но юноша удержал её за руку. Баскетболист Ци Вэнь, которого играл Лу Сянбо, действительно был влюблён в Чжао Лэлин, и хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы признаться ей в своих чувствах.

Чжао Лэлин вырвалась из его рук и продолжила пробиваться сквозь толпу к выходу, когда холодная рука внезапно коснулась её запястья.

Всё вышло из-под контроля, когда баскетболист увидел, что Чжао Лэлин прячется за спиной какого-то мальчика. Он быстро смекнул, что это – его соперник, и сказал Ду Жаню пару резких слов. Ду Жань ответил ему холодным взглядом.

В конце концов, сцена закончилась тем, что Ду Жань взял Чжао Лэлин за руку и спокойно увёл прочь. Ци Вэнь был так разгневан, что запустил в стену баскетбольным мячом.

Сцена была очень проста: во многих случаях сцены интенсивного конфликта намного лучше, чем сцены спокойной конфронтации.

Жун Сюй рано пришёл на съёмочную площадку, переоделся и пошёл на грим. Вскоре в гримёрную вошли и Сяо Цзытун с Лу Сянбо. Лицо Жун Сюя должно было быть бледным, поэтому гримёр нанесла ему целую тонну пудры, сделав и без того светлую кожу юноши почти прозрачной.

Сяо Цзытун сидела справа от Жун Сюя, а Лу Сянбо – справа от Сяо Цзытун. Трое гримёров подошли к ним один за другим и принялись за работу.

Увидев в зеркало, что румяное лицо Жун Сюя медленно побледнело, Сяо Цзытун заворожено остановила на нём свой взгляд и пробормотала:

— Жун Сюй, я думаю, ты можешь попробовать себя на ещё одну роль больного человека. Я помню, в прошлом году выходил один фильм о борьбе с раком, основанный на реальных событиях. Если ты сыграешь подобную роль... Я обязательно пойду в кино, чтобы поддержать тебя!

Услышав это, Жун Сюй не мог не улыбнуться:

— Сестра Тун, ты сейчас прокляла меня?..

Сяо Цзытун невинно похлопала ресницами:

— Я просто сделала тебе комплимент. Тебе очень идёт этот бледный грим!

Сидя в гримёрной, актёры мило болтали.

На самом деле в обычной съёмочной группе вряд ли была бы возможна такая ситуация, чтобы главный герой и героиня сидели в одной гримёрке. Поскольку актёры уровня Жун Сюя обычно уже имели свою собственную команду по гриму и собственную гостиную, они не контактировали с «обычными гримёрами» из команды режиссёра.

В этом плане Сяо Цзытун не была исключением, и у неё уже тоже должна была иметься собственная бригада визажистов.

Но так уж получилось, что эти двое отличались от остальных звёзд. Они не стали нанимать для себя личную команду гримёров. Вместо этого они часто делили гримёрную с другими актёрами более низкого ранга.

Через некоторое время в гримёрную вошла актриса второго плана Лю Хуэйчжэнь. Когда она заходила в гримёрную, она не увидела Жун Сюя и Сяо Цзытун, а заметила только спину Лу Сянбо, который сидел возле двери. Она засмеялась и громко сказала:

— О, Лу Сянбо! Ты пришёл так рано.

Её слова были вполне обычными, если не считать крайне ироничного тона, коим они были сказаны.

Однако в следующий момент Лю Хуэйчжэнь увидела Сяо Цзытун и Жун Сюя и внезапно изменила выражение своего лица. Подойдя к ним, она со сладкой улыбкой проверещала:

— Привет! Жун Сюй, Сяо Цзытун, вы тоже рано пришли. Ох, Цзытун, у Вас такой красивый макияж! Какой уход за кожей Вы используете? У Вас такая хорошая кожа… Можете сказать мне, какой продукцией Вы пользуетесь?

Эту неожиданную лесть не заметил бы только глухой, но Сяо Цзытун была слишком вежливой, поэтому ответила на вопросы Лю Хуэйчжэнь.

Жун Сюй загримировался первым и ещё немного поговорил с Сяо Цзытун, Лю Хуэйчжэнь и Лу Сянбо, прежде чем уйти. Сяо Цзытун и Лю Хуэйчжэнь попрощались с ним, а Лу Сянбо просто сказал «мгм».

Жун Сюй не заботился о его ответе, но после того, как Сяо Цзытун тоже покинула гримёрку вслед за юношей, Лю Хуэйчжэнь вальяжно плюхнулась в кресло, глядя на свой маникюр, и усмехнулась:

— Некоторые люди действительно не умеют скрывать свою ревность. Не могу понять, почему в этой комнате так сильно пахнет кислым*?

Лу Сянбо опустил голову и продолжал смотреть в свой телефон, пока девушка-визажист наносила ему грим.

Лю Хуэйчжэнь заскучала и повернулась, чтобы искоса взглянуть на Лу Сянбо, но тот проигнорировал её.

Утром снимали ту самую сцену. Лу Сянбо, игравший властного школьного красавца, схватил Сяо Цзытун за руку и прямо спросил:

— Чжао Лэлин, ты нарочно избегаешь меня?

Героиня сильно разозлилась: никогда прежде ей не доводилось общаться с такими самовлюбленными людьми!

Интерпретация Сяо Цзытун тоже была очень хороша. Она подняла голову, чтобы посмотреть на Лу Сянбо. Её лицо было полно презрения и раздражения, и, сбросив с себя его руку, она громко сказала:

— Ты меня раздражаешь! И вы все тоже прекратите вопить! Я не имею к нему никакого отношения!

Сказав это, девушка повернулась и зашагала прочь.

Лу Сянбо снова схватил её за руку:

— Чжао Лэлин, не делай этого.

Сяо Цзытун отшатнулась, совершенно не обращая на молодого человека внимания, и направилась к выходу через толпу.

На лице Лу Сянбо появилась тревога, и он снова схватил Сяо Цзытун за руку, громко сказав:

— Чжао Лэлин!

В этот момент режиссёр Сюй немного приподнялся на стуле и внимательно посмотрел на монитор. Эта сцена была очень простой. Сяо Цзытун и Лу Сянбо играли довольно хорошо, так что всё было в порядке. Однако дальше начиналась сцена противостояния между Жун Сюем и Лу Сянбо. У них было крайне мало совместных сцен, и эта сцена была одной из них.

На экране появилась тонкая белая рука, спокойно сжавшая запястье Лу Сянбо, который подсознательно попытался высвободить свою руку, но не смог. Белая рука оставалась неподвижной и продолжала крепко сжимать запястье Лу Сянбо. Затем эта рука внезапно применила силу, и Лу Сянбо пришлось разжать руку Сяо Цзытун. Девушка тут же вырвалась и спряталась за спину Жун Сюя.

Лу Сянбо немедленно поднял голову и посмотрел на юношу. В этот момент он должен был произнести реплику «Что ты делаешь?!». Однако, открыв рот, он внезапно застыл на месте.

Он видел только тёмные глубокие глаза, спокойно смотрящие на него. Бледные губы, красивое нежное лицо… однако когда этот красивый юноша смотрел на него, Лу Сянбо чувствовал резкий холод, пробирающий его от самых пят и до позвоночника…

Казалось, кровь застыла в его жилах, и он не смог произнести свою реплику, комом вставшую у него в горле. Мощная и устрашающая аура Жун Сюя охватила его целиком, и пальцы Лу Сянбо начали дрожать. Его губы шевелились, и он снова и снова безуспешно пытался произнести свою последнюю реплику, но у него не хватало смелости даже на то, чтобы произнести хотя бы слово.

Время шло, а Лу Сянбо всё молчал, поэтому режиссёр Сюй нетерпеливо крикнул:

— Стоп!

Старик Сюй быстро встал со стула, подошёл к Лу Сянбо и выругался:

— Что случилось? Ты разучился произносить реплики? О чём ты думаешь? Ты хочешь, чтобы я лично выучил за тебя эту строчку, а? Что молчишь? Лу Сянбо, ты сможешь нормально сыграть, в конце-то концов?! Ты не можешь сыграть даже в такой простой сцене и не можешь выучить даже самую элементарную реплику! Что ты вообще можешь, скажи мне?

Лицо Лу Сянбо исказилось, и он тупо кивнул, однако на этот раз он даже не удостоил режиссёра Сюй своей обычной льстивой улыбкой.

Гримёры подошли, чтобы подправить грим Жун Сюю и Сяо Цзытун. Сяо Цзытун сказала какую-то шутку, и Жун Сюй не смог удержаться от смеха. Одна из гримёрш воскликнула:

— Ну вот! Придётся снова подправлять грим!

Жун Сюй беспомощно извинился:

— Я больше не буду смеяться.

Услышав это, Сяо Цзытун закатила глаза и с улыбкой сказала:

— Жун Сюй, ты правда больше не будешь смеяться? А если я расскажу тебе ещё одну шутку? Давай, смотри мне прямо в глаза. Жила была одна длиннохвостая лягушка...

Когда Сяо Цзытун закончила рассказывать свой анекдот, Жун Сюй плотно сжал губы, тупо уставившись на неё.

Увидев это, Сяо Цзытун скривила губы и повторила эту шутку ещё раз:

— Послушай, ну разве это не смешно?

— Пахахаха! — юноша не выдержал и снова рассмеялся.

Пока эти двое веселились, брань режиссёра Сюй никак не прекращалась. Выместив на актёра свой гнев, он принялся объяснять Лу Сянбо, как ему нужно играть. Когда он уже был готов к новому дублю, старик Сюй напоследок спросил:

— Ты же не можешь снова налажать в таком простом месте, верно?

Лу Сянбо опустил глаза и тихо ответил:

— Нет, Сюй Дао.

Режиссёр Сюй кивнул и с удовлетворённым видом ушёл на своё место.

Вскоре съёмки этой сцены повторились. Сначала конфронтация между Сяо Цзытун и Лу Сянбо проходила гладко, но затем, когда появился Жун Сюй, Лу Сянбо снова застыл на месте, и Сюй Дао рассерженно крикнул:

— Стоп! Стоп, стоп, стоп!

На этот раз режиссёр не стал ругать других, а сразу подозвал к себе Лу Сянбо.

Потом был третий дубль, и этот раз Лу Сянбо, наконец, смог произнести свою реплику. Он широко раскрыл глаза и пристально посмотрел на Жун Сюя, словно ожидая от него ответа. Но ответом ему была тишина и глубокий мрачный взгляд молодого человека. Когда на этом бледном лице нет и тени улыбки, можно увидеть, насколько он устрашающий.

Однако никто среди всех присутствующих, кроме Лу Сянбо, не испытывал в этот момент такого страха. Он был похож на лягушку, которую бросили на разделочную доску. Жун Сюй смотрел на него так холодно, как будто вот-вот возьмёт нож и рассечёт его пополам.

Из-за этой устрашающей ауры Лу Сянбо перестал дышать. Жун Сюй, казалось, действительно превратился в призрака. Тяжёлая мощная аура медленно источалась из тела высокого стройного юноши, но сам он при этом не издавал ни звука. Лу Сянбо испытывал в эти секунды неописуемое чувство страха.

Неудивительно, что на этот раз им снова пришлось переснимать.

Снова и снова, снова и снова…

Наконец, с девятнадцатого раза эту сцену удалось закончить.

Жун Сюй взял Сяо Цзытун за руку и повёл её прочь от назойливой толпы. Перед уходом он, сжав губы, равнодушно взглянул на Лу Сянбо – в его решительном взгляде чувствовалась смертельная опасность. Он как бы говорил: «Если ты осмеливаешься снова прикоснуться к Чжао Лэлин, я убью тебя!»

Это выражение лица очень удовлетворило режиссёра Сюй, и его раздражение, вызванное девятнадцатью дублями, постепенно рассеялось.

Однако никто не заметил, что выражение лица Лу Сянбо на мгновение изменилось. Картинка перед его глазами внезапно стала замедленной… Жун Сюй взял Сяо Цзытун за руку и медленно взглянул на него. В этом взгляде читалось неприкрытое презрение и насмешка: казалось, он насмехается, насмехается над ним!

Эти двое в гармонии удалялись, оставив его одного.

Одна из них – очень популярная актриса, а другой – главный кумир молодёжи, за год снявшийся во многих громких фильмах.

А он? Он обычная мелкая звезда, которая изо всех сил старалась взобраться наверх и ради достижения своей цели терпела постоянные насмешки и оскорбления от посторонних людей...

Он терпел это так долго, терпел до сих пор… Почему эти люди так относились к нему?

Когда они были в гримёрной и мило болтали, он никак не мог найти себе места.

Во время съёмок режиссёр Сюй с позором отругал его на глазах у всех, а эти двое стояли в стороне и смеялись над ним.

Режиссёр Сюй постоянно ругал его, но на Жун Сюя он не кричал ни разу! Ни разу!

Он тоже человек! Почему?! Почему с ним всё всегда по-другому?! Почему?!

Жун Сюй увёл от него Сяо Цзытун, и на полпути они остановились. Их роль в этой сцене была окончена, а у Лу Сянбо оставался последний штрих – бросок мяча. В процессе пост-продакшна должно было быть дорисовано, что баскетбольный мяч полетит прямо в Жун Сюя.

Однако сейчас от Лу Сянбо требовалось просто бросить баскетбольный мяч в стену, и на этом сцена была бы окончена.

Однако как только Жун Сюй остановился, он внезапно услышал пронзительный крик Ло Вэй, стоявшей за пределами площадки.

— Сяо Сюй!

Почувствовав возле своего уха порыв ветра, Жун Сюй подсознательно отошёл в сторону, и в следующий момент он услышал…

*Бам!*

— Что?!

Баскетбольный мяч яростно, быстро и точно ударил девушку по лицу, и из её носа тут же хлынула кровь. Девушка упала на землю, её ладони и колени были расцарапаны и тоже кровоточили. Баскетбольный мяч упал на землю рядом с ней. Девушка с безучастным видом сидела на земле, изо всех сил терпя неимоверную боль в носу, руках и ногах.

— Сяо Цзытун!!!

*если предположить, что слова про кислый запах – отсылка к уксусу, которым китайцы называют ревность, значит, в контексте говорится именно о ревности Лу Сянбо, а не о зависти.

На мгновение все в команде застыли, сосредоточившись на лежащей на земле Сяо Цзытун. В следующий момент вся толпа бросилась к ней.

Помощница Сяо Цзытун прибежала к ней быстрее всех. Она поспешно взяла Сяо Цзытун за руку и хотела помочь ей подняться, однако, когда девушка попыталась встать, её ноги внезапно стали мягкими, и она снова упала.

— Больно... Больно...

Сяо Цзытун было совсем немного за двадцать. Когда красивая юная девушка со слезами на глазах опиралась на чьи-то руки и хрипло кричала «больно», любой бы почувствовал жалость.

Только что Жун Сюй и Сяо Цзытун закончили снимать свою сегодняшнюю сцену, и оба были максимально расслаблены. Сяо Цзытун прошла несколько шагов и остановилась перед Жун Сюем, чтобы оглядеться и найти свою помощницу, а затем шагнула в её сторону. Именно в этот момент в Жун Сюя полетел мяч.

Жун Сюй не видел мяча; он просто услышал крик Ло Вэй и затылком почувствовал порывистый ветер, поэтому инстинктивно отошёл в сторону. Таким образом, баскетбольный мяч, едва коснувшись его волос, ударил прямо в лицо Сяо Цзытун.

Врач из команды поспешил на площадку и осмотрел Сяо Цзытун.

Удар был слишком сильным, поэтому из носа девушки пошла кровь. От удара она упала на землю. Эту сцену снова снимали на детской площадке. На бетонной баскетбольной площадке было много маленьких камней. Когда Сяо Цзытун, одетая в короткую юбку, упала, она ободрала о бетон свои ладони, руки и ноги.

После долгого тщательного осмотра врач вынес свой вердикт:

— Лицо в порядке, ран нет, кровотечение из носа прекратилось. Синяки какое-то время сохранятся. Меня немного беспокоят колени, ладони и локти. Возможно, под кожу могли попасть мелкие камни – нужно хорошо промыть и продезинфицировать раны.

Да, на коленях и локтях Сяо Цзытун было четыре или пять порезов, которые кровоточили. Врач взял марлю, смоченную йодом, и начал усиленно обрабатывать раны девушки.

Когда йод касается раны, это всегда болезненно. Чтобы вымыть из ран песок и камешки, врач прилагал немалые усилия. Сяо Цзытун стойко терпела это, стиснув зубы; её глаза были немного влажными, но она не плакала.

Все они взрослые люди, уже давно привыкшие к подобным травмам. Девушке хотелось плакать только сначала, от столь внезапной боли, однако теперь она вполне могла это вынести.

Жун Сюй стоял рядом с Сяо Цзытун и хмурился, мрачно наблюдая за тем, как врач команды дезинфицирует раны Сяо Цзытун.

Неподалёку была отчётливо слышна ругань режиссёра Сюй, эхом разносившаяся по всей детской площадке:

— Что, чёрт возьми, с тобой происходит? Ты не понимаешь слов в сценарии! Ты останавливаешься посреди сцены! Ты говоришь, что случайно бросил этот мяч? Да ты же вложил в этот бросок огромную силу! Девушка упала! Если с моей главной героиней что-то случится, ты, мать твою, понесёшь за это ответственность!

В этот момент Сяо Цзытун была занята обработкой ран, а её помощница стояла рядом с ней, так что им было некогда заниматься обвинениями Лу Сянбо.

Юная помощница актрисы так переживала, что у неё текли слезы. Она постоянно спрашивала:

— Доктор, от этих ран не останутся шрамы? Вы уверены, что с ней всё в порядке? Что нам делать? Когда синяки на лице исчезнут? Что нам делать дальше – ехать в больницу?..

Обычные люди не переживают из-за таких мелких травм. Если ссадины несерьёзные, то нужно просто остановить кровотечение. Если из ран течёт гной, необходимо обратить внимание на предотвращение образования рубцов.

У многих людей есть шрамы, и это нормально. Однако Сяо Цзытун – знаменитость, снимающаяся в кино. Её лицо должно оставаться идеальным, особенно сейчас, когда съёмки находятся в самом разгаре.

Можно себе представить важность «Немого» для Сяо Цзытун: это было её первое сотрудничество с режиссёром Сюй. Теперь, когда большая часть фильма уже была снята, и с её игрой не было никаких проблем, она неожиданно должна была остановить съёмки из-за ЧУЖОЙ ошибки. Из-за чужой ошибки её лицо и тело пострадало. Даже если она могла терпеть боль во всём теле, скрыть синяки на её лице было почти невозможно. Значит, сниматься дальше она не могла.

Что тогда делать? Режиссёр Сюй вёл съемки в ускоренном темпе. Кто знает, как он на это отреагирует?

Думая об этом, помощница Сяо Цзытун была готова расплакаться, но сама Сяо Цзытун была немного сильнее, поэтому она сидела на земле, молча стиснув зубы.

Взглянув на плачущую ассистентку, доктор серьёзно сказал:

— Вообще говоря, от такой раны вряд ли останутся шрамы. Единственное, на что следует обратить внимание, – это на то, что рана на суставе правой руки кровоточит и воспалена. Это единственное место, где может остаться шрам. Будьте осторожны, не ешьте соевый соус, острое и солёное, не принимайте ванну...

Режиссёр Сюй ругал Лу Сянбо на протяжении десяти минут, и большая часть ран Сяо Цзытун за это время уже была обработана.

Наконец, крики режиссёра прекратились. Спустя всего десять секунд Лу Сянбо с красными глазами прошёл сквозь толпу и подошёл к Сяо Цзытун. Увидев Сяо Цзытун, он внезапно расплакался!

Даже Сяо Цзытун не плакала, а он – да.

При виде него Сяо Цзытун была ошеломлена. Она терпеливо выслушала хриплый голос плачущего Лу Сянбо:

— Прости, мне очень жаль! Цзытун, я правда не хотел. Я не думал, что мяч, который я случайно бросил, попадёт в тебя. Цзытун, мне так жаль! Не знаю, простишь ли ты меня, но мне правда очень, очень жаль! — сказав это, Лу Сянбо внезапно поклонился.

Столь искренние извинения несколько отвлекли людей, и они не могли заметить в его признании никаких нестыковок. Сяо Цзытун не ожидала, что взрослый мужчина всерьёз расплачется, извиняясь перед ней – маленькой хрупкой девочкой, которая и то была в состоянии сдержать слёзы!

Всё ещё испытывая гнев, Сяо Цзытун открыла рот и внезапно поняла, что не знает, что сказать.

Однако Лу Сянбо продолжил:

— Цзытун, мне очень жаль! Ты не хочешь посетить больницу?

Врач заканчивал обрабатывать последнюю рану Сяо Цзытун. Актриса смотрела на Лу Сянбо, который плакал и плакал. Спустя долгое время она сказала:

— Кажется, врач сказал, что мне нет необходимости ехать в больницу...

Лу Сянбо сразу же возмутился:

— Как так можно?! Лучше сходить в больницу и убедиться, что всё хорошо...

— Ладно, ладно! Оказывается, когда надо, ты можешь разговаривать! — раздался сзади голос режиссёра Сюй, прерывая Лу Сянбо.

Сяо Цзытун внезапно нервно посмотрела на режиссёра. Старик шагнул вперёд и внимательно изучил её лицо. Через некоторое время он сказал:

— Всё в порядке. Если у тебя останутся синяки, ты сможешь полностью перекрыть их тональной основой на следующей неделе. Жить будешь. Эти травмы на локтях и коленях могут немного ограничивать твои движения. Сяо Цзытун, ты можешь играть? Я думаю, сейчас тебе даже встать будет трудно. На следующей неделе...

— Режиссёр Сюй! Я могу играть! Это всего лишь лёгкие травмы! — выпалила Сяо Цзытун.

Режиссёр Сюй легонько кивнул, повернулся и ушёл, напоследок бросив взгляд на Лу Сянбо.

Уходя, он всё же оставил последнее слово за собой, сказав Сяо Цзытун:

— Тогда ты можешь отдохнуть в течение трёх дней и вернуться к съёмкам на следующей неделе. Отдохни хорошенько. Если ты не можешь справиться с такими незначительными травмами, то не приходи.

Сяо Цзытун взволнованно ответила со слезами на глазах:

— Хорошо!

Через пять минут помощница Сяо Цзытун помогла ей покинуть команду и вернуться в отель, чтобы отдохнуть.

Лу Сянбо также покинул команду и помог Сяо Цзытун, которой было тяжело передвигаться, дойти до стоянки. Сяо Цзытун сначала отказывалась, но на полпути ей стало так тяжело идти (её ушибленные колени сильно разболелись), что она была вынуждена согласиться с предложением Лу Сянбо.

Однако этот вопрос нельзя было решить одними извинениями. Перед тем как покинуть площадку, Лу Сянбо позвонил своему агенту и попросил его обсудить этот вопрос с агентом Сяо Цзытун.

Десять минут спустя в команде восстановилось обычное спокойствие: за исключением нескольких сотрудников, которые продолжали тихо вздыхать, никто больше не обсуждал травму Сяо Цзытун.

В конце концов, травма, которую она получила на этот раз, была слишком лёгкой.

Быть актёром непросто: например, им часто приходится играть раздетыми на улице при минусовой погоде. На самом деле, актёры получают травмы очень часто, и эта участь почти никого не обходит стороной.

Говорят, что когда Вэнь Сюань восемь лет назад снималась в фильме о боевых искусствах, она получила очень серьёзную травму и чуть не осталась парализованной. Она была подвешена в воздухе, и один из страховочных тросов оборвался. Когда она упала на землю, у неё сместились позвонки, и следующие три месяца она едва могла сидеть, не говоря уже о том, чтобы стоять. К счастью, после этой травмы девушке удалось почти полностью восстановиться. Хотя у неё остались проблемы с позвоночником, обычные сцены боевых искусств больше не были для неё проблемой.

По сравнению с этим травмы Сяо Цзытун действительно были мелочью. Единственное, на что следовало обратить внимание, – это её опухшее лицо. Удар её, конечно, не изуродовал, но съёмки её сцен всё же пришлось отложить. Если бы режиссёр Сюй решил сменить актрису из-за этого инцидента, Сяо Цзытун могла до смерти возненавидеть Лу Сянбо.

— Режиссёр Сюй на самом деле довольно хороший человек. Обычно он жесток, но на этот раз он поступил очень правильно как по отношению к Сяо Цзытун, так и по отношению к Лу Сянбо. — Ло Вэй вытерла пот со лба Жун Сюя и сказала. — Если бы режиссёр Сюй действительно захотел найти другую актрису на роль Чжао Лэлин, Сяо Цзытун никогда бы не простила это Лу Сянбо.

Жун Сюй прищурился и опустил глаза, не произнеся ни слова.

Ло Вэй продолжила:

— Но, честно говоря, если бы Вы не увернулись от мяча, ничего этого бы не произошло. Мяч лишь попал бы Вам в плечо. Но после того, как Вы отошли, лицо Сяо Цзытун оказалось прямо на линии удара.

Услышав это, Жун Сюй поднял глаза и спросил:

— Сестра Ло, почему Лу Сянбо вдруг решил ударить меня мячом?

Ло Вэй была слегка ошеломлена:

— Ударить Вас?.. Нет, Сяо Сюй, когда он бросил этот мяч, он и сам выглядел очень удивлённым. Он не мог сделать это преднамеренно. Режиссёр Сюй тоже это видел, и все камеры должны были это заснять. Лу Сянбо просто бросил мяч вперёд и случайно попал в вас.

Тонкие губы юноши слегка сжались, но он больше ничего не сказал.

Если не считать утреннее ЧП, в остальном на площадке всё было нормально. Во время обеда Ло Вэй принесла Жун Сюю ланч-бокс, но Жун Сюй, съев всего пару ложек, встал из-за стола и отправился к съёмочной группе. Подойдя к руководителю группы Сюй, он с улыбкой сказал:

— Господин Сюй, у меня утром было несколько сцен. Мне кажется, я отыграл недостаточно хорошо… можно мне взглянуть на отснятый материал?

Руководитель группы Сюй с улыбкой кивнул:

— Да, конечно, я помогу Вам найти нужную запись. Какая, Вы говорите, Вам нужна сцена?

Улыбка на губах юноши стала ещё шире:

— Нет, господин Сюй. Я немного разбираюсь в камерах – Вы можете продолжать есть. Не хочу Вас отвлекать.

Жун Сюй уселся на пластиковый стул, принявшись просматривать отснятый материал.

Как и сказала Ло Вэй, после броска мяча этот человек внезапно распахнул глаза, и в следующий момент раздался громкий «хлопок» – должно быть, это мяч угодил в лицо Сяо Цзытун.

Жун Сюй трижды пересмотрел это видео, но не нашёл на нём ни малейшего следа чего-то странного.

Похоже, Лу Сянбо действительно случайно ударил Сяо Цзытун. Вернее, Лу Сянбо случайно бросил мяч в НЕГО, но он успел вовремя отойти.

Если бы мяч действительно угодил ему в спину, в лучшем случае он бы пошатнулся и отделался синяком. Значит, Лу Сянбо действительно бросил в него мяч случайно?..

— Жун Сюй, что Вы там так долго смотрите? Мне кажется, Вы отлично сыграли сегодня утром, ха-ха!

Юноша быстро выключил камеру, улыбнулся, поднял голову и сказал:

— Спасибо, господин Сюй. Тогда я пойду.

Вернувшись вечером в отель, Жун Сюй и Ло Вэй вместе пошли в номер Сяо Цзытун. Отношения между Ло Вэй и помощницей Сяо Цзытун были довольно хорошими, и она спокойно могла посетить Сяо Цзытун. У Жун Сюя и Сяо Цзытун тоже были хорошие отношения, поэтому он мог навестить её.

Сяо Цзытун сидела на кровати и слушала музыку. Когда она увидела Жун Сюя и Ло Вэй, она даже была в настроении шутить:

— Я в пижаме и сняла макияж. Вы, конечно, можете на меня смотреть, но фотографировать нельзя.

Ло Вэй тоже пошутила:

— Как я могу Вас фотографировать? Я подожду, пока синяк на лице сестры Цзытун сойдёт, а уже потом сделаю красивый снимок.

Поболтав с гостями некоторое время, Сяо Цзытун покачала головой и сказала:

— На самом деле, травма несерьёзная. Я получала травмы куда серьёзнее, чем эта. Этот Лу Сянбо слишком... слишком агрессивен. Он просто попросил своего помощника позаботиться обо всём. Тот принёс мне горшок с куриным бульоном… Я даже не знаю, что сказать. Его неискренность вводит меня в ступор. Но куриный бульон пойдёт на пользу моей красоте, так что я выпила его.

Хотя Сяо Цзытун не раскрывала подробностей, похоже было, что во второй половине дня её агент достиг консенсуса с агентом Лу Сянбо.

На этот раз Сяо Цзытун отделалась лёгкими травмами, и режиссёр Сюй не стал менять из-за этого актёрский состав, однако когда она вернётся к съёмкам на следующей неделе, она, вероятно, ещё будет испытывать боль. Поскольку ничего особо серьёзного не произошло, Лу Сянбо не нужно было ничего ей компенсировать, потому что Сяо Цзытун хватало для восстановления простого йода и ваты.

Таким образом, Лу Сянбо теперь был в долгу перед Сяо Цзытун. Вслух об этом никто не упоминал, но если в будущем Сяо Цзытун попросит Лу Сянбо о помощи, он, естественно, будет обязан ей помочь.

Сяо Цзытун могла, как и Лю Хуэйчжэнь, просто начать издеваться над Лу Сянбо. Но у Сяо Цзытун был довольно хороший характер: если режиссёр Сюй не лишил её за это роли, она не стала сильно злиться.

Не говоря уж о…

— Я действительно не думаю, что он мне что-то должен, но... Этим утром он приходил ко мне в номер и сказал, что может помочь мне обработать раны на локтях. У меня нет парня. Было бы очень плохо, если бы нас сфотографировал какой-нибудь папарацци...

Лу Сянбо уже искренне извинился перед ней. Как говорится, невозможно ударить улыбающегося человека. Гнев Сяо Цзытун исчез, когда юноша начал перед ней извиняться.

Вернувшись в номер, Ло Вэй уже забыла об утреннем ЧП, но перед тем, как она ушла, Жун Сюй посмотрел на неё и прошептал:

— Сестра Ло, у тебя хорошие отношения с сотрудниками команды. Помоги мне. Расспроси их об их отношении к этому происшествию.

Ло Вэй была ошеломлена, но, хотя в глубине души она чувствовала недоумение, кивнула.

В полночь Ло Вэй прислала Жун Сюю длинное сообщение.

Ло Вэй: «... В общем, все считают это происшествие нормальным. Такое бывает во время съёмок, и режиссёр Сюй довольно спокойно это воспринял. Однако помощница Лю Хуэйчжэнь сказала, что Лю Хуэйчжэнь отругала Лу Сянбо, когда он обедал, назвав его лицемером и удивившись, что режиссёр Сюй не уволил его за эту выходку. Однако Лю Хуэйчжэнь всегда смотрела на Лу Сянбо свысока. Она фальшивая, очень претенциозная, двуличная. Мне она совсем не нравится».

Лю Хуэйчжэнь, как исполнительница роли гламурной школьницы, влюблённой в главного красавца школы, естественно, чаще других пересекалась с Лу Сянбо на площадке.

Но характер Лю Хуэйчжэнь действительно ужасен, за что её недолюбливали многие члены съёмочной группы.

Когда юноша прочитал сообщение Ло Вэй, его глаза потемнели. После короткой беседы с Ло Вэй Жун Сюй закончил разговор. Постояв немного у окна и подумав, он отправил текстовое сообщение своему агенту:

Жун Сюй: «Ло Гэ, какая у Лу Сянбо репутация в кругу?»

Десять минут спустя Ло Чжэньтао ответил: «Я слышал, что он вполне обычный актёр фильмов второй и третьей линии. Актёрские навыки у него на среднем уровне, как и внешность. Нельзя назвать его популярным… ну, разве что за его прозвище «Маленький Цинь Чэн». Кстати, я слышал, что у вас сегодня что-то случилось. Как дела, с Вами всё в порядке?»

Жун Сюй: «Я в порядке».

Поболтав ещё немного, мужчины пожелали друг другу спокойной ночи.

Лёжа на мягкой постели, юноша широко раскрыл глаза и уставился на уличные фонари и автомобильные огни, отражающиеся на потолке. Он ещё долго не мог заснуть.

На следующий день съёмочная группа в привычном графике приступила к съёмкам. Режиссёр Сюй отложил съёмки сцен с участием Сяо Цзытун, решив сначала снять другие сцены.

Сяо Цзытун отделалась лёгкими травмами, и сейчас о ней заботилась её помощница. Лу Сянбо сегодня вернулся на съёмочную площадку, чтобы возобновить съёмки.

Все было нормально, и команда должна была продолжить снимать.

Лу Сянбо по-прежнему усердно трудился и молча соглашался со всеми замечаниями режиссёра. Дурной характер режиссёра Сюй тоже остался прежним, и его рёв эхом разносился по съёмочной площадке. Лю Хуэйчжэнь тоже была всё такой же: видя Жун Сюя и режиссёра Сюй, она улыбалась, а видя Лу Сянбо – закатывала глаза.

Во время обеденного перерыва Жун Сюй небрежно спросил:

— Помнится мне, днём у меня будет совместная сцена с Лу Сянбо?

Ло Вэй:

— Да. Из-за того, что Сяо Цзытун пока не может играть, режиссёр Сюй изменил график съёмок. Сяо Сюй, у Вас с ним всего три совместных сцены за весь фильм: одна была снята вчера, а две другие будут сниматься сегодня и завтра.

Жун Сюй улыбнулся и кивнул.

В три часа дня отдохнувший Жун Сюй направился в центр студии, готовый к съёмкам.

Эта сцена была «объявлением войны».

«Школьный красавец», которого играл Лу Сянбо, пришёл и объявил Ду Жаню войну, воспользовавшись моментом, когда Чжао Лэлин не было рядом. Единственным ответом на его провокацию был спокойный взгляд молчаливого Ду Жаня.

На то, чтобы закончить эту сцену, Лу Сянбо потребовался 21 дубль.

До съёмок этой сцены он даже не подозревал, что сегодня побьёт свой собственный «рекорд» неудачных дублей. Цинизм Лю Хуэйчжэнь, крики и осуждение режиссёра Сюй – всё это навалилось на него, и он больше не мог слушать голос разума. Вытирая пот со лба, он злобно смотрел на Жун Сюя, стоявшего неподалёку.

Никто не знал, что он видел в последние сорок минут!

Жун Сюй смеялся над ним.

Да, этот человек смеялся над ним!

Этот взгляд свысока окончательно разозлил Лу Сянбо. Он исчерпал все свои силы и с трудом сдерживал себя, чтобы не ударить кулаком по этой чёртовой морде, а также изо всех сил старался доиграть эту чёртову полуминутную сцену.

Более того, после его первого неудачного дубля, Жун Сюй мягко улыбнулся, когда проходил мимо него. Он смеялся над ним, смеялся над его актёрским мастерством! Этот злодей, этот самодовольный злодей смеялся над ним!!!

Когда режиссёр Сюй ругал его, Жун Сюй продолжал холодно смотреть на него и саркастически улыбаться!

Мерзкий негодяй!

До крови сжимая кулаки, Лу Сянбо не чувствовал боли. Он чувствовал только неописуемый гнев, охвативший его разум. Он широко раскрыл глаза, яростно глядя на Жун Сюя, а в следующий момент увидел, как юноша улыбнулся.

— Идиот! — выругался он про себя.

Вдруг, внезапно! Лу Сянбо бросил полотенце на стол, развернулся и быстро зашагал прочь.

Его поведение почти никем не было замечено. Ло Вэй вообще не обращала на него внимания, а Жун Сюй нахмурился, сузил глаза и перестал улыбаться. Помимо него, были ещё люди, которые это видели.

Режиссёр Сюй вскинул бровь и рассмеялся:

— О, наконец-то он вышел из себя. Ничего страшного, пусть отдышится. Если он не будет так часто задерживать дыхание, может, его актёрские способности даже улучшатся.

Лу Сянбо был таким дерьмом – неудивительно, что он, наконец, рассердился на публике.

На самом деле актёрские способности Лу Сянбо были не так уж и плохи. Обычно его игра почти всегда удовлетворяла режиссёра Сюй, но когда он снимался в последних в двух сценах с Жун Сюем, он играл просто отвратительно. В первый раз он переснимал 19 раз, а  во второй – аж 21 раз!

Во второй половине дня, как и сказал режиссёр Сюй, актёрские способности «отдышавшегося» Лу Сянбо немного улучшились. Казалось, будто его отпустило. Во время последующих съёмок он был куда более расслаблен, чем прежде, и режиссёр Сюй даже несколько раз возбуждённо поаплодировал его результатам.

Наблюдавший за этим Жун Сюй спокойно стоял, не двигаясь с места.

В этот день Жун Сюй продолжал снимать до двух часов ночи, когда, наконец, закончил последнюю сцену.

Когда на следующее утро Жун Сюй прибыл на площадку, реквизиторы уже устанавливали новую декорацию.

Из-за травмы Сяо Цзытун многие сцены, которые должны были быть сняты только через две недели, были перенесены на ближайшие несколько дней. Из-за этих изменений все были заняты работой, и в 8 часов утра Жун Сюй снова приступил к съёмкам.

Утренние съёмки команды продвигались очень гладко.

У Лю Хуэйчжэнь было немного сцен, и свою последнюю сцену она закончила к полудню. В этой сцене она, наконец, отказалась от «школьного красавца», которого играл Лу Сянбо. Лю Хуэйчжэнь хорошо показала себя в кадре и получила высокую оценку режиссёра Сюй.

Тем не менее, завершение ею съёмок не заставило съёмочную группу прекратить работу и начать праздновать это событие. Заместитель режиссёра подарил ей букет цветов, а её помощница купила закуски и организовала фуршет для съёмочной группы.

Во время ужина Лю Хуэйчжэнь с улыбкой болтала с продюсером и режиссёром Сюй. Было очевидно, что у них хорошие отношения. Однако один только продюсер ухаживал за ней на протяжении всего ужина и всё время болтал с ней, пододвигаясь к ней всё ближе и ближе. В какой-то момент они даже обменялись номерами телефонов. Режиссёр Сюй в это время молча ел свой торт, делая вид, что совсем ничего не замечает.

Такие вещи не были редкостью в индустрии развлечений. Каждый из них возьмёт друг от друга то, что выгодно ему.

Позже Лю Хуэйчжэнь стала по очереди прощаться со всеми членами команды. Она заключила Жун Сюя в свои объятия, и Жун Сюй с улыбкой обнял её в ответ. Эта красивая женщина шептала что-то Жун Сюю на ухо, но единственным его ответом ей была нежная сдержанная улыбка.

Пять минут спустя Лю Хуэйчжэнь повернулась и ушла, так и не сумев получить номер Жун Сюя.

В два часа дня Лю Хуэйчжэнь покинула студию на машине. Она не сказала Лу Сянбо ни слова, а лишь напоследок взглянула на него с усмешкой.

Команда продолжила съёмки, приступив к запланированным дневным сценам.

Несколько следующих сцен подряд были с участием Жун Сюя. Один раз ему всё-таки пришлось переснять. После обстоятельного обмена мнениями Жун Сюя с режиссёром Сюй, режиссёр с серьёзным видом кивнул и сказал ему:

— Хотя твои видение этой сцены имеет смысл, я всё же больше склоняюсь к своему собственному видению сценария.

На этот раз Жун Сюй играл уже в соответствии с желаниями режиссёра, и поэтому съёмки сцены прошли гладко и завершились со второго дубля.

Около трех часов дня группа по реквизиту закончила создание классной комнаты. В пять часов команда прибыла в эту классную комнату, чтобы начать снимать последнюю совместную сцену Жун Сюя и Лу Сянбо.

Этот светлый и просторный класс ничем не отличался от кабинета любой обычной школы. На доске было что-то написано, на столе лежала стопка разных учебников. Старые электрические вентиляторы покрылись пятнами ржавчины, а на потолке была установлена дюжина люминесцентных ламп, освещающих класс. Декорации выглядели очень реалистично. Хотя в них не использовался настоящий бетон, для достижения эффекта текстуры использовалось много стали, цемента и камней.

Руководитель группы по реквизиту улыбнулся и сказал режиссеру Сюй:

— В этих декорациях будут сняты всего две сцены, но на их создание у нас ушло целых 16 часов. Режиссёр Сюй, когда Сяо Цзытун вернётся к нам через несколько дней, пусть она сразу начнёт со съёмок сцены в этих декорациях. После этого мы их демонтируем.

Режиссёр Сюй засмеялся:

— Хорошо, я попрошу её в первую очередь отснять эту сцену.

Жун Сюй стоял неподалёку от них, слегка склонив голову и ожидая, пока гримёр подправит его пудру.

Неподалёку от Жун Сюя стоял Лу Сянбо, которому тоже подправлял грим визажист. На его лице была счастливая улыбка. Никто не знал, что произошло, но, очевидно, сейчас он был в хорошем настроении. Даже Ло Вэй, случайно увидев это, спросила у Жун Сюя:

— Сяо Сюй, чего это Лу Сянбо так счастлив? Он собирается снова сниматься с Вами в одной сцене. Как думаете, он снова побьёт свой собственный рекорд неудачных дублей? Например... двадцать три дубля?

Из-за событий на пресс-конференции Ло Вэй невзлюбила Лу Сянбо. Если бы не вчерашний инцидент, она бы даже не стала произносить его имя вслух при Жун Сюе.

Но на этот раз, выслушав Ло Вэй, Жун Сюй улыбнулся и спросил:

— Думаешь, он очень счастлив?

Ло Вэй кивнула и сказала:

— Он точно не несчастен! Вчера, когда он собирался играть с Вами на одной площадке, его лицо было жутко неприглядным. Я даже на миг подумала, что это он играет призрака, а Вы – живого человека. Но сегодня его лицо заметно посвежело. Он даже мило болтал с гримёрами и смеялся!

Жун Сюй спокойно поднял глаза, взглянул на Лу Сянбо и многозначительно сказал:

— Да, похоже, он и правда он очень счастлив...

Какое-то время спустя Жун Сюй и Лу Сянбо вышли в центр студии. Режиссёр Сюй встал между ними и подробно объяснил им следующую сцену. В конце он повернулся, чтобы взглянуть на Лу Сянбо, и с серьёзным видом спросил:

— Сколько раз ты собираешься переснимать на этот раз? Если ты осмелишься сделать больше десяти дублей – останешься без обеда.

У режиссера Сюя всегда был характер «любителя тофу», поэтому Лу Сянбо улыбнулся и ответил:

— Режиссер Сюй, я обещаю сыграть хорошо, не волнуйтесь.

Режиссёр Сюй удовлетворённо кивнул, повернулся и покинул съёмочную площадку, сев в своё режиссёрское кресло. Он внимательно посмотрел на изображения, отображаемые на восьми мониторах, и, убедившись, что освещение, углы и фокусное расстояние в порядке, поднял руку, крикнув:

— Начали!

В следующую секунду Жун Сюй медленно поднял глаза и равнодушно посмотрел на Лу Сянбо.

Бледное красивое лицо юноши на свету выглядело ещё белее и прозрачнее. Растрёпанные волосы мягко спадали на лоб. На нём была белая рубашка. Верхняя пуговица не была застегнута, обнажая тонкую красивую ключицу, напоминающую хрупкий кристалл.

Напротив него стоял весёлый жизнерадостный юноша.

Рост Жун Сюя был 185 см, а Лу Сянбо – всего 178. Чтобы усилить напряжение конфронтации, в этот момент под ногами Лу Сянбо стоял ящик-подставка. Благодаря этому ящику его взгляд был на одном уровне с Жун Сюем, но мощная аура безмолвного холодного красавца по-прежнему подавляла его – на мониторах Лу Сянбо всё равно казался значительно ниже Жун Сюя.

Лу Сянбо смотрел Жун Сюю в глаза. Его губы безмолвно шевелились, как будто он забыл свои реплики так же, как вчера и позавчера. Но в этот момент он сумел стабилизировать свои актёрские способности и, держа в руках баскетбольный мяч, громко сказал Жун Сюю:

— Кто ты такой? Тебе тоже нравится Чжао Лэлин?

Ему ответил равнодушный взгляд юноши.

Затем Жун Сюй обошёл Лу Сянбо и пошёл вперед, но неожиданно Лу Сянбо схватил его за запястье.

— Холодно! — Лу Сянбо внезапно одёрнул руку. Очевидно, его напугал холод, источаемый кожей юноши. Спустя долгое время он с дрожью в голосе спросил:

— Ты… кто ты такой? В нашей школе ты не учишься!

Глядя на изображение на мониторе, режиссёр Сюй удивлённо вскинул бровь: «Ого, с первого раза произнёс все свои реплики?..»

Жун Сюй равнодушно повернул голову, и посмотрел на оппонента, слегка прищурившись. Он всё ещё продолжал молчать. Его тёмные глубокие глаза, словно лёд, давили на сердце Лу Сянбо. Безразличие и почти безжалостный взгляд молчаливого юноши передавался и через камеры на монитор.

Режиссёр Сюй улыбнулся и кивнул, не в силах скрыть своё удивление.

Как и ожидалось, столь мощный и угрожающий вид Жун Сюя заставил Лу Сянбо неосознанно отпустить его руку. Жун Сюй сразу же повернулся и пошёл к двери. Согласно сценарию, Лу Сянбо должен был сердито стоять на месте, наблюдая за тем, как Жун Сюй уходит.

Одна камера была направлена на лицо Лу Сянбо, а другая – на спину Жун Сюя.

Шаг за шагом юноша приближался к двери. Ему оставалось три метра, два метра, один...

*Бум!*

Жуткий грохот эхом разнёсся по всей студии, разом напугав всех сотрудников, коих было больше четырёхсот. Все они один за другим поворачивали головы и с удивлением и испугом смотрели в направлении студии. Они увидели, что в центре декорации, где изначально была классная комната, обрушился потолок! Пол был завален стальными прутьями, камнями и деревянными досками. Когда всё это разом рухнуло на пол, вся площадка слегка затряслась!

Режиссёр Сюй, широко раскрыв глаза, недоверчиво смотрел прямо перед собой.

Когда Цинь Чэн и его помощник Сяо Линь вместе вошли в студию, они услышали жуткий резкий грохот. Очевидно, звук металла, обрушившегося на бетонный пол, вызвал невероятный шум, который не был обычным явлением для съёмочной площадки.

Шаги Цинь Чэна внезапно прекратились. Помощник Сяо Линь тоже остановился, раскрыв рот от удивления.

Продюсер, который привёл Цинь Чэна на площадку, был напуган ещё больше: ему было некогда оправдываться перед Цинь Чэном, и он мигом помчался на звук. Помощник Сяо Линь остался стоять там, где стоял, но Цинь Чэн внезапно изменился в лице и быстро зашагал вслед за продюсером.

В результате обрушения потолка поднялось огромное облако пыли.

Всего через несколько секунд продюсер примчался на место происшествия, всё ещё не понимая, что произошло. Он сразу же нашел режиссёра Сюй и громко крикнул:

— Старый Сюй, в чём дело?! Как эта декорация могла рухнуть?!

Режиссёр Сюй повернулся и посмотрел на продюсера. Охрипшим голосом он закричал:

— Помогите! Помогите! Лу Сянбо... и Жун Сюю!

Красивый холодный мужчина, который только что прибыл на съёмочную площадку, внезапно застыл на месте и медленно повернул голову. Всего в трёх метрах от него режиссёр Сюй продолжал хрипло кричать:

— Спасите их!

Лицо старика было красным. На съёмочную площадку тут же ворвалась толпа разных сотрудников, и все они принялись искать людей, которые всё ещё находились под обломками, стальными прутьями, деревянными досками и грудой цемента.

В этот момент запыхавшийся помощник Цинь Чэна, наконец, тоже добежал до студии. Но прежде чем он смог остановиться, он увидел, как его высокий статный босс, подобно молнии, внезапно помчался в самый центр студии, где рухнул потолок.

Яркий свет и раньше хорошо освещал эту студию, однако сейчас, когда все восемь прожекторов были включены и направлены на руины в самом центре студии, люди волей-неволей начинали паниковать и чувствовать вину.

Сотня сотрудников продолжала разбирать завалы, а среди них был и красивый высокий мужчина, разгребающий деревянные доски и стальные прутья.

Один из сотрудников внезапно в ужасе закричал:

— Цинь Чэн?!

Однако сам Цинь Чэн, казалось, ничего не слышал и продолжал разгребать груду обломков.

Полминуты спустя нашли Лу Сянбо. Стальной прут прорезал в его ноге длинную дыру, что даже видны были белые кости. Ярко-алая кровь окрасила его штаны в красный цвет, его лоб был залит потом, а лицо было мёртвенно-бледным. Поджимая губы и прихрамывая, юноша опирался на плечо одного из сотрудников.

Врач из бригады поспешил осмотреть актёра. Вскоре он с облегчением выдохнул:

— К счастью, повреждена только кожа – кость не пострадала. Рану нужно зашить. Давайте отнесём его в лазарет. До больницы слишком далеко. Пару швов я могу наложить и сам.

Услышав это, несколько молодых крепких парней тут же подняли Лу Сянбо и понесли его в лазарет. С другой стороны, оставшиеся сотрудники всё ещё раскапывали завалы в поисках Жун Сюя.

Жун Сюй изначально стоял возле двери.

Но закончив раскопки в этом месте, сотрудники его так и не нашли.

Вспотевший от беспокойства член группы по реквизиту пробормотал себе под нос:

— Невозможно… Жун Сюй только что стоял здесь, мы все это видели...

Цинь Чэн внезапно перестал доставать из-под завалов доски, и его угольно-чёрные глаза стали ещё глубже. Он тут же взял себя в руки и продолжил разбирать кирпичи и стальные прутья.

Когда все члены команды были в недоумении, они внезапно услышали низкий голос, раздавшийся из угла неподалёку:

— Я здесь! Помогите... меня придавил большой камень.

В тот момент, когда раздался этот голос, все в команде мгновенно замерли.

В следующую секунду Цинь Чэн первым ринулся в тот угол, откуда доносился голос. Несколько рабочих поспешили к нему, чтобы помочь ему убрать камни, доски и стальные прутья.

Когда первый луч света прошёл через щель между завалами и осветил этот угол, Жун Сюй, уже привыкший к темноте, резко прищурился.

Хотя материалы, с которыми работала группа по реквизиту, были очень реалистичны, они всё же были несопоставимы с реальными несущими конструкциями типовых школьных зданий, ведь в противном случае Лу Сянбо не отделался бы такой неглубокой раной.

Три или четыре сотрудника одновременно обхватили большой камень, придавивший Жун Сюя. Увидев яркий свет, Жун Сюй вздохнул с облегчением. Опираясь о пол левой рукой, он попытался встать, однако в следующую секунду почувствовал, что его ноги уже не касаются пола.

Его колени крепко обнимали крепкие мужские руки. Юноша широко раскрыл глаза, всё ещё не понимая, что происходит. Когда он, наконец, привык к яркому свету и увидел лицо человека, несущего его в лазарет, он медленно раскрыл рот от удивления. Жун Сюй воскликнул:

— Цинь Чэн?!

Цинь Чэн опустил глаза и взглянул на него. Увидев этот взгляд, Жун Сюй потерял дар речи.

Эти красивые глубокие глаза были очень сосредоточены. Было видно, что мужчина сильно переживал. На самом деле, он даже выглядел немного опасным.

С первого взгляда на мужчину, Жун Сюй понял, что Цинь Чэн сейчас в очень плохом настроении. Он даже чувствовал, что, если мужчина узнает, что он ранен, он может всерьёз разозлиться и совершить ужасные вещи…

Тем не менее…

— Подожди, куда ты меня несёшь?

Не замедляясь ни на секунду, мужчина ответил:

— В лазарет.

Молодой человек на мгновение опешил, а через секунду растерянно прошептал:

— Но... я не ранен.

Цинь Чэн тут же остановился:

— ...

Вернёмся на съёмочную площадку.

В студии всё ещё царил беспорядок: несколько помощников режиссёра последовали за Лу Сянбо в лазарет, а режиссёр Сюй остался на месте, ожидая, когда его сотрудникам удастся найти Жун Сюя. Однако он никак не ожидал, что один из сотрудников вскоре удивлённо крикнет:

— Я нашёл Жун Сюя.

Но прежде, чем старик успел подняться со стула и взглянуть на Жун Сюя, некий мужчина внезапно схватил его на руки быстро унёс прочь.

«Ладно, забирай… Наверное, ты очень спешишь в лазарет», — подумал старик Сюй.

Однако уже через три минуты двое мужчин действительно вернулись обратно на площадку! Режиссёр Сюй поморгал, несколько раз перевёл взгляд с Цинь Чэна на Жун Сюя и обратно, после чего, наконец, спросил:

— Подождите… Жун Сюй, ты что, уже сходил в лазарет и обработал раны?..

Жун Сюй спокойно ответил:

— Режиссёр Сюй, я не ранен.

Режиссёр Сюй:

— ...

Декорации классной комнаты действительно были очень тяжёлыми, с использованием большого количества стали, цемента, камня и дерева, но в целом это всё ещё была простая комната. Когда обрушился потолок, Жун Сюй как раз подошёл к двери и стоял всего в двух метрах от выхода.

Потолок рухнул быстро, и первой реакцией Жун Сюя было быстро уйти, но он внезапно обнаружил, что выход из классной комнаты обращён к стене, оставляя только небольшой зазор для одного человека.

Если в обычное время он мог свободно пройти между стеной и съёмочной площадкой, то сейчас вся декорация рухнула, и, если бы он начал метаться, его обязательно прижало бы каким-нибудь камнем между стеной и декорацией.

Итак, Жун Сюй повернул голову, бросился к учительской трибуне и резко юркнул внутрь.

Его скорость была настолько высокой, что никто из сотрудников этого даже не заметил, но эта стратегия «поведения при землетрясении» помогла ему отлично справиться с этим чрезвычайным происшествием. В конце концов, Жун Сюй всё-таки был травмирован, но он отделался просто царапиной указательного пальца правой руки – он случайно поцарапал его, когда залезал под подиум. Если не считать этой мелочи, он был цел и невредим.

Выслушав объяснение Жун Сюя, режиссёр Сюй опешил:

— Трибуна находилась в двух метрах от тебя. Как ты успел?..

На этот раз юноша лишь улыбнулся, ничего не ответив. Через некоторое время он спросил:

— Как там Лу Сянбо?

Режиссёр Сюй начал рассказывать ему о состоянии Лу Сянбо. Жун Сюй задумчиво кивнул, когда услышал, что ногу актёра процарапало стальным прутом. Выждав некоторое время, Жун Сюй улыбнулся и спросил:

— Режиссёр Сюй, его травма намного серьёзнее, чем у Сяо Цзытун. Боюсь, это доставит неудобства? Что насчёт следующей сцены?

Режиссер Сюй махнул рукой:

— Ерунда. В оставшихся сценах Лу Сянбо нет никаких физических нагрузок. Думаю, он без проблем сможет продолжить съёмки.

На этот раз причиной аварии была команда. Режиссёр Сюй знал, что эта ситуация выставит его в дурном свете. Конечно, он не мог заменить Лу Сянбо, ведь он пострадал по его вине. Да и к тому же, по совпадению, все сцены Лу Сянбо не нуждались в его «здоровых ногах», поэтому он мог спокойно продолжить сниматься.

В ответ Жун Сюй улыбнулся и ничего не сказал.

Вскоре из лазарета вернулись несколько заместителей режиссёра и сказали режиссёру Сюй, что рана Лу Сянбо зашита, и она несерьёзная. В этот момент Жун Сюй уже бродил среди руин.

Сотрудники группы по реквизиту с мрачными лицами расчищали площадку: они не знали, где они допустили ошибку, но их декорация рухнула, и теперь они должны были нести за это ответственность. Особенно руководитель группы по реквизиту.

У этого очень гордого руководителя группы Лю в этот момент было самое мрачное выражение лица. Он тоже разбирал завалы вместе со своими сотрудниками.

Цинь Чэн не знал, зачем Жун Сюй вернулся к руинам, но молча ходил за ним следом.

Команде «Немого» сейчас и без того хватало проблем, и им было некогда заботиться о Цинь Чэне и выражать ему свою любовь. Итак, внезапное появление Цинь Чэна было всеми молчаливо одобрено. Атмосфера в команде была очень подавленной, и каждый занимался своим делом.

Режиссёр Сюй сделал несколько телефонных звонков и объяснил ситуацию агенту Лу Сянбо. Собираясь положить трубку, он внезапно услышал вдалеке низкий радостный голос:

— Руководитель Лю, вы использовали много стеклянных бутылок, когда собирали эту декорацию?

Все члены команды уставились на Жун Сюя.

Руководитель группы Лю с удивлением посмотрел на Жун Сюя. Немного подумав, он ответил:

— Ну, я использовал несколько стеклянных банок в качестве горшков для цветов на подоконнике.

Мужчина всё ещё выглядел очень грустным.

Кто не любит свою работу? Их команда по реквизиту не спала всю ночь, десять часов готовила материалы и потратила ещё десять часов на то, чтобы их собрать, тщательно обдумывая каждую деталь. Но они в чём-то ошиблись, и вся их декорация рухнула прямо на людей.

Никто не воспринял слова Жун Сюя всерьёз. Один только Цинь Чэн опустил глаза и тоже увидел множество осколков битого стекла в углу классной комнаты.

В этот момент Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Руководитель Лю, не могли бы вы собрать всё стекло и взглянуть на него? Мне кажется, его здесь аномально много. Быть может, потолок обрушился не просто так.

Когда юноша сказал это, все замолчали.

Ло Вэй не поняла, что случилось, но первой прибежала на место и принялась собирать по полу осколки стекла. Она – помощница Жун Сюя, а, значит, должна делать то, что говорит Жун Сюй. Помощник Цинь Чэна Сяо Линь тоже быстро подбежал к ним и принялся помогать собирать осколки.

Руководитель группы Лю тупо уставился на Жун Сюя:

— Что Вы имеете в виду под?..

Неподалеку режиссёр Сюй уже побагровел и прокричал:

— Обрушился не просто так?! Быстро, соберите все эти стеклянные осколки! Я хочу знать, почему рухнул этот потолок!

Внезапно бесчисленные сотрудники снова собрались в центре студии и начали оживлённо собирать осколки стекла среди руин.

Найти крохотные осколки в этой груде металла и камней было крайне сложно. Обрушение декорации произошло днём, но только к восьми часам вечера им удалось отыскать все осколки до единого.

Ближе к вечеру руководитель группы Лю обнаружил причину обрушения потолка, и со стыдом вынес свой вердикт:

— Целая куча винтов не была затянута...

Однако режиссёр Сюй не слушал его, приказав сотрудникам продолжать поиски стекла.

Наконец, когда все осколки были найдены и собраны в одну кучу, заместитель руководителя группы по реквизиту, ответственный за монтажные работы, в недоверием вытаращился на эту огромную груду стекла. Испуганно посмотрев на режиссёра Сюй, он медленно пробормотал:

— Нет... это невозможно! Как здесь может быть такое количество осколков? Я делал всё так, как сказал Лао Лю, я использовал всего пять стеклянных банок в качестве цветочных горшков. Честное слово, пять! Я расставлял их сам, одну за другой… откуда здесь могло взяться столько стекла?!..

Яркий свет холодно сиял, отражаясь от груды осколков на полу. Эта куча была такой большой, что в высоту доходила до уровня колен. Учитывая такое количество осколков, здесь сейчас лежало минимум тридцать или даже сорок стеклянных банок.

Но заместитель руководителя группы Лю продолжал повторять:

— Я поставил только пять! Только пять! Кроме того, стекло вообще должно быть только возле подоконника!

В студии воцарилась мертвая тишина; все сотрудники повернулись к режиссёру Сюй. Старик со спокойным видом глядел на груду осколков. Долгое время спустя он повернул голову, чтобы посмотреть на Жун Сюя, устало вздохнул и спросил:

— Жун Сюй... а почему ты попросил нас собрать эти осколки?

С торжественным выражением лица юноша медленно ответил:

— Я услышал звук бьющегося стекла, когда потолок начал падать.

В тот момент, когда потолок рухнул, стальные прутья и бетон издали очень громкий грохот. По сравнению с этим грохотом, звук бьющегося стекла был слишком тихим, чтобы кто-то мог обратить на него внимание. Если только битого стекла не будет слишком много.

Но обычные люди об этом не задумывались, поскольку в тот момент все переживали за Жун Сюя и Лу Сянбо. Самому Жун Сюю тоже не должно было быть до этого дела, ведь он должен был быстро искать для себя укрытие. Если бы не его быстрая реакция, сейчас бы он лежал в лазарете вместе с Лу Сянбо, или даже в больнице. Если бы он получил серьёзные травмы, он бы забыл он этом звуке битого стекла.

Однако нет никаких «если».

Злоумышленник не знал, что Жун Сюй был очень осторожен и следил во время съёмок за каждым шорохом, чтобы никакой «баскетбольный мяч» больше не ударил ему в спину. Так что он очень хорошо знал, что у него за спиной есть трибуна, под которой можно быстро спрятаться в случае чего.

Режиссёр Сюй спросил:

— Где вы нашли эти осколки?

Лицо руководителя группы Лю было мрачным:

— Некоторые из них лежали у той стены, где я ставил стеклянные банки. Большая часть лежала у двери класса. Я бы сказал, больше 80% осколков были найдены именно там. Перед началом съёмок я всё проверял. Там не было никаких стеклянных банок или бутылок. Может быть, их поставили на уже установленный потолок…

Услышав это, режиссёр Сюй внезапно улыбнулся и холодно огляделся по сторонам.

Спустя долгое время он внезапно бросил рацию на пол. С громким хлопком рация разлетелась на куски!

Сердитый взгляд режиссёра Сюй заставил всех сотрудников задрожать от страха. Стиснув зубы, этот гениальный режиссёр прокричал:

— Кто это сделал? Сейчас же выйдите вперёд! Декорации настолько лёгкие, что ими нельзя раздавить человека, если они рухнут. Но кто-то специально поместил сверху кучу стеклянных бутылок. Вы хотели намеренно причинить боль или изуродовать актёра? Сейчас же выйдите вперёд!

Ужасающий рёв режиссёра Сюй отозвался эхом по площадке.

Ло Вэй стояла, тупо уставившись на осколки стекла на полу. Только сейчас она поняла, что сегодня произошло.

Обрушение декораций действительно опасно, поскольку в них содержатся стальные прутья и цемент. Но если актёров не проткнут стальные прутья, они точно не получат серьёзных травм. Поскольку в этой декорации использовалось не так много прутов и цемента, всё должно было закончиться для актёров относительно хорошо.

Однако что произойдёт, если на полу будет лежать много битого стекла?

Если оно коснётся руки или ноги, у актёра останутся серьёзные порезы.

А что, если оно коснётся лица?

С таким большим количеством битого стекла (какими бы мелкими не были царапины), Жун Сюй определённо был бы изуродован, не спрячься он вовремя под той трибуной!

Насколько злобным должен быть человек, который притащил сюда столько стеклянных бутылок и расставил их там, где должен был проходить Жун Сюй?! Он звезда, и если бы он был обезображен,  это было бы равносильно разрушению его будущего! Даже пластическая операция не помогла бы ему, потому что осколков на полу было неимоверное множество!

Даже если эти проблемы можно было бы решить с помощью пластической хирургии – что насчёт последствий пластической хирургии?

Кроме того, что, если эти фрагменты перерезали бы ему горло или вонзились в глазное яблоко?..

Ло Вэй было страшно продолжать эти размышления. Её глаза стали красными от гнева, и она хотела как можно скорее найти этого ублюдка и разорвать его в клочья.

Однако после рёва режиссёра Сюй в студии стояла смертельная тишина.

Долгое время спустя тишину, наконец, нарушил низкий мужской голос:

— Давайте посмотрим записи с камер и узнаем, кто принёс на площадку столько стеклянных бутылок.

Все немедленно подняли головы, чтобы посмотреть на человека, который предложил это, и увидели красивое невинное лицо, не выражающее абсолютно никаких эмоций. Цинь Чэн равнодушно смотрел на осколки стекла на полу, опустив глаза.

В этих тёмных глазах отражался ослепительный свет стекла, и ужасающая аура медленно распространялась от его тела,  так что все вокруг затаили дыхание, готовые выполнять приказы этого прекрасного императора.

Спустя полчаса руководитель группы Лю лично посмотрел утренние записи с камеры у входа в студию. Когда вчера вечером они готовили реквизит и собирали декорацию, никто не мог незаметно пронести в студию столько бутылок. Значит злоумышленник сделал это утром.

Чтобы пронести внутрь столько бутылок, требовалась большая сумка. Очень большая.

Когда руководитель Лю увидел на мониторе лицо человека, заходящего на площадку с огромной сумкой на плече, он немедленно поставил видео на паузу и воскликнул:

— Как такое возможно?.. Это он!

Тем временем в лазарете.

Врач наложил пластырь на ногу Лу Сянбо, перевязал её и поместил на изголовье кровати.

Помощник Лу Сянбо помогал ему нарезать фрукты. В этот момент он приговаривал:

— Сянбо, с Вами всё будет хорошо. Просто сейчас всё было слишком страшно. Как такое могло случиться? Вам стоит хорошенько отдохнуть. Да, больше Вы не будете играть.  Но сейчас Ваши ноги важнее.

Услышав слова помощника Лу Сянбо, сидевший рядом с ним помощник режиссёра поспешно сказал:

— Не волнуйтесь! Если я правильно помню, в оставшихся сценах с участием Лу Сянбо его ног не видно. Я попрошу режиссёра Сюй, чтобы Вы могли продолжить играть. Мне так жаль! Я сожалею об этом происшествии!

Помощник Лу Сянбо выглядел смущенным, а сам Лу Сянбо улыбнулся и с облегчением ответил:

— Сяо Ци, не говори ерунды. Я должен продолжать играть.

Такая идиллия царила сейчас в лазарете.

Пять часов назад – сразу, как только Жун Сюя нашли под завалами – команда «Немого» опубликовала пост об этом происшествии, чтобы фанаты не волновались, и чтобы их не опередили какие-нибудь  папарацци. Они прямо написали о том, что на площадке произошло обрушение потолка, и актёры получили травмы.

Поскольку Жун Сюй не был травмирован, его фанаты благословили команду и желали Лу Сянбо скорейшего выздоровления. Хотя у Лу Сянбо было мало поклонников и всего четыре-пять миллионов подписчиков на Вэйбо, он всё-таки был ранен, поэтому ему уделялось много внимания.

В шесть часов вечера в топ Вэйбо пробились тэги #АварияНаПлощадкеНемого, #ЛуСянбо, #ЖунСюй. Лу Сянбо поднялся на восемнадцатое место из-за того, что получил травму, а Жун Сюй – всего на двадцать седьмое место.

Лу Сянбо сидел, опустив голову, и листал публикации СМИ о случившемся на их площадке.

Знаменитости, когда у них случалось что-то хорошее, часто связывались со СМИ и опубликовывали пресс-релизы, чтобы привлечь к новости больше внимания. Но и подобные «плохие новости» тоже можно было использовать для шумихи. Агент Лу Сянбо уже связался с несколькими новостными порталами и разослал более десятка черновых записей статей.

Сегодня буквально все в Интернете обсуждали Лу Сянбо и аварию в студии команды «Немого».

Глядя на беспокойство и добрые пожелания выздоровления от пользователей, которые приписывали в конце своих сообщений слова «Жун Сюй» и «Жун Жун», Лу Сянбо не смог удержаться и рассмеялся. Он явно был в приподнятом настроении.

Прошло уже пять часов после инцидента, и Лу Сянбо, наконец, решил написать свой первый за сегодня пост, чтобы сообщить о своём самочувствии встревоженным фанатам. Закончив редактирование поста, он внезапно нажал на клавишу «@», выбрал пользователя с именем «Жун Сюй» и нажал на «опубликовать».

Лу Сянбо: «Не волнуйтесь! Я в порядке, просто у меня небольшие травмы кожи. Мы с Жун Сюем вместе оказались в центре этой катастрофы, но, к счастью, он не пострадал. Надеюсь, вы не сильно о нас беспокоитесь. @ЖунСюй»

Как только фанаты Жун Сюя увидели этот пост, они принялись строчить добрые слова: «Спасибо за заботу о Жун Жуне нашей семьи! Желаем Вам скорейшего выздоровления!»

Почувствовав себя странно, Лу Сянбо захотелось громко рассмеяться. Но взглянув на доктора неподалёку, а затем на сидящего рядом с кроватью помощника режиссёра, он с трудом сдержал приступ смеха и спрятал под одеяло дрожащие от возбуждения руки.

Возможно, он сможет опубликовать ещё один пост и ещё раз отметить в нём Жун Сюя… Потом поклонники Жун Сюя снова начнут лайкать его записи и писать ему слова благодарности… Они будут относиться к нему как к другу и...

*Бум!*

Дверь лазарета внезапно открылась. Человек, открывший её, вложил в это большую силу, и дверь с громким грохотом ударилась о стену.

Все в лазарете повернули головы и посмотрели на вошедшего. Лу Сянбо лежал за белой занавеской на кровати и не мог видеть происходящего снаружи. Он видел только, как заместитель режиссёра внезапно встал и резко изменился в лице:

— Режиссёр Сюй, Лао Ван, Лао Чжэн... почему вы все здесь? Что случилось? Почему вы все так внезапно ворвались сюда?

— Вау…

Занавеску резко одёрнули, и Лу Сянбо увидел, что его кровать окружили по меньшей мере сорок или даже пятьдесят человек!

Чувствуя невероятный трепет в сердце, Лу Сянбо улыбнулся и сказал:

— Режиссер Сюй, помощник режиссёра Ван, помощник режиссёра Чжэн... Вы все пришли навестить меня? Я почти в порядке. Режиссёр Сюй, завтра я могу продолжить съёмки. Я могу играть, пожалуйста, не волнуйтесь.

Режиссёр Сюй без всякого выражения посмотрел на скромное лицо молодого человека на кровати перед ним. Затем он мягко улыбнулся и взял у своего помощника большую чёрную сумку.

В тот момент, когда Лу Сянбо увидел эту сумку, улыбка на его лице застыла, а его помощник и вовсе побледнел от испуга.

Режиссёр Сюй холодно спросил:

— Что изначально было в этой сумке?

Лу Сянбо, с трудом сдерживая дрожь в голосе, удивлённо спросил:

— Что это за сумка? Я её впервые вижу! Режиссёр Сюй, это Ваша сумка?

Руководитель группы по реквизиту Лю, стоявший по левую руку от режиссёра, перебил его:

— Прекрати притворяться! Сегодня утром твой ассистент принёс в студию эту сумку. Мы только что нашли её в твоём шкафу.

Ассистент Лу Сянбо поспешно сказал:

— Да, да, да! Это моя сумка! Я положил её в шкаф Сянбо сегодня утром, и забыл сказать ему об этом.

Лу Сянбо вздохнул с облегчением и сказал:

— Ты должен был сказать мне. Больше никогда так не делай.

Помощник поспешно извинился:

— Сянбо, обещаю, такого больше не повторится!

Режиссёр Сюй усмехнулся:

— Вы так и не ответили мне: что было в этой сумке?

Помощник, дрожа всем телом, встал с места и, подумав, выпалил:

— Одежда! Там была одежда!

Сюй Дао спросил:

— И где теперь эта одежда?

Помощник заколебался и, не отвечая, опустил голову.

Лу Сянбо сказал:

— Ты забыл, куда положил её? На площадке много костюмов. Не перепутай её с костюмами.

Помощник тут же кивнул:

— Ага, я сейчас поищу! Сейчас! — сказав это, испуганный помощник убежал.

— Стой! — крикнул Сюй Дао, и несколько высоких сотрудников быстро поймали парнишку.

Он всё ещё пытался убежать, но никак не мог вырваться из рук четвертых крепких мужчин. Он увидел, как режиссёр Сюй безжалостно бросил сумку на пол, а затем сделал шаг вперёд, посмотрел на Лу Сянбо и холодно сказал:

— Ты всерьёз думал, что, когда моя группа по реквизиту устанавливала потолок, поблизости не было камер? На этом потолке были камеры!

Лу Сянбо внезапно выпучил глаза, и его лицо вмиг побледнело.

Режиссёр Сюй повернул голову и посмотрел на его помощника:

— Теперь ты можешь рассказать нам о том, кто приказал тебе положить на декорации стеклянные бутылки, кто попросил тебя ослабить винты, кто сказал тебе прокрасться за декорации во время съёмок? Хотя, знаешь, тебе не нужно ничего говорить. Увидимся в суде. Если тебя не посадят в тюрьму на пять-восемь лет – моя фамилия больше не «Сюй»!

Борьба помощника внезапно прекратилась. Он повернул голову и посмотрел на Лу Сянбо.

Лу Сянбо тоже тупо уставился на него. Однако, как только его помощник собрался открыть рот, Лу Сянбо внезапно вскочил с кушетки, обхватил тело режиссёра Сюй руками и завопил:

— Режиссёр Сюй, не верьте ему, не слушайте его! Я не знаю, что он сделал! Я правда не знаю! Вы должны мне поверить, я ничего не делал, я правда...

— Заткнись! — по лазарету эхом разнёсся неистовый гневный крик.

Элегантный молодой человек стоял у лазарета, прислонившись к холодной стене, и прислушивался к крикам, доносящимся изнутри.

Сначала Лу Сянбо перекладывал всю вину на своего помощника, пытаясь заставить режиссёра Сюя поверить ему, а не его «ублюдку-помощнику». Но его помощник громко возразил, сказав, что Лу Сянбо сам поручил ему это и проинструктировал. Помимо этого, он раскрыл собравшимся ещё много секретов.

Оказалось, что в ежедневный ланч-бокс Лю Хуэйчжэнь ассистент – по приказу Лу Сянбо – добавлял большие дозы гормональных препаратов, из-за чего сидевшая на диете девушка за два месяца съёмок необъяснимым образом набрала пять лишних фунтов веса.

Возможно, Лю Хуэйчжэнь после этого ещё долго будет набирать вес и, если она не займётся этим вопросом, даже может неимоверно растолстеть.

Также помощник Лу Сянбо рассказал, что каждую ночь после возвращения в отель Лу Сянбо неустанно поливал грязью режиссёра Сюй, Сяо Цзытун и Жун Сюя.

Больше всего доставалось Жун Сюю. Он кричал, что Жун Сюй смотрит на людей свысока, сказал, что Жун Сюй злодей, и что он скупает тысячи фейков в Интернете.

Что касается слов режиссёра Сюй, за них Лу Сянбо проклинал старика ежедневно, говоря, что на следующих съёмках он выбросит его на улицу и называя его самодовольным старикашкой, который только и мог, что запугивать и ругать нечастного начинающего актера. Он говорил, что по сравнению с господином Лю и другими режиссёрами, старик Сюй – просто ничтожество.

В этом моменте повествования помощника, Лу Сянбо, наконец, не смог удержаться и зарычал:

— Убирайся! Я платил тебе такую зарплату, как ты смеешь так говорить обо мне?! Ты, грёбаный ублюдок, твою мать...

В лазарете становилось жарко.

Прислушиваясь к крикам и оскорблениям за дверью, Жун Сюй медленно поднял глаза и посмотрел на ослепительные огни на потолке. Стоявшая рядом с ним Ло Вэй была так разгневана, что ей не терпелось ворваться внутрь и избить этого ублюдка, особенно когда она услышала рассказ помощника о том, как этот гад отзывался о Жун Сюе.

С другой стороны стоял Цинь Чэн, опираясь на плечо Жун Сюя и прислонившись к стене. Он, как и Жун Сюй, тихо прислушивался к происходящему в лазарете.

Режиссер Сюй был резок, но мудр, поэтому, сколько бы он ни ругал Лу Сянбо за бездействие, а Лю Хуэйчжэнь – за переигрывание, в конце концов, он давал им советы и направлял их игру в правильное русло. Все в команде должны были признать, что по сравнению с тем, как эти двое играли, когда только попали к старику на площадку, и тем, как они играли сейчас, произошли колоссальные изменения. И в этом была заслуга одного человека – режиссёра Сюй.

На такое способны только большие режиссеры; после их «мастер-классов» актёрское мастерство актёров всегда улучшается.

Когда режиссёр Сюй ругал Лу Сянбо, он не вкладывал в свои слова ненависть. Он сам выбрал Лу Сянбо на эту роль. Помимо того факта, что юноша вообще не просил за своё участие в фильме никакой оплаты, и помимо его громкого маркетингового имени «Сяо Цинь Чэн», была ещё и более важная причина взять его на эту роль – режиссёр Сюй действительно чувствовал, что Лу Сянбо идеально подходит на эту роль.

Внешностью и темпераментом Лу Сянбо очень напоминал ему «школьного красавца» из сценария.

Однако на самом деле этот человек оказался совсем не похож на этого общительного и открытого «школьного красавца».

Стоя в лазарете, режиссёр Сюй спокойно слушал, как Лу Сянбо и его помощник лаются, как две собаки, уже давно во всём признавшись. В какой-то момент он холодно улыбнулся и с насмешкой сказал:

— На потолке съёмочной площадки нет никаких камер.

Лу Сянбо недоверчиво расширил глаза.

Режиссёр Сюй больше не смотрел на него, а повернул голову к своим товарищам и сказал:

— Старый Чэн, ты ответственен за публикацию новостей команды. Я хочу, чтобы все узнали о том, что произошло. А, кстати… Лу Сянбо, увидимся в суде!

Лу Сянбо в ужасе смотрел, как режиссёр Сюй отворачивается от него и уходит. Он громко закричал:

— Режиссер Сюй, Вы не можете этого сделать! Скандалы внутри съёмочной группы плохо скажутся на репутации «Немого»! Репутация «Немого» будет подорвана, и многие зрители будут чувствовать, что этот фильм…

— Послушай ты, грязный ублюдок! Пока в моей команде проворачиваются такие мерзкие трюки, я никогда не стану пытаться это скрыть и замять! Я не Лю Лао, у которого хороший характер, и который может умалчивать подобные вещи. Я уже не тороплюсь вовремя выпустить фильм! Выпущу его на месяц позже. Я не гонюсь за премией «Золотой Феникс». Сейчас я хочу одного – раскрыть миру истинное лицо мерзкого бесстыдного ублюдка!

Лу Сянбо с тупым видом смотрел на удаляющуюся спину старика Сюй, после чего внезапно тяжело рухнул на больничную кушетку.

Когда режиссёр Сюй вышел из лазарета, он повернулся и посмотрел на Жун Сюя. Его мрачный взгляд долго был устремлён на красивое лицо этого юноши, после чего он сказал:

— Если в будущем у тебя возникнут какие-то вопросы, ты можешь обсудить их со мной. Я не знаю, как другие режиссёры, но я принципиален – я не могу терпеть в своей команде подобный мусор.

Жун Сюй был слегка поражён, но улыбнулся:

— Хорошо.

Режиссёр Сюй бросил вслед сухое «спасибо», после чего пошёл прочь.

Жун Сюй вспомнил и прокрутил в голове последние слова режиссёра. Старик не только дал ему понять, что он может доверять ему, но и намекнул Жун Сюю: «Если ты уже давно обнаружил что-то ненормальное, почему ты скрыл это от меня? В будущем, если ты будешь сотрудничать со мной, и что-то снова пойдёт не так, – скажи мне об этом сразу, пока с тобой не начали в открытую сводить счёты»!

Да, на этот раз Жун Сюю удалось вычислить Лу Сянбо и перехитрить его. Он знал, что актёр может сделать против него какую-то пакость, но не пытался это предотвратить, а спокойно ждал следующих действий противника.

Такой человек, как режиссёр Сюй, мог бы просто подойти к Лю Сянбо и прямо спросить его, не расстроен ли он, и всё ли с ним в порядке. Однако Жун Сюй не предупредил режиссёра, и в итоге произошло то, что произошло.

Это произошло не только из-за разных характеров, но и из-за того, что Жун Сюй не имел такого высокого статуса в кругу, как режиссёр Сюй, и ему не хватало уверенности. К тому же, Жун Сюй просто не ожидал, что Лу Сянбо может взбеситься настолько! Он думал, что тот максимум станет относиться к нему, как к Лю Хуэйчжэнь, но уж точно не пойдёт на крайние меры

В целом, для команды этот вопрос был решён.

Через три минуты в официальном блоге «Немого» появилось новое сообщение.

Как только этот пост был опубликован, в Интернете поднялась настоящая буря. До «Немого» ещё ни одна съёмочная группа так откровенно не разоблачала внутренние скандалы и не втаптывала репутацию актёров в грязь; до «Немого» ещё ни одна съёмочная группа так прямо и в такой грандиозной манере не объявляла имена конкретных актёров, провинившихся в чём-то на площадке.

В конце концов, многие люди в кругу не были чисты на руку, и во время съёмок происходило всякое. Поскольку вы находитесь в этом кругу, вы должны придерживаться многих его неписанных правил. В кругу действительно встречается много «грязных» вещей, но если вы расскажете посторонним о том, что этот круг «нечист», это будет равносильно тому, чтобы бросить вызов и оскорбить одновременно большое количество людей.

Однако команда «Немого» осмелилась на этот поступок, потому что у режиссёра Сюй имелось всё необходимое, чтобы бросить вызов грязному поведению в этом кругу!

Команда «Немого»: «Сегодня днём на нашей площадке произошла авария. В ходе последующего расследования нами было выяснено, что виновником этой аварии был актёр @ЛуСянбо. Он приказал своему помощнику ослабить винты крепления. То, что сделал @ЛуСянбо, отвратительно. Он злонамеренно создал опасную для жизни ситуацию, желая изуродовать другого актёра @ЖунСюя. Команда «Немого» направила письмо адвокату @МинСинЭнтертейнмент, чтобы разрешить этот инцидент в соответствии с законом!»

Этот пост на Вэйбо был опубликован всего полчаса назад, но уже успел стать самой горячей темой дня.

На крупных форумах повсюду встречались люди, обсуждающие аварию, случившуюся в команде «Немого». Так получилось, что сегодня утром певца Линь Сюаня снова застукали на шоппинге с молодой моделью. Эта новость попала во все заголовки сегодняшних газет, но когда всплыла информация об инциденте в команде «Немого», Линь Сюаня быстро сдвинули на второй план.

#Немой, #ЛуСянбо, #ЖунСюй: если вы откроете страницу популярных запросов и выполните поиск по этим трём тегам, вы вскоре обнаружите, что их упоминания резко увеличились сегодня после 8 часов вечера.

В прошлом году популярность Жун Сюя была очень высокой. С июля-августа прошлого года его индекс популярности постоянно рос, и он всегда занимал очень высокие позиции в рейтинге, намного превосходя всех остальных новичков индустрии. Но даже когда он победил на трёх телепремиях («Пион», «Золотой колокол» и «Взлёт») подряд, и его имя достигло пика популярности, это сильно уступало тому, что творилось сегодня! Его график в таблице популярных тем резко устремился наверх!

Пользователи сети сначала не могли поверить в то, о чём им поведала команда «Немого».

«Лу Сянбо приказал своему помощнику ослабить винты? Лу Сянбо – зачинщик этой аварии? Подождите, ну это же маловероятно… Если я правильно помню, Лу Сянбо был ранен, а Жун Сюй, наоборот, не пострадал? Лу Сянбо только что опубликовал фотографии на Вэйбо: его нога перебинтована и лежит на изголовье кровати!»

«Да, что это всё значит? Их дневной пост кардинально отличается от вечернего... Какому из них верить?»

«Как мне кажется, что этот сюжет немного надуман. Я ещё понял бы, если бы они сказали, что авария на площадке произошла по вине человека. В этом нет ничего страшного. Но ведь они говорят, что это всё подстроил актёр, желавший причинить вред другому актёру... Их фантазия, кажется, слишком разыгралась. Напомнило прошлогоднюю историю, когда «собака» одной актрисы укусила другую актрису за лицо, почти изуродовав её. Но, я думаю, сегодня в этой гонке абсурдных историй победила команда «Немого»...»

Многие случайные пользователи подвергали сомнению заявление, сделанное командой «Немого». В то же время на многих форумах обсуждалась идея того, что в этом заявлении таился какой-то хитрый тайный смысл.

Но пять минут спустя режиссёр Сюй лично вступил в «бой» и разместил на Вэйбо новый пост, но уже со своего личного аккаунта.

Режиссёр Сюй: «На самом деле дела обстоят именно так. Я никогда не думал, что люди бывают настолько отвратительными. Конечно, исчерпывающие объяснения по этой ситуации будут даны позже, но сейчас я пишу здесь от имени всей съемочной группы «Немого» не для этого. Мы решили объявить повторный кастинг на роль героя второго плана».

Этот пост был очень холодным, резким и официальным. Он совсем не был похож на шутку.

В этот момент все пользователи сети словно сорвались с цепи.

Поклонники Жун Сюя весь день беспокоились и не могли найти себе места, словно муравьи на раскалённом котле.

Днём они услышали, что на площадке произошёл несчастный случай, но Жун Сюй не пострадал. Сначала они забеспокоились, но вскоре почувствовали облегчение. Главное, что с Жун Сюем всё было в порядке. Они надеялись, что в команде «Немого» всё вскоре наладится.

Итак, начиная с полудня, они переходили на страницу Лу Сянбо и писали ему добрые пожелания, ведь актёр действительно пострадал. Они были очень искренними, надеясь, что актёр, работавший с Жун Сюем, скоро выздоровеет и вернётся на съемочную площадку.

Однако всего через несколько часов они узнали новую информацию об этом гнусном человеке!

«Лу Сянбо намеренно спланировал всё это?! Лу Сянбо чуть не изуродовал нашего Жун Сюя!»

«Я тоже днём заходила на его страницу и желала ему скорейшего выздоровления… Я правда искренне хотела, чтобы он поправился!!! Черт побери, этот ублюдок Лу Сянбо! Не могу дождаться, когда я его увижу! Я придушу его, обещаю! Даже не пытайтесь меня остановить!»

«Не ты одна! Когда я вспоминаю, как искренне я час назад писала ему тёплые слова, меня тошнит! Лу Сянбо – самый отвратительный человек, о котором я когда-либо только слышала. Когда он увидел, что мы заботимся о нём, он, наверное, гордился? Он был счастлив? Он попытался навредить нашему Жун Жуну, а мы в ответ начали желать этому ублюдку всего хорошего!!!»

Как только команда «Немого» опубликовала свой первый пост с разоблачением, пользователи сети тут же ринулись на страницу Лу Сянбо.

Когда вышел второй пост (уже на странице режиссёра Сюй), Лу Сянбо окончательно завалило критикой со стороны пользователей сети.

«Как можно быть таким бесстыдным?! Я видела, что в своё новом посте ты даже отметил Жун Сюя! Я не фанатка Жун Сюя, но я впервые в жизни вижу такого мерзкого злодея, как ты, поэтому не могу пройти мимо! Ты отвратителен! Отвратительно, что в индустрии развлечений есть такие люди, как ты».

«Я просто зашла почитать добрые пожелания Лу Сянбо от фанатов Жун Сюя. Это чувство признания врага своим другом действительно поражает! Этот Лу Сянбо действительно поразителен. Могу гарантировать, что этим ты ещё сильнее разозлил фанатов Жун Сюя».

«Лу Сянбо, покинь круг развлечений!!!»

Не говоря уже о фанатах Жун Сюя, не выдерживали уже даже простые случайные пользователи.

Многие «прохожие» не интересовались индустрией развлечений и понимали ситуацию не так хорошо, как истинные фанаты. Они только изредка смотрели разные шоу, фильмы, сериалы и слушали музыку. Они не разбирались в скандалах и интригах между звёздами и никогда не думали, что пакости, о которых они раньше читали только в книгах, действительно возможны в реальной жизни.

Осуждение случайных пользователей Вэйбо и гнев фанатов Жун Сюя быстро подавили немногочисленных фанатов Лу Сянбо.

Некоторые фанаты до сих пор кричали в комментариях: «Кто из вас видел, чтобы Жун Сюй пострадал? Ха-ха, Жун Сюй – главный актёр, и он очень популярен, поэтому, конечно же, команда предвзято относится к нему. Я думаю, что это Жун Сюй хотел навредить нашему А Сянбо! В противном случае, почему А Сянбо получил травмы, а Жун Сюй целёхонек? А?!»

Как только пользователи сети увидели этот комментарий, они тут же накинулись на написавшего его фаната:

«Какой бесстыжий… Просто невероятно!»

«Живое доказательство отсутствия мозга!»

«Я действительно впервые вижу такого бесстыдного фаната… @ЖунСюй, решать только Вам!»

Фанаты Жун Сюя почти не участвовали в этой дискуссии, потому что она быстро переросла в прямые оскорбления с упоминаниями половых органов.

К тому времени, как с момента публикации поста команды «Немого» прошёл час, фанаты Жун Сюя уже опубликовали на своём фан-форуме длинный пост с описанием всего инцидента.

Многие пользователи сети увидели эту «одностороннюю битву», когда после обеда включили свои компьютеры. В это время как раз началась война между фанатами Лу Сянбо и всеми остальными пользователями сети, и последние объединились, единогласно осудили Лу Сянбо и попросили его покинуть круг развлечений.

Конечно же, пользователи, которые только сейчас зашли в Интернет, не понимали, что происходит.

Как раз для них и был написан этот длинный пост с разъяснениями.

Этот пост был размещён на всех основных форумах. Весь он был умещён в одну информативную картинку. Если кто-то задавал вопрос «Объясните, о чём речь?», ему тут же скидывали эту картинку, на которой была отражена вся необходимая информация – от внезапной аварии в команде «Немого» до лицемерного поста Лу Сянбо в Вэйбо и, наконец, до публичного заявления команды «Немого» и режиссера Сюй.

Прочитав всю информацию из этой длинной картинки, многие пользователи сети начинали сердито писать: «Серьёзно?! Я смотрела один фильм с этим Лу Сянбо. Это же он известен как «Маленький Цинь Чэн»? Это слишком противно, вот ведь мелкий коварный ублюдок!»

Когда кто-то упомянул прозвище «Маленький Цинь Чэн», фанаты Цинь Чэна больше не могли сидеть, сложа руки!

«Это он-то Маленький Цинь Чэн? Не смешите! Он ни капли не похож на нашего Цинь Шэня! Наши фанаты никогда не обращали на это недоразумение внимания: нам было слишком лень заботиться о нём! Сам Цинь Шэнь, возможно, никогда о нём даже и не слышал. Давайте вместе покажем этому Лу Сянбо, что никакой он не «Маленький Цинь Чэн»!»

Повсюду в Интернете люди поражались наглости и бесстыдности Лу Сянбо и, ни в чём себя не сдерживая, насмехались над ним и выражали своё негодование.

В какой-то момент в одном маркетинговом аккаунте развлекательного круга с более чем семью миллионами подписчиков появился новый пост. К записи была прикреплена картинка, сделанная неравнодушными фанатами Жун Сюя, которая описывала всю суть сегодняшнего инцидента.

Гид по индустрии развлечений: «Это потрясающе. Я впервые за годы работы в индустрии развлечений сталкиваюсь с таким! Л. – действительно удивительный человек. Он намеренно испортил реквизит, чтобы навредить другому актёру, а потом ещё и притворяется жертвой! Таких интриг я давно не видел! Хотите верьте, хотите нет, но, похоже, Л. действительно намеревался изуродовать лицо Ж.! [фото]»

Автор этой публикации заменил имена Лу Сянбо и Жун Сюя на «Л.» и «Ж.», но все и так прекрасно понимали, о ком идёт речь.

Поклонники Жун Сюя обратили внимание на ключевой момент поста команды «Немого», что «авария была спланирована именно Лу Сянбо». Из-за того, что их любимый Жун Сюй не был ранен, они не обратили особого внимания на предложение о том, что «его чуть не изуродовали».

Но теперь маркетинговый аккаунт внезапно напомнил им об этой важной детали, и они тут же оживились.

«Бедный мой Жун Жун! Ах, ах, ах, ах! Он действительно хотел изуродовать ему лицо?..»

«Aаааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааах! К счастью, лицо моего мужа не пострадало, иначе я бы надолго упекла его за решётку! Я сама юрист. Если бы он действительно посмел причинить боль моему Жун Жуну, я бы никогда ему этого не простила!»

Уродство – настоящая трагедия для любой знаменитости, а преднамеренное создание опасной ситуации, способной изуродовать актёра – серьёзное событие, заслуживающее всеобщего порицания.

К 9:30 вечера тэги #ЛуСянбоОмерзителен, #ЛуСянбоБесстыден и #ЛуСянбоПокиньКругРазвлечений выбились в топ поиска Вэйбо. Тэг #ЛуСянбо занимал первое место в этом рейтинге!

Лу Сянбо, возможно, о таком даже мечтать не мог! Он дебютировал два года назад, а сегодня впервые занял первое место в «топе дня». На самом деле, причиной этого головокружительного «успеха» были проклятия со стороны всей страны…

А маркетинговый аккаунт «Гид по индустрии развлечений» конечно же, не делал публикаций в Вэйбо без веской на то причины. Этот маркетинговый аккаунт заговорил об этой теме первым, и его волну быстро подхватили остальные. А первый пост был написан потому, что с его автором связалась команда «Немого» и попросила помощи в распространении информации.

Итак, десять минут спустя в официальном блоге «Немого» на Вэйбо была опубликована статья, в которой подробно описывалась вся хронология сегодняшней аварии.

Лу Сянбо не просто попросил своего помощника ослабить винты – он заставил его расставить на потолке над головой Жун Сюя кучу стеклянных бутылок! Если бы он порезался осколками стекла, он мог не отделаться простыми травмами и шрамами! Попади эти осколки в артерии, актёр мог  погибнуть!

Эта публикация официального блога «Немого» описывала события с объективной точки зрения: начиная с первого её слова, фанаты Жун Сюя пришли в ярость. И «прохожие» пользователи, которые видели эту статью, не могли отреагировать на это никак иначе, кроме как назвать Лу Сянбо отвратительным поддонком, дрожа от ужаса:

«Он хотел убить актёра!»

В конце своей длинной статьи съёмочная группа раскрыла ещё две важные детали происшествия.

Два дня назад получила травмы и актриса Сяо Цзытун. Сяо Цзытун не сообщила никому об этом инциденте, и съёмочная группа тоже не стала этого делать, поскольку травмы девушки были не серьёзными. Однако теперь они включили в свою статью фотографии Сяо Цзытун после удара мяча: её лицо было в синяках, из носа сочилась кровь, а руки и ноги были испещрены синяками и ссадинами.

Официальный блог команды «Немого»: «Лу Сянбо ударил Сяо Цзытун баскетбольным мячом на съёмках, удар был очень мощным. От внезапного удара Сяо Цзытун упала на землю. Наша команда сегодня усомнилась в том, что этот бросок мяча был случайным».

Пользователи сети вмиг возмутились.

Но и это был не конец!

Официальный блог команды «Немого»: «Лу Сянбо приказал своему ассистенту подсыпать в еду актрисы @ЛюХуэйчжэнь гормональные препараты. Эта информация от помощника Лу Сянбо пока не получила подтверждения. Мы уже связались с Лю Хуэйчжэнь. Сейчас она собирается в больницу, чтобы проверить уровень гормонов в крови».

Все пользователи, видевшие этот пост, были потрясены!

Два главных героя фильма «Немой» и одна исполнительница роли второго плана – в общем три человека – пострадали от рук проклятого Лу Сянбо!

Он намеренно ударил Сяо Цзытун мячом в лицо!

Он намеренно подмешивал гормональные препараты в пищу Лю Хуэйчжэнь, чтобы она растолстела!

Он даже хотел убить Жун Сюя! Убить!..

В этот момент даже ранее равнодушные пользователи сети пришли в ужас и присоединились к всеобщим обвинениям в адрес Лу Сянбо, активно «выгоняя» его из развлекательного круга.

После нескольких ходов команды «Немого» эта новость окончательно взяла верх в новостной повестке дня. Теперь все основные маркетинговые аккаунты, крупные СМИ и знаменитости почти одновременно высказались по этому поводу. Разъярённые пользователи сети были готовы разорвать Лу Сянбо.

Среди них большую часть составляли фанаты Лю Хуэйчжэнь, Сяо Цзытун и Жун Сюя.

Однако Лу Сянбо до сих пор продолжал притворяться мёртвым. Более часа назад он разместил свой пост, в котором призывал своих фанатов не беспокоиться о его жизни и даже отметил страницу Жун Сюя. Каким высокомерным он был тогда, и как болезненно его сейчас спустили с небес на землю...

В этот момент режиссёр Сюй продолжал связываться со своими друзьями в кругу, прося их помочь осветить этот вопрос. Режиссёр Сюй всерьёз решил разоблачить грязные методы Лу Сянбо. Он уже знал, что этот инцидент мог ударить по многим людям в кругу, а также вызвать у многих опасения. Но старик Сюй крутился в этом кругу десятилетиями. Если бы он сейчас не смог найти свои рычаги давления и воспользоваться накопленными за жизнь связями, все эти десятилетия были бы напрасными.

Когда старик Сюй позвонил режиссёру Лю Лао, тот внимательно его выслушал и вздохнул:

— Я знаю этого парня… Жун Сюй… Когда он снимался в моих «Диких цветах», он был очень хорош. Мне так жаль, я не ожидал, что с ним такое может случиться. Старый Сюй, не волнуйся! Раз ты осмелился разоблачать подобные вещи, то и мне хватит смелости помочь тебе. Этот мерзавец хотел лишить человека жизни, а такое точно нельзя замалчивать и спускать с рук. Не забудь найти несколько хороших юристов – тогда он точно не сможет избежать тюрьмы.

В ходе этой беседы режиссёр Сюй всё ещё был очень зол. Не говоря уже о том, что он восхищался Жун Сюем, который был главным пострадавшим в этой истории. Если бы вместо него Лу Сянбо нанёс вред его нелюбимой Лю Хуэйчжэнь, старик Сюй был бы далеко не так зол, как сейчас.

Связавшись с несколькими крупными режиссёрами и актёрами, режиссёр Сюй начал обзванивать все крупные СМИ.

Он понимал, что люди из развлекательного круга не посмеют отмалчиваться в этой ситуации и, когда ситуация ухудшится, они обязательно встанут на их сторону.

Режиссёр Сюй открыл записную книжку в поисках нужных номеров, когда вдруг услышал громкий возглас своего помощника Ли:

— Эй, режиссёр Сюй! Тут вышли удивительные новости!

Режиссёр Сюй застыл на месте, а затем повернулся, чтобы посмотреть на экран телефона своего помощника, где был открыт пост в Вэйбо…

Маленький Бог Сплетен: «Л. Действительно сильно отличился на этот раз. В прошлом году на ужине один друг рассказал мне другую занимательную историю, связанную с этим персонажем. В то время я ему не поверил. Думая об этом сейчас, я верю, что это вполне себе возможно. История следующая. Л. снимался в фильме в начале прошлого года. В то время актрисой третьего плана была девушка-новичок, с которой у него было много совместных сцен. Они с ним вместе начинали в «МинСин Энтертейнмент», и её популярность была гораздо выше, чем у Л. Однако после съёмок в этом фильме девушка внезапно располнела, из-за чего ей пришлось пропустить съёмки сразу в нескольких запланированных фильмах (в том числе в прошлогоднем фильме «Точка, где пересекаются лестницы», в котором снялись Цинь Чэн и Ся Муйян). После того, как она, наконец, смогла вернуть себе прежнюю форму,  её карьеру уже было не реанимировать. Это так ужасно!»

Пользователи сети сразу поняли: «Потолстела?! Разве это не то же самое, что произошло с Лю Хуэйчжэнь?!»

Эта новость вызвала массовые обсуждения и вывела шумиху в соцсетях и СМИ на новый уровень.

Но и это был не конец!

Кино-Новатор: «Насколько я знаю, Л. всегда был скромным и вежливым во время съёмок, но я также слышал ещё кое-что. Когда Л. впервые дебютировал два года назад, он должен был сниматься в сцене поцелуя с одной популярной звездой. Сяо Хуадань не хотела сниматься в такой сцене с неопытным новичком, поэтому вместо него в этой сцене снялся другой актёр. В тот год Сяо Хуадань не прибавила в весе после съёмок, однако… когда она снова работала с Л. на одной площадке в прошлом году, она получила травму – сломала правую ногу. Говорят, если бы бедняга тогда не приземлилась на траву, дело могло закончиться хуже, чем просто переломом».

Пользователи сети были ошарашены: «... Не может быть!!!»

Это тоже он? И это ещё не всё?!

Король сплетен индустрии: «Тогда я тоже сообщу одну новость...»

Этика развлечений: «Я не ожидал, что придётся рассказать об этом, но…»

— ...

После того, как этот шквал новостей от крупнейших маркетинговых аккаунтов индустрии развлечений завершился, внезапно… заговорили знаменитости!

Вэнь Сюань: «Это действительно возмутительно! *злюсь*, *злюсь*, *злюсь* // ретвит поста команды «Немого»»

Кто такая Вэнь Сюань? В настоящее время – главная королева кино Китая!

Как только она заговорила об этом, к теме подключилось ещё больше людей. Её поклонники тоже выражали волнение: «Моя богиня – самая справедливая и честная! Да, этот Лу Сянбо – настоящий бесстыдный мерзавец, его поведение возмутительно!»

После Вэнь Сюань своё слово вставили и многие другие знаменитости, одни за другим.

Линь Сюань: «Как в нашем мире вообще может жить такой бесстыдный человек?..  // ретвит поста команды «Немого»»

Ся Муйян: «У меня нет слов… // ретвит поста команды «Немого»»

Джеймс Трент: «То, что сделала эта звезда – даже более ужасающий поступок, чем недавний инцидент в Штатах. Это уж слишком... Мы должны показать ему, как соблюдать закон!  // ретвит поста команды «Немого»»

Все эти люди были известными звёздами Китая и даже мира, в том числе голливудский актёр Джеймс, китайские актрисы Вэнь Сюань и Ся Муйян, а также китайский певец Линь Сюань... и многие, многие другие!

Старые оперные певцы, знаменитые актрисы и певицы репостили заявление команды «Немого» один за другим, поддерживая их. Помимо знаменитостей, были также крупные режиссёры, сценаристы, продюсеры... Все они высказывались один за другим, и все вставали на сторону команды «Немого», открыто осуждая Лу Сянбо.

Следом за ними заговорили и многие звезды, которые когда-то работали с Лу Сянбо.

Юй Яцин: «Спасибо, поклонники, за вашу заботу. После того, как я поработала в одной команде с Лу Сянбо, я действительно сильно поправилась. У меня есть наследственная склонность к полноте, поэтому я тогда не подняла тревогу и не пошла в больницу. Я не хочу вспоминать об этом времени, потому что это было очень болезненно, у меня кружилась голова от голода, и мне приходилось тренироваться по расписанию тренера, чтобы похудеть... Позже мне всё-таки удалось похудеть – не знаю, было ли это из-за прекращения принятия гормональных препаратов, или из-за диеты и спорта. Это мы уже никогда не узнаем, но я просто хочу сказать, что за те семь месяцев я пропустила много важных ролей в кино: роли третьего плана в  «Точке, где пересекаются лестницы» и «Чёрных тучах», а также роль второго плана в  фильме «1971»»

Юй Яцин – актриса, дебютировавшая в одно время с Лу Сянбо, о которой сообщалось в предыдущей новости одного маркетингового аккаунта. Когда актриса впервые дебютировала в прошлом году, компания действительно хвалила её, ведь она показывала большой потенциал. Но из-за лишнего веса она не могла сняться в запланированных фильмах, и её пик карьеры прошёл бесследно. Теперь она была мелкой звездой третьей линии...

Симпатия пользователей сети к актрисе после этого откровения выросла в разы.

Но через некоторое время о себе дала знать и другая «пострадавшая» – актриса Сяо Хуадань, в травме ноги которой тоже подозревали Лу Сянбо. Сначала она объяснила, что, поскольку в то время у неё был парень, ей не нравились сцены поцелуев. Она также призналась, что сначала она согласилась снять эту сцену с Лу Сянбо, но во время съёмок внезапно почувствовала запах у него изо рта и поэтому решила использовать дублёра.

Возможно, Лу Сянбо это рассердило, но в тот момент он не выказал никакого гнева. Что касается их дальнейшего сотрудничества, то на следующих съёмках её тросы внезапно оборвались... Однако это давнее дело уже не подлежало расследованию. Но из-за перелома ноги она потеряла роль героини, а этот фильм стал блокбастером и даже был номинирован на премию «Золотой Феникс» за лучшую женскую роль два года назад…

В течение целого часа маркетинговые аккаунты и знаменитости один за другим выступали против Лу Сянбо.

Режиссёр Сюй удивлённо читал все эти публикации. Пролистав откровения сотен знаменитостей и десятков маркетинговых аккаунтов, он прошептал:

— У меня ведь не было времени связаться с этими людьми... Неужели они все решили выразить своё мнение сами? Тогда я должен связаться со СМИ...

— Режиссёр Сюй! — внезапно перебил старика помощник режиссёра Ли.

Старик Сюй широко раскрыл глаза:

— Не говори мне, что СМИ уже тоже выпустили пресс-релиз по этому поводу?!

Помощник режиссёра Ли тяжело кивнул:

— «Нью Энтертейнмент» только что разместили эту новость на своей главной странице...

Да, в следующие два часа бесчисленные СМИ также писали об этом инциденте один за другим. Целью всех этих публикаций было осудить Лу Сянбо.

«Нью Энтертейнмент», «Чайна Дэйли», «Шэньцзян Ньюс»... эти СМИ публиковали статьи о случившемся в команде «Немого» как на Вэйбо, так и на главных страницах своих порталов!

Они собрали и перечислили всё, что происходило сегодня в Интернете, и описали это с самой объективной точки зрения. Однако во второй половине статьи некоторые СМИ прокомментировали инцидент следующей фразой: «Мы надеемся воспользоваться этой возможностью, чтобы искоренить все нездоровые тенденции из индустрии развлечений». Некоторые СМИ даже наняли юристов, чтобы обсудить с ними возможные последствия для Лу Сянбо. Если всё это – правда, какое он  должен понести наказание и по каким статьям?

Однако независимо от того, насколько мощной была шумиха в Вэйбо и на форумах, люди среднего и пожилого возраста, которые мало пользуются мобильными телефонами, смотрели новости только по телевизору.

Когда вечером они включили телевизор и увидели новости об инциденте с Лу Сянбо, они принялись удивлённо расспрашивать своих сыновей/дочерей:

— Эй, что это значит? Этот молодой человек по имени Лу Сянбо действительно собирался убить  молодого человека по имени Жун Сюй? Я видел сцену с Жун Сюем в сериале «Западня»… это он играл там молодого солдата? Неужели это правда?

Услышав это, их дети тут же с волнением рассказывали:

— Папа/мама! Сейчас я всё тебе расскажу! Да, это правда! Слушай...

В Интернете все осуждали Лу Сянбо и настоятельно призывали его покинуть круг развлечений.

Теперь и в реальной жизни люди постепенно начали узнавать об этом инциденте и испытывать отвращение к Лу Сянбо.

От начала и до конца Лу Сянбо притворялся мёртвым. Компания «МинСин Энтертейнмент», где он работает, была занята всю ночь.

Агент Лу Сянбо предложил ему позвонить в службу медиа-маркетинга, чтобы они помогли Лу Сянбо придумать красивую речь и даже получить множество преимуществ. Однако все эти люди просто игнорировали его и вешали трубку, когда слышали имя Лу Сянбо!

Наконец, владелец одного маркетингового аккаунта, у которого были хорошие отношения с агентом Лу Сянбо, по секрету сказал ему:

— Старый Чэн, мы с тобой в хороших отношениях, поэтому я скажу тебе, что на этот раз дела действительно плохи. Я не буду выступать против твоей знаменитости, но и выступить в его защиту я тоже не могу. Ваш противник настолько силён, что я не смею это сделать. Не обижайся.

Повесив трубку, агент был так обеспокоен, что его глаза покраснели. Стиснув зубы, он прокричал:

— Старый Сюй, ты действительно собираешься уничтожить его такими методами?!

Естественно, он не знал, что в этот момент старый Сюй с таким же тупым выражением смотрел на все эти новости СМИ и публикации знаменитостей, льющиеся единым потоком. Он позвонил только трём или четырём людям, а новости уже успели выйти на такой уровень! Это было невозможно!

Сюй Дао был совершенно к этому не подготовлен и абсолютно не понимал, что происходит.

Когда режиссёр Сюй увидел, что Лю Лао тоже репостнул на свою страницу публикацию с его официальной страницы в Вэйбо, он снова позвонил ему и спросил:

— Лао Лю, что происходит? Я успел позвонить только четверым людям – почему поднялась такая шумиха? Может кто-то ещё посодействовал? Ты не знаешь, что происходит?

Старый Лю засмеялся и сказал:

— Серьёзно? Разве ты не знаешь? Только что «ХуаСя Энтертейнмент» связались со мной и попросили написать об этой истории. Ты знаешь, я и так на твоей стороне, а «ХуаСя Энтертейнмент» попросили меня просто публично согласиться с твоими словами. Конечно, я согласился.

Режиссёр Сюй недоверчиво переспросил:

— «ХуаСя Энтертейнмент»?!

У ХуаСя Энтертейнмент было много крупных звёзд и отличных агентов, продюсеров, сценаристов... и режиссёров.

Лао Лю был главным режиссёром «ХуаСя Энтертейнмент», но старик Сюй – одинокий режиссёр, открывший свою собственную студию. Иметь компанию – это хорошо, ведь это равносильно наличию покровителя, но иногда компания загоняет режиссёра в рамки, из-за чего он уже не может снимать фильмы по своему желанию.

На другом конце провода раздался весёлый голос старого друга старика Сюй:

— «ХуаСя Энтертейнмент» очень стараются. Ты и сам должен был заметить, насколько велик потенциал этого юноши, Жун Сюя. «ХуаСя Энтертейнмент» держится за него. По моим оценкам, они хотят воспользоваться этой возможностью, чтобы о Жун Сюе узнало как можно больше людей, ведь так они узнают и о том, что он – артист «ХуаСя».

Излишне говорить, что режиссёр Сюй знал, насколько велик потенциал Жун Сюя. Если бы Жун Сюй не был так талантлив, разве стал бы он приглашать молодую, едва дебютировавшую звезду сыграть главную мужскую роль в своём фильме?

После долгих размышлений режиссёр Сюй вздохнул:

— У него есть спонсор в лице «ХуаСя», и это здорово. Но… Лао Лю, тебе не кажется, что в этот раз «ХуаСя» сделали для него лишком много? Я не могу отделаться от мысли, что что-то здесь не так.

Лао Лю на мгновение опешил, но через некоторое время сказал:

— Не кажется. Всё в порядке.

После этого режиссёр Лю быстро сменил тему, и они ещё некоторое время поболтали.

Повесив трубку, Лю Лао почесал подбородок, задумчиво улыбнулся и отправил короткое текстовое сообщение: «В этот раз тоже твоих рук дело?»

Спустя долгое время, так и не получив ответ, режиссёр Лю вскинул седую бровь и улыбнулся. Он уже и сам знал ответ.

Да, для него этот ответ лежал на поверхности. Как бы «ХуаСя Энтертейнмент» не заботились о продвижении Жун Сюя, их действия никогда бы не вызвали ТАКОГО шума. Очевидно, что пиаром этой новости занимался кто-то из тени. Подумав об этом, на ум сразу приходили звёзды, которые высказались об инциденте первыми: Вэнь Сюань, Линь Сюань, Ся Муйян, Джеймс...

У кого были хорошие отношения со всеми этими людьми?

Ответ напрашивался сам собой.

***

Далёкая провинция J, гостиница.

Начиная с полудня, вся команда «Немого» находилась в состоянии невероятного истощения.

Многие сотрудники всё ещё оставались на съёмочной площадке – наводили порядок и готовили реквизит для завтрашних съёмок. В лазарете Лу Сянбо какое-то время создавал проблемы, но его насильно вывели прочь сотрудники службы безопасности режиссёра Сюй. Более того, съёмочная группа даже обратилась в полицию. Однако съёмочная площадка находилась далеко от полицейского участка, и полиция могла приехать только в полночь.

Когда Жун Сюй вернулся вечером в отель, он случайно стал свидетелем картины: несколько сотрудников выносили вещи Лу Сянбо из номера. Проходя рядом с Жун Сюем, они поздоровались с ним и заботливо поинтересовались его самочувствием.

Жун Сюй улыбнулся и кивнул, поблагодарив их.

Отойдя от него подальше, сотрудники принялись перешёптываться:

— Держу пари, что в белом бутыльке, который я нашёл в номере его ассистента, – гормональный препарат. Это настолько отвратительно – подсыпать в еду девушки лекарства! Как взрослый мужчина может делать такие вещи?! Как можно так обращаться с женщинами?! Своим поступком он просто позорит наших мужчин!

Улыбка на лице юноши, который стал случайным свидетелем этого разговора, постепенно угасала.

Ло Вэй, которая шла рядом с ним, расширила глаза от гнева и с сочувствием пробормотала:

— Если бы я вдруг стала толстой, я бы определенно сошла с ума! Лю Хуэйчжэнь действительно сильный человек... Она мало ела во время съёмок. Похоже, она уже тогда пыталась похудеть. Более того, она актриса, которая всегда играет роли сексуальных женщин! Если бы вся эта грязь не вскрылась, может быть, её карьера и тело были бы испорчены так же, как это произошло с бедной Юй Яцин!

Хотя Ло Вэй не любила Лю Хуэйчжэнь, она бы никогда не стала желать вреда другому человеку. Она злилась на Лу Сянбо за то, что тот сделал с Лю Хуэйчжэнь, и понимала её как девушка.

Жун Сюй слегка нахмурился и открыл было рот, но в конце концов промолчал.

Жун Сюй возвращался в отель без Цинь Чэна. Перед тем, как они покинули команду, Цинь Чэн куда-то ушёл, чтобы сделать какой-то важный звонок.

Весь путь по дороге в отель Ло Вэй продолжала неустанно проклинать Лу Сянбо.

Ло Вэй отвечала за самые простые вещи, связанные с фанатами Жун Сюя, а Ло Чжэньтао отвечал за связи с общественностью. Таким образом, сегодня ответственность за случившееся нёс только Ло Чжэньтао, а Ло Вэй не могла вмешиваться.

Жун Сюй уже знал о том, что сейчас творилось в интернете вокруг персоны Лу Сянбо. Первоначально Жун Сюй хотел напомнить Ло Чжэньтао о том, что ему нужно обратить внимание на несколько важных моментов, и что лучше всего атаковать Лу Сянбо с определённых аспектов. Но он не ожидал, что Ло Чжэньтао справится со всем сам. Подумав об этом, Жун Сюй решил, что, вероятно, в дело вмешалось руководство компании.

На прошлой неделе он узнал, что он сейчас – самая популярная звезда компании «ХуаСя». Если смотреть на ситуацию с этой стороны, то этот шаг компании был небезоснователен: если они не могут защитить даже своего самого популярного артиста-новичка, – кого они вообще могут защитить?

Попрощавшись с Ло Вэй, Жун Сюй вернулся в свой номер, сразу разделся и пошёл в ванну.

Красивый высокий юноша стоял под душем, позволяя чистой тёплой воде омывать его лицо, смывая всю усталость. Когда Жун Сюй мыл волосы шампунем, пена попала в небольшую ранку на его правой руке, и он вздрогнул.

Юноша взглянул на небольшую рану на указательном пальце, его глаза потемнели, и через некоторое время он отвернулся от неё.

Пятнадцать минут спустя, когда Жун Сюй выключил душ и вытирался полотенцем, он внезапно услышал лёгкий стук в дверь. Он опешил, быстро вытерся насухо, накинул на плечи халат, висевший на вешалке, небрежно завязал пояс и пошёл к двери.

Увидев через глазок человека за дверью, Жун Сюй хитро улыбнулся. Когда он открыл дверь, он с улыбкой спросил:

— Цинь Чэн, почему ты вернулся только сейчас? Куда ты уходил...

Его голос внезапно оборвался: внезапные объятия мужчины заставили юношу широко раскрыть глаза от изумления и замолчать.

Дверь в его номер всё ещё была открыта, но в коридоре никого не было. Жун Сюй подсознательно протянул руку, чтобы закрыть за ними дверь. Оказавшись в комнате, он удивлённо спросил:

— Цинь Чэн, что ты делаешь?..

— Сяо Сюй... — хриплый и сексуальный мужской голос мягко прозвучал прямо у уха Жун Сюя.

Голос был невероятно элегантным и притягательным. Руки, заключившие его в крепкие объятия, были такими горячими, что даже через халат Жун Сюй чувствовал, что может обжечься.

После долгой паузы Жун Сюй поднял руки и нежно обнял мужчину перед собой:

— Ну, я здесь...

Цинь Чэн молчал. Долгое время спустя он тихо рассмеялся, и мягко шепнул Жун Сюю на ухо, так нежно, словно флиртуя:

— Мне страшно, мне грустно, Сяо Сюй... Я очень зол.

Жун Сюй был ошеломлён.

Головокружительный тёплый жёлтый свет окутал тела мужчин, стоящих в обнимку посреди комнаты.

Тусклый жёлтый свет слабо освещал узкий коридор. Мужчина крепко обнимал юношу, уткнувшись лицом в его тёплые плечи. Слабый аромат шампуня повис в воздухе, а в коридоре воцарилась долгая тишина.

Жун Сюй почувствовал лёгкую сухость в горле.

Он впервые услышал такие слова от Цинь Чэна.

Мужчина сказал, что ему страшно, ему грустно, и... он очень зол.

Жун Сюй, казалось, понимал, почему мужчина ведёт себя так странно, но не до конца.

Сегодня в команде произошло слишком много всего. Почему именно злился Цинь Чэн? Может, вообще, дело было в недавнем телефонном звонке. Что-то случилось с Сюй Цзинем?

Подумав об этом, Жун Сюй мягко спросил:

— Что-то случилось?

Ответом Жун Сюю было молчание.

Тревога постепенно распространялась по его сердцу; Жун Сюй нахмурился, вырвался из объятий мужчины, поднял голову и серьёзно на него посмотрел:

— Что случилось, Цинь Чэн? Что...

Горячий поцелуй внезапно прервал его, не дав ему произнести свой вопрос до конца.

Сильная правая рука мужчины крепко обхватывала голову Жун Сюя, а левая обнимала его за талию. Сильным рывком он снова вернул юношу в свои объятия. Ловкий язык быстро разжал  губы юноши; мужчина принялся отчаянно целовать его, нежно посасывая мягкие губы.

Губы – одна из самых чувствительных зон человека.

Поначалу Жун Сюй стоял, как деревянный, широко раскрыв глаза от удивления, но постепенно – когда ощущение покалывания медленно распространилось от губ по всему его телу – он расслабился, закрыл глаза и искренне ответил на поцелуй.

Поцелуй Цинь Чэна был властным и сильным, от чего во время поцелуя они покачнулись на два шага в сторону. Жун Сюй внезапно врезался в стену, и они на мгновение расстались, но в следующий момент возобновили поцелуй.

На этот раз юркий язык сразу скользнул в рот юноши, нежно изучая его изнутри.

Дыхание Жун Сюя постепенно ускорялось. Он издал тихий стон. Левая рука Цинь Чэна сжимала его правую руку и крепко прижимала её к стене,. Другой рукой он обнимал Жун Сюя за талию.

Воздух переполняла романтическая и очень неоднозначная атмосфера; температура в номере медленно поднималась, а редкие сладкие стоны делали её ещё жарче.

Эта картина была прекрасна: высокий статный красавец прижимал к стене и страстно целовал обворожительного юношу с влажными волосами, одетого в один лишь белоснежный халат. Они были полностью вовлечены в долгое соревнование между губами и языками, и это приятное чувство вызвало у Жун Сюя головокружение и сделало его зависимым.

Вскоре на стене коридора появилось мокрое пятно. Жун Сюй только что вышел из душа и, не успев высушить волосы, пошёл открывать дверь. Кристально чистая вода стекала по мокрым прядям волос, попадая в вырез просторного халата, скользя по хрупкой изящной ключице и, наконец, скрываясь в тени груди.

Пояс был затянут так свободно, что, казалось, вот-вот скользнёт на пол. Тонкая талия юноши скрывалась под халатом, а ниже не было видно ничего, кроме его икр. Его стройные икры напоминали прекраснейший белый нефрит, отражающий яркий блеск в тусклом свете комнаты.

— Цинь... Ммм...

Вдохнув приятный аромат тела мужчины, Жун Сюю в голову ударили гормоны, и его ноги стали ватными, из-за чего он сумел вставить одно-единственное слово в коротком перерыве между поцелуями.

Но Цинь Чэн словно и не собирался останавливаться. Он нежно облизывал губы Жун Сюя и долго-долго его целовал. Когда ноги Жун Сюя стали совсем ватными, и он вот-вот был готов утонуть в этом – иногда нежном, а иногда и сильном – поцелуе, Цинь Чэн, наконец, прекратил поцелуй.

Освободившись, Жун Сюй сразу же тяжело отдышался. Он прислонился к стене, едва удерживая своё обмякшее тело на ногах.

Через некоторое время Жун Сюй, наконец, отдышался. Подняв глаза, он собирался было спросить, какая пчела покусала Цинь Чэна, но увидев эти глубокие чёрные глаза, он внезапно испугался.

Цинь Чэн опустил глаза и спокойно смотрел на юношу перед собой.

В его тёмных глазах не было и следа света. Только сейчас Жун Сюй, наконец, понял, что фраза «Я очень зол» не была шуткой.

Цинь Чэн был очень зол и очень зол!

Раскрасневшиеся губы открылись, но вскоре снова сомкнулись.

Молодой человек поднял взгляд и после долгой паузы мягко спросил:

— Ты сердишься на меня? — сказав это, Жун Сюй внимательно посмотрел на Цинь Чэна, как будто хотел отыскать в выражении его лица какие-то подсказки.

Посмотрев на нервного и встревоженного молодого человека перед собой, Цинь Чэн напряг пальцы и надолго закрыл глаза.

В номере стояла мёртвая тишина; атмосфера романтики быстро улетучилась, а беспокойство Жун Сюя стало ещё более сильным. Он собирался задать свой вопрос ещё раз, но не успел: Цинь Чэн тихо вздохнул и поцеловал его. На этот раз поцелуй был настолько мягким и нежным, что в нём не было и намёка на похоть.

Внезапно застыв, Жун Сюй с изумлением посмотрел на своего возлюбленного, прислушиваясь к его низкому хриплому голосу:

— Я не сержусь на тебя, Сяо Сюй. Я никогда не стал бы на тебя сердиться. Просто я никогда не видел, чтобы кто-то в команде позволял себе такое... Если бы ты не успел бы отбежать от двери сегодня днём... — голос внезапно затих, и после паузы Цинь Чэн серьёзно спросил. — Сяо Сюй, что бы я делал?

Яркие зрачки юноши слегка задрожали; в его глазах отражался глубокий замкнутый в себе мужчина. Когда этот мужчина был вне съёмочной площадки, он всегда скрывал свои истинные эмоции. А сейчас этот мужчина спрашивал его, что бы он делал?..

Сомнения и страхи Жун Сюя в этот момент были развеяны, и его сердце внезапно смягчилось. Он почувствовал, как приятное тепло течёт по венам, распространяясь по всему его телу.

Жун Сюй невольно приподнял губы в улыбке и нежно поцеловал Цинь Чэна.

— Не нужно гадать о будущем. Цинь Чэн, я сам расскажу тебе об этом в будущем, ничего от тебя не тая.

В глазах мужчины вспыхнуло изумление, и в следующий момент он внезапно опустил голову и снова поцеловал юношу.

На этот раз поцелуй затянулся надолго. Никакой былой страсти – только невероятная нежность и трепет. Жун Сюй нежно обнимал Цинь Чэна руками, и Цинь Чэн тоже обнимал его за талию и со всей своей нежностью целовал своего самого любимого мальчика.

Когда сегодня днём он увидел эту ужасную груду развалин, он впервые почувствовал, что не всё в этом мире подвластно его контролю.

Жун Сюй... Что бы он делал, если бы с ним что-то случилось?

Что бы он делал, зная, что никогда больше не увидит этого очаровательного юношу?

В ту секунду он потерял рассудок. Никто не знал, с какой дикой настойчивостью он сопротивлялся подступившему к сердцу страху… Только когда он услышал голос Жун Сюя, в его сердце появилась надежда. Тепло снова вернулось в его тело, и он почувствовал, что может продолжать жить…

На самом деле, когда Цинь Чэн узнал, что Жун Сюю уже давно было известно о том, что этот актёришка замышлял против него преступление, он действительно разозлился.

Если ты знал об этом давно, почему ты не попытался избежать этого? Почему ты просто не выгнал этого актёра из команды, не раскрыл его истинное лицо людям, не дал всем понять, какой он злодей? Но в следующий момент Цинь Чэн всё понял: его Сяо Сюй ещё не такая большая звезда.

Его мальчик ещё не вырос до того уровня, чтобы иметь право влиять на актёрский состав. Его мальчик только прокладывал себе путь, и этот путь был тернист.

Тогда Цинь Чэн понял: виноват не Жун Сюй, а он сам. Каждый вечер разговаривая с ним по телефону, он ни разу не заметил, что его любимого терзают сомнения.

Он просто хотел говорить ему сладкие слова любви и делиться с ним частичками своей жизни, но он не был к нему внимателен...

В конце поцелуя Цинь Чэн прижался лбом к Жун Сюю и горько покачал головой:

— Это моя вина.

Жун Сюй был слегка ошеломлён, оторвавшись от длительного сладкого поцелуя, поэтому не сразу отреагировал:

— Что?..

Не отвечая на его вопрос, Цинь Чэн опустил голову и снова поцеловал юношу в нос. Затем он отпустил его руки, слабо улыбнулся и искренне, слово за слово, признался:

— Жун Сюй, я люблю тебя.

Глаза Жун Сюя широко раскрылись, и он ещё долго счастливо улыбался, после чего тоже сказал:

— Я тоже люблю тебя, Цинь Чэн.

Мужчины смотрели друг другу в глаза; ни один из них не осмеливался ни заговорить, ни пошевелиться.

Жун Сюй постепенно почувствовал, что тепло, которое только что утихло, снова разливается по его телу. Когда он смотрел на это серьёзное и красивое лицо мужчины, жар в его теле становился ещё сильнее.

С Цинь Чэном в этот момент происходило ровно то же самое.

В тусклом свете ламп лицо юноши светилось слабым сиянием. Изысканные красивые брови, высокая маленькая переносица, красные припухшие губы, приоткрытые и словно соблазняющие его продолжить поцелуй, и глаза, покрытые слоем воды, которые невозможно было игнорировать...

Жун Сюй был прекрасен. Когда он смотрел на Цинь Чэна, тот не мог не почувствовать желание поцеловать эти обворожительные глаза.

Сжав пальцы в кулак, Цинь Чэн внезапно отвернулся и хриплым голосом сказал:

— Иди, тебе нужно высушить волосы.

Сказав это, Цинь Чэн внезапно шагнул вперёд по направлению к выходу. Жун Сюй был ошеломлён. Ему и в голову прийти не могло, что Цинь Чэн может вот так взять и уйти. Он прямо взял Цинь Чэна за руку и сказал:

— Цинь Чэн, ты...

— Вау…

Когда мужчина обернулся, его рука зацепилась за пояс полураспахнутого халата юноши, который в одно мгновение развязался и упал на пол...

Белый халат немедленно раскрылся с обеих сторон. Цинь Чэн широко распахнутыми глазами уставился на прекрасный пейзаж, раскрывшийся перед ним, в то время как Жун Сюй почувствовал внезапный холод и на подсознательном уровне наклонился, чтобы поднять пояс и запахнуть халат.

Спустя долгое время тишины Цинь Чэн заговорил:

— Я... — но он остановился сразу же, как только услышал собственный голос.

Его голос был охрипшим; в этот момент он явно что-то подавлял. На его красивом суровом лице читалось сложное выражение. После долгого молчания Цинь Чэн снова открыл рот и сказал:

— Я пойду. Сюй Цзинь забронировал мне номер – сегодня я сплю по соседству.

Сказав это, Цинь Чэн обошёл Жун Сюя и пошёл к двери.

Его дрожащая рука коснулась холодной дверной ручки, и он использовал почти все свои силы, чтобы заставить себя взяться за неё. Но в следующий момент он остановился: изящная белоснежная рука появилась из-за его спины и нежно легла на его запястье.

Цинь Чэн медленно повернул голову и увидел, как тусклый свет падает на прекрасные ресницы юноши, отбрасывая очаровательные тени. В этот момент его ясные глаза сверкали, а на красных губах играла нежная улыбка. Жун Сюй всем телом прижался к спине Цинь Чэна и положил подбородок ему на плечо. Приподнявшись на цыпочках, он нежно укусил мужчину за мочку уха.

В следующую секунду в тихом коридоре раздался голос юноши:

— Цинь Чэн, ты правда... не хочешь сделать это со мной?

— Я…

В этот момент последняя нить его разума оборвалась, и Цинь Чэн внезапно повернулся, прижал юношу к стене и дико его поцеловал.

— Ах, Цинь Чэн... Ммм...

Все случилось настолько быстро, что Жун Сюй некоторое время не мог адаптироваться, но когда кончик языка проник в его рот, и носа коснулось знакомое дыхание, он постепенно расслабился и протянул руки, чтобы обнять мужчину, целующего его от чистого сердца.

Игра на кончиках языков сделала их тела ещё горячее, и причмокивающие звуки  стали эхом отдаваться в этом тесном коридоре.

В конце поцелуя Жун Сюй стоял, прислонившись к стене, и тяжело дышал, а Цинь Чэн скользил губами по идеальным чертам его лица, по щекам, кончику носа… и, наконец, нежно поцеловал мягкую мочку уха молодого человека, укусив её.

— Цинь Чэн...

Мужчина лизнул и прикусил нежную мочку уха, отчего Жун Сюй издал едва слышный стон.

Жун Сюй даже не подозревал, что его тело было таким чувствительным. Когда он целовался с этим человеком, из-за своей излишней чувствительности он всегда оказывался в проигрышном положении – даже если они начинали целоваться «на равных», в конце его ноги всегда становились мягкими, и он буквально таял в объятиях Цинь Чэна.

Теперь, когда Цинь Чэн прикусил мочку его уха, он снова почувствовал, как его ноги медленно подкашиваются.

Теплое дыхание и эти нежные лизания и покусывания сводили его с ума. Он обнял Цинь Чэна за талию, и плотно прижался к нему всем телом, потираясь о него через белоснежный вафельный халат.

Чем сильнее он прижимался к Цинь Чэну, тем сильнее о него тёрся халат...

Закончив, Цинь Чэн пошёл прямиком к ванне, придерживая перед собой Жун Сюя, и открыл воду, чтобы вымыть своего мальчика.

Жун Сюй уже немного отошёл от состояния головокружения и опёрся на холодную плитку, пытаясь остудить свое горячее тело. Он опустил глаза и спокойно наблюдал за тем, как Цинь Чэн помогает ему смыть с тела следы бурной ночи. Когда Цинь Чэн попросил его прополоскать рот, он послушно открыл рот, набрал воды и сплюнул её в раковину.

В конце концов, из Жун Сюя всё-таки вынули инородное тело, чего он так не хотел.

Сначала они просто мылись, но по мере того, как мужчина двигался всё быстрее и быстрее, он случайно коснулся красной и опухшей точки на теле юноши, и Жун Сюй не смог не отреагировать на это. Плотно прижимаясь к мужчине, он принялся неустанно тереться об него, словно на что-то намекая.

У Цинь Чэна был только один раз сегодня вечером, и, естественно, юноша пытался поддразнить его, но Цинь Чэн оттащил от себя своего возлюбленного, посмотрел ему в глаза и тихим серьёзным голосом сказал:

— Сяо Сюй... ты не сможешь этого вынести. Ты ещё слишком юн…

Глаза юноши сверкнули, и он снова поцеловал Цинь Чэна:

— Я не моложе тебя.

Цинь Чэн был слегка удивлён, но прежде чем он успел спросить, что означает это предложение, Жун Сюй выключил душ, и они снова сделали это в ванной. На этот раз Цинь Чэн был внимателен к телу Жун Сюя и не поддразнивал его лишний раз.

Однако, когда они закончили, Жун Сюй действительно был настолько уставшим, что не мог даже пальцем пошевелить.

Увидев сонное лицо своего возлюбленного, Цинь Чэн хитро улыбнулся, чувствуя себя беспомощным. Он придержал Жун Сюя, помог ему смыть с тела всё лишнее и, осторожно подняв его на руки, отнёс на кровать.

Увидев грязь и хаос, царивший на кровати, красивый элегантный мужчина слегка нахмурился, задумался на мгновение и, наконец, скинул с кровати грязное одеяло, нежно накрыв юношу чистым одеялом со шкафа.

Сняв с кровати все пододеяльники и наволочки, которые они сегодня успели запачкать, Цинь Чэн спокойно прошёл в ванную и... принялся стирать.

Никто в этом мире, наверное, не мог себе такого представить… даже тётушка Цинь никогда бы не подумала, что молодой мастер Цинь, который с детства не занимался работой по дому, будет так спокойно стирать за собой постельное бельё!

Цинь Чэн тщательно и торжественно очистил каждый уголок пододеяльника и наволочки, не оставляя ни одного подозрительного пятнышка. Вероятно, из-за того, что он никогда прежде не занимался стиркой, вся ванна была в жутком беспорядке, а в воздухе летала пена. Даже его одежда была забрызгана пеной.

К тому времени, когда Цинь Чэн закончил отстирывать бельё, уже стояла поздняя ночь. Он повесил пододеяльник и наволочку на полку под кондиционером и включил его на максимум.

После всего этого Цинь Чэн одёрнул шторы и увидел, что небо на востоке было слегка белым. Он повернулся и подошёл к кровати, но не лёг рядом с юношей спать, а принялся нежно разминать и массировать талию и ноги юноши.

***

Когда Жун Сюй проснулся, был уже полдень следующего дня. Потянувшись за телефоном на тумбочке и увидев время, он внезапно расширил глаза и попытался встать с кровати, но, едва его нога коснулась пола, он почувствовал резкое покалывание в своей задней части и плюхнулся обратно на кровать.

В этот момент на него нахлынули все воспоминания о прошлой ночи.

Как они долго целовались посреди коридора, как Цинь Чэн собирался уйти, как они соблазняли друг друга...

Он поднял правую руку, чтобы прикрыть лицо, по которому расползся румянец, и поджал губы от стыда.

Однако приятные воспоминания на этом не закончились!

Он вспомнил, как после он делал самые смелые вещи для Цинь Чэна, как безумно выкрикивал какие-то поощряющие слова, как активно снимал с мужчины одежду и с каким энтузиазмом смотрел на себя в зеркало, умоляя Цинь Чэна ускориться... До самого конца Цинь Чэн сопротивлялся,  но Жун Сюй всё-таки заставил его сделать это в ванной. Снова.

Жун Сюй:

— ...

Ну, может, вчера вечером он выпил плохое вино…

В этот момент дверь неожиданно открылась снаружи, и в номер ворвалась Ло Вэй, неся в руках поднос с тарелкой каши и множеством других аппетитно пахнущих блюд. Увидев, что Жун Сюй, наконец, проснулся, она радостно сказала:

— Сяо Сюй, наконец-то Вы проснулись! Сегодня Вам позволено спать до полудня.

Говоря это, Ло Вэй спокойно расставляла тарелки на маленький столик со складными ножками, а затем поставила этот столик прямо на кровать Жун Сюя.

Глядя на неё, Жун Сюй был слегка ошеломлён:

— Сестра Ло, ты...

Ло Вэй улыбнулась и спокойно сказала:

— Разве Вы не заболели? Скорее, съешьте что-нибудь лёгкое, Сяо Сюй, Вам ещё завтра сниматься. Если мы не поторопимся, Вы разболеетесь сильнее.

Слушая Ло Вэй, Жун Сюй был окончательно сбит с толку.

Затем, выслушав рассказ Ло Вэй, он, наконец, понял всю картину.

Оказывается, утром Ло Вэй заметила, что Жун Сюй до сих пор не проснулся, поэтому сразу же отправилась к нему в номер, чтобы найти его. Было всего шесть часов утра, и Цинь Чэн не знал, кому мог так рано понадобиться Жун Сюй (он не знал, что их съёмки начинались очень рано и заканчивались глубоко за полночь), поэтому, когда Ло Вэй настойчиво постучала в дверь, неожиданно для неё её встретил Цинь Чэн.

На мгновение застыв на месте, Ло Вэй, нервно заикалась, принялась бормотать:

— Цинь... Цинь Шэнь? Поч… почему Вы здесь? Это комната Сяо Сюя!

Ло Вэй фанатела только по двум звёздам: Жун Сюю и  Цинь Чэну. Она виделась и общалась с Жун Сюем каждый день, и уже не так сильно волновалась при нём, как вначале, но изредка видя Цинь Чэна, она  не могла держать себя в руках.

Сейчас этот высокий красивый мужчина стоял прямо перед ней. Он не выглядел смущённым или беспомощным. Вместо этого он спокойно сказал:

— Я пришёл навестить Жун Сюя вчера вечером. Он выглядел немного нездоровым. Я измерил ему температуру, она у него понижена.

Ло Вэй была поражена и подсознательно спросила:

— Значит, он не сможет сниматься сегодня? Как Сяо Сюй чувствует себя? Мне привести врача?

После этих слов Ло Вэй планировала войти в номер.

Как только Ло Вэй собиралась войти внутрь и увидеть недосушенные пододеяльник и наволочку, Цинь Чэн спокойно протянул руку и преградил ей путь. Ло Вэй тупо уставилась на Цинь Чэна, который равнодушно смотрел на неё. Он сказал:

— Сначала попроси отгул для Сяо Сюя.

Глядя на это безупречное лицо, Ло Вэй сглотнула и, взволнованно ответив «Да!», помчалась просить режиссёра Сюй о выходном для Жун Сюя.

Однако, когда режиссёр Сюй услышал о болезни Жун Сюя, он сразу же вспомнил вчерашнюю аварию. Действительно, подобные переживания могли немного повлиять на его настроение и самочувствие. Старик Сюй с виноватым видом согласился дать Жун Сюю один выходной день, чтобы юноша мог поправиться. Но после того, как Ло Вэй случайно сказала «Цинь Шэнь рассказал мне о болезни Сяо Сюя», он вскинул бровь и с улыбкой спросил:

— О, Цинь Чэн? Разве он приехал сюда не для того, чтобы навестить меня и мою команду? Если это так, передай ему, чтобы он помог мне и сыграл освободившуюся роль второго плана.

Цинь Чэн, узнавший об этом:

— ...

Поэтому, как только Цинь Чэн сменил пододеяльник и наволочку и привёл комнату в порядок, он пошёл к режиссёру Сюй.

Ло Вэй, естественно, не знала, что Цинь Чэн сменил наволочку и пододеяльник. Поскольку Цинь Чэн сказал ей, что Жун Сюй болен, она, естественно, не стала подвергать его слова сомнению и измерять  температуру Жун Сюя, а просто приготовила для него лёгкий обед и стала ждать, пока он проснётся.

Держа в одной руке ложку с рисовой кашей, другой рукой юноша поглаживал чистое одеяло.

Его взгляд медленно скользил по кровати; глядя на чистое и аккуратно выглаженное одеяло, он медленно расплылся в нежной улыбке.

Излишне говорить, что Жун Сюй знал, что Цинь Чэн навёл в комнате порядок и постирал бельё, пока он спал. Это номер отеля, а не спальня у него дома. Если бы мужчина не позаботился о беспорядке сам, а дождался прихода горничной, то очень скоро о том, что произошло здесь сегодня ночью, стало бы известно всем.

Звёзд часто лишали права на конфиденциальность. Однажды в гостиничном номере, где жил один женатый актёр, у которого был тайный роман, уборщица, убиравшая номер, обнаружила на одеяле липкие следы. Эта женщина напрочь была лишена профессиональной этики, поэтому в то же утро продала эту новость папарацци. Хотя папарацци не знали, кем именно была любовница этого актёра, они точно знали, что его жена в этот момент была на съёмках на другом берегу океана, и никак не могла прилететь в ту ночь в Китай. В результате измена этого актёра стала достоянием общественности, из-за чего у него возникло много неприятностей, а жена ушла от него.

«Цинь Чэн... очень внимательный». — улыбка на губах Жун Сюя стала шире, пока его взгляд продолжал скользить по белоснежному одеялу.

Ло Вэй внезапно спросила:

— Сяо Сюй, почему Вы так внезапно заулыбались?.. Вы такой… счастливый? Что-то произошло?

Улыбка на его губах внезапно застыла, и Жун Сюй торжественно поднял голову, чтобы посмотреть на Ло Вэй, невозмутимо спросив:

— Что произошло?

Увидев внезапную серьёзность своего артиста, Ло Вэй потеряла дар речи. Через некоторое время она пробормотала:

— Сяо Сюй, Вы такой странный.

— Правда?

— Да. И ещё... Сяо Сюй, почему мне кажется, что сегодня Вы выглядите лучше?

Жун Сюй:

— ...

Ло Вэй тщательно обдумала эту мысль, а затем серьёзно сказала:

— Да, Вы действительно выглядите заметно лучше, чем раньше. Ваша кожа более белая и нежная, а щёки – румяные. Ах, я так Вам завидую, Сяо Сюй! Почему моя кожа не такая же хорошая? Я не ложусь каждый день за полночь из-за поздних съёмок и регулярно питаюсь. Но моя кожа далеко не так идеальна, как Ваша… Я правда мечтаю о такой же коже...

Жун Сюй:

— ...

«Белый, румяный... О чём она говорит?!»

Чтобы его зоркая помощница ничего не заподозрила, днём Жун Сюй встал с постели и вместе с ней отправился на съёмочную площадку. Изначально Ло Вэй хотела, чтобы Жун Сюй отдохнул подольше, но Жун Сюй просто пригласил к себе в номер доктора из команды, который, осмотрев его, сказал:

— Все в порядке, с Жун Сюем всё хорошо.

Только тогда Ло Вэй, наконец, почувствовала облегчение.

Правда… ходил Жун Сюй сегодня как-то странно – очень медленно. Раньше Жун Сюй всегда ходил гораздо быстрее Ло Вэй, из-за чего ей вечно приходилось ускоряться, чтобы поспевать за ним, но сегодня Жун Сюй отставал от неё. Сомнения терзали девушку всё сильнее и сильнее. После долгих размышлений Ло Вэй внезапно осознала: «Да, точно, Сяо Сюй ведь приболел! Он, должно быть, очень слаб, и поэтому не может быстро ходить!»

Жун Сюй, который понятия не имел, о чём думает его помощница:

— ...

Юноша упал на кровать, когда впервые попытался встать на ноги сегодня днём, потому что он был совершенно не подготовлен к внезапной боли в задней части своего туловища. В конце концов, вчера вечером у него всё было в первый раз, и боль после этого была вполне ожидаемой. Как бы Цинь Чэн ни массировал Жун Сюя ночью, восстановить покраснение и припухлость сзади было невозможно.

Но, если не считать этого, тело Жун Сюя почти не болело, и когда он сделал ещё несколько шагов, он почти перестал чувствовать дискомфорт в задней части. Он подумал, что у него, должно быть, просто очень сильная способность к  самовосстановлению. Чего он не знал, так это того, что Цинь Чэн не спал всю ночь, нежно разминая и массируя его тело.

Что будет, когда он узнает об этом позже, – это уже другая история.

Когда Жун Сюй прибыл на съёмочную площадку, команда была занята съёмками.

Сегодня к ним вернулась Сяо Цзытун и возобновила съёмку своих отложенных сцен. Её сцены были относительно просты, и среди них почти не было ключевых сцен сюжета, поэтому режиссёр Сюй посадил за монитор пару своих помощников, а сам пошёл заниматься прослушиванием на роль второго плана.

Подобно тому, как «Диким цветам» посреди съёмок внезапно понадобился актёр на роль третьего плана, теперь и команде «Немого» срочно нужен был исполнитель роли второго плана.

В таких фильмах, как «Дикие цветы» и «Немой», в обычные дни мечтало поучаствовать бесчисленное количество звёзд. Но сейчас всё происходило в невероятной спешке, и многие актеры, желающие прийти на кастинг, просто не успевали выкроить на это время в своём графике.

Режиссёру Лю в своё время очень повезло найти Жун Сюя на роль принца в «Диких цветах». Но «Немому» повезло куда меньше: режиссёр Сюй целый день обсуждал это с Цинь Чэном, продюсером и несколькими помощниками, но так и не нашёл подходящей кандидатуры.

На самом деле дело было не в том, что желающих актёров со свободным графиком совсем не было, – они были, просто либо не подходили по типажу, либо слишком плохо играли.

Несколько человек из съёмочной группы сидели за столом, выглядя очень взволнованными и нервными; один только Цинь Чэн выделялся среди них: он спокойно сидел в центре и медленно попивал свой кофе.

Когда Жун Сюй вошёл в конференц-зал, он услышал рёв режиссёра Сюй.

— Чёрт возьми!

Сценарий в руке режиссёра Сюй с грохотом ударил по столу. Старик уставился на спокойное и невозмутимое лицо мужчины и крикнул:

— О, Цинь Чэн! Знаешь, мы тут вообще-то торопимся! А ты один сидишь и пьёшь кофе! Ты пьёшь кофе! Ладно, чёрт с ним, с кофе! Но ты же пьёшь мой кофе!!!

Цинь Чэн осторожно поставил белую фарфоровую чашку на ладонь, поднял глаза и спросил:

— Тогда, может, Вы сами его выпьете?

Старик Сюй был ошеломлён и подсознательно ответил:

— Конечно, я его выпью…

Цинь Чэн мягко выдохнул и спокойно сказал:

— Ваш кофе пять часов стоял без движения. Вы слишком расточительны. Я помог Вам решить эту проблему по дружбе.

Старик Сюй:

— @#￥@#￥@#￥#@!!!

В этот момент Сюй Дао, привыкший к колкостям своего старого друга, наконец, успокоился. Он улыбнулся, отодвинул стул, чтобы сесть, посмотрел на мужчину, которого безумно любили тысячи киноманов, и спросил:

— Мы знаем друг друга столько лет, Сяо Цинь. Что ты можешь сказать о нашей дружбе?

Цинь Чэн слегка улыбнулся и скривил губы:

— Конечно, только хорошее. У Вас, Сюй Дао отличный характер, и с Вами очень легко поладить.

Когда он сказал это – не говоря уже о продюсере и других сотрудниках – даже сам режиссёр Сюй вскинул бровь и неверящим взглядом уставился на мужчину. Но режиссёр Сюй не был бы собой, если бы не воспользовался этой ситуацией. Он был стар, опытен и толстокож. Старик махнул рукой:

— Раз уж мы с тобой такие хорошие друзья – снимись ради меня в этой роли. В любом случае, ты же уже играл второстепенную роль в одном фильме с Жун Сюем? В «Чёрных тучах», а? Что скажешь?

Жун Сюй, толкнувший дверную ручку, внезапно замер на месте, с удивлением посмотрев на Цинь Чэна.

В это время Цинь Чэн уже тоже повернул голову и смотрел на него; их взгляды пересеклись в воздухе. В глазах мужчины вспыхнуло удивление, но в следующий момент он повернул голову и обратился к старику Сюй:

— Это невозможно.

Жун Сюй:

— ...

Сюй Дао сердито хлопнул по столу:

— Ты смотришь на нашего «Немого» свысока!

Цинь Чэн объяснил:

— Эта роль мне не подходит. Я слишком высокий, и буду подавлять Сяо Сюя. Мне будет очень трудно изображать из себя школьника. Если я сыграю эту роль, я испорчу всю атмосферу фильма. И самое главное… — после паузы Цинь Чэн спокойно посмотрел на Жун Сюя, а затем закончил. — Самое главное, что завтра я вылетаю в Милан, чтобы принять участие в мероприятии.

Цинь Чэн говорил правду. В фильме «Немой» актёр второго плана играл очень незначительную роль, и он был бы здесь неуместен. И был ещё один важный момент: на появление в фильме «Маленького Цинь Чэна» публика ещё могла купиться, но если бы в кадре появился реальный Цинь Чэн, зрители чувствовали бы себя странно.

Все знали, что Цинь Чэн с момента своего дебюта играл самые разные роли, но единственный, кого он никогда не играл, – это студент. Он не изображал студента, даже когда ему было шестнадцать, а сейчас ему и вовсе было 27. Как взрослый мужчина мог изображать из себя юного студента?

Представив себе Цинь Чэна в образе юного баскетболиста, Жун Сюй невольно вздрогнул, а режиссёр Сюй, который находился неподалёку, вздрогнул одновременно с ним.

Но проблему по-прежнему нужно было решать, поэтому старик Сюй вздохнул и спросил:

— Тогда что же мне делать?

В этот момент Жун Сюй, наконец, вошёл в комнату. Цинь Чэн осторожно водил пальцами по белой фарфоровой чашке и разговаривал с режиссёром Сюй, но его взгляд всё это время был прикован к юноше.

— Фактически, ваша команда может сделать две вещи. Во-первых, исключить эту роль из сценария, если она и в самом деле не так важна. Во-вторых… — Цинь Чэн внезапно увидел, как Жун Сюй отодвинул стул и собрался сесть. Мужчина напрягся и выпрямился. Когда Жун Сюй сел, на его элегантном белоснежном лице не было и следа боли. Увидев это, Цинь Чэн медленно расслабился и повернул голову, чтобы взглянуть на старика Сюй, и продолжил. — Во-вторых, вам не обязательно искать актёра: вы можете взять на эту роль певца.

Режиссёр Сюй был ошеломлён.

Цинь Чэн приподнял тонкие губы в лёгкой улыбке:

— Помнится мне, Линь Сюань пел для «Немого» одноимённую песню?

Около девяти часов вечера радостный режиссёр Сюй пригласил Цинь Чэна поужинать. На этот раз он собрал не всю команду, а пригласил только Цинь Чэна, Жун Сюй, Сяо Цзытун, продюсера, сценариста и нескольких других высокопоставленных членов команды. Все они сидели за столом и вместе ужинали.

За столом Сяо Цзытун втайне возбужденно стреляла в Цинь Чэна глазками, постоянно пытаясь с ним заговорить. Однако старик Сюй без конца болтал с мужчиной, и у актрисы не было шанса даже завязать разговор.

Сяо Цзытун тяжело вздохнула:

— Я не могу попросить автограф у Цинь Шэня... Я знала, что Цинь Шэнь придет, а мне внезапно прилетело этим мячом…

Услышав это, Жун Сюй усмехнулся:

— Сестра Цзытун, тебе нравится Цинь Чэн?

— Что значит «нравится»? Мне очень нравится Цинь Шэнь!

Жун Сюй вспомнил слова многих людей, которых встречал прежде, и спросил:

— Из-за «Вечернего звука»?

Сяо Цзытун тяжело покачала головой и уверенно ответила:

— Нет, не из-за него. Просто потому, что Цинь Шэнь такой красивый! Как мне может не нравиться такой красавец?! Он же настоящий бог! — после паузы Сяо Цзытун внезапно осознала, что расхваливает одному актёру внешность другого актёра. Неловко улыбнувшись, она с серьёзным видом добавила. — Сяо Сюй, ты тоже очень красивый. На самом деле, среди всех моих партнёров, ты самый красивый.

Жун Сюй:

— ...

«Если мы оба самые красивые – в чём тогда разница?!»

За едой режиссёр Сюй пытался подлить в бокал Жун Сюя вино, но Цинь Чэн резко остановил его руку. Старик Сюй недовольно спросил:

— Почему ты не даёшь ему выпить?

Цинь Чэн спокойно ответил:

— Он себя плохо чувствует.

Кончики ушей Жун Сюя внезапно покраснели, и он молча опустил голову в тарелку с овощами, делая вид, что ничего не слышит.

«Плохо себя чувствую? Да у меня просто побаливает задница, когда я сижу!»

После десяти вечера Цинь Чэн должен был покинуть команду.

Перед отъездом Цинь Чэна несколько человек из команды встали и попрощались с ним один за другим, и Сяо Цзытун, наконец, удалось получить такой желанный автограф.

Когда Жун Сюй прощался с ним, Цинь Чэн протянул руки и крепко его обнял.

Все на мгновение опешили, а затем до них внезапно дошло: Цинь Чэн и Жун Сюй много работали вместе, и, конечно, знали друг друга очень давно! Может быть, они даже были друзьями.

Естественно, они не ожидали, что Цинь Чэн станет так крепко обнимать Жун Сюя у всех на виду. Цинь Чэн слегка опустил голову, и пылко прошептал пару слов Жун Сюю на ухо, от которых тот быстро покраснел и поспешил от него обратно к команде.

После того, как Цинь Чэн уехал, Ло Вэй удивленно спросила:

— Эй, Сяо Сюй, почему у Вас такое красное лицо?

Уголки губ Жун Сюя слегка дёрнулись, и он небрежно объяснил:

— Жарковато.

Ло Вэй невежественно кивнула, бормоча себе под нос:

— Ночами довольно холодно… совсем не жарко...

Двумя днями позже Линь Сюань, наконец, принял предложение Цинь Чэна присоединиться к команде «Немого». Певец вот-вот должен был приехать в провинцию J, и многие члены съёмочной группы взволнованно готовились к этому событию.

Что касается Лу Сянбо, который был задержан полицией и доставлен в полицейский участок, ему ещё многое предстояло пережить. Инцидент с аварией на площадке «Немого» ещё не был разрешён.

А Ло Вэй, естественно, не знала, что в ту ночь щёки юноши покраснели не просто так, а от слов, которые шепнул ему на прощание некий мужчина...

Он сказал:

— Я должен ехать, Сяо Сюй, береги себя. Мы... ещё не скоро увидимся снова.

Когда Жун Сюй снимался в «Чёрных тучах», он исполнял роль «Бога Музыки» Лин Сяо.

Для музыкальной сцены Китая Лин Сяо определенно был очень значимой фигурой. Он был талантливым оригинальным певцом, занявшим своё важное место в истории становления музыкальной сферы страны. Однако это не означает, что после смерти Лин Сяо на китайской музыкальной сцене не осталось выдающихся личностей.

Таких великих певцов, как Лин Сяо, пока что, конечно, не появилось, но сейчас нишу переполняли «распускающиеся цветы».

Например, знаменитая королева рока Ли Синьжань, выигравшая несколько трофеев как «Лучшая певица Китая». Или пожилая артистка Лю Сэнь, представляющая Китай на международных конкурсах и ежегодно выступающая в разных странах со своими сольными концертами.

Линь Сюань тоже был одним из таких выдающихся певцов страны.

Он официально дебютировал в возрасте девятнадцати лет с песней о любви, а вскоре после его дебюта его песни стали популярными по всей стране. Содержание его песен сильно контрастировало с его образом. Он казался очень злым и хитрым. Когда он улыбался, он обнажал два острых клыка – прямо тот самый «плохой парень», в которого была влюблена каждая твоя одноклассница.

Помимо этого, у Линь Сюаня было очень детское лицо. В этом году ему исполнилось 26 лет, а выглядел он максимум на 16-17. Зато на освободившуюся в «Немом» роль он подходил куда лучше, чем 27-летний Цинь Чэн, который и сам признавал, что не сможет изобразить на экране юного школьника.

Но, как говорится, девушки любят плохих парней...

Когда Линь Сюань официально прибыл в команду «Немого», ему стоило один раз злобно улыбнуться, чтобы все девушки на площадке в радиусе десяти метров ахнули и с трепетом задрожали. В целом, эта ситуация была очень знакома Жун Сюю.

Бросив на певца несколько взглядов, стоявшая на расстоянии от него Ло Вэй недовольно шепнула Жун Сюю:

— Сяо Сюй, помнится мне, они вели себя точно так же, когда Вы впервые прибыли на площадку. Я пойду, возьму у Линь Сюаня автограф.

Жун Сюй, естественно, понимал, что не может нравиться всем людям в мире, не говоря уже о...

— Сестра Сяо Ло, разве ты не говорила, что твои кумиры – я и Цинь Чэн?

Ло Вэй широко раскрыла глаза и быстро возразила:

— Как это можно сравнивать?!

Жун Сюй слабо улыбнулся:

— Очевидно, это одно и то же.

Одноименный саундтрек к фильму «Немой» – песня «Немой» – уже давно была записана Линь Сюанем. Теперь же то, что Линь Сюань появился в фильме ещё и в качестве актёра, должно было стать ещё более удачным пиар-ходом для продвижения фильма.

Ло Вэй не знала одного: когда Жун Сюй и Цинь Чэн болтали прошлой ночью, последний сказал, что Линь Сюань вообще не собирался сниматься в кино. Это была провокация Цинь Чэна... После долгих уговоров певец, наконец, согласился исполнить роль второго плана в «Немом».

В конце концов, он не был профессиональным актёром. Режиссер Сюй не питал никаких надежд по поводу его актёрского мастерства и до максимума сократил его появление в кадре. В итоге, у Линь Сюаня осталось очень мало экранного времени, но режиссёр Сюй с удивлением для себя обнаружил, что актёрские способности этого певца ничуть не хуже, чем у Лу Сянбо!

Как мог Линь Сюань (певец!) ни в чём не уступать Лу Сянбо, который дебютировал в кино ещё два года назад и уже успел сняться во множестве фильмов?!

Режиссер Сюй и Жун Сюй сели и обсудили это удивительное открытие. Немного поразмыслив, старик пришёл к выводу:

— Похоже, у Лу Сянбо просто слишком плохие актёрские способности.

Жун Сюй:

— ...

«Почему Вы не рассматриваете такую вероятность, что Линь Сюань может обладать актёрским талантом?!»

Как только Линь Сюань прибыл на съёмочную площадку, он сразу отправился в гримёрную, а затем  –делать фото для постеров. Утром была снята только одна сцена.

За обедом Ло Вэй принесла Жун Сюю ланч-бокс и, передавая ему его, торжественно сказала:

— Сяо Сюй, я видела, как сотрудник достал эту коробочку из общей партии и передал её мне лично в руки. Можете не сомневаться: с этим ланч-боксом всё в порядке.

Жун Сюй не смог сдержать улыбку:

— Помнится мне... Лу Сянбо уже покинул площадку. Кажется, его увезли полицейские?

Ло Вэй тяжело кивнула. Прежде чем она смогла сказать что-то ещё, за её спиной раздался мужской смех:

— Лу Сянбо? Нынче он стал очень популярным. Удивительно! Я видел, что сегодня он до сих пор остаётся в заголовках всех крупных новостных порталов. Почему, ты можешь мне сказать?

Сказав это, мужчина тут же плюхнулся на небольшую пластиковую скамейку рядом с Жун Сюем, ничуть не церемонясь, и улыбнулся, обнажив два своих легендарных клыка.

Жун Сюй, не говоря ни слова, слегка вскинул бровь.

Ло Вэй широко распахнула глаза, как будто не понимая, почему этот человек, который прибыл сюда только этим утром, так внезапно уселся рядом с Сяо Сюем её семьи и вёл себя настолько фамильярно?!

Что поразило Ло Вэй ещё больше, так это то, что в следующую секунду Линь Сюань достал откуда-то свой ланч-бокс и бесцеремонно поставил его прямо на маленький столик Жун Сюя. Спокойно открыв бокс, он разделил одноразовые палочки для еды и, набив рот рисом, небрежно спросил:

— Чего молчишь, Жун Сюй? Скажи что-нибудь, мне же любопытно.

Ло Вэй:

— ...

Ошарашенный Жун Сюй:

— ...

Что ж, настолько наглых людей он, пожалуй, ещё никогда не встречал.

Теперь, раз уж Линь Сюань уже сидел за его столом и, как ни в чём не бывало, обедал, Жун Сюй принялся кратко рассказывать ему о опыте работы команды с Лу Сянбо. Он рассказывал всё в общих чертах, особо не углубляясь в детали, но Линь Сюань был так увлечён его рассказом, что даже забывал есть.

Когда Жун Сюй закончил есть, ланч-бокс Линь Сюаня был ещё полон.

Ло Вэй с подавленным видом помогла Жун Сюю убрать со стола и пошла выбросить мусор. На какое-то время Жун Сюй и Линь Сюань остались одни за маленьким столиком. Они какое-то время смотрели друг на друга, а затем Жун Сюй приподнял руку, чтобы опереть на неё подбородок, и с улыбкой спросил:

— Что ещё ты хотел бы узнать?

Жун Сюю в этом году было всего 19 лет, а Линь Сюань был старше его на семь лет, но, почему-то, когда эти двое сидели за одним столом, Жун Сюй казался старше своего собеседника с детским лицом.

Однако в индустрии развлечений всё было не так просто.

Линь Сюань приподнял уголки губ и с улыбкой спросил:

— Ещё я хотел бы знать... как тебе удаётся ладить с Цинь Чэном?

Жун Сюй:

— ...

Этот вопрос застиг его врасплох, и сердце Жун Сюя сжалось, но улыбка на его лице стала ещё шире. Он нежно посмотрел на Линь Сюаня. Его ясные глаза были прекрасны, как драгоценные камни, и так ярко сияли, что Линь Сюань мог только сглотнуть и пробормотать:

— Конечно же, они выбрали не того человека! Чёрт!

Жун Сюй вскинул бровь:

— Выбрали не того человека?

Линь Сюань кивнул и объяснил, что он имел в виду.

Оказалось, что до того, как Линь Сюань присоединился к команде «Немого», члены их «клуба» провели короткое «собрание» в Интернете и единогласно решили отправить Линь Сюаня в качестве представителя, чтобы наладить контакт с Жун Сюем.

Всего в их «клуб» входило семь членов: Вэнь Сюань, Чу Ци, Джеймс Трент, Ся Муйян, Дженнифер Акален, Хью Лесли и сам Линь Сюань. В этом «клубе» было немного людей, но они были особенно сплочены, потому что у них была общая цель…

Уничтожить Цинь Чэна!

Да, название их «клуба» звучало как «Как взять верх, общаясь с Цинь Чэном, и безжалостно раздавить его, чтобы ему стало стыдно. Не можем дождаться дня, когда мы найдём способ сделать это!». Или – как назвал его Линь Сюань –  «Клуб сумасшедшего Цинь Чэна».

Жун Сюй, выслушав этот рассказ:

— ...

Как будто почувствовав беспомощность во взгляде Жун Сюя, Линь Сюань серьёзно объяснил:

— Сумасшедший Цинь – это прозвище, которое мы ему дали.

Услышав это, Жун Сюй опешил ещё больше:

— ...

Линь Сюань был с ним честен и тоном, внушающим трепет, объяснил ему за семерых причину существования их странного «клуба».

Изначально этот клуб существовал как чат между Вэнь Сюань и Чу Ци. Обе девушки хорошо общались с Цинь Чэном. Однако каждый раз, когда они разговаривали с этим человеком, он их просто уничтожал. Независимо от темы, они никогда не могли сравниться с Цинь Чэном и – уж тем более – превзойти его.

Позже они обнаружили, что у них есть много единомышленников и, в конце концов, сформировали этот «клуб».

Слушая жалобы Линь Сюаня, Жун Сюй не мог себе это даже представить. Цинь Чэн, о котором ему сейчас рассказывали, и Цинь Чэн, которого он знал, были абсолютно разными людьми! Ему было очень легко ладить с Цинь Чэном. Когда они впервые познакомились, мужчина сам дал ему ключи от своей квартиры и пообещал тётушке Цинь позаботиться о нём.

Нет, его впечатление о Цинь Чэне было кардинально противоположным тому, как его описывал Линь Сюань!

Казалось, чувствуя в глубине души какое-то смятение, снаружи Жун Сюй продолжал улыбаться. Закончив свой рассказ, Линь Сюань взволнованно спросил:

— Как тебе удаётся ладить с Сумасшедшим Цинь?

Жун Сюй слегка улыбнулся и спокойно, слово за слово, произнёс:

— Он заставил себя быть сильным, и на холме подул ветер; он пересёк его, и луна осветила реку*.

Линь Сюань внезапно застыл. Через мгновение он торжественно кивнул:

— Это имеет смысл! Сейчас же доложу об этом остальным!

Видя, что Линь Сюань всерьёз опустил голову, достал свой телефон и начал быстро печатать сообщение, Жун Сюй действительно не знал, плакать ему или смеяться. Он правда не знал секрета, как поладить с Цинь Чэном. Он просто сказал первую пришедшую ему на ум фразу. В конце концов, мужчина никогда не относился к нему так, как рассказывал о нём Линь Сюань...

Может быть, когда они впервые встретились, он просто произвёл на него хорошее впечатление?

Или... даже... может…

«Ты влюбился в меня с первого взгляда?»

***

— Кхм! Кхм, кхм, кхм, кхм!..

Цинь Чэн, только что прибывший в Милан, достал из кармана свой телефон и, увидел одно новое сообщение от Жун Сюя. Прочитав его, он внезапно поперхнулся кофе. Он долго не мог прокашляться, а его помощник Сяо Линь с потерянным видом таращился на него. Только когда Сяо Линь, наконец, нашёл воду и дал Цинь Чэну выпить, последний пришёл в себя.

Успокоившись, Цинь Чэн опустил глаза и тупо напечатал ответ: «Почему ты так внезапно об этом спросил?»

Когда Жун Сюй вернулся в отель вечером и уже собирался лечь спать, он внезапно получил сообщение от мужчины. Улёгшись на мягкую кровать, он с улыбкой написал: «Значит, ты влюбился в меня с первого взгляда».

Цинь Чэн: «...»

Напечатав слово «Нет», Цинь Чэн быстро стёр его. Если он солжёт Жун Сюю, тот рано или поздно узнает об этом... а если он признается, это тоже...

Лицо красивого и равнодушного мужчины по-прежнему было спокойным, но кончики его ушей уже стали пунцово-красными. Помощник Сяо Линь сидел рядом с Цинь Чэном в VIP-зале аэропорта, ожидая, пока человек, ответственный за мероприятие в Милане, встретит их, но вскоре он заметил, что Цинь Чэн протянул правую руку и принялся ритмично постукивать пальцами по столу. Снова и снова.

Постучав в течение нескольких минут, Цинь Чэн внезапно остановился.

Через минуту Жун Сюй получил от него ещё одно сообщение: «Кажется, сегодня к вашей команде присоединился Линь Сюань?»

Жун Сюй был немного удивлён: «Ну… да. А что случилось?»

Цинь Чэн задумчиво прочитал ответ Жун Сюя и через некоторое время спросил: «Как у тебя с ним обстоят дела? Он тебя не обижал?»

Не задумываясь над смыслом этих вопросов, Жун Сюй немного обсудил с Цинь Чэном Линь Сюаня. Он рассказал мужчине, что актёрские навыки Линь Сюаня оказались на удивление хорошими, почти на уровне академического образования, и даже лучше, чем у Лу Сянбо; его можно было назвать отличником.

Более того, режиссёр Сюй сказал Жун Сюю по секрету: «У этого парня стандартная академическая игра… Почему я никогда раньше не слышал о том, что он получал академическое образование?»

Жун Сюй рассказал Цинь Чэну о многом, утаив только одну вещь – клуб «Сумасшедший Цинь», а также то, что Линь Сюань предложил ему вступить в этот «клуб».

Однако Цинь Чэн, прочитав сухой доклад Жун Сюя, лишь равнодушно вскинул бровь – он уже знал ответ на терзающий его вопрос.

Через некоторое время Линь Сюань, который уже засыпал, внезапно получил от мужчины новое сообщение: «Ты плохо говорил обо мне Жун Сюю?»

Линь Сюань внезапно задрожал и мгновенно проснулся: «Что за бред?!!! Ничего такого я ему не говорил!!!»

Цинь Чэн: «А мне кажется – говорил».

Линь Сюань: «...»

«Жун Сюй, как ты мог предать нашу революционную дружбу?! ;( »

Жун Сюй ещё не сказал Цинь Чэну ни слова, а тот уже почувствовал неладное. Этот тайный клуб, успешно скрывавшийся на протяжении семьи или восьми лет, наконец, показал предмету своих обсуждений свой маленький хвостик.

После этого Жун Сюй попытался вернуться к теме «любви с первого взгляда», но Цинь Чэн спокойно спросил: «Всё ещё болит?»

Щёки Жун Сюя внезапно вспыхнули, и он, быстро написав мужчине «Спокойной ночи», юркнул под одеяло.

Глядя на слова «спокойной ночи» на экране своего телефона, холодный и элегантный мужчина слабо улыбнулся, словно увидев сквозь этот холодный экран, как утончённый и красивый молодой человек в этот момент покраснел и спрятался под одеяло, делая вид, что не заметил его вопрос.

Его Жун Жун иногда бывал необычайно смелым, особенно в постели, – таким смелым, что он сходил от него с ума – но иногда он был таким застенчивым... Из-за этого контраста мужчина был просто одержим им. Чем больше он узнавал этого юношу, тем сильнее влюблялся в каждую его частичку.

Подумав об этом, Цинь Чэн достал свой телефон и опубликовал сразу два поста в Вэйбо:

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Моя Паста из семян лотоса очень милая… нет – самая милая на свете! Никакие возражения не принимаются!»

А вторым его постом был репост другой его публикации:

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «@Паста_из_семян_лотоса_с_апельсиновой_начинкой // #ХочуСпатьСЖунЖуномКаждыйДень, но #МойМалышСпитЗаТысячиКилометровОтМеня! Без меня, без меня, без меня!!!»

Когда фанаты увидели эти два поста, они тут же принялись комментировать их.

«Оказывается, Апельсиновая богиня называет своего возлюбленного Пастой из семян лотоса? Это... это действительно очень мило, ха-ха-ха-ха!»

«Она снова начала выражать свою любовь! Ах, мне снова есть собачий корм?..»

«Меня сильно беспокоит Апельсиновая богиня… Ты не публикуешь селфи каждый день, не публикуешь фотографии, демонстрирующие твоё богатство, а вместо этого пишешь какие-то глупости и даёшь нам собачий корм! А как насчет того устоя, все богатые любят хвастаться? *давлюсь холодным собачим кормом*»

Что касается второго поста «Пасты», то никто явно не воспринял его всерьез.

«О, я тоже хочу переспать с Жун Жуном! Давненько не видела, чтобы ты упоминала Жун Жуна. #МойМалышСпитЗаТысячиКилометровОтМеня! Если бы мне посчастливилось переспать с ним хотя бы раз в жизни, я бы больше никогда не принимала душ!!! 2333333!»

После того, как фанаты ещё немного поболтали, они забыли о «Пасте» и её постах. Никто из них не заметил, что тэг в её последней публикации на этот раз был не #ХочуПереспатьСЖунЖуном, а #ХочуСпатьСЖунЖуномКаждыйДень.

На самом деле, даже если бы они заметили эту маленькую деталь, они бы ничего не поняли. Это было известно только Пасте из семян лотоса с Апельсиновой начинкой...

«Вы все спрашиваете меня, каково это – спать с ним?

Очень хорошо! Очень приятно! Он очень мягкий!»

Через пять минут человек, ответственный за мероприятие, продолжал стоять в пробке и не спешил в аэропорт. Но Цинь Чэна это не расстраивало. Он незаметно зашёл на закрытый фан-форум Жун Сюя и пролистал посты, помеченные модераторами красным флажком. Одно из таких обсуждений было создано полгода назад и называлось: «Каково это – спать с Жун Жуном?».

Все ответы под этим постом начинались со слов «Я думаю».

«Я думаю, что Жун Сюй должен быть особенно застенчивым в постели. Я смотрел все интервью с ним не менее десяти раз. Жун Сюй – очень рациональный человек; должно быть, он очень серьёзен, ха-ха-ха-ха».

«23333! Как жена Жун Жуна, я могу говорить открыто. Я думаю, Жун Жун очень хорош в постели. Но я вам его всё равно не отдам: он мой муж!»

«В любом случае, Жун Сюй кажется очень серьёзным человеком. Я тоже думаю, что он не должен быть плейбоем».

Таких ответов было очень много, и Цинь Чэн, полистав их пару секунд, улыбнулся и написал свой собственный ответ.

Итак, это обсуждение, под которым никто ничего не писал уже на протяжении четырёх месяцев, внезапно переместилось на первую страницу раздела обсуждений из-за одного нового комментария…

Апельсинка: «Это неописуемо... сказочно вкусно».

* Цитата из романа Цзинь Юна «Записки о „Следующем небу“ и „Уничтожающей драконов“» 1961 года. Роман экранизирован (англ. «The Heaven Sword and Dragon Saber»)

Цзинь Юн (псевдоним) – основатель и главный редактор гонконгского ежедневника «Минбао» (1959-1993). Ни один из ныне живущих китайских авторов не может сравниться с Цзинь Юном по совокупному тиражу романов. Существует свыше 90 фильмов и сериалов, снятых по произведениям Цзинь Юна; на них базируются сюжеты более десятка видеоигр.

Среди наград, которых был удостоен Цзинь Юн, — орден Британской империи (1981), орден Почётного легиона (1992), орден искусств и литературы (2004). При вручении ему диплома почётного доктора Кембриджского университета 80-летний автор выразил пожелание на склоне лет стать студентом дневного отделения тамошнего факультета востоковедения. В 2007 году он ещё продолжал своё обучение в Кембридже.

Три произведения («Предания о героях, стреляющих в орлов», «Волшебный орёл и товарищ-рыцарь» и «Записки о „Следующем небу“ и „Уничтожающей драконов“») составляют единую трилогию и должны читаться именно в этом порядке; некоторые другие работы также связаны с этой трилогией (так, «Восемь рас небесных драконов» является предшественником ко всей трилогии). «Летающая лисица снежных гор» и «Неофициальная биография летающей лисицы» дополняют друг друга, имея одного и того же главного героя, также там встречаются персонажи из «Книга и меч: записи о доброте и ненависти». Несколько персонажей из «Меч покрытый бирюзовой кровью» появляются в качестве второстепенных действующих лиц в последнем романе «Записки об олене и треножнике». (Википедия)

Поскольку это обсуждение вывелось на главную страницу форума, конечно, на него тут же все слетелись и принялись писать свои ответы. Вскоре ответ «Апельсинки» окончательно затерялся среди комментариев фанатов, и никто его не заметил.

С другой стороны, Жун Сюй, естественно, не знал, что мужчина пишет о нём на его фан-форуме. Придя на площадку на следующий день, Жун Сюй первым делом отснял все свои запланированные сцены. После этого у него были запланированы совместные съёмки с Линь Сюанем, чтобы переснять сцены, отснятые ранее с участием Лу Сянбо.

Лу Сянбо часто допускал ошибки при съёмке этих сцен, и им много раз приходилось переснимать. Но при работе с Линь Сюанем всё шло гладко, поскольку он так не конкурировал с Жун Сюем и не заботился о том, «как Жун Сюй на него посмотрел». Он даже с радостью сказал Жун Сюю после съёмок:

— Больше всего мне нравится сниматься с такими ребятами, как ты, которые обладают хорошими актёрскими способностями. Всё проходит так гладко и просто, что режиссёр даже ни разу не остановил съёмки!

Жун Сюй беспомощно улыбнулся, но внезапно в его сердце возник вопрос: «А разве… Линь Сюань раньше уже снимался?»

На этот вопрос у него, естественно, не было ответа.

Через полмесяца все сцены Жун Сюя были сняты, и они с Сяо Цзытун отстрелялись в один день. Но команда ещё не закончила съёмочный процесс, потому что Линь Сюаню предстояло работать ещё два дня. Работа шла очень бурно, поэтому в ту ночь у них был только небольшой фуршет в честь прощания с Жун Сюем и Сяо Цзытун.

Когда Жун Сюй собирался уходить, Линь Сюань отвёл его в сторону и тихонько спросил:

— Ты правда не рассказывал Цинь Чэну о делах нашего клуба «Сумасшедший Цинь»?

Жун Сюй торжественно кивнул:

— Правда.

Получив этот ответ, Линь Сюань больше не задавал вопросов, но с торжественным выражением лица предупредил Жун Сюя:

— Ты должен быть осторожен с этим парнем! Он может читать мысли. Мы не можем разоблачать существование нашей революционной организации. Если Цинь Чэн начнёт задавать тебе наводящие вопросы – переведи тему. Расскажи ему, какая сегодня хорошая погода или какая вкусная еда. В общем, ни в коем случае не говори ему правду!

Жун Сюй:

— ...

Если он начнёт внезапно менять тему, чтобы поболтать о еде, Цинь Чэн явно что-то заподозрит!!!

В любом случае, спустя два месяца работы в команде «Немого», в конце августа Жун Сюй окончательно покинул провинцию J.

В тот день, когда он покинул команду, тема «Неожиданного инцидента в команде «Немого»», о которой некоторое время никто не писал, снова привлекла внимание людей. Всё дело в том, что в этот день Лю Хуэйчжэнь подала на Лу Сянбо в суд!

Лю Хуэйчжэнь только закончила съёмки и сразу же пошла в больницу сдать анализ крови. На бланке, выданном ей в больнице, чёрным по белому было написано, что в организме Лю Хуэйчжэнь аномальный избыток гормонов!

Она никогда не принимала никаких гормональных препаратов, но у неё они вдруг оказались в избытке!

Лю Хуэйчжэнь не стала упускать возможность помелькать в заголовках СМИ, поэтому в день, когда она подала на Лу Сянбо в суд, она специально провела пресс-конференцию, пригласив на неё десятки репортеров.

Сидя перед множеством камер, эта гламурная пополневшая звезда вытерла слёзы и сказала:

— До того, как я присоединилась к команде «Немого», мой вес был 92, а сейчас – все 109! Я правда не знала, почему я так поправилась… Всего несколько дней назад я была уверена, что всё дело в том, что я плохо тренировалась. Когда я узнала правду, я не могла поверить своим глазам. Доктор сказал, что эти лекарства, которые подсыпал мне в еду Лу Сянбо, повлияли не только на мой вес, но и на моё здоровье! Сейчас я прохожу курс лечения. — камеры репортёров издавали звуки затвора. — На самом деле, во время съёмок мы с Лу Сянбо очень хорошо ладили... Мы все дружили, разговаривали и смеялись каждый день. Почему он так со мной обращается? Я действительно не понимаю, почему...

Лю Хуэйчжэнь внезапно упала на плечо своего агента и заплакала.

Эта красавица так жалостливо пускала слёзы.... Если бы у она так же хорошо играла на съёмочной площадке, режиссёр Сюй, вероятно, не стал бы её так сильно ругать, и на её график съёмок это бы тоже сильно повлияло.

Когда режиссёр Сюй, Жун Сюй и другие узнали, что Лю Хуэйчжэнь рассказала на этой пресс-конференции, они все почувствовали к ней отвращение.

Жун Сюй просто спокойно внёс эту девушку в свой чёрный список. Режиссёр Сюй, чувствовавший к ней ещё большее отвращение, сказал своей съемочной группе:

— Как этим женщинам-звёздам удаётся быть такими лицемерными? Они знают, что такое пластическая хирургия, знают, как поднять шумиху в СМИ, но, увы, абсолютно не знают, что такое актёрское мастерство! Отвратительно!

Хотя реакция команды на заявление девушки была негативной, оно снова сильно ударило по Лу Сянбо.

Хотя сегодня Лу Сянбо был освобождён под залог, внесённый его агентом, команда «Немого» и Лю Хуэйчжэнь вместе подали на него в суд. Если его признают виновным, это уже будет расцениваться как уголовное преступление, и он обязательно сядет в тюрьму, а его слава будет окончательно втоптана в грязь.

Поначалу компания Лу Сянбо немного помогала ему в этом деле и хотела спасти его от тюрьмы. Но обнаружив, какие силы прикладывают для борьбы с ним режиссёр Сюй и «ХуаСя Энтертейнмент», их небольшая компания, подумав немного, приняла решение тихо отказаться от Лу Сянбо.

Итак, в обществе репутация у Лу Сянбо сложилась однозначная. Каждый, кто слышал это имя, чувствовал отвращение. У всех он ассоциировался с теневой стороной шоу-бизнеса.

До этого случая многие фанаты, конечно, знали, что эта индустрия была не такой гламурной и радужной, какой её многие себе представляют, но поведение Лу Сянбо в этот раз было настолько ужасным, что даже они не могли поверить в реальность происходящего.

Он не ценит человеческие жизни!

Сколько Лу Сянбо успел натворить, работая в индустрии развлечений?

Никто не знал ответа на этот вопрос, но все точно знали одно – Лу Сянбо просто отвратителен!

Фактически, в течение 24 часов после инцидента брокерская компания Лу Сянбо опубликовала пост с разъяснениями. Это всех поразило.

В конце концов, у команды «Немого» даже не было доказательств того, что в сумке помощника Лу Сянбо лежали именно стеклянные бутылки, а у Лю Хуэйчжэнь не было доказательств того, что избыток гормонов в её организме был связан со злодеяниями Лу Сянбо.

Более того, закон ещё не признал виновным Лу Сянбо. Если бы брокерская компания взяла под свой контроль главного свидетеля и соучастника этих преступлений – помощника Лу Сянбо по имени Сяо Ци, – у Лу Сянбо был бы шанс избежать тюрьмы.

После инцидента измождено выглядящий Лу Сянбо сказал своему агенту:

— Ты можешь заставить Сяо Ци... взять всю вину на себя!

Когда он сказал это, голос Лу Сянбо был жестоким и безжалостным, и его агент был ошеломлён. Красные от ненависти глаза юноши отпугнули от него его собственного агента, что и стало одной из причин, почему компания «МинСин» решила отказаться от Лу Сянбо.

Если человек уже обезумел до такой степени – какой смысл ему помогать?

В общем, когда Жун Сюй прибыл в столичный аэропорт, в Интернете разгорелась новая волна осуждения Лу Сянбо. Поклонники Лу Сянбо уже давно сдались и отказались от него. Хотя некоторые особенно твердолобые фанаты всё ещё питали некоторые надежды относительно Лу Сянбо, они не осмеливались выражать своё мнение открыто.

Если они обмолвятся об этом хоть словечком, остальные пользователи просто разорвут их на части. К тому же, Лу Сянбо не нравился им до такой степени, чтобы стоять за него горой в такой неоднозначной ситуации. Поэтому они могли только терпеливо ждать решения суда.

Прилетев в Город В, Жун Сюй не стал пользоваться VIP-коридором.

Ло Вэй уже связалась с модератором фан-форума и договорилась о том, чтобы фанаты встретили его по прилёту.

Жун Сюй не был певцом и поэтому никогда не проводил концертов и в целом мало общался с фанатами.

Встреча в аэропорту – один из важных способов для фанатов увидеть своего кумира вживую. Если фанаты тайно подготовились бы к тому, чтобы его встретить, это могло вызвать замешательство, поскольку Жун Сюй не был бы к этому готов. Но если он будет подготовлен заранее и позаботится о службе безопасности, фанаты смогут организоваться по согласованию с Сяо Сюй, чтобы встретить его в аэропорту.

У Жун Сюя с недавних пор появился свой собственный телохранитель.

Два месяца назад Ло Чжэньтао сказал, что найдёт ему телохранителя, который будет отвечать за его безопасность. В конце концов, в этом мире живёт слишком много неадекватных фанатов.

Например, у одной звезды из Южной Кореи были безумные фанаты, относящиеся к нему, как к своей собственности и преследовавшие его всюду 24 часа в сутки, а однажды один из них даже пробрался в дом певца и украл его грязные вещи!

Говорят, что этот сумасшедший фанат преследовал звезду по имени У Ба на протяжении нескольких лет. Вернувшись однажды домой, певец обнаружил незваного гостя у себя в квартире и немедленно вызвал полицию. Однако когда полиция арестовала безумца, он совсем не испугался, а вёл себя очень спокойно. Он не считал чем-то ненормальным проникновение в дом У Ба, потому что свято верил в то, что У Ба принадлежит ему.

В Китае ситуация обстояла намного лучше, чем в Южной Корее, но Ло Чжэньтао всё же не решался оставлять Жун Сюя без охраны.

Жун Сюй сейчас был чрезвычайно популярен, занимая заслуженное первое место в своей нише. Работ у него пока было не много, но его популярность была ничуть не хуже, чем у звезд, дебютировавших много лет назад. Его поклонники, и вовсе, были одними из самых восторженных среди фан-сообществ.

Более того, после инцидента с Лу Сянбо Ло Чжэньтао, естественно, стал ещё более бдительным. Итак, на прошлой неделе он тщательно отобрал из кандидатов двух телохранителей и отправил их в провинцию J. С тех пор эти два телохранителя всюду ходили за Жун Сюем и несли ответственность за его безопасность. Теперь, естественно, они вернулись вместе с ним в Город В.

Таким образом, у Жун Сюя постепенно начала формироваться своя личная команда: брокер Ло Чжэньтао, помощница Ло Вэй, два элитных телохранителя... Осталось подобрать только пиарщиков и стилистов, полагаясь – естественно – на ресурсы, предоставленные «ХуаСя Энтертейнмент».

Звёзды много зарабатывают, но при этом тратят они тоже гораздо больше, чем обычные люди. Сейчас у Жун Сюя было не так много средств, чтобы собрать себе команду, но в будущем, рано или поздно, у него – как и у Цинь Чэна с Вэнь Сюань – будет своя команда, собранная из подобранных им самим людей.

Конечно, сейчас самым главным для него было пообщаться с фанатами.

Более сотни фанатов выстроились в очередь; широко раскрыв глаза, они взволнованно наблюдали за тем, как Жун Сюй направляется к ним. В тот момент, когда они увидели его, они взволнованно замахали фонариками и плакатами, а потом принялись взволнованно и вразнобой выкрикивать его имя:

— Жун Сюй.

Они не выкрикивали ничего, кроме простого «Жун Сюй», но их сдавленные голоса уже отлично выражали их чувства.

Жун Сюй подошёл к группе фанатов и начал по очереди раздавать автографы. Что интересно, среди более чем ста человек он насчитал не меньше дюжины мужчин. Глядя на этих красноглазых мужчин, Жун Сюй не мог не усмехнуться, внезапно почувствовав себя довольно привлекательным.

Большинство поклонников Жун Сюя были женщинами, но мужчин, как оказалось, среди них тоже было немало.

Будь то ВаньЦи Яо, Хо Си или даже Лин Сяо (пока свет увидели только три работы Жун Сюя, в которых он исполнил эти роли), каждый из этих героев был любим бесчисленным количеством поклонников, независимо от пола.

Один из фанатов-мужчин, держащий в руках блокнот с автографом, взволнованно спросил:

— Жун Сюй, Вы собираетесь петь ещё? Я Ваш поклонник! «Потерянные крылья» настолько хороши, что я слушаю их по много раз каждый день… Было бы здорово, если бы Вы выпустили ещё одну песню!

Услышав это, Жун Сюй мягко улыбнулся:

— Спасибо за Вашу любовь. Я буду продолжать усердно работать.

Он ничего не утверждал, и не отрицал. Как сказал однажды Ло Чжэньтао, этот молодой человек словно был рождён звездой: независимо от того, с какой ситуацией он сталкивается, он всегда мог спокойно смотреть людям в глаза и отвечать так, что к нему не придерёшься.

Эта встреча с фанатами продлилась больше часа, и когда Жун Сюй, наконец, сделал групповое фото и сказал фанатам быть осторожными по пути домой, он отправился домой вместе с Ло Вэй.

Цинь Чэна дома, естественно, не было: он должен был участвовать в Милане в показе мод.

Но для Жун Сюя было даже хорошо, что Цинь Чэна сейчас не было дома, потому что на следующий день – второй раз за полгода – Жун Сюй встретился с Вэнь Сюань.

Красивая и элегантная девушка подъехала на роскошной машине к дверям жилого комплекса и встретила Жун Сюя. Огненно-красный спортивный автомобиль очень подходил его хозяйке: Вэнь Сюань выглядела очень смело и откровенно, с длинными волнистыми волосами, ниспадающими на плечи. Она была так сексуальна и очаровательна, что даже Жун Сюй не мог не удивиться при виде неё.

Сегодня Вэнь Сюань приехала встретиться с Жун Сюем, естественно, для того, чтобы официально принять его в клуб «Сумасшедшего Цинь».

Линь Сюань сказал ему только в общих фразах, что они сформировали этот клуб для того, чтобы вместе сразиться с «Сумасшедшим Цинь».

Но на самом деле Жун Сюй знал, что это всего лишь возможность.

Среди семерых участников этой группы, все были большими звёздами, пользующимися огромной популярностью. Вэнь Сюань – трёхкратная обладательница премии «Лучшая актриса», известная во всем мире, а сейчас, можно сказать, актриса номер один в китайской киноиндустрии. Ся Муйян – тоже очень популярная актриса, идущая другим путём, нежели Вэнь Сюань, Чу Ци фанаты называли «наследником Лин Сяо».

Что касается Дженнифер Акален, Джеймса Трента и Хью Лесли, то эти трое тоже были звёздами мирового масштабы.

Фактически, наименее известным в этой «звёздной семёрке» был Линь Сюань.

Итак, если ты хочешь присоединиться к этому клубу, то, помимо «негодования» по отношению к Цинь Чэну, тебе нужно и ещё кое-что: эти люди должны узнать о тебе.

Если бы Жун Сюй был сейчас звездой восемнадцатой линии, Линь Сюань ни за что бы не пришёл к нему.

Так обстояли дела во всей индустрии развлечений: даже люди, которые играют вместе в одном фильме, подразделяются на «уровни». Хотя Жун Сюй, Чжан Тунтун и И Лань до сих пор общались друг с другом, они почти не контактировали: они были хорошими знакомыми, но не друзьями.

Индустрия развлечений – это очень реалистичное миниатюрное общество. Если у вас нет особого обаяния и сильных коммуникативных навыков, ваш круг общения будет снижен: минимума не существует, а максимум – на два уровня.

По пути к месту встречи, Вэнь Сюань в шутку сказала Жун Сюю:

— Когда я встретила тебя в последний раз, Цинь Чэн, кажется, тоже был там. В то время я была гостьей в «Чёрных тучах». Тогда я никак не ожидала, что однажды приеду за тобой на машине. Ну что, Линь Сюань, этот ребёнок, объяснил тебе важность нашего клуба?

Вспомнив полное название клуба «Сумасшедший Цинь», Жун Сюй нашёл его очень забавным.

— Ну, Лин Сюань довольно понятно мне всё объяснил, но… я думаю, ваши цели очень амбициозны.

Жун Сюй сказал это очень искренне, потому что он действительно чувствовал, что даже если Вэнь Сюань и эти несколько человек объединятся вместе, им не удастся противостоять Цинь Чэну.

Что касается его самого, то Цинь Чэн относился к нему совсем иначе: Жун Сюю нужно было только поднять голову и зажать мужчине губы поцелуем, чтобы тому было больше нечего ему сказать.

Однако Вэнь Сюань не знала, о чем думал Жун Сюй, поэтому она вздохнула и внезапно сказала:

— Кстати, вы с Цинь Чэном, кажется, близко живёте. Он тоже должен жить где-то в этом районе. Только я не знаю, где именно. Этот парень особенно умеет хранить секреты. Я как-то просила Джеймса сходить к нему домой, но он так и не смог узнать его адрес.

Жун Сюй и Вэнь Сюань были не очень хорошо знакомы. Во время съёмок «Чёрных туч» Вэнь Сюань пробыла на площадке совсем недолго, и в то время её не сильно интересовал Жун Сюй.

В этом случае использование «общего врага» в качестве темы для разговора – самый простой способ избавиться от неловких пауз.

Жун Сюй тоже понимал намерения Вэнь Сюань, поэтому улыбнулся и сказал:

— Тогда мы можем считать это нашей первой целью, которую нужно преодолеть.

Вэнь Сюань удивлённо воскликнула:

— Хорошая идея!

Они поговорили ещё немного и прибыли в клуб. После того, как Вэнь Сюань припарковала машину, она сопроводила Жун Сюя к лифту, на котором они поднялись на третий этаж частного клуба.

В это время в далёком Милане.

Красивый и глубокий мужчина болтал с известным дизайнером, когда вдруг почувствовал резкий холод. Слегка нахмурившись, он повернул голову, чтобы посмотреть в окно.

Светловолосый дизайнер улыбнулся и спросил:

— Цинь, тебе холодно? Да, сегодня как-то внезапно похолодало, ещё и ветер поднялся. Может, будет шторм. Я сейчас закрою окно.

Цинь Чэн улыбнулся и кивнул:

— Большое спасибо, Ллойд.

Это лето ещё не закончилось. В середине августа Жун Сюй встретился с членами клуба «Как взять верх, общаясь с Цинь Чэном, и безжалостно раздавить его, чтобы ему стало стыдно. Не можем дождаться дня, когда мы найдём способ сделать это!».

Глава 108 (Часть 1)

Большинство встреч между звездами проходили в приватных клубах с полной конфиденциальностью.

На этот раз члены клуба «Сумасшедший Цинь» собрались в известном частном клубе города В. Поговаривают, что владелец этого клуба и сам является членом индустрии и очень строго подходит к вопросам безопасности и конфиденциальности. Многие знаменитости из индустрии развлечений постоянно собирались в этом месте.

Вероятно, потому что он уже повидал много знаменитостей, официант этого частного клуба ничуть не удивился, увидев Жун Сюя и Вэнь Сюань. Склонив голову и не меняясь в лице, он повёл их в вип-ложу. Когда дверь открылась, Жун Сюй на мгновение опешил: четыре звезды внутри... играли в маджонг.

«Что ж, поиграем в маджонг…»

Линь Сюань в это время продолжал сниматься в «Немом» в провинции J и, конечно же, не мог вернуться в город B, так что на встрече присутствовало всего пять человек. Помимо Вэнь Сюань, здесь собрались Ся Муйян, Чу Ци, Джеймс Трент и Хью Лесли.

Когда Жун Сюй увидел «богинь» и «богов» для их фанатов, повернувших к нему головы и сжимающих в руках карты, его губы слегка дернулись. Он необъяснимо чувствовал себя очень странно.

Вэнь Сюань рассмеялась, увидев это зрелище:

— Что ж, тот, кто сегодня выиграет, оплачивает ужин.

Из-за того, что обстановка здесь была настолько интимной, Жун Сюй постепенно расслабился и больше не так сильно отчуждался от этих людей.

Уже через минуту после прибытия Жун Сюя игровая партия закончилась поражением Чу Ци.

Чу Ци сразу встал, пододвинул свой стул к столу и сказал:

— Мне сегодня не везёт. Пусть меня кто-нибудь заменит. Жун Сюй, ты умеешь играть в маджонг? Сыграешь? Помоги мне обыграть этих ребят. Дух маджонга. Маджонг - это квинтэссенция моей великой китайской нации, а я проиграл этим двум златовласым и голубоглазым иностранцам.

Хью улыбнулся и спокойно собрал со стола выигранные деньги, совершенно игнорируя Чу Ци.

Жун Сюй улыбнулся и кивнул:

— Ну... я могу попробовать.

Они играли ещё полчаса.

От начала и до конца Жун Сюю не удалось выиграть ни цента, но, как ни странно, он проиграл только одну или две игры. В течение получаса Ся Муйян была главным победителем. Она постоянно выигрывала и заставляла Джеймса и Хью терять деньги каждый раз, чем очень обрадовала Чу Ци.

После маджонга шесть человек уселись за стол и начали есть.

Жун Сюй и Ся Муйян уже встречались на съёмках «Чёрных туч», и даже играли в одной сцене. На самом деле, Чу Ци, Джеймс и Хью тоже появлялись в «Чёрных тучах» в качестве гостей, но у них не было совместных сцен с Жун Сюем, поэтому они быстро отсняли свои собственные сцены в «подгруппе B», ни разу не пересёкшись с Жун Сюем из «подгруппы А».

Однако сегодня, сидя вместе за одним столом и играя в маджонг, все быстро с ним познакомились. Жун Сюй мало разговаривал, но Вэнь Сюань и Джеймс были очень разговорчивы. От начала и до конца они заполняли все паузы, и в их вип-кабинке то и дело звучал смех. Жун Сюй, в свою очередь, улыбался и слушал.

После обеда игра возобновилась. На этот раз проиграть боялись Джеймс и Хью, поэтому за игровым столом оказались Жун Сюй, Вэнь Сюань, Ся Муйян и Чу Ци.

Четыре китайца, играющие в маджонг, были намного осторожнее этих двух иностранцев, которые полагались только на удачу, поэтому скорость игры заметно снизилась. Джеймс и Хью в это время пили кофе и болтали.

После обеда Жун Сюй всё так же мало выигрывал, но и проигрывал не так сильно, как Чу Ци и Ся Муйян. Абсолютным победителем на этот раз стала Вэнь Сюань.

Вечером они поужинали, и только тогда члены клуба «Сумасшедший Цинь», наконец, рассказали Жун Сюю о цели создания своей группы.

Вэнь Сюань отпила куриный бульон и спросила:

— Кстати, Цинь Чэн, кажется, недавно навещал тебя, Сяо Сюй? На съёмках фильма режиссёра Сюй. Когда актёр второго плана из вашей команды устроил аварию, да? Цинь Чэн в тот день прислал мне сообщение с просьбой помочь и поддержать вашу команду.

Услышав слово «помочь», Жун Сюй внезапно прекратил ковыряться палочками в своих овощах.

Чу Ци тоже вдруг вспомнил:

— Правда? Я помню, что этого актёра недавно судили. Этот парень ужасен. Я столько лет проработал в индустрии, но таких отвратительных людей встречал максимум трижды. — рассмеялся Чу Ци.

Этому великому певцу было немного за сорок. Он не был каким-то особенно красивым, но у него был прекрасный голос. Очевидно, его прямолинейный и грубый характер кардинально отличался от его тонкого нежного пения.

Джеймс, прожевав зеленый овощ, спросил на ломанном китайском:

— Как его там зовут? Сян?..

Ся Муйян мягко улыбнулась:

— Лу Сянбо.

Вэнь Сюань беспомощно развела руками:

— Ты ещё помнишь его имя? Я уже давно забыла, как зовут этого парня. Я хорошо знаю режиссёра Сюй. Этому Лу Сянбо с ним не повезло. Если бы режиссёром был, например, старик Лю, он бы не затаскал этого парня по судам и не дал этому делу такую широкую огласку. Но этот человек, режиссёр Сюй... он очень мстительный. Жун Сюй, ты же понимаешь, о чём я, верно?

Все сразу посмотрели на Жун Сюя и увидели, как этот хрупкий и красивый молодой человек сидит и спокойно грызёт большую куриную ножку! Услышав своё имя, он поднял глаза и тупо уставился на пятерых звёзд за столом. Его яркие ясные глаза вспыхнули, словно у невинного и наивного ребёнка.

В их вип-кабинке повисла тишина.

Через некоторое время Вэнь Сюань протянула правую руку, чтобы закрыть лицо, и вздохнула:

— Линь Сюань тоже любит грызть куриные ножки, пока мы болтаем...

Откусив кусок мяса Жун Сюй слегка улыбнулся и вежливо прожевал его. Посмотрев на беспомощное лицо Вэнь Сюань, он мягко сказал:

— Сестра Сюань, помнится мне... Из-за моего возраста я должен быть первым, кому полагаются куриные ножки за обеденным столом, верно? — сказав это, юноша ослепительно улыбнулся.

Свет падал на светлые волосы, отражая блестящий золотисто-жёлтый цвет. Вэнь Сюань была слегка поражена, и её красивые зрачки слегка дрожали, а Ся Муйян воспользовалась этой возможностью, чтобы взять вторую куриную ножку, и серьёзным тоном сказала:

— Слова Жун Сюя имеют смысл. Я на девять месяцев моложе, чем сестра Сюань... Я тоже могу есть куриные ножки.

Это предложение не было вопросительным, потому что девушка в эту же секунду изящно положила на свою тарелку ещё одну куриную ножку.

Вэнь Сюань быстро очнулась, фыркнула и сказала:

— Хорошо, Ся Муйян.

После этого две эти Королевы в шутку подрались. Всем было весело.

В восемь часов вечера они покинули клуб, и Ся Муйян подвезла Жун Сюя домой.

По пути они обсудили парочку предстоящих фильмов, а также «Затерянный город» с Жун Сюем, который должен был выйти в следующем месяце. Прощаясь с Жун Сюем, Ся Муйян тепло улыбнулась ему и серьёзно сказала:

— Я пойду на премьеру этого фильма. Похоже, он должен выйти очень хорошим.

Жун Сюй кивнул собеседнику и нежно поблагодарил девушку:

— Тогда я благодарю тебя за комплимент от имени режиссёра Юаня, сестра Ся.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1312500

Глава 108 (Часть 2)

Квартира Цинь Чэна была по-прежнему пуста. Быстро умывшись, Жун Сюй прошёл в кинозал, нашёл диск с фильмом с участием Джеймса Трента и сел смотреть его.

В фильме эта голливудская суперзвезда была очень энергична, умна, проворна и мужественна. Казалось, будто этому парню всегда можно довериться, и, как бы ни была сложна твоя проблема, он всегда сможет легко её решить.

Однако Жун Сюй вспомнил Джеймса, которого видел сегодня днём и подумал: «Почему он кажется мне немного... живым?»

Жун Сюю потребовалось много времени, чтобы придумать прилагательное «живой». В конце концов, как ещё описать взрослого мужчину, который постоянно шутит и без умолку разговаривает за столом? Никаких других положительных слов, кроме «живой» и «весёлый», Жун Сюю на ум так и не пришло.

Собираясь ложиться спать, Жун Сюй позвонил Цинь Чэну, и они немного поболтали, прежде чем пожелать друг другу «спокойной ночи».

Жун Сюй продолжал утаивать от собеседника существование клуба «Сумасшедший Цинь», но когда он собирался попрощаться, он неосознанно улыбнулся и спросил:

— Я никогда не встречал твоих друзей. Что это за люди? Помнится мне, у тебя довольно неплохие отношения с Вэнь Сюань?

Однажды на съёмках «Чёрных туч» Цинь Чэн познакомил Вэнь Сюань и Жун Сюя.

Красивый высокий мужчина на другом конце провода шёл в этот момент по авеню. Внезапно услышав вопрос юноши, Цинь Чэн остановился. Он поднял голову и посмотрел сквозь слои листьев на бескрайнее голубое небо. Спустя долгое время он, наконец, засмеялся и ответил:

— Не могу тебе сказать.

Жун Сюй был слегка удивлён, поскольку вообще не ожидал от него такого ответа:

— Что значит «не могу сказать»?

Низкий, притягательный голос мужчины внезапно зазвучал в ухе Жун Сюя:

— Они несерьёзные люди, не трать на них время.

Жун Сюй:

— ...

«Разве ты не слышал фразу, что люди ищут себе друзей, похожих на себя? Если они несерьёзные – какой тогда ты?..»

Жун Сюй безмолвно повесил трубку, подумав про себя, что Вэнь Сюань, Ся Муйян и Чу Ци на самом деле очень милые люди. Джеймс и Хью тоже очень добрые и не зазвездившиеся. Почему этот парень называет их несерьёзными?

Отбросив эти сомнения, Жун Сюй закрыл глаза, и в его комнате вскоре раздалось ровное дыхание.

Мог ли Жун Сюй предположить, что Бесстыжая Королева Теней, которую так называл один «таинственный» мужчина, сейчас судорожно пишет сообщения в общий чат группы «Сумасшедший Цинь»?..

Вэнь Сюань: «Чёрт побери! Такой милый! Он такой милый! Всё, Жун Сюй полностью мой!!!»

Уже было поздно, и никто не обратил внимания на её сообщение, но Вэнь Сюань не чувствовала себя проигнорированной, потому что была очень взволнована.

Вэнь Сюань: «Такое вкусное маленькое мясо, такое нежное… Он просто потрясающий! Он выглядит в разы лучше всех, с кем мне когда-либо доводилось встречаться. И у него такой хороший характер... Нет, я больше не могу терпеть – думаю, мне срочно нужно что-то делать…»

Прочитав её слова, один человек, наконец, не мог не спросить.

Ся Муйян: «Помнится мне, в прошлом месяце ты встречалась с супермоделью из Польши…»

Вэнь Сюань: «Я рассталась с ним в прошлом месяце, не говоря уже о том, что этот человек оказался жутким собственником!»

Ся Муйян: «...»

Вэнь Сюань: «Кстати, думая об этом, я понимаю, что Цинь Чэн на самом деле очень проницательный».

Прочитав эту строчку, нежная красивая актриса вытаращила глаза и быстро спросила: «Что ты имеешь в виду?»

Вэнь Сюань: «Когда я снималась в «Чёрных тучах», Цинь Чэн познакомил меня с Жун Сюем и специально сказал Жун Сюю держаться от меня подальше, потому что мне нравится его типаж. Тогда я почти не общалась с Жун Сюем, но и слепой я тоже не была. Но сегодня я обнаружила, что Цинь Чэн не промах. По крайней мере, то, что он сказал, действительно оказалось правдой... Мне очень нравится типаж Жун Сюя! Он такой милый и красивый! Я сейчас же приглашу Жун Жуна в нашу группу!»

Ся Муйян: «...»

Итак, в два часа ночи сладко спящего Жун Сюя без его ведома добавили в беседу клуба «Сумасшедший Цинь».

Жун Сюй ещё не подозревал, что стал главной мишенью в списке одной известной Королевы кино. Что касается того, насколько несчастной сделает в будущем эту Королеву их «заклятый враг», – это уже вопрос времени.

Три дня спустя у Жун Сюя закончился короткий отпуск, и он отправился в город S, чтобы принять участие в развлекательном шоу в поддержку «Затерянного города».

Три месяца спустя Жун Сюй, наконец, снова встретился с режиссёром Юанем, Бай Сивэнем и Жэнь Шучжэнь. Их общение ничем не отличалось от того, что было три месяца назад, но Жэнь Шучжэнь, казалось, стала гораздо более безразлична к Жун Сюю и больше не приставала к нему.

Когда они сидели в гостиной, Ло Вэй с удивлением сказала Жун Сюю:

— Сяо Сюй, помнится мне, что когда фильм был почти отснят, Жэнь Шучжэнь однажды позвонила Вам, верно? Почему она вдруг так изменила своё отношение к Вам?

Жун Сюй не смог удержаться от смеха, когда услышал это:

— А у неё ко мне должно быть какое-то другое отношение?

Ло Вэй быстро покачала головой:

— Конечно, нет! Просто игнорируйте её. Я слышала от друзей, что она недавно сотрудничала с британским певцом и выпустила с ним совместный трек. Она действительно начала встречаться с этим певцом! В их районе живёт помощница режиссёра, и она рассказала мне, что они не выходили из дома целую неделю, а еду заказывали прямо к порогу.

Услышав это, Жун Сюй внезапно поднял голову и с удивлением посмотрел на Ло Вэй.

Девушка торжественно сказала:

— Вы тоже в шоке, Сяо Сюй? Когда она пришла в отель прошлой ночью, разве она не пошла в номер Ма Ци посреди ночи?..

Жун Сюй тяжело покачал головой и, спустя долгое время, серьёзно сказал:

— Нет, я просто удивлён, сестра Сяо Ло. Тебе известны сплетни даже такого рода. Может... ты выбрала не ту профессию? Тебе бы работать папарацци.

Ло Вэй:

— ...

Жун Сюй не шутил. По крайней мере, Ло Вэй имела огромную кучу знакомых, которые постоянно снабжали её свежими сплетнями.

Он знал, что Ло Вэй хорошо общается со многими сотрудниками из команды «Затерянного города». Но он понятия не имел, что даже после того, как съёмки фильма были завершены, Ло Вэй всё ещё продолжала поддерживать связь с этими людьми.

Познакомиться с кем-то не сложно, однако если вы хотите сохранить с этим человеком дружбу, это потребует много энергии и времени.

Каждый раз, когда Жун Сюй снимался в новом фильме, число актёров и членов съёмочной группы, с которым он работал, росло. Значит, Ло Вэй уже должна была знать минимум сто или даже двести человек... После нескольких месяцев разлуки Ло Вэй до сих пор умудрялась весело болтать с ними, и даже выведать от кого-то, что «Королева Музыки и Маленькое свежее британское мясо не выходили из дома целую неделю».

Он должен был признать, что это была очень мощная способность…

Слегка нахмурившись, Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Сестра Сяо Ло, новогодний подарок для СМИ в этом году я поручаю тебе.

Ло Вэй сначала опешила, но потом радостно кивнула и ответила:

— Хорошо.

Звёзды и средства массовой информации неразделимы. Звёзды нуждаются в СМИ, чтобы рассказывать о себе людям и увеличивать свою славу; а СМИ нуждаются в звёздах, чтобы постоянно писать о горячих темах и привлекать аудиторию. Каждый год в канун Нового года звёзды с определенным статусом отправляют своим медиа-товарищам новогодние подарки, как бы выражая им свою благодарность за заботу в прошедшем году.

Конечно, это не может быть взяткой, ведь если разразится скандал, все СМИ сразу же отвернутся от вас. Но эти подарки обязательны: это своего рода проявление вежливости. Если у вас в будущем возникнут какие-то мелкие проблемы, журналисты вспомнят ваше добро и помогут.

Доверив это дело помощнице, Жун Сюй вскоре поднялся на сцену.

Это по-прежнему было обычное развлекательное шоу, в котором гости играли в разные игры и шутили с единственной целью: помочь продвинуть фильм «Затерянный город».

Такого рода шоу показывалось много и часто, и сам Жун Сюй уже не раз посещал такие мероприятия. Однако, в отличие от предыдущих раз, сейчас он был «титулованным» за свои роли в сериалах, и его популярность сильно выросла. Ведущий и операторы шоу теперь уделяли ему гораздо больше внимания: на протяжении всего шоу он постоянно находился в фокусе объектива, а зрители перед сценой то и дело отчаянно визжали:

— Жун Сюй! Жун Сюй!

В следующие полмесяца Жун Сюй и команда «Затерянного города» объехали всю страну.

Иногда это были съёмки варьете, иногда роуд-шоу.

Жун Сюй, Бай Сивэнь и режиссёр Юань присутствовали почти на каждом таком мероприятии, а Жэнь Шучжэнь, Ма Ци и другие появлялись изредка.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1312544

Глава 108 (Часть 3)

Трейлер «Затерянного города» уже был размещён в Интернете. Сочетание красивого профессора психологии и сильного очаровательного молодого полицейского быстро завоевало любовь бесчисленного количества зрителей. Жун Сюй даже заметил во время съёмок нескольких шоу у зрителей в руках плакаты со словами «Тань+Сюэ». Очевидно, некоторые фанаты стали их шипперить после просмотра одного единственного промо-ролика.

Фильм стал популярным ещё до того, как вышел на большие экраны, и горячо обсуждался в Интернете. Оффлайн все крупные студии страны также активно занимались его рекламой.

Прямо у входа во многие кинотеатры висели рекламные щиты, изображающие Жун Сюя и Бай Сивэня. Когда фанаты Жун Сюя впервые увидели эти плакаты, они тут же принялись один за другим возбужденно фотографироваться на фоне лица Жун Сюя.

В начале сентября тег # СовместноеФотосЖунСюем занимал почётное место в трендах Вэйбо.

После перехода по этому хэштегу люди обнаруживали множество «совместных» фотографий фанатов с Жун Сюем. Некоторым фанатам даже пришла в голову безумная идея – повесить этот плакат с рекламного щита у себя в спальне, чтобы любоваться им каждый день.

На самом деле, они действительно воплотили свои мечты в реальность. В одном из кинотеатров Города C, когда сотрудники ночью собирались поменять плакаты на рекламных щитах, они с ужасом обнаружили, что рекламные щиты «Затерянного города» исчезли!

Об этом инциденте сразу же стало известно пиар-штабу команды «Затерянного города», и они в кратчайшие сроки связались со многими СМИ с просьбой опубликовать у них эту новость. Это событие оказалось намного ярче, чем «флешмоб с совместными фото». Многие пользователи сети шутливо комментировали эту новость, говоря, что кто-то воспользовался возможностью отвезти Жун Сюя к себе домой.

Обнаружив, что это стало достоянием публики, фанатка, укравшая рекламный щит, извинилась перед кинотеатром и вернула им украденное. Представитель кинотеатра опубликовал в своём официальном блоге сообщение о том, что ни в чём не винит юную поклонницу, и даже щедро подарил ей столь желанный рекламный щит.

Хотя на этом постере были изображены и Жун Сюй, и Бай Сивэнь, всем было очевидно, ради кого именно эта фанатка так постаралась.

Режиссёр Юань, узнав об этом инциденте, эмоционально сказал Жун Сюю:

— Жун Сюй, твои фанаты действительно хороши! Если подобные инциденты продолжатся, о нас будут писать все! Когда наш фильм выйдет на большие экраны, всю эту волну популярности можно будет преобразовать во внушительные кассовые сборы, что нам только на руку.

Жун Сюй тупо покачал головой.

Конечно, Жун Сюю не нужно было заботиться о таких вещах. Ло Вэй обсудила всё с несколькими фанатами и сделала заявление на закрытом фан-форуме. Несколько модераторов выразили надежду, что фанаты больше не будут заниматься подобными незаконными вещами. Если им так нравятся эти плакаты, они попросили их хотя бы… сначала попросить у кинотеатра разрешение купить их.

Это сообщение немедленно осенило фанатов. Через несколько дней некоторые из них действительно спросили у руководства кинотеатров, могут ли они приобрести у них постеры, а по возращении домой принялись взволнованно писать посты:

«Кинотеатр действительно продал мне постер! Действительно продал! Сейчас я везу Жун Жуна к себе домой, оооооо!»

Прочитав этот радостный пост, другие фанаты тут же принялись писать, что тоже поедут в ближайший кинотеатр с такой просьбой. Вскоре в тренды Вэйбо вышел тег #ХочуПостерсЖунСюем.

В это время Жун Сюй, Бай Сивэнь и Жэнь Шучжэнь принимал участие в съёмках очередного шоу. Все гости и съёмочная группа программы в тот вечер ужинали вместе, когда Жун Сюю вдруг позвонил режиссёр Юань и прямо предложил:

— Когда вы трое вернетёсь в город S, давайте вместе поужинаем! Я угощаю!

Услышав это, Бай Сивэнь не сразу понял, что это значит. Жэнь Шучжэнь, естественно, всё поняла, но не стала обсуждать это с Жун Сюем.

Постоянный гость шоу улыбнулся и сказал:

— Тогда поздравляю вас заранее с большими кассовыми сборами вашего фильма!

После маркетинговой серии роуд-шоу, актёры, наконец, вернулись в город S.

Как он и сказал по телефону, режиссёр Юань пригласил актёров на ужин. Вернувшись вечером в отель, режиссёр Юань был очень пьян и приобнял троих актёров, неся какую-то несуразицу.

— Я так устал во время съёмок, — сказал режиссер, а затем добавил. — Тебе стоит улучшить свои актёрские навыки, Сяо Жэнь...

Бай Сивэнь был крепким парнем, поэтому вызвался проводить режиссёра Юаня обратно в его номер. Жун Сюй и Жэнь Шучжэнь жили на одном этаже, поэтому выйдя из лифта они разошлись в разные стороны.

Жэнь Шучжэнь сразу же развернулась и ушла, ни разу не оглянувшись на Жун Сюя, как будто не хотела, чтобы их хоть что-то связывало.

Глядя на удаляющуюся спину этой роскошной сексуальной актрисы, Жун Сюй скривил губы и пошёл в свой номер.

На самом деле, Жун Сюй догадывался о причинах преднамеренной отчуждённости Жэнь Шучжэнь. После инцидента с Лу Сянбо «ХуаСя Энтертейнмент» стали активно заниматься Жун Сюем, поставив его на передний план. Не говоря уже о том, что популярность Жун Сюя постоянно росла, и Жэнь Шучжэнь не осмеливалась недооценивать его славу, эта женщина также боялась и влияния гиганта «ХуаСя Энтертейнмент».

Жун Сюю она не нравилась, да и в целом его не интересовала, поэтому ей лучше было не связываться с ним. Если бы она сделала ему какую-то пакость, она вполне могла стать «вторым Лу Сянбо».

Чтобы стать певицей первой линии, Жэнь Шучжэнь всегда старалась быть расчётливой и осторожной, иначе её репутация «дамы лёгкого поведения» в кругу уже давно была бы разоблачена, став достоянием общественности.

В общем, после всех маркетинговых ходов и участий в разных шоу фильм «Затерянный город», наконец, вышел на большие экраны.

Вечером 21 сентября вся команда «Затерянного города» собралась в Большом театре города S и пригласила на премьеру сотни репортёров СМИ, десятки профессиональных кинокритиков и более трёхсот зрителей.

На премьере репортёры не переставая задавали им вопросы о фильме. Несколько творческих сотрудников отвечали на них один за другим, рассказывая журналистам разные «лакомые» подробности о съёмках. Атмосфера в театре была очень гармоничной, и в зале постоянно звучал смех.

Во второй половине премьеры вопросы начали задавать уже кинозвёздам и режиссёру.

Некоторые репортёры расспрашивали Жэнь Шучжэнь о недавнем скандале с «маленьким свежим британским мясом», а другие интересовались новым фильмом Бай Сивэня.

Когда репортёры перешли к Жун Сюю, их интересовала тема «Немого» и Лу Сянбо. Дело Лу Сянбо должны были рассматривать через несколько дней. Он стал горячей темой в последнее время. Если бы Жун Сюй сообщил им хоть какие-нибудь новости по этому делу, это обязательно стало бы заголовком дня!

Однако этот чистый и красивый молодой человек, освещаемый ослепительным светом камер, с улыбкой опустил глаза и самым спокойным и нежным голосом лаконично отвечал:

— Я верю, что суд вынесет своё решение в соответствии с законом.

— Я сожалею, что Лю Хуэйчжэнь пострадала.

— У меня не так много совместных сцен с ней, на самом деле мы с ней не особо контактировали.

Его простые ответы лишили репортёров возможности похайпить на теме «Немого»; в конце концов, Жун Сюй сумел вернуть тему к премьере «Затерянного города».

Наконец, интервью подошло к концу, и члены съёмочной группы спустились со сцены и расселись по своим местам, чтобы вместе с собравшимися посмотреть премьеру фильма.

В 00:00 22 сентября в крупных кинотеатрах по всей стране многие молодые люди быстро занимали свои места, держа в руках колу и попкорн и с нетерпением ожидая начала фильма.

В конце концов, премьера состоялась поздно ночью, а наполняемость кинотеатров в это время обычно составляла менее 50%. В некоторых более удаленных кинотеатрах зрителей и вовсе было всего 20%.

Однако «Затерянному городу» удалось занять 67% кинопрограммы, поэтому у него было очень много сеансов и, соответственно, зрителей!

Таким образом, за одну только премьеру «Затерянный город» мог собрать в прокате десятки миллионов юаней!

http://tl.rulate.ru/book/14326/1314225

Глава 108 (Часть 4)

В кинотеатре Гуанмин – ближайшем к Большому театру города S кинотеатру – две молодые и модно одетые девушки вздыхали, держа в руках большие вёдра с попкорном:

— Эх, мне просто не удалось заполучить этот билет, иначе я бы сейчас тоже смотрела премьеру в Большом театре вместе с Жун Жуном!

— Сяо Ин, ты думаешь, эти билеты так легко получить? Не завидуй: мы всего в одном километре от Жун Жуна, всего в одном километре! Представь, что Жун Жун тоже сидит сейчас в нашем кинотеатре и расслабься! Всё, тихо! Начинается!

Как только девушка замолкла, в кинотеатре раздался звук дождя.

Тёмной ночью под сильным дождём тусклые огни уличных фонарей на обочине дороги слабо освещали улицу. Из-за тусклого света зрители не могли чётко видеть объекты на большом экране, а могли видеть только размытые очертания. Казалось, действия фильма разворачивались в тёмном переулке.

Сильный дождь стучал по асфальту, разбрызгивая мелкие капельки. В углу экрана вдруг появился чей-то силуэт!

Это был высокий стройный мужчина, одетый в чёрный плащ, чёрные перчатки и держащий чёрный зонт в руке. Он шёл с опущенной головой, и его лицо было скрыто в ночи. Когда он медленно приближался к зрителям, звук дождя постепенно становился тише, и в конце в кинозале был слышен только резкий звук колёс катящегося по асфальту чемодана.

Этот человек выглядел очень несчастно, медленно продвигаясь вперёд.

Его лица не было видно, но многие фанаты в кинотеатре необъяснимо затаили дыхание. Жестокая и опасная аура проникала через экран прямо в их сердца...

*Та-та! Та-та!*

Монотонные шаги приближались, а затем удалялись.

С шумом дождя, падающего всё быстрее и быстрее, на экране промелькнула правая рука мужчины, держащего зонт, а затем кинозал внезапно снова погрузился в темноту.

Секунду спустя перед зрителями предстала жестокая и хладнокровная сцена убийства.

В центре самой оживлённой площади города был найден труп. Он был обнажён и помещён в самый центр фонтана. Полиция быстро прибыла на место преступления, и вскоре ими были опубликованы предварительные результаты вскрытия.

Как и в любом обычном криминальном фильме, главный герой всегда появлялся последним.

Тань Янсюань – полицейский, которого играл Бай Сивэнь – опоздал, за что его босс отчитал его. Когда зрители увидели Бай Сивэня, они не могли не улыбнуться, а многие фанаты Жун Сюя в это время с нетерпением продолжали ждать появления Жун Сюя.

Конечно, пять минут спустя их мечта сбылась, ведь полицейский Тань Янсюань получил новое задание от начальства и неохотно отправился в университет.

Сюжет «Затерянного города» был довольно динамичный, как у настоящего коммерческого фильма. Каждый кадр выглядел очень реалистично, включая труп посреди фонтана.

Теперь, с появлением на экране Тань Янсюаня, зрители уже знали, что сейчас они увидят Сюэ Цзячжэ, которого играл Жун Сюй.

По нескольким трейлерам, выпущенных перед премьерой «Затерянного города», зрители уже знали, что Сюэ Цзячжэ был профессором психологии в университете.

В кинотеатре Гуанмин несколько фанатов Жун Сюя нервно хватали своих товарищей за руки и с нетерпением ждали появления Жун Сюя на экране. Однако на экране был показан только хаотичный шумный класс, в котором студенты залипали в свои телефоны и весело переговаривались, чем ещё сильнее раздражали напряжённых зрителей.

Полминуты спустя:

— Когда уже появится мой Жун Жун...

— Да, я тоже очень хочу увидеть Жун Сюя! Фильм идёт уже десять минут, а Жун Сюя ещё не показали!

Несколько фанатов Жун Сюя негодующе перешёптывались друг с другом, но в следующий момент они внезапно услышали из динамиков кинозала ровный звук чьих-то шагов. Звук был очень тихим, но интервал между каждым звуком был одинаковым. Когда шаги стали достаточно громкими, чтобы их смог заметить каждый зритель, фанаты с волнением впились взглядами в экран.

Вдруг, внезапно!

Тонкая белоснежная рука осторожно толкнула дверь в класс.

Когда этот человек действительно появился на экране, его поклонники уже не были так возбуждены, как секунду назад, и не испытывали стыда за то, что громко перешёптывались и возмущались: все  они замерли и раскрыли рты, безмолвно наблюдая за этим красивым и элегантным молодым профессором, медленно поднимающимся к трибуне, установленной в центре лекционного зала.

Образ Жун Сюя уже был известен им по трейлерам и постерам.

Однако, когда его фигура постепенно приближалась к ним на большом экране кинотеатра, его невероятное безразличие и красота лишила зрителей способности дышать.

Это была своего рода холодная и высокомерная красота. Очки в холодной золотистой оправе, закрывающие ясные узкие глаза, тонкие губы и почти болезненно-белая кожа... Его образ в этом фильм очень походил на образ маршала Хо Си – хладнокровный снаружи и, как правило, ласковый внутри. Однако на самом деле Сюэ Цзячжэ немного отличался от Хо Си.

Красота Хо Си – высокомерная и властная, а красота Сюэ Цзячжэ – сдержанная, спокойная и холодная.

Не говоря уже о поклонниках Жун Сюя, даже многие случайные зрители покраснели, увидев его на экране, и должны были признать, что этот молодой человек действительно хорош.

— Лицо Жун Сюя будто создано для большого экрана… Он такой красивый...

Фильм продолжался.

Этот профессор психологии был настолько умён и проницателен, что понимал всё без слов. Слабо вздёрнув уголки тонких губ, он мог перечислить все блюда, которые вы ели вчера.

Увидев взаимодействие Сюэ Цзячжэ и Тань Янсюаня, зрители не могли не почувствовать: это брак, заключённый на небесах!

Каждый раз, когда Тань Янсюань делал глупости, Сюэ Цзячжэ высмеивал своего товарища. Но Тань Янсюань, казалось, не замечал этого и спокойно подшучивал над Сюэ Цзячжэ, часто намеренно прикасаясь к нему, заставляя последнего отпрянуть от отвращения.

Впрочем, с точки зрения физической подготовки, этот профессор не мог сравниться с капитаном спецназа.

Тань Янсюань каждый раз намеренно касался лица Сюэ Цзячжэ и так разозлил его этим, что профессор оторвался от работы, а затем громко рассмеялся:

— Освободи помещение

Непроницательные зрители, глядя на них, думали, что у мужчин просто своеобразные отношения, причём довольно хорошие. Но те зрители, которые уже всё понимали, вжались в свои кресла с красными от волнения глазами; длинные милые сюжеты и картинки уже мелькали у них перед глазами, и им не терпелось поскорее попасть домой и написать про них длинный пост!

— Я не могу держать себя в руках, мой муж, мой муж, мой муж... слишком милый!!! :(»

Конечно, фильм продолжался.

Хотя зрителей очень привлекала эта обворожительная «пара», они неизбежно начали размышлять над тем, кто же был убийцей? Сначала многие думали, что это герой пятого плана – честный и невинный человек, однако Сюэ Цзячжэ вскоре исключил его кандидатуру из списка подозреваемых.

Когда реального подозреваемого, в конце концов, нашли и арестовали, многие зрители растерялись, но нашлись и особенно «умные» фанаты, которые проанализировали:

— Ты забыла? Этот подозреваемый действительно появлялся в фильме как минимум три раза. В первый раз он прошёл мимо Тань Янсюаня, когда тот приходил в университет к Сюэ Цзячжэ; во второй раз Сюэ Цзячжэ ответил на зов о помощи Тань Янсюаня и кратко описал внешность этого человека. А в третий раз Тань Янсюань пришёл к Сюэ Цзячжэ и, открыв дверь, увидел этого человека. — юная зрительница шёпотом объясняла свою теорию подруге, но несколько зрителей на соседних сиденьях и рядах тоже внимательно прислушивались к её словам. Девушка продолжала анализировать. — На самом деле, Сюэ Цзячжэ несколько раз упоминал о нём в фильме. Он сказал, что родители этого мужчины разошлись, когда он был маленьким, и из-за этого у него начались проблемы с психикой, и вскоре он попал в тюрьму.

Услышав это, все почувствовали, что всё вполне логично.

Зрительница по имени Сяо Ин и её подруга тоже переглянулись и кивнули, согласившись с этим объяснением. Они не переставали удивляться – сколько же подсказок спрятал в сюжете режиссёр Юань!

В эту секунду в кинотеатре внезапно раздался громкий стук в дверь.

Сяо Ин поспешно повернула голову, чтобы посмотреть на экран, и её глаза вспыхнули. Невероятно! Мужчины решили выпить вместе посреди ночи!

Все зрители с большим азартом досматривали конец фильма. Сначала Тань Янсюань напился, затем Сюэ Цзячжэ назвал его глупым, затем Сюэ Цзячжэ уложил мужчину спать в своей спальне…

Постепенно сюжет подобрался к тому месту, когда Сюэ Цзячжэ полез в свой шкаф за пижамой.

Сяо Ин дрожащим голосом прошептала:

— Он просто лёг спать? Это просто неразумно...

В эту секунду девушка внезапно замолкла и, широко раскрыв глаза, недоверчиво вперилась взглядом в угол экрана.

Она увидела тёмно-зеленый сосуд в углу тёмного шкафа Сюэ Цзячжэ. Жуткая отрубленная рука плавала в формалине, отчего в кинозале внезапно стало очень холодно, и повисла тяжёлая тишина.

Однако Сюэ Цзячжэ даже не удостоил отрубленную руку взглядом; недолго порывшись в шкафу, он, наконец, нашёл пижаму на полке рядом с отрубленной рукой. Он спокойно взял пижаму, обернулся и собрался идти к кровати, когда вдруг внезапно вспомнил, что забыл закрыть дверь.

Поэтому он быстро повернулся обратно и поднял руку, чтобы закрыть шкаф.

В этот момент объектив был сосредоточен на холодных и беспощадных глазах мужчины, спокойно и равнодушно глядящих на зрителей в кинозале. Какое-то время молча посмотрев в объектив, он медленно скривил свои тонкие губы, обнажив холодную улыбку.

*Бам!*

Дверь шкафа закрылась, и кинозал погрузился во тьму. В кинотеатре какое-то время стояла гробовая тишина.

Минуту спустя... в зале раздались испуганные и неверящие возгласы!

http://tl.rulate.ru/book/14326/1314361

Глава 109 (Часть 1)

В два часа ночи 22 сентября во всех кинотеатрах Китая происходило странное зрелище: везде, где показывали премьеру «Затерянного города», зрители оставались неподвижно сидеть на своих местах.

Во многих больших фильмах после длинных титров показывают короткие пасхалки. Это может быть какой-то лакомый кусочек или истории, связанные с фильмом.

Сцены после титров были широко распространены за границей. Большинство китайских зрителей не ждали после окончания фильма пять-шесть минут, а просто вставали и уходили сразу же, как только фильм заканчивался и в кинозале включался свет.

Однако не менее 90% зрителей сегодня на премьере «Затерянного города» не спешили покидать кинозалы.

Когда вошли уборщицы кинотеатра и увидели сидящих на своих местах зрителей, они непонимающе почесали головы. Однако они не знали, что эти зрители сидели не потому, что ждали сцену после титров, а потому что...

— Чёрт, чёрт, чёрт! У меня мурашки по коже! Какого чёрта! Что, чёрт возьми, было в конце?!

— Мои волосы тоже встали дыбом! Это лицо!.. Оказывается, Жун Сюй – убийца. Жун Сюй  извращённый убийца, чёрт побери! Я немного напугана, я чувствую, меня впервые напугала чья-то улыбка… Мне так страшно... Не думаю, что смогу облизывать фотографии Жун Жуна моей семьи в ближайшие пару дней.

— Нет, серьёзно? Сюэ Цзячжэ – убийца? Сюэ Цзячжэ – убийца? Я ничего не понимаю, но внезапно я почувствовал себя напуганным...

В кинотеатре многие зрители сидели на своих местах, лихорадочно обсуждая финал только что закончившегося фильма со своими спутниками. Некоторые люди, которые были более стабильны эмоционально,  спокойно говорили своим спутникам:

— Пойдём, давай выйдем.

Неожиданно одна из таких спутниц взглянула на своего товарища и с побледневшим лицом дрожащим голосом прошептала:

— Я... у меня ноги... ватные...

— ...

Были на премьере и мужчины, которые сопровождали своих девушек. Они не особо интересовались этим фильмом, и уже устали слышать от своих избранниц имя «Жун Сюй». Однако, когда один из таких молодых людей увидел финал фильма, когда Жун Сюй злобно улыбнулся, он неожиданно изумленно воскликнул:

— Достаточно милый и достаточно извращенный! Мне это нравится!

Его девушка немедленно повернулась к нему с ужасом во взгляде.

Были на премьере и смелые фанаты, которые – хотя вначале они тоже были напуганы – быстро успокоились и осознали ещё кое-что. Их глаза загорались, когда они взволнованно бормотали:

— Жун Жун извращённый убийца... но почему он такой красивый!!!

Однако, даже если финал этого фильма был ужасен, спустя пять минут титров все зрители постепенно пришли в себя. Одни стали уходить, держа за руки своих спутников, а другие – более отважные – уходили в одиночестве.

Однако как только они покинули свой ряд, как вдруг увидели, что изображение на большом экране изменилось...

Титры закончились, и началась та самая сцена после титров.

Землетрясение.

Маленький мальчик с нефритовой кожей в ужасе убегал из дома, а его отец протягивал ему руку, чтобы вытащить его наружу. Однако в ту секунду, когда он уже собирался дотянуться до руки ребёнка, огромный валун обрушился на пол в полуметре от мальчика. В этот момент его отец вдруг сделал резкое движение назад. Глядя на протянутую руку сына, мужчина резко повернулся и убежал.

На экране момент, когда отец мальчика повернулся и сбежал, был растянут до бесконечности.

Ребёнок тупо таращился на спину отца своими простыми невинными глазами, словно не понимая, что только что произошло. Но его отчаявшаяся мать хрипло прокляла этого «зверя», а затем обняла сына, закрыв его своим телом от большого камня, падающего с потолка.

Картинка снова сменилась, и в следующий момент на экране появился красивый молодой профессор – этот маленький мальчик спустя двадцать лет.

Он сидел в своём кабинете, попивая кофе, и смотрел на фотографию в углу стола. На снимке была изображена его нежная красивая мама, которой было уже за пятьдесят. Морщины на её лице сложно было не заметить, но она по-прежнему была очень красива. Её тело явно уже отказало, но её улыбка была очень тёплой, нежной и оптимистичной.

Рядом с ней стоял Сюэ Цзячжэ без очков и холодно, без всякого выражения смотрел в камеру.

Бледная тонкая рука медленно протянулась к фоторамке и положила её передней частью на стол. Мужчина встал и вышел за дверь, и одновременно с его шагами зрителю открылся весь его кабинет.

Эта сцена заставила зрителей снова почувствовать холод и застыть на месте, не в силах пошевелиться.

Они увидели фотографии на стене в кабинете Сюэ Цзячжэ. На фотографиях были изображены улыбающиеся мужчины: самому младшему из них на вид было лет двадцать, а самому старшему – 70 или 80 лет. Из некоторых фото торчали дротики.

Сюэ Цзячжэ подошёл к двери, взялся за ручку, потянул дверь на себя и вышел в коридор.

Однако, когда дверь уже со скрипом закрывалась, экран внезапно со свистом пересёк ещё один дротик, вонзившись в новую фотографию. Дротик попал прямо в лицо мужчине на фото, но зрителям  оставалась видна его тёплая улыбка.

Человек на этой фотографии весело улыбался, вселяя в зрителей необъяснимое чувство близости.

На этом кадре экран полностью потемнел, и сцена после титров закончилась.

Что касается тех зрителей, которым посчастливилось увидеть эти сцены, все они были в шоке.

Сразу после полуночной премьеры «Затерянный город» получил массу восторженных откликов от зрителей в Интернете.

В настоящий момент команда, работавшая над фильмом, всё ещё находилась в Большом театре города S и собиралась дать заключительное интервью СМИ и ответить на вопросы публики. Очевидно, что после просмотра фильма вопросы журналистов перестали быть столь неудобными.

Во-первых, теперь они задавали вопросы исключительно о фильме и больше не мусолили сплетни об актёрах и режиссёрах, а во-вторых... их голоса теперь почему-то немного дрожали.

А как они могли не дрожать?! Им посреди ночи показали ужасы, не предупредив заранее, что это ужасы! Как тут не испугаться?!

В любом случае, церемония премьеры завершилась успешно. Увидев реакцию публики, режиссёр Юань удовлетворённо кивнул.

Поздней ночью после премьеры съёмочная группа покинула Большой театр. Во время расставания режиссёр Юань с гордостью сказал Жун Сюю и Бай Сивэню:

— Все зрители, покидая зал, обсуждали сюжет. Кажется, результат должен быть очень хорошим. Думаю, очень скоро мы встретимся снова и отпразднуем достижение кассовыми сборами отметки в 100 миллионов!

Однако на этот раз режиссёр Юань ошибся.

Для фильма «Затерянный город» преодоление отметки в 100 миллионов оказалось лишь началом.

В день премьеры 22 сентября кассовые сборы «Затерянного города» уже к 13:00 перевалили за 100 миллионов юаней!

К полуночи следующего дня, спустя ровно сутки после премьеры, эта сумма перевалила за 310 миллионов!

http://tl.rulate.ru/book/14326/1315683

Глава 109 (Часть 2)

Многие любители кино не пошли на премьеру ни ночью, ни рано утром, а купили билеты на дневное время, чтобы хорошенько выспаться. Однако, когда они проснулись и зашли в Вэйбо, то обнаружили, что на всех возможных форумах и новостных порталах все только и делают, что обсуждают «Затерянный город»!

«Изначально я думала, что это обычный криминальный фильм, но в финальной части я так испугалась, что мои ноги тут же стали ватными!»

«Этот жанр не нов. За исключением финального поворота, который объяснил несколько предзнаменований, оставленных в фильме ранее, всё остальное – обычная составляющая любого коммерческого фильма. Но для коммерческого фильма этот фильм просто потрясающий! Рекомендую! 9 баллов!»

«Я пошла в кино просто, чтобы посмотреть на красивых парней. И Жун Сюй, и Бай Сивэнь очень красивы. Но я никак не ожидала, что этот фильм (в котором даже нет призраков!) на деле напугает меня :( Но я должна сказать... Жун Сюй так красиво улыбнулся в конце... Я думаю, в эту секунду он был красивее, чем когда либо!»

Поклонники кино были очень сплочены и дружелюбны. Будь то обзор короткометражного или полнометражного фильма, все будут лаконичны в своих рецензиях и обязательно предупредят читающих о возможных спойлерах. Таким образом, пользователи сети, прочитавшие рецензию до похода в кинотеатр, обходились без спойлеров.

Однако... на этот раз всем пользователям наоборот было очень интересно узнать о столь обсуждаемом финале фильма, поэтому они целенаправленно читали все возможные спойлеры о нём.

Как и большинство людей, Син Сяосяо видела обсуждения «Затерянного города» в интернете, где его описывали, как ужасающий фильм. Прочитав уйму спойлеров, девушка рассмеялась:

— И это всё? Ха-ха-ха, что ж, я с нетерпением жду похода в кино! Я должна увидеть эту легендарную извращённую улыбку!

Два часа спустя…

Син Сяосяо:

— Мам, мои ноги такие ватные… Можешь помочь мне встать?..

Мама девушки:

— Доча, я тоже немного взволнована… Давай ещё немного посидим?

В Интернете многие профессиональные кинокритики всегда публиковали свои подробные разборы, раскрывающие обычным зрителям все отсылки, показанные на экране за два часа, сразу же после премьеры, чтобы простые зрители могли понять истинный смысл этого фильма.

Однако на этот раз кинокритики не сразу дали свои комментарии.

Обычно к этому времени на всех крупных киносайтах уже висели развёрнутые рецензии от разных известных кинокритиков, но на этот раз там были только оценки от дюжины кинокритиков без единой рецензии. Это сбило с толку многих посетителей киносайтов.

Только через час или два после следующего показа «Затерянного города» в кинотеатрах, в интернете, наконец, появились первые рецензии от критиков.

«Фильм, который нужно посмотреть дважды, чтобы понять – Затерянный город…»

«Город смятения, город потерянных сердец…»

«Затерянный город: фильм–игра. Здесь обманывают не только персонажей, но и зрителей».

«Меня пригласила на премьеру этого фильма съёмочная группа…

Что касается ракурсов, света и монтажа, Юань Кэ, который и раньше был на стабильно хорошем уровне, на этот раз добился большого прогресса в цвете и композиции. Сложнее всего снимать ночные кадры, однако, будь то чемодан с трупом в начале, или последующие дождливые ночи, Юань Кэ подобрал идеальную цветокоррекцию, чтобы люди чувствовали подавленность и неудобство при просмотре.

Что до ракурсов, он...

...

Вернёмся к сюжету.

«Затерянный город» на самом деле является очень ортодоксальным криминальным фильмом. Единственное, что может смутить зрителя, – это то, что режиссёр с самого начала создаёт положительный образ преступника, создавая у зрителей ложную иллюзию, что «если это положительный персонаж, он абсолютно точно не может быть убийцей».

Если не брать в расчёт эту хитрость, то все доказательства на протяжении всего фильма указывали на одного из главных актеров, Сюэ Цзячжэ.

В мистике есть особый жанр, называемый «фокусом повествования». В таких романах убийцей в большинстве случаев является человек, ведущий повествование от первого лица. К примеру, сюда можно отнести детективный роман «Убийство Роджера Экройда*» Агаты Кристи, читатели которого до самого конца не могут поверить, что человек, от лица которого ведётся повествование, может быть убийцей. Это жанр романов, который сбивает читателей с толку.

То же самое мы видим и в «Затерянном городе».

Тань Янсюань, второй главный герой, ещё в самом начале говорит, что у его однокурсника было ужасное детство, что является для зрителя первой подсказкой. Позже Сюэ Цзячжэ делает «фоторобот» убийцы, который довольно похож на подозреваемого, но больше всего он похож на него самого.

…

И, наконец, актёрское мастерство актёров – самая удивительная часть этого фильма.

Переход между двумя главными героями-мужчинами очень плавный: будь то Жун Сюй или Бай Сивэнь – они оба играют очень хорошо. Особенно меня удивил Сюэ Цзячжэ, созданный Жун Сюем. Как человек, который смотрел «Чёрные тучи», я должен признать, что Жун Сюю с удивительной ловкостью удаётся перевоплощаться в самые разные роли, но сохранять при этом свои личные качества.

Лин Сяо и Сюэ Цзячжэ – совершенно разные персонажи, но их обоих играет Жун Сюй.

Эти персонажи обладают характерными чертами самого Жун Сюя, но когда зрители смотрят на них, они не узнают в них Жун Сюя.

...

Моя оценка – заслуженные девять баллов!

«Затерянный город» – первый коммерческий криминальный триллер этой осени, который стоит посмотреть дважды».

В интернете стало постепенно появляться бесчисленное количество подобных обзоров на фильм. Хотя некоторые кинокритики критиковали работу Юань Кэ в определённых аспектах, а некоторые критиковали главный сюжетный поворот сюжета, называя его слишком грубым, в целом все рецензии были сугубо положительными: это фильм, на который стоит сходить в кино.

В день премьеры средняя оценка «Затерянного города» на всех крупных сайтах с обзорами фильмов составила 9 баллов!

Обычным зрителям обычно нравились три типа фильмов. Первый тип – фильмы, способные рассмешить, большинство из которых – комедийные новогодние фильмы. Второй тип – фильмы с красивой картинкой, будь то боевые искусства или спецэффекты.

И, наконец, третий тип – хорошие фильмы с отличным сюжетом.

Тяжёлые грустные фильмы часто запоминаются лучше, чем комедии, поэтому, если фильм заставит пустить слезу большинство зрителей в кинотеатре, он станет классическим фильмом. Точно так же, если фильм может вызвать ужас у большинства зрителей в кинотеатре, он, естественно, будет считаться хорошим впечатляющим кино.

Оценки зрителей «Затерянного города» доходили до двух крайностей.

Большинство зрителей настоятельно рекомендовали этот фильм к просмотру, уточняя, что сами они с радостью посмотрят его ещё пару раз, чтобы найти все скрытые подсказки в сюжете:

«Я знаю, кто убийца, но на этот раз я была совершенно обманута режиссёром. Теперь, когда я уже точно знаю, что Сюэ Цзячжэ – убийца, я хочу узнать, на какие подсказки я не обратила внимания при первом просмотре!»

Крайне малочисленная часть зрителей ненавидела этот фильм и даже насмехалась над ним.

«Какого чёрта? Хороший человек – убийца? Ничего не понятно! Кто мог придумать такую ерунду?!»

«Такое ощущение, будто кто-то жестоко насмехается надо мной. Я потратила два часа своей жизни впустую! Мерзость!»

Хотя пиар-команда «Затерянного города» быстро обнаружила, что некоторые пользователи сети, злонамеренно ставившие низкие оценки фильму на крупных сайтах, были фейками, они знали, что помимо них было много настоящих зрителей, которым совсем не понравился их фильм.

В конце концов, ещё не снято такого фильма, который мог бы полюбиться сразу всем зрителям без исключения.

Например, несколько десятилетий назад вышел фильм под названием «Титаник», который собрал невероятные кассовые сборы по всему миру, а белокурый голубоглазый главный герой стал после этой работы одной из главных звёзд Голливуда и мечтой миллионов женщин. Но даже при всём этом многие киноманы продолжали считать этот фильм вульгарным и очень кровавым, а трогательную любовную трагедию – пошлым спектаклем.

Однако требования режиссёра Юаня к отклику у публики были невысоки, и если говорить об обсуждаемости «Затерянного города», то его кассовых сборов было вполне достаточно, чтобы люди о нём говорили.

* «Убийство Роджера Экройда» (The Murder of Roger Ackroyd) — детективный роман Агаты Кристи, опубликованный в 1926 году. Является шестым изданным романом писательницы и третьим, в котором фигурирует детектив Эркюль Пуаро.

В книге детективное расследование убийства богатого фабриканта Роджера Экройда ведёт сыщик Пуаро. Ему помогает доктор Шеппард, от лица которого и ведётся повествование. В конце романа неожиданно выясняется, что убийцей является именно доктор, оказавшийся таким образом так называемым ненадёжным рассказчиком. В соответствии с традициями классического детектива читателю предоставлена возможность вычислить убийцу, однако в данном случае сделать это довольно сложно, поскольку читатель традиционно проникается доверием к рассказчику.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1316805

Глава 109 (Часть 3)

В ночь после премьеры съёмочная группа «Затерянного города» вновь организовала праздничный банкет. Жун Сюй, Бай Сивэнь, Жэнь Шучжэнь и другие высокопоставленные члены команды присутствовали на мероприятии, и на него, помимо них, было приглашено бесчисленное количество репортёров СМИ. В банкетном зале в эту ночь было очень оживлённо.

Уже несколько дней в официальном блоге «Затерянного города» публиковались разные радостные посты.

Команда «Затерянного города»: «600 миллионов! А вам нравится затерянный город? [фото]»

Команда «Затерянного города»: «Лакомый 1 миллиард! *аплодисменты* *аплодисменты* *аплодисменты* [фото]»

Команда «Затерянного города»: «Вот, кусочек видео. 1,5 миллиарда! [фото] [видео]»

...

Даже если фильм уже официально вышел в прокат, на этом рекламная деятельность пиар-команды «Затерянного города» не закончилась.

Начав снова с города S, режиссёр Юань собрал Жун Сюя, Бай Сивэня и Жэнь Шучжэнь, чтобы продолжить роуд-шоу. С выходом «Затерянного города» на большие экраны, у их фильма появилось много фанатов, поэтому на этот раз они приходили  на роуд-шоу не только из-за звёзд, но и из-за самого фильма.

Из-за популярности «Затерянного города» ценность нескольких его актёров неуклонно росла.

То, что Жэнь Шучжэнь снялась в фильме за низкий гонорар, в конечном счёте хорошо окупилось. Хотя у неё было очень мало экранного времени («Затерянный город» – фильм с двумя главными героями-мужчинами), она стала после фильма очень популярной, ведь кроме неё в фильме было крайне мало запоминающихся женских персонажей.

Поэтому кассовые сборы «Затерянного города» хорошо повлияли и на неё. Теперь, говоря о ней, люди сразу вспоминали бы внушительные сборы этого отличного фильма с её участием.

С другой стороны, более явно «Затерянный город» повлиял на популярность Жун Сюя и Бай Сивэня.

Многие зрители пришли после просмотра фильма к пугающему выводу. На фотографии, показанной в сцене после титров, куда Сюэ Цзячжэ бросил дротик, было запечатлено лицо Тань Янсюаня!

Все люди на предыдущих фотографиях, пронзённых дротиком, уже были убиты Сюэ Цзячжэ. Значило ли это, что он собирался убить Тань Янсюаня? Значило ли это, что у фильма может быть продолжение?

Услышав этот вопрос от репортёров на роуд-шоу, режиссёр Юань с улыбкой ответил:

— У меня пока нет в планах сиквела, и следующей моей работой будет ещё один боевик. Если вы действительно хотите увидеть продолжение «Затерянного города», вам, вероятно, придётся подождать, пока наши главные герои освободятся, ха-ха!

Ведущий тут же перебросил эту тему на Жун Сюя и Бай Сивэня:

— Тогда я должен узнать у нашей команды детективов: можем ли мы ждать вашего сотрудничества в будущем?

Бай Сивэнь взял микрофон и с улыбкой ответил:

— Если режиссёр Юань пригласит меня на эту роль, я обязательно соглашусь.

Жун Сюй тоже улыбнулся:

— Я тоже согласен. Режиссёр Юань, не забудьте позвонить мне.

Режиссёр Юань рассмеялся и повернулся к Жэнь Шучжэнь, которая сидела в стороне, и сказал:

— Я думаю, мы можем попробовать, тем более, что зрителям очень понравилась их пара.

Как только эти слова прозвучали, из зрительского зала перед сценой раздались неистовые крики фанаток:

— Тань-Сюэ! Тань-Сюэ! Тань-Сюэ!

Услышав их, Жун Сюй слегка улыбнулся и посмотрел на режиссёра Юаня, но ничего не сказал.

Режиссёр Юань сказал ранее, что им нужно использовать тему пары #Тань_Сюэ, чтобы разрекламировать фильм. Юань Кэ – успешный бизнесмен и всегда использует все доступные методы, чтобы получить из своих работ максимальную выгоду.

Сегодня в Китае уже был принят закон об однополых браках. Хотя концепцию традиционных семей, складывающуюся на протяжении тысячелетий, нельзя было изменить в одночасье, в индустрии развлечений уже было несколько открытых гей-пар.

Если Юань Кэ мог получить популярность благодаря спекуляции на «отношениях» героев, его не заботили вопросы морали.

Однако из-за Цинь Чэна Жун Сюй не смог согласиться на просьбу Юань Кэ чрезмерно спекулировать на теме «гей-пары». В противном случае, Жун Сюй и Бай Сивэнь должны были бы – по замыслу режиссёра Юаня –  флиртовать прямо на публике во время роуд-шоу. Если бы Жун Сюй согласился, он боялся представить себя реакцию Цинь Чэна на такой «пиар».

После того, как вчера утром этот мужчина вернулся в город В из Милана, он сразу же отправился в кинотеатр на премьеру «Затерянного города», а после просмотра отправил Жун Сюю сообщение.

Цинь Чэн: «...»

Жун Сюй, не понимающий, что произошло, просто ответил ему с улыбкой: «Ты вернулся в Китай? Я сейчас нахожусь в рамках роуд-шоу в провинции G и, возможно, не смогу вернуться до следующей недели. Поскольку съёмки «Немого» тоже завершились на прошлой неделе, режиссёр Сюй уже начинает продвигать его, и мне придётся поучаствовать в пиар-компании на следующей неделе. Возможно, в это время я ненадолго заскочу в город В».

Однако на этот раз Цинь Чэн снова ответил ему троеточием: «...»

На этот раз настала очередь Жун Сюя: «?..»

Цинь Чэн: «…………»

Жун Сюй: «………………»

Цинь Чэн: «……………………»

Цинь Чэн: «…………………………»

Жун Сюй: «Что с тобой? ^ _ ^»

Цинь Чэн: «...»

На этот раз Цинь Чэн сразу прислал ему фотографию. На фото был изображён корешок билета в кино на «Затерянный город». Билет был только один, и судя по времени на нём, сеанс начался два часа назад, а сейчас он только закончился. Сопоставив все факты, Жун Сюй внезапно понял: «Ревнуешь?»

Через какое-то время у него зазвонил телефон. Ответив на звонок, Жун Сюй услышал глубокий притягательный и необъяснимо элегантный мужской голос:

— Когда ты вернёшься?

В этот момент Жун Сюй только закончил гримироваться и через десять минут должен был выходить на сцену очередного развлекательного шоу. Отойдя в укромный угол, где не было людей, он посмотрел на ясное голубое небо за окном, словно сквозь небо мог увидеть своего собеседника.

— На следующей неделе. Я же только что писал об этом. — в голосе юноши звучала улыбка.

— Помнишь, что будет на следующей неделе?

Жун Сюй был слегка ошеломлён:

— Что будет на следующей неделе?

Через некоторое время из трубки раздался голос мужчины, подавляющий смех:

— Я должен сказать тебе кое-что очень личное. Убедись, что поблизости никого нет.

В следующую же секунду Жун Сюй всё понял:

— Твой день рождения!

27 октября – день рождения Цинь Чэна.

Полгода назад Жун Сюй только прибыл в команду «Затерянного города», и прежде, чем он официально приступил к съёмкам, ему без конца названивал Цинь Чэн, боясь оставлять его наедине с Жэнь Шучжэнь. В то время у Жун Сюя было смутное ощущение, что Цинь Чэн звонит ему не просто так, а с какой-то конкретной целью. Однако мужчина тогда сказал, что хочет пригласить его на день рождения. Теперь, подумав об этом ещё раз, он внезапно понял...

— Ты специально звонил мне каждый вечер, чтобы не дать мне остаться наедине с Жэнь Шучжэнь?

Ответом Жун Сюю было ровное дыхание на другом конце провода и глубокий голос:

— Сяо Сюй...

Излишне говорить, что одно только это воспоминание заставило его почувствовать прилив нежности и теплоты.

Они ещё немного поболтали, прежде чем положить трубку.

Жун Сюй вышел на сцену вместе с командой «Затерянного города», чтобы принять участие в записи шоу. В далеком городе В красивый мужчина в этот момент смотрел на красивую военную форму, скользя по ремню на её талии и ордена на груди. Его тонкие губы слегка приподнялись.

«Что я хочу на день рождения?»

Пять минут спустя на странице «Пасты из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» появился новый пост.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1318149

Глава 109 (Часть 4)

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «# ЗатерянныйГород #ЖунСюй #ЖунЖун #ПрофессорСюэ ~ [фото]»

Щёлкнув на это фото, подписчики «пасты» увидели бесчисленное количество корешков билетов в кино, выложенных в длинный ряд на полу! Многие корешки были сложены друг на друга стопкой, из-за чего их трудно было сосчитать, но самым усердным подписчикам это всё же удалось. В ужасе они принялись писать свои ответы под постом: «С ума сойти! Пятьсот двадцать девять билетов! Пятьсот двадцать девять! Значит ли это, что «Паста» разом скупила все места в одном большом кинозале?!!»

Эта девушка не переставала их удивлять.

Многие поклонники были поражены степенью энтузиазма «Пасты из семян лотоса с Апельсиновой начинкой». Некоторые из них, заметив название кинотеатра на билетах, принялись писать:

«О, это в городе В? Я часто хожу в этот кинотеатр. К сожалению, я смотрела «Затерянный город» вчера, ведь иначе сегодня я смогла бы воочию увидеть Апельсиновую богиню!»

«Аааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааах!Это… это так неожиданно и удивительно! Поначалу я тоже хотела купить билет на этот сеанс, чтобы ещё разок взглянуть на профессора Сюэ в исполнении Жун Жуна моей семьи, но после того, как я вошла в приложение, я обнаружила, что билетов нет! Оказывается, их все забронировала наша «Паста»! Уууууууууууууууууууух!»

Неожиданно, через три минуты, эта подписчица получила ответ от самой «Пасты»...

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой ответила @Маленькому_Монстру: «Ты из города B? Тогда я приглашаю тебя посмотреть этот фильм. Напиши мне в личные сообщения».

Теперь пришло время удивляться всем подписчикам: «...»

Однако это было ещё не все!

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «#ЗатерянныйГород #ЖунСюй. Каждый, кто сделает сегодня репост этой записи (если он из города B), получит билеты в кино на «Затерянный город». Количество не ограничено».

Подписчики «Пасты» были в шоке!

Билеты в кино на «Затерянный город» были не очень дорогими. 2D-фильмы уже давно себя исчерпали, и самыми простыми фильмами в кинотеатрах сейчас были 3D-фильмы. В «Затерянном городе» было не так много экшн-сцен и спецэффектов, поэтому технологии 4D или 5D здесь были ни к чему – ограничились обычным 3D-фильмом.

Цена билета на 3D-фильм составляла около 70 юаней. Если вы покупаете билет с помощью приложения, цена становится ещё на десять-двадцать юаней дешевле. Это было недорого, но поведение «Пасты из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» всё равно поразило её подписчиков. Она раздавала билеты в кино, одновременно с этим бесплатно продвигая фильм «Затерянный город»!

Пользователи сети, уже видевшие премьеру «Затерянного города», естественно, с радостью сделали репост этого поста, ведь им был не лишним ещё один бесплатный (!) билет в кино на этот потрясающий фильм, который не жалко посмотреть в кино ещё раз. А те, кто ещё не смотрел «Затерянный город» по каким-то причинам, могли за один простой репост получить бесплатный билет на желанную премьеру!

В далеком будущем, когда Сюй Цзиню стало известно об этом «аттракционе неслыханной щедрости», мужчина лишился дара речи:

— Почему ты так не рекламировал свои собственные фильмы?! Почему ты не раздавал на них бесплатные билеты в кино?! О себе ты забываешь, а его всегда поддерживаешь!!!

Всего за три часа этот пост «Пасты из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» сумел собрать более 50.000 репостов!

От 20 до 30 тысяч человек были местными жителями города В, репостившими эту запись из любопытства и желания попробовать. Некоторые даже высмеивали «Пасту»: «О, я тоже из города В! У нас в городе живут десятки миллионов людей – ты оплатишь билет каждому? Пустые обещания – это плохо!»

Однако вскоре эти люди с ужасом на лицах писали посты-опровержения: «Чёрт возьми! «Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» написала мне пойти в конкретный кинотеатр, показать на кассе репост этого поста, и после этого я смог посмотреть фильм... Я посмотрел _ (: з 」∠)_, наверное, эта «Паста» – сотрудница съёмочной группы? Как иначе это объяснить?!»

Фанаты Жун Сюя естественным образом открыли для себя аккаунт «Пасты из семян лотоса с Апельсиновой начинкой». Читая её последние посты, они вздыхали один за другим, чувствуя, что сильно проигрывают на фоне столь «мощного» фаната.

С другой стороны, Ло Вэй тоже не оставила без внимания поведение «Пасты из семян лотоса с Апельсиновой начинкой», но, прежде чем она успела рассказать об этом Жун Сюю, её опередил режиссёр Юань, радостно сказавший юноше: «Жун Сюй, твои фанаты действительно замечательные! Мы можем посотрудничать с тобой ещё раз? Мой следующий фильм будет на тему древних боевых искусств и Цзиньи-вэй. Что скажешь? Не хочешь со мной посотрудничать?»

Жун Сюй был ошеломлён уже на первом предложении Юань Кэ. Но когда он услышал словосочетание «Цзиньи-вэй», он неохотно покачал головой и улыбнулся:

— Режиссер Юань, я бы не хотел сниматься в двух фильмах о Цзиньи-вэй в короткий промежуток времени. Но я могу сотрудничать с Вами в будущем, если Вы не забудете позвать меня.

Режиссёр Юань рассмеялся и сказал:

— Хорошо! Не забуду!

Видя энтузиазм режиссёра Юаня, Жун Сюй начал гадать, что же такое могло произойти с его фанатами. После еды он, наконец, услышал рассказ Ло Вэй о «Пасте из семян лотоса с Апельсиновой начинкой». Когда он услышал, что количество репостов на её странице превысило 80 тысяч, и по крайней мере 40 тысяч из них были жителями города В, он опешил:

— ...

Что ж, эта поклонница действительно удивительна!

Итак, в этот вечер – спустя несколько месяцев – Жун Сюй снова посетил страничку «Пасты из семян лотоса с Апельсиновой начинкой».

В конце концов, она была лишь фанаткой, и поэтому Жун Сюю не нужно было читать её обновления каждый день. А теперь он заглянул к ней на страницу из-за недавних громких событий.

Конечно же, на странице этой фанатки по-прежнему было только два типа постов:

Признания в любви Жун Сюю.Ежедневные проявления привязанности к своему молодому человеку.

Эта девушка была очень терпелива и до сих пор не изменяла своей привычке признаваться ему в любви трижды в день. Жун Сюй мимоходом взглянул на эти признания, не уделяя им особого внимания. Что касается темы #ХочуСпатьСЖунЖуномКаждыйДень, Жун Сюй даже не стал читать её.

Его поклонники часто заигрывались в свои фантазии!

Жун Сюй внимательно изучил аккаунт «Пасты» и смутно почувствовал, что владелец этого аккаунта кажется ему очень знакомым. В конце концов, когда он выражал свою привязанность, этот человек неизбежно раскрывал свою реальную личность.

«Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» на первый взгляд казалась очень милой, очень красивой и очень нежной.

Готовила она на среднем уровне, но любила поесть.

Иногда она ревновала, но ей нравилось ревновать.

И еще она сказала…

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «Я тоже нравлюсь своему малышу! Хотя он не говорит мне об этом, я-то знаю, что ему тоже не терпится быть со мной каждый день! 2333333333»

Под этим постом многие подписчики отвечали:

«Ну вот… снова собачий корм!»

«Я с ума сойду…»

Однако некоторые подписчики спрашивали:

«Я одна чувствую, что «Паста из семян лотоса» тоже очень любит нашу «Апельсиновую богиню»? Ах, я действительно завидую Апельсиновой богине. Здорово, когда кто-то так сильно любит тебя и так хорошо к тебе относится... Разве ты не писала, что он намного старше тебя? Ах, зависть, зависть!..»

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой ответила на этот комментарий коротко: «^ _ ^»

Жун Сюй:

— ...

«Почему я вдруг необъяснимо почувствовал холод?..»

Увидев смайл «^ _ ^», Жун Сюй почувствовал странное чувство чего-то близкого в своём сердце. Ему очень нравилось использовать этот смайлик, и он часто использовал его в переписках. Теперь же он увидел, как его использует его «таинственная фанатка»...

Может быть, этот холод вызван этим смайлом?

На этот раз Жун Сюй не мог не щёлкнуть на кнопку регистрации, но едва он отправил код подтверждения на свою почту, как ему в дверь постучали. Он отложил свой телефон в сторону, чтобы обсудить с Ло Вэй запланированные рекламные мероприятия вместе с командой «Немого» на следующей неделе.

Когда Жун Сюй закончил, уже была полночь, и он, совсем забыв о регистрации, сразу же лёг спать.

Рано утром следующего дня режиссёр Юань снова попытался обсудить с Жун Сюем свой новый фильм о Цзиньи-вэй. Однако только к вечеру того же дня он, наконец, понял, почему Жун Сюй вежливо отклонил его предложение.

Команда «Диких цветов»: «Красивые изящные руки, одна песня, способная успокоить ваше сердце... Под яркой луной из кровавых клинков складываются цветы. Встречайте «Дикие цветы» 18 декабря! @Режиссёр_Лю_Лао, @Цинь_Чэн, @Хуан_Лэй, @Лао_Чэн, @Жун_Сюй, @Чэнь_Цифэн… [фото]»

http://tl.rulate.ru/book/14326/1318233

Глава 110 (Часть 1)

СМИ сообщили о новой работе режиссёра Лю Лао год назад.

В то время все средства массовой информации единодушно писали о том, что г-н Лю готовится к съёмкам нового фильма, и, возможно, уже даже приступил к ним, однако найти более подробную информацию тогда никому так и не удалось.

Никто не знал, ни о чём будет эта работа, ни какие в ней снимутся актёры. Они даже не знали, современный это фильм или исторический!

Что касается конфиденциальности, режиссёра Лю по этому критерию можно было смело назвать лучшим режиссёром во всей индустрии развлечений Китая. Сегодня, если не считать папарацци, обнародовавших полгода назад информацию о том, что героя якобы сыграет Цинь Чэн, а героиню – Вэй Ин, ничего другого зрителям о фильме великого режиссера по-прежнему не было известно.

Теперь же, наконец, после долгой интриги была полностью раскрыта информация об этом фильме.

Этот фильм назывался «Дикие цветы».

Роль главного героя исполнил Цинь Чэн, а роль героини – Хуан Лэй.

Глядя на опубликованный командой постер, все понимал, что этот фильм, вероятно, о Цзиньи-вэй.

Однако посмотрев вниз...

«Ах, ах, ах, ах, Жун Сюй?! Жун Сюй тоже участвовал в этом фильме? Жун Сюй тоже сыграл в нём?! Ахххх!!!»

Среди съёмочной группы «Диких цветов», если не считать имени режиссёра, четвёртым в списке шло имя Жун Сюя. Если судить по порядку расположения имён, Жун Сюй должен был сыграть как минимум персонажа третьего плана.

Жун Сюй действительно снялся в большом кино режиссёра Лю?! И исполнил роль третьего плана?!

В Китае Лю Лао, можно сказать, был лучшим режиссёром, стоя немного выше режиссёра Сюй.

Лю Лао снимал фильмы более 50 лет и получил за лучшую режиссуру четыре премии «Золотой Феникс», три награды на Берлинском фестивале и пять «Оскаров». Что касается наград, то ни у одного действующего режиссёра в Китае не было и не могло быть больше трофеев, чем у непревзойдённого Лю Лао!

Более того, фильмы Лю Лао всегда имели очень высокие кассовые сборы.

Хотя г-н Лю обычно выпускает фильмы раз в два-три года, это всегда поистине прекрасные работы. Бесчисленное множество актёров всегда мечтали принять участие в его фильме. Если актёру-новичку посчастливилось сыграть в его фильме, это равносильно счастливому билету на поезд славы.

Например, шесть лет назад Лю Лао и Цинь Чэн вместе работали над «Вечерним звуком»,после которого один из актёров, исполнивших второстепенную роль, внезапно стал популярным. У него было всего десять секунд экранного времени и всего две строки текста. Однако именно после этого фильма ему удалось стать популярным, несмотря на то, что он был молодым выпускником малоизвестной и малокомплектной киношколы.

К слову, этим человеком был Хань Янхао.

В общем, хотя у Жун Сюй в этом фильме была всего лишь роль третьего плана, его фанаты были безумно взволнованы этой новостью.

В Интернете популярность «Диких  цветов» была невероятно высокой. Хотя команда и опубликовала пока всего один постер – на котором не было изображено ни одного персонажа, а только тонкая вышитая тень меча, – пользователи сети неустанно обсуждали: О чём же этот фильм? Какую роль сыграет в нём Цинь Чэн? Что будет делать героиня? Кого сыграет Жун Сюй?

...

В течение часа тэг #ДикиеЦветы занял первое место в топе поиска дня.

Целых три часа все форумы и блоги, относящиеся к индустрии развлечений, неустанно обсуждали этот фильм.

«Исторический фильм! Фильм о боевых искусствах! Цинь Шэнь давно не играл в исторических фильмах :(  Я буду плакать!»

«Какой прекрасный день, какой прекрасный год! Премьера нового фильма Цинь Шэня состоялась в США только на прошлой неделе, а в следующем месяце он выйдет в прокат в Китае. Я уже считаю дни до его выхода, когда вдруг узнаю, что у Цинь Шэня выходит ещё один фильм?! Какое счастье, целые потоки счастья! У меня кружится голова…»

«Мой Цинь Шэнь внезапно стал таким образцовым трудягой! Я к такому не привыкла _(:з」∠)_»

«Верно, в этом году у Цинь Шэня вышло три фильма: «Чёрные тучи» в начале года, «Ученик» в середине года, и «Дикие цветы», который выйдет на экраны уже совсем скоро! Эй, подождите-ка, кажется, я нашла в этом кое-что странное... Вы заметили, что в двух из трёх последних работ Цинь Шэня снялся Жун Сюй?»

Действительно!

Поклонники Цинь Чэна каждый день на протяжении многих лет ждали выхода новой работы с его участием и надеялись, что «бог их семьи» будет сниматься в большем количестве фильмов и давать больше интервью, чтобы они могли почаще видеть его на экране. Теперь же их Цинь Чэн внезапно снялся сразу в трех фильмах за год! Эта новость едва не заставила их попадать в обморок от счастья, но они вдруг узнали удивительный факт: оказывается, почти во всех этих работах вместе с их богом снимался Жун Сюй!

В это же время эту странность обнаружили и фанаты самого Жун Сюй.

У их Жун Жуна на сегодняшний день было за плечами в общей сложности шесть работ, из которых два сериала и четыре фильма. Среди четырёх фильмов – «Чёрные тучи», «Затерянный город», «Немой» и «Дикие цветы», и в двух из них он сыграл с Цинь Чэном?!

В этот момент «взгляды» двух разных фан-сообществ внезапно встретились.

Однако по-настоящему взволнованы сейчас были не фанаты Цинь Чэна, и даже не фанаты Жун Сюя а фанаты их парочки!

Как только команда «Диких цветов» опубликовала этот пост в Вэйбо, фанаты пары #ЖунЧэн набросились на эту «миску с собачьим кормом». Они трижды с недоверием перечитали этот пост, затем проверили его репосты на страницах Цинь Чэна и Жун Сюя, после чего поспешили взволнованно делиться этой новостью с остальными.

«О, боже, они снова сотрудничают! #ЖунЧэн»

«Это лучшая пара, которую я когда-либо шипперила! «Чёрные тучи» вышли всего полгода назад, но они уже снова работают вместе над новым фильмом! О, я с радостью съем всю эту миску с собачьим кормом! Съем со слезами на глазах! Это так вкусно! Я съем ещё одну! #ЖунЧэн»

«Ох, ох,ох!!! Цинь Шэнь и Жун Жун снова работают вместе! Хотя я знать не знаю, о чём будут эти «Дикие цветы», я определенно хочу сходить на них в кино минимум три раза! Даже если в сюжете не будет никаких сладких моментов, я должна это увидеть! #ЖунЧэн»

Внезапно пара «#ТаньСюэ», которая только что появилась, была снова подавлена парой #ЖунЧэн.

Многим фанатам, посмотревшим «Затерянный город», очень понравилась пара «Бай Сивэнь + Жун Сюй». Однако, когда была обнародована информация о касте «Диких цветов»,  тэг #ЖунЧэн внезапно снова стал активным спустя полгода. Крупные шипперы в кругу, как конвейер, производили бесчисленное количество постов с «собачьим кормом» об этой «паре», поэтому многие фанаты, которые раньше ничего не знали о тэге #ЖунЧэн, начали ей интересоваться.

«#ЖунЧэн! Ааааааахххххх! Скоро «Дикие цветы» подвезут мне новую порцию собачьего корма! Я готова с большим удовольствием съесть его целиком!»

http://tl.rulate.ru/book/14326/1339927/ready

Глава 110 (Часть 2)

Когда команда «Диких цветов» обнародовала информацию о фильме, Жун Сюй был занят съёмками выездного шоу в рамках пиар-компании «Затерянного города».

Их команда сейчас подобралась к предпоследнему этапу своей маркетинговой кампании: в этом городе фанаты приняли их визит с большим энтузиазмом, чем сделали «Затерянный город» ещё популярнее.

Фильм шёл в кинотеатрах уже девять дней, а кассовые сборы пробили отметку в 3,9 миллиарда!

Этот результат был совершенно несопоставим с «Чёрными тучами», но здесь следует учитывать тот факт, что фильм «Чёрные тучи» – абсолютное исключение из правил. На дворе был сентябрь, и большая часть этого года уже была позади, а во всем Китае к этому моменту был только один фильм, собравший в этом году в прокате больше 10 миллиардов юаней.

Поэтому внезапный всплеск популярности «Затерянного города» был очень мощным.

В день премьеры кассовые сборы фильма составили немногим более 300 миллионов. Однако в последующие четыре дня кассовые сборы росли, а не падали. На третий день сборы за день достигли ошеломляющей отметки в 560 миллионов. Из-за популярности «Затерянного города» крупные кинотеатры даже увеличили количество кинозалов, в которых шёл показ этого фильма. Сейчас кассовые сборы «Затерянного города» поддерживались примерно на уровне одного-двух миллиардов в день, и, по оценкам, мог собрать ещё два-три миллиарда на выходных!

Эта сумма сполна удовлетворила режиссёра Юаня. Каждый раз за едой он эмоционально приговаривал:

— Сентябрь – хороший месяц! В следующем месяце в Китае выйдет «Вестник бури». Так совпало, что наши фильмы будут идти в кинотеатрах одновременно, отлично!

Слушая слова режиссёра Юаня, Жун Сюй невольно улыбнулся и спросил:

— Разве Вы не тщательно подбирали дату премьеры, режиссёр Юань?

Режиссёр Юань засмеялся и повернул голову, чтобы посмотреть на Жун Сюя:

— Ты меня раскусил. Давайте не будем соревноваться с ними. У нас всё идёт и без того хорошо. К чему нам с ними соревноваться? Давайте дождёмся окончания показов, посмотрим на окончательные кассовые сборы и узнаем, на сколько наград нас номинируют. Не беспокойтесь об этом. Я-то знаю, кто точно не останется без наград, ха-ха-ха-ха!

Услышав это, все за столом весело рассмеялись.

Режиссёр Юань не случайно носил прозвище «Режиссёр Премий». Он всегда хвастал номинациями на все возможные награды и не стеснялся принимать приглашения даже на мелкие кинопремии.

Некоторые актёры могли счесть его слишком педантичным и мелочным, но Жун Сюй очень ценил режиссёра Юаня.

В наши дни нелегко найти людей, которые бы так откровенно рассказывали о своих желаниях.

Сколько в индустрии звёзд, которые имеют популярность, не имея при этом даже зачатков актёрских навыков, но очень любят говорить, что «любят играть и готовы посвятить себя искусству», но на самом деле далеки от искусства и лишь ищут способ подзаработать на фанатах.

По крайней мере, Юань Дао был хорош тем, что мог прямо сказать:

— Мне просто нужны кассовые сборы. Мне просто нужны награды.

Это было гораздо лучше, чем громкие лицемерные заявления людей, которые притворяются, что «работают ради искусства», а за спиной только и делают, что считают деньги.

Три дня спустя Жун Сюй закончил съёмки в последнем роуд-шоу «Затерянного города» и вернулся в город В.

Утром в день его прибытия в Город B, команда «Немого» воспользовалась популярностью «Затерянного города» и «Диких цветов» с участием Жун Сюя, и внезапно опубликовала первый пост о фильме.

Недавний инцидент с Лу Сянбо заставил съёмочную группу «Немого» изменить свои планы, заново выбрать актёра и переснять все сцены с участием героя второго плана. После такого тяжёлого и напряжённого графика работы, обстановка с графиками команды стала крайне напряженной.

К счастью, «Немой» был современным фильмом о студенческой жизни, не требующий слишком большого количества спецэффектов. Пост-продакшн должен был быть относительно простым, иначе было бы глупо выпускать фильм уже в ноябре.

Команда «Немого»: «Я слушаю голос, слушаю себя. Мой мир безмолвен. Весь мой мир – это ты. 30 ноября «Немой» поразит вас своей историей самой обыкновенной любви... @РежиссёрСюйВэй @ЖунСюй @СяоЦзытун @ЛиньСюань @ЛюХуэйчжэнь [фото] [фото] [фото]…»

В отличие от «скупой» команды «Диких цветов», команда «Немого» опубликовала сразу целую серию рекламных снимков, а точнее ровно шесть полноценных постеров. На них были показаны все: главный герой и героиня, а также герой и героиня второго и третьего плана.

На первом снимке красивый юноша, закрыв глаза, смотрел на небо. Он был одет в белоснежную рубашку, а его юное тело было очень худощавым. Когда дул ветер, его тонкие волосы мягко развевались по воздуху, а рубашка колыхалась за спиной.

Когда фанаты увидели первую картинку под постом, они не могли не прилипнуть к своим экранам

Молодой человек на фото был очень нежным и спокойным; его кожа была бледной и почти прозрачной, а на губах играла мягкая улыбка. Он просто неподвижно стоял под голубым небом и улыбался, однако выглядел он в этот момент, как нечто неописуемо прекрасное.

Рядом с фото юноши на постере красовалась написанная светлым шрифтом строчка слов:

«Жун Сюй в роли Ду Жаня».

Фанаты впервые видели Жун Сюя в образе совсем юного и невинного студента.

Только увидев это фото, бесчисленное количество поклонников внезапно вспомнили, что этому молодому актёру сейчас было всего девятнадцать лет!

И у них перед глазами был отличный пример для сравнения: в «Затерянном городе», который сейчас шёл в кинотеатрах, этот актёр предстал в образе хладнокровного и извращённого сумасшедшего убийцы по имени Сюэ Цзячжэ, а здесь он вдруг сыграл такого нежного и милого студента по имени Ду Жань. Фанаты просто растаяли при виде новой роли своего кумира. В то же время они внезапно осознали один простой факт: актерские способности Жун Сюя действительно очень хороши.

Да, умение быстро переключаться между двумя кардинально разными ролями – показатель хорошего актёра. Такое определённо под силу только актёру с превосходными навыками игры. Хотя зрители еще не видели трейлера «Немого» и не знали, как Ду Жань в исполнении Жун Сюя будет выглядеть в движении, им вполне хватило одного этого постера, чтобы расплыться по столу от умиления.

Как ранее отмечал один известный кинокритик: каждая роль Жун Сюя имеет какую-нибудь уникальную особенность, но наблюдая за его персонажами, вы не увидите в них самого Жун Сюя – вы увидите только абсолютно разных персонажей.

Эта оценка подверглась критике со стороны большого количества хейтеров, когда «Затерянный город» впервые вышел на большие экраны.

В своих насмешках они называли Жун Сюя «простым куском свежего мяса, который имел милое личико, но напрочь лишён актёрского мастерства». Хотя фанаты быстро отбились от хейтеров, вежливо напомнив им о нескольких телепремиях, на которых Жун Сюй стал лауреатом, по-прежнему находилось много случайных пользователей сети, которые придерживались тех же взглядов, что и эти хейтеры…

«Красивые люди, как правило, абсолютно не умеют играть», – эта концепция превалировала во всем мире.

Многие зрители почему-то подсознательно думали, что красивые звёзды лишены актёрского мастерства. И, напротив, не очень симпатичных звёзд они считали превосходными актёрами. Может быть, всё потому, что они чувствовали, что если этим людям удалось стать популярными даже с такой неприметной внешностью, они определённо сделали это только благодаря прекрасной актёрской игре.

Поэтому красивым актёрам всегда требовалось прилагать много усилий, чтобы зрители о них узнали. К счастью для Цинь Чэна, первый его фильм сразу же стал хитом. Такие актрисы, как Вэнь Сюань и Ся Муйян, проработали в кругу много лет и снялись во множестве разных фильмов, прежде чем им удалось, наконец, достичь своего нынешнего положения и признания в обществе.

Или взять самый очевидный пример: несколько десятилетий назад в Голливуде был актёр-суперзвезда первой линии. В молодости он был популярен во всем мире и был мечтой женщин со всего мира. Чтобы получить «Оскар», он неоднократно разрушал свой имидж, намеренно набирал вес и сознательно снимался во всевозможных сложных ролях. В итоге, ему удалось получить «Оскар» лишь десятилетия спустя.

На самом деле его актёрское мастерство уже прошло испытание, и несколько его предыдущих работ были номинированы на «Оскар», однако из-за всевозможных неудачных совпадений он всегда оставался без награды. Когда он, наконец, получил заветный приз, весь мир праздновал вместе с ним это событие. Однако, на самом деле, это очень печальная история: красивый парень, однажды покоривший мир своим прекрасным лицом, смог получить награду только тогда, когда полностью отказался от этого прекрасного лица.

Если отложить в сторону это странное общественное мнение, многие зрители смутно осознавали: кажется, у Жун Сюя есть актёрские способности.

Когда среди его громких работ были только «Чёрные тучи», зрители особо не задумывались над его игрой: даже если они смотрели фильм дважды, они никогда сознательно не задумывались о том, насколько хороша игра актёра. В другом фильме Жун Сюя – «Затерянном городе» – образ его персонажа был совершенно иным, но этот персонаж по-прежнему был очень красив, и имел сходство с образом самого Жун Сюя, так что у зрителей всё равно не было желания размышлять над его игрой.

Так было до тех пор, пока Жун Сюй внезапно не предстал перед ними одновременно в двух абсолютно разных ролях: извращенного и равнодушного серийного убийцы против нежного и элегантного юноши в белом.

Такого сильный контраст оказал на фанатов огромное влияние, поэтому вскоре в Интернете многие люди принялись активно обсуждать актёрские навыки Жун Сюя. Уже через три часа после публикации поста от команды «Немого» тэг #ИграЖунСюя вошёл в первую десятку поиска Вэйбо.

Многие случайные пользователи сети нажимали на этот тэг и не могли не согласиться: «Фильмы с Жун Сюем действительно прекрасны, по крайней мере, тот факт, что его Сюэ Цзячжэ напугал меня, говорит о том, что он должен неплохо играть».

Видя такую ситуацию, больше всего были счастливы команда «Немого» и Ло Чжэньтао. Первые – из-за повышенного внимания к их работе, а второй – потому что просто радовался за Жун Сюя.

Ло Чжэньтао приехал в столичный аэропорт, чтобы лично встретить прибывшего с роуд-шоу Жун Сюя. Уже сидя за рулём автомобиля, он сказал своему подопечному:

— На этот раз я выбрал «Затерянный город» и «Немого», и это действительно был правильный выбор. Сяо Сюй, по окончании показов «Затерянного города» его кассовые сборы определенно превысят 6 миллиардов. Это отличается от ситуации с «Чёрными тучами», ведь успех этого фильма – полностью Ваша заслуга. И «Немой», я считаю, тоже обязательно получит свой приз, по крайней мере, хотя бы номинацию.

Услышав это, Ло Вэй, сидевшая на пассажирском сиденье, с любопытством спросила:

— Брат Ло, а «Затерянный город» может выиграть приз?

Ло Чжэньтао рассмеялся и ответил:

— Коммерческий характер «Затерянного города» слишком силён, поэтому Сяо Сюй должен иметь возможность получить награду, однако премия «Золотой Феникс» в этом случае очень маловероятна.

Ло Вэй слегка кивнула.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1346641/ready

Глава 110 (Часть 3)

Ло Чжэньтао говорил тихо, с оттенком волнения и нескрываемой радостью в голосе. Иногда он обсуждал с Жун Сюем его расписание на следующий месяц, а Жун Сюй тихо отвечал ему.

Со времени съёмок «Затерянного города» Ло Чжэньтао редко сопровождал Жун Сюя на съёмках. Забота о Жун Сюе легла на плечи Ло Вэй, а Ло Чжэньтао теперь отвечал со составление его графиков и маршрутов.

Когда на этот раз Ло Чжэньтао приехал в аэропорт за Жун Сюем лично, он приехал на новой машине –  более высококлассной, чем его предыдущая. Сегодня Ло Чжэньтао уже являлся агентом первого уровня «ХуаСя Энтертейнмент», и ему достаточно просто было добиваться продвижения Жун Сюя компанией.

Когда Ло Чжэньтао переключился на разговор с Ло Вэй, Жун Сюй медленно опустил голову и посмотрел на телефон в руке.

Яркое солнце светило сквозь тёмную тонировку на окнах, отражая легкий ореол на нежном и красивом лице юноши. Свет отражался в его ясных глазах, словно в прозрачном озере.

Несколько минут понаблюдав за неподвижным экраном телефона, Жун Сюй вдруг скривил губы и тихонько улыбнулся. Осторожно нажав пальцем на экран, он прочитал ответ своего собеседника.

Они продолжали переписываться всю дорогу, пока Ло Чжэньтао не повернул голову и не сказал:

— Сяо Сюй, Вы дома.

Жун Сюй поднял голову и убрал свой телефон в карман.

Ло Чжэньтао пристально посмотрел на Жун Сюя и вскоре улыбнулся:

— У Вас сейчас отпуск. Помнится мне, Вы сейчас живёте один. Пожалуйста, не забывайте про свою безопасность. Если Вам что-нибудь понадобится, Вы можете позвонить Сяо Вэй и попросить её купить Вам всё необходимое. Сейчас во всех кинотеатрах идёт «Затерянный город», и продвижение «Немого» и «Диких цветов» тоже идёт полным ходом... Сяо Сюй, если в этом нет необходимости, лучше не покидайте квартиру.

Жун Сюй улыбнулся и кивнул.

Когда Ло Чжэньтао уже собирался уехать, Жун Сюй услышал из машины голос Ло Вэй:

— Брат Ло, а разве Сяо Сюй не всегда жил дома один?

Ло Чжэньтао засмеялся:

— Конечно, он всегда жил один.

Звук затих, и, увидев, что машина исчезла за углом квартала, Жун Сюй развернулся и пошёл в квартиру.

Ло Вэй, естественно, не понимала, что означала последняя фраза Ло Чжэньтао. Она думала, что Жун Сюй всегда жил один. Одному только Ло Чжэньтао было известно, что Жун Сюй в настоящее время жил в квартире Цинь Чэна.

Хотя Ло Чжэньтао не был уверен, почему Жун Сюй продолжал жить у Цинь Чэна, когда у него уже было достаточно накоплений, чтобы приобрести себе квартиру рядом с компанией, он решил не упоминать об этом, пока Жун Сюй сам не начнёт этот разговор.

Жить с Цинь Чэном – тоже неплохо.

Ло Чжэньтао подозревал, что Жун Сюй может навсегда остаться в квартире Цинь Чэна и очень часто и близко общаться с ним. Чем лучше будут отношения между ними, тем больше Цинь Чэн сможет приносить выгоды Жун Сюю. Например, как это был в последний раз с «Дикими цветами». Хотя Цинь Чэн и предложил кандидатуру Жун Сюя всего лишь на роль третьего плана, этому фильму суждено было стать популярным в прокате и получить огромную славу и репутацию. Он, так или иначе, сулил Жун Сюю большую прибыль.

Своей последней фразой Ло Чжэньтао имел в виду следующее:

— Помнится мне, что Цинь Чэн сейчас не в городе, поэтому Вам стоит позаботиться о своей безопасности.

Вчера Цинь Чэн покинул Милан и вылетел в Соединенные Штаты, чтобы продвигать «Вестника бури».

Быть звездой на самом деле очень непросто. Свободного времени почти нет. Конечно, если вы не будете сниматься в фильмах, у вас будет довольно свободный график фильм. Например, раньше у Цинь Чэна было как минимум пять месяцев отпуска ежегодно. Однако в этом году у Цинь Чэна вышло сразу три работы, а у Жун Сюя – четыре, поэтому они проводили вместе крайне мало времени. Когда один из них ненадолго возвращался в город В, другой неизбежно улетал из него.

Пока Жун Сюй поднимался на лифте, он смотрел на экран своего телефона.

Сигнал в лифте был плохим, и Жун Сюй слегка нахмурился. Увидев, что отправленное им сообщение не доставлено, он поджал губы. Выйдя из лифта, он тут же позвонил мужчине, а в момент соединения уже успел зайти в квартиру и закрыть за собой дверь.

— Сяо Сюй. — из трубки донёсся глубокий, притягательный мужской голос, добравшийся до уха Жун Сюя через весь Тихий океан.

Услышав этот голос, Жун Сюй медленно откинулся назад и прислонился к холодной двери из красного дерева. Он слегка улыбнулся и скривил уголки губ, ничего не ответив.

На другом конце провода Цинь Чэн слышал только ровное дыхание. В это время он готовился к съёмкам ток-шоу. Его окружали светловолосые иностранцы, пока он спокойно сидел на диване с телефоном в руке. Спустя долгое время молчания он тихо повторил:

— Сяо Сюй.

Однако ответа так и не последовало.

Цинь Чэн встал и вышел в гостиную неподалёку.

Заперев за собой дверь, он подошёл к окну и посмотрел на оживлённый ночной Нью-Йорк за окном. Долгое время спустя из трубки, наконец, раздался его равнодушный голос:

— Если ты мне не ответишь, я приму меры.

В следующий момент Цинь Чэн услышал смеющийся голос юноши:

— Что ты собираешься предпринять?

Цинь Чэн поднял голову и посмотрел на Статую Свободы неподалеку: высокая бронзовая статуя отражала солнечный свет. Река Гудзон напоминала ему узкий длинный переливающийся нефритовый пояс.

Мужчина слегка прищурился, и его тонкие губы слегка дёрнулись:

— Например… спрошу тебя, какой подарок ты хочешь сделать мне на день рождения?

Жун Сюй усмехнулся:

— Я не расскажу тебе. Тебе придётся предпринять другие меры.

Цинь Чэн на мгновение задумался:

— Тогда... я спрошу у тебя, помнишь ли ты последнее слово, произнесённое в ванной отеля в тот вечер перед тем, как ты лёг спать?

Жун Сюй:

— !..

Через пару секунд Жун Сюй внезапно бросил трубку, а Цинь Чэн на другой стороне Земли не смог удержаться от смеха.

Ещё через пять секунд он получил сообщение от Жун Сюя: «Поздравляю. Ты лишился подарка на день рождения × 1».

Цинь Чэн спокойно ответил: «Я вернусь на следующей неделе, перед моим днём рождения, 26-го».

Жун Сюй в этот момент переодевался. Услышав вибрацию, он взял телефон, прочитал сообщение и  скривил губы: «В любом случае, никакого подарка на день рождения!»

В течение следующей недели Жун Сюй редко выходил на улицу, и просто приятно проводил свой отпуск дома.

Первоначально режиссёр Сюй надеялся, что Жун Сюй сможет поучаствовать в рекламной кампании «Немого», но случилось так, что возникли некоторые проблемы с пост-продакшеном фильма. Режиссёр Сюй был застигнут врасплох и решил отложить пиар-акцию.

Во всяком случае, фильм должен был выйти на экраны 30 ноября, а сейчас была только середина октября. В ноябре можно вполне было официально начать продвижение фильма.

На этой неделе Жун Сюй несколько раз просил Ло Вэй привезти ему овощи и мясо, чтобы приготовить их дома. Иногда он сидел в кинозале и смотрел фильмы, а иногда сидел в кабинете Цинь Чэна и читал книги. Но чаще всего он проводил свой отпуск за беседами с мужчиной по телефону.

Жун Сюй не знал, где именно был Цинь Чэн, но он явно был занят продвижением фильма в Соединенных Штатах что не мешало ему оперативно отвечать на все сообщения и звонки Жун Сюя.

Кроме того, Жун Сюй успел принять участия в двух собраниях клуба «Сумасшедший Цинь».

На этот раз на вечеринку пришло ещё меньше людей: только Вэнь Сюань, Чу Ци и Линь Сюань.

Дженнифер была занята съёмками в новом кино, Джеймс и Хью давным-давно улетели из Китая, а Ся Муйян поехала в Хэндянь, чтобы приступить к съёмкам в своём новом фильме. На собрании клуба присутствовало ровно четыре человека, поэтому они всё время играли в маджонг. Первоначально Жун Сюй думал, что его уровень игры довольно средний или даже плохой (в основном он полагался на удачу), но он не ожидал, что его может переплюнуть Линь Сюань!

Линь Сюань играл очень плохо. Про него действительно можно было смело сказать, что он полагается только на удачу. Если ему не повезёт, он обязательно проиграет!

Таким образом, игра в маджонг дважды подряд закончилась поражением Линь Сюаня. Даже после второй игры Жун Сюй никак не мог поверить в происходящее. С какой ноги он сегодня проснулся, что ему так сильно не везло?

Подумав над этим, Жун Сюй попросил официанта сыграть вместо него одну партию, а сам встал за спиной Линь Сюаня, посмотрел на его руку и...

Он увидел, как этот певец с детским лицом внезапно сделал самый странный из всех возможных ходов, позволив Вэнь Сюань выиграть!

Жун Сюй:

— ...

«Что ж, с таким уровнем игры, то, что ты потерял всего одно очко, следует считать удачей…»

Время летело очень быстро, и вскоре настало утро 26-го октября.

В то утро Жун Сюй заказал торт. Сегодня в полночь он планировал отпраздновать день рождения Цинь Чэна.

На самом деле, Жун Сюй сначала попросил Ло Вэй купить необходимые для приготовления торта продукты, чтобы испечь его самостоятельно, однако, взглянув на чёрную субстанцию на столе, он решительно бросил приготовленный им «торт» в мусорное ведро и заказал из кондитерской нормальный торт.

Есть его мужчины должны были вдвоём, поэтому торт он заказал небольшого размера.

Утром Жун Сюй прибрался в доме и спрятал подарок, который он купил Цинь Чэну на день рождения. В полдень он собирался съесть лапшу быстрого приготовления, а днём – приступить к готовке.

В конце концов, у Цинь Чэна был день рождения, поэтому, естественно, он должен был поесть чего-нибудь вкусненького. Хотя еды, которую собирался приготовить сегодня Жун Сюй, было немного – пять блюд и один суп – на этот раз они были намного сложнее, чем всё то, что он готовил прежде (например, яичница с помидорами, тёртой свининой и зелёным перцем).

Однако подготовка ко дню рождения неожиданно закончилась утром, толком не успев начаться.

В это утро Жун Сюй с улыбкой отправил Цинь Чэну сообщение с просьбой написать ему, когда он будет в стране. Кто же знал, что всего через пять минут Цинь Чэн ответит ему: «Индекс смога в Нью-Йорке сегодня слишком высокий. Все рейсы отменены. Сяо Сюй, возможно, я не смогу вернуться сегодня...»

Улыбка тут же застыла на губах юноши, сжимающего в руке телефон.

Через некоторое время он ответил: «Тогда будь осторожен и отдохни там несколько дней. Ты сможешь вернуться завтра?»

В следующий момент Цинь Чэн ответил: «Есть рейс на самолёт завтра в полдень. Может быть, послезавтра мы прибудем в город В. Если завтра смог не будет слишком сильным, я смогу вернуться домой послезавтра».

Это короткое предложение отразилось в ясных глазах юноши. После долгого молчания Жун Сюй поднял руку и набрал заветный номер. Едва Цинь Чэн ответил на звонок, как юноша мягко улыбнулся и беспомощно сказал:

— Ничего страшного, Цинь Чэн, я компенсирую тебе твой день рождения, когда ты вернёшься. Просто отдыхай в Нью-Йорке, не спеши обратно.

У Цинь Чэна за спиной явно было очень шумно, и в аэропорту постоянно слышались голоса. Жун Сюй услышал тихий вздох Цинь Чэна, а через пару секунд – и его ответ:

— Береги себя. Я хочу подарок на день рождения.

Жун Сюй ошарашенно переспросил:

— Подарок на день рождения? Ты же не можешь пока вернуться. Я подготовил подарок тебе на день рождения. Я не отдам его тебе, пока ты не вернёшься. Так что возвращайся в гостиницу и хорошенько отдохни.

Они ещё немного поболтали, после чего Жун Сюй повесил трубку.

Глядя на торт, который только что доставил курьер, он медленно перестал улыбаться.

Разочарованно вздохнув, Жун Сюй поставил коробку с тортом в холодильник и принялся готовить обед. В полдень он небрежно перекусил, а после обеда пошёл в кинозал смотреть очередной фильм с Цинь Чэном в главной роли, в обнимку с большой мягкой плюшевой уткой.

На закате он принял ванну и собирался вернуться в свою комнату, чтобы почитать книгу.

Звук шагающих по деревянным доскам тапочек эхом разносился по просторной пустой квартире.

Когда Жун Сюй вышел из кабинета Цинь Чэна с книгой в руках и пошёл в свою комнату, он внезапно замер…

Он слышал звук проворачивающегося в замке ключа!

http://tl.rulate.ru/book/14326/1346733/ready

Глава 110 (Часть 4)

Жун Сюй в белой пижаме внезапно застыл на месте и медленно повернул голову к открывающейся двери. Его глаза в этот момент внезапно встретились с глазами появившегося на пороге дома мужчины.

Дверь из красного дерева закрылась за мужчиной, который стоял в коридоре в длинной чёрной ветровке и издали смотрел на молодого человека, стоящего в пижаме посреди гостиной.

Они молча смотрели друг на друга, но ни один из них не решался заговорить первым.

На красивом и глубоком лице Цинь Чэна читалась усталость с дороги, но он медленно изогнул тонкие губы в улыбке, посмотрел на сонного Жун Сюя и спокойно улыбнулся:

— Сяо Сюй... Я вернулся.

Жун Сюй улыбнулся и, вскинув бровь, спросил:

— Ты солгал мне сегодня утром?

Цинь Чэн быстро прошёл в прихожую, снял куртку и ответил:

— Я не лгал тебе. Разве ты не проверял новости? В Нью-Йорке, и правда, внезапно образовался большой смог, и все рейсы были отменены. Однако... — сделав паузу, Цинь Чэн подошёл к Жун Сюю, заглянул стройному юношу прямо в глаза и серьёзно сказал. — Однако я услышал в голосе своего возлюбленного, что он очень разочарован, поэтому решил, что мне лучше постараться и вернуться как можно скорее.

Жун Сюй тихо охнул и спросил:

— Тогда как же ты вернулся?

В этом не было ничего сложного.

После того, как Цинь Чэн дебютировал, он никогда не пользовался влиянием семьи Цинь. Однако сейчас, поняв, что из-за смога ему не улететь из Нью-Йорка, Цинь Чэн был вынужден позвонить своему отцу и позаимствовать у него бизнес-джет. Добравшись до Вашингтона, он купил билет и вылетел в Китай ближайшим рейсом.

Жун Сюй ненадолго задумался и внезапно спросил:

— Как ты объяснил это дяде Цинь?

Хотя он никогда не видел отца Цинь Чэна собственными глазами, Жун Сюй видел его на фотографиях в газетах: он выглядел как серьёзный мужчина средних лет.

Цинь Чэн опустил глаза и ответил:

— Я просто сказал ему, что хочу вернуться в Китай.

Жун Сюй:

— Вот так просто?..

Человек, который долгое время не полагался на силы своей семьи, теперь внезапно позвонил домой, чтобы одолжить бизнес-джет? И всё из-за того, что он просто временно не мог вернуться в Китай? Дядя Цинь фактически одолжил сыну бизнес-джет ради такой несерьёзной причины и даже не стал задавать ему лишних вопросов?!

Жун Сюй находил это очень странным, но, глядя на спокойное лицо Цинь Чэна, мог только предположить, что, видимо, все в семье мужчины обладают таким же характером.

Затем они пошли на кухню и принялись вместе готовить.

Цинь Чэн всё-таки вернулся очень поздно, и из еды были только остатки еды, приготовленной Жун Сюем в полдень. Жун Сюй достал торт из холодильника, немного подумал и спросил:

— Может... просто поедим торт?

Цинь Чэн вскинул бровь:

— Ты хочешь, чтобы в свой день рождения я ужинал тортом?

Жун Сюй спокойно спросил:

— Твой день рождения ведь завтра?

Мужчина слегка скривил губы, но не ответил.

Жун Сюй достал из холодильника торт, поставил его на обеденный стол, открыл коробку, взял нож и вилки, но, прежде чем он смог разрезать его, он случайно заляпал пальцы кремом.

Слегка нахмурившись, Жун Сюй поднял руку и потянулся за салфеткой,  однако в эту секунду его рука внезапно потянулась в сторону, а в следующий момент... его пальцы стали горячими.

Узкие глаза молодого человека медленно расширились, и он тупо уставился на холодного изящного мужчину, появившегося перед ним и нежно облизывающего его испачканные пальцы. Шершавый язык неустанно облизывал чувствительные кончики пальцев, из-за чего Жун Сюй испытывал странное чувство онемения.

Жун Сюй внезапно одёрнул руку и увидел, что Цинь Чэн поднял глаза и пожирает его взглядом.

Он ничего не говорил – просто смотрел, а его тонкие губы слегка приоткрылись.

В маленькой столовой горел тусклый свет, и в тишине внезапно раздался громкий вздох. Свет делал красивое лицо юноши ещё более туманным. Жун Сюй изумлённо таращился на Цинь Чэна, пока тот медленно скользил взглядом по его пухлым губам.

Он не видел своего любимого мальчика целый месяц.

Целый месяц он не целовал эти нежные губы.

Увидев пристальный взгляд мужчины, сосредоточенный на нём, Жун Сюй медленно пришёл в себя. Он, казалось, догадался о чём-то, приподнял подбородок и спокойно, глядя Цинь Чэну в глаза, сказал:

— Как насчёт того, чтобы поесть вкусный торт?

Цинь Чэн вскинул бровь и спросил:

— Ты ещё... ещё хочешь есть торт?

У него сейчас было не то настроение, чтобы есть торт.

Жун Сюй спокойно сказал:

— Конечно, хочу. И ты тоже хочешь торт. В двенадцать часов мы можем поесть торт ещё раз.

При этой фразе глаза Цинь Чэна вспыхнули от удивления: он не понял, что имел в виду Жун Сюй! Он наблюдал за тем, как молодой человек взял в руку кусочек торта и сунул его ему в рот. Затем... он внезапно наклонился вперёд, схватил Цинь Чэна за шею, притянул к себе и поцеловал.

Глаза Цинь Чэна внезапно расширились, но Жун Сюй в этот момент разжал языком его зубы и «забрал» у него часть торта.

Сладкий сливочный крем сразу же растаял во рту, и юноша нежно лизнул и прикусил язык Цинь Чэна. В следующую секунду Цинь Чэн внезапно обнял Жун Сюя, и, пока последний удивлённо открывал глаза, он крепко обнял его правой рукой за затылок, прижал к себе и страстно поцеловал.

Во время поцелуя со сладким тортом во рту дыхание этих двоих постепенно учащалось, а причмокивания и посасывания губ то и дело создавали в столовой неоднозначные звуки. Из уголка губ Жун Сюя просочилась капелька сладкого крема, но Цинь Чэн тут же поймал её языком и подтолкнул обратно.

К этому моменту торт уже успел растаять, но их поцелуй только начался.

Цинь Чэн перевернулся и одной рукой прижал Жун Сюя к столу. Бёдра Жун Сюя плотно прижались к краю стола, а его руки опирались на столешницу; приподняв подбородок, он расслабленно встретил поцелуй мужчины.

В пустой комнате стали раздаваться тихие стоны, пока юркий язык мужчины грубо и яростно изучал содержимое рта юноши. Вскоре Жун Сюй, который был в их паре более чувствительным, уже не мог сдерживаться, и его стоны стали ещё громче.

Когда поцелуй наконец закончился, его лицо раскраснелось, а пульс участился. Он тяжело дышал, когда прямо у его уха раздался низкий притягательный голос:

— Сяо Сюй, я хочу ещё немного торта...

Жун Сюй поднял глаза к мужчине, и они красиво сверкнули на свету. Пару секунд спустя он скривил губы, обнажив невинную, но соблазнительную улыбку. Он снова взял рукой маленький кусочек торта и сунул его в рот, и на этот раз Цинь Чэн без лишних вопросов сразу же поцеловал его.

Эти двое очень быстро съели целый торт.

Когда последний кусочек торта был съеден, Цинь Чэн с сожалением посмотрел на пустую коробку и вздохнул:

— Он слишком маленький.

С другой стороны, щёки Жун Сюя были уже ярко-красными, а губы – покрасневшими и набухшими. Он продолжал тяжело дышать и никак не мог успокоиться, но мужчина обнял его за талию и мягко спросил:

— Сяо Сюй... где мой подарок на день рождения?

Жун Сюй, тяжело дыша, равнодушно спросил:

— Тебе нужен ещё какой-то подарок на день рождения?

Подразумевалось: «я не подготовил для тебя подарок».

Цинь Чэн тихо рассмеялся:

— Неужели ничего нет?

— Ты можешь поискать его, — Жун Сюй не мог не дотронуться до своих красных опухших губ. — Возможно, в этой квартире есть что-то, что полагается тебе как подарок. Если ты сможешь найти его – он твой.

Тёмный и глубокий взгляд мужчины остановился на теле молодого человека, но последний смотрел на него спокойно и без страха.

Наконец, Цинь Чэн вздохнул:

— Может лучше... мы обменяемся с тобой подарками?

Жун Сюй был удивлён.

Затем под руководством Цинь Чэна Жун Сюй прошёл в гардеробную. Он редко бывал здесь, поскольку это была гардеробная Цинь Чэна. Как и у любой другой знаменитости, у них обоих много одежды. Одежда Цинь Чэна с трудом умещалась в этой гардеробной, не говоря уже об одежде Жун Сюя. По этой причине ещё год назад Цинь Чэн помог Жун Сюю обустроить для него отдельную гардеробную.

Войдя внутрь, Жун Сюй окинул взглядом огромное множество костюмов и часов. Тихо сказав «вау», Жун Сюй поднял глаза на Цинь Чэна, но тот в этот момент открыл дверцу, за которой висела красивая форма.

При виде этой приталенной военной формы в тёмных тонах, зрачки Жун Сюя слегка задрожали. Он повернул голову, чтобы посмотреть на Цинь Чэна, который в этот момент вплотную подошёл к нему.

Мягкий и элегантный голос мужчины медленно прозвучал у его уха, словно виолончель:

— Сяо Сюй, надень её... Хорошо?

Новый поцелуй начался довольно быстро.

Жун Сюй почти мгновенно понял значение слов Цинь Чэна, и когда Цинь Чэн сказал «надень её», он вдруг почему-то почувствовал дикий прилив тепла в нижней части тела. Мужчины принялись неистово целоваться, в процессе снимая с себя одежду. Цинь Чэн страстно целовал юношу в своих объятиях, свободной рукой расстёгивая пуговицы на его белоснежной пижаме.

В конце концов, устав медленно и неуклюже возиться с пуговицами одной рукой, Цинь Чэн принялся расстёгивать их обеими руками, при этом опустив голову и прикусив становящиеся всё более чувствительными губы Жун Сюя. Он очень быстро расстегнул пуговицы рубашки, обнажив плоскую белоснежную грудь и низ живота юноши.

Язык Цинь Чэна вторгся в рот Жун Сюя, но его руки в этот момент уже стягивали с юноши верх пижамы.

Температура в гардеробной раскалилась настолько, что у них обоих начала кружиться голова.

Сладкие стоны Жун Сюя мягким эхом разносились по квартире, и Цинь Чэн не мог не ускориться, резким рывком сняв с гладкого тела юноши пижаму. Жун Сюй протянул руки в ответ и принялся расстегивать рубашку Цинь Чэна.

— Сяо Сюй...

— Гм... Цинь Чэн...

Когда всё идеально гладко и размеренно дошло до своего апогея, внезапно...

*Бам!*

Входная дверь с грохотом открылась, и из коридора раздался громкий женский голос:

— Цинь Чэн, почему ты не встречаешь гостей? Сынок, твоя мама приехала, чтобы отпраздновать твой день рождения!

*Бум!*

Дверь гардеробной захлопнулась изнутри, и тётя Цинь, которая только что вошла в квартиру, ошеломлённо повернула голову и уставилась на закрытую дверь гардеробной в дальней части коридора.

— ?..

http://tl.rulate.ru/book/14326/1346803/ready

https://tl.rulate.ru/book/14326 - 123 главы

Глава 111 (Часть 1)

В светлой просторной гостиной на диване сидела изящная дама… с очень странным лицом.

Тётя Цинь прождала в гостиной целых три минуты, прежде чем дверь гардеробной, наконец, открылась. Она немедленно повернула голову, чтобы посмотреть в сторону двери, и увидела Цинь Чэна, со спокойным и невозмутимым видом выходящего в гостиную. Позади Цинь Чэна шёл...

— Жун Жун, мой милый! — тётушка Цинь с широко распахнутыми глазами быстро подбежала к нему. — Что случилось? Почему ты в маске? Покажись тётушке, ты не ранен? Я видела в новостях, что в твоей съёмочной группе произошла авария... Тебе сильно больно?

Жун Сюй спокойно отступил в сторону, избегая объятий тёти Цинь. Его нежные глаза слегка улыбнулись, и он серьёзно сказал:

— Нет, я не ранен. Тётя Цинь, осень в этом году холодная, и я простудился. Я боялся, что могу заразить Вас и... Цинь Чэна, и поэтому надел маску.

Услышав это, тетя Цинь выглядела ещё более убитой горем и с тревогой сказала:

— Моё сердце, Жун Жун, ты простужен! Ты знаешь, что тебе нужно больше отдыхать? Вернись в свою комнату и хорошенько отдохни, ничего сегодня не делай! Позволь твоей тётушке приготовить ужин для тебя. — после короткой паузы она повернулась и посмотрела на своего сына. — Цинь Чэн, что вы ели сегодня вечером?

После минутного размышления раздался притягательный голос мужчины:

— Торт…

Тётя Цинь тут же округлила глаза:

— Жун Жун болен, а ты кормишь его тортом вместо того, чтобы отварить для него овощи?!

Красивый и элегантный мужчина слегка опустил глаза и тупо уставился на свою взвинченную мать. Он спокойно и медленно произнёс:

— Разве ты приехала не для того, чтобы отметить мой день рождения?

Глядя на безэмоциональное лицо своего сына, тётя Цинь медленно теряла уверенность. Она мягко пробормотала несколько слов себе под нос, затем потянула Жун Сюя за руку и усадила на кровать, после чего пошла вместе с сыном на кухню. На ходу она сказала:

— В любом случае, день рождения у тебя только завтра. Сегодня же нужно позаботиться о Жун Жуне.

Спустя очень долгое время с кухни, наконец, послышались звуки готовящейся еды.

Тетя Цинь командовала, а Цинь Чэн ей помогал. Первая постоянно что-то говорила, а второй просто равнодушно смотрел на раковину, мыл и чистил овощи, но ничего не отвечал.

Из-за расстояния Жун Сюй не слышал, что именно говорила тётя Цинь, но она точно «учила» сына либо готовить, либо заботиться о Жун Жуне.

Лёжа на кровати, Жун Сюй постепенно расслабился, посмотрел в сторону кухни и вздохнул с облегчением. Он поднял руку и снял маску: его слегка красные губы всё ещё были припухшими, словно их только что вырвали из безумного поцелуя. На мягкой верхней губе юноши красовалась небольшая ранка от укуса Цинь Чэна, из-за которой ему и пришлось носить перед тётей Цинь эту маску.

Они оба были виноваты в этом, ведь это произошло, когда они вместе ели торт.

Такова натура влюбленных людей. Без посторонних глаз они могут вести себя друг с другом как захотят. Будь то поедание торта изо рта или переодевание в военную форму в гардеробной ради ролевой игры. Во всём этом нет никаких проблем и стеснения… до тех пор, пока к ним в квартиру кто-то не ворвётся.

Подумав об этом, Жун Сюй потёр губы и беспомощно улыбнулся.

Когда тётя Цинь в последний раз навещала сына, ей пришлось долго простоять за дверью. Это было неразумно, поэтому (по предложению Жун Сюя) Цинь Чэн в тот день дал своей матери запасной ключ от квартиры.

С тех пор прошло почти полгода, и тёте Цинь из-за большой занятости было некогда сюда приезжать. В результате они постепенно забыли о запасном ключе. Несмотря на то, что они уже были вместе, им не хотелось бы постоянно опасаться, что «кто-то третий может внезапно появиться в их квартире в любой момент».

Если бы они делали что-то подобное в постели ночью, и тётя Цинь внезапно вломилась в дверь...

Жун Сюй внезапно почувствовал, как его щёки краснеют.

Он не хотел быть пойманным в постели...

Конечно, что разумнее всего было бы открыто рассказать тёте Цинь об их отношениях.

Однако сейчас, по молчаливому согласию, ни Жун Сюй, ни Цинь Чэн даже не думали рассказывать тёте Цинь о своих отношениях. Цинь Чэн не знал, что думает об этом Жун Сюй, но чувствовал, что юноша и сам прекрасно понимает, что тётя Цинь определённо не воспримет эту новость спокойно.

В Китае были разрешены однополые браки, но в обществе по-прежнему доминировали гетеросексуальные пары, а традиционный склад ума большинства жителей страны всё ещё сохранялся на высоком уровне. Особенно среди людей старшего поколения.

Тёте Цинь уже было за пятьдесят – сможет ли она принять такие отношения? Сильно ли она рассердится?

Кроме того, не стоит забывать, что Цинь Чэн – её единственный сын.

Красивый молодой человек посмотрел на свои пальцы и медленно закрыл глаза.

Двое на кухне всё ещё продолжали работать. Посуда уже была вымыта, а ужин – приготовлен. Цинь Чэн собирался было выйти из кухни, когда услышал резкий женский голос у себя за спиной:

— Хочешь сбежать? Иди, уберись на кухне.

Цинь Чэн поднял глаза и смерил мать глубоким взглядом.

Тётя Цинь посмотрела ему в глаза и смело сказала:

— И не торопись!

На губах Цинь Чэна появилась беспомощная улыбка. Он взял тряпку и начал с серьёзным видом... протирать стол.

Жун Сюй, лежащий в комнате, слышал этот «разговор». Встав с постели, он достал из тумбочки бальзам и начал наносить его на губы, пытаясь скрыть след от укуса на губах. В эту секунду он внезапно получил тестовое сообщение…

Цинь Чэн: «Я ведь сам отдал ей ключ».

Жун Сюй ошеломлённо поднял голову, выглянул из дверного проёма и взглянул на Цинь Чэна, который находился на кухне неподалёку. Немного подумав, он ответил: «Конечно, нельзя просить тётю Цинь вернуть ключ назад».

Через пять секунд он получил ответ Цинь Чэна: «Позже нужно будет снять номер в гостинице».

Жун Сюй: «!!!...»

Снять номер?!

Он не шутит?! Какой номер он хочет снять?!

Потеряв дар речи, Жун Сюй всерьёз задумался над этой проблемой: он не хотел, чтобы в будущем его «застукали с мужчиной в постели». Если он не собирается постоянно бегать в гостиницу, ему придётся купить собственную квартиру. У Цинь Чэна есть ещё одна квартира в городе В, но...

Жун Сюй: «Я покупаю квартиру».

Цинь Чэн держал в одной руке тряпку, а в другой – телефон. Высокий мужчина в этом фартуке (который нацепила на него мать) выглядел несколько нелепо. Сжимая в руке тряпку, он посмотрел на новое сообщение и спокойно скривил губы.

Цинь Чэн: «Хорошо, спрячь Цзяо в золотом дворце*».

Жун Сюй вскинул бровь: «Но это моя квартира. Кто Цзяо, ты?»

Цинь Чэн: «Ты хочешь заботиться обо мне?»

Они мило переписывались так ещё какое-то время. В это время тётя Цинь на кухне была всерьёз занята готовкой, не зная, что её сын у неё за спиной лишь прикидывается, что вытирает стол, а сам в это время флиртует с её любимым Жун Жуном.

После того, как ужин был готов, Жун Сюй снял маску, и все трое сели за обеденный стол, чтобы вместе поесть.

Тётя Цинь не обратила внимания на то, что Жун Сюй снял маску. Вместо этого она продолжала накладывать ему овощи, приговаривая:

— Чаще проветривай дома, но не ходи раздетым на ветру. Ты боишься заразить тётушку? Ничего страшного, Сяо Сюй. Просто кушай вкусную еду и не беспокойся о тёте: твоей тёте всё равно.

Жун Сюй улыбнулся и кивнул:

— Спасибо, тётя.

После долгой беседы за ужином Жун Сюй узнал, что дяде Цинь было известно сегодняшнем визите тёти Цинь. Поэтому, когда Цинь Чэн утром одолжил бизнес-джет, дядя Цинь без колебаний одолжил его сыну. Он даже не спросил, с чего вдруг Цинь Чэн так внезапно помчался обратно в Китай: ему и так всё было понятно (как он думал). Если Цинь Чэн не вернётся в Китай – с кем его мать будет праздновать его собственный день рождения?

Но на этот раз тётя Цинь была в городе не проездом. Так совпало, что завтра у неё была встреча в городе В, поэтому она и «заглянула» отпраздновать день рождения сына.

После того, как тётя Цинь накормила Жун Сюя досыта, она принялась накладывать еду и Цинь Чэну.

— Ешь больше. В последний раз я готовила тебе на твой день рождения года три назад, верно? Посмотри на себя: у тебя день рождения, а ты выглядишь таким холодным! Почему ты так боишься людей?

Цинь Чэн молча ел, но Жун Сюй не мог не бросать на него изредка взгляд.

Хотя тётя Цинь всё время порицала своего сына, Цинь Чэн испытывал по отношению к ней абсолютное уважение. В противном случае он не позволил бы ей ворчать на протяжении всего ужина. Цинь Чэн молча выслушивал всё: и про то, что он плохо заботится о Жун Сюе, и про то, что он позволил какому-то мерзавцу обидеть Жун Сюя.

После еды тётя Цинь махнула рукой:

— У тебя день рождения, а Жун Жун нездоров. Идите, мальчики, отдохните как следует. Я приберусь.

Жун Сюй на самом деле не был болен, поэтому не мог спокойно сидеть и смотреть, как тётушка убирает со стола. Он поспешно встал и помог тёте Цинь убрать посуду, а она была этим так тронута, что неустанно приговаривала:

— Жун Жун моей семьи такой заботливый!

Жун Сюй тепло улыбнулся в ответ.

В конце концов, тётя Цинь приехала поздно, поэтому, когда они закончили прибираться на кухне, на часах было уже 11:30 вечера.

Тётя Цинь очень устала с дороги и пошла спать (на этот раз тоже в комнату Цинь Чэна). Когда она уже подошла к двери комнаты, она повернула голову, чтобы посмотреть на Жун Сюя, ущипнула его за мягкую щёчку и пожелала спокойной ночи, прежде чем закрыть дверь и пойти отдыхать.

Увидев, что дверь закрыта, Жун Сюй с облегчением выдохнул. Но не успел среагировать, как его левую руку внезапно потянули в сторону.

Жун Сюй широко раскрыл глаза от удивления: уже в следующий момент Цинь Чэн затащил его в его комнату, а затем резко закрыл за ними дверь.

* китайская идиома, означает что-то вроде «жить в великолепном доме для любимой жены или наложницы» (Байду).

http://tl.rulate.ru/book/14326/1358208/ready

Глава 111 (Часть 2)

*Бум!*

Дверь захлопнулась, и Жун Сюй с изумлением вытаращился на Цинь Чэна. Он успел произнести только одно слово – «Цинь» –, как к его губам внезапно прижались губы мужчины.

Воспользовавшись недоумением юноши, мужчина ловко скользнул языком ему в рот. Правая рука Цинь Чэна крепко обвилась вокруг тонкой талии Жун Сюя, а другая рука держала его за подбородок, заставляя Жун Сюя поднять голову и ответить на поцелуй.

Впереди Жун Сюя была широкая и горячая грудь мужчины, а позади – холодная деревянная дверь. Удивлённый, Жун Сюй медленно закрыл глаза, обнял Цинь Чэна за талию и погрузился в поцелуй.

Его губы и язык двигались в ритм, издавая сладкие звуки в тихой комнате. Рука Цинь Чэна крепко сжимала его талию, а их тела плотно прижимались друг к другу – настолько, что он мог слышать биение сердца мужчины.

— Ах…

Сладкий стон вырвался изо рта Жун Сюя, и он весь онемел от удовольствия. Постепенно ноги Жун Сюя стали ватными, а голова начала кружиться, из-за чего он бессознательно облокотился на тело Цинь Чэна, став «пассивно» принимать его бурные поцелуи.

Так продолжалось до того момента, как...

*Бум!*

Из коридора послышался звук открывшейся двери и шорканье тапочек. Жун Сюй немедленно открыл глаза и подсознательно захотел оттолкнуть Цинь Чэна, однако мужчина, не переставая держать его за затылок, тут же поднял вторую руку и запер дверь на замок.

*Топ-топ! Топ-топ!*

— Цинь Чэн, где графин с водой? Я налью вам воды.

Ответом тёте Цинь была тишина.

От неистовых и грубых поцелуев мужчины сердце Жун Сюя бешено билось. Он хотел оттолкнуть его, но ему не хватало воздуха, и из-за ощущения гипоксии он не мог сдвинуться с места. А прямо за его спиной в это мгновение тётя Цинь настойчиво стучала в дверь.

Мысль об этом заставила Жун Сюя задрожать ещё сильнее. Из-за возбуждения и мыслей о своём обмане юноша задрожал, крепко сжал пальцы, и тепло распространилось по его телу, устремившись прямиком в мозг.

— Ах…

Тётя Цинь, услышав странный звук за дверью, снова постучала в дверь:

— Цинь Чэн?

— Ах... ах... ммм...

Поцелуй внезапно закончился, и Жун Сюй попытался отдышаться, однако в следующую же секунду губы мужчины приблизились к его уху, и он слегка прикусил его нежную мочку уха. Жун Сюй тут же фыркнул и укоризненно посмотрел на Цинь Чэна. Он уже собирался оттолкнуть его, когда Цинь Чэн, улыбаясь, тихо шепнул ему на ухо:

— Ответь ей, что я принимаю ванну...

— Цинь Чэн, что вы там делаете? А? Почему дверь заперта?!

Поджав губы, Жун Сюй ответил:

— Тётя, Цинь Чэн принимает ванну. Графин с водой стоит на кухне во втором шкафу слева. Сразу... — мужчина внезапно облизнул мочку его уха, и Жун Сюя словно током ударило – он невольно застонал. Сопротивляясь дикой дрожи во всём теле, он с трудом закончил фразу. — Сразу как заходишь на кухню…

Голос тёти Цинь снова раздался за дверью:

— Жун Жун, у тебя какой-то странный голос… В чём дело? Сейчас же открой дверь и впусти тётю. Я должна тебя осмотреть.

Жун Сюй сразу же ответил:

— Просто я чувствую себя немного нехорошо. У меня же простуда... я ещё не до конца выздоровел.

— Тогда сейчас же открой дверь! Тётя вскипятит тебе воду и даст лекарство!

— Тётя... Ах! — мужчина внезапно лизнул языком его чувствительное ухо, и Жун Сюй практически осел от наслаждения на пол, но, к счастью, Цинь Чэн поддержал его. Стиснув зубы, Жун Сюй взял себя в руки и медленно, слово за словом, сказал. — Тётя, я... я уже разделся и лёг спать. Это всего лишь лёгкая простуда. Не переживайте так за меня.

Тётя Цинь слегка опешила, услышав слово «разделся», но быстро рассмеялась:

— Ты до сих пор стесняешься свою тётушку! — сказав это, женщина, наконец, зашагала на кухню.

За дверью в это время Цинь Чэн сжал ладони Жун Сюя, крепко прижал его к двери и стал ещё интенсивнее облизывать нежные мочки его ушей.

На самом деле простое облизывание мочек ушей, каким бы чувствительным ни было тело Жун Сюя, никогда бы не возбудило его так сильно. Однако при мысли о том, что за дверью в опасной близости находится тётушка Цинь, а человек, целующий его, – её сын, Жун Сюй чувствовал невероятное возбуждение и онемение до самых кончиков пальцев от этого странного чувства «табу».

Однако это было только начало.

Шаги тёти Цинь затихли на кухне, и через пару секунд Жун Сюй услышал звук кипятящегося чайника.

К этому времени мужчина перед ним уже переключился с его ушей на нос и глаза, одновременно с поцелуями начав расстёгивать пуговицы на его пижаме. При этих действиях его горячие пальцы случайно касались чувствительной кожи Жун Сюя, заставляя его каждый раз нежно подрагивать от наслаждения.

— Тетя Цинь всё ещё снаружи… Ты... ты должен держать себя в руках... — подавляя неимоверное вожделение, юноша попытался остановить Цинь Чэна.

Цинь Чэн поднял свои глубокие глаза на возлюбленного, а затем бросил хитрый взгляд на кровать. Жун Сюй проследил за его взглядом и внезапно увидел на кровати тёмную военную форму! Он широко открыл глаза и недоверчиво посмотрел на военную форму, которая должна была быть в гардеробной, а затем – на Цинь Чэна.

Ясные глаза мальчика игриво сверкнули, словно солнце, отразившееся в прозрачном озере. Цинь Чэн сделал глубокий вдох, только чтобы увидеть, как в следующий момент Жун Сюй внезапно обнял его за талию, вплотную прижался к нему всем телом, а затем вытянул кончик своего языка и лизнул его красивые губы...

— Цинь Чэн, ты хочешь сделать это прямо перед своей матерью?

Едва договорив, Жун Сюй внезапно поднял голову и молниеносно обрушился поцелуем на губы Цинь Чэна.

После короткого ступора Цинь Чэн закрыл глаза и всецело отдался поцелую.

Эти двое безумно целовались, словно не слышали шума чайника за дверью и не помнили, что в десяти метрах от их комнаты тётя Цинь ждала закипания чайника.

Цинь Чэн опустил голову и начал быстро снимать с Жун Сюя мешавшую ему пижаму, в процессе нежно посасывая его нижнюю губу.

Вдыхая приятный аромат, источаемый телом мужчины, Жун Сюй крепко обнял Цинь Чэна за шею, и в это мгновение из уголка его губ просочилась тонкая серебристая струйка, плавно приземлившись на его хрупкую белоснежную ключицу.

Цинь Чэн продолжал целовать юношу в своих объятиях, в процессе полностью сняв с него пижаму. Даже когда он Жун Сюй уже оделся в военную форму, Цинь Чэн по-прежнему нежно целовал его нежные черты лица.

Этот костюм Жун Сюй надевал на съёмках бесчисленное количество раз, поэтому теперь облачился в него очень быстро.

Когда холодная военная форма окутала его горячее тело, Жун Сюй не смог удержаться и издал низкий стон. На этот раз он вообще ни о чём не думал и ничего не стеснялся, поэтому стон вышел слишком громким. Цинь Чэн тут же опустил голову, посмотрел ему в глаза и прекратил поцелуй.

Стоявшая на кухне тётушка Цинь слегка вздрогнула: ей показалось, что она только что слышала какой-то странный звук. Некоторое время она неподвижно стояла посреди кухни, внимательно прислушиваясь к посторонним звукам, но вскоре покачала головой и спокойно продолжила ждать отключения чайника.

И она уж точно не знала о том, что за закрытой дверью в десяти метрах от неё в этот момент её сына прижимал к кровати её любимый «племянник», облачившийся в военную форму.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1358552/ready

Глава 111 (Часть 3) 18 + https://tl.rulate.ru/book/14326/1358611/ready

Глава 111 (Часть 4) 18 + https://tl.rulate.ru/book/14326/1358855/ready

Глава 111 (Часть 5)

На следующее утро Жун Сюй проснулся сразу, как только рассвело.

Прошлой ночью он так устал, что даже не мог поднять веки, поэтому Цинь Чэн проводил его в ванную, чтобы помыться. Проснувшись утром, он чувствовал себя очень расслабленным и отдохнувшим, если не считать небольшой дискомфорт в задней части его тела. После долгих раздумий он вдруг вспомнил одну очень важную вещь и повернулся, собираясь разбудить Цинь Чэна. В это мгновение его взгляд пересёкся с красивыми глубокими глазами мужчины.

На мгновение удивившись, юноша скривил губы и с улыбкой спросил:

— Когда ты проснулся?

Цинь Чэн обнял обнажённого Жун Сюя и со спокойной улыбкой ответил:

— Я не спал.

— Не спал?

Цинь Чэн спокойно объяснил:

— Я не могу заснуть, когда ты рядом. Мне хочется любоваться тобой.

Жун Сюй:

— …

Жун Сюй встал с кровати и надел пижаму, не особо задумываясь над смыслом слов Цинь Чэна.

Через некоторое время проснулась и тётя Цинь, сразу же постучав в дверь комнаты Жун Сюя, чтобы разбудить мужчин и позвать их завтракать. На этот раз Цинь Чэн сразу же поднялся и оделся по зову матери, но когда Жун Сюй поманил его рукой, он остановился и подошёл к кровати.

Жун Сюй улыбнулся и тихо сказал:

— Тётя Цинь собиралась утром на какую-то встречу. Скажи ей, что я плохо себя чувствую и не хочу вставать с постели.

Цинь Чэн слегка вскинул бровь:

— Ты не можешь встать с постели?

Жун Сюй честно ответил:

— Если я встану с постели, тётя Цинь обязательно спросит, что у меня с ногами, и почему я так странно хожу. — после короткой паузы он серьёзно спросил. — Как ты объяснишь всё матери, если возникнет необходимость?

Хотя Цинь Чэн хорошо «подготовил» его и в начале изо всех сил старался держать себя в руках и быть нежным, впоследствии они оба настолько погрузились в процесс, что перестали заботиться о мелочах.

В конце концов, уже второй раз Жун Сюй чувствовал себя наутро немного дискомфортно. Нормальная ходьба не была для него большой проблемой, но походка у него становилась крайне необычной, что было заметно. Если тётя Цинь заметит это и обо всём догадается, – как она это воспримет?

Цинь Чэн, услышав вопрос юноши, с глубокомысленным видом ответил:

— Просто скажу ей, что ты слишком много «тренировался» со мной прошлой ночью и теперь плохо себя чувствуешь, поэтому тебе нужно отдох...

Прежде, чем Цинь Чэн успел произнести последнее слово, Жун Сюй одарил его свирепым взглядом и холодно сказал:

— Тогда пойди и прямо скажи это тёте Цинь.

Естественно, Цинь Чэн не мог прямо сказать своей матери, что всю ночь занимался с Жун Сюем любовью, и теперь её любимый «племянник» не может встать с постели.

В общем, когда утром тётя Цинь вошла в комнату Жун Сюя, неся в руках складной столик с бульоном и овощами, она встревожено села на край кровати и внимательно осмотрела Жун Сюя.

Долгое время спустя она, наконец, с сожалением сказала:

— Жун Жун моей семьи совсем себя не бережёт! Ты так исхудал! Твоя тётушка очень расстроена!

Жун Сюй, который недавно поправился на два фунта, молча черпая ложкой бульон:

— ...

Тётя Цинь пододвинула к нему тарелку с овощами и сказала:

— Посмотри на себя: у тебя нездоровый цвет лица. Должно быть, ты нездоров.

Жун Сюй, чьё лицо порозовело после целой ночи «упражнений»:

— …

«Что ж, продолжу молча есть овощи…»

— Давай, давай. Поешь хорошенько. Твоя тётя утром уезжает, но я попросила Цинь Чэна приготовить для тебя суп. Ты хочешь куриный суп или голубиный суп?

В этот момент сбоку внезапно раздался низкий мужской голос:

— Почему я не знал, что я сегодня готовлю суп?

Тётя Цинь бросила на сына осуждающий взгляд и проигнорировала его.

Убедившись, что Жун Сюй всё съел, тётя Цинь снова измерила ему температуру. Увидев на градуснике нормальные значения, она, наконец, вздохнула с облегчением и  попросила Жун Сюя спать сегодня весь день, ничего не делать и доверить все дела Цинь Чэну.

Тётя Цинь собиралась на важную встречу, а после неё должна была сразу вылететь в Великобританию. Для неё это была редкая возможность увидеть Жун Сюя. Женщина сидела у его кровати и серьёзно с ним беседовала. Через некоторое время она встала, напоследок предупредив его, чтобы он теплее одевался, и что «в развлекательном кругу много плохих людей», а он «ещё совсем молод», и поэтому «ему пока рано влюбляться».

Услышав фразу «рано влюбляться», Жун Сюй бросил взгляд в сторону Цинь Чэна и, скривив губы, ответил:

— Тётушка, Вы правы. В индустрии развлечений очень много плохих людей, так что я не влюблюсь. Обещаю.

Тётя Цинь удовлетворённо кивнула.

Сказав ещё пару слов, она подошла к двери, но вдруг снова остановилась и повернулась к Жун Сюю:

— Жун Жун, ты должен беречь своё тело. Твоей тётушке прошлой ночью приснился кошмар. Ты в нём кричал и говорил что-то… что тебе «жарко». Ты до смерти меня напугал. Ты должен заботиться о своём теле: это самое главное! Ты меня понял?

Щёки Жун Сюя внезапно порозовели:

— Ну, я... я понял, тётя...

Затем тётя Цинь попрощалась с Жун Сюем и вышла из комнаты, а Цинь Чэн пошёл проводить её. Он хотел проводить мать до лифта, но она остановила его и попросила вместо этого позаботиться о Жун Сюе. Напоследок она обняла своего высокого красивого сына и мягко сказала:

— С двадцать седьмым днём рождения тебя, сынок.

Цинь Чэн расплылся в улыбке:

— Я... я очень счастлив сегодня, мама.

Жун Сюй, который слышал эту фразу из своей комнаты:

— !!!..

Наконец, тётя Цинь ушла, и в доме остались только Жун Сюй и Цинь Чэн.

Цинь Чэн вёл себя так, будто ничего не произошло, когда вошёл в комнату и начал собирать грязную посуду с постели. Но когда он уже собирался покинуть комнату Жун Сюя, он вдруг остановился и, не оглядываясь, задумчиво прошептал:

— Говорил: «жарко»?.. Что же это может значить?.. — сказав это, он ушёл на кухню.

Глаза Жун Сюя округлились: он впервые почувствовал на себе, что этот человек может быть таким плохим!!!

Что может означать его  «жарко»?! Может быть, то же самое, что ♂Хорошо! Ещё! Какой большой! Ах! Быстрее!♂?!

Сегодня, в день рождения Цинь Чэна, Жун Сюй был так зол, что поначалу даже не хотел заботиться о нём. Однако позже он не смог удержаться от соблазна и устоять перед «просьбами» мужчины (ведь у него был день рождения), и они целый день провели в постели.

Жун Сюй и Цинь Чэн были молоды и энергичны, поэтому, почувствовав вкус секса, никак не могли остановиться. Лишь поздно ночью Цинь Чэн встал с постели и приготовил для Жун Сюя суп – самый простенький куриный суп.

Съев по полтарелки супа, они отодвинули тарелки в сторону и снова слились в страстном поцелуе.

Этот нескончаемый секс закончился только тогда, когда Цинь Чэн на следующий день собрался вернуться обратно в Соединенные Штаты.

Жун Сюй потёр ноющую поясницу, остановился у двери и стал смотреть, как мужчина одевается. Цинь Чэн опустил голову и нежно поцеловал его в лоб. Посмотрев Жун Сюю в глаза и с трудом подавив желание снова начать целоваться, он извиняющимся голосом сказал:

— Это было в качестве исключения, как подарок на мой день рождения... Сяо Сюй, в следующий раз такого не будет.

Цинь Чэн чувствовал свою вину перед изнурённым Жун Сюем.

Жун Сюй был слегка ошеломлён, и ему потребовалось какое-то время, чтобы понять, что имел в виду мужчина. После этого по его телу разлилась приятная волна тепла. Он понял, что Цинь Чэн хотел сказать, что в будущем они больше не будут заниматься любовью без отдыха и до изнеможения.

Они провели в порыве страсти практически всё время с ночи 26-го числа до полудня 28-го, редко вставая с постели, что действительно было перебором. Однако Жун Сюй и сам много раз проявлял инициативу, когда первым лез к Цинь Чэну целоваться.

Ещё ни разу за свои две жизни он не испытывал такого счастья. Каким бы сильным не был его самоконтроль, в эти три дня он вообще себя не сдерживал.

Более того, всё это случилось в день рождения Цинь Чэна.

Мягко подняв голову и поцеловав вчерашнего именинника в губы, Жун Сюй тихонько улыбнулся:

— Но мне это тоже понравилось...

Цинь Чэн приоткрыл глаза и, наконец, не смог удержаться и обнял своего мальчика, крепко его поцеловав.

В конце концов, ему пора было на самолёт. Поцеловавшись ещё раз, Цинь Чэн выпустил из объятий своего возлюбленного.

В эти дни он совсем себя не контролировали, словно молодожёны в медовый месяц» Жун Сюй был настойчив, а Цинь Чэн не хотел отставать, поэтому не ленился.

Открыв входную дверь, Цинь Чэн в последний раз чмокнул Жун Сюя в губы и прошептал:

— Мне очень понравился твой подарок, Сяо Сюй.

Жун Сюй расплылся в улыбке, но через мгновение вдруг вспомнил:

— Подожди, а кто сказал, что это был мой подарок?

Цинь Чэн был ошеломлён.

Жун Сюй быстро развернулся, сбегал в комнату и, достав из тумбочки небольшую изысканную подарочную коробку, вернулся к Цинь Чэну.

Чёрная подарочная коробка была обёрнута тёмно-синей лентой с бантом. Сама коробочка была очень приятная на ощупь, а сверху на ней красовалась пара слов, написанных на английском серебристыми чернилами.

Цинь Чэн взглянул на надпись и прочитал её вслух:

— In your heart.

Жун Сюй мягко кивнул:

— Да, «In your heart». Храни меня в своём сердце.

Цинь Чэн внезапно кое-что понял. Он поднял голову и с изумлением посмотрел на Жун Сюя. Тот вскинул бровь и с лёгкой улыбкой объяснил:

— Ну… начиная со следующего месяца, я буду официальным представителем «In your heart» в Китае.

Пять минут спустя Сюй Цзинь, наконец, дождался своего артиста. Нервно дёргая губами, он открыл мужчине заднюю дверь автомобиля, бубня себе под нос:

— Я спал здесь пятнадцать минут. Я так долго ждал Вас. Давайте поторопимся! До вылета всего полтора часа. Если Вы опоздаете на этот рейс, Вам придётся до ночи ждать следующего.

Цинь Чэн проигнорировал его, но опустил глаза и молча взглянул на серебряные часы на своём запястье.

Усевшись на переднее пассажирское сиденье, Сюй Цзинь посмотрела на Цинь Чэна через зеркало заднего вида. Когда он увидел эти часы, он был ошеломлён. Внимательно к ним приглядевшись, он с улыбкой сказал:

— «In your heart»? Когда Вы их купили? Я ещё не видел эту модель... Это последняя модель? Выглядят очень даже неплохо. Тоже куплю себе такие…

Мужчина бросил на него слабый взгляд и возразил:

— Не купишь.

Сюй Цзинь:

— ...

Мгновение спустя:

— Почему?!

Цинь Чэн спокойным тоном ответил:

— В этом году я не дарил тебе подарок на день рождения. Я сам подарю тебе часы. От «Конкалон».

Сюй Цзинь:

— Точно, Вы не дарили мне подарок на день рождения! Подождите-ка… у Вас же вчера был день рождения?!

Цинь Чэн слегка улыбнулся и скривил губы:

— Да. Что ты мне подаришь?

Сюй Цзинь:

— …

«Этот день действительно невыносим!!!»

Всю дорогу от дома до аэропорта мужчина сидел, опустив глаза и глядя на часы на своём запястье. Сюй Цзинь не знал, что эти часы действительно являются самой последней моделью фирмы «In your heart», которая поступит в продажу только в следующем месяце. В мире такие часы были пока только в двух экземплярах.

Одни были сейчас на руке Цинь Чэна, а другие – на запястье Жун Сюя.

На обратной стороне циферблатов были выгравированы буквы: у Цинь Чэна – буква «Ж», а у Жун Сюя – буква «Ц».

Жун Сюй в сердце Цинь Чэна.

Цинь Чэн в сердце Жун Сюя.

Это был подарок от Жун Сюя Цинь Чэну на день рождения. Самый уникальный подарок на день рождения в мире.

При мысли об этом холодное и равнодушное лицо мужчины постепенно смягчилось. Он уставился на часы, молча скривил губы и незаметно улыбнулся.

Конечно, Цинь Чэн не знал, что пока он с нежностью любовался на свои новые часы, в это время Жун Сюй в его квартире переписывался в групповом чате.

Жун Сюй: «Я думаю, мы должны принять меры, чтобы не ударить перед Цинь Чэном в грязь лицом».

Всего через минуту ему пришли ответы от шестерых человек.

Линь Сюань: «Абсолютно с тобой согласен! Скоро я собираюсь в Соединенные Штаты на съёмки одного шоу. Если я встречу его там, чувствую, я могу умереть от гнева!!!»

Вэнь Сюань: «Ты легко отделался. Мне вообще придётся сотрудничать с ним на съёмках следующего фильма...»

Джеймс: «Тогда как же мы будем унижать Цинь Чэна?»

Хью: «... «унижать» – слишком громко сказано. Джеймс, твой китайский слишком плох. Мы не будем его унижать – просто пристыдим».

Ся Муйян: «Да, твой китайский недостаточно хорош!»

Чу Ци: «Хорошо. Но как мы можем отвлечь внимание Цинь Чэна и помешать ему говорить?»

Жун Сюй слабо улыбнулся, вспомнив о том, что мужчина сказал ему вчера, и через мгновение напечатал ответ: «В любом случае, я на вашей стороне».

В этот момент члены клуба «Сумасшедший Цинь» ещё не понимали, что задумал Жун Сюй. Но когда они узнали детали его плана, они действительно пришли в восторг, чувствуя, что теперь им, наконец, удалось достичь высокого уровня IQ, и Цинь Чэну больше не победить их!

Отложив телефон в сторону, Жун Сюй пошёл на кухню и налил себе стакан воды, неустанно массируя поясницу и бормоча себе под нос:

— Спрашиваешь, что такое «жарко»? Ну, я покажу тебе ♂Хорошо! Ещё! Какой большой! Быстрее!♂…

С точки зрения обидчивости и злопамятности, Жун Сюй ничуть не уступал Цинь Чэну.

Спустя ещё пять дней отдыха отпуск Жун Сюя закончился.

Три месяца назад «ХуаСя Энтертейнмент» помогла Жун Сюю заключить  очень выгодный контракт. Всемирно известный люксовый бренд «In your heart» официально подписал с ним контракт, сделав его своим представителем от Китая на весь следующий год.

В знак благодарности ему подарили двое часов, являющихся самой последней моделью серии «Lamour».

https://tl.rulate.ru/book/14326/1358856/ready

Глава 112 (Часть 1)

«In your heart», известный французский бренд класса люкс, был основан в начале прошлого века и имел богатую 130-летнюю историю.

Этот бренд был основан британским бизнесменом и французским дизайнером. Благодаря совместным усилиям этих двоих, сегодня «In your heart» был одним из главных люксовых брендов мира, выпускающих одежду, ювелирные изделия, парфюмерию. косметику, часы и многое другое. По части одежды и часов этот бренд даже лидировал.

Официальный китайский перевод бренда «In your heart» звучит как «В твоём сердце».

Этот бренд сотрудничал со знаменитостями по всему миру, и его представители всегда были громкими звёздами. В прошлом году представителем «In your heart» от Китая был известный актёр, получивший именитую премию за лучшую роль.

И теперь его место удостоился занять Жун Сюй.

Хотя компания «Хуася Энтертейнмент» активно подбирала рекламные контракты для Жун Сюя, окончательное решение о том, сотрудничать ли им с Жун Сюем, принимали представители бренда. Руководители «In your heart» внимательно оценили популярность, коммерческую ценность и личностные качества Жун Сюя и, в конце концов, решили пригласить его стать представителем их серии часов под названием «L'amour».

«L'amour» в переводе с французского означает «любовь». Эта серия была флагманом «In your heart» в последние десять лет. Среди различных серий часов внутри этого бренда по годовому объёму продаж серия «In your heart» занимала почётное первое место.

Это известие пока находилось в полусекретной стадии, но пиар-отдел «Хуася Энтертейнмент» уже незаметно развернул свою пиар-кампанию в интернете.

Всего через полмесяца после выхода «Затерянного города» в Интернете появилась новость о том, что Жун Сюй, вероятно, станет официальным представителем ведущего люксового бренда.

Никто не знал, откуда просочилась эта информация, но многие форумы уже вовсю её обсуждали. По словам пользователя сети, первым обнародовавшим эту новость, «его друг работал в индустрии развлечений и поделился с ним этой вестью, поэтому он решил рассказать об этом всем».

«Знающий» комментатор форума написал:

«Этот бренд – один из восьми брендов «Голубой крови». Мне известно, что среди его представителей в этом году будет представлен один новичок из Китая (его имя будет обнародовано этом месяце). С момента дебюта этого юного новичка прошло не так много времени. Он снялся всего в нескольких фильмах, но их кассовые сборы очень высоки, да и его привлекательность многими высоко ценится. Я не уверена, о ком именно идёт речь…»

Бренды «Голубой крови» относятся к «голубым фишкам», то есть широко известным брендам*.

Всего в мире существует восемь брендов «Голубой крови», и все они являются ведущими брендами класса люкс. Любая знаменитость, представляющая такой бренд, является ведущим игроком в индустрии развлечений. Теперь же, когда все узнали, что официальным представителем одного из таких именитых брендов стал новичок, первой их реакцией было:

«Бред!»

«Я ещё могу поверить, что новичок может быть представителем Красной крови, но… Голубой?! Что это за бред? Кто-то опубликовал черновик, не прочитав его как следует? Спасибо, я от души посмеялся».

«Есть всего восемь брендов Голубой крови: Tissen, Moran, In your heart... и Kate. Давайте порассуждаем: какая из этих восьми компаний могла нанять в качестве своего представителя совсем юного новичка? Никакая! Эти фанаты нынче совсем обезумели!  Вы ещё скажите, что вашего любимца сделали послом мира ООН!»

Мысль о том, что новичок может быть представителем ведущего люксового бренда, казалась всем слишком невероятной. Такого никогда раньше не было, поэтому никто не мог в это поверить. Даже фанаты Жун Сюя сомневались в правдивости этого вброса и не участвовали в общей дискуссии.

Хотя очевидно было всем: привлекательным юным новичком, который совсем недавно дебютировал, но уже собрал хорошие кассовые сборы, мог быть только их Жун Сюй!

Жун Сюй дебютировал всего полтора года назад; не считая двух сериалов, он снялся всего в четырёх фильмах, из которых на экраны вышло два: «Чёрные тучи» и «Затерянный город». Совокупные кассовые сборы первого составляли более 10 миллиардов, а второго – 5 миллиардов всего за полмесяца показов.

Кассовые сборы фильмов Жун Сюя определенно были самыми высокими среди всех новичков в индустрии.

В этой ситуации активизировались «хейтеры» Жун Сюя, принявшись активно мутить воду:

«Жун Сюй – представитель бренда Голубой крови? Ха-ха-ха, это самая смешная шутка, которую я слышал в этом году! У него нет чувства вкуса, у него всего две работы! Какой бренд Голубой крови он может представлять?! Действительно: бесстыдные наивные фанаты, ха-ха-ха-ха!»

Когда фанаты Жун Сюя впервые увидели подобные комментарии, они подумали, что эти злые языки, должно быть, пишут о ком-то другом, и никак на это не отреагировали. Но когда они увидели прямые упоминания имени их любимого Жун Сюя, они пришли в ярость.

Фанатов Жун Сюя не так-то просто разозлить. Как люди, не зная фактов, могут ругать их и проклинать Жун Жуна?!

Фанатов Жун Сюя лучше не злить. Разозлившись, они могли уничтожить всех хейтеров и фейков, пытающихся подпортить репутацию их Мужу.

За исключением фанатов и хейтеров Жун Сюя, все остальные «случайные» подписчики форума молча наблюдали за разворачивающимся спором. Они не могли не вздыхать от волнения:

«Если Жун Сюй действительно стал представителем бренда «Голубой крови», он больше не является простым новичком! Это действительно успех!»

Некоторые люди ревнуют и завидуют успехам других, но есть и такие, кто питает к чужим достижениям только положительные эмоции.

Актёр, дебютировавший полтора года назад, снялся в двух сериалах и получил за них три награды.

Актёр, дебютировавший полтора года назад, выпустил один сингл, доход с продаж которого превысил миллион.

Актёр, дебютировавший полтора года назад, снялся всего в четырёх фильмах, два из которых вышли на большие экраны, и их общие кассовые сборы превысили 17 миллиардов.

Не говоря уже о других его достижениях, его без сомнения можно было назвать одним из лучших во всей индустрии развлечений!

До этого у Жун Сюя был всего один рекламный контракт – с брендом картофельных чипсов. Этот рекламный ролик имел очень высокую популярность, и его каждый день можно было увидеть по всей стране. Однако влияние этого бренда было не велико.

Но теперь, если Жун Сюй действительно стал представителем бренда «Голубой крови», он получит не просто высокую, а высококлассную поддержку. Это большое достижение, и за него нельзя не порадоваться.

Многие поклонники других новичков индустрии сначала думали: «Как Жун Сюй может представлять бренд Голубой крови?». Однако через пару минут они осознавали: «Если Жун Сюй действительно сотрудничает с брендом Голубой крови, то разрыв между ним и моим Мужем увеличится ещё больше...»

Пиар-отдел «ХуаСя Энтертейнмент» сработал очень хорошо. Когда после релиза «Затерянного города» прошёл месяц, бренд «In your heart» разместил на своей официальной странице рекламный постер.

«Представитель бренда «In your heart» от Китая – Жун Сюй!»

Открыв официальный сайт бренда, на первой полосе можно было увидеть этот же постер.

На чисто-белом фоне у окна стоял красивый молодой человек, слегка приподняв голову, и смотрел вдаль на холмы.

Снимок был сделан в западноевропейском замке: молодой красивый джентльмен с серебристыми очками на переносице был одет в классический прямой костюм. Глядя вдаль, он поднял правую руку и нежно погладил манжету на правом запястье, обнажив ослепительное сверкание серебряных часов.

«Seven», последние часы из серии «In your heart», сияли на изящном белоснежном запястье юноши.

Гладкий плоский циферблат был инкрустирован тончайшими кристаллами, а в самом его центре были «разбросаны» семь бриллиантов, складываясь в форму созвездия «Большой медведицы». Эти часы имели лёгкий серебристо-белый оттенок.

Издали от юноши исходила какая-то безмолвная красота, формируемая годами.

Молодой человек со сверкающими часами на запястье выглядел нежно и безмятежно, глядя на горы вдали. Глядя на него, невозможно было испытывать раздражительность – даже через экран зрителю передавалась его неимоверная безмятежность.

* Голубая фишка - это признанная на национальном уровне и хорошо зарекомендовавшая себя финансово стабильная компания. Голубые фишки продают высококачественные и распространенные товары и услуги.

Глава 112 (Часть 2)

В то утро, до того, как был опубликован этот рекламный постер, многие хейтеры продолжали поливать Жун Сюя грязью на крупных форумах, и фанаты Жун Сюя были за это на них очень злы. Им очень хотелось ответить!

В последнее время всем очень нравился Жун Сюй, но было и много тех, кому он не нравился. Например, недавно, когда «Затерянный город» вышел на большие экраны, он потеснил в прокате один молодёжный фильм, который из-за него не собрал хороших кассовых сборов.

Поклонники актёров, сыгравших главные роли в этом молодёжном фильме, тут же до смерти возненавидели Жун Сюя. Их Богу/Богине не удалось собрать в прокате высокие кассовые сборы, и они обвиняли в этом «Затерянный город». Они считали актёрские способности своего Бога/Богини очень хорошими и рыдали из-за того, что «Затерянный город» так нагло и беззастенчиво «ограбил» их кумиров, отняв у них 70% зрителей, сборов и экранного времени в кинотеатрах!

Фанаты Жун Сюя были слишком ленивы, чтобы опровергать эти глупые обвинения.

Кинотеатры тоже хотят зарабатывать деньги. Если ваш фильм действительно может собрать высокие кассовые сборы, то кинотеатр обязательно даст вам больше времени для показов. Однако если ваш фильм занимал в кинотеатре всего 10% суточного времени показов, а заполняемость зала на таких сеансах не превышала и 40% – какой кинотеатр будет идти вам навстречу? Они ведь не дураки, чтобы терять из-за вас свои деньги!

В общем, многие пользователи сети то и дело обвиняли в чём-то Жун Сюя, не желая поверить в то, что он мог стать представителем бренда «Голубой крови».

Линь Сяоци была одной из главных поклонниц Жун Сюя. На форуме, где она часто общалась, сейчас многие люди ругали Жун Сюя. Они писали о нём такие ужасные вещи, что Линь Сяоци тут же принялась возражать им. Однако, что бы она им ни говорила, эти хейтеры отвечали ей только одно:

«О, тогда докажи мне, что Жун Жун твоей семьи действительно стал лицом бренда Голубой крови! Если ты покажешь мне доказательства, я готова съесть Ши*!»

Линь Сяоци:

— …

Линь Сяоци была так разгневана, что не могла найти слов. Однако в это самое мгновение её друг прислал ей новое сообщение. Линь Сяоци небрежно щёлкнула на сообщение и бросила на него небрежный взгляд, мысленно собираясь продолжить «войну» с хейтерами на форуме, как вдруг… Девушка замерла, глядя на последнее сообщение на экране своего телефона:

«In your heart!!! Это In your heart!!! Жун Сюй действительно стал официальным представителем бренда «Голубой крови»! Ах, ах, ах, ах, ах!!!»

Линь Сяоци:

— !!!

Линь Сяоци поспешно зашла на официальный сайт «In your heart», собираясь найти на нём какое-нибудь подтверждение этой информации, но искать ей ничего не пришлось: на главной странице сайта во весь рост красовалась прекрасно знакомая ей фигура! Увидев лицо, которое она облизывала на фотографиях по сто раз в день, девушка была так взволнована, что чуть не расплакалась.

В следующую секунду Линь Сяоци словно расцвела. Она – уже без былой угрюмости – снова открыла форум, кишащий хейтерами, и с радостью и гордостью напечатала ответ:

«О, Жун Жун моей семьи действительно стал лицом бренда Голубой крови. Уже готова есть Ши? Как насчёт того, чтобы сделать это в прямом эфире? Тебе горячее или холодное Ши?».

Хейтеры, увидевшие этот комментарий:

«@ ##!￥!!!»

Независимо от того, что думали о Жун Сюе его хейтеры, он стал первым новичком, который ещё даже не получил ни одной кинопремии, но уже удостоился чести стать лицом одного из восьми брендов «Голубой крови»!

После того, как рекламный постер был опубликован на официальном сайте «In your heart», все средства массовой информации тут же сообщили об этой новости, и бесчисленные маркетинговые аккаунты тоже принялись использовать её для шумихи и попадания в топы дня.

Маркетинговые аккаунты часто объединяются и публикуют один и тот же контент.

Как правило, в этой ситуации есть две возможности. Во-первых, они могли заработать деньги и увеличить популярность своего аккаунта, поэтому они активно продвигали релевантный контент самостоятельно либо репостили посты с других маркетинговых аккаунтов в Вэйбо или WeChat. Заполоняя ленты новостей пользователей однотипными новостями, они достигали нужного маркетингового эффекта.

Другая возможность для них заключалась в том, что этот контент был сейчас самой горячей темой для обсуждения.

Маркетинговым аккаунтам для работы нужны были популярность и подписчики. Попадание в топ могло позволить им привлечь к себе больше внимания и заполучить больше подписчиков.

Ло Чжэньтао сейчас не было необходимости действовать. Многочисленные средства массовой информации и маркетинговые аккаунты сами отлично справлялись с пиар-компанией, сообщая о том, что Жун Сюй стал официальным лицом бренда «In your heart».

Капитан Круга Развлечений: «#ЖунСюй_InYourHeart! Это удивительно! Официальный сайт @In_Your_Heart сегодня объявил о том, что @Жун_Сюй стал официальным представителем их серии L’amour. Капитан составил для вас список всех представителей серии L’amour за последние шесть лет. Взгляните, кто они! [фото]»

Король сплетен: «#ЖунСюй_InYourHeart! Первый новичок, которому удалось стать лицом бренда Голубой крови! Мы искренне поздравляем @Жун_Сюя! Твои старания не напрасны! Мы все очень рады за тебя! Продолжай становиться лучше и дальше радуй нас своими победами! <3 <3 <3»

Вечерние новости: «#ЖунСюй_InYourHeart! Сегодня официальный сайт @In_Your_Heart объявил имя нового представителя серии L’amour! Им стал @Жун_Сюй! [ссылка на сайт]».

***

В течение часа новость о том, что Жун Сюй стал лицом бренда «In your heart», разлетелась по сети.

Поклонники Жун Сюя ликовали, а все хейтеры вмиг замолчали.

Перед официальным объявлением имени этого «таинственного новичка» многие поклонники другого новичка молча наблюдали за новостями. И теперь, когда имя было объявлено, они так сильно завидовали Жун Сюю, что готовы были расплакаться. Однако они прекрасно понимали, что их любимец и Жун Сюй уже давно были на разных уровнях индустрии и были абсолютно несопоставимы.

В этот момент фанаты Жун Сюя, наконец, смогли выдохнуть и поверить в тот факт, что их любимый Жун Сюй на самом деле стал лицом «In your heart». Они взволнованно праздновали это событие в своих чатах и публиковали тёплые слова с поздравлениями на закрытом фан-форуме Жун Сюя.

Даже обычно серьёзные модераторы форума сегодня были настолько счастливы, что не могли держать себя в руках и писали непривычные для себя посты:

«Сегодня вы сами можете писать посты на стене форума и закреплять их по своему желанию! Мы все искренне поздравляем Жун Сюя с заключением контракта с «In your heart»! Ах, ах, я так взволнована, что пробежала два круга вокруг своего дома!!! QAQ!!!»

Через три часа после публикации рекламного постера на сайте официальный аккаунт «In your heart» также сделал и соответствующую публикацию.

Официальный аккаунт «In your heart» в Китае: «Любовь – L’amour, и наша седьмая яркая звезда Любви... Мы с @Жун_Сюем посвящаем этот пост всем влюблённым и всем, кто хотя бы однажды любил! [фото] [фото] [фото] [фото]».

«In your heart» анонсировали сразу четыре постера!

На всех этих четырёх фото был изображён Жун Сюй, одетый в одежду разных цветов и смотрящий вдаль.

Первой фотографией был уже хорошо всем знакомый постер с официального сайта бренда. Жун Сюй стоял в тени замка, глядя на далекие горы.

На второй фотографии он сидел верхом на высоком белом коне в красивом костюме для верховой езды и смотрел на живописные горы вдалеке.

На третьем снимке Жун Сюй прогуливался по горной тропинке, глядя на далёкий горизонт, где медленно всходило яркое солнце.

На четвертой фотографии Жун Сюй стоял на вершине белоснежной горы, покрытой снегом. Позади него виднелись реки и холмы, а прямо перед ним простиралось глубокое звездное небо. На небе чарующим блеском переливались семь ярких звёзд, складывающихся в созвездие Большой Медведицы.

Долгое время спустя Жун Сюй, наконец, репостнул на свою страницу в Вэйбо публикацию с официального аккаунта бренда «In your heart» в Китае. Ло Чжэньтао сразу репостнул этот пост себе на страницу. Формулировка Жун Сюя была очень короткой и лаконичной.

Как только этот пост был опубликован, бесчисленное количество поклонников тут же принялись поздравлять его в комментариях, засыпая его «цветами» и комплиментами.

* «Ши Ши ши ши ши» (кит. трад. 施氏食獅史,  пиньинь Shī Shì shí shī shǐ, буквально: «История про то, как Ши Ши поедал львов») — стихотворение на классическом китайском языке, написанное в шутку знаменитым китайско-американским лингвистом XX века Чжао Юаньжэнем. Все 92 слога стихотворения читаются как ши в одном из четырёх тонов. Текст, записанный на классическом китайском, понятен большинству образованных китайских читателей, но скорее в иероглифическом варианте, а не на слух. Более чем 2500-летняя история изменений произношения привела к большой степени омофонии в классическом китайском, в результате чего при произнесении вслух на пекинском диалекте или при записи в фонетической системе он становится абсолютно непонятным.

Дословный перевод стихотворения (википедия):

«Жил в каменной пещере поэт Ши Ши, который любил есть львов и поклялся съесть десять в один присест.

Он часто ходил на рынок, где смотрел — не завезли ли на продажу львов?

Однажды в десять утра десятерых львов привезли на рынок.

В то же время на рынок приехал Ши Ши.

Увидев тех десятерых львов, он убил их стрелами.

Он принёс трупы десятерых львов в каменную пещеру.

В каменной пещере было сыро. Он приказал слугам прибраться в ней.

После того как каменная пещера была прибрана, он принялся за еду.

И, когда он начал есть, оказалось, что эти десять львов на самом деле были десятью каменными львами.

Попробуй-ка это объясни!»

Глава 112 (Часть 3)

Когда Жун Сюй прилетел в город S и включил свой телефон, ему тут же пришли десятки уведомлений о новых комментариях и репостах.

Ежедневное количество уведомлений у Жун Сюя, как у знаменитости, превышало 100 тысяч. Конечно, он не мог активировать оповещения на все события. Вэйбо уведомлял его только тогда, когда его посты комментировали и репостили его друзья.

Итак, когда Жун Сюй открыл Вэйбо, как он и ожидал, многие его друзья прокомментировали его последний пост с новостью о его сотрудничестве с «In your heart».

Комментарий от @Линь_Сюаня: «На четвёртом фото ты довольно красив. Но, конечно, не так красив, как я!»

Комментарий от @Е_Цяо: «Ха-ха, Жун Сюй, ты потрясающий!»

Репост от @Тан_Мэнлань: «Жун Жун, кажется, повзрослел! Первое фото очень-очень красивое [одержима] // @Жун Сюй: Спасибо, «In your heart», за приглашение представлять L'amour <3 // @In_your_heart: Любовь L'amour...»

Увидев все эти  комментарии, Жун Сюй тупо покачал головой.

У его друзей-знаменитостей не было такой большой славы. Само собой разумеется, что сейчас, когда он получил такую хорошую поддержку, его коллеги должны были испытывать к нему небольшую зависть. Однако эти люди действительно весело шутили, поддразнивали, хвалили и поздравляли его; в их словах не чувствовалось ни капли зависти.

Подумав над этим немного, Жун Сюй понял: с завистливыми людьми он просто никогда не стал бы дружить. Вот и вся разгадка.

Как и в случае с несколькими другими звёздами, на съёмках фильма «Борьба за превосходство» у Жун Сюя не сложилось тёплых отношений с исполнителем роли третьего плана Сун Минфэем. Они даже не пересекались на съёмочной площадке и поэтому не были подписаны друг на друга в Вэйбо.  Отношения с исполнителем главной роли, Дун Чжэном, у него были нормальными, но всё дело могло быть в характере Жун Сюя – никакими хорошими друзьями, они, конечно, не были.

Тем не менее, с Е Цяо и Тан Мэнлань у Жун Сюя всегда были очень хорошие отношения. Несмотря на то, что Жун Сюй на момент знакомства с ними только-только вошёл в киноиндустрию и не имел за плечами никаких работ, они втроём мило общались и часто переписывались. Во время предыдущего короткого отпуска Жун Сюй даже ходил с ними на вечеринку.

Настоящие друзья не отвернутся от вас из-за смены статуса или уровня популярности. Даже если он когда-нибудь выиграет крупную кинопремию, они с Е Цяо и Тан Мэнлань наверняка останутся друзьями.

Представительство «In your heart» снова сделало Жун Сюй «горячей» темой дня, а также положительно повлияло на кассовые сборы «Затерянного города».

«Затерянный город» ещё шёл в кинотеатрах. Даже режиссёр Юань не ожидал, что Жун Сюй так внезапно и так рано получит контракт от «In your heart». Увидев эту новость, многие киноманы пошли в кинотеатры, чтобы ещё раз посмотреть фильм с Жун Сюем в главной роли, что сделало «Затерянный город», который и так был лидером в прокате, ещё популярнее.

Той ночью режиссёр Юань взволнованно позвонил Жун Сюй и прямо сказал:

— Хотя мой следующий фильм будет о Цзиньи-вэй, я долго готовил его. Главная мужская роль в нём правда тебе очень подходит. Жун Сюй, я всё-таки очень хочу ещё раз с тобой посотрудничать. Может, прочтёшь сценарий, прежде чем снова мне отказать?..

Режиссёр Юань говорил очень быстро, чтобы не дать Жун Сюю возможности перебить его.

Выслушав его, Жун Сюй беспомощно улыбнулся и спросил:

— Режиссёр Юань, эта роль правда мне подходит?

Режиссёр Юань сделал паузу, а затем рассмеялся:

— Честно говоря, не особо. Но ты вполне мог бы её сыграть. Как насчёт того, чтобы я прислал тебе сценарий?

Хотя режиссёр Юань был не так знаменит, как мистер Лю или мистер Сюй, он был настоящим коммерческим кинорежиссёром. Бесчисленное множество актёров мечтали сняться в его фильме.

Но на этот раз Жун Сюй был вынужден ему отказать. Он слегка покачал головой и ответил:

— Режиссёр Юань, я уже принял другой сценарий и пока не смогу работать над другими картинами. Спасибо за приглашение. Мы с Вами обязательно посотрудничаем ещё, но как-нибудь в другой раз.

Режиссёр Юань очень высоко ценил кассовые сборы Жун Сюя и его способность попадать во все ленты новостей (это не говоря уже о его превосходных актёрских навыках и непринуждённости на площадке), поэтому он очень хотел поработать с ним ещё.

Режиссёр Юань с сожалением вздохнул, перекинулся с Жун Сюем ещё парой слов, после чего они попрощались.

В это время в городе S было 8 часов вечера. После того, как Жун Сюй прибыл в отель, он встретился с режиссёром Сюй, Сяо Цзытун и другими сотрудниками, работавшими над фильмом «Немой».

Они не виделись уже три месяца. Так совпало, что именно сегодня стало известно о том, что Жун Сюй стал официальным представителем бренда «In your heart» в Китае. Режиссёр Сюй, увидев его, тут же раскинул руки и сказал тоном, не терпящим возражений:

— Ого, это же наш представитель «In your heart»! По такому поводу я просто обязан всех угостить!

Сяо Цзытун с улыбкой наклонилась к нему и сказала:

— Тогда я тоже смогу поужинать?

Режиссёр Сюй улыбнулся и ответил:

— К сожалению, этот парень, Линь Сюань, не сможет завтра приехать в город S. Я попрошу, чтобы тебе дали его порцию. Прогуливаясь утром по городу, я приметил неподалёку неплохой ресторан морепродуктов. Жун Сюй, надеюсь, он подойдёт к твоему новому статусу, ха-ха!

Жун Сюй беспомощно улыбнулся:

— Не могли бы Вы меня не угощать?..

Режиссёр Сюй немедленно выпрямился:

— А?..

Красивый молодой человек невинно поднял руку и громко сказал:

— Я вас угощаю!

В тот вечер несколько человек из команды «Немого» хорошо посидели в ресторане рядом с отелем. «Немой» должен был официально выйти в прокат почти через месяц. Сейчас было начало ноября, а фильм выходил на большие экраны уже в конце ноября, поэтому план маркетинговых мероприятий по продвижению фильма был расписан на весь ноябрь.

Главные актёры Жун Сюй и Сяо Цзытун, режиссёр Сюй, а также актёр второго плана и (по совместительству) исполнитель саундтрека к фильму Линь Сюань приехали в город S для раскрутки фильма «Немой». Первоначально Лю Хуэйчжэнь тоже должна была к ним присоединиться, но у неё сейчас шли судебные тяжбы.

Дело Лу Сянбо было передано в суд в конце прошлого месяца. Суд постановил, что Лу Сянбо должен быть заключён под стражу на шесть месяцев и компенсирует Лю Хуэйчжэнь моральный ущерб, все медицинские расходы и прочие компенсации общей суммой более 400.000 юаней.

Лу Сянбо, конечно же, отрицал свою вину. Если бы он действительно признался, это можно было бы считать абсолютным крахом его будущей жизни. Поэтому он подал апелляцию. В то же время по индустрии поползли слухи, что Лу Сянбо пообщался с Лю Хуэйчжэнь и шантажировал её какими-то приватными фотографиями, на которых она запечатлена с неким инвестором, требуя у неё отозвать иск.

Теперь разборки между Лу Сянбо и Лю Хуэйчжэнь уже не имели никакого значения.

Что мнения режиссёра Сюй по этому поводу, он был довольно спокоен:

— Пусть Лю Хуэйчжэнь сама разберётся с этим, а уже когда этот вопрос будет закрыт, наша команда решит, что делать. — тихонько фыркнув, режиссёр Сюй усмехнулся. — Я не хочу связываться с этими двумя и пачкать руки...

Хотя речь шла о женщине, в словах режиссёра Сюя не было и намёка на джентльменское поведение. Старик был очень прямолинеен. Ему не нравился Лу Сянбо, но также ему не нравилась и Лю Хуэйчжэнь. Он считал их обоих нехорошими и неприятными людьми, просто одни из них был чуть более отвратителен, чем другой.

Жун Сюй и Сяо Цзытун ответили на честный темперамент режиссёра Сюй очень просто: они продолжили молча есть крабов, опустив головы. Они больше не хотели думать о Лу Сянбо, потому что его финал предсказуемо плачевен, поэтому они, как и режиссёр Сюй, не хотели пачкать в этом деле свои руки.

Поскольку в город S приехало не так много членов команды «Немого», Жун Сюй пригласил всех на ужин. В числе приглашённых были только режиссёр Сюй с Сяо Цзытун и их помощники.

Поначалу два помощника вежливо отказывались от приглашения Жун Сюя, но когда режиссёр Сюй прямо пригласил своего помощника сесть, они сдались. Старик тогда сказал:

— Этот парень стал официальным лицом «In your heart», а это стоит восьмизначных чисел, знаешь ли. Как ты можешь ему отказывать? Ну-ка, прояви вежливость!

Услышав это, Жун Сюй мог только невинно развести руками.

На самом деле гонорар за сотрудничество с «In your heart» был не так высок, как сказал режиссёр Сюй. В конце концов, Жун Сюй был новичком, дебютировавшим всего полтора года и ни разу не выигрывавшим кинопремий и даже не получавшим на них номинаций.

Однако, несмотря на отсутствие баснословных гонораров, Жун Сюй попросту не мог отказаться от такого предложения. Поддержка «In your heart» была для него очень важна. Важно было не то, сколько денег она могла ему принести, а то, какая популярность за этим последует.

Это сотрудничество могло вывести Жун Сюя из «рамок» Китая и позволить ему выйти на мировой уровень.

И это был только первый его шаг в «большой мир». Чтобы закрепить свои позиции в мире, ему ещё нужно было приложить немало усилий.

Глава 112 (Часть 4)

После ужина группа людей вернулась в отель.

Ресторан находился неподалёку от отеля, поэтому обратно они шли пешком.

В эту сумрачную ночь спешащие по своим делам пешеходы не узнавали звёзд, проходивших мимо них.

Когда они уже подходили к отелю, кто-то в толпе их всё-таки узнал. Это были три маленькие девочки, которые оказались поклонницами Жун Сюя. При виде него они воскликнули от восторга, но не доставили их компании больших неудобств. Жун Сюй, Сяо Цзытун и режиссёр Сюй оставили им свои автографы, после чего девочки счастливо упорхали прочь.

Поднимаясь на лифте на свой этаж, режиссёр Сюй внезапно спросил:

— Показ «Затерянного города» продлили?

Жун Сюй на мгновение опешил и переспросил:

— Продлили?..

Режиссёр Юань не упомянул об этом, когда звонил ему прошлой ночью, поэтому Жун Сюй был в растерянности, услышав эту новость.

Режиссёр Сюй кивнул:

— Ну, я слышал от друга, что несколько медиа-групп отложили его исключение из прокатного списка. Разве они не воспользовались твоим с сотрудничеством «In your heart»? Кассовые сборы «Затерянного города» сейчас переживают период спада. Мы сейчас начали активную раскрутку «Немого», и этот хитрый старик решил использовать наш фильм, чтобы заработать побольше денег на своём «Затерянном городе». — тихо буркнув себе что-то под нос, режиссёр Сюй замолк.

Фактически, «Затерянный город» позаимствовал шумиху вокруг «Немого», чтобы привлечь к себе больше внимания, но, если честно, «Немой» тоже позаимствовал рекламный эффект у «Затерянного города» и «Диких цветов».

За последние шесть месяцев, с момента выхода «Чёрных туч», Жун Сюй всё время был занят съёмками, но на экраны до сих пор не выходило ни одной его работы. Если у знаменитости нет работ, он понемногу теряет своих поклонников и известность, однако поклонники Жун Сюя были ему очень верны.

Итак, спустя полгода затишья на экраны практически одновременно должно было выйти сразу три работы Жун Сюя.

«Затерянный город» вышел в конце сентября, «Немой» – в конце ноября, а «Дикие цветы» – в декабре.

Результатом полугодичных ожиданий стал дикий всплеск интереса к его персоне.

В двух из трёх фильмов Жун Сюй исполнял главные роли, и их режиссёры, конечно, в плане кассовых сборов полагались в основном на имя Жун Сюя. Однако все эти три фильма дополняли друг друга: если один из них будет хорошим, люди обязательно захотят посмотреть и другие два.

На следующее утро Жун Сюй увидел в Интернете новость, подтверждающую то, что показ «Затерянного города» в кинотеатрах действительно продлили.

Жун Сюй отправил режиссёру Юань тёплое сообщение, представив, что старик, получив его, улыбнётся. Убрав телефон, Жун Сюй вышел с Сяо Цзытун и режиссёром Сюй на сцену, чтобы поучаствовать в очередном ток-шоу.

У Линь Сюаня не получалось прилететь в город S до вечера, поэтому продвижением фильма они занимались втроём. Ведущий был очень красноречив: он то и дело поддевал Жун Сюя и неоднократно упоминал последние важные новости связанные с ним, а Жун Сюй, в свою очередь, лаконично их комментировал.

Напоследок ведущий упомянул об инциденте, случившемся на площадке во время съёмок «Немого».

Поскольку Лу Сянбо уже выгнали из актёрского состава, режиссёр Сюй был не прочь позаимствовать его «популярность», чтобы в очередной раз привлечь внимание к своему фильму.

Выслушав вопрос ведущего, режиссёр Сюй улыбнулся и принялся рассказывать о том, что произошло в команде «Немого» во время съёмок.

— Актёрские навыки у Лу Сянбо не очень хорошие. Честно говоря, я часто ругал его на съёмках. У меня скверный характер, а у него скверные актёрские способности. Если сложить это воедино, как вы думаете, насколько яркий получится фейерверк? — Ведущий тут же рассмеялся, а зрители зааплодировали. Режиссёр Сюй продолжил. — Но я не ожидал, что он способен на такие бесстыдные вещи!

В следующие десять минут режиссёр Сюй безостановочно измывался над Лу Сянбо. Конечно, он не мог просто оскорблять его, но он поделился секретами, о которых публике до этого дня не было известно.

Эти «секреты» были правдивы примерно на 70 процентов. Например, режиссёр Сюй сказал, что Лу Сянбо однажды отругал члена их команды, но как это могло быть правдой, если Лу Сянбо всегда старался притворять паинькой на людях?

Но в данный момент людей не волновал, насколько хороший Лу Сянбо актёр – их интересовали только негативные факты о нём.

Актёр, который накачал наркотиками исполнительницу роли второго плана и чуть не испортил лицо главной героини… Кто захочет знать о нём хорошие факты? Все просто хотели в очередной раз послушать, какой он отвратительный и мерзкий тип.

Во время записи ток-шоу улыбка не сходила с лица ведущего. Он не ожидал, что команда «Немого» будет таким интересным гостем. Не говоря уже о шумихе вокруг Лу Сянбо, одной только популярности Жун Сюя и свежей новости о его совместной работе с «In your heart» уже было достаточно, чтобы собрать у экранов множество телезрителей.

Вскоре запись ток-шоу плавно подошла к концу.

Половина зрителей в зале была массовкой, отвечающей за аплодисменты, а другая половина – настоящими зрителями.

После того, как режиссёр Сюй закончил свой рассказ, ведущий встал и провёл обязательный интерактивный сеанс с аудиторией. Как вдруг! Заместитель режиссёра внезапно поднял руку и сделал ведущему какой-то жест рукой.

Ведущий на мгновение опешил, а режиссёр в этот момент объявил, что шоу уходит на короткий перерыв, и попросил зрителей не расходиться. Ведущий воспользовался возможностью, чтобы уйти со сцены.

Жун Сюй, сидевший на диване, издалека видел, как ведущий что-то активно обсуждает с режиссёром, и как лицо ведущего становится всё более и более странным. Периодически мужчина даже поворачивал голову и с удивлением таращился на их диван.

Сяо Цзытун улыбнулась и сказала:

— Произошло что-то чрезвычайное... Помнится мне, последние несколько дней Лу Сянбо и Лю Хуэйчжэнь провели в суде? Это как-то связано с этим? Или Лу Сянбо всё-таки обнародовал приватные фотографии Лю Хуэйчжэнь?..

Жун Сюй улыбнулся и кивнул:

— Возможно. Я больше склоняюсь ко второму варианту.

Через три минуты ведущий вернулся на сцену с очень странным выражением лица. После того, как он сел на своё место, он повернул голову и подмигнул режиссёру, который в ответ ему тяжело кивнул.

Ведущий сделал глубокий вдох, а затем медленно выдохнул.

В это время камеры снова включились, и ведущий с широкой улыбкой посмотрел на троих человек, сидящих на диване напротив него. Его взгляд скользнул по телу режиссёра Сюй, затем перепрыгнул на Сяо Цзытун и, наконец, медленно остановился на теле Жун Сюя.

Красивый молодой человек смотрел на него спокойно и невинно, без тени волнения. Однако в следующий момент ведущий, глядя ему прямо в глаза, с улыбкой объявил:

— Вот и всё, Жун Сюй! Десять минут назад папарацци опубликовали серию скандальных снимков... — сделав короткую паузу, ведущий улыбнулся и торжественно добавил. — С Вашим участием, Жун Сюй!

Улыбка на губах юноши стала еще шире, и он спокойно переспросил:

— Скандальные снимки с моим участием? Я не понимаю, о чём Вы. Я никогда не был замешан в скандалах.

Спекуляции на отношениях Жун Сюя с другими актёрами и актрисами были и раньше – это ерунда, простые шипперские штучки. Однако настоящих скандалов, связанных с отношениями, у Жун Сюя, и в правду, никогда раньше не было.

Глядя на спокойную улыбку юноши, ведущий почему-то вдруг немного растерялся. Он не понимал: почему Жун Сюй ведёт себя так спокойно? Неужели, этот скандал – фальшивка?

После некоторых сомнений ведущий всё же продолжил:

— Это действительно скандал с Вашим участием. Только что кто-то опубликовал серию фотографий, сделанных в отеле во время съёмок «Затерянного города». Похоже, Вы забыли закрыть дверь гостиничного номера, и… Ваши фотографии только что слили в сеть! – голос ведущего был слегка поддразнивающим.

В студии начался хаос: многие фанаты Жун в ужасе выпучили глаза, в недоумении схватились за свои телефоны и в дикой спешке принялись искать эту скандальную новость.

В этот момент Жун Сюй по-прежнему сохранял спокойную улыбку, как будто ничего не произошло. Однако в этот момент он незаметно сжимал вспотевшие пальцы в кулаки, а его сердце бешено билось.

«Затерянный город», отель, дверь...

Цинь Чэн?!

Его губы слегка дрогнули, и долгое время спустя Жун Сюй улыбнулся и поинтересовался у ведущего:

— Я забыл закрыть дверь? Могу я узнать, что это за фотография? Мне и самому очень любопытно узнать.

Ведущий засмеялся и ответил:

— Мы очень испугались, увидев эти снимки. Если Вы влюблены в героиню «Затерянного города», почему вы не рассказали нам об этом раньше? Ха-ха-ха, в сеть слили фотографии, на которых Вы целуетесь с Жэнь Шучжэнь! Ну, что, не хотите сделать это достоянием общественности? Вы с ней встречаетесь?

Жун Сюй:

— …

***

Автору есть что сказать:

Жун Жун: «Я до смерти испугался… _(:з」∠)_»

Цинь Чэнчэн: «QAQ! Ты с ней целовался?! Ты действительно с ней целовался?! Малыш, тебе несдобровать!!! Ох, ох, ох!»

ЖунЖун: «Какой ты тупица!..»

https://tl.rulate.ru/book/14326/1388205/ready

Глава 113 (Часть 1)

С развитием технологий папарацци тоже поменяли свой подход к сенсациям: теперь, заполучив пикантное фото звезды, они сразу же публиковали его в крупных маркетинговых аккаунтах круга развлечений. В последние годы своевременность публикации новостей стала очень важной. Многие папарацци даже отказались от обычных газет, отдав предпочтение интернет-ресурсам, дабы публиковать в них свежие сплетни.

Итак, три дня назад на одном известном в Китае маркетинговом аккаунте был опубликован интригующий пост: «У меня для вас есть горячая новость про одну известную певицу и одного популярного новичка! Увидимся в среду!».

После публикации этой новости, на этом маркетинговом аккаунте появилось ещё несколько «подсказок», позволивших его подписчикам угадать личности «популярного новичка» и «известной певицы». Под ключевые слова «очень молодой», «снялась в кино», «хорошие рейтинги», «популярная маленькая королева» подходило слишком много новичков и певиц. В конце концов, подписчики этого аккаунта остановились на шести кандидатурах новичков и четырёх кандидатурах певиц, подходящих под это короткое описание.

В этот список входили и Жун Сюй с Жэнь Шучжэнь.

Но большинство пользователей сети до этого дня продолжали отгадывать их имена:

«Популярный юный новичок? Популярная певица? Оба популярны? Ха! Ставлю на то, что это какой-то неизвестный новичок 18-й линии, имени которого мы с вами никогда не слышали».

Нельзя было обвинять пользователей сети в том, что они не верили папарацци и сплетням: всем известно, что они любят преувеличивать.

В прошлом уже было много подобных инцидентов. Папарацци довольно громко заявляли, что им удалось сфотографировать в неприглядном виде какую-нибудь знаменитость первой линии. В итоге, после публикации оказывалось, что это была знаменитость не первой и даже не третьей линии! Речь шла о никому не известном новичке!

Но сегодня в час дня, когда пользователей сети вообще не волновали сплетни папарацци, на одном из их аккаунтов внезапно были опубликованы четыре довольно размытых снимка, на которых были запечатлены целующиеся знаменитости!

Соседский щенок: «#ЖунСюй_и_ЖэньШучжэнь_ЦелуютсяПозднейНочью! Неужели @Жун_Сюй и @Жэнь_Шучжэнь так сильно вжились в свои роли на съёмочной площадке? «Затерянный город» так сближает? [прикрывает рот и хихикает] [прикрывает рот и хихикает] [прикрывает рот и хихикает]. Это хорошая новость! Поздравим их! [фото] [фото] [фото] [фото]»

Подписчики маркетингового аккаунта, увидевшие этот пост:

— !!!

Жун Сюй?!

Жэнь Шучжэнь?!

Как это могли быть они?!

Всего за одну минуту пост «Соседского щенка» собрал более 5.000 репостов!

Бесчисленные пользователи сети с недоверием репостили эту новость на свои страницы и активно оставляли под ней свои комментарии. Когда поклонники Жун Сюя впервые увидели эту новость, под вирусным постом уже набралось 30.000 репостов, 20.000 комментариев и более 100.000 лайков. И это всего за  пять минут!

Жэнь Шучжэнь сразу же стала популярной, выпустив свой дебютный хит. Хотя её будущие работы никак не могли превзойти её дебют, она очень стабильно продвигалась по карьерной лестнице и пользовалась большой популярностью. Она даже попадала в топ-три музыкальных чартов каждый раз, когда выпускала новый альбом. Она была заслуженно популярной певицей.

А что Жун Сюй?

Можно сказать, что больше всего людей удивил тот факт, что этим загадочным «популярным новичком индустрии» оказался Жун Сюй!

На этот раз папарацци под ником «Соседский щенок» нисколько не преувеличил важность своей сенсации! Наоборот, он прибеднялся!

Популярность Жун Сюя, несомненно, была самой высокой среди всех современных новичков. С тех пор, как вчера была обнародована информация о его сотрудничестве с «In your heart», его популярность резко возросла. Сейчас все, затаив дыхание, ожидали  от него громких актёрских работ и первых значительных наград, чтобы он мог, наконец, закрепить свою позицию в кругу.

Но Жун Сюй внезапно влюбился?.. И это даже удалось заснять папарацци?

Внезапно пользователи сети словно вскипели. Многие поклонники других новичков, которые только вчера были в депрессии от зависти к тому, что их «Боги» не так хороши, как Жун Сюй, принялись активно строчить комментарии под громким постом.

«Жун Сюй и Жэнь Шучжэнь? Они любят друг друга? Чёрт возьми, это круто, ха-ха-ха-ха!»

«Раньше я думал, что Жун Сюй не так прост, как кажется на первый взгляд. А он целовался с певицей, не закрыв дверь? Эй, Жун Сюю, кажется, в этом году всего 19 лет, верно? Он действительно открытый, ЦК, ЦК,ЦК! Кстати, во время съёмок «Затерянного города», у него должно быть, не было проблем с удовлетворением физиологических потребностей! Ха-ха!»

«Эй, Жун Сюй влюбился? Серьёзно? Как нелепо!»

Фанаты Жун Сюя пришли в ужас, узнав об этом событии.

В прошлом им уже приходилось сталкиваться с разными проблемами. Например, столкнувшись с проплаченной армией фейков, они объединились, нашли доказательства того, что их «противник» использует имя Жун Сюя в качестве «трамплина» для своей карьеры, и уничтожили его репутацию.

Но теперь, внезапно узнав о том, что Жун Сюй влюбился...

Некоторые его фанатки опустили руки. Они действительно не могли смириться с тем, что у их Бога появилась девушка. Большинство фанатов Жун Сюя, конечно, могли это принять, но всё произошло слишком внезапно, поэтому они не могли сразу на это отреагировать. Тэг #ЖунСюй_и_ЖэньШучжэнь_ЦелуютсяПозднейНочью уже занял первое место топе дня в поисковике Вэйбо.

В Интернете люди повсюду обсуждали скандал, связанный с фотографиями Жун Сюя и Жэнь Шучжэнь. На многих малоизвестных форумах разные фанаты, которым не нравился Жун Сюй, злорадно мусолили эту тему и активно поливали его грязью

Многие фанаты Жун Сюя были сбиты с толку этой внезапной сенсацией, но некоторые особенно преданные его фанаты задавали разумные вопросы:

«Действительно ли на этих фото Жун Жун? Действительно ли они целуются? Эти фото слишком размытые. На них даже не видно лиц, не говоря уже о том, чем эта парочка занимается. Может, они просто разговаривают».

Кто знал, что в следующий же момент «Соседский щенок» выложит в доказательство видео..

Соседский щенок: «@Жэнь_Шучжэнь пришла в номер @Жун_Сюя в два часа ночи. Вот видео, как она входит внутрь. После этого, в пять часов утра, Жэнь Шучжэнь спокойно вышла из его номера с растрёпанными волосами. Мои поздравления! ~ [Ссылка на видео]»

Благодаря динамичному видео, хейтеры стали смеяться над Жун Сюем ещё больше, а его фанаты почувствовали беспомощность. Им вообще нечем было это опровергнуть. На этих видео и фотографиях вообще не было видно лица Жун Сюя, но как они могли это доказать?

Но на самом деле, могли ли папарацци заснять не тех людей?

В одно мгновение эта новость стала большой сенсацией, поэтому эта тема была затронута и на ток-шоу, на съёмках которого сейчас находился Жун Сюй, сбитый с толку вопросом ведущего.

***

В этот момент на другом континенте.

В Голливудской студии в Лос-Анджелесе съёмочная группа проводила выездное шоу, приуроченное к выходу их нового фильма «Вестник бури».

Репортёры, кинокритики и особо удачливые зрители заполняли просторный зал, а съёмочная команда «Вестника бури» стояла на сцене и общалась с журналистами.

Больше всего вопросов репортёры, конечно же, задавали Цинь Чэну. Тот отвечал на них спокойно и сдержанно. После целой волны вопросов команда «Вестника бури» сделала групповое фото со зрителями, после чего, наконец, начался предпоказ фильма.

Члены команды, один за другим, покидали сцену и удалялись за кулисы. Цинь Чэн уходил со сцены вместе с продюсером фильма. Светловолосый голубоглазый мужчина средних лет радостно обсуждал с Цинь Чэном свой новый фильм, но тот шёл, опустив глаза, и тихо слушал его, никак не реагируя на его болтовню.

В конце «разговора» двое мужчин уже подошли к краю сцены. Продюсер беспомощно улыбнулся:

— Цинь Чэн, Вы заинтересованы в участии в моей новой большой работе?

Красивый мужчина равнодушно поднял глаза и с лёгкой улыбкой ответил:

— Орис, я не думаю, что за короткое время могу сняться в супергеройском кино. Может, мы сможем поработать вместе как-нибудь в другой раз? Если у нас, конечно, будет такая возможность.

Орис с сожалением вздохнул.

Они поболтали ещё немного, после чего Орис сошёл со сцены в зал, чтобы посмотреть вместе со зрителями фильм, а Цинь Чэн прошёл за кулисы. Быстро пройдя в свою гостиную, он скинул с себя белоснежный костюм.

Цинь Чэну не очень нравился этот костюм с блестящими камнями, но таким был выбор стилиста команды. Она сказала, что такие блестящие вещи нынче очень популярны в Штатах, поэтому Цинь Чэну пришлось поддаться её уговорам.

В любом случае, теперь он мог спокойно снять это безобразие и переодеться в свою привычную одежду.

Сняв этот роскошный костюм стоимостью в сотни тысяч долларов и повесив его на вешалку, Цинь Чэн поднял руку и потянулся за своим чёрным пальто. В этот момент он внезапно услышал чей-то возглас. Повернув голову, он увидел, что его агент сидит на диване и испуганно таращится на экран своего телефона.

Цинь Чэн удивлённо вскинул бровь:

— Что случилось?

Сюй Цзинь неосознанно ответил:

— Сегодня в нашей стране произошёл большой скандал. Очень громкая новость. Заголовок: «Жун...» — голос мужчины резко оборвался. Сюй Цзинь нервно сглотнул, словно внезапно вспомнив о чём-то, и с сухой улыбкой принялся лепетать. — Ничего страшного, просто небольшой скандал… Абсолютно ничего страшного...

Красивые брови Цинь Чэна слегка нахмурились. Сузив глаза, он посмотрел на своего агента глубоким взглядом, одновременно с этим зашагав прямиком к дивану.

Сюй Цзинь внезапно замер на месте, вжавшись в диван. Его пальцы дрожали, и он с усилием заставил себя посмотреть на приближающегося к нему мужчину. Продержавшись всего три секунды, он поднял руки, как бы сдаваясь, и беспомощно заговорил:

— Хорошо, хорошо! Я всё расскажу! Сегодня в Интернете обсуждают новость о том, что во время съёмок «Затерянного города» Жун Сюй и Жэнь Шучжэнь закрутили роман. Цинь Чэн, это нормально... Да, Вы втайне безответно любите его, а он так просто взял – и влюбился в другую... Это ерунда, небольшая интрижка… Скоро, когда они расстанутся, Вы сможете начать ухаживать за Жун Сюем! Я даже помогу Вам в этом! Со мной Вы точно сможете...

*Бум!*

https://tl.rulate.ru/book/14326/1400574/ready

Глава 113 (Часть 2)

*Бум!*

Громкий удар внезапно прервал Сюй Цзиня на полуслове, и он с удивлением посмотрел на Цинь Чэна.

Мужчина врезался в стол, словно и вовсе не видел его на своём пути. Испытывая бурю странных эмоций, Сюй Цзинь, недолго думая, продолжил:

— Я знаю, что Вы влюблены в него, но не расстраивайтесь! Может быть, у Вас ещё будет шанс! Я ведь прав?..

— Дай сюда! — проигнорировав болезненный удар коленом о стол, Цинь Чэн подошёл вплотную к Сюй Цзиню и холодным голосом потребовал у него телефон.

Сюй Цзинь некоторое время не отвечал, после чего неуверенно переспросил:

— Дать что?..

Цинь Чэн опасно сузил глаза, сжал тонкие губы в линию и холодно сказал:

— Дай сюда телефон.

Температура в комнате внезапно упала, и Сюй Цзинь, не в силах унять дрожь в теле, послушно протянул Цинь Чэну свой телефон.

Мужчина взял телефон и включил короткий видеоролик, опубликованный папарацци. На размытом видео мужчина с короткими волосами открыл дверь и впустил в свой номер длинноволосую женщину. Затем видео ускорилось, и три часа спустя женщина вышла из номера с растрёпанными волосами, опасливо озираясь по сторонам.

Когда Цинь Чэн посмотрел это видео, уголки его губ слегка дрогнули, и он стал чернее тучи. Однако, когда он пролистал ленту и обнаружил четыре фотографии целующейся парочки, его красивые узкие глаза внезапно расширились. В следующую секунду он холодно улыбнулся и провозгласил:

— Это не Жун Сюй.

Сюй Цзинь был ошеломлён:

— А?..

Цинь Чэн опустил глаза и взглянул на него:

— Возможно, Жэнь Шучжэнь и приходила в его номер. Но он абсолютно точно не мог целоваться и проводить с ней ночь.

Повторяющееся местоимение «он» вызвало у Сюй Цзиня головокружение. Прежде чем он успел понять, что происходит, Цинь Чэн зашёл на страницу «Щенка по соседству» и увидел, что под последним его постом уже собралось более 100.000 комментариев и 200.000 репостов.

Перейдя на аккаунт Жун Сюя в Вэйбо, и взглянув на комментарии под его последним постом, он увидел внушительную цифру – 5 миллионов!

Всего час назад под этим постом было около миллиона комментариев, а теперь их количество перевалило за пять миллионов. Из этого резкого скачка можно было понять, насколько сильное влияние оказал на Жун Сюя недавний «любовный скандал». На странице Жэнь Шучжэнь активность так же резко выросла.

В сегодняшнем топе новостей первую строчку занимал тэг #ЖунСюй_и_ЖэньШучжэнь_ЦелуютсяПозднейНочью, а вторую и третью – #ЖунСюй и #ЖэньШучжэнь соответственно. Из-за этого скандала фильм «Затерянный город» также получил большую волну пристального внимания публики.

Глядя на комментарии под последним постом Жун Сюя, Цинь Чэн помрачнел. Его пальцы постепенно сжимались вокруг мягкой подушки.

Мгновение спустя Цинь Чэн резко закрыл Вэйбо, бросил холодный взгляд на Сюй Цзиня и сказал:

— Иди и разузнай, что происходит. Я хочу, чтобы в течение часа люди узнали правду!

Поначалу Сюй Цзинь хотел спросить: «Какое отношение этот скандал имеет к нам с Вами? Почему я вообще должен заниматься этим вопросом?!»

Однако, увидев взгляд Цинь Чэна, способный насмерть его заморозить, он мог только послушно кивнуть головой, встать с дивана и выйти из гостиной.

Когда Сюй Цзинь подошёл к двери, он вдруг обернулся и серьёзно спросил:

— Хотя в прошлом папарацци и сообщали фейковые новости, такое случалось крайне редко. Цинь Чэн, как Вы можете быть уверены, что мужчина на этих фото и видео – не Жун Сюй? Эти папарацци с биноклями такие хитрые, глазастые и юркие – вряд ли они могли спутать его с кем-то…

Холодный красивый мужчина поднял голову, поднял телефон и указал пальцем на воспроизводимое на экране видео. Его палец указывал на правый нижний угол экрана, где отображались дата и время съёмки.

Пересмотрев видео, можно было обнаружить много информации, которую раньше вы упускали из виду.

Цинь Чэн равнодушно посмотрел на своего агента и спокойно сказал:

— В ту ночь он был со мной.

Глаза Сюй Цзиня внезапно расширились. Пару секунд спустя он словно что-то понял, резко развернулся и молча вышел за дверь.

***

Запись ток-шоу на другом конце океана в этот момент была окончена. Что касается вопроса ведущего, Жун Сюй даже не стал просить его показать ему эти «провокационные» фото и видео. Он лишь слегка усмехнулся и сказал:

— У меня не было с ней никаких отношений и личных контактов. Это, должно быть, какая-то ошибка. У меня нет девушки.  — он сказал эту фразу очень спокойно, потому что говорил правду.

Во время съёмок «Затерянного города» у Жун Сюя и Жэнь Шучжэнь не было много совместных сцен, не говоря уже о любовных сценах, которых не было вовсе. Героиня Жэнь Шучжэнь использовалась для раскрутки сюжета, а не для любовной линии.

За кадром Жэнь Шучжэнь, конечно, пыталась приходить к нему в гримёрку и в номер, вешаясь ему на шею и делая неоднозначные намёки, однако он решительно отказал ей. Не говоря уже о поцелуях – они с ней даже не обнимались. И всегда держались друг от друга на почтительном расстоянии. Как он мог быть близок с Жэнь Шучжэнь?

Что до фразы про девушку...

В этом не было ни капли лжи: у Жун Сюя не было девушки, потому что у него был парень.

Получив ответ Жун Сюя, ведущий хотел ещё немного его расспросить, но режиссёр Сюй остановил его, прямо заявив, что съёмки шоу завершены.

Жун Сюй покинул сцену вместе с режиссёром Сюем и Сяо Цзытун. Режиссёр Сюй не стал спрашивать его об этом инциденте. Сяо Цзытун же, напротив, не могла сдержать любопытства и тихонько спросила его:

— Это правда?

Жун Сюй ошарашенно ответил:

— Это фейк, клянусь.

Сяо Цзытун кивнула:

— Да, Жун Жун, если ты в кого-нибудь влюбишься, я сильно расстроюсь, ха-ха-ха!

Жун Сюй не воспринял слова Сяо Цзытун всерьёз, потому что не знал, что эта прекрасная актриса уже успела стать его преданной фанаткой.

Поклонники, присутствовавшие на записи ток-шоу и слышавшие ответ Жун Сюя, свято верили словам своего любимого Жун Жуна, поэтому тут же принялись активно размещать посты с опровержениями этой информации в Интернете.

«Я только что участвовала в съёмках шоу «Я слышал» с Юй Чэном. Гостями шоу сегодня были члены команды «Немого». Ведущий спросил Жун Жуна, есть ли у него какие-нибудь отношения с Жэнь Шучжэнь, и Жун Жун твёрдо ответил «нет»! Я верю Жун Жуну. Если он сказал НЕТ – значит, НЕТ!»

«Верно! Я тоже верю Жун Жуну. Он не только сказал, что не встречается с Жэнь Шучжэнь, но даже добавил, что никогда с ней не целовался. Тогда что же это за фотографиями? Что за видео?..»

«Жун Жун сказал «нет», и я ему верю!»

За аккаунтами этих фанатов в Интернете следили не так много людей. Конечно, многие фанаты свято верили Жун Сюю, но хейтеры просто не хотели в это верить. Они высмеивали преданных фанатов Жун Сюя:

«Вам уже даже фото и видео показали, а вы всё равно отказываетесь в это верить?! Глупцы! Ну, влюбился он, и что? Это обычное дело. Но ваш Жун Сюй даже в этом не может признаться!»

«То есть, фанаты Жун Сюя настолько наглые, что даже этот факт будут отрицать? Это же Жэнь Шучжэнь! Она была замешана в стольких скандалах, что и не счесть! Незамужняя певица и неженатый актёр вполне могут влюбиться друг в друга, работая на одной площадке! Но нет же, «Жун Жун вашей семьи» вам так дорог, что вы не хотите видеть очевидного! Вы хотите сказать, что «Жун Жун вашей семьи» просто так впустил её ночью в свой номер! Ха-ха-ха! Лучше просто признайте, что у них роман!»

Каждый пользователь сети слышал только то, что он ХОТЕЛ слышать. Поклонники Жун Сюя, безусловно, встали на сторону Жун Сюя, в то время как хейтеры Жун Сюя надеялись, что этот «роман» – чистая правда.

С момента публикации этой сенсации прошёл всего час, но многие не особо преданные фанаты уже опустили руки. Узнав, что их кумир влюбился, они почувствовали что небеса рухнули, и готовы были даже отказаться от него.

Настоящих поклонников Жун Сюя не волновало мнение этих «неверных» фанатов и хейтеров – они продолжали строчить личные сообщения Жун Сюю и Ло Чжэньтао, прося их объяснить публике, что происходит.

***

Чего не знал никто, так это того, что Жэнь Шучжэнь только что приземлилась в аэропорту и внезапно для себя открыла последние новости.

Когда помощница показала Жэнь Шучжэнь фотографии и видео, сделанные папарацци, она резко изменилась в лице и застыла на месте. Стоя посреди VIP-коридора аэропорта, Жэнь Шучжэнь долго смотрела на экран телефона своей помощницы широко распахнутыми глазами. В конце концов, она пришла в себя и громко закричала:

— Ма Ци?!

Да, мужчиной на этих фото был вовсе не Жун Сюй, а Ма Ци!

Красивое гламурное лицо девушки побелело, а сердце бешено забилось, пока она судорожно перебирала в голове варианты, кто же мог пытаться растоптать её репутацию.

Если этот человек просто хотел раскрыть подробности её нового романа – зачем было выдавать Ма Ци за Жун Сюя?!

Очевидно, ведь, что это был Ма Ци!

В ту ночь она приходила к двери номера Жун Сюя, но, получив отказ, отправилась к Ма Ци, который пригласил её «почитать сценарий». Проведя в его номере три часа, она покинула его только под утро ближе к  пяти часам.

Кто же мог так подставить её?!

Глаза Жэнь Шучжэнь вспыхнули от беспокойства, и ей стало очень тревожно на сердце.

В последнее время Жэнь Шучжэнь старалась держаться подальше от Жун Сюя, потому что она ясно понимала,  что «ХуаСя Энтертейнмент» делает на него большие ставки.

«ХуаСя Энтертейнмент» тратили на  Жун Сюя огромные ресурсы и даже раздобыли для него контракт с «In your heart»! Это показывало, насколько большое значение «ХуаСя Энтертейнмент» придавали персоне Жун Сюя.

Жэнь Шучжэнь не была артисткой «ХуаСя Энтертейнмент» и не хотела связываться с этой «акулой бизнеса». Даже если ей очень нравился Жун Сюй, она не хотела терять ради него свою карьеру.

Если бы она действительно оказалась замешана в скандале с Жун Сюем и испортила ему репутацию, «ХуаСя Энтертейнмент» определённо не простили бы ей этого. Конечно, они не могли совсем «перекрыть ей кислород», но помешать ей получать хорошие предложения – вполне.

С компанией «ХуаСя Энтертейнмент» лучше не связываться. Они могли прямо запретить Жэнь Шучжэнь появляться в любом фильме, сериале или развлекательном шоу, финансируемом ими.

Какие бы меры ни приняла компания «ХуаСя Энтертейнмент», Жэнь Шучжэнь не хотела бы испытать их результат на себе.

https://tl.rulate.ru/book/14326/1408218/ready

Глава 113 (Часть 3)

Из-за последних новостей Жэнь Шучжэнь уже попросту не могла участвовать в запланированном на этот вечер мероприятии, поэтому, попросив свою помощницу отменить его, она покинула аэропорт на машине, по пути набрав номер своего агента.

Один из номеров агента Жэнь Шучжэнь был выключен: вероятно, из-за бурного натиска любопытных репортёров. Жэнь Шучжэнь поспешно набрала личный номер агента.

Как только агент подняла трубку, она, не дожидаясь слов Жэнь Шучжэнь, начала её упрекать:

— В чём дело? Когда ты успела закрутить роман с Жун Сюем? «ХуаСя Энтертейнмент» очень рассержены. Единственный выход из данной ситуации сейчас – объявить, что вы встречаетесь. Шучжэнь, мне плевать на твою личную жизнь, но тебе должно быть известно, что «ХуаСя Энтертейнмент Груп» поддерживает Жун Сюя. Он сейчас на самом подъёме своей карьеры, и такое событие, как роман с ним, окажет на тебя слишком большое влияние. Всё будет очень, очень плохо! Что, чёрт возьми, с тобой происходит?

Выслушав выговор своего агента, Жэнь Шучжэнь, подавив обиду в голосе, быстро ответила:

— На этих фотографиях вовсе не Жун Сюй! Это Ма Ци. Сестра Ли, я действительно приходила в номер Жун Сюя... чтобы поговорить с ним. Но я потерпела неудачу, поэтому сдалась. И после того, как я узнала, что «ХуаСя Энтертейнмент» поддерживает его, у меня пропал к нему интерес. Ты должна помочь мне узнать, кто за этим стоит!

Сестра Ли некоторое время колебалась, прежде чем неуверенно переспросить:

— Ты говоришь, что человек на этих фото – не Жун Сюй?

Жэнь Шучжэнь гнула свою линию:

— Это Ма Ци!

— Ты уже связалась с Ма Ци?

— Я только что звонила ему, но он не ответил.

Подумав, агент сказала:

— Тогда эту проблему ещё можно решить. Вы вместе с Ма Ци скажете публике, что на этих фотографиях запечатлены вы двое. Сначала вы обелите репутацию Жун Сюя, а затем объявите, что вы с Ма Ци встречаетесь. В любом случае, у Ма Ци нет девушки, так что, Шучжэнь, тебе нужно создать видимость отношений с ним, даже если тебе это неприятно. Когда внимание к этому скандалу немного утихнет,  вы сможете открыто объявить о своём расставании.

Ма Ци – всего лишь звезда второго эшелона, а Жэнь Шучжэнь – популярная певица и актриса. Жэнь Шучжэнь такие публичные отношения не принесут никакой пользы, но зато Ма Ци сможет увеличить свою популярность с помощью «своей девушки».

Жэнь Шучжэнь задумалась.

Даже фанаты Жун Сюя при обсуждении этого инцидента иногда проявляли агрессивность. Некоторые мужчины называли её шлюхой и даже публиковали фото, на которых они сжигают её фотографии в мусорном ведре.

Жэнь Шучжэнь выбрала для своей карьеры сексуальный образ. В прошлом эти фанаты-мужчины очень любили её. Но теперь, когда всплыла информация о её романе, они очень разозлились.

Однако многие фанаты всё таки были на её стороне, узнав, что она встречается с Жун Сюем. Но… что будет, когда они узнают, что на самом деле она встречается с Ма Ци?..

Жэнь Шучжэнь была так зла, что стиснула зубы и расплакалась.

«Чёрт побери, если я объявлю публике о романе с Ма Ци – с этим мусором, – моя репутация определённо пострадает!»

Внезапно Жэнь Шучжэнь пришла в голову интересная догадка, и она озвучила её своему агенту:

— Сестра Ли, может быть, это Ма Ци запустил в сеть эту «утку»? Чем больше я думаю об этом, тем более вероятной мне кажется эта идея. Смотри: если бы он просто опубликовал эти фото, мы бы быстро решили эту проблему. Но он ведь приплёл к этому скандалу имя Жун Сюя… Может быть, он намеренно хотел подставить меня перед «ХуаСя Энтертейнмент»?!

Агент тоже вдруг поняла:

— Он?.. Да, это вполне мог сделать он!

В этот момент Жэнь Шучжэнь рассердилась ещё больше. Ей не терпелось найти Ма Ци и порубить этого мерзавца на кусочки!

Она впервые в жизни возненавидела себя за то, что не могла контролировать своё влечение при общении с мужчинами. Такого рода вещи явно происходят по обоюдному согласию, и Ма Ци во время их отношений вполне всё устраивало. Почему же сейчас он вдруг решил подставить её?

«Ну, Ма Ци, ну,  погоди! Сейчас я отдышусь и убью тебя!»

Агент быстро обсудила с Жэнь Шучжэнь меры предосторожности, после чего Жэнь Шучжэнь снова безуспешно позвонила на номер Ма Ци.

Как раз в тот момент, когда она собиралась выполнить совет своего агента и объявить на своей странице в Вэйбо, что человек на тех фотографиях – не Жун Сюй, она внезапно увидела ещё одну ужасную новость!

Капитан индустрии развлечений: «#ЖунСюй_и_ЖэньШучжэнь_ЦелуютсяПозднейНочью? Это совершенно неправильно! На этих фотографиях изображён не @Жун_Сюй, а @Ма_Ци! Днём ваш преданный Капитан попросил своего друга связаться с командой «Затерянного города». Нам удалось выяснить, что во время съёмок Жун Сюй вовсе не общался с Жэнь Шучжэнь. Зато Ма Ци постоянно тёрся рядом с ней!».

Жэнь Шучжэнь была ошеломлена: «Что происходит?..»

Пост на странице «Капитана индустрии развлечений» сразу же собрал множество комментариев:

«Слишком смешно, правда? Если это действительно не Жун Сюй, неужели папарацци могли их перепутать? Как можно перепутать Жун Сюя с Ма Ци?!»

Фанаты Жун Сюя были вне себя от радости, увидев этот пост:

«Жун Жун сказал, что у него не было никаких близких отношений с Жэнь Шучжэнь, и оказалось, что человек на этих фотографиях – действительно не он. Верьте Жун Жуну! Мы все верим нашему Жун Жуну!»

Жэнь Шучжэнь почувствовала себя немного неуютно. Видя, что люди в сети обсуждают и насмехаются над тем, что она крутила роман не с Жун Сюем, а с Ма Ци, она чувствовала, как её репутацию закапывают. Если бы она встречалась с Жун Сюем, всё было бы прекрасно, ведь он был очень популярен, и имел огромные ресурсы и статус в кругу. Однако Ма Ци...

Иметь публичные отношения с ним было для неё очень стыдно и зазорно!

Жэнь Шучжэнь была зла и подавлена, но в то же время она почувствовала облегчение.

Однако, не успела она прийти в себя от одного потрясения, как в её новостях появился новый «горячий» тэг!

#Жэнь_Шучжэнь_Ли_Сяочжэнь_Отель_МиХуэй.

Глаза Жэнь Шучжэнь расширились:

— !!!

Нажав на этот тэг, она обнаружила пост на очередном маркетинговом аккаунте, который сообщил, что, когда она снималась в прошлом году в другом фильме, она тайком встречалась с героем этого фильма. На этот раз у маркетингового аккаунта не было фотографий-доказательств, но он имел определённое доверия в кругу.

Актёр Ли Сяочжэнь, о котором шла речь в посте, был симпатичным актёром средних лет со множеством поклонников.

Жэнь Шучжэнь полистала комментарии фанатов Ли Сяочжэня, которые в недоумении оскорбляли её, и её зрачки испуганно задрожали.

Дело в том, что... когда она снималась в том фильме, у неё действительно был непродолжительный роман с Ли Сяочжэнем!

И на этом скандал не закончился!

Другой папарацци сообщил ещё одну «сенсацию»: когда Жэнь Шучжэнь организовывала концерт, она встречалась в отеле с певцом-новичком. На этот раз к посту были прикреплены фотографии. Жэнь Шучжэнь на фото можно было узнать с первого взгляда, а вот лицо певца было замазано в фоторедакторе.

И это тоже было правдой!

Как такое было возможно? Разве Ма Ци не хотел просто пропиариться на её имени? Зачем ему было рыться в её грязном белье и объявлять о других её романах?

Судорожно набрав личный номер своего агента, Жэнь Шучжэнь расплакалась от злости. Сестра Ли не стала расспрашивать её о романах со всеми  этими мужчинами, потому что знала, что звонит она по другому поводу.

Какой бы спокойной и умной ни старалась казаться Жэнь Шучжэнь, она по-прежнему оставалась девушкой чуть старше двадцати.

Жэнь Шучжэнь, с трудом успокоившись, пробормотала в трубку:

— Сестра Ли, кто-то хочет причинить мне вред...

К этому момент репутация Жэнь Шучжэнь в Интернете стала до крайности плохой.

Поскольку выяснилось, что человеком на тех фотографиях был не Жун Сюй, а Ма Ци, теперь никто уже не «ругал» Жун Сюя: все ругали Жэнь Шучжэнь за то, что она спала с таким огромным количеством мужчин!

Конечно, некоторые из хейтеров Жун Сюя всё ещё поливали его грязью, заявляя, что он всё-таки встречался с Жэнь Шучжэнь, но таких людей было мало.

Пять минут спустя Ма Ци внезапно опубликовал на своём Вэйбо пост. В этом посте было всего два коротких слова, но с этой минуты с Жун Сюя были окончательно сняты все подозрения. Он написал только: «Это я».

Увидев пост Ма Ци, Жэнь Шучжэнь встревожилась и снова позвонила ему. На этот раз Ма Ци взял трубку. Прежде чем Жэнь Шучжэнь успела открыть рот, Ма Ци сердито выругался:

— Жэнь Шучжэнь! Кому ты перешла дорогу? Зачем ты впутала в это меня?! Ты больная! Я больше никогда не стану иметь с тобой дел: от таких людей лучше держаться в стороне! Я не оставлю это тебе просто так!

В это время в Интернете разоблачили ещё несколько партнёров Жэнь Шучжэнь.

За исключением имени Ли Сяочжэня, имена остальных мужчин держались в тайне. Лишь в одном посте про певца были приведены фото-доказательства, так что всё остальное вполне можно было опровергнуть. Если Жэнь Шучжэнь будет стоять на своём до конца и всё отрицать, она сможет отбиться от папарацци и восстановить свою репутацию

Жэнь Шучжэнь действительно была встревожена: она понятия не имела, кого она могла так обидеть. Конечно же, Жэнь Шучжэнь не знала, что на другом берегу океана в этот момент Сюй Цзинь ошеломлённо оторвал взгляд от экрана телефона и пробормотал:

— Эй, с ней поступили несправедливо!.. Оказывается, за этими новостями стоит не она...

https://tl.rulate.ru/book/14326/1409896/ready

Глава 113 (Часть 4)

В течение следующего часа папарацци не разоблачали новых романов Жэнь Шучжэнь. Однако имена нескольких её любовников уже были опубликованы ранее, что уже успело дискредитировать её в индустрии развлечений. Многие пользователи сети сейчас активно ругали и высмеивали её, называя шлюхой и говоря, что она переспала со всем шоубизом.

Эти пользователи сети, возможно, преувеличивали, оскорбляя Жэнь Шучжэнь, потому что мужчины, с которыми она встречалась, были холостыми. Жэнь Шучжэнь всё же придерживалась кое-каких принципов: она не хотела рушить семьи, она хотела просто удовлетворить физиологические потребности – как свои, так и партнёра.

Обычно, когда в таких скандалах со множеством любовниц были замешаны звёзды-мужчины, их никто не осуждал и не оскорблял. Но если множество партнёров имела звезда-женщина…

Это было ярким примером неравенства между мужчинами и женщинами, и вся эта ситуация была довольно несправедливой по отношению к Жэнь Шучжэнь, не говоря уже о том, сколько оскорблений и угроз лилось сейчас в её адрес.

Её агент была сейчас занята  расследованием того, кто мог стоять за попытками уничтожить репутацию Жэнь Шучжэнь.

Однако Сюй Цзинь в это время уже всё знал. Смущённо хмурясь, он повернул голову и сказал бледнолицему мужчине на диване:

— Я, похоже, ошибся… На этот раз Жэнь Шучжэнь совершенно ни в чём не виновна. Это Лю Вэньцин заказала этот пост, чтобы подставить её.

В это время Цинь Чэн сидел, опустив голову, и печатал сообщение своему любимому. Жун Сюй ответил ему только спустя десять минут, потому что был занят из-за шумихи вокруг этого скандала.

Услышав то, что сказал его агент, Цинь Чэн поднял голову, вскинул бровь и переспросил:

— Лю Вэньцин?

Лю Вэньцин – китайская актриса, которая в молодости была удостоена наград, но вскоре медленно пропала с радаров. Сейчас ей было почти сорок. Когда ей было чуть за тридцать, её мужа застали за изменой и сфотографировали папарацци. После этого в их отношениях начались проблемы, и в прошлом году они развелись.

Лю Вэньцин когда-то имела успешную карьеру, но теперь её семейные дела шли не очень хорошо. Она в одиночестве воспитывала дочь, и уже давно не бывала на публике. Из-за проблем в семье за последние несколько лет её фигура резко изменилась в худшую сторону, как и её лицо. Ей было меньше сорока лет, но режиссёры не предлагали ей никаких ролей, кроме ролей женщин в возрасте: тёщ и свекровей.

Сюй Цзинь кратко рассказал эту историю Цинь Чэну.

Похоже, что много лет назад – ещё до того, как Лю Вэньцин и её бывший муж поженились – бывший муж Лю Вэньцин и Жэнь Шучжэнь какое-то время были любовниками. Позже мужчина женился на Лю Вэньцин. Она сотрудничала с Жэнь Шучжэнь в одном из фильмов, и во время съёмок намеренно издевалась над Жэнь Шучжэнь и делала ей колкие замечания на публике.

Позже муж Лю Вэньцин был пойман на измене, и виновнице оказалась всё та же Жэнь Шучжэнь.

Между двумя женщинами началась война. Невозможно было с уверенностью сказать, кто из них был прав, а кто виноват. Жэнь Шучжэнь казалась в этой истории немного более невинной, чем Лю Вэньцин, и Сюй Цзинь мог только развести руками:

— На этот раз я совершил ошибку…

Цинь Чэна это не сильно интересовало, поэтому он прямо спросил:

— Что насчёт него?

Сюй Цзинь немного подумал и быстро понял, кем был этот «он». Он ответил:

— Это дело дальше перейдёт в «ХуаСя Энтертейнмент». Ло Чжэньтао, похоже, уже связался с несколькими СМИ и готов опубликовать опровержение новостей о Жун Сюе и Жэнь Шучжэнь. Это Лю Вэньцин хотела обмануть публику, чтобы уничтожить конкурентку. Известности Ма Ци для этого было недостаточно, поэтому она впутала в эту шумиху Жун Сюя.

Задумчивые глаза мужчины слегка сузились, и Цинь Чэн равнодушным голосом сказал:

— Тогда тебе нужно пойти и устроить ей проблемы.

Сюй Цзинь улыбнулся, развернулся и вышел из комнаты.

Красивый мужчина, оставшись наедине с собой, посмотрел на экран своего телефон и увидел долгожданный ответ от своего мальчика.

Жун Сюй: «Я занят. Похоже, Жэнь Шучжэнь кто-то хотел подставить, и впутал в это дело меня. Цинь Чэн, все эти последующие новости о многочисленных романах Жэнь Шучжэнь… твоих рук дело? ^_^»

Глядя на смайлик в конце сообщения, мужчина улыбнулся, и выражение его лица слегка смягчилось.

Цинь Чэн: «Какие новости? Нет, это сделал не я».

Что ж, он сказал правду: это сделал Сюй Цзинь.

Сюй Цзинь на пассажирском сиденье автомобиля в это время:

— Ах! Бедная Жэнь Шучжэнь! Как она, наверное, сейчас меня проклинает!..

Жун Сюй в это время ехал домой на заднем сиденье авто и медленно смотрел на небо через тёмное стекло.

«Говоришь, это сделал не ты? Как же, как же…»

Уголки его губ скривились.

Жун Сюй: «Хотя я мог бы и сам решить эту проблему, это не имеет большого значения. Однако...твоё опрометчивое поведение слишком опасно. На этот раз я закрою на это глаза, ведь ты старался как можно скорее решить эту проблему… Когда ты вернёшься? ^_^»

Тонкие губы Цинь Чэна приподнялись в улыбке: «Ты хочешь отблагодарить меня?»

Жун Сюй усмехнулся: «Значит, ты признаёшься?»

Цинь Чэн: «^_^»

Жун Сюй: «Вам нравится кушать дуриан*, мистер Цинь? ^_^»

Пока люди в Интернете обсуждали скандал с поцелуями, одна из сторон этого конфликта мило переписывалась со своим возлюбленным. Они болтали до тех пор, пока Цинь Чэну не пришлось собраться и отправиться на коктейльную вечеринку.

Ло Чжэньтао был занят решением проблемы в Городе В, а Жун Сюй сел в машину и благополучно вернулся со съёмок в отель.

У дверей отеля толпились репортёры. Они как-то сумели раздобыть информацию об отеле, в котором расположилась команда «Немого», и теперь не впускали внутрь Жун Сюя, отчаянно тыча в него своими микрофонами.

В это время его сопровождали два телохранителя, нанятые Ло Чжэньтао.

Два сильных телохранителя оттеснили назойливых репортёров, не дав им возможности приблизиться к Жун Сюю хотя бы на метр. Но как эти репортёры могли упустить такую возможность? Новость ведь была очень громкая! Они последовали за Жун Сюем в отель, игнорируя телохранителей и охрану.

Один из репортёров крикнул:

— Жун Сюй, что Вы думаете о сегодняшнем скандале между Вами и Жэнь Шучжэнь? Вам есть что сказать?

Шаги юноши замедлились. Он повернул голову и снял солнцезащитные очки, показав свои красивые ясные глаза:

— Скандал между мной и Жэнь Шучжэнь?.. Разве это не скандал между Ма Ци и Жэнь Шучжэнь?

Репортёр был ошеломлён.

Слабо улыбнувшись, Жун Сюй развернулся и ушёл прочь, оставив своих телохранителей сдерживать эту беснующуюся толпу.

Все эти репортёры уже и сами прекрасно знали, что сегодняшняя «сенсация» не имеет никакого отношения к Жун Сюю, но всё равно хотели продолжать раздувать её. При нынешней популярности Жун Сюя они были бы рады любому его комментарию, который потом можно было бы пустить в заголовки.

Но Жун Сюй не имел никакого отношения к этому скандалу. После этого случая его истинные поклонники стали любить его ещё сильнее.

Война между Жэнь Шучжэнь и Лю Вэньцин только началась. Сюй Цзинь, испытывая чувство вины, нашёл обходные пути и любезно сообщил брокерской компании, в которой работала Жэнь Шучжэнь, имя зачинщика этой истории.

В этом мире страшнее всего были тайные интриги. Жэнь Шучжэнь никогда бы не догадалась, что Лю Вэньцин, ведомая безумной ослепляющей жаждой мести, попытается её уничтожить.

Конечно, это больше не имело никакого отношения к Жун Сюю. Конфликт между этими двумя женщинами был их личным делом, и больше никого не касался.

Жун Сюй вышел из лифта, с интересом читая пост, который только что опубликовала Жэнь Шучжэнь.

Жэнь Шучжэнь: «Я никому не делала ничего плохого и никого не обманывала. Что касается моей личной жизни – это моё личное дело. Спасибо всем, кто меня поддержал. Что касается других – они просто не знают, кто за всем этим стоит. Меня подставили. Одна женщина сошла с ума и решила уничтожить мою репутацию».

«Похоже, сегодняшний скандал ещё не подошёл к концу…» — шагая по коридору отеля, Жун Сюй полистал комментарии своих поклонников на Вэйбо, мягко вздохнул и опубликовал новый пост.

Жун Сюй: «Что вы ели на ужин? Что бы вы ни ели, главное, чтобы вы были сыты. Я ел лапшу. @Режиссёр_Сюй угощал. @Сяо_Цзытун съёла аж две тарелки! Перед этим она, кажется, говорила, что… хочет похудеть? [хихикает] [хихикает] [хихикает]»

Разместив этот пост, чтобы успокоить своих фанатов, Жун Сюй убрал телефон в карман и принялся искать ключ-кару от своего номера. Но в тот момент, когда он опустил голову, перед его лицом внезапно возник чей-то телефон. Он был ошеломлён.

Прежде чем Жун Сюй смог поднять голову, он услышал чей-то намеренно изменённый голос:

— Мистер Жун, мистер Жун! Скажите, что Вы думаете о сегодняшнем скандале? Вы с Жэнь Шучжэнь действительно встречаетесь?

Медленно подняв голову, Жун Сюй увидел перед собой красивого певца с миловидным детским лицом. Его губы дрогнули, пока он сопротивлялся желанию ударить шутника по голове.

Вскинув бровь, Жун Сюй слабо улыбнулся и спросил:

— Репортёр Линь, у Вас просроченные новости. Разве Вы не видели последние новости? Человек на этих фотографиях – не я!

Глаза Линь Сюаня расширились:

— Что?!

https://tl.rulate.ru/book/14326/1412947/ready

Глава 114 (Часть 1)

После того, как Жун Сюй и Линь Сюань повстречались в коридоре, они вместе пошли к своим номерам.

Номера режиссёра Сюй и Сяо Цзытун располагались на первом этаже, а номера Жун Сюя и Линь Сюаня – на одном из верхних этажей. Пока они шли по коридору, Линь Сюань читал последние новости. Когда он обнаружил, что человеком, замешанном в «скандале с поцелуем», был Ма Ци, а не Жун Сюй, а так же прочитал о том, что между Жэнь Шучжэнь и Лю Вэньцин на этом фоне уже вспыхнула война, он потерял дар речи:

— Когда сегодня в полдень я садился на самолёт, всё было совсем не так!..

Жун Сюй, услышав его, вскинул бровь и пошутил:

— Что ж, репортёр Линь, ваши новости сильно запаздывают.

Сегодня был первый день пиар-кампании «Немого». Линь Сюань прошлой ночью участвовал в мероприятии в Сингапуре и в город S прибыл только сейчас, поэтому не мог присутствовать на съёмках сегодняшнего ток-шоу.

На самом деле, если бы Линь Сюань пропустил несколько рекламных мероприятий, проблема была бы не слишком велика, потому что в фильме у героя второго плана было довольно мало экранного времени – даже меньше, чем у героини Лю Хуэйчжэнь. Но Линь Сюань по совместительству был исполнителем главного саундтрека к фильму «Немой» и очень популярным певцом. Конечно, режиссёр Сюй не мог не воспользоваться этими двумя фактами в ходе продвижения своего фильма.

Почитав о ругани Жэнь Шучжэнь и Лю Вэньцин ещё немного, Линь Сюань утратил к этой теме интерес и тихо сказал:

— А я-то думал, что ты влюбился! Раньше я много слышал о плохой репутации Жэнь Шучжэнь в кругу, но не хотел говорить тебе об этом, потому что думал, что вы встречаетесь. Но теперь, когда я узнал, что она тебе никакая не девушка, я могу больше не притвориться, что не ненавижу её!

Поскольку Линь Сюань был певцом, ему, естественно, чаще приходилось контактировать с Жэнь Шучжэнь.

Жун Сюй не был заинтересован в том, чтобы расспрашивать его о Жэнь Шучжэнь. Поболтав ещё немного, они снова опустили головы и уткнулись в свои телефоны.

Жун Сюй отвечал на сообщение Цинь Чэна. Мужчина на противоположном континенте, похоже, был свободен, поэтому быстро ему отвечал.

Поскольку Цинь Чэн отказывался признавать свою причастность к инциденту с Жэнь Шучжэнь, Жун Сюй больше не докучал ему вопросами. Вместо этого он спросил: «Не любишь дуриан? Тебе нравятся клавиатуры? Стиральные доски? Пульты? О, я понял! Тебе, должно быть, нравится лапша быстрого приготовления!»

(ничего не понятно)

В следующий момент мужчина ответил: «Лапшу быстрого приготовления можно выбрать?»

Уголки губ юноши слегка приподнялись, и он ответил: «Конечно. Что ж, похоже, тебе нравится лапша быстрого приготовления».

Цинь Чэн:

— ...

Хотя Цинь Чэн и не ответил, Жун Сюй – видя, как долго он молчит – вполне мог себе представить, как красивый холодный мужчина сидит сейчас на каком-нибудь гламурном банкете и с каменным лицом таращится на экран своего телефона.

Посторонним могло показаться, что Цинь Чэн думает о какой-то серьёзной проблеме. Но кто бы мог подумать, что на самом деле он представляет... как стоит на коленях и ест лапшу быстрого приготовления?!

Не успел Жун Сюй сдержать улыбку, думая об этом, как у него внезапно зазвонил телефон.

Линь Сюань подсознательно повернулся к нему, но Жун Сюй резко перевернул телефон экраном в противоположную сторону и нажал на «отклонить звонок».

Линь Сюань снова отвернулся, не особо задумываясь над случившимся.

Жун Сюй немедленно отправил сообщение: «Мне сейчас неудобно говорить. Я с режиссёром Сюй и остальными».

Цинь Чэн ответил, не заметив подвоха: «Хорошо. Иди отдыхать пораньше и скажи мне, когда вернёшься в отель».

Итак, Линь Сюань, как полноправный член клуба «Сумасшедший Цинь»,  упустил свою первую возможность поймать шпиона с поличным.

Мужчины быстро попрощались у двери номера Жун Сюя.

Уходя, Линь Сюань внезапно остановился и сказал:

— Жун Сюй!

Жун Сюй немедленно повернул голову, чтобы посмотреть на него. Красивый актёр с детским лицом хмурил брови и долго над чем-то думал, прежде чем сказать:

— Забудь об этом. Расскажу тебе завтра. Это не имеет большого значения.

Услышав это, Жун Сюй вскинул бровь и заинтригованно спросил:

— Что случилось? Почему ты не можешь сказать об этом сейчас?

Линь Сюань, не колеблясь, объяснил:

— Ну, пока ещё не о чем рассказывать. До того, как в полдень я сел на самолёт, режиссёр Сюй сказал мне, что хочет, чтобы я пригласил тебя принять участие в качестве гостя в моём глобальном турне в конце этого месяца. — Ясные глаза юноши постепенно расширились, и Жун Сюй с удивлением посмотрел на молодого Короля Музыки, который продолжал. — Так уж совпало, что первый концерт моего тура пройдёт в городе S, причём за два до премьеры «Немого». В общем, режиссёр Сюй хочет использовать это совпадение для продвижения фильма.

На лице Жун Сюя мелькнуло странное выражение, и он ошарашенно спросил:

— Почему режиссёр Сюй не сказал об этом мне?

Лин Сюань некоторое время подумал:

— Вероятно, потому, что я ещё не согласился… Но даже если я согласен, я не знаю, есть ли у тебя на это время, и согласятся ли спонсоры. Поэтому мы решили немного подождать, пока всё подтвердится, прежде чем рассказывать тебе. Думали, что так будет безопаснее.

Жун Сюй понимающе кивнул.

Предусмотрительность Линь Сюаня и режиссёра Сюй была небезосновательна. За концертом стоял не только певец, но и спонсоры концерта с агентством певца.

Линь Сюань был певцом из «Хуася Энтертейнмент», и с агентством не должно было возникнуть больших проблем. «Хуася Энтертейнмент» поддержал бы и начинания Жун Сюя, поэтому это тоже не было проблемой. Но помимо этого стоял ещё вопрос со спонсорами и редизайном концертной программы, из-за которых приглашение Жун Сюя в качестве гостя могло сорваться.

Только когда всё будет согласовано, Линь Сюань должен был рассказать об этом Жун Сюю, чтобы уже он и его команда приняли окончательное решение.

Конечно, режиссёр Сюй не знал, что один болтливый певец уже рассказал обо всём Жун Сюю. Той ночью он получил от Жун Сюя сообщение.

Прочитав это сообщение, режиссёр Сюй усмехнулся и тут же набрал номер Линь Сюаня:

— Зачем ты так рано рассказал обо всём Жун Сюю? Мог хотя бы меня предупредить?.. Так ведь не делается!

Линь Сюань в этот момент чистил зубы и, ответив на звонок, проворчал:

— Бог существует?

Режиссёр Сюй долго молчал, прежде чем продолжить:

— Что случилось? Я уже подготовил целый план, что, если ты дашь зелёный свет, я переговорю с Жун Сюем и попрошу его выступить в качестве гостя на твоём концерте. Я ещё даже не набрался смелости рассказать ему о своей затее, как ты сделал это за меня. Ты хорошо подумал? А что, если Жун Сюй не согласится?!

Линь Сюань был очень популярным молодым «Королём музыки». В кругу было не так много людей, кто мог бы накричать на него посреди ночи, однако режиссёр Сюй был одним из этих немногих.

Итак, полминуты спустя Линь Сюань закончил чистить зубы и быстро успокоил режиссёра Сюй, чтобы тот не думал, что он намеренно пытался его подставить.

Режиссёр Сюй тут же отправил текстовое сообщение Жун Сюю, использовав в нём свою типичную уловку: «Наш «Немой» – фильм о тяжёлой судьбе. Недавний скандал с Лу Сянбо был очень громким, а ты с недавних пор замешан в ещё одном скандале с Жэнь Шучжэнь. Жун Сюй, скажи мне, почему я, пожилой режиссёр, должен пережить столько трудностей, чтобы снять и выпустить один фильм? Я так страдаю, я убит горем…»

Первоначально Жун Сюй просто хотел пошутить над режиссёром Сюй, но он не ожидал, что тот ответит ему настолько серьёзно. Поразмыслив над этим, он понял, что старик пошёл на хитрость, чтобы заставить его сотрудничать с Линь Сюанем и привлечь к его «Немому» больше внимания публики.

Жун Сюй не был против того, чтобы стать гостем на концерте. У них с Линь Сюанем были хорошие отношения. Выступление на его концерте могло увеличить популярность не только «Немого», но и самого Жун Сюя. Так почему бы и нет?

На самом деле, режиссёр Сюй тоже прекрасно это понимал, но из-за того, что автором этой идеи был он, а не Жун Сюй, он боялся отказа. Если Жун Сюй не согласится, режиссёр Сюй уже ничего не сможет с этим поделать, поэтому ему приходилось идти на хитрости и грязные трюки.

Уже прокручивая в голове чёткий план, Жун Сюй быстро ответил на сообщение Цинь Чэна, после чего принялся набирать ответ режиссёру Сюй: «На счёт концерта... Господин Сюй, я не думаю, что это уместно. В конце концов, я актёр. Я не знаю  песни Линь Сюаня. Если я внезапно приду на его концерт... Что скажут люди?.. ^_^»

Глядя на смайл «^_^» в конце сообщения Жун Сюя, режиссёр Сюй сотню раз мысленно проклял Линь Сюаня.

Когда старик обнаружил, что Жун Сюй дразнит его, он рассердился: «Ладно! Поскольку в последнее время у меня довольно спокойный характер, тебе не удастся вывести меня из себя. Жун Сюй, просто скажи мне: ты согласен или нет?»

Глава 114 (Часть 2)

Увидев, что режиссёр Сюй действительно рассердился, красивый юноша беспомощно усмехнулся и напечатал ответ: «Ради нашего «Немого» я согласен».

Получив желанный ответ, режиссёр Сюй удовлетворенно поворчал и написал: «Хорошо».

Некоторое время спустя режиссёр Сюй отложил телефон в сторону и снова принялся ворчать:

— На самом деле, этот ребёнок… этот Жун Сюй плохой парень! Это ведь явно принесёт ему только пользу, а мне всё равно пришлось буквально умолять его!

Старик расплылся в доброй улыбке.

К полудню следующего дня агент Линь Сюаня всё утвердил и официально пригласил Жун Сюя стать гостем концерта.

Чтобы принять участие в концерте, Жун Сюю нужно было выделить день на репетицию.

После того, как всё было согласовано, Жун Сюй сообщил об этом Ло Чжэньтао. Последний, конечно, был вне себя от радости и без колебаний согласился, тут же начав составлять для Жун Сюя новый график, освобождая время для репетиции и концерта.

— Сяо Сюй, Линь Сюань очень популярен в последние годы. По крайней мере, одно из его недавних глобальных турне собрало 10 тысяч человек. А этот тур – первый в городе S, в нём примет участие около 30 тысяч фанатов. Насколько я знаю, все билеты на концерт уже давно распроданы. Для нас это очень хорошо. Но Вам всё равно нужно усердно работать и репетировать.

Слушая нетерпеливый голос Ло Чжэньтао на другом конце провода, Жун Сюй поднял глаза и посмотрел на режиссёра Сюй в сторонке, который разговаривал с Линь Сюанем, а затем перевёл взгляд на Сяо Цзытун, которая наблюдала за ними.

Улыбка на его губах стала шире, и он кивнул:

— Это хорошая возможность для меня. Я  справлюсь. Брат Ло, пожалуйста, помогите мне согласовать график так, чтобы не откладывать пиар-акцию «Немого» и прослушивание на новый фильм.

Ло Чжэньтао немедленно ответил:

— Хорошо!

Так, в начале ноября, когда режиссёр Сюй, Жун Сюй, Сяо Цзытун и Линь Сюань наконец собрались вместе, пиар-кампания «Немого» официально началась.

Наверное, у каждого режиссёра есть свои предпочтения, поэтому команда «Немого» не участвовала ни в одном шоу, за исключением пары известных в Китае роуд-шоу.

С середины ноября режиссёр Сюй отправился вместе с Жун Сюем и Сяо Цзытун в Великобританию, Францию и Соединенные Штаты.

«Затерянный город» шёл только в кинотеатрах Китая, но «Немой» в декабре должен был выйти на экраны в разных частях света.

Когда команда «Немого» покинула Китай, Линь Сюань остался там для репетиции своего концерта.

В тот же день, когда команда «Немого» покинула Китай, двенадцатидневная «война» в Интернете, наконец, завершилась. Никто и представить себе не мог, что ссора Жэнь Шучжэнь и Лю Вэньцин может оказаться настолько громкой и энергичной и затронуть СМИ не только Китая, но и многих других стран.

После того, как Жэнь Шучжэнь объявила «войну» в Вэйбо, Лю Вэньцин поначалу ей не отвечала. Но сразу же после этого пиар-команда Жэнь Шучжэнь подала в суд на пользователя под никнеймом «Соседский щенок», заявив, что он подставил Жэнь Шучжэнь и нанёс непоправимый ущерб её репутации.

«Соседский щенок», конечно же, не стал молчать и быстро ответил: «Хе-хе. А разве человек на этой фотографии – не Вы?»

Агент Жэнь Шучжэнь тут же хитро ответил: «Разве человек на этой фотографии – Жун Сюй?!»

«Соседский щенок»: «...»

Все пользователи сети, наблюдающие за этим «шоу»:

— ...

Разобравшись с «Соседским щенком», Жэнь Шучжэнь продолжил нападать на Лю Вэньцин. Как певица свободная женщина, Жэнь Шучжэнь понимала, что после инцидента, в котором было обнародовано, что она часто спит с разными представителями индустрии, к ней уже не будут относиться, как к «невинной жертве». Как бы она не оправдывалась.

Поэтому она решила: «Я вообще не буду оправдываться! Просто буду уничтожать её в ответ!»

Итак, в одиннадцать часов вечера...

Жэнь Шучжэнь: «Думаешь, ты имеешь моральное право в чём-то меня обвинять? Когда мы с тобой работали на одной площадке, ты намеренно дала мне тридцать шесть пощечин и столкнула в ледяную воду. Теперь ты ответишь за всё своё зло. Бог всё видит!»

Десять минут спустя…

Жэнь Шучжэнь: «Раньше ты сама вертела хвостом перед большими шишками индустрии, а теперь осмеливаешься обвинять в этом меня?!»

Двадцать минут и тридцать минут спустя Жэнь Шучжэнь снова и снова публиковала в своём аккаунте Вэйбо новые посты, адресованные Лю Вэньцин.

Пользователи сети даже не ожидали, что им предстоит наблюдать продолжение этого грандиозного скандала. Весь этот вечер Жэнь Шучжэнь разоблачала кучу «грязного белья», пока Лю Вэньцин, наконец, не отреагировала.

Лю Вэньцин: «Ты действительно бесстыдная! Увести чужого мужчину и сметь открывать после этого рот?! Желаю, чтобы кто-нибудь окончательно уничтожил тебя, @Жэнь_Шучжэнь».

Когда пользователи сети увидели это, они были взволнованы ещё больше.

Увести чужого мужчину? Жэнь Шучжэнь?!

Жэнь Шучжэнь, конечно, не отступила и продолжала упорно стоять на своём.

Той ночью Жэнь Шучжэнь и Лю Вэньцин ругались в Вэйбо у всех на глазах. В течение следующих трёх дней они время от времени посвящали друг другу колкие посты, от которых их подписчики уже успели стать зависимыми. В конце концов, Жэнь Шучжэнь сейчас была более популярна, чем Лю Вэньцин. Когда многие фанаты обнаружили, что их Богиню пыталась оклеветать Лю Вэньцин, они сразу же встали на сторону Жэнь Шучжэнь.

Слава Лю Вэньцин давно угасла, и число её поклонников сильно уступало таковым у Жэнь Шучжэнь. Но Лю Вэньцин был в кругу уже много лет, и успела завести гораздо больше друзей, чем Жэнь Шучжэнь. На четвертый день один известный актёр лет сорока вступил в их перепалку, чтобы поддержать Лю Вэньцин.

Их ссора была настолько разъярённой, что даже несмотря на то, что Жун Сюй был занят продвижением «Немого», он то и дело получал о ней новости. Более того, ведущие разных шоу часто спрашивали у него его мнение по поводу Жэнь Шучжэнь.

Хотя Жун Сюй не имел никакого отношения к этому инциденту, он всё-таки был впутан в него третьими лицами, и поэтому его можно было считать «наполовину вовлечённой в конфликт стороной».

В ответ на вопросы ведущего Жун Сюй мог только беспомощно улыбнуться и невинно подмигнуть:

— У меня нет времени на изучение скандалов и ссор в Интернете. Подождите минутку – я почитаю последние новости, а потом отвечу на Ваш вопрос.

Почитать последние новости? Достаточно было просто открыть «топ дня», чтобы узнать очередные подробности этого громкого конфликта!

Время шло. Сразу после того, как конфликт Жэнь Шучжэнь и Лю Вэньцин поутих, были объявлены результаты второго судебного разбирательства над Лу Сянбо.

Лу Сянбо был приговорён к двум месяцам заключения и штрафу в размере 560 тысяч юаней!

Пользователи сети, которые только закончили наблюдать за одним грандиозным «шоу», тут же переключились на другое – не менее грандиозное! Все безостановочно спешили посмотреть новое видео с воплями Лу Сянбо и его третьим обращением.

Под объективами камер репортёром стоял обиженный Лу Сянбо, продолжавший твердить, что с ним поступили несправедливо.

Однако пользователи сети обращали внимание только на одну деталь: «Ха-ха-ха-ха, после первого судебного заседания Лу Сянбо заплатил Лю Хуэйчжэнь 100 тысяч юаней, а после второго – 560 тысяч! Должно быть, после последнего суда Лу Сянбо потеряет ещё больше денег, а? Ха-ха-ха-ха! Жалко, что можно подать только три ответных иска, иначе он продолжил бы подавать на апелляцию бесконечно, ха-ха-ха-ха!»

Глава 114 (Часть 3)

Есть одна вещь, в которой режиссёр Сюй был не прав: хотя у Лу Сянбо и была плохая репутация, команда «Немого» всё же получила благодаря ему больше пользы. В конце концов, теперь в фильме снимался Линь Сюань, что, по сравнению с Лу Сянбо, было просто как небо и земля. Теперь никого даже не волновало, что вместо Линь Сюаня эту роль когда-то должен был исполнять Лу Сянбо.

Любому режиссёру понравится дополнительное внимание общественности, но только не благодаря дурной славе.

Скандал с Жэнь Шучжэнь оказался намного громче, чем новость о «In your heart», и из-за неё кассовые сборы «Затерянного города» резко выросли. Многие медиа-группы увидели популярность «Затерянного города» в прокате и, не колеблясь, перенесли дату выхода своих фильмов на декабрь.

Но режиссёр Юань больше никогда не звонил Жун Сюю и не делился с ним радостными вестями.

Когда Жун Сюй позвонил ему, чтобы поздравить с достижением кассовыми сборами «Затерянного города» отметки в  6 миллиардов, режиссёр Юань ответил ему недовольным тоном:

— Зачем мне такая реклама? Я просто хочу получить прибыль, но мне не нужно участие в подобных скандалах! Зачем я вообще позвал на роль эту Жэнь Шучжэнь?.. Жун Сюй, не связывайся с ней больше. Мне так грустно в последние дни. С ней я точно не хочу больше никаких контактов. Организационный комитет кинопремии теперь настроен не очень оптимистично в отношении нашего фильма, так что она всё испортила и лишила меня премии!

Не ожидавший услышать такие слова Жун Сюй был немного удивлён, но через пару секунд он почувствовал жалость к режиссёру Юань и утешил его:

— Режиссёр Юань, наш фильм и без этих скандалов очень хорош, не переживайте. Грязные слухи вокруг Жэнь Шучжэнь не могут затмить превосходство «Затерянного города». Я верю в себя и в Вас.

На это режиссёр Юань не ответил.

Спустя долгое время тишины он вздохнул и устало улыбнулся:

— Я слышал, что ты, кажется, будешь сотрудничать с Клеменсом. Поздравляю. Желаю тебе получить эту роль. Фильмы Клеменса всегда были хорошими, с высокими сборами и множеством титулов. Не упусти этот шанс.

Даже не удивляясь, откуда режиссёру Юань известно о его новой работе, Жун Сюй улыбнулся и поблагодарил его:

— Благодарю Вас за эти добрые слова.

Режиссёр Юань – реалист, но очень любящий свою работу.

Повесив трубку, Жун Сюй снова посвятил себя продвижению «Немого».

Постоянная пропаганда на протяжении полугода сделала и без того худого юношу ещё худее. Начав с Великобритании и пролетев через весь Атлантический океан, они оказались на восточном побережье Соединенных Штатов.

В шумном и оживлённом мегаполисе, Нью-Йорк.

Команда «Немого» только что вышла из аэропорта, где их встретила огромная толпа фанатов с плакатами.

Режиссер Сюй никогда не думал, что на другой стороне океана их будет встречать столько фанатов. Старик замер на месте от удивления. Повернув голову к Сяо Цзытун, он пробормотал:

— В чём дело? Почему нас встречает такая большая толпа фанатов?..

Из толпы раздался громкий крик:

— Жун Жун! Жун Жун! Жун Жун!!!

Услышав в чужой стране родной язык, режиссёр Сюй присмотрелся получше и обнаружил, что среди десятков фанатов, пришедших поглазеть на них, большинство были азиатами с чёрными волосами и карими глазами.

Жун Сюй не ожидал, что его фанаты действительно придут встречать их в аэропорт. Им было известно, что позавчера команда «Немого» завершил промоушен в Великобритании, а сегодня должна была прилететь в Нью-Йорк для участия в записи ток-шоу. Они проверили рейсы за эти два дня и легко нашли несколько рейсов из Великобритании в США на эту дату.

Однако за последние два дня из Великобритании в США было совершено целых девять рейсов!

Вдалеке Жун Сюй увидел миниатюрную изящную фанатку, неустанно размахивающую световой табличкой со словом «Жун Жун». Под глазами  девушки были видны чёрные круги. Она выглядела уставшей, но её глаза сверкали счастьем при виде Жун Сюя.

Должно быть, она давно не спала...

Возможно, они ждали его в аэропорту с прошлой ночи.

Жун Сюй быстро подошёл к толпе фанатов и раздал им автографы, попросив их быть осторожными на обратном пути. Сделав с ними большое групповое фото, он серьёзно посмотрел на группу возбужденных фанатов, которые были готовы расплакаться от счастья, и серьёзно сказал:

— Если вы не будете заботиться о себе, я сильно рассержусь.

Поклонники были ошеломлены. Когда они пришли в себя, Жун Сюй уже ушёл вместе с командой «Немого». Глядя ему в спину и увидев, как на прощание он машет им рукой, они расплакались.

— QAQ! Как Жун Жун моей семьи может быть таким красивым и нежным! А-а-а-а-а-а-ах!!!»

Инцидент с фанатами был всего лишь коротким эпизодом, и на следующий день команда «Немого» приняла участие в записи популярного ток-шоу.

Американцы понятия не имели, насколько популярны были в Китае Жун Сюй и Сяо Цзытун.

Все фильмы с участием Сяо Цзытун пока выходили в прокат только в Китае. Среди четырёх работ Жун Сюя, «Западня», «Борьба за превосходство» и «Затерянный город» выходили в кино только в Китае, и только «Чёрные тучи» транслировались по всему миру.

Не каждый американец интересовался тем, что происходит на другом конце земли, но многие из них были знакомы с «Чёрными тучами», а о Сяо Цзытун никто даже не слышал. Однако они слышали о режиссёре Сюй, потому что он работал в индустрии кино уже много лет, и в США его работы выходили на большие экраны восемь раз.

Итак, в этом ток-шоу режиссер Сюй, естественно, был центральной фигурой. Ведущий часто разговаривал с ним. Кроме того, иногда он смотрел на Жун Сюя, улыбался и разговаривал с ним, переводя тему на то, что он «красивый китаец».

Ведущий не имел при этом злых намерений: просто он хотел уделить немного внимания и Жун Сюю, а не только режиссёру Сюй, чтобы зрителям запомнился и он. Но его вопросы также означали то, что слава Жун Сюя не распространилась за границу, где кроме его красоты обсудить было нечего, поэтому он понимал: ему срочно нужны новые работы, которые позволят ему распространить своё влияние за пределы Китая.

«Чёрные тучи» – это только начало его пути, и в этом фильме снялось слишком много больших звёзд, чтобы зрители могли запомнить Жун Сюя.

«Немой» пока не вышел в прокат, но его кассовым сборам суждено было не стать слишком высокими.

Для следующей своей работы Жун Сюй решил выбрать фильм американского кинорежиссёра.

В конце ноября, за неделю до премьеры «Немого», режиссёр Сюй и Сяо Цзытун покинули Соединенные Штаты, но Жун Сюй остался.

За завтраком в отеле Сяо Цзытун подошла к столику Жун Сюя с чемоданом и села. В этот момент Жун Сюй с улыбкой болтал с Ло Вэй, и, увидев приближающуюся актрису, улыбнулся и кивнул ей.

Сяо Цзытун улыбнулась и сказала:

— Ты только что закончил сниматься в «Немом» и с тех пор постоянно занят продвижением двух своих последних фильмов. Неужели ты… планируешь сниматься снова уже так скоро?

Услышав это, Жун Сюй поставил стакан на стол и посмотрел на Сяо Цзытун.

Под ярким светом ламп красивая молодая актриса серьёзным взглядом смотрела на него. Горько улыбнувшись, она продолжила:

— Я планирую отдохнуть полгодика... ну, минимум три месяца. На самом деле снимать «Немой» было довольно легко. Но продвижение фильма вышло слишком утомляющим. В этом месяце у меня так часто сменялись часовые пояса, что сейчас мне просто хочется хорошенько отдохнуть. — сделав короткую паузу, Сяо Цзытун мягко спросила. —  Жун Жун, ты не устал?

Не работать в этой индустрии по несколько месяцев было нормой. Однако Жун Сюй был слишком образцовым работником.

Когда Ло Вэй слова услышала словосочетание «Жун Жун», она на мгновение опешила, чувствуя, что что-то не так. Но Жун Сюй не заметил ничего странного. Улыбнувшись, он покачал головой:

— Я мужчина. Это просто работа – я не сильно устал. Сестра Цзытун, ты девушка – тебе тяжелее. Когда на прошлой неделе мы участвовали в очередном развлекательном ток-шоу, ты говорила, что у тебя сильно болит живот из-за месячных. У меня таких проблем нет, поэтому я могу работать без отдыха. А тебе будет полезно хорошенько отдохнуть несколько месяцев.

Глядя на искренние и ясные глаза юноши, Сяо Цзытун открыла было рот, но так и не смогла ничего сказать.

Она отчётливо видела, что Жун Сюй действительно заботится о ней, а не говорит это лишь бы сказать. Его чуткость, внимание и забота заставляли её чувствовать разливающееся по сердцу тепло...

«Жун Жун такой милый! Как на свете может существовать такой прекрасный человек?!»

Глава 114 (Часть 4)

После завтрака режиссёр Сюй и Сяо Цзытун покинули отель и направились в аэропорт.

Для них продвижение «Немого» подошло к концу. Многие роуд-шоу, в которых они участвовали, не выходили в прямом эфире, а должны были увидеть свет только на следующей неделе, что принесёт «Немому» немалую популярность. Теперь им просто нужно было хорошенько отдохнуть дома, набраться сил и ждать официального выхода «Немого» на экраны через семь дней.

Но что касается Жун Сюя, ему некогда было отдыхать.

Через два дня Жун Сюй ехал в Вашингтон для участия в прослушивании.

Фильм, роль в котором он хотел получить, – это новая работа известного американского режиссёра Клеменса Холта под названием «Три тысячи двести миль». В отличие от предыдущих масштабных работ Клеменса, инвестиции в этот фильм были не особенно велики – всего 50 миллионов долларов, – однако он получил широкое внимание американских СМИ.

Клеменсу в этом году исполнилось тридцать два года, и он был хорошо известным в США начинающим режиссёром. После того, как режиссёр снял свой первый фильм в возрасте 21 года, он сразу стал популярным, а этот фильм принес ему 300 миллионов долларов в прокате.

С тех пор фильмы Клеменса не теряли ни в качестве, ни в популярности. Его популярный боевик сделал его самым уважаемым режиссёром среди молодых режиссёров американской киноиндустрии, и он был номинирован на три «Оскара» за «Лучшего режиссёра».

Может быть, потому, что он был слишком молод и недостаточно квалифицирован, Клеменсу так и не удалось получить «Оскар». Тем не менее, он получил трофее на Берлинском кинофестивале. В прошлом году его коммерческий боевик собрал 9,6 миллиарда долларов кассовых сборов в мировом прокате.

Хотя он был чистокровным американцем, отношения с Китаем у Клеменса Холта были очень хорошими. Он свободно говорил по-китайски. Кроме того, фильмы, которые он снимал, всегда трогали зрителя, поэтому он был глубоко любим китайскими ценителями кино.

У Клеменса были золотистые волосы и голубые глаза; его глубокие черты лица делали его похожим на кинозвезду.

Среди всех голливудских режиссёров Керри лучше всех говорил по-китайски. Причина этого крылась в том, что с подросткового возраста ему очень нравился Лю Лао. Благодаря его примеру он стал ассистентом и постепенно продвинулся до помощника режиссёра. В конце концов, он стал самостоятельным режиссёром и снял свой собственный фильм.

И на этот раз Клеменс решил работать с Жун Сюем, потому что хотел снять фильм о Китае.

После съёмок фильма «Дикие цветы» Жун Сюю позвонил Лю Лао, который сообщил, что лично порекомендовал Жун Сюя Клеменсу.

По телефону г-н Лю сказал лишь о том, что Клеменс хочет снять фильм с китайским актёром, поэтому показал ему сценарий. Жун Сюй понял, что Клеменс также попросил Лю Лао порекомендовать ему хороших китайских актёров, и Лю Лао порекомендовал его.

Жун Сюю сейчас действительно нужен был фильм, который сделает его известным во всём мире.

«Немого» было недостаточно, а в «Диких цветах» он играл роль всего лишь третьего плана.

Влияние «Чёрных туч» было достаточно велико, но Жун Сюй мало что получил от него.

Так что фильм «Три тысячи двести миль», несомненно, был для него лучшей возможностью.

Это был голливудский коммерческий боевик в стиле Клеменса Холта, а также роуд-муви. Главный герой, которого собирался сыграть Жун Сюй, похищает главную героиню и везёт её в сумасшедшее путешествие длиной в 3200 миль, охватывающее более половины Соединенных Штатов.

В фильме много боевых сцен, и актёр должен свободно говорить по-английски.

Хотя уважаемый им Лю Лао и порекомендовал ему Жун Сюя, Клеменс не стал сразу подписывать с ним контракт, а пригласил его на прослушивание.

Два дня спустя Жун Сюй и Ло Вэй сели на самолёт и отправились в Вашингтон. Эта столица была не такой роскошной и процветающей, как Нью-Йорк, но она была полна неповторимого американского колорита. Как только они прибыли в аэропорт, члены команды Клеменса встретили Жун Сюя и повезли на место прослушивания.

Поскольку это был роуд-муви, съёмочная группа не могла находиться в одном месте. Клеменсу никогда не нравились спецэффекты, так что для такого рода фильмов он использовал реальную съёмку. Этим утром зеленоглазая ведущая с длинными каштановыми волосами сообщила по телевидению, что для своего нового фильма Клеменс арендовал целое шоссе.

Перед первой в своей жизни встречей с американской съёмочной группой Ло Вэй немного нервничала и напряжённо сидела в машине, держа спину прямо. Жун Сюй же расслабленно откинулся на мягком сиденье, глядя в окно на сверкающие на солнце волны реки Потомак.

В прошлой жизни Жун Сюй часто бывал в Соединенных Штатах и даже проводил здесь по три-четыре месяца в году. Потому что он снимался в Голливуде.

В его прошлом мире индустрия развлечений Китая была не так хороша, как в Соединенных Штатах. Голливудские студии США занимали более 80% мировых ресурсов индустрии развлечений. Многие звёзды с разных стран в конце своей карьеры приезжали сюда и оставляли собственные отпечатки ладоней на Голливудской «Аллее славы».

Но теперь всё было по-другому.

Голливуд по-прежнему оставался всё тем же Голливудом, однако в Китае всё изменилось.

Отец Клеменса Холта – известный голливудский режиссёр, однако его сын в качестве своего учителя и примера для подражания выбрал не его, а Лю Лао. Это показывает, что статус китайского кино в мире сейчас был очень высок, и оно вполне могло конкурировать с Голливудом.

Когда многие голливудские звёзды и режиссёры могут свободно говорить по-китайски, это можно считать воплощением мощи Китая!

Взгляд Жун Сюя скользнул по Мемориалу Линкольну и Монументу Вашингтону за окном. Глядя на этот красивый город, он многозначительно улыбнулся.

Хотя в прошлой жизни он бывал в Голливудских студиях в Лос-Анджелесе и – иногда – в Вашингтоне, он заметил, что сейчас этот город сильно изменился. Соединенные Штаты по-прежнему оставались страной иммигрантов, и на улицах было много людей разного цвета кожи, однако атмосфера в этой стране теперь была другой.

Казалось, что все стали равны.

По крайней мере, по сравнению с его предыдущей жизнью, теперь он не видел нигде расистов, осмеливающихся дискриминировать «жёлтую» и «чёрную» расы, потому что Америку больше нельзя было назвать единственной мировой сверхдержавой.

Время летело быстро; когда машина оказалась в центре города, она сделала ещё несколько поворотов и, наконец, остановилась перед полуразрушенным зданием.

Жун Сюй и Ло Вэй вышли из машины.

Ло Вэй посмотрела на серо-чёрные стены и растрескавшуюся черепицу, и её глаза расширились, как будто она не понимала, что происходит.

Поймав её взгляд, один из членов съёмочной группы Клеменса улыбнулся и объяснил:

— Декорации для этой сцены была созданы недавно. Клеменс хотел снять эту сцену первой. Это сцена, где несколько человек из трущоб решили ограбить героя. Итак... — после короткой паузы сотрудник улыбнулся и сказал. — Мистер Жун, сегодняшнее прослушивание пройдёт здесь.

https://tl.rulate.ru/book/14326/1444013/ready

Глава 115 (Часть 1)

В шумном модном мегаполисе ряды небоскребов тянулись высоко к небу, а солнце отражалось в их сверкающих зеркальных стенах, подчёркивая научно-технические достижения современных городов. Однако даже в таких городах до сих пор существовали трущобы.

Эти маленькие полуразрушенные здания скрывались прямо между красивыми высотками; в этих трущобах жили только самые бедные семьи, буквально борющиеся за существование.

Жун Сюй не первый раз бывал в таких трущобах. В прошлой жизни ему однажды пришлось сниматься в Африке. Тамошние жители действительно жили в ужасных условиях. Однако для Ло Вэй это был первый подобный опыт.

Вместе с членом съёмочной группы они вошли в полуразрушенное двухэтажное здание.

Это маленькое здание выглядело очень старым; серо-чёрные стены были в подтёках. Когда они поднимались по узкой лестнице, деревянные ступеньки так сильно тряслись и скрипели под их ногами, словно вот-вот рухнут.

Ло Вэй шла очень медленно и осторожно, а Жун Сюй спокойно оглядывался по сторонам.

Главный герой «Трёх тысяч двухсот миль» – молодой человек, выросший в настоящих трущобах. Группа  здешних подростков по сюжету планировала ограбление банков. Некоторые из них были просто жадными до денег, но другие действительно были вынуждены грабить, чтобы выжить.

Жун Сюй сейчас направлялся на прослушивание на роль азиатского подростка по имени Рой, который относился ко второй группе.

В «иерархии» этой банды Рой занимал самое низшее положение. Остальные постоянно издевались над бедным азиатским ребёнком, потому что он был слабым и молчаливым. Когда появлялась необходимость грязной работы, её всегда вешали на Роя. Они объясняли это просто:

— Рой, а чем тебе ещё заниматься, если не этим?

Однако они уж точно не ожидали, что по окончании их сумасшедшего плана по захвату банка выживет только Рой.

Рой отвечал за вождение арендованного ими полуразвалившегося фургона. Какими бы безумцами они ни были, все они были глупыми юнцами не старше 20 лет, поэтому вскоре их окружила и обезвредила полиция. Семь грабителей, оказавших сопротивление при задержании, были застрелены на месте, а восьмому, отстрелявшись, удалось скрыться в фургоне, однако он чувствовал, что ему точно не удастся уйти далеко.

В это время Рой, который был за рулём, схватил случайного прохожего и взял его в заложники, что и позволило им сбежать.

Этим прохожим была главная героиня фильма.

Вскоре после этого его последний сообщник скончался от огнестрельного ранения, поэтому Рой и его заложница сбежали в одиночку.

Впервые за две жизни Жун Сюю приходилось играть такую роль. По сценарию Рою было всего шестнадцать лет – меньше, чем самому Жун Сюю. Но характер этого персонажа был очень сложным. Он был робким и слабым мальчиком, из-за чего подельники обращались с ним как со слугой; однако он был достаточно жесток, поскольку решился похитить несчастную девушку и убить полицейского в критический момент, став единственным выжившим из банды.

Сыграть человека такого сложного характера и судьбы было вызовом для Жун Сюя и его актёрских способностей. Так что он решился на эту роль не только ради того, чтобы выйти за пределы киноиндустрии Китая.

Через некоторое время Жун Сюй, Ло Вэй и их проводник прибыли на второй этаж небольшого здания.

Это здание было крохотным – на втором этаже была только одна комната. Как только Жун Сюй поднялся наверх, он сразу заметил блондина, стоящего посреди комнаты. Клеменс Холт обсуждал с помощником режиссёра требования к сцене и декорациям, держа в руках сценарий.

Увидев Жун Сюя на лестнице, он сначала закончил объяснять детали своему помощнику, а уже потом направился навстречу актёру.

Посмотрев на красивого молодого человека, Клеменс спросил его на упрощённом китайском:

— Вы Жун Сюй?

Уголки губ Жун Сюя приподнялись:

— Да, я Жун Сюй.

Клеменс кивнул:

— Хорошо, давайте проведём формальное прослушивание. Просто разыграем одну сцену, чтобы посмотреть, как пойдёт. Мне нужно, чтобы Вы сыграли в сцене, где над Роем издеваются его подельники. — после короткой паузы молодой режиссёр повернул голову и посмотрел на мужчину, стоявшего у дверей. — Вы исполните роль Оливера. Скажите Рою пойти и купить Вам пива.

Этим мужчиной был тот самый сотрудник, который только что привёл Жун Сюя в этот дом. Когда он услышал то, что сказал ему Клеменс, он опешил. Помолчав немного, он ткнул пальцем себе в грудь и тупо переспросил:

— Я?!

Клеменс ответил вопросом на вопрос:

— Какие-то проблемы?

Сотрудник долго колебался и хотел сказать, что никогда в жизни не пробовал себя в качестве актёра. Но не успел он заговорить, как вдруг услышал чистый красивый голос мужчины:

— Что ж, давайте начнём, мистер Тор.

В отличие от китайских режиссёров, требования Клеменса Холта на прослушивании оказались экстремально просты. Устроить прослушивание в убогом крохотном полуразрушенном здании, пригласить только одного претендента на роль, использовать для исполнения второстепенной роли обычного неподготовленного сотрудника и не взять с собой камеру…

Сотрудник по имени Тор продолжал в оцепенении стоять на месте. Он ничего не понимал. Он был обычным агентом, ответственным за то, чтобы забрать Жун Сюя и Ло Вэй из аэропорта и доставить их к месту съёмок. Почему от него внезапно потребовали сыграть?

Но Клеменс не дал Тору времени на раздумья, а резко развернулся к своему помощнику и вернулся к обсуждению деталей.

Тор сглотнул и повернулся, смущённо уставившись на Жун Сюя. В тот момент, когда его взгляд остановился на юноше, он замер. Его сердце медленно успокаивалось, пока он смотрел на нежное улыбающееся лицо этого красивого юноши, стоящего посреди этого богом забытого места и успокаивающе кивающего ему.

Без единого намёка на нетерпеливость и высокомерие, присущее многим известным звёздам, Жун Сюй серьёзно посмотрел на него и с улыбкой попросил:

— Мистер Тор, Вы можете сказать мне: «Рой, спустись и купи мне пива. Даю тебе пять минут на то, чтобы вернуться»? Думаю, этой реплики должно хватить.

Услышав это, Клеменс, который разговаривал с помощником режиссёра, внезапно повернул голову и спокойно взглянул на Жун Сюя.

Тор энергично кивнул, несколько раз повторил про себя две строчки, а затем посмотрел на Жун Сюя, который тут же с улыбкой сообщил Клеменсу:

— Мистер Холт, я думаю, мы готовы.

Клеменс многозначительно посмотрел на восходящую звезду Китая, после чего кивнул.

Жун Сюй сделал два шага назад, спускаясь по лестнице. Тор безучастно наблюдал за его движениями. После того, как он понял, что Жун Сюй пропал из его поля зрения, он подсознательно подался вперёд, собираясь пойти и отыскать его, однако в следующую же секунду услышал звуки приближающихся быстрых шагов.

Шаги по скрипучим грязным ступенькам были очень громкими. Слушающий их шум Тор внезапно напрягся, а Ло Вэй поспешно ухватилась за стену.

Шаги Жун Сюя были настолько громкими, что казалось, будто это небольшое ветхое здание-декорация может их и не выдержать.

Тор побледнел от испуга. Когда он увидел фигуру Жун Сюя, он обнаружил, что молодой человек на самом деле с большим трудом ступает по лестнице!

Внезапно сердце Тора бешено забилось, и он рефлекторно нахмурился. В следующий момент Жун Сюй резко поднял голову и посмотрел на него.

На этом нежном красивом лице внезапно появилась лёгкая робость; Жун Сюй резко отпрянул на пару ступенек назад и остановился, увидев Тора.

Аккуратно уложенные волосы юноши внезапно стали очень растрёпанными. Длинная чёлка ниспадали ему на глаза, а его ясные зрачки под ней слегка подрагивали. Он ёжился, словно загнанный в угол испуганный олень, и смотрел на Тора снизу вверх. Через пару секунд он тихо прошептал:

— О… Оливер?

Глядя на робкого и испуганного юношу, Тор внезапно почувствовал дрожь в сердце. Конечно, он прекрасно помнил, что в данный момент находится в центре «театральной постановки». Вспомнив свою строчку, которую он уже повторил про себя уже семь или восемь раз, Тор посмотрел на трусливое лицо Жун Сюя, немного подумал и нарочито грубо сказал:

— Рой, спустись и купи мне пива... — прежде чем договорить слово «пива», Тор посмотрел в глаза Жун Сюю и вздохнул с облегчением. Сам того не понимая, он довольно уверенно закончил свою реплику с лёгкими нотками презрения в голосе. — Даю тебе пять минут на то, чтобы вернуться.

Жун Сюй повернулся и быстро умчался прочь, даже не удостоив Тора взглядом.

Через мгновение после того, как он испуганно бросился вниз по лестнице, он снова поднялся наверх, но уже без следа прежней робости на лице. Нежно улыбнувшись Тору, он мягко поблагодарил его:

— Спасибо, мистер Тор.

Тор не понимал, за что его благодарят и с улыбкой ответил:

— Я всего лишь сказал пару слов. Не за что!

Так закончилось это короткое прослушивание.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1446918

Глава 115 (Часть 2)

Режиссёр не уточнял конкретных деталей сцены для прослушивания, а просто описал суть этой сцены, которой даже не было в сценарии, поэтому Жун Сюю пришлось взять инициативу в свои руки. Прослушивание длилось не больше минуты.

Для Ло Вэй всё прошло как в тумане: она не понимала, что происходит. После того, как Жун Сюй поблагодарил Тора, она обернулась и посмотрела на молодого режиссёра.

Клеменс в этот момент поднял руку и почёсывал подбородок, глядя на Жун Сюя. В его глазах читались какие-то странные эмоции; он долго молчал, словно задумавшись над чем-то.

Жун Сюй не спешил, а просто смотрел на него с улыбкой. Однако Тор от долгого молчания стал немного нервничать. Он прошептал:

— Клеменс, я никогда раньше не играл. Если я всё испортил, мы можем повторить ещё раз? Теперь, я, кажется, понял, как нужно себя вести. Может быть, если мы переиграем сцену заново, это будет справедливо по отношению к Жун Сюю…

После долгого взгляда на Жун Сюя, Клеменс повернулся к Тору и покачал головой:

— Вы хорошо поработали. Я бы даже предложил Вам эпизодическую роль в моём фильме.

Тор широко распахнул глаза:

— А?..

Клеменс проигнорировал его. Вместо этого он шагнул вперёд и протянул руку Жун Сюю, впервые за сегодня улыбнувшись:

— Добро пожаловать в мою команду. Мы начнём съёмки в начале следующего года. Если Вы не против, Жун Сюй, дайте мне свои контакты для связи. Иногда я звоню актёрам, чтобы обсудить детали сценария.

Жун Сюй протянул руку, отвечая на рукопожатие, улыбнулся и кивнул:

— Конечно... — внезапно замолчав, Жун Сюй одёрнул руку, но продолжил улыбаться. — Конечно.

Через некоторое время Жун Сюй обменялся контактами с Клеменсом.

У молодого американского режиссёра был свой аккаунт в китайском Вэйбо. После обмена телефонными номерами и WeChat они подписались друг на друга в Вэйбо. Жун Сюй к своему удивлению обнаружил, что на Вэйбо Клеменса подписано около 100 миллионов человек.

Даже если популярность Жун Сюя резко выросла за последний год, сейчас даже у него в Вэйбо было чуть больше 100 миллионов подписчиков. Для китайского актёра это нормально, но для американского режиссёра, редко бывающего на мероприятиях в Китае, это была огромная цифра. По всей видимости, он был очень популярен среди киноманов Китая.

Получив полный сценарий, Жун Сюй ещё немного поболтал с Клеменсом, после чего повернулся и вышел на улицу.

Мистер Тор отвёз их в отель, а Ло Вэй по пути купила билеты на самолёт в Китай на завтра. По пути Тор неустанно болтал о том, насколько удивительно произошедшее с ним только что. Он не мог поверить в то, что Клеменс похвалил его актёрскую игру и даже дал ему эпизодическую роль в своём фильме!

— Это действительно редкость! Клеменс всегда очень требователен... Я работаю с ним уже десять лет, и сегодня он впервые попросил меня сыграть!

Общительная Ло Вэй тут же ответила ему с улыбкой:

— Мистер Тор, неужели мистер Клеменс и правда такой серьёзный? Как любопытно...

Они мило болтали, пока молодой человек, сидевший на заднем сиденье автомобиля, смотрел вниз и нежно потирал свою изящную правую руку. Внезапно он поднял левую руку и осторожно вытер ладонь правой руки.

Он тёр её довольно долго и тщательно, прежде чем остановиться.

Ночью, приняв душ в номере отеля, Жун Сюй улёгся на большую мягкую кровать и взял в руки телефон.

Три дня назад Цинь Чэн вылетел из США во Францию, чтобы принять участие в последнем мероприятии пиар-кампании «Вестника бури». Эти двое давно не виделись, и следующая их встреча должна была состояться в Китае через два дня.

Всё это время Жун Сюй был занят продвижением «Немого», а Цинь Чэн – «Вестника бури». Они оба были слишком заняты, чтобы общаться, а из-за разных часовых поясов делать это им удавалось ещё реже.

Теперь, когда у него, наконец, появилось свободное время, Цинь Чэн написал Жун Сюю длинное сообщение, в котором рассказал о том, что произошло с ним сегодня на очередном ток-шоу. Жун Сюй посмотрел на текст на экране телефона и долго думал, прежде чем напечатать длинную строчку слов. Когда он уже собирался нажать на кнопку «отправить», он внезапно поджал губы и стёр текст.

Цинь Чэн не заметил ничего странного. В Париже сейчас было раннее утро. Этот город был не таким ярко освещенным ночью, как город S в Китае. Он стоял у окна, глядя на лёгкое мерцание реки Сена, в которой отражались огни большого города.

Поболтав с Цинь Чэном ещё какое-то время, Жун Сюй мгновение поколебался, прежде чем, наконец, решиться и отправить сообщение: «Ты… ты же знаешь про фильм, в котором я собираюсь сняться? Сегодняшнее прослушивание на роль в нём прошло успешно, и режиссёр сказал, что съёмки официально стартуют в начале следующего года».

Цинь Чэн быстро ответил: «Ну, да. Ты рассказывал, что Лю Лао порекомендовал тебя на эту роль. А в чём дело?»

Подняв правую руку и ещё раз взглянув на неё, юноша медленно скривил губы и напечатал ответ: «Когда я сегодня проходил прослушивание, я остался… расстроен».

Увидев слово «расстроен», Цинь Чэн тут же позвонил Жун Сюю и быстро спросил:

— Сяо Сюй?

По-прежнему такой же низкий и притягательный мужской голос... Очевидно, что он не сильно отличался от обычного голоса мужчины, но каким-то образом Жун Сюй расслышал в нём тревогу.

Услышав голос Цинь Чэна, Жун Сюй медленно повернулся и лёг на кровать. В этот момент он очень недовольно поджимал губы, одной рукой подпирая подбородок, а в другой держа свой телефон. Он больше не сохранял спокойствие, как делал это днём, а выглядел как девятнадцатилетний ребёнок, искренне выражающий свои расстроенные чувства.

— Цинь Чэн, он приставал ко мне.

Повисло долгое молчание.

Жун Сюй удивлённо вскинул бровь. Первоначально он думал, что сразу же после того, как он произнесёт эти слова, мужчина будет сильно возмущён и спросит, кто приставал к нему.

Однако... он услышал в ответ только тишину?!

Подождав ещё некоторое время и услышав на другом конце провода какой-то странный шум, Жун Сюй осторожно спросил:

— Цинь Чэн, что ты делаешь?

Холодный голос мужчины ответил:

— Бронирую билет на самолёт в США.

Жун Сюй удивлённо спросил:

— Что ты собираешься делать в Штатах? Разве ты не собирался лететь обратно в Китай завтра утром?

— Прилечу и начищу кому-нибудь лицо.

— Что?.. — в следующий момент Жун Сюй внезапно понял. — Подожди, только не говори, что ты собираешься избить того, кто приставал ко мне?

— Именно.

— …

Уголки губ Жун Сюя непроизвольно приподнялись, и его настроение заметно улучшилось. Он улыбнулся и спросил:

— Ты ведь даже не знаешь, о ком идёт речь. Что, если этот человек настолько статусен, что ты не можешь позволить себе ударить его? Например… Лю Лао?

Цинь Чэн:

— Лю Лао – примерный семьянин. Это известно всем в кругу.

Жун Сюй:

— Я просто провожу аналогию!

Цинь Чэн:

— Тогда я просто найду кого-нибудь другого и побью его.

Жун Сюй:

— …

Затем Жун Сюй коротко рассказал Цинь Чэну о том, что Клеменс внезапно схватил его ладонь после того, как сегодняшнее прослушивание закончилось. Услышав имя «Клеменс Холт», Цинь Чэн на мгновение замолчал, а Жун Сюй снова удивленно поинтересовался, чем он там так занят. Он не ожидал, что Цинь Чэн спокойно ответит:

— Покупаю билет. Побить этого человека я могу.

— …

http://tl.rulate.ru/book/14326/1447072/ready_new

Глава 115 (Часть 3)

На самом деле Жун Сюй не уделял этой проблеме слишком пристального внимания, однако, услышав слова Цинь Чэна, он вдруг задумался и поставил себя на его место.

Если бы, предположим, какая-нибудь женщина-режиссёр погладила ладонь Цинь Чэна, намекая на что-то большее, Жун Сюй мог бы разозлиться настолько, что захотел бы с ней разобраться.

Однако днём Жун Сюй уже отказал Клеменсу резким действием, и режиссёр, похоже, больше не собирался возвращаться к этой теме.

Люди Китая в основном консервативны по своему характеру; это прослеживается даже в индустрии развлечений. Но европейский и американский круг развлечений сильно отличаются от китайского. За свою жизнь Жун Сюй повидал слишком много голливудских режиссёров. Они не считают свою ориентацию и романы на работе постыдными, а, наоборот, относятся к этому, как к чему-то взаимовыгодному.

Жун Сюй ничего не знал о Клеменсе Холте, но после короткого дневного общения у него сложилось впечатление, что он не окончательно испорчен, как другие режиссёры. Он не должен принуждать его, если он не захочет. Например, Клеменс ночевал в том же отеле, что и Жун Сюй, но он не звонил и не стучал ему в дверь посреди ночи, как это делала та же Жэнь Шучжэнь.

Поговорив с Цинь Чэном еще немного и убедившись, что он точно не будет «покупать билет на самолёт, чтобы избить голливудского режиссёра», Жун Сюй усмехнулся, лёжа на кровати:

— Я думал, ты не захочешь, чтобы я снимался в этом фильме.

Что касается Жун Сюя, когда он представлял, что Цинь Чэн будет играть в фильме режиссёра, домогающейся его, он чувствовал себя неловко.

Но Цинь Чэн спокойно и уверенно сказал:

— Он ничего с тобой не сделает.

Жун Сюй был удивлён:

— Почему ты так уверен?

Цинь Чэн покойным тоном ответил:

— Я только что отправил мистеру Холту сообщение, в котором сказал, что слышал от знакомых о том, что его сын спал с актёром.

— Подожди… ты правда слышал об этом?

Цинь Чэн не ответил на его вопрос и тихо продолжил:

— Мистер Холт очень мне благодарен. Он сказал, что сейчас же вылетит в Вашингтон, чтобы сломать своему сыну все три ноги.

— Мне не послышалось?..

— Три ноги. – спокойно повторил Цинь Чэн.

Жун Сюй:

— …

Возможно, Клеменс Холт и раньше спал с актёрами своих фильмов, но в этой ситуации Цинь Чэн явно солгал. Жун Сюй не мог не покраснеть, осуждая его за столь бесстыдное поведение, но он всё же улыбался в этот момент, испытывая неподдельную радость.

Поболтав с ним ещё немного и попрощавшись, Жун Сюй положил трубку.

Что касается того, сможет ли бедный режиссёр Холт сохранить свои... три ноги – на то воля судьбаы.

Повесив трубку, уставший Жун Сюй выключил свет, и быстро заснул. Конечно, он не знал, что в этот момент в далёкой Франции сердитый мужчина продолжал неподвижно стоять перед огромными французскими окнами. Сделав шаг к кровати, он снова остановился.

На красивом лице Цинь Чэна не было никакого выражения, но его тонкие губы были плотно сжаты. Он не хотел доставлять своему мальчику неудобства, поэтому ему оставалось только бесстрастно опустить голову, достать свой «запасной» телефон и опубликовать новый пост в Вэйбо.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Я так рассержена! Так зла! Так сердита! Я ОЧЕНЬ ЗЛА!!! [фото]»

На фото были изображены лежащие на берегу рыбы Фугу, надувшие щёки и с негодованием смотрящие перед собой.

После публикации этого поста холодный и равнодушный мужчина сел на диван и принялся спокойно ждать ответов фанатов.

На сегодня у «Пасты из семян лотоса с апельсиновой начинкой» насчитывалось 190 тысяч подписчиков. Это было смешное число, по сравнению со 100 миллионами подписчиков Жун Сюя, однако не стоит забывать, что в этом аккаунте никогда не публиковались фотографии, новости или шутки. Весь аккаунт «Пасты» был забит признаниями Жун Сюю в любви три раза в день.

Причина, по которой у «Пасты» было так много поклонников, была связана с её громкими поступками.

Как обычно, 190.000 подписчиков должны были с любопытством поинтересоваться у своей Апельсиновой богини, что у неё стряслось, однако...

Пять минут спустя:

Репостов: 0; Комментариев: 0; Лайков: 215.

Цинь Чэн:

— ...

«Хм, подожду ещё немного. Возможно, они ещё печатают ответ…»

Десять минут спустя:

Репостов: 0; Комментарий: 1; Лайков: 714.

Цинь Чэн:

— ...

Нажав на вкладку «Комментарии», мужчина побагровел, и температура в комнате резко опустилась на три градуса.

Хо Фей Ли: «Ха-ха-ха-ха-ха, спасите! У нас тут трагедия: 700 лайков и 0 комментариев!»

«Да что происходит?!»

После трёх минут мёртвой тишины Цинь Чэн написал ещё один пост, сидя теперь с ещё более ледяным лицом.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Я действительно зла!!!»

«Дам вам ещё один шанс…»

На этот раз кто-то, наконец, ответил на его пост, обеспокоенный активностью и настроением «Пасты». Однако когда Цинь Чэн ответил на этот комментарий, он обнаружил, что и эта девушка куда-то бесследно исчезла, и теперь он снова остался наедине с собой.

Перейдя на страницу этой фанатки Жун Сюя, Цинь Чэн обнаружил, что девушка как сумасшедшая делала множество репостов в минуту.

Аромат Османтуса: «Ооооооооооо! Посмотрите на это! Руки этой девушки такие красивые! Поддержим её! // репост @Сунь_Ци:  #ЖунСюйLamour Я мечтаю о фото, подписанном Жун Сюем! Хе-хе, поэтому я размещаю это тайное фото ~ [фото]»

Август Османтуса: «Ааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа! Взгляните на эти руки! Какие белоснежные руки! // репост @Апрель: #ЖунСюйLamour Руки немного обрезаны, но я очень хочу фото с автографом Жун Жуна! _(:з 」∠)_ [фото]»

Аромат Османтуса: «Ах, ах, только посмотрите на этот маникюр! // репост @Шоу_Цань_Дан: #ЖунСюйLamour Теперь все увидят мои некрасивые руки... [фото]»

Цинь Чэн:

— …

#ЖунСюйLamour – это интерактивное мероприятие, инициированное представителями «In your heart» в Интернете. Всего три дня назад «Seven», последние часы из серии «In your heart», наконец, поступили в продажу по всему миру. Как официальный представитель «Seven», Жун Сюй объединился с «In your heart» для этого конкурса. Условия участия были просты: показать свои руки с хэштегом #ЖунСюйLamour.

В конце этого конкурса представители «In your heart» отберут пятьдесят «самых красивых рук» в зависимости от популярности опубликованных фотографий и предоставит счастливчикам фотографии, подписанные Жун Сюем и специальный подарок от «In your heart».

Но даже в этом случае пользователи сети не горели желанием репостить чужие селфи.

Ло Чжэньтао давно обнаружил, что интерактивный характер подобных конкурсов недостаточно силен, поскольку большинство людей любит «показывать себя»: делиться с друзьями своими селфи, тем, что они ели сегодня, результатами разных психологических тесов и многим другим.

Это очень распространенная психология: каждый надеется обратить внимание на себя, но не хочет обращать внимание на других.

Таким образом, этот конкурс мог побудить многих людей публиковать свои собственные селфи, потому что это будет для них отличной возможностью «показать себя». Но в то же время, если пользователи сети будут репостить чужие селфи, разве это не привлечёт к их мероприятию ещё больше людей?

Итак, Ло Чжэньтао разработал свой собственный план: среди репостов самого популярного фото-победителя будет отобрано пятьдесят счастливчиков, которые получат селфи с автографом Жун Сюя, но не смогут получить подарок от «In your heart».

Таким образом, фанаты Жун Сюя начали безумно репостить чужие фото в надежде на то, что даже если их собственные руки окажутся недостаточно красивыми и популярными, у них хотя бы будет шанс получить «утешительный приз» в конкурсе среди репостнувших.

Ло Чжэньтао очень хорошо понимал психологию пользователей сети, что быстро позволило тэгу #ЖунСюйLamour подняться на шестое место в топе дня.

Однако этот конкурс стал причиной большой трагедии: 700 лайков и 0 комментариев под свежим постом «Пасты из семян лотоса с апельсиновой начинкой»!

Вместо того, чтобы беспокоиться о том, почему их Апельсиновая богиня так внезапно рассердилась, все фанаты Жун Сюя «сражались» сейчас за его автограф. У них просто не было времени заботиться ни о «Пасте из семян лотоса с апельсиновой начинкой», ни о «Пюре с луком-пореем»!

«Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой», на которую никто не обращал внимания:

— ...

Глава 115 (Часть 4)

Цинь Чэн с холодным лицом перешёл по тэгу конкурса #ЖунСюйLamour и просмотрел самые популярные селфи. К своему удивлению, он обнаружил, что далеко не на всех фото изображены только руки... на некоторых есть и лица!

Эти фанаты делали всё возможное, чтобы заполучить фотографии с автографом Жун Сюя. На всех фотографиях юные леди мило улыбались, слегка касаясь белоснежными руками лица.

Публиковать только красивую изящную руку? Недостаточно!

Если это позволит им попасть в список пятидесяти победителей, эти девушки будут готовы пойти на всё и нарушить любые правила!

Видя столь бесстыдное поведение, Цинь Чэн медленно нахмурился. Теперь, когда этот конкурс становился всё более популярным (а стартовал он три дня назад), самые популярные фотографии уже успели собрать более 25.000 репостов. И когда он зашёл на главную страницу официального фан-аккаунта Жун Сюя и увидел их последний  пост…

Жуй Кофе: «Ах, ах, ах, спасибо за вашу поддержку! Я слышала, что главный победитель сможет поужинать с Жун Жуном. QAQ!!! Спасибо за поддержку! Прошу вас, наберем ещё больше репостов, лайков и комментариев! Я правда очень хочу поужинать с Жун Жуном! #ЖунСюйLamour»

Спокойно прочитав этот пост, мужчина медленно подошёл к французскому окну и поднял свою левую руку на свет.

С лёгким «щелчком» затвора «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой», не медля ни секунды, опубликовала новый пост.

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «#ЖунСюйLamour! Жду ваших репостов, комментариев и лайков! [фото]»

На этой фотографии была изображена длинная тонкая изящная рука. В номере отеля было слишком темно. Эта рука очень естественно повисла в воздухе перед чистым дорогим окном от пола до потолка. Ногти, полные и округлые, коротко подстрижены, а суставы пальцев слегка приподняты.

Между указательным и средним пальцами левой руки мерцало слабое сияние. Неоновые огни города создавали вокруг изящных пальцев очаровательный ореол, что делало руку на фотографии очень размытой.

С первого взгляда на это фото вы подумаете, что эта рука довольно красива. Однако если вы присмотритесь, то обнаружите, что эта фотография слишком размыта, и на нее, похоже, наложен фильтр «размытие» или «мозаика». Тем не менее, даже на таком размытом фото можно было разглядеть грубые очертания руки, от которой даже через экран ощущалось холодное равнодушие её обладателя.

Это, несомненно, была очень красивая рука, однако… она определенно принадлежала мужчине!

Всего полчаса назад «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» переживала настоящую трагедию: её последний пост собрал всего 700 лайков и 0 комментариев. Однако уже через полчаса она опубликовала в Вэйбо новый пост, под которым всего за минуту (!) набралось более 100 репостов и 150 комментариев!

«Я в восторге! Какая красивая рука! Руки моей Апельсиновой богини такие красивые!!!^-^»

«Ох, ох, ох! Вы только взгляните на это! Глядя на свои маленькие толстые ручки, я медленно перевожу взгляд на руку Апельсинки и, о боже! _(:з」∠)_ Мне правда хочется лизнуть экран! Что за очаровательная рука?!»

«Я в шоке! Хотя фото довольно размытое, я отчётливо вижу, что это вовсе не женская рука! Я ведь права? Это мужская рука?!» — первый «глазастый» подписчик не заставил себя долго ждать.

За ним последовал и второй:

«Ааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааах! Наша Апельсиновая богиня стояла перед окном во время съёмки этого фото, и её фигура отразилась в стекле! ЭТО ПРАВДА МУЖЧИНА! Такой высокий, стройный, такой красивый! Нет, только не говорите мне, что моя Апельсиновая богиня – мужчина... Мой мир просто рухнул! Однако… как только я переварила эту информацию, я подумала... Какой же наш Апельсиновый бог всё-таки эмоциональный, а?! ~\(≧▽≦)/~ Ла-ла-ла!»

Всё больше и больше пользователей сети замечали размытое отражение мужской фигуры на фотографии, но они не могли разглядеть ни его лица, ни его одежды. Только едва заметный силуэт с короткими волосами, одетый во что-то вроде гостиничного халата, с телефоном в руке.

Сколько бы фильтров не было наложено на это фото, многие подписчики «Пасты» ясно понимали по силуэту в отражении: «этот человек очень красив»; хотя были и такие, кто не замечал силуэта на фото и пролистывали ленту мимо этой «некрасивой размытой руки».

Через минуту пользователь с ником «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» удалил этот пост и разместил новое фото.

На этот раз фотография была сделана на фоне белоснежного ковра. Теперь уже всем было очевидно, что он применил к фото эффект профессионального размытия. Рука была максимально нечёткой и покрытой очень даже заметной «мозаикой».

Все подписчики «Пасты»:

— ...

«Не притворяйся дурачком! Апельсинка, перестань! Мы только что видели твоё фото! Ты – мужчина!!!»

Подписчики «Пасты» моментально активировали «режим сплетников». На протяжении десяти минут они обсуждали под этим фото то, что «Паста» – это мужчина.

Однако внезапно для них этот «мужчина» спокойно ответил им в комментариях:

«Это мой парень. Разве по правилам конкурса мне запрещено публиковать фотографию своего парня?»

Его подписчики продолжали пребывать в ступоре:

— ...

«Почему я должна есть собачий корм Апельсиновой богини, когда она участвует в конкурсе?»

«Слишком холодный собачий корм! Я объявляю минуту молчания. Прошу не обращать на меня внимания: я просто хочу помолчать».

«Итак, значит мужчина на этом фото – тот самый «Паста из семян лотоса»? Вау, а он действительно красив! Хоть я и вижу одну только тень, я уверена, что он красив! Я вдруг поняла, почему наша Апельсиновая богиня каждый день признаётся ему в любви: если бы у меня был такой красивый парень, я бы каждый день выходила с ним на улицу и стремилась рассказать всему миру о том, какой он у меня красивый! 23333»

Многие подписчики «Пасты из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» постепенно поверили в то, что мужская тень на этом фото действительно может принадлежать «Пасте из семян лотоса», с которым встречается их «Апельсиновая богиня».

Все подписчики «Апельсинки» давно знали, что у неё есть парень, от которого она без ума. Они давно гадали, кто же это может быть, а сегодня им выпала возможность увидеть его силуэт и руку…

За ночь селфи «Пасты из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» набрало более 6.000 репостов.

Бесчисленные пользователи сети продолжали обсуждать «таинственную тень мужчины»,  однако автор фотографии удалил её слишком быстро, поэтому большинство его подписчиков не успели её увидеть. Среди комментаторов было несколько поклонниц Цинь Чэна, которые смеялись и писали: «Молодой человек Апельсинки такой красивый! Даже глядя на его размытую тень, я чувствую, что он божественно красив! Настоящий бог… прямо как мой бог Цинь, ха-ха-ха-ха!»

Ну… он, и правда, такой же красивый, как Цинь Чэн…

***

Рано утром Жун Сюй проснулся, собрал свои вещи, и мистер Тор отвез их с Ло Вэй в аэропорт.

По прибытии в аэропорт они быстро вошли в VIP-зал ожидания, где прошли регистрацию.

До взлёта оставалось целых два часа, поэтому Жун Сюй достал ноутбук, включил песню Линь Сюаня, надел наушники и принялся слушать.

Это была одна из тех песен, которые он должен был спеть вместе с Линь Сюанем на его концерте. Через два дня он поедет в город S на репетицию концерта.

Когда Жун Сюй слушал эту песню по третьему кругу, он внезапно услышал удивленный возглас Ло Вэй и снял наушники, чтобы посмотреть на неё.

Девушка слегка кивнула и небрежно объяснила:

— Я не ожидала, что «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» тоже будет участвовать в Вашем конкурсе. Сяо Сюй, у её парня такие красивые руки... Мужская рука на фотографии, конечно, ужасно размытая и отретушированная, но сейчас количество репостов под ней перевалило за 8 тысяч, так что, возможно, ей даже удастся попасть в первую десятку!

Жун Сюй скривил губы, встал с дивана и подошёл к Ло Вэй:

— Мужская рука, говоришь? Дай-ка мне взглянуть…

https://tl.rulate.ru/book/14326/1453729/ready_new

Глава 116 (Часть 1)

Ло Вэй быстро протянула Жун Сюю свой телефон, и он принялся внимательно разглядывать эту загадочную фотографию.

Свет на этом фото был очень тусклый; оно явно было сделано в комнате на фоне белоснежного шерстяного ковра.

Фотография была очень размытой, с добавлением нескольких слоёв эффекта «мозаики». Жун Сюй не мог не рассмеяться, когда увидел это фото. Он поднял голову, взглянув на Ло Вэй, и спросил:

— Помнится мне, для этого конкурса нужно сфотографировать свою руку, верно? Неважно, что она решила выложить руку своего парня – почему она выложила её в ТАКОМ качестве?

При этих словах тон Жун Сюя был очень небрежным, как будто он относился к «Пасте из семян лотоса с апельсиновой начинкой» как к другу.

На самом деле знаменитости – обычные люди. Их работа, конечно, отличается от работы других людей, и им нужно постоянно быть на виду. Однако знаменитости часто общаются со своими поклонниками и не считают себя выше других.

Ло Вэй уже была хорошо знакома с этой «фанаткой». Она кивнула:

— На самом деле, она не нарушила правил, но, Сяо Сюй, больше никто не посмел ретушировать свои фото так, как она. Я уверена, что никто не стал бы репостить это фото, не будь она «Пастой из семян лотоса».

Они поболтали ещё немного, и вскоре Ло Вэй потянулась за своим телефоном.

Однако, когда она уже забрала телефон, Жун Сюй снова вскользь посмотрел на фотографию и внезапно остановил девушку:

— Подожди минутку.

Ло Вэй была ошеломлена. Под ярким светом ламп красивый юноша слегка нахмурился и снова принялся внимательно вглядываться в фотографию.

Жун Сюй протянул руку, и Ло Вэй снова передала ему свой телефон. Он опустил голову, спокойно посмотрел на фотографию и спустя пару минут вернул Ло Вэй её телефон.

В замешательстве вскинув бровь, девушка с любопытством спросила:

— Сяо Сюй, на что Вы так смотрели?

Ответа не последовало.

— Сяо Сюй? — снова спросила Ло Вэй.

На этот раз Жун Сюй мягко скривил уголки губ и посмотрел на неё с улыбкой:

— Эта фотография показалась мне немного странной, поэтому я решил взглянуть на неё ещё разок.

Ло Вэй улыбнулась:

— Не думайте об этом слишком много. Она просто применила слишком много фильтра. Увидев это фото в первый раз, я не сразу разглядела на нём руку.

На этот раз Жун Сюй не ответил, но перевёл разговор на другую тему.

Они всё ещё ждали вылета в аэропорту. Вскоре каждый из них занялся своим делом. Ло Вэй принялась обсуждать с модераторами фан-сообщества будущие планы по поддержке Жун Сюя и мероприятие «In your heart».

Жун Сюй же, вернувшись к своему ноутбуку, быстро надел наушники и молча уставился в монитор.

Ло Вэй не поднимала головы, переписываясь с фанатами, поэтому не заметила странностей в поведении Жун Сюя.

В глазах юноши читалось очень странное и сложное выражение, пока он задумчиво смотрел в одну точку. После долгого колебания он достал свой мобильный телефон и нажал на кнопку «Подписки» в своём Вэйбо.

В этом разделе было только три его фаната: двое – организаторы последнего мероприятия по поддержке «Немого» , а третий, естественно, – «Паста из семян лотоса с Апельсиновая начинкой».

Перейдя на страницу «Пасты» и снова посмотрев на её последнюю опубликованную фотографию, юноша чуть сузил глаза и стал разглядывать её. Спустя пять минут он, наконец, отвёл взгляд.

Убрав телефон обратно в карман, Жун Сюй продолжил слушать песни Линь Сюаня. Однако, слушая песни, он не переставал поджимать губы и хмуриться, как будто думал о чём-то, но был не в силах найти ответ на свои вопросы.

Через час они сели на самолёт и направились в страну, расположенную на другом конце океана.

Безустанно продвигая фильмы, Жун Сюй и Ло Вэй очень устали. Последняя уже крепко спала, но ресницы на закрытых глазах Жун Сюя то и дело трепетали. Когда стюардесса проходила мимо него, он поднял руку и – без намёка на сонливость – попросил у девушки стакан воды.

— Паста из семян лотоса... с апельсиновой начинкой?.. — тихо произнёс он знакомое имя.

После долгих размышлений и попыток вспомнить, Жун Сюй, наконец, вздохнул, отбросив все свои сомнения, и постепенно заснул.

Когда они с Ло Вэй сидели в зале ожидания, Жун Сюй сказал, что считает эту фотографию странной. Ло Вэй подумала, что всё дело в эффекте «мозаики» на фотографии, но это было не так. Жун Сюй почувствовал, что... это фото кажется ему по-странному знакомым.

Когда он впервые его увидел, оно его не заинтересовало, однако через пару минут это фото стало казаться Жун Сюю необъяснимо знакомым.

Очевидно, ему не было отчётливо видно руки мужчины на фотографии, но, возможно, ему показалась знакомым её положение – пять небрежно разведённых пальцев. Чувство чего-то знакомого и близкого никак не покидало Жун Сюя, но чем больше он думал об этом, тем труднее ему было найти  этому объяснение.

Конечно же, Жун Сюй не знал, что за время их двадцатичасового перелёта в Китай под последним постом «Пасты» в Вэйбо набралось огромное количество интересных комментариев…

***

После того, как прошлой ночью «Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» облажалась, случайно запечатлев на фото своё отражение в зеркале, она быстро его удалила. Однако некоторые подписчики всё же успели сохранить его. Отрегулировав яркость и контрастность фотографии, они стали пытаться разглядеть человека в отражении.

Когда настоящая «Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» прибыла в аэропорт и включила свой телефон, она получила сотни уведомлений о новых комментариях.

«QAQ Хотя лица нашего героя на фото «Великого Бога» не видно, я уверена, что он невероятно красив! Как же я хочу его увидеть!»

«Почему его лицо скрыто за вспышкой?:( Оххх, как же мне хочется увидеть парня нашей Апельсиновой богини _(:з」∠)_»

«Эй, эй, перестаньте фантазировать! Может быть, он вовсе не красавец?! Разве мало на свете людей, красивых только со спины? Увидишь такого подтянутого атлета на улице, влюбишься в него, а когда он повернётся к тебе лицом – расстроишься… В общем, давайте держать в голове мысль, что парень нашей Апельсинки... кхм, кхм, кхм (простите за то, что я сейчас скажу) некрасивый!!!»

Шагая по просторному аэропорту, красивый мужчина неожиданно остановился и с удивлением посмотрел на фотографии, прикреплённые к одному из комментариев под постом «Пасты».

Сюй Цзинь повернул голову, чтобы посмотреть на него:

— Цинь Чэн?

Поджав свои тонкие губы, Цинь Чэн задумчиво зашагал дальше, начав писать сообщение этому «Великому богу».

Девушка под никнеймом «Великий бог» была самым обычным пользователем сети, но её подруге посчастливилось вовремя сохранить первое фото, опубликованное вчера «Пастой», а сама она отлично владела фотошопом, поэтому все с большим любопытством ждали обработанной ею фотографии.

Когда «Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» связалась с ней и довольно резко попросила её прекратить распространять фото её парня, девушка ответила, что ей очень жаль, и принялась извиняться. Она сказала, что никогда больше не будет нарушать конфиденциальность «Пасты из семян лотоса с апельсиновой начинкой» и немедленно свяжется со своими друзьями и попросит их удалить эту фотографию.

После этого Цинь Чэн спокойно посмотрел на экран своего телефона и перешёл в раздел «Личные сообщения» в Вэйбо. Открыв переписку с модератором фан-форума Жун Сюя, которая недавно общалась с ним, он прямо попросил её о простом одолжении: «пусть ваши подписчики  перестанут распространять эту фотографию».

Модератор какое-то время не отвечала на личное сообщение «Пасты», но вскоре вспомнила о событиях прошлой ночи и поспешила заверить «Пасту», что обязательно попросит подписчиков своего форума не распространять указанную фотографию.

Таким образом, Цинь Чэн добился того, что, если личное фото парня «Пасты» появится на фан-форуме Жун Сюя, модераторы немедленно удалят его.

Эти меры не могли заставить всех пользователей сети удалить фотографию Цинь Чэна, но они могли предотвратить её дальнейшее распространение по форумам и пабликам.

В конце концов, «Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой» была не звездой, а обычным поклонником Жун Сюя. Многие фанаты слышали, что «Паста» была очень обеспокоена распространением в сети её фотографии, но не особо задумывались над причинами такого поведения.

Итак, через 20 часов, когда Жун Сюй приземлился в Китае, разоблачающая фотография успела исчезнуть из Вэйбо и всех возможных форумов…

*Если разобрать словосочетание «Паста из семян лотоса (莲蓉) с Апельсиновой начинкой (橙子馅)» по иероглифам, то мы узнаем, что слово Паста = Жун (蓉), а слово Апельсиновая = Чэн (橙) ;)

Эта мысль никак не даёт мне покоя – как он может так долго не палиться? :D

Глава 116 (Часть 2)

Ло Чжэньтао приехал в аэропорт, чтобы лично встретить Жун Сюя и Ло Вэй. Сев в машину, Ло Вэй рассказала Ло Чжэньтао о маршруте Жун Сюя. Выслушав её, Ло Чжэньтао попросил Жун Сюя подготовиться и сообщил, что через три дня он отправится в Город S на репетицию предстоящего концерта.

— Концерт Линь Сюаня посетит 30 тысяч фанатов! Сяо Сюй, Вы впервые будете выступать на такой сцене. Возможно, Вы немного нервничаете. Попробуйте пообщаться с Линь Сюанем на репетиции и попросить его дать Вам пару ценных советов. Вам должно полегчать.

Красивый юноша молча смотрел в свой телефон, никак не отреагировав.

Ло Чжэньтао спросил:

— Сяо Сюй?

С участившимся сердцебиением Жун Сюй резко выключил телефон, поднял голову и улыбнулся:

— Брат Ло, я  всё понял.

Ло Чжэньтао всё ещё был немного обеспокоен предстоящим концертом, поэтому продолжил:

— Я поеду с вами в город S. В конце концов, это первое выступление Сяо Сюя на концерте. Даже если в будущем Вы не выберете карьеру певца, мы должны воспользоваться этим шансом. Я знаком с агентом Линь Сюаня, мы пару раз обедали вместе, так что, когда мы приедем в город S...

Картинки мелькали в голове Жун Сюя, пока он спокойно слушал Ло Чжэньтао. В конце он беспомощно улыбнулся и спросил:

— Брат Ло, Вы нервничаете?

Ло Чжэньтао был ошеломлён:

— А?..

Улыбка на губах юноши стала еще шире:

— Не нервничайте: это всего лишь концерт. Мне нужно спеть всего три песни. Линь Сюань опытен, так что проблем не будет.

Ло Чжэньтао заколебался, но Жун Сюй спокойно улыбнулся.

Переводя взгляд с лица одного мужчины на другого, Ло Вэй внезапно усмехнулась:

— Сяо Сюй, брат Ло, вы напомнили мне одну поговорку...

Жун Сюй вскинул бровь:

— Какую?

Ло Вэй выпалила, даже не подумав:

— «Император никуда не торопится – торопится евну*»… — голос девушки внезапно оборвался.

Ло Вэй, наконец, поняла, что сказала.

Рот Ло Чжэньтао дёрнулся:

— Ло Вэй!

Мольбы Ло Вэй о пощаде эхом отозвались в машине.

Глядя на этих двоих – сердитого и извиняющуюся, – Жун Сюй невольно расплылся в нежной улыбке.

Они с Ло Чжэньтао были знакомы чуть больше года. Раньше Ло Чжэньтао был обычным агентом «ХуаСя Энтертейнмент» второго уровня, но теперь дорос до агента первого уровня.

Ло Чжэньтао никогда не был глупцом. Теперь, когда у него появилось больше ресурсов, он стал широко использовать свои личные связи. Он не только находил множество хороших ресурсов для продвижения  Жун Сюя, но и помогал нескольким другим звёздам под своим крылом подыскивать хорошие сценарии.

Год назад единственная звезда первой линии, подчинявшаяся Ло Чжэньтао, покинула «ХуаСя Энтертейнмент», что сильно ударило по его карьере; тогда он стал агентом Жун Сюя, из-за чего его положение в кругу стало ещё выше. Теперь под его крылом работало ещё три-четыре мелких артиста, которые неуклонно поднимались наверх – от второй линии к первой.

Можно было сказать, что Ло Чжэньтао за это время сильно поднялся и сейчас был на своём пике.

Точно так же и Жун Сюй сейчас находился на этапе своего стремительного восхождения. «Затерянный город» по-прежнему показывали в кинотеатрах; его совокупные кассовые сборы уже перевалили за 6,9 миллиарда долларов. «Немой» должен был выйти в прокат через четыре дня и принести Жун Сюю немаловажную номинацию на кинопремии.

Жун Сюй шагал вперёд очень уверенно, но это не значило, что Ло Чжэньтао не волновался за него. Грядущее мероприятие должно было стать первым выступлением Жун Сюя на концерте, да ещё и сразу на концерте перед 30 тысячами зрителей!

Даже если эти фанаты придут туда не ради Жун Сюя, если Жун Сюй допустит во время выступления ошибку, это станет для него тяжёлым ударом.

Как Ло Чжэньтао может не беспокоиться? Как может не волноваться? Да он волновался настолько, что даже решился лично сопровождать Жун Сюя в его поездке в город S.

Из-за его излишнего волнения за Жун Сюя Ло Вэй и пришла на ум поговорка «Император никуда не торопится, торопится евнух».

Прислушиваясь к голосам Ло Чжэньтао и Ло Вэй, молодой человек медленно повернул голову и посмотрел через окно на высокие небоскрёбы. Слегка скривив губы, он думал о вещах многолетней давности…

В своей прошлой жизни Жун Сюй давал концерты, причём не один раз.

Перед своим первым выступлением он, как и Ло Чжэньтао сейчас, тоже нервничал и боялся допустить какую-нибудь ошибку. Его первый концерт тогда закончился головокружительным успехом. Жун Сюй на всю жизнь запомнил момент, когда он стоял на сцене и видел, как 10 тысяч фанатов размахивают фонариками и выкрикивают его имя. В то мгновение у него буквально закипела кровь от переполнившего его чувства душевного подъёма.

В тот вечер он так нервничал, что чуть не перепутал куплеты. К счастью, наушники помогли ему быстро исправиться, иначе зрители бы ещё долго над ним подшучивали.

Но всё это произошло много лет назад…

Автомобиль медленно остановился на подземной парковке. На этот раз Жун Сюй отсутствовал в городе целый месяц, так что привёз с собой много чемоданов. Ло Вэй хотела помочь ему поднять их наверх, но неожиданно для неё Ло Чжэньтао остановил её сразу, как только она взяла чемодан.

Ло Чжэньтао повернул голову к Жун Сюю и тихо спросил:

— Сяо Сюй, Вы... один?

Жун Сюй сразу понял, что он имеет в виду. Он повернул голову и посмотрел на Ло Вэй глубоким взглядом, встретив её пустой отсутствующий взгляд: девушка не понимала ни слова из того, что сказал только что Ло Чжэньтао.

Он улыбнулся и покачал головой:

— Судя по времени, должен быть не один.

Ло Чжэньтао сразу понял:

— Я помогу Вам подняться. Ло Вэй, жди меня внизу. Я скоро спущусь.

Ло Вэй хотела было что-то сказать, но Ло Чжэньтао уже вошёл в лифт с чемоданом.

Через пять минут Ло Чжэньтао спустился и отвёз Ло Вэй домой.

Сидя в машине, юная помощница, которую так долго держали в неведении, не могла не полюбопытствовать:

— Брат Ло, о чём Вы, чёрт возьми, говорили? В смысле «Сяо Сюй не один»? Неужели у него... есть какой-то маленький секрет, о котором я не знаю?..

Ло Чжэньтао вскинул бровь, одарил девушку нежным взглядом и коротко сказал:

— Это личное дело Сяо Сюя. Тебя это не должно волновать.

Ло Вэй немедленно расширила глаза:

— Я его помощница! Я должна заботиться о его повседневной жизни. Если мне что-то о нём не известно, конечно, я буду беспокоиться!

Ло Чжэньтао слегка кивнул:

— О! Император никуда не торопится…

Ло Вэй:

— ...

«Какой он злопамятный!!!»

На самом деле, поднявшись наверх, Ло Чжэньтао не застал там Цинь Чэна. Пустая квартира была залита полуденным солнцем. После того, как Ло Чжэньтао помог Жун Сюю занести чемоданы, он сразу вышел из квартиры, думая про себя: «Неужели Цинь Чэн до сих пор не вернулся из-за границы?»

Конечно, Ло Чжэньтао не заметил закрытой двери одной из спален.

Сразу после того, как Жун Сюй попрощался с Ло Чжэньтао, он на цыпочках переобулся в тапочки и осторожно подкрался к двери Цинь Чэна. Легонько открыв скрипучую дверь, он медленно вошёл внутрь в ярко освещённую комнату.

В комнате Цинь Чэна было так же холодно, каким был его внешний вид.

Чёрно-белые тона и обтекаемые линии придавали этой комнате атмосферу постмодернизма. Мебели в комнате почти не было, если не считать двух стальных торшеров и большой кровати.

На этой самой кровати и спал сейчас мужчина, слегка укрывшись тёмно-серым одеялом.

Жун Сюй впервые видел Цинь Чэна спящим.

Раньше, каждый раз, когда они делили вместе одну кровать – и когда они ещё не признались друг другу в своих чувствах, и когда уже начали встречаться – Цинь Чэн всегда просыпался первым и даже успевал приготовить ему завтрак.

Осторожно подойдя к кровати на цыпочках, Жун Сюй ухмыльнулся и игриво протянул вперёд руку, готовый ущипнуть мужчину за нос.

Однако когда он подошёл к кровати достаточно близко, Жун Сюй обнаружил, что мужчина натянул одеяло выше носа: видны были только его красивые узкие глаза.

Когда Цинь Чэн спал, от него не ощущалось той привычной ауры холодного равнодушия и внушительности.

Молодой человек аккуратно лёг на кровать, подумал немного и, наконец, всё же решился стянуть с Цинь Чэна одеяло, чтобы ущипнуть его за нос.

Движения Жун Сюя были очень лёгкими; такими легкими, что не слышно было даже шелеста одеяла. В комнате был слышен только звук ровного дыхания спящего Цинь Чэна.

* Император никуда не торопится – торопится евнух.

1. Есть история о том, что когда некий император уединялся в покоях со своей наложницей, за дверью оставались евнухи во главе со своим предводителем, которые подслушивали на протяжении всего процесса и в конце, предчувствуя финал, торопили императора криком: «Пора!». Если император не спешил заканчивать, они снова кричали в унисон. На третий раз император подчинялся, устав от их криков.

2. В династии Цин существовала похожая «традиция»: если император проводил в постели с наложницей больше получаса, евнух несколько раз кричал ему «Пора!», после чего, не получив ответа, вбегал в покои и уносил наложницу прямо в простынях. Отсюда и пошла поговорка «Император никуда не торопится, торопится евнух».

Глава 116 (Часть 3)

Длинные брови, узкие выразительные глаза… Трепещущие ресницы Цинь Чэна дрогнули, когда Жун Сюй потянул одеяло вниз. Любуясь спящим мужчиной, он отметил для себя, что тот очень хорош, когда лишён своей привычной «властной ауры».

Жун Сюй мягко потянул одеяло вниз, и его взору открылась красивая высокая переносица. Не в силах больше держать себя в руках, он тут же подался вперёд, чтобы ущипнуть мужчину за нос.

Он задумался: что будет, если зажать спящему человеку нос?

Конечно же, он тут же попытается сделать вдох.

Уже предвкушая недоумевающее лицо Цинь Чэна, когда тот проснётся, Жун Сюй расплылся в улыбке и принялся терпеливо ждать. Как вдруг!

Жун Сюй внезапно почувствовал, что его левую руку кто-то потянул. Расширив глаза от удивления, он хотел было посмотреть на «спящего» Цинь Чэна, но тот уже с силой затянул его на кровать и принялся целовать.

— Э-э… Цинь... Эмм...

Ловкий язык Цинь Чэна быстро разжал зубы Жун Сюя, который не по своей воле сидел сейчас на нём верхом.

Мужчина отчаянно облизывал его губы, и от удовольствия Жун Сюй тихо постанывал. Из-за лёгкой нехватки кислорода это удовольствие только усиливалось. Жун Сюй поцеловал Цинь Чэна в ответ, чувствуя приятное головокружение.

Он продолжал тяжело дышать даже после того, как Цинь Чэн отпустил его, и у него ушло много времени на то, чтобы отдышаться.

Опустив голову и взглянув на Цинь Чэна, он спросил:

— Как давно ты проснулся?

Сам Жун Сюй этого не замечал, но в его голосе появились соблазнительные нотки. Такой очаровательный голос в сочетании с его влажными глазами и красными опухшими губами не могли оставить Цинь Чэна равнодушным: он слегка сузил глаза и прикусил губу. Пытаясь подавить в себе непреодолимое желание сейчас же прижать Жун Сюя к постели, он спокойно ответил:

— Когда ты открыл дверь.

Жун Сюй выглядел удивлённым:

— Открыл дверь твоей комнаты или входную дверь?..

Цинь Чэн скривил губы:

— Я слышал голос Ло Чжэньтао.

Жун Сюй:

— …

Пару секунд спустя он беззвучно ударил Цинь Чэна кулаком по груди, но его кулак угодил в мягкое одеяло.

Юноша недовольно поджал губы и возмущённо спросил:

— Ты знал, что я вернулся, но посмел притворяться спящим? Вернувшись домой, я изо всех сил старался не шуметь, зная, что ты должен спать, устав от смены часовых поясов... Но ты всё равно проснулся!

Услышав это, Цинь Чэн слегка вскинул бровь и равнодушно спросил:

— Итак, ты старался не шуметь… Ты хотел прокрасться к моему одеялу и зажать мне нос рукой... чтобы я не мог дышать?

Тихо фыркнув, Жун Сюй развернулся и встал с постели, не обращая на Цинь Чэна внимания. Но едва он оторвался от одеяла, как его снова легонько потянули за правую руку. Оглянувшись на этот раз, Жун Сюй взял инициативу на себя. Навалившись на Цинь Чэна сверху, он принялся отчаянно его целовать.

Горячее дыхание вскружило мужчинам головы. По комнате изредка разносились причмокивающие звуки.

Юркнув под одеяло, Жун Сюй крепко обнял мужчину и продолжил страстный поцелуй.

Они не виделись больше месяца, и всё это время общались только по телефону.

Один месяц – не так уж и много, но не для этих двоих.

Одежда упала на пол – непонятно, кто из них начал раздеваться первым. Продолжая целоваться под одеялом, разгорячённые мужчины уже были готовы перейти к главной части вечера, как вдруг!..

*Брр!*

Бурные движения под одеялом внезапно прекратились.

Цинь Чэн:

— ...

Жун Сюй:

— …

Спустя пару секунд раздался запыхавшийся голос Цинь Чэна:

— У тебя в животе урчит, Сяо Сюй.

Жун Сюй:

— Это твой живот...

Цинь Чэн невозмутимо возразил:

— Я ел в самолете.

Жун Сюй праведно сказал:

— Но я тоже ел в самолете.

— ...

— …

Пока они в недоумении молчали, в тишине снова раздался урчащий звук…

*Брр!*

Жун Сюй настаивал:

— Слушай, это явно твой живот урчит!

Впервые за всё это время Жун Сюй видел Цинь Чэна таким смущённым:

— …

Но вскоре после этого заурчал его собственный желудок:

*Брр!*

На этот раз настала очередь Жун Сюя смущаться:

— ...

Независимо от того, насколько сильна была их похоть, голод оказался сильнее. Быстро натянув пижамы , мужчины вместе отправились на кухню. На полпути на кухню Цинь Чэн остановился и с удивлением вытаращился на Жун Сюя.

В тускло освещённом коридоре красивое и невинное лицо мужчины напоминало безупречную скульптуру. Его глубокие глаза сверкали странным светом. После долгого молчания Цинь Чэн, наконец, схватил изящную руку Жун Сюя и серьёзно сказал:

— Кажется… вчера мне звонила мама и сказала, что… сегодня она будет в Городе В по работе.

Жун Сюй:

— !!! — сглотнув, он тяжело кивнул головой и ответил. — К счастью, мы не успели начать...

В противном случае миссис Цинь застукала бы их в постели!

Жун Сюй добавил:

— Мне нужно срочно купить квартиру!

Цинь Чэн кивнул, выглядя крайне серьёзным.

Если бы тётя Цинь действительно застала их за подобным занятием... Быстро выбросив из головы эти кошмарные мысли, мужчины оделись поприличнее и отправились на кухню, ожидая визита тёти Цинь.

Однако даже после того, как они накрыли на стол, тётя Цинь так и не пришла. Жун Сюй с удивлением посмотрел на Цинь Чэна, который в недоумении смотрел на него, вскинув свои красивые брови.

Спустя очень долгое время Жун Сюй всё-таки решился позвонить тёте Цинь. Как только гудки прекратились, он услышал счастливый женский голос на другом конце провода:

— Моё сердце и душа, Жун Жун, ты в самом деле позвонил своей Тётушке?! Тётушка так счастлива!.. Ах, что? Приехать к Цинь Чэну домой?.. Нет, мой дорогой, тётя была в Городе В проездом по работе, вечером я уже вернулась домой... Эй, мой дорогой, так ты тоже уже вернулся?! Ах, если бы я знала, я бы обязательно задержалась в городе подольше и заскочила к вам в гости!..

Жун Сюй:

— …

Хотя Жун Сюй был рад тому, что тётя Цинь не приедет, и сегодня квартира будет принадлежать только им двоим, он всё же чувствовал небольшое сожаление после этого разговора.

Ужин был съеден только наполовину, когда мужчины снова принялись целоваться. Усевшись Цинь Чэну на колени, Жун Сюй наклонился и нежно поцеловал его.

В столовой царила романтическая атмосфера; по всей квартире – от столовой и до спальни – была разбросана мужская одежда.

Дверь спальни Цинь Чэна была плотно закрыта, не давая неоднозначным звукам и страстным стонам до безумия соскучившихся друг по другу мужчин вырваться за пределы квартиры...

Глава 116 (Часть 4)

Хотя Жун Сюй и стал гораздо более опытным в этом вопросе, всё же можно было сказать, что прошлой ночью у него был только третий раз. У него было крепкое здоровье, но из-за того, что сразу после долгого путешествия он с головой окунулся в столь ожесточённый секс, он проспал до полудня следующего дня и, даже проснувшись, чувствовал дикую слабость.

Встав с кровати, Жун Сюй нежно потёр ноющую талию, медленно дошёл до своей спальни, вошёл в ванную и принялся чистить зубы. Выдавливая зубную пасту на щётку, он подумал про себя:

«Надо положить свою зубную щётку в ванной комнате Цинь Чэна, иначе мне будет сложно ходить по утрам до своей спальни…»

Почистив зубы и умывшись, Жун Сюй вышел в коридор и огляделся: вскоре он услышал звук готовящейся еды на кухне.

Надев свою белоснежную пижаму, Жун Сюй осторожно схватился за талию и поковылял в сторону кухни. Однако когда он увидел мужчину на кухне, слова «Цинь Чэн» так и застряли у него в горле.

Яркое полуденное солнце проникало сквозь большие чистые окна в просторную кухню.

Высокий элегантный мужчина в чёрной шёлковой пижаме стоял у плиты, равнодушно опустив глаза, и с серьёзным видом... готовил. Держа в правой руке лопатку, он зачерпнул ложкой в левой руке немного соли и добавил её в сковороду.

К большому сожалению поклонниц Цинь Чэна, они и представить себе не могли, как он выглядел, когда готовил...

Да, даже Цинь Чэн во время готовки выглядел как обычный человек. Его лоб был покрыт потом от жары на кухне, а на тыльной стороне его левой руки виднелись красные пятнышки – должно быть, обжёгся маслом во время готовки.

Стоя на кухне в домашней пижаме с подвёрнутыми манжетами, Цинь Чэн с серьёзным видом готовил овощи.

Улыбка в уголках губ Жун Сюя стала шире, и по всему его телу разлилось тепло. Жун Сюй не мог точно описать это чувство, но глядя сейчас на мужчину, готовящего для него завтрак... он внезапно почувствовал, что жить такой обычной жизнью – поистине здорово.

В это мгновение он был просто Жун Сюем, а мужчина в чёрной пижаме – просто Цинь Чэном...

Всего лишь обычная пара – два влюблённых человека, которые вместе готовят еду, смотрят фильмы и звонят друг другу перед сном.

Через пару минут Цинь Чэн переложил омлет со сковороды на тарелку и, обернувшись, увидел Жун Сюя. Молодой человек стоял у входа на кухню, опёршись о дверной косяк по диагонали, и, склонив голову, наблюдал за ним с лёгкой улыбкой.

Цинь Чэн не знал, как долго Жун Сюй наблюдал за ним, но, взглянув в эти тёплые глаза, он тут же отбросил раскалённую лопатку в раковину и с лёгкой ухмылкой сказал:

— Я думаю, Сяо Сюй... ты хочешь кое-что сделать.

Жун Сюй изящно вскинул бровь:

— Что?

Мужчина спокойно ответил:

— Ты хочешь поцеловать меня.

Жун Сюй:

— …

В следующий момент он развернулся и вышел прочь, бросив вслед фразу:

— Бесстыжий наглец!

Но не успел он сделать и пару шагов, как Цинь Чэн догнал его и обнял сзади. Мягкий поцелуй коснулся его губ, заставив Жун Сюя широко раскрыть глаза от удивления. Его ресницы затрепетали, и, отдышавшись, он сладко пробормотал:

— Мистер Цинь, что на Вас нашло?

На серьёзном лице мужчины не было никакого выражения, но в его тёмных глазах читалась слабая улыбка, когда он спокойно отвечал:

— Ты не хотел меня целовать, поэтому я поцеловал тебя сам.

После пары нежных поцелуев посреди коридора Жун Сюй помог Цинь Чэну накрыть на стол.

Завтракая яичницей с помидорами, Жун Сюй с изумлением поинтересовался:

— Почему мне кажется, что твои блюда стали гораздо лучше?..

Цинь Чэн спокойно взял кусок тушёной свинины, положил его в тарелку Жун Сюя и равнодушно ответил:

— В последнее время я много готовил – прогресс неизбежен.

Жун Сюй немного подумал и понимающе кивнул:

— Да, я тоже стал готовить лучше.

Раньше Жун Сюй и Цинь Чэн редко готовили, и поначалу их стряпня выходила мало съедобной.

В своей прошлой жизни Жун Сюй не готовил сам, потому как готовка – дело очень хлопотное, и обычно проще было заказать доставку и сэкономить время.

Что касается Цинь Чэна, – возможно, Жун Сюй не знал об этом – до того, как они стали жить вместе, у него была прислуга.

Цинь Чэн редко бывал в своей квартире, потому что постоянно был занят на съёмках либо путешествовал по миру. Когда он изредка возвращался домой в Город В, то ненадолго вызывал почасовую горничную, чтобы она не мешала ему и его одиночеству.

Раньше они оба очень редко готовили, потому что было не для кого.

Но теперь они появились друг у друга, поэтому стали готовить друг другу с завидной регулярностью,  и их кулинарные навыки, естественно, улучшились.

После еды мужчины отправились в кинозал, чтобы выбрать подходящий фильм.

Жун Сюй долго стоял перед полкой с дисками, внимательно читая их названия, пока Цинь Чэн убирал посуду в посудомоечную машину.

— Цинь Чэн, помоги мне достать «Полуночный город» с верхней полки! Этот фильм снял Клеменс. Давай взглянем. Это поможет мне понять его стиль.

Высота полки с дисками превышала два метра. Хотя рост Жун Сюя был 185 см, его талия по-прежнему продолжала болеть. Прошлой ночью он изрядно напряг плечи, поэтому его руки тоже немного побаливали. Разумно оценив свои силы, он решил позволить более высокому и бодрому Цинь Чэну взять дело в свои руки.

Цинь Чэн подчинился и достал с полки тонкий диск с фильмом «Полуночный город», который оказался втиснутым между множества других дисков и не сразу поддался ему. Когда Цинь Чэн всё же сумел достать этот диск, он склонил голову и протянул его своему любимому, но вдруг поймал на себе его взгляд…

Жун Сюй тупым взглядом смотрел на его руку, слегка расширив глаза.

Цинь Чэн нахмурился и спросил:

— Сяо Сюй?..

Жун Сюй тут же пришёл в себя и быстро взял протянутый ему диск.

— Ничего, просто задумался. Ты знал, что этот фильм...

Об этом эпизоде они оба быстро забыли: сидя на мягком диване, они спокойно наслаждались просмотром «Полуночного города», а после фильма, естественно, снова пошли перекусить, а потом, по обыкновению, мыли посуду.

Эти два дня Жун Сюй постоянно лениво сидел дома, наслаждаясь редкими деньками отдыха рядом с Цинь Чэном.

Погода в воскресенье была отличной, безоблачной; солнце ярко освещало землю, предвещая последний тёплый осенний день в городе В.

Стоя перед огромными окнами от пола до потолка, Жун Сюй смотрел на город, залитый золотистым солнечным светом. Через некоторое время он повернулся и сказал:

— Я не хочу есть шпинат… я правда совсем не хочу его есть...

Такая прекрасная погода, такое прекрасное воскресенье... а они с Цинь Чэном вынуждены сидеть дома, не высовываясь на улицу…

Глядя в окно на солнечный город, Жун Сюй испытывал лёгкое сожаление, но всё это сожаление улетучивалось, едва стоило ему коснуться мягких губ Цинь Чэна.

Три дня спустя Ло Чжэньтао ждал Жун Сюя внизу, чтобы доставить его в аэропорт на рейс в Город S, где последний должен был посетить репетицию концерта.

Стоя у двери, мужчины нежно поцеловались на прощание. Наклонившись, чтобы завязать шнурки на своих ботинках, Жун Сюй услышал позади себя притягательный голос Цинь Чэна:

— Кажется, концерт начинается завтра в 7:30 вечера?

Жун Сюй был слегка удивлён, поэтому тут же обернулся и поинтересовался:

— Да, а в чём дело?

Мужчина улыбнулся и ответил:

— Да нет, ничего. Сяо Сюй... концерт обязательно будет успешным!

Автору есть что сказать:

Цинь Чэнчэн: «Жун Жун ничего не заметил, мой малыш ничего не знает о моём сюрпризе! ~ \\ (≧ ▽ ≦) / ~ Ла-ла-ла!»

ЖунЖун: «Почему это всё кажется мне таким знакомым?.. (⊙_⊙)»

Линь Сюань: «Эй, эй… Это вообще-то мой концерт, мой!!!»

https://tl.rulate.ru/book/14326/1493491/ready_new

Глава 117 (Часть 1)

Конец ноября в Китае выдался холодным и ветреным.

Вышедшие поздней осенью на прогулку прохожие ёжились от холода, укутываясь в капюшоны.

Поклонники Линь Сюаня были одними из тех редких людей, кто радовался ноябрю, потому что 28 ноября официально стартовал его глобальный тур, первый концерт которого должен был пройти в Городе S. 30 ноября на большие экраны выходил первый в актёрской карьере Линь Сюаня фильм  – «Немой». Хотя Линь Сюань и исполнял в этом фильме всего лишь роль второго плана, для его поклонников это было большим событием.

Сразу же после оглашения актёрского состава «Немого», бесчисленное количество поклонников принялись с нетерпением считать дни до его премьеры.

С прошлой недели в Интернете начались продажи билетов на премьеру. Все билеты на премьерный день были распроданы ещё два дня назад.

Не последнюю роль в такой огромной популярности фильма сыграла известность команды «Немого»: они неустанно участвовали в различных развлекательных шоу в крупных городах по всему миру, продвигая фильм всеми возможными методами.

Жун Сюй, Сяо Цзытун и Линь Сюань также общались друг с другом в Интернете. Кроме того, Жун Сюй в последнее время имел чрезвычайно высокую популярность, особенно после недавнего скандала с Жэнь Шучжэнь. Благодаря Жун Сюю, высокую популярность имели и свежие фильмы с его участием – «Затерянный город» и «Немой».

Многие фанаты в буквальном смысле этого слова считали часы до долгожданной премьеры «Немого».

Ежедневно они обновляли страницу Жун Сюя на Вэйбо и комментировали:

«QAQ Жун Жун не публиковал ничего уже целую неделю! А селфи не было уже две недели! Господи, как же мне хочется взглянуть на его личико и снова и снова облизывать экран!  Хочу поцеловать, хочу обнять Жун Жуна!!!»

Да, развлекательные шоу, в которых приняла участие команда «Немого», по-прежнему транслировались по телевидению одно за другим, но Жун Сюй, казалось, куда-то пропал.

С тех пор, как Жун Сюй вернулся в Китай из США, он не публиковал ничего ни на своём Вэйбо, ни на своём закрытом фан-форуме.

Произойди такое с другими знаменитостями, в этом, может быть, и не было бы ничего странного. В конце концов, многие знаменитости часто пропадали из соцсетей на полгода из-за банальной нехватки времени.

Однако для Жун Сюя такое поведение казалось немного странным.

Поклонники Жун Сюя привыкли часто с ним общаться и следить за его жизнью. Хотя Жун Сюй не мог ответить каждому, он всё же заботится о своих фанатах.

Обычно если фанаты умоляли: «Я хочу увидеть новое селфи Жун Жуна, я соскучилась!», на странице Жун Сюя сразу же появлялся новый пост.

Но теперь Жун Сюй исчез.

Фанаты Жун Сюя горевали, но им оставалось только молча смотреть шоу с его участием и пытать удачу в конкурсе, организованном «In your heart», дабы заполучить фотографию с автографом своего любимого Жун Жуна.

«Куда подевался Жун Жун?.. Ох, ох, ох! QAQ»

Конечно, фанаты Жун Сюя не знали, что днём 26 ноября он вылетел из города B в город S, прибыл в аэропорт Хунцяо, где его быстро встретили сотрудники и доставили прямиком на репетицию концерта.

Когда Жун Сюй прилетел в Город S, был уже вечер. Слабое сияние заката, словно тонкая парча, блуждало далеко в небе. Место, где должен был состояться концерт Линь Сюаня, последние несколько дней было закрыто из-за репетиций.

Когда сотрудники привезли Жун Сюя на место встречи, Линь Сюань стоял на сцене и пел.

Жун Сюй медленно остановился и издалека посмотрел на певца с миловидным детским лицом.

Организация концертов только кажется  простой, но на самом деле за ними стоит бесчисленное количество людей. Художники по свету, звукорежиссёры, видеооператоры... Над всем, включая дизайн сцены, идеальный звук и танцевальное сопровождение, днём и ночью трудятся сотни сотрудников, чтобы предотвратить вероятность несчастных случаев на концерте.

И на репетиции должна пройти полная предварительная «проверка» будущего концерта.

Ло Чжэньтао и Ло Вэй впервые присутствовали на репетиции концерта. Они стояли над сценой и с удивлением наблюдали за фигурой Линь Сюаня в центре сцены. Заметив это, один из работников сцены объяснил:

— Сейчас мы репетируем предпоследнюю песню. Есть ещё две. Сегодняшняя репетиция уже подходит к концу.

Ло Чжэньтао и Ло Вэй одновременно кивнули.

Жун Сюй задумчиво посмотрел на Линь Сюаня вдалеке, прислушался к пению из динамиков и скривил губы.

Через полчаса Жун Сюй встретился с Линь Сюанем. Когда последний стоял на сцене и пел, он выглядел крайне торжественно, но как только он закончил и заметил вдали Жун Сюя, то тут же рассмеялся и игриво спросил:

— Я хорошо пою?

Жун Сюй вскинул бровь и с улыбкой ответил вопросом на вопрос:

— Разве я говорил, что ты плохо поёшь?

Линь Сюань улыбнулся и ответил:

— Я не так хорош в актёрском мастерстве, как ты. Раньше на съёмках режиссёр Сюй постоянно критиковал меня и ставил тебя в пример. Раньше ты помогал мне, а теперь, Жун Сюй, ты можешь спокойно довериться мне. Не нервничай. Я буду поддерживать тебя на протяжении всего концерта. Тогда нам удастся стать королями всех новостных заголовков.

При виде самоуверенного лица Линь Сюаня, в глазах Жун Сюя вспыхнул игривый цвет, но быстро исчез.

В тот вечер агент Линь Сюаня пригласил всех поужинать в знаменитый ресторан морепродуктов в Городе S. Послезавтра должен был состояться долгожданный концерт, поэтому ни Жун Сюй, ни Линь Сюань не пили алкоголь и очень мало ели. Практически все заказанные морепродукты в итоге достались Ло Вэй.

Вернувшись в отель, Линь Сюань великодушно сказал:

— Когда мы завтра будем репетировать, не бойся. Если у тебя возникнут какие-то вопросы – просто скажи мне.

Жун Сюй слегка улыбнулся и скривил уголки губ:

— Не волнуйся, я не боюсь тебя беспокоить.

Линь Сюань рассмеялся.

На самом деле, Жун Сюй прекрасно понимал психологию Линь Сюаня и его «уловки». Когда эти двое снимались в «Немом», Линь Сюань показывал довольно хорошие актёрские способности, но всё же был немного хуже на фоне Жун Сюя. Когда он портил дубли более двух раз подряд, режиссёр Сюй сразу же просил Жун Сюя «показать ему мастер-класс».

И вот, наконец, настала очередь Жун Сюя «ступить на неизведанную территорию». На территорию Линь Сюаня.

Лин Сюань специально послушал «Потерянные крылья» в исполнении Жун Сюя и был поражён. В тот день он даже выразил своё восхищение в чате группы «Сумасшедший Цинь»:

«Жун Жун хорошо поёт, у него отличный тембр. Послушайте «Потерянные крылья»! Очень советую!»

Однако отличный тембр – это одно, а хорошее живое выступление на концерте – совсем другое.

На концерте важно мобилизовать энтузиазм публики и удержать их внимание. Эту часть брал на себя Линь Сюань. Жун Сюй же должен был появиться на сцене только к концу концерта, но это совсем не означало, что он был расслаблен.

По мнению Линь Сюаня, независимо от того, насколько хороши актёрские способности Жун Сюя, он мог только играть в кино, но никак не выступать на сцене. Концерт подразумевает живое пение, и Жун Сюй не мог воспользоваться фонограммой, поэтому он не смог бы полностью «настроить» свой голос за столь короткий промежуток времени. Кроме того, он должен был впервые выступить перед такой огромной публикой в 30.000 человек.

Принимая во внимание все эти факторы, Линь Сюань был уверен, что Жун Сюй будет сильно волноваться и не сможет контролировать свой голос на сцене.

Глава 117 (Часть 2)

Рано утром следующего дня они собрались на сцене для финальной репетиции концерта.

Всё утро прошло за сольной репетицией Линь Сюаня. Жун Сюю не нужно было выходить на сцену до полудня, поэтому он спокойно стоял за кулисами и наблюдал за выступлением Линь Сюаня.

Перед выходом на сцену Линь Сюань показал ему свою белозубую улыбку и в очередной раз успокоил:

— Жун Сюй, не волнуйся! У тебя есть время привыкнуть к сцене. Живые концерты сильно отличаются от актёрской игры в студии. Фанаты будут сидеть прямо перед тобой, а не смотреть на тебя через экран.

Бегло взглянув на него, Жун Сюй спокойно спросил:

— Ты вообще собираешься репетировать?

Линь Сюань послушно вышел на сцену.

После обеда, наконец, настала очередь Жун Сюя репетировать.

Закрыв глаза, юноша сделал короткий глубокий вдох. Затем он услышал звук работающего лифта, и концертный зал начал двигаться перед его глазами, когда он спускался на сцену.

Послеобеденная репетиция прошла быстро. Когда несколько человек вышли на улицу, чтобы вернуться в отель, Жун Сюй сел на заднее сиденье машины, склонил голову и отправил Цинь Чэну сообщение. Рядом с ним уселся «Король Музыки», выглядя при этом крайне подавленным и опечаленным.

Линь Сюань тихонько повернул голову и посмотрел на Жун Сюя, который в эту секунду резко отвернул  свой телефон экраном в противоположную сторону.

Линь Сюань отвернулся, а затем снова повернул голову, чтобы взглянуть на него – Жун Сюй снова двинул рукой в сторону.

Когда «Король Музыки» сделал это в четвёртый раз, Жун Сюй быстро заблокировал телефон, убрал его в карман, и повернул голову, с улыбкой спросив у Линь Сюаня:

— Итак, ты только что посмотрел на меня целых четыре раза. Что ты хочешь мне сказать?

Линь Сюань сразу же выпалил:

— Почему твоя репетиция днём прошла так гладко? Почему директора Ван удовлетворило твоё однократное выступление? Почему он не попросил тебя повторить? Это несерьёзно!

Жун Сюй спокойно ответил:

— Потому что я не допустил ошибок. Всё просто. — после паузы он добавил. — Кстати, разве я не репетировал второй раз?

Линь Сюань:

— Да, но только потому, что директору Ван хотелось «познакомиться с тобой поближе»!

Жун Сюй мягко развёл руками:

— Я просто сделал всё так, как от меня требовалось. Какие-то проблемы?

— Никаких проблем...

Пять минут спустя в чате группы «Сумасшедший Цинь» появилось новое сообщение.

Линь Сюань: «Сегодня днём мы репетировали концерт с Жун Сюем. Он вообще ни разу не ошибся! Он очень правильно позиционировал голос, с первого раза!  Директор Ван даже похвалил его… QAQ Он точно человек?! Он ведь репетировал на сцене впервые в жизни! Чёрт возьми, я больше не хочу с ним петь! Ой, ой, ой!..»

Жун Сюй не ответил, прочитав это сообщение, а продолжил болтать с Цинь Чэном.

Прошло десять минут, а новых сообщений в чате так и не появилось...

Линь Сюань: «... почему никто меня не утешает?!»

Линь Сюань: «Эй, где вы все?! Куда вы подевались?!»

Прошло много времени, прежде чем он, наконец, получить первый ответ.

Ся Муйян: «Я снимаюсь. Только что вышла из воды».

Джеймс: «Ха-ха, а я греюсь на солнышке. Сегодня на Гавайях очень солнечно».

Чу Ци: «Похоже, Жун Сюй действительно собирается выступить в качестве гостя на твоём завтрашнем концерте? Я посмотрю прямую трансляцию концерта и отправлю её вам, ха-ха!»

Эти четверо ещё немного поболтали, прежде чем в чате внезапно появилась Вэнь Сюань.

Вэнь Сюань: «Что?! Жун Жун будет гостем на твоём концерте?! Почему я впервые об этом слышу? Линь Сюань, ублюдок, почему ты не сказал мне раньше?! Я тоже хотела бы пойти на этот концерт! А теперь уже поздно: я отдыхаю на Гавайях с Джеймсом и Хью!.. Я уже не успею вылететь в Китай…»

Линь Сюань: «А что, ты хотела прийти на мой концерт? Разве ты не знала о моём концерте ещё с прошлого месяца?»

Вэнь Сюань: «→ _ → При чём тут твой концерт?! Я хотела взглянуть на Жун Жуна! Твои концерты проводились уже столько раз – они мне не интересны».

Линь Сюань, увидевший это сообщение:

— ...

«Этот день просто невыносим!!!»

Минуту спустя Жун Сюй увидел в WeChat всплывающее окно: «Ваш друг Линь Сюань покинул групповой чат».

Жун Сюй:

— …

Уголки его губ дёрнулись, и Жун Сюй повернул голову, с удивлением уставившись на Линь Сюаня в соседнем кресле:

— Почему ты покинул группу?

Линь Сюань фыркнул и с насмешкой ответил:

— Эти ребята слишком зазнались. Я просто выйду на пару минут, чтобы они знали, насколько я хорош! Скоро они обо всём пожалеют и добавят меня обратно.

Жун Сюй:

— …

Пять минут спустя Жун Сюй получил новый запрос: «Линь Сюань хочет вступить в чат».

Каждый участник их чата мог принять его запрос. Увидев это уведомление, Жун Сюй, не задумываясь, хотел подтвердить его, как вдруг увидел сообщение Вэнь Сюань.

Вэнь Сюань: «Линь Сюань подал заявку на вступление в чат? Не добавляйте его!»

Джеймс: «Да, не добавляйте его! Отклоните!»

Чу Ци: «Ха-ха-ха-ха! Он разозлился на нас и специально покинул чат, а теперь снова разозлится, что мы не принимаем его обратно? Согласна, не добавляйте его! +1»

Дженнифер: «Я воздержусь».

Хью: «Я согласен с утверждением Чу».

Ся Муйян: «Вы такие плохие… Я тоже воздержусь. Я ничего не видела».

Жун Сюй, читая всё это:

— ...

Линь Сюань, сидя в машине, неустанно вертел в руках свой телефон, снова и снова обновляя страницу. Он раздражённо спросил:

— Жун Сюй, ты видел уведомление с моей заявкой о вступлении в чат? Почему меня так долго не добавляют? В машине плохо ловить связь? Ты можешь проверить, что там?..

Уголки губ Жун Сюя слегка скривились, когда он спокойно убрал свой телефон обратно в карман и со слабой улыбкой ответил:

— Я не видел твою заявку. Попробуй подать её ещё раз. Возможно, у тебя правда проблемы с интернетом.

Линь Сюань кивнул:

— Хорошо, я попробую ещё раз.

До девяти часов вечера Линь Сюань успел подать 23 последовательных запроса на вступление в групповой чат.

Ся Муйян, которая была самой спокойной в их группе, наконец, сдалась и добавила его.

Как только Линь Сюань вошёл в чат он, по-прежнему не понимая, что происходит, рассмеялся и написал:

«Отныне, как бы сильно ты не хотела посетить мой концерт, билета ты не получишь! @Вэнь_Сюань»

Вэнь Сюань, занятая в этот момент СПА-процедурами, слабо улыбнулась и отбросила телефон в сторону, игнорируя этого наглого «Маленького Короля».

Глава 117 (Часть 3)

Ночью Жун Сюй некоторое время переписывался в общем чате, когда вдруг увидел сообщение Дженнифер о том, что она будет сотрудничать с ним над новым фильмом.

Линь Сюань отреагировал первым: «А? Вы будете сотрудничать? Что за фильм? Давай, расскажи!»

Когда Дженнифер написала ответ, Жун Сюй чистил зубы и был ошеломлён, прочитав это предложение. Подумав немного, он быстро взял телефон и напечатал ответ: «Это новый фильм «Три тысячи двести миль» режиссёра Клеменса Холта? Ты сыграешь главную героиню? @Дженнифер_Акален»

Китайский у Дженнифер был в их «клубе» самым слабым. Ей потребовалось много времени, чтобы ответить: «Да, он».

Жун Сюй отложил зубную щётку в стороны: «Прошла прослушивание?»

Дженнифер слишком медленно печатала на китайском языке, поэтому вскоре сдалась и отправила голосовое сообщение.

В этом небольшом чате было пять китайцев. До появления в нём Жун Сюя, китайцев было четверо (Вэнь Сюань, Ся Муйян, Линь Сюань, Чу Ци). Они часто издевались над произношением Джеймса, Дженнифер и Хью, трёх своих иностранных друзей, и после победы в споре обязали их переписываться в чате только на китайском, не используя английский. Хотя последние трое неоднократно пытались бунтовать и спорить, они много раз терпели неудачу, и в конце концов согласились с этим «правилом».

В противном случае одни говорили бы по-китайски, а другие – по-английски. Как в такой неразберихе общаться?

После нажатия на значок голосового сообщения от Дженнифер в номере отеля раздался мягкий женский голос. Девушка говорила на полноценном английском с небольшим американским акцентом. Голос у Дженнифер был довольно низкий: не такой мягкий, как у Ся Муйян, и не такой сладкий, как у Сяо Цзытун; типичный спокойный и мудрый голос «белого воротничка».

— Вчера я разговаривала с Клеменсом, прослушивание прошло хорошо. Я очень рада, что мы с тобой будем вместе работать. Это будет наша первая встреча. Встретимся, когда приедешь в Соединенные Штаты в начале следующего года? Ещё раз всё обсудим. Жун Сюй, я очень хочу сыграть с тобой в этом фильме: сценарий очень хорош!

Прослушав её аудио-сообщение, Жун Сюй подумал немного и записал ответ:

— Этот фильм действительно хорош. А твоя роль в нём очень сложная. С нетерпением жду нашей встречи!  — Жун Сюй тоже говорил по-английски, чтобы Дженнифер, которая плохо знала китайский, было проще его понимать.

Их действия вскоре были замечены другими членами чата. Вэнь Сюань была первой, кто возмутился этим. Она решительно обвинила Жун Сюя в фаворитизме, с ревностью спросив его, почему он не заботится о ней так же, как о Дженнифер?

Жун Сюй спокойно ответил: «Помнится мне, сестра Сюань сейчас греется на солнышке на Гавайях… вместе с Джеймсом и Хью?»

Подразумевалось: «Прежде чем ревновать меня к Дженнифер, посмотри на себя – отдыхаешь с двумя мужчинами сразу».

Вэнь Сюань ответила, ни секунды не задумываясь над своими словами: «Джеймс и Хью слишком ленивы! Я уже сожалею, что поехала с ними в отпуск. Если бы у меня сейчас был выбор, я бы определённо бросила этих двоих холостяков и вернулась в Китай, чтобы посмотреть твой концерт».

Джеймс: «...»

Хью: «... *корчит гримасу* Сюань, мы с Джеймсом всё ещё сидим в этом чате…».

Обмолвившись с ними ещё парой слов, Жун Сюй закрыл групповой чат и продолжил переписываться с Цинь Чэном, когда вдруг обнаружил, что Линь Сюань, который был самым активным в чате, куда-то пропал.

«Может, что-то пошло не так?..»

Не особо над этим задумываясь, Жун Сюй подошёл к окну, уселся на пол и с улыбкой ответил на сообщение: «Мы просто немного поболтали с Линь Сюанем. Ты принял душ? Что ел сегодня вечером?»

Влюблённые могут разговаривать о любых мелочах. Если вам кто-то действительно нравится, вам обязательно захочется заботиться о нём и знать о его жизни всё. Даже то, что он ест на ночь, будет для вас очень интересно.

Цинь Чэн быстро ответил: «Лапшу. Как прошла послеобеденная репетиция?»

Жун Сюй прислонился спиной к стене, глядя на роскошные виды шумного ночного города S, и напечатал ответ.

Они переписывались так целых три часа. Когда Жун Сюй увидел на экране время 23:30, он на мгновение замер: только сейчас он заметил, как быстро пролетело время.

Пусть и неохотно, но он заставил себя встать и попрощаться с Цинь Чэном: завтра ему нужно было рано вставать и делать последние приготовления к концерту. Скривив губы, Жун Сюй отправил последнее сообщение: «Я пойду спать. Когда закончится премьера «Немого», я вернусь в Город В. Цинь Чэн, спокойной ночи».

Вскоре мужчина ответил: «Спокойной ночи».

Жун Сюй медленно подошёл к большой кровати в центре комнаты. Собираясь лечь, он снова услышал лёгкую вибрацию телефона, нажал на экран и прочитал два новых сообщения…

Цинь Чэн: «Сяо Сюй, ты должен помнить...»

Цинь Чэн: «Я люблю тебя ^_^»

Его сердце ёкнуло, и красивые глаза юноши сверкнули в темноте; серьёзно посмотрев на экран телефона, Жун Сюй начал печатать ответ.

Однако набрав абзац, он не мог не стереть его. Стерев ещё несколько предложений подряд, он, терзаемый сомнениями, наконец, сдался и ответил всего четырьмя короткими словами.

Жун Сюй: «Я тоже тебя люблю».

Через некоторое время Жун Сюй забрался в кровать и медленно заснул.

Конечно, он не знал, что происходило в этот момент в просторном и светлом столичном аэропорту.

Разноцветные неоновые огни освещали небо ярко-малиновым светом, а красный свет просвечивал сквозь окна аэропорта, отражаясь на красивом лице высокого мужчины.

Людей в столичном аэропорту среди ночи было не много; большинство из них сидели в креслах и дремали в ожидании своего рейса.

Мужчина в чёрной маске, закрывающей лицо, и в шляпе с широкими полями шёл по вестибюлю аэропорта с опущенной головой, медленно шагая к выходу на посадку. Когда он снял маску и шляпу, сотрудники аэропорта явно опешили и подсознательно огляделись по сторонам.

Кругом не было охранников.

Мужчина посмотрел на молодую сотрудницу и мягко спросил:

— Всё в порядке?

Голос был низким и притягательным, отчего девушка покраснела и быстро опустила голову, чтобы проверить билеты. После того, как мужчина ушёл, сотрудница вся покраснела от волнения. Она тут же шепнула своей коллеге:

— Цинь Чэн! Это Цинь Чэн, Цинь Чэн! Ах, ах, мой Цинь Шэнь!

— Я видела, это точно Цинь Шэнь! Он на самом деле полетит сам, без помощника?! Куда он летит? Дай-ка мне взглянуть... Город S? Цинь Шэнь едет отдыхать в город S?

В любом случае, на данный момент для всех поклонников Линь Сюаня завтрашнее мероприятие в городе S было самым обычным концертом.

Хотя этот концерт был первым в рамках мирового турне Линь Сюаня, и хотя его должно было посетить 30.000 фанатов, Линь Сюань ранее уже проводил подобные концерты, и фанатов было таким не удивить.

Вечером фанаты, купившие билеты на живой концерт своего кумира, покинули свои дома/отели и направились в концертный зал города S. Фанаты, которые не могли присутствовать на концерте лично, уже уселись дома перед компьютерами и смотрели прямую трансляцию концерта.

Линь Сюань дебютировал всего семь или восемь лет назад, но у него было очень много поклонников. И – может быть, даже он сам этого не знал – его фанаты и фанаты Жун Сюя во многом пересекались.

Один актёр, другой певец. Фанатам нравились оба мужчины одновременно, и в этом не было ничего странного.

Линь Сюань совсем недавно снялся в своём первом фильме, а Жун Сюй не так давно исполнил свою первую песню – «Потерянные крылья» – и с тех пор ни разу не выходил на музыкальную сцену. Поклонники этих двух звёзд были в восторге от того, что они могли совмещать актёрскую и музыкальную деятельность, и с нетерпением ждали премьеры «Немого» в исполнении этих двоих.

Цзян Сяовань принадлежала как раз к такому типу поклонников.

Глава 117 (Часть 4)

Четыре года назад Цзян Сяовань влюбилась в песню Линь Сюаня и стала его фанаткой. Ей нравился Линь Сюань, но он не был её главным кумиром. Однако ей нравились его песни, поэтому на этот раз она купила билеты на его концерт в первом ряду.

Год назад – после того, как она впервые посмотрела «Западню», – Цзян Сяовань стала преданной поклонницей Жун Сюя. Свирепый и властный образ Хо Си в его исполнении плотно засел ей в душу. С тех пор она каждый день заходила на страницу Жун Сюя на Вэйбо, «облизывала» его красивые фотографии и с огромным нетерпением ждала выхода новых работ с его участием.

Когда было объявлено, что роль второго плана в «Немом» исполнит Линь Сюань, Цзян Сяовань пришла в двойной восторг. На этот раз ей действительно повезло: после того, как она заполучила билет в первом ряду на концерт Линь Сюаня, она стала счастливой обладательницей билета на премьеру «Немого». Теперь она могла и посмотреть концерт любимого исполнителя, и попасть на премьеру фильма своего главного кумира!

Восторженная Цзян Сяовань пришла в концертный зал вместе с другими фанатками, которым тоже нравился и Линь Сюань, и Жун Сюй. Среди них были такие, кто отдавал предпочтение Жун Сюю, и такие, кто больше любил Линь Сюаня.

Идя к входу в концертный зал, юные девушки смеялись и весело болтали, когда одна из них вдруг воскликнула:

— Ах! Посмотрите: эта девушка пришла в свадебном платье! На ней свадебное платье! Линь Сюань обязательно заметит её... Надо было мне тоже прийти в свадебном платье!..

— Сейчас конец ноября. Уже холодно для платьев. Я бы ни за что не надела на концерт свадебное платье.

— Ха-ха, а я только что видела девушку в костюме панды! Эта девушка слишком умна: прийти на концерт в костюме панды, чтобы можно было согреться! Её костюм куда теплее и удобнее, чем наши пальто. Думаю, если Линь Сюань заметит её, возможно, он даже поговорит с ней во время интерактива.

— Девушка в костюме панды? У нее ещё был светодиодный плакат в руках? Я только что её видела! Обязательно приду на следующий концерт в таком же тёплом костюме!

Цзян Сяовань с улыбкой возразила:

— Я тоже видела эту «панду», но… разве это девушка? Она кажется слишком высокой для девушки, минимум метр восемьдесят… Разве нет?

— Она кажется высокой только из-за костюма панды с огромной мягкой головой.

Никто из компании особо не задумывался над этим, и вскоре они прибыли в зал и заняли свои места.

Сев на своё место, Цзян Сяовань продолжила размышлять над тем, где будут сидеть девушки в свадебном платье и в костюме панды. Однако уже через пять минут она получила ответ на свой вопрос: огромная «панда» со своим светодиодным плакатом медленно прошла вдоль ряда мимо неё, а затем... села на два сиденья сразу!

Цзян Сяовань:

— ...

После некоторого колебания Цзян Сяовань любезно напомнила «панде»:

— Эмм... сестра, Вы заняли сразу два места.

Костюм панды хорош только в плане тепла; непосредственно в зале он начал проявлять и свои недостатки – он занимает слишком много места, и не может уместиться на одном сиденье!

Едва Цзян Сяовань договорила, как эта «панда» спокойно покачала головой, указала на два сиденья под своей задницей, а затем указала пальцем на себя.

Цзян Сяовань внезапно выпалила:

— Что?..

Милая панда уставилась на неё своими огромными чёрными глазами, наклонила голову и снова принялась жестикулировать. Но Цзян Сяовань всё ещё её не понимала. Две минуты понаблюдав за тщетными попытками «панды» объяснить ей всё «на пальцах», Цзян Сяовань внезапно услышала из-под милого костюма приглушённый мужской голос:

— Я заплатил за два места.

Цзян Сяовань:

— О, правда?.. А я подумала… — голос девушки внезапно оборвался.

«Что?! Это мужчина!!!»

Вскоре начался концерт Линь Сюаня.

В конце концов, у него был многолетний опыт проведения концертов, и его песни были очень популярны, поэтому линь Сюань быстро приковал к себе всё внимание публики. Многие фанаты подпевали ему на самых известных композициях. Освещение сцены и звуковые эффекты были очень дорогими и качественными.

Цзян Сяовань, сидевшая в первом ряду, с первой минуты с головой погрузилась в музыку.

Однако, когда Линь Сюань покинул сцену посреди концерта, и в зале внезапно стало темно, девушка обернулась и обнаружила, что «панда» на соседнем кресле вообще ни разу за всё это время не сдвинулась с места! Кажется, этот мужчина даже не подпевал!

Непроизвольно опустив взгляд, Цзян Сяовань заметила светодиодный плакат в руках «панды».

Он держал её в руках на протяжении всего концерта, но ни разу не поднимал его и не включал экран. Световое табло всё это время было выключено. Никто не знал, какой текст будет отображать этот плакат, когда «панда» его включит…

Цзян Сяовань:

— ...

«Что ж, в этом большом мире много странностей. Может быть, эта «панда» пришла сюда просто, чтобы послушать песни. А почему он принёс с собой световой плакат?.. Может быть, он хотел провести время с пользой и заодно подкачать руки?..»

Поклонники в зале продолжали выкрикивать имя Линь Сюаня, с нетерпением ожидая его повторного появления на сцене.

Фанаты, которые смотрели прямую трансляцию концерта, сидя перед компьютерами, в это время отвлеклись от видео и зашли в Вэйбо проверить последние новости и узнать, не произошло ли за это время что-нибудь интересное. В этот момент они обнаружили...

Жун Сюй: «Дайте мне время для песни. @Линь_Сюань [фото]»

Все фанаты взволнованно пытались вглядеться в опубликованное Жун Жуном фото. После того, как их радость по поводу того, что «Жун Жун наконец-то появился», поутихла, они внимательно перечитали последний пост Жун Сюя.

«Дайте мне время для песни»…

Это предложение казалось им несколько странным. Никто его не понял.

Фотография, которую опубликовал Жун Сюй, была почти полностью чёрной. Никто не знал, где она была сделана. В верхней части фотографии виднелось тусклое освещение.

«Что не так с нашим Жун Жуном? Зачем ему нужно время для песни?..»

«Неважно, что Жун Жун собирается сделать, – одну песню, две, три, да хоть десять –  просто сделай это! Мы не против!»

«Жун Жун, сделай нам самый лучший подарок в жизни – покажи нам своё селфи! Зачем нам эта чёрная картинка?..  Селфи, селфи, селфи!!!»

Многие фанаты сейчас сидели перед компьютерами, переводя взгляд с прямой трансляции концерта Линь Сюаня на свои телефоны, где был открыт последний пост Жун Сюя.

Им, конечно, был важен Линь Сюань, но Жун Жуна они тоже очень любили. Пока у них выдалась свободная минутка, когда Линь Сюань не пел, они с интересом вглядывались в новое фото своего кумира.

В тот момент, когда многие фанаты Жун Сюя комментировали его последний пост, они внезапно услышали в наушниках громкие крики.

Бесчисленные фанаты в зале лихорадочно кричали. Фанаты, смотрящие концерт в наушниках, поморщились от шума и подняли глаза к мониторам:

— Ах, Линь Сюань вернулся на сцену... Сейчас, сейчас, я быстро отвечу на пост Жун Жуна, репостну его, а затем продолжу смотреть концерт!

Щёлкнуть на кнопку «отправить», затем – на кнопку «репостнуть», нажать на «сердечко»…

Эти действия занимали очень мало времени, меньше трёх секунд, но в течение этих трёх секунд многие фанаты внезапно прекращали свои движения, откладывали телефоны в сторону и недоверчиво переводили взгляд экраны компьютеров…

— Если я скажу «завтра»,

Тогда завтра ты придёшь?..

Прозвучало всего две строчки песни – а в зале и у компьютеров воцарила мёртвая тишина…

Все фанаты в изумлении смотрели на мужчину на сцене, наблюдая за тем, как «Линь Сюань» медленно шагает от лифта к центру сцены.

На одном из своих прошлых концертов Линь Сюань накрыл себя белоснежной тканью и спел очаровательную нежную песню. Когда песня подходила к концу, он резко сбросил с себя эту ткань и показал публике своё миловидное личико.

Но теперь «Линь Сюань», облачённый в белую ткань, стоял посреди сцены, словно самая красивая и чистая невеста. И он пел не свою песню… он пел «Потерянные крылья».

Этот очаровательный голос звучал очень чисто, нежно и мелодично; в нём чувствовалась бесконечная любовь, поразившая каждого поклонника до глубины души. Эта песня была очень завораживающей, и в начале этого года – с выходом на экраны фильма «Чёрные тучи» – она была очень популярной по всей стране.

Но эта песня принадлежала не Линь Сюаню, а Жун Сюю… равно как и этот голос... принадлежал Жун Сюю!

Сидевшая в первом ряду Цзян Сяовань широко распахнула глаза, чувствуя дрожь по всему телу. Слёзы уже стояли у неё в глазах.

Многие фанаты Жун Сюя, присутствовавшие на концерте, не могли поверить своим глазам и ушам, заворожено глядя на юношу в белом одеянии и боясь пропустить хотя бы малейший звук или движение своего кумира.

Естественно, никто не заметил, что «панда», сидевшая в первом ряду, осторожно включила светодиодный плакат, встала со своего места и подняла его высоко над головой.

На световом табло вспыхнула короткая строчка слов, засияв, словно звезда в ночи:

«Я люблю тебя ^_^»

https://tl.rulate.ru/book/14326/1499974/ready_new

Глава 118 (Часть 1)

В концертном зале повисла гробовая тишина.

Пение юноши продолжало разноситься по огромному залу, достигая ушей тридцати тысяч зрителей. Голос становился отчётливее и мягче, словно лёгкое колыхание воды в безмятежном озере, придавая этой осенней ночи нотки нежного очарования.

Фанаты, сидящие в первом ряду, смотрели прямо на поющего юношу, в то время как зрители, сидящие в задних рядах, могли видеть его только через изображение на большом экране.

Белоснежная вуаль напоминала тонкий слой снега, нежно закрывающий лицо юноши. При ярком свете прожекторов можно было смутно разглядеть красивые черты его лица.

— Увидимся и запишем мою песню

Песню под названием «Тоска»…

В ней поётся про бабочку без крыльев, которая – как бы высоко она ни взлетела – не могла долго задерживаться над землёй...

Когда прозвучали последние строчки этого куплета, многие зрители уже сидели с закрытыми ртами и плакали. Когда первый человек в зале возбуждённо выкрикнул имя «Жун Сюй», это показалось всем слишком странным, но теперь уже сотни и тысячи фанатов одновременно выкрикивали со своих мест это имя!

Они кричали в унисон своими осипшими голосами:

— Жун Сюй!!!

За кулисами Ло Чжэньтао и Ло Вэй, скрестив пальцы, нервно смотрели в центр сцены, беспокоясь о том, чтобы Жун Сюй не допустил ошибок.

В это время фанаты Жун Сюя, наблюдавшие за трансляцией из дома,  рыдали от радости и волнения и в спешке уведомляли остальных его фанатов на всевозможных форумах, сообществах и в чатах…

«Жун Жун – особый гость концерта Линь Сюаня! Концерт сейчас идёт в прямом эфире! Жун Жун поёт «Потерянные крылья»!!!»

Новость распространилась по Интернету буквально за одну минуту. Многие пользователи сети в изумлении перечитывали эту новость, в то время как фанаты Жун Сюя молниеносно кликали по ссылке и переходили на прямую трансляцию концерта, ни секунды не мешкая и не задумываясь над достоверностью полученной информации.

Когда трансляция была включена, первым, что они услышали, была медленная музыка. Затем они услышали прекрасный и отчётливый голос юноши, переливающийся, словно радуга. Его приятный тембр прокрадывался в самые глубины души слушателей, заставляя их дрожать от волнения и неустанно кивать головами, не в силах вымолвить ни слова.

Такой была реакцией зрителей за пределами концертной площадки; зрители, слушающие концерт вживую, были взволнованы ещё сильнее.

В зале было много людей, которых нельзя было назвать фанатами Жун Сюя, однако также нельзя было сказать и то, что они ненавидят его. За последние шесть месяцев Жун Сюй часто комментировал посты Линь Сюаня в Вэйбо. Все фанаты Линь Сюаня знали, что эти двое – хорошие друзья. Поскольку Жун Сюй был другом их кумира, они, конечно же, не могли его ненавидеть. Так что сегодня они сразу же поняли: Линь Сюань пригласил Жун Сюя в качестве гостя на свой концерт!

Будучи поклонниками Линь Сюаня и слушая прекрасное живое исполнение Жун Сюя, они не могли долго сдерживать свои эмоции.

Цзян Сяовань отчаянно танцевала перед сценой со светящейся палочкой в руке и изо всех сил выкрикивала имя Жун Сюя. Хотя её голос заглушала громка музыка из динамиков, она знала, что её голос, соединившись в унисон с тысячами голосов других поклонников, обязательно будет услышан Жун Сюем.

Пение продолжалось.

Большую часть «Потерянных крыльев» занимала спокойная нежная мелодия. Многие фанаты Жун Сюя медленно размахивали в такт ей светящимися палочками, а поклонники Линь Сюаня постепенно погружались в нежное пение юноши и даже начинали подпевать ему!

Да, может быть, немногих зрителей в зале можно было назвать фанатами Жун Сюя, но зато многие из них смотрели «Чёрные тучи» и хотя бы раз слышали песню «Потерянные крылья». Эта песня была очень популярна по всей стране в начале этого года, и многие из присутствующих могли ей подпеть.

Огромный зал людей, подпевающих одному человеку на сцене – это зрелище было завораживающим. Даже Линь Сюань, который стоял за кулисами и думал: «Если что-то пойдёт не так, я должен поспешить ему на помощь», вдруг опешил. Через пару секунд он посмотрел на Жун Сюя вдалеке и пробормотал:

— Ха, когда мы с ним споём вместе, должно быть ещё лучше!

Когда песня прозвучала наполовину, возбуждённые фанаты начали медленно приходить в себя. Они заметили, что «панда» теперь стоит в проходе и размахивает включенной светодиодной табличкой.

Прочитав признание в любви на световом табло, фанаты не особо задумывались над увиденным, поэтому продолжали пристально наблюдать за происходящим на сцене. И, конечно же, они не заметили, как горячо и пристально эти глубокие чёрные глаза, спрятанные под большим костюмом, глядят на молодого человека на сцене.

Трудно описать, как потрясающе он выглядел в это мгновение...

На огромном экране над сценой порхала бабочка с голубыми крыльями, кружась в такт музыке. Крылья бабочки, тонкие и изящные, медленно рассыпались в воздухе на мелкие хлопья.

При этом с верхней части сцены мягко сыпались настоящие пушистые хлопья, приземляясь под ноги поющего юноши.

На протяжении всей композиции Жун Сюй был спрятан под белой ситцевой тканью и нежным голосом пел песню о печальной любви, пока… не наступила кульминация припева!

В одно мгновение с нижней части сцены подул сильный ветер, резко сбросив с лица юноши белоснежный тюль!

— Ах, ах, ах, ах, ах, ах, Жун Жун!!!

Подобно невесте, показавшейся из-под фаты, символизирующей любовь и чистоту, с прекрасного лица юного актёра слетела ситцевая накидка. В этот момент взорам публики – как в зале, так и за мониторами – предстала его мощная и шокирующая красота.

В следующую секунду камера взяла крупный план Жун Сюя. Этот красивый и нежный молодой человек слегка поднял глаза, в ясных зрачках которых отразились падающие с неба хлопья, нежно улыбнулся и пропел последнюю строчку припева.

В следующий момент все в зале в неистовстве кричали!

— Ах, ах, ах! Жун Сюй! Жун Сюй! Жун Сюй!

Охрипшие зрители перед сценой продолжали выкрикивать имя Жун Сюя до самого конца песни.

Большинство этих зрителей видели Жун Сюя впервые в жизни.

Жун Сюй не певец – хоть он и участвует в съёмках развлекательных шоу для продвижения фильмов, он никогда не устраивал концерты для десятков тысяч человек.

Если, например, поклонникам Линь Сюаня хотелось увидеть его вживую, они шли и покупали билет на его концерт, которых за год было не менее восьми штук!

Однако с момента дебюта Жун Сюя людей, которые видели его лично, насчитывалось не больше 10 тысяч человек.

Зрителей в зале переполняла радость; они рыдали от счастья, в то время как зрители прямой трансляции с завистью кусали губы и взволнованно шептали:

— Как же я завидую этим фанатам, которым посчастливилось купить билет на этот концерт! QAQ!

Этот билет того стоил. Его обладатели смогли услышать пение Линь Сюаня и стать свидетелями первого концерта Жун Сюя, который мог стать единственным в его жизни!

Никто не знал, организует ли Жун Сюй в будущем свой сольный концерт или станет особым гостем ещё на чьём-то концерте, но сегодня они чувствовали себя самыми счастливыми людьми, ведь им повезло услышать «живую» версию «Потерянных крыльев»!

После того, как Жун Сюй спел песню «Потерянные крылья», Линь Сюань быстро вышел из-за кулис. Ещё не показавшись на сцене, он уже проговорил в микрофон весёлым голосом:

— Вы звали Жун Сюя по имени?! Я так зол…

Поклонники перед сценой тут же завопили:

— Линь Сюань! Линь Сюань! Линь Сюань!

http://tl.rulate.ru/book/14326/1503548

Глава 118 (Часть 2)

«Король музыки» с детским лицом удовлетворённо кивнул и, подойдя к Жун Сюю, схватил его за плечи. Забавным было то, что Линь Сюань был на несколько сантиметров ниже Жун Сюя, и эта его поза выглядела крайне странно.

Жун Сюй вскинул бровь и спокойно спросил:

— Ты ждал, что я совершу ошибку?

В середине концерта всегда проходят интерактивные сеансы, когда певец выборочно беседует с гостями. У таких «сеансов» обычно имелся грубый сценарий, но большая их часть напрямую зависела от самих певцов и гостей.

Все фанаты были ошеломлены, услышав реплику Жун Сюя, и не понимали, что происходит.

Но Линь Сюань быстро сказал:

— Хорошо, если ты всё знал – почему ты не дал мне шанса прийти и спасти ситуацию? — сказав это, Линь Сюань повернулся к зрителям в зале. — Знаете, я правда ненавижу этого парня! Мало ему того, что он чертовски хорош в актёрской игре – так теперь он ещё и хорош в пении! Я почти завидую ему… Как думаете, я должен расстаться с ним?

Поклонники сразу поняли, что эти двое просто флиртуют на сцене! Они тут же закричали:

— Расстаньтесь! Расстаньтесь! Расстаньтесь!

Лин Сюань удовлетворённо кивнул и снова повернулся к Жун Сюю:

— Видишь ли, поклонники одобрили наше расставание. Я вынужден порвать с тобой.

К своему удивлению, когда Линь Сюань повернул голову, он увидел, что Жун Сюй уже развернулся и уходил за кулисы.

Маленький «Король музыки» быстро схватил его за руку:

— Что ты делаешь? Разве ты уже спел все песни, которые планировал?

Красивый элегантный юноша повернул голову и, усмехнувшись, посмотрел свысока на сбитого с толку «Короля музыки». На экране в этот момент показывался крупный план лица Жун Сюя с капельками пота на гладком лбу. Жун Сюй спокойно посмотрел на Линь Сюаня, усмехнулся и спросил:

— Разве ты сам только что не разорвал наши отношения?

Линь Сюань:

— ...

Зрители в зале тут же засвистели и рассмеялись.

Жун Сюй полностью перенял всё внимание на себя, и 30 тысяч фанатов с энтузиазмом наблюдали за взаимодействием двух звёзд на сцене.

Цзян Сяовань тоже счастливо смотрела на кумиров, думая о том, какие же всё-таки хорошие отношения у Жун Сюя и Линь Сюаня! Посмеявшись некоторое время над их шутками, она внезапно прикоснулась к своей руке и удивлённо прошептала:

— А?.. Почему вдруг стало так холодно?

В этот момент некая гигантская «панда», стоявшая в проходе, молча смотрела на сцену.

Жун Сюй на сцене пока не заметил этого странного фаната. После того, как они с Линь Сюанем немного пообщались, должно было начаться короткое взаимодействие со зрителями, после чего по плану интерактивная сессия могла быть закончена. В конце концерта они с Линь Сюанем собирались исполнить одноименную песню к фильму «Немой».

Взаимодействие Линь Сюаня со зрителями продвигалось очень гладко, и Жун Сюй тоже чувствовал себя в своей тарелке.

Они по очереди выбирали зрителей из зала и предлагали им задать свой вопрос. По совпадению, первые две зрительницы, выбранные ими, оказались фанатками Жун Сюя. Когда Жун Сюй заговорил с ними, они расплакались и, отдышавшись, задали Жун Сюю свои вопросы.

Первый вопрос:

— Жун Сюй, ты собираешься сменить карьеру и стать певцом?

Губы юноши дёрнулись:

— Я не собираюсь полностью менять род своей деятельности, но… я не могу гарантировать, что в будущем мои взгляды не изменятся.

Линь Сюань широко раскрыл глаза, когда услышал его ответ:

— Ты собираешься стать моим конкурентом?!

Гости концерта заметно оживились.

Второй и третий вопрос:

— Жун Сюй, нам всем очень нравится твоя песня «Потерянные крылья». Все знают, что эта песня повествует о печальной любви. Могу ли я спросить... раньше ты когда-нибудь состоял в отношениях? Какие девушки тебе нравятся?

Многие фанаты Жун Сюя в зале принялись взволнованно выкрикивать его имя. Линь Сюань удивлённо посмотрел на Жун Сюя, словно не ожидал, что фанаты зададут ему такой непростой вопрос.

На самом деле, эта проблема была неизбежной для любой звезды. Кого из них не спрашивали о вторых половинках? Кого не спрашивали о планах на личную жизнь? И большинству знаменитостей также задавали вопросы о том, какой типаж людей нравится им больше всего. Но из-за того, что Жун Сюй дебютировал не так давно, ему ещё попросту не успели задать подобных вопросов.

Под ослепительным светом прожекторов красивый молодой человек скривил губы и спокойно посмотрел на поклонницу, задавшую этот вопрос. Выражение его лица было безмятежным, но на самом деле его ладошки уже успели вспотеть, а пальцы с силой сжимали микрофон.

Жун Сюй не любил лгать.

Немногие звезды всегда говорили правду, но Жун Сюй очень не любил лгать. Он уже не раз говорил неправду, но каждый раз при этом он испытывал невероятное чувство вины. Таков был один из его главных жизненных принципов. Оказавшись перед таким выбором, он бы предпочёл солгать во благо, либо вовсе промолчать.

А сейчас...

Тысячи мыслей промелькнули в голове Жун Сюя. Никто из зрителей не заметил, как «панда» в проходе холодно повернул голову и уставился на фанатку, задавшую этот вопрос.

Жун Сюю казалось, что он раздумывал над этим вопросом довольно долго, но на самом деле прошло всего несколько секунд. Он вздохнул и мягко улыбнулся:

— Нет, раньше я не состоял в отношениях.

Это был первый ответ. Раньше он никогда не состоял в отношениях, но теперь они у него были.

И второй ответ:

— У меня нет определённого типажа людей, которые мне нравятся. Если человек мне нравится, то только за то, что он – это он.

Этот ответ развеселил фанатов, и холодный пот снова проступил на ладонях Жун Сюя, который спокойно вытер его. Затем он повернул голову к зрителям, когда вдруг увидел ослепительное свечение светодиодной таблички, мигающей в центральном проходе концертного зала.

Ясные глаза юноши внезапно расширились, а зрачки слегка задрожали.

Жун Сюй с недоверием таращился на строчку слов на светодиодной табличке.

«Я люблю тебя ^_^»

Перед тем, как выйти на сцену сегодня, Жун Сюй снова получил от Цинь Чэна текстовое сообщение с признанием в любви. Увидев его, он беспомощно улыбнулся и ответил: «Хорошо. Я напишу тебе, когда концерт закончится. Он вот-вот начнётся».

Цинь Чэн снова повторил: «Сяо Сюй, я люблю тебя ^_^»

«Хм… Я знаю, ты меня любишь».

Цинь Чэн снова повторил: «Я люблю тебя ^_^»

Жун Сюй ошеломлённо посмотрел на экран своего телефона и, наконец, серьёзно ответил: «Цинь Чэн, я тоже тебя люблю».

Удовлетворённый таким ответом, мужчина, наконец, прекратил свои бесконечные признания в любви. Тогда Жун Сюй решил, что Цинь Чэн просто скучает по нему, но он никак не ожидал, что уже через час, стоя перед тридцатитысячной аудиторией и миллионами зрителей у компьютеров, он действительно вновь увидит эту фразу:

«Я люблю тебя ^_^»

Пальцы, державшие микрофон, слегка задрожали, а в глазах застыли слёзы, когда Жун Сюй медленно поднял голову, чтобы взглянуть на человека, держащего эту светодиодную табличку. Это была огромная «панда» с тёмными кругами под глазами и большой округлой головой. Она выглядела очень забавно и в то же время очень мило.

Однако Жун Сюй в этот момент, казалось, видел насквозь человека, прячущегося под этим тяжёлым костюмом.

«Что мне теперь говорить?

Что мне теперь делать?..»

В зале повисла тишина. Жун Сюй продолжал неотрывно смотреть в одном направлении, простояв так не меньше десяти секунд. Это длилось довольно долго, но не настолько, чтобы зрители успели понять, куда устремлён его взгляд.  Вскоре Жун Сюй быстро отвёл взгляд от «панды», пряча слезы за улыбкой.

Когда он заговорил снова, его голос звучал вполне нормально, без намёка на хрипотцу:

— Значит, нам осталось выбрать последнего счастливчика из зала? Друг, это ведь твой концерт! Выбирай ты!

Линь Сюань засмеялся и сказал:

— Конечно! Сейчас я выберу! Все предыдущие вопросы были посвящены тебе, и я очень этим раздосадован. Вы все больше не любите меня? Мне очень больно!.. — голос затих, и взгляд Линь Сюаня принялся блуждать среди тысяч фанатов. — Я ищу его. Я должен найти своего главного поклонника, чтобы Жун Сюй окончательно не лишил меня внимания на моём концерте...

Зрители в зале разразилась хохотом, а Жун Сюй лишь слабо улыбнулся.

Спустя десять секунд Линь Сюань громко воскликнул:

— Ха-ха! Я вижу, кто-то пришёл, чтобы признаться мне в любви?! На этот раз вопрос точно задаст мой фанат! Эй, Вы, девушка в милом костюме! У Вас есть ко мне вопросы? Спрашивайте! Мой помощник сейчас передаст Вам микрофон. Спрашивайте всё, что хотите. — Помощник забегал между рядами, когда Линь Сюань добавил. — Да, дай микрофон этой милой панде... Это ведь панда? Мне плохо видно, но она такая милая! Скажи, почему ты пришла на мой концерт в костюме панды?

Жун Сюй на сцене внезапно застыл.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1511871

Глава 118 (Часть 3)

Зрители в зале тоже вдруг открыли для себя эту «фанатку» в костюме национального достояния Китая.

Поскольку руки «панды» были заняты светодиодной табличкой, помощник Линь Сюаня встал перед «ней» и протянул микрофон. Когда этот мужчина стоял рядом с гигантской пандой, многие в зале заметили, что он едва достаёт головой ей до плеч!

Линь Сюань на мгновение был ошеломлён, и в его голове промелькнула мысль:

«Сяо Лю, конечно, не сильно высокий, его нельзя назвать коротышкой. Неужели… эта панда такая высокая?! Она должна быть не меньше 1,80 метров!»

Подумав об этом, Линь Сюань снова улыбнулся:

— У Вас милый костюм. Вы купили его?

«Панда» молчала.

Линь Сюань не стал слишком много думать над этим и с ухмылкой продолжил:

— Мне действительно нравятся панды, но я нигде об этом не упоминал. Если у Вас есть вопросы, пожалуйста, поторопитесь и задайте их!

Прошло ещё три секунды, но ответа по-прежнему не последовало. Когда зрители и Линь Сюань уже устали ждать, сбитые с толку, они вдруг услышали странный пронзительный голос из-под костюма панды:

— Да, этот костюм был куплен мною... это действительно костюм панды.

Жун Сюй:

— …

Линь Сюань:

— ...

Зрители в зале и перед мониторами:

— …

«Ха-ха-ха-ха-ха-ха, у этой панды слишком забавный голос! Честно говоря, он немного смахивает на мужской, но это правда смешно! Такое ощущение, что человек под этим костюмом нарочно зажимает себе нос, чтобы говорить таким голосом. Это так мило! 233333! Он мне нравится! Он – наше Национальное Достояние!»

У поклонников Линь Сюаня было много поклонниц, но среди его фанатов также было много и мужчин, так что появление этой «панды» на концерте не было удивительным.

Линь Сюань неохотно успокоился и улыбнулся:

— Тогда какой вопрос Вы хотите задать?

Панда кивнул.

Лицо «панды» крупным планом транслировалось на большом экране. Многие онлайн- и оффлайн-зрители и смеялись и умилялись, глядя на это милое национальное достояние. Затем они увидели, как их «национальное достояние» медленно и с трудом повернуло голову, посмотрело на улыбающегося Жун Сюя и спросило:

— Жун… Жун Жун… Я хочу задать вопрос тебе.

Линь Сюань:

— ...

Жун Сюй с трудом подавил смех и, выслушав этот странный пронзительный голос, с серьёзным видом кивнул:

— Спрашивай.

— Жун Жун... тебе нравятся... панды? Цзю Ми*!

Сказав это, гигантская панда поставила своё мини-табло на пол, взялась своими пухлыми «руками» за «щёчки», повернула голову и приняла милую позу. Очевидно, фраза «Цзю Ми» была произнесена очень серьёзным тоном, но все, кто наблюдал за этой сценой, тут же громко рассмеялись, ослеплённые этим нарочито милым Национальным Достоянием.

Многие пользователи сети снова принялись строчить комментарии под видео трансляции…

«Это национальное достояние слишком милое! Он специально спросил у Жун Жуна, нравятся ли ему панды! Всем нравятся панды! Как хитро!»

«Ха-ха-ха-ха, хотя я знаю, что этот фанат специально пичкает нас милотой, он мне всё равно очень нравится! Если бы я была на месте Жун Жуна, я бы определенно ответила, что он мне нравится! Наше Национальное Достояние Цзю ми не остановить, когда он переходит в наступление =3»

«Самое милое животное в мире – наше Национальное Достояние... Как же он мне нравится!»

Публика была в восторге от милых уловок «панды». Даже если бы Жун Сюй ответил на её вопрос отрицательно, любовь сотен фанатов у этой милой «панды» уже было не отнять.

Все зрители устремили свои взоры на красивого юношу, мило улыбающегося на сцене. Он со всей серьёзностью ответил:

— Наши национальные достояния... очень, очень мне нравятся.

Гигантская панда быстро подняла световое табло с пола и указала пальцем на текст на нём.

В одно мгновение на прекрасном лице юноши появилась нежная улыбка, и он прочитал вслух слово за словом:

— Я люблю тебя.

Зрители в зале были в восторге.

Никого уже не волновало то, что Жун Сюй сказал это предложение только «панде», ведь все фанаты знали, что Жун Сюй посвятил это ИМ ВСЕМ! Жун Сюй сказал «я люблю тебя» одному фанату, подразумевая «я люблю всех вас»!

«Ааааааааааааааааааааааааааааааааах! Я сейчас улечу в небеса от счастья!!!»

На этом общение исполнителей со зрителями закончилось.

«Панда» всё ещё держала в руках своё светодиодное табло, стояла у прохода и слушала, как Жун Сюй и Линь Сюань поют заключительную песню.

Песня «Немой» увидела свет ещё полмесяца назад и уже полюбилась бесчисленному количеству поклонников. Это была очень грустная и медленная песня.

В версии Линь Сюаня слышалась какая-то детская наивность и невинность, но когда эту песню исполнил с ним Жун Сюй, она заиграла ещё более грустными красками.

Если то, что пел Линь Сюань, было похоже на слёзы первой любви, – то, что пел Жун Сюй, было настоящим криком души и сердца. У этих двоих были свои сильные и слабые стороны, и когда они пели вместе, композиция звучала вдвойне прекрасно и грустно.

Зрители в зале заворожено слушали, подпевая на припевах.

Когда эта грустная песня-история закончилась, зрители не могли сдержать слёз.

После этой песни Жун Сюй ушёл со сцены, а Линь Сюань продолжил свой концерт в одиночестве.

Линь Сюань исполнил ещё четыре песни, и концерт на этом закончился.

После концерта многие фанаты с радостью делились со своими друзьями впечатлениями о концерте. Поклонники Жун Сюя, конечно, были очень взволнованы и почти плакали от счастья; поклонники Линь Сюаня тоже один за другим подписывались на аккаунт Жун Сюя в Вэйбо и примыкали к его фанатам.

Жун Сюй и Линь Сюань были хорошими друзьями, а значит, и их фанаты могли подружиться.

На то, чтобы 30 тысяч зрителей покинули зал, требовалось опредёленное время. Когда фанаты толпились у выхода, обсуждая концерт, Цзян Сяовань внезапно странно огляделась по сторонам и отыскала взглядом «панду», которая быстро пробиралась сквозь толпу.

Быстро семеня своими короткими ножками (особенность костюма), «панда» ускользала прочь, а вскоре и вовсе скрылась из виду.

— Сяовань, на что ты смотришь?

Цзян Сяовань тут же повернулась и улыбнулась подруге:

— Ни на что… Просто мне кажется, что «панда», задавшая сегодня последний вопрос, немного странная...

— Что в ней странного? О, я могу сказать, что! Она – мужчина! Ха-ха!

— Не могу сказать, что именно… но этот фанат очень странный…

— Забудь о нём! Пойдёмте поужинаем в Хайдилао! Я забронировала столик! Поторопитесь!

Счастливые подружки второпях покинули концертный зал и отправились в Хайдилао на ужин.

Многие фанаты встречались после концертов в Хайдилао. Сидя в ресторане, они могли ещё раз послушать песни своего кумира. В Хайдилао существовала услуга, благодаря которой поклонники певца могли заказать свои любимые песни и слушать их на протяжении всего вечера.

Во время ужина Цзян Сяовань продолжала задумчиво смотреть в точку и размышлять над странным поведением «панды» на концерте, однако вскоре подруги оторвали её от раздумий, и девушке пришлось отложить этот вопрос до лучших времён

Лишь долгое время спустя, когда отношения между Жун Сюем и Цинь Чэном станут достоянием общественности, Цзян Сяовань, наконец, сможет всё понять:

«Я всё поняла! Почему Панда встала с места и включила своё световое табло только тогда, когда на сцене появился Жун Жун?! И как только Жун Жун покинул сцену, «панда» откинулся на спинку сиденья и больше не включал своё табло? Да потому что он заранее знал, что Жун Жун будет на этом концерте! Он пришёл сюда именно для того, чтобы признаться Жун Жуну в любви! Итак... той Пандой на концерте был… Бог Цинь?!»

* Гугл переводит это как «твитнуть», но Байду знает больше:

Цзю Ми (啾咪) = смайлик ^.<

Модное словечко в интернете, означающее смайл, складывающийся из комбинации милого выражения лица, подмигивания и жестов пальцами (см. фото).

啾咪的由來- 「啾咪^.＜」到底是三小？[6P] - 新奇- 子弟,眾人,舞妓

http://tl.rulate.ru/book/14326/1511877

Глава 118 (Часть 4)

Пока поклонники веселились и делились с друзьями впечатлениями от концерта, уставшие певцы сидели за кулисами.

Линь Сюань сидел на стуле, пока девушка-гримёр помогала ему привести лицо в порядок. Он спросил у Жун Сюя:

— Как тебе концерт? Я только что разговаривал со своим агентом: мы сейчас в четвёрке самых популярных запросов по всему интернету. Нас обсуждают почти везде! Ха! Как думаешь, режиссёр Сюй очень доволен? Он должен нам ужин!

Послезавтра состоится церемония премьеры «Немого». Режиссер Сюй и Сяо Цзытун сейчас находились в Городе S и тоже получили билеты на концерт Линь Сюаня. К сожалению, у них на этот день было запланировано большое интервью журналу, поэтому они не смогли прийти на концерт.

«Выслушав» Линь Сюаня, Жун Сюй не сказал ни слова. Он молча смотрел на экран своего телефона и продолжал печатать кому-то сообщение.

После того, как Линь Сюань сказал ещё пару слов и в ответ получил лишь тишину, он нахмурился и подозрительно спросил:

— С кем ты там переписываешься, Жун Сюй? Ты совсем не обращаешь на меня внимания...

Жун Сюй поднял глаза и улыбнулся ему, скривив губы:

— Поверь мне: ты не хочешь этого знать.

Линь Сюань расширил глаза и фыркнул:

— О, неужели?! Есть люди, о которых я не хотел бы знать? Ну скажи мне, с кем ты переписываешься?

Жун Сюй слегка усмехнулся:

— Не скажу.

Под ярким светом ламп гримёрной брови юноши слегка изогнулись в форме красивого полумесяца. Счастливая улыбка читалась в этих живописных глазах, и Линь Сюань ошеломлённо смотрел в них, интуитивно размышляя:

— Ты влюблён? Твои глаза буквально сияют от счастья...

Жун Сюй:

— …

В этот момент телефон Жун Сюя снова завибрировал, и Линь Сюань быстро поднялся со стула, чтобы посмотреть:

— Я хочу увидеть, кто это!

Прежде чем Жун Сюй успел остановить его, Линь Сюань прочитал последнее сообщение на экране телефона юноши...

Клеменс Холт: «Я отправил Вам последнюю версию сценария. Он был немного изменён. Можете написать мне, когда прочитаете его».

Улыбка внезапно застыла на губах Линь Сюаня. Через некоторое время «маленький король музыки с детским лицом» фыркнул:

— Итак, ты переписываешься о новом фильме с режиссёром? Да уж, забудь, это бессмысленно...

Жун Сюй перевёл взгляд на экран телефона и понял, что Клеменс только что спас его, заблокировав уведомление о сообщении Цинь Чэна своим собственным сообщением. Он вздохнул с облегчением и взглянул на Линь Сюаня, выражение лица которое как бы говорило: «Мне это больше не интересно! Ты такой скучный!».

Жун Сюй вскинул бровь.

В этот момент Цинь Чэн прислал ему ещё одно сообщение.

Увидев это сообщение, Жун Сюй снова заулыбался:

— Ну, вообще-то только что я переписывался не с Клеменсом. Но о том человеке, с которым я переписывался, тебе действительно лучше не знать… Ты бы не хотел и не осмелился его видеть, уверяю тебя.

Линь Сюань снова оживился:

— В этом мире есть люди, которых я не посмел бы видеть? Тогда скажи мне, что это за человек, которого Линь Сюань не осмелится увидеть? Пусть он покажется! Я хочу взглянуть на него! Я хочу увидеть того, что пишет тебе эти сообщения, я...

— Это я писал ему.

Все присутствующие в гримёрной тут же повернули головы к выходу.

Проведённый за кулисы при помощи Ло Чжэньтао, Цинь Чэн стоял у двери гримёрной, слегка опустив глаза, и спокойно смотрел на мужчин в помещении. Юные визажистки удивлённо переглянулись и заулыбались, начав легонько постукивать пальцами по столу.

Что касается Линь Сюаня...

— …

«Ты можешь убрать отсюда этого человека? Скорее! Уведи его отсюда сейчас же! Я не хочу видеть Сумасшедшего Цинь сейчас!!!»

Каким бы несчастным ни был Линь Сюань и как бы он не хотел прогнать из своей гримёрной «злейшего врага» клуба «Сумасшедший Цинь» – сейчас он стоял прямо перед ним. И это сейчас, когда он невероятно гордился собой и своим успехом!

Но неожиданно для Линь Сюаня Цинь Чэн просто взглянул на него и сказал:

— Поздравляю, концерт прошёл хорошо, — а затем он вышел из гримёрной вместе с Жун Сюем.

Увидев, как эти двое в самом деле уходят от него бок о бок, Линь Сюань быстро встал со стула и инстинктивно спросил:

— Подождите, куда вы направляетесь?..

Жун Сюй повернул голову и улыбнулся:

— Я задолжал Цинь Чэну ужин. Он только что приехал в город S, поэтому я его угощаю. — после короткой паузы он добавил. — Не ждите меня. У Цинь Чэна в городе S есть машина, так что я вернусь в отель с ним. — последнее предложение было адресовано Ло Чжэньтао и Ло Вэй, стоявшим в дверях.

Ло Чжэньтао прекрасно знал, что у Жун Сюя и Цинь Чэна хорошие отношения. В конце концов, они жили вместе уже больше года. Если бы у них были плохие отношения – разве смогли бы они так долго жить под одной крышей без конфликтов?

Что касается Ло Вэй, она тоже приняла это как должное. Потому что она уже несколько раз видела, как Цинь Чэн приезжал навестить Жун Сюя, и понимала, что они – очень хорошие друзья.

Один Линь Сюань чувствовал, что что-то здесь не так. Он поспешил за ними вдогонку и инстинктивно сказал:

— Если вы идёте ужинать – почему бы вам не взять меня?! Я тоже хочу есть! Возьмите меня с собой!

Как только эта фраза прозвучала, красивый высокий мужчина замедлил шаг, обернулся, равнодушно взглянул на него и сказал:

— Разве тебе не нужно худеть? Во время танцев у тебя было несколько движений, которые оголяли твой живот.

Линь Сюань внезапно расширил глаза:

— !!!

Жун Сюй усмехнулся и скрылся вместе с Цинь Чэном за кулисами. Только когда они исчезли из виду, Линь Сюань вдруг вспомнил:

«Подождите-ка, откуда он знает, что я танцевал на сцене? Может быть... да неужели?! Жун Сюй в самом деле рассказал ему о ТАКОМ?! Эти двое… вконец обнаглели!!!»

Выругавшись, Линь Сюань достал свой телефон и пожаловался в чат группы «Сумасшедший Цинь». Естественно, он не знал, что в этот самый момент, пока он печатал сообщение, чувствуя 10.000 ножевых ранений в своём сердце, Цинь Чэн и Жун Сюй тихо покинули концертный зал через чёрный ход и сели в чёрный спортивный автомобиль.

Темно-коричневая тонировка на стёклах звёздного авто отлично скрывала мужчин внутри от посторонних глаз.

Жун Сюй сел в машину первым. Он знал, что папарацци могут караулить их на каждом углу, поэтому они соблюдали осторожность, чтобы не попасться им на глаза.

Десять минут спустя Цинь Чэн, скрывая лицо под чёрной кепкой, сел в машину с другой стороны.

Едва дверь машины закрылась, как Цинь Чэн услышал низкий мягкий голос у себя за спиной. В голосе слышались улыбка, искушение и нежность…

— Цинь Чэн…

Мужчина внезапно застыл. Он повернул голову и увидел, как в темноте ночи его любимый мальчик смотрит на него с улыбкой. В ясных сияющих глазах Жун Сюя отражался мягкий свет фонарей, а его полные губы были изогнуты в тёплой улыбке.

Слегка поджав свои тонкие губы, Цинь Чэн немедленно отвернулся и завёл автомобиль.

Всё произошло так быстро, что Жун Сюй не сразу отреагировал. Только после того, как Цинь Чэн десять минут молча вёл автомобиль, а затем загнал его на подземную парковку отеля, Жун Сюй снова тихо позвал его:

— Цинь Чэн...

В этот момент мужчина внезапно набросился на него в яростном поцелуе, не дав ему больше произнести ни слова.

Глаза Жун Сюя слегка расширились от удивления, но постепенно он успокоился и обнял Цинь Чэна, с силой поцеловав его в ответ.

В дальнем углу тихой и пустой подземной парковки популярный молодой актёр и Император Кино отчаянно обнимали друг друга, утопая в страстном поцелуе. Температура в машине продолжала расти, и неоднозначная сексуальная атмосфера медленно заполоняла тесный салон...

В это время в Интернете неустанно росло внимание к прошедшему сегодня концерту. Бесчисленные поклонники Жун Сюя и Линь Сюаня, которые пропустили прямую трансляцию концерта, судорожно искали в Интернете запись прямой трансляции, и всё больше фанатов взволнованно обсуждали свежие новости.

Режиссёр Сюй, который только что закончил давать интервью для журнала, удовлетворённо кивнул и взглянул на помощника режиссёра. В эту ночь, воспользовавшись новой волной популярности Жун Сюя и Линь Сюаня, съёмочная группа «Немого» опубликовала на своей странице последний перед премьерой трейлер фильма.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1511878

Глава 119 (Часть 1)

Главным событием конца ноября для индустрии развлечений было не то, что некая звезда 10-й линии подозревается в обмане, и не то, что какая-то звёздная пара ждёт своего первенца. Им был концерт Линь Сюаня.

Линь Сюань уже давно был очень популярным «Маленьким королём» китайской музыкальной арены. На его первое выступление в очередном мировом турне пришло 30 тысяч слушателей, что уже вызвало в СМИ бурную дискуссию. К тому же, прямо во время этого концерта к нему внезапно присоединился в качестве гостя Жун Сюй, что привлекло к этому событию ещё больше внимания поклонников по всей сети.

Жун Сюй и Линь Сюань начали с совместной работы над «Немым» и постепенно подружились.

С тех пор они часто отвечали на посты друг друга в Вэйбо.

Первое место в топе поиска дня – #ЖунСюй_ЛиньСюань, второе – #ЛиньСюань, третье – #ЖунСюй, четвёртое – #Немой. Многие опытные фанаты уже догадались, что Жун Сюй выступил в качестве гостя на концерте Линь Сюаня не просто так, а ради продвижения «Немого». Его режиссёр, конечно же, ни за что не упустил бы такую прекрасную возможность.

Команда «Немого»: «30 ноября большая премьера «Немого»! Я расскажу тебе о любви после смерти... Я подарю тебе весь мир… Пожалуйста, послушай меня: ты мне нравишься! @Режиссёр_Сюй @Жун_Сюй @Сяо_Цзытун @Линь_Сюань [Ссылка на видео]»

Как только финальный трейлер был обнародован, он вызвал бурные обсуждения в сети. Всего за час он набрал более 5 миллионов просмотров. Когда прошло двенадцать часов, количество репостов под постом уже превышало отметку в 50.000, а количество лайков – 100.000!

Ролик длился всего три минуты, но это был первый развёрнутый трейлер «Немого», по которому пользователи сети, наконец, смогли узнать, что этот фильм рассказывает историю чистой и наивной любви.

В предыдущих роликах, опубликованных командой «Немого», были показаны только размытые обрывки сюжета и лица главных героев. Многие фанаты долго гадали, о чём же будет этот фильм, и все сошлись на одном: «Поскольку этот фильм связан с «Вечерним звуком» – очень вероятно, что Ду Жань, которого сыграл Жун Сюй, тоже будет призраком!»

Сегодня режиссёр Сюй, наконец, дал ответ на терзавший фанатов вопрос.

Ду Жань действительно будет призраком.

Яркая цветовая палитра, негромкая мелодичная фоновая музыка… Молодые актёры с самыми невинными детскими улыбками изображали на экране первую любовь. Это видео вмиг тронуло зрителей до глубины души.

Они давно получили дипломы и стали полноправными членами общества, совсем позабыв о той чистой и наивной жизни, которая у них всех когда-то была.

Да, в школе тяжело: нужно рано вставать и усердно учиться, постоянно выполняя задания и готовясь к экзаменам. Но в то же время школа – это самая тёплая колыбель. Покинув школу, вы понимаете, что в этом мире нужно много работать, чтобы добиться результатов. Принципы не так важны. Взрослея, вы начинаете медленно терять себя. Вы пытаетесь вернуть своё былое упорство, но понимаете, что это уже невозможно…

В последние годы фильмы о чистой любви часто находили отклик у фанатов, потому что пробуждали в их сердцах давно похороненную «чистоту». Однако сюжеты многих фильмов о студентах были слишком уж жестокими: расставания, беременности, аборты... В каждом фильме умирало по паре персонажей, и многим даже было стыдно признаваться в том, что они снялись в фильме о студенческой жизни.

Режиссёр Сюй естественно знал, что не может доподлинно воспроизвести сцены учёбы.

Кто захочет смотреть фильм, где герой встаёт в пять утра и делает уроки? Кто захочет смотреть фильм, где героиня не ложится спать допоздна, заучивая материал на завтра?

Фильм с таким обыденным сюжетом определённо стал бы посмешищем для всей индустрии.

В связи с этим режиссёр Сюй значительно сократил все сцены, связанные со скучной школьной жизнью, сосредоточив всё внимание на безграмотной героине и любви, случившейся летом.

Самое большое впечатление в трейлере на фантов произвела красивая картинка.

Режиссёр Сюй был буквально помешан на визуальных эффектах, кропотливо детализируя каждый свой кадр; картинка была свежей и умиротворяющей, словно приятный ветерок в жаркий летний день.

Эта красивая картинка – в сочетании с красивым лицом «любви нации» Сяо Цзытун, равнодушной улыбкой Жун Сюя и чистым певческим голосом Линь Сюаня – была поистине прекрасна.

«Конечно же, Сяо Цзытун – идеальное олицетворение юности! «Немой» в исполнении Линь Сюаня звучит потрясающе, а Жун Сюй невероятно крут! Такое ощущение, будто это фильм о моей первой любви… Как же хорошо он выглядит!»

Естественно, жаркая дискуссия в Интернете не затронула её «виновников»: сразу после окончания концерта один из них покинул концертную площадку, а второй готовился вернуться в отель. Но Линь Сюань не знал, что двое мужчин, которые заявили, что собираются поужинать вместе, на самом деле сразу же вернулись в отель.

В дальнем углу тёмной и пустой подземной парковки стоял чёрный спортивный автомобиль. Кругом было очень тихо. Никто не знал, что в тесном салоне этого автомобиля красивый мужчина страстно целовал своего любимого юношу, нагло изучая его сладкий рот языком.

Поцелуй длился долго – до тех пор, пока они оба не увлеклись настолько, что чуть не сделали «это» прямо в машине. Только после того, как Жун Сюй тихо рассмеялся и оттолкнул Цинь Чэна, тот остановился:

— Слишком тесно.

Салон этого спортивного автомобиля был слишком тесным для двоих. Несмотря на то, что это было четырехместное авто, на заднем сиденье всё ещё лежал огромный костюм панды, из-за которого внутри было не повернуться.

Цинь Чэн слегка поджал губы, окинул свою машину взглядом и, наконец, сказал:

— Поднимайся первым.

Жун Сюй не возражал. Он наклонился и легонько поцеловал Цинь Чэна в губы, после чего осторожно вышел из машины. Войдя в лифт, он поднялся на девятнадцатый этаж отеля, прошёл по длинному узкому коридору и вошёл в свой номер.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1544584

Глава 119 (Часть 2)

Не прошло и получаса, как в дверь Жун Сюя постучали. Открыв дверь, он увидел на пороге мужчину в кепке, солнцезащитных очках и маске.

Окинув гостя взглядом с ног до головы, он прислонился к двери и с улыбкой сказал:

— Молодой человек, я не заказывал еду.

Цинь Чэн был слегка поражён, и уголки его губ под маской невольно приподнялись. Он спокойно ответил:

— Но еду заказал я.

Жун Сюй вскинул бровь:

— Да? Что же Вы заказали?

— Роскошный ужин. Ну, точнее, только одно блюдо. Оно называется… Жун Сюй. — на этой фразе мужчина тут же вошёл в номер, закрыл за собой дверь и «взял» свой «ужин». После того, как Цинь Чэн отнёс своё восхитительное «блюдо» на кровать и приготовился его «отведать», Жун Сюй вырвал его из фантазий:

— Ты принимал душ?

Цинь Чэн внезапно помрачнел.

Юноша с серьёзным видом заметил:

— У тебя был такой тяжёлый костюм: ты, должно быть, сильно вспотел за вечер. Ты плохо пахнешь – прими душ.

Цинь Чэн:

— …

Жун Сюй встал с кровати, затолкал недоумевающего мужчину в ванную и закрыл за ним дверь.

Цинь Чэн за дверью тихо вздохнул и с серьёзным видом покорно принялся принимать душ. Но когда он подошёл к ванной, то услышал за дверью тихий смех. В следующее мгновение низкий мягкий голос юноши за дверью достиг ушей Цинь Чэна:

— Цинь Чэн... Я люблю тебя.

Мужчина внезапно замер у ванной с протянутой рукой. Через некоторое время послышался его ответ:

— Я тоже тебя люблю.

Эту фразу Жун Сюй не мог напрямую произнести на концерте.

Эта фраза была адресована не фанатам, а одному лишь Цинь Чэну: «Я люблю тебя».

Наконец, услышав эти слова от своего любимого, он почувствовал себя более комфортно и начал смиренно принимать душ.

Жун Сюй не соврал. Сегодняшний костюм Цинь Чэна был изготовлен на заказ. Чтобы ничто не могло выдать Цинь Чэна на многолюдном концерте, костюм был утолщён вторым слоем ткани, особенно в области головы. Когда певец на сцене только начал потеть, Цинь Чэн в зале уже был весь мокрый.

Второпях приняв душ, Цинь Чэн открыл дверь ванной, и в этот момент его неожиданно настиг поцелуй юноши, сторожившего дверь. Поцелуй был таким внезапным, что Цинь Чэн не оказался к нему готов. Когда он, наконец, пришёл в себя, он обнял своего мальчика за нежную тонкую талию, начав подталкивать его к большой кровати в центре комнаты.

Через полчаса Линь Сюань также вернулся в отель. Его номер находился недалеко от номера Жун Сюя. Когда он шёл по коридору со своим агентом, их голоса были слабо слышны в номере юноши.

— Это уж слишком! Они пошли вкусно поесть, а меня с собой не взяли?! От Цинь Чэна я другого и не ожидал – но Жун Сюй! Он, что, на его стороне?! Нет, мне нужно срочно поговорить с Жун Сюем завтра...

В этот момент мужчина за дверью внезапно врезался в самую глубокую часть тела Жун Сюя, от чего тот чуть не вскрикнул. Он поспешно прикусил палец и с укоризной взглянул на возлюбленного, как бы говоря: «Линь Сюань сейчас проходит мимо нашей двери – ты можешь двигаться медленнее? Что, если нас услышат?..»

Ответом на его немой вопрос были ещё более резкие движения тазом со стороны Цинь Чэна.

Звукоизоляция в этом пятизвездочном отеле была потрясающая. Не говоря уже о том, что Линь Сюань не слышал звуков трясущейся кровати за стеной на протяжении всей ночи – он даже не знал, вернулись ли Жун Сюй и Цинь Чэн в отель.

Ранним утром следующего дня Жун Сюй спустился в кафетерий, где почти сразу столкнулся с Линь Сюанем, когда нёс к столику поднос с фруктами.

Едва увидев Жун Сюя, «Маленький король музыки» с детским лицом тут же накинулся на него:

— А как же наш единый фронт против «Сумасшедшего Цинь»? Я не ожидал от тебя такого, Жун Сюй! Я думал, ты другой! Вы вкусно поужинали вчера, а меня с собой брать отказались!

Услышав это, Жун Сюй вскинул бровь, молча глядя на Линь Сюаня, после чего сказал:

— Ты действительно хотел поесть с нами? Разве Цинь Чэн не сказал, что ты худеешь? Вчера он видел у тебя на сцене небольшой животик. Тебе, и правда, не помешает похудеть.

Глаза Линь Сюаня расширились:

— У меня такое телосложение! Я склонен к полноте! Как ты не понимаешь?! Этот парень Цинь Чэн сам не знает, что говорит! Он сам не сильно-то худеет. Он толще меня, а ест с тобой в полночь!.. И при этом вы всё равно не взяли меня с собой!

— Ты действительно хотел поесть с нами? — раздался глубокий притягательный голос позади Линь Сюаня.

Певец внезапно застыл на месте, неловко повернул голову и наигранно рассмеялся:

— Ага... На самом деле, не особо-то и хотел. Я просто хочу знать, что вы ели вчера вечером? Морепродукты? Барбекю? Хого?

Мрачный и элегантный мужчина подошёл к Жун Сюю и очень грациозно взял у него из рук поднос, по пути невзначай ответив Линь Сюаню:

— По официальной информации компании, я, конечно, вешу на один или два килограмма больше тебя, но... не забывай, что я на десять сантиметров выше.

Жун Сюй тут же громко расхохотался, а Линь Сюаню вдруг поплохело.

— # ￥! # ￥￥%!!!

Глядя на гармонично удаляющиеся спины Цинь Чэна и Жун Сюя, обиженный певец выругался, достал из кармана свой телефон и пожаловался в чат группы «Сумасшедший Цинь». Однако его взгляд в этот момент привлекла целая куча сообщений от Вэнь Сюань.

Вэнь Сюань: «Я видела короткие видео в Интернете: у него было такое милое личико! Линь Сюань, подари мне диск с этим концертом! Я сохраню его на память!»

Вэнь Сюань: «Я не ожидала, что Жун Жун так хорошо поёт вживую! Почему бы нам не сходить вместе в караоке?!»

Вэнь Сюань: «Я вернусь в Китай на следующей неделе. Договорились: сразу же идём в караоке!»

Линь Сюань:

— ...

« Этот парень слишком раздражает меня!!!»

После концерта Жун Сюй отдохнул в отеле всего один день, и уже вечером проследовал за командой «Немого» в Большой театр Города S, где должна была состояться церемония премьеры «Немого». Сотни репортёров и профессиональных кинокритиков были приглашены на показ фильма, который должен был состояться одновременно с показом для простых зрителей, которые ждали премьеры во всех уголках страны.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1544672

Глава 120 (Часть 1)

С 18:00 репортёры и кинокритики один за другим пребывали в Большой театр города S. Зрители входили в театр с семи до восьми часов, и к этому времени вся команда «Немого» уже была на месте, встречая гостей.

Съёмки «Немого» официально стартовали в мае – всего полгода назад.

«Немой» – недорогая молодёжная мелодрама без боевых сцен с минимальным количеством спецэффектов. Большая часть бюджета была затрачена на пост-продакшн.

В начале церемонии премьеры создатели «Немого» сидели на сцене и отвечали на вопросы ведущего. Поскольку актриса второго плана Лю Хуэйчжэнь всё ещё была занята судебными тяжбами с Лу Сянбо, на церемонии премьеры она отсутствовала.

До сегодняшнего вечера режиссёр Сюй не казался Жун Сюю неразговорчивым. Однако когда сегодня ведущий давал ему слово, старик отвечал максимально кратко и без энтузиазма, явно не желая поддерживать разговор.

На самом деле, многие в кругу знали характер режиссёра Сюй. Поэтому вскоре ведущий переключился на Жун Сюя, Сяо Цзытун и Линь Сюаня. Этот ход был прекрасно воспринят публикой. Трое главных героев фильма подшучивали друг над другом и в целом много шутили, веселя зрителей в зале.

Через час этап общения с ведущим завершился, и пришла пора отвечать на вопросы репортёров.

Под ярким светом прожекторов Жун Сюй скромно улыбался, обводя взглядом репортёров в первом ряду и зрителей на задних рядах.

Он видел, что на задних рядах тускло освещённого театра многие фанаты держат в руках световые табло, внимательно наблюдая за происходящим на сцене.

Большой театр города S имел большую площадь, с расстоянием от сцены до последнего ряда в тридцать метров. Зрителям в заднем ряду фактически не было видно лиц актёров на сцене. Они могли видеть только расплывчатые очертания фигур, но всё же продолжали радостно размахивать световыми табличками и аплодировать.

Среди надписей на этих световых табличках чаще всего встречалось слово «Жун».

Они были слишком далеко от сцены, и Жун Сюй не мог видеть их лиц. Улыбнувшись, он помахал фанатам на задних рядах, и в этот момент по залу пронеслась новая волна аплодисментов.

Съёмочная группа пригласила на премьеру репортёров, которые задавали много вопросов о фильме. Некоторые репортёры спрашивали режиссёра Сюй, как ему пришла в голову идея снять молодежный фильм, а другие интересовались причинами релиза именно 30 ноября.

Услышав это, режиссёр Сюй рассмеялся и без стеснения ответил:

— Конечно, на то есть причины. Крайний срок релиза для участия в «Золотом Фениксе» и нескольких других кинопремиях – конец ноября. Поэтому я и выбрал эту дату!

Репортёры поспешно записали ответ режиссёра Сюй. Для них он был громкой новостью.

Задав съёмочной команде ряд вопросов, связанных с созданием фильма, журналисты, наконец, переключили своё внимание на актёров.

Вероятно, из-за вчерашнего концерта многие репортёры заваливали вопросами Жун Сюя и Линь Сюаня. Они спрашивали у Жун Сюя:

— Не хотите заняться музыкой всерьёз?

Отвечая на этот вопрос, красивый молодой человек просто улыбнулся и спокойно ответил:

— Сейчас в моих планах нет покорения музыкальной арены. Даже если однажды я действительно захочу выйти на новый уровень, я не могу полностью посвятить себя музыке. Вчерашний концерт принёс мне огромную пользу. Линь Сюань показал мне мир музыки – и он меня поразил.

Его ответ оставил репортёров в недоумении, но вскоре один из них переключился на Сяо Цзытун, спросив о её личной жизни, и неловкая пауза была заполнена.

Звёзды вынуждены отвечать на такие вопросы. Будь то Жун Сюй, Сяо Цзытун или даже Линь Сюань, который давал интервью минимум раз в месяц, – все они были вынуждены отвечать на «допросы» репортёров.

Задав актёрам вопросы о личной жизни, репортёры, наконец, снова переключились на режиссёра Сюй:

— Лу Сянбо и Лю Хуэйчжэнь по-прежнему судятся. В последний раз Лу Сянбо снова проиграл в суде. Могу я попросить режиссёра Сюй подробнее рассказать нам о том, что произошло у вас на площадке? Кроме того, собирается ли ваша команда апеллировать к Лу Сянбо, как это сделала Лю Хуэйчжэнь?

Атмосфера на сцене на мгновение стала напряжённой. Зрителей очень рассердила наглость репортёров, но в то же время они навострили уши, поскольку обожали сплетни.

Другой репортёр добавил:

— Да, в последние месяцы я то и дело натыкаюсь на новости о Лю Хуэйчжэнь и Лу Сянбо, однако ваша команда ведь однажды сказала примерно следующее: «Мы будем использовать все законные средства, чтобы разрешить конфликт с Лу Сянбо». Так почему же сейчас в этом деле до сих пор нет никакого движения?

При этих словах улыбка не исчезла с лица режиссёра Сюй. Знаменитый китайский режиссёр спокойно посмотрел на репортёра, задавшего вопрос, и через некоторое время ласково улыбнулся:

— Мы ясно дали обо всём понять в своём заявлении. Что касается апелляции, я обещаю: на этом дело не остановится. — посмотрев на злосчастного репортёра, он спокойно спросил. — Простите, у Вас есть ещё какие-нибудь вопросы… по поводу фильма?

Под столь пристальным взглядом именитого режиссёра на лбу репортёра проступили капли пота.

Больше никто не осмелился упоминать имя Лу Сянбо, поэтому атмосфера в зале постепенно вернулась к дружелюбной. На самом деле, перед самой церемонией открытия режиссёр Сюй обмолвился с Жун Сюем, что он надеется, что им не придётся обсуждать этого бесстыдного злодея Лу Сянбо.

— Команда «Немого» не хочет иметь ничего общего с такими людьми. Я думаю, Юань Кэ должен быть солидарен со мной в этом вопросе.

Режиссёр Юань очень заботился о прибыли, но не хотел, чтобы его «Затерянный город» обсуждался через призму скандалов Жэнь Шучжэнь; режиссёр Сюй, в свою очередь, наделся, что его «Немой» будет иметь большую популярность, но не хотел иметь ничего общего с Лу Сянбо.

Таково было истинное отношение двух именитых режиссёров к собственным творениям.

После этого мелкого инцидента церемония премьеры плавно подошла к концу. Осталось только ответить на вопрос последнего репортёра:

— Режиссёр Сюй, чего Вы ожидаете от «Немого» в прокате?

Режиссёр Сюй, отвечая на финальный вопрос, просто показал три пальца:

— Я ожидаю вот это число.

Репортёр опешил:

— Триста миллионов?

Режиссёр Сюй с улыбкой поправил его:

— Три миллиарда!

В зале поднялся шум, но съёмочная группа больше не дала никому возможности задать вопрос.

В этот момент был объявлен небольшой перерыв, после чего должна была состояться долгожданная премьера фильма.

Воспользовавшись этим свободным временем, все члены команды скрылись за кулисами. Пока визажист поправляла макияж Сяо Цзытун, режиссёр Сюй болтал с продюсером о кинотеатрах, а Линь Сюань пытал Жун Сюя расспросами:

— Жун Сюй, у тебя правда была первая любовь? Кто эта девушка? Расскажи мне! Мне так любопытно!

Когда один из репортёров задал Жун Сюю вопрос о его первой любви, Жун Сюй спокойно ответил, что она у него была, но когда репортёр задал уточняющий вопрос, Жун Сюй с улыбкой перебил его:

— Помнится мне, наш фильм называется «Немой», а не «Первая любовь». И уже точно он не называется... «Первая любовь Жун Сюя». Я прав?

Репортёр:

— …

Так Жун Сюю удалось с лёгкостью уклониться от неудобного вопроса репортёра и сохранить в тайне свои чувства. Однако теперь на смену репортёру пришёл Линь Сюань, который приставал к нему, как назойливая муха.

Поняв, что этот «Маленький король музыки» от него не отстанет, юноша слегка улыбнулся и спокойно сказал ему:

— Если ты хочешь, чтобы я рассказал тебе про свою первую любовь, – сначала расскажи мне про свою. Только когда ты мне всё расскажешь, я... гм, я подумаю над твоим предложением.

Линь Сюань:

— ...

Пару секунд постояв перед Жун Сюем в оцепенении, он резко развернулся и ушёл прочь, ругаясь:

— Этот Жун Жун снова издевается надо мной!

Жун Сюй невинно поморгал:

«Сначала ты расскажешь мне свой секрет, а уже потом я подумаю, рассказывать ли мне свой. Разве это не эквивалентный обмен? В чём же здесь издевательство?»

http://tl.rulate.ru/book/14326/1568117

Глава 120 (Часть 2)

Через полчаса перерыва, когда часовая стрелка медленно приблизилась к двенадцати, официально началась премьера фильма «Немой».

В центре первого ряда театра сидели четыре инвестора. Жун Сюй и Сяо Цзытун сидели по левую сторону от них, а режиссёр Сюй и Линь Сюань – по правую.

После того, как Жун Сюй сел, он заметил, что Линь Сюань сделал ему странный жест рукой (你欺负人*), но проигнорировал этого «маленького короля музыки». Ожидая начала фильма, он склонил голову и отправил сообщение.

Жун Сюй: «Как у тебя обстоят дела?»

Через некоторое время ему пришёл ответ от мужчины.

Цинь Чэн: «Ну, заполняемость кинотеатра около 70 %».

Жун Сюй беспомощно рассмеялся: «Я имею в виду, тебя никто не раскрыл?»

Уже в следующий момент Жун Сюй смотрел на текст на экране своего телефона со вскинутой бровью.

Цинь Чэн: «Раскрыл? Меня?»

Распирающую его гордость можно было почувствовать даже через экран...

Улыбка на губах юноши стала шире. Глядя на это сообщение, Жун Сюй прямо видел образ мужчины в маске и солнцезащитных очках, тайно сидящего в последнем ряду тёмного кинотеатра в ожидании начала фильма.

Очевидно, Цинь Чэн спокойно мог посмотреть фильм через несколько дней. Очевидно, что тогда шансов на то, что его кто-то узнает, было бы гораздо меньше. Однако этот человек всё же решил явиться на премьеру, да ещё и в небольшой кинотеатр недалеко от Большого театра города S...

Жун Сюй: «Чем он только думал?..»

Естественно,  Жун Сюй не мог прочитать мысли Цинь Чэна. И, конечно, он не знал, что «маленький кинотеатр», о котором говорил Цинь Чэн, был более чем на двести мест (в одном кинозале). А что касается «70 %-ной заполняемости зала» – он почти угадал точное число!

Этой ночью на премьеру «Немого» в кинотеатре «Люмьер» собралось около 180 зрителей.

Причина, по которой многие любители кино выбрали для просмотра «Немого» именно этот кинотеатр была простой – он был ближе всего к Большому театру города S, где проходила официальная церемония премьеры. Среди этих зрителей были поклонники режиссёра Сюй, а также поклонники Сяо Цзытун, Линь Сюаня и Жун Сюя.

В этот момент по обе стороны от Цинь Чэна сидели две компании фанатов Жун Сюя, не знакомые друг с другом. Слева – три девушки, которые, похоже, были однокурсницами и соседками по общежитию; справа – две офисных работницы, которым завтра утром на работу. Удивительно, что эти двое решили прийти на премьеру посреди ночи.

Перед началом фильма девушки, сидевшие по обе стороны от Цинь Чэна, оживлённо болтали. Поговорив немного, они удивлённо переглянулись, и вдруг...

— Но вам же рано вставать?!

— В этой жизни я не жалею ни о чём, что сделано ради моего любимого Жун Жуна!

— Товарищ!

— Товарищ**!

— Наконец-то я нашла родственную душу! Девочки, вы тоже пришли сюда ради нового фильма Жун Жуна и чтобы быть поближе к нему? Попасть на премьеру в этот кинотеатр ужасно сложно! Мне потребовалось приложить немало усилий, чтобы заполучить билет!

— Верно, все хотят быть поближе к Жун Жуну! О, вы тоже фанаты Жун Жуна из города S? Я добавлю вас в фан-группу города S. Как вас зовут?

— Давай! Меня зовут...

Мужчина, зажатый прямо между двумя компаниями галдящих девушек, молча поднял правую руку, закрыв ею лицо:

— ...

Поклонницы Жун Сюя восторженно делились друг с другом впечатлениями, но вскоре – как только фильм начался – замолкли и повернули головы к экрану. Фильм начинался с успокаивающей мелодичной музыки. Как и любой другой фильм на тему «первой любви», этот фильм был полон юношеской романтики с первых же минут.

Красивый кампус, детская площадка, яркие светлые тона – картинка была очень приятной для глаз.

Когда в начальных титрах появилось имя Жун Сюя, пятеро фанаток по обе стороны от Цинь Чэна снова начали перешёптываться, но тут же поспешно замолкли. Студентка, сидевшая слева от Цинь Чэна, повернула к нему голову и извиняющимся тоном пролепетала:

— Извините! Не удержалась... — говоря это, девушка собиралась поднять голову к мужчине.

Цинь Чэн тут же поднял руку, чтобы прикрыть лицо:

— Мгм… всё в порядке.

Студентка удивлённо посмотрела на него, после чего отвернулась и шепнула на ухо своей подруге:

— Этот молодой человек такой странный... Он пришёл в кинотеатр в маске!

Её спутница улыбнулась:

— В этом нет ничего странного: может он болеет. К счастью, он пришёл без солнцезащитных очков, иначе бы я подумала, что он звезда! Ха-ха!

Услышав это, студентка неосознанно повернула голову, чтобы снова взглянуть на странного зрителя, но в этот момент её спутница внезапно схватила её за руку, взвизгнув:

— Жун Жун!!!

Как и ожидалось, взгляд девушки снова приковался к большому экрану! Там показывали Жун Жуна!

Все зрители в этом ряду принялись внимательно смотреть фильм.

Начало «Немого» мало чем отличалось от обычных молодёжных фильмов, заставляя зрителей погрузиться в глубины своих воспоминаний. Сколько бы невзгод они ни пережили и какими бы сильными и зрелыми ни стали – каждый вмиг вспомнил свои студенческие годы и начал скучать по тем чудесным беззаботным денькам.

Режиссёр отлично уловил психологию зрителей, снимая эту чистую и невинную сцену в кампусе.

Поскольку Сяо Цзытун называли «любимицей нации», её лицо и темперамент отлично соответствовали образу студентки в фильме. Независимо от актёрского мастерства, она прекрасно подходила на роль «красивой девушки в белом», о которой мечтает вся мужская аудитория. Женскую же аудиторию, естественно, привлекали два актёра – Жун Сюй и Линь Сюань.

Из-за сокращений сценария Линь Сюань редко появлялся в фильме, и большую часть экранного времени зрители наблюдали за Жун Сюем.

Они наблюдали за тем, как Жун Сюй и Сяо Цзытун, держась за руки, бегут по безлюдной площадке посреди ночи; как они сидят на крыше здания школы и смотрят на звёзды; как Сяо Цзытун рассказывает Жун Сюю о жизни в школе, а он внимательно слушает...

Вскоре зрители сделали для себя интересное открытие: за всё это время Жун Сюй не произнёс ни слова. Он просто с улыбкой смотрел на своенравную девушку, слегка вскинув брови. Всякий раз, когда Сяо Цзытун оглядывалась, она встречала на себе взгляд Жун Сюя, стоящего позади и тихо смотрящего на неё.

Этот странный молчаливый юноша всегда был рядом с Чжао Лэлин (в исполнении Сяо Цзытун). Он не мог говорить и выражать свои чувства, но если девушке хотелось убежать, он бежал рядом с ней, а если ей хотелось поплакать, он всегда был рядом, чтобы подставить ей своё плечо.

Когда над ней издевались, он вступился за неё и увел её прочь.

Наверное, это и есть любовь.

Кожа юноши на большом экране была бледной – почти прозрачной – и казалась очень холодной, однако улыбка у него всегда была невероятно тёплая.

Ни одна девушка в зале не могла устоять перед ним. Оно и понятно, ведь «Немой» в первую очередь был рассчитан на женскую аудиторию. Конечно, режиссёр Сюй не отказывался и от мужской аудитории.

За первый час фильма было показано бесчисленное множество изысканных кадров. Режиссёр Сюй использовал для «Немого» превосходную технологию постобработки, благодаря которой на выходе получились невероятно красивые сцены.

Если сюжет «Немого» привлекал множество девушек, то эффекты и картинка привлекали множество парней.

Может быть, всё дело было в том, что за свою жизнь Цинь Чэн посмотрел слишком много фильмов и сыграл слишком много ролей, но – пока все в кинозале были погружены в атмосферу первой любви, созданную режиссёром Сюй, – он спокойно сидел в заднем ряду и внимательно вглядывался в экран.

Что касается сюжета, Сюй Шэн справился с ним на «пятёрку», поначалу скрывая ключевые детали сюжета, чтобы не дать зрителям заскучать; что касается картинки – дела обстояли ещё лучше. Это удивительно – добиться таких результатов всего за три месяца!

Что до игры актёров...

** Я хотела перевести это как «коллега», ибо по контексту больше подходит, но когда полезла в гугл, оказалось, что два главных значения этого слова («同志») следующие:

– «гей»;

– «товарищ» (цитирую: используется для обозначения людей в социалистических странах).

Даже не знаю, как с этим жить :D

* Жест 你欺负人:

Глава 120 (Часть 3)

***

Что до игры актёров...

— Луна сегодня такая яркая... — прошептала юная невинная девушка, сидящая на скамейке площадки с опущенной головой.

Размышления Цинь Чэна внезапно прекратились; нахмурив брови, он стал внимательно смотреть фильм. В следующую секунду его глаза внезапно расширились, а рот слегка приоткрылся, когда он оцепенело таращился на экран. Он медленно скривил губы.

Освещённый мягкий лунным светом светлокожий молодой человек улыбался и нежно смотрел в камеру. В его глазах словно умещалось целое звёздное небо, а в уголках слегка приподнятых губ гулял лёгкий весенний ветерок.

Какими бы жестокими и раздражёнными ни были люди, видя этого милого юношу, они чувствовали прилив нежности в сердце. К этому юноше невозможно было предъявлять какие-либо требования или обвинять его в чём-то, потому что, когда он улыбается и смотрит на вас, стоя под лунным светом, ваше сердце сильно сжимается.

Что касается «Немого», Цинь Чэну не к чему было придраться.

В этом фильме его маленький мальчик использовал всё своё великолепное внутреннее сияние, представ в образе чистейшей души человека.

Жун Сюй в этом фильме не был ВаньЦи Яо, Хо Си, Линь Сяо или Сюэ Цзячжэ.

Он был просто Ду Жанем.

Все его персонажи кардинально отличались друг от друга и были предельно насыщенными и живыми. Столь потрясающие актёрские навыки Жун Сюя заставили Цинь Чэна расплыться в улыбке. По мере того, как фильм приближался к середине, он полностью погружался в атмосферу студенческого кампуса и больше не думал о происходящем вокруг.

Главное табу для любого фильма – считать своих зрителей дураками.

Любой зрителей с нормальным IQ считал Ду Жаня призраком.

Итак, когда по сюжету Чжао Лэлин узнала, что этот странный мальчик не учится в её школе, она стала подозревать, что он может быть призраком. Когда Чжао Лэлин случайно обнаружила, что рана на руке Ду Жаня исчезла за день, она молча закусила губу, не упомянув об этом ни слова.

Последние полчаса фильма были посвящены взрослению героини.

Чжао Лэлин окончила школу, поступила в институт и, наконец, вернулась в свой родной городок.

В день окончания средней школы она пришла к воротам школы, чтобы попрощаться со странным мальчиком. Стоя перед большими ржавыми железными воротами школы, она, с трудом сдерживая слёзы, спросила:

— Ты... призрак?

Вскоре после их знакомства Чжао Лэлин уже спрашивала об этом юношу, в ответ на что получила лишь его тёплые объятия.

Тогда Ду Жань всё отрицал, но теперь Чжао Лэлин снова задала этот вопрос. На этот раз Ду Жань не обнял её, а отошёл к воротам, глядя на девушку, оставшуюся снаружи. Спустя долгое время он, наконец, слегка кивнул, не прекращая нежно улыбаться.

Чжао Лэлин затрясла головой:

— Мне всё равно, человек ты или призрак! Ты можешь пойти со мной! — она попыталась обнять юношу, но Ду Жань отошёл еще дальше к воротам.

Чжао Лэлин недоверчиво смотрела на юношу, пока большие ржавые железные ворота, разделявшие их, со скрипом закрывались. Оставшись у ворот в одиночестве, Чжао Лэлин в слезах развернулась и гневно зашагала прочь, а Ду Жань остался стоять на месте, с улыбкой глядя ей вслед.

Окончив университет, Чжао Лэлин вернулась в родной город и снова встретила Ду Жаня в школе. Раньше она часто приходила навестить его, но не знала его имени и не могла найти никаких записей о погибшем ученике его возраста.

Годы спустя, когда Чжао Лэлин снова вернулась в свой родной городок из мегаполиса, на ней уже были туфли на высоких каблуках, а её накрашенные глаза уже не выглядели такими невинными.

Но когда она вернулась в школу, она снова увидела у школьных ворот мальчика в белом, по-прежнему выглядящего, как ребёнок…

Да, теперь этот юноша был для неё лишь ребёнком. Вся былая привязанность к нему ослабла, и, – хотя, когда она увидела его сейчас, память напомнила ей, что этот человек ей очень нравится, – время, к сожалению, всё смыло.

Она не может быть с призраком: он никогда не повзрослеет, а она будет неуклонно стареть.

Школу закрыли и собирались в скором времени снести. На заброшенной детской площадке уже не играли ученики. Красивая зрелая женщина сидела на краю платформы, где когда-то развевался флаг, улыбаясь и болтая с сидящим рядом с ней юношей в белом. Она рассказывала ему о проблемах на работе и о последних новостях, например, что в прошлом году её одноклассница вышла замуж за парня из их школы.

В конце рассказа её голос начал дрожать. Она не знала, что сказать. Когда она подняла голову, то снова увидела нежное улыбающееся лицо подростка. Оно было всё таким же, как десять лет назад. Мальчик ничуть не изменился.

В этот момент наружу хлынули все обиды и гнев, скопившиеся за последние десять с лишним лет. Она встала, посмотрела на улыбающегося мальчика и закричала:

— Что мне делать? Что?! Ты никогда со мной не говорил! Почему ты вообще решил подойти в тот вечер именно ко мне?! Почему я?!

Улыбка на губах юноши застыла, но он по-прежнему серьёзно смотрел на Чжао Лэлин.

— Почему ты хотел мне понравиться? Я ничего не понимаю! Что мне теперь делать? Мне нравится призрак! Мне нравится призрак, который выглядит как ученик средней школы! Мне тридцать, тридцать лет! Этот призрак даже ни разу не заговорил со мной и никогда не говорил, как его зовут! Да я даже не знаю, нравлюсь ли тебе!

Разноцветные облака затянули всё небо, словно кто-то специально красиво запачкал его красками.

Молодая красивая женщина сидела на платформе и рыдала. Её тушь растекалась по щекам, а сама она уже не выглядела такой ухоженной и красивой, как пять минут назад.

Прямо перед ней сидел красивый молодой человек, ошеломленно глядя на плачущую женщину. Он словно видел в ней ту своенравную высокомерную юную девушку, какой она была много лет назад.

Долгое время спустя он тяжело вздохнул, встал с платформы, протянул руки и обнял плачущую женщину.

На мгновение Чжао Лэлин застыла, как вкопанная.

Нежный голос лёгким ветерком проник в её уши, заставив зрачки задрожать, с удивлением вперившись в юношу.

Он сказал:

— Лэлин, ты мне нравишься.

После постобработки голос был настолько слабым, что его почти не было слышно, а вкупе с внезапно заигравшей музыкой он заставил всех зрителей вжаться в свои кресла. Все, казалось, понимали, что сейчас произойдёт – в зале раздались тихие рыдания.

Освещённый мягким желтым закатом юноша умиротворённо улыбнулся. Нежно глядя на потрясённую женщину, он поднял руку и погладил её по влажной от слёз щеке.

Затем он повторил эти четыре слова ещё раз, после чего его тело медленно разлетелось на тысячи звёзд.

Чжао Лэлин, широко раскрыв глаза, протянула руку, пытаясь взять юношу за руку. Однако на этот раз она не смогла прикоснуться к нему. Её глаза продолжали расширяться, когда она наблюдала за тем, как призрак, тепло улыбаясь ей, растворяется в лучах закатного солнца…

— Нет!!!

Девушка рухнула на землю и в отчаянии закричала.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1573795

Глава 120 (Часть 4)

В этот момент в разных частях кинотеатра стали раздаваться всхлипы. Многие особо эмоциональные фанатки рыдали, а другие поклонники (в основном мужчины) с трудом сдерживали слёзы.

Пробивающая на слёзы мелодия достигла своей кульминации, но фильм ещё не закончился.

На большом экране появилось два слова:

«Месяц спустя».

Зрители поуспокоились, отвлёкшись на просмотр фильма.

На экране Чжао Лэлин складывала вещи. У неё был выходной, поэтому она помогала матери убраться дома. Она уже совсем не была похожа на женщину, рыдавшей на земле месяц назад; на её лице сияла улыбка, словно она совсем забыла юношу, который нравился ей более десяти лет.

Когда мать попросила её вынести мусор, Чжао Лэлин открыла дверь и замерла на месте. На пороге её дома стояла странная пара с детьми. Девушка рефлекторно спросила:

— Простите, кто Вы?

Милая женщина улыбнулась и ответила:

— Я мать Ду Жаня.

Затем Чжао Лэлин услышала у себя за спиной радостный крик своей матери, которая поприветствовала гостей и с энтузиазмом пригласила их в дом. Девушка не понимала, что происходит. Её мать, немного подумав, вздохнула и заговорила:

— Ладно, столько времени прошло. Можно и сказать тебе.

Затем Чжао Лэлин услышала историю, которую все эти годы не вспоминала.

Шестнадцать лет назад ей нравился мальчик по имени Ду Жань. Рано утром в один из дней она побежала к воротам школы, чтобы встретиться с ним, но, прождав до поздней ночи, так и не дождалась его.

На следующий день она в гневе побежала к дому юноши, где в ужасе узнала, что человек, которого она так ждала, больше никогда не придёт.

На похоронах Ду Жаня Чжао Лэлин также пришла и возложила цветок на могилу.

Вскоре после этого девочка сильно заболела, а, придя в себя, совершенно забыла Ду Жаня.

Мать с укоризной сказала:

— Сколько лет тебе тогда было? Это была очень ранняя любовь…

Чжао Лэлин тупо посмотрела на свою мать, которая обернулась и спросила родителей Ду Жаня:

— Я не общалась с родителями Ду Жаня много лет. Почему вы здесь сегодня? Что-то случилось?

Ду Му вынула из сумки пожелтевшие листы бумаги и протянула их Чжао Лэлин.

— В последние дни мы почувствовали, что что-то изменилось. Возможно... теперь мы можем покинуть город. Сяо Жань рано покинул нас, и мы, не в силах смириться с этим, все эти годы жили в этом городе... Мы переедем через два дня. Перевезём младшего брата Сяо Жаня в новый город, попробуем начать жить заново. Я хотела отдать тебе эти письма раньше, но ты забыла о Ду Жане, поэтому, обсудив всё, мы решили тебя не травмировать. Это любовные письма, которые Сяо Жань писал тебе тогда. Мы подумали, что они должны быть у тебя.

Чжао Лэлин дрожащими пальцами развернула пожелтевший лист бумаги. Каждый лист не был исписан даже наполовину, словно автор каждый раз бросал писать на середине.

Почерк на бумаге был очень красивый. Лишь фраза «Ты мне нравишься» была «пляшущей», словно её писали дрожащей рукой.

Мать Ду Жаня с улыбкой объяснила:

— Все эти любовные письма мы нашли в ящичке стола Сяо Жаня. Все они не закончены. Я думаю, он хотел встретиться с тобой и сказать лично, что ты ему нравишься…

Слеза скатилась по щеке девушки, приземлившись на пожелтевший лист бумаги, прямо на признание «Ты мне нравишься».

Глазами, полными слёз, девушка смотрела на любовное письмо, буквы на котором медленно расплывались. Она поняла, что это не произнесённое признание преследовало юношу все эти годы, и, лишь когда он его произнёс, он смог благополучно обрести покой.

В это время фоном звучала спокойная нежная музыка, а камера зафиксировалась на смазанных словах на бумаге: «Ты мне нравишься».

На этом кадре фильм закончился.

Половина зрителей в кинотеатре рыдали. На экране уже шли титры, но никто не спешил вставать с мест и идти к выходу.

Внезапно перед глазами Цинь Чэна появилась чья-то рука. Он инстинктивно натянул шляпу на глаза. Неожиданно юная девушка рядом с ним со всхлипом спросила:

— Вы... Вам нужен бумажный платочек? У меня есть запасные…

После минуты молчания Цинь Чэн молча взял протянутый ему платок и кивнул в знак благодарности.

Пока все зрители продолжали сидеть на своих местах в ожидании сцены после титров, он поднялся с места и направился к выходу из кинозала.

Цинь Чэн не мог ждать: ему было на руку выйти из кинозала первым, чтобы его никто не заметил.

Цинь Чэн не плакал, но его глаза были слегка влажными.

Режиссёр Сюй добавил в свой фильм сразу три момента, пробивающих на слёзы.

Первый – взросление Сяо Цзытун и неизменность Жун Сюя. Контраст между ними получился слишком реалистичным, заставив зрителей чувствовать отчаяние от осознания этого факта. В этом не было абсолютно ничего хорошего ни для одного из героев.

Второй – единственная фраза, произнесённая Жун Сюем за весь фильм, и его исчезновение после этого. Это сцена стала для зрителей настоящей трагедией.

И, наконец, третий момент – когда, Чжао Лэлин, наконец, узнала правду, что призрак-подросток, чьего имени она даже не помнила, на самом деле был её первой любовью, о которой она предпочла забыть когда-то давно. Призрак Ду Жаня не мог покинуть территорию школы и не мог заговорить с ней. Только когда он смог лично признаться ей в своих чувствах, он обрёл покой.

Эти три трагичных сцены, следовавшие друг за другом по нарастающей, пробили киноманов на слёзы.

Но Цинь Чэна больше тронула не последняя сцена с письмами, а улыбка облегчения, которая была на лице Жун Сюя, когда он растворился в воздухе посреди школьного двора.

У его родителей уже подрастали другие дети, и они могли начать новую жизнь.

Ду Жаня в этом мире держала только Чжао Лэлин, но его любимая Чжао Лэлин больше не хотела видеть его.

Поэтому, когда он произнёс столь долгожданное признание вслух, он смог со спокойной душой и чувством выполненного долга посвятить себя новой жизни.

Выйдя из кинотеатра, Цинь Чэн сунул руки в карманы пальто и направился прямиком к Большому театру города S. Постепенно его шаги становились всё быстрее и быстрее, и вскоре он окончательно растворился в темноте ночи.

Одновременно с этим в Большом театре завершилась национальная премьера «Немого». Этот фильм был впервые показан десяткам кинокритиков и тысячам простых фанатов.

Сборы за национальную премьеру составили 26 миллионов!

Сидя в кинотеатрах, многие зрители смотрели забавную сцену после титров, но не могли смеяться, продолжая вытирать слёзы и шмыгать носами.

Выходя из кинотеатра, некоторые зрители, которым не понравился фильм, сразу же искали среди рецензий на фильм те, у которых был рейтинг в 1-2 звезды. Они тут же присоединялись к мнению автора, с энтузиазмом комментируя: «Слишком литературно! Я чуть не заснула. Но, конечно, картинка у фильма неплохая – этого не отнимешь».

К счастью, большинство зрителей ставили этому фильму пять звёзд. Самый залайканный отзыв начинался со слов: «Он – не просто Ду Жань! Он – воплощение чистейшей любви!»

http://tl.rulate.ru/book/14326/1573796

Глава 121 (Часть 1)

По окончании премьеры «Немого» многие профессиональные кинокритики оставались в Большом театре города S, поэтому не могли опубликовать свои мысли и поделиться мнением о фильме, однако многие простые зрители уже успели достать телефоны поделиться впечатлениями на странице с рецензиями на фильм.

«Билет в кино стоит своих денег! Но пересматривать фильм я точно не захочу – я вся опухла от слёз!»

«QAQ Жун Сюй такой красавец! Он нащупал мою «точку Су*». Завтра же пересмотрю фильм ещё раз!»

«Ах, ах, ах, режиссёр Сюй слишком талантлив! Как же фильм приятен для глаз, какая графика!  Почти все в кинотеатре рыдали! Это очень добрый фильм о первой любви, пусть и очень грустный в конце… Я выплакала все глаза!!!»

В эру интернета любой желающий мог почувствовать себя кинокритиком, выразив своё мнение о фильме на огромную аудиторию. При покупке билета в кино, на обратной стороне билета можно было найти QR-код, отсканировав который, можно опубликовать свою рецензию на фильм. Так осуществлялся контроль за тем, чтобы один человек мог написать только одну рецензию на один фильм (если он ходил в кино один раз). Поэтому приходилось тщательнее обдумывать текст своей рецензии, прежде чем опубликовать её. Однако просто оценивать фильм по десятибалльной шкале мог любой желающий без сканирования QR-кода.

Из-за такого нововведения люди стали с большим энтузиазмом ходить в кино, чтобы позже поделиться своим мнение о нём. К тому же, это был отличный способ защиты авторских прав и борьбы с пиратством.

Обычным пользователям не нужно было думать над тем, как именно им высказывать свои мысли о просмотренном фильме, однако профессиональным кинокритикам следовало проявлять осторожность.

Через полчаса после премьеры «Немого» в Интернете появлялось всё больше и больше новых коротких рецензий. Многие пользователи, которые не смогли посмотреть фильм сегодня, были сбиты с толку, читая их: «Неужели этот фильм и правда такой душераздирающий?! Почему все рыдают?»

Некоторые пользователи тут же отвечали: «Даже слишком! Поначалу всё было очень мило, романтично и сладко, но в конце… Если соберётесь в кино – не забудьте взять с собой бумажные платочки. Много платочков!»

Читая такие отзывы, многие пользователи забили тревогу. Они сомневались, стоит ли им идти в кино на слишком грустный фильм. Однако вскоре на сайте стали появляться и другие рецензии, которые быстро их переубедили:

«Я познакомился с тобой в годы неосознанной любви. Тебя уже нет, но я всегда буду здесь».

«Если я буду тебе нужен – просто обернись. Я всегда буду здесь. Моя душа всё ещё любит тебя…»

«Этот фильм напомнил мне о прекрасных школьных временах. Вспоминая те годы сейчас, я понимаю, какими они были прекрасными. Все мы тогда были добрыми и красивыми, но нам никогда не вернуться в то время…»

Когда появились эти короткие рецензии, откликнулись и многие другие зрители, ходившие на премьеру:

««Немой» действительно очень душещипательный, но, если из-за этого вы его не посмотрите, вы многое потеряете!»

Режиссёр Сюй пока не знал о ситуации на форумах. Ещё во время съёмок он знал, что его фильму не суждено стать высокодоходным коммерческим блокбастером, как «Вестнику бури» с Цинь Чэном или «Затерянному городу» с Жун Сюем в главной роли.

Это была та категория художественных фильмов, которые в основном получают награды, а не прибыль. Но никто бы не отказался от хороших кассовых сборов.

После просмотра премьеры в Большом театре города S съёмочная группа «Немого» поднялась на сцену и ответила на последние вопросы репортёров. Глаза многих репортёров были красными от слёз, а голоса дрожали, но они, сохраняя свой профессионализм, всё же продолжали задавать членам съёмочной группы острые вопросы.

— Режиссёр Сюй, Вы думаете, что Ваш фильм может собрать как минимум 3 миллиарда в прокате. Но, как мы все знаем, средние кассовые сборы таких фильмов в Китае обычно ниже 1 миллиарда. Вы – исключение?

— Режиссёр Сюй, почему Вы решили снять молодежный романтический фильм только после того, как Вам исполнилось пятьдесят лет?

— Жун Сюй, Вы решили сняться в «Немом», потому что хотели попробовать себя в новом амплуа?

— Сяо Цзытун, могу я спросить...

Репортёры заговорили одновременно, бросившись к съёмочной группе, едва те направились к сцене. Режиссёр Сюй спокойно махнул рукой и попросил репортёров сначала успокоиться, а уже затем начать задавать вопросы по очереди.

Отвечая на вопрос первого репортёра, режиссёр Сюй взглянул на него и с улыбкой сказал:

— Я сказал, что «Немой» может собрать 3 миллиарда, потому что думаю, что он этого заслуживает. И неважно, почему я так думаю. Важно то, сколько он соберёт в прокате за 20 дней. Тогда и поговорим

После этого церемония премьеры «Немого» официально завершилась.

В конце концов, было уже поздно, поэтому режиссёр Сюй не стал никого загружать, поэтому все сразу же отправились в отель, чтобы хорошенько отдохнуть. Отпраздновать можно было и завтра.

В первый день показов «Немой» собрал в прокате свыше 100 миллионов.

Квартет из режиссёра Сюй, Жун Сюя, Сяо Цзытун и Линь Сюаня добились очень хороших результатов в предпродаже билетов. Ещё неделю назад были опубликованы итоги предпродаж, которые составили 160 миллионов.

За кулисами Большого театра города S визажисты снимали грим с актёров. Сяо Цзытун и Линь Сюань весело обсуждали сегодняшнюю церемонию премьеры. Сидевший между ними Жун Сюй переписывался с кем-то, склонив голову.

Увидев, что Жун Сюй снова его игнорирует, Линь Сюань фыркнул:

— Жун Сюй, с кем ты там болтаешь? Цзытун только что сказала, что через два дня мы поедем в город В, где сможем снова увидеться. Роуд-шоу «Немого» стартует на следующей неделе, но у нас будет несколько выходных.

Услышав это, Сяо Цзытун кивнула и добавила:

— Слушайте, хотя уже поздно, я совсем не хочу спать. Как насчет того, чтобы сходить поужинать?

— Поужинать?! — глаза Линь Сюаня загорелись.

Жун Сюй заблокировал экран телефона и, вскинув бровь, посмотрев на певца:

— Разве ты не собирался худеть? Зачем тебе ужинать так поздно?

Рот Линь Сюаня скривился:

— Кто сказал, что я худею?.. Я очень худой!

Сяо Цзытун сглотнула и пробормотала:

— Да, я тоже недавно набрала пару фунтов... Уже 92. Пора худеть... Ладно, забудьте! Не будем ужинать.

— Не будете ужинать? Есть нужно! Молодёжь, вам нужно как следует отдохнуть. После церемонии премьеры я планировал отпустить вас в отель. Но теперь… ребята, не хотите сходить на барбекю?!

Все трое повернули головы и увидели, режиссёра Сюй, который надел очки для чтения и с серьёзным выражением лица стоял на пороге гримёрной.

Поскольку предложение поступило от режиссёра Сюй, Линь Сюань и Сяо Цзытун больше не могли сопротивляться, однако Жун Сюй в ответ смущённо нахмурился и прошептал:

— Режиссёр Сюй, у меня кое-что… сейчас это не очень удобно...

Светлые брови режиссёра Сюй внезапно нахмурились:

— «Кое-что»? Что случилось?

Жун Сюй слегка поджал губы и беспомощно улыбнулся:

— Просто... кое-что.

Режиссёр Сюй шагнул вперёд и окинул молодого человека взглядом с головы до ног:

— Ну, раз «кое-что»... Ладно, тогда Жун Сюй с нами не ужинает. Мы трое, плюс Лао Ван, Лао Чжэн и Лао Ли... Кстати! Жун Сюй, ты нас угощаешь, ты знал? Давайте наедимся как следует – обанкротим Жун Сюя, ха-ха!

Жун Сюй:

— …

«Вот ведь бессовестный!»

После церемонии  съёмочная группа «Немого» – режиссёр, три главных актёра и два продюсера –  покинули Большой театр через чёрный ход и направились на двух автомобилях в ближайший ресторан барбекю.

Когда они ехали на машине, Жун Сюй слегка наклонился к водителю и попросил:

— Пожалуйста, подъедьте к западным воротам Большого театра. У меня там друг. Хочу взять его с собой.

Водитель опешил на мгновение, но кивнул.

Режиссёр Сюй спереди, услышав это, рассмеялся и сказал:

— Так вот в чём дело! Оказывается, у тебя назначена встреча с какой-то красоткой? Сяо Жун, это из-за ночной встречи с ней ты отказался ужинать с нами?

Сяо Цзытун ехала в задней машине; в этой машине были только режиссёр Сюй, Жун Сюй и Линь Сюань. Услышав слова режиссёра, Линь Сюань тоже улыбнулся:

— Да, а мы уже и забыли! Жун Сюй, ты, кажется, говорил, что не поедешь с нами, потому что у тебя какие-то дела. Кто тебя ждёт? Мне тоже любопытно, ведь мы должны ждать её в машине посреди ночи!

В ясных глазах Жун Сюя вспыхнула насмешка. Он многозначительно посмотрел на Линь Сюаня, а затем на режиссёра Сюй на переднем сиденье, после чего торжественно сделал вывод:

— Строго говоря, в ваших словах о «красотке» есть доля правды. Этот человек действительно... красив.

Как только эти слова прозвучали, режиссёр Сюй и Линь Сюань воодушевились ещё больше: им не терпелось увидеть эту «красотку». Линь Сюань даже попросил водителя прибавить газу.

Три минуты спустя.

Режиссёр Сюй:

— …

Линь Сюань:

— ...

Цинь Чэн, на которого таращились мужчины, безо всякого выражения на лице сел в машину рядом с Жун Сюем и молча закрыл за собой дверь.

* «Точка Су» (苏点) – чувство, когда человек «знает, что именно тебе нравится/ понимает без слов/ обращает внимание на мельчайшие детали, способные тронуть»; можно сказать, это «психологическая точка G» (с форумов, не точно).

Глава 121 (Часть 2)

Атмосфера в машине была напряжённой. Казалось, воздух вот-вот замёрзнет.

Мужчина вскинул бровь и вопросительно посмотрел на Жун Сюя:

— ?

Красивый молодой человек улыбнулся и бодрым тоном нарушил повисшую тишину:

— Сюй Дао, Линь Сюань, что скажете? По сути, я ведь вам не соврал, правда?

Разве Цинь Чэна нельзя назвать красивым?

Если сравнивать «красоту» Цинь Чэна со «стандартами женской красоты», то его, наверное, нельзя назвать красивым. Но если говорить обо всех существующих звездах Китая мужского пола, независимо от их возраста, Цинь Чэн будет входить в этом рейтинге как минимум  в первую тройку.

Режиссёр Сюй, увидев Цинь Чэна, лишился дара речи и до сих пор не пришёл в себя, в то время как Линь Сюань был крайне разочарован.

Не говоря уже о том, что он – как один из главарей клуба «Сумасшедший Цинь» – уже и сам не был уверен в этом «Сумасшедшем Цинь». Сейчас у него появились глубокие сомнения относительно своего IQ. Вчера он прекрасно видел Цинь Чэна за кулисами после концерта, где тот искал Жун Сюя. Почему же сегодня, когда Жун Сюй сказал, что его кто-то ждёт, – он не догадался, что речь идёт о Цинь Чэне? Неужели он настолько глуп?!

У Линь Сюаня разболелась голова.

Его «самобичевание» продолжалось до тех пор, пока автомобили не припарковались у входа в ресторан.

Сяо Цзытун ещё по пути видела, как Цинь Чэн садится в машину к Жун Сюю, поэтому, едва выйдя из своей машины, сразу же помчалась к Цинь Чэну, как самая преданная фанатка.

В ресторане девушка испытывала невероятное чувство радости, поскольку заняла место прямо напротив этих двоих. Во время еды она могла беспрепятственно любоваться ими, когда вздумается: сначала она любовалась своим новым кумиром Жун Сюем, а потом переводила взгляд  на своего давнего кумира Цинь Чэна...

Режиссёр Сюй начал говорить с Цинь Чэном о «Диких цветах». О роли Жун Сюя в «Диких цветах» стало известно ещё в первые несколько месяцев. Все знали, что он исполнил в этом фильме роль третьего плана, а Цинь Чэн – первого.

На столе стояли тарелки с ароматными шашлыками и бокалы с пивом. Все пили и весело беседовали.

Компания за столом незримо разделилась на три «фракции».

В первую входили продюсер, режиссёр Сюй и Цинь Чэн.

Режиссёр Сюй буквально допрашивал Цинь Чэна о разных подробностях, связанных с «Дикими цветами». Когда Цинь Чэн, не сводя с него глаз, вежливо поинтересовался, почему бы режиссёру Сюй не спросить об этом лично у режиссёра Лю, тот, выпучив глаза, ответил:

— Даты выхода «Немого» и «Диких цветов»  практически совпадают. Мы с ним конкуренты. Как я могу спрашивать подробности у этого старого лиса?

Цинь Чэн вскинул бровь:

— Тогда как Вы можете спрашивать об этом меня?

Вторую «фракцию» (если это можно так назвать) за столом в гордом одиночестве составляла Сяо Цзытун. Она была единственным человеком среди присутствующих, кто действительно ел шашлыки. Наслаждаясь восхитительным мясом и любуясь своими кумирами напротив, она размышляла над тем, как же всё-таки прекрасна её жизнь.

Последней «фракцией» за столом были Жун Сюй и Линь Сюань, который заливал свою печаль алкоголем (借酒消愁派). Возможно, из-за серьёзных сомнений в своём собственном IQ, Линь Сюань без остановки пил пиво, абсолютно игнорируя тот факт, что на следующей неделе у него состоится концерт в городе H.

В общем, пока режиссёр Сюй «допрашивал» Цинь Чэна, Жун Сюй болтал с Линь Сюанем.

Несмотря на душевные терзания, «маленький король музыки» с лицом ребёнка говорил не о клубе «Сумасшедший Цинь», а о своём концерте.

— На самом деле, в этом году я испытывал сильный стресс. Последние несколько песен, которые я выпустил, кажутся мне слишком скучными и неинтересными... Жун Сюй, скажи мне: что мне делать? Я в отчаянии. Мне нужна хорошая новая песня. Я ведь не могу вечно петь старые песни.

Линь Сюань сейчас был на пике популярности, но ни одна из двенадцати песен на его последнем альбоме не стала популярной. Когда эти двенадцать песен только были выпущены, они действительно висели в топах чартов, однако уже полгода спустя о них никто не вспоминал – даже поклонники Линь Сюаня.

В настоящее время фанаты предпочитали «старые песни» Линь Сюаня. Среди них было несколько песен, которые они могли слушать по кругу, и им не надоедало. На концертах они подпевали в основном старым песням (а теперь и песне «Немой»).

Быть актёром - это стресс, но быть певцом – тоже стресс.

Жун Сюй слушал собеседника и время от времени утешал. В какой-то момент пьяный мужчина уткнулся ему в ухо и прошептал:

— На нашем концерте я увидел фаната в костюме панды, у которого на табличке было написано (как я тогда думал) признание мне в любви. Но когда я задал ему вопрос, оказалось, что это посвящено тебе! Жун Сюй, я так подавлен… Ведь этот человек, очевидно, был моим поклонником. Так почему же... почему он задавал вопросы тебе, а не мне...

Жун Сюя на мгновение опешил и удивлённо уставился на пьяного Линь Сюаня, который уже смотрел на него через прищуренные глаза.

В словах Линь Сюаня не было ни ревности, ни злобы, но из-за алкоголя он неосознанно делился с ним тем, что его по-настоящему тревожило.

В последние годы в Интернете ходили слухи, что очередная новая песня Линь Сюаня не так хороша, как какая-нибудь старая песня. Хотя многие из них были фейками, купленными «конкурентами», сам Линь Сюань прекрасно понимал, что за последние два года у него действительно была тенденция к ухудшению репертуара.

— Это нечестно, это слишком несправедливо! Как тебе удаётся так хорошо играть и петь? Ах, ах, мне правда хочется тебя убить... — сказав это, Линь Сюань с грохотом обрушил кулак на стол.

Увидевший это режиссёр Сюй громко рассмеялся:

— Ты умудрился так опьянеть от одного пива? Парень, ну ты даёшь!

Жун Сюй тихо вздохнул и бросил взгляд на Цинь Чэна, после чего помог Линь Сюаню с кружкой, которую тот чуть не опрокинул себе на голову.

Когда ужин подошёл к концу, Жун Сюй встал первым, чтобы усадить Линь Сюаня в машину, а Цинь Чэн пошёл помогать ему.

Прибыв на стоянку отеля, Линь Сюань постепенно приходил в себя и уже мог ходить самостоятельно. Режиссёр Сюй отвёл Цинь Чэна на ресепшн и настоял на том, чтобы тот забронировал себе номер:

— Как и в прошлый раз, ты должен платить за свой номер сам.

Цинь Чэн:

— …

Жун Сюй помог Линь Сюаню подняться на лифте. Когда они вдвоём подошли к двери номера, Линь Сюань тихо фыркнул и сказал:

— Жун Жун, на самом деле я немного завидую тебе, но мне всё равно – мы ведь по-прежнему хорошие друзья. Да, есть много хороших людей. Но – взять, например, Вэнь Сюань, Ся Муйян, Чу Ци, Джеймса – никто из них не лучше меня. Иногда я жалуюсь, да, но не сердись и не блокируй меня. В номере я обязательно проверю свои Вэйбо и WeChat. Если ты заблокируешь меня – я обязательно приду к тебе в номер, слышишь?

Предупреждённый и вооружённый Жун Сюй невольно улыбнулся и тихо рассмеялся:

— На что мне сердиться? Я тоже себе завидую. Ты правильно сказал: я сам не понимаю, как я могу быть хорош во всём сразу и иметь такой потрясающий характер!?

— Ты слишком самовлюблённый!

Посмеявшись и поболтав ещё пару минут, они одновременно открыли двери. В этот момент Линь Сюань небрежно сказал:

— Ну, тот фанат в костюме панды правда меня рассердил. Я так зол, он, что он признался тебе в любви, да ещё и показал тебе «цзю ми»*! Я так зол, так зол! В будущем этой панде лучше не попадаться мне на глаза, иначе я убью её!

Рука Жун Сюя застыла в воздухе. Он медленно повернул голову, посмотрел на Линь Сюаня и спросил:

— Что ты только что сказал?..

Линь Сюань опешил:

— Что… что хочу убить её?

Жун Сюй поджал губы:

— Нет, перед этим.

Линь Сюань секунду подумал:

— Что… я так зол?..

Жун Сюй снова покачал головой.

— Жун Сюй, ты хочешь, чтобы я повторил это снова? Там слишком много слов…  Я сказал, что «панда», державшая в руках табло с надписью «Я люблю тебя», призналась тебе в любви!

Красивые глаза слегка сузились, и Жун Сюй спокойно сказал добавил:

— Да. А ещё ты сказал, что «панда» показала мне «цзю ми»…

Линь Сюань с недоумением уставился на Жун Сюя, совершенно не понимая, о чём тот говорит. Но Жун Сюй не собирался ничего объяснять: он быстро попрощался с ним и скрылся за дверью своего номера.

Было уже четыре часа утра, и Цинь Чэн прислал Жун Сюю сообщение, где рассказал, что режиссёр Сюй «держит его в заложниках» в своём номере.

И Цинь Чэн, естественно, не знал, что в этот момент юноша, который ответил ему «Спокойной ночи ^_^», сидел в белом халате на мягком диване, спокойно смотрел на экран своего телефона и судорожно что-то искал.

На экране телефона мелькали посты в аккаунте Вэйбо, а в верхней части страницы красовалось имя владельца этого аккаунта из семи слов:

«Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой»…

* Цзю Ми (啾咪) = смайлик ^.<, притворяющийся милым (Цинь Чэн показал его Жун Сюю на концерте).

Глава 121 (Часть 3)

«Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой»…

Впервые Жун Сюй увидел это «имя» около года назад, но уже тогда оно произвело на него глубокое впечатление.

Это фанат, у которого есть фотографии, на которых он крупным планом спит, сделанные на съёмках «Затерянного города».

Это очень милый фанат, который часто и регулярно пишет посты о нём. Жун Сюй не понимал, кто из его окружения может подходить под это описание.

Это фанат до мозга костей, который может пожертвовать ради кумира миллион, не моргнув и глазом.

Это очень странный человек, который никогда не хвастается своим богатством и не делает селфи. В аккаунте «Пасты» есть всего три типа сообщений.

Первый тип – признания в любви Жун Сюю трижды в день – на завтрак, обед и ужин, – как по расписанию.

Второй тип – все виды новостей о Жун Сюе, включая репосты со страниц съёмочных групп, развлекательных шоу и крупных маркетинговых аккаунтов.

И, наконец, третий тип – посты, демонстрирующие любовь и привязанность.

Вместо хвастовства своим богатством и публикации селфи, этот поклонник предпочитал выказывать свою привязанность!

Жун Сюй спокойно изучал каждый пост на странице «Пасты» и успел проверить уже более дюжины. Посты-признания с нормальным временем публикации он пролистывал, останавливаясь только на постах с аномальным временем размещения. К таким постам относились записи, опубликованные в 2-3 часа ночи.

То есть, когда нормальные люди спят, «Паста» публиковала в своём Вэйбо посты.

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «Сегодня я люблю Жун Жуна ещё больше! Мой маленький ангелок Жун Жун! Цзю Ми =3»

Это признание было опубликовано в очень позднее время. Было и ещё несколько таких. Например, три соседних поста размещены в час ночи, в шесть часов утра и в два часа дня соответственно.

Всё указывало на существенную разницу во времени: казалось, в промежуток времени с двух часов дня до часу ночи «Паста» спит, поэтому и ведёт активность в своём блоге в столь странное время.

Как только Жун Сюй обнаружил эту странную закономерность, от тут же открыл свой WeChat и просмотрел историю сообщений за указанный в посте «Пасты» день.

— На той неделе Цинь Чэн был занят продвижением «Вестника бури» в Европе...

Жун Сюй продолжил искать дальше и нашёл ещё несколько публикаций со странным временем.

— А в эти одиннадцать дней Цинь Чэн с Лю Лао были в Новой Зеландии и подбирали локацию для съёмок «Диких цветов».

Ниже, ниже, ниже...

Когда Жун Сюй обнаружил период, когда «Паста» на протяжении двух месяцев публиковала свои признания как по расписанию каждый день, он снова открыл свою историю диалога с Цинь Чэном.

В то время они с Цинь Чэном ещё не встречались, и он временно снимал у мужчины квартиру.

В течение этих двух месяцев Цинь Чэн был занят съёмками в США.

Почти каждый «странный» пост «Пасты» совпадал по времени с поездками Цинь Чэна в другие страны...

В ясных глазах юноши мерцал слабый свет. На его красивом лице не было никакого выражения. Жун Сюй спокойно прочитал самый нижний пост на странице «Пасты из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» и обнаружил, что он опубликован чуть больше года назад. То есть, этот аккаунт был создан сразу после его знакомства с Цинь Чэном.

Когда он закончил, на часах было 5:30 утра. Из-за режиссёра Сюй Цинь Чэн решил не приходить сегодня к Жун Сюю в номер, чтобы не мешать ему отдыхать.

В тихой и просторной комнате босоногий юноша прошёл по мягкому шерстяному ковру к окну и распахнул плотные шторы. За окном его ждал восхитительный вид на шумный ночной город S. Разноцветные неоновые огни усеивали этот никогда не спящий город, переплетаясь в целую сеть из мелких «светлячков».

Жун Сюй опёрся на поручень перед окнами от пола до потолка и улыбнулся, любуясь красивым искусственным пейзажем. В его глазах не было и следа сонливости; чем дольше он любовался видом из окна, тем шире становилась улыбка на его губах.

Через полчаса он, достаточно отдохнув и снова над чем-то задумавшись, уселся прямо на ковёр у окна.

Скрестив ноги, юноша прислонился к французскому окну и... продолжил изучать аккаунт «Пасты».

На этот раз он целенаправленно отыскал пост за конкретную – интересующую его – дату.

7 апреля 2043 года.

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «Он такой милый, такой нежный… Я ему нравлюсь?!!! (???)»

«Кажется, в этот день мы вместе ходили к водопаду?..»

23 апреля 2044 года.

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «Я знаю, что он очень любит малышку «Пасту»!»

2 мая 2044 года.

«Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» ответила простым смайликом на комментарий подписчика следующего содержания: «Должно быть, Паста из семян лотоса преследует нашу Апельсиновую богиню, верно? Наверное, он хочет испортить нашу наивную Апельсинку!»

Жун Сюй, увидевший этот отрывок:

— ...

«Это бесстыдно!»

Снова полистав вниз, он обнаружил начало этого странного «диалога».

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «Он такой странный… Всё произошло так внезапно, что я еле смогла удержать себя в руках…»

Увидев этот пост, Жун Сюй удивлённо вскинул бровь и принялся читать комментарии под этим постом, на один из которых «Паста» ответила следующее:

«Я не консервативна и не собираюсь выходить за него замуж. Дело в том... что я ещё слишком молода. Мне 19 лет… Я чувствую, что мне ещё рано… Я ведь права?»

Жун Сюй, которому в этом году исполнилось 19 лет:

— ...

«Значит, он избегал меня из-за того, что я слишком молод?!»

Ещё до просмотра этой «ветки» у Жун Сюя имелось семь железобетонных подтверждений своей теории. Теперь их стало восемь, и все они доказывали, что этой «Пастой» на самом деле может быть самый важный в его жизни человек.

В этот момент он перешёл во вкладку «Личные сообщения» на странице «Пасты», и прочитал переписку годичной давности, которая произошла  сразу после её благотворительного пожертвования на «Потерянные крылья». Тогда эта «преданная фанатка», признающаяся ему в любви не реже трёх раз на дню, отвечала ему так холодно, словно он был незнакомцем.

«Как бессовестно!..»

Три минуты спустя Жун Сюй с пустым выражением лица зарегистрировал новый аккаунт и сразу же подписался на «Пасту из семян лотоса с Апельсиновой начинкой», став одним из трёхсот тысяч её подписчиков.

Со временем количество поклонников Жун Сюя росло, и число подписчиков в аккаунтах его фанатов также увеличивалось. Хотя «Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» не демонстрировала своё лицо и не делилась подробностями своей богатой жизни, на её странице – вопреки всему и благодаря титулу «первой фанатки» – набралось более 300.000 поклонников.

Зарегистрировав на Вэйбо фейк-страничку, Жун Сюй немного подумал, после чего подписался на самого себя и нескольких других своих фанатов, после чего опубликовал пост.

О том, как правильно есть Апельсин: «Начинаю вести блог с сегодняшнего дня ^_^»

Колокола в церкви недалеко от отеля прозвенели шесть раз, медленным эхом разнёсшись по городу. На далёком горизонте вставало солнце, окрашивая небо в бескрайнее золотое полотно.

Съёмочная группа «Немого» прошлым вечером устроила вечеринку, приуроченную к премьере, поэтому сегодня все спали до полудня. Однако в Интернете всё это время рецензии на «Немой» появлялись непрерывно.

В девять часов утра на сайте рецензий на кино, наконец, была опубликована первая рецензия профессионального кинокритика, состоящая в общей сложности из 3000 слов. Её оценка составляла…

9,7 балла!

К разным категориям фильмов обычно предъявляются разные требования. На сайте рецензий коммерческие и авторские фильмы подразделяются на две разных категории и никогда не пересекаются.

Сейчас на этом сайте самый высокий рейтинг (9,9) в категории «авторское кино» имел «Вечерний звук» с Цинь Чэном в главной роли. Категорию «коммерческое кино» возглавлял боевик 20-летней давности с оценкой 9,5.

Художественная ценность авторского и коммерческого кино, естественно, была различна. Если бы они оценивались по единому стандарту, это, конечно, привело бы к чрезвычайно высоким оценкам у авторского кино и чрезвычайно низким оценкам – у коммерческого.

Итак, ещё восемнадцать лет назад в мировой киноиндустрии было чёткое понимание:

Коммерческое кино не уступает авторскому – просто они несут разные идеи и преследуют разные цели. Нельзя сказать, что из них лучше или хуже. Следовательно, система выставления оценок всем коммерческим фильмам должна быть отделена от таковой для авторского кино, а кинокритики при их оценивании должны строго следовать конкретным стандартам, отличающихся у этих двух категорий.

Оценка коммерческого фильма в 9,7 балла говорит о том, что это очень продаваемый фильм, который обязательно соберёт в прокате не менее 5 миллиардов. Для авторского кино такой оценки достаточно, чтобы сделать его «классикой» для зрителей. По крайней мере, за последние пять лет выходило лишь несколько авторских фильмов, получивших среднюю оценку выше 9,5 баллов.

Этот профессиональный кинокритик, написавший первую рецензию на фильм «Немой», был пожилым профессором, увлекающимся авторским кино. Опубликованная им рецензия называлась:  «То, что потеряно, не вернуть. Не нужно вспоминать о месте, где безмолвно цвели цветы».

Глава 121 (Часть 4)

«Фильм «Немой» необычен для Сюй Шэна.

В прошлом режиссёру Сюй лучше всего давались авторские фильмы о юношеской любви, и он очень хорошо изображал эти сложные отношения. Однако с тех пор прошло много лет. И вот, этот фильм стал первым молодежным фильмом Сюй Шэна за последние годы.

Картинка – первоклассная, саундтрек – потрясающий, атмосфера воссоздана безупречно... Этот фильм погружает зрителя в воспоминания.

Поскольку юноша так и не смог признаться возлюбленной в своих чувствах, им овладела навязчивая идея; даже став призраком, он продолжал жить ради этой идеи. Эта тема, на самом деле, поразительно похожа на сюжет «Вечернего звука», где Лу Мушэн был одержим своей любимой женщиной, но она предпочла его забыть.

Но «Немой» во многом отличается от «Вечернего звука»: если первый  повествует о жизни нежно, то второй – жестоко.

…

Время – самая жестокая вещь. Плывя по длинной реке времени и оглядываясь назад, ты увидишь за собой только бесконечную пустоту. Никто не остаётся в прошлом, и никто не может помнить прошлое вечно. Какими бы глубокими не были воспоминания, по прошествии десяти лет от них не останется ничего, кроме пары размытых образов, не говоря уже о том, как забудутся за это время чувства.

Ду Жань в исполнении Жун Сюя и Чжао Лэлин в исполнении Сяо Цзытун – два совершенно разных человека.

Интересно, что в юношестве Ду Жань был сдержанным парнем с «холодным сердцем», а Чжао Лэлин – окрыленной девушкой с сильной привязанностью.

Однако по итогу «бессердечный» герой выбрал путь вечной любви, а любящая героиня предпочла забыть о любви.

…

Теперь я хочу поговорить о главных героях фильма.

Актриса второго плана – Лю Хуэйчжэнь – показала характер своей ветреной героини очень хорошо. Линь Сюань сыграл героя второго плана с большим мастерством, показав неплохой актёрский талант. Что касается характера его героя – он является типичным для подобных фильмов про подростков.

Мне искренне жаль Сяо Цзытун: её героиня слишком похожа на присущий ей образ, из-за чего ей не удалось в полной мере раскрыть свои актёрские способности (за исключением сцены, где она, наконец, предстаёт зрителю в образе повзрослевшей героини с тяжёлым макияжем, рыдающей на закате). Но, в целом, она снова сыграла роль молодой девушки, подтвердив свой статус «Первой любимицы нации».

Что касается Жун Сюя, то он стал вторым сюрпризом этого фильма (первым сюрпризом стало неожиданное амплуа Сюй Шэна).

Я смотрел «Чёрные тучи» и «Затерянный город» с его участием, а из телесериалов – «Борьбу за превосходство». Во всех трёх работах Жун Сюй отыграл просто замечательно, создав образы трёх совершенно разных персонажей, от чего его роль в «Немом» делает его прогресс ещё более удивительным.

Перед выходом «Немого» многие говорили, что Жун Сюй вдохновится интерпретацией Цинь Чэна в «Вечернем звуке».

В то время Цинь Чэну был 21 год, а Жун Сюю сейчас всего 19 лет. Эти двое были примерно одного возраста, когда играли одинаковые роли в этих до боли похожих фильмах. Было бы вполне логично, если бы Жун Сюй перенял опыт Цинь Чэна. Однако всё вышло иначе: в исполнении Жун Сюя не было и тени Лу Мушэна в интерпретации Цинь Чэна –  был только Ду Жань.

…

То, что потеряно, не вернуть. Не нужно вспоминать о месте, где безмолвно цвели цветы.

«Расцвет» Ду Жаня стал самым большим сюрпризом среди авторского кино на китайском языке в этом году».

После публикации первой большой рецензии на «Немой» многие поклонники, которые собирались идти в кино на премьеру, почувствовали облегчение. Конечно, они не могли прочитать этот доскональный обзор целиком, боясь прочитать спойлер (его наличие было указано в заголовке рецензии), но они могли спокойно посмотреть оценку кинокритика в 9,7 балла, чтобы сделать для себя выводы.

Этот фильм точно заслуживает просмотра.

Многие зрители, которые уже посмотрели фильм, кликали на длинную рецензию кинокритика и, читая его простые и понятные мысли, плавно уносились в воспоминания об увиденном в кино. Вспоминая финал фильма и перечитывая рецензию профессионального кинокритика, они понимали, что хотели сказать им создатели фильма.

Ду Жань – самый прекрасный невинный цветок.

Многие, взрослея и испытывая на своём пути множество невзгод и трудностей, в итоге отказываются от своей «невинности», становясь чёрствыми зрелыми людьми. Но некоторые люди предпочитают навсегда остаться в прошлом, в своём собственном мирке, изо всех сил пытаясь сохранить юношескую чистоту и невинность.

«Хотя я не при просмотре не заметила этих «возвышенных» вещей, теперь, думая о последней улыбке Ду Жаня, я понимаю, что это лучшая в мире вещь! Такая она была красивая!»

«Жун Сюй практически сломил меня! __(: з」∠)__»

«Если бы мне пришлось выбирать между взрослой жизнью и любовью Жун Сюя, – думаю, я бы выбрала любовь...»

С выходом первой развёрнутой рецензии на «Немой» стало появляться всё больше и больше новых длинных рецензий. Среди обзоров от профессиональных кинокритиков самой низкой оценкой было  8,2 балла, а самой высокой – 9,7 балла. В сочетании с оценками зрителей, текущий средний рейтинг «Немого» колебался в диапазоне 9 звёзд из 10, подняв фильм в топ-три художественного кино этого года!

Хотя шёл только первый день премьеры, такие оценки уже доказывали, что «Немой» имеет все шансы плотно осесть в пятёрке лучших!

Кроме того, в первый день «Немой» собрал в прокате 190 миллионов, побив рекорд сборов среди авторского кино этого года.

Когда бесчисленные зрители покидали кинотеатры, все они утирали слёзы с покрасневших глаз и щёк. Когда репортёры, толпившиеся у входа в большой кинотеатр, попытались взять у рыдающих зрителей интервью, все они в унисон отвечали:

— Пойду ли я на этот фильм ещё раз? Нет, никогда! У-у-у-у!

Репортёры удивлённо переспрашивали:

— Почему? Этот фильм настолько ужасен?

Зрители внезапно изменялись в лице и спешили возразить:

— Как вы можете говорить такое?! Вы вообще смотрели фильм?! Когда Жун Сюй исчез, я так сильно плакала… Я думала, что умру! Этот фильм такой красивый… Как вам только в голову могло прийти назвать его ужасным?! Он потрясающий! Конечно, мы пойдём на него в кино снова!

Репортёр:

— …

«Вы же только что говорили обратное!»

Той ночью команда «Немого» устроила в честь премьеры вечеринку в городе S, а затем режиссёр Сюй позволил Жун Сюю и Сяо Цзытун хорошенько отдохнуть и подготовиться к роуд-шоу на следующей неделе.

Выходя из отеля, режиссёр Сюй похлопал Жун Сюя по плечу и улыбнулся:

— Наберись энергии и как следует отдохни перед роуд-шоу! «Дикие цветы» выйдут в декабре – так давай же поднажмём и не проиграем им!

«Дикие цветы» – это коммерческое кино, а не авторское, а с актёрской связкой в лице Цинь Чэна и Хуан Лэй его кассовые сборы должны были без особого труда превзойти «Немого» по всем фронтам.

Услышав слова режиссёра Сюй, молодой человек слегка улыбнулся:

— Но… режиссёр Сюй, если я правильно помню... Я тоже сыграл в «Диких цветах»?

Старик внезапно рассмеялся, убрал руку с плеча юноши и с серьёзным видом ушёл в сторону Сяо Цзытун и Линь Сюаня.

Жун Сюй не смог удержаться от смеха, глядя на старика.

На данный момент их небольшая компания «раскололась» на две части: на команду «Немого» во главе с режиссёром Сюй, и на команду «Диких цветов», состоящую из Цинь Чэна и Жун Сюя. Хотя эта «изолированности» произошла по вине Жун Сюя, он не испытывал дискомфорта.

Под ярким светом луны он медленно и безмолвно шагал рядом с высоким мужчиной по тихой парковке. Впереди шли члены съёмочной команды «Немого», неустанно болтая и смеясь.

Когда они оказались на достаточном расстоянии от шумной толпы, Цинь Чэн тихо и мягко произнёс:

— Не беспокойся о режиссёре Сюй. Наши кассовые сборы однозначно будут выше, чем у них.

Изящно вскинув бровь, Жун Сюй тут же напомнил мужчине:

— Вообще-то я сыграл в «Немом» главную роль.

Цинь Чэн:

— …

Красивый равнодушный мужчина внезапно нахмурился, словно задумавшись над тем, как бы ему снова завоевать расположение своего возлюбленного. Но в следующий момент он вдруг почувствовал, что последний взял его за руку!

Действительно взял, а не легонько коснулся!

Жун Сюй крепко держал в руке ладонь Цинь Чэна, подняв её на уровень своих глаз, и нежно поглаживал её.

Цинь Чэн:

— ...

«Почему мне кажется, что здесь что-то не так?!»

Через пару секунд неловкого молчания Цинь Чэн неуверенно спросил:

— Сяо Сюй?..

Голос Жун Сюя стал отчётливее:

— Откуда у тебя на пальце эта рана?

Рядом с ногтем на безымянном пальце Цинь Чэна виднелся крошечный шрам. Бледно-белый шрам был настолько маленьким, что его почти невозможно было заметить.

Лицо Цинь Чэна словно парализовало, когда он спокойно ответил:

— Во время съёмок «Диких цветов» я случайно поранился о реквизит. Через пару месяцев этот шрам исчезнет совсем, его уже почти не видно.

Жун Сюй слегка кивнул, но всё же продолжил внимательно осматривать руку Цинь Чэна.

Цинь Чэн:

— …

Две минуты спустя он снова спросил:

— Сяо Сюй?..

Жун Сюй посмотрел на него с ясной улыбкой:

— А? Что такое?

— Что-то не так?..

Жун Сюй удивлённо спросил:

— Нет. С чего ты взял?

— Хм...

Жун Сюй улыбнулся и успокоил мужчину:

— Всё в порядке. — при этих словах он продолжил осматривать его руку.

Цинь Чэн:

— ...

«Ты уверен, что всё в порядке?!»

В такой странной атмосфере время тянулось очень медленно. Только через две минуты, когда компания добралась до машин, тишину нарушил удивленный возглас Ло Вэй, которая спросила:

— Что? «Дикие цветы» сегодня сделали релиз?!

Режиссёр Сюй внезапно замер на месте:

— Что?! Они выпустили трейлер сегодня?! Сегодня... Сегодня?! Лао Лю хочет забрать у нашего «Немого» всю славу?! Это уж слишком! — Режиссёр Сюй повернулся и  вперился взглядом в парочку позади, сердито воскликнув. — Не слишком ли ваш Лао Лю обнаглел?! Он ведь сделал это специально!

Жун Сюй:

— …

Цинь Чэн:

— …

В этот момент съёмочная группа «Диких цветов» наконец опубликовала свой первый официальный трейлер.

Команда «Диких цветов»: «18.12. Дикие цветы. #Цинь_Чэн в роли Кун Чао! #Хуан_Лэй в роли Шэн Сянцзюнь! Весенние цветы, вышитые на ткани… Кун Чао в поисках предателя... С 18 декабря «Дикие цветы» ждут вас в кинотеатрах! [Ссылка на видео]».

Глава 122 (Часть 1)

Близился к концу 2043-й год. Самым ожидаемым событием уходящего года был фильм «Дикие цветы» режиссёра Лю Лао с Цинь Чэном и Хуан Лэй в главных ролях.

В самом начале года Лю Лао рассказал в интервью, что готовится к съёмкам этого фильма – фанаты были утомлены долгим ожиданием.

После этого съемочная группа «Диких цветов» надолго «замолкла»; они были слишком загадочными и не раскрывали вообще никакой информацию об актёрах и сюжете. Даже название фильма держалось в секрете! Поэтому когда, наконец, началась первая маркетинговая  кампания, это произвело фурор в сети. Даже один постер сумел привести в восторг заядлых киноманов, а теперь был опубликован полноценный трейлер, при виде которого фанаты пришли в неистовство.

Всего за пять минут число просмотров достигло отметки в 6 миллионов, а ещё пять минут спустя –превысило 20 миллионов!

Будучи убеждённой поклонницей Цинь Чэна, Жэнь Цзяюэ следила за всеми фильмами и шоу с участием своего Бога. Даже если Цинь Чэн играл роль второго плана (единственной такой его ролью был Гу Минсю в «Чёрных тучах») или снимался в каком-нибудь развлекательном шоу, она смотрела всё без исключения.

Всего два месяца назад фанаты Цинь Чэна с радостью посмотрели премьеру «Вестника бури», а теперь Цинь Чэн порадовал их «Дикими цветами». Поклонники были чрезвычайно взволнованы, не в силах выразить переполняющую их радость словами:

«Он слишком радует нас премьерами! Я с ума сойду!»

Жэнь Цзяюэ впервые открыла официальный блог команды «Диких цветов» и открыла прикреплённое к последнему посту видео.

После перехода в полноэкранный режим, экран телефона погрузился во тьму. Тихая грустная музыка заиграла словно откуда-то издалека, а в следующую секунду в левой части экрана возник золотой свет и рывком переместился направо, создав на чёрном фоне великолепный золотистый фейерверк.

Резкий звук ветра и топота копыт смешался с резкими звуками удара металла. В следующий момент изящный острый клинок вонзился в правый угол экрана, расколов невидимое стекло на части и оставив после себя только три больших позолоченных символа:

«Дикие цветы» (Чжан Хуа Ло).

Трейлер только начался, а зрители уже были шокированы.

Поклонники китайского кино всегда были единодушны в том, что все работы Лю Лао потрясающие. За плохие фильмы он просто не берётся. Частота выхода фильмов режиссера также говорила о качестве: последним фильмом старика было отличное авторское кино, вышедшее ещё два года назад.

Хотя ходили слухи, что съёмки «Диких цветов» стартовали только в апреле этого года, режиссёр Лю успел проделать огромную работу по части спецэффектов. То, что зрителей смог напугать с первых секунд простой трейлер, уже говорило о мощи режиссёра.

В следующую секунду Жэнь Цзяюэ расширила глаза, тупо уставившись на экран.

Спокойный и могущественный командир Цзиньи-вэй, одинокая поющая девушка из публичного дома, злобный губернатор и нежный благородный принц…

Под мелодичную музыку и интенсивные удары барабанов картинки на экране быстро сменяли друг друга.

Сюжет был невероятно захватывающим. Цинь Чэн, сжимая в руке клинок, сметал вражеские силы лёгким движением руки. Холодный изящный клинок каждый раз практически вонзался в экран, заставляя зрителей вжиматься в кресла. Трейлер оказался чрезвычайно динамичным.

Видео длилось всего сорок секунд, и за это время ни один из актёров не произнёс ни слова. Только динамичные кадры и музыка.

Однако шикарных боевых сцен с участием Цинь Чэна и грустного певческого голоса Хуан Лэй оказалось вполне достаточно, чтобы погрузить публику в сюжет и заставить проникнуться напряжением этого опасного тёмного мира.

Лао Лю никогда не акцентировал внимание на именитых актёрах. В этом трейлере экранное время, занятое Цинь Чэном, было не намного больше времени актёра четвёртого плана. Лю Лао сумел уместить в это видео каждого персонажа, раскрыв их великолепие в равной степени.

Когда видео закончилось, Жэнь Цзяюэ сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, после чего взволнованно нажала на «Повторить» и посмотрела трейлер ещё раз. Посмотрев его пять раз, она взволнованно переместилась в раздел комментариев. Как и ожидалось, комментарии под этим постом команды «Диких цветов» переполняли похвалы восторженных фанатов.

«Почему Цинь Шэнь такой красивый?! Почему?! Когда он размахивал своим ножом, я не могла дышать! Его взгляд был таким устрашающим – у меня от страха чуть сердце из груди не выпрыгнуло...»

«Думаю, Хуан Лэй идеально подходит на эту роль бледнолицей красавицы. Она так чувственно поёт!»

«Ахххххххххххххххххххххххххххххх! Юноша в белом вышел под лунный свет, тепло улыбнулся и выпил... Потрясающая сцена! Персонажа Жун Жуна, кажется, зовут Чжу Можэнь? Чжу Можэнь – очень подходящее имя…»

«Эта фоновая музыка слишком чувственная! У меня на протяжении всего просмотра бегали мурашки по коже! Я не могла пошевелиться!»

Первый трейлер «Диких цветов» не рассказывал сюжет. В этом сорокасекундном ролике кадры с актёрами занимали всего тридцать секунд. И за эти 30 секунд было представлено шесть персонажей – каждый появлялся на экране в среднем на пять секунд.

Но какие это были пять секунд!

Кун Чао, сжимая в руках клинок, яростно убивал врагов и омывал своё оружие кровью.  Шэн Сянцзюнь прекрасно пела и не могла уснуть из-за терзающего её чувства ненависти. Молодой принц шагал в лунном свете, держа в руках нефритовую лампу и улыбаясь. В тот момент, когда он поднял голову и улыбнулся, блеск его глаз заставил его поклонников вскрикнуть от возбуждения.

На данный момент зрителям было не ясно, как сложатся отношения между этими персонажами по сюжету, но это не мешало им оценить грядущий фильм по достоинству.

Всего за час тэг #ДикиеЦветы ворвался в топ-10 поиска Вэйбо. По совпадению, прямо над ним в топе оказался тэг #Немой.

Многие пользователи сети переходили в аккаунт «Диких цветов» и безумно репостили свежий трейлер на свои страницы. Вскоре к ним присоединились и крупные маркетинговые аккаунты. В результате команде «Диких цветов» удалось привлечь к себе невероятную волну внимания.

Итак, всего через час тэг #ДикиеЦветы поднялся до четвёртого места в топе дня, а тэг #Немой остался на восьмом.

Увидев это, режиссёр Сюй пришёл в ярость и нетерпеливо набрал номер режиссёра Лю:

— Лю Лао, ты бесчестен! Скажи мне, зачем ты отнимаешь славу у нашего «Немого»? Наш «Немой» вышел на экраны только сегодня, и сегодня же ты решил опубликовать свой первый трейлер! Не думай, что я не знаю, что ты сделал это специально!

Старик Лю на другом конце провода от души рассмеялся:

— Ха-ха-ха-ха, старик Сюй, не тараторь! Я ведь этого не отрицаю! Жун Сюй снялся в главной роли в твоём фильме, но он также исполнил роль третьего плана и в моём фильме. Разве ты сам недавно не «позаимствовал» популярность у «Затерянного города» Юаня Кэ? Именно! А теперь я так же позаимствовал её у твоего «Немого». Ничего страшного.

Режиссёр Сюй выпалил:

— Ничего страшного?! «Затерянный город» Юаня Кэ вышел ещё два месяца назад, и наш «Немой» с ним никак не конкурировал, но ты же выпустишь свой фильм уже через полмесяца после моего! Ничего страшного?! Да мы конкуренты!

Лю Лао безжалостно сказал:

— Разве ты не понимаешь, что, когда я назначал дату выхода своего фильма, я всё просчитал?

Режиссёр Сюй был ошеломлён.

Никто не знал, о чём разговаривали два именитых режиссёра, но в какой-то момент разговора режиссёр Сюй медленно повернул голову и посмотрел на Жун Сюя.

Старик смотрел на красивого молодого человека слишком долго. Его взгляд был подозрительно странным.

Жун Сюй, который минуту назад был спокоен как удав, не мог не нахмуриться.

Когда Жун Сюй уже собирался спросить режиссёра Сюй, что происходит, последний неловко хмыкнул, положил трубку и сказал:

— Лю Лао слишком коварен! Он выбрал эту дату для релиза преднамеренно. Он хитёр!

Жун Сюй:

— …

Все:

— ...

После тщательного обдумывания слов режиссёра Жун Сюй уже собирался возвращаться в отель, когда вдруг остановился и удивлённо пробормотал:

— Подождите-ка, «Дикие цветы» ведь выходят в прокат в день моего рождения?!

Глава 122 (Часть 2)

— Подождите-ка, «Дикие цветы» выходят в прокат в день моего рождения?!

Как только Жун Сюй это сказал, Цинь Чэн, стоявший в стороне, удивлённо вытаращился на него и спросил:

— Ты узнал об этом только сейчас?

Жун Сюй:

— А я… должен был знать это давным-давно?..

Глубокие тёмные глаза мужчины сверкнули удивлением, и он внимательно посмотрел на своего мальчика. Спустя долгое время Цинь Чэн, наконец, заговорил, слегка скривив губы:

— Лю Лао выбирал дату релиза из трёх вариантов: 18, 19 и 20 декабря. Но 18-е число выпадало на твой день рождения, так что...

Жун Сюй:

— …

Цинь Чэну больше не нужно было объяснять: Жун Сюй и так всё понял.

Если выбрать датой выхода фильма какой-нибудь особенный день, это пойдёт создателям фильма на руку. Если это фильм с военной тематикой – его лучше всего выпустить в день капитуляции врага. Но если фильм не связан ни с какими историческими событиями, можно самостоятельно выбрать для релиза любую значимую дату.

Если бы «Дикие цветы» выходили на большие экраны в октябре, Лю Лао, без сомнений, выбрал бы 27 октября – день рождения Цинь Чэна.

В общем, день рождения Жун Сюя был выбран датой релиза для того, чтобы привлечь к фильму больше внимания.

Многие фанаты Жун Сюя уже успели обнаружить, что дата выхода «Диких цветов» совпадает с днём рождения их кумира. В этот день СМИ обязательно будут писать о Жун Сюе, а значит, и «Диким цветам» достанется немного внимания.

Эти старые режиссёры были невероятно хитры и расчётливы.

Жун Сюя в самом деле повергла в шок эта новость. В этом году он не планировал устраивать вечеринку по случаю своего дня рождения – он хотел провести его в домашней обстановке. Но режиссёр Лю решил всё за него – теперь он, вместо празднования своего торжества дома, должен был пойти на церемонию премьеры и оказаться под прицелом десятков камер и назойливых репортёров.

Вернувшись в отель, все члены команды «Немого» собирались хорошенько отдохнуть, а завтра – покинуть город S и отдохнуть ещё пять дней перед роуд-шоу.

Режиссёр Сюй по-прежнему был очень зол из-за инцидента с Лю Лао, поэтому он ещё долго донимал главную звезду «Диких цветов» и актёра, исполнившего там роль третьего плана, как будто от этого ему могло стать легче. В итоге, уходя из номера Жун Сюя, он, естественно, «прихватил» с собой и Цинь Чэна.

Мужчина в ответ на это мог лишь беспомощно пожать плечами:

— ...

Десять минут спустя в дверь осторожно постучали, и Жун Сюй поднялся с постели, чтобы открыть. В коридоре его ждал человек, которого только что уволок за собой старик Сюй.

Молодой человек приподнял губы, улыбнулся и спросил:

— Мистер Цинь что-то забыл?

Цинь Чэн вскинул бровь и спокойно кивнул:

— Да, я, и правда, кое-что забыл.

Теперь настала очередь Жун Сюя удивляться:

— Что Вы забыли?

Бесцеремонно войдя в номер, Цинь Чэн очень плавно закрыл за собой дверь, а затем посмотрел на красивого элегантного юноша и со всей серьёзностью ответил:

— Я забыл здесь свою любовь.

Столь сладкие речи всегда были усладой для ушей. Теперь, когда Цинь Чэн уже юркнул в его номер, Жун Сюй не мог выставить его за дверь. Вскоре он пошёл в ванную, а Цинь Чэн остался ждать его в комнате.

Пока из ванной доносились звуки льющейся воды, красивый мужчина небрежно сидел на кровати, держа в руках свой телефон. Сначала он репостнул на свою страницу официальный пост команды «Диких цветов» о релизе, а затем пролайкал посты друзей, разместивших эту новость в своих аккаунтах.

Уладив этот вопрос, он ответил на пару сообщений в мессенджере, после чего, наконец, достал из кармана брюк свой «запасной» телефон.

Три минуты спустя на небезызвестном в кругу фанатов аккаунте Вэйбо появились три последовательных поста.

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «Жун Жун – самый милый на свете!» // Репост со страницы Глобальный фан-клуб Жун Сюя: «Сегодня наш Жун Жун...»

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «Мой Жун Жун такой красивый, такой прекрасный! Облизываю экран!» // Репост со страницы Любовь к Жун Сюю – это навсегда: «#Нарезка_Актёрских_Работ_Жун_Сюя. Взгляните на это видео: здесь собраны самые милые кадры из «Западни», «Борьбы за превосходство», «Чёрных туч» и «Затерянного города».  Я облизнула экран раз сто, пока монтировала это :3 [Ссылка на видео]»

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «#Жун_Чэн. Эта парочка такая милая = 3 =» // Репост со страницы Команды «Диких цветов»: «12 декабря...»

Увидев эту серию постов, подписчики «Пасты» рассмеялись.

«Ничего удивительного. Я сразу знала, что «Паста» репостнет трейлер «Диких цветов» сразу же, как только увидит его!»

«Я пошла дальше! Я заранее знала не только то, что «Паста» репостнет этот трейлер, но и то, что она обязательно употребит тэг #Жун_Чэн!»

«Хе-хе-хе-хе, я тоже состою в клубе #Жун_Чэн! Я уплетала собачий корм за обе щеки ещё в начале года, когда только вышли «Чёрные тучи»! Я не ожидала, что в конце года меня порадуют ещё и «Дикими цветами»! Просто восхитительно! Невероятно! Все фанаты #Жун_Чэна просто в восторге, я уверена!»

«Мне кажется, в этом фильме Жун Жун и Цинь Чэн вообще не пересекаются… Не думаю, что нам стоит ждать от этой премьеры много сахара... Напротив, я переживаю, что нас может ждать стекло».

Поклонники устроили бурное обсуждение под последним постом «Пасты». Конечно же, они не знали, что сама «Паста» в этот момент хмуро сверлила взглядом слово «стекло».

«Стекло... Это ещё что такое?..» — недоумевал мужчина.

После долгих размышлений Цинь Чэн с пустым выражением лица отправился гуглить неизвестный ему термин. Открыв третью ссылку на странице поиска, он обнаружил странное сообщение…

«Чёрт возьми! Это ни разу не сахар – это чёртово стекло! У меня от него уже весь рот в крови! Как вы могли?! Почему не сладкий сахар? Почему не вкусный собачий корм? Почему?! Вы убили моего Сяо Шу! За что?! Я оставлю вам сотню негативных отзывов!!!»

Цинь Чэн:

— ...

Каким будет финал Чжу Можэня в исполнении Жун Сюя в «Диких цветах»? Зрители этого ещё не знали, но «Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» знала наверняка!

Кун Чао пронзит сердце Чжу Можэня клинком.

Разве это не стекло?..

Да это полный рот стекла!

Бесконтрольно сглатывая и нервно постукивая пальцем по экрану, Цинь Чэн уставился в точку с «парализованным» лицом.

Через пару минут он с серьёзным выражением лица разместил в своём фейк-аккаунте ещё несколько постов с тэгом #Жун_Чэн.

Его бесчисленные подписчики под этими постами весело писали: «Да наша Апельсиновая Богиня сегодня полна энтузиазма! «Дикие цветы» обязательно будут очень сладенькими, поэтому наша Апельсинка так счастлива! Я с нетерпением жду премьеры! Должно быть, нас ждёт ещё одна огромная миска собачьего корма! Уже в предвкушении!»

В этот момент «Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой», которая знала правду:

— ...

«Если вас будет ждать не собачий корм, а полная миска стекла... захотите ли вы его есть?»

https://tl.rulate.ru/book/14326/1610836/ready_new

Глава 123 (Часть 1)

Пять минут спустя, когда Жун Сюй вышел из ванной, он застал следующую сцену.

На кровати посреди светлой просторной комнаты сидел красивый мужчина, хмуро и мрачно глядя на экран своего телефона. Мощная свирепая аура медленно распространялась от задумчивого выражения лица Цинь Чэна, и Жун Сюй замер на месте, уставившись на него с удивлением.

«Кто-то занял у него деньги и не возвращает?..»

Жун Сюй редко видел Цинь Чэна таким серьёзным. Какое-то время постояв у двери ванной комнаты, он шагнул вперёд и с улыбкой сказал:

— Иди, прими душ.

Цинь Чэн:

— Мхм...

После того, как мужчина скрылся за дверью, Жун Сюй слегка вскинул бровь и принялся обдумывать увиденное. Простояв так пару минут, ответа найти он так и не смог.

«Случилось что-то серьёзное? Почему взгляд Цинь Чэна был таким жутким? Ладно, дождусь, пока он выйдет, и спрошу ещё раз...»

Небрежно высушив волосы, Жун Сюй отправил несколько сообщений Ло Чжэньтао. После подтверждения, что на этой неделе у него не запланировано важных мероприятий, он зашёл на Вэйбо.

Час назад Ло Чжэньтао использовал аккаунт Жун Сюя в Вэйбо, чтобы опубликовать на его странице видео команды «Диких цветов». Жун Сюй впервые видел это видео. Нажав на видео трейлера и посмотрев его, он слегка скривил уголки губ и отправил режиссёру Лю сообщение: «Посмотрел трейлер. Он потрясающий. Мистер Лю, я с нетерпением жду выхода фильма!»

Спустя очень долгое время старик Лю ответил ему: «Ха-ха, доволен собой? Я заметил, Сяо Жун, что под этим видео все только и делают, что хвалят тебя за красивую внешность и хорошие актёрские способности».

Да, в этом трейлере Жун Сюй появлялся всего на пять секунд и всё это время стоял под луной, слегка улыбаясь, и держал в руках нефритовый бокал с вином. У него не было ярких сцен боя, как у Цинь Чэна, и страданий, у Хуан Лэй. У него была только нежная улыбка, однако даже с ней одной он сумел покорить сердца многочисленных девушек.

Кто-то покоряет действием, а кто-то – одним лишь взглядом.

Так пользователи Вэйбо комментировали роль Чжу Можэня в «Диких цветах».

С точки зрения внешности, это действительно очень мягкий, элегантный и чистый молодой человек, вполне заслуживающий такой похвалы.

Конечно, после столь громких слов Лю Лао Жун Сюй должен быть скромно ответить: «Вы меня засмущали! Кстати, господин Лю, я только сегодня узнал, что «Дикие цветы» выйдут в кинотеатрах в день моего рождения! ^_^»

Через пару секунд старик Лю прислал ему простой и довольно наглый ответ: «Да, мы все вместе отпразднуем твой день рождения! Ну, что скажешь? Ты счастлив, Сяо Жун? Не благодари меня – я сделал это от чистого сердца, ха-ха!»

Жун Сюй:

— …

«Очевидно, старик просто воспользовался мною, чтобы привлечь к своему фильму больше внимания! Но при этом он смеет говорить, что празднует таким образом мой день рождения?!»

Даже с опытом двух прожитых жизней, Жун Сюй был беспомощен перед такими старыми хитрыми лисами, как Лю Лао. Отправив ему ещё пару сообщений, Жун Сюй пару минут почитал новости, а затем снова зашёл на Вэйбо и обновил ленту. Увидев знакомый никнейм, он внезапно замер, изумлённо расширил глаза и перешёл на страницу аккаунта.

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «#Жун_Чэн Сладко, сладко, здесь столько сахара!» // Рпост со страницы @Люблю_жизнь_и_люблю_Жун_Жуна: «#Жун_Чэн #Жун_Сюй #Цинь_Чэн! Я сделала фан-видео на «Чёрные тучи! Обожаю! Ох...[Ссылка на видео]».

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «#Жун_Чэн #Малыш_Жун_Жун, Цзю ми! =3» // Репост со страницы @Мой_Жун_Жун: «#Жун_Чэн Прикрепляю девять красивых фотографий высокого разрешения без водяных знаков! 23333 Жун+Чэн действительно достойны этого, я за #Жун_Чэн! [Фото][Фото][Фото][Фото][Фото][Фото][Фото][Фото][Фото]»

— …

Пролистав семь или восемь однотипных постов подряд, Жун Сюй обнаружил, что они все они являются репостами с чужих страниц, объединённых тэгом #Жун_Чэн. Большинство из них демонстрировали фотографии, сделанные во время продвижения Цинь Чэном и Жун Сюем «Чёрных туч», некоторые – кадры из самих «Чёрных туч», а другие – фан-видео, посвящённые этой парочке.

Жун Сюй читал все эти посты, обдумывая сумасшедшее поведение «Пасты из семян лотоса с Апельсиновой начинкой», а его брови в это время постепенно хмурились.

«Подождите-ка, если «Паста» – это действительно Цинь Чэн, то, судя по времени... Цинь Чэн сидел здесь сейчас с серьёзным выражением лица, как будто кто-то задолжал ему пять миллионов, а сам в это время репостил себе на страницу все эти милые посты?!»

Жун Сюй долго обдумывал это, но так ни к чему и не пришёл. В итоге он вошёл в свой фейк-аккаунт, пролайкал все эти странные репосты, после чего...

Отправил «Пасте» личное сообщение.

О том, как правильно есть Апельсин: «Привет, я твоя поклонница, ты мне очень нравишься! <3»

Отправив это сообщение, Жун Сюй молча подписался на нескольких фанаток, которых нашёл по тэгу #Жун_Чэн. Поскольку он теперь стал подписчиком «Пасты», у них должно было быть что-то общее. Например, то, что они оба любят «парочку Жун+Чэн».

Жун Сюй всегда знал, что его фанаты создали много комбинаций шип-пар с его участием. В число его «любовников» уже входили Е Цяо и Тан Мэнлань (после выхода «Борьбы за превосходство), а позже (во время съёмок «Черных туч) к ним присоединился и Цинь Чэн.

Относительно новыми его «любовниками» можно было считать Бай Сивэня и Линь Сюаня – после  «Затерянного города» и «Немого» соответственно.

Среди всех этих комбинаций парочки #Жун_Чэн, #Жун_Бай и #Жун_Линь были самыми популярными среди поклонников.

Не долго думая, Жун Сюй снова заглянул в подписки «Пасты». Когда он обнаружил, что Цинь Чэн не подписан на самого себя, он на мгновение опешил.

«То есть, ты подписан на меня и на кучу моих поклонников, но… не подписан на самого себя?! Как это всё странно… Что у него за психология такая? Почему его так сложно понять?..»

Пока Жун Сюй был озадачен этим вопросом, дверь в ванную внезапно распахнулась. Подсознательно заблокировав телефон, Жун Сюй сел в кровати и с улыбкой посмотрел на Цинь Чэна. Последний в этот момент направлялся к нему в простой пижаме и со слегка влажными волосами.

— Самолёт вылетает завтра в семь утра?

Жун Сюй мягко кивнул:

— Да. Я хотел вернуться пораньше, поэтому сестра Ло купила билеты на семь. Тебе я тоже взял на семь. Кстати, если я правильно помню, у Линь Сюаня вылет тоже в семь, так что, возможно, полетим все вместе.

На часах уже было почти 12 часов ночи. Вставать им нужно было минимум к шести часам утра, так что времени на сон было в обрез.

Холодный элегантный мужчина слегка поджал губы, собираясь что-то сказать, но в этот момент раздался внезапный стук в дверь.

— Жун Сюй, открой дверь! Это я!

Мужчины в комнате были ошеломлены.

Жун Сюй встал и пошёл к входной двери, быстро открыв её. Прежде чем он успел открыть рот, он увидел Линь Сюаня, который с улыбкой бесцеремонно вошёл в его номер. На ходу он смеялся и объяснял:

— Мы не могли уснуть. Всё равно уже скоро вставать! Вместо того, чтобы спать, я решил прийти к тебе и сыграть в карты. Я только что отправил Цинь Чэну сообщение с приглашением. Режиссёр  Сюй, к сожалению, слишком стар для такого, поэтому на этот раз я решил собрать только вас с Цинь Чэном и Сяо Цзытун. Вы же все не против: спать всё равно осталось всего несколько ча…

Голос внезапно оборвался.

Линь Сюань широко раскрыл глаза и с недоверием уставился на Цинь Чэна, стоящего посреди комнаты в пижаме. Сяо Цзытун, которая только что вошла в номер вслед за певцом, тоже широко раскрыла рот, тупо таращась на Цинь Чэна.

Жун Сюй, оставшийся в одиночестве стоять у входной двери:

— ...

Цинь Чэн, испепеляемый взглядами незваных ночных гостей:

— ...

Глава 123 (Часть 2)

Пару секунд спустя Линь Сюань внезапно понял:

— О! Тогда неудивительно, что ты не отвечал на мои сообщения! Цинь Чэн, ты рано! Я только написал тебе, а ты уже здесь! Почему ты мне не отвечал? Я собирался привести Цзытун в номер Жун Сюя, а потом сходить наверх за тобой.

В конце концов, Сяо Цзытун – знаменитость. Если папарацци подловят её одну, входящей посреди ночи в номер Жун Сюя, скандала наверняка будет не избежать. Однако, если она придёт туда вместе с Линь Сюанем, это легко можно будет объяснить. Как папарацци преподнесут публике, что делали вместе Жун Сюй, Линь Сюань и Сяо Цзытун?

Хотя, по их оценкам, никаких папарацци поблизости не наблюдалось, соблюдать осторожность не помешало бы.

Линь Сюань ответил на все свои вопросы сам, поэтому Жун Сюй с облегчением выдохнул, закрыл за гостями дверь, улыбнулся и подтвердил его теорию:

— Да, он только что пришёл.

Цинь Чэн опустил глаза и бросил взгляд на Линь Сюаня, отчего тот задрожал, а затем кивнул:

— Угум...

Одна только Сяо Цзытун, стоявшая в стороне, продолжала долго сверлить Жун Сюя и Цинь Чэна удивлённым взглядом. В конце концов, из размышлений девушку вырвало то, что Жун Сюй, озадаченно погладив себя по волосам, сел за стол, после чего все четверо начали…

Играть в карты.

Игра в карты подразумевает не только талант и ум, но и удачу.

Игровые навыки Линь Сюаня были безнадёжно плохи, но сегодня удача действительно была на его стороне, чего нельзя было сказать о везении Жун Сюя. Однако Жун Сюй, в отличие от «Короля музыки», мог похвастать превосходными навыками игры. Когда эти двое схлестнулись за одним столом, Цинь Чэну и Сяо Цзытун оставалось только без конца проигрывать, что не могло их не злить.

В четыре часа утра, когда игра подошла к концу, Жун Сюй улыбнулся и предложил:

— Сделаем снимок на память, отпразднуем нашу победу.

Линь Сюань поспешно кивнул, взял телефон и приготовился сделать групповое селфи.

В этот момент Цинь Чэн внезапно встал и отошёл в сторону, из-за чего все трое с удивлением уставились на него.

— Вы – команда «Немого», и вместе приехали на премьеру фильма в город S. Моё же расписание конфиденциально.

На самом деле, если бы Цинь Чэна заметили на одном фото с Жун Сюем, первым, о чём бы все подумали, был бы фильм «Дикие цветы», но никак не «Немой».

Да, Жун Сюй действительно сыграл роль третьего плана в «Диких цветах», но в «Немом» он исполнил главную мужскую роль.

Кассовые сборы «Диких цветов» не пойдут в копилку заслуг Жун Сюя, зато кассовые сборы «Немого» будут по большей части зависеть от него.

Поскольку это групповое селфи могло дать фильму «Немой» новую волну популярности, Цинь Чэн не хотел ничего портить своим присутствием.

Линь Сюань и Сяо Цзытун тупо вытаращились на Цинь Чэна, а Жун Сюй мягко посмотрел на него, улыбнулся и потянул его за руку:

— Всё в порядке, давай сфотографируемся вместе.

Нежная улыбка юноши была словно безмятежное озеро, обдуваемое лёгким весенним ветерком.

Сердце Цинь Чэна сжалось, и он, сдержанно улыбнувшись, встал рядом с Жун Сюем и тихо ответил:

— Хорошо.

Линь Сюаню было наплевать на взаимоотношения этих двоих, поэтому он тут же поднял селфи-палку и сделал фото, которое тут же опубликовал в Вэйбо.

Линь Сюань: «О-хо-хо! Сегодня вечером мы с @Жун_Сюем одержали большую победу! Чего не скажешь о @Цинь_Чэне и @Сяо_Цзытун, аха-ха-ха-ха! [Фото]»

В течение одной минуты этот пост собрал более трёх тысяч репостов и столько же комментариев.

И это только подписчики самого Линь Сюаня. Когда это фото обнаружили поклонники Цинь Чэна, Жун Сюя и Сяо Цзытун, они тут же принялись радостно репостить его и писать милые комментарии. Позже Цинь Чэн, Жун Сюй и Сяо Цзытун тоже добавили на свои страницы этот пост Линь Сюаня. Когда Жун Сюй и Цинь Чэн прибыли в аэропорт, на странице первого уже набралось 100 тысяч лайков, а на странице второго – 230 тысяч!

У Жун Сюя на данный момент было 130 миллионов подписчиков в Вэйбо, а у Цинь Чэна – 320 миллионов.

Одиннадцать лет карьеры в кино и на телевидении сделали Цинь Чэна очень популярным – главной звездой Китая. Жун Сюй же стал популярен по всей стране только в этом году, поэтому преодолеть «пропасть» между ним и Цинь Чэном было не так просто.

Сидя в VIP-зале аэропорта, Линь Сюань продолжал рассказывать о том, что будет делать после возвращения в Город В, подмигивая при этом Жун Сюю и намекая ему на то, что Клуб «Сумасшедший Цинь» собирается закатить вечеринку.

Цинь Чэн в этот момент спокойно сидел напротив, опустив голову, и делал что-то в своём телефоне.

Жун Сюй и Линь Сюань немного поболтали и вскоре обратили внимание на человека, сидящего напротив них.

«Чем так занят Цинь Чэн?..»

Три минуты спустя, когда Жун Сюй достал свой телефон и зашёл в Вэйбо, он узнал ответ на этот вопрос.

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «#Жун_Чэн! Этот собачий корм такой сладкий! Слишком сладкий! Ешьте, ребята! Наешьтесь досыта! ^_^ // Репост со страницы @Жун_Сюя: «Я победил! [Фото]»  // Репост со страницы @Линь_Сюаня: «О-хо-хо! Сегодня вечером...»

Жун Сюй:

— …

Открыв комментарии под этим постом, он обнаружил, что «Паста» в этот момент на самом деле терпеливо отвечала на все комментарии подписчиков.

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой ответила @Недовольной_Мисс: «Пара #Жун_Чэн очень сладкая! Сахара не пожалели!»

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой ответила @Пурпурному_Дереву: «Я тоже считаю, что #Жун_Чэн – короли! #Жун_Чэн – лучшие!»

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой ответила @Эльфийскому_Дождю: «Да, вы посмотрите, как близко стоят Жун Жун и Цинь Чэн! Я чувствую, что у них замечательные отношения! Они даже в карты вместе играют! ~ \ (≧ ▽≦) / ~»

Жун Сюй, глядя на это, мог лишь покачать головой:

— ...

За десять минут до посадки этот серьёзный мужчина всё так же равнодушно смотрел в экран своего телефона и спокойно набирал комментарии. Иногда Цинь Чэн даже поднимал голову и болтал с Жун Сюем, но большую часть времени тот разговаривал с Линь Сюанем, поэтому Цинь Чэн в основном сидел, понурив голову, и придумывал, что бы ему опубликовать.

Он продолжал публиковать посты и комментарии, в то время как Жун Сюй продолжал всё это читать и отвечать со своего фейк-аккаунта.

На один из постов «Пасты» он ответил: «Да, Жун Жун и Цинь Чэн суперские!».

Затем он поспорил с фанаткой парочки #Жун_Линь: «Но на этой фотографии Жун Жун и Цинь Чэн стоят вместе, а Линь Сюань вообще стоит рядом с Сяо Цзытун!»

А почему Линь Сюань стоял на фото рядом с Сяо Цзытун, а не с Жун Сюем?

Уж не потому ли, что после того, как он сделал первую фотографию, некий мужчина торжественно заявил, что положение Линь Сюаня на фото неудачное, что делает его лицо ещё толще, и предложил ему встать с другого краю?

Уголки губ Жун Сюя непроизвольно дёрнулись, и он принялся спокойно печатать новый пост в Вэйбо.

О том, как правильно есть Апельсин: «СОВЕТ №1: Коварный апельсин? Апельсин оказался не тем человеком, за которого себя выдавал...»

После публикации этого поста Жун Сюй открыл личные сообщения и обнаружил, что сообщение, которое он недавно отправлял «Пасте», помечено как прочитанное, но ответа никакого не пришло. Он с удивлением посмотрел на Цинь Чэна: в этот момент они направлялись на посадку под руководством стюардессы.

Как будто почувствовав на себе удивлённый взгляд Жун Сюя, Цинь Чэн повернул голову и спросил:

— Что случилось?

Жун Сюй на мгновение задумался, но мягко покачал головой:

— Ничего.

Цинь Чэн:

— ?..

Откуда же Жун Сюю было знать, что, когда Цинь Чэн увидел это сообщение от «О том, как правильно есть Апельсин», он просто проигнорировал его?..

Поклонник просто признался ему в симпатии. Разве это не что-то само собой разумеющееся?

Хотя «Паста» никогда не делала селфи, подписчики ежедневно писали ей сотни тёплых слов. Ежедневно от людей, на которые она не подписана, ей приходило по 15-20 личных сообщений.

Так ли заметен среди них аккаунт под названием «Как правильно есть Апельсин»?

«Паста» просто закрыла это сообщение, не удосужившись даже ответить на него, что было очень грубо.

Конечно, если бы Цинь Чэн знал, от кого было это проигнорированное сообщение, сожалению его не было бы предела...

Глава 123 (Часть 3)

В девять часов утра самолёт уверенно приземлился в столичном аэропорту. Первоначально Ло Чжэньтао планировал встретить Жун Сюя и Ло Вэй по прилёту, но машина Цинь Чэна уже была припаркована на стоянке аэропорта.

Ло Вэй, с трудом подавляя волнение, уселась в машину Цинь Чэна. Она была в его машине впервые. Сидя на заднем сиденье, девушка непроизвольно осматривалась вокруг, осторожно поглаживая рукой кожаное сиденье.

«Это машина Цинь Шэня, это машина Цинь Шэня!!!»

— Где Вы живёте? — раздался пьянящий магнетический голос, и опешившая Ло Вэй подсознательно назвала мужчине свой адрес.

Цинь Чэн сразу задал конечную точку на навигаторе, и роботизированный голос немедленно начал вести его по маршруту.

Увидев это, Ло Вэй поспешно возразила:

— Вам не нужно везти меня домой! Можете просто оставить меня у входа в метро на 2-й линии. Оттуда я доеду на метро прямиком до дома…

Прежде чем Цинь Чэн успел ответить, молодой человек на переднем пассажирском сиденье улыбнулся, повернулся к девушке и сказал:

— Всё в порядке, сестра Ло. Мы отвезём тебя домой. Ты девушка, а в метро сейчас час-пик.

Ло Вэй послушно кивнула и больше не возражала.

В тихом салоне авто Жун Сюй время от времени разговаривал с Цинь Чэном, а мужчина мягко отвечал ему. Яркий солнечный свет проникал внутрь через лобовое стекло, сверкая на светлых волосах юноши приятными золотистыми переливами.

У заворожено наблюдающей за этой сценой Ло Вэй забилось сердце, словно она увидела что-то странное.

Ей хотелось ухватиться за это едва уловимое чувство, но оно ускользнуло от неё, скрывшись в тумане.

Она понимала только то, что эта картина была слишком прекрасна. Время в этот момент словно остановилось: юноша нежно улыбался, а мужчина, скривив губы в улыбке, низким голосом отвечал ему…

Только когда Ло Вэй вышла из машины с чемоданом в руках и посмотрела вслед уезжающему Бентли, она внезапно очнулась. Прикоснувшись к своим пылающим щекам, Ло Вэй не могла понять, от чего так колотится её сердце, и давно ли она красная, как помидор.

Ей действительно всегда очень нравились Сяо Сюй и Цинь Шэнь, но ничего подобного с ней никогда прежде не случалось.

Лишь когда во время обеда Ло Вэй открыла Вэйбо и увидела в ленте тэг #Жун_Чэн, она внезапно расширила глаза, вмиг всё осознав:

— Отличная пара! Они действительно отличная пара!..

Вспоминая сцены, которые она застала во время съёмок «Диких цветов» (долгую беседу под луной с вином, и лицо Кун Чао, пронзающего сердце Чжу Можэня клинком), Ло Вэй покраснела ещё сильнее и решила написать пост в Вэйбо.

Большое приключение: «Aааааааааааааааааааааааааааах! Вы не поймёте, о чём я говорю, но я очень хочу, чтобы «Дикие цветы» вышли как можно скорее!»

Шесть месяцев назад Ло Вэй уже публиковала пост о «Диких цветах». В то время она просто считала фильм немного странным. Она надеялась, что фильм скоро выйдет, и зрители смогут найти ответы на её сомнения. Но сейчас ей совсем не нужны были ничьи ответы: она уже сама знала ответ и успела стать за это время ярой фанаткой пары #Жун_Чэн!

«Немой» увидел свет неделю назад, а его кассовые сборы за семь дней составили 1,8 миллиарда!

В первый день показов это недорогое авторское кино собрало почти 200 миллионов, а к четвёртому дню – благодаря сарафанному радио и рекламе – достигло ужасающих показателей в 400 миллионов за день!

В настоящее время рейтинг фильма на кино-сайтах стабилизировался, и не терпел особых изменений.

Среди профессиональных кинокритиков «Немой» имел наивысшую оценку в 9,8 балла и наименьшую – в 8,1 балла. Среди простых зрителей разброс был куда шире – от 10 баллов до 1-го.

Нет в мире такого фильма, который нравился бы всем. Даже самый популярный в прошлом веке голливудский «Бармен» и известнейший китайский «Вечерний звук» имели немало хейтеров.

Средняя оценка «Немого» за неделю составила 9,1.

Бесчисленное количество обычных зрителей ставили этому фильму наивысший балл – 10. Делали они это на эмоциях – сразу же после того, как выходили в слезах из кинотеатров.

На дворе уже был декабрь. В годовом топе авторского художественного кино Китая первое место занимала работа с рейтингом 9,2 балла, а «Немой» временно обосновался на втором месте со своими 9,1 баллами. Никто не знал, ждут ли его ещё какие-то изменения, но для многих преданных поклонников этот фильм уже успел стать классикой.

В этот момент режиссёр Сюй строго отчитывал актёрский состав «Немого»:

— Ладно вы трое! Вам можно играть вместе в карты! Но зачем вы позвали этого Цинь Чэна?! Ладно, вы могли сыграть с ним в карты, но зачем вы сфотографировались с ним?! Линь Сюань, ты сделал этот снимок. Расскажи мне: зачем? Теперь их «Дикие цветы» отнимут у нас всех зрителей! Вот что мне теперь делать, а? Я в ярости!

Жун Сюй, исполнивший роль третьего плана в «Диких цветах»:

— ...

Но режиссёр Сюй был зол только на словах. На самом деле, он уже давно понимал, что после выхода «Диких цветов» всё внимание, отведённое сейчас «Немому», перекочует к премьере режиссёра Лю.

«Немой» будет идти в кинотеатрах уже 18 дней, а его ежедневные кассовые сборы будут неуклонно падать. Естественно, «Дикие цветы»,  которые к этому моменту только выйдут на экраны, прикуют к себе всё внимание. Но режиссёр Сюй просто не мог успокоиться, потому что его друг Лю Лао весь день отправлял ему текстовые сообщения, благодаря его за «рост популярности «Диких цветов»».

Двое стариков просто веселились, обмениваясь взаимными колкостями.

После роуд-шоу съёмочной группы «Немого», через семь дней после выхода в прокат, кассовые сборы фильма только продолжили активно расти.

Накануне грядущего релиза «Диких цветов» «Немой», который вышел на большие экраны 17 дней назад, собрал в прокате 3 миллиарда – именно ту сумму, о которой режиссёр Сюй говорил на церемонии премьеры.

Репортёр, взявший интервью у Лю Лао после премьеры «Немого», опубликовал на своей страничке статью с громким заголовком:

«3 миллиарда кассовых сборов: какие ещё сюрпризы принесёт  китайскому авторскому кино в 2044 году фильм «Немой»?»

Эта статья привлекла внимание бесчисленного количества читателей, спровоцировав волну бурных дискуссий.

За последние два года насчитывалось всего несколько авторских и художественных фильмов с кассовыми сборами более 3 миллиардов. Самым последним из них был прошлогодний «Ученик», в котором сыграли Цинь Чэн и Ся Муйян. Эта парочка всегда приносила своим работам огромные кассовые сборы. Сборы «Ученика» были далеко не низкими, но из-за его тематики составили всего 4,9 миллиарда.

Что касается премьер уходящего года, за исключением «Немого», кассовые сборы самого кассового авторского кино составляли всего 2,7 миллиарда. Речь идёт о том самом фильме в топ-1 года с оценкой 9,2 балла. Фильм сделан очень хорошо. Он повествует о матери, потерявшей ребёнка и пытающейся отыскать его в бескрайнем море людей. В конце концов, пережив немало трудностей и препятствий, она всё таки находит своего ребёнка – только его кости.

Эта работа номинировалась на множество кинопремий и была главным соперником «Немого», но из-за грустного финала (пусть даже её единогласно рекомендовали кинокритики) собрала в прокате всего 2,7 миллиарда.

Приближался день премьеры «Диких цветов».

Утром 17-го числа Жун Сюю позвонил режиссёр Сюй. Старик сказал, что собирается вылетать в Соединенные Штаты, чтобы принять участие в мероприятии. Он сообщил, что в 0:00 18-го числа будет в самолёте, и у него не будет возможности поздравить Жун Сюя с днём рождения, поэтому он решил позвонить и поздравить его заранее. И всё бы ничего, но…

— Сяо Жун, ты можешь передать кое-что моему старому другу Лю Лао сегодня вечером? Скажи, что в следующий раз, когда я его встречу, ему мало не покажется! Скажи, что я выпущу свой новый фильм на твой следующий день рождения! Ух, я ему отомщу!

Жун Сюй невольно рассмеялся и кивнул:

— Да, да...

Жун Сюй не мог воспринимать слова старика Сюй всерьёз. За время съёмок он успел понять, что старик любит раздавать обещания и угрозы, которые потом не сдерживает. Однажды он уже обещал снять вторую часть с Сяо Цзытун, а затем сказал, что будет повторно сотрудничать с Линь Сюанем. В общем, он уже давно разобрался в странном характере этого пожилого режиссёра.

Время летело быстро. Днём Жун Сюй и Цинь Чэн прибыли в здание Большого театра.

Лучшие гримёры быстро приводили всех участников премьеры в порядок, уделяя больше внимания актрисам, чей макияж куда более сложный. Когда Жун Сюй и Цинь Чэн зашли за кулисы, Хуан Лэй уже сидела в кресле, пока молоденькая визажистка красила ей губы карандашом.

«Королева кино» увидела вошедших Жун Сюя с Цинь Чэном и с улыбкой помахала им.

В шесть часов вечера за кулисами появился улыбающийся Лю Лао. Наверное, из-за того, что он уже давно предсказал своей картине огромные кассовые сборы, режиссёр пребывал в приподнятом настроении и самодовольно улыбался, ласково обводя взглядом актёров и персонал за кулисами.

Жун Сюй внезапно понял, почему режиссёр Сюй так враждебно настроен по отношению к Старому Лю.

В каком-то смысле, мистер Лю... слишком наглый!

Так открыто демонстрировать свою радость после «воровства чужой славы и сборов» мог только он.

К счастью, режиссёр Сюй не явился сегодня на церемонию премьеры, иначе, если бы он увидел торжествующий взгляд Лю Лао, всё могло бы плохо кончиться.

Полчаса спустя ведущие и актёры закончили согласовывать спорные моменты мероприятия и в 8 часов вечера церемония премьеры «Диких цветов» официально стартовала!

Глава 123 (Часть 4)

Лю Лао решил транслировать видео с церемонии премьеры на весь интернет. Шесть камер были направлены на сцену со всех сторон, чтобы каждый зритель по ту сторону экрана мог увидеть церемонию собственными глазами.

Прямая трансляция показывала зрителям только официальную часть мероприятия. Когда начнётся показ премьеры фильма, эфир завершится. Но даже при этом, у неё уже набралось более 10 миллионов зрителей, и это число продолжало расти.

«Покажите уже мне Жун Жуна, скорее!»

«Aааах! Я хочу увидеть Бога Цинь, увидеть Бога Цинь, увидеть Бога Цинь! Сейчас же!»

«Как член клуба #Жун_Чэн, сегодня я умру без сожаления – только дайте мне сначала взглянуть на эту прекрасную парочку!»

«Желаю «Диким цветам» невероятных кассовых сборов, а Цинь Чэну желаю всего самого лучшего!»

«Я тоже хочу взглянуть на этих двоих на одной сцене!»

Зрители трансляции были полны энтузиазма, но со временем их терпение начало иссякать, и они всё чаще спрашивали, когда же уже начнётся церемония премьеры. В конце концов, они ведь включили этот эфир, чтобы посмотреть на съёмочную группу фильма, а не на толпу репортёров.

Все больше и больше комментаторов под трансляцией жаловались, когда на экране вдруг появилась часть лица...

«Ах, ах, ах, ах, ах, ах! Мой Жун Жун! Это мой Жун Жун!!!»

Все внимательно пригляделись к экрану и увидели часть лица Жун Сюя, выглядывающего из-за  кулис.

Многие случайные зрители долго сверлили экран взглядом, прежде чем, наконец, убедиться: это действительно Жун Сюй. Тогда они вздохнули: «Поклонники… Они могут узнать своего кумира даже по одному лишь глазу... Удивительно!»

Ещё через десять минут, когда количество зрителей прямой трансляции достигло 21 миллиона, свет в зале внезапно погас, и все зрители выпрямились на стульях, нервно ожидая начала церемонии.

Ослепительный свет ударил в сторону задней части сцены, и на сцену вышла стройная и красивая девушка, улыбаясь и махая рукой собравшимся в зале гостям.

— Лэй Ли!!!

Поклонники Хуан Лэй в зале тут же завизжали, выражая своё волнение.

Поклонники Жун Сюя и Цинь Чэна вздохнули и продолжили смотреть церемонию с некоторым сожалением, с нетерпением ожидая появления своих Богов.

Кстати, а где сейчас были их Боги?

На самом деле, согласно плану Лю Лао, первым выйти на сцену должен был Цинь Чэн. Уже за ним последовали бы Хуан Лэй и актёр второго плана. За ними – Жун Сюй... и в самом конце – сам Лю Лао в гордом одиночестве.

Но когда все актёры уже стояли за сценой, готовясь выходить в согласованном порядке, Цинь Чэн внезапно спокойным тоном сказал:

— Дамы вперёд.

Так Хуан Лэй и вышла на сцену первой.

После того, как Хуан Лэй остановилась посреди сцены, Цинь Чэн повернул голову и посмотрел на юношу рядом с собой.

Казалось, будто глубокие воды океан сокрыты в этих красивых тёмных глазах. Глядя на улыбающегося юношу, Цинь Чэн незаметно скользнул пальцами по тыльной стороне его руки и прошептал:

— Я жду тебя. — После этих слов он вышел на сцену.

Когда Цинь Чэн предстал перед публикой, аплодисменты были заметно громче, чем минуту назад. В комментариях под видео трансляции бесчисленные фанаты неустанно и с бешеной частотой отправляли слова любви и радости. Если бы комментарии были открыты на весь экран, они загородили бы собой всю сцену

Несмотря на то, что Цинь Чэн уже твёрдо стоял на своём месте в центре сцены, аплодисменты всё никак не утихали. Многие фанаты громко кричали «Цинь Чэн!», и Жун Сюй за кулисами мог услышать нотки сокрытых в их голосах радости и ожидания.

Красивый юноша стоял за кулисами и улыбался мужчине на сцене.

В этот момент яркий ослепительный свет прожектора ударил ему в лицо, словно прокладывая перед ним яркую дорогу на сцену, а в зале раздался неистовый рёв аплодисментов и криков.

Это был бы не первый раз, когда Жун Сюй и Цинь Чэн стояли вместе на одной сцене. Такое уже было на премьере «Чёрных туч», но тогда Жун Сюй был далеко не таким известным.

Десятилетнюю пропасть между их карьерами не так-то просто преодолеть. Цинь Чэн уже стоял на вершине индустрии развлечений Китая и всего мира, а Жун Сюй только начал свой путь к этой цели.

В этот момент на сцену внезапно вышел пожилой актёр, исполнивший в фильме роль второго плана. Камера сфокусировалась на нём, и Цинь Чэн, воспользовавшись этой возможностью, посмотрел сквозь него на  Жун Сюя, оставшегося стоять за кулисами.

Его тонкие губы разжались и медленно произнесли три слова.

Жун Сюй ошеломлённо наблюдал за мужчиной, не понимая, что тот пытается ему сказать.

В этот момент из динамиков раздался голос ведущего, и Жун Сюй с улыбкой вышел на сцену вслед за пожилым актёром.

В тот момент, когда красивый молодой человек появился из-за кулис, зал взорвался громкими аплодисментами и криками, эхом разнесшимися по театру, а комментаторы под трансляцией снова на какое-то время обезумели. На самом деле, в плане числа поклонников и уровня популярности, Жун Сюй и Цинь Чэн не сильно отличались друг от друга. Однако один из них ещё ни разу не получал призов за роли в фильмах.

Подойдя к Цинь Чэну, Жун Сюй занял своё место на сцене. Затем на сцену вышла актриса второго плана, и, наконец, режиссёр Лю Лао.

По плану Лю Лао, Хуан Лэй стояла справа от Цинь Чэна, а Жун Сюй – слева.

Ведущий улыбался и общался с актёрами; вся церемония премьеры была наполнена смехом, а атмосфера в зале была очень тёплой.

Лю Лао – не режиссер Сюй: этот старик мог рассмешить зрителей, просто открывая рот.

Поклонники в зале пристально и с вожделением наблюдали за своими Богами на сцене, не желая упускать ни секунды. Зрители онлайн-трансляции (а точнее – фанаты парочки #Жун_Чэн) тоже возбуждённо наблюдали за происходящим на экране, широко раскрыв глаза).

«Мне было бы достаточно, если бы они просто стояли рядом, но они ещё и болтают! Боже мой, QAQ, этот собачий корм слишком сладок, ом-ном-ном!»

Когда эти двое просто стояли рядом, это уже была незабываемой красоты картина.

Когда Лю Лао и ведущий достигли пика в своей беседе, они вдруг переглянулись, после чего ведущий повернулся к Жун Сюю и заговорил о его дне рождения. Многие репортёры поспешно направили свои камеры на Жун Сюя и принялись отчаянно нажимать на кнопку затвора.

Ведущий улыбнулся и сказал:

— Кто-нибудь из съёмочной группы хочет поздравить Жун Сюя с днём рождения?

Первым заговорил пожилой актёр, исполнивший в «Диких цветах» роль второго плана. Он похвалил Жун Сюя:

— Этот ребёнок очень серьёзно относится к работе на съёмочной площадке. Он всегда приходил на площадку очень рано и сразу приступал к нанесению грима. Он часто приходил ко мне, чтобы вместе отрепетировать. На самом деле, в этом фильме у нас с ним вышло больше всего совместных сцен. Я знаю, что этот парень очень трудолюбив и талантлив. Заранее желаю тебе счастливого дня рождения, Жун Сюй!

Затем к поздравлениям подключилась Хуан Лэй:

— Мне особо нечего сказать, но… если бы я была на двадцать лет моложе... в общем, вам пришлось бы бороться за Жун Сюя вместе со мной.

Зрители в зале рассмеялись.

Когда подошла очередь Лю Лао, он немного подумал и с серьёзным выражением лица сказал:

— Жун Сюй – самый талантливый актёр из всех, кого я когда-либо видел. Я надеюсь, что смогу поработать с ним снова, если у меня будет такая возможность. Талант и трудолюбие идеально уживаются в этом парне. Он отличный актёр. Для меня была большая честь поработать с ним!

Лю Лао, который минуту назад шутил и смеялся, внезапно стал настолько серьёзным, что удивил этим всех актёров на сцене. Жун Сюй уставился на старика с удивлением, но увидел, что Лю Лао улыбнулся ему, а затем серьёзным тоном спросил:

— Есть ли у нас шанс посотрудничать в будущем, Жун Сюй?

Удивившись лишь на мгновение, Жун Сюй, освещённый ярким светом прожекторов, улыбнулся и кивнул:

— Большая честь для меня.

В этот момент ведущий улыбнулся и спросил:

— А какие тёплые слова Жун Сюю хочет сказать Цинь Чэн?

Камера внезапно сфокусировалась на Цинь Чэне. Под пристальными взглядами миллионов зрителей Жун Сюй расслабленно повернул голову, чтобы посмотреть на мужчину.

Цинь Чэн поднял глаза и спокойно посмотрел на юношу рядом с собой.

Предполагалось, что уже одно это действие заставит многих поклонников пары #Жун_Чэн сжать кулаки от волнения. Однако, прежде чем их успело захлестнуть возбуждение, они услышали в низкий приятный голос мужчины:

— Жун Сюй – мой любимый... — пауза. — Актёр. Он нравится мне больше всех.

Фраза «мой любимый» из уст Цинь Чэна – с намеренно или непреднамеренно сделанной паузой – ошеломила всех поклонников пары #Жун_Чэн.

Глаза Жун Сюя слегка дрогнули, и в них вспыхнуло удивление, будто он не ожидал, что Цинь Чэн скажет нечто подобное.

— Когда я играю с ним на одной площадке, мне легко. С ним я моментально достигаю пикового состояния и с одного щелчка вхожу в роль.

Хорошему актёру доставляет удовольствие атмосфера полного взаимопонимания на площадке.

— Когда я общался с ним наедине, он показался мне очень приятным юношей. Я на восемь лет старше его, а мы работали вместе над «Чёрными тучами». В том фильме у нас было много совместных сцен – не то, что сейчас. Он уже поразил меня в «Чёрных тучах», но ещё больше – в «Диких цветах».

Голос внезапно затих, и улыбающийся мужчина пристально посмотрел на Жун Сюя, после чего медленно произнёс:

— Моим любимым персонажем в «Диких цветах» был Чжу Можэнь. Я думаю, что Кун Чао, которого я сыграл, тоже считает его лучшим человеком, которым он больше всего восхищается и который ему больше всех нравится.

Десять минут спустя сеанс взаимодействия ведущего с актёрами закончился, и журналисты принялись задавать вопросы членам съёмочной команды.

В это время многочисленные фанаты пары #Жун_Чэн медленно приходили в себя, отходя от шока. Подняв глаза к экранам, они обнаружили множество комментариев от поклонников Цинь Чэна и Жун Сюя.

«Хотя я всегда была поклонницей одного лишь Бога Цинь, только что я внезапно осознала, что это такое – фанатеть от парочки!»

«Я тоже была абсолютной поклонницей Жун Жуна, но теперь я должна признать, что Цинь Шэнь невероятно красив – не меньше, чем Жун Жун! Когда эти двое стоят рядом, я слепну от их красоты!»

«Включите кондиционер, мне жарко!»

«Какую огромную сладкую конфету подарили нам «Дикие цветы»! Цинь Шэнь сказал, что самым восхищаемым и любимым человеком для Кун Чао является Чжу Можэнь. Это просто супер-гигантский кусок сахара размером с целую вселенную! Жду премьеру, жду! 2333333333».

Час спустя торжественная церемония премьеры «Диких цветов» официально завершилась. Многие фанаты с радостью и нетерпением входили в кинотеатры по всей стране, ожидая премьеру фильма.

— Я так взволнована! Сахар, сахар, давайте его сюда скорее!!!

https://tl.rulate.ru/book/14326/1649183/ready_new

продолжение: https://tl.rulate.ru/book/14326

Глава 124 (Часть 1)

Ровно в полночь 18 декабря по всей стране прогремела премьера «Диких цветов».

Ещё до того, как фильм вышел в прокат, несколько китайских медиа-компаний уже заявили об огромных ожиданиях его премьеры в 6000 кинотеатров. Как результат, в эту ночь наполняемость кинозалов, показывающих премьеру «Диких цветов», достигла 90%!

Бесчисленные зрители возбуждённо сидели перед экранами, держа в руках попкорн с напитками и ожидая начала фильма.

Первая сцена «Диких цветов» была снята под проливным дождем.

Тусклые тона вмиг развеяли приподнятое настроение публики. Они заворожено наблюдали за дюжиной всадников на чёрных лошадях, быстро скачущих по безлюдной равнине. Невзирая на ливень, группа людей продвигалась вперёд на максимальной скорости. Кинотеатр окутали звуки стукающих подков и грома, погрузив его в странную атмосферу.

В этот момент молодой человек, ехавший впереди, на мгновение промелькнул перед камерой, сверкнув длинным серебристым клинком на талии.

— Живее! Мы должны выполнить приказ Его Высочества и как можно скорее вернуться в столицу!

В этот момент по небу прокатился очередной раскат грома, и – после пары вспышек молний – равнина вновь погрузилась в темноту.

Затем, как и в трейлере, длинный серебристый кинжал резко «вонзился» в экран, оставив на нём три больших золотых символа…

«Чжуан Хуа Ло» («Дикие цветы»).

Фильмы о Цзиньи-вэй всегда были очень популярны в Китае. Именно поэтому режиссёр Юань сразу после съёмок «Затерянного города» запланировал снять свой собственный фильм о Цзиньи-вэй.

В таких фильмах главный герой – член Цзиньи-вэй – обычно сражался с Западным или Восточным крылом. Таким образом, главным антагонистом обычно являлся великий герцог Западного или Восточного крыла.

Первой сценой «Диких цветов» была случайная трагическая смерть Шэн Гэ.

Более чем дюжине членов Цзиньи-вэй было приказано отправиться в Фуцзянь, чтобы доставить старого Гэ в столицу. Однако старый Гэ внезапно серьёзно заболел и умер прямо в дороге. Его семье повезло не так сильно, как ему. За участие в преступном сговоре более сотни членов семьи Шэн были безжалостно казнены.

Перед смертью госпожа Шэн вскинула голову к небесам и строгим тоном произнесла:

— Три поколения семьи Шэн верой и правдой служили этой династии! Пусть эта несправедливость вознесётся в небеса. Я надеюсь, Бог не слеп и заставит восторжествовать справедливость, доказав невиновность моей семьи Шэн!

Как только предсмертная речь была произнесена, на голову старушки Шэн обрушилось тяжелое  орудие палача. Она так и осталась лежать, с надеждой глядя в небо. Однако те вещи, о которых она молила перед смертью, так и остались только в сценарии, не дав бедной старушке дожить до этого.

Столь захватывающее начало «Диких цветов» сильно воодушевило публику. Многие зрители сразу догадались, что с семьей Шэн, должно быть, поступили несправедливо, и виновны в этом должны быть евнухи Западного или Восточного крыла!

Лю Сяочжэнь ела попкорн, обсуждая со своими товарищами сюжет:

— Вот увидите, Цинь Чэн обязательно поможет семье Шэн очистить репутацию и восстановит справедливость!

Её подруга кивнула:

— Верно, пусть Бог Цинь скорее покажется нам! Мне уже не терпится увидеть его!

Лю Сяочжэнь беспомощно пожала плечами и продолжила смотреть фильм.

Лю Сяочжэнь была ярой поклонницей Жун Сюя, а её подруга сходила с ума по Цинь Чэну. Они обе не считали себя шипперами. Даже когда они только что смотрели прямую трансляцию церемонии премьеры у входа в кинотеатр, у них ничего не ёкнуло, и они выдержали натиск шипперов, оставшись верными своим единственным кумирам.

Сюжет фильма развивался так, как и сказала Лю Сяочжэнь: в толпе зевак во время казни членов семьи Шэн пряталась молодая красивая девушка, со слезами наблюдавшая за убийством своих родных.

Когда она увидела голову миссис Шэн, с широко раскрытыми глазами и замершей на лице обидой глядящую в небо, она внезапно развернулась и зашагала прочь, безо всякого выражения на лице.

Возможно, окружающие зеваки её не знали, но зрители в зале знали её очень хорошо. Это была Хуан Лэй, играющая роль Шэн Сянцзюнь. Поскольку её фамилией была Шэн, все уже догадались, кто она такая. Очевидно, Шэн Сянцзюнь удалось ускользнуть от наказания и спастись.

Однако, если бы зрители могли так легко предугадать весь сюжет наперёд, старик Лю не был бы стариком Лю…

Фигура Шэн Сянцзюнь растворилась в толпе.

Через пару секунд на экране появился Он.

Унылый ветер тихо завывал в кромешной тьме ночи, а совсем недавно оживлённые улицы были пусты. Точнее, на пустой городской улице был только один человек. Он спокойно шагал вперёд, игнорируя крики стража на стене.

Его длинные волосы были собраны на затылке и развевались на вечернем ветру.

Короткие чёрные сапоги, широкий пояс, острый тонкий клинок с вышивкой, незаметно висящий на талии. Помимо фоновой музыки были слышны только слабый ветер и крики стражников. Камера медленно двигалась вверх, скользнув вдоль великолепного узора на груди мужчины. В этот момент она внезапно остановилась, зафиксировавшись на его тонких губах.

В кинотеатре кто-то вскрикнул. Поклонники с первого взгляда на эти губы поняли, что это их Бог!

Но в следующий момент с обеих сторон улицы внезапно показались семь или восемь человек в чёрном. За их появлением последовала великолепная сцена боя. Высокий красивый мужчина изящно скользил между этими людьми в чёрном, с лёгкостью блокируя их атаки.

Он даже не использовал для этого клинок: одного нападавшего он сбил с ног ладонью, ещё одного –  аккуратным ударом ногой.

После того, как он обнажил клинок, всё стало ещё проще. Каждый взмах его клинка сопровождался одной смертью, и алая кровь быстро окрасила узкий переулок яркими красками.

В мгновение ока у ног этого высокого красивого мужчины оказалось семь трупов.

Последний из людей в чёрном широко раскрыл глаза, выглядывающие из-под маски, и с ужасом посмотрел на человека перед собой. Ни секунды не думая, он развернулся и побежал прочь, но, едва он успел сделать шаг, как длинный тонкий изящный клинок настиг его, вонзившись точно в сердце!

Мужчина неподвижно замер на месте и медленно обернулся, словно желая что-то сказать. Но он смог выговорить только слово «Кун», после чего внезапно замертво упал на землю.

В тихом переулке красивый статный мужчина равнодушно опустил глаза и протянул руку, чтобы вытащить из груди мёртвого мужчины свой клинок. Грациозным движением запястья длинный клинок снова оказался в ножнах на его поясе.

В этот момент в кинотеатре повисла тишина. Рука Лю Сяочжэнь так и застыла в ведре с попкорном, пока она, широко раскрыв рот и не моргая, смотрела на мужчину на экране. Прежде чем она успела среагировать, её подруга взволнованно схватила её за руку и прошептала:

— Он такой красивый, такой красивый, такой красивый! Ты видела его, Сяочжэнь? Скажи мне: ну почему мой Цинь Шэнь такой красивый?!

Лю Сяочжэнь сглотнула.

«Действительно... красивый!»

В это время никто из зрителей даже не догадывался, что эта сцена боя была только началом. Все последующие боевые сцены с участием Цинь Чэна были настолько ослепительными и захватывающими, что способны были доставить зрителям максимальное визуальное удовольствие – не говоря уже о фанатах самого Цинь Чэна!

Жёсткий и равнодушный командир Цзиньи-вэй жил в обычном доме. Тот факт, что семью Шэн хотят казнить, стал для членов Цзиньи-вэй большой новостью, но Кун Чао не придавал этому слишком большого значения. Только однажды, будучи наедине со своими друзьями, он со вздохом заикнулся о том, что не ожидал, что Шэн Гэ может закончить вот так.

Однако всё это не имело никакого отношения к Цзиньи-вэй, которую он возглавлял.

Спустя месяц один из солдат Цзиньи-вэй, сопровождавших старика Шэн Гэ, внезапно умер.

Кун Чао, как командир Цзиньи-вэй, прибыл на место происшествия, чтобы лично всё проверить, и, наконец, сделал вывод, что этого солдата во время выполнения задания убил противник.

Однако на этом всё не закончилось. Через полмесяца умер ещё один солдат Цзиньи-вэй, а два месяца спустя – ещё один. Одиннадцать месяцев спустя из всех солдат Цзиньи-вэй, сопровождавших старика Шэн Гэ, остались в живых только двое. Один из них был хорошим другом Кун Чао.

Той ночью Кун Чао пригласил своего товарища к себе домой выпить, но до полуночи так и не дождался его. Тогда он взял нож и вышел во двор, где и нашёл своего товарища в луже крови.

Молодой солдат Цзиньи-вэй лежал у него на руках. Он был ещё совсем ребёнком – ему только исполнилось девятнадцать! Бедный юноша захлёбывался кровью, но продолжал хвататься руками за грудь Кун Чао. Он явно хотел что-то ему сказать, но кровь в горле не давала ему произнести ни слова. Через минуту тщетной борьбы юноша перестал дышать и бороться, глядя на своего командира широко раскрытыми глазами.

Зрители в зале нервно смотрели на экран.

Ранее им уже показали членов Западного крыла, которые напали на Кун Чао в переулке. Зрители были уверены, что это сделали именно они.

Когда Кун Чао похоронил своих братьев, он впервые отправился во дворец к Императору.

— Командир Цзиньи-вэй... Кун Чао? — приятный элегантный голос с намёком на улыбку в голосе раздался из динамиков в кинозале.

Лю Сяочжэнь и многие другие фанаты Жун Сюя замерли, внимательно глядя на большой экран.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1655450

Глава 124 (Часть 2)

На большом экране длинная белоснежная рука держала маленькую нефритовую ложку, аккуратно зачерпывая коричневую смесь из нефритовой чаши. Её движения были невероятно плавными. Затем красивое запястье плавно взмахнуло над тарелкой, стараясь быстрее остудить бульон.

— Командир Цзиньи-вэй... Кун Чао? — спросил владелец этого изящного запястья.

Резкий голос евнуха ответил ему:

— Да, Ваше Высочество, командир Цзиньи-вэй Кун Чао. Он уже долго ждёт снаружи.

Уголки губ юноши слегка поджались, и камера снова зафиксировалась на его руке с бульоном. Тихо вздохнув, он спросил:

— Как долго он ждёт?

— Уже почти час.

— Отец ещё не проснулся. Ему понадобится как минимум два часа. Пожалуйста, отпустите пока командира Кун, чтобы он не ждал слишком долго.

— Да! — евнух быстро покинул дворец, и камера вновь зафиксировалась на теле загадочного юноши. Стройный высокий молодой человек подошёл к кровати, медленно сел и аккуратно зачерпнул ложкой бульон из миски.

В этот момент все его фанаты:

— ...

—  Это уж слишком! Цинь Шэнь и Хуан Лэй уже показались на экране, и старый актёр второго плана тоже! Почему же лицо нашего Жун Жуна нам до сих пор не показали?!

В это время зрители ещё не знали, какую роль сыграет в этой истории герой Жун Сюя.

Сцен у Жун Сюя на самом деле было не много. В первой половине он появился в кадре только однажды. В середине фильма при загадочных обстоятельствах умирает последний член отряда Цзиньи-вэй, сопровождавшего Шэн Гэ. Кун Чао следует за подсказками и оказывается в борделе, откуда спасает Шэн Сянцзюнь, последнего живого члена семьи Шэн. Девушка-сирота встаёт перед ним на колени, благодаря за своё спасение.

Вскоре подсказки приводят Кун Чао в Восточное крыло.

У главы Восточного крыла в провинции Фуцзянь жил племянник, который совершил преступление годом ранее. Тогда евнух преподнёс старику Шэн Гэ подарок, надеясь сохранить в живых своего преемника. Шэн Гэ был неподкупен, поэтому казнил племянника главы Восточного крыла. С тех пор между ними разгорелась вражда.

Все подсказки вели его в Восточное крыло, да и сам Кун Чао то и дело с ними сталкивался. Однако Император был благосклонен к Евнуху Восточного крыла, из-за чего Кун Чао не мог законно попасть вглубь Восточного крыла, чтобы выяснить правду.

Ему пришлось тайком проникнуть внутрь, и тогда его серьёзно ранили.

В тот день он скрыл свою рану под толстым поясом и вернулся домой, где застал молодого принца.

Как только входная дверь открылась, яркий солнечный свет проник в комнату, и Кун Чао внезапно замер, увидев возле своего стола самого Принца собственной персоной.

Цзиньи-вэй служили Императору, но сегодня Кун Чао впервые видел Принца так близко.

Войдя в свой дом, он увидел у стола длинную стройную фигуру, стоящую спиной к нему. Услышав звук открывающейся двери, этот человек медленно обернулся, и в его ясных глазах появилась слабая улыбка, а уголки губ слегка изогнулись.

Кун Чао стоял на пороге собственного дома, ошеломлённо глядя на незваного гостя.

Молодой красивый принц рассмеялся и с равнодушной улыбкой нарушил тишину:

— Командир Кун!

Принц в длинной нефритово-белой мантии – с изящными живописными бровями и длинными чёрными волосами, собранными в высоких хвост под нефритовой короной, – улыбнулся, и все поклонники в кинотеатрах тут же пооткрывали рты от столь восхитительного зрелища:

—Жун Жун такой красивый, что я всё готова ему простить...

Этот очаровательный, нежный и спокойный Принц терпеливо слушал рассказ Кун Чао о трагических смертях его братьев из Цзиньи-вэй.

Эту сцену хотелось поставить на паузу, распечатать и повесить на стену.

Один мужчина спокойно говорил, пока другой тихо слушал. Когда рассказ дошёл до главного момента, они оба подняли глаза и молча переглянулись.

Дальнейший сюжет развивался стремительно. Кун Чао уже нашёл много подсказок, указывающих на причастность к этим смертям Восточного крыла, но для проникновения туда ему требовалась веская причина.

Однако только спустя три года после жуткой казни всех членов семьи Шэн ему удалось получить нефритовый жетон наследного Принца, дающий ему право на вторжение в Восточное крыло, после чего он наконец заполучил важные улики.

Глава Восточного крыла был силён в боевых искусствах – хотя Кун Чао одержал в бою против него победу, ему не удалось избежать серьёзных травм.

Когда Кун Чао вернулся и передал Принцу найденные им доказательства, юный Принц тихо вздохнул и вернул семье Шэн отобранную репутацию.

На этом фильм должен был закончиться, и многие зрители уже начали ждать титры, однако...

Когда люди в зале начали доставать телефоны и смотреть на время, они с ужасом обнаружили, что до конца фильма осталось ещё минимум двадцать минут!

Кун Чао отомстил за тринадцать своих братьев и помог Шэн Сянцзюнь обелить репутацию её семьи. Эта изнурительная работа сильно вымотала его, поэтому он подал в отставку и вернулся в свой родной город. К его удивлению, когда он прибыл в свой родной город, эта милая женщина уже ждала его там.

Лю Сяочжэнь доела остатки попкорна и с изумлением шепнула своей подруге:

— Неужели в последние двадцать минут нам будут рассказывать их историю любви?

Девушка рассмеялась:

— Мне всё равно! Я готова смотреть на Бога Цинь вечно.

Лю Сяочжэнь кивнула.

Как они уже догадались, заключительная часть фильма  действительно повествовала о затворнической жизни Кун Чао и Шэн Сянцзюнь. Однако Кун Чао не женился на Шэн Сянцзюнь. Он по-прежнему обращался к ней «мисс Шэн». Однако того же нельзя было сказать о самой девушке, в глазах которой отчётливо читалась страсть к отставному командиру.

На восходе солнца мужчина вставал и шёл работать, а на закате женщина шила и стирала одежду – такой умиротворенной жизнью они жили, ничем не отличаясь от любой другой крестьянской пары по соседству.

Так пролетело ещё три года, и Кун Чао начал постепенно забывать о былых днях потерь и сражений.

Так продолжалось до тех пор, пока Император не издал указ о том, что через три дня в столице состоятся торжественная церемония коронации Принца.

Услышав эту новость, Кун Чао не мог не улыбнуться, словно услышал весть о старом друге. Вернувшись домой, он рассказал об этом Шэн Сянцзюнь. Девушка тоже была искренне рада за Принца, потому что именно он обелил репутацию её покойных родных.

Зрители с удовольствием наблюдали за их радостью. Лю Сяочжэнь улыбнулась и шепнула своей подружке:

— Здорово! Кажется, в финале я увижу Жун Жуна моей семьи ещё раз!

Однако вскоре после этой фразы Лю Сяочжэнь уже не могла улыбаться.

На большом экране Шэн Сянцзюнь стояла посреди комнаты, с недоверием глядя на окровавленный костюм «летучей рыбы», надетый на Кун Чао. Когда она нарисовала правильный вариант узора на листке бумаги и протянула его Кун Чао, глаза командира расширились, а пальцы крепко сжались.

Сжимая в руке листок с рисунком, мужчина с ненавистью процедил сквозь зубы:

— Циветовый кот... превращается в принца! Это принц!

(всем, кто хочет освежить память, – в 94 главу! :))

Всё, что произошло дальше, потрясло воображение всех зрителей в кинозалах страны.

Есть вещи, которые никто не замечает, пока им на них не указать. Но как только зрителям укажут на какую-то странность, они тут же вспомнят о множестве других важных деталей, которыми они до этого почему-то пренебрегали.

Например, сцена перед битвой между главой Восточного крыла и Кун Чао: тогда Ли Гаодань держал в руках какое-то письмо, стоя перед окном, и перечитывал его снова и снова, пока, наконец, не сжёг. После этого он повернулся и увидел Кун Чао, который пришёл убить его.

Тогда зрители подумали, что это письмо могло быть доказательством его преступления, поэтому мужчина решил сжечь его. Но на самом деле это письмо было написано Чжу Можэнем, и в нём он просил главу Восточного крыла умереть ради него.

Или другая сцена: когда стражи Восточного крыла увидели в руках прибывшего Кун Чао нефритовый жетон Принца, они тут же сложили оружие и позволили Кун Чао вместе с членами Цзиньи-вэй произвести обыск.

Тогда зрители подумали, что евнухи Восточного крыла прекратили сопротивление из-за того, что верны Принцу, но только теперь они вспомнили, что в начале фильма оговаривалось, что и Восточное крыло, и Цзиньи-вэй подчиняются только Императору. Даже Кун Чао не мог осмелиться встречаться с принцем наедине – так могло ли Восточное крыло подчиняться непосредственно Принцу?

Фактически, всё это время за ниточки дёргал именно Принц, и именно он был виновен в «случайных» смертях каждого из одиннадцати солдат Цзиньи-вэй.

Неожиданная смерть солдата во время миссии – обычное явление. Один лишь Кун Чао заподозрил в этом неладное, подумав, что его товарищи не просто погибли во время исполнения задания.

В конце концов, даже сцена «чаепития» в доме Кун Чао таила в себе подводные камни: как только Принц заметил странности в поведении Кун Чао (который внезапно заявился во Дворец) он тут же пришёл к нему домой и затеял «беседу по душам».

Во время этой беседы он намеренно «посеял» в голове Кун Чао идею, что всему виной именно глава Восточного крыла.

На самом же деле глава Восточного крыла был пешкой Принца. Пешкой, которой он в итоге не преминул пожертвовать.

В конце концов, он обернул его смерть в свою пользу, чтобы «покарать виновных», восстановить репутацию семьи Шэн, и выступить в этой ситуации самым настоящим благодетелем...

http://tl.rulate.ru/book/14326/1655477

Глава 124 (Часть 3)

Последние десять минут фильма оказались даже более захватывающими, чем два предыдущих часа.

Кун Чао, на глазах у всего дворца, громко крикнул:

— Принц – фальшивка!

Император неустанно задавал Принцу вопросы, но тот упорно молчал. Ветер развевал его длинные волосы, обнажив часть щеки, которая была красивой и гладкой, как прекрасный нефрит. Встав перед Императором на колени, он воскликнул:

— Отец Император!

Этот низкий нежный голос раздался так внезапно, что заставил затаить дыхание всех зрителей в кинотеатрах.

В этом голосе не было ничего необычного: он был таким же, как и во время всех предыдущих появлений Чжу Можэня в кадре. Нежный и чистый; он определенно принадлежал доброму человеку, доброму монарху… Этот голос, словно, лёгкий весенний ветерок, нежно обдувал лица зрителей, очищая их сердца и наполняя их верой в то, что на свете действительно может существовать настолько добрый и искренний человек.

Но теперь этот человек стоял на коленях и мягко спрашивал:

— Отец, ты мне веришь?

Ответом ему было молчание Императора.

В конце концов, юноша тихонько рассмеялся, словно смеясь над самим собой. Когда он поднял голову, на большом экране появилось красивое лицо с ясными сияющими глазами и слегка приподнятыми уголками губ. В этот момент он по-прежнему оставался всё тем же статным величественным принцем, даже когда тысячи солдат целили ему в спину свои копья.

Принц поднял глаза, посмотрел на своего отца нежным и долгим и взглядом, после чего вдруг вздохнул и тихо усмехнулся:

— Ты мне не веришь.

От этого предложения у Лю Сяочжэнь перехватило дыхание. Перед её глазами промелькнуло множество картинок – от первого появления этого человека на экране до настоящего момента он только и делал, что заботился о своём тяжелобольном отце! Действие сцен, где он появлялся чаще всего, происходило в имперском дворце у постели Императора. Он трудился не покладая рук! Он сумел покорить даже Кун Чао, и тот однажды признался Шэн Сянцзюнь:

— Принц – самый уважаемый в моей жизни человек...

Но теперь этот «уважаемый человек» стоял на коленях перед тысячами зевак, а подчинённые человека, который сказал о нём «Принц – самый уважаемый в моей жизни человек», направляли на него своё оружие.

Нежная спокойная улыбка сохранялась на лице юноши от начала и до конца, и, хотя в его глазах был заметен проблеск воды, он не плакал. Взглянув в испуганные глаза Императора, Принц внезапно встал и приставил нож к его горлу.

Отец, который столько лет воспитывал и всей душой любил его, сейчас был в ужасе.

Принц, окружённый тысячей солдат, продвигался к дворцовым воротам, держа перед собой напуганного старика. Его великолепное одеяние уже было рассечено мечом и испещрено ужасающими отверстиями. Стоя перед запертыми воротами Дворца, он крикнул:

— Открыть ворота!

Появившаяся из ниоткуда стрела внезапно пронзила ладонь юноши, заставив его охнуть от боли и смущенно обернуться.

Ворота дворца были уже наполовину открыты, и залитый кровью Принц с растрёпанными волосами, словно безумный, ринулся наружу. Но уже через мгновение он внезапно остановился.

Прекрасный Принц увидел приближающуюся снаружи фигуру высокого холодного мужчины, достающего из своих ножен вышитый узорами клинок.

Этот клинок вскоре пронзил его сердце...

Грустная музыка в этот момент внезапно прекратилась. Лю Сяочжэнь попыталась обнять себя, чтобы согреться, и только тогда поняла, что плачет. Многие в кинотеатре дрожали от ужаса и боли, увидев, как Кун Чао пронзает сердце Чжу Можэня ножом.

Однако юноша с ножом в груди ещё не умер. Он медленно посмотрел на клинок, торчащий из его груди, а затем медленно повернулся и посмотрел на своего убийцу.

Кровь хлынула из его рта. Он посмотрел на храброго командира Цзиньи-вэй нежным и беспомощным взглядом, тепло улыбнулся и с упрёком прошептал:

— Кун Чао, после того, как ты сделал это со мной… тебя не мучает совесть?

Зрачки Кун Чао задрожали, а губы разжались, но он так и не смог произнести ни слова.

К ним подбежал Император, обняв своё любимое дитя, и горько зарыдал, крича и зовя на помощь врача. Принц в это мгновение словно совсем забыл о своих смертельных ранах и расплылся в тёплой улыбке. Он чувствовал крепкие объятия своего отца и слышал его рыдания и горькие слова любви.

Однако к этому моменту он уже давно не был способен произнести хоть слово.

Веки медленно сомкнулись, и перед его глазами пронеслись воспоминания.

***

Где-то в глубинах имперского дворца.

Ли Гаодань, глава Восточного крыла стоял перед ним на коленях и докладывал о том, что произошло в Фуцзяне. Принц мгновение помолчал, закрыл глаза и произнёс:

— Шэн Гэ – старый изменник. Как мы поступаем с изменниками?

Ли Гаодань на мгновение опешил, но тут же послушно склонил голову и ответил:

— Преследуем и наказываем их!

***

Затем он снова увидел своего отца. Это было десять лет назад.

Между резными колоннами и расписными зданиями ходил бодрый Император, который ещё не был серьёзно болен, и обучал сына управлению империей. Любящий отец одобрительно смотрел на мальчика и с улыбкой кивал:

— Мой сынок! Мой умный, мудрый, доброжелательный и честный сынок! Наконец, спустя почти век у власти, я абсолютно всем доволен! Теперь я могу отправиться Под Цзюцюань*!

Мальчик слегка нахмурился и серьёзно возразил:

— Отец-император, Вы – небесный дракон! О каком Цзюцюане Вы говорите?

***

В этот момент умирающий принц внезапно открыл глаза и снова увидел окровавленный нож в своей груди. Безмолвно взглянув на прощание на командира Цзиньи-вэй, он через боль улыбнулся ещё шире.

Роскошный парчовый халат был измазан кровью и пылью, а шелковистые волосы юноши спутанными лежали на земле. Его некогда яркие глаза бессильно закрывались навсегда...

На этот раз он окончательно погрузился во тьму.

Лю Сяочжэнь больше не могла сдерживать слёзы. Девушка рыдала, пусть и не понимала, почему. Увидев мёртвым человека, который когда-то был таким очаровательным и солнечным, она не могла оставаться равнодушной. Ей было жаль не только её любимого Жун Жуна, но и несчастного Принца.

***

Но фильм на этом не заканчивался.

Картинка на экране резко сменилась: освещаемые ярким лунном светом, Кун Чао и Чжу Можэнь сидели за каменным столом, жарили тосты и пили.

Они душевно болтали, обсуждая самые разные темы – от астрономии и географии до управления народом. Яркая луна отражалась в бокалах, а Принц во дворе ослепительно улыбался. После долгой беседы он вдруг замолчал и с улыбкой посмотрел на командира Цзиньи-вэй, который к этому моменту уже был сильно пьян.

— Командир Кун, почему Вы смотрите на меня?

Лунный свет образовал красивый ореол позади юноши, который – с его нежной улыбкой – был похож на ангела.

Подвыпивший Кун Чао слегка прищурился и посмотрел на этого необыкновенного прекрасного юношу. Выражение его лица было немного растерянным. Спустя долгое время он рассмеялся и ответил:

— Принц требует от чиновников восхищения, и чиновники восхищаются им.

Молодой человек был немного недоволен его ответом:

— Разве мы с командиром Кун не друзья? К чему все эти звания и титулы? Вы казались мне не похожим на всех этих педантичных старых чиновников, которые не могут отказаться от этих официальностей. Наверное, я ошибся…

— Можэнь.

На лице Принца застыло удивление. Зрачки юноши слегка расширились.

Пьяный Кун Чао улыбнулся и повторил:

— Чжу Можэнь. — после этого он с грохотом рухнул на стол.

Спустя пару секунд ступора Принц рассмеялся, встал и помог пьяному командиру дойти до дома:

— Кун Чао, Кун Чао… Если не считать моего отца, Вы – первый человек, о котором я забочусь… Не говоря уже о том, что я никогда не заботится о пьяницах...

Грациозный Принц с трудом помогал высокому и крепкому командиру удержаться на ногах.

Со скрипом дверь открылась, и – всё с тем же скрипом – закрылась.

Экран постепенно темнел, а из динамиков в этот момент полилась прекрасная трагическая мелодия.

***

Когда зрители пришли в себя, то обнаружили, что монтажёр уже «перенёс» их обратно на церемонию коронации.

Окровавленная рука безжизненно опустилась на землю.

Эта рука, которая только что держала Кун Чао за плечо и помогала ему дойти до дома, теперь лежала в грязи, ослепляя зрителей контрастом «белого на чёрном».

Человек простых кровей, который не по праву оказался при дворе, теперь снова вернулся в грязь… Очень символично.

Император душераздирающе закричал:

— Сынок!

Экран снова потемнел, но на этот раз окончательно.

На этой ноте фильм закончился.

Из нижней части экрана «выплыли» первые строчки титров.

Все девушки в кинозале плакали, размазывая тушь по щекам. Лю Сяочжэнь тоже рыдала, ненавидя Кун Чао сердцем, но разумом понимая, что он не сделал ничего плохого.

Ей очень хотелось поделиться своей горечью с подругой, но та была преданной фанаткой Цинь Чэна, поэтому ей оставалось только стиснуть зубы и вытереть слезы.

Однако… уже в следующее мгновение она услышала сердитый и обиженный голос своей подруги сбоку:

— Подонок! Кун Чао – подонок! Безжалостный подонок! Мерзавец!

Лю Сяочжэнь растерянно уставилась на девушку:

— ?..

Но Лю Сяочжэнь уж точно не ожидала, что после того, как её подруга (на минуточку – убеждённая поклонница Цинь Чэна!) скажет это, к ним повернётся заплаканная девушка с переднего ряда и сердито кивнёт:

— Да! Ублюдок! Пусть бежит со всех ног! Он от меня всё равно не убежит… Ой, ой, ой... Как он посмел убить такого милого принца?! Он не человек!

Подруга Лю Сяочжэнь внезапно согласилась с девушкой:

— Да, он не человек! У-у-у-у-у!

Лю Сяочжэнь:

— …

«Что, чёрт возьми?! Мы с вами точно смотрели один и тот же фильм?!»

*В рассказе китайской классики «Цзо Чжуань» герой говорил, что после смерти встретится со своей матерью в «Хуанцюане» («жёлтый источник»). Позже это слово стало использоваться для обозначения места, где человек живёт после смерти (поскольку грунтовые воды в глубоких колодцах жёлтые, а людей хоронили под землёй, люди стали ассоциировать тёмно-жёлтые воды с загробным миром).

Загробный мир также называют «Цзюцюань» и «Под Цзюцюань» («девять уровней»), имея в виду к чрезвычайно глубокую часть такого колодца.

http://tl.rulate.ru/book/14326/1656753

Когда премьерный показ «Диких цветов» закончился, на часах было уже три часа ночи. Тем не менее, тысячи пользователи сети не чувствовали сонливости и неустанно обновляли сайт с обзорами на фильм, ожидая, пока зрители, которые ходили на премьеру, поделятся своими впечатлениями.

Когда появилась первая оценка, как многие и ожидали...

10 баллов!

«Визуал фильма великолепен: водопады, пустыни… Это так красиво – не могу описать словами… В любом случае, фильм поражает! Актёрская игра тоже на уровне! Теперь к сюжету. Он наводит на размышления. Я, и правда, думаю, что Чжу Можэнь, которого сыграл Жун Сюй, не заслужил такую судьбу, но, если подумать, в ту эпоху другого финала быть и не могло…»

Сразу вслед за этой рецензией вышло ещё несколько похожих.

«Цинь Чэн такой красивый! Жун Сюй такой красивый! Даже случайные зрители не устоят перед ними и станут поклонниками. Я ещё могла устоять перед образами Жун Сюй в «Чёрных тучах», «Затерянном городе» и «Немом», но теперь… здесь он слишком хорош! Буквально ослепляет!»

«Фильм очень красивый, захватывающий, напряжённый!»

«Aааааааааааааааааааааах! Я уже купила билеты на повторный сеанс!»

Для обычных зрителей это был фильм с плавным сюжетом и чрезвычайно динамичными и изысканными боевыми сценами. Для всех сцен использовались реальные пейзажи, великолепные и масштабные, а в постоянном напряжении зрителя держал интересный сюжет и героически прекрасные боевые искусства.

Многие пользователи сети с нетерпением стали ждать своего похода в кино на «Дикие цветы», когда увидели все эти положительные рецензии. Но вскоре появились и рецензии-спойлеры.

Некоторые пользователи, и вовсе, в открытую обнародовали финал фильма, и тэг #ЖунСюй_ЧжуМожэнь вскоре попал в десятку лучших по всей сети!

По этим тэгом было полным-полно спойлеров...

«Что? Жун Жун на самом деле финальный босс? Он – главный злодей?»

«Жун Жун снова сыграл злодея?! Хо Си и профессор Сюэ, которых он играл, вышли просто тиранически крутыми. Теперь он сыграл прекрасного Его Высочество Принца, и он снова злодей? С нетерпением жду своего сеанса!»

Спойлеры неизбежны в эпоху Интернета, но просто знать сюжет и посмотреть сам фильм – две совершенно разные вещи. Даже если пользователи сети уже знают, что Жун Сюй в финале фильма окажется злодеем, они всё равно пойдут на премьеру в кинотеатры. Хороший фильм нельзя описать простым кратким изложением сюжета. Его нужно смотреть.

Поклонники на фан-форуме Жун Сюя тоже не спали.

«Дикие цветы» буквально вертелись вокруг шипперства Жун Сюя и Цинь Чэна, а эти двое ещё и публично «продемонстрировали любовь друг к другу» на церемонии премьеры!

Фанаты не могли пропустить такую большую шип-конфету, как #Жун_Чэн! Поэтому они с нетерпением ждали отзывов зрителей: ведь съесть конфету на секунду раньше – это потрясающе. Совсем не так, как поймать спойлер раньше просмотра.

Поклонники горячо обсуждали эту сладкую парочку на фан-форуме, пока один из их собратьев не опубликовал первый пост на эту тему…

«Будьте осторожны: СПОЙЛЕР! QAQ! В этой большой сладкой конфете спрятан не менее большой нож! Вы не заметите, как напоретесь на него, начнёте плакать, но будет уже поздно!»

Увидев столь громкий заголовок, все поклонники пары #Жун_Чэн, которые не ходили сегодня на премьеру, были ошеломлены, в то время как фанаты, которые уже посмотрели фильм, в слезах подключились к обсуждению под постом.

«Уууууу, да-да! Подумайте над этим предостережением хорошенько! Фильм поначалу, и в самом деле, очень милый. Его Королевское Высочество –  умный человек, который придаёт большое значение Кун Чао. Он, в конце концов,  никогда не думал убивать его! Но… что насчёт самого Кун Чао? Хороший он или плохой, если он на самом деле убил Его Королевское Высочество Принца?!»

«В конце фильма я плакала. И моя подруга, фанатка парочки #Жун_Чэн, рыдала вместе со мной до хрипоты. Мы действительно хотели ворваться внутрь экрана и задушить этого сердцееда Кун Чао!!!»

«Правильно! Вы тоже считаете Кун Чао плохим парнем? И мне так кажется! У Его Королевского Высочества было с ним что-то той ночью? Кун Чао, убивший тысячу солдат, сделал ЭТО с моим величественным наследным принцем, а после этого не дал ему убежать, и убил его! Будет ли его мучить совесть?»

«У нашего командира Цзиньи-вэй нет совести».

Поклонники пары #Жун_Чэн, молча наблюдавшие за этим потоком негатива:

— …

«О чём вы все говорите?!»

«Большая конфета, большой нож?!»

«Той ночью?!»

«Кун Чао убил Чжу Можэня?!»

Изначально бесчисленные фанаты #Жун_Чэна планировали не ложиться спать допоздна, чтобы почитать все спойлерные «конфетки» и на следующий день счастливыми пойти в кино и съесть там свои «большие конфеты» уже в реальности. Но… теперь они знали, что Кун Чао убил Чжу Можэня! Убил их Чжу Можэня?!

«Осмелитесь повторить это ещё раз?! Мы же теперь не уснём!»

«Ищу спойлеры! Что там случилось? Кун Чао, что, правда, убил Чжу Можэня?!»

«У меня в сердце закололо… что это, чёрт возьми, значит?! Его Королевское Высочество был убит Кун Чао? Но разве Цинь Шэнь не сказал на премьере, что, по его мнению, человек, который нравится Кун Чао, и которым он восхищается  больше всего на свете – это Его Королевское Высочество?!»

Вскоре фанаты ответили:

«Да! Я всё ещё чувствую, что Кун Чао действительно уважает Его Королевское Высочество, и не будет преувеличением сказать, что он ему даже нравится. Но он оказался слишком тупоголовым, он ... он... ууууу, не хочу это говорить, но... Всё выглядело как сладкий сахар, но после того, как мы съели его, мы обнаружили, что это осколки стекла! А потом, когда мы думали, что там только осколки стекла, мы напоролись на огромный острый нож! Но на самом деле этот нож очень милый… Чёрт возьми!»

Фанаты парочки #Жун_Чэн с недоумением перечитывали этот комментарий снова и снова:

— ...

«Что это, чёрт подери, значит?»

«Что это – сахар, осколки стекла или нож?!»

В конце концов, билеты в кино на «Дикие цветы» у многих уже были куплены. Даже если фанаты «хапнули спойлеров» и уже знали, что в финале Жун Сюй будет убит Цинь Чэном, они, не колеблясь, шли в кино, запасаясь перед этим тремя упаковками бумажных платочков.

Когда они на следующий день выходили из кинозалов, они горько плакали. Их слёзы капали прямо на экраны телефонов, а пальцы судорожно писали посты в фан-сообществе…

«Я, наконец, поняла, что это значит – спрятать в сахаре нож, а в этом ноже – сахар!»

«Слишком много страданий от одного фильма… Я бы никогда не осмелилась написать такой BL-роман, но режиссёр Лю!.. Я, даже держа в голове все спойлеры, наивно думала, что нас ждёт счастливый конец!»

«Да, я тоже так думала… Кстати, об истории, когда Принц и Кун Чао напились. Мне до сих пор не дают покоя последние слова Принца: «Кун Чао, после того, как ты сделал это со мной… тебя не мучает совесть?» Что это значит? Это значит, что Кун Чао воспользовался Его Королевским Высочеством Принцем, а потом забыл об этом и жестоко убил его, подонок!!!»

«Даже больше! Он пустил стрелу в руку Его Высочества, рубанул Его Высочеству по плечу, а затем ещё и пронзил его сердце ножом! Сказать, что у меня болит от этого сердце – ничего не сказать… Оооооооо, а как же тяжело было Его Высочеству Принцу?! Должно быть, ему было особенно больно, тяжело и грустно! Наверное, он был убит горем! Ооооооох!»

В полдень того дня десятки талантливых фанатов кино начали публиковать свои рисунки к фильму...

Шэнь Санван: «Фан-арт. Кун Чао + Чжу Можэнь [фото]»

Йогурт: «Этот фильм замучил меня до смерти. Мне хочется кричать, пусть мой Принц будет жив! [фото]»

Кролик: «Я нарисовал картину для Его Королевского Высочества. Его Королевское Высочество такой красивый! QAQ! Хотя я знал ещё до просмотра фильма, что Его Королевское Высочество в конце концов умрёт, когда я увидел его умирающим в этой прекрасной одежде, он показался мне ещё красивее, чем прежде! Ах, так он выглядит даже соблазнительнее! [фото]»

В день премьеры «Диких цветов» бесчисленное число фанатов взволнованно врывались в кинотеатры, а затем не менее взволнованно расходились по домам. Некоторые из них сожалели о смерти Чжу Можэня и не могли сдержать слёзы, а другие – не особо эмоциональные – делали глубокий анализ сюжета. Так, например, они обнаружили, что в этом фильме много «иррационального».

«Будет ли вторая часть? Ощущение, будто меня оставили с множеством предзнаменований…»

«Я тоже думаю, что будет вторая часть. Точно ли старик Шэн Гэ умер от болезни? Правда ли это?»

«Мне просто интересно: действительно ли Принц – фальшивка? Хотя Шэн Гэ потребовалось целых два года, чтобы узнать подробности этой тайны, я чувствую себя очень странно, думая об этом после всего увиденного…»

Многие фанаты в сети ломали головы на этими и многими другими загадками, оставленными им режиссёром, и очень активно обсуждали их.

Сам старик Лю давно был готов к такой реакции, поэтому спокойно взял в руки телефон и связался со своим хорошим знакомым-кинокритиком.

Режиссёр Лю Лао отправил другу сообщение: «Время пришло, Лао Чжэн. Спасибо, что согласился помочь мне с этим».

Профессор Чжэн–ценитель кино: Ха-ха, всегда пожалуйста! Я остался очень доволен после просмотра премьерного показа вчера вечером, но, честно сказать, Лао Лю, сегодня я посмотрел твой фильм ещё раз. Ты действительно оставил в нём много предзнаменований. Скажи, ты не думал снять вторую часть?»

Режиссёр Лю Лао: «О чем ты говоришь? Если у тебя есть на это время, деньги и хороший сценарий – я обязательно сниму вторую часть! Ты ведь понимаешь, как это сложно. Я просто оставил маленькую вероятность для появления второй части».

Профессор Чжэн–ценитель кино: «Ха-ха, я понимаю, понимаю… собрать на одной площадке Цинь Чэна и Хуан Лэй – очень сложно. И, к счастью, в первой части ты подписал контракт с Жун Сюем, ведь в противном случае, думаю, в будущем тебе было бы сложно вклиниться в его плотный график. Я слышал, что он собирается сняться в новом фильме малыша Клеменса…»

Некоторое время двое друзей мило болтали, а через десять минут на сайте с рецензиями на фильм был размещён развёрнутый обзор от Профессора Чжэна–ценителя кино.

«Прекрасные изящные руки, одна песня, способная убаюкать вашу душу... Ночь, Чжуан Хуа Ло, кровь, лезвие…»

Профессор Чжэн был одним из самых известных кинокритиков на «Кинообзорах Китая». У него насчитывалось более 8 миллионов читателей – не меньше, чем у многих звёзд второго уровня. Этот профессор очень хорошо разбирался во всём, что стоит за созданием фильмов, и всегда делал для своих подписчиков развёрнутый анализ фильма, чтобы зрители могли понять, что именно они смотрят. Вот почему у него было так много подписчиков.

Многие читатели блога профессора Чжэна ждали целый день и вечером, наконец, дождались обзора на фильм. Увидев первое предложение рецензии, они тут же замерли...

«Вы действительно поняли этот фильм?»

«Что? Разве мы поняли этот фильм как-то не так?!»

В своей рецензии профессор Чжэн использовал простые и резкие слова, чтобы сделать простой и радикальный анализ «Дикие цветы» для обычных фанатов.

«Прежде всего, что такое «Чжуан Хуа Ло»?

Это разновидность высококачественной шёлковой ткани в древнем Китае. Она широко использовалась в династиях Сун и Мин ... События фильма разворачиваются в конце правления династии Мин – в те времена, когда ремесло «Чжуан Хуа Ло» постепенно исчезало, а одна из последних его наследниц – госпожа Шэн Цзя – передала его своей дочери и родным.

Подразумевается, что Шэн Гэ (её муж) тоже должен владеть этим ремеслом или, по крайней мере, умеет вышивать самые простые узоры «Чжуан Хуа Ло».

В начале фильма члены Цзиньи-вэй сопровождают Шэн Гэ по пути на суд в Пекин. Однако везут его не запертым в клетке, а верхом на лошади – наравне с самими братьями Цзиньи-вэй. Это может быть связано с тем, что Цзиньи-вэй восхищаются этим великим старцем и не могут обращаться с ним, как с пленным. Однако здесь вы можете обратить внимание на одну важную деталь: на одной лошади со стариком Шэн Гэ едет близкий товарищ Кун Чао.

Если бы вы знали, что скоро должны умереть, а перед этим, возможно, даже не сможете увидеть Императора, что бы вы хотели сделать?

Вы бы хотели поделиться своими секретами с другими. Однако люди не заслуживают доверия, поэтому вам придётся держать свои секреты при себе.

Итак, господин Шэн Гэ помог солдату Цзиньи-вэй залатать одежду и за ночь вышил на груди его формы особый узор. Возможно, он сказал ему примерно следующее: «Если ты веришь старику, – этот предмет одежды – свидетельство моей правоты. В день, когда старика оправдают, вы должны полагаться на это».

Очевидно, эта солдаты Цзиньи-вэй восхищалась стариком Шэн Гэ, иначе не позволили бы ему ехать верхом подле себя.

Теперь о Принце. Человеком, разоблачившим «Циветового кота», никак не могла быть биологическая мать Принца. Императрица Сяо Ци была мудрой женщиной. Если ей удалось скрывать во дворце десять беременных служанок,– неужели она не смогла бы найти человека, который убил бы их всех после исполнения её плана?

…

Предзнаменование, следы которого я видел на протяжении всего фильма, почти раскрыто.

Наконец, давайте поговорим о двух главных героях, Кун Чао и Чжу Можэне.

Кун Чао – молодой командир и стратег с превосходными боевыми навыками, ставший полководцем в довольно юном возрасте. Этот мужчина смел и умён, всегда подчеркивает преданность и праведность, решительно убивает врагов, но при этом не теряет своей доброты. Такой человек должен обладать набором определённых принципов.

Этот персонаж сочетает в себе традиционные для той эпохи верность (в первую очередь) и праведность. Таким образом, выбирая между верностью Императору и возмездием, он выбрал первое и осуществил второе, собственноручно убив Принца, который был не достоин своего титула.

Таковы его принципы. Он отомстил за своих братьев и остался верен Императору.

Теперь о Чжу Можэне. Выдающаяся внешность, талантливый управленец и любящий сын. Независимо от того, когда он узнал правду о своём происхождении, до самого конца фильма он оставался сыном и наследником Императора. У этого человека есть талант правителя и личные устремления, но глубоко внутри него сидит беспринципный злодей.

В преступлении в отношении старика Шэн Гэ и его семьи определённо был повинен Принц.

Кровь одиннадцати солдат Цзиньи-вэй была на руках Принца, который приказал расправиться с ними главе Восточного крыла. Он не проявил к несчастным ни грамма милосердия.

Затем он бросил в руки Кун Чао эту наживку в лице Восточного крыла, что раскрывает его жестокую сущность.

Но в фильме этот человек не показан стопроцентным злодеем. Он питает привязанность к семье, что проявляется в заботе о пожилом отце; он уважает талант Кун Чао и поэтому готов пожертвовать своей «пешкой» в лице Восточного крыла в обмен на спокойствие и службу Кун Чао. Возможно, таким образом он просто притворялся, что он – не хладнокровный и безжалостный злодей, и что ему тоже свойственны чувства.

Именно из-за этого глупого шага все его планы в итоге оказались тщетными.

Неспособность Чжу Можэня по-настоящему отказаться от своего дома ради всех стала основной причиной его неудачи.

Фильм «Дикие цветы» создал двух сложных персонажей, что заслуживает повторного просмотра.

Мне очень нравятся пейзажи и композиции этого фильма – они очень подходят ему.

Прекрасные изящные руки, одна песня, способная убаюкать вашу душу... Ночь, Чжуан Хуа Ло, кровь, лезвие…»

Как только эта длинная рецензия профессора Чжэна была опубликована, в Интернете вспыхнула очередная бурная дискуссия.

До этого обзора уже выходило несколько развёрнутых обзоров у других кинокритиков, но ни один из них даже не был близок к такой степени детализации.

Профессор Чжэн насчитал минимум тринадцать предзнаменований, многие из которых были мелкими деталями сюжета. Если бы фильм смотрел не профессиональный кинокритик, а простой среднестатистический зритель, он смог бы отыскать такое огромное количество скрытых подсказок только к тридцатому просмотру.

Бесчисленные пользователи сети высказывали своё мнение под этой рецензией:

«Хотя я не видела всех этих предзнаменований, о которых говорит профессор Чжэн, как мать, если бы я знала, что у моего сына всё хорошо, я никогда не стала бы рыть ему могилу, раскрывая правду о его нечистом происхождении!»

«Хотя мне грустно от того, что Кун Чао убил Принца, он поступил правильно. В то время люди уделяли большое внимание чистоте имперской крови, а Принц был таким высокомерным… В присутствии сотен гражданских и военных чиновников его обличил его друг и доверенное лицо. Даже его любимый отец не поверил ему. На самом деле, он больше и не хотел жить – просто хотел, чтобы именно Кун Чао убил его».

Бесчисленные обзоры на фильм появлялись на крупных веб-сайтах, словно грибы после дождя.

По количеству обзоров на фильм можно было догадаться, что билетов в кино уже было продано немало!

Кассовые сборы премьеры «Диких цветов» в первый день составили 490 миллионов!

Фильм побил рекорд «Затерянного города» и стал самым кассовым фильмом, вышедшим на экраны во второй половине этого года.

На самом деле, высокие кассовые сборы «Диких цветов» были ожидаемы. Лю Лао и Цинь Чэн снова сотрудничали спустя шесть лет! В фильме также снялись такие известные актёры, как Хуан Лэй и Жун Сюй. Просто невозможно, чтобы этот коммерческий фильм плохо собрал в прокате!

Шумиха вокруг «Диких цветов» нисколько не ослабела и на второй день после выхода.

Кассовые сборы во второй день составили 490 миллионов – как и в первый день!

В Интернете поклонники неустанно обсуждали детали и загадки фильма. Иногда эти детали были излишними придирками фанатов, но иногда они действительно были пасхалками, намеренно оставленными режиссёром Лю. Пользователи сети словно состязались друг с другом в угадывании. Кто найдёт все подсказки первым – побеждает.

Невозможно понять смысл этого фильма, не просмотрев его дважды или трижды. В результате зрители «Диких цветов» были вынуждены скупать билеты на повторные показы, поднимая планку кассовых сборов всё выше и выше.

Благодаря такому энтузиазму фанатов, «Немой» тоже получил новую волну кассовых сборов в последнюю неделю своих показов.

В конце декабря «Немой» сняли с показа в кинотеатрах. Это авторское кино успело собрать в прокате 3,9 миллиарда, став самым кассовым в своей нише за год. Текущий рейтинг фильма на сайте рецензий составлял 9,3 балла!

Режиссер Сюй, узнав об этом, даже специально позвонил Лю Лао, чтобы похвастаться, что он «отомстил старику, отняв популярность у его Диких цветов».

Однако Лю Лао в ответ лишь с отвращением спросил:

— Ты, и правда, так думаешь?

Режиссёр Сюй:

— $ #%! # $! #!!!

Старик Лю – великий режиссёр, очень хорошо снимающий эмоциональные сцены. Эмоциональные сцены были изюминкой во всех фильмах, снятых им в прошлом. Но случилось так, что на этот раз в «Диких цветах» эмоциональный накал между главным героем и героиней оказался жалким, с почти полным доминированием одного героя в сюжете. До самого конца фильма Кун Чао продолжал называть героиню Хуан Лэй «мисс Шэн», обращаясь к ней, как к чужой: безо всяких лишних чувств.

Поэтому после просмотра фильма многие фанаты обращали внимание на возможные чувства Кун Чао к Чжу Можэню, усиленно эксплуатируя тэг #Жун_Чэн.

Тэг #Жун_Чэн.

Энтузиазм обсуждения этой парочки вмиг поднял её на три строчки вверх, сделав её заслуженным победителем среди всех существующих «шип-пар» с участием Жун Сюя.

Многие фанаты были ранены этим «большим ножом», однако… все любят «собачью кровь», как и все любят сплетни. Особенно, когда режиссёр Лю лично преподнёс им горшок собачей крови, сделав это мастерски.

Классической темой для пары Кун Чао–Чжу Можэнь было «распитие вина в лунную ночь в одной постели».

Из ста фанатских работ почти в 80-ти использовалась эта тема. Фанаты, с любовью рассматривающие эти арты,  на время забывали о грустной концовке «Диких цветов», как будто её никогда и не существовало, и с удовольствием «поглощали» милые картинки на форумах!

Никто и подумать не мог, что «Паста» – самая известная поклонница Жун Жуна – опубликует свой первый пост о фильме только на второй день после его премьеры: «#Жун_Чэн #Кун_Можэнь! На этом фото Кун Чао и Принц держатся за руки. Кажется… Кун Чао раздевает Принца, чтобы взглянуть на его родинки! >///<  Ммм... Принц не мог умереть! В руках Кун Чао Принц будет жить вечно!»

У пары #Жун_Чэн было много поклонников, но разве могли они сравниться с «Пастой из семян лотоса с Апельсиновой начинкой»?

На второй день премьеры «Паста» опубликовала на своей странице фотографию корешков билетов в кино на «Дикие цветы». Это было удивительно, поэтому быстро привлекло внимание многих людей, которые тут же прозвали её «глупой», «милой», «богатой» и «богиней».

После поста «Пасты» многие крупные фан-аккаунты стали репостить его.

Как оскорбительные комментарии оставляют после себя более глубокое впечатление, чем тёплые слова, так и солёная «собачья кровь», растекающаяся по лицу, оставляет после себя глубокий след.

Сцена, где Кун Чао убивает Принца, – это «нож», верно?

Верно!

Но если правильно на неё посмотреть, то её можно назвать «горшком собачьей крови»!

После того, как «Дикие цветы» вышли на большие экраны, Лю Лао дал своей команде небольшой отпуск перед мировым турне через шесть дней.

В первые три дня отпуска, когда Жун Сюй просыпался, он заставал Цинь Чэна сидящим у окна со сценарием в руках.

Поначалу он думал, что Цинь Чэн читает сценарий своего нового фильма, пока вдруг случайно не заметил знакомые слова:

— Ты читаешь сценарий «Диких цветов»?!

Глядя на удивлённое выражение лица молодого человека, Цинь Чэн спокойно кивнул и ответил:

— Ага.

Жун Сюй:

— …

Мгновение спустя он всё-таки спросил:

— Но… разве фильм уже не вышел? Зачем тебе понадобился его сценарий?

Красивый равнодушно выглядящий мужчина невозмутимо ответил:

— Я смотрю на него свежим взглядом и узнаю новое.

Жун Сюй:

— …

Истинную причину поведения Цинь Чэна Жун Сюй узнал тогда, когда увидел пост «Пасты из семян лотоса с Апельсиновой начинкой».

«Он просто искал, за что зацепиться в сценарии, чтобы сделать нашу пару ещё более популярной в интернете! Смотрит свежим взглядом и узнаёт новое... Ага, как же!»

О том, как правильно есть Апельсин: «Совет №2: Я, должно быть, съел плохой апельсин...»

Жун Сюя в этот момент не волновали ни его поклонники, ни фанаты пары #Жун_Чэн: его интересовала только «Паста». Конечно, он не знал, что Цинь Чэн так старался из-за того, что в первый день показа «Диких цветов» огромное количество наивных фанатов напоролись на этот «отравленный нож» и в слезах покидали кинотеатры.

Могла ли «Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой» исправить эту ситуацию?!

На данный момент «Паста» уже связалась с человеком, который профессионально занимался коммерческим рисованием, чтобы тот нарисовал для неё фан-арт пары #Кун_Можэнь.

«Паста» поставила её себе на аватарку, а затем ежедневно репостила себе на страницу всё новые и новые фан-арты других фанатов!

Когда Жун Сюй беззаботно кликнул на очередной новый пост «Пасты», он увидел очередной фан-арт на самого себя...

Если даже большие фанаты пары были настолько активны – что говорить о менее известных? Конечно же, остальные фанаты следовали примеру «Пасты» и тоже не сидели, сложа руки. Каким бы ядовитым ни был нож, уготованный фанатам режиссёром и сценаристом «Диких цветов», они отчаянно превращали этот нож в сахар и изо всех сил вовлекали в эту затею новых фанатов!

Жун Сюй видел только одну сторону этого процесса, не замечая второй. В эти моменты он вспоминал оправдание Цинь Чэна, что он «смотрит на сценарий свежим взглядом и узнаёт новое». Когда он обнаруживал очередной пост от «Пасты» в ленте новостей, он садился перед Цинь Чэном со сложным выражением лица и смотрел на его телефон.

Цинь Чэн спокойно поднимал на него глаза, а затем опускал голову и снова превращался в «Пасту».

Жун Сюй чувствовал беспомощность, но находил забавным и… немного милым.

Когда вечером они сели ужинать вместе, Жун Сюй осторожно заговорил:

— Огромное количество людей в сети обсуждают наши с тобой роли в «Диких цветах»... Я вот думаю, они все пьяные или просто слишком глубоко копают? Лю Лао ведь не закладывал в сюжет такого смысла, правда?..

Цинь Чэн опустил глаза и спокойно ответил:

— Ну… я так не думаю.

Жун Сюй:

— …

«Ты так не думаешь?! А кто сегодня днём писал, что Кун Чао раздевает Чжу Можэня, чтобы проверить его родинки, извращенец?!»

Время летело незаметно.

После того, как на третий день кассовые сборы «Диких цветов» стабилизировались, мужчины перестали следить за ними и решили действительно отдохнуть. Они вместе смотрели фильмы, сидя дома на диване и играли в видеоигры. Проигравший должен был готовить, а победитель – есть.

Хотя у Жун Сюя не было таланта в видеоиграх, навыки Цинь Чэна были ещё хуже. В полдень мужчина, проигравший три игры подряд, неохотно встал, чтобы пойти на кухню: едва он прошёл два шага, как его поймали за левую руку.

Цинь Чэн удивлённо обернулся и посмотрел на своего мальчика.

Жун Сюй, одетый в простую и удобную пижаму бежевого цвета, слегка приподнял голову и смотрел на него с улыбкой. Его красивые глаза были изогнуты в красивую форму полумесяца – лишённые ослепительной элегантности Чжу Можэня, и немного более нежные. Он долго смотрел на Цинь Чэна, приподняв уголки губ, прежде чем сказать:

— Цинь Чэн, ты мой любимый актёр…

Мужчина ещё не отреагировал, но его глаза уже расширились. В этот момент он услышал окончание фразы Жун Сюя:

— И мой любимый человек.

В этот момент Жун Сюй поцеловал его в щёку и хитро прошептал:

— Цзю Ми.

Уши мужчины запылали, и в его глазах вспыхнуло лёгкое удивление.

В этот момент Жун Сюй искренне сказал:

— Кто бы из нас ни победил – это ведь не мешает нам целоваться?

Цинь Чэн:

— Мгм...

Под пристальным взглядом улыбающегося молодого человека, Цинь Чэн повернулся и пошёл на кухню, ускорив шаг. Его уши были пунцово-красными.

Глядя ему в спину, Жун Сюй расплылся в нежной улыбке.

Когда вы влюбляетесь, разве вам не хочется всё время делать приятно своему любимому человеку?

Дело не только в том, чтобы приятно делали вам: вам самому тоже захочется ответить взаимностью. Вы тоже будете желать своему возлюбленному всего самого лучшего.

Двое мужчин провели весь свой отпуск в такой простой и приятной атмосфере совместной жизни. Пообедав в полдень шестого дня, Жун Сюй начал собирать чемодан. Хотя через два дня ему нужно было вылетать в Соединенные Штаты, перед этим он должен был посетить целых три роуд-шоу вместе со съёмочной командой «Диких цветов».

Когда вещи были собраны, на часах было уже четыре часа дня. В это время Жун Сюю позвонил Ло Чжэньтао.

Увидев имя звонящего, Жун Сюй удивлённо вскинул бровь: обычно Ло Чжэньтао не звонит ему на телефон, а связывается с ним через WeChat, что гораздо удобнее.

Если он звонит по телефону, значит это что-то важное или срочное.

Если это что-то срочное...

Опубликовали список номинантов на премию «Золотой Феникс»?!

Ответив на звонок, Жун Сюй улыбнулся и тут же спросил:

— Брат Ло, что случилось? Опубликовали список номинантов «Золотого Феникса»?

Ло Чжэньтао внезапно замолчал, подавил волнение в голосе и быстро ответил:

— Нет, Сяо Сюй, его объявят через два дня. Я звоню по поводу Ян Чанчжэна. Ты должен знать его. Когда-то он был лучшим композитором Китая и учителем Лин Сяо. Он только что связался со мной и предложил тебе песню!

Жун Сюю, естественно, было знакомо имя Ян Чанчжэна.

В начале фильма «Чёрные тучи» у Жун Сюя было много совместных сцен с актёром средних лет, исполнявшим роль Ян Чанчжэна.

Лин Сяо был очень талантливым самоучкой, но после того, как его талант вышел в массы, он стал систематически изучать музыку профессионально. Обучал его этому Ян Чанчжэн, который был на несколько лет старше его. Ян Чанчжэн превратил этот неогранённый нефрит в кристально чистый камень. Он был одним из самых уважаемых Лин Сяо людей.

В этом мире нет недостатка в гениях. Ян Чанчжэну было меньше пятидесяти лет, но он уже успел стать одним из лучших композиторов Китая. Его стиль включал в себя широкий спектр жанров; он писал песни в самых разных стилях – будь то рок, джаз или лирика – и за все периодически удостаивался наград.

На этот раз Ян Чанчжэн выступил с инициативой позвонить Ло Чжэньтао, чем очень удивил последнего.

Обычно на китайской музыкальной сцене всё происходит так: певцы, готовясь к выпуску альбома, сами активно ищут композиторов и авторов для своих песен. После того, как песни будут написаны, они записывают и выпускают альбом. Дело не в том, что нет таких композиторов, которые бы сами связывались с певцами. Такие композиторы, конечно, есть. Однако обычно они звонят известным певцам, а не новичкам, не говоря уже о новичках, которые никак не связаны с музыкой.

Популярность Жун Сюя была неоспорима, но за всю свою карьеру он выпустил всего одну песню – «Потерянные крылья». В мире музыки он был новичком.

Поскольку завтра ему нужно было вылетать в город G для участия в роуд-шоу «Диких цветов», вечером Жун Сюй прибыл в офис «ХуаСя Интертейнмент», чтобы лично встретиться с именитым композитором.

Как только Жун Сюй вошёл в офис Ло Чжэньтао, он увидел вдалеке высокую худощавую фигуру. Странный мужчина сидел на диване спиной к двери, опустив голову вниз, и на что-то смотрел.

Судя по виду со спины, мужчина был стильно одет и выглядел максимум лет на 20-30. После того, как Ло Чжэньтао представил гостя, Жун Сюй убедился, что этим молодо-выглядящим мужчиной был не кто иной, как пятидесятилетний композитор Ян Чанчжэн.

Ян Чанчжэн отложил телефон в сторону, улыбнулся и протянул руку:

— Ян Чанчжэн.

Жун Сюй быстро среагировал и пожал протянутую руку мужчины:

— Рад знакомству! Я Жун Сюй.

Хотя Жун Сюй уже видел композитора на фотографиях, он не мог не «заразиться» от него жизненной силой и энтузиазмом, когда увидел его вживую. Ян Чанчжэн оказался очень разговорчивым и весёлым человеком с отличным чувством юмора. Он часто шутил. Ло Вэй время от времени прикрывала рот рукой и смеялась.

После часа разговора у Жун Сюя сформировалось определенное представление о композиторе, а Ян Чанчжэн, казалось, подметил для себя что-то об актёре.

Темнело. Жун Сюй поднял белую фарфоровую чашку и сделал глоток кофе. Когда он поднял руку и взглянул на Ян Чанчжэна, он увидел, что тот тоже держит чашку и с улыбкой смотрит на него.

Они переглянулись и улыбнулись друг другу.

Ян Чанчжэн сказал:

— Вы с Лин Сяо похожи. Но различия всё же есть.

После своего появления в «Чёрных тучах» Жун Сюй слышал эту фразу много раз. Он и сам понимал, что у него должно быть какое-то сходство с Лин Сяо, иначе режиссёр Лян не дал бы ему эту роль. Но разница между ним и Лин Сяо на самом деле была колоссальной.

Его характер был далеко не таким нежным, как у Лин Сяо. Певец был настолько добрым и приятным, что никто никогда не мог злиться на него. Жун Сюй таким не был.

Не желая долго останавливаться на этой теме, он улыбнулся и кивнул:

— Мне тоже нравятся песни Лин Сяо. Жаль, что я слишком поздно вошёл в индустрию и не успел с ним познакомиться.

Ян Чанчжэн многозначительно посмотрел на Жун Сюя. Помолчав с полминуты, он, наконец, проявил инициативу и сказал:

— Я только что дописал несколько песен... Жун Сюй, ты заинтересован в сотрудничестве со мной?

«Конечно, ведь ради этого мы здесь и собрались!»

Тёплый жёлтый закат в этот момент полностью скрылся за горизонтом. Красивый юноша медленно расплылся в улыбке, осторожно поставил чашку с кофе на стол и посмотрел на композитора, серьёзно и торжественно ответив:

— Это честь для меня, мистер Ян.

Так они договорились о сотрудничестве.

Ян Чанчжэн также является композитором «ХуаСя Интертейнмент». После обсуждения деталей сотрудничества он встал, покинул кабинет Ло Чжэньтао и вернулся в свою студию звукозаписи.

Поскольку встреча была очень сумбурной и поспешной, Ян Чанчжэн не стал показывать Жун Сюю три песни, которые он написал для него. Перед уходом он улыбнулся и сказал:

— Я гожусь тебе в отцы, но, Сяо Жун, после встречи с тобой я не могу отделаться от мысли, что ты очень похож на моего хорошего друга. Сегодня у меня снова появилось вдохновение, и я собираюсь написать для тебя ещё одну песню! После того, как я напишу семь песен, я пришлю их тебе.

Обычно альбомы состоят как минимум из десяти песен. Ян Чанчжэн имел в виду, что он лично напишет семь песен из этого альбома. Ло Чжэньтао был в восторге от этого обещания, но Жун Сюй сохранял невозмутимое спокойствие. Перекинувшись с Ян Чанчжэном ещё парой слов, они обменялись телефонами и вскоре попрощались.

Покидая офис компании, Ло Чжэньтао с радостью и энтузиазмом рассказывал Жун Сюю о Ян Чанчжэне.

— В прошлом году продажи двух альбомов Ян Чанчжэна превысили 800.000, а один альбом был продан более миллиона раз! — нажав на кнопку нужного этажа, Ло Чжэньтао продолжил. — Его музыкальные произведения можно использовать для того, чтобы ворваться на музыкальную сцену! Он пишет потрясающие песни! Но Сяо Сюй, я, честно говоря, не ожидал, что Вы так легко согласитесь с головой окунуться в музыку!

Проработав с Жун Сюем больше года, Ло Чжэньтао знал, что его подчинённый никогда не отказывался от идеи выйти на музыкальную сцену.

Это хорошо известная схема: играть в фильмах – петь – играть – снова петь. Многие китайские актрисы записывали и выпускали песни. Однако они никогда не покидали актёрское поприще и не переквалифицировались в певиц. Они по-прежнему были сосредоточены на актёрском мастерстве, выпуская всего одну или две песни за всю карьеру, как, например, Вэнь Сюань и Ся Муйян.

Выслушав Ло Чжэньтао, Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Сам господин Ян предложил мне сотрудничать. Я думаю, это очень редкая возможность а, и её нельзя упускать.

Ло Чжэньтао со вздохом кивнул:

— Да, иногда жизнь преподносит нам удивительные возможности...

Ло Чжэньтао должен был сопровождать Жун Сюя на роуд-шоу «Диких цветов» на следующей неделе. Но когда Жун Сюй отправится в Соединенные Штаты на съёмки «Трёх тысяч двухсот миль», Ло Чжэньтао останется в Китае, а актёра будут сопровождать только Ло Вэй и телохранитель.

Войдя на стоянку, Жун Сюй сказал:

— Брат Ло, ты можешь отвезти сестру Ло Вэй домой?

Ло Чжэньтао был слегка поражён этим заявлением, а Ло Вэй прямо спросила:

— Что случилось, Сяо Сюй? В не поедете с нами?

Жун Сюй всё время был занят на съёмках, поэтому водительских прав у него всё ещё не было.

Ничего не скрывая, Жун Сюй посмотрел на Ло Чжэньтао и прямо сказал:

— Так совпало, что в офисе сейчас по личному делу мой друг. Он подвезёт меня, ему по пути.

Ло Вэй кивнула, не особо задумываясь над личностью этого «друга», но Ло Чжэньтао ошеломлённо переспросил:

— Друг, который живет рядом с Вами?..

Жун Сюй улыбнулся и кивнул.

На этом они попрощались.

Ло Вэй обсуждала с Ло Чжэньтао грядущее роуд-шоу, а Жун Сюй развернулся и зашагал в противоположном направлении. Он не заметил, что Ло Чжэньтао дважды подозрительно оглянулся на него, пребывая в явном замешательстве. Но даже если бы он это заметил, это не имело бы для него большого значения. Что бы там ни думал Ло Чжэньтао – они с Цинь Чэном уже давно были парой.

На следующий день Жун Сюй и Цинь Чэн на одном самолёте вылетели в город G, чтобы принять участие в роуд-шоу «Диких цветов».

«Дикие цветы» шли в кинотеатрах уже семь дней, а их общие кассовые составляли 3,9 миллиарда!

Всего за неделю самым кассовым фильмом второй половины года Китая стал «Дикие цветы».

Для коммерческого фильма это невероятный результат. По прошествии семи дней кассовые сборы постепенно пошли на спад, поэтому съёмочной группе просто необходимо было отправиться в роуд-шоу и привлечь внимание новой аудитории.

На главных сайтах с кинообзорами средняя оценка «Диких цветов» составляла 9,4 балла. Десятки тысяч киноманов с радостью давали фильму 10 звёзд. Среди сотен тысяч киноманов не нашлось никого, кто поставил бы ему меньше 2-х звёзд.

«Дикие цветы», в свою очередь, вышли на экраны ещё 27 дней назад. Жун Сюй принял участие в недельном роуд-шоу, после чего вынужден был отправиться в Соединенные Штаты на съёмки нового фильма. Остальные члены команды продолжили участие в роуд-шоу, которое должно было растянуться на полмесяца и охватить несколько крупных городов мира.

Цинь Чэн, Хуан Лэй, Жун Сюй и Лю Лао.

Команда «Диких цветов» в этом составе имела большой успех в городе G. Лю Лао имеет в этом деле большой опыт, поэтому за месяц вперёд нанял телохранителей лучшей охранной фирмы города G, чтобы обеспечить безопасность на съёмках роуд-шоу. Как и предполагал старик Лю, в день съёмок многие фанаты, не получившие билет, собрались перед входом в здание. Если бы не сотрудники службы безопасности, без неприятностей бы не обошлось.

За роуд-шоу в городе G следовало роуд-шоу в Париже.

Премьера «Диких цветов» состоялась 18 декабря в Китае и 22 декабря – в мире. Из-за национальной тематики фильма за рубежом кассовые сборы «Диких цветов» были гораздо ниже, чем на родине. Однако с распространением китайской культуры в последние годы иностранцы тоже очень полюбили китайские боевые искусства и интересовались ими.

Что удивительно, у Хуан Лэй было очень много поклонников в Париже, и среди гостей на роуд-шоу число её фанатов в разы превзошло поклонников Цинь Чэна и Жун Сюя.

Оказывается, пять лет назад она снялась в фильме китайско-французского производства с известным во Франции актёром. Эта красивая романтическая комедия полюбилась многим французам. Прекрасная и нежная Хуан Лэй стала для них идеальным образом восточной девушки.

Эта «тенденция» сильно изменилась после того, как их команда прилетела в Лондон.

Перед началом лондонского роуд-шоу «Диких цветов» Лю Лао отыскал Жун Сюя и Цинь Чэна. Старик выглядел серьёзным и несколько раз окинул Жун Сюя пристальным взглядом. Улыбка постепенно сползла с лица Жун Сюя, после чего он, наконец, услышал мрачную речь Лю Лао:

— У меня есть одна идея относительно нашего шоу в Великобритании, но… я не знаю, что вы на это скажете?

Жун Сюй удивлённо поднял на режиссёра глаза, но Цинь Чэн опередил его, задав вопрос:

— Что за идея?

Лю Лао посмотрел на мужчин с торжественным выражением лица, а потом вдруг улыбнулся и сказал:

— Вы двое сегодня «продадите гниль»*.

Жун Сюй:

— …

Цинь Чэн:

— ...

Лю Лао объяснил:

— Я много раз бывал в Великобритании. Как вы знаете, в этой стране была мода на однополую любовь ещё в прошлом веке. А в наш век они были одной из первых стран, которые приняли закон об однополых браках. Цинь Чэн, Жун Сюй, если вы «продадите гниль», эффект определённо будет лучше, чем от «любви между актёрами, сыгравшими главного героя и героиню». Что скажете, а?

В индустрии развлечений для продвижения фильма и увеличения дохода все средства хороши. Фейковые отношения между актёрами – один из самых распространённых маркетинговых ходов.

В прошлом месяце Чжан Тунтун (героиня «Западни») принимала участие в пресс-конференции своего нового телесериала, где в засос поцеловалась со своим коллегой. Эффект был потрясающий.

Но на самом деле у Чжан Тунтун был парень. Поцелуй на камеру с языком – всего лишь средство пропаганды. То же и с «однополой любовью».

Перед стартом роуд-шоу «Затерянного города» режиссёр Юань также надеялся, что ему удастся уговорить Жун Сюя сыграть любовь с Бай Сивэнем. Однако Жун Сюй тогда вежливо отказался, потому что не хотел делать такие вещи с другими мужчинами на публике.

Конечно, сейчас Жун Сюя больше всего беспокоил другой вопрос:

— Лю Лао, откуда Вы знаете... фразу «продавать гниль»?

Увидев ошеломлённое выражение лица молодого человека, старик Лю вскинул свои седые брови и, вместо того чтобы ответить на вопрос, спросил:

— Ну так что? Как насчёт того, чтобы после начала роуд-шоу вы двое подыскали подходящую возможность и «продали зрителям гниль»?

Жун Сюй ответил ему улыбкой. Цинь Чэн легонько кивнул.

Когда они собирались выйти на сцену, уже даже Хуан Лэй знала о том, что сегодня ждать от этих двоих.

Девушка прикрыла свои алые губы ладонью и хихикнула:

— Лю Лао прав. Я тоже слышала, что в Великобритании все обсуждают историю взаимоотношений Кун Чао и Чжу Можэня, в которой, похоже, Кун Чао является мужем, а Чжу Можэнь – женой. — Хуан Лэй не очень разбиралась в терминологии однополой культуры и не могла подобрать правильное слово. Она улыбнулась и сказала. — Если вы действительно «продадите зрителям гниль», эффект должен быть очень хорошим!

Жун Сюй беспомощно развёл руками:

— Сестра Хуан, мне правда очень любопытно: откуда всё-таки Лю Лао Лю знает эту фразу?..

В этот момент старик Лю, стоявший впереди, засмеялся и повернул голову. Но смотрел он не на Жун Сюя, а на Цинь Чэна, сидящего рядом с ним. Он прямо сказал:

— Цинь Чэн, можешь утихомирить свою невесту? Я что, настолько стар? Нет! Мне всего лишь семьдесят лет! У твоей невесты какие-то проблемы с новомодными словечками? Ну, так объясни ей их!

Как только эти слова прозвучали, Хуан Лэй расхохоталась, а Жун Сюй покраснел до кончиков ушей, сердито буркнув:

— Лю Лао!

— Это имеет смысл. — низкий, притягательный мужской голос спокойно прозвучал прямо у уха Жун Сюя. Он подсознательно повернул голову и увидел, что мужчина пристально смотрит на него сверху вниз своим красивым глубоким взглядом.

Жун Сюй с колотящимся сердцем и широко раскрытыми глазами смотрел на Цинь Чэна, который абсолютно естественно протянул руки, взял Жун Сюя за плечи и нежно заключил его в свои объятия. Стоя всего в паре метров от Лю Лао и Хуан Лэй, он обнял Жун Сюя за его за тонкую талию, слегка наклонил голову и произнёс около его уха:

— Невеста моя, не суди по возрасту! Лю Лао очень модный! Ему ведь всего шестьдесят восемь!

Жун Сюй, чьи щёки в этот момент пылали:

— !!!

Хуан Лэй не видела в происходящем ничего необычного, решив, что эти двое шутят:

— Ха-ха-ха!

Старик Лю, который немного сердился, спросил:

— Что не так с возрастом шестьдесят восемь?! Я, по крайней мере, знаю фразу «продавать гниль»!  И да, теперь мне особенно хочется увидеть, как вы будете «продавать гниль», дети! Не забудьте об этом, когда выйдете на сцену!

В следующие два часа роуд-шоу «игра» Цинь Чэна и Жун Сюя заставляла режиссёра Лю безостановочно ухмыляться.

Когда Жун Сюй говорил, Цинь Чэн поворачивал голову и нежно смотрел на него, чем провоцировал неистовые вопли в зале. Когда Цинь Чэн говорил о финале «Диких цветов», Жун Сюй спросил:

— Кун Чао, не жалеешь, что убил меня?

В ответ – на глазах у всех зрителей – мужчина уверенно обнял юношу и продержал его в своих объятиях не менее десяти секунд.

Зрители аплодировали и кричали от возбуждения, готовые перевернуть студию вверх дном от счастья.

Эффект от этого роуд-шоу оказался очень мощным. В тот вечер в крупнейшей в Великобритании социальной сети все пользователи столько и обсуждали, что «Дикие цветы».

«Его Королевское Высочество такой красивый, такой красивый, такой красивый!»

«Да, увидев, как мило они общаются с Цинь Чэном, я решила снова пересмотреть «Дикие цветы» на  выходных!»

Старик Лю был вполне доволен результатом, но, к его большому сожалению, после съёмок в Лондоне Жун Сюй не последовал вместе с ними в Берлин, а вылетел на съёмки в Вашингтон.

Тёмной ночью серебристо-белый самолет уверенно приземлился в аэропорту Вашингтона.

Команда «Трех тысяч двухсот миль» собралась в столице США пораньше, чтобы подтянуть боевые навыки актёров.

* «Продавать гниль»: если верить форумам, появлением этой фразы мы обязаны японским комиксам 80-90 годов, после которых среди девушек стало популярно увлечение однополой любовью между мужчинами. Таких девушек (которые позже увлеклись также и фильмами) стали называть «гнилыми девушками», а маркетологи, желая заработать больше, стали подогревать их интерес новостями о  фейковых отношениях между актёрами мужского пола, или, иначе «продавать гниль».

Фильм «Три тысячи двести миль» был не комедией – как это обычно бывает в роуд-муви, – а боевиком.

Среди всех сериалов и фильмов, в которых Жун Сюю ранее доводилось сниматься, боевые сцены присутствовали только в «Западне» и «Диких цветах». При этом, в «Диких цветах» в большей части боевых сцен  играли Цинь Чэн и актёры второго плана. Лишь в финале фильма Жун Сюй принял участие в короткой сцене боя.

Если боевая сцена относительно проста, актёра можно обучить непосредственно на месте. Но если актёр играет главного героя боевика – без предварительных тренировок не обойтись.

Перед съёмками «Вестника бури» Цинь Чэн прошёл двадцатидневную подготовку. Тогда от него требовалось подтянутое мускулистое тело и хорошее владение боевыми искусствами.

В полдень того дня, когда Жун Сюй прилетел в Вашингтон, Клеменс Холт организовал для него тренировку.

Это было огромное помещение. Едва открыв дверь, он увидел множество сотрудников, снующих туда-сюда. Большинство из них были членами группы по реквизиту и пиротехниками, которые подготавливали реквизит для намечающихся многочисленных сцен взрывов.

Всего в паре шагов позади себя Жун Сюй услышал удивлённый женский голос:

— Эй, Жун Жун?!

Юноша замер, обернулся и обнаружил, что ему навстречу с широкой улыбкой шагает красивая блондинка с бронзовой кожей. Настоящая красавица, хоть её и трудно было назвать «женственной», поскольку в эту секунду она была облачена в белый гоночный жилет, из-под которого выглядывали довольно мускулистые руки.

Губы Жун Сюя изогнулись в улыбке, и он поприветствовал знакомую девушку:

— Дженнифер!

Да, это была Дженнифер Акален, голливудская актриса.

Перед сегодняшней встречей Жун Сюй и Дженнифер часто переписывались и довольно хорошо общались, поскольку знали, что вместе будут сниматься в фильме. Хотя это была их первая встреча, фактически они уже были знакомы.

Дженнифер с улыбкой сказала:

— Я присоединилась к команде позавчера. Каллен слишком суров. Тебе нужно быть к этому готовым.

Каллен – постановщик боевых сцен для фильма «Три тысячи двести миль», специализирующийся на создании боевых сцен и обучении им актёров.

— Я слышал… — слегка нахмурившись, молодой человек вздохнул. — Дженнифер, если мистер Каллен будет издеваться надо мной, я могу рассчитывать на тебя? Спасёшь меня из его лап?

Жун Сюй уже снял куртку и надел короткий жилет, заботливо подготовленный помощниками. Он собирался тренироваться, поэтому в громоздких куртках смысла не было. Нужно было что-нибудь полегче.

Выслушав его, Дженнифер улыбнулась и сказала:

— Я слышала, что у китайцев есть идиома «герой, спасающий красавицу». Жун Сюй, у меня очень плохой китайский, но, надеюсь, ты меня понял. Скажи, ты уверен, что нуждаешься в моём спасении?

Жун Сюй улыбнулся и повернулся к своей помощнице:

— Как думаешь, Дженнифер можно назвать «героем»?

С того момента, как Ло Вэй увидела на площадке Дженнифер, она не отрывала от неё глаз. Услышав слова Жун Сюя, она энергично закивала головой и с энтузиазмом ответила:

— Конечно! Дженнифер, Вы такая красивая! Мне очень нравится ваш сериал «Вирус»! Это классика среди классики! Вашу красоту не описать словами!

Дженнифер рассмеялась и начала болтать с Ло Вэй.

Вскоре сотрудник позвал Жун Сюя, чтобы он разогрелся перед тренировкой, поэтому девушки остались весело болтать в помещении, пока Жун Сюй был вынужден бегать под палящим солнцем.

В фильме «Три тысячи двести миль» Жун Сюй играл юношу, которому только-только исполнилось 18. Он был молод и труслив, и ровесники с детства издевались над ним, однако это не помешало ему в чрезвычайной ситуации выстрелить в полицейского и захватить заложников ради собственного спасения.

Когда человек видит кровь, он сильно меняется.

По сюжету Рой сумел быстро взять себя в руки, хладнокровно сковал заложницу наручниками и отправился в путь. По дороге длиною в 3200 миль он убил ни в чём не повинного трактирщика и простого дорожного полицейского, которые ничего ему не сделали. Изменение характера Роя и было ключевым моментом сценария.

Очевидно, что главный герой этого фильма был откровенным преступником и злодеем. Однако безжалостным и бесстрашным убийцей он был только в первой половине фильма.  Во втором половине он медленно менялся под воздействием главной героини в исполнении Дженнифер.

Сюжет трудно было назвать классической историей любви. Заложница по имени Натали была на двенадцать лет старше Роя и больше походила на его старшую сестру. Когда Роя ранили, и он потерял сознание, она, недолго думая, сбежала, но через некоторое время вернулась за юношей и помогла ему.

Рой постепенно проникался этой женщиной, но не знал, что на самом деле она была полицейским. В финальной схватке с полицией, когда он заслонил её своим телом, ему неожиданно выстрелили в спину.

После этого его осудили на 30 лет тюремного заключения.

Финал этого фильма определённо нельзя отнести к счастливым. Если отвлечься от динамичного сюжета и ярких боевых сцен, можно понять, насколько ироничен сценарий Клеменса.

Фильм высмеивал две социальные реальности – расовую дискриминацию и закон о защите детей.

Независимо от того, насколько могущественен был в наши дни Китай, среди людей по-прежнему было много дискриминаторов. Они, как и все обычные люди, ходили в девять утра на работу, а в пять вечера возвращались домой. Они никак не выбивались из толпы. Но если вы случайно заговорите с ними о расовых проблемах, они, как ни в чём не бывало, могут спросить Вас: «Слушай, эти чёрные и жёлтые обезьяны не кажутся тебе божьей шуткой?»

Рой был азиатом, из-за чего сверстники постоянно издевались над ним. В сюжете нет прямой изюминки, но и высмеивать эту социальную действительность негде.

Второй момент – это закон о защите детей, который в настоящее время пользовался в США большим уважением. Однако на самом деле подобные законы в США не работали. В некоторых странах, даже если человек убьёт десятки людей или использует чрезвычайно жестокие методы убийства, – если ему не исполнилось 18 лет, средства массовой информации не могли даже обнародовать его имя и лицо. Повзрослевший преступник мог просто сменить имя и дальше жить спокойной жизнью.

В конце концов, Роя посадили, а Натали навестила его в тюрьме.

Девушка уговорила его исправиться и реабилитироваться, чтобы через 30 лет он мог начать новую жизнь. На что Рой спросил её:

— Почему ты не убила меня?

В первой половине фильма Натали была связана по рукам и ногам и могла только молча наблюдать за преступлениями Роя. Но позже она завоевала доверие этого молодого человека – настолько, что даже смогла выстрелить ему в спину.

Героическая женщина-полицейский серьёзно ответила:

— Потому что я верила, что ты можешь начать новую жизнь.

Однако юный преступник в ответ на эти добрые слова лишь холодно усмехнулся:

— Здешние законы не способны дать мне новую жизнь. Я уже мёртв.

Фильм «Три тысячи двести миль» определённо нельзя отнести к «комедиям со сплочающим сюжетом»: напротив, его сюжет способен вогнать зрителя в депрессию. Однако этот фильм   новаторский эксперимент режиссёра Клеменса Холта. Для крупных кассовых сборов ему было бы достаточно и зрелищных боевых сцен, однако ему хотелось добавить в свою работу что-то особенное.

Вот как родилась идея столь несовершенного фильма.

Главный герой - плохой человек, главная героиня далеко не идеальна.

Все персонажи истории имеют большие недостатки, однако фильм был нацелен на награды. Возможно, из-за мощного коммерческого характера ему и не удастся получить награды, но если это всё-таки произойдёт, это будет новым этапом для всех актёров и режиссёров.

За семь дней тренировок Жун Сюй адаптировался к предстоящей работе.

В первую же ночь мистер Каллен удивлённо похвалил его:

— Не верю своим глазам!  Тебе действительно удалось устоять на ногах? Жун Сюй, твои навыки куда лучше, чем я ожидал! Но, должен тебя огорчить: я завтра же увеличу объём тренировок. Тебе должно быть известно, что американская публика не любит смазливых слабых парней: они предпочитают сильных мужчин.

Потирая ноющую икру, юноша поднял голову и спросил:

— Таких, как Вы?

Мистер Каллен вскинул руки, демонстрируя свои крепкие мускулы:

— Да, таких как я.

Дженнифер перебила его, искренне возразив:

— Поверь мне, Жун Жун, ты нравишься им куда больше! Иначе бы как «Дикие цветы» заняли вторую строчку в топе недели по кассовым сборам на американском рынке кино?

Они переглянулись и тихо рассмеялись.

Неподалеку Клеменс отчитывал молоденькую сотрудницу. У режиссёра был очень вспыльчивый характер. Он даже не поднимал голову, когда кричал на несчастную девушку.

Ло Вэй нахмурилась, бросив на него косой взгляд:

— Сяо Сюй, с какой пор режиссёр Клеменс так изменился? Когда мы виделись с ним в последний раз, он, кажется, не был таким?..

Жун Сюй тоже поднял глаза и посмотрел в сторону режиссёрского кресла. Прежде чем он смог разглядеть, что там происходит, Дженнифер опередила его, ответив на вопрос Ло Вэй:

— Я слышала, что в прошлом месяце старик Холт приехал в Вашингтон и избил своего сына. — Дженнифер внезапно прикрыла рот рукой и хитро улыбнулась. — Жун Сюй, только, чур, я тебе ничего не говорила! Ты ничего не слышал!

Красивое лицо юноши выглядело удивлённым, но Жун Сюй всё же с улыбкой кивнул:

— Хорошо. Я ничего не слышал.

Дженнифер улыбнулась:

— Но мне всё-таки очень любопытно, почему же мистер Холт так внезапно приехал и набросился на сына? Кажется, даже сам Клеменс не понимает, за что ему досталось. Видимо, из-за этого он теперь так злится, что сходит с ума.

В это время Жун Сюй: «Оу, я даже и не знаю... ^_^ Даже Клеменс не знает причины? Что ж, видимо старик Холт настолько верен Цинь Чэну, что не только не выдал его, но и даже не назвал сыну причину своего гнева...»

Семь дней пролетели незаметно, и вскоре в Вашингтоне состоялась пресс-конференция, посвящённая началу съёмок «Трёх тысяч двухсот миль». По такому случаю режиссёр Клеменс Холт  пригласил репортёров с разных уголков Земли. Благодаря предшествующей пиар-кампании, все уже знали, что он собирается снимать масштабный боевик с огромными инвестициями. Фильм уже с нетерпением ждали бесчисленные поклонники по всему миру.

Коммерческий боевик «Три тысячи двести миль» сумел стать популярным ещё до того, как начались его съёмки.

Два месяца назад Клеменс начал публиковать в СМИ первые новости, оповестив фанатов по всему миру о грядущем фильме. Фильме, который обошёлся своему создателю почти в 60 миллионов долларов; фильме, ради съёмок которого было перекрыто целое шоссе, и ещё шесть месяцев назад начали подбираться подходящие локации в разных уголках Соединенных Штатов.

И вот, когда эта команда, арендовавшая для своего фильма целое шоссе, объявила о проведении своей первой пресс-конференции, поклонники со всего мира смогли, наконец, увидеть её роскошный состав.

Клеменс Холт, с недавних пор известный американский режиссёр, знаменитый крупномасштабными боевыми сценами, и особенно умелый в сценах взрывов и перестрелок. Его коммерческие фильмы имеют большой успех среди молодежи и имеют множество фанатов среди юных зрителей.

Дженнифер Акален – одна из главных голливудских актрис, сексуальная и сильная, из-за чего часто появляется в боевиках в роли главной героини.

Знаменитый фотограф-обладатель «Оскара» Манкадо Фран, и известная команда постпродакшна из Китая, удостоенная премии «Золотой Феникс»...

И, наконец, Жун Сюй.

Когда этот красивый юноша впервые появился на экране, некоторые американские телезрители были сбиты с толку, не понимая, кто этот молодой незнакомый им актёр. Но вскоре большинство зрителей трансляции узнали его:

— Это же принц из «Диких цветов»!

Да, американские зрители могли не знать имени Жун Сюя, но они определенно знали о «Диких цветах», которые «гремели» сейчас во всех кинотеатрах.

«Немой» показывали лишь единичные кинотеатры США, но «Дикие цветы» и «Чёрные тучи» были очень популярны в прокате в этой стране.

На пресс-конференции репортёры неустанно задавали команде вопросы на самые «острые» темы и даже напрямую интересовались секретами и сплетнями.

В конце концов, они, наконец, добрались и до вопросов о самом фильме. Прежде всего, они спросили Клеменса:

— Простите, Клеменс, но почему Вы решили пригласить на главную роль в столь масштабный боевик именно Жун Сюя? У него хорошие навыки, или он может показать нам красивое китайское кунг-фу?

Жун Сюй и Клеменс уже давно были готовы к подобного рода вопросам.

Красивый белокурый режиссёр слегка улыбнулся, посмотрел на Жун Сюя и начал вполне естественно делать актёру комплименты:

— Хотя Жун Сюй очень молод, он - один из самых ярких актёров из всех, кого я когда-либо видел. Его актёрские способности великолепны, и с «китайским кунг-фу» у него тоже очень даже неплохо. Я уверен, что когда вы придёте в кино на премьеру, вас обязательно привлечёт его красота, как и меня когда-то.

Услышав столь тёплые слова, Жун Сюй улыбнулся и ответил:

— Для меня большая честь получить возможность сыграть в «Трёх тысячах двухстах милях»!

Красивый чистый английский плавно лился из уст юноши с лёгким британским акцентом и очень чистым и отчётливым произношением. Истинный джентльмен.

Жун Сюй продолжил:

— В этом фильме я сыграю мальчика с очень сложным характером. Он смелый и решительный, но в то же время застенчивый и робкий. У него есть обаяние и харизма, которые трудно игнорировать. Я очень благодарен режиссёру Клеменсу за возможность попробовать себя в столь сложной роли.

Клеменс засмеялся:

— Жун Сюй, ты так хорош! Я очарован!

После короткого обмена любезностями репортёр начал задавать вопросы остальным членам команды.

Задолго до пресс-конференции все были к ней готовы: ассистент режиссёра заранее написал множество ответов на всевозможные вопросы и передал их Жун Сюю и Дженнифер, в том числе и то, какую информацию о фильме можно раскрывать репортёрам, а какую нет.

На самом деле, среди всех именитых членов этой команды Жун Сюй был наименее известен.

Клеменс был знаменит уже много лет, и имел на своём счету больше десятка фильмов с кассовыми сборами, превышающими 5 миллиардов. По сути, он снимал по одному успешному коммерческому блокбастеру в год.

Дженнифер также была известной голливудской актрисой. Совокупные кассовые сборы боевиков с её участием превышали сумму в 70 миллиардов долларов.

Два часа спустя пресс-конференция, посвящённая запуску съёмок фильма «Три тысячи двести миль» официально подошла к концу.

На следующий день новости о старте съёмок фильма появились во всех крупных СМИ Америки. Пиар-команда съёмочной группы не стала упускать такую возможность и запустила активную рекламную кампанию в Сети с единственной целью: чтобы название «Три тысячи двести миль» отложилось в памяти каждого её пользователя.

«Я слышала, фильм выйдет не раньше лета, но я уже очень хочу его посмотреть! В нём ведь воссоединятся Клеменс, красавица Дженнифер и очень красивый китайский актёр!»

В первом трейлере к фильму Клеменс изобразил Жун Сюя в очень красивом образе.

Зрителям была хорошо известна голливудская звезда Дженнифер, но они не очень хорошо были знакомы с личностью Жун Сюя  в лучшем случае они смотрели «Чёрные тучи» или «Дикие цветы» с его участием. Клеменс не возражал против того, чтобы в первое время зрители искажённо понимали сюжет его фильма. В первые минуты ролика Жун Сюй предстал зрителям в образе прекрасного мастера боевых искусств. Дженнифер тоже присутствовала в этой сцене, но Клеменс хотел, чтобы зрители сосредоточились именно на лице Жун Сюя.

«Этот юный китайский актёр так красив!..»

Многие пользователи Сети были взволнованны увиденным.

Им было гораздо легче принять тот факт, что «Жун Сюй очень красив», чем то, что «Жун Сюй обладает отличными боевыми навыками».

Однако последующие минуты трейлера вызвали у зрителей диссонанс. У них на глазах этот красивый актёр, выглядящий как прекрасная китайская фарфоровая кукла, внезапно стал мелькать в эффектных боевых сценах, в то время как голливудская актриса Дженнифер, квалифицирующая на боевиках, внезапно предстала в образе нежной женщины в летящей длинной юбке, которую весь трейлер возили на заднем сиденье машины, словно хрустальную вазу.

Жун Сюй играл роль обычного хулигана-подростка по имени Рой. Худшим, что он когда-либо делал, было вымогательство и продажа травки. Однако после ограбления банка он внезапно изменился в худшую сторону.

Клеменсу было наплевать на логичность сюжета: он просто хотел получить красивые и яркие кадры. Поэтому, сразу после того, как Рой дался в бега, его сила начала расти с неимоверной скоростью.

В одной из сцен красивый изысканный юноша восточной внешности быстро убегал с заправки, весь покрытый грязью. Жун Сюй на высокой скорости мчался к невысокой (около метра) стене за заправочной станцией. За ним гнались трое крепких мужчин, похожих на охранников, и громко кричали ему вслед:

— Не пытайся бежать! Это ты, я знаю, что это ты!

— Джон, скорее, хватай его! Награда за его поимку будет нашей!

Однако молодой человек, не оглядываясь, схватился правой рукой за край невысокой стены. Опираясь на запястье, он ловко и изящно перемахнул через забор Легко приземлившись на ноги, Жун Сюй убежал прочь, оставив троих мужчин позади.

Эту сцену удалось снять только с одиннадцатого дубля. И дело было не в плохих актёрских навыках Жун Сюя, а в том, что Клеменс был слишком требователен. Первые три раза Жун Сюю просто не удавалось перелезть через стену. Когда ему, наконец, это удалось, Клеменсу стало казаться, что его движения недостаточно грациозны.

— Жун Сюй, ты должен быть красивым! Убийственно красивым!

Как можно быть красивым, перелезая через забор?..

Простые и ловкие движения, жестокий и равнодушный взгляд.

Камера была зафиксирована на лице Жун Сюя. Когда он перепрыгнул через стену и приземлился на землю, он внезапно поднял голову: в этот момент его чёрные волосы упали со лба, обнажив жестокие чёрные глаза. Глаза ребёнка, ставшего жестоким, опасным и ужасным после убийств невинных людей.

Этот взгляд, наконец, заставила Клеменса зааплодировать, но Жун Сюй в ответ на это лишь беспомощно улыбнулся и протянул руку, чтобы подбежавшая к нему Ло Вэй могла продезинфицировать раны.

11 последовательных дублей неизбежно привели к тому, что Жун Сюй получил на память множество царапин и ссадин. Его колени были в синяках от приземлений на землю, а кожа на руках истёрлась от взаимодействий с забором.

Для актёров такие ситуации неизбежны. С другой стороны, Дженнифер, например, в этой сцене досталась очень «расслабленная» роль. Девушка поспешно подошла к нему и протянула мазь, улыбаясь:

— Раньше на съёмках я часто пользовалась этой мазью от ран. Жун Жун, она отлично помогает - попробуй. Кстати, в последнем дубле ты был невероятно красив! Уверена, после выхода фильма вся женская аудитория США будет твоей!

Жун Сюй взял из рук Дженнифер мазь и протянул её Ло Вэй. Девушка обеспокоенно принялась обрабатывать ею раны Жун Сюя, тихо бормоча:

— Вы снова разодрали себе локоть!.. Сяо Сюй, Вам больно? Клеменс слишком жесток к Вам… Вы снова тяжело ранены!

За три дня съёмок Жун Сюй не получил серьёзных травм, однако незначительные следы активных сцен на его теле всё же остались.

Вчера днём он порезал палец о разбитое стекло. Крови было много. Ло Вэй так испугалась, что даже расплакалась.

Ло Вэй говорила по-китайски, при этом делая это очень тихо и быстро, из-за чего Дженнифер не могла разобрать её речь. Жун Сюй быстро объяснил:

— Сестра Сяо Ло говорит, что я тяжело ранен… Сестра Ло, не смущай меня, для актёров это стыдно!

Дженнифер улыбнулась.

Для актёров получать травмы во время съёмок вполне естественный процесс. В прошлой жизни Жун Сюя его подруга-актриса во время съёмок получила перелом позвоночника, из-за чего целый год провела в инвалидном кресле.

Дженнифер – тоже хороший тому пример. Четыре года назад она упала с высокого здания во время съёмок очередного боевика. Говорят, на её затылке до сих пор красовался шрам, напоминающий ей об этом падении, хотя под волосами его и не было видно.

Ло Вэй, конечно, прекрасно знала эту историю, однако никак не могла успокоиться:

— Я просто очень расстроена...

Она так сильно расстроилась просто из-за того, что Жун Сюй получил небольшую ссадину. Наверное, если бы Жун Сюй упал с высокого здания, как Дженнифер, она бы и вовсе потеряла сознание...

Взглянув на Ло Вэй, Жун Сюй лишь улыбнулся, ничего больше не сказав.

На самом деле, самым несчастным в этой ситуации была не Ло Вэй и даже не Жун Сюй.

Самым несчастным был один известный мужчина...

В первый день съёмок Жун Сюй заработал небольшую ссадину на подбородке. Она была настолько крохотной, что гримёры легко скрыли её тональным кремом, однако вечером Жун Сюй принял ванну и умыл лицо, из-за чего ссадины снова стала заметной. Едва выйдя из ванной комнаты, он созвонился с Цинь Чэном по видеосвязи.

— Первый день съёмок был очень тяжёлым, но были и плюсы: Дженнифер поделилась со мной опытом. Раньше я не снимался в боевых сценах. Она очень помогла мне советами.

За всю свою жизнь Жун Сюй никогда не снимался в боевых сценах.

Однако, договорив, он долгое время не слышал ответа своего собеседника.

— ?..

Жун Сюй поднял голову и с удивлением посмотрел на лицо мужчины на экране телефона. Он увидел, что Цинь Чэн хмуро и очень мрачно разглядывает его лицо.

— Ты ранен?

— Ты ранен?!

Не долго думая, Жун Сюй кивнул и объяснил:

— Ну, я случайно поцарапался сегодня во время съёмок.

Цинь Чэн:

— Как ты можешь быть таким беспечным?..

Жун Сюй беспомощно ответил:

— Трудно обращать внимание на такие мелочи. В той сцене меня кто-то ударил. Я против фальшивых драк в кадре: они выглядят неестественно.

Цинь Чэн:

— Кто-то ударил тебя?!

Следующие полчаса мужчина заботливо читал своему мальчику нотацию о том, что он должен заботиться о себе. Закончив слушать, Жун Сюй серьёзно посмотрел на него и с удивлением спросил:

— Если я правильно помню, когда ты снимался «Вестнике бури», тебя тоже кто-то избил…

Цинь Чэн:

— ... Позаботься о своей безопасности.

«И что, что меня кто-то ударил?! Это неважно! Но меня огорчает, когда кто-то бьёт тебя!!!»

Положив трубку, Жун Сюй пошёл в ванную и внимательно осмотрел небольшой порез на своём подбородке в зеркало. Посмотрев на него некоторое время, он перевёл взгляд на рану на руке.

Что ж, к счастью, Цинь Чэн не смог разглядеть его руку, потому что рана на ней была куда серьёзнее, чем на подбородке. Если бы он увидел её, он «пилил» бы Жун Сюя на час дольше…

***

Съёмки фильма «Три тысячи двести миль» шли гладко. Хотя у Жун Сюя не было большого опыта в съёмках боевых сцен, его окружали опытные люди – Клеменс и Дженнифер. Постепенно его боевые сцены превращались из удовлетворительных в гладкие и искусные.

Роль Роя была очень противоречива. Он мог убить человека, не моргнув и глазом, но при этом в душе он всё ещё оставался робким шестнадцатилетним мальчиком.

Жун Сюй отлично прочувствовал эти две личности Роя. В одной из сцен Рой посреди ночи заехал на машине в лес, намереваясь провести там ночь.

В это время героиня Натали лежала в багажнике с кляпом во рту и наручниками на запястьях. Девушка мычала и пинала багажник ногами. Стоявший рядом с ней худой симпатичный юноша в потрёпанной одежде облокотился на кузов машины и смотрел на звёздное небо.

Его глаза были ясными, кристально чистыми и пустыми. Пока у него за спиной стонала сопротивляющаяся женщина, он с серьёзным видом разглядывал звёзды, словно ничего не слыша. Казалось, будто в этот момент он снова перенёсся в трущобы на свою деревянную кровать, лёжа на которой он смотрел на звёздное небо через дыру в потолке.

Настолько разные звук и картинка создавали ощущение жуткой красоты.

После того, как эта сцена была снята, Клеменс был настолько взволнован, что в порыве радости даже обнял Жун Сюя и чуть не поцеловал его. Но когда Клеменс был уже у его щеки, Жун Сюй решительно поднял руку, чтобы оттолкнуть его. Клеменс тут же пришёл в себя и отошёл поближе к Дженнифер, в страхе озираясь на Жун Сюя.

Жун Сюй:

— …

«Это ты чуть не поцеловал меня! Почему ты теперь смотришь на меня таким обвиняющим взглядом?!»

Проработав с ним полмесяца, Жун Сюй, наконец, понял, почему Клеменс смотрит на него таким странным взглядом.

Выяснилось, что два месяца назад старый мистер Холт лично прилетел в Вашингтон и жестоко избил своего сына.

Клеменс не был дураком, поэтому он не мог покорно стоять и смотреть, как отец избивает его ни за что. Конечно, он сопротивлялся. Но, к сожалению, старый мистер Холт много лет занимался боксом. Когда его сын пытался сопротивляться, он просто бил его ещё сильнее. Говорят, после той «»тёплой встречи» красивое лицо Клеменса стало больше походить на морду панды.

С тех пор Клеменс стал очень подозрительным. Он постоянно искал в своей команде шпионов, присланных отцом – иначе как старик мог всё о нём узнавать? Как он узнал про то, что Клеменс обманул инвесторов на деньги? (Клеменс считал, что отец избил его именно за это).

Поскольку Клеменс считал, что в его команде поселился шпион отца, он стал жутко осмотрительным и работящим – настоящим образцом для подражания в режиссёрском кругу.

Благодаря самоотверженности режиссёра и поддержке актёров, съёмки «Трёх тысяч двухсот миль» шли семимильными шагами и сильно опережали первоначальный график.

Когда съёмочная группа «Диких цветов» завершила съёмки последней передачи в рамках пиар-кампании в Соединенных Штатах, «Три тысячи двести миль» снимались уже 18-й день, однако за эти 18 дней уже было отснято более одной трети сцен. Жун Сюй подсчитал, что если съёмки продолжатся в таком темпе, они закончат уже через месяц.

Когда сегодня утром Жун Сюй прибыл на площадку, к нему подошла Дженнифер и поприветствовала его на ломанном китайском:

— Поздравляю, Жун Сюй! Я верю, что ты выиграешь приз.

Услышав это, Жун Сюй улыбнулся:

— Спасибо, Дженнифер, но мне кажется, что получить номинацию – уже хорошо. Сама знаешь: конкуренция в этом году слишком высока.

Дженнифер перешла на английский и спросила:

— Почему ты так говоришь? У тебя две сразу номинации на премию «Золотой Феникс», что ровно на один шанс больше, чем у шести других номинантов. Ты очень хорошо исполнил «Чёрные тучи». Я слушаю песни Лин Сяо – они очень мне нравятся. Но твоя песня мне теперь тоже нравится, Жун Сюй.

Юноша улыбнулся и больше не стал спорить:

— Тогда я благодарю тебя за твои тёплые слова.

Сегодня утром были объявлены номинанты на премию «Золотой Феникс».

На дворе был конец января – время объявления номинаций на многие кинопремии по всему миру, в том числе на «Золотой Феникс» и «Оскар». Сегодня утром были обнародованы номинанты на премию «Золотой Феникс». Как самый кассовый фильм года, «Чёрные тучи» был заявлен сразу в десяти номинациях.

Среди них была и номинация на «Лучшего актёра»: её фильму принёс Жун Сюй за роль Лин Сяо в «Чёрных тучах».

Одним из конкурентов Жун Сюя в этой номинации был сам Жун Сюй – за роль Ду Жаня в «Немом».

Для китайской киноиндустрии 2043 год был не сильно богатым на события. Среди фильмов, выпущенных до декабря этого года, в Китае самые высокие кассовые сборы были у «Чёрных туч», поэтому вполне естественно, что фильм номинировали сразу на несколько наград. Но, если не принимать во внимание эту работу, на китайском кинорынке было довольно вяло: пять из лучших фильмов, номинированных на китайскую кинопремию «Золотой Феникс», были иностранными фильмами.

После того, как список номинантов был обнародован, режиссёр Сюй отправил Жун Сюю сообщение с поздравлением. Старик прямо сказал ему:

— Я не ожидал, что наш фильм тоже будет номинирован на «Лучшего актёра». Жун Сюй, у тебя теперь высокие шансы получить эту награду.

Да, «Немой» имел кассовые сборы в 3,9 миллиарда. Хотя в 2043 году он занимал первое место среди китайского авторского кино, по сравнению с фильмами предыдущих лет, он сильно уступал по кассовым сборам тому же «Ученику» и «Точке, где пересекаются лестницы» с их пятью миллиардами.

Режиссёр Сюй был уверен, что премия «Золотой Феникс» уже у него в кармане, но он ожидал получить награду за «Лучшего режиссёра» и за «Лучший фильм», а не за «Лучшего актёра/ актрису».

Многие мелкие кинопремии второго и третьего уровня уже давно удостоили фильм «Немой» наградами за «Лучший фильм», а Жун Сюя уже несколько раз номинировали на «Лучшего актёра», однако все эти премии не могли сравниться по величине с «Золотым Фениксом».

Режиссёр Сюй осторожно намекнул Жун Сюю о подготовке к участию в церемонии награждения, а затем, когда Жун Сюй пришёл на съёмочную площадку, его поздравила и Дженнифер.

Грим был нанесён очень быстро. Перед началом съёмок Клеменс также подошёл к Жун Сюю и сказал:

— Поздравляю, Жун Сюй!

Юноша скривил губы:

— Спасибо! Я не ожидал, что Вы уже тоже знаете.

Клеменс вскинул бровь, и его ясные голубые глаза наполнились удивлением. Он абсолютно естественно сказал:

— Я узнал вчера. Вчера вечером Аделика сказал, что ваши совокупные кассовые сборы превысили 9 миллиардов. Жаль, что они так и не дотянулись до 10 миллиардов, иначе ваш фильм обязательно вошёл бы в первую пятерку.

Аделика Холт был отцом Клеменса.

Услышав это, Жун Сюй перестал улыбаться. Он на мгновение задумался и внезапно понял:

— Вы говорите о кассовых сборах «Диких цветов»?

Клеменс опешил, услышав этот вопрос, и с сомнением спросил:

— А разве это не так?

До этого момента Жун Сюй ничего не знал о кассовых сборах «Диких цветов» в мировом прокате.

Вчера, спустя месяц после премьеры, «Дикие цветы» официально исчезли с экранов кинотеатров. Сейчас режиссёр Лю был занят праздничной вечеринкой, поэтому не звонил Жун Сюю и не делился с ним информацией о кассовых сборах. Однако старик Холт имел в индустрии развлечений очень высокий статус и мог получить эту информацию из каких-то других каналов. Узнав о кассовых сборах «Диких цветов», он, конечно, поделился этой новостью со своим сыном.

Некоторое время подумав, Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Я думаю, мистер Лю сейчас должен быть очень доволен этими цифрами.

Клеменс поджал губы и прямо сказал:

— Эта цифра невероятно высока. Знаете, даже мистер Лю не может гарантировать, что кассовые сборы каждого его фильма будут превышать 5 миллиардов. Всё, что превышает сумму в 5 миллиардов, автоматически считается невероятно успешной работой и входит в историю.

Дженнифер улыбнулась и добавила:

— Да, но сумма всё-таки не превышает 10 миллиардов. В противном случае в копилке «Десяти миллиардов» нашего друга стало бы на один фильм больше.

Клеменс вскинул бровь и спросил:

— Вы имеете в виду Цинь Чэна?

Дженнифер кивнула:

— Да, в его копилке «Десяти миллиардов» уже шесть фильмов.

Клеменс, очевидно, был не очень заинтересован в том, чтобы обсуждать Цинь Чэна, поэтому небрежно сказал:

— Кажется, я тоже снял пару фильмов на десяток миллиардов. — после этой фразы он ушёл, занявшись своими делами.

Жун Сюй и Дженнифер взяли свои сценарии и принялись репетировать. Сегодня их ждало как минимум десять диалогов, и было бы неплохо подготовиться заранее. Но эти двое были очень талантливыми актёрами, поэтому уже спустя полчаса они закончили.

К этому моменту съёмочная команда ещё не подготовила реквизит, поэтому они остались ждать старт съёмок в гримёрной.

— Жун Сюй, я так тобою восхищаюсь! Твой фильм собрал десять миллиардов в прокате. Это выдающийся результат. — Жун Сюй оглянулся и серьёзно посмотрел на улыбающуюся Дженнифер, которая продолжила. — Я дебютировала уже давно, и за всё это время только один мой фильм побил отметку в десять миллиардов. В нашем «Crazy Tsin»» только Вэнь Сюань может похвастаться тремя фильмами на десять миллиардов. А я, Хью и Джеймс имеем в своей копилке только по одному такому фильму.

Жун Сюй покачал головой:

— Успех «Чёрных туч» нельзя полностью приписывать мне, Дженнифер. Помнится мне, ты появлялась в этом фильме в камео?

Девушка улыбнулась:

— Не будь таким скромным, Жун Сюй! Как бы там ни было, эта честь принадлежит именно тебе.

Жун Сюй не стал продолжать эту тему и с любопытством спросил:

— Кстати, о каком «Crazy Tsin» ты только что сказала? Я не понял...

Дженнифер переспросила:

— Я сказала?.. А, конечно!  Мой китайский не очень хороший… Линь и Вэнь постоянно так его называют, поэтому я автоматически перевела это на английский. «Crazy Tsin» – это… — Дженнифер прокашлялась и с серьёзным видом постаралась выговорить название клуба на китайском. — Это значит сумас...

— Подожди, Дженнифер!!!

— Сумасшедший Цинь!

Жун Сюй:

— …

Цинь Чэн, который появился из ниоткуда и в этот момент стоял прямо за спиной Дженнифер:

— ?..

Внезапное появление Цинь Чэна на съёмочной площадке повергло в шок всю команду «Трёх тысяч двухсот миль». Он заявился на площадку в сопровождении продюсера. О его приезде не знал ни Жун Сюй, ни Дженнифер, ни даже режиссёр Клеменс. Как актёр, Цинь Чэн уже достиг практически всего, чего можно желать, но сегодня он прибыл сюда не как актёр, а как инвестор.

Съёмки фильма «Три тысячи двести миль» стоили очень дорого. Так, одна лишь аренда целого шоссе, пересекающего два штата, обходилась в восьмизначную сумму. Как говорится, денег мало не бывает – чем больше, тем лучше, особенно при съёмках фильма, нуждающегося в массе спецэффектов. В том, что касается спецэффектов, существует прямая закономерность: чем больше денег вы потратите, тем лучше будет результат.

Поэтому, когда Цинь Чэн заявил о своей готовности инвестировать в «Три тысячи двести миль», продюсер по фамилии Крафт принял его предложение, не колеблясь ни секунды.

Когда Клеменс увидел на площадке Цинь Чэна, он вскинул бровь и со странной улыбкой посмотрел на продюсера Крафта, однако говорить ничего не стал. Вскоре мистер Крафт сам отвёл его в сторону и с улыбкой объяснил:

— Мистер Цинь – один из акционеров «ХуаСя Интертейнмент». Он, может, и очень опытен в съёмках фильмов, но прежде он никогда не инвестировал в кино. Клеменс, если у глупого человека есть много денег, почему мы не можем извлечь из этого выгоду?

В следующую секунду Клеменс уже ослепительно улыбался. У него даже появился энтузиазм, и он сам взял на себя инициативу поприветствовать Цинь Чэна.

После представления Цинь Чэну всех важных членов съёмочной группы, Клеменс попросил единственного китайца на площадке – Жун Сюя – показать Цинь Чэну окрестности. Жун Сюй, услышав эту просьбу, не знал, смеяться ему или плакать. Он взглянул на Цинь Чэна, который стоял рядом с Клеменсом, вздохнул и согласился провести ему «экскурсию» по студии.

Перед их уходом к Жун Сюю подошла смущённая Дженнифер, отвела его в сторонку и тихо спросила:

— Жун Сюй, он ведь не слышал то, что я только что сказала, правда? Мы с Цинь Чэном знакомы уже много лет… Если он действительно слышал… Послушай, ты не мог бы воспользоваться этой возможностью и задать ему пару наводящих вопросов?

Жун Сюй спокойно обернулся и взглянул на Цинь Чэна, который стоял неподалёку. В этот момент Клеменс спокойно знакомил Цинь Чэна со своим фильмом и рассказывал ему о своей «маленькой цели» – собрать в прокате сто миллиардов.

В ответ красивый элегантный мужчина многозначительно сказал «О!», после чего перевёл взгляд на Жун Сюя.

Жун Сюй, поймав на себе его взгляд, тут же отвернулся и спокойно ответил на просьбу Дженнифер:

— Не волнуйся, Дженнифер, даже если он правда это слышал, я развею его подозрения. Это просто фраза «Сумасшедший Цинь» – почему она должна быть связана именно с ним? Не переживай, занимайся съёмками. Я займусь им.

Дженнифер кивнула и ушла работать.

Наконец, съёмочная группа «Трёх тысяч двухсот миль» приступила к съемкам, а Жун Сюй – главный герой этого фильма – покинул студию в сопровождении Цинь Чэна, отправившись бродить по бескрайней бесплодной равнине.

В последнее время они были заняты съёмками «дорожных» сцен. На открытой местности были возведены павильоны и гримёрные, а в двадцати километрах от места съёмок располагался небольшой городок, в гостинице которого члены съёмочной группы ночевали.

— Видел, какой взгляд бросил на меня Клеменс, когда мы уходили? — мелодично смешался со свистом ветра мягкий смех молодого человека.

Цинь Чэн, держа руки в карманах плаща, шагал вперёд. Он задумался на мгновение и спросил:

— Переживает за мои деньги?

Жун Сюй внезапно остановился и удивлённо посмотрел на мужчину:

— Раз ты и сам это знаешь – почему ты всё ещё здесь?

В индустрии развлечений были свои правила, а в Голливуде – и подавно. Клеменс Холт – чистокровный еврей, гражданин США и член Голливудского еврейского клуба.

Самым крупным инвестором фильма «Три тысячи двести миль» был состоятельный корейско-американский бизнесмен, который никогда прежде не вкладывался в кино. Этой инициативой он хотел отмыть свои деньги (инвестирование в кино позволяет законно уклониться от части налогов), так что даже если Клеменс хотел обогатиться на нём, этот инвестор, вероятно, не стал бы возражать.

Цинь Чэн спокойно сказал:

— Может быть, Крафт подумал, что я хочу отмыть деньги.

В последние полтора года Цинь Чэн внезапно активизировался и стал часто сниматься в кино. За один только «Вестник бури» он заработал девятизначную сумму. Имея такое большое количество денег, очевидно, необходимо выплачивать огромные налоги,  и мистер Крафт вполне обоснованно подумал об этом.

Но почему об этом не подумал Цинь Чэн?

Жун Сюй фыркнул:

— Раз ты знал об этом с самого начала, почему ты решил приехать? Приехал ради меня?

— Ну, да. Приехал ради тебя.

Столь прямой и решительный ответ мужчины ошеломил Жун Сюя. В этот момент они отдалились от площадки уже на милю. Жун Сюй слегка поднял голову и посмотрел на мужчину в плаще.

Сегодня они снимали сцену, в которой Рой заработал небольшую царапину, простирающуюся вниз по щеке от уголка его правого глаза. Его длинные черные волосы были растрёпаны по лицу. Жун Сюй был одет в рваную одежду, а его стройные прямые ноги облегали джинсы, в которых было удобно снимать боевые сцены.

Столь странный внешний вид заставлял юношу казаться ещё красивее.

Цинь Чэн осторожно поднял руку и нежно провёл пальцем по щеке Жун Сюя:

— Это фальшивка?

Жун Сюй кивнул:

— Да, это грим. Только не трогай его: можешь всё размазать.

— А он настоящий? — сказав это, мужчина тут же взял юношу за руку и мрачно посмотрел на порез на ней.

Жун Сюй слабо улыбнулся:

— Ты веришь мне, когда я говорю, что это грим?

Цинь Чэн поднял голову. В его тёмных глубоких глазах отражалось красивое лицо улыбающегося юноши. После долгого взгляда он серьёзно ответил:

— Верю.

Жун Сюй снова оказался в тупике от удивления.

Цинь Чэн добавил:

— Я верю всему, что ты говоришь.

Холодный весенний ветер гулял по бескрайним пустошам, поднимая в воздух жёлтый песок и вздымая серую одежду юноши. Спустя долгое время на удивлённом лице юноши появилась глубокая улыбка. Пользуясь тем, как далеко они сейчас находились от съёмочной площадки, он смело взял Цинь Чэна за руку, и они продолжили свою прогулку по окрестностям.

Они начали болтать обо всём: о съёмках «Трёх тысяч двухсот миль», о кассовых сборах «Диких цветов», о номинации на премию «Золотой Феникс».

Когда они прошли почти три километра, Жун Сюя вдруг осенило:

— Подожди, ты ведь так и не сказал мне, зачем ты здесь? Если просто ради того, чтобы увидеть меня, тогда зачем тебе инвестировать в фильм? Ведь если ты по итогу ничего не инвестируешь, Клеменс этого так просто не оставит…

Сказав это, Жун Сюй задумался, станет ли Клеменс в случае отказа бороться за деньги Цинь Чэна...

В полдень они вернулись на съёмочную площадку, подоспев как раз к обеду, и перекусили простыми бутербродами.

Как и предполагал Жун Сюй, Клеменс действительно быстро подошёл к ним, чтобы спросить, что Цинь Чэн думает о его фильме.

Мужчина, который этим утром сказал Жун Сюю, что Клеменс «переживает за его деньги», закрыл глаза и пару секунд спокойно обдумывал этот вопрос, после чего серьёзным тоном сказал:

— Я думаю, мне нужно увидеть больше. Думаю, у вас должен получиться очень хороший фильм.

Клеменс тут же похвастался:

— Должен? Цинь Чэн, да Вы шутите! С такими людьми, как я, Дженнифер и Жун Сюй кассовые сборы фильма наверняка превысят 10 миллиардов, а то и все 100! Вы всё ещё сомневаетесь? Мы ведь готовы поделиться с Вами своим успехом!

Цинь Чэн чуть приподнял уголки тонких губ:

— Мне нужно побыть в вашей команде ещё два дня.

Клеменс опешил:

— Да, конечно… я буду только рад Вашему присутствию, мой друг.

Жун Сюй, который молча слушал этот странный диалог:

— ...

«Не ожидал я от тебя такого, Цинь Чэн!..»

Возможно, дело было в приезде Цинь Чэна, но сегодняшние съёмки продлились всего до восьми часов вечера, после чего все вернулись в город, чтобы отдохнуть. В этом городке не было ни одного хорошего ресторана, но Клеменс всё же великодушно пригласил Цинь Чэна отведать бифштекс и лично нашёл для него номер в отеле.

Приняв вечерний душ, Жун Сюй, как и ожидал, услышал знакомый стук в дверь. Как только он открыл дверь, он увидел на пороге мужчину, который уверенно – как к себе домой – вошёл внутрь и ловко закрыл за собой дверь.

Увидев его хитрый взгляд, Жун Сюй прислонился к стене и беспомощно улыбнулся:

— Мистер Цинь, я хочу спать.

Цинь Чэн посмотрел на него и удивлённо спросил:

— Если ты не спишь по ночам, то чем же ты занят?

Жун Сюй поджал губы, подошёл к двери и снова со всей серьёзностью сказал:

— Я просто хочу спать!

Его пальцы уже коснулись дверной ручки, но как раз в тот момент, когда Жун Сюй собирался опустить её, из-за его спины возникли крепкие мужские руки, притянувшие его в свои объятия.

Юноша замер, а возле его уха пронеслось тёплое дыхание:

— Ты ушибся. Я помогу тебе… втереть мазь.

Стянув с Жун Сюя пижаму, Цинь Чэн какое-то время мрачно смотрел на него, после чего взял мазь и нанёс её на несколько синяков на теле юноши. Стянув с него брюки, Цинь Чэн осмотрел большой синяк на его ноге, молча поджал губы и снова втёр мазь, но на этот раз его движения были гораздо нежнее.

В его глазах не читалось и следа похоти – только душевная боль, такая сильная, что её невозможно было скрыть.

Он любил Жун Сюя больше всего на свете. Он занимал все его мысли и сердце. Никто не мог причинять его мальчику боль. Но сегодня он весь день вынужден был покорно наблюдать за тем, как его возлюбленный снова и снова падает из машины и ударяется о землю, а затем, терпя боль, делает «правильное» выражение лица и произносит свои реплики.

Если бы это происходило с ним самим, он даже не придал бы этому значения. Но когда это происходило с Жун Сюем, Цинь Чэн испытывал такое отчаяние и горечь, что с трудом сдерживал себя, чтобы не сорваться и не увезти своего возлюбленного обратно в Китай, запретив ему продолжать съёмки в этом «жестоком» боевике…

Боевые сцены были сняты очень плавно, эффектно и красиво, что очень порадовало бы публику, однако, одновременно с этим, они оставляли синяки и ссадины на теле его мальчика.

Когда Цинь Чэн увидел падения Жун Сюя на асфальт, ему пришлось приложить немало усилий, чтобы удержать себя в руках и не броситься к нему.

Какова была его злоба, когда Клеменс после этого осмелился сказать:

— Выражение твоего лица немного неправильное! Попробуй ещё раз!

«Ты с ума сошёл?! Иди и попробуй сделать это сам!!!»

Грубые подушечки пальцев мужчины скользили по бёдрам юноши. Выражение лица Цинь Чэна в этот момент было довольно серьёзным, как будто он действительно просто втирал мазь – и ничего больше, однако Жун Сюю в этот момент приходилось сдерживать стон, изо всех сил стиснув зубы.

После того, как все синяк и ссадины были бережно обработаны, Цинь Чэн протянул руку, выключил свет в спальне и лёг на кровать, держа в объятиях своего возлюбленного.

Жун Сюй, который только что сдерживал стоны, вытаращился на Цинь Чэна, который просто лёг спать, и бессознательно пробормотал:

— Ты... закончил?

Ответом Жун Сюю был нежный поцелуй.

— Ложись спать пораньше. Тебе нужно набираться сил перед завтрашними съёмками.

Удивлённый Жун Сюй, немного помолчав, в конце концов поцеловал мужчину в закрытые веки и прошептал:

— Спокойной ночи, Цинь Чэн.

***

«Биологические часы» Жун Сюя за время съёмок успел перенастроиться на пяти утра. Когда он проснулся утром, он обнаружил, что лежит в объятиях Цинь Чэна, прижимаясь к его груди. Он рефлекторно попытался встать, но, едва пошевелившись, обнаружил, что что-то твердое упирается ему в бедро.

Жун Сюй:

— ...

Как только он поднял глаза, то увидел лицо мужчины, невозмутимо смотрящего на него.

Жун Сюй:

— ...

В следующую секунду он мягко хлопнул ладонью по щеке мужчины:

— А я ведь поверил, что ты пришёл, чтобы помочь мне с мазью...

Цинь Чэн:

— Это физиология...

Жун Сюй снял пижаму, повернул голову, чтобы посмотреть на мужчину, и  улыбнулся:

— Это твоё тело, поэтому мне всё равно.

Цинь Чэн:

— ...

Пять минут спустя Жун Сюй закончил переодеваться, встал с кровати и пошёл в ванную, чтобы умыться. Закончив, он увидел, что Цинь Чэн держит в руках телефон и что-то печатает. Недолго думая, Жун Сюй взял свой телефон и прочитал сообщение, которое Ло Вэй прислала ему прошлой ночью. В тот момент, когда он разблокировал экран, он увидел уведомление, выскочившее в верхней части экрана, и тут же щелкнул по нему…

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «Ребёнок обижен, но ребёнок должен выговориться! Он обидел ребенка, а ведь ребёнок так любит его! Он не утешил ребенка! Ребёнок обижен, обижен, обижен, обижен, обижен, обижен, обижен! Т^Т *фыркает*!»

Жун Сюй:

— ...

Под этим постом многие фанаты были возмущены и поддерживали «Пасту». Фанатки с никами «Миссис Жун» и «Я прекрасна, как фея» в унисон писали комментарии: «Апельсиновая богиня вот-вот бросит этого вонючего негодяя и укроется в наших тёплых объятиях!!!»

Тем временем «вонючий негодяй» Жун Сюй:

— ...

Жун Сюй бросил взгляд на спокойного и невозмутимого мужчину на кровати, а затем – снова на этот пост...

Глаза Жун Сюя метались между экраном телефона и телом Цинь Чэна, пока спокойный и статный мужчина, поджав свои тонкие губы, не пошёл умываться в ванную.

Даже когда он чистил зубы, он продолжал сохранять свой привычный «холодный и равнодушный паралич лицевого нерва».

Тем временем на экране внизу красовалось: «ребёнок обижен!».

Снова подняв глаза, Жун Сюй наблюдал красивого спокойного мужчину…

После того, как Цинь Чэн вышел из ванной, он застал в комнате очень странно смотрящего на него Жун Сюя. Слегка вскинув бровь, он невозмутимо спросил:

— Что случилось?

Золотистый солнечный свет слегка осветил холодное лицо мужчины, от красоты которого захватывало дух. Жун Сюй пристально посмотрел на Цинь Чэна, после чего тихо вздохнул, резко шагнул вперёд, схватил его за воротник пижамы, чтобы подтянуть его лицо поближе к своему, и нежно поцеловал в губы.

Глаза Цинь Чэна внезапно расширились, как будто он и вообразить не мог такого поворота событий.

После простого поцелуя Жун Сюй ослабил воротник пижамы Цинь Чэна и с улыбкой сказал:

— Утром я пошутил. Я знаю, что ты приехал, потому что заботишься обо мне.

В глубоких тёмных глазах мужчины сверкнули огоньки. Через пару мгновений смятения тонкие губы Цинь Чэна изогнулись в улыбке, и он притянул к себе своего мальчика, снова его поцеловав. Этот поцелуй уже был далеко не таким лёгким, как предыдущий.

Долгое время спустя Жун Сюй, слегка ахнув, праведно вытолкал Цинь Чэна за дверь, приговаривая:

— Если ты не уйдёшь, скоро придёт сестра Сяо Ло, и я никак не смогу ей объяснить твоё нахождение у меня в номере.

Наконец, Цинь Чэн встал и ушёл.

Жун Сюй пошёл в ванную, набрал в ладони холодной воды и брызнул себе на лицо, изо всех сил стараясь скрыть румянец на щеках. Через пару минут он снова взял с тумбочки свой телефон и увидел ещё одно уведомление о новом посте «Пасты»...

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «Вы знаете, он на самом деле очень любит ребёнка! <(￣︶￣)> Ребёнок это знает, просто он не говорит об этом! [фото]»

Жун Сюй:

— ...

Глядя на дерзкий смайлик на фото, Жун Сюй почувствовал, как уголки его губ начинают непроизвольно дёргаться.

Он решил для начала ответить на этот наглый пост...

Как правильно есть апельсин: «Не ожидал, что ты такой, апельсин!!!»

Затем он решил посвятить этому отдельный пост на своей странице…

Как правильно есть апельсин: «Совет №3. Мое сердце устало! Думаю, возможно, я съел подделку*!».

Пять минут спустя, хотя его страницу никто не читал, он опубликовал ещё один пост…

Как правильно есть апельсин: «Совет №4. Но на самом деле он такой милый... Ха-ха-ха, я умираю от смеха!».

Цинь Чэн, который пока ни о чём не догадывался:

— ^_^

«Экскурсия» Цинь Чэна на площадке команды «Трёх тысяч двухсот миль» завершилась вечером второго дня. Когда в команде были посторонние, Клеменсу было очень трудно снимать, да и, к тому же, у него не было столько свободного времени, чтобы развлекать Цинь Чэна.

Итак, вечером после ужина мистер Крафт «прогнал» Цинь Чэна со съёмочной площадки. Перед отъездом Цинь Чэн попрощался со всеми на площадке.

За последние два дня он успел раздать автографы многим членам съёмочной группы. В этот вечер сотрудники подходили к нему с намерением сфотографироваться, но в итоге – видя его холодное красивое лицо – ограничивались одним автографом.

Есть люди, у которых на лице написано: «Незнакомцам вход воспрещен», а есть такие, чьи лица буквально кричат: «Я очень добрый». К числу первых можно отнести Цинь Чэна, а к числу вторых – Жун Сюя.

Жун Сюй не заводил приятельских отношений ни с кем в этой команде, но это за него делала дружелюбная разговорчивая Ло Вэй, поэтому, когда Жун Сюй приходил по утрам на площадку, все эти сотрудники, приветствуя Ло Вэй, так же любезно обращались и к нему:

— Жун Сюй, доброе утро! Удачных съёмок Вам сегодня!

Но даже несмотря на то, что Цинь Чэн выглядел крайне неразговорчивым и холодным, в тот день, когда он уезжал, многие из его несгибаемых поклонников всё же подошли к нему,  чтобы сказать ему пару тёплых слов. Только пообщавшись с ним лично, они выяснили, что этот мужчина на самом деле не такой уж холодный и отстраненный – он вежлив и не заносчив, хоть и не стремится ни с кем сближаться.

Из всей команды настоящими друзьями Цинь Чэна можно было назвать только Жун Сюя и Дженнифер. Встретившись в последний раз с Клеменсом, Цинь Чэн лаконично сказал:

— Мой агент свяжется с Крафтом.

Услышав это, Клеменс сразу же рассмеялся:

— До встречи, мой друг!

Оказавшись лицом к лицу перед Дженнифер, Цинь Чэн кивнул своей старой подруге и сказал:

— Эта роль – твой очередной прорыв, Дженнифер. Ты очень хороша, если ты сможешь разрушить свой стереотипный образ «женщины из боевиков», думаю, твоя карьера выйдет на новый уровень.

Дженнифер улыбнулась и ответила:

— Звучит, как комплимент, но, Цинь Чэн, ты можешь объяснить мне, что значит «выйти на новый уровень?»

На лице Цинь Чэна появилось выражение удивления. Спустя долгое время он улыбнулся и сказал:

— Прежде чем я скажу тебе, что это значит, Дженнифер, можешь ли ты сказать мне… что значит «Сумасшедший Цинь»?

Дженнифер:

— !!!

Красотка тут же повернула голову и посмотрела на Жун Сюя неподалёку. Из-за расстояния Жун Сюй не слышал, что сказал Цинь Чэн, но мог видеть грустное и одновременно негодующее лицо Дженнифер, как бы говорящее: «Жун Сюй, ты предал нашу дружбу! Не думала, что ты такой!»

Жун Сюй смотрел, как Цинь Чэн в замешательстве идёт в его сторону, после чего решил заговорить первым:

— Разве ты не знаешь, что стать инвестором «Трёх тысяч двухсот миль» не так просто? Почему ты поручил переговоры с мистером Крафтом Сюй Цзиню?

Цинь Чэн спокойно ответил:

— Сюй Цзинь всё проверил и узнал, что Клеменс обманул богатого корейского бизнесмена. Как ты думаешь, как пройдут переговоры с мистером Крафтом?

Жун Сюй внезапно всё понял, тайком бросил взгляд на Клеменса, который выглядел счастливым, после чего повернул голову и сказал:

— Ты слишком плохой... — После паузы он добавил. — Кстати, что такого ты сказал Дженнифер? Она никогда раньше не смотрела на меня таким взглядом...

Дженнифер в глазах своих поклонников всегда была упорной и сильной женщиной, что на самом деле было довольно похоже на её характер в жизни. Даже если она играла в этом фильме роль слабой заложницы, вне объективов она всегда оставалась сильной и независимой.

И эта Дженнифер только что смотрела на него с таким отчаянием и негодованием?..

Цинь Чэн скривил уголки губ и спросил:

— Сяо Сюй, что такое… «Сумасшедший Цинь»?

Улыбка на мгновение застыла на губах Жун Сюя. Он сглотнул, но ничего не ответил.

Цинь Чэн на мгновение задумался и ответил на свой вопрос сам:

— Я думаю, что это «Цинь» в этой фразе должно означать моё имя. Выражение лица Дженнифер только что подсказало мне, что это должно быть связано со мной. Иначе она не вела бы себя так странно. — через некоторое время Цинь Чэн спросил. — Но что означает второе слово? Может быть «ветреный ветер»?

Жун Сюй:

— Я могу отказаться отвечать на этот вопрос?..

Цинь Чэн посмотрел на выражение лица своего мальчика и спокойно сказал:

— Не похоже, что это «ветреный ветер». Может, это «запечатанная печать»?

Жун Сюй:

— Ты можешь прекратить?..

Цинь Чэн кивнул:

— Нет, это не печать.

Жун Сюй:

— ...

Цинь Чэн:

— «Кленовый клён»?

Жун Сюй:

— ...

— «Вершина пика»?

— ...

Попробовав ещё несколько странных вариантов, Цинь Чэн вздохнул:

— Это «безумный сумасшедший».

Жун Сюй:

— !!!

— Сумасшедший Цинь… — медленно произнеся эту фразу, мужчина слегка нахмурился, как будто о чем-то размышляя. Он повторил её снова. — Сумасшедший Цинь…

В следующий момент Жун Сюй внезапно спросил:

— Цинь Чэн, ты меня любишь?!

Глаза мужчины расширились. Он удивлённо посмотрел на своего мальчика и серьёзно ответил:

— Я люблю тебя.

Жун Сюй улыбнулся:

— Если ты меня любишь, ты должен перестать думать об этом. Иначе я разозлюсь.

Цинь Чэн:

— ...

Жун Сюй фыркнул и повторил:

— Я правда разозлюсь.

Цинь Чэн:

— Ты издеваешься надо мной?..

Жун Сюй притворился удивлённым и переспросил:

— Я издеваюсь над тобой?

Цинь Чэн:

— ...

* В комментарии про подделку было написано «подделку Амвэй». Я прогуглила китайские сайты, и не смогла найти никаких похожих идиом – только реальные новости о подделках продукции Амвэй. Даже не знаю, что это могло бы значить… :)

Полчаса спустя мистер Крафт и Цинь Чэн покинули команду «Трёх тысяч двухсот миль». Перед уходом Цинь Чэн, поджав губы, бросил взгляд на Дженнифер, которая выглядела крайне несчастной и тут же неловко отвела взгляд, думая про себя: «Я предала нашу организацию, позволив Сумасшедшему Цинь узнать о её существовании!..»

Откуда Дженнифер было знать, что этот «сумасшедший» мужчина и сам был запуган собственным возлюбленным, и теперь не мог даже задать ему вопрос, который явно имел к нему прямое отношение. Что ему оставалось делать? Он сам был в отчаянии, поэтому ему оставалось только запугивать более слабого в этой ситуации, коей оказалась Дженнифер.

После того, как Цинь Чэн ушёл, Дженнифер подошла к Жун Сюю с трагическим выражением лица, и, не дав ему даже открыть рот, взяла всю вину за случившееся на себя:

— Я скажу остальным, что это я случайно проболталась Цинь Чэну о существовании нашего клуба. Жун Жун, не беспокойся об этом, это полностью моя вина.

Сказав это, Дженнифер с очень честным видом взяла телефон, открыла нужный чат и начала печатать сообщение с «чистосердечным признанием». Однако в этот момент чья-то ладонь преградила ей обзор.

Дженнифер в изумлении посмотрела на Жун Сюя, который в ответ лишь ослепительно улыбнулся:

— Дженнифер, всё в порядке, Цинь Чэн больше не будет интересоваться этим вопросом. Всё улажено – тебе не нужно говорить об этом сестре Сюань и Джеймсу. Не стоит им нервничать по пустякам.

Дженнифер безучастно пробормотала:

— Но… разве Цинь только что не дал мне понять, что он всё знает?.. Я знаю его, Жун Жун, если бы он не был абсолютно уверен в том, что мы плохо говорим о нём за его спиной, он бы не стал подходить ко мне и заводить этот разговор тет-а-тет. Такой уж он человек: делает вид, что ничего не знает, а потом вдруг делает свой ход и давит на твои стороны. Сколько раз я уже страдала от его уловок… и всё время я чувствую себя ужасно, я даже не могу ему ничего сказать!

Жун Сюй по-прежнему держал руку на экране телефона Дженнифер, серьёзно глядя в глаза недоумевающей актрисе и повторяя:

— Поверь мне, Дженнифер, он действительно больше не будет в это лезть. Всё кончено. Всё в порядке. Я всегда буду на твоей стороне в этом вопросе.

Глядя на столь серьёзное выражение лица юноши, Дженнифер почему-то покорно отложила телефон в сторону. Она улыбнулась и сказала:

— Хотя я и не знаю, почему ты так в этом уверен, Жун Жун, я тебе верю.

Съёмки «Трёх тысяч двухсот миль» продолжались. Как и сказал Жун Сюй, клуб «Сумасшедший Цинь» не был разоблачён. Цинь Чэн, казалось, действительно не интересовался этим вопросом и вообще вёл себя так, будто никогда не слышал словосочетания «Сумасшедший Цинь».

За это время Дженнифер стала ещё больше восхищаться Жун Сюем. Не только потому, что ему как-то удалось убедить Цинь Чэна не задавать лишних вопросов, но и потому, что за время повседневного сотрудничества на съёмочной площадке она обнаружила, что этот молодой человек обладает невероятным актёрским мастерством и способностью к обучению. Причём, способность к обучению явно превосходила его мастерство!

Что касается актёрского мастерства в репликах и драматичных сценах, Жун Сюй играл так хорошо, что Клеменсу ещё ни разу не приходилось останавливать его. Что же касается экшн-сцен, Жун Сюю понадобился всего месяц, чтобы перейти от частых пересъёмок дублей к каждодневным удовлетворённым возгласам режиссёра.

Способность к обучению гораздо важнее мастерства.

Способность к обучению – это своего рода сила, но далеко не всем сильным актёрам дана такая способность.

Когда Жун Сюй был сконцентрирован на съёмках, его изображение на мониторе словно сияло. Даже Дженнифер, игравшая рядом с ним на площадке, чувствовала себя завороженной, не говоря уже о том, что почувствуют зрители, когда увидят его после постпродакшна на большом экране.

Дженнифер могла без труда представить, что этот юноша, несомненно, станет кумиром многих после выхода картины на экраны.

Его персонаж греховен, но он настолько красив, что люди будут готовы тонуть в нём, забывая о его недостатках.

После съёмок Дженнифер не поскупилась на похвалу, на что Жун Сюй мог лишь неохотно повторить уже не в первый раз:

— Если ты ещё раз похвалишь меня так, Дженнифер, я точно покраснею!

В ответ девушка лишь улыбнулась, но, едва уединившись в гримёрной, не преминула посплетничать в чате с Вэнь Сюань: «Я думаю, Вэнь, теперь я наконец-то поняла, почему ты так настоятельно советовала нам позволить Жун Сюю присоединиться к нашему Клубу. Он так хорош! Только после того, как я поработала с ним на одной площадке, я узнала, каким красивым может быть актёр, когда он сосредоточен на игре!»

Через некоторое время Вэнь Сюань ответила: «Конечно! Хотя в то время я смотрела только «Чёрные тучи» с ним, я уже понимала, насколько хороши его актёрские навыки. Вы с Джеймсом и Хью редко интересуетесь Китайской киноиндустрией, поэтому ты, возможно, не знаешь, что Жун Сюй является самой перспективной восходящей звездой Китая. Я думаю, в течение двух лет он вполне может выиграть престижный трофей».

Увидев последнее предложение, Дженнифер мягко улыбнулась: «Я слышала, что он номинирован сразу на две номинации как «Лучший актёр» на грядущей премии «Золотой Феникс».

Вэнь Сюань: «Да, это так, поэтому я и сказала, что он может выиграть престижный трофей уже в ближайшие два года. Он стал первым актёром в Китае, номинированным на «Золотом Фениксе» на «Лучшего актёра» сразу за две роли! Даже Цинь Чэну этого не удавалось!»

Они немного поболтали на отвлечённые темы, после чего Дженнифер снова позвали на площадку.

На самом деле, обе девушки прекрасно знали причину, по которой Цинь Чэну ранее не удалось побить этот рекорд: он обычно снимался только в одном фильме в год, и у него попросту не было второй роли, за которую его могли бы номинировать. Но в таких вещах девушек интересовал только результат, а никак не причина.

Несмотря на то, что в прошлом году было относительно немного отличных фильмов, могло показаться, что номинация на лучшую мужскую роль за роль в «Немом» не имеет большого веса, но факт был в том, что Жун Сюй получил эту номинацию за роли сразу в двух фильмах. За прошедшие годы многие китайские актёры были номинированы на «Золотой феникс», но такое удалось только Жун Сюю.

Это факт. Как его не преподнеси, это неоспоримый факт.

Далее ход съёмок «Трех тысяч двухсот миль» несколько ускорился. Съёмочная группа отсняла несколько сцен взрывов. По команде Клеменса кнопка была нажата, и небольшие дома эффектно взорвались по цепочке всего в 400 метрах от членов команды.

Эти взрывы были подобны самому прекрасному цветку, распустившемуся прямо на глазах у каждого из присутствующих. От громкого звука у всех задрожали барабанные перепонки, но, глядя на столь разрушительное великолепие, Жун Сюй мог лишь завороженно любоваться «распусканием и увяданием цветка», затаив дыхание.

Пока в США продолжались съёмки «Трех тысяч двухсот миль», команды «Чёрных туч» и «Немого» после объявления номинантов на премию «Золотой Феникс» активизировали свою закулисную работу.

Получение трофеев зависит не только от качества самого фильма, но и от отклика зрителей. Если фильм малоизвестен, и десять случайных прохожих из десяти ответят вам, что никогда не слышали о нём, то вероятность его победы определённо будет очень низка.

В современное время кинопремии предназначались не только для искусства, но и для зрителей.

Режиссёр творит искусство, но, если он делает это только ради самолюбования, он никогда не получит престижных трофеев.

Среди премий «Золотой Феникс», «Оскар» и «Берлинская премия» Берлинская премия больше всех была ориентирована на «искусство», тогда как «Золотой Феникс» и «Оскар» уделяли больше внимания мнению публики. Но в любом случае ни один оргкомитет уважающей себя премии не стал бы давать свои главные награды какому-то малоизвестному фильму, иначе их потопили бы в критике негодующие фанаты.

Таким образом, чтобы увеличить свои шансы на победу, и «Чёрные тучи», и «Немой» неизбежно должны были проводить всевозможные пиар-акции.

В этой связи преимущество, конечно, было у режиссёра Сюй.

Сюй Шэн — очень известный в Китае режиссёр. Положение режиссёра Чжэна в индустрии определённо было не таким хорошим, как у режиссёра Сюй.

Но у «Чёрных туч» тоже имелись свои преимущества: мировая сенсация, которую произвёл этот фильм, ушла далеко от мечтаний режиссёра «Немого». По одним только кассовым сборам фильм «Чёрные тучи» превосходил «Немого» более чем в три раза.

Помимо режиссёров «Чёрных туч» и «Немого» свои пиар-кампании начали также и режиссёры других фильмов, коих было больше дюжины. Все они получили минимум по одной номинации на кинопремии «Золотой Феникс». Хотя они и не могли тягаться по своему влиянию с «Чёрными тучами», провести свои пиар-кампании они всё же должны были.

Время шло, и в последнюю неделю съёмок «Трёх тысяч двухсот миль» мистер Крафт принёс режиссёру картины печальную новость:

— Мне очень жаль, Клеменс, но я не могу порадовать тебя инвестициями Цинь Чэна. Его агент настаивал на том, чтобы их сотрудников допустили на нашу съёмочную площадку и позволили им тщательно проверить наши счета. Я думаю, он вовсе не собирался уклоняться от уплаты налогов, а я изначально неправильно его понял...

Клеменс:

— ...

«Три тысячи двести миль» гарантировали неплохие деньги, и Цинь Чэн был бы в плюсе, инвестировав в фильм, но отказ от инвестиций не оказал бы на него большого влияния. Но если бы Цинь Чэн просто хотел навариться на их фильме, не делясь с Клеменсом, последний бы точно не согласился на такую сделку.

В тот день Клеменс был чернее тучи. Молодой режиссёр и раньше был довольно вспыльчив, и с ним было трудно общаться, однако после этого случая он стал просто невыносим.

Он испытывал непреодолимое желание ударить Цинь Чэна, чтобы дать ему понять, что играть с ним ой как не весело.

В начале марта съёмки фильма «Три тысячи двести миль» подошли к концу. У главного актёра фильма – Жун Сюя – экранного времени и сцен было больше, чем у кого-либо, но он закончил сниматься раньше Дженнифер. В тот вечер они собрались на прощание на хороший фуршет в соседнем городке.

Жун Сюй уже давно знал о скупости Клеменса. Этот режиссёр только внешне казался добродушным джентльменом, но во всём, что касалось его фильмов, он имел скверный характер – собственно, как и большинство режиссёров.

Так что на этот раз прощальный фуршет организовал сам Жун Сюй.

В эти дни съёмочная группа была погружена в съёмки в пустыне. Они уже забыли, каково это – приехать в такой большой город и отведать вкусную еду. Многие сотрудники были просто счастливы и не преминули поблагодарить Жун Сюя за приглашение. По сравнению с их режиссёром этот актёр из Китая был сущим ангелом.

Так уж совпало, что Линь Сюань сегодня тоже был в этом городе ради участия в музыкальном шоу, поэтому Жун Сюй отправил ему сообщение в WeChat: «Приходи вечером в ресторан «Четыре сезона» на улице Вэнс, я приглашаю тебя на ужин».

Поскольку Жун Сюй уже и так пригласил очень много людей, один «лишний» гость ничего бы не изменил. Тем более, исходя из того, что Жун Сюй знал о Линь Сюане, он понимал, что если певец узнает, что Жун Сюй был в ресторане в том же городе, что и он, и при этом не пригласил его поужинать, он будет припоминать ему это до конца жизни.

Как и ожидалось, Линь Сюань немедленно ответил: «Я принимаю твоё приглашение! Приеду прямо сейчас!»

В шесть часов вечера члены съёмочной группы прибыли к дверям ресторана и увидели у двери красивого молодого человека в фуражке и солнцезащитных очках. Он явно маскировался, а Жун Сюй и Дженнифер, в отличие от него, приехали в ресторан вообще без какого-либо прикрытия.

Дженнифер не ожидала увидеть здесь Линь Сюаня, поэтому тут же с улыбкой его приветствовала. Жун Сюй тоже помахал этому «Королю Музыки» с детским лицом. Но что странно, Линь Сюань не подбежал и не обнял его за плечи, как это было раньше, а просто остался молча стоять у дверей и наблюдать за командой «Трёх тысяч двухсот миль».

Когда Жун Сюй подошёл к нему, он тут же спросил:

— Что-то случилось? Ты, кажется, в плохом настроении.

Не снимая солнцезащитные очки, Линь Сюань какое-то время помолчал, после чего тихо ответил:

— Всё в порядке… Значит, ты устроил вечеринку для съёмочной группы?

Жун Сюй кивнул:

— Ну, да, сегодня я закончил сниматься, а завтра возвращаюсь в Китай, поэтому и решил пригласить всех на ужин. Дженнифер тоже здесь, поэтому я решил позвать тебя. Это редкость, когда мы все собираемся в одном городе. Обычно мы разбросаны по разным уголкам Земли.

— Мой агент только что прислал мне сообщение. У меня есть кое-какие дела, поэтому я должен уехать. Ты возвращаешься в Китай завтра? Я тоже планирую вернуться в Китай в ближайшие два дня, поэтому пришли мне информацию о своём рейсе. Я попрошу своего агента купить мне билет.

Жун Сюй был удивлён, но ничего на это не сказал и лишь молча наблюдал за тем, как Линь Сюань уходит от дверей ресторана.

Дженнифер подошла к нему и удивлённо спросила:

— Почему Линь ушёл?

Жун Сюй покачал головой:

— Его агент сказал ему, что у него есть кое-какие срочные дела. Не забивай голову. Сегодня ночью я не вернусь вместе с вами в отель. Я попросил Ло Вэй снять мне номер в одном отеле с Линь Сюанем. Ночью по возвращении я отнесу ему что-нибудь поесть.

Дженнифер улыбнулась и закивала:

— Понимаю! Отличная идея, потому что, если мы просто проигнорируем его уход, он потом определённо будет ходить угрюмым.

Оба молча улыбнулись и больше не возвращались к этой теме. Через некоторое время все вошли в ресторан и принялись за еду.

На следующий день Жун Сюй и Линь Сюань вернулись в Китай на одном самолёте. Вскоре после прибытия в город В, Жун Сюй получил сообщение от Ло Чжэньтао и сразу же отправился в «ХуаСя Интертейнмент».

Там его уже давно ждал лучший композитор Китая Ян Чанчжэн. Когда он увидел приближающийся силуэт нежного и красивого молодого человека, он вскинул в воздух руку, в которой сжимал несколько своих музыкальных произведений, и с улыбкой воскликнул:

— После просмотра «Диких цветов» у меня снова появилось вдохновение. Если ты не возражаешь, Жун Сюй, я написал для тебя девять песен. Можем ли мы включить эти песни в твой альбом?

Когда два месяца назад Жун Сюй и Ян Чанчжэн встретились в ХуаСя Интертейнмент, лучший музыкант Китая сказал, что напишет Жун Сюю как минимум семь песен. На самом деле, большинство певцов имеют в своих альбомах в среднем по десять песен. Семь песен – это слишком мало. Ло Чжэньтао по этой причине даже связывался с другими известными композиторами, надеясь, что они смогут написать для первого альбома Жун Сюя три недостающие композиции.

Но теперь сам Ян Чанчжэн написал и принёс ему все девять песен!

Услышав это, Ло Чжэньтао несказанно обрадовался.

Репутация Ян Чанчжэна в индустрии была очень высока. Многие молодые музыканты отклонили предложение Ло Чжэньтао сразу, как только узнали о Ян Чанчжэне – они боялись ставить свои песни в один альбом с песнями, написанными таким мастодонтом.

Из-за этого Ло Чжэньтао так волновался, что даже немного поседел. А теперь, когда он узнал, что проблема решена, да ещё и самим Ян Чанчжэном, он был так взволнован, что тут же пригласил композитора в свой офис и собственноручно заварил чай и налил ему воды.

Тёплое яркое солнце освещало стены офиса сквозь панорамные окна. На дворе было начало весны, и на улице ещё было прохладно, однако в помещениях на полную мощность работало отопление, так что холодный ветер не мог добраться до прячущихся в тёплых стенах людей.

В офисе Ян Чанчжэн сидел на диване и пил изумрудно-зелёный чай Дунтин билочунь – дорогой первосортный чай, который Ло Чжэньтао купил на горе Дунтин в Сучжоу. Это лучший сорт чая, собираемый перед фестивалем Цинмин.

Жун Сюй сидел на диване напротив, пока Ян Чанчжэн и Ло Чжэньтао обсуждали чай.

Красивый молодой человек очень внимательно изучал ноты, пока его тонкие пальцы медленно скользили по бумаге. Его зрачки быстро двигались, а губы тихо напевали мелодии.

Лишь когда солнце за окном село, он закрыл блокнот, дочитав последний лист.

Ян Чанчжэн увидел, что Жун Сюй закончил, и с улыбкой спроси:

— Ну как? Тебе всё нравится?

Секунду назад композитор обсуждал с Ло Чжэньтао аромат чая, но уже в следующую секунду он переключил всё своё внимание на Жун Сюя. Ло Чжэньтао был слегка удивлён, но быстро сообразил, что внимание Ян Чанчжэна всё это время принадлежало Жун Сюю, а не болтовне с ним, простым смертным.

С застенчивым выражением лица Ло Чжэньтао молча опустил глаза.

Жун Сюй подошёл к Ян Чанчжэну и серьёзно кивнул:

— Мистер Ян, мне очень нравятся эти девять песен! Они потрясающие.

Ян Чанчжэн рассмеялся, встал с дивана и протянул руку:

— Ну что, плодотворного нам сотрудничества?

Уголки губ юноши слегка приподнялись, и он обеими руками пожал руку великому музыканту:

— Плодотворного сотрудничества!

Жун Сюй и Ян Чанчжэн договорились официально оформить своё партнерство.

В «ХуаСя Интертейнмент» очень внимательно относились к юридическим тонкостям и авторским правам на музыкальные произведения. Поскольку Жун Сюй и Ян Чанчжэн были большими звёздами и музыкантами «ХуаСя Интертейнмент», все юридические вопросы улаживались в стенах компании. Ло Чжэньтао поспешно вынул из ящика стола давно подготовленный контракт, и обе стороны быстро поставили на нём свои подписи.

Ян Чанчжэн был также известным автором текстов. Эти девять песен были полностью написаны лично им: три песни о любви, две старинные песни, три песни на английском языке и ещё одна заглавная песня, написанная специально для Жун Сюя.

Каждая из этих девяти песен имела свою собственную историю и была индивидуальной и запоминающейся, но самыми выдающимися из них можно было назвать заглавную песню и песню на английском языке.

Весь день Жун Сюй обсуждал с Ян Чанчжэном детали совместной работы.

Записать песню – не значит просто спеть: это и игра, и интерпретация эмоций, заложенных в песне.

В каждой ноте спрятана целая история. Когда слова сливаются в единое произведение с мелодией, даже самые обычные слова приобретают трогательную нежность.

Как певец, который должен был исполнить эти песни, Жун Сюй, естественно, хотел узнать глубинный смысл песен непосредственно у их автора, чтобы правильно их исполнить.

Пока они обсуждали детали, Ло Чжэньтао подавал им чай и воду, не вмешиваясь. Эти двое мужчин, которых на вид можно было назвать «дедушкой и внуком», общались так легко и непринуждённо, что он мог только удивляться, глядя на них.

Перед отъездом Ян Чанчжэн прямо сказал Жун Сюю:

— Если у тебя остались какие-либо вопросы, можешь звонить мне в любое время: для тебя я всегда свободен. Я не был музыкальным продюсером уже много лет, но сейчас я хочу сам записать альбом из этих девяти песен. Что скажешь, Жун Сюй, ты не против?

Ян Чанчжэн сам написал и сочинил текст и музыку для всех песен из альбома, а после ещё и взял на себя его продюсирование. Как он может просить одобрения Жун Сюя? Это же неслыханное везение!

Ло Чжэньтао поспешно подмигнул Жун Сюю, но молодой человек уже спокойно улыбался и отвечал:

— Если для Вас это не слишком хлопотно, я буду только рад!

В течение всего следующего месяца Жун Сюй был занят записью альбома.

Требования Ян Чанчжэна оказались очень строгими, да и сам Жун Сюй был очень требователен к себе. Только на четвёртый день их сотрудничества им удалось записать первую англоязычную песню, итоговый вариант которой смог удовлетворить их обоих.

После записи первой песни весь процесс пошёл как по маслу.

Две недели подряд Жун Сюй рано уходил из дома и поздно возвращался. Он выходил в семь либо восемь утра, а возвращался в полночь. И всякий раз, когда он возвращался домой, его терпеливо ждал его возлюбленный.

Они стали редко видеться и едва успевали перекинуться парой фраз, прежде чем лечь отдыхать, поскольку на следующее утро Жун Сюй снова должен был рано вставать и продолжать записывать альбом.

Когда альбом под названием «Жун Ян» пополнился восьмой песней, и ему оставалось записать только одну последнюю композицию, график Жун Сюя стал ещё загруженнее.

День церемонии вручения премии «Золотой Феникс» стремительно приближался, а команда «Чёрных туч» и «Немого» проводили завершающий этап своих промо-кампаний. Как главный герой этих фильмов, Жун Сюй обязан был на них присутствовать, но он не мог пропускать записи песен для альбома «Жун Ян».

В результате Жун Сюю пришлось разрываться на «два фронта». Каждый день его график был настолько загруженным, что он возвращался домой уже с рассветом. Однако даже в этом случае Жун Сюя дома ждал бодрствующий Цинь Чэн.

Когда он открывал дверь и утренний свет озарял гостиную через окно, он всегда видел посреди гостиной ждущего его Цинь Чэна. Будь то пять, шесть или даже восемь утра, он всегда ждал Жун Сюя в гостиной.

В такие моменты в сердце юноши разливалось тепло, и тысячи слов, рвущихся наружу, складывались в одну короткую фразу:

— Я вернулся.

Однажды за завтраком Жун Сюй вдруг всерьёз задумался над эти и спросил Цинь Чэна:

— Тебе не кажется, что ты похож на жену, целый день ожидающую возвращения мужа?..

Цинь Чэн, который только что сделал глоток соевого молока, подавился:

— Кхм, кхм, кхм...

Жун Сюй посмотрел на строгое лицо мужчины и представил себе образ нежной добродетельной жены:

— ...

«Этот образ слишком ограниченный! Забудь об этом».

Жун Сюй сказал это за завтраком лишь вскользь, ни на секунду не задумываясь над этой идеей всерьёз, однако сразу после того, как он, поспав три часа, снова ушёл из дома, мужчина, который «целыми днями ничего не делал», подошёл к окну и окинул взглядом суетливую утреннюю столицу. После долгих раздумий он, наконец, достал свой телефон и постучал пальцами по экрану.

Минуту спустя Сюй Цзинь, занимавшийся своими делами в офисе «ХуаСя Интертейнмент», получил слишком неожиданное сообщение в WeChat, после прочтения которого его глаз задёргался…

Цинь Чэн:

«Я слишком бездельничал в последнее время?..»

Сюй Цзинь слишком хорошо знал этого парня. После такого вопроса он не мог сохранять спокойствие! Если Цинь Чэн спрашивает его: «Не слишком ли я бездельничаю?», этот вопрос автоматически адресуется его агенту: «Не слишком ли ТЫ бездельничаешь?»!

Бездельничал ли он?

Нет, конечно!

Фильм «Дикие цветы» вышел на экраны всего два месяца назад, а уже через полмесяца Цинь Чэн должен был вылетать в Новую Зеландию вместе с Сюй Цзинем на съёмки нового фильма. В период отдыха он также участвовал в различных рекламных кампаниях, показах мод, съёмках для журналов...

Цинь Чэн был в отпуске, поэтому он мог расслабиться и отдохнуть, а Сюй Цзиню приходилось сидеть в офисе ежедневно с 9 до 5 и решать за кое-кого много разных дел.

Кроме того, как можно назвать бездельем съёмки в ТРЁХ крупных фильмах в год?!

В индустрии развлечений Цинь Чэна образца этого года легко можно было назвать образцовым работником!

Тщательно обдумав вопрос мужчины, Сюй Цзинь ответил:

«Вы бездельничаете?! Нет, конечно! Отдохните как следует – Вам нужно готовиться к съёмкам в следующем месяце».

Через некоторое он получил ещё одно сообщение от Цинь Чэна:

«Можешь подыскать для меня ещё что-нибудь?»

Сюй Цзинь:

— ...

«Что?! Он сейчас всерьёз просит меня увеличить его нагрузку?!»

Порывшись в ящике стола и обнаружив там несколько не особо интересных предложений, Сюй Цзинь отправил их Цинь Чэну. На этот раз Цинь Чэн ничего ему не ответил, и довольный агент «ХуаСя Интертейнмент» с усмешкой вернулся к работе.

Цинь Чэн внимательно перечитал сообщение Сюй Цзиня, в котором тот настоятельно просил его отдохнуть, а затем открыл уведомление из другого чата, задумался на мгновение и напечатал ответ:

«Вечером меня может не быть дома. Попроси свою помощницу сейчас, чтобы она занесла вещи в квартиру».

Тётушка Цинь немедленно ответила:

«Не волнуйся. Твоя бабушка испекла для тебя торт с лепестками персика. Жун Жун ни разу его не пробовал. Я улетаю из города В сегодня в 7 часов вечера. У меня не будет времени заглядывать к тебе в гости. Помощница только занесёт коробку и сразу уйдёт. Не забудь поделиться тортом с Жун Жуном. Я забегу к вам в гости в следующем месяце, но в этот раз у меня правда совсем нет времени. В следующий раз я обязательно увижусь с вами, мальчики».

Цинь Чэн спокойно ответил:

«Хорошо, я передам ему».

Семья дедушки Цинь Чэна была известной к югу от реки Янцзы семьёй ученых. Его бабушка не только красиво писала и рисовала, но и отлично готовила. Она часто готовила для своих внуков вкусную выпечку и десерты.

Готовка – это тоже своего рода искусство. Бабушка Цинь Чэна очень любила готовить, и не меньше – есть. Она была почётным членом Ассоциации живописи и каллиграфии и известным в Китае кулинарным критиком.

Хотя Цинь Чэн не очень любил сладкое, он не осмелился бы отказаться от подарка своей бабули.

В четыре часа дня Цинь Чэн покинул свою квартиру и отправился в «ХуаСя Интертейнмент».

У Ян Чанчжэна сегодня были дела, поэтому он не мог работать до полуночи, так что у Жун Сюй появился редкий шанс хорошенько отдохнуть.

Прождав на парковке «ХуаСя Интертейнмент» около 20 минут, молодой человек в кепке и солнцезащитных очках быстро направился прямиком к спортивному автомобилю и сел внутрь.

— Сегодня работа продвигалась более гладко. С такой скоростью мы сможем закончить запись альбома уже завтра, — Жун Сюй снял солнцезащитные очки и кепку и продолжил, — Но промо-кампании «Чёрных туч» и «Немого» всё ещё продолжаются, поэтому у меня по-прежнему много дел. О, кстати, Цинь Чэн, знаешь, что я сегодня узнал от мистера Ян? — положив кепку и солнцезащитные очки на сиденье спортивного авто, Жун Сюй улыбнулся. — Он сказал мне, что реальная ссора между Лин Сяо и Гу Минсю на самом деле была куда хуже, чем то, что мы разыграли по сюжету «Чёрных туч». — после паузы молодой человек повернул голову и прошептал. — Мне всегда казалось, что у Лин Сяо безупречный характер, и он ни с кем не мог ссориться, но я никак не ожидал… — Голос юноши внезапно оборвался, и Жун Сюй вдруг спросил. — Почему мне кажется, что с тобой что-то не так?..

Плотно поджав свои тонкие губы, элегантный мужчина чуть прищурился и серьёзно спросил:

— Ты думаешь, что сегодня я какой-то не такой?

Жун Сюй:

— Я прав?

Цинь Чэн мрачно кивнул:

— Да.

Жун Сюй присмотрелся к мужчине и неуверенно спросил:

— Ты сменил прическу?

Цинь Чэн покачал головой.

Жун Сюй:

— Думаешь, я смогу угадать?..

Цинь Чэн протянул руку и без слов указал пальцем на свой подбородок. Жун Сюй долго и внимательно смотрел на него, но по-прежнему не видел ничего странного. Палец Цинь Чэна снова указал на подбородок, и Жун Сюй беспомощно наклонился, чтобы снова окинуть мужчину внимательным взглядом.

Жун Сюй:

— ...

Он увидел красный прыщ размером с рисовое зерно, внезапно выскочивший на подбородке Цинь Чэна. Его никак нельзя было увидеть под обычным углом – его было видно, только если посмотреть снизу.

Жун Сюй не мог не улыбнуться, видя, как сильно мужчину заботит то, что у него выскочил прыщ. Он собирался пошутить над ним, но как только он поднял глаза, Цинь Чэн внезапно опустил голову и поцеловал его в губы.

Обняв Жун Сюя за затылок, Цинь Чэн крепко притянул его к себе. Жун Сюй легко поддался на его напор и медленно закрыл глаза, ответив на поцелуй.

Лёжа в объятиях мужчины и чувствуя его запах так близко, Жун Сюй не мог не вздохнуть.

Когда поцелуй закончился, Жун Сюй не стал вставать, а улёгся Цинь Чэну на колени и сказал:

— Ты сделал это нарочно.

Цинь Чэн слегка вскинул бровь:

— В чём я солгал?

Он хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы поцеловать Жун Сюя. Прыщик был лишь причиной.

Будучи актёром, Жун Сюй часто снимался до поздней ночи, из-за чего крайне нерегулярно спал и неправильно питался. В этом году ему было всего 20 лет, и, хотя он имел хорошую кожу, не склонную к прыщам, во время съёмок его биологические часы тоже иногда давали сбой и отвечали на переутомление прыщами. На самом деле, под гримом их не было видно, поэтому он никогда не переживал по этому поводу.

Однако после роуд-шоу «Диких цветов» Цинь Чэн был в отпуске. Так с чего же он вдруг заполучил проблемы с кожей?

Губы Жун Сюя слегка скривились:

— Больше не жди моего возвращения допоздна. Ложись спать пораньше. Это вредно для твоего здоровья. — После паузы он снова улыбнулся. — Но завтра я заканчиваю запись альбома, поэтому тебе больше не придётся ждать меня допоздна.

В ответ мужчина просто наклонился, чтобы снова поцеловать его.

Никто не заметил, что в углу подземной парковки «ХуаСя Интертейнмент» долгое время стояла спортивная машина. После пяти часов машина выехала со стоянки и направилась к дорогому ресторану.

Час назад тётушка Цинь, которая только что освободилась после совещания, ввела пароль от двери и вошла в элитную квартиру, держа в руках небольшую элегантную коробку. В квартире действительно никого не было.

Недолго думая, эта красивая дама поставила коробку на обеденный стол, развернулась и уже собиралась уйти. Однако, когда она проходила мимо гостиной, то увидела вещи, разбросанные по дивану и две белые фарфоровые чашки с недопитым кофе на столике.

Слегка нахмурившись, тётя Цинь вздохнула:

— Как же эти дети не любят убираться...

Недолго думая, тётя Цинь поставила свою сумку на пол и принялась прибираться в гостиной.

Держа в руках вещи Жун Сюя и Цинь Чэна, тётушка Цинь сначала зашла в комнату Цинь Чэна и развешала его одежду, а затем пошла в комнату Жун Сюя. Проходя мимо ванной Цинь Чэна, она случайно заглянула внутрь и на секунду остановилась. Не найдя в увиденном ничего странного, она беззаботно пошла дальше и вошла в комнату Жун Сюя. Складывая и развешивая его одежду по местам, женщина приговаривала:

— У Жун Жуна отличный вкус. Очень красивая одежда...

Закончив, тётя Цинь развернулась и вышла, ничего не трогая в комнате юноши и не оглядываясь. Однако по какой-то причине, когда она проходила мимо двери ванной комнаты Жун Сюя, она снова невольно повернула голову и, случайно увидев кое-что, резко замерла.

Минуту спустя тётя Цинь уверенным шагом вошла в ванную юноши.

Не найдя на раковине стакана для зубных щёток, она ошеломлённо охнула. Спустя пару минут, придя в себя, она осмотрела сушилку для полотенец, и не обнаружила на ней ни единого полотенца. Металлическая сушилка была покрыта слоем пыли.

Немного подумав, она протянула руку и открыла кран, откуда тут же полилась чистая вода.

— Вода есть…

В следующий момент она быстрым шагом прошла обратно в комнату Цинь Чэна и вошла в его ванную. Остановившись на пороге, женщина ошеломлённо уставилась на две зубные щетки на раковине и на два полотенца на металлической сушилке.

Спустя долгое время тётя Цинь взяла себя в руки и потянулась за керамическими подставками для зубных щеток. Под ними на белой мраморной раковине красовалось два отчётливых следа.

Эти следы, свидетельствующие о том, что вторая зубная щётка стояла здесь уже долго, и эти полотенца на сушилке...

В восемь часов вечера Жун Сюй и Цинь Чэн поднялись на лифте с подземной парковки и, едва открыв дверь квартиры, увидели, что кто-то сидит в гостиной.

В светлой и просторной гостиной тетя Цинь, опустив голову, печатала что-то на своем телефоне. Услышав шум, она тотчас же подняла голову. Убрав телефон в карман, тетя Цинь встала и пошла ко входу, обняв Жун Сюя:

— Твоя тетя скучала, Жун Жун! Как давно мы не виделись? Ты так исхудал! Вы оба исхудали;

За два года их знакомства Жун Сюй уже успел привыкнуть к чрезмерной активности и эмоциональности тётушки Цинь. Он нежно обнял её в ответ и улыбнулся:

— Тетушка, я тоже скучал! У Вас, кажется, вылет в семь часов? Почему Вы здесь?

Тётя Цинь держала его в объятиях некоторое время, прежде чем отпустить:

— Так уж вышло, что наше собрание закончилось раньше положенного, поэтому я решила привезти вам вещи сама. Когда я приехала, мне сообщили, что мой рейс задерживается. Я решила подождать его здесь и посмотреть дом.

Жун Сюй обеспокоенно спросил:

— Не возникнет ли у Вас проблем из-за задержки рейса?

Тётя Цинь покачала головой:

— Всё в порядке, я вылечу сегодня после полуночи.

Жун Сюй кивнул.

Цинь Чэн, стоявший всё это время в стороне, слегка прищурился и спокойно спросил:

— Где твоя помощница?

Когда тётя Цинь отправила сообщение Цинь Чэну сегодня днём, она сказала, что из-за собрания не может к ним приехать, и поэтому вещи в квартиру Цинь Чэна привезет её помощница. Но раз сейчас она здесь, куда делась её помощница?

Улыбка на лице женщины ни на секунду не дрогнула. Тётя Цинь бросила на сына укоризненный взгляд:

— А где ей быть? Конечно, она поехала в аэропорт, чтобы удалить вопросы, связанные с задержкой самолёта. Ладно, хватит об этом. Жун Жун, тебе нужно лучше питаться. Ты когда-нибудь пробовал торт с персиковыми лепестками? Его испекла бабушка Цинь Чэна. Цинь Чэну он нравился, когда он был маленьким. Пойдём, попробуешь...

Бабушка Цинь Чэна действительно была великой мастерицей: у этого персикового торта был мягкий вкус и нежный аромат. Поскольку Жун Сюй уже поужинал с Цинь Чэном, он планировал лишь попробовать маленький кусочек торта, но уже после первой ложки его глаза расширились от удивления, и он съел ещё несколько кусочков, не в силах остановиться.

Тётя Цинь с улыбкой спросила:

— Как тебе, Жун Жун? Правда вкусно?

Жун Сюй улыбнулся и кивнул:

— Невероятно вкусно!

Этот маленький персиковый торт казался ему даже лучше, чем тот стейк, который он ел сегодня вечером во французском ресторане. Поначалу он казался сладким и ароматным, но в послевкусии чувствовалось что-то приятно-освежающее. Увлечённо поедая десерт, Жун Сюй думал о том, что это полезный перекус после жирного ужина.

Съев три или четыре кусочка, Жун Сюй почувствовал, что больше в себя не уместит. Тетя Цинь не стала настаивать, а лишь взяла его за руку и повела в гостиную. Некоторое время она расспрашивала его обо всем: о записи песен, о съёмках фильма в США, хорошо ли он отдыхает и не хочет ли сделать перерыв.

Жун Сюй терпеливо ответил на все её вопросы: он никогда бы не обидел человека старше его, особенно если тот проявляет по отношению к нему заботу.

Время тянулось очень медленно. В девять часов вечера помощница тёти Цинь прислала ей сообщение, сообщив, что через полчаса заедет за ней.

Помощница приехала вовремя, Жун Сюй хотел встать, чтобы проводить тётю Цинь вниз, но она сурово остановила его:

— Жун Жун, в последнее время ты почти не отдыхал. Ложись спать пораньше. Твою тётушку проводит Цинь Чэн.

Жун Сюй слегка нахмурился:

— Тетя, но я…

Тётя Цинь взяла Цинь Чэна за руку и вышла за дверь, напоследок бросив:

— Тётя ушла! Жун Жун, пожалуйста, не нужно меня провожать.

Дверь закрылась.

Жун Сюй:

— ...

«Я хотел просто проводить её вниз, это не заняло бы много времени...»

Вскоре забыв об этом странном моменте, Жун Сюй принялся убирать со стола,  чашки – в раковину, а оставшиеся кусочки торта – в холодильник. В процессе он думал: «После записи песни через два дня у меня появится пара выходных. Как мне их использовать?..»

Конечно, Жун Сюй не знал, что в этот самый момент мужчина, отправившийся провожать свою мать вниз, остановился посреди пустой дороги и нахмурился.

Да, снизу их никто не ждал.

Словно почувствовав сомнения своего сына, миссис Цинь спокойно сказала:

— Я попросила Сяо Юнь подождать снаружи и не заезжать во двор.

Тусклый лунный свет освещал длинную узкую тропу, пробиваясь сквозь редкие листья и отбрасывая причудливые тени.

Цинь Чэна скривил губы и повернулся, чтобы посмотреть на мать, но в этот момент нежность и забота «милой тётушки Цинь» полностью улетучились. Женщина твёрдо смотрела на сына.

В прошлом она немного побаивалась Цинь Чэна, но теперь смотрела на него со всей строгостью и мрачностью:

— Цинь Чэн, ты… принуждал Жун Жуна?

Стояла ранняя прохладная весна. Вечерний ветер с шелестом поднимал в воздух листья. Мужчина слегка сузил глаза и спокойно и спокойно посмотрел на свою мать. В его тёмных глубоких глазах не читалось ни испуга, ни удивления, ни сомнения. Цинь Чэн долго смотрел на неё с крайне спокойным выражением лица и ничего не говорил.

Миссис Цинь была не столь терпеливой:

— Цинь Чэн, почему ты молчишь? Я ведь задала вопрос.

— Что значит «принуждал»? — Внезапно спросил низкий притягательный мужской голос, заставив тётю Цинь вздрогнуть. Она посмотрела на сына и встретила его спокойный взгляд. — Мама, какое смысл ты вкладывает в слово «принуждал»? Что ты имеешь в виду?

Мужчина, которого «поймали за руку», всем своим видом источал мощную ауру спокойствия и уверенности, в то время как «поймавшая его» женщина казалась растерянной. Немного подумав, она вдруг выпалила:

— И ты ещё смеешь спрашивать меня о таком? Это ты мне скажи! В спальне Жун Жуна даже нет зубной щётки и полотенца, зато они нашлись в твоей спальне! Что это значит?

Услышав это, Цинь Чэн мягко сказал «О!», а затем беззаботно пояснил:

— Это значит, что мы уже долгое время делим одну спальню на двоих.

— Не нужно оправдываться! Я видела в твоей ванной разводы… — голос женщины вдруг резко оборвался, и она, в неверии распахнув глаза, пробормотала. —Ты… ты так просто признался?!

Слабо улыбнувшись, Цинь Чэн ответил вопросом на вопрос:

— А как, по-твоему, я должен был ответить?

Миссис Цинь:

— ...

Она готовила свою речь целых три часа, но её сын...

Так запросто во всём признаться? Ещё и выглядеть при этом так естественно и непринужденно?!

Разве он не должен был категорически всё отрицать, придумать несколько оправданий и, в конце концов, быть разоблаченным ею, чтобы у него не осталось иного выбора, кроме как всё признать?

Миссис Цинь стало дурно.

Будучи женщиной, она была очень чувствительной и проницательной. Найдя мелкий знак, крохотную зацепку, она будет следовать за ней, пока не докопается до истины. Женщины — отличные «сыщики», а иногда они и вовсе не нуждаются в рассуждениях и анализе, обходясь одной лишь интуицией.

В начале этого разговора миссис Цинь полагала, что у неё есть преимущество, ведь она долго придумывала, как заставить своего сына сознаться и какими фразами вывести его на чистую воду. Но теперь всё изменилось... Тётя Цинь какое-то время молчала, размышляя об услышанном, пока, наконец, не нашлась с ответом:

— Зачем ты издеваешься над Жун Жуном?

— Я не издевался над ним. — После паузы, словно вспомнив о том, что произошло в Соединенных Штатах в прошлом месяце, мужчина многозначительно сказал. — Очевидно, что это он всё это время издевался надо мной.

Миссис Цинь тут же возразила:

— Чепуха! Цинь Чэн, скажи мне прямо, ты трогал Жун Жуна?! Ты хоть знаешь, сколько ему лет? Ему ведь только исполнится двадцать в этом году! Что с тобой такое? Когда я просила тебя позаботиться о Жун Жуне, разве я просила тебя позаботиться о нём ТАК?!

Цинь Чэн вскинул бровь:

— Но ты и не говорила, что позаботиться о нём ТАК я не могу.

— Ты!!!

Миссис Цинь испытывала ярость. В Китае уже много лет назад приняли закон, разрешающий однополые браки, и она не была консервативным человеком и не собиралась вмешиваться в личную жизнь своего сына. Даже если Цинь Чэн гей, она готова была это принять, но...

— Неважно, гей ты или нет. Зачем ты трогал моего Жун Жуна?! Он ещё маленький! Скажи прямо, что ты с ним сделал? Вы с ним только спите в одной постели или... Ты... ты ведь не мог?..

На этот раз Цинь Чэн промолчал.

Однако увидев его лицо, женщина вздрогнула:

— Ты... в самом деле сделал это с ним?

Цинь Чэн отвёл глаза.

Миссис Цинь сердито выругалась:

— Ему даже нет двадцати! Он ещё мальчик, а ты… ты, ты, ты рассердил меня! Негодяй! Как ты посмел?! Ты обещал мне, что эти мерзкие людишки из индустрии развлечений не тронут его, и что он не подвергнется воздействию окружающих его соблазнов слишком рано, но ты... ты осмелился соблазнить его сам!

— Мы просто влюбились.

Тётушке Цинь не было до этого дела:

— Он девятнадцатилетний ребёнок, а ты его!..

Цинь Чэн:

— Это обычное дело для влюбленных людей.

Миссис Цинь продолжала напирать:

— Жун Жуну всего девятнадцать!

Цинь Чэн не мог не возразить:

— Ему двадцать.

Женщина впилась в сына взглядом:

— До его дня рождения осталось больше полугода! Постой-ка... О нет... Когда вы познакомились? Когда вы познакомились с Жун Жуном?! — При одной лишь мысли о том, что их отношения могли начаться гораздо раньше, миссис Цинь замахнулась на сына своей сумкой.

Цинь Чэн:

— ...

Десять минут спустя Цинь Чэн вернулся в квартиру. Открыв входную дверь, он увидел вышедшего из кухни Жун Сюя.

Увидев вернувшегося Цинь Чэна, он улыбнулся и показал ему два яблока:

— Тётя Цинь уехала? Держи: полезный перекус.

Сказав это, Жун Сюй сунул яблоко в руку Цинь Чэна. В этот момент мужчина поднял голову, и Жун Сюй увидел его лицо. Долгое время спустя он, наконец, спросил:

— Что у тебя с подбородком?.. Этого не было, когда ты спускался вниз...

Внезапный нежный поцелуй не дал ему договорить.

Жун Сюй был слегка удивлён. Поцелуй был очень лёгким, почти мимолетным. Он в изумлении посмотрел на мужчину перед собой. Однако Цинь Чэн медленно протянул руки и нежно обнял его за талию, а затем опустил голову, посмотрев ему прямо в глаза. Он серьёзным тоном произнёс:

— Думаю, я немного обижен на тебя.

Почему-то в его сознании внезапно возникла картина «детской обиды», и Жун Сюй, изо всех сил стараясь сдержать улыбку, спросил:

— За что?

— Это ты обнимал и не отпускал меня в ту ночь. Ты соблазнил меня - настолько, что я не смог держать себя в руках. Но избила она меня... Она сказала, что я издевался над тобой и силой затащил в постель.

Жун Сюй выглядел растерянным:

— ...

«ЧТО?!»

— Подожди, кто «она»! Что случилось?! Я не... Стоп! Ты имеешь в виду тётю Цинь?!

Цинь Чэн слегка кивнул:

— Она избила меня за это.

Жун Сюй:

— ...

Цинь Чэн тихим голосом подчеркнул:

— В последний раз (если не считать съёмки фильмов) меня били 23 года назад. Сегодня был мой второй раз. Сяо Сюй, я очень обижен... — Мужчина, серьёзно и торжественно глядя на своего мальчика, подчеркнул. — Очень обижен.

Жун Сюй:

— ...

Миссис Цинь сказала, что Цинь Чэн уложил Жун Сюя в постель, что Цинь Чэн никак не мог опровергнуть. Что он мог на это сказать? Что его мальчик настойчиво соблазнял его, пока он упорно терпел более полугода, но в конце концов он всё-таки сдался?

Если бы Цинь Чэн ответил ей так, он сказал бы правду, но миссис Цинь всё равно отругала бы его: «Чушь! Жун Жун не такой! В его возрасте не думают о таких вещах! Больше похоже на то, что это ты соблазнил его: у тебя голова только этим и забита!!!»

Цинь Чэн был обижен, и ему хотелось поделиться этим.

Слегка наклонившись к возлюбленному, он нежно выдохнул на его чувствительную мочку уха. Улыбнувшись, он прошептал:

— Сяо Сюй, я очень обижен. Как ты собираешься... извиняться?

Рано утром следующего дня Ло Вэй заехала за Жун Сюем.

Как только Жун Сюй спустился вниз, девушка с удивлением вытаращила на него глаза. Простояв так целую минуту, она, наконец, пробормотала:

— Сяо Сюй, на улице сегодня жарко. Почему Вы… почему на Вас водолазка?

Открыв дверь машины, Жун Сюй сел на заднее сиденье и пристегнулся,после чего спокойно ответил:

— Прошлой ночью я, кажется, простудился. Но мисс Ло, разве вчера я не был в водолазке?

— Гм... Да... Кажется, да.

Молодой человек улыбнулся и сказал:

— Мистер Ян должен ждать в офисе. Давай поторопимся. Я думаю, если сегодня все пойдёт гладко, я смогу закончить запись последней песни, а потом взять отпуск на несколько дней.

— ...

Ло Вэй не заметила странностей в поведении актёра. Если бы на её месте был Ло Чжэньтао, он бы сразу понял, что что-то не так.

Жун Сюй редко бывал таким разговорчивым. Обычно в машине он только молча слушал, а говорили Ло Чжэньтао и Ло Вэй. Но сегодня он говорил много, из-за чего девушка вскоре позабыла о вопросе, который хотела задать.

Действительно, вчера Жун Сюй тоже был в водолазке с высоким воротником, но не с таким высоким, как сегодня.

Воротник был таким высоким, что почти закрывао подбородок, а шеи и вовсе не было видно!

Однако юноша умело перевёл тему разговора в другое русло. Когда Ло Вэй заговорила о своём вчерашнем разговоре с фанатами и модераторами, Жун Сюй вздохнул с облегчением и откинулся на мягкую спинку дивана, аккуратно дотронувшись рукой до своей шеи.

Поправив высокий ворот кофты, он достал свой телефон и набрал сообщение.

Жун Сюй: «Сегодня моя очередь обижаться».

Цинь Чэн, чистивший в этот момент зубы, вскинул бровь и тут же спросил:

«Что?..»

Жун Сюй, поджав губы, напечатал ответ:

«Даже сестра Сяо Вэй считает, что я переборщил с водолазкой».

Если даже Ло Вэй что-то подозревала - что подумают Ло Чжэньтао и мистер Ян, когда он войдёт в офис?

Тонкие губы Цинь Чэна слегка скривились:

«Это моя вина. Приглашаю тебя сегодня на ужин».

Жун Сюй лукаво улыбнулся:

«Я хочу есть то, что ты приготовишь своими руками». После этого он сменил тему. Они пообщались ещё немного, и вскоре машина остановилась на стоянке «ХуаСя», и Жун Сюй с Ло Вэй вместе вошли в лифт.

Как только юноша вошёл в студию звукозаписи, взгляды Ло Чжэньтао и мистера Яна, как он и ожидал, сфокусировались на его толстой водолазке с высоким воротом.

Мистер Ян с удивлением поинтересовался:

— Мне кажется, или в последнее время среди молодежи популярна одежда с высоким воротником?

Ло Чжэньтао тоже был очень удивлён:

— Я о таком не слышал.

Жун Сюй выступил вперёд и с улыбкой сказал, игнорируя вопрос:

— Мистер Ян, вчера я несколько прослушал демо-запись и, кажется, уловил нужную эмоцию. Давайте поскорее приступим к записи.

Для Ян Чанчжэна запись песен была куда важнее свитеров. Услышав слова Жун Сюя, он тут же начал готовиться к записи.

Жун Сюй в это утро записывал заглавную песню десять раз, а когда шла девятая попытка, Ян Чанчжэн попросил его остановиться и как следует обсудить смысл песни.

— Что самое отчаянное в этом мире? Не когда ты сталкиваешься с трудностями и, как бы ни старался, не видишь им конца. — Ян Чанчжэн серьёзно добавил. — Наше желание упорно двигаться вперёд, оказавшись в самой безвыходной ситуации, – вот, что самое отчаянное.

Жун Сюй на мгновение задумался:

— Самое отчаянное — когда ты хочешь двигаться вперёд, но дороге не видно конца.

Ян Чанчжэн задумался на мгновение:

— Ну, ты прав, это и есть самое отчаянное состояние. Однако в песне тебе нужно выразить не только отчаяние, но и то, как человек, несмотря на это отчаяние, продолжает скрепя зубы продвигаться вперёд, пока однажды не увидит свет надежды.

На словах всё звучало просто, и Жун Сюй сразу понял композитора, однако невозможно объяснить в двух предложениях, как передать в песне дух борьбы и неустанное движение к цели. Жун Сюй ещё раз обсудил детали с мистером Яном, а затем в одиночестве прошёл в гостиную, остановился перед окном и взглянул на шумный суетливый город В.

С такой высоты бесчисленное множество людей на улице казались ему крошечными муравьями, медленно ползающими по земле. Большинству людей в этом мире суждено быть обычными. Не каждый может стать героем или великим человеком, но жизнь каждого человека определённо имеет смысл.

Люди живут в этом мире не для себя, а ради тех, кто их любит, и для того, чтобы сделать этот мир лучше. Все жизни ценны, и всё, что вам нужно делать, это двигаться вперёд в поисках более счастливого завтра.

Жун Сюй пробыл в гостиной более получаса, а Ло Чжэньтао и Ян Чанчжэн всё это время стояли за дверью, глядя на его прямую стройную спину.

В это время Ло Чжэньтао подумал, что эта белая водолазка делает Жун Сюя каким-то холодным. Она подчеркивала его тонкую талию и узкие плечи. Этут красивый юноша, освещаемый светом, сочащимся в окна, казался сегодня особенно красивым, трогательным и одиноким...

— Знаете, почему я пожелал сотрудничать с Сяо Жуном? — кто-то бесцеремонно прервал размышления Ло Чжэньтао. Повернув от неожиданности голову, он увидел улыбающегося композитора Яна с чашкой горячего чая в руках.

Подумав немного, он покачал головой, но уже через секунду передумал и кивнул:

— Знаю. Сяо Сюй  обладает отличным голосом. Сам не знаю, почему, но поёт он очень хорошо.

Подразумевалось, что его артист настолько хорош собой, что выбор композитора был очевиден.

Однако Ян Чанчжэн покачал головой:

— Я знаю как минимум двадцать певцов, которые обладают лучшими вокальными данными и голосом, чем Сяо Жун. Он очень хорош, не спорю, но он не единственный. Взять даже Лин Сяо — его голос и вокальные данные тоже были хороши, но он не стал бы тем, кем он стал, без своего композиторского таланта. Одного голоса мало.

Ло Чжэньтао был ошеломлён.

Ян Чанчжэн замолчал, повернул голову и многозначительно посмотрел на юношу в гостиной. Глаза мужчины выражали спокойствие и многолетнюю закалку. Долгое время спустя он с улыбкой объяснил:

— Песня, которую Жун Сюй спел на концерте Линь Сюаня, вызвала у меня непреодолимое желание сотрудничать с ним. Эту исполнение запало мне в душу...

Ло Чжэньтао сразу понял:

— «Потерянные крылья»?

К его удивлению, Ян Чанчжэн покачал головой:

— «Молчание».

Ло Чжэньтао нахмурился. Он хотел спросить что-то ещё, но мистер Ян отвернулся и принялся пить чай. Некоторое время он тщательно обдумывал услышанное, но так ничего и не понял. На этом концерте именно первая песня Жун Сюя «Потерянные крылья» получила наибольший отклик у аудитории, а припев второй песни «Молчание» был спет им в дуэте с Линь Сюанем и не получил большого восторга среди поклонников.

Разве было «Молчание» лучше «Потерянных крыльев»?

Через полчаса Жун Сюй вышел из гостиной, обменялся взглядами с мистером Яном и снова приступил к записи песни.

После десятой попытки композитор нахмурился и долго молчал. Жун Сюй сидел рядом в студии звукозаписи, спокойно наблюдая за Ян Чанчжэном. Спустя долгое время Ян Чанчжэн с улыбкой дал свою оценку:

— Я уже чувствую, что это результат на восемь баллов! Уже полдень, Сяо Жун. Сходи пообедай: продолжим во второй половине дня. Я думаю, сегодня мы точно запишем эту песню.

Ян Чанчжэн был прав. Днём было сделано семь попыток  Уже к шестой Жун Сюй не мог совладать с голосом, но Ян Чанчжэн взволнованно сказал:

— Хорошо! Эту правильная эмоция, не останавливайся, продолжай!..

Так, после седьмой попытки запись песни «Ретроград» была успешно завершена.

Лучший музыкант Китая взволнованно ворвался в студию звукозаписи и крепко обнял Жун Сюя. Последний обнял старика в ответ, после чего они дружно покинули офис «ХуаСя» — мистер Ян пригласил их на ужин.

Он щедро махнул рукой:

— Сегодня я угощаю. Давайте есть. Кто съест меньше всех, тот меня не уважает. Сяо Жуна это не касается.

Ло Вэй тут же уставилась на него:

— Мистер Ян, почему Вы сделали исключение для Сяо Сюя?

Старик ответил так, будто это было что-то само собой разумеющееся:

— Если сегодня он съест что-нибудь не то, а через два дня я попрошу его записать песню, - что мы будем делать? Вы поможете мне записать песню вместо него, юная леди?

После ужина Ло Чжэньтао развез Ло Вэй и Жун Сюя по домам. Оставшись в машине наедине с юношей, Ло Чжэньтао пересказал ему свой разговор с Ян Чанчжэном. Когда он сказал, что старик предпочитает «Молчание», Жун Сюй перебил его:

— «Молчание»?

Ло Чжэньтао кивнул:

— Да, именно «Молчание». Старый Ян сказал, что Ваше исполнение этой песни запало ему в душу... Да, именно так он и сказал, это прямая цитата. Сяо Сюй, Вы не знаете, почему он предпочитает именно эту песню? Я, как и все, считаю, что Вы исполнили «Потерянные крылья» гораздо лучше...

Уголки губ юноши приподнялись, и он ответил:

— Нет, я тоже не совсем его понимаю. Думаю, у него есть своё собственное видение на этот счёт.

Ло Чжэньтао пробормотал что-то себе под нос, но больше ничего не сказал. Естественно, он не заметил, как на заднем сиденье машины красивый молодой человек расплылся в улыбке, обратив глаза к небу.

«Молчание»... Эту песню он посвятил Цинь Чэну.

В тот вечер мужчина был одет в тяжёлый костюм аниматора и размахивал табличкой с тремя словами:

«Я тебя люблю»

Он никак не мог ответить на это молчаливое признание перед тридцатью тысячами фанатов и бесчисленным количеством зрителей онлайн-трансляции, поэтому он посвятил ему песню «Молчание», серьёзно глядя в глаза плюшевого медведя на протяжении всего исполнения, так, словно он видел сквозь них человека, которого любит.

Что касается «Потерянных крыльев», он в некоторой степени понимал, для кого Лин Сяо написал эту песню, а также понимал чувства Лин Сяо к этому человеку, но он не мог испытать этих чувств сам. Чего нельзя было сказать о «Молчании»: Цинь Чэн безмолвно признался ему в любви, а Жун Сюй в ответ подарил ему своё «Молчание». Эту их маленький секрет. Самый сладкий его секрет.

Чувствуя себя счастливым и окрылённым, Жун Сюй на прощание любезно сказал Ло Чжэньтао:

— Не перенапрягайся, брат Ло, хотя сейчас твоя карьера на подъёме, есть вещи важнее твоей карьеры.  — после короткой паузы он с улыбкой добавил. — Эту то, что хотел тебе сказать мистер Ян, и то, что хочу сказать тебе я.

Ло Чжэньтао только переспросил:

— А? Когда мистер Ян хотел мне это сказать?..

Юноша вскинул бровь:

— Разве песней «Ретроград», которую мы записали сегодня, мистер Ян хотел сказать не это?

Ло Чжэньтао:

— А?!

Отказавшись от дальнейших объяснений Жун Сюй приподнятом настроении вошёл в ворота и поднялся на лифте наверх. Стоя в лифте, он хихикал, прокручивая в голове варианты ужина, который мог приготовить для него Цинь Чэн, и вспоминая, как он растрогал его на том концерте.

Однако уже через десять минут он оказался в спальне...

Жун Сюй:

— Цинь Чэн! Как насчёт обещанного ужина?! Негодяй!

Красивый мужчина невинно и спокойно целовал его в губы, умело расстёгивая пуговицы его одежды:

— Разве я - не лучший праздничный ужин?

Жун Сюй:

— @$@#$^$^#%!!!

«Кто захочет есть такую задницу?!

Что за наглец, почему он игнорирует меня?! Какой бессовестный человек, в первую очередь думает о своём удовольствии!!!»

Сколько бы Жун Сюй ни злился, в конце концов он всё же сдался и медленно погрузился в поцелуй. Крепко сжимая руки мужчины, он достиг кульминации вместе с ним.

У него редко бывают выходные. Сегодня они не должны были делать это только один раз, а завтра утром им никуда не нужно было идти, поэтому всю эту ночь они провели в спальне наедине друг с другом.

На следующее утро Жун Сюя разбудило солнце, пробившееся сквозь занавески в комнату, и он медленно открыл глаза.

Он попытался встать, но его талия побаливала, поэтому он тут же рухнул обратно в постель.

Они встречались уже долго, и тело Жун Сюя давно привыкло к Цинь Чэну, однако прошлая ночь выдалась несколько интенсивнее обычного, о чем говорила его утренняя слабость. Усмехнувшись, юноша резко ударил мужчину по подбородку. Цинь Чэн схватил его за руку и спросил:

— За что ты меня бьёшь?

Жун Сюй взглянул на него исподлобья:

— А зачем ты притворяешься, спящим?

Мужчина крепко обнял его и спокойно спросил:

— Голоден?

Жун Сюй:

— ...

«Вот бессовестный!!!»

Все утро мужчина смиренно занимался тем, что массировал талию и ноги своему возлюбленному. Надавливая и разминая, он скользнул пальцем туда, куда не должен был, и Жун Сюй схватил его за руку.

Цинь Чэн поднял голову, и Жун Сюй тихо фыркнул:

— Сегодня вечером у меня назначена встреча с Линь Сюанем.

Цинь Чэн поджал губы:

— Когда это ваши отношения стали такими близкими?

Протянув руку и приподняв подбородок мужчины, Жун Сюй, подражая его спокойствию, спросил:

— Разве?

Цинь Чэн:

— ...

Вечером, как бы ни был недоволен Цинь Чэн, Жун Сюй всё равно покинул квартиру. Он получил водительские права, поэтому мог водить машину сам. Цинь Чэн, не в силах остановить его, мог только стоять у входа, провожая его:

— Ты готов оставить меня ужинать в одиночестве?

Жун Сюй усмехнулся и ответил:

— Даже не думай. Я не могу приехать туда вместе с тобой.

Цинь Чэн:

— ...

После того, как Жун Сюй вошёл в вип-кабинку, где собрались члены клуба «Сумасшедший Цинь», все поприветствовали друг друга и приступили к еде. Вэнь Сюань, прожевав, сообщила собравшимся,  что Линь Сюань сегодня снова вышел в тренды на Вэйбо из-за нового скандала, поэтому Жун Сюй тут же достал телефон, чтобы полистать ленту, однако случайно наткнулся на другой пост...

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «Я злюсь! Очень злюсь! Просто немыслимо! Он пошёл развлекаться один, без меня, а меня оставил дома в одиночестве есть холодный ужин!!! Хм, ему лучше не попадаться мне на глаза, но если сегодня он соизволит вернуться, я не буду разговаривать с ним целый день!!!»

Нажав на кнопку под постом, он увидел множество комментариев от фанатов Пасты.

«Хахахаха, апельсиновая богиня такая милая, когда злится! Умираю со смеху!»

«Ты такая милашка! Избавься от этого вонючего мужлана и приезжай ко мне! — твой король 2333».

Жун Сюй спокойно прочитал комментарии и через некоторое время отправил мужчине сообщение: «Возможно, я не вернусь сегодня вечером».

В следующий момент ему пришел ответ.

Цинь Чэн: «Ты выпил? Я заеду за тобой».

Уголки губ юноши дернулись: «Ты так хочешь, чтобы я вернулся?»

Цинь Чэн: «Что случилось?»

Взглянув на ответ мужчины в чате, Жун Сюй снова открыл Вэйбо и перечитал предложение «Хм, ему лучше не попадаться мне на глаза, но если сегодня он соизволит вернуться, я не буду разговаривать с ним целый день!!!». Беспомощно вздохнув, он зашёл в Вэйбо со второго аккаунта.

Как правильно есть апельсин: «Совет номер 5: Как же это нелегко… Мне хочется баловать его каждый день. Это так сложно ^_^»

Той ночью Жун Сюй не пил и поехал домой один. Вернувшись домой, он увидел на пороге квартиры мужчину, который, не дав ему отреагировать, наклонился и поцеловал его.

«Если сегодня он соизволит вернуться…»

«Я  не буду разговаривать с ним целый день!»

Что ж...

Время пролетело незаметно, и его короткий отпуск подошёл к концу. На 18 апреля была назначена церемония вручения премии «Золотой Феникс», а до нее Жун Сюй успел принять участие во множестве рекламных мероприятиях вместе с командами «Черных туч» и «Немого».

За день до кинофестиваля на Вэйбo был запущен опрос, в котором каждый пользователь мог выбрать работы, которые, по его мнению,  могут победить в этом году: от простых технических наград до главного приза. После официальный представитель Премии выберет трёх счастливчиков, которые правильно угадали победителей, и отправит им подарки.

Это событие вызвало волну энтузиазма среди пользователей Вэйбо, которым не столько хотелось получить подарки, сколько проголосовать за понравившиеся работы и поддержать любимых актёров. Многие пользователи, которых до этого мало интересовала премия «Золотой Феникс», теперь решили посмотреть прямую трансляцию церемонии награждения.

Итак, 18 апреля 2044 года, как и было обещано, стартовала церемония награждения кинопремии «Золотой Феникс».

Премия «Золотой феникс», одна из трех главных кинопремий мира, в этом году по традиции проходила в Столичном театре.

В два часа дня в интернете стартовала прямая трансляция церемонии награждения. Красиво одетая ведущая поочередно объясняла зрителям номинантов на премию «Золотой Феникс» этого года. Она прогуливалась за кулисами театра, показывая «обратную сторону» кинопремии, чем привлекла внимание более миллиона зрителей. Одна только закулисная трансляция перед церемонией награждения привлекла столько зрителей!

Когда в 19:00 камера переключилась на красную дорожку, рейтинги телеканала взлетели до небес, собрав перед экранами уже десятки миллионов зрителей.

Интернет-трансляция из-за кулис ещё продолжалась, но это был лишь беглый показ знаменитостей, готовящихся выйти на сцену, а вот церемония награждения по ТВ должна была во всей красе продемонстрировать образы и наряды звёзд, проходящих по красной дорожке... В следующий момент из толпы раздались оглушительные крики:

— Вэнь Сюань! Вэнь Сюань! Вэнь Сюань!!!

Будучи первой звездой, вышедшей в этом году на красную дорожку церемонии вручения премии «Золотой Феникс», Вэнь Сюань облачилась в золотистое платье с открытым плечом, «небрежно» распустив свои длинные вьющиеся волосы. Когда она медленно подошла к ограждению перед фанатами, чтобы раздать автографы,  крики стали просто неистовыми. Теперь было ясно наверняка — Кинопремия «Золотой Феникс» действительно стартовала.

Церемонию вручения премии должен открыть кто-то, кто сможет привлечь и удержать внимание публики, и этим человеком была Вэнь Сюань. В этом году Вэнь Сюань была номинирована на «Лучшую актрису» за роль в малобюджетном фильме, где она вышла за рамки своего привычного образа и попала этим в самую цель.

После Вэнь Сюань на красную дорожку потянулись и другие звёзды: мужчины, женщины и целые коллективы.

Только на премии «Золотой Феникс» можно увидеть столько топовых китайских звёзд разом.

Старшее и юное поколение артистов, если они были номинированы, соревновались на равных. Кроме того, если фильм, в котором актёр принял участие, тоже получит номинацию, оргкомитет направляет съёмочной группе определенное количество пригласительных писем, а дальше режиссёр решает, кто из актеров посетит мероприятие вместе с ним.

Красная дорожка, «усеянная» звёздами, не может не привлекать. В этот вечер каждый артист надел свой самый ослепительный и экстравагантный наряд, чтобы побороться за внимание публики.

Жун Сюй появился на дорожке в составе съёмочной группы «Немого», которую возглавлял режиссер Сюй Шэн. Когда их компания появилась на публике, аплодисменты и возгласы были в разы громче, чем во время прохода по красной дорожке предыдущей команды, благодаря Жун Сюю, Линь Сюаню, Сюй Шэну и Сяо Цзытун.

Бесчисленные фанаты отчаянно выкрикивали имя Жун Сюя, размахивая световыми табличками над головой. Их голоса нахлынули подобно океанской волне, полностью заглушив голоса поклонников Линь Сюаня и Сяо Цзытун.

— Жун Жун, твои поклонники просто очень громкие. Это совсем не значит, что моих поклонников здесь сегодня меньше, чем твоих! — Маленький король музыки в сером костюме с детским лицом неохотно сказал. — Это не считается моим проигрышем в пари, так что угощать вас я не буду.

Жун Сюй поднял руку и помахал поклонникам. Прожектора и вспышки вокруг него были настолько ослепительны, что он не видел лица фанатов, но мог смутно разглядеть множество световых табличек со словом «Жун».

Услышав Линь Сюаня, он спокойно вскинул бровь:

— Ты не обманываешь меня?

— Чепуха! Я тебя не обманываю.

Жун Сюй, проигнорировав его, обратился к режиссёру Сюй:

— Мистер Сюй, Вы только послушайте, этот дурак Линь Сюань отказывается угощать нас ужином!

Когда режиссёр Сюй услышал это, его уже не волновало, что они всё ещё находятся на красной дорожке. Многие камеры были направлены прямо на Линь Сюаня, когда режиссёр возмущённо обратился к нему:

— Как насчет обещанного угощения? Проспорил - угощай! Если ты не угостишь меня, тебе несдобровать, грязный мальчишка!

Команда «Немого» вскоре достигла ограждения для раздачи автографов, а на красную дорожку потянулась следующая съемочная команда. Однако репортёры по-прежнему были сосредоточены на них, крупным планом снимая режиссёра Сюй, Жун Сюя, Сяо Цзытун и Линь Сюаня. Лишь когда они покинули красную дорожку окончательно, репортеры неохотно развернули свои камеры в противоположную сторону.

— Брат Ван, почему ты продолжаешь снимать съёмочную группу «Немого»? Помнится мне, их кассовые сборы были меньше четырех миллиардов, верно? Это, конечно, топ среди авторского кино, но их сборы вдвое меньше чем у команды, которая идёт по дорожке следом за ними.

— Да что ты знаешь?! Ты помнишь, что случилось с Лу Сянбо? Он сидит в тюрьме! Я ищу сенсацию, вот что я делаю!

После того, как Жун Сюй вошёл в театр, он быстро прошёл через боковую дверь и оказался за кулисами.

Когда зрители трансляции увидели фигуру, которая в спешке покинула зал, они хлынули в комментарии, но ведущая, отвечающая за трансляцию, сразу же объяснила:

— Это Жун Сюй, номинант на лучшую мужскую роль! Только что он прошел по красной дорожке вместе с командой «Немого», а теперь, должно быть, собирается присоединиться к команде «Чёрных туч».

«Ооооооооо, скорее догоните ЖунЖуна, пока он не ушёл! Идите за ним – мы хотим видеть его спину!»

«Какая красивая спина! *Облизываю спину ЖунЖуна* Ла-ла-ла!»

Ведущая с сожалением ответила:

— Я здесь, чтобы вести прямую трансляцию, и я не могу ходить по пятам за Жун Сюем, как бы я этого не хотела. Если я сделаю это, мой босс уволит меня, и мне придётся жить на улице!

Ведущая расхохоталась и поспешно последовала за Жун Сюем.

«Я поддержу прямой эфир и помогу ведущей глубоководной торпедой! Если Вы не хотите ходить по пятам за ЖунЖуном, то хотя бы просто скажите ему пару слов!!!»

«Я тоже пришлю Вам глубоководную торпеду!»

«А я возьму ракетницу!»

Красивый молодой человек удивлённо посмотрел в камеру мобильного телефона, но после коротких объяснений ведущей улыбнулся  и помахал фанатам по ту сторону экрана, сказав:

— Всем привет! Это Жун Сюй! Как ваше настроение?

Ведущая небрежно спросила:

— Жун Сюй, Вы получили сообщение от режиссёра Чжэна?

Улыбка вспыхнула в её ясных глубоких глазах, а улыбка на губах Жун Сюй стала шире. Подумав мгновение, он просто ответил:

— От Цинь Чэна.

«Ааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааао!»

«#ЖунЧэн! Оох! Сейчас я наемся собачьего корма!!!»

«Все скорее сюда, тут принесли имперский собачий корм!»

Спустя десять минут в качестве заключительных гостей по красной дорожке прошла съёмочная группа «Чёрных туч», а после них – сами организаторы кинопремии «Золотой феникс».

«Чёрные тучи» собрали в прокате более 10 миллиардов юаней и стали заслуженным лидером года по кассовым сборам в Китае. В мире же «Чёрные тучи» стали вторым самым кассовым фильмом года, уступив первенство американской супергеройской франшизе.

Благодаря таким достижениям, было вполне естественно, что они стали вишенкой на торте этого вечера.

Организаторы премии прекрасно понимали, что помимо именитых приглашённых звёзд «Черных туч», которые возможно могут посетить сегодняшнее мероприятие, на красной дорожке обязательно будут присутствовать Жун Сюй и Цинь Чэн, первый из которых был в этом году дважды номинирован на лучшего актёра, а второй уже являлся лучшим актёром Китая. Если Вэнь Сюань должна была открыть эту церемонию, то Жун Сюй и Цинь Чэн идеально подходили для её финала.

Когда эти двое бок о бок шагали по красной дорожке, время словно замерло.

Красивый мужчина, одетый в черный костюм, уверенно шагал вперед, в то время как юноша в костюме светлых тонов рядом с ним улыбался и махал рукой фанатам. Когда они добрались до середины ковровой дорожки, Цинь Чэн внезапно опустил голову к уху Жун Сюя и что-то прошептал.

Жун Сюй в ответ вскинул бровь и посмотрел на Цинь Чэна, но тот лишь слабо улыбнулся, что было большой редкостью для человека его темперамента.

Бесчисленные репортёры судорожно нажимали на кнопки затвора, чтобы успеть запечатлеть происходящее. Что до зрителей онлайн-трансляции,  они прилипли к экранам при одном лишь виде #ЖунЧэна, а теперь и вовсе готовы были  попадать в обморок от неожиданности. Они лихорадочно листали посты, связанные с #ЖунЧэном на Weibo, Tieba и разнообразных форумах. Этот тэг волшебным образом очутился в топе  поиска!

Однако после того, как все гости расселись в зале театра, и трансляция переместилась с красной дорожки в зал, восторженные фанаты пары #ЖунЧэн с болью обнаружили, что Жун Сюй на сидит в одном ряду со съёмочной группой «Немого», а не «Чёрных туч».

Они были очень разочарованы, но вскоре поняли: у «Черных туч» есть такие именитые представители, как Цинь Чэн и режиссёр Чжэн, а «Немому» этим вечером никак не обойтись без своей главной звезды Жун Сюя.

Это было абсолютно правильное решение, фанаты все равно были подавлены:

«#ЖунЧэн поддразнили нас конфеткой, но отняли её, едва мы за ней потянулись! QAQ»

Как бы там ни было, церемония вручения премии «Золотой Феникс» шла своим чередом.

В прошедшем году Цинь Чэн появился в общей сложности в трёх фильмах. Из трёх только «Дикие цветы» не вошли в число номинантов премии «Золотой Феникс» этого года. За роль в «Чёрных облаках» Цинь Чэн получил награду за Лучшую мужскую роль второго плана. «Вестник бури» был чисто коммерческим боевиком, поэтому номинаций за актёрскую игру не получил.

Первой объявленной наградой в этом году стал приз за Лучшую мужскую роль второго плана.

Чу Ци вышел на сцену, произнес короткую шутливую вступительную речь и, наконец, провозгласилл имя Цинь Чэна.

Фанатки Цинь Чэна у экранов визжали от волнения. В зале тоже присутствовали его поклонницы, выкрикивающие в этот момент имя «Цинь Чэн». Реакция поклонников Цинь Чэна оказалась куда более эмоциональной, чем его собственная...

«Хе-хе, это первая награда Цинь Шэня за роль второго плана! Первая!!! Наш Цинь Шэнь потрясающий! Эта награда далась ему нелегко, давайте поздравим его! =3»

Хотя многие зрители видели комментарии фанатов Цинь Чэна, они не разделяли их радости, а «армии фейков» и вовсе насмехались над этой наградой, однако задеть фанатов Цинь Чэна им не удалось. .

Цинь Чэну было куда сложнее получить приз за лучшую мужскую роль второго плана, чем приз за лучшую мужскую роль!

Удивительно, но «Черные тучи» стали первым фильмом, где Цинь Чэн сыграл роль второго плана. Если раньше он не исполнял таких ролей, как он мог получить за них награду?

Поклонники с радостью наблюдали, как их Бог поднимается с места, обнимает  режиссёра, а затем шагает на сцену. Однако, когда он уже приблизился к сцене, Цинь Чэн внезапно свернул и зашагал к команде «Немого»!

Под пристальными взглядами зрителей со всего мира этот красивый невлзмутимый мужчина медленно остановился прямо перед Жун Сюем.

Под светом софитов Жун Сюй с улыбкой посмотрел на Цинь Чэна, но ничего не сказал.

Цинь Чэн протянул руки и обнял его.

18 апреля 2044 года взгляды зрителей со всего мира были прикованы к одному столичному театру.

Под ослепительно яркими огнями строгий элегантный мужчина, одетый в дорогой костюм прямого кроя, спокойно подошёл к местам, отведенным членам команды фильма  «Немой», остановился перед сиденьем красивого юноши и раскинул руки, ожидая объятий.

Под взглядами десятков миллионов зрителей, этот милый красивый юноша поднялся с места и нежно обнял Цинь Чэна.

Из-за разницы в росте в четыре-пять сантиметров Жун Сюй уткнулся лицом ему в плечо.

Когда эти двое находились в одном кадре, все – не только из фанаты - были вынуждены признать, что смотрятся они очень красиво.

Пока Цинь Чэн обнимался с Жун Сюем, Чу Ци на сцене с улыбкой ждал. Знаменитости в театре не восприняли это событие всерьез, ведь коллеги по цеху часто обнимаются, поздравляя друг друга с наградами.

Одни только фанаты-шипперы уже пришли в неистовство от волнения. Фанаты в зале яростно выкрикивали имена Цинь Чэна и Жун Сюя, в то время как фанаты онлайн-трансляции безумно строчили десятки комментариев, желая поделиться своим восторгом со всем миром.

«#ЖунЧэн дали нам сегодня столько конфет, что я умру от переизбытка сахара!»

«У нашей партии #ЖунЧэн голубое небо над головой, ахахаха!»

На экране крупным планом красовалось  лицо Цинь Чэна. Все зрители наблюдали за тем, как он спокойно держал в объятиях юношу на протяжении секунд пяти, а затем опустил руки. Засмеявшись, Цинь Чэн сказал и что-то Жун Сюю, после чего стремительно развернулся и зашагал к сцене.

Это объятие ни у кого не вызвало подозрений: Жун Сюй сыграл главную мужскую роль в «Черных тучах», а Цинь Чэн исполнил вторую главную мужскую роль в этом фильме. Теперь, когда Цинь Чэн получил награду за роль Гу Минсю, было естественно, что ему хотелось отпраздновать это событие со съёмочной группой, работавшей над фильмом, и обнять режиссёра Чжэна и Жун Сюя, с которым у него было больше всего совместных сцен.

Странно ли это? Нет, абсолютно нормально.

На самом деле, на прошлогодней церемонии «Оскар» одна голливудская актриса, получив приз за лучшую женскую роль второго плана, сразу же прошла в зал и поцеловалась со своей подругой, которая даже не играла в этом фильме.

На данный момент Жун Сюй и Цинь Чэн имели за плечами две совместных работы: «Черные тучи» и «Дикие цветы». Так что для всех было вполне естественно, что они подружились. Никто, кроме фанатов #ЖунЧэна, ничего не заподозрил.

Вскоре Цинь Чэн поднялся на сцену, принял трофей из рук Чу Ци и спокойно начал произносить свою речь.

Его речь была стандартной: благодарность продюсеру, режиссеру и фанатам... Но в конце он также поблагодарил Лин Сяо и Гу Минсю, без которых фильма бы не было.

Когда он сказал эти слова, выражение лица Цинь Чэна не сильно изменилось, но его низкий магнетический голос заставил людей вздрогнуть. Они не могли не вспомнить суперзвезду, которая когда-то захватила музыкальный мир своим талантом.

Когда его речь подошла к концу, взгляд Цинь Чэна обвел аудиторию и лишь на мгновение задержался на Жун Сюе.

Подумав немного, Цинь Чэн поднял трофей над головой и сказал:

— Спасибо!

Зал встретил его тёплыми аплодисментами. За всю благодарственную речь Цинь Чэна имя Жун Сюя упоминалось только один раз - вместе с продюсером и режиссёром Чжэном. Однако фанатам-шипперам хватило и этого. На сегодня им было довольно сладкого, поэтому их требования были не высоки.

Но они не знали, что только что, когда мужчина внезапно подошел к Жун Сюю, чтобы обнять его, тот незаметно для камер приложился к его уху человека и сказал:

— Не нужно намеренно выделять меня в своей речи.

Цинь Чэн:

— ...

Премия «Золотой Феникс» продолжалась, и настало время вручения различных технических наград.

Цинь Чэн вернулся на своё место с трофеем в руках, и режиссёр Чжэн ещё несколько раз поздравил его, на что он лишь сдержанно кивнул. Когда ведущий объявил следующую награду, мужчина молча опустил глаза и напечатал сообщение:

«Неужели я из тех людей, кто стал бы намеренно выделять тебя, произнося свою победную речь?»

Телефон в кармане Жун Сюя слегка завибрировал, и он потянулся за ним. Прочитав сообщение, он вскинул бровь и напечатал ответ:

«Да».

Цинь Чэн не изменился в лице:

«Какая мне от этого польза?»

Так совпало, что режиссёр Сюй в этот момент заговорил с Жун Сюем, поэтому он не смог ответить на сообщение сразу. Когда он собирался ответить, он увидел всплывающее уведомление о новой публикации пользователя из «избранных».

Паста из семян лотоса с апельсиновой начинкой: «#Чэнжун! Ах, какая большая конфета! Такая сладкая, такая сладкая... #ЧэнЖун — мои короли, Жун Жун такой милый!»

Жун Сюй: «...»

Какая тебе от этого польза, спрашиваешь?

Да, совесть тебя явно не мучает!

После этого Жун Сюй не стал утруждаться, придумывая ответ на сообщение Цинь Чэна, отправив лишь: «^_^»

Цинь Чэн: «...»

В конце концов, кругом были камеры, поэтому, чтобы не попасться, Жун Сюй и Цинь Чэн не могли переписываться постоянно.

Церемония награждения подошла к своей середине. Ведущий веселил публику остроумными шутками. Фильм «Чёрные тучи» стал героем сегодняшнего вечера. Он, вместе с «Немым» и ещё одной авторской картиной, делили между собой все награды этого кинофестиваля.

Только что объявили «Лучшую женскую роль второго плана», коей стала пожилая драматическая актриса.

Жун Сюй тихонько аплодировал, слушая шёпот режиссёра Сюй:

— А это уже интересно!

Жун Сюй улыбнулся и спросил:

— Мистер Сюй, на что Вы намекаете?

— Сюй Юйюань номинировалась на «Золотом Фениксе» за лучшую женскую роль второго плана уже шесть раз, но это её первая победа. — сделав паузу, режиссёр Сюй повернул голову, чтобы посмотреть на Жун Сюя. — Тебе не кажется это интересным совпадением, парень? Цинь Чэн сегодня тоже впервые получил награду за лучшую мужскую роль второго плана. Думается мне, итоги этой премии будут весьма неоднозначными...

Услышав это, Жун Сюй нахмурился, и в его голове промелькнула странная мысль.

Однако ответить он не успел, поскольку были подведены как промежуточные итоги кинофестиваля: на данный момент у «Чёрных туч» было семь наград, у «Немого» – три, а у ещё одного авторского фильма — четыре.

Все в зале навострили уши, ведь далее должны были объявить лауреатов главных наград года: «Лучшая женская роль», «Лучшая мужская роль», «Лучший режиссёр» и «Лучший фильм».

Когда ведущий огласил имя пожилой актрисы, все – и гости театра, и зрители у экранов – были ошеломлены. Женщина со слезами на глазах поспешила к сцене, а Вэнь Сюань в зале со сдержанной улыбкой поаплодировала ей.

Жун Сюй, наблюдая за этим, слегка нахмурился и вздохнул:

— Этот год немного разочаровывает, правда, мистер Сюй?

Актриса на сцене в этот момент уже начала произносить свою речь.

Режиссёр Сюй повернулся к Жун Сюю и сказал:

— Сяо Жун, разочаровываться – не плохо. Никто из нынешних номинантов на «Лучшую мужскую роль» не имеет явного преимущества. Один только ты выделяешься, потому что получил эту номинацию сразу за два фильма. Поражение Вэнь Сюань, конечно, шокирует. Но если бы она победила, это бы тоже кого-то разочаровало.

Погоня за наградами всегда сбивает с толку.

Некоторые второсортные кинопремии могут быть несправедливыми и нечестными, но если актёр имеет за плечами одну из главных наград — «Золотой феникс», «Оскар» или премию «Берлинского кинофестиваля» — абсолютно никто не посмеет назвать ее нечестной. Манипулировать результатами этих кинопремий попросту невозможно.

До объявления результатов сегодняшней кинопремии никто не мог сказать наверняка, кто станет победителем.

Среди номинанток на приз за «Лучшую женскую роль» в этом году самую выдающуюся актёрскую игру показала Вэнь Сюань. Она показала себя с новой стороны и получила много похвалы. Однако победить ей всё равно не удалось, и в этом тоже заключалась прелесть кинопремий – до последнего момента их исход неизвестен.

Жун Сюй сказал:

— На самом деле, игра Чэнь Линь тоже была хороша.

Режиссёр Сюй кивнул:

— Да, она действительно хороша, иначе она бы ни за что не получила этот приз.

Больше они не разговаривали. После того, как Чэнь Линь получила свою статуэтку, на сцену поднялся режиссёр Лю, чтобы вручить награду за «Лучшую мужскую роль». Когда Лю Лао назвал не его имя, Жун Сюй начал аплодировать, спокойно улыбаясь, в то время как молодой французский актёр радостно поднимался на сцену.

Режиссёр Сюй с улыбкой поинтересовался:

— Тебе не грустно?

Жун Сюй ответил:

— Нет, режиссёр Сюй, потому что Вы давно предупредили меня об этом.

Режиссёр Сюй рассмеялся:

— Когда это я предупреждал тебя, парень? Не говори глупостей!

Жун Сюй невинно поморгал:

— Ладно, ладно, ничего такого у Вас и в  мыслях не было!

Увидев спокойную и расслабленную улыбку Жун Сюя, режиссёр Сюй некоторое время серьёзно смотрел на него, а после сказал:

— На самом деле, я догадывался, что на этот раз ты вряд ли получишь статуэтку «Золотой Феникс». Честно говоря, в «Черных тучах» ты сыграл лучше, чем в «Немом», но Жун Сюй, «Черные тучи» - слишком особенный фильм. Лин Сяо - легенда индустрии развлечений, и такому биографическому фильму не составит труда получить множество наград, но лично твоя роль в этом фильме была не для того, чтобы получить дополнительные очки и награды. Она нужна была тебе для популярности.

Жун Сюй уже понял, что имел в виду режиссёр Сюй.

Он думал об этом, когда шёл на прослушивание в «Черные тучи». Он не мог добавить никакого шарма этому фильму. Даже Цинь Чэн мог служить в этой картине лишь фоном. Как же этому фильму удалось занять второе место в мировом прокате в прошлом году? Очень просто - в силу своей исключительности и благодаря эпизодическим ролям множества знаменитостей, а не из-за Жун Сюя.

Эти кассовые сборы никогда не были его личной заслугой.

Но использование «Черных туч» в качестве ключа к отечественному рынку кино — идеальное решение.

Этот выбор имел как преимущества, так и недостатки. И Жун Сюй был готов к недостатку, коим была сегодняшняя ситуация.

Молодой человек слегка улыбнулся:

— Режиссёр Сюй, я был морально готов к этому. Я знаю, что эти две роли - ещё не пик моих возможностей.

Режиссёр Сюй вскинул густую седую бровь:

— Громкое заявление для ребёнка. Но ты и правда очень хорош. Уже сейчас, в двадцать лет. По крайней мере, ты единственный обладатель премии «Золотой Феникс» за лучшую мужскую роль в таком возрасте. Какое же тогда тебя ждёт будущее? Ты ведь это понимаешь?

Улыбка на губах Жун Сюй стала шире:

— Я понимаю это, но режиссёр Сюй, неужели Вы забыли про свою режиссёрскую награду?

Режиссёр Сюй тут же широко распахнул глаза и быстро повернулся к сцене. В этот момент ведущий открыл конверт и с улыбкой объявил:

— Обладателем премии за «Лучшего режиссёра» в этом году становится… Сюй Шэн!

Все члены съёмочной группы «Немого» тут же встали с мест и принялись обнимать и поздравлять режиссёра Сюй. Старик, добродушно хохоча, похлопал Жун Сюя по плечу и сказал:

— Согласно правилам Премии, награду лучшему актёру в следующем году должен буду вручать я. Работай усердно – и в следующем году получишь статуэтку из моих рук!

Награду «Золотой Феникс» за «Лучшую мужскую роль» всегда вручал режиссёр, ставший лучшим в прошлом году. Так, например, в этом году награду вручал режиссёр Лю.

Жун Сюй ответил ему улыбкой, и режиссёр Сюй немедленно поднялся на сцену, чтобы торжественно произнести свою речь.

Десять минут спустя церемония вручения премии «Золотой Феникс» завершилась громогласным аплодисментами.

Как многие и ожидали, «Черные тучи» завоевали в общей сложности восемь трофеев, но из главных наград были удостоены лишь статуэтки за «Лучший фильм». «Немой» получил четыре статуэтки, в том числе за «Лучшего режиссера».

Многочисленные фанаты Жун Сюя после церемонии награждения испытывали грусть, пока их кумир не разместил пост на Вэйбо.

Жун Сюй: «Мне ещё далеко до этой награды. Но я продолжу усердно работать! Спасибо за вашу поддержку <3 [фото]»

На приложенном снимке было запечатлено его лучезарно улыбающееся лицо. Сделан этот снимок был, судя по всему, в зале во время церемонии. Юноша на переднем плане улыбался, подняв правую руку и показывая знак «V» в камеру. Позади него было ещё три человека: режиссёр Сюй демонстрировал свой маленький золотой трофей в форме феникса, Линь Сюань притворялся крутым и серьёзным, а Сяо Цзытун показывала фанатам сердечко.

Четыре главных фигуры «Немого» на одной фотографии демонстрировали фанатам своё единство и гармонию.

Поклонники, которые минуту назад были в депрессии, принялись хохотать, едва увидев это фото. Позже появились и другие селфи этих четверых, и на всех снимках Жун Сюй не выглядел расстроенным и даже дурачился вместе с Линь Сюанем.

«Просто будь счастлив! Мы всегда тебя поддержим, кем бы ты ни был! Мы с тобой! Дерзай!»

Хотя Жун Сюю на этот раз не удалось получить премию «Золотой Феникс» за лучшую мужскую роль, он уже на голову превзошёл всех своих сверстников в киноиндустрии. Ни один молодой актёр Китая не мог повторить его успеха к двадцати годам, и не стоит забывать, что присоединился к киноиндустрии он всего два года назад. Его ждала долгая жизнь с безграничными перспективами.

Постепенно фанаты позабыли о том, что их Бог не получил награду, и успокоились. Они продолжали писать Жун Сюю приятности, надеясь поднять ему настроение. Они были уверены, что он получит награду в следующий раз. Никто не сомневался в его актерских способностях.

Однако фанаты не знали, что после окончания церемонии награждения «Золотой Феникс» в команде остался один человек, испытывающий невообразимую печаль. И этим человек был не Жун Сюй и не Вэнь Сюань, которым сегодня не удалось получить награду, – наоборот, они оба были вполне счастливы.

Один только Линь Сюань был убит горем.

— Почему я должен угощать стольких гостей?! Зачем здесь столько народу?!

В зале собрались все главные члены команды «Немого», Вэнь Сюань, Чу Ци, Джеймс... Всего около двенадцати человек. Все сидели за большим круглым столом, ужинали и болтали.

Услышав слова Линь Сюаня, Вэнь Сюань вскинула бровь:

— Что ты такое говоришь? Ты не хочешь угощать нас?

Линь Сюань сердито ответил:

— Да, я проиграл Жун Сюю в споре, но я не проигрывал всем вам! Ещё, ладно, режиссёр Сюй и члены съемочной группы – мы хотя бы вместе работали над фильмом. Но… сестра Сюань, откуда здесь взялась ты и все остальные? Почему я должен кормить ещё и вас?!

Вэнь Сюань прикрыла рот ладонью и со смешком ответила:

— Это неважно. Кто бы ни привёл нас сюда, относись к нам как к гостям!

Линь Сюань:

— ...

«Издевательство!!!»

На самом деле, для знаменитости не было большой тратой угостить коллег ужином. И Линь Сюань не был скупым человеком – просто противился происходящему. Когда мужчина, сидевший рядом с Жун Сюем, опустил глаза в меню и с невозмутимым видом попросил меню, Линь Сюань тут же послушно примчался к столу и передал меню господину Лю, самому старшему из присутствующих.

Пока старик делал заказ, Линь Сюань наклонился к уху Вэнь Сюань и недовольно прошептал:

— Что здесь забыл Сумасшедший Цинь?

Вэнь Сюань тихо ответила:

— Мне тоже интересно знать, как он сюда попал. Мы с Чу Ци подходили к дверям, когда он к нам прицепился… Изначально мы планировали петь и играть вместе всю ночь, но теперь у меня нет на это никакого настроения. Чтобы он не мозолил мне глаза, я лучше просто пойду домой и хорошенько высплюсь.

Возможно, из-за провала на церемонии вручения премии «Золотой Феникс», за едой Вэнь Сюань позабыла о своём намерении пойти спать и принялась один за другим произносить тосты. Жун Сюй впервые видел человека, который остаётся трезвым после тысячи выпитых бокалов алкоголя. Когда Вэнь Сюань произнесла тост за Жун Сюя, красивый юноша в отчаянии опустил глаза и пробормотал:

— Что ж, придётся и мне выпить за это.

Немного опьяневшая Вэнь Сюань на мгновение остолбенела, прежде чем вспомнить, что юноша, как и она сама, сегодня вечером остался без награды. Испытав внезапный прилив сочувствия, она больше не стала смущать Жун Сюя, а сразу же отвернулась, собиралась произнести следующий тост, когда вдруг встретила глазами взгляд мужчины, равнодушно смотрящего на неё сверху вниз.

Вэнь Сюань:

— ...

В это мгновение она вспомнила, что хотела пойти спать, лишь бы не видеть его.

После часа ночи помощники стали по одному заходить в ложу и уводить пьяных звезд из-за стола. Из собравшихся самостоятельно на ногах стояли только Лю Лао, Жун Сюй, Цинь Чэн и Вэнь Сюань. Жун Сюй с Цинь Чэном отправились домой вместе. Ло Вэй не стала задавать лишних вопросов, восприняв это как что-то само собой разумеющееся:

— Конечно, Жун Жун, Вы поедёте с Цинь Шэнем, потому что живёте по соседству! Я знаю!

Только после двух часов ночи дверь квартиры, наконец, открылась.

Жун Сюй опустил голову, чтобы снять туфли, и убрал их в обувной шкаф у двери. Он подсознательно повернулся, чтобы убрать заодно и туфли Цинь Чэна, но в этот момент мужчина внезапно обнял его.

Ясные глаза распахнулись, и Жун Сюй в изумлении ощутил на себе пылкие объятия мужчины.

Из окна спящего города доносился едва различимый звук ветра. Цинь Чэн так крепко обнимал его, словно хотел впечатать его в своё тело. Слушая стук его сердца, Жун Сюй почувствовал тепло, разливающееся по груди.

После долгих молчаливых объятий он услышал у своего уха серьёзный голос:

— Сяо Сюй, для меня ты – лучший актёр.

Мрак тихой гостиной, еще не озарённой светом потолочной лампы, освещали лишь проникающие в оконный проём неоновые огни ночного города.

Линия обзора Жун Сюя была напрочь заблокирована грудью обнимающего его мужчины, и тепло медленно разливалось по его телу.

Для меня ты – лучший актёр.

Для меня...

Он не мог описать это чувство, но когда он услышал эти тихие слова у своего уха, для него всё вдруг стало не важно.

Совершенно незачем заботиться о том, что больше не имеет никакого значения. Перед церемонией награждения Жун Сюй мысленно подготовился к её итогам, зная, что вероятность его победы крайне мала. Он решил, что если Вэнь Сюань сможет стать в этом году «Лучшей актрисой», то он, скорее всего, станет «Лучшим актёром».

Однако на этот раз удача отвернулась от них обоих.

Ни один актёр не смог бы легко перенести такое поражение.

Жун Сюй, конечно, был рациональным и сдержанным, и прекрасно понимал, что в его поражении нет ничего ужасного, и ему просто нужно поработать ещё немного, ведь он дебютировал меньше двух лет назад, снялся всего лишь в паре фильмов, и ещё не достиг своего пика. Однако…

Его эмоции не позволяли ему игнорировать это поражение, и он всё ещё испытывал сожаление.

Но после слов Цинь Чэна к его сердцу вдруг мягко подкралось неописуемое чувство спокойствия.

После долгого молчания юноша тихо рассмеялся, поднял голову и сказал:

— Что ж, я думаю, это отличный результат. Поскольку я для Вас лучший актёр, мистер Цинь, Вы должны вручить мне награду. — немного подумав, Жун Сюй улыбнулся и невинно поморгал. — Если у Вас нет трофея, я попрошу утешительный приз.

В темноте ночи сверкнули ясные улыбающиеся глаза юноши, прекрасные, словно звёзды. Видя эту прекрасную картину, Цинь Чэн почувствовал, что в горле у него пересохло, и сухо поинтересовался:

— Какой приз ты хочешь?

— Ты скажи мне: какой приз я хочу?

Цинь Чэн спокойно улыбнулся:

— Будет тебе приз. Но трофей для тебя у меня тоже есть.

Теперь настала очередь Жун Сюя удивляться:

— А?..

В гостиной с «щелчком» загорелся свет. Прежде чем Жун Сюй смог приспособиться к яркому свету, мужчина поднял его на руки и понёс к кинозалу.

Войдя в эту огромную комнату, Цинь Чэн направился прямиком к двум большим шкафам, когда Жун Сюй вдруг понял:

— Ты ведь не хочешь…

Цинь Чэн поднял руку и открыл шкаф, открыв взору Жун Сюя четыре ряда сверкающих трофеев.

Жун Сюй:

— ...

Цинь Чэн осмотрел шкаф, подумал немного, а затем и взял золотой трофей в форме феникса и всучил его в руки Жун Сюя.

Жун Сюй:

— Но я же…

Цинь Чэн протянул руку и аккуратно всучил Жун Сюю ещё одного «Феникса».

Жун Сюй:

— Эй!..

Затем ему вручили третий трофей маленького золотого человечка, и на этот раз Жун Сюй уже не мог  уместить статуэтки в своих руках, но в этот момент Цинь Чэн поставил его на ноги, а сам принялся доставать из шкафа остальные трофеи. Набрав в охапку одиннадцать знаковых статуэток, и оставив на полке более двадцати второстепенных трофеев, он обернулся, прислонился спиной к шкафу и провозгласил:

— Вот твои трофеи.

Жун Сюй:

— ...

Слегка надув губы, улыбающийся Жун Сюй сердито сказал:

— Ты пытаешься разозлить меня? Давая мне свои трофеи?

— Почему они мои?

Он думал, что получит объяснение, но, услышав такой ответ, Жун Сюй был ошеломлён. Глядя на спокойное выражение лица Цинь Чэна, он вскинул бровь и спросил:

— На этих трофеях ведь не выгравировано моё имя – зачем они мне?

— Они принадлежат мне, — Цинь Чэн протянул руки, обнял возлюбленного за талию и терпеливо сказал, — А я принадлежу тебе.

Первоначально заготовленные слова притворного гнева вдруг застряли у него в горле.

Жун Сюй посмотрел на человека перед собой. Его лицо было всё таким же спокойным, холодным и безупречным. Как и считали его поклонники, Цинь Чэн в жизни был спокоен и хладнокровен и почти никогда не терял самообладание. Но кто бы мог подумать, что человек с таким холодным лицом способен на такие по-детски милые тёплые слова?

Жун Сюй не смог сдержать смех. Цинь Чэн, глядя на него, невозмутимо вскинул брови. Однако в следующее мгновение его возлюбленный отложил все трофеи в сторону, встал на цыпочки, взялся обеими руками за его лицо и легонько чмокнул в губы.

Это был настолько лёгкий поцелуй, что Цинь Чэн распахнул глаза от удивления.

Жун Сюй беспомощно улыбнулся:

— Поскольку это так, Цинь Чэн, я приму свою судьбу.

— Какая покорность судьбе...

Обворожительный юноша вдруг снова взял на себя инициативу поцеловать его, но на этот раз страстно. Цинь Чэн медленно скользнул руками по его талии и притянул поближе к себе – так, что они чувствовали биение своих сердец.

Неоднозначные звуки заполнили кинозал, и их поцелуй плавно перетёк в спальню. Одежда хаотично падала на пол – они так спешили, что неплотно закрыли дверь в спальню. Сквозь щель в дверном проёме из спальни доносился нежный голос молодого человека.

Казалось, он говорил что-то о любви, но, не дав ему договорить, Цинь Чэн наклонился и снова поцеловал его. Когда настал тот самый момент, Жун Сюй сжал руки мужчины и тихо вскрикнул:

— Цинь Чэн!

В следующее мгновение у его уха раздался хриплый и сексуальный голос:

— Я твой приз...

Поскольку было уже слишком поздно, и они оба слишком устали, они решили остановиться на одном разе: бережно помассировав талию и ноги Жун Сюя в течение десяти минут, Цинь Чэн обнял его и улёгся рядом с ним.

Лёжа под лунным светом, Цинь Чэн серьёзно посмотрел на юношу в своих объятиях. Пролежав так минут пять и убедившись, что Жун Сюй спит, он потянулся за своим телефоном и напечатал текст.

Паста из семян лотоса с Апельсиновой начинкой: «Я так люблю его! С каждым днём я люблю его всё больше и больше! Я так рада его видеть ^_^»

После публикации этого поста Цинь Чэн легонько поцеловал Жун Сюя в губы, после чего устало заснул. Однако он не знал, что сразу после того, как его дыхание стало ровным, юноша, «спавший» в его объятиях, открыл глаза.

Жун Сюй осторожно посмотрел на спящего Цинь Чэна. Его взгляд скользнул по сомкнутым глазам, ровному носу и, наконец, остановился на плотно сжатых тонких губах.

Улыбнувшись, Жун Сюй поднял голову и поцеловал его. Затем он осторожно протянул руку и взял с прикроватной тумбочки свой телефон. Едва успев разблокировать экран, он тут же увидел новое оповещение о публикации и, тихо рассмеялся, напечатал ответный пост.

Как правильно есть апельсин: «Совет 6. Если это ты, я готов принять свою судьбу. Я тоже люблю тебя, люблю тебя всё больше день ото дня ^_^»

Лунный свет проливался на пол комнаты, скрывая все тайны в густой ночи.

На второй день после церемонии вручения премии «Золотой Феникс» все главные издания Китая публиковали новости, связанные с церемонией. Среди этих новостей, несомненно, самым упоминаемым фильмом были «Чёрные тучи». В дополнение к этому «Лучшему фильму», всеобщего внимания также удостоился режиссер Сюй, а также обладатели премий за «Лучшего актёра» и «Лучшую актрису».

Таковы плоды победы. Как бы хорошо о Вэнь Сюань не отзывались перед церемонией награждения, и какой бы сенсации ни вызвал Жун Сюй своей двойной номинацией, по итогу они оба остались без наград. Они даже не были в центре всеобщего обсуждения.

Вэнь Сюань была известна уже много лет, и усердно работала всё это время, медленно идя к своей цели. Конечно, она сейчас не испытывала особого дисбаланса. Наоборот, она очень сочувствовала своему «брату по несчастью», поэтому позвонила Жун Сюю рано утром, чтобы утешить его:

— Давай пообедаем в полдень! Встретимся на старом месте.

Она не оставила Жун Сюю иного выбора, кроме как оставить в постели обиженного мужчину и отправиться на встречу клуба.

На этот раз из клуба «Сумасшедший Цинь» присутствовало пять человек – все, кроме Ся Муйян, Дженнифер и Хью.

В конце концов, и Жун Сюй и Вэнь Сюань вчера оказались за бортом «Золотого Феникса», поэтому Линь Сюань, Чу Ци и Джеймс поначалу не осмеливались упоминать об этом, боясь расстроить их – особенно Жун Сюя. Особенно Жун Сюя: они все считали этого парня совсем ещё зелёным новичком, которого в этот раз очень захвалили, дав ему целых две номинации, однако по итогу лишили трофея. Они боялись, что сейчас парень, должно быть, чувствует себя крайне некомфортно.

Однако, когда Жун Сюй их робость, он спокойно улыбнулся:

— Разве список номинантов на Берлинский кинофестиваль и Оскар уже объявлен? Я никуда не тороплюсь.

Линь Сюань:

— ...

Чу Ци:

— ...

Джеймс:

— ...

Вэнь Сюань подавилась куском мяса:

— Кхм, кхм, Жун Жун, какая неслыханная наглость!

После того, как Жун Сюй терпеливо объяснил собравшимся, что он в полном порядке, все, наконец, смогли расслабиться. После обеда Вэнь Сюань предложила им вместе попеть:

— Людей набирается мало, поэтому я позову ещё и своих друзей. Но с Цинь Чэном петь я точно не хочу: прошлой ночью этот парень...

Жун Сюй удивленно спросил:

— Почему ты не хочешь петь с ним, сестра Сюань?

Уголки губ Вэнь Сюань дернулись, и она немного испуганно покачала головой:

— Да так… ничего.

Чу Ци рассмеялся:

— Жун Жун, не слушай её, она обижена на Цинь Чэна. Да и отлично его понимаю: я бы тоже не стал с ней петь. От её пения плакать хочется. Иначе, почему, по-твоему, она остановилась, выпустив один-единственный сингл? Уши звуковика завяли, пока он сводил эту песню!

Вэнь Сюань завопила:

— Убирайся!!!

Шутки шутками, но петь они отправились все вместе. Вэнь Сюань и Линь Сюань позвонили и пригласили ещё по паре своих друзей из индустрии.

В их дружной компании Чу Ци и Линь Сюань были профессиональными певцами, но среди вновь прибывших также было двое певцов. Слушать их пение было действительно приятно, поэтому именно этим Жун Сюй и занимался, сидя в стороне.

Жун Сюй весело и расслабленно проводил свой выходной день, но он не знал, что в полдень в Сети появилось много странных публикаций.

Будучи главой фан-клуба, Юань СяоИ, естественно, весь вчерашний вечер наблюдала за церемонией награждения премии «Золотой Феникс». Даже если Жун Жун ее семьи не получил награду, она все равно была горда и счастлива за него, поскольку знала: если Жун Жун продолжит усердно работать, он обязательно получит то, чего заслуживает!

Однако, после ночи молчания, к полудню в разных пабликах вдруг разом вспыхнули однотипные эксцентричные публикации.

«Я думал, Жун Сюй сможет подняться на одну ступеньку выше, если выиграет в двойной номинации, но он вообще не получил ни единой награды! Позор! До церемонии награждения мне казалось, что награда уже в его руках, но в итоге он просто сопровождал на этой церемонии победителей».

«Ха-ха-ха-ха, мне нравится прозвище «Сопровождающий победителей»!».

«Всю прошлую неделю фанатки Жун Сюя были так взволнованы, что я было подумала, что он уже получил награду. Вчера вечером на мои глаза случайно попалась трансляция церемонии награждения, и я чуть не умерла со смеху! Что ещё остаётся этому парню? Даже «Чёрные тучи» не принесли ему наград! Он не умеет ни петь, ни играть, ха-ха-ха!».

При виде этих обидных комментариев, глаза Юань СяоИ гневно вспыхнули. Она собиралась ответить на один из них, когда получила сообщение от своей подруги, которая тоже была поклонницей Жун Сюя. Открыв чат, она обнаружила скриншот публикации в Вейбо.

Ветеран кино: «Чёрные тучи», несомненно, является одним из самых выдающихся фильмов на китайском языке, вышедших в прошлом году. Этот фильм получил восемь статуэток кинопремии «Золотой феникс» и был признан лучшим фильмом. Жун Сюй, сыграв в этом  фильме, достиг пика своей карьеры, а созданный им образ Лин Сяо станет классикой. Его дебют стал его пиком. Жун Сюю повезло, что именно такой фильм стал первым в его карьере [фото]»

Юань СяоИ:

— !!!

Он был на пике, когда только дебютировал?!

Он уже достиг вершины своей карьеры?!

Жун Жун не достиг своего пика – он может стать ещё лучше и гениальнее!

Так как это была спланированная кампания против Жун Сюя, игнорировать её, естественно, было невозможно.

Прошло менее двух лет со дня дебюта Жун Сюя, и вплоть до вчерашней церемонии награждения премии «Золотой Феникс» его карьера развивалась очень стремительно – многие даже не успевали проанализировать её молниеносный взлёт. Лишь вчера они осознали, как высоко забрался этот молодой актёр.

И каждый его шаг был уверенным. Он не стал популярным в одно мгновение, как Цинь Чэн, Чу Ци или кто-то ещё – каждая из его работ была интересной и выдающейся, постепенно продвигая его вперёд.

Жун Сюй получил четыре из трёх главных премий Китая – за свои работы в телесериалах.

На самой важной премии Китая «Золотой Феникс» Жун Сюй стал единственным в её истории двойным номинантом на лучшую мужскую роль.

Если оценивать его карьеру, исходя из кассовых сборов фильмов с его участием, «Черные тучи» и «Затерянный город» собрали по 10 миллиардов в прокате, и стали самыми кассовыми фильмами года в Китае!

Жун Сюй стал популярным очень стремительно. Вместе с ростом числа его поклонников, неизбежно росло и число хейтеров. Некоторые из них просто ненавидели Жун Сюя, но были и такие, кто недолюбливал его из-за своих кумиров.

«Почему мой кумир до сих пор снимается во второсортных телесериалах, а ты уже добился таких результатов?! Вы ведь начинали свой путь вместе!»

Как тут не завидовать?

Кроме того, среди этих хейтеров были фанаты Чжуна И, Лин Чжэня и Дэн Ивэня и других.

По их мнению, раз поначалу ходили слухи, что именно Чжун И должен сыграть роль ВаньЦи Яо в «Борьбе за превосходство», то сегодня именно он должен был быть дважды номинирован на звание лучшего актёра. Он, а не Жун Сюй!

Поклонники Лин Чжэня и Дэн Ивэня думали точно так же.

Если бы в «Чёрных тучах» снялся Лин Чжэнь, и если бы Дэн Ивэнь не потерял своё имя из-за сексуального скандала, возможно, сегодня ситуация была бы совсем другой.

Какой бы ни была причина их ненависти, когда они увидели, что Жун Сюй дважды номинирован на премию «Золотой Феникс» за лучшую мужскую роль, они так разозлились, что принялись поливать его грязью за спиной. Но когда стали известны результаты премии, они перешли в злорадное наступление, желая вогнать Жун Сюя в депрессию.

Так поступали фанаты конкурентов и многие новички индустрии.

В результате фанаты конкурентов смеялись над ним и язвили, а сами звёзды подливали масла в огонь, покупая «армии троллей» и заказные статьи в маркетинговых аккаунтах, дабы очернить своего соперника.

Команда Жун Сюя уже примерно понимала текущую ситуацию. Они изо всех сил старались успокоить простых фанатов, чтобы они не обращали внимания на «троллей», а сами в это время изо всех сил старались найти того, кто стоит за этими «троллями»: только узнав имя виновного, они могли одержать молниеносную победу.

Однако противник не давал им времени.

После появления проплаченного поста на первом маркетинговом аккаунте, многие так называемые «сплетники индустрии» тут же подхватили его. В своих аккаунтах они фальшиво хвалили Жун Сюя, призывая его не расстраиваться из-за поражения, но на самом деле они высмеивали его, говоря, что Жун Сюй уже достиг своего пика, и он уже никогда не получит премию «Золотой феникс».

К 4-ём часам дня тэг #ЖунСюйЗолотойФеникс уже взлетел до топа-40 самых популярных поисковых запросов. Были, конечно, посты по теме с положительными или критикующими комментариями, но большая часть ленты по данному тэгу была наводнена троллями, насмехающимися над поражением Жун Сюя.

При виде этих публикаций, фанаты Жун Сюя так рассердились, что были готовы расплакаться. Их лидеры быстро связались с Ло Вэй, потому что для них было очевидно, что это не простые хейтеры, а спланированная кампания против их кумира. Сообщив Ло Вэй о проблеме, они попросили девушку не рассказывать о ней Жун Сюю.

«Жун Жун вчера остался без наград, поэтому он, должно быть, немного расстроен... Сейчас ему лучше не сообщать такие дурные вести – расскажите ему чуть позже, пожалуйста».

Ло Вэй была очень тронута словами фанатов, но была вынуждена рассказать обо всём Жун Сюю.

Когда Ло Вэй позвонила Жун Сюю, Вэнь Сюань и Линь Сюань уговаривали его спеть для них. Отвечая на звонок, юноша извинился перед друзьями, невинно моргнув:

— Мисс Сяо Ло ищет меня – я должен ответить на звонок.

Линь Сюань тут же сказал:

— Она может подождать. Мы ведь договорились, что все должны спеть. Отправь ей пока сообщение: сейчас твоя очередь петь, Жун Сюй!

Люди в вип-кабинке тут же присоединились:

— Точно, мы же договорились выключить телефоны! Жун Жун, за то, что ты не выключил телефон, да ещё и осмелился ответить на звонок, мы накажем тебя штрафной песней!

Отчаявшемуся Жун Сюю ничего не оставалось, кроме как отклонить звонок и отправить Ло Вэй сообщение с просьбой написать ему в мессенджер, если у неё что-то срочное, поскольку сейчас ему не очень удобно говорить. После того, как он закончил петь песню из репертуара Чу Ци, он спел дополнительную штрафную песню. Лишь десять минут спустя Жун Сюй снова добрался до своего телефона.

Телефон ему передала Вэнь Сюань, с улыбкой сказав:

— Я не смотрела содержимое, но, похоже, твоя юная помощница строчила тебе сообщения всё это время. Не знаю, что там случилось, но надеюсь, что ничего страшного.

Жун Сюй слегка нахмурился, поблагодарил девушку и разблокировал экран своего телефона.

Мгновение спустя в ясных глазах молодого человека мелькнуло удивление, и он с недоумением покачал головой.

Вэнь Сюань с любопытством спросила:

— Жун Жун, судя по выражению твоего лица, ничего страшного не случилось?

Чу Ци, сидевший неподалёку, тоже повернул голову и поинтересовался:

— Что случилось?

Подумав немного, Жун Сюй беспомощно развёл руками и убрал телефон:

— Действительно, ничего страшного не случилось. Сестра Сюань, брат Чу, вы, должно быть, уже давно к такому привыкли. Кто-то купил «армию фейков», чтобы уничтожить меня. Сестра Ло и брат Ло уже решают этот вопрос, завтра всё должно устаканиться.

Глаза Вэнь Сюань расширились:

— Что?! Уничтожить тебя?!

Так совпало, что в это мгновение одна из певиц закончила петь, и в помещении внезапно воцарилась тишина. Возглас Вэнь Сюань услышали все и синхронно повернули головы в её сторону.

Чу Ци внимательно перечитал сообщения на телефоне Жун Сюя и выглядел ещё более удивлённым, чем Вэнь Сюань:

— Они пишут, что ты уже никогда не получишь трофей, и в будущем твоя карьера только пойдёт на спад?! Подожди-ка, Сяо Жун, если я ничего не путаю, тебе ведь сейчас… двадцать лет?

Жун Сюй с улыбкой кивнул:

— Если быть точным, я отпраздную свой двадцатый день рождения через полгода.

Чу Ци:

— …

Спустя минуту молчания суперзвезда китайской эстрады тихо вздохнул и сказал:

— Итак, кто же вселил в них уверенность в том, что карьера 20-летней суперзвезды вот-вот пойдёт под откос?

Полчаса спустя на странице в Вэйбо Вэнь Сюань появился очень короткий пост, сопровождающийся фотографией, собравшей более 100 тысяч комментариев в первые десять минут.

Вэнь Сюань: «Наш Жун Жун просто великолепен, ха-ха-ха-ха! [фото]»

На приложенном групповом снимке гламурная актриса в качестве намеренного щедрого жеста слегка выглядывала из-за спины Жун Сюя. В приглушенном свете Жун Сюй стоял на переднем плане, а за его спиной – семь или восемь популярнейших кинозвёзд, молодых певцов и актёров, включая Вэнь Сюань, Чу Ци и Джеймса Трента.

Но в центре этой звездной компании блистал один красивый молодой парень.

Публикация Вэнь Сюань сразу же стала хитом. После этого Чу Ци, Джеймс и остальные присутствующие репостнули к себе на страницы эту фотографию, добавив от себя краткие подписи в духе: «Жун Жун поистине великолепен! 23333».

Линь Сюань тоже сделал репост на свою страницу, но оставил под записью недовольный комментарий: «Жун Жун действительно классный, но почему именно я должен был фотографировать вас?! Я тоже хочу быть на этом групповом фото, ясно?»

Ему быстро ответил Жун Сюй: «Разве кто-то заставлял тебя в очередной раз проигрывать нам в камень-ножницы-бумагу? ^_^»

Несколько простых репостов и комментариев отчетливо дали понять всем их подписчикам, что между звездами сложились очень хорошие дружеские отношения.

Когда фанатка Вэнь Сюань спросила у нее, почему она вдруг назвала Жун Сюя великолепным, и не из-за того ли, что все сейчас высмеивают его за неполученные трофеи, Вэнь Сюань спокойно ответила: «А разве Жун Жун не великолепен? Вы знали, например, что он просто потрясающе поёт?»

Не вступая в полемику, девушка чётко дала всем понять, что искренне восхищается Жун Сюем. Что бы и в какой бы манере ей не писали, у неё на всё был один ответ – Жун Сюй великолепен! Очень хорош! И возражения не принимаются!

Хотя Вэнь Сюань и другие звёзды не писали длинных гневных постов, напрямую выражая своё негодование начавшимся хейтом вокруг Жун Сюя, они выразили свою поддержку ему в другой манере. Ся Муйян, Дженнифер и Хью, которые также были членами клуба #СумасшедшийЦинь, но не присутствовали на той посиделке, также репостнули к себе фото с Жун Сюем. Для того, чтобы выразить ему свою поддержку, им не обязательно было стоять позади Жун Сюя на фото.

Когда несколько знаменитостей одновременно публично выказали своё восхищение Жун Сюем, их поклонники, естественно, встали на их сторону, что заставило купленных хейтеров в комментариях выглядеть ещё более нелепо.

Поклонники Жун Сюя  сначала не поняли скрытого смысла поста Вэнь Сюань, но когда они обнаружили, что он повлёк за собой более сдержанное поведение хейтеров, которые больше не смели откровенно насмехаться над их кумиром, они пришли в восторг.

«QAQ Наш Жун Жун великолепен!»

«Жун Жун действительно потрясающий вокалист – чего только стоят «Потерянные крылья»!»

«О, я заслушала «Потерянные крылья» до дыр! Раз 200, не меньше! ╮(╯_╰)╭»

Благодаря поддержке стольких «старожилов» индустрии поклонники Жун Жуна смогли, наконец, выдохнуть с облегчением и продолжить привычно признаваться кумиру в любви.

Тем временем, из-за внезапного инцидента с «армией фейков», вечеринка звёзд уже не могла продолжаться. Жун Сюй попрощался с товарищами и отправился с Ло Чжэньтао в «ХуаСя Интертейнмент», чтобы уладить этот инцидент.

Вэнь Сюань утешила его на прощание:

— Ой, травля фейками - это нормально, такое происходит ежедневно. Просто привыкни к тому, что вокруг тебя всегда будут завистники!

Жун Сюй улыбнулся, слегка закатил глаза и мягко сказал:

— Сестра Сюань, думаю, если бы ты сказала мне об этом не так резко, я был бы тронут.

Вэнь Сюань объяснила:

— Это потому, что я и сама не так давно с этим столкнулась...

Жун Сюй улыбнулся:

— Но теперь репутация сестры Сюань безупречна. Сейчас уже никто не осмелится публично насмехаться над тобой.

Никак на это не отвечая, Вэнь Сюань озадаченно уставилась на молодого человека перед собой, а спустя долгое время с лёгкой улыбкой кивнула.

Это правда, что Вэнь Сюань столкнулась с волной хейта, когда только дебютировала. Её актёрским дебютом была роль злодейки второго плана. Вероятно, её актёрская игра была настолько убедительна, что люди возненавидели её до мозга костей. После этого произошли некоторые события, из-за которых она ещё несколько лет оставалась нелюбима публикой, и только после того, как она получила серию трофеев благодаря своему таланту, ситуация постепенно выровнялась.

Глядя вслед удаляющейся машине, Вэнь Сюань, слегка наклонив голову, небрежно спросила:

— Сяо Жун мягкий человек?

Чу Ци без колебаний ответил:

— Он не ранимый человек, но он действительно мягок.

В то же время в квартире неподалёку от «ХуаСя Интертейнмент» проснулся холодный равнодушный мужчина. Последние несколько дней были для него очень утомительными, а уже завтра вечером ему нужно было снова улетать за границу на съёмки. После того, как Жун Сюй утром ушёл из дома, Цинь Чэн решил ещё немного вздремнуть.

Проснувшись, Цинь Чэн начал паковать свой чемодан, готовясь к завтрашнему перелёту. Когда он закончил собирать вещи, за окном уже стемнело, а его возлюбленный до сих пор не вернулся домой.

Чувствуя, что что-то не так, мужчина встал, подошёл к кровати и взял свой телефон. Прежде чем он успел отправить Жун Сюю сообщение с вопросом, когда тот вернётся домой, его отвлекло другие уведомление.

Национальный фан-клуб Жун Сюя: «Жун Жун великолепен!» [<3][<3][<3] // @Чу_Ци: «Он поистине великолепен» // @Вэнь_Сюань: «Наш Жун Жун просто великолепен, ха-ха-ха-ха! [фото]»

Цинь Чэн: «...»

«Что происходит?!»

Быстро прошерстив Вэйбо, Цинь Чэн уже спустя пять минут нашёл тот самый купленный пост, с которого началась шумиха.

Всё произошло слишком быстро. Пост появился утром и перерос во всю эту ситуацию уже днём. К моменту, когда Цинь Чэну стало известно об этой ситуации, она уже оказала значительное влияние на индустрию. Жун Сюй и Вэнь Сюань попали в топы поисковиков. Конфликт в целом, кажется, был урегулирован, но всё ещё оставалось много мелких хейтеров, оскорбляющих Жун Сюя, а также маркетинговых аккаунтов, продолжающих саркастично писать заказные посты.

Тонкие губы выпрямились в линию, и мужчина наклонился за своим вторым телефоном, чтобы отправить сообщение агенту: «Почему ты не сказал мне про эту ситуацию?»

Сюй Цзинь, у которого до этой секунды было хорошее настроение, удивлённо ответил: «Вы имеете в виду Жун Сюя?.. А я разве должен говорить Вам о подобных вещах?»

Цинь Чэн: «...»

Через некоторое время он отправил ещё одно сообщение: «Если в дальнейшем у него что-то случится, скажи мне об этом сразу, – неважно, хорошая это новость или плохая».

Сюй Цзинь: «Я бы хотел за это двойную оплату…»

Это сообщение Цинь Чэн проигнорировал.

Через некоторое время Сюй Цзинь снова дал о себе знать: «Я серьёзно! Я хочу удвоить свою зарплату!»

Цинь Чэн: «Ладно».

При виде этого сообщения Сюй Цзиню захотелось плакать: «Мистер Цинь, я готов на свою первоначальную зарплату, но только не делайте меня менеджером ещё и Жун Сюя!!!»

Цинь Чэн ему не ответил, взяв другой свой телефон и внимательно перечитав посты Вэнь Сюань и Чу Ци в Вэйбо. Подумав немного, он с серьёзным видом зашёл на свою страницу и принялся редактировать текст черновой публикации.

«Он действительно великолепен…»

«Нет… я не буду писать то же, что и Вэнь Сюань. Я должен быть уникален!»

«Он лучший...»

«Нет, это вызовет слишком много подозрений...»

«Я считаю его потрясающим».

«А это уже звучит не плохо!»

Цинь Чэн принялся терпеливо искать фотографию для поста. Открыл галерею, он подобрал из бесчисленных откровенных фотографий подходящее групповое фото со съёмок «Диких цветов», на котором были запечатлены и он, и Жун Сюй.

Несколько раз перепроверив свой пост на наличие ошибок, Цинь Чэн уже собирался нажать кнопку «Опубликовать», но сверху вдруг выскочило новое уведомление, и он случайно кликнул на него, не успев сохранить черновик.

Цинь Чэн: «...»

Ян Чанчжэн: «На этот раз мне очень повезло поработать вместе с @Жун_Сюем над альбомом «ЖунЯн». Это одно из моих самых приятных сотрудничеств, а Жун Сюй – самый ответственный юноша, которого я когда-либо встречал. Он поёт лучше всех актёров, играет лучше всех певцов, и при этом всём с ним очень весело работать! Сейчас мы трудимся над созданием клипа, и мне не терпится показать вам фото этого парня. Ты молодец, @Жун_Сюй! [фото]».

С подачи Вэнь Сюань ко второй половине дня инцидент с хейтерами Жун Сюй практически разрешился. Далее, какими бы грязными ни были методы противника, они бы не возымели должного эффекта, а только рассмешили людей. Официально инциденту положила конец публикация Ян Чанчжэна с рекламой грядущего альбома.

Ян Чанчжэн действительно работает над новым альбомом?

Да ещё и сотрудничает с Жун Сюем?!

Эта новость разлетелась по Интернет.у буквально за полчаса. Поклонники были поражены. Даже те, кто был не заинтересован в Жун Сюе и его достижениях, с недоверием комментировали этот факт: «Человек, которого только что дважды номинировали на премию «Золотой Феникс» за лучшую мужскую роль, собирается выпустить альбом с Ян Чанчжэном!!!»

За прошедшие десятилетия статус Ян Чанчжэна на китайской музыкальной арене настолько закрепился, что сейчас никто не мог сдвинуть его с вершины – даже популярные новички со своими феноменальными хитами. Этот музыкант и автор написал бесчисленное количество известных песен. Хоть они и не часто сотрудничал с певцами – всякий раз, когда он это делал, у него получались шедевры.

После смерти своего ученика Лин Сяо несколько лет назад Ян Чанчжэн прекратил выпускать песни. Теперь же он действительно намеревался спродюсировать альбом для Жун Сюя, да ещё и очень высоко отзывался о самом юноше. Эта новость мгновенно стала главной темой дня, затмив собой все остальное: скоро выйдет новый совместный альбом Ян Чанчжэна с Жун Сюем!

«Ян Чанчжэн и правда написал новые песни? И он работает над ними с Жун Сюем? Подождите, а разве Жун Сюй вообще певец? Я помню, что он постоянно мелькал на вчерашней церемонии вручения премии «Золотой Феникс». Он умеет петь?..»

«Я слушал «Потерянные крылья» в исполнении Жун Сюя – звучит очень хорошо. Он правда решил запеть? Я всячески его в этом поддерживаю – должно выйти здорово!»

Обычные любители музыки были рады самому факту того, что их ждут новые хорошие песни. Что касается фанатов Жун Сюя, когда они увидели публикацию Ян Чанчжэна, они, отоядя от шока и неверия, пришли в восторг.

«Ааааааааа! Я только на прошлой неделе отмечала, как здорово поёт Жун Жун! Я слушаю «Потерянные крылья» по сто раз в день. И это ещё не всё?! Он собирается выпустить ещё песни?!  Ааах!»

«Сегодня в полдень я спорил с кучкой хейтеров в комментариях. Они говорили, что если Жун Жун моей семьи не смог выиграть в номинации на лучшую мужскую роль, то он и петь уже не сможет. Якобы он не может ни играть, ни петь! Как насчёт этого, хейтеры?! Жун Жун сотрудничает с самим мистером Яном! «Потерянные крылья» Жун Жуна продавались миллионными тиражами, и теперь я с нет.ерпением жду альбом «Жун Ян»! Ух, мне не терпится услышать новую песню Жун Жуна!»

«Я готова купить десять альбомов, чтобы поддержать нашего Жун Жуна!»

«А я… я закажу два альбома: один для прослушивания, а другой для того, чтобы давать им пощёчины всякому, кто осмелится сказать про Жун Жуна плохо!»

Инцидент с армией фейков свёлся на нет. Поклонников Жун Сюя теперь больше всего беспокоил этот загадочный музыкальный альбом. Так или иначе, все ненавистники уже повержено попрятались в канаве, а фанаты, не обращая на них никакого внимания, нет.ерпеливо интересовались деталями выхода нового альбома.

Ян Чанчжэн заблаговременно обсудил все детали с Ло Чжэньтао и планировал обнародовать информацию о выпуске альбома в ближайшие несколько дней. Мистер Ян ничего особо не смыслил в рекламе и маркетинге. Однако когда он увидел, как Жун Сюя обижают в соцсетях после церемонии награждения премии «Золотой Феникс», он принял волевое решение, которое лишило всех дара речи.

Этих несчастных хейтеров можно было только пожалеть, ведь они буквально напоролись на дуло пистолета.

На самом деле, группа артистов, тайком затеявших эту кампанию с закупкой «троллей» и маркетинговых аккаунтов для уничтожения репутации Жун Сюя, прекрасно понимала, что поражение на премии «Золотой Феникс» не имело особого значения. Актёров-новичков, получающих статуэтки, крайне мало. Например, Вэнь Сюань была номинирована на премию «Золотой Феникс» за лучшую женскую роль лишь спустя пять лет после своего дебюта, а выиграла она её и вовсе на седьмой год, однако это не помешало ей стать самой известной актрисой Китая.

Поэтому Жун Сюй, пока у него были крепкие нервы, мог не обращать внимания на такие мелочи, как проигрыш на кинопремии. Его противники же своей затеей пытались сломить его дух, воспользовавшись этой возможностью, чтобы он сбавил обороты в своём стремительном продвижении по карьерной лестнице. Они осознавали, что позволь они ему развиваться в таком же темпе, уже через пару лет он получит свою заветную статуэтку.

Так что, когда Ян Чанчжэн опубликовал свой анонс, некоторые люди в разных частях Китая одновременно пришли в неистовство.

Зависть в этой ситуации была неизбежна.

После того, как Жун Сюй и мистер Ян поговорили по телефону, они опубликовали анонс альбома в Вэйбо. Поскольку на данный момент от него больше ничего не зависело, Жун Сюй собрался покинуть офис «ХуаСя Интертейнмент».

Ло Чжэньтао на прощание спросил:

— Нужно ли нам продолжать расследование этого инцидента?

Жун Сюй остановился у двери, держа в руке ключи от машины. Обернувшись и взглянув на своего агента, он с улыбкой ответил:

— Брат Ло, возможно, за этим всем стоит не один человек. Перестань копать: это не имеет особого смысла. В любом случае, сейчас нашему противнику остаётся только утешать себя.

Ло Чжэньтао на мгновение задумался и кивнул:

— Я тоже так думаю. Невозможно найти их всех, но изобличить парочку из них, думаю, мне под силу.

Жун Сюй кивнул в знак согласия.

Масштабы инцидента с хейтом на этот раз были слишком широки, в отличие от ситуаций с Жэнь Шучжэнь и Лу Сянбо. Мелкая звезда не смогла бы провернуть такое дело в одиночку, а слаженная команда профессионалов, напротив, не сделала бы свою работу так грубо. Должно быть, в этот раз работала группа людей, объединивших свои усилия в едином порыве.

Недолго думая, Жун Сюй отдал Ло Чжэньтао указания и направился домой.

Когда он вернулся, дома его ждал необычайно щедрый ужин.

Юноша прошёл на кухню, удивленным взглядом окинул стол, взял палочки и тихонько потянулся к тарелке, чтобы попробовать кусочек яйца. В это мгновение пара крепких мужских рук нежно обняла его сзади.

Жун Сюй расплылся в улыбке, тихо спросив:

— Похоже, сегодня на ужин меня ждёт всё то, что я люблю?

Мужчина осторожно положил подбородок на плечо Жун Сюя, и горячо прошептал у его уха, заставляя всё его тело задрожать:

— Да. Всё, что ты любишь.

Жун Сюй взял Цинь Чэна за руку и развернулся в его объятиях, прислонившись бедром к обеденному столу. Глядя в глаза красивого высокого мужчины перед собой, он широко улыбнулся и загадочно спросил:

— Я чувствую, будто с тобой сегодня что-то не так... С чего ты вдруг стал таким нежным? Ты что-то от меня скрываешь?

Цинь Чэн спокойно спросил:

— Если даже это так, разве я скажу тебе об этом напрямую?

— Ты не расскажешь мне, даже если я попрошу?

Тонкие губы Цинь Чэна скривились, и он спокойно кивнул:

— Не расскажу.

Жун Сюй: «...»

«Да он точно что-то скрывает!»

Независимо от того, есть ли у них друг от друга секреты, ужинать всё равно придётся, поэтому Жун Сюй небрежно переоделся в белую рубашку и вернулся на кухню. Там его встретил загадочный мужчина, прислонившийся к двери и пристально смотрящий на него.

В тишине Жун Сюй сел за стол, взял в руки белую фарфоровую чашку чая и с молчаливой улыбкой принялся глядеть на Цинь Чэна.

Оба молчали, спокойно глядя друг на друга. Тёплый свет мягко освещал красивые лица, и казалось, что это может длиться вечно.

Спустя долгое время молчания Цинь Чэн наконец нарушил тишину:

— Я опоздал. Мистер Ян опередил меня.

— Я опоздал. Мистер Ян опередил меня.

Жун Сюй был слегка удивлен, но вскоре осознал, почему Цинь Чэн вёл себя сегодня так странно.

Мистер Ян уже разместил на Вэйбо анонс и совместного альбома, поэтому Цинь Чэн, естественно, уже не мог публично выказать возлюбленному свою поддержку. Если бы он сделал это сейчас, он бы сместил фокус внимания фанатов с грядущего альбома Жун Сюя.

В конечном итоге, сегодня Цинь Чэн отстал на шаг от Вэнь Сюань и других артистов, а после был «повержен» мистером Яном.

Цинь Чэн произнёс эти слова очень спокойно, констатируя факт и не выражая особого сожаления. Но Жун Сюй, глядя на его спокойное и безмятежное выражение лица, не мог не подойти ближе и не коснуться его лица рукой.

Цинь Чэн с удивлением посмотрел на молодого человека перед собой.

Жун Сюй улыбнулся:

— Я купил дом квартиру месяца назад. В прошлом месяце дизайнер отправил мне чертежи. Цинь Чэн, я хочу разбить сад под открытым небом.

Когда тётушка Цинь приехала отпраздновать день рождения Цинь Чэна, Жун Сюй обсуждал с ним то, что им пора купить себе квартиру, где их никто не потревожит, и они смогут насладиться множеством совместных воспоминаний в своём уютном гнёздышке.

Хотя изначально идея покупки новой квартиры была нацелена на предотвращение неожиданных визитов тётушки Цинь и рассекречивания их отношений, а теперь эта проблема решилась сама собой, Жун Сюй уже купил квартиру.

Цинь Чэн на мгновение задумался:

— Она на верхнем этаже?

Цинь Чэн не особо вмешивался в дела Жун Сюя. Он делился с ним своим мнением по этому вопросу лишь тогда, когда юноша интересовался, сколько пространства ему нужно и нравится ли ему тот или иной вариант.

Они вместе вышли на балкон, и Жун Сюй кивнул:

— Да, на верхнем этаже. Я попросил дизайнера спроектировать остеклённый сад для цветов. Но у меня аллергия на пыльцу, так что я не планирую выращивать цветы – я хочу поставить туда кресло-качалку...

Мечты о будущем всегда прекрасны...

Жун Сюй делился своими планами на будущее, и в каждом его предложении в этом будущем его сопровождал Цинь Чэн. В конце он внезапно понял, что он говорит уже целую вечность, а Цинь Чэн всё это время молча его слушает. Он вскинул бровь:

— Мы похожи на пару пожилых супругов, тебе не кажется?

Цинь Чэн обнял его за талию и как ни в чем не бывало спросил:

— А разве это плохо?

Жун Сюй вырвался из его объятий и с серьёзным видом возразил:

— Я ещё даже не отпраздновал свой двадцатый день рождения! Если тебе так хочется, можешь быть пожилой женой, но я не хочу быть старым мужем.

Цинь Чэн вопросительно уставился на него:

— Я твоя пожилая жена?

Жун Сюй ответил вопросом на вопрос:

— А что тебя в этом не устраивает?

Ответом на вопрос юноши стал внезапный страстный поцелуй:

— Давай посмотрим, пожилая ли мы пара.

Они «проворочались» в постели до полуночи. Когда Жун Сюй достиг кульминации, он вытер мокрые глаза ладонью и хрипло пробормотал:

— У нас впереди ещё столько лет…

Мужчина наклонился и нежно поцеловал его опухшие губы:

— Сколько бы лет ни прошло, я всегда буду с тобой.

На следующий день Цинь Чэн вылетел в Канаду для съёмок. В то же время Жун Сюй с Ло Чжэньтао договорились о съёмках клипов на песни из нового альбома через два дня.

На альбоме «Жун Ян» планировалось выпустить девять новых песен. Невозможно снять столько клипов всего за один-два дня. На клипы для шести из девяти песен в настоящее время уже подыскивали подходящих актёров, писали сценарии и готовили декорации.

Планировалось снять стандартные для индустрии клипы, где исполнитель лишь рассказывает историю и не участвует непосредственно в сюжете. Текст в жизнь воплощают в клипах приглашённые актёры.

Однако в клипах на заглавную песню и две другие песни из альбома должен был сняться сам Жун Сюй.

Мистер Ян не занимался созданием клипов, поэтому Ло Чжэньтао связался с известным в отрасли режиссёром из Голливуда. Несмотря на свой молодой возраст, в последние годы он стал очень популярен. Он снимал рекламные видеоролики для нескольких крупных модных брендов. На этот раз пригласить его на съёмки клипа Жун Сюя помог Клеменс Холт.

По прибытию в Китай, ультрасовременный молодой режиссёр сразу же отправился на съёмочную студию, чтобы заняться подготовкой декораций. Через неделю все декорации были готовы: клипы с участием Жун Сюя долен был снимать он, а менее важные клипы – другой режиссёр родом из Китая.

Увидев симпатичного шатена-режиссёра, Жун Сюй подошёл к нему и с улыбкой поприветствовал:

— Добрый день, Лукас!

Лукас широко улыбнулся и воскликнул:

— Ты именно такой, как описывал Клеменс, Жун Сюй! Рад знакомству! На следующей неделе мы с тобой снимем клип. Надеюсь на плодотворное сотрудничество.

Жун Сюй с улыбкой пожал его руку:

— Взаимно! Наше сотрудничество обязательно будет плодотворным и приятным.

Лукас улыбнулся ещё шире:

— Мне нравится твоя прямота.

Этот молодой американский режиссёр был не так красив, как Клеменс Холт, но в качестве съёмок он ничуть не уступал своему хорошему другу.

«ХуаСя Интертейнмент» вложила в альбом Жун Сюя восьмизначную сумму. Ло Чжэньтао изначально полагал, что этого будет более чем достаточно, однако не ожидал, что Лукас арендует целый вертолет для съёмок первого же своего клипа.

Лукас объяснил:

— Можно, конечно, использовать простую аэрофотосъемку, но она, мистер Ло, не может передать нужные мне ритм и мощь.

Ло Чжэньтао ничего не смыслил в съёмках, поэтому мог только сообщить о дополнительных расходах начальству в компании. Однако он никак не ожидал, что руководство никак не осудит эту «пустую трату денег», а просто сообщит ему:

— Вышеуказанная дополнительная статья расходов принята. Если средств будет недостаточно, Вы можете подать ещё одну бюджетную заявку.

Ло Чжэньтао: «...»

Похоже, он недооценил значение, которое компания придавала персоне Жун Сюя.

Когда отличный режиссёр и отличный актёр встречаются на одной площадке, это всегда расслабляет и доставляет удовольствие. В первый день Жун Сюй и Лукас ещё притирались друг к другу, но уже на второй день пришли к молчаливому взаимопониманию и к вечеру закончили съёмки первого клипа на англоязычную песню.

На третий день они закончил съёмки второго клипа на лирическую песню о любви.

Четвёртый и пятый съёмочные дни ушли на завершение работы над третьим видеоклипом на заглавную песню альбома «Жун Ян». Таким образом, их сотрудничество завершилось на два дня раньше оговоренного срока.

Во время съёмок этих клипов Ло Чжэньтао поручил пиар-команде сделать несколько фотографий с бэкстейджа и разместить их в соцсетях в качестве рекламы альбома. Параллельно он связался с редактором одного топового журнала и договорился об интервью для Жун Сюя в рамках маркетинговой кампании его музыкального альбома «Жун Ян».

Пять дней спустя, когда Жун Сюй завершил работу над съёмками трёх клипов со своим участием, из оставшихся шести клипов с участием актёров было снято только два клипа. Китайского режиссёра, работающего над ними, Жун Сюю порекомендовал Чу Ци: он часто снимал клипы для певцов и имел богатый опыт в этой сфере. Однако даже хорошей хозяйке сложно приготовить ужин, не имея посуды. У этого режиссёра были отличные навыки и опыт, но актёрам второго и третьего эшелона, нанятым Ло Чжэньтао, никак не удавалось удовлетворить его высокие требования.

Ло Чжэньтао вздохнул от волнения:

— Сяо Сюй, в следующий раз Вы можете пригласить в свой клип какого-нибудь друга из индустрии. — Сделав паузу, он добавил. — Помнится мне, Чу Ци как-то приглашал на свой клип Ся Муйян. Аудитории очень зашло.

Жун Сюю был пока не на том уровне, чтобы снимать в своих клипах топовых титулованных актёров, но он вполне мог пригласить своих именитых друзей и сняться в клипе вместе с ними.

Выслушав Ло Чжэньтао, Жун Сюй мягко улыбнулся:

— А будет ли следующий раз, брат Ло?

Ло Чжэньтао ошеломленно переспросил:

— Следующего раза не будет?..

Жун Сюй многозначительно посмотрел на него:

— Может быть.

Отпраздновав завершение съёмок, Лукас с нетерпением вернулся в США, забрав с собой большое количество отснятого видеоматериала, монтажом которого должна была заняться его команда.

Три дня спустя Жун Сюй прибыл в редакцию ведущего китайского журнала «Muse» на интервью. Интервьюером выступила заместитель главного редактора журнала. Жун Сюй был очень раскрепощен и много шутил, от чего эта сильная женщина неустанно хихикала, прикрывая рот рукой. Неделю спустя «Muse» опубликовал несколько основных моментов из интервью в своём официальном блоге.

Под текстом красовался коллаж из девяти фотографий.

Молодой человек в белой рубашке, прислонившись к ярко-жёлтой стене, улыбался, глядя в камеру. Его глаза были нежными и ясными, и одна лишь его сдержанная улыбка дарила читателям блога ощущение умиротворения.

Это фото, как и новость об интервью, вызвало бурные обсуждения в среде поклонников.

Сначала Ло Чжэньтао опубликовал фотографии со съёмок клипов Жун Сюя в «Reuters», а теперь и журнал «Muse» опубликовал анонс интервью с Жун Сюем, приуроченное к подготовке альбома «Жун Ян», - фанаты в эти дни пребывали в полном восторге от ожидания.

«На самом деле, если так подумать, премьера «Западни» состоялась в конце прошлого года, и я знаю Жун Жуна меньше двух лет. Но Жун Жун с каждым днём нравится мне всё больше и больше. Я искренне хочу увидеть Жун Жуна в большем количестве фильмов и услышать большее количество его песен!»

«+1, я тоже очень хочу услышать «Жун Ян», эти девять песен должны быть очень, очень хорошими!»

«Я единственная, кто хочет купить следующий номер журнала «Muse»? Я просто схожу с ума от одного взгляда на эти фотографии. Боже, какой же будет обложка этого журнала?! Я хочу купить журнал со своим мужем! Мне нужно два экземпляра: один – читать, второй – лизать1 ~\(≧▽≦)/~ ла-ла-ла!»

Ло Вэй отвечала за взаимодействие с фанатами, а Ло Чжэньтао возглавлял команду по связям с общественностью, занимающуюся маркетинговой кампанией.

«Muse» десять минут запустил предзаказ нового журнала, и за это время успел продать более 20 000 копий. В тот же день Ло Чжэньтао обсудил с мистером Яном дату выхода альбома, и они сошлись на том, что сообщить об этом нужно на личной странице Жун Сюя.

Жун Сюй: «#1407ЖунЯн. Всё, что я хочу вам сказать, вы услышите 14 июля 2045 года… Тсс, я люблю вас. [фото][фото] [фото]».

К посту были приложены три селфи на трёх разных фонах.

На заднем плане первого фото красовалась съёмочная группа Лукаса, сам же перспективный американский режиссёр весело кривлялся за спиной Жун Сюя.

На втором фото Жун Сюй сделал селфи с несколькими актёрами-новичками, снявшимися в его второстепенных клипах.

А вот на третьем фото помимо Жун Сюя была запечатлена только нежная белая роза.

Тонкие белые пальцы, огибая острые шипы, бережно придерживали белую розу. Юноша слегка опустил голову, держа белую розу перед своими губами и обнажая лишь красивый подбородок. Снимок был сосредоточен только на нижней половине его лица, но фанатам было достаточно и этого.

«Ааааааааааааааааааааааааааааааааааа хххххххххххххххххххххххххххххххххххххх, бог ты мой! Как же он красив! Я хочу лизнуть экран QAQ!!!»

Ожидание альбома «Жун Ян» в среде фанатов с каждым днём только росло, и всё из-за непрекращающихся спойлеров. Многие обычные любители музыки также с нетерпением ждали выхода этого альбома. Когда придёт время, они могли, не покупая альбом целиком, сначала ознакомиться с его содержимым на онлайн-площадках, и уже после, если он придётся им по душе, раскошелиться на его покупку.

Время для фанатов тянулось медленно, а Жун Сюй пока взял очередной короткий трёхдневный отпуск: в середине июня он прилетел в США и встретился в Вашингтоне с Клеменсом и Дженнифер.

Едва завидев Жун Сюя, высокий красивый блондин-режиссёр прямо сказал:

— Лукас ежедневно хвалит тебя с тех пор, как вернулся из Китая.

Жун Сюй улыбнулся:

— Лукас всегда хвалит людей за их спиной?! На самом деле, я был бы не против, если бы он похвалил меня в открытую.

Уголки губ Клеменса дрогнули: «...»

Дженнифер улыбнулась и перебила их:

— Мы не виделись всего пару месяцев, Жун Сюй, но ты уже затыкаешь Клеменса заметно лучше, чем прежде.

Жун Сюй невинно поморгал.

Клеменс вскинул бровь и посмотрел на Дженнифер:

— Многие знаменитости считают меня отличным юмористом. Дженнифер, почему же ты ты так желаешь того, чтобы я заткнулся?

Дженнифер развела руками, не ответив на его вопрос. Она лишь улыбнулась Жун Сюю и сказала:

— Жун Сюй, разве я не права? На самом деле, с Клеменсом было легко ладить во время съёмок. У него несносный характер, но он хотя бы не занимается самолюбованием круглые сутки.

Клеменс усмехнулся и не стал спорить, но его гордость поколебалась.

С этой недели стартовала рекламная кампания «Трёх тысяч двухсот миль». Постпродакшн фильма,  выход которого был запланирован на конец июля, был завершен на 80 процентов. Жун Сюй должен был сопроводить съёмочную команду в их мировом турне.

На следующий день после прибытия Жун Сюя в Соединенные Штаты июньский номер «Muse» вышел по всей стране. На дату выхода онлайн-предзаказ этого номера «Muse» достиг отметки в 32000.

В восемь часов утра многие офисные работники, спешившие на работу, внезапно замерли возле газетных киосков при виде яркой глянцевой обложки на полке. С обложки на них вкрадчиво глядел обворожительный молодой человек в почти прозрачной белой рубашке, сидя на перевернутом стуле.

Его руки небрежно лежали на спинке стула, а две верхние пуговицы рубашки были расстегнуты, обнажая белые хрупкие ключицы и манящую тень под ними. Между изящными тонкими пальцами красовалась белая роза. Даже его круглые полупрозрачные ногти казались идеальными.

Бросив на обложку мимолетный взгляд, прохожие не могли не задержаться, вглядываясь в глубокие ясные глаза юноши.

«Жун Ян»?

Поистине лицо с обложки.

«Muse» — ведущий модный журнал Китая с чрезвычайно высокими продажами. На этот раз самая горячая звезда индустрии развлечений появилась на обложке топового журнала модной индустрии, благодаря чему продажи июньского номера «Muse» за 2045 год только за первый день превысили 50 000 экземпляров!

И это только оффлайн-продажи.

До официальной даты релиза онлайн-предзаказы июльского номера «Muse» достигли 32 000 копий. После официальной публикации обложки и содержания общие продажи «Muse» за один день превысили 80 000. На следующий день начался бум онлайн-продаж, которые за один день превысили 30 000!

Героем обложки этого номера «Muse» стал Жун Сюй. Внутри журнала было девять страниц контента — всё это интервью с ним. Более того, для огромного постера, прилагавшегося к журналу, также использовались живые фотографии. Первоклассный фотограф, превосходная модель и отличное качество сделали этот постер чрезвычайно выразительным, что немедленно привлекло внимание фанатов.

Когда Жун Сюй официально принял участие в первом промо-мероприятии со съёмочной группой «Трёх тысяч двухсот миль», Ло Чжэньтао отправил ему сообщение, сообщив, что общие продажи «Muse» уже превысили 140 000.

Жун Сюй обменялся ещё парой слов с Ло Чжэньтао, а затем последовал за съёмочной группой в студию звукозаписи.

Жун Сюй уже участвовал в этом ток-шоу, когда приезжал в Соединённые Штаты для продвижения «Чжуанхуало». Ведущий — довольно классический американский красавчик, с чувством юмора, часто отпускающий шутки на грани и намеренно подталкивающий гостей раскрывать свои неловкие моменты или даже интимные подробности.

Когда он был здесь в прошлый раз, Жун Сюй не был главным героем. Основное внимание ведущего было сосредоточено на Лао Лю и Цинь Чэне. Но на этот раз всё было иначе. Климанс сидел на месте, ближайшем к ведущему, а Жун Сюй — рядом с ним.

Ведущий, очевидно, был хорошо знаком с Климансом, они некоторое время подкалывали друг друга, после чего ведущий повернул голову к Жун Сюю.

С лёгкой улыбкой молодой и красивый американец сказал:

— Давно не виделись, Жун, ты привёз мне подарок из Америки на этот раз? Помню, в прошлый раз ты говорил, что любишь есть китайские сливы. Я как вспомню твоё описание, так слюнки текут.

Жун Сюй действительно говорил, что очень любит сливы, но это было уже полгода назад, и он не ожидал, что ведущий это запомнит.

Спокойно улыбнувшись, Жун Сюй невозмутимо произнёс на беглом и гладком английском:

— В этот раз я забыл привезти, но, Макс, если ты когда-нибудь приедешь в Китай, я с радостью угощу тебя этой вкуснятиной. — Юноша говорил медленно, спокойно и изящно.

Макс повернул голову и посмотрел на Керри (Климанса):

— Жун такой красивый, Керри, скажи мне по секрету, у него есть девушка? Перед началом шоу Мэри всё твердила мне, чтобы я спросил об этом. Ты же знаешь, иногда женщины, как старые коровы, любят молодую травку, а я тоже хочу премию в этом месяце.

Услышав это, Жун Сюй не знал, смеяться ему или плакать.

Мэри — продюсер этого шоу, а также объект частых шуток Макса в эфире. В его рассказах Мэри — сильная женщина, которая часто его задирает. Недавно она начала худеть и очень переживает, что летом не сможет надеть красивое платье. Как только Макс подкалывает Мэри, камера показывает продюсера крупным планом, а та сверлит Макса взглядом, вызывая смех у аудитории.

Конечно, слова Макса были ложью, но Мэри всё равно ответственно одарила его суровым взглядом.

Климанс лениво сидел на диване. Слушая слова Макса, он спокойно протянул руку и положил её на спинку дивана за Жун Сюем. Он не касался Жун Сюя, но со стороны могло показаться, что у них хорошие отношения и съёмочная группа хорошо ладит.

Блондин-режиссёр рассмеялся и сказал:

— Девушка? Я не знаю, есть ли у Жуна девушка. Можешь спросить Дженнифер. У них много совместных сцен в фильме. Если даже Дженнифер ничего не почувствовала, то откуда мне знать?

Дженнифер прямо спросила:

— А меня-то что спрашивать? Просто спросите Жуна, и всё будет ясно, разве нет?

Все повернули головы к Жун Сюю и увидели, как юноша легко улыбнулся:

— У меня нет девушки.

Макс тут же обрадовался:

— Ура, Мэри, после записи шоу я отвечаю за то, чтобы задержать для тебя Жуна за кулисами, не забудь про мою премию в этом месяце.

Вся программа записывалась более трёх часов, а в итоге будет смонтирована до одного часа. Помимо представления и продвижения фильма, Макс упорно пытался подловить Жун Сюя. Сначала он, прикрываясь именем Мэри, спрашивал о личной жизни Жун Сюя, затем прямо спросил, был ли у Жун Сюя первый поцелуй, и даже спросил, был ли он неправ (вероятно, ошибка перевода оригинала, возможно, имелся в виду вопрос о сексуальной ориентации или опыте).

Иностранцы всегда были открыты в этом плане. На этот раз всё было достаточно тактично. В прошлом Макс однажды спросил нескольких звёзд, какой самый сумасшедший поступок они совершали. Конечно, те знаменитости выдали взрывные новости, степень откровенности которых захватывала дух.

Перед участием в шоу Жун Сюй уже подготовился к пошлым шуткам Макса. Что бы тот ни спрашивал, Жун Сюй отвечал легко. Ни отрицая, ни подтверждая, он заставлял Макса чувствовать себя очень неловко.

Помимо того, что он пока не хотел раскрывать свои отношения с Цинь Чэном, возможно, из-за определённой консервативности в глубине души, Жун Сюй не был похож на многих открытых иностранных знаменитостей, которые говорили бы о таких вещах на публике. Он мог понять открытость других, но не позволял себе быть открытым до такой степени.

Позже Макс начал перепалку с Климансом. Климанс несколько раз проговорился о своих любовных связях, и сцена быстро оказалась под контролем этих двух мужчин.

После того, как шоу было полностью записано, Макс улыбнулся, обнял Жун Сюя и сказал:

— Жун, я не нарочно тебя цеплял. Это всё для шоу. Не обижайся.

Жун Сюй, естественно, понимал, и он улыбнулся:

— Говоришь, эффект для шоу, а я не хочу, чтобы ты меня потом блокировал [за кулисами].

Макс громко рассмеялся:

— Нет, ради счастья Мэри я должен это сделать.

Мэри прошла мимо:

— Премии в этом месяце не будет.

Макс:

— ...

Все рассмеялись.

Завершив запись этой программы, два дня спустя съёмочная группа отправилась в Нью-Йорк для участия в промо-программе. После этого они покинули Соединённые Штаты. Отправившись с восточного побережья, пересекли Атлантический океан и прибыли в Англию.

В последний раз Жун Сюй был в Великобритании ещё со съёмочной группой «Чжуанхуало». В тот раз Лао Лю попросил его "продать" его Цинь Чэну, Жун Сюй неохотно согласился и добился хорошего рекламного эффекта.

Но на этот раз с «Тремя тысячами двумястами миль» всё было иначе. У Климанса были очень хорошие отношения с Лао Лю. Я давно узнал о рекламе «Чжуанхуало». Перед выходом на сцену для промоушена Климанс долго размышлял и, наконец, серьёзно посмотрел на Жун Сюя:

— Хотя любовная линия в нашем фильме не важна, и вы с Дженнифер не совсем пара. Но Жун, это нехорошо... ты попробуешь со мной?

Жун Сюй:

— Кхм-кхм-кхм-кхм...

Фанаты из «страны гнили», ожидавшие у театра:

— ...

Хотя говорят, что определённая культура в Британии более известна за границей, но не настолько же, чтобы этим можно было кормиться повсюду!

Жун Сюй, естественно, отклонил эту необъяснимую просьбу Климанса. Климанс просто сказал это вскользь, он не собирался всерьёз делать такую рекламу, но перед выходом на сцену он погладил подбородок и спокойно сказал:

— Вообще-то, ты мне всё ещё нравишься.

Красивый юноша скривил уголки губ и легко улыбнулся:

— Ты хороший человек.

Климанс:

— ...

В предыдущем ток-шоу Климанс однажды проговорился ведущему Максу, сказав, что его не должны беспокоить ни мужчины, ни женщины (вероятно, намек на бисексуальность или пансексуальность). Макс просто пошутил, но Жун Сюй поверил.

Хотя Климанс не похож на многих крупных голливудских режиссёров, которые часто попадают в скандалы, когда Жун Сюй впервые увидел его, он никогда не забывал тот шлепок по ладони (вероятно, отсылка к какому-то предыдущему событию).

Но Климанс не мог по-настоящему влюбиться в него. Если бы он действительно был влюблён, он бы не снимался вместе так долго, и ему всё ещё было бы нечего сказать.

Возможно, из-за «Чжуанхуало» популярность Жун Сюя в Великобритании была выше, чем в США. Под сценой многие фанаты держали световые таблички с его именем, многие из них были блондинками-иностранками. Встретив любимых знаменитостей, они взволнованно выкрикивали его имя. На китайском кричали:

— Жун Сюй! Жун Сюй! Жун Сюй!!!

В это время Рози, дежурившая за кулисами, услышала крик в зале, который, казалось, вот-вот обрушит потолок, и внезапно кое-что поняла —

её Сяо Сюй действительно стал знаменит.

«Три тысячи двести миль» — первый шедевр Жун Сюя с главной ролью. В отличие от «Потерянного города», который вышел только в Китае; в отличие от «Молчания», который вышел лишь ограниченным тиражом за границей; в отличие от «Чжуанхуало», где была лишь третья мужская роль; в отличие от «Чёрных туч», где среди ослепительных звёзд фанаты не запомнили бы имя нового актёра.

В этом фильме имя «Жун Сюй» по-настоящему вошло в сердца киноманов по всему миру.

Поклонники Климанса Холта запомнят, что молодая китайская звезда по имени Жун Сюй работала с их любимым режиссёром; поклонники Дженнифер Стронг также запомнят, что их богиня будет играть друг с другом основные сцены с молодым китайским актёром по имени Жун Сюй.

Это до выхода фильма, а после выхода фильма в их памяти появится китайская звезда по имени Жун Сюй. Не потому, что он снялся в фильме Климанса, и не потому, что он работал с Дженнифер, а потому, что он был Жун Сюй.

Странное чувство внезапно нахлынуло на неё. Рози стояла за занавесом за кулисами, молча наблюдая, как её артист выходит в центр сцены, к месту, где собирались лучи света. Её глаза немного защипало, слушая крики в зале, глядя на светящиеся иероглифы под сценой, когда глаза намокли, Рози подняла руку, чтобы стереть слёзы, и счастливо сжала пальцы.

С первой встречи с Жун Сюем Рози знала, что это очень сильная звезда. Другими словами, прирождённая звезда.

Например, в ток-шоу Макса, ранее записанном в США, Жун Сюю очень не нравилось это откровенное шоу, но он не выделялся. Сохраняя свои принципы, он позволил шоу пройти гладко, так что все остались довольны.

И теперь он болтал со многими британскими фанатами на сцене, управляя атмосферой в зале.

Такие люди, конечно, будут стоять на большей сцене и добиваться больших успехов.

Когда промо-встреча подходила к концу, Рози опустила голову и начала отправлять новости Ло Чжэньтао, подтверждая выход «Жун Янь» через две недели, а также подтвердила, когда Жун Сюю нужно будет вернуться в Китай для продвижения альбома.

Как только Рози закончила отправлять последнее предложение, внезапно рядом с ней появилась знакомая тень. Она подсознательно подняла взгляд, но увидела лишь нескольких сотрудников, несущих какой-то реквизит.

Рози покачала головой, немного растерявшись. Но спустя долгое время это промо-мероприятие закончилось. Съёмочная группа «Трёх тысяч двухсот миль» и все фанаты сделали большую групповую фотографию. Рози поспешила вперёд со стаканом воды, чтобы помочь Жун Сюю взять пальто.

Дженнифер улыбнулась и сказала:

— Фанаты в Великобритании такие восторженные. Они всё время выкрикивали твоё имя. Ты слышал, Жун?

Хотя в помещении работал кондиционер, Жун Сюй не мог не вспотеть немного после встречи. Он мягко передал пальто Рози и с улыбкой ответил:

— Дженнифер, я слышал, что они всё время выкрикивали твоё имя.

Климанс прошёл мимо и спокойно сказал:

— Не спорьте. Они выкрикивали моё имя.

И Жун Сюй, и Дженнифер беспомощно рассмеялись, но Дженнифер смеялась лишь мгновение, прежде чем внезапно остановиться. Она слегка расширила глаза и изумлённо посмотрела за спину Жун Сюя. Увидев её удивление, Жун Сюй обернулся посмотреть.

Его взгляд резко остановился, когда он коснулся мужчины. Спустя долгое время юноша поднял уголки губ и показал приятную улыбку. Но как только Жун Сюй собирался шагнуть вперёд, Климанс повернул голову назад и с первого взгляда увидел мужчину, которого здесь быть не должно.

— Цинь? Почему ты здесь?

Климанс поднял бровь и встал слева от Жун Сюя, преграждая ему путь вперёд. Климанс никогда не забывал, как Цинь Чэн обманул его в прошлый раз, заставив потратить время на уговоры инвестировать. Теперь, говоря, он говорил на очень беглом китайском.

— Давно не виделись, Цинь Чэн, что ты здесь сегодня делаешь?

Слова Климанса казались случайными, но были провокационными. Похоже, он действительно запомнил, что Цинь Чэн раньше не инвестировал в съёмочную группу. Жун Сюй проработал с этим режиссёром несколько месяцев и по тону собеседника ясно расслышал нотку недовольства.

Услышав слова Климанса, Цинь Чэн спокойно посмотрел на талантливого режиссёра, который был ненамного ниже его самого, а затем бросил спокойный взгляд на своего юношу. Их взгляды встретились в воздухе, и Цинь Чэн сказал:

— Я случайно оказался в Лондоне по делам, вот и зашёл навестить съёмочную группу.

Климанс улыбнулся и сказал:

— Дженнифер?

Внезапно упомянутая Дженнифер:

— ???

Цинь Чэн выглядел спокойным.

Климанс снова сказал:

— Жун Сюя?

Юноша, заблокированный за спиной блондина-режиссёра и неспособный двинуться вперёд:

— ...

Цинь Чэн пристально посмотрел на Климанса, не отвечая.

Молодой режиссёр с белокурыми волосами и голубыми глазами усмехнулся, внезапно шагнул вперёд и фамильярно обнял Цинь Чэна за плечи, говоря:

— Так ты пришёл навестить мою съёмочную группу. Цинь, не нужно быть таким вежливым. Далее я планирую отпраздновать. Хочешь присоединиться?..

Цинь Чэн не ответил. Он повернул голову, чтобы посмотреть на Жун Сюя, но тот тоже удивлённо смотрел на него, словно не понимая, почему Климанс вдруг это сказал. Итак, отвечая неизменным спокойствием, Цинь Чэн легко произнёс:

— Отпраздновать с тобой? Для меня это честь.

Час спустя.

Цинь Чэн:

— ...

Жун Сюй:

— ...

Вращающийся ресторан на пятьдесят седьмом этаже находился почти на вершине города, с огромными панорамными окнами, окружающими его на 360°, открывая вид на весь ночной Лондон. В этот раз в мировом промо-туре участвовали 32 члена съёмочной группы «Трёх тысяч двухсот миль». В данный момент все они ели и пили в этом топовом ресторане. Кроме того, время от времени люди подходили поднять бокал за Цинь Чэна, чтобы поблагодарить его.

— Здешние улитки действительно восхитительны, господин Цинь!

— Господин Цинь, этот бокал за вас!

Цинь Чэн часто сотрудничает с Голливудом при создании фильмов, и большинство членов съёмочной группы, которые могли участвовать в мировых промо-мероприятиях, также были из этой сферы. Некоторые из них работали с Цинь Чэном, некоторые были шапочными знакомыми, но когда все они начали с удовольствием наслаждаться едой, все почувствовали, что Цинь Чэн действительно щедр!

В этом ресторане «Эфес» стоимость ужина на одного гостя приближалась к пятизначной сумме в фунтах. Не то чтобы они не могли позволить себе такие деньги, но они не были настолько щедры, чтобы пригласить сюда тридцать два человека... Ах да, плюс Цинь Чэн, итого тридцать три.

Перед входом в ресторан Климанс сказал:

— Не ожидал, что ты специально приедешь навестить мою съёмочную группу, Цинь, может быть, ты хочешь выполнить то соглашение?

Ранее Цинь Чэн не инвестировал в «Три тысячи двести миль». Когда сотрудничество сорвалось, агент Цинь Чэна, Сюй Цзинь, очень небрежно пообещал продюсеру съёмочной группы: «Мне очень жаль, я не ожидал такого исхода, в следующий раз я приглашу господина Холта Климанса поужинать».

Для китайцев такие слова — это, по сути, вежливая формальность. Сюй Цзинь сказал это небрежно, продюсер не воспринял это всерьёз, но позже пожаловался Климансу. Он не ожидал, что Климанс это запомнит и намеренно использует это как должное, когда увидит Цинь Чэна.

*Твой агент сказал, что пригласит меня на ужин, так что будет то же самое, если это сделаешь ты.*

*Можно, конечно, просто пригласить меня на ужин, но за мной такая большая команда, пригласишь только одного — потеряешь лицо.*

Так и сложилась сегодняшняя ситуация.

Цинь Чэн тоже никак не ожидал, что, ловко выкрутившись вначале и не вложив ни копейки в этот фильм, он всё равно попадётся на удочку. Однако он был очень спокоен. Он не возражал против почти бесстыдной просьбы Климанса. Вместо этого он вошёл в ресторан вместе со всеми, взял немного еды, сел за стол, изящно разрезал стейк, а затем тихонько поменялся тарелками с Жун Сюем.

В этот момент за столом Жун Сюя сидело не так много людей, все они держали в руках разнообразную еду.

Жун Сюй посмотрел на нежный и сочный стейк перед собой. Спустя долгое время он вздохнул и сказал:

— Вот что бывает, когда ты мне не говоришь и прибегаешь сам. У меня нет времени координировать действия с тобой, и Климанс тебя поймал.

— Следовало скоординироваться? — Это слово всегда звучит немного странно. Цинь Чэн терпеливо чистил креветку. Он медленно снял панцирь с головы креветки и спросил: — А сейчас нормально?

Так называемый сюрприз должен быть неожиданным, чтобы принести радость.

Жун Сюй поднял глаза:

— До твоего прихода Климанс и не упоминал ни о каком праздновании. Я знаю его скупость. Если бы ты не пришёл, я бы уже вернулся в отель отдыхать, может быть, небрежно заказал бы какую-нибудь еду. — Помолчав, юноша вздохнул: — Самое главное, тебе не пришлось бы тратить деньги.

Цинь Чэн положил креветку на тарелку Жун Сюя. Прежде чем он успел что-то сказать, один из сотрудников подошёл, чтобы произнести тост в его честь. После того, как тот ушёл, он скривил губы в лёгкой улыбке и спросил:

— Ничего страшного, всё равно это мои деньги.

Услышав это, Жун Сюй уставился на него:

— Разве это не мои деньги тоже?!

Мужчина слегка замер, спустя долгое время он повторил:

— Мои деньги... это твои деньги?

Жун Сюй поднял уголки губ, и его рука, спрятанная под столом, легонько сжала руку мужчины, подчеркивая главное:

— Но мои деньги — это всё ещё мои деньги.

Цинь Чэн:

— ...

Через некоторое время Цинь Чэн начал есть. Мужчина, который только что чистил креветки и резал стейки, внезапно стал таким нетерпеливым, что Жун Сюй немного удивился. Он подсознательно спросил:

— Я думал, ты почистишь мне ещё одну креветку?

Красивый мужчина с глубоким взглядом поднял голову и серьёзно сказал:

— Быстро управимся и скоро вернёмся в отель.

Жун Сюй был застигнут врасплох:

— Почему?

Цинь Чэн торжественно произнёс:

— Я думаю, тебе больше нельзя находиться рядом с Климансом Холтом. Скупость заразна.

Жун Сюй:

— ...

Через мгновение:

— Это бережливость!!!

Были ли они скупыми или бережливыми, Жун Сюй и Цинь Чэн первыми покинули вращающийся ресторан. Убедившись, что Цинь Чэн оплатил счёт, Климанс не стал мешать им уйти раньше, а продолжил открывать бутылку вина и болтать с Дженнифер.

Конечно, Климанс знал, что Цинь Чэн не мог прийти навестить его, скорее всего, он пришёл навестить Дженнифер или Жун Сюя, эти двое были его настоящими друзьями. Но он никогда бы не догадался, что, когда он вернётся в номер Жун Сюя, рука некоего мужчины ещё не коснётся выключателя света, как юноша внезапно потянет его за галстук.

В полумраке Цинь Чэн сначала мог видеть лишь смутные очертания Жун Сюя, но затем медленно разглядел ясные и яркие глаза своего юноши. Огни города проникали сквозь панорамные окна в комнату, Жун Сюй потянул Цинь Чэна за галстук и притянул к себе, не говоря ни слова, просто глядя.

Двое внезапно оказались в метровой прихожей, и возникло ощущение тесноты. Цинь Чэн спокойно смотрел на своего юношу, горячее дыхание Жун Сюя касалось его лица, обдувая волосы у ушей, и щекотка внезапно проникла в сердце.

Никто не знал, сколько времени прошло, Цинь Чэн наконец не выдержал и тихо прошептал:

— Сяо Сюй...

Приятный смешок сорвался с губ юноши, Жун Сюй поднял бровь и спросил:

— Так я скупой или бережливый? Господин Цинь, ваши деньги... это мои деньги?

Когда Жун Сюй говорил, в его ярких глазах блестели искорки. Произнося последнее слово, он слегка приподнял голову и шаг за шагом приблизился к мужчине. В тот момент, когда прозвучало последнее слово, мягкие губы коснулись губ Цинь Чэна, и электрический разряд мгновенно пронзил всё его тело.

Почти без колебаний последовал страстный поцелуй, запечатав опасные вопрошающие губы юноши.

Жун Сюй, казалось, давно ожидал этой сцены. Он закрыл глаза и обнял тонкую и сильную талию партнёра, отвечая на его поцелуй.

Кончики языков соприкоснулись, поцелуи, ласки языком, страстные вздохи и учащённое дыхание эхом отдавались в комнате. Когда поцелуй закончился, Жун Сюй посмотрел на мужчину перед собой влажными глазами и увидел, что Цинь Чэн пристально смотрит на него, его горячее дыхание обжигало лицо, заставляя слегка дрожать, а затем раздался глубокий притягательный смех:

— Мои деньги принадлежат тебе, и я принадлежу тебе, Сяо Сюй... Ты хочешь?

В узкой прихожей температура воздуха постепенно повышалась.

Спустя долгое время послышался тихий смех юноши, и он спросил:

— Только деньги, а ты мне не нужен, можно так?

Цинь Чэн серьёзно сказал:

— Нет.

Жун Сюй с сожалением произнёс:

— Тогда я постараюсь и тебя заполучить.

Как только слова были сказаны, некий мужчина нетерпеливо поцеловал его, но когда его рука проникла под одежду и собиралась коснуться гладкой кожи его юноши, Жун Сюй схватил его и строго сказал:

— Прими ванну! Господин Цинь, ты должен быть чистым.

Цинь Чэн, который не любит чистоту, сказал:

— ...

Номер в отеле был очень большим, но ванная комната была только одна. Мужчина затащил Жун Сюя в ванную, мылись-мылись, и атмосфера изменилась. Когда в коридоре послышались голоса съёмочной группы «Трёх тысяч двухсот миль», мужчина только немного вошёл, и они оба мгновенно замерли.

За дверью Дженнифер с улыбкой сказала:

— Надеюсь, завтра всё пройдёт хорошо. Если я не ошибаюсь, Цинь Чэн тоже должен был приехать на кинофестиваль.

Климанс равнодушно ответил:

— Ну и что, он к нам не имеет никакого отношения.

Голоса Дженнифер и Климанса становились всё дальше и дальше. Жун Сюй одной рукой опёрся о кафельную стену ванной, а другой обхватил руку мужчины и хрипло спросил:

— Ты приехал участвовать... Ммм... в кинофестивале? Цинь Чэн, не двигайся...

— Я приехал к тебе, — без колебаний ответил Цинь Чэн.

Жун Сюй подавил стон в горле:

— Разве ты не снимаешься в Канаде... Не двигайся!

Цинь Чэн:

— ...в основном, чтобы увидеть тебя.

Лондонский кинофестиваль прислал приглашение, надеясь, что он примет участие в вечеринке открытия кинофестиваля в этом году. Так совпало, что «Три тысячи двести миль» будут показывать на этом кинофестивале, так что приехать повидаться было вполне естественно.

Однако это соотношение первичного и вторичного всё же нельзя путать, и Цинь Чэн повторяет ещё раз:

— Я приехал в основном, чтобы увидеть тебя.

Где уж Жун Сюю было до него, он всё ещё мог отличить такой уровень сладких речей. Однако одно дело — распознавать это, а другое — можно и притвориться, что поверил. Он потянул Цинь Чэна за обнажённые руки и хрипло сказал:

— Ты хочешь это делать... Ах!

После полного вхождения всё пошло гладко.

Это ты сказал, что не надо двигаться, и ты же сказал, что не надо делать. Цинь Чэн был действительно обижен. Но когда юноша прикусил губу и издал звук, все обиды превратились в любовь. Они не виделись больше полумесяца, и провели так большую часть ночи.

В конце, при ярком лунном свете, Цинь Чэн гладил мягкие волосы своего возлюбленного и не мог налюбоваться. Возможно, из-за того, что промоушен фильма в течение многих дней был слишком утомительным, юноша крепко закрыл глаза и уже уснул.

Цинь Чэн нежно гладил мягкие волосы, пока Жун Сюй внезапно не протянул руку и не притянул его в свои объятия.

Его глаза внезапно расширились, и Цинь Чэн тихо спросил:

— Сяо Сюй?

В следующий момент он увидел, как юноша поднял голову, нежно поцеловал его в губы, а затем пробормотал:

— Ммм, хватит баловаться...

Цинь Чэн:

— !!!

Это был первый раз, когда Цинь Чэна обнял его собственный юноша... Хотя он был на несколько сантиметров выше Жун Сюя, когда они оба лежали в постели, разница была почти нулевой. И в этот момент его юноша поцеловал его, а затем... обнял.

Уши немного покраснели, но на лице всё ещё было спокойное выражение. Поразмыслив мгновение, Цинь Чэн очень плавно обнял юношу за талию, позволив ему так себя обнимать, и закрыл глаза.

Тем не менее, когда Жун Сюй проснулся на следующий день, он просто открыл глаза и обнаружил, что снова оказался в объятиях мужчины. Не помня, что произошло прошлой ночью, когда он был наполовину во сне, наполовину наяву, Жун Сюй быстро встал и присоединился к Климансу и Дженнифер.

Лондонский кинофестиваль официально открылся этим вечером.

Кинофестивали отличаются от кинопремий, таких как «Оскар» и «Золотой Феникс». Хотя и те, и другие вручают награды, номинированные на «Оскар» и «Золотой Феникс» работы уже должны были быть выпущены в прокат. А многие фильмы, участвующие в фестивале, ещё не вышли.

Например, «Три тысячи двести миль» впервые предстал перед публикой не в день премьеры месяц спустя, а на Лондонском кинофестивале.

В течение недели фестиваля «Три тысячи двести миль» будут показывать в небольшом кинотеатре каждый день после обеда. Таким образом, за семь дней фильм посмотрят около 500 человек. Некоторые из этих людей — профессиональные кинокритики, но большинство — обычные туристы. Все могут свободно смотреть фильм, но конкретное содержание фильма должно храниться в секрете.

После окончания показов на кинофестивале будут вручены награды Лондонского кинофестиваля. Как и любая кинопремия, он будет вручать награды, такие как лучший фильм, лучший режиссёр, актриса, а также награды, подобные «Премии зрительских симпатий» и «Самый популярный фильм».

Лондонский кинофестиваль — один из четырёх крупнейших мировых кинофестивалей. Выбирая это место для показа «Трёх тысяч двухсот миль», Климанс многое учёл, и он был настроен на победу.

Если бы «Три тысячи двести миль» получил награду до мирового проката, это также стало бы хорошим рекламным ходом. После официального релиза зрители определённо заинтересуются им и придут в кинотеатр посмотреть такой фильм-лауреат Лондонского кинофестиваля.

Поэтому этот дебют не должен был провалиться.

В ту ночь Жун Сюй и съёмочная группа «Трёх тысяч двухсот миль» вышли на красную дорожку Лондонского кинофестиваля. На самом деле, «Чжуанхуало» также получил несколько номинаций, но на этот раз Жун Сюй не шёл бок о бок с Лао Лю и Цинь Чэном. Они остались в своих съёмочных группах, чтобы посмотреть церемонию открытия.

Лондонский кинофестиваль 2045 года открылся гладко, и бесчисленное количество фильмов было представлено в организационный комитет, ожидая показа в малом кинотеатре фестиваля. Во время кинофестиваля одновременно всегда идёт не менее 20 фильмов. Это неизбежно приводит к тому, что двери некоторых кинотеатров пустуют, в то время как порог других давно стёрт от наплыва зрителей.

Среди этих фильмов были уже вышедшие «Чжуанхуало» и «Несущий бурю», а многие ещё не были выпущены.

От места проведения кинофестиваля поверните налево и пересеките пол-улицы до театра «Рока». В этот момент длинная очередь заполнила весь кинотеатр, толпа выстроилась со второго этажа до улицы, даже завернула за угол и выстроилась вдоль улицы!

В течение семи дней Лондонского кинофестиваля «Три тысячи двести миль» будут показывать в театре «Рока» каждый день в 14:00!

На следующий день после церемонии открытия Лондонского кинофестиваля у театра «Рока», где показывали «Три тысячи двести миль», собралась толпа.

В мае Климанс уже выпустил промо-фото актёров в образах и несколько кадров из фильма. Три дня назад он наконец-то опубликовал первый трейлер фильма. Сразу после публикации на Youtube он набрал более пяти миллионов просмотров, а на китайском видеохостинге количество просмотров за час перевалило за миллиард!

Трейлер длится всего тридцать секунд, но картинка великолепна: быстрые и захватывающие сцены автомобильных погонь, полиция и похитители снова и снова состязаются в хитроумии. Когда молодой и красивый юноша хладнокровно вонзает нож в сердце владельца отеля, кадр резко меняется. Под звёздным небом стоит растерянный и спокойный ребёнок.

Этот трейлер заставил фанатов по всему миру с нетерпением ждать выхода этого крупнобюджетного фильма.

Климанс Холт — это имя является гарантией качества фильма. Хотя этот режиссёр молод, каждый его фильм — классика коммерческого кино.

Дженнифер Стронг — актриса номер один в Голливуде, никогда не участвовавшая в экшен-фильмах с кассовыми сборами менее 5 миллиардов, у неё бесчисленное количество поклонников-мужчин.

И Жун Сюй.

Эта молодая китайская звезда дебютировала в «Чёрных тучах», и его дебют собрал десятки миллиардов в прокате! Сразу после этого его второй фильм «Потерянный город» собрал в прокате более 10 миллиардов! После этого «Молчание» принесло ему множество номинаций на кинопремии, и он стал единственным актёром, когда-либо номинированным на премию «Золотой Феникс» как двойной номинант!

За границей, возможно, имя Жун Сюя не обладает такой кассовой привлекательностью, как Климанс Холт и Дженнифер Стронг, но в Китае многие фанаты приехали в Лондон ради него и, проявив всю сноровку, сумели достать бесплатные билеты на показ «Трёх тысяч двухсот миль».

Затем они посмотрели фильм. Когда первые зрители покидали зал кинотеатра, некоторые всё ещё были погружены в динамичные и шокирующие автомобильные баталии, у других на глазах стояли слёзы, и они размышляли о трогательных моментах, которые подарил им этот фильм.

Но все без исключения поставили очень высокие оценки на официальном сайте Лондонского кинофестиваля.

[Оценка в пять звёзд! Фильмы Климанса такие же, как и раньше, такие крутые! Сцена ограбления банка заставила меня затаить дыхание. Звуки взрывов и автомобильных сражений на протяжении всего фильма. Это стиль Климанса, так круто!]

[Я изначально шла на Дженнифер, но не ожидала, что с начала и до конца Дженнифер будет демонстрировать своё мастерство. Но игра Жуна такая мощная, это китайское кунг-фу? Эта китайская звезда такая красивая, я очень хочу посмотреть ещё раз.]

[Пять звёзд, пять звёзд, пять звёзд! Ронрон лучший! Ритм такой сильный, это так круто, я не знаю, как описать, но в любом случае выглядит хорошо, что за мощь?! ! !]

Если в первый день все фанаты охотились за билетами из-за имён режиссёра и актёров, то со второго дня «Три тысячи двести миль» завоевали признание зрителей благодаря сарафанному радио.

— Да, ты тоже об этом слышал? Я вчера смотрел «Три тысячи двести миль». Это было так хорошо, столько взрывных сцен! Я всё ещё хочу снова встать в очередь, но не знаю, смогу ли попасть на сегодняшний дневной сеанс. Билеты на этот фильм действительно трудно достать.

Если бы так сказал только один человек, фанаты могли бы не придать этому особого значения. Однако всё больше и больше зрителей хотели посмотреть «Три тысячи двести миль» во второй раз, что привлекло внимание случайных прохожих, которые ещё не видели фильм.

Неужели этот фильм так хорош?

Репутация «Трёх тысяч двухсот миль» росла стремительно, в геометрической прогрессии.

Несомненно, на этом Лондонском кинофестивале самым популярным фильмом был «Три тысячи двести миль». В течение семи дней у входа в театр «Рока» людей не становилось меньше, но всего на этот фильм было запланировано только семь показов, что означало, что не все могли его увидеть.

— Он скоро выйдет в прокат, верно? Я пойду посмотреть, я хочу увидеть, насколько крут новый фильм Климанса!

Именно такого рекламного эффекта и добивалась съёмочная группа.

Реклама фильма через сарафанное радио после показа — Климанс всегда был уверен в своём фильме, по его словам: «Разве наш фильм не первоклассный?» Поэтому он давно нанял рекламный персонал. После того, как зрители посмотрели фильм, они подогревали интерес, и этот маркетинг, основанный на отзывах, распространился ещё шире.

Мужская аудитория больше обращает внимание на экшен-сцены и взрывные моменты фильма, в то время как женская аудитория больше интересуется драматическими сценами.

Китайским актёрам нередко приходится сотрудничать с голливудскими режиссёрами. Однако в этом фильме Рой, персонаж, которого играет Жун Сюй, кажется ребёнком из трущоб, робким и покорным, но по мере развития сюжета он становится сильнее и хладнокровнее.

Привлекательной внешности достаточно, чтобы люди его заметили, а когда этот персонаж приобретает некое обаяние почти равнодушной кровожадности, многие иностранные фанаты, не знакомые с Жун Сюем, также влюбляются.

— Этот китайский актёр такой красивый, такой привлекательный, как его зовут?

— Я помню, его вроде зовут Жун... Си? Это имя так трудно произнести.

Рядом с этими двумя иностранными фанатами случайно оказалась поклонница Жуна, она быстро прошептала по-английски:

— Его зовут Жун Сюй. Вам тоже нравится Жун? Я его фанатка...

Лондонский кинофестиваль продолжался, но съёмочная группа «Трёх тысяч двухсот миль», очевидно, не могла оставаться в Лондоне, ожидая церемонии награждения через семь дней. После церемонии открытия группа отправилась в Париж для участия в записи реалити-шоу.

Вскоре после этого они побывали в Берлине, Сиднее и Токио. Когда наступило второе воскресенье июля, съёмочная группа завершила поездку в Японию и вылетела в Китай.

В это время было уже 10 июля.

Жун Сюй покинул Китай в конце июня и вылетел в Соединённые Штаты, чтобы присоединиться к съёмочной группе. Прошло уже полмесяца. За эти полмесяца Ло Вэй следовала за ним по всему миру, участвуя в продвижении фильма, в то время как Ло Чжэньтао оставался в Китае, планируя продвижение «Жун Янь» с командой по связям с общественностью.

Как только самолёт приземлился в столичном аэропорту, съёмочная группа вышла через VIP-канал и увидела Ло Чжэньтао, встречающего их неподалёку. Увидев его, Жун Сюй обернулся и что-то сказал Климансу, тот слегка кивнул, соглашаясь на уход Жун Сюя.

Чтобы пойти навстречу Жун Сюю, «Три тысячи двести миль» выбрали Китай в качестве предпоследней остановки этого мирового промо-тура. Через два дня съёмочная группа проведёт встречу с фанатами в Китае. В этот период Жун Сюй будет участвовать в некоторых программах для продвижения своего альбома и не будет участвовать в мероприятиях со съёмочной группой.

Спустя полмесяца Ло Чжэньтао кратко спросил о текущем состоянии Жун Сюя, а затем начал рассказывать о расписании на два дня:

— Сегодня вечером будет музыкальное шоу в прямом эфире, Сяо Сюй, я тебе уже говорил, ты просто поучаствуешь. Затем завтра у меня назначено интервью с журналом, и в это время будет прямая веб-трансляция. Завтра днём Лао Ян встретится с нами, я договорился...

Ло Чжэньтао методично говорил, и когда он закончил, все трое уже дошли до парковки. Он поднял голову и внезапно увидел, что его артист смотрит на него с улыбкой и нежным взглядом.

Ло Чжэньтао был застигнут врасплох:

— Сяо Сюй?

Жун Сюй легко улыбнулся:

— Брат Ло, как давно ты хорошо отдыхал?

Ло Чжэньтао слегка удивился, услышав эти слова, и на мгновение задумался:

— Всё в порядке, просто в этом месяце было слишком много дел. Оставался в компании и почти не бывал дома.

Слушая слова агента, Жун Сюй тихо вздохнул и серьёзно сказал:

— Хорошо отдохни, здоровье важнее.

Ло Чжэньтао на мгновение замер, затем рассмеялся:

— Хорошо!

Сказано-то было так, но сев в машину, Ло Чжэньтао продолжал расспрашивать Ло Вэй о мировых рекламных мероприятиях. В ответ на это Жун Сюй ошеломлённо отвёл взгляд, включил телефон, посмотрел на него и больше ничего не сказал.

Увидев сегодня Ло Чжэньтао, первое, что заметил Жун Сюй, была не одежда собеседника, а густые тёмные круги под глазами. Цвет лица Ло Чжэньтао был не очень хорошим, и он выглядел очень усталым. По сравнению с ним, Жун Сюй и Ло Вэй, летавшие по всему миру, всё ещё были более энергичными, но, подумав ещё раз, Жун Сюй понял.

Жун Сюй — не единственный артист под руководством Ло Чжэньтао. Есть одна поговорка: «когда один человек добивается успеха, вся его свита поднимается вместе с ним». Чем популярнее Жун Сюй, тем выше будет положение Ло Чжэньтао в компании. У него появится больше ресурсов для развития в индустрии, и он сможет лучше помогать Жун Сюю и другим артистам в его руках.

Это взаимодополняющий процесс, конечно, это хорошо, но Ло Чжэньтао также может использовать имеющиеся ресурсы для продвижения других артистов. Недавно у Жун Сюя должен был выйти новый фильм, а также альбом. Ло Чжэньтао едва мог вырваться из дел, но ему приходилось заботиться и о других артистах, поэтому он, естественно, был занят.

Жун Сюй не собирался вмешиваться в выбор собеседника, но его взгляд постепенно упал на Ло Вэй, которая разговаривала с Ло Чжэньтао. Через некоторое время Жун Сюй опустил голову и отправил сообщение: [Я помню, что ты артист под руководством Сюй Цзиня. Он вроде бы был известным агентом в индустрии вначале. Почему ты позволил ему заниматься только тобой?]

Вскоре пришёл короткий ответ: [Благодаря обаянию личности.]

Жун Сюй:

— ...

Сюй Цзинь, который был в Канаде и сопровождал некоего мужчину на съёмках:

— Апчхи, кто это опять обо мне думает?

Жун Сюй проигнорировал самовлюблённого мужчину, он просто немного подождал, и Цинь Чэн ответил: [У тебя в будущем будет всё больше и больше дел, так что ты можешь сначала поговорить с ним. Если нет, рассмотри другие варианты.]

[Я тоже так думаю, в конце концов, мы хорошо работали с Ло-гэ последние несколько лет. У меня нет планов менять агента.]

Упоминание агента Жун Сюя было лишь мимолётным, и вскоре они заговорили о музыкальной программе, в которой Жун Сюй участвовал сегодня вечером.

Китайское название этого шоу — «Звуки музыки», а английское — просто «Music». Программа существует уже много лет. В начале этого века это была топовая музыкальная программа Китая. В каждом выпуске приглашались певцы для выступления в программе.

Некоторые из этих певцов были знамениты уже много лет, некоторые были новичками, только что выпустившими свои альбомы, а некоторые, как Жун Сюй, хотели продвигать свой альбом в шоу.

Жун Сюй заранее узнал об этой программе, и после разговора с неким мужчиной он приехал в здание Huaxia Entertainment. Здесь Ло Чжэньтао подготовил для Жун Сюя план мероприятия «Звуков музыки». Вечером они поехали в здание телестанции.

Этим вечером многие фанаты Жуна уже сидели перед телевизорами и компьютерами, ожидая прямой трансляции «Звуков музыки». В отличие от многих телепрограмм в прямом эфире, «Звуки музыки» транслируются не только по телевизору, но и на всю сеть.

В этот момент в Канаде была другая сторона Земли.

Простирающиеся снежные горы раскинулись на обширной земле. Погода была хорошая, но ветер дул постоянно, и под голубым небом никто не знал, что съёмочная группа из почти тысячи человек уже два дня стоит лагерем на склоне одной из снежных гор.

Новый фильм Цинь Чэна — это вдохновляющий фильм об экстремальных видах спорта. Главный герой, которого он играл, изначально был одним из лучших альпинистов в мире. Позже из-за случайной лавины он получил физические травмы и больше не мог подниматься в горы. Наконец, благодаря упорству, он добился успеха в других экстремальных видах спорта.

В фильме Цинь Чэн будет выполнять различные экстремальные трюки и покажет зрителям великолепный и волшебный мир спорта.

В таких опасных сценах альпинизма обычно используется съёмка на зелёном фоне, а затем с помощью постобработки создаётся сцена восхождения. Но режиссёр решил на этот раз снять несколько реальных сцен. Как раз июль — один из самых подходящих месяцев для альпинизма, поэтому съёмочная группа разбила здесь лагерь для съёмок.

В восемь часов вечера по китайскому времени «Звуки музыки» вышли в прямой эфир на всю сеть.

На снежных горах Канады команда осветителей тестировала освещение для следующей сцены.

На холодном ветру Сюй Цзинь держал две чашки горячего чая и быстро подошёл к своему артисту. Он поставил одну чашку горячего чая на маленький столик, крепко сжал свою чашку, выпил глоток и вздохнул:

— К счастью, мы уехали сегодня днём. Даже если сейчас июль, температура здесь всё ещё ниже нуля. Семь или восемь градусов мороза, люди замерзают насмерть.

Ответом ему был холодный ветер, свистящий в снежных горах.

Сюй Цзинь:

— ...

Через некоторое время он не мог не спросить:

— Что ты смотришь, Цинь Чэн?

— Смотрю шоу в любое время, — раздался низкий, магнетический голос, смешанный с ветром и снегом, он звучал немного неясно. Через некоторое время мужчина внезапно спросил: — Кстати, почему ты вообще решил стать моим агентом?

Сюй Цзинь был застигнут врасплох, услышав эти слова, его глаза забегали:

— Почему ты вдруг спросил об этом? Потому что у тебя тогда был хороший темп развития, я очень в тебя верил. — Помолчав, словно чтобы убедить себя, Сюй Цзинь медленно добавил: — И... ты вроде бы неплох?

Цинь Чэн небрежно спросил:

— Я неплох?

Сюй Цзинь:

— ...Неплох?

Цинь Чэн спокойно кивнул с таким выражением лица, будто так и ожидал.

Сюй Цзинь:

— ...

*Я просто вежливо с тобой разговариваю, почему ты воспринимаешь это всерьёз! Да потому что у тебя изначально была такая высокая зарплата, кто угодно захотел бы стать твоим агентом, ясно? Кто откажется от денег!!!*

Так он думал про себя, но, конечно, Сюй Цзинь не мог прямо сказать, что «ты и деньги несравнимы», поэтому он мог только сидеть рядом с ним с чашкой чая. И, конечно, он не заметил, что мужчина рядом с ним в данный момент был в наушниках и серьёзно смотрел на экран телефона.

В восемь часов по китайскому времени «Звуки музыки» начались вовремя. Однако музыка в начале шоу прошла лишь наполовину, как телефон мужчины внезапно завис! Маленький кружок продолжал вращаться посреди экрана, и в то же время появилась строка слов—

«Пожалуйста, подключитесь к Интернету»

Цинь Чэн:

— ...

В следующий момент вся съёмочная группа увидела, как красивый и равнодушный мужчина с холодным лицом начал ходить кругами. Он держал мобильный телефон в левой руке, высоко подняв его над головой, и подошёл то к команде операторов, то к команде реквизиторов.

Сначала Цинь Чэн был относительно спокоен и ходил медленно. Но время шло, его брови нахмурились, а шаги стали тревожными. Он не останавливался, пока не дошёл до большого камня, а затем начал держать телефон, тряся его вверх и вниз.

Наконец, когда телефон оказался в пятидесяти сантиметрах над землёй, Цинь Чэн остановился.

Все в съёмочной группе были заняты, но в десяти метрах от группы мужчина держал мобильный телефон обеими руками, спокойно... присев на корточки рядом с большим камнем, и спокойно смотрел на экран телефона.

Сюй Цзинь неподалёку:

— ...Цинь Чэн, что ты делаешь?

Мужчина поднял голову и слегка покачал ею:

— Всё в порядке.

Сюй Цзинь:

— ...

*Всё в порядке?! Тебе не кажется, что с твоей нынешней позой что-то не так!!!*

Сюй Цзинь мысленно выругался, и не знал, стоит ли говорить это вслух. Подумав долгое время, он сделал большой глоток воды и сердито сказал:

— В любом случае, это не я выгляжу так странно, мне всё равно, делай что хочешь.

В то же время «Звуки музыки» представляли последнего гостя. После того, как ведущий быстро представил его, в глубине сцены появилась высокая, стройная и элегантная фигура. За кулисами внезапно раздались аплодисменты. На сайте прямой трансляции также появились бегущие комментарии (даньму), которые мгновенно заполнили экран.

[Аааааа, Ронронронронронронрон! Личико моего мужа, если я вам его не покажу, то не покажу! ]

Как у музыкальной программы с высшим рейтингом в Китае, формат «Звуков музыки» оставался довольно простым на протяжении десятилетий. Основной процесс заключается в приглашении каждого гостя исполнить свою классическую заглавную песню, а ведущий беседует с гостями.

Кроме того, если у гостя случайно есть новая песня, он, естественно, споёт её на сцене; если гость готовится выпустить новую песню, он может даже использовать «Звуки музыки» как сцену для анонса своей песни.

Жун Сюй выступал последним.

В 8 часов по китайскому времени шоу началось. Пятнадцать минут спустя первая певица исполнила на сцене свой классический репертуар. Певица — известная королева сцены Китая, ей в этом году сорок пять лет, она из той же эпохи, что и Чу Ци. Когда её сильный голос через передовое радиооборудование донёсся до ушей каждого присутствующего зрителя, звук был настолько прекрасен, что по коже побежали мурашки, производя потрясающий эффект.

После окончания песни Жун Сюй искренне зааплодировал, а ведущий улыбнулся и немного поговорил с ней, помогая продвигать её мировое турне в следующем месяце, после чего настала очередь выступать бой-бэнду.

Звуковое оборудование «Звуков музыки» было абсолютно первоклассным. Сила этой группы, по мнению Жун Сюя, была очень средней, но во время пения они исполняли отточенные и крутые танцевальные движения. Аудиовизуальное сочетание также обладало полным и гладким очарованием.

После завершения выступления группа сошла со сцены и села рядом с Жун Сюем. Ведущий начал разговор с капитаном команды, а один из участников тихо обратился к Жун Сюю.

— Здравствуйте, меня зовут Е Тянь, и мне очень нравится «Потерянное крыло»...

Внезапно раздался тихий, почти неслышный голос. Помолчав, Жун Сюй повернул голову, чтобы посмотреть на молодого певца рядом с собой. Эта группа дебютировала всего месяц назад. В данный момент Жун Сюй разговаривал с самым молодым участником группы, которому, казалось, было меньше шестнадцати лет.

Глядя на осторожно-ожидающее выражение лица большого мальчика, Жун Сюй слегка скривил губы и спокойно сказал:

— Здравствуй, я Жун Сюй.

Как только он это сказал, ребёнок взволнованно кивнул и произнёс:

— Мне очень нравятся «Молчание» и «Чжуанхуало»... Ах, я имею в виду, мне также нравятся песни, которые вы поёте. «Потерянное крыло». Я слушаю эту песню каждый день...

Красивый, солнечный мальчик продолжал говорить, Жун Сюй сначала немного удивился, но всё время сохранял нежную улыбку. Только после того, как на сцену вышли ещё два гостя для выступления, большой мальчик нерешительно высказал своё намерение:

— Могу я... попросить подписанный альбом «Жун Янь»? Я имею в виду, я куплю альбом позже. Позже я хотел бы попросить вас подписать мне один. Я тоже артист China Entertainment. Если будет шанс, мы... мы, возможно, сможем встретиться снова.

— Не используй вежливые формы обращения со мной, — медленно прозвучал чистый, низкий и мягкий голос. Маленький певец удивлённо посмотрел на кумира перед собой, но увидел, как губы Жун Сюя изогнулись, его красивые брови слегка приподнялись, и он серьёзно сказал: — Тогда я попрошу ассистента отправить подписанный альбом в гримёрку вашей группы.

Получив это обещание, маленький певец был так взволнован, что его уши покраснели, и он не знал, смеяться ему или плакать.

Время летит, Жун Сюй дебютировал всего два года назад, и ему всего двадцать лет, но он уже побывал там, куда многие знаменитости не могут попасть за всю жизнь. Жун Сюй не впервые сталкивается со своими поклонниками в индустрии развлечений, но впервые это было так очевидно и прямолинейно.

Возможно, это потому, что этот маленький певец только что дебютировал и молод, но простительно, что он потерял голову из-за встречи с тем, кем восхищался.

У Жун Сюя в прошлой жизни была гёрл-группа, которая имела оглушительный успех, но когда они встретили свою любимую богиню на церемонии награждения, они были так взволнованы, что только визжали, словно забыв о своём звёздном статусе, и могли быть так взволнованы, оказавшись в одном кадре с богиней, что глаза наливались слезами.

Прямая трансляция «Звуков музыки» всё ещё продолжалась. Это шоу не будет продолжать разговор с королевой сцены из-за её высокого статуса в индустрии; и не будет продолжать снимать Жун Сюя из-за его недавней популярности. Это шоу очень справедливое. Только когда Жун Сюй должен был выступать в конце, его стали показывать чаще.

В то же время на сайте прямой трансляции бегущие комментарии (даньму) почти полностью заполнили экран.

[Мы хотим слушать «Жун Янь»! Давайте уже! ! !]

[Мне нравится всё, что поёт ЖунЖун ЖунЖун поёт! Пой, пой!]

[Наконец-то очередь моего Юна петь QAQ, небеса и земля тронуты]

Будь то фанаты, смотрящие прямой эфир на компьютере, или фанаты, смотрящие программу по телевизору, все они в этот момент взволнованно ждали финального выступления.

Прямая трансляция «Звуков музыки» уже была полна сообщений от фанатов Жуна, и только когда зазвучала нежная музыка, эти бегущие комментарии наконец-то поубавились.

В итоге Жун Сюй спел не заглавную песню «Жун Янь», а другую английскую песню — «Лунный свет» (“Moonlight”).

Эта песня была адаптирована из известной симфонии «Сумерки в лунном свете». Старина Ян черпал вдохновение из этой композиции, написал текст, аранжировал музыку и создал самую важную английскую песню в альбоме «Жун Янь».

В мире музыки такие адаптации не редкость. Например, «Симфония № 40» Моцарта многократно заимствовалась многими песнями. В такого рода песнях композитор не может полностью имитировать классическую музыку, а лишь заимствует часть мелодии, что похоже на цитируемые аллюзии в древних стихах, и будет прямо и открыто цитировать факты.

Это был первый раз, когда Жун Сюй пел английскую песню. Фанаты сначала немного волновались, задаваясь вопросом, сможет ли их бог справиться с английской песней. Потому что произношение китайских слов и английского всё-таки не одинаково, и даже интонация не совсем совпадает. Для многих певцов, которые хорошо поют китайские песни, английские песни могут оказаться хуже. Аналогично, многие певцы с отличными английскими песнями могут быть посредственными в китайских песнях.

Однако все сомнения закончились в тот момент, когда зазвучал этот голос.

Чистое и спокойное пение было похоже на горный ручей, уносящий прочь. Воздух был свежим, с утренней прохладой, всё казалось очень прозрачным, мир был настолько чист, что можно было почувствовать терпкий запах земли, такой прекрасный пейзаж по крупицам проникал с нежным и тихим пением юноши в уши всех присутствующих, а затем и в сердце.

Первоклассное звуковое оборудование заставляло звук долго реверберировать в студии, создавая резонанс. Когда музыка постепенно приближалась к кульминации, звук обрёл большую проникающую силу, вдохновляя, резонируя и трогая самые глубины души каждого.

*Он сказал, поймал лунный свет и дарит эту красоту своей возлюбленной.*

Многие зрители, возможно, не смогли сразу понять смысл этих английских слов, но когда красивый юноша нежно протянул им руку, они уже поняли любовь, скрытую в пении.

А в снежных горах Канады, при температуре минус 7 градусов, холодный и равнодушный мужчина серьёзно смотрел на сцену на экране видео. Спустя долгое время он тоже протянул палец и нежно прикоснулся им к экрану телефона. Место, которого коснулись его кончики пальцев, было там, где Жун Сюй протягивал руку.

*За тысячи миль, ты — ночь, я — день, но всё равно передаём эту любовь.*

Исполнив последние строки, Жун Сюй слегка прикрыл глаза, и в студии разразились бурные аплодисменты.

Зрители на месте не могли не выразить свою любовь к песне аплодисментами. Они могли слышать более реальное пение и получить более реальные впечатления, находясь на месте; в то время как зрители перед телевизорами и компьютерами, возможно, не имели возможности слушать концерт с первоклассным звуком и немного уступали живой аудитории, но в этот момент они не могли это игнорировать. Только что прозвучавшая песня эхом отдавалась в их ушах, заставляя покрываться мурашками.

В ту ночь рейтинги этого выпуска «Звуков музыки» достигли первого места в этом году. Никто не говорил, что рейтинги шоу связаны с Жун Сюем, но нельзя отрицать, что эта английская песня под названием «Лунный свет» стала главной новостью в Интернете той ночью.

На следующий день Жун Сюй дал интервью журналу, а затем принял участие в записи игрового развлекательного шоу. Перед официальным выходом «Жун Янь» он захватил внимание каждого фаната очень мощной рекламной кампанией.

В десять часов утра 14 июля 2045 года «Жун Янь» выйдет одновременно по всей стране!

У крупных музыкальных магазинов по всей стране уже давно выстроились очереди, а долгожданные фанаты Жуна ради этого альбома даже пришли в музыкальный магазин, чтобы встать в очередь пораньше, ожидая покупки «Жун Янь».

С другой стороны, «Жун Янь» не использует модель предзаказа в Интернете. В десять часов утра фанаты могут расхватывать альбомы онлайн. Однако, поскольку первоначальный запас составляет всего 300 000 копий, многие фанаты борются, ставят будильники и ждут, чтобы урвать альбом.

По этому поводу перед официальным выходом альбома Ло Вэй всё ещё была немного удивлена:

— Запаса в 300 000 копий на самом деле достаточно, я думаю, это много. В конце концов, это только первый день предпродажи, и его должно хватить всем фанатам.

Ло Вэй в основном отвечает за управление фанатами и общение с ними. Она давно узнала от нескольких крупных фанатов, что на этот раз многие фанаты очень обеспокоены тем, смогут ли они урвать альбом, и она была очень озадачена этим.

Как ассистент артиста, прошедший формальное обучение в China Entertainment, Ло Вэй, естественно, знает, что в китайской музыкальной индустрии продажи в 300 000 уже очень высоки. Альбомы с продажами в 500 000 — это уже ходовые альбомы-бестселлеры; альбомы с продажами в 800 000 можно считать главными хитами года.

Что касается «Потерянного крыла», которое продалось тиражом более миллиона, это уже феноменально.

Даже для «Потерянного крыла» причина, по которой оно смогло преодолеть отметку в миллион продаж вначале, заключалась в имени покойного Лин Сяо и фильме «Чёрные тучи», а также потому, что Жун Сюй позже открыл благотворительный фонд и сказал, что пожертвует все доходы. Если бы это была просто обычная песня, абсолютно невозможно было бы иметь такие ужасающие продажи.

А теперь, для первого альбома Жун Сюя, как мог запас в 300 000 в первый день оказаться недостаточным?

Слушая слова Ло Вэй, Ло Чжэньтао покачал головой, повернул голову, чтобы посмотреть на Жун Сюя, и сказал:

— Сяо Сюй, у тебя есть уверенность?

Яркий и блестящий солнечный свет проникал сквозь стекло и отражался на светлых волосах юноши лёгким золотистым оттенком. Услышав это, Жун Сюй отвёл взгляд от журнала. Он посмотрел на Ло Чжэньтао и Ло Вэй нежным взглядом. Через некоторое время он улыбнулся и сказал:

— Я не люблю говорить об уверенности, но думаю, ответ может быть раскрыт уже сейчас.

Ло Вэй на мгновение замерла. Она быстро подняла голову, чтобы посмотреть на часы, и увидела, что секундная стрелка только что прошла мимо отметки «12». Она была застигнута врасплох, прошло уже десять часов и двенадцать секунд!

Ло Вэй немедленно включила телефон, чтобы проверить продажи альбома «Жун Янь» онлайн. Она двигалась быстро, но после серии действий, таких как взятие телефона, включение телефона и открытие приложения, прошло ещё тридцать секунд.

Когда секундная стрелка снова приблизилась к «12», Ло Вэй также увидела количество онлайн-продаж альбома. Её взгляд не был сосредоточен на конкретных цифрах продаж. Вместо этого она сначала увидела уведомление из WeChat, всплывшее в верхней части экрана телефона.

[Цзюньцзюнь-соус: QAQ Сестрица Сяоцянь! Помоги, помоги, помоги! Ох, я поставила будильник, но ввела неправильный пароль при оплате, и оказалось, что опоздала на шаг, всего на один шаг! Я даже не урвала альбом! ! ! Я знала, что надо было идти оффлайн и покупать в очереди, по крайней мере, я должна была бы смочь купить, помоги, я очень хочу альбом Жуна...]

300 000 онлайн-альбомов распроданы за одну минуту!

Оффлайн бесчисленные музыкальные магазины и магазины аудио- и видеопродукции по всей стране были захвачены преданными фанатами. У дверей многих крупных музыкальных магазинов очередь давно выходила на улицу. Чтобы удовлетворить потребности такого количества покупателей, продавцам даже пришлось ввести стратегию ограничения покупок, заставив персонал проходить вдоль очереди один за другим и говорить фанатам: «Каждый может купить не более трёх экземпляров. Всем ограничено тремя альбомами».

Однако, услышав это, многие фанаты внезапно запричитали:

— Три? Я обещал помочь четырём друзьям привезти. Как нам пятерым разделить три?!!!

— Да, моя подруга только что позвонила и сказала, что не урвала онлайн-альбом, и попросила меня купить ей пять копий.

— Я встретил нескольких фанатов, когда ездил в Великобританию. Новый альбом сегодня выйдет только в Китае. Они попросили меня помочь с покупкой, и я согласился!

Различные ситуации возникали бесконечно.

Релиз «Жун Янь» был назначен на 14 июля, но это касалось только Китая. Мировой релиз альбома состоится только 20 июля. Если альбом покупается онлайн, адрес также должен быть внутренним. Это организовал Ян Чанчжэн, и Жун Сюй с Ло Чжэньтао не возражали.

Лао Ян — старый музыкант в Китае, и понятно, что он хочет отдать приоритет внутреннему распространению.

Но от этого страдали многие иностранные фанаты и те, кто находился в других часовых поясах.

Рози давно знала, что с нынешней популярностью Жун Сюя, даже если он не певец, многие фанаты захотят купить его альбом. Коммерческая привлекательность Жун Сюя всегда была сильной. Картофельные чипсы, которые он рекламировал ранее, после выхода рекламы напрямую увеличили объём продаж за квартал на одну тысячную!

Эти картофельные чипсы — самые популярные в Китае, и объём их продаж чрезвычайно высок. Поскольку базовый показатель огромен, эта одна тысячная от объёма продаж — ужасающая цифра.

Но даже так, Ло Вэй никогда бы не подумала, что 300 000 альбомов действительно исчезнут за одну минуту?! ! ! !

Ло Вэй немедленно сообщила об этом Ло Чжэньтао. Она только закончила говорить, и Ло Чжэньтао ещё не ответил, но Жун Сюй быстро спросил:

— Одна минута?

Рози серьёзно кивнула:

— Да, Сяо Сюй, меньше минуты. Я только что спросила у компании электронной коммерции. Точнее говоря, все эти альбомы были распроданы примерно за 54 секунды.

Красивый юноша слегка нахмурился и ничего не сказал. Ло Чжэньтао был удивлён:

— Вообще говоря, многие фанаты бросаются покупать альбомы в первые десять минут, но данные за одну минуту слишком преувеличены. Рози, организуй всё и узнай конкретные данные о продажах у компаний электронной коммерции. Не дай другим воспользоваться ситуацией.

Альбомы, купленные онлайн, можно вернуть онлайн, и многие хейтеры используют это, чтобы создавать людям препятствия, а некоторые конкурирующие знаменитости также могут раздуть из этого скандал. Например, несколько лет назад, когда Линь Сюань был не так популярен, у него был концерт, где 10 000 билетов были распроданы за 20 секунд.

Для нынешнего Линь Сюаня такое достижение было само собой разумеющимся, но в то время это действительно вызвало некоторую сенсацию.

Однако всего через три дня, когда эти билеты должны были быть отправлены, произошло большое количество возвратов. В то время компания по продаже билетов всё ещё разрешала возвраты, но из-за такого большого количества возвратов концерт Линь Сюаня почти стал посмешищем и широко освещался в СМИ.

Сейчас билеты на концерты не подлежат возврату, но альбомы всё ещё можно вернуть. Если Жун Сюя подставят другие, намеренно купив большое количество и вернув большое количество, это будет огромным ударом по Жун Сюю и «Жун Янь».

Без лишних слов Рози поспешила выяснить информацию у компании электронной коммерции, но час спустя Рози погрузилась в глубокие раздумья.

Рози:

— ...

Ло Чжэньтао спросил:

— Почему, конкретные данные выяснены? Были ли массовые закупки ботами в одно и то же время?

Молодая ассистентка молча повернула голову и протянула свой мобильный телефон Ло Чжэньтао. Тот на мгновение замер, затем посмотрел на экран телефона, и увидев всё ясно:

— ...

Ло Чжэньтао и Рози молчали, Жун Сюй отложил телефон и небрежно спросил:

— В чём дело?

Агент по фамилии Ло и ассистентка вместе протянули ему телефон. Жун Сюй, ясно прочитавший содержимое телефона:

— ...

[Лотосовая Паста с Апельсиновой Начинкой: Новый альбом нашего ЖунЖун, 10 000 штук куплено√~ Ронрон чмок-чмок-чмок~\\\\(≧▽≦) /~Ля-ля-ля [Картинка]]

Картинка представляла собой скриншот с мобильного телефона. Это был скриншот записи о покупке альбома «Жун Янь» из бэк-офиса. Время оплаты — третья секунда после релиза альбома, а количество в заказе...

10 000 штук!!!

Всего 300 000 копий, и 10 000 купила одна фанатка Лотосовая Паста с Апельсиновой Начинкой! Если найдётся ещё двадцать девять таких фанатов, они смогут скупить всё, не оставив другим фанатам шанса купить альбом!

Как только пост Лотосовой Пасты с Апельсиновой Начинкой был опубликован в Weibo, он быстро получил более 10 000 комментариев и репостов. Все фанаты, которые не урвали альбом, просили Богиню Апельсинку утешить их, в то время как другие фанаты, купившие альбом, восклицали один за другим.

[Держу пари, старина, неудивительно, что я не урвал, Апельсинка слишком крута QAQ!]

[6666666, это действительно Апельсинка~]

[Я думал, что купил 1000 копий, и это уже было RNB. В этот раз я должен был бы посоревноваться с Апельсинкой. Я не ожидал, что Богиня Апельсинка купит в десять раз больше моего... очень хорошо, очень мощно, я всё же честно не буду сравнивать себя с богачом божественного уровня Хахаха.]

Последний комментарий — от другого фаната из фан-круга. У Жун Сюя в настоящее время около 200 миллионов подписчиков в Weibo, и на его частном фан-форуме также десятки миллионов фанатов. При таком количестве людей, естественно, не может быть только Лотосовая Паста с Апельсиновой Начинкой и ещё один богатый фанат, но другие люди не так богаты, как Апельсинка.

С тех пор как Лотосовая Паста с Апельсиновой Начинкой объявила, что купила 10 000 альбомов, несколько фанатов также вышли вперёд и объявили о своих покупках. Самые скромные из них купили сто или двести копий, а те, кто побогаче — несколько тысяч.

Цена одного экземпляра альбома приближается к ста юаням. Если купить 10 000 копий, это будет стоить миллион; если купить тысячу копий, это будет стоить 100 000.

Не говоря уже о других обычных фанатах, которые купили по несколько альбомов, просто сложите покупки десятков фанатов, и получится 50 000–60 000 купленных альбомов. Поэтому абсолютно возможно, что все 300 000 альбомов были распроданы за одну минуту.

Рози сказала с чувством:

— Я могу понять мысли этих фанатов. В конце концов, это первый альбом Сяо Сюя, и неизвестно, будет ли ещё один альбом в будущем. Они определённо хотят его коллекционировать. И ваши фанаты... э-э, среди них действительно много местных богачей.

Фанатами в основном занимается Рози. Ло Чжэньтао знает лишь поверхностно, но сегодня он наконец увидел мощь легендарного фандома Жуна.

— Многие друзья говорили мне, что коммерческая привлекательность Сяо Сюя очень сильна. Я тоже это знаю, но сегодня я узнал, насколько она сильна...

Рози кивнула:

— Да, брат Ло, фанаты вроде Лотосовой Пасты с Апельсиновой Начинкой — это просто пример, в основном всё зависит от всех фанатов. Я вчера тоже болтала с одной фанаткой. Она тоже предполагала, что Лотосовая Паста с Апельсиновой Начинкой, возможно, купит много альбомов, но никто из нас не ожидал, что купят 10 000 копий.

— Ха-ха-ха, богатые люди так и поступают, — Сказав это, Ло Чжэньтао повернул голову и посмотрел на Жун Сюя: — Сяо Сюй, ты думаешь... Э-э... — Голос внезапно прервался, Ло Чжэньтао посмотрел на Жун Сюя, который был серьёзен. Спустя долгое время он осторожно спросил: — Что случилось, Сяо Сюй, что произошло?

Под ярким светом красивый юноша нахмурился и внимательно смотрел на телефон Рози. Его взгляд постоянно скользил по странице Weibo Лотосовой Пасты с Апельсиновой Начинкой, просматривая её сообщения одно за другим, впервые он был так сосредоточен и серьёзен.

Увидев это, он тихо вздохнул и повернул голову к Рози:

— Вы ближе к фанатам, сестра Сяоцянь, она потратила много денег? — Он раньше просто знал об этой концепции. Но конкретно не подсчитывал, сколько потратил собеседник.

Рози сказала:

— Она? Это Лотосовая Паста с Апельсиновой Начинкой? Она действительно богата и тратит много денег. А что случилось, Сяо Сюй?

Жун Сюй больше ничего не сказал, просто слегка кивнул.

К полудню новость о том, что «Жун Янь» продался тиражом более 300 000 за одну минуту, распространилась по всему Интернету.

#ЖунЯнь#, #ЖунЮй# — все они, естественно, попали в горячие поисковые запросы, но чего люди не ожидали, так это того, что на этот раз #ЛотосоваяПастаСАпельсиновойНачинкой# тоже оказалась в топе!

Многие неосведомлённые прохожие кликали на этот ТЭГ, думая, что это будет гастрономический ТЭГ, но после того, как они действительно зашли, все они поразились степени богатства местных транжир.

[Потрясающе, действительно божественный богач!]

[Фанаты сейчас ужасны.]

Были и некоторые прохожие, строго осуждающие такую трату денег на погоню за звёздами: [С этими деньгами, почему бы не проявить сыновнюю почтительность к родителям? Тратить столько денег — это определённо не заработано самостоятельно, должно быть, сидят на шее у стариков!]

Но большинство людей не согласны с этим. Ни у кого нет доказательств, чтобы обвинять других в обмане стариков, и что люди тратят свои собственные деньги так, как хотят. Может быть, они потратили больше денег, чтобы слушаться родителей. А вы внесли свой вклад в общество?

Вечером Ло Чжэньтао пригласил Лао Яна, а затем продюсера клипов этого альбома на совместный ужин, чтобы отпраздновать. Группа людей оживлённо ела, и Лао Ян также специально напомнил Ло Чжэньтао:

— Первые два дня — это период взрывных продаж альбомов. В основном, для альбома, если не произойдёт ничего неожиданного, продажи первых двух дней составят девяносто процентов от общих продаж.

Ло Чжэньтао немедленно сказал:

— Я знаю, господин Ян, вечером мы выпустим ещё одну партию запасов.

В ту ночь все в группе «Цинь Фэнфэн» также поздравили Жун Сюя в личных сообщениях.

[Линь Сюань: Завидую]

[Чу Ци: Завидую +1]

[Дженнифер: Поздравляю, Жун, будь осторожен, когда мы встретимся завтра, возможно, Керри воспользуется темой, чтобы заставить тебя угостить его.]

[Джеймс: А? Дженнифер, ты и Ронрон продвигаете «Три тысячи двести миль»? Ты уже используешь идиомы вроде "воспользоваться темой для игры". Твой китайский улучшился!]

[Сю: Поздравляю, я слышал о твоих продажах 300 000 за одну минуту, здорово, Жун Сюй!]

[Вэнь Сюань: Не обращай внимания на Линь Сюаня и Чу Ци, они единственные два певца в нашей группе. Ронрон, ты новое поколение, которое смещает старое, быстро оставь их позади. Я поддерживаю твоё вторжение на музыкальную сцену, 23333]

[Ся Муйян: Поздравляю.]

Ранее, когда альбом «Жун Янь» был выпущен, многие инсайдеры-певцы ждали результатов альбома.

Жун Сюй — самая горячая новая звезда Китая за последние два года. Он один такой. Его достижения в шоу-бизнесе превзошли большинство артистов, и теперь он хочет войти в мир музыки! Он не настоящий певец-новичок, но у него сотни миллионов поклонников, а также высокобюджетный фильм. Добьётся ли он также выдающихся достижений в мире музыки, как в мире кино? Каких результатов он добьётся, и будет ли это угрожать многим молодым певцам?

В тревоге ответ был раскрыт.

14 июля 2045 года «Жун Янь» продался тиражом 98 000 копий оффлайн и 51 миллион копий онлайн!

Причина, по которой онлайн-продажи составили 51 миллион копий, заключалась в том, что только в 7 часов вечера компании электронной коммерции снова открыли каналы для покупки альбома «Жун Янь». На этот раз они напрямую выпустили 500 000 копий в запас. Нельзя сказать, что это не героически.

И после того, как прошёл первый день, каждую минуту и каждую секунду продажи альбома «Жун Янь» продолжали расти. Даже посреди ночи многие фанаты Жуна бросались взволнованно покупать альбом. В то же время они публиковали свои записи о покупках на частном форуме Жун Сюя, чтобы поделиться с другими фанатами, призывая их покупать и покупать.

При такой скорости покупок продажи на следующий день были абсолютно ужасающими.

Увидев этот результат, многие молодые певцы, только что дебютировавшие два-три года назад, были ошеломлены.

— Продажи моего дебютного сингла составили 110 000, так что я уже был королём новичков года. Сестра Чжао, что мне делать, что мне делать? Я дебютировал уже три года, и продажи моих альбомов составляют максимум 300-400 тысяч. Первый альбом Жун Сюя продался таким тиражом. Он и я одного типа. Мы похожи по возрасту, и мы в одной нише. Это определённо повлияет на меня. Я...

— Я не думаю, что Жун Сюй действительно войдёт в музыкальную сцену. Это просто вовлечение. Не волнуйся, ты хорошо поёшь. Пока ты хорошо поёшь, я буду отвечать за продвижение.

Это ещё те, у кого есть определённая сила. Многие певцы, которые уже изо всех сил пытаются выжить, даже паникуют.

Однако, что бы ни думали эти молодые певцы, с Ло Чжэньтао и China Entertainment у них нет ни квалификации, ни смелости протягивать руки к Жун Сюю. А те певцы, у которых есть возможность доставить ему неприятности, либо пренебрегают этим, либо нет необходимости оскорблять этого человека.

Большие волны смывают песок, но настоящее золото остаётся.

Пока это настоящее золото, оно обязательно будет сиять. Иметь сильного противника — это хорошо, и прямая конкуренция — это то, что должно быть.

К вечеру следующего дня многие фанаты, купившие альбом оффлайн, уже ознакомились с этим альбомом «Жун Янь». Всего в нём девять песен. Первые восемь — это три песни о любви, две песни в старинном стиле и три английские песни. До последней — заглавной песни «Жун Янь».

Большинство фанатов ещё не получили альбом, а те фанаты, которые купили альбом оффлайн, не могут рассказать им о содержимом альбома. Потому что защита авторских прав в Китае довольно строгая, они не должны загружать содержимое альбома в Интернет. Даже если это фотография, в определённой степени, пока China Entertainment захочет подать в суд, они выиграют.

В результате в Интернете появилась такая ситуация.

[Юй Цивэй: Смотрите, мой только что купленный суккулент~ Разве он не милый? [Картинка]

На этой картинке маленький горшок с суккулентом стоит на телевизоре. Если вы хотите сфотографировать суккуленты, вы, конечно, случайно сфотографируете и телевизор, так что все пользователи сети увидят, что на этом телевизоре — красивый юноша.]

[О-о-о-о, это должно быть альбом «Жун Янь»! Автор поста! Мы хотим увидеть, насколько мясистый твой дом! Посмотри ещё раз! 360°, все виды мясистых ракурсов нужно увидеть! ! !]

В Интернете всевозможные хитрые снимки появляются бесконечно, и Ло Чжэньтао не может сдержать смех, видя это.

— На самом деле, они сфотографировали напрямую. Они просто фотографировали. Мы в China Entertainment не были бы такими скупыми и не позволили бы это обнародовать.

В тихом салоне автомобиля болтали только Ло Чжэньтао и Рози. На заднем сиденье машины Жун Сюй слегка опустил голову, просматривая прошлые посты Лотосовой Пасты с Апельсиновой Начинкой в Weibo. Спустя долгое время он открыл WeChat и отправил сообщение.

В следующий момент мужчина на другом конце океана получил новость.

[Жун Сюй: Мне немного любопытно, какой гонорар за твой «Предел»?]

В тёмных глазах промелькнула тень удивления, Цинь Чэн спокойно ответил: [Тридцать один миллион долларов, плюс 5 процентов от сборов.]

Для топовых мировых звёзд гонорар уже не самое главное. Они часто подписывают контракт с долей от кассовых сборов. Гонорар более 30 миллионов долларов США уже входит в число самых высоких в мире. Кроме того, Цинь Чэн также может получить долю от кассовых сборов в 5 процентов. Чем выше кассовые сборы, тем выше его доход. Если кассовые сборы превысят 10 миллиардов, чистая прибыль будет абсолютно поразительной.

Глядя на текст на экране, Жун Сюй слегка растерялся: [Как ты можешь так просто всё это говорить?]

[Цинь Чэн: Я инвестировал в фильм, пятнадцать миллионов долларов.]

[Жун Сюй: ...Так ты хочешь сказать, это всё?]

Телефон долго молчал, и наконец ответил: [Мм, всё.]

Жун Сюй:

— ...

Твои инвестиции не составляют и половины твоего гонорара. И ты смеешь говорить, что это инвестиции!

Цинь Чэн не спросил, почему Жун Сюй вдруг захотел узнать об этом сегодня. Сначала он поговорил о продажах «Жун Янь», а затем о недавней ситуации со съёмками. Двадцать минут спустя, после того как Цинь Чэн отправил сообщение «Я готов сниматься», юноша легко улыбнулся, скривил глаза и отправил сообщение—

[Цинь Чэн, я только что немного поискал, похоже, ты не основал свой собственный благотворительный фонд? Я как раз хочу основать благотворительный фонд. Я приглашаю тебя сюда. Тебе интересно присоединиться?]

Это предложение было довольно вежливым, казалось, он совсем не разговаривает со своим возлюбленным. Но Цинь Чэн не почувствовал ничего неправильного. Он понял, что его юноша в данный момент разговаривает с ним с позиции партнёра, и он должен быть строгим и объективным.

Однако он хотел знать...

[Цинь Чэн: Почему ты вдруг сказал это?]

[Жун Сюй: Ты ведь тоже поедешь на Берлинский кинофестиваль на следующей неделе, верно?]

[Цинь Чэн: ...Мм.]

[Жун Сюй: Благородный муж любит богатство, но добывает его правильным путём; Увидимся в понедельник ^_^]

Цинь Чэн:

— ...

В этот момент на съёмочной площадке «Предела» в Канаде Сюй Цзинь некоторое время болтал с продюсером и увидел мужчину, стоящего глубоко под солнцем с серьёзным лицом, уставившись в свой телефон.

Слегка длинные волосы были аккуратно уложены назад лаком для волос, открывая холодное и элегантное лицо. На нём был чёрный костюм, идеально подчёркивающий высокую и прямую фигуру, очень похожий на зрелого и уравновешенного актёра из сценария.

Сюй Цзинь удивился в душе и спросил:

— В чём дело? — Выражение лица было странным и серьёзным...

В следующий момент актёр, казалось, сошедший с экрана, посмотрел на своего агента глубокими глазами и спросил:

— Благородный муж любит богатство, так он может добывать его правильным путём?

Сюй Цзинь на мгновение растерялся. Через некоторое время он внезапно понял:

— Подожди, что ты имеешь в виду? Я ничего плохого не делал, и не боюсь призраков, стучащих в дверь посреди ночи. Это не ты ли делаешь что-то нечистое, верно?

Совершенно игнорируя собеседника, Цинь Чэн нахмурился, идя к съёмочной площадке, и пробормотал:

— У благородного мужа должен быть способ распоряжаться своим богатством... Что я сделал? Такого не было?

Подул холодный ветер, Цинь Чэн слегка сжал пальцы и поднял голову, чтобы посмотреть на снежную гору неподалёку.

— ...немного холодно.

В первый день релиза «Жун Янь» общие онлайн и оффлайн продажи превысили 600 000!

К следующему дню, как и у многих альбомных синглов, темпы роста значительно замедлились. Но к концу второго дня «Жун Янь» продался тиражом 200 000. Таким образом, всего за два дня с момента релиза объём продаж «Жун Янь» достиг ужасающих 800 000, заняв четвёртое место по общим продажам китайской музыки в этом году!

Фактически, в 24:00 в ночь первого дня релиза «Жун Янь» чарт продаж «Филармонии» обновил свой последний список.

Чарт продаж «Филармонии» — это еженедельный список, обновляемый ежедневно в 0:00. Когда «Потерянное крыло» ранее попало в список, оно сразу же заняло третье место недели с объёмом продаж 320 000 в первый день, установив очень высокий рекорд. Теперь, когда вышел «Жун Янь», он побил собственный рекорд Жун Сюя с продажами 600 000 в первый день и взлетел на вершину списка, опередив второе место почти на 100 000 продаж!

Альбом певицы, занявшей второе место, был выпущен пять дней назад и накопил продажи в 520 000. Эта певица — ветеран сцены, более знакомая с Чу Ци. Она попросила Чу Ци поздравить Жун Сюя в личных сообщениях, без всякой зависти.

Жун Сюй немедленно взял инициативу и добавил контактную информацию королевы сцены, поблагодарив её.

В личной переписке Чу Ци улыбнулся и спросил: [Ты когда-нибудь думал о том, чтобы войти в музыкальную индустрию?]

В команде Цинь Фэнфэн Вэнь Сюань постоянно твердила, чтобы Жун Сюй вошёл в музыкальную индустрию, чтобы хорошенько поиздеваться над Чу Ци и Линь Сюанем. Каждый раз, когда она это говорила, Линь Сюань высокомерно заявлял, что сестра Сюань издевается над людьми, в то время как Чу Ци чувствовал, что его вот-вот новое поколение оставит позади.

Однако все знают, что они просто шутят. Но теперь Чу Ци спросил...

Его ясные глаза слегка сузились, юноша на мгновение задумался и напечатал ответ: [Я всего лишь человек, а не бог. У меня ограниченная энергия. Я должен сосредоточиться на том, что делаю. Брат Чу, я предпочитаю сниматься в кино.]

Но Чу Ци сказал: [Объём продаж в первый день составил 600 000, что почти догнало мой лучший рекорд за эти годы, ты действительно не думаешь об этом?]

В этот момент Жун Сюй уже покинул Китай со съёмочной группой «Трёх тысяч двухсот миль» и готовился принять участие в последнем промо-шоу в Соединённых Штатах. Увидев вопрос Чу Ци, Жун Сюй улыбнулся, поднял уголки губ и серьёзно ответил: [У этих продаж много причин, брат Чу, спасибо.]

Чу Ци больше ничего не сказал, но в конце ещё раз подчеркнул: [Линь Сюань говорил, так что через пару дней, когда твои продажи перешагнут миллион, он обязательно тебя угостит.]

Жун Сюй внезапно не знал, смеяться ему или плакать.

Только на пятый день после релиза «Жун Янь» вышел одновременно по всему миру. Фанаты по всему миру могли покупать альбомы онлайн или оффлайн. Это привело к ужасающему росту продаж альбомов на пятый день, но в целом продажи за этот день всё же не превысили 200 000.

На тот день общие продажи «Жун Янь» превысили 1,12 миллиона, почти достигнув продаж «Потерянного крыла».

Вы знаете, «Потерянное крыло» смогло получить такой высокий объём продаж благодаря «Чёрным тучам», имени Лин Сяо и благотворительным акциям, но теперь «Жун Янь» — это полностью заслуга одного Жун Сюя, максимум, с добавлением славы Лао Яна.

В эти дни Ло Чжэньтао был так счастлив, что не мог сдержать улыбки до ушей, и даже помогал Жун Сюю планировать, как развиваться в мире музыки в будущем, но Жун Сюй спокойно остановил его:

— Брат Ло, я не планирую долго развиваться в мире музыки. Ты лучше сначала поищи новые сценарии.

Ло Чжэньтао был удивлён:

— Сяо Сюй, продажи 1,12 миллиона, так хорошо, ты действительно не хочешь развиваться в мире музыки? Может быть, ты сможешь стать вторым Лин Сяо на музыкальной сцене!

Ло Чжэньтао не произнёс следующих слов, но под ярким светом Жун Сюй слегка улыбнулся и спросил:

— Ты думаешь, я смогу стать Лин Сяо?

Ло Чжэньтао не ответил, но его глаза выдали его ответ.

Жун Сюй оглядел своего агента с ног до головы и улыбнулся:

— Брат Ло, ты не чувствовал, что в последнее время потолстел?

Ло Чжэньтао был застигнут врасплох:

— Я потолстел?

Жун Сюй медленно убрал улыбку и торжественно произнёс:

— От самомнения толстеют.

После этих слов Жун Сюй сел в самолёт с Рози и покинул Китай. Наблюдая, как самолёт исчезает между облаками, Ло Чжэньтао вздохнул с затаённым страхом и покачал головой:

— Тебе всего двадцать лет, как ты себя чувствуешь... старше меня?

Слова Жун Сюя не только успокоили Ло Чжэньтао, но и заставили Рози, которая была ещё более взволнована, внезапно опешить. Маленькую ассистентку словно окатили холодной водой. Изначально Рози была самой взволнованной из троих по поводу альбома «Жун Янь». Она даже чувствовала, что её Ронрон определённо станет лучшим универсальным артистом в будущем!

Цинь Чэн выиграл столько актёрских трофеев, ну и что, её кумир так хорошо поёт!

Неважно, что Лин Сяо — самый известный певец Китая в этом веке, Лин Сяо не умеет играть!

Рози не говорила этих слов, но это не значит, что она так не думала в глубине души. Эта мысль зародилась в её сердце, Ло Чжэньтао не мог не поддаться той же мысли, но всё это суммировалось во фразе Жун Сюя, а именно —

самомнение.

У Жун Сюя два фильма с кассовыми сборами в десятки миллиардов и два альбома с продажами, превышающими миллион, но он не выиграл актёрскую награду и не стал королём музыки. Он дебютировал всего чуть более двух лет назад.

Многие молодые артисты становились популярными в одночасье, покоряли полмира, но в итоге это было лишь вспышкой, недолгой. Причин этому может быть много, но самомнение и высокомерное поражение — также важный фактор, который нельзя игнорировать.

Рози быстро выпила стакан ледяной воды, подавляя все высокомерные мысли в своём сердце. В конце концов, она тихо посмотрела на Жун Сюя рядом с собой и увидела, как красивый и ясный юноша закрыл глаза и тихо отдыхает.

Каким я видела его каждый день в прошлом, с элегантной и спокойной улыбкой, не слишком радостный, не слишком разочарованный.

16 июля съёмочная группа «Трёх тысяч двухсот миль» приняла участие в последней рекламной программе перед выходом фильма. На этот раз у фильма появилась новая точка для продвижения. Климанс беззастенчиво расхваливал Жун Сюя в шоу, часто упоминая альбом «Жун Янь».

Такой подход привлёк огромное внимание к «Жун Янь», так что многие иностранные киноманы также узнали об альбоме, что принесло волну продаж; но в то же время это также создало темы для обсуждения самого фильма.

Если спросить, какой фильм китайские фанаты больше всего ждут в июле?

Это не фильм о Цзиньивэй, который собирается выпустить режиссёр Сюй, и не литературный блокбастер, снятый совместно Лао Лю и Вэнь Сюань, а коммерческий шедевр «Три тысячи двести миль», выпущенный одновременно Климансом Холтом!

Независимо от отрицания, крутые и гладкие коммерческие фильмы всегда были фаворитами киноманов. Просмотр фильмов — это изначально вид отдыха и развлечения. Иногда просмотр некоторых глубоких фильмов действительно может заставить задуматься и погрузиться в размышления. Но большую часть времени киноманам нужно визуальное воздействие. Пока они чувствуют себя очень счастливыми в течение этих двух часов, и этот фильм заставляет их чувствовать себя от души, этого достаточно, это хороший фильм.

19 июля «Три тысячи двести миль» завершили этот мировой промо-тур.

Фильм выйдет в мировой прокат 29 июля. Перед этим несколько основных создателей получили короткий отпуск. Однако для Жун Сюя, Климанса и Дженнифер этот отпуск предназначен не для отдыха, а для участия в ежегодном Берлинском кинофестивале.

21 июля Берлинский кинофестиваль 2045 года стартовал в ожидании фанатов. Рано утром того же дня Жун Сюй и Дженнифер прибыли в Берлин одним рейсом. Сегодня вечером здесь они посетят церемонию открытия Берлинского кинофестиваля. Семь дней спустя они также примут участие в церемонии вручения премии «Золотой медведь», проводимой совместно с Берлинским кинофестивалем.

Берлинский кинофестиваль — самый известный из трёх главных кинофестивалей мира, и причина тому одна — премия «Золотой медведь», вручаемая одновременно с фестивалем.

Берлинский «Золотой медведь» и китайская премия «Золотой Феникс», а также американская премия «Оскар» — три золотые награды в кинематографе. В хронологическом порядке «Оскар» обычно проводится в феврале каждого года, «Золотой Феникс» — в апреле и мае, а «Золотой медведь» — в конце июля на Берлинском кинофестивале.

Поэтому, благодаря «Золотому медведю», Берлинский кинофестиваль ещё больше поднялся в статусе и завоевал внимание фанатов по всему миру.

Берлинский кинофестиваль редко принимает фильмы, ещё не вышедшие в прокат, поэтому «Три тысячи двести миль» не могут быть показаны на этом фестивале. Но Жун Сюй приехал участвовать в кинофестивале на этот раз под эгидой «Чжуанхуало» и «Молчания».

«Чжуанхуало» номинирован на «Золотого медведя» за лучший фильм, лучшую режиссуру, лучшую мужскую роль и ряд технических наград; у «Молчания» номинаций меньше — только лучшая режиссура и лучший сценарий.

Прибыв в Берлин, Жун Сюй расстался с Дженнифер. Последняя на этот раз не была номинирована с фильмом, но была приглашена вручать «Золотого медведя» за лучшую женскую роль второго плана. Перед расставанием Дженнифер вдруг улыбнулась и сказала:

— Кстати говоря, похоже, все из нашей группы собрались в Берлине на этот раз? Жун, давай потом устроим вечеринку, редко бывает, чтобы все восемь человек были в сборе.

Жун Сюй улыбнулся и кивнул:

— Мм, я помню, что сестра Сюань приезжает в Берлин завтра, Джеймс и Хью — послезавтра.

Официально расставшись с Дженнифер, Жун Сюй с Рози и своей командой направился прямо в отель Хилтон недалеко от центра города. Сотрудник на ресепшене отеля очень преданно вручил ему давно подготовленную карточку от номера и не сказал ни слова лишнего, но спустя долгое время Жун Сюй и Рози разошлись по своим номерам.

Церемония открытия кинофестиваля состоится сегодня вечером. Съёмочная группа «Чжуанхуало» уже прибыла в Берлин, так что Лао Лю, естественно, оставил номер для Жун Сюя. Как только Жун Сюй разложил вещи, Лао Лю постучал в дверь, чтобы войти, и привёл с собой профессиональную команду визажистов.

Шесть месяцев назад Ло Чжэньтао сформировал для Жун Сюя собственную команду визажистов. В то время Жун Сюй собирался сниматься в «Трёх тысячах двухсот миль». Но Климанс не хотел, чтобы актёры использовали свою команду, поэтому Жун Сюй не взял эту команду за границу.

Сейчас Жун Сюй следует за съёмочной группой «Чжуанхуало», чтобы пройти по красной дорожке кинофестиваля. Его пригласили не персонально. Поэтому он не привёз свою команду визажистов, что можно считать уважением к съёмочной группе, чтобы не давать повода для сплетен, будто Жун Сюй слишком много о себе возомнил и строит из себя звезду.

Но как только Лао Лю вошёл в дверь, он сказал:

— В следующий раз я возьму твоего визажиста.

Юноша слегка растерялся, затем шагнул вперёд, чтобы обнять давно не виденного старика, и с улыбкой спросил:

— Что случилось, Лао Лю?

Лао Лю потёр нос:

— Я в этот раз не привёз команду визажистов. Это визажисты Цинь Чэна. Одалживать у него что-то — дороговато обходится, и он явно не хочет делать тебе макияж и укладку. Говорит, ты ему должен, и заставляет меня быть ему должным. Сяо Жун, ты думаешь, это уместно?

Жун Сюй со слезами и смехом утешил его:

— Что он за человек, разве вы не знаете? Господин Лю, подождите, пока он придёт. После того, как мы закончим, я помогу вам поговорить с ним.

Цинь Чэн и Хуан Лэй, как главные герои «Чжуанхуало», сегодня давали интервью официальным СМИ кинофестиваля и в настоящее время находились в конференц-зале на первом этаже отеля. Однако некоторые люди не видели их лично, а только слышали их имена. Из уст Лао Лю Жун Сюй узнал, что так много всего произошло после прибытия съёмочной группы в Берлин два дня назад.

В описании Лао Лю Хуан Лэй была нежной, спокойной и понимающей, в то время как Цинь Чэн превратился в невоспитанного и вздорного хулигана. Лао Лю попросил его об одолжении — одолжить у него команду визажистов. А он даже осмелился выставить условие, просто не уважая его как режиссёра.

Жун Сюй впервые слышал об этом. Когда он болтал с неким мужчиной в последние два дня, он ни разу не слышал, чтобы тот об этом упоминал. Но судя по тону Лао Лю... похоже, ситуация довольно серьёзная, неужели Цинь Чэн действительно так задирает его?

Пока он размышлял, Жун Сюй поднял глаза и случайно встретился взглядом с визажистом в зеркале. Звёздный визажист Цинь Чэна подмигнула ему с кривой усмешкой, с выражением лица «Наш Бог Цинь чувствует горечь, но если он не говорит, вы можете слушать, как господин Лю его здесь очерняет».

Жун Сюй:

— ...

Тем не менее, в словах Лао Лю определённо была доля правды. Например, его старик не может клеветать на Цинь Чэна, говоря, что у того всё ещё есть условия, чтобы одолжить команду визажистов. Прожаловавшись полчаса, господин Лю ответил на телефонный звонок и временно покинул комнату. С другой стороны, несколько девушек-визажистов всё ещё серьёзно занимались макияжем и укладкой, не говоря ни слова.

Эти визажисты не знали об отношениях между Цинь Чэном и Жун Сюем, они просто хорошо выполняли свою работу.

Жун Сюй — мужчина, его макияж немного проще, чем у знаменитостей-женщин. Ещё через полчаса все эти визажисты покинули комнату. Жун Сюй зашёл в ванную и вымыл палец, на который случайно попал тональный крем.

Однако, когда он снова вышел, он просто открыл дверь и замер.

Напротив двери ванной стоял высокий мужчина. Цинь Чэн устремил взгляд на юношу перед собой. Он слегка откинулся назад и прислонился к стене, в его тёмных глазах углублялись тёмные краски. Он просто тихо смотрел, не говоря ни слова, но заставил Жун Сюя невольно скривить губы и мягко улыбнуться.

Никто не знает, сколько времени прошло, и раздался глубокий, магнетический голос мужчины:

— Волосы покрасили?

Жёлтый свет ванной падал на мягкие и гладкие волосы юноши, отражаясь светло-жёлтым. Слегка длинные волосы нежно обрамляли левую сторону лица, но другая сторона была заправлена за правое ухо, что подчёркивало красивое и маленькое лицо.

Жун Сюй действительно очень красив, что Цинь Чэн знал с первой встречи. Даже в индустрии развлечений его юноша определённо входит в ту небольшую группу людей на вершине, и этот человек в данный момент улыбается, серьёзно глядя на него.

Этот человек принадлежит ему.

— Твоя визажист покрасила меня, — сказал Жун Сюй с лёгкой улыбкой. — Она вроде бы сказала, что так больше подходит? Спросила моё мнение.

Цинь Чэн протянул руку и нежно погладил гладкие волосы юноши:

— Мм, хорошо выглядит.

Стройные пальцы медленно скользнули по линии роста волос к уголку глаза Жун Сюя. Он нежно потёр кожу юноши кончиками пальцев, его взгляд постепенно углублялся, но в следующий момент раздался улыбающийся голос:

— Лао Лю попросил тебя сказать мне, чтобы я вышел?

Поглаживание внезапно прекратилось, Цинь Чэн поднял глаза:

— Угадал?

Жун Сюй спокойно убрал шаловливую руку от своего лица. Идя, он сказал:

— Я пальцами ног угадать могу, что ты собираешься делать. — Сказав это, Жун Сюй подошёл к двери и потянулся к дверной ручке. Но прежде чем он открыл дверь, пара сильных рук обвила его талию сзади.

— Сяо Сюй... — Глубокие мысли и любовь медленно вырвались наружу: — Ты хочешь меня...

Жун Сюй слегка опустил глаза и спокойно сказал:

— Да. — Его тон был неискренним и казался формальным.

Цинь Чэн тихо рассмеялся, уткнулся лицом в плечи юноши, потёрся носом о нежную кожу и хрипло сказал:

— Я так скучаю по тебе, ты хочешь меня?

Жун Сюй, опираясь на горячую грудь мужчины, повернул голову и мягко улыбнулся:

— Да.

Цинь Чэн снова не унывал, его руки постепенно сжимались, словно он собирался крепко впечатать юношу в своё тело. Жун Сюй немного задыхался в его объятиях. Он рассмеялся и тихо сказал:

— Слишком туго, не двигайся. — Неожиданно мужчина посмотрел на него твёрдо и снова спросил: — Ты хочешь меня... Сяо Сюй?

Жун Сюй безучастно сказал:

— Хочу, хочу, хочу, хочу тебя, ладно?

Красивый мужчина с бесподобным видом естественно кивнул, словно говоря...

— Вот именно так.

Жун Сюй:

— ...Эй, ты сам это сказал!

Цинь Чэн спокойно опустил глаза:

— Что я сказал?

Жун Сюй:

— ...

Через некоторое время юноша торжественно произнёс:

— Я знаю тебя так давно. И только сейчас понял, господин Цинь, какой вы бесстыжий!

Неожиданно, услышав это, Цинь Чэн не стыдился, а скорее гордился. Он обнял юношу за талию и развернулся так, что спина Жун Сюя упёрлась в дверь, и ему пришлось смотреть на него снизу вверх. Затем он скривил тонкие губы и радостно сказал:

— Что бы ты ни хотел, я просто хочу тебя.

Жун Сюю нечего было сказать:

— ...

В узком проходе, зажатый между дверной панелью и грудью своего возлюбленного, в такой ситуации, если бы Цинь Чэн ничего не сделал, это показалось бы немного не по-мужски. Однако на этот раз, увидев, что его юноша был так им задразнен, что больше не хотел разговаривать, Цинь Чэн естественно наклонился и собирался поцеловать эти губы, но в следующий момент тонкий палец коснулся его губ.

— Лао Лю здесь.

Цинь Чэн:

— ...

Как только голос Жун Сюя упал, раздался стук в дверь. Как блокбастер, номинированный на «Золотого медведя» в этом году, «Чжуанхуало» был назначен на вторую красную дорожку, что считалось открытием кинофестиваля.

«Золотой медведь» — первая из трёх золотых наград, в которой может участвовать «Чжуанхуало». Предыдущие «Оскар» и «Золотой Феникс» могут быть номинированы только в следующем году из-за проблем с графиком выхода фильма. Лао Лю, очевидно, очень беспокоился о «Золотом медведе» и привёл всех актёров на место проведения заранее. После официального начала церемонии открытия старик также многозначительно сказал одному мужчине:

— Цинь Чэн, у тебя должно быть чувство коллективной чести. Ты знаешь?

Цинь Чэн спокойно поднял глаза, не говоря ни слова.

Увидев это, Жун Сюй почувствовал лёгкий интерес. Прежде чем он спросил, Хуан Лэй беспомощно улыбнулась:

— Старина Лю всё ещё затаил обиду. Ронрон, ты и Цинь Чэн оба мужчины-звёзды, так что Старина Лю и Цинь Чэн одолжили команду визажистов. Знаешь, что Цинь Чэн попросил у Лао Лю?

Лао Лю не стал подробно останавливаться на этом вопросе. Жун Сюй спросил:

— Сестра Хуан, в чём дело?

Хуан Лэй тихо хихикнула, прикрыв губы:

— У вас хорошие отношения. Цинь Чэн попросил разместить твою комнату рядом с его, и он позаботится о тебе.

Жун Сюй был застигнут врасплох.

Неужели из-за этой мелочи?!

Из-за такой мелочи Лао Лю стоит так долго дуться и жаловаться?

Это дело вообще не касается Лао Лю!

Словно услышав то, что Жун Сюй сказал про себя, Хуан Лэй вздохнула:

— Важна не сама просьба. Важно то, что Лао Лю чувствует себя униженным. — Помолчав, Хуан Лэй намеренно повторила: — Лицо для его старика важно.

Жун Сюй:

— ...

Для съёмочной группы «Чжуанхуало» все они согласились, что у Жун Сюя и Цинь Чэна очень хорошие отношения. Когда дело дошло до этого, Хуан Лэй не почувствовала ничего плохого.

Хотя в индустрии развлечений много интересов, это не значит, что нет настоящих друзей. Жун Сюй и Цинь Чэн работали вместе в нескольких драмах, и не исключено, что они стали друзьями. Может быть, некоторые посторонние этого не видят, но Хуан Лэй из той же съёмочной группы может это почувствовать:

— Ваши отношения действительно хорошие.

Жун Сюй слегка улыбнулся, не отвечая.

Когда они собирались выходить на красную дорожку, неизвестно, намеренно ли Лао Лю и Хуан Лэй поставили Жун Сюя и Цинь Чэна бок о бок, чтобы они вместе прошли по красной дорожке. Цинь Чэн шагнул вперёд, подошёл к своему юноше и спокойно тихо сказал:

— Лао Лю меня задирал.

Услышав это, Жун Сюй ошеломлённо сказал:

— Разве ты не только передо мной плохой... — Затем, всего через пять секунд, Жун Сюй внезапно понял: — Подожди-ка, твоя визажист сказала тебе, что господин Лю говорил обо мне плохо за моей спиной, а потом ты намеренно нашёл сестру Хуан и попросил её занять его место? Ты объясняешься, и в итоге ты прибежал ко мне... жаловаться, чтобы притвориться обиженным?!

Глаза Цинь Чэна были спокойны:

— Ронрон, я не понимаю, о чём ты говоришь.

Уголки рта Жун Сюя дёрнулись:

— Тебе не нравится называть меня Сяо Сюй?

Зрачки Цинь Чэна сузились, и он изменил слова:

— Сяо Сюй, я не понимаю, о чём ты говоришь.

Жун Сюй:

— ...Ты выдал тот факт, что нервничаешь!

Он глубже понял осторожность мужчины, но на этот раз Жун Сюй не успел ничего сказать, как услышал, как старина Лю торопливо сказал:

— Хорошо, пошли. — Вся съёмочная группа вышла на красную дорожку.

На мгновение аплодисменты и крики обрушились издалека, как прилив. В этом шуме Жун Сюй слышал, как многие люди громко кричали слово «Жун». Может быть, некоторые люди говорили нечётко. Они явно были не китайцами, но всё равно изо всех сил старались кричать.

В сердце возникла волна сладости, и кто-то случайно громко выкрикнул «Жун Сюй», и юноша подсознательно повернул голову, чтобы посмотреть на место, откуда донёсся звук. Прежде чем он успел ясно разглядеть говорящего, он увидел два ярких световых табло.

На первом световом табло было написано два китайских иероглифа: Цинь Чэн.

На втором световом табло также было написано два китайских иероглифа: Жун Сюй.

Два фаната держали в руках разные световые знаки. Было очевидно, что они не из одной группы, но они случайно стояли вместе, поэтому в поле зрения Жун Сюя появилась строка параллельных слов—

«Цинь ЧэнЖунСюй»

Ясные зрачки слегка дрогнули, губы юноши приоткрылись, но в итоге он не смог произнести ни слова. Но Жун Сюй не мог говорить, некий мужчина внезапно протянул руку, чтобы обнять его за талию и притянуть в свои объятия.

Это действие заставило крики на месте происшествия стать ещё громче. Когда Лао Лю оглянулся, он увидел Цинь Чэна, держащего одной рукой растерянного Жун Сюя. Старик не стал слишком много думать, он просто пробормотал: «Отношения между этими двумя людьми такие хорошие?» Однако для фанатов в зале они увидели, как Цинь Чэн держит Жун Сюя за талию левой рукой и машет правой рукой толпе.

Жун Сюй медленно пришёл в себя и немедленно поднял голову, чтобы посмотреть на мужчину. Его сердце сжалось. Прежде чем он успел вырваться из этого неглубокого объятия, Цинь Чэн наклонился, его тонкие губы изогнулись, показывая нежную улыбку, и сказал тихим голосом:

— Сяо Сюй, все знают, что мы хорошие друзья.

Это было всего лишь предложение, и Жун Сюй внезапно понял.

Да, хотя в Китае уже принят закон об однополых браках, в сердцах подавляющего большинства людей объятия однополых знаменитостей должны считаться только дружбой, а объятия разнополых знаменитостей скорее всего будут считаться подозрительными в плане романа. Даже если это шипперы, то это в лучшем случае пара, которую тайно шипперят. Большинство шипперов не осмеливаются говорить, что их любимая пара настоящая.

Чем больше избегаешь подозрений, тем больше тебя будут подозревать, а чем более открыто себя ведёшь, тем нормальнее это будет казаться.

Подумав об этом, Жун Сюй улыбнулся, протянул руку и похлопал Цинь Чэна по плечу. Такое хорошее отношение братьев взволновало фанатов, а репортёры СМИ также посчитали это очень нормальным, поэтому Цинь Чэн спокойно обнял своего юношу и шаг за шагом пошёл вперёд перед всем миром, пока Жун Сюй внезапно не поднял голову и не сказал ему что-то на ухо.

Цинь Чэн:

— ...

Другим это показалось шёпотом между двумя знаменитыми друзьями. Цинь Чэн, возможно, только что сказал Жун Сюю что-то интересное, поэтому Жун Сюй сейчас тихо ответил.

Но для Цинь Чэна эти слова внезапно ошеломили его. Потому что тепло от дыхания его юноши обдуло его уши, что заставило его почувствовать возбуждение, но также оставило глубокое предложение. Слов немного, но они заставляют его необъяснимо... немного нервничать.

Жун Сюй сказал—

— То, что я сказал в прошлый раз, господин Цинь... Вы знаете, что такое признание? ^_^

Пять минут спустя съёмочная группа «Чжуанхуало» оставила свои имена на стене для автографов и вместе вошла в зал.

Церемония открытия Берлинского кинофестиваля мало чем отличалась от Лондонского. Под юмористические реплики ведущего публика постоянно смеялась. Ведущая мировая рок-группа исполнила классические песни, затем показали несколько наиболее известных фрагментов фильмов прошлого года, и церемония открытия официально завершилась.

Однако церемония открытия, показанная зрителям, официально закончилась, но вечеринка, принадлежащая гостям, только начиналась.

После церемонии открытия съёмочная группа «Чжуанхуало» дала интервью репортёрам на месте, и наконец все прибыли в пятизвёздочный отель недалеко от места проведения. Когда двое сотрудников службы медленно открыли дверь, перед всеми предстала вечеринка для деятелей индустрии развлечений.

По сравнению с китайцами, европейцы и американцы в некоторых аспектах более открыты. Вечеринку после церемонии открытия Берлинского кинофестиваля вёл голливудский суперзвезда. Здесь бесчисленные знаменитости держали свои бокалы и общались друг с другом.

Многие продюсеры и инвесторы появляются на таких мероприятиях. Иногда они просто обсуждают инвестиции и решают, в какие кинопроекты они хотят инвестировать и развивать в следующем году. Но для некоторых звёзд это также отличная возможность подцепить продюсеров и инвесторов.

Жун Сюй не удивлён подобными вещами, не говоря уже о его прошлой жизни, он и в этой жизни участвовал во многих подобных вечерних приёмах. Если вы ищете негласные правила на такой вечеринке и можете подцепить богатого покровителя, то можете общаться по своему усмотрению; но если вы просто хотите повеселиться, это нормально.

Съёмочная группа «Чжуанхуало» пришла на ужин на этот раз, относясь ко второй категории.

После того, как Жун Сюй вошёл в отель, Линь Сюань увидел его, как только поднял взгляд, и потянул к себе. Кроме него, Лао Лю собирался поговорить с американским инвестором об инвестициях в следующий фильм. Цинь Чэн изначально хотел пойти с Жун Сюем. Неожиданно старый мистер Холт (отец Климанса) случайно увидел его и остановил:

— Эй, Цинь, давно не виделись, как снимается твой «Предел», у тебя есть время в последнее время...

Ужин продлился до часу ночи, и люди уходили один за другим. Когда Жун Сюй и Лао Лю собирались уходить, Цинь Чэн всё ещё разговаривал с британским режиссёром там. У Лао Лю не хватило терпения, он махнул рукой и сказал:

— Не жди его, пойдём сами.

Жун Сюй слегка улыбнулся и сказал:

— Лао Лю, вы с сестрой Хуан идите первыми. Я подожду Цинь Чэна.

Лао Лю не стал слишком много думать. Весь мир знал, что у этих двух молодых людей хорошие отношения. Жун Сюй должен был подождать Цинь Чэна. Ему не нужно было его останавливать.

Подождав ещё двадцать минут, среди редеющих гостей, Цинь Чэн чокнулся бокалами с британским режиссёром и наконец завершил разговор. В этот момент в зале осталось немного людей. Цинь Чэн повернулся, чтобы поискать, и когда он увидел юношу, он замер.

Под яркой хрустальной люстрой красивый и элегантный юноша мягко поднял руку и покачал бокалом в его сторону. Красновато-коричневый ликёр медленно перетекал в прозрачном хрустальном бокале. Тонкая ножка делала руку ещё более стройной и белой. Жун Сюй мягко улыбнулся, а затем допил последнюю каплю красного вина в бокале.

Цинь Чэн на мгновение потерял дар речи, шагнул вперёд и ушёл со своим юношей.

— Холт сказал, что у него есть сценарий, и он хочет работать со мной, — Этот отель был тем, что устроила съёмочная группа «Чжуанхуало». Покинув банкетный зал, Жун Сюй и Цинь Чэн вошли прямо в лифт, и Цинь Чэн продолжил: — Есть ли время во второй половине следующего года?

Жун Сюй нажал кнопку этажа. Услышав это, он удивлённо сказал:

— Брат Ло, вероятно, ещё не распланировал дела на вторую половину следующего года. Но я помню, он говорил позавчера, что график на начало следующего года весь заполнен, а что?

Лифт ровно поднимался, и низкий и элегантный голос мужчины тихо прозвучал:

— Я хочу сыграть в пьесе Холта с тобой.

Услышав это, Жун Сюй поднял брови:

— Во второй половине следующего года... Господин Цинь, я не думаю, что буду вашим партнёром в то время. — Помолчав, он снова подумал: — Но драма с двумя главными мужскими ролями стоит рассмотрения, полицейская/гангстерская драма Джеймса и Хью с двумя главными мужскими ролями в прошлом году была очень классической.

Говоря об этом, Жун Сюй вспомнил:

— Что за пьеса у господина Холта? Так долго готовиться нужно?

Тонкие губы Цинь Чэна слегка дёрнулись:

— Я тебе не скажу.

Жун Сюй был ошеломлён. Он повернул голову и внимательно посмотрел на спокойного мужчину рядом с собой. Спустя долгое время он усмехнулся:

— Есть заговор, но мне не сказали.

Цинь Чэн посмотрел вниз и спокойно сказал:

— Коммерческая тайна. Но не исключено, что скажу...

Жун Сюй многозначительно улыбнулся:

— Условия?

Двое вышли из лифта, уже очень близко к номеру, Цинь Чэн поднял руку, чтобы ослабить галстук. На холодном и красивом лице не было выражения, даже на камере в коридоре отеля можно было видеть только ведущего мирового актёра со спокойным выражением лица. Он просто шёл как обычно. Вы совершенно не догадываетесь, что этот, казалось бы, вежливый господин Цинь, в данный момент говорил очень хулиганские слова:

— Принятие взяток, дополнительно... поддаться сексуальному искушению.

Цинь Чэн медленно остановился у двери номера Жун Сюя. Он опустил голову и посмотрел на юношу перед собой тусклым взглядом. Камера случайно оказалась в слепой зоне, и его нынешнее выражение лица не было видно. Но в глазах Жун Сюя он увидел, как мужчина мягко скривил губы и посмотрел на него с лёгкой улыбкой.

Четыре года назад Цинь Чэн снялся в коммерческом боевике. В том фильме у него была сцена побега из воды. Когда он выпрыгнул из воды, пряди волос, намоченные водой, слиплись в пучки и нежно упали на его холодное и благородное лицо, он слегка сжал губы, глаза были безразличны, холодно глядя на зрителей за экраном, картинка замерла, аскетизм и холодность.

Эта сцена — классический кадр фильма, который бесчисленное количество раз вырезали многие фанаты в качестве материала для видеомонтажа.

Но сейчас Жун Сюй видел аскетичного, но сексуального Цинь Чэна. Глубокие глаза феникса скрывали бурю, готовую разразиться, а сильный запах мужских гормонов наполнял его нос. Сексуальное ощущение заставляло задерживать дыхание, заставляя почти любого невольно поддаться.

Однако Жун Сюй коснулся своих губ и спокойным тоном спросил:

— Как негодяй, я ещё не знаю, у меня есть навык соблазнения внешностью?

Говоря это, Жун Сюй достал свою карточку от номера и провёл ею, чтобы открыть дверь. Он отступил назад и приблизился к двери, слегка наклонил голову, и тонкие волосы упали с одной стороны. Он не говорил, но стоял внутри комнаты, улыбаясь мужчине в шаге от него.

Когда Жун Сюй произнёс слово «негодяй», вся чарующая атмосфера иссякла. Цинь Чэн удивлённо посмотрел на своего юношу, его брови нахмурились, мысли роились в голове, но он не понял, что означает этот «негодяй».

Жун Сюй стоял в дверях комнаты, улыбнулся и сказал:

— Входи.

Цинь Чэн изначально планировал остаться на ночь в номере Жун Сюя. Редко когда два близких друга встречаются. Спать в одной комнате — не такое уж большое дело, и найдутся объяснения, если кто-то узнает. Услышав слова Жун Сюя, он подсознательно вошёл в комнату, не принимая слова Жун Сюя близко к сердцу.

Слегка расстёгнутая рубашка обнажала высокую ключицу мужчины. Цинь Чэн вошёл в дом и действительно вышел из поля зрения камеры. Он положил одну руку на стену, наклонился, его тонкие губы изогнулись, и его голос прошептал имя возлюбленного:

— Сяо Сюй...

Однако в следующий момент Жун Сюй улыбнулся и сказал:

— Извини, я не могу делать такие вещи, как соблазнение. Но я думаю, Богиня Апельсинка... может быть, продемонстрирует мне?

Улыбка застыла на губах.

Почти подсознательно Цинь Чэн обернулся и хотел уйти, но как только Жун Сюй дёрнул его за запястье, послышался только щелчок, и дверь за ним закрылась.

Цинь Чэн:

— ...

Жун Сюй:

— ^_^

Юноша шагнул вперёд, мужчина отступил назад. Спина Цинь Чэна упёрлась в холодную дверь из красного дерева. Он посмотрел вниз на юношу перед собой, но увидел, как Жун Сюй протянул палец, коснулся его подбородка и двусмысленно погладил его. Глаза сверкали, горячее и соблазнительное дыхание медленно выдыхалось с губ юноши и по капле осыпалось на красивое лицо мужчины.

Этот голос был любимым голосом Цинь Чэна, мягким и нежным, как весенний ветерок. Особенно когда желание самое сильное, а страсть достаточно глубока, чтобы называть его имя, интонация в конце фразы слегка повышается, хриплая и мягкая, что может заставить его достичь пика в одно мгновение.

Но в этот момент Цинь Чэн совершенно не ценил этот голос. Даже когда собеседник назвал его имя, он мог только напрячь тело, позволяя собеседнику зацепить его подбородок, ласкать, а затем слушать собеседника, беспомощно раскрыв глаза.

— Цинь Чэн... О да, Богиня Апельсинка, как соблазнять внешностью, научишь меня... Ладно?

Тусклый желтый свет медленно струился с потолка, окутывая волосы Жун Сюя золотистой дымкой. В его ясных глазах светилась глубокая улыбка. Всего в десяти сантиметрах от него теплый воздух мягко касался кожи Цинь Чэна, создавая дразнящую двусмысленность.

Пальцы юноши подхватили его подбородок, и он смотрел на него почти вызывающей позой.

Однако в такой ситуации, когда другой почти довел его до невозможности терпеть, Цинь Чэн лишь спокойно опустил глаза и равнодушно спросил:

— Сяо Сюй, о чем ты говоришь?

На его холодном и прекрасном лице не было ни тени эмоций, словно он не понимал, что такое «подлец», зачем его соблазняют и кто такая «Богиня Апельсин».

Когда Цинь Чэн смотрел на людей сверху вниз, его выражение всегда оставалось спокойным и отстраненным, и сейчас он был таким же — невозмутимо позволяя юноше держать себя за подбородок, без тени смущения отрицая все.

Такая реакция не удивила Жун Сюя. Если бы Цинь Чэн сразу признался, это было бы странно. Естественно, он должен был бесстыдно отрицать.

— Ты правда не понимаешь? — С низким смешком Жун Сюй достал телефон из кармана, открыл Weibo и начал набирать пять иероглифов: «Начинка из лотоса и апельсина». — Тогда давай посмотрим, Богиня Апельсин. Помнишь, когда ты снимался в Канаде в прошлом месяце, там была разница во времени. Когда ты уезжал? Кажется...

Внезапно его голос оборвался.

Жун Сюй широко раскрыл глаза, с недоверием глядя на экран телефона. В этот момент Цинь Чэн левой рукой уже дотянулся до двери и бесшумно нащупал ручку. Он осторожно надавил, но в тот же миг услышал, как Жун Сюй, глядя на него, произнес слово за словом:

— Ты купил еще пять тысяч альбомов?! Цинь Чэн! Ты меня достал!!!

Движение тайного открывания двери мгновенно замерло. Под возмущенным криком любимого мужчина машинально поднял руки в жесте капитуляции.

Жун Сюй: «...»

Цинь Чэн: «...»

Жун Сюй приподнял бровь, с ухмылкой разглядывая его. Цинь Чэн спокойно опустил руки:

— Что случилось, Сяо Сюй?

Фыркнув, Жун Сюй продолжал смотреть на него с улыбкой, окидывая взглядом с ног до головы, прежде чем сказать:

— Никогда бы не подумал, что ты успел купить еще пять тысяч альбомов во время церемонии открытия. Богиня Апельсин, разве ты не общался с режиссерами и продюсерами? И в такой момент ты еще и купил альбомы, и похвастался в сети?!

Слово «похвастался» явно не понравилось Цинь Чэну, и он едва не поправил его на «признание в любви», но в последний момент промолвил:

— Я не понимаю, о чем ты, Сяо Сюй.

«Не увидев гроба, слез не прольешь» — это точно про него.

Жун Сюй одной рукой оперся о дверь, прижав мужчину к углу стены. Хотя он был на несколько сантиметров ниже, сейчас он уверенно держал Цинь Чэна в позиции подчинения. Когда он скрипя зубами рассмеялся, Цинь Чэн сохранял спокойствие, но в его глазах мелькнула тень вины.

И с каждым словом юноши эта вина становилась все очевиднее.

— Арендовал весь кинотеатр и пригласил всех на целый день фильмов, да?

«...»

— Покупаешь как минимум по пятьсот DVD каждого сериала и фильма, а потом хвастаешься в сети?

«...»

— В этот раз сразу купил десять тысяч альбомов... Ой, нет, вместе с сегодняшними — пятнадцать тысяч. Моя богатенькая Апельсиновая Богиня, ты просто чудо.

«...»

— Фанатки решили навестить тебя на съемках, и ты отвалил полмиллиона. А в «Потерянных крыльях» пожертвовал миллион?

Внезапно Цинь Чэн нахмурился и серьезно сказал:

— Это было благотворительное пожертвование.

То есть: это не пустая трата денег, а благое дело.

Жун Сюй приподнял бровь:

— Значит, моя Апельсиновая Богиня признает? И еще оправдывается? — Внезапно вспомнив один из постов в Weibo, он усмехнулся: — А теперь ты собираешься меня целовать, обнимать и поднимать высоко?

Цинь Чэн: «...»

Этой фразе Цинь Чэн научился у своих фанатов. Он часто видел, как они писали в сети: «Обнять, поцеловать и поднять высоко». Несколько дней назад «Начинка из лотоса и апельсина» тоже выложил пост с этой фразой, и Жун Сюй ее запомнил.

Глядя на невозмутимое лицо мужчины, Жун Сюй внутренне смеялся, но внешне сохранял сердитый вид. Окинув его взглядом, он дразняще сказал:

— Ну что, теперь не хочешь целовать, обнимать и поднимать высоко? А в интернете ты так легко это говорил...

— Конечно хочу. Целовать, обнимать и поднимать высоко.

Услышав это, Жун Сюй на мгновение застыл, не ожидая такой реакции. Когда он поднял глаза, то встретил глубокий, серьезный взгляд Цинь Чэна, который повторил:

— Сяо Сюй, я хочу тебя целовать, обнимать и поднимать высоко.

Хриплый, соблазнительный голос звучал прямо у его уха, и сердце Жун Сюя дрогнуло. Через мгновение он рассмеялся:

— Мистер Цинь, ты совсем не дорожишь своей репутацией. Раз уж ты признался, давай спокойно обсудим, как джентльмену правильно транжирить деньги. Ты согласен?

Цинь Чэн спросил:

— Сяо Сюй, что я сделал не так?

Не ожидая такого вопроса, Жун Сюй задумался:

— Ты бездумно тратишь деньги.

Но Цинь Чэн ответил:

— Я не трачу их бездумно.

Жун Сюй тут же возмутился:

— Пятнадцать тысяч альбомов — это не бездумная трата?

— Мои деньги — это твои деньги, — серьезно сказал Цинь Чэн.

Жун Сюй не сдержал смешка:

— Почему ты вдруг стал таким сговорчивым?

Цинь Чэн рассудительно пояснил:

— Я купил твой альбом. Потратил деньги, а твой доход увеличился.

Но эта логика не сработала:

— Я получу только часть прибыли, большая уйдет на затраты, а остальное — компании.

Цинь Чэн вдруг «осознал»:

— У меня есть акции компании. Сяо Сюй, мы снова в плюсе.

Жун Сюй: — Мою математику преподавал не физрук!!!

Такой уровень обмана его не проведешь. Цинь Чэн опустил глаза и замолчал. Жун Сюй не торопился, все так же улыбаясь, но постепенно заметил, как Цинь Чэн поднял руку и начал расстегивать воротник его рубашки.

Воротник белой рубашки распахнулся, и тусклый свет упал на кожу, отбрасывая легкую тень. Его тонкие пальцы, словно из белого нефрита, мягко легли на ключицу. Когда пальцы слегка дрогнули, Жун Сюй невольно перевел взгляд и увидел, как они скользят по коже.

Цинь Чэн наклонился и остановился у самого уха Жун Сюя. Его голос звучал как вздох, хриплый и зрелый:

— Вернемся к главной теме... Сяо Сюй, Богиня Апельсин научит тебя... Хорошо?

Мысль «Он меня отвлекает, нельзя позволить ему продолжать» мелькнула в голове Жун Сюя. Он резко поднял голову, но не успел сказать ни слова, как Цинь Чэн убрал прядь волос с его лба, глубоко глядя в глаза.

Холодное и элегантное лицо, освещенное теплым желтым светом, было так близко, что Жун Сюй различал даже мельчайшие волоски на его коже. Цинь Чэн слегка приподнял подбородок, и его пальцы двинулись вниз. Раздалось несколько щелчков — пуговицы рубашки были расстегнуты одна за другой, обнажая гладкую кожу.

— Сяо Сюй...

Низкий, бархатный голос мягко разлился по комнате, смешиваясь с едва уловимой улыбкой.

Тело Жун Сюя дрогнуло. Глядя в темные глаза мужчины, он инстинктивно хотел остановить его, но горло пересохло, и он не мог вымолвить ни слова.

Цинь Чэн повернулся к шее Жун Сюя, слегка вдыхая его запах. Его пальцы скользили по коже юноши, лаская ее, но губы даже не касались шеи, лишь изливая тепло на почти неуловимом расстоянии.

Жун Сюю казалось, что мужчина целует его шею, но в то же время — нет. Только теплые струйки воздуха касались чувствительной кожи, заставляя ноги подкашиваться, и Цинь Чэн обнял его.

В следующий миг горячий поцелуй поглотил губы Жун Сюя. Они закрыли глаза, полностью отдавшись друг другу.

Мужчина привычно раздвинул зубы юноши и проник внутрь, грубый язык исследуя каждый уголок рта, касаясь чувствительных стенок. Жун Сюй невольно издал тихий стон, а Цинь Чэн крепче прижал его к себе, словно желая вобрать в свое существо.

Цинь Чэн жадно поглощал сладкую влагу, а Жун Сюй чувствовал, как воздух покидает его легкие. Он пытался дышать через нос, но легкий алкогольный аромат, витавший между ними, наконец дал о себе знать — крошечная доза вина, выпитая за ужином, опьяняла его сейчас.

Жун Сюй забыл, как целоваться и как дышать. Он лишь запрокинул голову, позволяя мужчине забирать его воздух. Ощущение удушья лишало рассудка, и только бесконечное удовольствие, рожденное этим яростным поцелуем, пробегало по нервным окончаниям до самых глубин души.

В этом мире больше никого не существовало — только он. Только этот человек целовал его душу.

Когда Жун Сюю показалось, что он вот-вот умрет, поцелуй внезапно прервался. Все чувства достигли пика, его тело обмякло, и он рухнул в объятия Цинь Чэна.

Жун Сюй тяжело дышал, его лицо пылало от только что пережитого наслаждения. Холодные пальцы коснулись его подбородка, заставив поднять глаза.

Он вряд ли понимал, какое зрелище открылось Цинь Чэну в этот момент.

Юноша говорил, что не умеет соблазнять, но его улыбка была сильнейшим афродизиаком для Цинь Чэна. А сейчас, с затуманенным взглядом и слезинками в глазах, он смотрел на него так, что Цинь Чэн мгновенно возбудился, желая прижать его к постели и сделать все, что хотел.

— Ты научился соблазнять... Сяо Сюй, у тебя получается лучше, чем у меня.

Жун Сюй все еще тяжело дышал, не понимая его слов.

На самом деле, действия Цинь Чэна были лишь шаблонными. Он снялся в стольких фильмах, играл с обольстительными актрисами — как соблазнять, он знал с закрытыми глазами.

Но все это была теория. На практике его юноше не нужно было ничего делать — одного его взгляда было достаточно, чтобы свести с ума.

Он подхватил на руки все еще слабого юношу и направился в спальню. Цинь Чэн не включил свет. Он бережно опустил любимого на кровать, затем подошел к окну и распахнул шторы.

Яркий лунный свет хлынул в комнату через панорамные окна. Внизу медленно текла река Спрут. Этот загородный отель находился на верхнем этаже, откуда открывался вид на весь ночной город.

При лунном свете в спальне наконец появилось немного освещения, но Жун Сюй все равно не видел лица Цинь Чэна. Он наблюдал, как мужчина приближается, становится на одно колено и нежно целует его пальцы, затем раздается низкий голос:

— Сегодня вечером, Сяо Сюй, я буду служить тебе.

Всю следующую ночь Жун Сюй познавал, что такое соблазн по-Цинь Чэновски.

Холодная, мощная мужская аура наполнила комнату. Ни капли женского очарования, но его сексуальность опьяняла не меньше.

Отрывистые поцелуи скользили по пальцам юноши, затем поднимались выше.

Сидя на краю кровати, Жун Сюй смотрел сверху вниз на высокий нос Цинь Чэна. Мужчина закрыл глаза, сосредоточенно целуя его запястье, и Жун Сюй невольно застонал. Цинь Чэн поднял голову и пристально посмотрел на него.

Глаза Жун Сюя дрогнули. Никто не произнес ни слова, но Цинь Чэн медленно прижал юношу к кровати.

— Сяо Сюй, доверься мне.

Горло Жун Сюя пересохло, и он едва слышно крякнул в ответ.

Цинь Чэн ловко развязал галстук Жун Сюя и завязал ему глаза. Мир погрузился во тьму, даже лунный свет исчез. Лежа на кровати, Жун Сюй услышал тихое дыхание у самого уха.

— Цинь... Цинь Чэн?

В следующий миг его мочку полностью захватили губы, заставив тело содрогнуться:

— Ах!

В темноте его и без того чувствительное тело стало в сто раз восприимчивее. Жун Сюй отчетливо чувствовал, как его мочку лижут и посасывают, и легкое удовольствие накапливалось в темноте. Он дрожал, не в силах сдержать стоны.

Пуговицы рубашки, казалось, были расстегнуты, и кожа груди почувствовала прохладу воздуха.

Мурашки побежали по телу. Хотя на улице был июль, а в комнате работал кондиционер, Жун Сюю не было холодно, но волосы на теле вставали дыбом.

— Ммм... Ах...

Мужчина продолжал ласкать его мочку, и это было так приятно, что Жун Сюй зажмурился, но перед глазами по-прежнему была тьма. Внезапно правый сосок сжали пальцы, и он вздрогнул, голос сорвался на крик.

— А-а-а-а-а...

Удовольствие, усиленное в сто раз, сделало прикосновение грубых пальцев особенно ярким.

Поцелуи спускались ниже, задерживаясь на шее юноши. Теперь Жун Сюй полностью отдался страсти, ноги судорожно сжались, все тело дрожало. Когда язык коснулся второго соска, он громко закричал имя Цинь Чэна, но тот не отвечал, лишь резко укусил.

— Ах, ах, Цинь Чэн... Цинь Чэн... Цинь Чэн!

Казалось, в мире больше никого не существовало. Мужчина не произносил ни слова, и это придавало их связи запретный оттенок.

Его соски затвердели, словно умоляя о ласке, но после одного укуса Цинь Чэн двинулся ниже, оставив их наедине с прохладным воздухом.

Ощущение брошенности было мучительным. Жун Сюй тяжело дышал, но Цинь Чэн уже расстегнул его ремень и снял брюки. Нижняя часть тела юноши уже была возбуждена, прозрачная жидкость сочилась, пропитывая белье.

Жун Сюй инстинктивно сжал ноги, но Цинь Чэн раздвинул их руками. Ноги согнулись в форме буквы «М», и в темноте мужчина пристально разглядывал чистый член любимого, прежде чем внезапно взять его в рот.

— А-а-а-а-а-а!!!

Мужчина начал работать ртом, каждый раз опускаясь до основания, затем поднимаясь до кончика. Острое удовольствие поднималось от промежности вдоль позвоночника, грубый язык лизал чувствительную головку, затем снова поглощал его.

Жун Сюй сжал простыни в кулаках, крича:

— Цинь Чэн...

— Ах... так приятно...

Пока одна рука держала член, другая опустилась ниже. Они делали это много раз и хорошо знали тела друг друга. Маленькая дырочка уже была влажной, и даже без проникновения, лишь от прикосновения пальцев, она сжималась в ожидании.

Пальцы мужчины ласкали нежную кожу вокруг, а рот продолжал работать. Жун Сюй громко стонал: его заглатывали спереди, а сзади дразнили, и он был на грани.

— Ах... Войди... войди...

— Я сейчас умру... ах...

— Цинь... а-а-а-а-а!!!

Палец резко вошел внутрь, безжалостно надавив на простату. В тот же миг стенки кишечника судорожно сжались, словно пытаясь удержать его, и горячая сперма вырвалась наружу, прямо в рот мужчины.

Одна рука осталась внутри, стимулируя простату, а другая поднялась, чтобы крепко поцеловать юношу.

Жун Сюй все еще был в эйфории, когда Цинь Чэн начал двигать пальцами.

— Ммм... ах...

Пальцы имитировали половой акт, быстро входя и выходя. Влажная жидкость выделялась из глубины, смачивая пальцы Цинь Чэна. Жун Сюй раскинулся на кровати, приоткрыв губы, из которых вырывались сладострастные стоны.

— Ах... Цинь Чэн... там, там... ах...

Звуки влажных движений наполняли комнату, но Цинь Чэн по-прежнему молчал. Только стоны юноши и похотливые шлепки нарушали тишину. Жун Сюй чувствовал, что его сознание сузилось до одной лишь точки — точки невероятного наслаждения.

Дырочка была уже достаточно размягчена и жадно сжимала пальцы. Цинь Чэн внезапно перевернул Жун Сюя на живот, прижав его грудью к одеялу. Прежде чем юноша понял, что происходит, что-то горячее проникло в него.

— А-а-а-а-а!!!  Грубый язык яростно двигался внутри, горячее и подвижное, чем пальцы. Он лизал стенки, касаясь каждой складочки, доводя Жун Сюя до исступления. Это было самое сильное удовольствие за всю их совместную историю.

Только осязание, усиленное в сто раз, сводило его с ума.

— Цинь... ммм... ах...

— Поговори со мной... ах...

— Поговори... так хорошо... да... быстрее...

Язык продолжал молча работать, а простату стимулировали спереди. Удовольствие накатывало волнами. Под повязкой глаза Жун Сюя потеряли фокус, а горячая дырочка судорожно сжималась, предвещая новый оргазм.

Внезапно язык вышел, и в темноте Жун Сюй растерялся, но в следующий миг что-то горячее и твердое вонзилось в него.

— А-а-а-а-а!!!

Дырочка еще не была полностью готова, но частые занятия сделали ее восприимчивой к размеру мужчины. Толстый член вошел до конца, прижавшись к простате. Жун Сюй закричал, готовый кончить, но Цинь Чэн сжал основание, не давая ему разрядиться.

В голосе юноши послышались слезы:

— А-а-а...

Член оставался внутри, не двигаясь, будто давая привыкнуть или испытывая терпение.

До сих пор Цинь Чэн не издал ни звука, и это делало Жун Сюя еще чувствительнее.

Выждав момент, когда юноша уже не мог сдерживаться, мужчина начал двигаться. Он вынимал член почти полностью, затем резко вгонял обратно. Плоть сжимала его, жадно встречая каждый толчок.

Каждый сантиметр кишечника приветствовал грубый член, затем сжимался, когда тот выходил. Прозрачные соки лились ручьем, смачивая бедра.

К этому моменту Жун Сюй уже не мог говорить, повязка промокла от слез. Его тело было невероятно чувствительным, и каждый раз он был на грани, но сейчас, с завязанными глазами и в полной тишине, он мог только чувствовать.

Похотливая плоть принимала член снова и снова, доводя до исступления. Жун Сюй никогда не испытывал такого удовольствия. Его дырочка четко ощущала каждый бугорок, каждую пульсацию вены. Член был таким горячим, что, казалось, расплавит его, и он мог только лежать, погруженный в океан наслаждения.

— Ах... быстрее...

— Сильнее... ах...

— Цинь... ах...

Перед самым оргазмом мужчина снова остановился, и когда член вошел в очередной раз, Жун Сюй закатил глаза, чувствуя приближение кульминации, но палец снова перекрыл выход.

Юноша лежал, слабо подрагивая плечами.

Цинь Чэн обнял его за талию и перевернул на спину. Член провернулся на 180 градусов, заставив Жун Сюя застонать, но теперь он стиснул зубы. Слезы катились из-под повязки, падая на раскрасневшиеся губы.

Цинь Чэн молча развязал галстук.

Когда повязка спала, слезы хлынули потоком. Теперь юноша рыдал — от переизбытка чувств и от обиды.   Жун Сюй сидел на коленях Цинь Чэна, все еще пронзенный его членом, и хрипло сказал:

— Ты... ты издеваешься надо мной... Цинь Чэн, ты издеваешься надо мной!

Прижав ладонь к его щеке, Цинь Чэн нежно поцеловал его и наконец произнес:

— Я не издеваюсь. — Его голос был глух от сдерживаемых эмоций.

Жун Сюй ничего не слышал, он лишь прижался к груди мужчины и хрипло прошептал:

— Ты не разговариваешь со мной, специально молчишь, не даешь мне кончить...

Цинь Чэн обнял его за талию:

— Ты уже кончил один раз, нельзя слишком часто.

— Ты издеваешься надо мной.

Цинь Чэн промолчал.

Жун Сюй поднял глаза и повторил громче:

— Ты издеваешься надо мной!

— Тогда я покажу, что такое настоящее издевательство.

В следующий миг мужчина резко поднял его и опустил на себя.        Жун Сюй закричал, но теперь Цинь Чэн не давал ему передышки. Член входил до самого конца, и в этой позе казалось, что он достигает новых глубин, выжимая из кишечника горячие струйки.

Жун Сюй вцепился в плечи Цинь Чэна, не в силах сопротивляться. Член проникал до самого конца, выталкивая соки, затем снова вгонялся в распахнутую плоть.

Звуки влажных шлепков наполняли комнату, перемешиваясь со стонами.

Удовольствие полностью затмило разум Жун Сюя. Ощущения от повязки не исчезли, и теперь, сидя на Цинь Чэне, он чувствовал, как тот входит в него, словно пронзая сердце.

— Цинь Чэн, ах...

— Я сейчас умру... так хорошо...

Наложенные волны наслаждения били по сознанию. Он услышал, как мужчина под ним не сдерживается, и, словно ободренный, наклонился, чтобы поцеловать его.

Место их соединения было мокрым, член входил и выходил, сжимаемый горячими стенками.

Каждое движение ударяло по простате, передавая волны удовольствия. Сотни толчков, и член Жун Сюя уже стоял, смачивая живот Цинь Чэна.

— А-а-а-а-а!!!              Когда член в очередной раз вошел до конца, Жун Сюй кончил. В то же мгновение горячая жидкость хлынула из глубины, обдавая головку члена. Плоть судорожно сжалась, и Цинь Чэн тоже дрогнул, разряжаясь внутри.

Сперма заполнила кишечник, и Жун Сюй вздрогнул, безвольно опустив голову на плечо Цинь Чэна.

Этот оргазм длился слишком долго. Цинь Чэн крепко держал юношу, чувствуя, как его внутренности все еще сжимаются в конвульсиях. Он уже пришел в себя, но Жун Сюй все еще был в забытьи.

Когда судороги наконец утихли, Цинь Чэн медленно вынул член. Смесь спермы и соков вытекала, пропитывая простыни.

Увидев, что юноша все еще без сознания, Цинь Чэн усмехнулся, взял его на руки и отнес в ванную. Даже после того, как он помыл его и перестелил постель, Жун Сюй все еще смотрел в пустоту.

Он перестарался, и Цинь Чэн почувствовал укол вины. Он обнял юношу и тихо позвал:

— Сяо Сюй.

Но тот не ответил.

Цинь Чэн поцеловал его в губы и прошептал:

— Только в этот раз. Больше не повторится.

Услышав это, Жун Сюй медленно поднял голову, в глазах появился фокус.

Цинь Чэн удивился:

— Сяо Сюй?

В следующий миг Жун Сюй прижался к его груди и хрипло прошептал:

— Давай... попробуем еще раз... просто... это было слишком хорошо.      На мгновение ошарашенный, Цинь Чэн улыбнулся и крепче обнял его. Они не стали заниматься любовью снова — после первого раза ноги Жун Сюя дрожали даже во сне.

Довольный, Цинь Чэн закрыл глаза, думая о будущих наслаждениях. Но едва он проснулся, как юноша, который вчера стыдливо прижимался к его груди, теперь усмехнулся и легонько шлепнул его по щеке.

Цинь Чэн: «...»

Э-э-э... что?!

Жун Сюй фыркнул и холодно сказал:

— Богиня Апельсин, ты так и не объяснил свои расточительные траты!

После всего этого ты еще помнишь?!

Говорят, можно спрятаться в первый день нового года, но не в пятнадцатый.

После того как Жун Сюй сказал: «Какие объяснения?», Цинь Чэн спокойно достал бумажник и, не говоря ни слова, сунул его в руки своему юноше. На красивом лице застыло прямодушное и внушающее благоговение выражение. Цинь Чэн опустил взгляд и серьёзным тоном произнёс:

— Посвятить свою жизнь благотворительности — это дело всей моей жизни.

Скорость, с которой он менял выражение лица, была поразительно быстрой, даже Жун Сюй не успел отреагировать, как перед ним уже было самоотверженное лицо с выражением «если не я, то кто же».

Пощупав бумажник в руке, Жун Сюй, завернувшись в тонкое одеяло, сел на кровати. Он задумчиво посмотрел на бумажник, время от времени поднимая взгляд на человека перед ним. Через некоторое время уголок его губ изогнулся:

— Ты готов открыть со мной благотворительный фонд?

Цинь Чэн тихо вздохнул. Протянул руку и обнял своего мальчика. Он прижал его к себе сквозь одеяло, и его голос был низким:

— Сяо Сюй, у меня изначально был такой план. Я много лет в своей профессии, и мне действительно пора что-то сделать для общества.

Жун Сюй лежал в этих тёплых объятиях. С улыбкой приподнял брови:

— Продолжай.

Рот Цинь Чэна застыл, и он быстро продолжил:

— Чем больше достижение, тем больше ответственность, Сяо Сюй, давай создадим благотворительный фонд. — Едва он договорил, как почувствовал боль: Жун Сюй внезапно протянул руку и без обиняков ущипнул его за нос.

Цинь Чэн: «…»

Жун Сюй мягко улыбнулся:

— О будущем поговорим позже. Я ещё не сказал, моя богиня Бай Фумэй Оранж, а как же транжирство денег?

Цинь Чэн: «… Прошлое — как облако. Сяо Сюй, я думаю, благотворительный фонд должен…»

Жун Сюй тихо кашлянул, и некий мужчина тут же замолчал, честно обнимая своего возлюбленного, не меняясь в лице и не учащая сердцебиения, всегда сохраняя этот спокойный и собранный вид, но кто знает, какое настроение скрывалось под этой безразличной маской в данный момент.

Когда Жун Сюй молчал, Цинь Чэн тоже молчал. Жун Сюй долго внимательно смотрел на него, но Цинь Чэн не двигался, оставался очень спокойным и ничего не выдавал. Спустя долгое время он тяжело вздохнул и сказал:

— Иногда я не знаю, о чём ты думаешь.

Цинь Чэн слегка нахмурился и объяснил:

— Сяо Сюй…

— Однако, я только что видел тебя в сети. На… Я был действительно удивлён такому выступлению. — Подумав об этом, Жун Сюй поднял голову и спросил: — Тётя Цинь знает, что ты в таком стиле?

Кончики ушей постепенно покраснели, но внешне он оставался таким же безразличным и спокойным, Цинь Чэн невозмутимо ответил:

— Не знаю.

Жун Сюй улыбнулся:

— Значит, только я знаю?

Такие мелочи в интернете действительно постыдны, и Цинь Чэн, используя превосходные актёрские навыки, скрыл смущение в данный момент, он кивнул. Однако он никак не ожидал, что когда его голова кивнула, его губы внезапно стали горячими. Его глаза резко расширились. Когда он ясно увидел сцену перед собой, он увидел, как этот красивый и прекрасный юноша улыбнулся и сощурил глаза, и серьёзно сказал:

— Это хорошо, ты принадлежишь только мне.

Всё подавленное под маской спокойствия смущение вырвалось наружу в этот момент, и даже его щеки немного покраснели. Цинь Чэн быстро отвернулся, и спустя долгое время он ответил низким тоном:

— …Угу.

— Пфф.

Внезапно услышав этот звук, мужчина подсознательно повернул голову. Однако в следующую секунду красивое лицо юноши внезапно приблизилось, их лбы соприкоснулись, и его дыхание мягко коснулось лица собеседника. Цинь Чэн слегка расширил глаза, но Жун Сюй постепенно сдержал улыбку.

На слишком близком расстоянии в этих ясных и ярких глазах отразилось его собственное растерянное лицо.

Услышав лишь тихий вздох, прозвучавший у него в ушах, смешанный со следом беспомощности и нежности, Жун Сюй мягко сказал:

— Не глупый.

Бум!

Кончики его ушей пылали, Цинь Чэн поджал губы и протянул руку, чтобы отстранить приближающегося к нему юношу. Жун Сюй улыбнулся мягче, он опустил глаза и беспомощно покачал головой:

— На самом деле, я знаю, что для тебя эти деньги — просто карманные расходы, и я не собирался мешать тебе столько тратить. Просто… Господин Цинь, как ты думаешь, ты был счастлив, когда тратил деньги?

В этот момент у мужчины уже покраснели все уши, а уголки губ были слегка поджаты:

— Да.

Жун Сюй слегка улыбнулся:

— Хорошо, тогда я не буду тебе мешать.

— Что?

Жун Сюй начал говорить, отвернувшись:

— Я сказал, я не мешаю тебе. У каждого свои предпочтения, раз уж ты считаешь, что так ты счастлив, то у меня нет причин останавливать тебя.

Жун Сюй не был чрезвычайно бережливым человеком. Если за эти деньги можно купить счастье, почему бы и нет? И он знал, что этот мужчина не специально транжирил. Например, он покупал его собственные альбомы и DVD, потому что они ему нравились и он хотел заплатить за себя. Способ, которым это делалось, полностью зависел от другой стороны.

Более того, два дня назад Жун Сюй тайком пересчитал все посты с пастой из семян лотоса и апельсиновой начинкой в интернете в денежный эквивалент, и общая сумма составила всего три или четыре миллиона.

Три или четыре миллиона — это для обычных людей потеря до предела, но этот бесстыдный мужчина может заработать более девятизначной суммы за одну дораму. Такое сравнение равносильно тому, как если бы человек с месячной зарплатой более 10 000 потратил три или четыреста на… Э-э, на погоню за звёздами. Такое сравнение, конечно, на самом деле не так уж и много.

Более того, этот человек очень счастлив.

И баловать этого человека для него тоже очень приятно.

Подумав об этом, Жун Сюй тоже разобрался. Перед настоящим выяснением отношений он думал, что, возможно, не удержится и отругает Цинь Чэна за такое расходование денег. Однако, когда он действительно столкнулся с ним лицом к лицу, как бы он ни был суров, его сердце смягчилось.

Может быть, из-за любви к этому человеку я так его балую.

Изменение выражения лица юноши не ускользнуло от взгляда Цинь Чэна. Он наблюдал, как лицо его молодого мальчика сменилось с колеблющегося и нерешительного на сегодняшнее твёрдое и спокойное, освещённые солнцем глаза со звёздными яркими точками, и снисходительным тоном сказал себе —

ты счастлив.

Какое счастье, такой нежный человек — его возлюбленный.

Закрыв глаза, Цинь Чэн приподнял тонкие губы, улыбнулся и заключил своего возлюбленного в объятия. В полдень им предстояла встреча с Лао Лю и остальными, чтобы посетить премьеру «Чжуанхуало» на Берлинском кинофестивале, поэтому они вдвоём поспешно встали.

Казалось, прошлой ночью они слишком увлеклись. Они так долго были вместе. Когда Жун Сюй встал с кровати, его ноги всё ещё были ватными, и он чуть не рухнул на землю. Походка тоже была немного неловкой, но, обратив внимание, он мог притвориться, что всё в порядке.

Цинь Чэн посмотрел вниз и завязал галстук Жун Сюю, а Жун Сюй посмотрел вверх и завязал галстук ему.

Солнечный свет льётся из окна, и время тихо и прекрасно.

Прежде чем действительно выйти, Жун Сюй небрежно сказал:

— Вечером давай подробно поговорим о том, как будет работать благотворительный фонд. — После этого Жун Сюй собирался открыть дверь, но его очень тонкая и сильная рука в этот момент обвила его талию.

Тёплое дыхание медленно коснулось ушей юноши, лишь магнетический голос медленно прозвучал:

— Сяо Сюй, я только что солгал тебе…

Дверь, которую он собирался открыть, замерла, и Жун Сюй повернул голову, многозначительно улыбнувшись:

— Что?

Цинь Чэн признался:

— Я подумал, что в тот момент мне следует показать слабость врагу, поэтому я немного сыграл.

Неожиданно Жун Сюй хлопнул его по лицу, очень нежно. Пальцы чрезвычайно мягко провели по лицу мужчины. В ошеломлённых глазах Цинь Чэна юноша праведно спросил:

— В следующий раз не смей говорить, понял? Если не скажешь, это любовные ♂ забавы, а если скажешь… — Улыбка на его губах стала ещё ярче, — Господин Цинь, сегодня вечером будешь стоять на коленях на дуриане.

Непонимающий эмоций господин Цинь тут же всё понял и обрадовался:

— Хорошо!

Жун Сюй беспомощно улыбнулся:

— Чему ты так радуешься, стоя на коленях на дуриане?

Цинь Чэн спокойно посмотрел на него, прежде чем открыть дверь, обнял своего мальчика и поспешил урвать своё.

Стояние на дуриане не должно радовать, но, конечно, он должен радоваться такому милому и нежному возлюбленному.

Когда Лао Лю и Хуан Лэй увидели, как Цинь Чэн выходит из комнаты Жун Сюя, они тоже немного удивились. Но, как уже говорилось ранее, эти двое не почувствовали ничего слишком ненормального. Не было ничего особенного в том, что они давно не виделись, болтали вместе или даже спали вместе.

Закон об однополых браках в этом мире давно принят, но люди ещё не до конца приняли привязанность и любовь между однополыми партнёрами. Если бы на этот раз Хуан Лэй и Жун Сюй спали вместе, это определённо стало бы большой новостью. Господин Лю определённо ужаснулся бы: «Когда вы двое успели сойтись?!»

Но если речь идёт о двух звёздах-мужчинах или двух звёздах-женщинах, большинству людей и в голову не придёт сразу связать это с «эти двое влюблены», а скорее подумают: «у них действительно хорошие отношения».

Лао Лю совершенно не хотел думать о плохом, но Хуан Лэй несколько раз взглянул на Жун Сюя и Цинь Чэна. Очевидно, определённая часть его тела сзади всё ещё чувствовала себя немного некомфортно в этот момент, но превосходные актёрские навыки Жун Сюя не позволяли ему ничего выдать, поэтому Хуан Лэй просто посмотрел и отвёл взгляд.

После обеда в тот день состоялась церемония открытия «Чжуанхуало». Съёмочная группа собралась в том театре, пообщалась с аудиторией лицом к лицу, а затем наступил редкий перерыв.

До вручения Берлинского «Золотого медведя» оставалось ещё три дня, поэтому господин Лю дал всем отпуск и позволил всем повеселиться в Берлине. Лэй Хуан улыбнулся и спросил:

— Только в Берлине, нельзя поехать куда-нибудь ещё?

Господин Лю подумал:

— Я помню, когда «Золотой медведь» вернётся на линию, ничего нового не будет. Остановитесь, сейчас важное время.

Эти слова были равносильны следующему: «Не стесняйтесь ехать куда хотите, помните о безопасности!»

Поэтому на второй день Берлинского кинофестиваля Жун Сюй и Цинь Чэн отправились в Лесной театр Вальдбюне и среди более чем 20 000 человек приняли участие в знаменитом Берлинском лесном музыкальном фестивале. Даже будучи полностью замаскированными, их всё равно узнали, и им пришлось раздавать автографы.

На протяжении всего фестиваля все погрузились в атмосферу безумия. Жун Сюй — сирота и мало слушал классическую музыку, поэтому Цинь Чэн тихим голосом рассказывал ему о классической музыке.

После Лесного музыкального фестиваля они вдвоём побродили по нескольким странам, соседствующим с Германией. К этому времени некоторые фотографии с Лесного музыкального фестиваля уже были загружены пользователями сети в Твиттер и Вэйбо. Естественно, некоторые пользователи сети сообщили, что видели Цинь Чэна и Жун Сюя на фестивале, и оба они попали в поисковые запросы на второй день фестиваля.

[Отношения между Цинь Шэнем и Жун Жуном, кажется, очень хорошие OVO]

[Ах, два моих бога-мужчины — хорошие друзья~~\\(≧▽≦)/~Ла-ла-ла, так счастлив~]

[Хорошие друзья, хорошие друзья 233333 Я думаю, Жун Жун и Цинь Шэнь должны быть из-за Берлинского кинофестиваля. Съёмочная группа «Чжу Хуа Ло» поехала на кинофестиваль, так что они, возможно, встретились вместе. ]

[О-о-о-о, голова Чэн Жуна синяя, а Жун сладкий~ много сахара, приходите есть~! ! ! ]

В китайской сети и даже в мировой сети было много фанатов и поклонников, обсуждающих Жун Сюя и Цинь Чэна. Прохожие часто фотографировали их передвижения. Иногда в Париже, иногда в Риме, они просто путешествовали и раздавали автографы, когда их узнавали фанаты.

Ло Чжэньтао и Рози всегда думали, что Жун Сюй и Цинь Чэн — хорошие друзья, поэтому, узнав об этой ситуации, они не стали много говорить, а лишь сказали Жун Сюю быть осторожным и беречь себя.

Но когда Сюй Цзинь увидел это, он немедленно позвонил Цинь Чэну и спросил:

— …правда это?

Они были влюблены уже давно, и Цинь Чэн не рассказывал ему об этом намеренно. Агент Сюй Цзиня не скрывал этого специально, поэтому Сюй Цзинь уже кое-что заметил.

Когда он позвонил, Жун Сюй и Цинь Чэн осматривали старый замок. Этот старый замок открыт для публики, но туристов здесь относительно мало. Неподалёку красивый и элегантный молодой человек поднял голову и внимательно рассматривал статую льва. Услышав разговор Цинь Чэна и Сюй Цзиня, он повернул голову, улыбнулся и помахал рукой.

Дневной свет тёплый, и ветерок ласковый, эту сцену можно запечатлеть на картине.

Цинь Чэн долго смотрел, затем прошептал своему агенту:

— Да, всё так.

Сюй Цзинь молча сказал:

— …Мастер Цинь, вы слишком заметны. Вы собираетесь путешествовать, вы хотите сделать это достоянием общественности?

Цинь Чэн легкомысленно ответил:

— Они думают, что я его хороший друг, не так ли?

Сюй Цзинь:

— …Ха?

Цинь Чэн невозмутимо и спокойно сказал:

— Самое опасное место — самое безопасное место, наше поведение таково, что если бы мы намеренно избегали друг друга, это выглядело бы нарочито. Разве это не здорово?

Услышав это, Сюй Цзинь хотел возразить, но открыл рот и обнаружил, что то, что сказал мужчина, на самом деле было правдой.

Их громкое европейское турне на этот раз уже обсуждалось в китайской сети. Однако никто не думает, что это медовый месяц влюблённых. Даже фанаты CP просто смакуют сладости. Если вы действительно спросите их, возможно, кто-то скажет от всего сердца: «Может быть, это маркетинг. В последнее время «Чжуанхуало» не собирается ли начать выигрывать призы? Так уж совпало, что у Цинь Шэня и Жунрона хорошие отношения, поэтому они путешествуют и одновременно продвигают фильм. Как здорово».

Так называемое «чёрное под фонарями» тоже верно.

Три дня спустя они завершили своё путешествие и вернулись в Берлин. Даже Лао Лю считал, что они помогают рекламе фильма, и хорошо их похвалил. Премия «Золотой медведь» прибыла по расписанию. Жун Сюй не впервые участвует в трёх премиях, но на этот раз он не получил ни одной номинации.

Наконец, помимо технической награды, «Чжуанхуало» также получил премию за лучшую режиссуру и премию «Король кино».

Когда Цинь Чэн стоял на сцене и произносил свою благодарственную речь, Жун Сюй сидел внизу и аплодировал ему с улыбкой. Взгляды всего мира были устремлены на этого мужчину, но после речи о награде Цинь Чэн, держа трофей, слегка скривил тонкие губы, глядя на юношу.

Весь мир смотрит на меня, но я смотрю на тебя.

Наступил сезон наград для «Чжуанхуало». За последние два года Цинь Чэн снялся во многих фильмах, но только «Чжуанхуало» и снимающийся «Предел» не являются ортодоксальными коммерческими фильмами, которые могут помочь ему выиграть награду. Поэтому для него следующий год будет ещё одним годом погони за наградами, а для Жун Сюя — годом выхода на мировую арену.

28 июля 2045 года Жун Сюй вылетел в Соединённые Штаты, а Цинь Чэн — в Канаду, вернулся на съёмочную площадку «Предела» и продолжил съёмки. 29 июля «Три тысячи двести миль» официально состоялась премьера в Китайском театре в Голливуде!

Премьера «Три тысячи двести миль», прямая трансляция одновременно по всему миру.

Чтобы справиться с большим количеством репортёров, первый этаж Китайского театра Хуася в Голливуде полностью отведён под места для прессы, а обычные места начинаются только со второго этажа.

Ещё в прошлом месяце этот дорогостоящий фильм завоевал несколько наград на Лондонском кинофестивале, включая лучшие визуальные эффекты, лучший боевик и т.д. После кинофестиваля бесчисленные фанаты, посмотревшие фильм, дали ему очень высокую оценку в интернете, и многие профессиональные кинокритики также написали рецензии на фильм по заказу журналов и газет.

Пользователи сети поставили 9.7 балла!

Профессиональный рейтинг — 8.6 балла!

Оценка 8.6 на самом деле невысока для предыдущих фильмов Жун Сюя. «Три тысячи двести миль» пользуется очень хорошей репутацией среди зрителей, но у профессиональных кинокритиков есть некоторые претензии, и многие кинокритики также беззастенчиво раскритиковали фильм.

Однако Жун Сюй редко получает такой низкий профессиональный рейтинг, но по сравнению с режиссёром Климансом, это самый высокий рейтинг за более чем десять лет его режиссёрской карьеры!

Как всем известно, Климанс Холт — режиссёр с высокой коммерческой ценностью. Так называемая чрезвычайно высокая коммерческая ценность означает, что каждый фильм Климанса очень популярен и может принести много денег. Каждый фильм этого режиссёра полон визуального воздействия, что является очень типичным голливудским коммерческим фильмом. Противоположностью его высоким кассовым сборам является крайне низкая оценка критиков.

Ранние фильмы Климанса критики готовы были ругать под землёй и требовать, чтобы он больше никогда не снимал кино, но зрителям они очень нравились. Например, его первый фильм получил зрительский рейтинг 9.1 балла, а профессиональный — всего 3.9 балла!

После этого режиссёр понемногу совершенствовался, и его оценка среди кинокритиков немного повысилась, но чтобы рейтинг по просмотрам превысил 8 баллов — такое определённо впервые, и сразу 8.6 балла.

«The Sun»: «Климанс Холт наконец-то понял суть искусства и перестал использовать только взрывы, автомобильные погони и спецэффекты для создания фильмов, полностью построенных на визуальных эффектах. Прогресс в гуманистическом духе придал этому фильму „Три тысячи двести миль” глубину и исследовательский смысл. Хотя глубина проработки и недостаточна, для Климанса это уже слишком удивительно».

«The Times»: «Расовая дискриминация, взросление молодёжи. Слава богу, у Климанса Холта наконец-то появилось в глазах что-то, кроме трюков».

«Hollywood Report»: «Редкий сюрприз, голливудская бизнес-модель сталкивается с молодыми китайскими актёрами. Это уже не просто попкорновое кино; когда Рой в одиночестве смотрит на яркое звёздное небо, как сказал Ницше, ты всматриваешься в бездну, и бездна всматривается в тебя. То, на что смотрит Рой, — это он сам, прошедший через трудности, но неспособный оглянуться назад; а то, что смотрит на него в ответ, — это этот больной и уродливый мир».

Сам Климанс был удивлён, узнав окончательную оценку. Затем, в следующую секунду, он прямо сказал продюсеру:

— Это рекламный трюк. Используйте этих кинокритиков для продвижения «Трёх тысяч двухсот миль». В любом случае, они ругали меня столько лет, и теперь они мне компенсируют. Всякий раз, когда он будет, он будет использовать их, чтобы продвигать меня!

В глазах Климанса ему всё равно, что о нём говорят критики. В любом случае, каждый его фильм имеет высокие кассовые сборы и может принести много денег.

Что бы вы ни критиковали, он зарабатывает деньги, и зрителям он нравится.

Поэтому на этот раз рейтинг кинокритиков является рекламным ходом для Климанса, и этот рекламный эффект также довольно хорош.

На премьере собрались все взгляды со всего мира, и эта ночь принадлежала «Трём тысячам двумстам милям».

Режиссёр — Климанс Холт, актёр — Жун Сюй, а героиня — Дженнифер Стронг.

Вопросы репортёров были сосредоточены на этих трёх людях, особенно на Жун Сюе.

Двадцать лет!

Ему всего двадцать лет.

Этот возраст слишком мал для всей человеческой развлекательной культуры.

Правда, из-за потребностей фильма многие молодые звёзды снимались во многих классических фильмах, но каждый присутствующий репортёр знает, что успех этого китайского актёра отнюдь не только для нужд фильма, у него ещё два фильма со сборами в десять миллиардов!

В рецензиях всех зрителей чаще всего встречались два имени — Жун Сюй и Рой, и Дженнифер не могла сравниться с актёром. Столкнувшись с безумными вопросами репортёров, Жун Сюй спокойно отвечал, улыбаясь.

— Для меня большая честь работать с Климансом и Дженнифер. Когда я впервые проходил прослушивание, я всё ещё колебался, смогу ли я в моём возрасте сыграть шестнадцатилетнего мальчика.

После этих слов на его лице появилась горькая улыбка. Зал разразился смехом.

Действительно, Жун Сюю в этом году почти 21 год, в то время как Рою по сценарию всего 16 лет. Но репортёры, которые смотрели предварительный показ, знают, что на протяжении всего фильма китайский актёр выглядит как полноценный юноша, немного более незрелый и юный, чем он сейчас на премьере.

Это благодаря актёрскому мастерству, что означает, что для этого актёра сыграть юношу легко.

— Рой по своей природе не хороший человек, он просто обычный человек. Человеческая природа — самая сложная вещь. Этот фильм — эксперимент для Керри и исследование для меня. Впервые сотрудничая с Керри, я много натерпелся в сценах с драками. Керри — очень строгий режиссёр, и он очень внимателен к каждой детали…

Голос Жун Сюя не был громким и зычным, но он был тихим и элегантным. Он плавно лился в огромном театре. Он говорил с улыбкой, и все репортёры, кинокритики и зрители под сценой терпеливо слушали, совсем не чувствуя беспокойства, а наоборот, медленно успокаивались.

Очевидно, это был первый раз, когда он столкнулся со взглядом всего мира, но он воспринял это спокойно и успокоил аудиторию.

Выступление Жун Сюя на премьере удивило Климанса и Дженнифер. Этот фильм изначально был основан на Жун Сюе, дополненном Дженнифер, и чтобы получить китайские кассовые сборы, Климанс не жалел усилий, чтобы продвигать Жун Сюя и сделать его рекламным пунктом.

Однако даже Климанс не ожидал, что Жун Сюй действительно сможет выдержать такое огромное давление и хорошо выступить.

Наконец, премьера закончилась, и все члены съёмочной группы сели в зрительный зал и ждали начала фильма. Пока не начался короткометражный фильм перед основным показом, Климанс спокойным голосом сказал:

— У нас есть шанс снова поработать вместе, Жун Сюй.

Внезапно услышав это, Жун Сюй опешил, а затем улыбнулся:

— У нас есть шанс снова поработать вместе.

Да, в тот момент, когда «Три тысячи двести миль» официально вышли в мировой прокат, их сотрудничество было даже завершено. Даже если в будущем будут какие-то рекламные акции и роуд-шоу, фильм уже был показан каждому зрителю, и результат в основном предрешён.

Перед премьерой Жун Сюй уже видел этот фильм, и теперь он спокойно смотрит на экран, но не может не думать: снова сотрудничать с Климансом Холтом? Если бы другая сторона знала, что в следующем году он, возможно, будет работать со старым мистером Холтом, как бы это выглядело?

Жун улыбнулся, ничего не говоря.

Что касается съёмочной группы «Три тысячи двести миль», они уже смотрели этот фильм, и у них уже не было того шока, который они испытали при первом просмотре. Но для многих присутствующих репортёров и зрителей, они сначала хотели тщательно поискать новостные поводы, но постепенно погрузились в атмосферу фильма.

Яростные и горячие перестрелки на колесницах, красивые мужчины и женщины, бескрайние и великолепные равнины и ночное небо!

Лучшее визуальное воздействие Климанса Холта интуитивно поразило каждого зрителя в первые пять минут фильма. Энергия и волнение заставили их кожу покрыться мурашками. Под аккомпанемент саундтрека, исполненного известным симфоническим оркестром, кровь зрителей кипела!

История «Трёх тысяч двухсот миль» довольно проста. Это история о похитителе, который берёт заложников и бежит на Край Света. Это очень типичный роуд-муви. В конце концов, плохие парни были преданы суду и наказаны по закону.

Как только фильм закончился, бесчисленные зрители очень взволнованно публиковали свои впечатления о фильме в своих социальных сетях.

[Круто! Керри крут, Жун Сюй очень красив, а Дженнифер до самого конца почти не играла, что действительно невероятно!]

[Этот фильм слишком интересный, Мэймэй Гус, когда Жун Сюй смотрит на звёздное небо, она прекрасна, как эльф!]

А в Китае, когда многие киноманы вышли из кинотеатра, их реакция была гораздо сильнее, чем у зарубежной аудитории.

[Хорошо выглядит! Слишком красиво! Завтра пойду на второй просмотр!]

[Жунрон такой красивый! Хотя Жунрон на этот раз играл плохого парня, не знаю почему, мне так его жаль. Он кажется таким одиноким. Раньше его дискриминировали и угнетали сверстники. Он не хотел участвовать в ограблении, но в итоге остался один, а Дженнифер ещё и полицейская! Жалко Жунрона QAQ!]

[Сотрудничество Жун Жуна и Климанса Холта просто идеально! Так приятно меня снимать! Сцена с дракой Жун Жуна такая красивая, что у него нет друзей, эти длинные ноги, этот холодный взгляд! Ооооооо, я умру, я умру, я умру!]

В первый день проката «Три тысячи двести миль» собрали по всему миру 860 миллионов! Это более чем на 300 миллионов больше, чем у «Чжуанхуало»!

Конечно, «Чжу Хуа Ло» тогда только-только вышел в прокат в Китае и не был одновременно выпущен по всему миру, но все знают, что кассовые сборы «Трёх тысяч двухсот миль» никак не могут быть ниже, чем у «Чжу Хуа Ло».

«Чжуанхуало» — это фильм о боевых искусствах. Даже если китайская культура проникла на Запад, западные люди всё ещё не могут полностью понять китайскую культуру боевых искусств. Но «Три тысячи двести миль» — это другое. Фанаты в любой стране могут наслаждаться этим фильмом. Здесь нет никаких порогов. Более того, это изначально большой коммерческий фильм. Если кассовые сборы не высоки, то это совершенно не оправдывает подпись режиссёра Климанса.

Более того, в этом фильме снимается Жун Сюй, а ведь у него уже два фильма с кассой в десятки миллиардов!

[Не знаю, сколько соберёт Жун Жун на этот раз, но это же Климанс. Сколько соберут Жунрон и Климанс вместе?]

[Не знаю, но завтра я обязательно пойду на третий просмотр! Жунрон такой красивый! Хочу, чтобы скорее выпустили DVD с фильмом, хочу DVD, хочу DVD, хочу DVD! Аааааааааааааааааааааааааа, я хочу получить DVD, а потом хочу сделать скриншот!]

«Три тысячи двести миль» всё ещё идёт в кинотеатрах, и эта съёмочная группа также начала свою последнюю волну рекламной кампании. На этот раз Климанс выбрал только пять городов, а именно: Нью-Йорк в США, Лондон в Великобритании, Париж во Франции, Токио в Японии и столицу Китая.

Куда бы ни приезжала съёмочная группа, их окружали безумные фанаты.

Всего полмесяца назад, когда Жун Сюй приезжал в эти города за пределами Китая, хотя у него было много поклонников, их не могло быть столько же, сколько у Дженнифер. Но теперь, когда он приехал снова, подавляющее количество светодиодных табличек с надписью «Жун» в зрительном зале под сценой полностью затмило имя Дженнифер и стало самым заметным явлением в аудитории.

Дженнифер улыбнулась за кулисами и сказала:

— Жун, сила фильма ужасна.

Жун Сюй слабо улыбнулся:

— Дженнифер, в конце концов, это промоушен «Трёх тысяч двухсот миль».

Жун Сюй имел в виду, да, это домашняя площадка фильма «Три тысячи двести миль», поэтому у него здесь так много поклонников. Поскольку большинство присутствующих зрителей уже посмотрели фильм, вполне естественно, что они стали его поклонниками благодаря фильму.

Однако, слушая слова Жун Сюя, Дженнифер покачала головой, не говоря больше.

Хотя большинство зрителей в зале — поклонники «Трёх тысяч двухсот миль», естественно любить главного героя. Однако это первый международный совместный фильм Жун Сюя. Разве не само собой разумеется, что вы достигли такого успеха при своём первом появлении на мировой арене?

Энтузиазм фанатов достиг апогея, когда Жун Сюй вернулся в город Б.

На промо-площадке «Трёх тысяч двухсот миль» в городе Б и Климанс, и Дженнифер широко раскрыли глаза и с ужасом посмотрели на Жун Сюя.

Они и раньше бывали в Китае для рекламных кампаний, но никогда не видели такого безумного обожания со стороны китайских фанатов. Это было безумие, но на самом деле, это не было беспорядочно. Когда промоакция официально началась, фанаты тихо сидели под сценой, держа в руках таблички поддержки, очень вежливо.

Однако цветочные корзины и предметы поддержки, выстроенные у входа на площадку, были достаточны, чтобы шокировать двух иностранных друзей.

Во время антракта Климанс выскользнул из зала и начал считать предметы поддержки, которые прислали фанаты Жуна. Предметы поддержки фанатов — это не просто цветочные корзины. Были также различные сопутствующие товары, соответствующие фильму «Три тысячи двести миль», например, машина, на которой герой и героиня сбежали в фильме. Фанаты также сделали модели и выставили их у входа на площадку!

Я видел поддержку, но никогда не видел такой поддержки!

Климанс Холт получил сегодня в Китае сильный психологический шок.

Когда эта рекламная встреча закончилась, съёмочная группа «Три тысячи двести миль» действительно распустилась. Жун Сюй остался прямо в Китае, в то время как Климанс и Дженнифер вернулись в Соединённые Штаты.

На данный момент фильм шёл в прокате двенадцать дней, а кассовые сборы составили 8,7 миллиарда!

Хотя ежедневные кассовые сборы «Трёх тысяч двухсот миль» за последние три дня начали медленно снижаться, пробить отметку в 10 миллиардов определённо не проблема.

Закончив с продвижением фильма, Жун Сюй наконец-то нашёл время взглянуть на свой альбом.

Альбом «Жун Янь» был выпущен более 20 дней назад, и объём продаж уже превысил миллион, а сейчас он составляет 1,16 миллиона копий! Этот объём продаж более чем на 100 000 меньше, чем у последнего сингла Жун Сюя «Потерянное крыло», но сейчас «Потерянное крыло» продаётся до четырёхзначных цифр в день, а «Жун Янь» всё ещё продаётся каждый день. Чтобы расти! Скоро продажи «Жун Янь» определённо превысят «Потерянное крыло».

Последний месяц — это снова «Жун Янь» и «Три тысячи двести миль». С таким количеством работ Жун Сюя, фанаты Жуна, естественно, счастливы и беспомощны. Счастливы тем, что могут видеть своё лицо во многих местах и безумно им любоваться; а беспомощны тем, что…

[Кошелёк такой пустой QAQ, я недавно посмотрел «Три тысячи двести миль» и купил три копии «Жун Янь». Но Жунрон такой красивый. Каждый раз, когда смотрю фильм, не могу удержаться и хочу посмотреть его снова. Что мне делать, Ма Ма, я не могу контролировать свои руки, ааааа!]

[Я тоже_(:з」∠)_Каждый раз, когда иду по магазинам, как только вижу альбом «Жун Янь», не могу пройти мимо. Потом, когда прихожу в себя, оказывается, что я уже купил ещё один альбом!]

[Говоря о «Жун Янь», я вспоминаю 15 000 альбомов, купленных Богиней Апельсин. Это так неловко!]

[Эх, да, я только вспомнил, когда вы сказали, я уже несколько дней не видел богиню Апельсин. Я думал, она раньше выложит 15 000 лайков. Почему на этот раз этого не произошло?]

Когда кто-то упомянул об этом, все фанаты Жуна вспомнили —

[Вы давно не слышали новостей о Бай Фу Мэй Шэнь?]

Подумав об этом, все быстро зашли на Вэйбо «Пасты из семян лотоса и апельсиновой начинки». Открыв его, прежде чем они успели найти фотографии с репостами так называемых 15 000 альбомов, они увидели первый Вэйбо «Пасты из семян лотоса и апельсиновой начинки», и все остолбенели, а затем…

[Аааааааааааааааааааа, я болен, я болен, я болен!!! Что мне делать? Откройте этот Вэйбо, мой 24-каратный глаз собаки из титанового сплава! Холодный ледяной дождь беспорядочно похлопывал собаку, я не ем эту миску собачьего корма! Я не буду есть! Я не буду есть!]

Я увидел это на главной странице Вэйбо «Пасты из семян лотоса и апельсиновой начинки». Не знаю когда, там появился закреплённый Вэйбо.

[Паста из семян лотоса и апельсиновая начинка: люблю пасту из семян лотоса, люблю пасту из семян лотоса, люблю пасту из семян лотоса! Паста из семян лотоса, ты видела, как твой малыш признаётся тебе в любви~ чмоки-чмоки-чмоки-чмоки=3=]

…Почему в последнее время нет новостей о «Пасте из семян лотоса и апельсиновой начинке»?

Потому что она не хвасталась своим богатством, она переключилась на раздачу собачьего корма!!!

Увидев в Вэйбо посты Сю Эньай от Пасты из семян лотоса и Апельсиновой начинки, фанаты, естественно, решительно осудили это аморальное поведение.

[Каждый несёт ответственность за заботу об одиноких собаках! Каждый несёт ответственность! Богиня Апельсин, твоя совесть не будет болеть? [Картинка]]

На картинке, конечно же, золотистая хрустящая курочка. Эти фанаты аккуратно комментировали эту картинку под Вэйбо «Пасты из семян лотоса и апельсиновой начинки», чтобы пробудить совесть богини Апельсин. Им нужна милая, богатая и красивая богиня, а не этот плохой парень, который целыми днями разбрасывает собачий корм!

Однако, к разочарованию фанатов, «Паста из семян лотоса и апельсиновая начинка», казалось, совершенно не видела их комментариев. С того дня ежедневная рутина «Пасты из семян лотоса и апельсиновой начинки», за исключением трёхразового признания в любви Рон Сюю, заключалась в демонстрации привязанности самыми разными способами.

[Паста из семян лотоса и апельсиновая начинка: Так скучаю по тебе, хочешь малыша, @Лянь Жун. ]

Фанаты немедленно перешли по ссылке на аккаунт «Лянь Жун» и увидели, что это вообще зомби-аккаунт. Очевидно, что для «Пасты из семян лотоса и апельсиновой начинки» нет подходящего человека по имени Лянь Жун.

[Паста из семян лотоса и апельсиновая начинка: Малыш в последнее время очень хорошо себя ведёт, @Лянь Жун]

У фанатов дёрнулись уголки ртов, но они почувствовали, что их 24-каратные глаза собаки из титанового сплава уже ослепли.

Таких постов с «собачьим кормом» бесчисленное множество. Хотя «Паста из семян лотоса и апельсиновая начинка» — одна из главных в Ронфэнь, а также известная Бай Фумэй, она постоянно публикует такие демонстрации привязанности в Вэйбо, и это не будет отвергнуто многими людьми.

Но «Пасте из семян лотоса и апельсиновой начинке» было всё равно. Даже если за последний месяц её Вэйбо потерял 10 000 подписчиков, она всё равно признавалась в любви «Пасте из семян лотоса». И в последнее время её поведение, связанное с хвастовством богатством, становилось всё реже и реже.

Изначально «Паста из семян лотоса и апельсиновая начинка» не была человеком, который любит хвастаться. Она лишь однажды похвасталась своим домом в Вэйбо, но с тех пор, как начала признаваться в любви «Пасте из семян лотоса», она действительно кажется очень воспитанной.

О 15 000 альбомов «Рон Янь» «Паста из семян лотоса и апельсиновая начинка» больше никогда не упоминала.

Когда вышел фильм «Три тысячи двести миль», она опубликовала только один корешок от билета в кино. Она не публиковала сотни билетов и не бронировала сеанс, чтобы пригласить фанатов посмотреть фильм.

Такая воспитанная «Паста из семян лотоса и апельсиновая начинка» кажется фанатам довольно нереальной, но, наблюдая за этой богатой и красивой девушкой, внезапно ощущаешь её такой... Цзяо Ди Ди — да, именно Цзяо Ди Ди, наблюдая за её Цзяо Ди Ди признаниями, сердца фанатов необъяснимо таяли.

[Богиня Апельсин такая милая, она так счастливо признаётся каждый день, интересно, видела ли она своего парня. ]

[Если бы у меня была такая милая и глупенькая девушка, как Богиня Апельсин, я бы точно баловал её всю жизнь! ]

[Присоединяюсь к предыдущему оратору, я раньше думал, что богиня Апельсин отличается от других богатых наследников второго поколения, поэтому и подписался на неё. Но теперь, когда я слишком много прочитал о её признаниях в любви к росткам лотоса, она внезапно кажется мне просто обычной маленькой девочкой, возможно, она каждый день застенчиво ведёт себя с ростками лотоса. ]

Пользователи сети обсуждают это, кто-то спрашивает, а кому-то нравится.

И, конечно же, они не знали, что милая, застенчивая и кокетливая девочка, о которой они говорили, в данный момент шла по стеклянному коридору «Чайна Энтертейнмент». Солнце светило сквозь окно на это красивое лицо, Цинь Чэн спокойно поднял руку и поправил солнцезащитные очки на переносице, его острые и узкие глаза светились холодным светом, а его темперамент был выдающимся.

Цзяо Ди Ди?

Застенчивый?

Любит вести себя как ребёнок?

Сюй Цзинь первым бы не согласился!

Сейчас съёмки «Предела» ещё не полностью завершены, Цинь Чэн вернулся в Китай на этот раз ради благотворительного фонда.

После того как Рон Сюй в прошлом месяце поговорил об этом с Ло Чжэньтао, Ло Чжэньтао начал для него прояснять дела Фонда Ло, и Сюй Цзинь также вызвался помочь. Предварительная подготовка фонда продвигается очень гладко. Сегодня готовится последнее совещание, о котором будет объявлено общественности через три дня.

Ло Чжэньтао провёл собрание фонда прямо в конференц-зале «Чайна Энтертейнмент». Рон Сюй уже создавал благотворительный фонд в прошлой жизни. На этот раз он был знаком с делом. Когда дверь конференц-зала открылась, Рон Сюй повернул голову в сторону двери и встретился взглядом с неким мужчиной.

Уголки его рта невольно поползли вверх, и юноша улыбнулся и поманил рукой. Когда Цинь Чэн подошёл, чтобы сесть рядом с Рон Сюем, он повернул голову и посмотрел на Ло Чжэньтао сбоку, его взгляд был спокоен:

— Брат Ло, давайте начнём.

Такие вещи, как Фонд, на словах просты, но на самом деле очень сложны. Собрание закончилось вечером. Присутствовало не так много людей. Это были сотрудники фонда, лично отобранные Ло Чжэньтао и Сюй Цзинем. Это были профессиональные элиты, которые ждали официального учреждения фонда, чтобы должным образом управлять этим гигантом.

Да, фонд, учреждённый Рон Сюем и Цинь Чэном, должен быть гигантом.

Ещё месяц назад Рон Сюй определился с названием фонда вместе с одним мужчиной. Изначально планировалось дать более обычное название, но Цинь Чэн обнял своего мальчика и тихо сказал:

— Назовём «Рон Янь».

Рон Сюй не сразу отреагировал, и вдруг у него в голове возник образ альбома «Рон Янь?».

Цинь Чэн кивнул:

— Да, это «Рон Янь».

Раньше такого не случалось. Название благотворительного фонда может быть связано с именем основателя. Но, подумав немного, Рон Сюй нахмурился:

— Это связано с моим именем. Это хорошо. Но этот фонд также создан тобой. Тебе не нужно давать ему название?

Ответом Рон Сюю был нежный поцелуй.

Цинь Чэн нежно поцеловал красивые брови юноши и тихо сказал:

— Этот фонд может быть создан только благодаря тебе.

Цинь Чэн не из тех, кто охотно вносит вклад в общество. Конечно, он часто участвует в некоторых общественно-полезных мероприятиях, снимается в социальной рекламе или непосредственно участвует в благотворительных акциях. Например, когда он ранее участвовал в благотворительных мероприятиях, он приобрёл по высокой цене несколько комплектов костюмов Рон Сюя со съёмочной площадки «Засады».

Однако это всё, что он делал.

На этот раз для Фонда «Рон Янь» и Рон Сюй, и Цинь Чэн подписали соглашение. С этого момента 20% гонорара за каждую их кино- и телеработу напрямую поступают на счёт фонда!

Гонорар Цинь Чэна за одну пьесу составляет не менее сотен миллионов, а текущий гонорар Рон Сюя исчисляется десятками миллионов, приближаясь к 100 миллионам. Можно предположить, что в будущем оба они должны зарабатывать более 100 миллионов за фильм, и у них будет как минимум две работы в год.

Многие знаменитости после учреждения фонда собирают средства от общества. Сами они вносят немного, и их вклад — это скорее стоимость известности. Однако два основателя Фонда «Рон Янь» действительно вложили в фонд значительные средства. Эти средства не иссякнут со временем, а будут продолжать увеличиваться.

Ло Чжэньтао также был удивлён, когда Рон Сюй принял это решение, но он не стал его останавливать. Цинь Чэн без обиняков подписал соглашение и не имел никаких замечаний по этому предложению.

Это Фонд «Рон Янь», фонд Рон Сюя и Цинь Чэна.

Когда фонд был официально открыт для публики, это сразу же вызвало бурные обсуждения.

Неизвестно с каких пор, но фанаты приняли тот факт, что у Рон Сюя и Цинь Чэна, похоже, хорошие отношения.

Будь то их совместные поездки по Европе или частое общение в Вэйбо, они выглядели очень близкими друзьями. Но теперь, когда они вдвоём основали фонд, фанаты внезапно поняли —

[Отношения между Рон Роном и Цинь Шэнем такие хорошие!]

Говорят, что братья чётко сводят счёты, как только дело касается денег, это всегда вызывает различные противоречия. В Китае есть старая поговорка, что можно делить невзгоды, но нельзя делить богатство. Но теперь Рон Сюй и Цинь Чэн фактически вместе основали фонд. Возникают финансовые переплетения. Это не значит, что отношения достаточно хороши, и абсолютно невозможно делать это с другими людьми с уверенностью.

Теперь, когда отношения между богами-мужчинами такие хорошие, отношения между фанатами, естественно, постепенно станут гармоничными.

На следующий день после учреждения фонда Цинь Чэн воспользовался возможностью вернуться в Канаду, чтобы продолжить съёмки. Перед отъездом Рон Сюй в пижаме, с непричёсанными волосами, очень рассеянно стоял в прихожей, провожая его.

Обувшись, мужчина поднял голову и посмотрел на своего мальчика. Я увидел, что красивый юноша ещё не проснулся, прислонился к стене и, зевая, смотрел на него, физиологические слёзы тут же выступили из уголков его глаз, выглядя мило и просто.

Редко видя милый вид своего возлюбленного, Цинь Чэн поднял бровь, ничего не сказал, просто так тихо смотрел. Прошло много времени, прежде чем Рон Сюй понял, что что-то не так. Он слабо поднял глаза и спросил:

— Разве самолёт не в 7 часов? Сюй Цзинь ждёт внизу. Почему он не уходит?

Цинь Чэн мягко приподнял уголок губ и прошептал:

— Сяо Сюй, разве я не заслуживаю награды…

Цин Тин нахмурился, и Рон Сюй спросил:

— За что тебя награждать?

Цинь Чэн естественно ответил:

— Потому что я активно откликаюсь на призыв организации внести свой вклад в благотворительность…

Юноша спокойно опустил кулак и с улыбкой сказал:

— Господин Цинь, разве это не то, что вы должны делать? Это ваша обязанность — посвятить свою жизнь организации. Организация будет помнить вас, идите, не провожайте.

Едва слова слетели с его губ, Рон Сюй повернулся и, потирая поясницу, пошёл в спальню. Прошлой ночью этот мужчина так сильно его измучил. Они давно не виделись, и возня продолжалась до трёх или четырёх часов утра. Неожиданно этот мужчина проснулся бодрым после пяти, а он был так сонен, что хотел поскорее вернуться спать.

Однако, сделав всего два шага, Рон Сюй был обнят сзади. Тонкие и сильные руки, обвившие его талию, не давали ему уйти. Он услышал, как мужчина хрипло шепчет ему на ухо:

— Просто награди, всего одну.

Внезапно в его голове. Вспомнив несколько постов в Вэйбо, которые он видел несколько дней назад, Рон Сюй не мог не почувствовать прилив энергии, и уголок его губ изогнулся:

— Итак, очаровательная, кокетливая и застенчивая богиня Апельсин, чем ты хочешь, чтобы я тебя наградил?

— Просто скажи мне, какой у тебя второй аккаунт.

Рон Сюй скинул эти две руки и ушёл:

— Сюй Цзинь ждёт внизу. До свидания.

Цинь Чэн: «…»

Он отказывается сказать даже такую мелочь!

В этом мире очень мало людей, с которыми Цинь Чэн не может справиться. К сожалению, его семья — это всего лишь один мальчик. Увидев, как Рон Сюй возвращается в спальню и прямо закрывает дверь, господин Цинь ошеломлённо покачал головой и был вынужден сам тащить свой багаж вниз.

Но прошлой ночью он действительно слишком сильно измучил своего возлюбленного. После многих дней разлуки он действительно не мог удержаться. В конце концов, Рон Сюй пролил несколько слёз и очень сердито укусил его за плечо.

Наверное, потому что это освежает и утомляет.

По дороге в аэропорт суровый и элегантный мужчина на мгновение опустил глаза и отправил пост в Вэйбо.

[Паста из семян лотоса и апельсиновая начинка: Ты обижаешь малыша, малыш недоволен, приди утешь малыша! ,,Ծ‸Ծ,,! ]

В конце концов, сейчас всего 5 или 6 утра, и не так много фанатов комментируют Вэйбо, но через некоторое время Цинь Чэн получил сообщение от своего собственного юноши: [Твоё сообщение разбудило меня, ты меня обидел, я недоволен. Приди, утешь меня! ]

Тонкие губы мужчины дрогнули, и он начал быстро печатать, отправляя кучу бесстыдных любовных слов напрямую. Рон Сюй надолго замолчал и только ответил: «Почти то же самое, я собираюсь спать». Цинь Чэн больше не беспокоил своего юношу.

Однако он спокойно открыл свой второй аккаунт (трубу), посмотрел на сотни тысяч подписчиков и очень спокойно вошёл.

Его мальчик отказался говорить, так что он не мог узнать?

То, что его можно разбудить сообщением, показывает, что второй аккаунт Рон Сюя должен был быть подписан на «Пасту из семян лотоса и апельсиновую начинку», причём с особым вниманием. Вот только… у аккаунта «Пасты из семян лотоса и апельсиновой начинки» сотни тысяч подписчиков…

Цинь Чэн тихо вздохнул.

Это действительно помеха и долго, но, наконец, есть направление.

В начале сентября «Три тысячи двести миль» были сняты с проката по всему миру. Этот международный совместный фильм собрал в итоге 11,18 миллиарда. Это достижение занимает второе место среди всех коммерческих шедевров Климанса Холта и третье среди всех работ Рон Сюя.

Кажется, что кассовые сборы этого фильма невысоки в кинокарьере Рон Сюя, но на самом деле это второе место в мировом рейтинге кассовых сборов в 2045 году!

После того как фильм был снят с проката, наступил период продажи DVD и сопутствующих товаров. Продажи DVD-дисков «Три тысячи двести миль» весьма утешительны, они собирают деньги по всему миру и напрямую возглавляют список продаж DVD-фильмов в этом году.

На какое-то время популярность Рон Сюя достигла своего пика с момента его дебюта. В музыке продажи «Рон Янь» на прошлой неделе официально превзошли «Потерянное крыло», став самым продаваемым альбомом Рон Сюя и возглавив китайский чарт продаж музыки в этом году. В кино у Рон Сюя три фильма с кассовыми сборами в десятки миллиардов. Этот результат, если посмотреть на мир, также относится к вершине пирамиды.

Учреждение Фонда «Рон Янь» позволило Рон Сюю получить широкое внимание общества.

До сих пор молодому актёру не хватает только трофея трёх золотых наград.

Премия «Золотой Феникс», «Оскар», премия «Золотой Медведь».

У него уже много наград второго и третьего эшелонов, но эти три актёрских трофея официально ему ещё не принадлежат.

Фанаты Рон Сюя не беспокоились по этому поводу. Их Рон Рон уже был слишком силён. У них были такие отличные результаты после двух лет дебюта. А хейтеры Рон Сюя могут только издеваться над ним в этом отношении, говоря то: «Без трёх золотых наград не признают, что за большая звезда», то: «Цинь Чэн выиграл три золотых трофея в шестнадцать лет. Некоторые люди в свои двадцать с лишним лет всё ещё не могут их получить».

Как только я это услышал, не говоря уже о Ронфэнь, фанаты Цинь Чэна первыми взорвались —

[Мой Цинь Шэнь и Рон Рон — хорошие друзья, так что хейтеры не пытайтесь втянуть нас в это. Рон Рон дебютировал только в 18 лет. Вы что, сделали его шестнадцатилетним обладателем трёх золотых трофеев из Африки? Ронрон велик и прекрасен, мы все его любим! Друг Цинь Шэня — наш друг, хейтеры, убирайтесь!]

Грязная вода больше не может повлиять на самого Рон Сюя, и его фанаты не заставляли Рон Рона бороться за какие-либо награды. Разве без наград он не хороший актёр, нет хороших работ? Пока он Рон Сюй, пока он готов сниматься, они готовы идти в кинотеатр, чтобы поддержать его!

Актёрское мастерство Ронрона не нуждается в вашем признании, хейтеры!

Рози наблюдала за противостоянием фанатов и Куроко и всё рассказала Рон Сюю. Услышав это, Рон Сюй беспомощно улыбнулся и покачал головой:

— У меня действительно нет особого мнения о наградах, но, сестра Сяоцянь, я вовсе не хочу гоняться за наградами. Я просто не нашёл подходящего сценария.

Три дня спустя сценарий был отправлен в «Чайна Энтертейнмент» и передан Рон Сюю. Внимательно изучив сценарий в течение недели, Рон Сюй немедленно попросил Ло Чжэньтао подписать контракт со съёмочной группой.

В конце сентября съёмочная группа провела церемонию запуска в Гонконге.

Актёр: Рон Сюй.

Актриса: Ся Муянь.

С тех пор как Рон Сюй присоединился к группе Цинь Фэнфэна, он познакомился с Ся Муянь.

Ся Муянь дебютировала много лет назад и поначалу не была знаменита. Лишь в двадцать пять лет она стала хитом благодаря литературному фильму. Она получила премию «Золотой Феникс» за лучшую женскую роль второго плана, и с тех пор её путь был усыпан наградами.

В индустрии развлечений у некоторых людей работы не популярны, но у некоторых людей работы не популярны. Первые, например, режиссёр Сюй Шэнсюй, каждый фильм пожилого человека хвалят профессионалы, но часто кассовые сборы не слишком высоки; вторые, например, Климанс Холт, полностью коммерциализированы. В ранние годы кинокритики ругали его фильмы на чём свет стоит.

А Ся Муянь также можно считать своеобразным случаем. Её фильмы не обязательно собирают кассу. Иногда кассовые сборы очень высоки, иногда очень низки, но без исключения каждый её фильм пользуется очень хорошей репутацией.

Например, «Ученик», в котором Цинь Чэн сотрудничал с Ся Муянь в позапрошлом году, до сих пор является классикой, о которой говорят киноманы.

«Три тысячи двести миль» только месяц как сошли с экранов, а Рон Сюй уже взялся за новый фильм. На самом деле, он уже обсуждал с Ло Чжэньтао и планировал взять небольшой перерыв в это время, не браться за новые фильмы, заодно он мог бы заняться делами Фонда «Рон Янь». Но хороший сценарий подвернулся слишком быстро. Когда сценарий фильма «Вечная жизнь в марте» был доставлен Рон Сюю, он долго его изучал и в конце концов не смог удержаться и согласился на фильм.

«Вечная жизнь в марте», режиссёр Цянь Чанмин, актёр Рон Сюй, героиня Ся Муянь.

Когда состав был официально объявлен фанатам, всего за час сотни тысяч микроблогов с информацией об актёрском составе, опубликованные официальным блогом съёмочной группы, были перепощены. Бесчисленные фанаты признавались в любви и восторженно кричали в комментариях под Вэйбо, а многие фанаты взволнованно писали: [Денежный Гид, Снимай! Снимай, Снимай, Снимай! Мы хотим видеть красивые лица, прекрасную богиню Ся!!!]

Цянь Чанмину в этом году за 50, и, возможно, он не так хорош, как Лао Лю и режиссёр Сюй в китайском режиссёрском кругу, но он также известный китайский режиссёр. В отличие от Лао Лю и режиссёра Сюя, режиссёр Цянь — настоящий режиссёр литературно-художественной школы. Он всегда снимал литературно-художественные фильмы, но его кассовые сборы не низкие.

Режиссёр Цянь очень хорошо умеет снимать персонажей, и его фильмы создали множество классических персонажей с ярко выраженными индивидуальностями. Улыбки женщин и высокомерие мужчин ярко отражены в кадрах режиссёра Цяня. Даже если вы играете разочарованного персонажа, если это снято Цянь Чанмином, вы также будете непокорным блудным сыном.

Когда Рон Сюй решил сниматься в «Вечной жизни в марте» у режиссёра Цяня, фанаты Рона откликнулись, желая, чтобы фильм вышел уже сейчас.

На самом деле, конечно, всё не могло быть так быстро. В конце сентября съёмочная группа утвердила список актёров и провела церемонию открытия. Хотя режиссёр Цянь начал подготовку ещё за шесть месяцев, к концу октября было отснято менее четверти сюжета.

«Вечная жизнь в марте» — это любовный фильм, но говорят, что это любовь, до самого конца два главных героя так и не будут вместе.

Роль, которую играет Рон Сюй, — это молодой студент, приехавший учиться в Гонконг. Действие происходит в Гонконге прошлого века.

В этом мире не было так называемых двух мировых войн, и Китай не унизительно уступал землю. Гонконг всегда принадлежал Китаю, но в прошлом веке страна внезапно была объявлена особой экономической зоной, что положило начало золотой лихорадке.

Изначально обычная маленькая рыбацкая деревушка внезапно стала особой экономической зоной, и взоры всего мира внезапно устремились сюда.

В то время Гонконг был оккупирован бесчисленными бизнесменами, гоняющимися за славой и богатством. Они энергично осваивали эту землю, надеясь добыть золото на этой пустынной земле. Однако некоторые люди прославились и разбогатели за одну ночь, а некоторые вернулись с пустыми руками или даже погибли вдали от дома.

Сегодня Гонконг — это уже оживлённая столица, но все знают, что в прошлом веке это была страна грёз, полная денег. Пиры да кутежи, пьянство и разгул, богатство соседствует с нищетой.

Многие китайские фильмы будут черпать вдохновение из этого, когда такая среда переносится в фильм, это придаёт ему больше очарования.

Съёмки начались в конце сентября и официально завершились только в январе следующего года.

Когда съёмки «Вечной жизни в марте» закончились, Рон Сюй не получил времени на отдых. Я вернулся в город Б, чтобы принять участие в первом благотворительном аукционе Фонда «Рон Янь». Всего через полгода после учреждения фонд уже привлёк внимание всех слоёв общества. Будь то Цинь Чэн или Рон Сюй, этого достаточно, чтобы СМИ сосредоточили внимание на Фонде «Рон Янь».

К февралю Фонд «Рон Янь» построил более 100 начальных школ «Надежда» по всему Китаю. Такая благотворительность получила всеобщее внимание и поддержку. В день открытия 100-й начальной школы «Надежда» Рон Сюй и Цинь Чэн присутствовали на пресс-конференции и вместе перерезали ленточку.

Его собственный Ронрон так поддерживает благотворительность и вносит вклад в помощь детям из бедных районов. Конечно, Ронфан считает своим долгом внести свою лепту. Фанаты откликнулись один за другим, жертвуя деньги и материалы, и даже крупные фанаты по собственной инициативе объединились, чтобы отправить одежду и книги от фанатов в горы.

Когда Рон Фан опубликовал фотографии своих благотворительных акций на фан-форуме Рон Сюя, многие пользователи сети внезапно вспомнили: [Я помню, вскоре после дебюта Рон Сюя, его фанаты делали то же самое. Да?]

Это было, когда вышел первый сингл Рон Сюя «Потерянное крыло». Агент в Линсяо объявил всему обществу, что все доходы от «Потерянного крыла» будут пожертвованы благотворительным организациям. Фанаты Рон Сюя объединились и организовали благотворительную акцию «Потерянное крыло» для Рон Рона.

В то время Рон Сюй снимался в «Чёрных тучах», и ни «Потерянный город», ни «Чжуан Хуа Ло» ещё не вышли. Благодаря той благотворительной акции многие прохожие и пользователи сети узнали о существовании Рон Фана, и у них также сложилось отличное впечатление о Рон Сюе.

Пользователи сети обсуждали это дело, и Рон Фан также вспоминал тогдашнюю ситуацию.

[Время летит слишком быстро, прошло уже два года. Я полюбил Рон Рона всего два года назад. Тогда мне всё ещё нравился Рон Рон в «Чёрных тучах». Я не ожидал, что буду любить его так долго.]

[Время так благосклонно к нему, он совсем не изменился.]

[Внешность — лучшая, красивая и нежная. Сегодня утром я достал DVD «Три тысячи двести миль» и «Чжуанхуало» и снова посмотрел. Это так красиво, и внешность такая хорошая, я с нетерпением жду «Вечную жизнь в марте», который выйдет через месяц, аааааа, не могу дождаться!]

[Когда вы говорите о «Потерянном крыле», я вспоминаю пасту из семян лотоса и апельсиновую начинку. Это было тогда, когда Богиня Апельсин пожертвовала сразу миллион. Когда я узнал, что она на самом деле пожертвовала миллион, я так испугался, что огурец упал на землю. Это было ужасно. Богиня Апельсин последние несколько месяцев была относительно тихой. Когда я жертвовал на этот раз, я думал, что она не сдвинется с места. Я не ожидал, что она пожертвует ещё один миллион. Я действительно хочу быть подвеской на ноге богини Апельсин...]

[Думаешь, тебе это нужно? Я надеюсь, что Ули Байфумэй Оранж будет каждый день публиковать селфи~]

С ростом известности Рон Сюя число его поклонников увеличивалось. Ещё три месяца назад число подписчиков Рон Сюя в Вэйбо достигло 200 миллионов, заняв шестое место среди китайских звёзд-мужчин по количеству подписчиков в Вэйбо. А в прошлом месяце его фан-форум также приветствовал 90 миллионов официальных поклонников.

Фанатов становится всё больше и больше, и всё больше людей обращают внимание на пасту из семян лотоса и апельсиновую начинку.

Неизвестно когда паста из семян лотоса и апельсиновая начинка стала сдержанной. Если не публиковать корешки от билетов в кино, альбомы, журналы или DVD, вы просто честно признаётесь в любви Рон Сюю, и закончите своё признание Рон Сюю, а в следующую секунду признаетесь в любви её парню – пасте из семян лотоса. Если бы не её недавнее пожертвование в миллион, все бы забыли её супербожественный образ.

Что касается приторных любовных слов, когда паста из семян лотоса и апельсиновая начинка признавалась в любви, фанаты чувствовали себя мило и грустно.

[Если будешь разбрасывать собачий корм, я от тебя отпишусь! Отпишусь, отпишусь, отпишусь!]

В следующую секунду паста из семян лотоса и апельсиновая начинка написала в Вэйбо: [Работа выглядит хорошо, но ты можешь любить это или быть милым ⁄(⁄ ⁄•⁄ω⁄•⁄ ⁄)⁄]

Ронфэнь: [...]

Ты смеешь разбрасывать на один меньше собачьего корма? Смеешь, смеешь, смеешь?!!!

В ноябре прошлого года Рон Сюй всё ещё снимался в «Вечной жизни в марте», и Цинь Чэн уже посещал съёмочную группу. В съёмочной группе «Марта» главные герои и героини — все друзья Цинь Чэна. Цянь Дао и Цинь Чэн также имели дело друг с другом. Конечно, у него нет проблем с посещением съёмок.

Когда Цинь Чэн пришёл на съёмочную площадку, Рон Сюй и Ся Муянь снимали «сцену поцелуя».

Молодой студент сидит у окна и читает, а мимо его окна проходит очаровательная буфетчица.

В сюжете «Вечной жизни в марте» причина, по которой главный герой и героиня встречаются, заключается в том, что они живут в одном здании. Хозяйка — буфетчица, зрелая и женственная женщина. Кажется естественным, что студентов-мужчин привлекает к ней, особенно когда она выдыхает дым с сигаретой, красота шокирует.

В той сцене Ся Муянь прошла мимо окна и подразнила Рон Сюя, сказав, что он зубрила, усердно учащийся. После того как они немного поболтали, Ся Муянь спросила Рон Сюя, есть ли у него девушка. Рон Сюй тут же покачал головой, сказав, что нет, очень застенчиво.

Затем, в тусклом закатном свете, Ся Муянь улыбнулась:

— Тогда... ты ещё не целовался?

Щёки Рон Сюя покраснели ещё больше.

Затем последовал поцелуй, который был почти на грани. Студент в испуге отшатнулся назад, но хозяйка рассмеялась:

— Малыш, ты слишком наивен.

Когда пришёл Цинь Чэн, сцена уже снималась, и он стоял рядом с оператором, спокойно наблюдая за происходящим на площадке и за тем, как Ся Муянь правой рукой поднимает подбородок Рон Сюя, внезапно наклоняется и целует его.

Когда их губы почти соприкоснулись, Цинь Чэн дёрнул бровью и поджал губы. Там режиссёр Цянь прямо крикнул «ОК».

После съёмок этой сцены Ся Муянь с чувством сказала:

— К счастью, я не слишком хорошо тебя знала раньше. Иначе я бы, возможно, действительно сделала НГ.

Эту сцену они сняли всего с одного дубля, и эффект был очень хорош. Ся Муянь также была очень рада, что, хотя она уже была в группе Цинь Фэнфэна, из-за того, что была слишком занята съёмками, у неё не было особого контакта с Рон Сюем. Если бы это был очень близкий друг, возможно, не удалось бы снять из-за слишком большой фамильярности.

Рон Сюй почувствовал то же самое, выслушав её. Если бы ему и Линь Сюаню пришлось снимать такую сцену, близкую к поцелую…

Эх, это слишком неловко, могло бы быть несколько НГ.

Они разговаривали и вместе вышли со съёмочной площадки. Не успели они далеко отойти, как увидели мужчину, стоящего рядом со съёмочной группой.

Рон Сюй ещё вчера знал, что Цинь Чэн сегодня придёт на съёмки, но Ся Муянь это застало врасплох. Красивая и нежная королева была ошеломлена и застыла на месте. Через некоторое время она улыбнулась, подошла к Рон Сюю, поздоровалась с Цинь Чэном, сказала несколько слов и снова ушла.

За обедом Рон Сюй взял оба ланч-бокса из рук Рози и улыбнулся:

— Мы с Цинь Чэном пойдём туда. — Рози была ошеломлена, услышав эти слова, затем кивнула и посмотрела, как её артист и его хорошие друзья покидают съёмочную площадку.

Когда он подошёл к небольшому дворику недалеко от студии, Рон Сюй передал упакованный обед мужчине:

— Позволь тебе прийти на съёмки. Упакованный обед на съёмочной площадке невкусный. Ты можешь поесть дома. Здесь у нас только два мясных и два вегетарианских блюда.

Цинь Чэн спокойно взял обед, открыл палочки для еды и спокойным тоном сказал:

— Ты всё ещё можешь ревновать.

— Кхм, кхм…

Рон Сюй, только что сделавший глоток воды, внезапно поперхнулся.

Я сразу понял, о чём говорит собеседник. Уголки рта юноши дёрнулись, и он беспомощно сказал:

— Это разумно, это написано в сценарии. И это не сцена поцелуя. Мы хотим снять, как сестра Ся меня дразнит, но она не хочет, чтобы я по-настоящему в неё влюбился, и хочет, чтобы я усердно учился и не был с такими, как она.

— Всё равно то же самое.

Рон Сюй: «…»

Красивый мужчина опустил глаза и молча уставился на конфету в своей коробке. Кислая рыбка, взял её вместе:

— Ну, если бы это не было написано в сценарии, я бы не позволил ей приблизиться. — После этих слов кисло-сладкая рыбка оказалась у него во рту.

Рон Сюй: «…»

Глубокий, магнетический голос медленно прозвучал:

— Сяо Сюй, я ревную…

Рон Сюй посмотрел на свой ланч-бокс и проигнорировал его.

— Сяо Сюй…

Рон Сюй повернул голову и сердито сказал:

— Что ты делаешь, в моей миске нет кисло-сладкой рыбы, если ревнуешь, ешь сам…

Горячий поцелуй внезапно обрушился и прямо запечатал то, что юноша собирался сказать дальше. Цинь Чэн поднял левую руку и медленно обхватил затылок Рон Сюя. Кончик его языка скользнул в его рот. После того как Рон Сюй слегка удивился, он постепенно закрыл глаза и нежно ответил на поцелуй.

В тихом дворике этот поцелуй подобен картине, тихой и прекрасной.

После этого Цинь Чэн оставался на съёмочной площадке ещё два дня. Каждый раз, когда Рон Сюй и Ся Муянь должны были снимать эмоциональные сцены, молодой господин спокойно наблюдал со стороны. Не говоря ни слова, он просто пристально смотрел, и уголки рта Рон Сюя дёргались. На третий день он упаковал некоего Циня и отдал его Сюй Цзиню.

— Разве «Предел» не собирается выходить в прокат? Поторопись и сделай мне хорошую рекламу!

Это случилось, когда Рон Сюй снимался в «Вечной жизни в марте». После того как фильм был закончен, у группы Цинь Крэйзи редко бывало время для восьми человек, и они отправились на Гавайи в отпуск. Был также эпизод в середине. Когда Рон Сюй паковал дома вещи, Цинь Чэн узнал о ситуации, его красивые брови нахмурились:

— Я тоже хочу поехать.

Рон Сюй поднял бровь:

— О? А как я помню, «Предел» номинирован на несколько премий «Оскар». С завтрашнего дня ты начинаешь мировую маркетинговую кампанию?

Цинь Чэн: «…»

Юноша слегка улыбнулся:

— Хорошая работа, усердно работай, зарабатывай деньги, я привезу тебе гостинцы.

Цинь опустил взгляд:

— Гостинцев недостаточно.

Рон Сюй, услышав это, слегка опешил, подумав немного, он пальцем поднял подбородок мужчины, на глазах у ошеломлённого собеседника, наклонился и отразил поцелуй:

— Гостинцев недостаточно, чмок… этого достаточно?

Тёмные и глубокие глаза мягко дрогнули. В следующую секунду мужчина без колебаний поднял своего мальчика и направился прямо в спальню. Так что на следующий день, когда Рон Сюй прибыл в аэропорт и встретился с командой Цинь Фэнфэна…

Ся Муянь:

— Ронрон, тебе очень жарко?

Вэнь Сюань опустила солнцезащитные очки:

— Эта водолазка и шарф, ты не боишься, что будет слишком жарко, когда прибудешь на Гавайи?

Чу Ци серьёзно кивнул:

— Думаю, это потница.

Линь Сюань тут же поднял руку:

— Если у тебя будет потница, ищи меня. Я специально взял тальк~ Ха-ха-ха, такой же находчивый, как я.

Рон Сюй: «…»

Голубое небо, бескрайний океан, Рон Сюй редко бывает в таком отпуске, поэтому, естественно, нужно наслаждаться. Восемь членов команды Цинь Фэнфэна встретились на Гавайях. После этого они несколько дней развлекались. Чу Ци, самый старший в команде, снова и снова махал руками:

— Больше не играю, я стар и больше не могу играть.

Но группе какое дело до него? Джеймс и Линь Сюань схватили его за руки, а другой — за обе ноги, и сбросили Чу Ци с 10-метровой вышки для прыжков в воду, вызвав смех у трёх красавиц у бассейна.

На второй день после прибытия на Гавайи Рон Сюй развязал шарф на шее.

Дженнифер улыбнулась и сказала:

— Я случайно встретила Керри на мероприятии два дня назад, и мы также говорили о тебе. Рон, я слышала, он сказал, что ты планируешь сотрудничать со старым мистером Холтом?

Рон Сюй сейчас полностью поглощён работой. Услышав слова Дженнифер, взгляды Вэнь Сюань и Ся Муянь, трёх красавиц, берущих коктейли из бара, устремились на него. Вэнь Сюань с любопытством спросила:

— Ты собираешься сотрудничать со Старым Холтом? Что за сцена?

Рон Сюй покачал головой:

— Я слышал, как Цинь Чэн говорил об этом в прошлом году, и Ло Гэ вёл переговоры с мистером Холтом. Ещё не решено.

Вэнь Сюань удивлённо спросила:

— Какое это имеет отношение к Цинь Чэну?

Линь Сюань проходил мимо и внезапно остановился:

— Цинь Крэйзи? Что с ним случилось?

Чу Ци также вылез из бассейна в этот момент. Когда они подошли, Джеймс и Хью рассмеялись и подошли, все взгляды семерых были устремлены на Рон Сюя.

Под ярким гавайским солнцем красивый юноша тихо вздохнул и беспомощно сказал:

— Это действительно имеет отношение к Цинь Чэну, потому что фильм старого мистера Холта… ну, это фильм об однополой любви.

Семь членов безумной группы Цинь: «…»

Линь Сюань первым отреагировал:

— Предатель! Предатель, Предатель, Предатель! Рон Рон, ты собираешься снимать любовный фильм с Цинь Крэйзи? Я действительно в тебе ошибся! Ты предал нашу организацию!

Рон Сюй невинно развёл руками:

— Это ещё не окончательно решено, может быть, я не буду сниматься во второй половине года?

Линь Сюань холодно фыркнул и не ответил.

Однако даже Рон Сюй не ожидал, что его слова сбудутся. Через несколько дней Ло Чжэньтао принёс новости от старого мистера Холта:

— Сяо Сюй, я думаю, эту драму можно подписать. Она очень хороша для тебя и может стать классическим шедевром. Но есть одна проблема, сам мистер Холт сказал, что в ближайшее время он не сможет приступить к съёмкам. У него есть несколько технических трудностей, которые он ещё не преодолел. Так что, Сяо Сюй, этот фильм, возможно, не начнётся до следующего года. Что ты думаешь?

Продолжительность каждого фильма, используемая для предварительной подготовки, съёмок в середине периода и постпродакшена, безусловно, не одинакова.

Например, в фильме «Чёрные тучи» требуется много времени на подготовку и приглашение многих знаменитостей для эпизодических ролей. У «Чжуанхуало» относительно долгая подготовительная и съёмочная часть. Что касается «Безмолвного», то на него совсем не уходит много времени, потому что это очень простой студенческий фильм, требования к сценам несложные, а постпродакшн-спецэффекты просты.

Фильм Старого Холта требует очень сложной технологии спецэффектов. Цинь Чэн рассказал Рон Сюю об этом фильме на Берлинском кинофестивале в прошлом году. В то время Цинь Чэн упомянул лишь общую идею и не стал вдаваться в подробности. Однако очевидно, что этот фильм неизбежно потребует мощной технологии спецэффектов.

Этот фильм — научно-фантастический. Один из двух главных героев — человекоподобный робот. Действие происходит в высокотехнологичную эпоху десятилетия спустя. Если делать халтурно и некачественно, то можно, как в некоторых плохих фильмах со спецэффектами за пять центов, не слишком готовиться. Но ни старый Холт, ни Рон Сюй, ни Цинь Чэн не смогли бы снять такой плохой фильм с половинчатыми спецэффектами.

Ло Чжэньтао подробно изложил Рон Сюю результаты своих переговоров со Старым Холтом. Конечно, этот великий голливудский режиссёр тоже хотел поскорее снять свою работу. Студия спецэффектов, которую он искал, уже была лучшей в мире. Однако для достижения эффекта, который он задумал, требовалось как минимум полгода подготовки.

Изначально Рон Сюй специально освободил свой график на вторую половину года и зарезервировал его исключительно для этого фильма. К сожалению, человек предполагает, а Бог располагает. Старый мистер Холт имел в виду, что надеется, что он сможет подождать ещё немного.

Столкнувшись с такой ситуацией, Рон Сюй недолго думал и дал Ло Чжэньтао ответ:

— Брат Ло, ты можешь проверить мой график на следующий год, обсудить с мистером Холтом и постараться выделить подходящее время.

Ло Чжэньтао тут же согласился.

Дела с фильмом временно улажены. Конечно, Ло Чжэньтао надеется, что Рон Сюй возьмётся за этот фильм, но он также чувствует, что придётся так долго ждать, что может оказать определённое влияние на Рон Сюя, который находится на подъёме. Но план был нарушен. Как агент, он будет немного занят, поэтому ему следует искать предложения, чтобы заполнить этот пробел. Отказ от съёмок фильма окажет большее влияние на Рон Сюя. И, конечно, он не знает, что Цинь Чэн уже решил подписать контракт на фильм, если Рон Сюй не снимется…

— Я не пойду, с кем ты собираешься играть постельную сцену? А?

Едва слова слетели с его губ, как в телефоне раздался глубокий, сладкий смех. Некий мужчина был явно очень доволен реакцией своего мальчика. Он ничего не сказал, а просто тихо улыбнулся. После того как Рон Сюй усмехнулся и сказал «Цинь Чэн», тот серьёзно произнёс:

— Сяо Сюй, если бы это был не ты, я бы не стал сниматься. — Помолчав, он добавил примирительно: — Я определённо не буду сниматься, хорошо?

Будучи звездой, неизбежно приходится снимать некоторые интимные сцены с другими актёрами. Это неизбежно. Однако в этом фильме режиссёра Холта много интимных сцен, это не фильм для взрослых, но в нём больше интимных сцен, чем в обычных фильмах. Это одна из причин, по которой Рон Сюй решил сниматься.

Закончив свой отпуск на Гавайях, Рон Сюй отправился в Европу для участия в последней неделе моды. Цинь Чэн всё ещё посещает крупные ужины, готовясь к наградам «Предела». Иногда они могут случайно встретиться в одном городе, но в большинстве случаев они всё же больше общаются по телефону.

Так же, как и сейчас, поговорим о фильме, который снимут только в следующем году, и обсудим недавнюю ситуацию. Всякий раз, когда Рон Сюй собирался повесить трубку, некий мужчина внезапно тихим голосом выкрикивал «Сяо Сюй». После того как Рон Сюй действительно спрашивал его, что ещё случилось, тот тихо говорил:

— Я скучаю по тебе.

Когда он сказал это в первый раз, Рон Сюй всё ещё мог почувствовать движение в своём сердце и нежно ответил:

— Я тоже по тебе скучаю.

После десятого, двадцатого и пятидесятого раза ответ Рон Сюя был таким: «…»

Прежде чем повесить трубку на этот раз, я услышал фразу «Я скучаю по тебе». Красивый юноша вздохнул и спросил:

— Цинь Чэн, ты не можешь сказать что-нибудь другое, например… я люблю тебя. Ну, я тебя. — В конце он даже не заметил, как не смог удержаться от смеха.

На другом конце телефона, слушая слова любви своего мальчика, прямой и грациозный мужчина внезапно замер. Это был банкет, проходивший в Беверли-Хиллз, Голливуд, где собралось много знаменитостей. На приёме суетились, смеялись, и все готовились к предстоящему «Оскару».

Цинь Чэн вышел на балкон, ощущая прохладный ночной ветерок. Долгое время он говорил:

— Но, Сяо Сюй, я действительно по тебе скучаю.

Это было простое утверждение, но Рон Сюй медленно расширил глаза, и прошло некоторое время, прежде чем он внезапно понял, что имел в виду мужчина.

«Я скучаю по тебе», сказанное столько раз, действительно звучит немного утомительно, но от начала и до конца этот мужчина просто говорил правду.

Я скучаю по тебе.

Я действительно по тебе скучаю.

Я думаю очень, очень, очень сильно, кроме «я скучаю по тебе», я действительно не могу придумать никаких слов, которые могли бы выразить мои нынешние чувства.

Казалось, в моём сердце медленно зарождается тёплое чувство. Юноша беспомощно улыбнулся, на его лице сияла яркая улыбка, но тон его голоса был искренним и серьёзным:

— Цинь Чэн, я тоже по тебе скучаю. «Оскар» уже скоро… Увидимся через три дня.

Внимательно вспомнив короткие слова своего юноши, Цинь Чэн улыбнулся и скривил губы:

— Да, увидимся через три дня.

На следующий день Рон Сюй закончил интервью для журнала, в одиночестве покинул Китай и вылетел через океан в Америку.

«Три тысячи двести миль» ранее не получили никаких наград на Берлинском «Золотом медведе», лишь несколько технических премий. И на этот раз «Три тысячи двести миль» также получили номинации на «Оскар»: лучший оригинальный сценарий, лучшая операторская работа, лучшая оригинальная музыка, лучшая женская роль второго плана и…

Премия за лучшую мужскую роль.

Церемония вручения премии «Оскар» отличается от китайской премии «Золотой Феникс» и Берлинской премии «Золотой медведь». На красную дорожку «Золотого Феникса» часто выходит съёмочная группа целиком. Премия «Золотой медведь» вручается непосредственно во время Берлинского кинофестиваля, что очень особенно.

На красной дорожке «Оскара» звёзды всегда появляются в одиночку или приглашают своих спутников. Многие знаменитости первой величины предпочитают выходить на арену в одиночку. Актрисы иногда приглашают партнёров-мужчин, но если актёров-мужчин не приглашают актрисы, они обычно не приглашают других сами, а выходят на арену самостоятельно.

Каждая из трёх главных мировых кинопремий, когда она официально начинается, привлекает внимание фанатов со всего мира.

Яркие и ослепительные вспышки освещают эту длинную и узкую дорогу красной ковровой дорожки. Сотни репортёров собрались здесь сегодня вечером, держа в руках разные камеры, записывая сцены входа каждой знаменитости в зал.

Здесь есть высокие и красивые первые супермодели, есть молодые и сексуальные популярные актрисы, вам не придётся беспокоиться о том, что не увидите красивых парней и девушек на красной дорожке «Оскара». Сама красная дорожка — это прекрасное зрелище.

Большинство знаменитостей, которые первыми вошли на арену, не были тяжеловесами. Когда Климанс Холт и Дженнифер Скарт вошли на арену рука об руку, это сразу вызвало небольшой ажиотаж. Многие репортёры бросились вперёд и подняли микрофоны, чтобы задать вопросы двум гостям. Дженнифер улыбнулась и ответила на их вопросы, но у Климанса была только одна фраза:

— Я тоже думаю, что «Три тысячи двести миль» очень хорош. Вы смотрели?

Репортёр, которому он задал вопрос, опешил и сухо ответил:

— Немного посмотрел.

Климанс больше ничего не сказал, этот молодой режиссёр всегда был более высокомерным, и голливудские репортёры также знают его характер.

Когда Климанс и Дженнифер прошли по красной дорожке, знаменитостей первой величины становилось всё больше. Знаменитый французский актёр и старый немецкий режиссёр, когда репортёры увидели, как Вэнь Сюань, взяв под руку Лю, входит на арену, все были в шоке:

— Эй, разве Вэнь не шла по красной дорожке с Цинь?

Лао Лю в прошлом году снял боевик и был номинирован на несколько технических премий на этом «Оскаре». Однако, даже если старик не номинирован на премию, с его славой он хочет участвовать в «Оскаре».

На красной дорожке предыдущих лет мужчиной-партнёром, который шёл по красной дорожке с Вэнь Сюань, всегда был Цинь Чэн, по крайней мере, восемь из десяти раз это был Цинь Чэн. Все иностранные СМИ, казалось, единодушно согласились: «Они — лучшие звёзды-мужчины Китая и лучшие звёзды-женщины Китая. Они — сияющие жемчужины Китая».

Но теперь Вэнь Сюань не пригласила Цинь Чэна?

Шёпот репортёров был слышен Вэнь Сюань. Красивая и элегантная королева держала под руку Лао Лю с яркой и очаровательной улыбкой, но никто не заметил, что уголки её рта слегка дёрнулись.

Старый Лю мягко улыбнулся:

— Они не любят меня, старого плохого человека, и думают, что я не достоин тебя, такой красавицы.

Вэнь Сюань беспомощно сказала:

— Лао Лю, не смущайте меня, вы меня не не любите. Без вас мои «Оскары» в этом году, возможно, прошли бы в одиночестве. Я не какая-нибудь голливудская актриса. Мне нравится ходить по красной дорожке в одиночку, чтобы показать, какая я независимая. Я маленькая девочка, и я не стала популярной благодаря семье. Красная дорожка, в такой чужой стране, мне страшно.

Лао Лю рассмеялся:

— Маленькая девочка?

Вэнь Сюань тихо моргнула.

Они улыбнулись и пошли в зал.

Цинь Чэн не вышел на сцену с Вэнь Сюань, неужели он планирует выйти на сцену с героиней фильма «Предел»?

Пять минут спустя Тейлор Уимпсон, героиня «Предела», вошла на арену со своим спутником-мужчиной, опровергнув предположения репортёров.

Не Вэнь Сюань, не Тейлор Уипсен, кто же ещё? Неужели Цинь Чэн хочет выйти на арену один?

Репортёры на месте были озадачены, фотографируя и беря интервью, а фанаты перед телевизорами и компьютерами также были очень удивлены. Особенно китайские фанаты, все они знают, что Цинь Чэн в предыдущие годы в основном появлялся с Вэнь Сюань. Они друзья и сотрудничали в нескольких фильмах.

В этом году Цинь Чэн был номинирован на премию «Лучший актёр» за фильм «Предел». Он определённо собирается участвовать в «Оскаре». Теперь это не Вэнь Сюань и не Тейлор. С кем же он собирается выйти?

Ответ был наконец объявлен в конце сессии красной дорожки.

Красивый, высокий мужчина шёл с одного конца красной дорожки в чёрном костюме. Его тонкие губы были слегка изогнуты, на его всегда холодном лице была лёгкая улыбка, и он опустил голову. Он не знал, о чём говорил со своим спутником, но, очевидно, был в хорошем настроении.

А рядом с ним — красивый юноша. Тёмно-коричневый костюм делал его и без того светлую кожу прозрачной, а его нежные глаза были полны улыбки. Он мягко улыбался, и его ясные глаза изогнулись в красивую форму полумесяца. Когда он подошёл к концу красной дорожки вместе с топ-актёром рядом с ним, никто не почувствовал ничего неуместного, мощная и спокойная аура медленно распространялась, темперамент был выдающимся, элегантным и благородным.

Два человека, идущие вместе, картина была чрезвычайно гармоничной, всё казалось само собой разумеющимся.

Репортёры на месте были ошеломлены, и зрители также застыли на месте перед телевизорами. Когда репортёр наконец опомнился и взял микрофон, чтобы задать вопросы, Рон Сюй и Цинь Чэн не выказали никакой ненормальности и спокойно ответили на вопрос репортёра.

В конце концов, репортёр не смог удержаться и спросил:

— Почему вы решили вместе пройти по красной дорожке?

Случаев, когда однополые звёзды вместе проходят по красной дорожке, не так много, но они бывали. Некоторые из этих однополых звёзд сами являются парами, некоторые — просто друзьями с хорошими отношениями, а чаще всего они решали вместе пройти по красной дорожке, потому что участвовали в одной работе.

Но сейчас Рон Сюй номинирован на премию за лучшую мужскую роль за фильм «Три тысячи двести миль», а Цинь Чэн также номинирован на премию за лучшую мужскую роль за фильм «Предел». За последний год они вообще не сотрудничали, и абсолютно невозможно, чтобы они пошли на красную дорожку из-за участия в одной работе.

Слушая слова репортёра, Рон Сюй слегка улыбнулся и не ответил прямо. Вместо этого он повернул голову, чтобы посмотреть на мужчину рядом с собой, и его беглый и хороший английский быстро сорвался с его губ:

— Думаю, он прав. Мы здесь разойдёмся. Господин Цинь, что вы думаете?

Едва эти слова упали, репортёр ещё не понял, что происходит, как Цинь Чэн поднял руку, чтобы обнять юношу за плечо, щедро обнял его и с удивлением сказал:

— Почему мы не можем вместе пройти по красной дорожке?

Рон Сюй громко рассмеялся.

Они вели себя очень нормально, щедро, и их отношение было непринуждённым, без всякого чувства скрытности. Как будто они очень близкие друзья. Только из-за хороших отношений они вместе пройдут по красной дорожке, и им не будет мешать совершать интимные действия перед камерой.

Увидев такую сцену, сомнения в сердцах репортёров постепенно рассеялись. Среди зрителей перед телевизором обычные фанаты не могли не сказать с чувством: [Цинь Шэнь и Рон Рон действительно хорошие друзья! Они «демонстрируют привязанность» с прошлого года, а теперь они все на шоу «Оскар»!]

А CP-фанаты давно уже взволнованно схватили свои телефоны и постили безумные сообщения.

[Ооооооооооооооооооооо! Чэнжун, большой сахар! Супербольшой сахар!]

[Демонстрировать привязанность перед всем миром, есть кто-нибудь кроме меня, я спрошу, кто ещё!!!]

[Хе-хе-хе, в этой жизни нет сожалений. Как фанфикер, я не осмеливаюсь писать о том, как Рон Рон идёт по красной дорожке «Оскара» с Цинь Шэнем, демонстрируя привязанность перед киноманами всего мира. Они действительно осмелились это сделать. Я чувствую, что достоинство наших коллег-писателей было серьёзно спровоцировано. Сегодня меня никто не остановит. Я уйду в затворничество. Если я не напишу мясной фанфик на 10 000 слов, я не выйду из него!!!]

По ту сторону океана, в Китае в это время был день, но на улицах и в переулках бесчисленные фанаты Чэнжун временно отложили свои дела и начали тайно публиковать посты в Вэйбо и сообщения, чтобы отпраздновать сегодняшний «Оскар» и большой сахар от Чэнжун.

В компании маленький белый воротничок тихо опубликовал пост в Вэйбо: [Начальника сегодня нет. Весь наш офис собирается смотреть прямую трансляцию «Оскара»! Впервые я так благодарен, что учился на английском факультете в университете, и нет проблем смотреть церемонию награждения!]

В классе студент слушал самый усыпляющий урок математики. Он внезапно получил сообщение от друга и открыл его: «Аааааааааа? Ронрон пошёл на красную дорожку с Цинь Шэнем?!!!»

— Ван Чжэньчжэнь, выйди из класса и встань в угол!!!

Подобные вещи не редкость, не только в Китае, но и многие иностранные фанаты также сходят с ума от этой оскаровской «конфетки». «Чёрные тучи» — это первый фильм, в котором Рон Сюй и Цинь Чэн сотрудничали, а «Чжуанхуало» — второй. Эти два фильма — самая важная пища для фанатов пары Чэнжун. Оба фильма хорошо известны за рубежом и привлекли бесчисленное количество иностранных поклонников.

Однако в этот момент никто не думал, что это только начало официальной большой «конфеты» от Чэнжун.

На «Оскаре» 2046 года ни Рон Сюй, ни Цинь Чэн не получили премию за лучшую мужскую роль, но после церемонии награждения мировые СМИ поместили фотографии этих двоих в гармонии на заголовки развлекательных новостей.

С этого момента весь мир, казалось, внезапно осознал: между этими двумя людьми есть страсть!

— Кто сказал, что если у вас есть основание для слухов, вы обязательно должны быть парой?

В Голливуде есть две знаменитости первой величины. Они выросли вместе и у них крепкие отношения. Они вместе попали в Голливуд и вместе прославились. Они неразлучные лучшие братья. Они поженились порознь, и даже их жёны говорили что-то вроде: «Мне кажется, я третья лишняя между А и Б».

Но даже если все думают, что эти две звезды — хорошие друзья, они просто друзья. Вот и всё, больше чем дружба, но до любовников не дотягивают.

Чем более откровенно и щедро вы себя ведёте, тем меньше это вызывает подозрений.

После того как отношения Цинь Чэна с Рон Сюем как «друзей» были раскрыты, долгое время Сюй Цзинь находился в состоянии ужаса. Он не мог спать, не мог нормально есть, боясь, что фанаты увидят какие-то признаки. Но на самом деле, будь то фанаты пары или просто фанаты, они очень спокойно приняли эти базовые отношения.

Простому фанату это кажется очень интересным, и он думает, что отношения между его собственным богом-мужчиной действительно хорошие; фанат пары вообще не имеет никаких излишеств в ожиданиях и очень доволен «сахаром».

Наконец, Сюй Цзинь полностью успокоился, вырвав десятитысячный волос от горя.

Со стороны Рон Сюя, Рози не думала, что что-то не так, но Ло Чжэньтао медленно заметил проблему. Наконец, через месяц после окончания церемонии «Оскар», он задал свой вопрос Рон Сюю.

Изысканный и красивый юноша посмотрел на него с улыбкой и спросил:

— Брат Ло, разве так нельзя?

Ло Чжэньтао был ошеломлён, его губы дёрнулись, и в голове пронеслось множество мыслей, но когда он действительно хотел это сказать, он смог произнести только четыре слова:

— Благословляю вас.

Сегодняшнему Рон Сюю не нужно использовать отношения Цинь Чэна, чтобы подняться. Рон Сюй однажды сказал, что, если бы Ло Чжэньтао знал об их отношениях, то, учитывая характер Ло Чжэньтао, возможно, он надеялся бы получить какую-то выгоду от Цинь Чэна, чтобы помочь Рон Сюю быстрее прославиться.

Но теперь это предположение не имеет смысла. Рон Сюй вырос до такой степени, что ему не нужно смотреть на Цинь Чэна снизу вверх. Даже если он сейчас не может по-настоящему сравниться с Цинь Чэном, он уже не та оперяющаяся и подающая надежды звезда.

В это время Ло Чжэньтао посмотрел на нежного, мягкого и близкого юношу перед собой и внезапно понял: его артист, презрительный убийца Мэтт, больше не молодой господин семьи Жун, а Рон Сюй.

Просто Рон Сюй.

В конце апреля «Вечная жизнь в марте» была официально выпущена.

Если церемония вручения «Оскара» — это первая большая «конфета» для пары, то премьера «Вечной жизни в марте» — это вторая большая «конфета». Более того, она намного превзошла первую «конфету»!

Сам Цинь Чэн собирался присутствовать на церемонии вручения «Оскара», поэтому он и Рон Сюй вместе прошли по красной дорожке. Хотя это довольно неожиданно, но если подумать, это не такая уж большая проблема. Премьера фильма Рон Сюя «Вечная жизнь в марте» не имела никакого отношения к Цинь Чэну. Он действительно пришёл, чтобы помочь с продвижением!

Фанаты CP уже наелись до кариеса, а обычные фанаты также шутливо говорили: [Поддерживаю Чэнжун! Чэнжун такой сладкий 2333]

В первый день проката «Вечная жизнь в марте» собрала 560 миллионов!

За три дня кассовые сборы составили 1,2 миллиарда!

Этот фильм в итоге возглавил кассовые сборы китайских литературно-художественных фильмов в 2046 году с кассой в 5,6 миллиарда. Он также стал самым кассовым литературно-художественным фильмом Рон Сюя, на 1,7 миллиарда больше, чем «Безмолвный».

Однако кассовые сборы — это лишь одна из ярких особенностей «Марша вечности». Литературно-художественные фильмы, которые могут собрать более 5 миллиардов кассовых сборов, — это всё классические произведения в истории литературно-художественного кино. Фильм вышел слишком поздно, чтобы успеть на «Золотой Феникс» и «Оскар» в этом году, но он успел на Берлинский «Золотой медведь» в июле.

Возможно, потому, что в прошлом году фанаты по всему миру узнали, что у Рон Сюя и Цинь Чэна очень хорошие отношения, поэтому Оргкомитет премии «Золотой медведь» намеренно изменил рассадку съёмочных групп «Предела» и «Вечной жизни в марте», чтобы создать шумиху. Места были расположены рядом.

Так что Рон Сюй и Цинь Чэн сидели вместе.

«Вечная жизнь в марте» вышла всего три месяца назад, но уже была номинирована на шесть премий «Золотой медведь», включая «Лучший актёр» и «Лучшая актриса». «Предел» вышел в прошлом году, вероятно, из-за его сильной коммерческой направленности. На этот раз он получил только номинацию на премию «Лучший режиссёр», а остальные были техническими наградами. Цинь Чэн не получил номинацию на премию «Лучший актёр».

Рон Сюй не впервые участвует в премии «Золотой медведь». В прошлом году он также вошёл в зал за «Чжуан Хуа Ло», а затем наблюдал, как его возлюбленный вышел на сцену с этим фильмом и унёс трофей премии «Победитель».

Но на этот раз Цинь Чэн стал зрителем, но ему предстояло дождаться объявления премии за лучшую мужскую роль.

После дебюта более трёх лет у Рон Сюя три фильма с кассовыми сборами в десятки миллиардов и два миллионных альбома, но он так и не получил три золотых трофея. Три золотых актёрских награды, кажется, обошли его стороной. «Три тысячи двести миль» оказали огромное влияние по всему миру и даже вошли в классический кинокаталог Киноассоциации, но всё равно не помогли ему получить награду.

А сейчас — это первая из трёх золотых наград, с которой столкнулась «Вечная жизнь в марте».

Церемония награждения только началась, и всё ещё объявляется премия за лучшую женскую роль второго плана. Рон Сюй улыбнулся и аплодировал актрисе. Церемония награждения проходила гладко. Юмористические слова ведущего заставили публику дружно рассмеяться, и атмосфера была гармоничной. Но с объявлением одной награды за другой атмосфера в зале медленно становилась немного серьёзной там, где зрители этого не знали.

Через экран телевизора зрители не могли воспринять торжественную атмосферу, царившую среди знаменитостей, но все, кто сидел в зале, знали, что —

Столкнувшись с этими последними несколькими наградами, даже самые заслуженные ветераны не могут относиться к ним легкомысленно.

Когда в зале внезапно прозвучало имя «Вэнь Сюань», публика тут же разразилась бурными аплодисментами, но Рон Сюй слегка вздрогнул и через секунду зааплодировал своей подруге.

Последние несколько лет были не только периодом затишья в наградах Рон Сюя, но и периодом затишья для Вэнь Сюань.

В прошлом Вэнь Сюань выигрывала как минимум одну из трёх золотых наград каждые два года. Она была поразительно хороша, иначе она не была бы главной актрисой Китая. Однако удивительно то, что за последние три года Вэнь Сюань не смогла получить ни одной из трёх золотых наград королевы. Даже если Ся Муянь в этом году получила премию «Золотой Феникс», у Вэнь Сюань всё равно ничего нет.

С её актёрским мастерством нет проблем, и её сила не упала, но она не может получить приз.

За последние три года её чёрные фанаты издевались: [Сколько лет в этом году Вэнь Инхоу? Если ты слишком зла, быстро найди кого-нибудь замуж, это правильный путь. Воспользуйся славой сейчас и быстро выходи замуж, не жди до потом, холодная еда никому не нужна, ха-ха-ха.]

Статус Вэнь Сюань, естественно, невозможно поколебать из-за этих хейтеров, но она не выигрывала награду три года. Когда ведущий, вручающий награду, выкрикнул её имя, всегда спокойная актриса внезапно покраснела глазами, сдержала слёзы, обняла режиссёра, а затем вышла на сцену, чтобы получить награду.

На этот раз на Берлинской премии «Золотой медведь» присутствовали три человека из команды Цинь Фэнфэна. Вэнь Сюань была номинирована на премию «Лучшая актриса», Рон Сюй — на премию «Лучший актёр», а Джеймс — на премию «Лучший актёр второго плана».

Джеймсу трудно играть второстепенного актёра, на этот раз он также получил трофей за лучшую мужскую роль второго плана.

С начала этой церемонии вручения премии «Золотой медведь» члены команды Цинь Фэнфэна выиграли два трофея, и только Рон Сюй ещё не выиграл.

Рон Сюй включил телефон и увидел сообщение от Джеймса: [Рон, давай, заберём все трофеи «Золотого медведя!]

Увидев это предложение, юноша не смог удержаться от смешка и очень оптимистично ответил: [Джеймс, тогда просто подожди и увидишь.]

Однако, положив телефон, улыбка на губах Рон Сюя медленно сошла. Он спокойно смотрел, как экран его мобильного телефона медленно тускнеет, и когда он поднял голову, он увидел Вэнь Сюань, стоящую посреди сцены с красными глазами, в красивом и элегантном белом платье, рассказывающую миру о своей награде. Свидетельства.

Вэнь Сюань сдерживалась три года и наконец доказала себя трофеем. На самом деле ей не нужен трофей, чтобы доказать свою силу, но этого трофея достаточно, чтобы заткнуть рты этим скучным людям.

Однако, если Вэнь Сюань выиграет кинопремию, то его шанс на победу…

Внезапно его мысли прервались, и Рон Сюй удивлённо повернул голову в сторону, только чтобы увидеть некоего мужчину, смотрящего на сцену не косясь, но его правая рука тихонько вытянулась из-под подлокотника кресла и нежно зацепила его мизинец.

Пальцы переплелись, просто вот так, простое касание, но Рон Сюй медленно успокоился. Он посмотрел на спокойное и собранное лицо Цинь Чэна, закрыл глаза, и когда он снова открыл их, он уже улыбался:

— Ничего страшного, это всего лишь премия «Золотой медведь». После того как сестра Сюань получила фильм, оргкомитет, как правило, не сможет отдать актёра китайцу, и его следует отдать другим актёрам. Я не тороплюсь. Я жду «Оскара» в следующем году.

В голосе юноши послышалась мягкая улыбка, и Цинь Чэн спокойно повернул глаза и посмотрел на человека рядом с собой. Любовника. Он серьёзно посмотрел на этого красивого юношу. Взгляды всего мира были устремлены на сцену в этот момент, но его взгляд был устремлён только на его живость.

Наступила долгая тишина, и он долго думал. В конце концов, Цинь Чэн скривил уголки губ и серьёзно сказал:

— Я очень хочу тебя поцеловать.

Рон Сюй слегка опешил:

— Что?

Улыбка на губах Цинь Чэна стала ещё шире:

— Я хочу поцеловать тебя сейчас.

Рон Сюй тут же отбросил руку мужчины и отвернулся:

— Не создавай проблем. — Сказал он это, но его щёки слегка порозовели.

Цинь Чэн серьёзно посмотрел на него и через некоторое время отвёл взгляд. Но когда он отвёл взгляд, Рон Сюй слегка приподнял губы, и разочарование и грусть в его сердце полностью исчезли в этот момент.

Даже если на этот раз он не получит приз, он всё ещё молод, и у него ещё много возможностей.

Через некоторое время Цинь Чэн прошептал:

— Я схожу в туалет.

Рон Сюй подвинулся, не слишком задумываясь.

После того как Вэнь Сюань закончила свою последнюю речь о награде, ведущий вышел на сцену и принял участие в шоу. Этот забавный французский ведущий замечательно спел имена всех шести номинантов на премию «Лучший актёр» в одной песне сильным магнетическим голосом, что заставило публику разразиться смехом.

В конце он очень обиженно сказал:

— Разве моя песня плоха? Мне было очень больно. Я знал, что не должен был принимать приглашение на «Золотого медведя», иначе мне бы не пришлось петь по принуждению оргкомитета. Пожалуйста, помните, оргкомитет, дайте мне больше наград, но я спел.

Смех в зале стал громче.

— Все знают, что я отличный ведущий, но кто сказал, что ведущий должен уметь петь? — сказал ведущий с серьёзным лицом, но все не могли удержаться от смеха, увидев его лицо. — Вы, люди, которые хорошо читают рэп и поют, можете идти в актёры, о да, например, Ривика, он очень хорошо поёт, но, ИМХО, «Южанка», которую он снял… Ну, пожалуйста, верните мне деньги за билет в кино.

Под сценой американский певец Ривика очень кооперативно поднял кулак.

Ведущий продолжил:

— Тогда давайте просто скажем, что люди, которые хорошо играют, они должны петь? Я так не думаю. Хе-хе-хе! Не вините Рон Сюя, я его вижу, давайте отложим проклятого Рон Сюя в сторону, забудем о его ненавистном гении?

Рон Сюй невинно моргнул, и камера быстро отвернулась от него.

Однако ведущий, очевидно, не хотел так просто отпускать Рон Сюя с темы:

— Говоря о Рон Сюе, я думаю, все должны подумать о ком-то… Да, это Цинь Чэн. Мне очень нравится Цинь, все, мне действительно очень, очень, очень нравится Цинь. Я смотрел все его фильмы. Ну, я не могу помочь ему оплатить мои билеты в кино, но что мне нравится больше, так это то, что Цинь никогда не поёт! Может быть, это потому, что его пение так же прекрасно, как моё, поэтому я хочу его беречь. Разве вы не можете показать это всем?

Публика внезапно загудела.

Ведущий тут же отказался принимать:

— Вы всё ещё не верите? — Едва слова слетели с его губ, он обернулся и посмотрел за кулисы: — Цинь, скажи мне, почему ты не поёшь? Не так хорошо, как твои друзья~друзья~ — Да, вы просто друзья, и весь мир знает, что они действительно просто друзья — не так, как твой хороший друг Рон Сюй, попробуй спеть?

Улыбка на его губах внезапно застыла, Рон Сюй выпрямил спину, его глаза расширились, он уставился за кулисы. Рядом с ним Цянь Даобао тихо сказал:

— Так вот оно что, Цинь Чэн на этот раз вручает премию лучшему актёру? Верно. По правилам, актёр предыдущего года часто вручает награды актёру следующего года.

Яркая и ослепительная. На сцене, на глазах у фанатов всего мира, на сцену вышла высокая и красивая фигура. Он спокойно подошёл к ведущему, слегка поднял правую руку, поправляя манжеты рубашки на левом запястье. Тонкие пальцы ловко двигались. Казалось, он не знал, что это сцена премии «Золотой медведь». Он на самом деле делал такое небрежное дело, но когда Цинь Чэн делал такое, все чувствовали себя так —

[Ах, такой красивый! Цинь Шэнь такой красивый даже с запонками!!!]

Одной рукой подняв микрофон, холодный и равнодушный мужчина слегка опустил глаза, и его тонкие губы слегка дрогнули:

— Откуда ты знаешь, если не спел песню? Дэвид, я просто не пел песню перед тобой, Рон Сюй может мне помочь засвидетельствовать, я определённо пою лучше тебя. Рон Сюй, верно?

Весь мир тут же вскипел!

Один тихо задаёт вопрос со сцены, другой, сидя в зале, отвечает мягкой улыбкой.

Когда Цинь Чэн закончил говорить, камера тут же повернулась к Жун Сюю. Юноша с ясным взглядом и утончёнными чертами лица улыбнулся сдержанно, моргнул пару раз, но не произнёс ни слова. Однако всё его лицо словно кричало: «Хорошо, хорошо, всё, что ты скажешь, — правда».

На церемонии вручения «Золотого медведя» ведущий нередко вступает в диалог с гостями в зале (иногда это заранее отрепетировано, а иногда — экспромт), но микрофон гостям в таких случаях не дают. У Жун Сюя, естественно, микрофона не было, но его простая и остроумная реакция вызвала в зале дружный смех — все всё поняли.

Ведущий, Дэвид, подмигнул и без обиняков заявил:

— Цинь, я всё больше и больше тебя обожаю.

Цинь Чэн, невозмутимо поправляя микрофон, бросил глубокий взгляд на своего юношу, усмехнулся и промолчал.

Если гости в зале из реакции Жун Сюя сделали вывод, что «Цинь Чэн, похоже, не умеет петь», то зрители у экранов видели лишь одно: розовый туман! Повсюду розовый туман любви!

---

Почему Бог Цинь и Жун Жун даже на «Золотом медведе» так откровенно флиртуют?! Это же чистая ЛЮБОВЬ! Жун Жун так балует Цинь Чэна, просто обожает его! Ассоциация защиты одиноких сердец шлёт яростный протест: если уж раздаёте сладости, не могли бы раздать побольше? Ну же, смелее!

Я правда никогда не слышала, чтобы Цинь Чэн пел. Он ни в одном шоу или фильме не исполнял песен, но Жун Сюй… он-то слышал… (:з」∠) Всё, это слишком сладко, я сдаюсь, я влюбляюсь в эту пару!

Добро пожаловать в фандом, сестрёнка! Настоятельно рекомендую для старта посмотреть релиз «Чёрных туч»! Там Цинь Чэн попросил Жун Сюя показать сцену со слезами, и когда Жун Жун расплакался, Цинь Чэн обнял его и стал утешать, вытирая слёзы… АААА, это слишком мило! Пара ЧэнЖун сладкая до небес!

---

Ситуация в сети, конечно, не доходила до сцены «Золотого медведя». После короткого обмена репликами с ведущим Цинь Чэн отступил в сторону, уступая сцену и отдавая всё внимание своей роли ведущего награждения.

Оставшись один на сцене, высокий актёр в чёрном смокинге выглядел спокойно и уверенно. Его взгляд был твёрд, осанка — безупречна. Он медленно обвёл зал глазами и начал свою речь. По мере его слов на большом экране за его спиной замелькали отрывки из фильмов шести номинантов.

Вот стойкий революционер, не сломленный невзгодами. Вот обычный горожанин, не сдающийся перед лицом трудностей. Вот древнегреческий пророк, отдавший жизнь за истину. А вот юноша, чья страсть к любви подобна мотыльку, летящему на пламя.

Когда Цинь Чэн заговорил о последнем фильме, его голос невольно замедлился.

На экране расцвела тёплая оранжевая дымка закатного света. Старый гонконгский дом, где каждый шаг по лестнице отзывался скрипом, разносившимся по всему зданию. Ветер завывал, унося с собой мягкое сияние заката.

В тесной комнате юный студент прижал к стене изящную хозяйку бара. Он нетерпеливо попытался поцеловать её, но женщина уклонилась. В тот миг время замерло. Юноша на секунду застыл, глядя на женщину, что была старше его на добрый десяток лет.

Спустя долгую паузу он мягко улыбнулся — теплее, чем весенний ветер:

— Ваши… ваши волосы растрепались. Позвольте, я поправлю. — он замялся, и в его ясных глазах промелькнула едва заметная тень разочарования. Но он продолжал улыбаться, голос дрожал, но был полон искренности. — Я поправлю… можно?

Кадр замер на этом чистом, открытом лице, но каждый в зале знал: за этой улыбкой скрывалось разбитое сердце.

Фильм «Три месяца вечности» был снят по классическому рассказу гонконгской писательницы, чей стиль отличался причудливостью, яркими красками и пышными образами. Её произведения не раз экранизировали — тот же «Вечерний звук» с Цинь Чэном в главной роли был одним из них.

«Три месяца» рассказывали о юном студенте и хозяйке бара — о том, как пылающее юное сердце коснулось цветка, что казался ярким, но давно увял. В итоге пламя не смогло возродить цветок, но ради любви само перестало быть собой.

В маленьком доме всего за три месяца произошло столько событий. Два совершенно разных человека — из разных миров, с разными характерами — пересеклись и невольно оказались очарованы друг другом.

В финале студент, которого сыграл Жун Сюй, покинул Гонконг. Его хозяйка любила его, была тронута его живой, искренней страстью, но не могла ответить на эту любовь. А затем, из-за череды событий, она уже никогда не смогла бы его полюбить.

«Я люблю тебя, но не знаю, как тебя любить».

Не каждая любовь в этом мире длится вечно. Разрушение — вот удел большинства историй любви.

Когда показ всех шести отрывков завершился, Цинь Чэн, держа в одной руке конверт, а другой касаясь микрофона, тихо заговорил:

— В прошлом году я сам сидел в зале, ожидая оглашения наград, и в груди моей были лишь волнение и тревога. А теперь, стоя здесь и глядя на вас, я вижу нечто большее. — он сделал паузу и продолжил. — С момента появления первого чёрно-белого фильма в начале прошлого века, первого звукового кино и до наших дней прошло чуть больше ста лет. За это время кинематограф пережил невероятный расцвет, и тысячи людей, выдающихся актёров, оставили свой след в его истории, чтобы мы сегодня могли их вспоминать.

— Сегодня, здесь, на сцене «Золотого медведя», среди шести номинантов — мой старый друг Луис Картье, мой соперник по «Золотому фениксу» Рукот Манди… и мой близкий друг, Жун Сюй.

— Ваше существование — это сияние мирового кинематографа. Ваши усилия — это движущая сила его развития. Сегодня, кто бы ни получил эту награду, я хочу сказать… — он замолчал, его взгляд остановился на ком-то в зале. — Вы все — лучшие.

Спокойные, уверенные глаза задержались на одном из кресел. Цинь Чэн смотрел на сидящего там человека, его губы тронула лёгкая улыбка. Его мощный, но мягкий голос был подобен чистому озеру, в котором отражался лунный свет, создавая мерцающие блики. Он смотрел только на него, и спустя мгновение его улыбка стала ещё теплее. Он повторил:

— Вы все — лучшие.

Зал взорвался аплодисментами.

В центре зала Жун Сюй закрыл глаза и покачал головой с лёгкой беспомощной улыбкой. Он не решался поднять взгляд на сцену, зная, что эти слова были сказаны только для него.

Цинь Чэн никогда не был образцом честности — он любил использовать своё положение в личных целях. И сейчас, как он сам, так и Жун Сюй прекрасно понимали: шансы на то, что «Золотой медведь» достанется Жун Сюю, были ничтожно малы.

Но разве это важно?

«Для меня ты всегда будешь лучшим».

«Ты — мой актёр, мой единственный, мой юноша, ради которого я готов, как мотыльёк, лететь на пламя».

Сделав глубокий вдох, Жун Сюй постепенно расслабился. Его одержимость «Золотым медведем» начала угасать. В конце концов, в прошлой жизни он получил свою первую статуэтку лишь в двадцать пять. У него не было таких влиятельных связей, как у Цинь Чэна, и не было его невероятной удачи. Даже Вэнь Сюань три года подряд не могла взять награду — что уж говорить о нём, новичке с трёхлетним стажем? Неполучение статуэтки — не конец света.

И не только Жун Сюй — многие его поклонники тоже предчувствовали исход «Золотого медведя».

---

Вэнь Сюань уже получила «Лучшую актрису», так что шансы Жун Жуна на «Лучшего актёра» невелики. «Золотой медведь» — не наша китайская премия, и Запад всё ещё придерживается определённых барьеров. Ни на «Золотом медведе», ни на «Оскаре» ещё не было случая, чтобы и актёр, и актриса были из Китая. Так что Жун Жун, скорее всего, не получит эту награду.

Я всё понимаю, но мне так грустно! «Три месяца вечности» — потрясающий фильм, пятый в мировом прокате артхаусных лент! Пятое место в истории!

Зачем нам тут грустить? Самому Жун Жуну, наверное, тяжелее всех. В прошлом году с «Тремя тысячами двухстами милями» я тоже думала, что он возьмёт награду, но он столкнулся с «Цветами лотоса» и «Прометеем». Всё равно Жун Жун — лучший! Не грусти, ты навсегда наш Жун Жун!

Жун Жун, держись!

Мой Жун — лучший, всегда лучший!

Жун Жун, не грусти, ты невероятный! ААА, только что камера дала крупный план Жун Жуна — он такой красивый, просто невероятно! Не могу, побежала покупать журнал «Жун Янь» для успокоения! Я в обмороке от его красоты! \(≧▽≦)/ Ля-ля-ля!

Я тоже беру один «Жун Янь»!

А я беру два, обниму Жун Жуна и зацелую!

---

Прямая трансляция «Золотого медведя» велась по всему миру, и к этому моменту все уже морально подготовились. Длинные пальцы Цинь Чэна аккуратно вскрыли конверт. Жун Сюй смотрел на сцену с улыбкой, уже не придавая значения результату. Поклонники Жун Сюя массово скупали его альбомы и жертвовали в фонд «Жун Янь».

И Цинь Чэн, и фанаты в этот момент желали одного:

---

Не грусти, ты всегда будешь для меня первым.

---

Даже такому мастеру сцены, как Цинь Чэн, в момент вскрытия конверта не удалось скрыть лёгкую дрожь пальцев. Он участвовал в бесчисленных церемониях, сидел в зале, ждал результатов, но никогда ещё не был так взволнован.

Это не его награда, он всего лишь ведущий, но его сердце билось в тревоге.

Его юноша ради этой роли ночи напролёт оттачивал сцены в их квартире. С утра до ночи, с полуночи до рассвета он изучал сценарий, читал оригинальный рассказ, вживался в роль студента и даже пробовал играть хозяйку бара, чтобы понять психологию и характер персонажей.

Но если из-за триумфа Вэнь Сюань Жун Сюй не получит награду, кто тогда оценит все эти бессонные ночи?

Когда конверт был полностью вскрыт, Цинь Чэн достал карточку и замолчал. Он — прошлогодний лауреат, он не мог отказаться от приглашения оргкомитета и обязан был вручить эту награду. С того момента, как он покинул зал, он готовился к этому, размышляя, каким тоном объявить имя победителя, как вручить статуэтку другому, стоя перед любимым человеком.

Но всё это рухнуло в тот миг, когда он увидел имя.

Его тёмные глаза широко распахнулись. В зале воцарилась тишина — все ждали финального ответа. Но вместо слов — долгая пауза. В публике начали раздаваться шёпотки. Спустя мгновение высокий и статный мужчина повернулся к микрофону, крепко сжал его, и с лёгкой улыбкой, чётко выговаривая каждое слово, объявил:

— Обладателем премии «Золотой медведь» за лучшую мужскую роль 2046 года становится…

— Жун Сюй! Фильм «Три месяца вечности»!

Страница книги Устремления суперзвезды в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10.1

1 - 10.2

1 - 10.3

1 - 11.1

1 - 11.2

1 - 11.3

1 - 12.1

1 - 12.2

1 - 12.3

1 - 13.1

1 - 13.2

1 - 14.1

1 - 14.2

1 - 15.1

1 - 15.2

1 - 16.1

1 - 16.2

1 - 16.3

1 - 17.1

1 - 17.2

1 - 18.1

1 - 18.2

1 - 18.3

1 - 18.4

1 - 18.5

1 - 18.6

1 - 19.1

1 - 19.2

1 - 20.1

1 - 20.2

1 - 21.1

1 - 21.2

1 - 22.1

1 - 22.2

1 - 23.1

1 - 23.2

1 - 24.1

1 - 24.2

1 - 25.1

1 - 25.2

1 - 26.1

1 - 26.2

1 - 27.1

1 - 27.2

1 - 27.3

1 - 28.1

1 - 28.2

1 - 29.1

1 - 29.2

1 - 30.1

1 - 30.2

1 - 30.3

1 - 31.1

1 - 31.2

1 - 32.1

1 - 32.2

1 - 33.1

1 - 33.2

1 - 33.3

1 - 33.4

1 - 34.1

1 - 34.2

1 - 35.1

1 - 35.2

1 - 35.3

1 - 36.1

1 - 36.2

1 - 37.1

1 - 37.2

1 - 38.1

1 - 38.2

1 - 38.3

1 - 38.4

1 - 39.1

1 - 39.2

1 - 40.1

1 - 40.2

1 - 41.1

1 - 41.2

1 - 41.3

1 - 42.1

1 - 42.2

1 - 42.3

1 - 43.1

1 - 43.2

1 - 44.1

1 - 44.2

1 - 45.1

1 - 45.2

1 - 46.1

1 - 46.2

1 - 47.1

1 - 47.2

1 - 47.3

1 - 48.1

1 - 48.2

1 - 49.1

1 - 49.2

1 - 50.1

1 - 50.2

1 - 51.1

1 - 51.2

1 - 52

1 - 53.1

1 - 53.2

1 - 54.1

1 - 54.2

1 - 55.1

1 - 55.2

1 - 56.1

1 - 56.2

1 - 57.1

1 - 57.2

1 - 58.1

1 - 58.2

1 - 59.1

1 - 59.2

1 - 60.1

1 - 60.2

1 - 61.1

1 - 61.2

1 - 62.1

1 - 62.2

1 - 63.1

1 - 63.2

1 - 64.1

1 - 64.2

1 - 64.3

1 - 65.1

1 - 65.2

1 - 66.1

1 - 66.2

1 - 67.1

1 - 67.2

1 - 68

1 - 69

1 - 70

1 - 71

1 - 72

1 - 73

1 - 74

1 - 75.1

1 - 75.2

1 - 75.3

1 - 76

1 - 77

1 - 78

1 - 79.1

1 - 79.2

1 - 80

1 - 81

1 - 82

1 - 83

1 - 84

1 - 85

1 - 86

1 - 87

1 - 88

1 - 89

1 - 90

1 - 91

1 - 92

1 - 93

1 - 94

1 - 95

1 - 96

1 - 97

1 - 98

1 - 99

1 - 100

1 - 101

1 - 102

1 - 103

1 - 104

1 - 105

1 - 106

1 - 107

1 - 108

1 - 109

1 - 110

1 - 111

1 - 112

1 - 113

1 - 114

1 - 115

1 - 116

1 - 117

1 - 118

1 - 119

1 - 120

1 - 121

1 - 122

1 - 123

1 - 124

1 - 125

1 - 126

1 - 127

1 - 128

1 - 129

1 - 130

1 - 131

1 - 132

1 - 133

1 - 134

1 - 135

1 - 136

1 - 137

1 - 138

1 - 139

1 - 140

1 - 141

1 - 142

1 - 143

1 - 144

1 - 145

1 - 146

1 - 147

1 - 148

1 - 149

1 - 150

1 - 151

1 - 152

1 - 153

О книге