Глава 1

Отборочный раунд «Кубок Синхай».

«Кубок Синхай» – это масштабное художественное соревнование, организованное Городом A. На этот раз было ужасающее количество громких имён, в том числе знаменитый профессор из известной академии искусств, который выступал в качестве судьи. Из-за масштабности и нечастого проведения соревнований совершенно очевидно, насколько это сложно.

Всего было десять финалистов из разных художественных школ. Каждый был замечательным художником. Их навыки рисования настолько высоки, что их автоматически принимали в известные школы, такие как Академия искусств Цинхуа или Центральная академия изящных искусств, если они записывались на вступительные экзамены.

Отборочный тур был пройден наполовину, второе и третье места уже определены. Пора выбирать первое место.

Соревнование на этот раз такое ожесточённое, отчасти из-за судьи – пожилого Ян Минцзуна, легендарной фигуры в мире искусства. Не было ни одного художника, который не уважал бы его, и ни одного человека, который не ставил бы его своей целью.

Наряду с непрерывным стуком трости по полу, пожилой мужчина просмотрел оставшиеся восемь произведений искусства и, наконец, остановился перед одним из них.

Это произведение было так же хорошо, как и другие, окружающие его.

Пожилым человеком был Ян Минцзун. Остановившись, он взглянул на имя участника: Кан Кай.

Все остальные судьи были его младшими и следовали за Ян Минцзуном. Когда они увидели, что он наконец выбрал это произведение искусства, они вздохнули.

– У старого господина добрые глаза. Эта картина выделяется.

Она не просто выделялась.

Даже один взгляд показал, что это совершенно иной уровень по сравнению с работами других конкурсантов. Мазки кисти оставили чрезвычайно сильное впечатление.

Но не это стало причиной, по которой Ян Минцзун выбрал это произведение.

– Кто помог тебе изменить картину?

Хотя картина была превосходной, Ян Минцзун сразу заметил, что она изменена кем-то другим. Человек, изменивший её, использовал всего несколько штрихов, чтобы поднять уровень всего произведения искусства. Используемые навыки явно отличались от других частей картины.

В конкурсе допускаются наставники и совместные работы. Это не было нарушением.

Такого рода высококачественные работы, вызывающие у людей чувство религиозной близости, Ян Минцзун очень редко видел за свои десятки лет преподавания искусства.

– Брат Шэн, сегодня я встретил Ян Минцзуна! Он такой потрясающий, он сразу увидел, что ты изменил мою работу.

– Он также спросил меня, кто это сделал.

– Серьёзно, что ты за человек? Ты даже не позволил мне произнести твоё имя. Неужели стоит так глубоко прятаться?

– Его определённо интересуют те штрихи, которые ты нарисовал. Было так много конкурсантов, а он пообщался только со мной.

В школьном коридоре во время урока человек прислонился к углу у входа на лестницу. Поскольку свет был заблокирован, оставалась видна только футболка юноши, раскачивающаяся на ветру. Он был очень высоким, с длинными тонкими пальцами. Выслушав голосовое сообщение, он снова постучал по нему и прослушал ещё раз.

– … Брат Шэн, если бы ты участвовал, держу пари, тебя бы немедленно забрали, и тебе даже не пришлось бы сдавать вступительные экзамены. Ты мог бы посещать любую школу, в которую хотел.

После того, как Сюй Шэн воспроизвёл сообщение, он на очень долгое время застыл, прежде чем расслабиться.

Через некоторое время он засмеялся и подумал про себя, дурак, никто не откажется от вступительных экзаменов в колледж.

Имя в верхней части чата было Кан Кай.

Кан Кай его друг детства и сосед по дому. В его семье была художественная студия. Кан Кай узнал о Кубке Синхай довольно поздно и чуть не пропустил крайний срок регистрации. У него не было времени начать с нуля, и он мог использовать только старые иллюстрации – это старое произведение искусства было его гордостью и радостью, когда он рисовал его год назад, и Сюй Шэн помог ему изменить его.

В конце коридора, седьмой класс второкурсников.

Классный руководитель вошёл в класс и взглянул на свободное место в заднем ряду. Он нахмурился и не смог удержаться от вопроса:

– Где Сюй Шэн? Он снова пропускает занятия? Разве ему не ясно, как он сдал предварительный тест, и он всё ещё решается пропустить занятия? Если кто-нибудь его увидит, пусть он зайдёт ко мне в кабинет после уроков.

Предварительный оценочный тест 2018 шестой школы Линьцзян, экзамен по литературе.

Время теста 150 минут, всего баллов 150.

Оценка тестируемого: 48.

Математика: 36.

Английский: 22.

Общие науки: 59.

…

На столе в кабинете лежало несколько тестовых работ, сплошь испещрённых уродливыми красными крестиками. Каждый из них был хуже предыдущего. Оценщик очень быстро обнаружил, что обычный метод маркировки не подходит для этого испытуемого, и поэтому оставил только несколько красных отметок на другой стороне страницы.

В поле имени два символа были начертаны беспорядочно, как сорняки, но почерк был быстрым и жестоким.

Имя тестируемого: Сюй Шэн.

– Взгляни на свои баллы за этот предварительный оценочный тест.

– Средняя оценка в 30 баллов – это огромный разрыв, не говоря уже о спешке на вступительные экзамены в колледж, думаю, что на твоём уровне тебе придётся пересдавать школу!

Голос руководителя класса, Мэн Гоуэя, продолжал расти, пока он продолжал говорить, пока его крики не стали слышать люди, идущие в коридоре за пределами офиса.

– Какие из этих вопросов я ещё не задавал в классе, это все бесплатные оценки! Если я на тестовую бумагу кину риса, курица, слепо клюющая вопросы, будет правильнее, чем ты. Что с тобой происходит? Ты пришёл в школу учиться или отдыхать?

Сюй Шэн простоял в кабинете шесть минут.

Подобные слова он слышал раньше бесчисленное количество раз. Он посмотрел вдаль. Его взгляд упал на часы на стене позади Мэн Гоуэя, и он предположил, что следующим будет классическое «Если не хочешь учиться, уходи, пока еще не поздно».

Как и ожидалось.

Мэн Гоуэй с «бац» бросил стопку контрольных работ на угол стола.

– Мне всё равно, кем ты был раньше, но теперь, когда ты учишься в седьмом классе второго года обучения, тебе лучше стараться. Если не хочешь учиться как следует, уходи, пока ещё не поздно!

Сюй Шэн выглядел очень сонным и немного прикрыл глаза, явно показывая, что не хочет слушать чью-то чушь.

Мэн Гоуэй: «……»

Хотя слова Мэн Гоуэя были резкими, его сердце было мягким.

Фактически, он действительно не осмеливался говорить с этим учеником, но, поскольку он только что принял этот класс, ему пришлось продемонстрировать свой авторитет.

На втором курсе были только раздельные классы. Никто не знал, о чём думала школа. Вероятно, это для того, чтобы уравновесить классы, поэтому они впихнули в его класс двух «номер один» – ученика номер один сверху списка и ученика номер один снизу – оба подошли.

Юноша, стоящий за столом в его офисе, не подходил к обстановке всего офиса.

Все ученики, входящие и выходящие из кабинета, были одеты в школьную форму. Он оставался единственным в чёрной футболке с графическим рисунком. Даже при ближайшем рассмотрении трудно чётко сказать, что это за изображение.

Юноша был высоким и худым, с опущенными глазами, как будто он не выспался во время утренней учёбы. Когда он стоял там, он выглядел так, будто ему всё равно.

За свои долгие годы преподавания Мэн Гоуэй впервые встретил проблемного ученика, у которого такие низкие оценки, что это было странно, он нарушал правила внутри и за пределами школы больше раз, чем мог даже сосчитать по десяти пальцам, и кто никогда не носил школьную форму.

Как ни крути, шестая школа Линьцзян была «ключевой». Тем не менее, она не входила в число лучших школ округа А, и её баллы едва ли позволили ей подняться до статуса обычной школы два года назад.

А пока Мэн Гоуэй оставил этот предварительный тест и сказал:

– Куда ты снова пошёл после вчерашнего теста? Ты сбежал из школы?

Услышав это, юноша заставил себя выпрямиться и небрежно спросил:

– Кто-нибудь видел, как я покидал школу?

Мэн Гоуэй:

– Нет, не видел.

Сюй Шэн на мгновение замолчал.

– Камеры наблюдения засекли это?

Мэн Гоуэй:

– … Тоже нет.

Сюй Шэн, очевидно, подтверждал, что он тайком покинул школу, не оставив никаких доказательств. Только тогда он великодушно ответил:

– Я не уходил из школы.

«……»

Мэн Гоуэй организовал мысли в своей голове, когда думал обо всём, что хотел сказать.

Но у Сюй Шэна действительно больше не хватало терпения.

– Учитель, – сказал он, – если это из-за моих оценок, то мы можем прекратить обсуждение здесь. Вы просто ведите свои уроки, учусь я или нет и сколько учусь – это моё личное дело. Вам действительно не нужно мне всё это рассказывать.

Голос Сюй Шэна не очень громкий, и шумный офис наполнен звуками переворачиваемых книжных страниц, голосами учителей разных факультетов, смехом и болтовней учеников, которые входили и выходили. Его слова были сказаны небрежно и никого не привлекали.

Но Мэн Гоуэй очень чётко слышал его слова. Он был ошеломлён этим небрежным и дерзким замечанием и смог только через несколько секунд сказать:

– Что ты говоришь? Это то отношение, которое тебе следует использовать, чтобы разговаривать с учителем? Тогда какой смысл тебе ходить в школу?!

Сюй Шэн не уклонился от взгляда.

Только тогда Мэн Гоуэй обнаружил, что юноша перед ним не только нарушил школьные правила, не надев форму, но даже имел серьгу в правом ухе. Это был чёрный кристалл в окружённом кольцом слое серебра. Хотя чёрную серьгу нельзя было считать сдержанной, она была наполовину скрыта его растрёпанной челкой.

Какой смысл тебе ходить в школу?

Эта фраза несколько раз крутилась в голове Сюй Шэна.

– Просто думайте, что я здесь, чтобы играть, – через некоторое время Сюй Шэн протянул руку и забрал тестовые листы со стола. Он схватил их и беззаботно сказал: – Не обращайте на меня внимания.

Из всего класса задержали только тестовые бумаги Сюй Шэна. Когда он пришёл в кабинет, класс, в котором поначалу был энтузиазм, замолчал, как будто кто-то внезапно нажал кнопку отключения звука в фильме, который идеально воспроизводился.

Мальчик в первом ряду класса поднял задницу, перегнувшись через стол, его рука потянулась ко второму ряду, чтобы украсть печенье одноклассника. Когда он увидел, что Сюй Шэн вернулся, он, как ни странно, застыл в этой позе и не двигался.

– Убийственная аура школьного тирана слишком сильна, – тихо сказал тот мальчик. – Я не смею двигаться. Я очень устал оставаться вот так. Твоё печенье, дай мне съесть одно…

Для второкурсников седьмого класса, когда они увидели свой список класса, их настроение можно было описать только словом «удушье».

Два дня назад ученики этого курса дрожа от страха стояли перед входом в школу.

– В каком классе находится Сюй Шэн?

– О, седьмой класс. Это хорошо, я учусь в шестом классе.

– Бля, я в седьмом классе…

– Какая удача, одноклассник. Погоди, осталось всего два года школы. Всего два года, время течёт незаметно, как «жеребёнок перепрыгивает через узкую щель» [1]. Скоро всё закончится.

Что за человек Сюй Шэн?

Знаменитый школьный тиран.

Знаменитая аномалия школы.

Из-за того, что он не носил форму в первый год обучения, глава того года много раз выходил из себя. Он заставил его стоять в качестве наказания, позвонил родителям и даже заставил его стоять перед всей школой и заниматься самоанализом. В конце концов, это совсем не сработало, и он всё ещё носил форму не так, как следовало бы.

Не было никого, кто был бы таким в последние десять или около того лет в шестой школе Линьцзян, школе, где её учителя были чрезвычайно опытными, строгим школьным духом и девизом «вежливость и гармония, усердие и правда».

Сюй Шэн прошёл мимо всех и направился к последнему ряду.

Даже после того, как он вышел из офиса, футболка и джинсы на его теле не вписывались в его окружение, а в море серо-синей формы в классе они выделялись ещё больше.

Он был высоким, и, поскольку в тот день он прибыл поздно, в классе оставалось только два места. Кроме последнего ряда, ему не из чего выбирать. Оставшееся место находилось слева от него, через проход. Со вчерашнего дня оно было пусто. Очевидно, этот ученик был в отпуске.

Сюй Шэна не волновало, кто владелец этого свободного места. Он выдвинул стул, собираясь продолжать спать. Когда он вытащил стул, мальчик, сидевший в ряду перед ним, не мог не дрожать, держась за ручку.

Сюй Шэн немного подумал. Положив руку на стул, он слегка наклонился, а другой рукой похлопал этого мальчика по плечу.

Ручка в руке мальчика чуть не вылетела. У него не было выбора, кроме как повернуться.

– Что… Какие приказы у тебя есть для меня?

Сюй Шэн:

– Тебе не тесно?

– А?

Сюй Шэн указал на грудь мальчика, которая была плотно прижата к краю стола, заметив, что диапазон движений, который он оставил для себя, не превышал тридцать сантиметров. Если он захочет в туалет, то оставался единственный способ сделать это – соскользнуть всем телом, присесть на корточки, а затем выползти из-под стола. Сюй Шэн снова спросил:

– Тебе не тесно?

Этот мальчик открыл рот:

– Я…

Конечно, знаю это, но не решаюсь сказать! И ещё меньше осмеливаюсь приближаться к тебе!

Сюй Шэн ждал ответа, пока не устал, затем немного отодвинул свой стол.

Первое занятие утром было английским. Сюй Шэн готовился лечь и отправиться в мир грёз, когда кто-то дважды постучал в окно рядом с ним.

Несколько голов упорно трудились, чтобы открыть окно и выглянули через внешний коридор.

– Босс.

Сюй Шэн положил руки на затылок и слегка наклонил голову, когда услышал голоса.

– Я хочу спать. Если у вас есть что сказать, быстро расскажите.

У лидера этой группы парней была модная густая чёлка. Его кожа была немного тёмной, но выглядел он очень энергичным. Он вздохнул и сказал:

– На этот раз мы слишком сильно разделились. Ты в седьмом классе, я в первом классе, начало и конец. Как мы собираемся теперь вместе играть в игры в классе?

Хотя Сюй Шэн был знаменит, большинство людей его избегали. Но в этом юном, вспыльчивом возрасте мальчикам иногда не требовалось никаких особых условий, чтобы проводить время вместе, достаточно просто сыграть пару игр. Популярность Сюй Шэна была действительно неплохой. В каждом классе в течение первого года всегда находился круг людей в заднем ряду класса.

Иногда игровые навыки были гораздо более практичными, чем академические результаты.

Первый раз, когда Сюй Шэн и Чжан Фэн начали вместе играть в игры, начался, когда Сюй Шэн впервые встал перед школой и занялся самоанализом. В то время, когда Сюй Шэн закончил читать своё раскаяние, его последнее предложение было:

– Я был неправ, но не обещаю, что больше не буду этого делать.

Услышав это, вся школа возмутилась.

После того, как он спустился с трибуны, поднимающей флаг, Чжан Фэн искренне сказал ему:

– Бля, ты довольно потрясающий.

Чжан Фэн продолжил:

– Ты только что ходил в кабинет учителя? Я слышал, ты разозлил старика Мэн из нашего класса так, что он мог подавиться.

Сюй Шэн отказался от комментариев.

После того, как Чжан Фэн закончил причитать, он продолжил попытки заглянуть в класс через окно. На этот раз он не только просунул внутрь всю голову, но и втиснул верхнюю часть тела, чтобы он мог посмотреть на всех учеников седьмого класса второго года обучения.

Сюй Шэн был потрясён. Он откинулся назад. У него длинные ноги, и даже с согнутыми ногами они все равно вытянулись на довольно большое расстояние.

– Какого чёрта ты делаешь?

Чжан Фэн наконец раскрыл свою истинную цель.

– Мы здесь, чтобы увидеть Бога Изучения.

Сюй Шэн, который заботился только о сне после предварительных оценок и совершенно не заботился о том, кем были другие ученики в его классе: «?»

– Нет, «видеть» – не совсем подходящее слово, оно должно отдавать дань уважения, да, я здесь, чтобы отдать дань уважения Богу Изучения, – сказал Чжан Фэн. – Тот, кто набрал больше всех баллов во всей школе на вступительных экзаменах в старшую школу, затем занял первое место в муниципальной лиге в первый год старшей школы, тот, кого превратили в плакат и повесили на стене почёта у входа в школу, тот самый. Ты не знаешь? Ваш класс в этом году действительно интересен. Здесь ты и Бог Изучения.

Услышав это, Сюй Шэн внезапно рассмеялся.

Он помахал Чжан Фэну.

– Ты, иди сюда. Подойти ближе.

Чжан Фэн невинно подошёл ближе.

Сюй Шэн просто свернул тестовую бумагу, которую он принёс из кабинета учителя, и ударил парня ею по голове.

– Чёрт возьми, ты хочешь, чтобы тебя избили? Если ты хотел увидеть Бога Изучения, то иди к Богу Изучения, но ты всё равно говоришь дерьмо? Было бы очень интересно, если бы ты сегодня пришёл сюда стоя, а выполз боком. Хочешь попробовать?

– Я был неправ, чувак, я не должен был тебя спрашивать, – Чжан Фэн согнулся в талии и отступил назад, бормоча и прячась: – Но, боже, как же я искал весь день, но не нашёл его. Все ли в вашем классе приехали?

Действительно, приехали ещё не все.

Сюй Шэн бросил свой тестовый лист на стол, его взгляд скользнул по узкому проходу и упал на пустое сиденье.

В кабинете учителя.

Раздался звонок на урок. Мэн Гоуэй всё ещё был глубоко погружён в размышления о разговоре, который он только что имел с этим проблемным учеником в своём новом классе, и долгое время не мог выбраться из него.

Учитель, несший их планы уроков, прошёл мимо и увидел, что он всё ещё изучает информацию Сюй Шэна. Он остановился и сказал:

– Мэн Лаоши, не думайте об этом слишком много. Этот ребёнок всегда был таким. Когда он учился на первом курсе, многие учителя безуспешно пытались поймать его. Если не получится, просто отпустите. Не каждый ученик хочет усердно учиться.

Мэн Гоуэй отличался от других учителей. Его гнев вспыхнул.

– Я до сих пор не верю, что не смогу изменить его к лучшему. Я, Мэн Гоуэй, за двадцать лет преподавания не встречал в своем словаре слова «сдаться».

– Мэн Лаоши, я буду мысленно тебя поддерживать, – тот учитель посмотрел на время и сказал: – Ай, больше никаких разговоров, мне нужно в класс.

Очевидно, другие учителя были заинтересованы в этом разговоре и спросили, просматривая домашние задания:

– Лао Мэн, у тебя есть план?

Прямо сейчас, когда Мэн Гоуэй был в глубокой задумчивости, он также читал несколько книг под названием «Как правильно направлять учеников», и это действительно натолкнуло его на мысль.

– Он может сопротивляться учителям. Я попробую способ один на один и найду хорошего ученика, который поведёт его.

Сказав это, Мэн Гоуэй перетянул ещё одну стопку контрольных работ.

Сюй Шэн был не единственным человеком, у которого остались не выданными контрольные документы. Рядом с Сюй Шэном лежала ещё одна стопка контрольных работ, просто причина для её задержания была совсем другой – результаты тестов Сюй Шэна были слишком ужасными, в то время как ответы этой стопки были слишком хорошими и хранились учителем как пример. Было скопировано несколько экземпляров, которые были розданы каждому классу.

За исключением шести баллов, снятых с языковой работы, по всем другим предметам были выставлены полные баллы.

В верхней части стопки контрольных работ в первой строке было написано: Первая предварительная оценка Шестой школы Линьцзян за 2018 год, математика, полный балл 150, балл 150.

Имя тестируемого: Шао Чжань.

______________________

[1] 白驹过隙 [báijūguòxì] – [быстро, как] жеребёнок перепрыгивает через узкую щель. Образно о стремительном беге времени.

Глава 2

Шао Чжань.

Сюй Шэн слышал это имя не менее шести раз за сегодняшний день.

Первые слова, которые учитель каждого предмета сказал, как только вошёл в дверь, были:

– Угадайте, кто лучший ученик в вашем классе в этом году. Забудьте об этом, вам не нужно гадать. Здесь нет ничего неизвестного, но это нужно сказать. Шао Чжань опередил ученика, занявшего второе место, на целых двадцать баллов.

Затем они распространяли около тридцати экземпляров его контрольных работ.

– Посмотрите, как этот ученик решает задачи, а затем посмотрите на себя.

Сначала Сюй Шэн даже не знал, кто такой Шао Чжань. Когда бумаги раздавались с переднего ряда, он протянул руку, чтобы взять их, собираясь просто отбросить в сторону, и случайно увидел слова на копиях.

Не то чтобы он хотел смотреть, просто эти слова слишком сложно игнорировать.

Перо крепкое, а слова написаны немного курсивом. Сам Сюй Шэн тоже писал «скорописным» стилем, но на первый взгляд этот вид скорописи выглядел очень хорошо. Это полностью отличалось от его случайных каракулей.

Уже появились ученики, которые начали его хвалить.

– Почерк Бога Изучения… Даже если бы я практиковался в письме десять лет, я бы не смог писать так. Может ли простой человек написать слова так?

– Сохрани это, – учитель посмотрел на Сюй Шэна, пока говорил. – Я не прошу вас всех писать так, просто надеюсь, что некоторые ученики в нашем классе будут писать достаточно разборчиво, чтобы люди могли их прочитать. Неважно, если вы не знаете, как отвечать на вопросы, вы даже не сможете получить баллы на экзаменах.

Одноклассник Сюй Шэн, который не смог получить баллы на экзаменах, сложил копию экзамена и сунул её в стол.

Школьная жизнь Сюй Шэна всегда была скромной и скучной.

Спать, играть в игры, стоять в коридоре в наказание.

Четвёртой возможности не было.

На последнем уроке учитель биологии заставил его встать, чтобы ответить на вопрос.

Сюй Шэн бросил свой телефон в стол и медленно встал.

– Учитель, я не слышал ясно. Вы можете повторить?

Учитель биологии видел, как этот ученик сидел в углу и играл в мобильные игры, как будто никого не было рядом большую часть урока, и в его животе уже кипел огонь. Они просто сохранили невозмутимое лицо.

– Вопрос в книге. Ты знаешь, на какой мы странице? – учитель биологии попытался сдержать своё настроение и направил его. – Четвёртая страница.

Сюй Шэн взял свой учебник английского языка и пролистал несколько страниц.

– Заполнить бланки?

«……»

Весь класс молчал.

– Ах, – Сюй Шэн, казалось, что-то понял в мёртвой тишине. – Это не урок английского?

Две минуты спустя Сюй Шэн взял свой телефон и зарядное устройство, которые он получил от соседа по столу, и вышел из класса. Он стоял спиной к перилам и встречался со взглядами учеников за открытой дверью соседнего шестого класса.

Его телефон дважды завибрировал.

Это было сообщение от Чжан Фэна.

[Босс, тебя снова наказали?]

[Свали.]

[Сначала я подумал, что, поскольку мы так далеко друг от друга, я не смогу видеть тебя часто, но обнаружил, что могу смотреть в коридор и видеть твоё красивое лицо почти на каждом уроке.]

[Тебе тоже нужно выйти и постоять немного, тогда ты меня будешь лучше видеть.]

[В этом нет необходимости… Мне достаточно махнуть тебе рукой, ты видишь?]

Сюй Шэн поднял взгляд и посмотрел на окно в конце коридора. Рука действительно торчала наружу.

Он снова опустил голову и ответил: [Бля, ты идиот.]

Чжан Фэн снова спросил: [Мы всё ещё идём в интернет-кафе сегодня вечером? То же самое место?]

Прежде чем Сюй Шэн успел ответить, он вышел из окна чата. В его списке недавних контактов виднелась строка с именем «мама».

Сообщение пришло два дня назад.

[Мама: Ты прибыл в школу?]

[Мама: Я позволила тебе остаться дома, но ты не захотел. Посещай занятия как следует, я не буду беспокоить тебя с другими вещами. Если ты действительно всё ещё не можешь учиться, просто без проблем закончи обучение.]

[Мама: Ты уже на втором году. Я заставляю тебя учиться не ради себя. Чем ты планируешь заниматься в будущем?!]

Сюй Шэн взглянул на имя с неизменным выражением лица, а затем ответил Чжан Фэну: [Хорошо.]

Закончив отвечать, он сунул телефон обратно в карман. Он вытянул пальцы и хрустнул костяшками.

Учитель биологии в данный момент что-то писал на доске, он случайно выглянул наружу и обнаружил, что мальчик в коридоре вообще не выполнял своё наказание – стоять должным образом. Лишь прислонялся к перилам, как будто лишён костей, иногда хмурился и отворачивался.

«Дзинь-дзинь-дзинь…»

Прозвенел звонок, сигнализирующий об окончании учебного дня.

Учитель биологии отложил мел.

– Хорошо, класс свободен. Я попросил представителя класса прислать дополнительные вопросы в групповой чат… И тот, кто снаружи, войди, – сказал учитель биологии и снова посмотрел в коридор.

Коридор оказался совершенно пуст и никого не было видно. Сюй Шэн сам себя отпустил при звуке звонка.

Рядом со школой находился старый жилой район. За стенами переулка, выложенными белой и серой плиткой, улица была превращена в торговую улицу с ювелирными магазинами, магазинами закусок… И интернет-кафе, в которое можно попасть без удостоверения личности.

Интернет-кафе было скрытым, и в него можно попасть только через чёрный ход небольшого ресторанчика на втором этаже и через стеклянную дверь.

Сюй Шэн - частый посетитель этого интернет-кафе.

Чжан Фэн не жил в общежитие. После того, как он собрал свою сумку и прибежал с друзьями, Сюй Шэн уже заказал компьютер в самом углу. Этот большой босс даже не играл сейчас в игры. У него были одеты наушники, и, поставив одну ногу на край стула, он свернулся калачиком, когда смотрел фильм.

– Что это, почему нет сюжета? – Чжан Фэн заплатил за место и бросил сумку на пол. Ожидая, пока компьютер загрузиться, он подошёл к экрану Сюй Шэна. Спустя долгое время он понял, что не может понять, что смотрит, и вынужден был посмотреть на название. – … Сила искусства BBC. Бля, документальный фильм?

Сюй Шэн перетащил мышь к полосе выполнения.

Чжан Фэн задал душевный вопрос:

– Ты смотришь это в интернет-кафе? Почему бы тебе просто не посмотреть новости?

Сюй Шэн даже не выглядел так, будто всерьёз смотрел документальный фильм. Он сдвинул наушники назад, чтобы легче услышать то, что говорит Чжан Фэн.

– Новости начнутся в 19 часов, еще рано.

Чжан Фэн: «……»

Сюй Шэн выключил документальный фильм.

– Я шучу. Поиграем.

Сюй Шэн сыграл с ними несколько раундов. В середине Чжан Фэну позвонили. Мать ругала его с другой стороны телефона:

– Ты хочешь умереть? Сколько уже времени, но тебя ещё нет дома.

Глаза Чжан Фэна расширились, когда он солгал:

– У меня всё ещё остались вопросы, которые я не понимаю. Я остался, чтобы задать их однокласснику…

Мать Чжан Фэна явно не верила в чушь своего ребёнка.

– Мусор! Твой одноклассник рядом с тобой? Почему я не слышу, чтобы кто-то объяснял тебе задание?

Чжан Фэн был в растерянности и мог только посмотреть на Сюй Шэна умоляющими глазами.

Сюй Шэн сотрудничал с ним, нажимая на клавиатуру, очень убедительно говоря:

– Этот вопрос на самом деле очень простой.

Глаза Чжан Фэна говорили ему: «Если можешь притвориться ещё, просто притворяйся дальше».

Сюй Шэн:

– Я говорю, ты записываешь.

Сюй Шэн даже выглядел так, как будто он серьёзен, конец его предложения растянулся надолго.

– Решение, двоеточие.

Чжан Фэн: «……»

– А потом? – Чжан Фэн долго ждал следующих слов. – … Расскажи мне больше.

Сюй Шэн:

– Тогда мы можем перейти к следующему вопросу.

«……»

К счастью, мать Чжан Фэна не могла слышать, что именно Сюй Шэн говорил по телефону.

– Тогда закончи отвечать на вопросы с одноклассником и приходи пораньше, мама приготовила твою любимую тушёную свинину.

Чжан Фэн убедился в том, что больше не мог тянуть. Прежде чем поднять свой рюкзак и спрыгнуть с компьютерного кресла, он мысленно закричал: «Я мог бы попросить помощи у кого угодно. Даже мог получить куда лучшие школьные знания у босса интернет-кафе, чем у этого парня!»

Чжан Фэн повесил трубку.

– Босс, твои объяснения действительно слишком просты.

Сюй Шэн закончил зачистку позиций противника и сказал:

– Пожалуйста.

– Тогда я вернусь, – сказал Чжан Фэн перед уходом. – И не задерживайся слишком поздно. Учёба только началась, тебя могут поймать.

Сюй Шэн открыл бутылку с водой рядом с ним и издал звук согласия, звучавший крайне небрежно.

– Возвращайся, – сказал Сюй Шэн. – Они меня не поймают.

Сюй Шэн оставался в кафе до темноты. Он досмотрел документальный фильм BBC до конца и немного устал. Он запрокинул голову, снял наушники и собирался пойти к стойке, чтобы купить еды.

Помимо лапши быстрого приготовления, на стойке были такие вещи, как утиные и куриные ножки. Сюй Шэн взглянул на них. У него не было никакого аппетита, и в конце концов он просто взял мятные конфеты в стороне.

После покупки он открыл одну и сунул в рот, прежде чем толкнуть дверь, чтобы подышать воздухом у лестничной клетки.

Он прошёл не более нескольких шагов, как на лестнице раздался грохот из груды всякой всячины.

– Только эта небольшая сумма?

– Мои деньги на завтрак на завтра тоже здесь. На самом деле больше нет… – заговорил мальчик, его голос звучал покорно.

«Бум!»

Снова раздался звук, как будто что-то пинали.

– Мы говорили тебе, что, если на этот раз ты не принесёшь двести, не обвиняй нас в невежливости, – у человека, который всё пинал, был хриплый голос. – Ты хочешь быть побитым?

Подобные интернет-кафе на чёрном рынке были по своей природе зоной повышенного риска.

«Перемешались рыбы и драконы» [1]. В подобном месте в этом нет ничего необычного.

Мятная конфета во рту Сюй Шэна распространяла прохладу. Он прислонился к стене и какое-то время прислушивался, разжевывая леденец на кусочки, прежде чем медленно и спокойно направиться к шумному месту.

Там стояло четыре человека, их волосы были окрашены в неестественный блонд. Они не носили школьной формы, но, вероятно, не являлись учениками шестой школы. Серо-голубой цвет формы за ними был бы очень заметен.

– Извините, пожалуйста, отпустите меня. Завтра, завтра обязательно всё отдам…

После того, как четыре блондина пересчитали в руках около сотни, они посмотрели друг на друга и засмеялись.

– Завтра? Завтра уже будет другая сумма.

Они не могли смеяться слишком долго, потому что как только их слова затихли, человека, держащего деньги, кто-то похлопал по плечу.

– Кто это?!

– Неважно, кто я, – Сюй Шэн вышел вперёд, приобняв человека за плечи. Его манеры были очень братскими, но слова, которые он говорил, совсем другие. – Вы, ребята, слишком шумные.

Хулиган, держащий деньги, повернул голову и замер, увидев Сюй Шэна.

Честно говоря, хотя Сюй Шэн имел печально известную репутацию, это лицо всё ещё могло вскружить голову многим в школе.

Чёрная футболка, тёмно-синие джинсы, серьга в ухе.

Помимо этой одежды, которая, очевидно, указывала на него как на плохого ученика, глаза Сюй Шэна были острыми и строгими. Его брови были слегка приподняты, он казался рассеянным, но в глубине глаз всё ещё виднелся намёк на неконтролируемую дикость. Любой, кто видел его, чувствовал себя так, словно смотрел на проблемного ученика, который часто подвергался наказанию.

Что ещё более важно, по сравнению с ними он выглядел так, будто с большей вероятностью придёт сюда, чтобы украсть деньги у других.

– Ты… – на хулигана, держащего деньги, давила чужая аура, пока он не опустил голову ниже. Он задохнулся: – Ты здесь, чтобы отобрать деньги?

Сюй Шэн рассмеялся.

– Ты сам это сказал.

Сюй Шэн опустил руку, которую положил на чужие плечи, и согнул запястья. Затем он небрежно сказал:

– Сколько всего вы у него взяли? Вы ждёте, чтобы я сделал шаг, или вы сами всё сделаете?

Преступная молодежь: «……»

Четыре блондина в страхе готовы были сбежали.

Лидеру всего шестнадцать или семнадцать лет, и изначально он вышел, чтобы небрежно запугать несколько человек. Найти и сжать мягкую хурму. Как только он встретили кого-то, кто выглядел серьёзнее, чем он, подросток не посмел быть высокомерным.

Больше его ничто не заботило, он прямо вынул из кармана всё, что нашёл, и бросил на пол, сказав:

– Извини, братан, мы не знали, что это твоя территория, – после чего хулиганы побежали вниз по лестнице.

Сюй Шэн наклонился и поднял деньги, разбросанные по полу. Аккуратно сложив их, он присел на корточки.

Человек в форме шестой школы всё ещё дрожал, сидя на полу. Когда он увидел, что Сюй Шэн присел на корточки, его первой реакцией было сказать:

– У меня действительно больше нет денег, правда, нет… ТАТ

Сюй Шэн: «……»

Неужели я действительно выгляжу так, будто очень хочу забрать твои деньги?

Сюй Шэн ничего не сказал и только сунул мальчику в руки пачку денег. Он встал и пошёл обратно. Он бросил всего одну фразу, толкая дверь интернет-кафе.

– В будущем не приходи в такие места.

Сюй Шэн оставался в интернет-кафе почти до 21 часов, прежде чем уйти.

Снаружи было уже совсем темно. Фонари по обеим сторонам дороги тянулись вдоль улицы.

Школа закрывала свои двери в 18:30. Общежития были открыты до 22. Но если нельзя войти в кампус, они могли быть открыты до рассвета, и от этого всё равно не было никакой пользы.

Сюй Шэн сделал знакомый крюк к задней части школы.

Чёрный вход в школу находился прямо рядом с общежитием. Он был закрыт круглый год. Толстая железная цепь привязана к ржавым железным воротам, и вся стена окружала общежитие мальчиков. Ближе всего к стене находились комнаты второго года обучения в старшей школе. Они почти прямиком смотрели на чёрный вход.

Он наступил на камень под стеной и подтянулся. Юноша был высоким и с длинными ногами, вскочить на стену оказалось несложно. Он согнул спину и вытянулся по дуге, отпустил руки и опустил ногу, готовясь спрыгнуть…

Но увидел человека, шедшего с другой стороны.

Парень был очень высокого роста, его рюкзак болтался на плече. Рукава школьной формы были закатаны, обнажая половину запястий. На его теле серо-синяя форма, занимавшая третье место во всем округе, необъяснимым образом выглядела совсем иначе.

Они находились слишком далеко, и его лицо было нечётким. Только когда он прошёл под уличным фонарем, Сюй Шэн обнаружил ещё более серьёзную проблему.

Он тихо выругался.

Блядь.

Его удача была слишком плохой.

Его непревзойдённый рекорд прыжков через стену, чтобы покинуть школу, не попав в ловушку, сегодня будет уничтожен.

______________________

[1] 鱼龙混杂 yúlóng hùnzá – «перемешались рыбы и драконы». Образно в значении: всякий народ попадается, тут есть и честные люди, и подонки общества.

Глава 3

Без разрешения покинуть школу и вернуться, перебравшись через стену, – тяжкое преступление. Оно было выделено жирным шрифтом на первой странице правил школы. Те, кто нарушил правила, будут наказаны и должны будут пройти дисциплинарное взыскание перед всей школой.

Хотя Сюй Шэн часто нарушал правила, его редко ловили. Если не было окончательных доказательств или свидетелей, он мог просто запутать. Он мог открыть глаза и говорить чушь о том, что он никогда не делал ничего подобного, и учителя тоже не смогли бы ничего сделать.

В первый год старшей школы его отношения с учителями можно было даже назвать хорошими.

Хотя упоминание имени «Сюй Шэн» вызывало головную боль у учителей, которые это слышали, его отношения с другими были весьма замечательными. Они даже могли его эмоционально отругать.

Раньше он входил и выходил из офиса много раз, с ним было трудно не познакомиться.

Как бы то ни было, Сюй Шэн не боялся этого дела, просто это всегда доставляло хлопот.

Сюй Шэн наполовину сидел на стену, собираясь прыгнуть, но не был готов к прыжку.

Ночью стрекотание цикад медленно стихало после летнего вечера. Уличные фонари дольше растягивали тени. Молодой человек на вершине стены держался за край одной рукой, некоторое время колебался, прежде чем наконец спрыгнуть вниз.

– Ты ничего не видел, с этой стены тоже никто не спрыгнул, – Сюй Шэн отряхнул руки и пошёл вперёд, используя не подлежащий обсуждению тон голоса, когда он сказал: – … Понял?

Когда он подошёл ближе, Сюй Шэн смог ясно увидеть, как выглядел этот человек.

Он оказался немного выше него.

На нём была школьная форма очень, одетая очень чопорно и аккуратно, пуговицы застегнуты до самого верха. Это слишком прилично… Но разве форма старшей школы №6 действительно выглядела так хорошо? Мысли Сюй Шэна отклонились.

Кроме этого, было только одно слово. Холодный.

Холодность исходила не от взгляда, а от необъяснимого темперамента, который отталкивал людей на тысячи миль.

На самом деле, этот человек был довольно красив. У юноши глубокие глаза и двойные веки. Чёрная челка покрывала его лоб, создавая холодную ауру. Сюй Шэн признавал, что его собственные эстетические стандарты были относительно высокими. Во всей школе единственными людьми, которые могли заставить его признаться в том, что «вы довольно симпатичны» кому-либо, кроме него самого, были случайные учителя и начальство, и именно тогда он просто хотел стратегически подлизываться к ним.

Однако этот человек вообще не посмотрел на него и прошёл мимо в здание общежития.

Дядя общежития услышал шум и толкнул окно. Он был хорошо знаком с учеником, который носил школьную форму, и тепло поприветствовал:

– Ты вернулся? Дома всё в порядке?

– Да, – даже его голос был холодным, но также немного низким.

– Это хорошо, – дядя из общежития открыл дневник и передал ему ручку. – Вычеркни дни отпуска, подпиши, и тогда можешь идти наверх.

– Дядя, – сказал старшеклассник, закончив подписывать. – Есть ещё кое-что.

– Экраны окна общежития снова разбиты? – сказал дядя из общежития. – Ай, за последние несколько дней многие люди пришли сообщить мне об этом. Я передал в школу, сказали, что ремонт займет несколько дней.

– Не то.

Сюй Шэн только ступил на первую ступеньку, когда услышал, как школьная форма сказал:

– Тот, кто вон там, без школьной формы.

Следующее предложение было:

– Он только что вошёл через задние ворота.

«……»

Сюй Шэн чуть не упал.

Слова уже были сказаны, дядя в общежитии не мог не понять. Он взял дневник и хлопнул им по столу, крикнув:

– Ученик не в школьной форме, пожалуйста, подойди.

Две минуты спустя дядя в общежитии затащил Сюй Шэна в гостиную.

Школьная форма даже стоял рядом с ним.

Как будто его судили, а школьная форма – присяжные.

Дядя из общежития с грохотом захлопнул дверь. Казалось, что в эти дни ему нечего было делать, и теперь, когда он поймал кого-то, он собирался судить его должным образом.

– Кто будет говорить первым? Что случилось? – дядя из общежития пододвинул пластиковый табурет и сел перед ними обоими, затем повернулся к Сюй Шэну. – Он сказал, что ты перебрался через чёрный ход?

Череда проклятий взорвалась у него в голове.

Если бы его оценка по английскому была приемлемой, он мог бы даже проклясть тысячу слов на других языках.

– Что ты имеешь в виду? – тихо спросил Сюй Шэн. – Разве мы не договорились?

Школьная форма повернулся и внимательно посмотрел на него. Сюй Шэн услышал его голос, спокойный и холодный, бесстрастный, когда он возразил:

– Мы?

«……»

Блядь!

Дядя в общежитии продолжал:

– Я задаю тебе вопрос. Ты перепрыгнул?

У Сюй Шэна не было выбора, и он мог только издать звук признания.

Дядя из общежития:

– Зачем ты перепрыгнул через стену?

Сюй Шэн ломал голову и наконец нашёл прилично разумный ответ.

– Чтобы избавиться.

Дядя из общежития:

– Зачем тебе нужно уходить из школы? Чтобы расслабиться?!

Сюй Шэн:

– Слишком сильный школьный стресс.

Если бы Мэн Гоуэй или кто-либо из других учителей в отделе старшей школы услышал эти слова, у них бы сразу же случился срыв: Какой у тебя школьный стресс? Что ты узнал, чтобы взялся этот стресс?

«……» – мрачно посмотрел на него дядя из общежития, – Даже если в школе много стресса, ты не можешь просто перелезать через стены, когда захочешь. Если бы все ученики были такими, как ты, то в школе не было бы порядка.

Под карнизом людям приходилось склонять голову [1]. Сюй Шэн вздохнул.

– Вы правы.

– Сегодня ученики действительно не относятся серьёзно к школьным правилам. Это третье правило: ученики должны строго соблюдать комендантский час, установленный школой!

Дядя из общежития хотел процитировать школьные правила, чтобы преподать этому ученику урок и убедиться, что он полностью понимает свою ошибку, но в школе было много правил, и невозможно прочесть их все прямо сейчас. Он застрял в процессе изложения правил.

– Нет… Э-э, нет…

За него продолжил низкий холодный голос.

– Запрещается перелезать через стены и безрассудно входить в школу и выходить из неё. Те, кто покинет школу, нарушив указанное выше правило, будут наказаны в зависимости от степени тяжести своих действий.

Сюй Шэн вздохнул в глубине души, гадая, откуда взялся этот лучший образец.

Он выучил наизусть школьные правила.

– Дядя, – школьная форма, похоже, не хотел там стоять. После того, как он заговорил, он посмотрел на часы на своём телефоне и спросил: – Могу я пойти?

Отношение дяди общежития к нему сильно отличалось от его отношения к Сюй Шэну. Для одного он был нежным и тёплым, как весенний день, а для другого… Сюй Шэн просто другой.

Дядя общежития улыбнулся.

– Конечно, конечно, продолжай. Вернись и проверь окно, если есть какие-то проблемы, сообщи мне завтра.

Сюй Шэн почувствовал, что настроение дяди общежития сейчас не слишком плохое, и тоже спросил:

– Я тоже могу пойти?

Улыбка на лице дяди тут же исчезла.

– Оставайся здесь. Я ещё не закончил с тобой общаться.

«……»

Сюй Шэн потратил ещё пять или шесть минут, прежде чем дядя, наконец, вздохнул и помахал рукой.

– Хорошо, я не буду усложнять тебе жизнь. Просто следуй правилам, вернись и напиши дисциплинарный обзор из 500 слов… Ты писал какие-нибудь обзоры раньше?

Дисциплинарные проверки сами по себе были мелочью, но у школы №6 было особое правило, согласно которому количество слов в дисциплинарных проверках увеличивалось, а это означало, что первое – 500 слов, а второе – 1000 слов.

Поскольку Сюй Шэн не носил школьную форму в первый год обучения, количество написанных им многочисленных больших и малых дисциплинарных обзоров уже составило более шести или семи.

По сути, это означало, что сегодня вечером ему придется написать дисциплинарный обзор из 3000 слов.

Сюй Шэн заставил себя не думать о виде спины школьной формы, когда он уходил, на случай если он действительно собирался сделать что-то вроде запугивания своих одноклассников.

– У меня… я довольно опытен.

Однако Сюй Шэн не мог оставить это в покое. Он толкнул дверь, его рука задержалась на дверной ручке на две секунды, прежде чем отпустить её.

– Дядя, этот человек только что.

Дядя общежития: «?»

Сюй Шэн изо всех сил старался сохранять спокойствие в голосе.

– Кто он, как его зовут, из какого он класса, какой у него номер комнаты в общежитии.

Дядя в общежитии не ответил после того, как Сюй Шэн закончил говорить. Сюй Шэн заставил себя сохранять спокойствие. Он снова открыл дверь и сказал:

– Забудьте, не говорите мне. Боюсь, я не смогу себя контролировать.

Дядя из общежития, который все больше сбивался с толку, чем больше он слышал: «??»

Сюй Шэн всю ночь писал дисциплинарный обзор. Это самодовольное слово видел он и никто другой. Начало обзора началось с искренне написанного «Бля». После того, как написал, он даже сдержанно зачеркнул.

Из-за этого обзора Сюй Шэн пошёл спать только в 2 часа ночи. Проснувшись на следующий день, он пропустил утренние самостоятельные занятия. Когда он схватил обзор для дисциплинарных проверок и направился к выходу из общежития, пришло время для церемонии поднятия флага.

Гимн заиграл с поля.

Красный флаг с пятью звездами поднялся на самый верх, плывя на ветру.

Сюй Шэн прошёл несколько классов, прежде чем увидел силуэт Мэн Гоуэя, стоящего с руками за спиной.

– Лаоши, я опоздал.

Мэн Гоуэй был грубо разбужен утром первым делом из-за звонка начальника отдела дисциплины.

– Сюй Шэн из вашего класса был пойман, перепрыгивая через школьную стену. Это серьёзное нарушение школьных правил и его нужно правильно воспитывать! Он должен представить свой отзыв всей школе!

Он действительно не думал, что этот ученик может вызвать столько неприятностей за такой короткий промежуток времени.

– Ты не опоздал, – Мэн Гоуэй в этот момент чувствовал себя на удивление спокойным. Вероятно, потому что, когда ситуация стала экстремальной, пришлось действовать в обратном направлении. – Ты пришёл как раз вовремя, чтобы прочесть свой дисциплинарный обзор.

«……»

Сюй Шэн также не ожидал такой реакции Мэн Гоуэя.

– … У вас сегодня довольно хорошее настроение?

Мэн Гоуэй:

– Когда люди находятся в ситуации крайней грусти, они часто не плачут.

На платформе для поднятия флага представитель студентов взял микрофон и начал сообщать о дисциплинарных предупреждениях.

– Сюй Шэн из седьмого класса нашей школы нарушил школьные правила, прыгнув через школьную стену, чтобы войти и выйти с территории школы. Это плохое поведение. Ученик Сюй Шэн, пожалуйста, выйди на сцену и представь школе свой отзыв.

Как только это предложение было произнесено, вся школа взорвалась шумом.

Для них новый школьный семестр только начался. Сегодня, не считая первых двух дней предварительной оценки и рассмотрения статей, был первый официальный день.

И школьный тиран должен был прочитать новый отзыв в первый день нового семестра.

– Это слишком потрясающе, – тихо сказал кто-то. – Что это за скорость?

На самом деле, Сюй Шэн тоже был очень удивлён. Он всегда знал, что делал. Если бы не тот неизвестный ученик в тени за его спиной, он бы не попал в положение написания дисциплинарного обзора.

Таким образом, все учителя и ученики смотрели на этого мальчика, выходящего на сцену перед тысячей людей. Хотя сейчас было раннее утро, солнце залило травяной покров горячим слоем золота.

На нём была свободная футболка, когда он вышел на сцену.

Сюй Шэн взял микрофон у стоящего рядом ученика. Микрофон издал короткий оглушительный визг, а затем странный, скромный и небрежный голос мальчика последовал за «эй», а затем «Дорогие учителя и ученики».

Все думали, что дисциплинарная проверка началась.

Но тон голоса внезапно изменился.

– На этот раз моя дисциплинарная проверка может быть немного дольше. Перед тем, как прочесть её, я хочу дать совет руководителям школы.

Сюй Шэн нарушал сценарий. Он даже не открыл дисциплинарный обзор.

– Можем ли мы установить верхний предел количества слов для отзыва? В противном случае я когда-нибудь наберу тридцать тысяч слов. Для меня это не имеет большого значения, но другим ученикам всё равно нужно ходить на занятия.

Мэн Гоуэй внезапно осознал. В ситуациях крайней грусти человек не только не проливает слезы, но у него останавливается дыхание и сердцебиение. Он подождал, пока Сюй Шэн спустится со сцены, затем глубоко вздохнул и сказал:

– Сюй Шэн – приходи ко мне в кабинет, прежде чем идти в класс.

Вчера вечером Мэн Гоуэй всё ещё готовился к своему плану «один на один».

У Шао Чжаня из их класса был отличный характер. Учителя и ученики считали его хорошим учеником, родители думали, что он их ребёнок из другой семьи. Если бы Сюй Шэн мог больше общаться с этим лучшим учеником, то после одного семестра влияния он определённо открыл бы истинный жизненный путь и скорректировал бы свои взгляды и ценности в учёбе.

Плохих учеников не было, только учителя, которые не работали усердно.

Таким образом, ещё до того, как Сюй Шэн простоял в кабинете учителя три минуты, он заметил, что то, о чём Мэн Гоуэй хотел поговорить с ним, отличалось от того, чего он ожидал.

Мэн Гоуэй отругал его, как обычно, но быстро сменил тему, закончив ругать.

– Вы все только что разделились на классы, ты ещё не знаком со своими одноклассниками?

Сюй Шэн подал обзор о дисциплинарной ответственности. Мэн Гоуэй взглянул на него. Он был исписан неразборчивыми каракулями. Он понятия не имел, как Сюй Шэн вообще прочитал оттуда. Первое вычеркнутое слово «бля» было написано очень хорошо.

После того, как Сюй Шэн вручил его, он сказал:

– Не совсем… «Не совсем знаком».

Прежде чем он успел даже сказать слово «знаком», Мэн Гоуэй заговорил снова.

- Если ты с ними не знаком, не беда. При общении с другими учениками должна быть проявлена инициатива, активно участвуй и больше с ними разговаривай, тогда вы станете более знакомыми. Пойдём, я познакомлю тебя с Шао Чжанем из нашего класса.

Шао Чжань.

Это имя произвело впечатление на Сюй Шэна.

Это тот ученик, которого Чжан Фэн бесконечно упоминал из-за того, что он не может увидеть. Ученик, который опередил второе место в классе на целых двадцать баллов.

Но это звучало неправильно.

Познакомьте кого с кем?

Мэн Гоуэй сделал глоток воды, как будто он был готов говорить три дня и три ночи.

– Шао Чжань из нашего класса…

Мэн Гоуэй и Сюй Шэн придерживались двух совершенно разных направлений мысли. Сюй Шэн подумал, что вчера он выразился предельно ясно: «Если вы не возражаете, я не буду вас раздражать. Все счастливы».

Если бы это было поручено другому учителю, они бы точно не беспокоились о том, чтобы иметь дело с ним.

Хотя Сюй Шэн точно не знал, что у Мэн Гоуэя в рукаве, он выпрямился и прервал его:

– Я не хочу узнавать его поближе.

Его слова явно пришли слишком поздно.

Позади него раздался голос:

– Разрешите обратиться.

______________________

[1] 人在屋檐下不得不低头 [rén zài wūyán xià bùdébù dītóu] – досл. человек не может не склонить голову под карнизом. Образно о подчинении вышестоящим; о непреодолимых обстоятельствах, вынуждающих покориться.

Глава 4

В это время в учительской находилось множество людей. Все они являлись представителями класса, которые ворвались сразу после церемонии поднятия флага, чтобы передать домашние задания, но этот голос действительно было сложно пропустить, как внезапный прохладный ветерок в середине жаркого летнего дня.

Помимо того, что его сложно не заметить, также появилось ощущение знакомства, до такой степени, что Сюй Шэн мог очень отчётливо слышать слова «разрешите обратиться» в этом месте, которое было столь же шумным, как супермаркет.

– Ты пришёл как раз вовремя, – Мэн Гоуэй поставил стакан воды. – Уже собрал все задания?

– Не хватает одного.

Сюй Шэн небрежно опустил глаза, сначала он увидел угол серо-синей школьной формы, а затем человека рядом с ним, который положил на стол стопку заданий. В результате Сюй Шэн поднял глаза на пару сантиметров и увидел перед собой руку с чётко очерченными суставами.

Кости запястий выдавались, а пальцы были очень длинными.

Мэн Гоуэй хотел спросить, чьё задание пропущено, но, посмотрев на ученика, который только что сошёл со сцены после дисциплинарной проверки, понял, что этот вопрос даже не нужно задавать, поэтому сказал:

– Ты просил отгул вчера, так что не очень хорошо знаком с людьми в классе. Так уж получилось, что человек, который не сдал своё задание, находится прямо здесь, вы двое… познакомьтесь друг с другом. Это также упростит сбор заданий в будущем.

– Я никогда не выполняю задания. От этого знакомства никому не будет проще.

Когда Сюй Шэн заговорил, он увидел сбоку праведное выражение Бога Изучения. Шао Чжань просто случайно посмотрел в его сторону. Четыре глаза встретились, и слова «есть ли что-нибудь ещё», оставшиеся у него во рту, изменились.

– … Так это ты?

Это всё ещё слишком приличная школьная форма.

Кожа юноши была бледной, а волосы чёрными. Его пять черт были очень выдающимися, и только «держись подальше от меня» исходило от его холодного лица, которое, казалось, смывало часть агрессивности взгляда. Когда он стоял там, всё его существо казалось отделённым от остальных.

Школьная форма Сюй Шэна была такой красивой? На заданный ранее вопрос был дан ответ, потому что он единственный, кто выделялся в учительской, полной людей в школьной форме.

Мэн Гоуэй был вне себя от радости, его восторг не передать словами.

– Вы знаете друг друга?

Больше, чем просто знаем друг друга.

Мы даже общались вечером.

Они ответили почти одновременно:

Сюй Шэн:

– Знаем.

Шао Чжань:

– Я его не знаю.

Сюй Шэн: «?»

Заявление Шао Чжаня было сказано без единого колебания, до крайности холодным тоном.

Мэн Гоуэй был немного сбит с толку этими двумя, задавшись вопросом, действительно ли они знали друг друга или нет.

Сюй Шэн не понимал, в каком настроении он в данный момент. Он полночи делал дисциплинарный обзор, скрипя зубами, когда писал его. Он подумал про себя, что, если бы знал, кто сделал это с ним, то мог бы броситься к нему в комнату посреди ночи, чтобы хорошенько побить. Но другой участник этого события даже не вспомнил его.

– Здание общежития, дисциплинарный обзор в три тысячи слов, – сказал Сюй Шэн. – Или я могу напомнить тебе кое-что более конкретное. Стена.

Вчера Шао Чжань взял выходной и вечером примчался в школу на машине. Добравшись до входа в общежитие, он увидел, как кто-то перелезает через стену. Ему было всё равно, кто именно перелезет. Многие люди входили и выходили из здания общежития, и некоторые из них переоделись в школьную форму после того, как вернулись в свои комнаты. Только сейчас он соединил человека, стоявшего перед ним, с человеком, сидевшим в другом ряду от него, который ранее поднялся на сцену и вызвал фурор в школе с первой же фразой, слетевшей с его губ.

Шао Чжаню явно не о чем говорить с ним. Он опустил взгляд, чтобы посмотреть на него, и неохотно прокомментировал дисциплинарную проверку.

– Твой отзыв был написан достойно.

Сюй Шэн: «……» Тебе нужно это комментировать?

Нынешнее настроение Сюй Шэна теперь звучало как «чёрт возьми!».

Мэн Гоуэй не мог этого понять и решил перейти прямо к делу.

– Замечательно, если вы двое действительно знаете друг друга. Тут такое дело. В классе есть несколько учеников, которые подали заявку на смену места. Я планирую немного скорректировать схему рассадки, и мой предварительный план состоит в том, чтобы вы двое сели вместе. Есть ли у вас возражения?

Двое из них снова заговорили одновременно:

Но на этот раз всё было в полном согласии.

– Да.

– Да.

Сюй Шэн действительно не мог больше оставаться в кабинете. Перед ним был новый классный руководитель с непостижимыми мыслями, пытавшийся познакомить его с новыми одноклассниками, а рядом с ним был одноклассник, который накануне заставил его облажаться.

Он боялся потерять всякий разум.

– Учитель, одноклассник Шао Чжань и я, – Сюй Шэн не знал, как это выразить, и наконец выдохнул: – Мы чертовски несовместимы.

Мэн Гоуэй: «……»

– Есть родство между людьми. Твёрдые дыни не будут сладкими [1]. Я сейчас довольно хорошо лажу со своим соседом по парте. Мы очень нежно любим друг друга, и атмосфера очень гармоничная. У нас похожие цели. Я сплю, пока он слушает урок. Мы не мешаем друг другу.

Мэн Гоуэй попытался перебить его.

Сюй Шэн имел ещё одну точку зрения.

– Принуждение к товариществу между учениками не принесёт никаких хороших результатов.

«……»

Чем больше Сюй Шэн говорил, тем больше он чувствовал, что то, что он сказал, было странным, поэтому он сменил тему, просто распахнув дверь учительской:

– Я уже написал дисциплинарный обзор. Что касается наказания, делайте всё, что хотите. Если больше ничего нет, я вернусь в класс.

Это второй раз, когда Сюй Шэн задушил Мэн Гоуэя таким образом. Такое отношение явно было отказом от общения и не дрогнуло как перед жесткими, так и перед мягкими методами. Он хотел научить его, но не мог найти даже слабого места, чтобы ударить по нему.

Один ушёл, оставив другого позади. Мэн Гоуэй собрал своё настроение, прежде чем спросил Шао Чжаня:

– Ты тоже не хочешь быть его соседом?

– Да.

Мэн Гоуэй столкнулся сегодня с двумя стенами подряд, полностью остановившими его импульс.

– Могу я узнать причину?

Причины Шао Чжаня были гораздо более реалистичными. Он просто думал, что смена мест доставит неудобства, и он не заинтересован в знакомстве с кем-либо.

– Это неприятно.

Планы Мэн Гоуэя ещё не сделали первого шага, как уже скончались.

Честно говоря, с точки зрения Мэн Гоуэя, по сравнению с утверждением, что с Сюй Шэном нелегко ладить, на самом деле трудно ладить было именно с Шао Чжанем.

Впервые Мэн Гоуэй встретил Шао Чжаня в первый год его обучения в средней школе. Хотя он не преподавал в первых классах, Шао Чжань представлял среднюю школу на академическом конкурсе.

Записавшись на олимпиаду по математике, он начал заниматься по вечерам. Он был единственным первокурсником за всю научную конференцию. Мэн Гоуэй подошёл к соревнованиям с духом победы и специально подготовил для него набор базовых задач для соревнования.

Но юноша просидел в заднем ряду меньше десяти минут, прежде чем поднял руку и подошёл со своей бумагой. Он хлопнул перед ним заполненный лист.

– В следующий раз вам не нужно специально готовить мне базовые задачи для соревнований.

Срок подготовки к соревнованиям составил более месяца. Он приходил и уходил сам. У него не было ни с кем плохих отношений, но и хороших тоже. Его взгляд на экзаменационные работы был намного теплее, чем взгляд на людей на всей конференции.

Мэн Гоуэй сделал паузу на две секунды и решил изменить угол подхода.

– Тогда все в порядке. Есть ещё кое-что. Тебя вчера здесь не было, и мы ещё не закончили выбирать участников классного комитета. Тебе нужна какая-то должность?

– Я должен готовиться к соревнованиям позже. У меня может не хватить на это времени.

Шао Чжань опроверг слова Мэн Гоуэя.

Но Мэн Гоуэй так легко не сдавался. Он похлопал себя по бедру и сказал:

– Какое совпадение, позиция, которую я оставил для тебя, не требует много времени и энергии.

Шао Чжань понял, что классный руководитель был полон решимости сделать его членом классного комитета.

– Тогда скажите, пожалуйста.

Мэн Гоуэй радостно сообщил:

– Просто в нашем классе нет дисциплинарного комитета!

– Это не займёт много времени, правда? Прекрасно, ты можешь управлять Сюй Шэном… а, нет, когда ты будешь отвечать за дисциплиной, сосредоточься на ученике Сюй Шэне в нашем классе.

Он может использовать различные методы, чтобы время от времени пропускать занятия, перелезать через стену, чтобы выбраться из школы, не оставаться ночью в общежитии, драться вне школы…

Когда Сюй Шэнь вернулся в класс, он не знал, что Мэн Гоуэй спрятал за спиной козырную карту.

Когда Чжан Фэн услышал, что Бог Изучения придёт сегодня в класс, он прислонился к окну седьмого класса, чтобы наблюдать после утренней зарядки. Сюй Шэна не было, поэтому он нашёл его соседа, чтобы поговорить с ним.

– Юн Ши, почему я каждый раз ищу Бога Изучения? Неужели у нас нет общей судьбы?

Соседом Сюй Шэна был мальчик в очках. Он выглядел учёным и слабым, а его прозвище было Юн Ши [2]. Помимо того факта, что его имя было «Юн», это ещё и потому, что он осмелился сесть рядом с Сюй Шэном и даже пережил последние два дня.

Ли Минюн вовсе не был храбрым. Поскольку автобус сломался, он опоздал на занятия. У него не было иного выбора, кроме как сесть рядом с Сюй Шэном.

В тот момент, когда он вошёл в седьмой класс, он почти сразу же хотел закончить свою школьную карьеру.

Ли Минюн также испытывал благоговение перед другом этого школьного тирана.

– Бог Изучения пошёл в учительскую. Ты можешь вернуться на следующей перемене.

– Почему у тебя дрожит голос? Ты сидишь за одним столом с нашим боссом. Каково это?

Его сосед Ли Минюн, которого только что описал как «мы очень нежно любим друг друга, и атмосфера очень гармоничная; у нас похожие цели» Сюй Шэн в учительской подумал про себя: «Я хочу бросить школу».

– Во-первых, наш босс не избивает людей, а во-вторых, очень редко ругает их. Он очень искушённый, – сказал Чжан Фэн. – Тебе не нужно так бояться.

Когда он говорил, Сюй Шэн как раз подошёл к окну. Он не вошёл в класс и встал рядом с Чжан Фэном, прислонившись к окну, и спросил:

– Бояться чего?

– Мы говорим о тебе. Кажется, твой сосед изрядно тебя боится.

Сюй Шэн не имел ни малейшего намёка на самосознание. Он был уверен, что ничего не делал за последние несколько дней. Если он не спал во время урока, значит, он играл на своём телефоне. Когда он в наказание вышел наружу, он создавал для своего соседа совершенно тихую обстановку для учёбы. Вот почему его заявление Мэн Говею не было полной ложью.

– Мои отношения с соседом по парте довольно хорошие.

Сюй Шэн сказал это, а затем спросил:

– Верно, Ли Юн?

Ли Минюн: «……»

Чжан Фэн:

– Его зовут Ли Минюн. Даже такой, как я, из далёкого класса запомнил это. Что с тобой?

Сюй Шэн потёр нос и уклонился от темы. В то утро он был так занят, что ещё ничего не ел. Теперь, когда он подумал об этом, он понял, что голоден.

– У тебя есть еда?

Чжан Фэн достал из кармана пачку сигарет.

Сюй Шэн взглянул на него.

Чжан Фэн ответственно засунул сигареты обратно. Этот тиран из Шестой средней школы не курил. Курение ему тоже совершенно не подходило.

Чжан Фэн некоторое время порылся в кармане, прежде чем вынул леденец.

– У меня есть только это. Я получил его, когда покупал сигареты, чтобы округлить цену. Ты не завтракал?

– Я был слишком сосредоточен на написании дисциплинарного обзора вчера вечером и проспал сегодня утром, – Сюй Шэн упирался локтями в подоконник. Протянув руку, чтобы взять леденец, он развернулся и распаковал конфету спиной к окну. – Почему ты снова слоняешься у седьмого класса?

Прежде чем Чжан Фэн смог сказать: «Я пришёл посмотреть анекдот. Разве ты не говорил, что тебя не поймают?», прозвенел звонок, и он поспешно пошёл назад.

– Я больше не буду болтать. Следующий урок – это класс Лао Ли. Если я опоздаю хоть на секунду, он сдерёт с меня шкуру.

Сюй Шэн сунул руку в карман и небрежно помахал ему, прежде чем войти в класс с леденцом во рту.

Он сел на стул, прежде чем, наконец, сообразил, что должен выяснить, что это за урок. Он откинулся назад и прищурился, но обнаружил, что угол доски закрыт человеком. Всё, что он мог видеть, это школьная форма с застёгнутыми до верха пуговицами. Над ней был юношеский кадык, чёрные волосы и холодное выражение лица.

Только когда Шао Чжань подошёл к заднему ряду и отошёл от доски, Сюй Шэн ясно увидел, что на доске написано слово «математика».

Сюй Шэн жевал леденец во рту. Он остался в позе, откинувшись назад, скрестив ноги, и опустил голову, чтобы пролистать книгу под столом. Его книга выглядела так же, как когда он принёс её впервые. Он даже не написал своё имя на первой странице.

Когда он перевернулся, то услышал крик удивления, после чего весь класс начал шептаться.

Сюй Шэн не поднял глаз и не заметил, что солнечный свет из окна был перекрыт человеком. Первоначально вся его фигура грелась на солнце, но теперь погода внезапно стала пасмурной. Даже стол был отброшен тенью.

Его заставили поднять голову.

Шао Чжань обогнал учеников в первых рядах и не вернулся прямо на своё место. Он перешёл на другую сторону прохода и немного наклонился. Два пальца сжали леденец, торчащий изо рта Сюй Шэна. Сюй Шэн вздрогнул, и Шао Чжань вытащил белую пластиковую палочку для леденцов.

– Есть конфеты в классе запрещено.

______________________

[1] 强扭的瓜不甜 [qiángniǔ de guā bù tián] – «твёрдые дыни не сладкие». Образно: принуждённо сделанное дело не принесёт желаемых результатов.

[2] 勇士 [yǒngshì] – 1) воин, 2) человек чести и доблести; храбрец; богатырь.

Глава 5

После того, как Шао Чжань сказал это, звуки обсуждения в классе стихли. В классе воцарилась тишина. Когда ученики седьмого класса узнали, что их разделяют на разные классы, они немедленно создали групповой чат класса, в котором на данный момент даже не было учителей. Изначальная цель группового чата заключалась в том, чтобы поплакать с товарищами из-за их дьявольской второй год школьной жизни, а также воодушевить друг друга, чтобы они имели силы жить дальше. Кроме учителей и школьного тирана, не присутствовавших в групповом чате, бога изучения также не было. Тот факт, что бог изучения не был в групповом чате, был полностью из уважения к идолу; никто не был настолько бесстыдным, чтобы добавить его в друзья. Кроме того, Шао Чжань взял выходной, и одноклассники в классе Шао Чжана на первом курсе сказали, что он не читал их групповые чаты в классе. Никто не думал, что это создаст им возможность посплетничать. В этой жуткой тишине кто-то взял на себя инициативу и отправил сообщение в групповом чате класса.

[Студент A]: Вау.

[Студент B]: Что происходит между ними двумя? Не совсем правильно? [Студент C]: У меня есть новости, но я не могу гарантировать, что это правда. Я слышал, как школьный тиран перелез через стену и был пойман богом учебы. [Студент A]: Великолепно. Откуда вы взяли эту новость?

[Студент C]: Человек, отвечающий за общежитие, - второй дядя двоюродного брата одного из моих одноклассников. Я слышал это от него. Хотя связь немного далека, она все же должна быть довольно надежной.

[Студент D]: Тогда разве школьный тиран и учёный бог не спорят друг с другом? Он бог учится, почему школьный тиран осмелился даже выступить против него. Юн Ши, ты знаешь?

[Ли Минъён]:… я не знаю.

[Студент D]: Я не должен оборачиваться. Юн Ши, какова сейчас реакция школьного тирана?

[Ли Минъён]: ... Я тоже не смею смотреть.

[Студент D]: Будьте смелыми! Ты мужчина или нет! Ли Минъён ответил через десять секунд: Реакция… выглядит… несколько опасной. Несколько кусочков конфет, которые Сюй Шэн только что откусил, растаяли у него во рту. Вкус был тошнотворно сладким и пронзил его голову, сразу ошеломив его. После того, как он преодолел свое потрясение, его первой мыслью было: ты, блядь, сумасшедший? Только Шао Чжань вел себя так, как будто ничего не случилось, и бросил пластиковую палку в мусорное ведро позади него. Он выдвинул свое кресло и сел на проход, который был едва достаточно большим напротив Сюй Шэна.

«Почему сегодня так тихо?» Учитель математики вошел с треугольной линейкой. Она думала, что в классе будет полный хаос, потому что опоздала на несколько минут. «Ваше поведение довольно хорошее. Я буду хвалить вас, ребята, перед вашим Лао Мэн ». Учительница математики была довольно молода, ей еще не было 30. У нее были короткие волосы и она была исключительно энергичной. Она положила треугольную линейку и достала мел из шкатулки. Сломав его одной рукой, она сказала: «Давай сегодня займемся вторым уроком. Вы все это предварительно просмотрели, верно? Ребята, вы решили оставшиеся вопросы? " Все листали свои книги, и какое-то время слышны были только звуки переворачиваемых книг. Сюй Шэн использовал все свои логические рассуждения и интеллект, чтобы не броситься сразу же и не спросить Шао Чжаня, сумасшедший он или нет.

Изначально он планировал наверстать упущенное во время занятий, но ему больше не хотелось спать. Он открыл книгу и беспрецедентно последовал за учительницей в ее объяснениях первых двух математических задач. Другой вопрос, понимал он это на самом деле или нет. Приносим извинения за MTL или людей, которым нравится использовать режим чтения, но наши переводы продолжают красть агрегаторы, поэтому мы собираемся вернуть защиту от копирования. Если вам нужен MTL, пожалуйста, введите тарабарщину заново. Сюй Шэн с большим трудом пришел в себя. На полпути к уроку сообщение, которое отправил Чжан Фэн, полностью уничтожило последние части его здравого смысла.

Чжан Фэн: Я слышал, бог исследований украл ваш леденец, чтобы поесть.

Сюй Шэн: ....

Чжан Фэн в настроении человека, который ест дыни: это правда? Как только такой слух распространится, все его вкус изменится. Это могло измениться от деда Сяо Мина, который дожил до 100 лет, на Сяо Мина, у которого не было деда.

Сюй Шэн: Вам, ребята, скучно?

Сюй Шэнь: Он не крал мои конфеты. Сюй Шэн: Он

Сюй Шэн не успел закончить напечатать "он просто сумашедший" прежде чем кто-то ударился о край его стола.

«Телефон», - сказал Шао Чжань. "Убери это." Шао Чжань даже не повернул голову, когда сказал это. Он просто протянул руку и дважды стукнул ручкой по столу, слушая урок. Проход между партами в классе не был достаточно большим, чтобы люди могли пройти, но рука могла пройти. Сюй Шэн сначала испугался, а потом рассмеялся. Он лизнул задние коренные зубы и с грохотом швырнул телефон под стол.

Он чувствовал себя так, как будто, если ему придется терпеть дольше, он действительно сойдет с ума. Когда Сюй Шэн был действительно зол, на его лице обычно появлялись следы улыбки, как в тот раз, когда он угрожал людям за пределами интернет-кафе. На первый взгляд он казался довольно спокойным. "Что с тобой?" Ли Минъён подтащил свой стул и отошел в сторону. Шао Чжань подчеркнул несколько основных моментов математической задачи на своей странице. На самом деле он не хотел иметь дело с этим поеданием конфет и игрой на его стороне. Но поскольку на него настойчиво намекал классный руководитель в офисе, он набрался терпения и сказал: «Никакой болтовни во время урока». Сюй Шэн: «Какого хрена я болтаю с тобой?»

«Если вы не понимаете слова« без болтовни », я изменю свой метод». Шао Чжань выплюнул два слова. "Замолчи." «…» Человек за столом перед ним тоже начал оттаскивать свой стул. Сюй Шэн отказался отступить. Он откинулся на спинку стула и сказал: «Я скажу это только один раз. Не пытайся управлять мной ». Температура упала, и атмосфера стала все более напряженной. «Я тоже скажу это только один раз. Если хочешь, можешь поболтать ». Шао Чжань наконец поднял голову и расслабил руки. Ручка упала. Он сменил тему и холодно сказал: «После разговора верни свои 3500 слов». «…» Сюй Шэну нечего было сказать. «Ты все еще собираешься поболтать?» - спросил Шао Чжань. «Если ты не собираешься болтать, поверни голову и послушай урок». Это был первый раз, когда Сюй Шэн, который пошел по безрассудному и тираническому пути в Шестой школе Линь Цзян, был разбит, покрыт синяками и кровью. На самом деле он никогда не встречал человека, который не боялся бы его и даже имел отношение «меня не волнует, уступите ли вы, вы должны подчиниться мне». По мере того, как слухи становились все более дикими, слух о том, что бог обучения и школьный тиран столкнулись друг с другом, распространился от седьмого класса вниз по коридору до первого класса. В конце концов, не только весь второй год был в шоке, но и вся средняя школа была в лихорадочном состоянии.

Шао Чжао был «знаменитым» иначе, чем Сюй Шэн. С тех пор, как он получил наивысший балл на вступительных экзаменах всей школы, в первый же день его поступления в школу, не говоря уже о целом году, почти вся школа знала, что бог учебы явился в Линьцзян Шестой. . Этот бог учебы тоже был очень красив, просто он был немного отстраненным. Он был студентом номер один. Неважно, был ли это серьезный экзамен или викторина, он никогда не падал с первой строчки. В первый экзаменационный зал часто приходили гости. У входа в школу было все больше и больше плакатов, все - награды. Как бы то ни было, соединить этих двух людей вместе было действительно сложно. Игра по телефону, передача заметок, сон, еда, чтение манхуа; все это было делом для Сюй Шэна в прошлом. Так или иначе, он запомнил довольно много школьных правил до такой степени, что когда Чжан Фэн отправил сообщение с вопросом, не хочет ли он пойти в интернет-кафе ночью, он почти ответил предложением: Студентам запрещено покидать школу. школа после увольнения. Когда Сюй Шэн ответил, школьный звонок уже прозвенел об увольнении. Он отключил портативное зарядное устройство и сказал, вставая: Поехали.

Последний урок был изменен по сравнению с предыдущим и был таким же, как вчера, снова биология. Учитель биологии находился на трибуне, готовил задания и проверял домашнее задание с представителем класса. Учитель посмотрел в сторону и случайно увидел выходящего Сюй Шэна. Вчера она сказала Сюй Шэну прочь. Новая ненависть смешалась со старой. Она впервые видела такого непослушного ученика и решила разобраться с этим как следует. Она серьезно сказала: «Сюй Шэн, подойди сюда ненадолго». Учительница биологии прошла первые несколько рядов столов на своих высоких каблуках и отвела его в конец коридора, где никто не проходил. «Ты снова не сдавал задание?» Сюй Шэн нашел ближайшие перила и прислонился к ним. Он издал звук признания. «Я не знаю, как это сделать». Из соседнего класса выходила толпа. Учитель биологии был так зол, что сказала: «Если ты не знаешь, как это делать, то слушай внимательно в классе! Вы думаете, что просто сказать «Я не знаю» - это нормально? » Слова пошли в одно ухо и вылетели из другого. После того, как они слышали эти слова столько раз, они не причинили ему боли и не чесали его.Он мог даже уделить немного внимания фрескам, висящим на стене коридора. В серо-коричневой рамке был чей-то портрет, под ним была вдохновляющая цитата. Учитель биологии перезвонил ему: «Что ты, черт возьми, собираешься делать в будущем». Учитель биологии заговорил резко. Ее голос повысился, пронзая, как иглы. «В чем разница между вами и теми людьми, которые только едят и ждут смерти… - У вас в голове нет идей, ничего, что вам нравится, вы даже не знаете, чем хотите заниматься в будущем, и просто расслабляетесь. в нескольких днях езды. " Толпа отчисленных студентов более или менее рассеялась. В коридоре никого не было. Сюй Шэн, который всегда был красноречив и непобедим в битвах со своими учителями, не отвечал, что было редкостью.

- Босс, ты где?

- Я уже сыграл три игры, разве мы не договорились встретиться на старом месте?

- Ты идешь или нет.

Чжан Фэн мучительно ждал в интернет-кафе; В конце концов, он отправил последнее сообщение: «Если ты все еще не придешь, моя мама заставит меня пойти домой и поесть!» После того, как Сюй Шэн пришел в себя и понял, где находится, он уже вышел из автобуса. Он постоял возле автобусной остановки некоторое время, прежде чем ответить Чжан Фэну: «Что-то произошло, я не приду». Перед ним была знакомая аллея с очень старомодными зданиями. Несмотря на то, что стены перекрашивали каждый год, все еще оставались старые тяжелые трещины, которые невозможно было закрыть. Ветви и листья платанов по обе стороны дороги теснились. Живые цикады вместе с ветвями и листьями окутывали всю улицу.Сюй Шэн некоторое время шел по дороге. Небо постепенно потемнело. Он остановился в своих шагах. Впереди был небольшой заброшенный склад. Он не знал, какие товары хранились на этом складе в прошлом. Железная дверь давно заржавела. Сюй Шэн просунул руку за воротник рубашки, следуя за неприметным тонким черным шнуром, чтобы вытащить медно-желтый ключ. В его обычном стиле уже было чванство - для него не составляло большого труда носить черный шнур на шее, и никто этого тоже не заметил. Он знал, что дверь трудно открыть. Сюй Шэн одной рукой крепко дернул дверную ручку, прежде чем вставить ключ. Он вынул ключ, и когда он толкнул дверь, он издал пронзительный визг. Площадь этого склада не превышала 20 квадратных метров. По полу было беспорядочно разбросано множество пустых ведер с краской. Длинные балки склада разделяли территорию на длинные колонны. Единственное, что не поместилось на складе, - это мольберт посреди него. Табурета для рисования не было, только полуметровый старый грузовой ящик перед ним для сидения. С обеих сторон лежали груды бумаги для рисования. На стене было несколько схематических рисунков о технике рисования, оторванных от учебников, и несколько страниц эскизов были разбросаны по бокам грузового ящика. На самой верхней странице был рисунок Джулиано Медичи, линии скульптуры чистые и четкие, светлые и темные элементы были чрезвычайно мощными. Сюй Шэн тоже не знал, зачем он сюда пришел. Он закрыл дверь склада, сделал три шага и какое-то время посидел на грузовом ящике, и немного света проникал сквозь потолочные окна и падал на него. Он поставил одну ногу на основание мольберта, глядя на пустой мольберт перед собой. Он вставил в прорезь тупой карандаш 4В.

Как только то немногое, что осталось от света, проникающего через окно, превратилось в ничто, Сюй Шэн внезапно ударил ногой по земле и встал из старого грузового ящика. Он сунул ключ обратно в воротник. Между автобусами было долгое ожидание, один автобус ехал полчаса. После поездки Сюй Шэна ему удалось успеть вернуться к закрытию школы. Если бы это было в прошлом, то это было бы ничто, он мог бы просто перелезть через стену, но теперь он чувствовал паранойю по отношению к стене. И он не знал почему, но его правый глаз начал дергаться. Сюй Шэн смутно испытывал плохое предчувствие. Когда он поднялся по стене в два или три шага, согнув ноги, когда он присел на стену, он увидел знакомую школьную форму и обнаружил, что Бог действительно может играть с ним. «Ты свободен, и тебе нечего делать», - сказал Сюй Шэн и на секунду помолчал, затем глубоко вздохнул и сказал: «… Так ты отдыхаешь здесь специально для меня?» Хотя Шао Чжань временно занял должность в Дисциплинарном комитете в связи с неоднократными мольбами Мэн Гоуэя, ему не было скучно до такой степени. Это было чистое совпадение. «Я не настолько свободен».

Он не был свободен, но он как раз случайно забрался на стену прямо перед ним, так что он не мог оставить ее в покое. Шао Чжань снова сказал: «Спускайся». Если он упадет, это будет означать дисциплинарную проверку объемом 3500 слов. Сюй Шэн планировал вести с ним переговоры, но он не остановил себя полностью с того момента, когда ранее готовился к прыжку, поэтому он потерял равновесие - Шао Чжань только что подошел к подножию стены, когда его зрение побелело. Одежда на теле Сюй Шэна была взорвана ветром, и издалека он выглядел как белая птица. Однако этой птице не удалось избежать силы тяжести, и она с потрясающей скоростью рухнула вниз. Бум! Внезапно небо и ветер поднялись. Откуда-то раздался раскат грома, и все ночное небо засветилось молнией.

Глава 6

Студент ... ты меня слышишь, студент? " «Так странно, почему они еще не проснулись».

«Разве вы не говорили, что с ним не было никаких проблем? Раз с ним все в порядке, почему ты не можешь его разбудить? "

«Все проверил, действительно заметных проблем не было».

«…»

Эти голоса, казалось, исходили из-за фильма и были приглушены, когда доходили до ушей Сюй Шэна.

«Ай, главный учитель Гу, не волнуйся».

«Что ты имеешь в виду, не волнуйся, они вдвоем лежали под стеной и на первый взгляд выглядели как два трупа, как я могу не волноваться! На нем действительно нет никаких признаков драки? Это не сделал ребенок Сюй Шэн? "

Когда он услышал свое имя, Сюй Шэн немного прояснился. Последовала сильная головная боль. Ощущение спазма распространилось на нервные окончания в его мозгу и не исчезло, заставляя его не осознавать, что его имя было немного странным в таких обстоятельствах. Глава года имел фамилию Гу. Это был Гу Яньван из Цзянху. У него была репутация в Шестом Линьцзян, и были заявления, что не было ученика, которого он не мог бы исправить. Пока во время своей педагогической карьеры он не встретил Сюй Шэна. Сюй Шэн дрался с Гу Яньваном весь свой первый год в средней школе. Если Гу Яньван скажет ему идти на восток, он пойдет на запад. Даже отвечать во время дисциплинарной проверки было нормальным явлением. Предложение «Я был неправ, я не обещаю, что не буду повторять этого снова»

привело бы Гу Яньвана в такую ярость, что он ушел.

"Сюй Шэн, тебе лучше, блядь, вернуться сюда. Если я не накрашу твое лицо краской, ты, похоже, не поймешь, почему цветы такие красные. Встань прямо, ты… "

Тем не менее, голос Гу Янвана теперь можно было назвать нежным, используя тон, который Сюй Шэн никогда раньше не слышал, тон, от которого у людей с легкостью побежали мурашки по коже, когда он говорил ему на ухо:

«Дитя…»

Сюй Шэн полностью проснулся.

"Он проснулся, он проснулся. Я же сказал, что с ним все в порядке! "- с приятным удивлением сказал школьный врач. Сюй Шэн открыл глаза и заметил, что лежит в незнакомой спальне. Перед ним было большое лицо Гу Янвана, немного благополучное лицо мужчины средних лет было полно беспокойства.

«Ты знаешь, как я волновался за тебя?»

Сюй Шэн,

«…»

Ты действительно не хочешь шлепнуть меня, чтобы я узнал, почему цветы такие красные, скорее ты волнуешься? Сюй Шэн только что проснулся и все еще был немного ошеломлен. Он понял, что болит место на затылке. Он запоздало подумал: стена не выше двух метров; Максимум, что он мог сделать, это вывернуть лодыжку. Он действительно упал в обморок?Взгляд Гу Янвана стал еще более нежным. «Поторопись и двигай руками и ногами, посмотри, не болит ли что-нибудь. У тебя болит голова? Вам нужно что-нибудь выпить? Мне принести вам чашку воды? "

"Незачем."

Сюй Шэн был потрясен тем, как его балуют. Однако, сказав это, он был шокирован собственным голосом.

Яма Гу: «Этот парень, тебе не нужно быть со мной таким вежливым».

Сюй Шэн, опираясь на каркас кровати, сел.

"Я действительно не хочу пить воду, и я не хочу беспокоить вас, чтобы помочь мне налить напиток".

Если раньше он слышал что-то необычное, то на этот раз он точно подтвердил, что это был не его голос. Сюй Шэн поднял руку, запоздало понимая. Его руки были тоньше, чем у других мальчиков. Когда он был маленьким, его мать всегда говорила, что они как у маленькой девочки. У него даже был период бунтарства, но суставы рук перед ним были длинными и тонкими, пальцы прямые, а кожа холодно-бледная. Взгляд Сюй Шэна опустился на ступеньку ниже. В его видение вошла фирменная школьная форма Шестой средней школы, которую он даже не носил в первый день учебы. Гу Яньван на самом деле подошел и налил ему стакан воды. Он вытащил из-под кулера одноразовый бумажный стаканчик и любезно добавил немного горячей воды в холодную.

«Ты напугал меня. Они позвонили мне, когда я собирался уходить с работы, и сказали, что вы и ... "

Сюй Шэн проигнорировал его. Он резко встал с кровати. На стене комнаты в общежитии висело зеркало, которое, вероятно, оставил студент из предыдущей когорты. Похоже, его использовали не очень часто, и он выглядел немного устаревшим.Он бросился к зеркалу. В зеркале было знакомое, холодное лицо, настолько холодное, что казалось, будто на нем было написано два слова «уходи». Гу Яньван отпустил кнопку подачи горячей воды и закончил последнюю половину своего предложения. «Сказать, что вы и Сюй Шэн лежали на земле. Скажи мне честно, этот парень Сюй Шэн тебя ударил? Мэн Говэй уже трижды обошел комнату в общежитии Сюй Шэна. Его руки были за спиной, и он очень волновался. Ожидая, когда «Сюй Шэн» проснется, он успокоился и успокоил свои эмоции.

"Ты его ударил?"

«Сколько раз я говорил следовать правилам, быть дружелюбным с одноклассниками, как…»

Мэн Говэй с большим трудом произнес эти слова.

«Как вы можете поднять руку? И даже били его, пока они не оказались на земле. В конце концов, вы оба пострадали, что это за обида? " Ударь его? Ударил кто. В тот момент, когда Шао Чжань открыл глаза, его встретили обвинением в «нарушении правил и избиении ученика на землю». Шао Чжань вообще не мог понять, что говорил Мэн Говэй. Он попытался вспомнить последнее, что он видел перед тем, как потерял сознание - это был Сюй Шэн, летевший к нему, а затем врезавшийся в него, его нос сильно врезался в его грудь. Он потерял равновесие, и они оба упали.Как Шао Чжань до этого момента помнил, он чувствовал, что его нос тоже по какой-то причине слегка болит. Через несколько секунд он понял, что боль была настоящей. Мэн Говэй все еще продолжал считать свои проступки. «Ты часто спишь в классе, твои экзамены ужасны, не говоря уже об этом, теперь ты даже прибегал к насилию над своими одноклассниками!»

Шао Чжань,

«…»

У Мэн Гоуэя не было никаких претензий к этой проблемной молодежи, кроме упрямого непроницаемого поведения Сюй Шэна «оставь меня в покое», иногда он имел нахальную улыбку. Что бы вы ни говорили, у него не было мнения, в конце концов, Сюй Шэн был своим учеником. Даже когда он злился, он все еще был немного предвзятым.

"Даже главный учитель Гу был встревожен этим инцидентом, даже директор школы не может вас спасти. Тебе лучше хорошенько подумать." Шао Чжань ясно понял свою текущую ситуацию за короткий промежуток времени в десять секунд. Без сомнения, это была комната в общежитии, но очевидно, что это была не его комната… Он не стал вешать плакаты с манхуа на стены своей комнаты. Кроме того, на его столе не было ни одной тетради. Не говоря уже о том, что одежда на его теле, похоже, принадлежала Сюй Шэну. Обычное преувеличенное поведение Сюй Шэна полностью выражалось через его одежду. Он никогда не носил школьную форму. Этой белой футболке было сложно не привлекать внимание людей.

Мэн Гоуэй: «Каков девиз нашей школы в Линьцзян Шестой школе, что это такое! Это вежливость и гармония! » Шао Чжань прервал его: «Где это место?»

Однажды Шао Чжань сказал это или, скорее, когда раздался ясный, громкий голос юноши, ему даже не понадобился ответ Мэн Говэй. Все его подозрения указывали на самый фантастический и невозможный ответ.

«Ты больше не узнаешь свою комнату в общежитии?»

Мэн Говэй был потрясен на секунду, а затем неожиданно рассердился.

«Не веди себя со мной глупо! Если вы допустили ошибку, признайте это. Мужчинам приходится нести ответственность за свои действия. Вставай, иди и извинись перед учеником Шао Чжанем ».

С другой стороны, Сюй Шэн все еще давал последнюю борьбу. Вся его голова была заполнена лицом в зеркале. Он никак не мог смириться с тем, что, прыгнув со стены, он прыгнул в чье-то тело.

«Гу Янь… Главный учитель Гу, какой сегодня день?»

Гу Яньван, «Среда».

«До какого года развилось человечество?»

Сюй Шэн закрыл глаза, в его голове промелькнуло несколько научно-фантастических фильмов, самым известным из которых был

«Те годы, потерянные в трещинах времени».

«В этом году 2019?»

Гу Яньван был обеспокоен.

«… Сейчас не только 2019 год, вы еще и на Шестом Линьцзян. Мы только что закончили предварительные экзамены, помнишь? Ты слишком сильно ударился головой? "

«…»

Сюй Шэн подтвердил, что это не сон. Гу Яньван наблюдал, как обычно холодный и логичный Шао Чжань вдруг начал говорить чушь, и еще больше возненавидел виновника этого инцидента.

«Сюй Шэн ничего не может сделать, но когда дело доходит до проблем, он всегда на первом месте».

Независимо от того, существовали ли трещины во времени, спал он или нет, у него все еще были свои инстинкты. Когда Шао Чжань последовал за Мэн Гоуэем и вошел в комнату общежития напротив, Сюй Шэн уже разговаривал с Гу Янваном семь или восемь минут. «Моя нынешняя ситуация не имеет к нему никакого отношения, главный директор Гу, вы неправильно его поняли. Я должен очистить имя ученика Сюй Шэна. Хотя он выглядит дико, у него также есть много хороших черт ».

«Не нужно упоминать, что он красивый».

«Конечно, помимо этого, у него также есть много личных качеств, например, его сердце на самом деле очень доброе, и он обычно очень дружелюбен к студентам, он счастлив помогать другим».

То, как Сюй Шэн сказал это, заставляло думать, что это действительно так.

«Ах, да еще он выделяется, он очень уникален. Я очень им восхищаюсь ».

В конце Сюй Шэн сделал простой вывод.

«Итак, этот человек Сюй Шэн не тот, кем вы его думаете».

Гу Яньван слушал в оцепенении.

«Это так…»

Знаем ли мы даже одного и того же человека. Мэн Гоуэй, который только что открыл дверь:

«…»

Шао Чжань, следовавший за ним,

«…»

Кто бы ни был, они не смогут успокоиться в такой ситуации. Шао Чжань только что оправился от грани срыва, но его отбросил Сюй Шэн. Он встал у двери и сказал:

«Ты, выходи».

Сюй Шэн обернулся и обнаружил, что его собственное лицо может выглядеть до такой степени холодным. И Гу Яньван, и Мэн Гоуэй не могли понять, что происходит, но, услышав, как Шао Чжань так хвалит Сюй Шэна, они начали сбиваться с толку. Когда они увидели, что эти два студента, кажется, пребывают в хорошем настроении, они в глубине души подумали, что не должно быть никаких серьезных проблем.

«Хорошо, тогда вам двоим лучше отдохнуть», - сказал Гу Яньван, а затем добавил:

«О да, это вопрос борьбы, я неправильно понял, но вы не можете избежать проблемы, связанной с тем, что вы карабкаетесь по стене. Завтра сдайте дисциплинарный обзор на 3500 слов ».

Шао Чжань замер и только через несколько секунд понял, что Гу Яньван разговаривал с ним. Ему все еще нужно было написать чертов обзор из 3500 слов. В этот момент Сюй Шэн не знал, к кому он должен сочувствовать. В конце концов, они двое отправились в общежитие Сюй Шэна. Только тогда Сюй Шэн понял, что их комнаты находятся напротив друг друга. После того, как они закрыли дверь, они оба стояли лицом друг к другу, желая что-то сказать, но не в силах сказать это. Наконец, Сюй Шэн выпустил проклятие.

«Бля», - сказал Сюй Шэн.

"Что происходит?"

Шао Чжань не мог вынести того, как Сюй Шэн ругался своим голосом.

«Не ругайся».

"Хорошо."

Сюй Шэн неловко поднял руку, чтобы расстегнуть первую пуговицу на школьной форме, затем открыл ящик своего письменного стола и вытащил стопку бумаги формата А4, положив черную ручку сбоку.

«Тогда сначала напишите дисциплинарный обзор».

Шао Чжань посмотрел на свою позу, которая не была похожа на то, что он собирался писать обзор сам.

"Кто это пишет?"

Хотя ситуация была ужасной, он пока не хотел об этом говорить. Сюй Шэн использовал это как возможность отомстить ему за то время у стены. «Кто бы ни был Сюй Шэн, напишет. Если ты думаешь, что ты не он сейчас, тогда выйди на улицу, крикни и посмотри, согласится ли кто-нибудь ».

Глава 7

В комнате Сюй Шэна почти ничего не было, но у него была огромная стопка бумаги формата А4, которая использовалась для написания рецензий. Яма Гу неоднократно сетовал на то, что если бы он смог перенести энтузиазм написания рецензий на учебу, то его средний балл точно был бы выше сорока.Шао Чжань ошарашено смотрел на стопку бумаги формата А4 толщиной 5 см, на мгновение забыв о ненормальной ситуации, в которой они сейчас находились.

- Ты собираешься издавать книги?

Сюй Шэн шлепнул ручку на стол.

- Сначала пиши, потом говори. Шао Чжань успокоился и напомнил ему: - У нас разные почерки. Сюй Шэн знал о своем почерке, как о почерке цыпленка:- У меня простой почерк. Ты можешь просто писать левой рукой, и он будет выглядеть так же дико, как мой.Что бы он ни сделал, расплата обязательно наступит.Шао Чжань использовал написание рецензий, чтобы контролировать его, и он никогда не ожидал, что теперь он будет писать рецензии.Шао Чжань взял ручку и левой рукой криво написал слово "рецензия". Рядом с ним лежала рукопись, которую Сюй Шэн отбросил в сторону, когда писал рецензию, и при первом же взгляде можно было заметить, что почерки почти не отличаются.

"......"

Почерк Сюй Шэна был действительно убедительным.В кампусе проживало не так много студентов второго курса. Кроме некоторых комнат, в которых могли жить два человека, большинство комнат в общежитии, в котором они жили, были одноместными. Шестая школа Линьцзян не навязывала проживание в кампусе, они также старались изо всех сил удовлетворить требования студентов в общежитиях.Шао Чжань сам подал заявку на одноместную комнату, а Сюй Шэн был другого мнения. Так как он любил общаться, он был рад любым соседям, но нужно было, чтобы кто-то был бесстрашным и готовым стать его соседом.В комнате был только один стул. Сюй Шэн не нашел, куда сесть, и сразу сел на кровать, которая стояла недалеко от стола.Поначалу Сюй Шэн все еще беспокоился, что отличник не сможет написать сочинение и испортит его репутацию.

- Ты можешь написать?

Шао Чжань проигнорировал его.Сюй Шэн поднял ногу и положил руку на колено. Если бы речь шла об экзаменационных вопросах, он не смог бы научить этому, но для написания рецензий все должно было быть понятно с самого начала.

- Как правило, рецензии можно разделить на 3 большие части - признание своих ошибок, подлизывание задницы, затем добавление перспектив на будущее.

- Часть о признании своих ошибок проста для понимания. Часть про подлизывание задницы - это просто восхваление учителей и школы, Шестая школа Линьцзян - это школа с большим порядком, обучающая и воспитывающая учеников, делающая большой вклад в общество или что-то еще.

Сюй Шэн неосознанно начал давать урок богу учебы. Он откинулся назад, прислонившись спиной к стене, и наконец сказал:

- Просто пиши, что хочешь. Шао Чжань, наконец, сделал шаг, перевернув лист бумаги формата А4. Он сказал с опущенными глазами:

- Перестань быть назойливым.В отличие от Сюй Шэна, который лениво затягивал предложение, Шао Чжань имел привычку затягивать конец фразы. Из-за этого его манера говорить звучала очень холодно.Когда Сюй Шэн услышал это, его эмоции были сложными и запутанными. Он сказал себе, что бог учебы внутри его тела как-то больше подходит на роль школьного бандита, чем он сам.Честно говоря, написание рецензий действительно позволяет человеку успокоиться в кратчайшие сроки.Отбросив все, сосредоточившись только на рецензии.Шао Чжань написал 3500 слов очень быстро. Сюй Шэн не только задался вопросом, отличается ли мозг отличника от мозга обычного человека, но и задался вопросом, есть ли у него талант к написанию рецензий.Пока он ждал, пока Шао Чжань закончит писать, оба уже были вынуждены смириться с текущими обстоятельствами - Сюй Шэн спрыгнул со стены, столкнулся с Шао Чжанем, и то, что последовало за этим, было похоже на то, что написано в бесчисленных интернет-романах.Они поменялись телами.Из окон комнаты не было видно, что шел дождь. Он проверил свой телефон, но прогноз погоды показывал, что с предыдущего дня было солнечно, так что молния, когда Сюй Шэн спрыгнул со стены, возникла из ниоткуда.Сюй Шэн чувствовал себя неловко в школьной форме. Он уже расстегнул одну из пуговиц, но после долгого сидения на кровати ему все равно было не по себе, поэтому он поднял руку, чтобы расстегнуть вторую пуговицу.Воротник внезапно распахнулся, обнажив адамово яблоко и все ключицы.Шао Чжань обычно имел холодный и воздержанный вид, если бы кто-нибудь другой увидел, как он выглядит, когда сидит на кровати, ему пришлось бы задуматься о своей жизни.Шао Чжану было все равно, что скажут другие студенты, увидев его, но сам он не мог вынести этого зрелища.

- Застегни одежду.

Сюй Шэн обычно вел себя непринужденно и делал все, что ему нравилось.

- Не тесновато ли тебе, когда весь день застегиваешь пуговицы?

Шао Чжань повторил:

- Застегнись.

Сюй Шэн прищелкнул языком и неохотно застегнул вторую пуговицу.

- Давай договоримся. Только до этого места, выше я не могу.

От прыжков со стены до падения без сознания, к тому времени, как они закончили рецензию, было уже 10 часов вечера. Не было больше смысла продолжать разбираться в их сверхъестественном деле; ответа на него не было. Вместо того, чтобы размышлять над этим, почему бы просто не закрыть глаза и не проспать всю ночь, надеясь, что, когда они проснутся, все вернется на круги своя.Хорошо, что в общежитии нужно было только заходить и выходить, и никто не проверял их после выключения света, поэтому они решили остаться в своих комнатах.Когда Шао Чжань выходил из комнаты, Сюй Шэн прислонилсь к дверной раме, и вдруг ему пришла в голову одна мысль:

- Ты сегодня принимаешь душ?Как только прозвучал вопрос, оба одновременно замерли.После ухода Шао Чжаня Сюй Шэн выключил свет и вошел в ванную комнату, ощупывая в темноте все вокруг.Он не знал, что происходит на стороне Шао Чжана. Хотя он знал, что может спрятаться на мгновение, но не навсегда, он решил спрятаться на те мгновения, которые сможет ухватить. Он закрыл глаза и разделся, закрыл глаза и толкнул стеклянную дверь, закрыл глаза и, полагаясь на свои чувства, включил ручку душа......, и когда волна кипящей горячей воды полилась вниз, он не смог удержаться от ругательств, яростно открыв глаза.

- Ах, черт!

Было очень трудно принять душ.Сюй Шэну казалось, что он вот-вот сойдет с ума.Находясь на грани потери рассудка, Сюй Шэн небрежно смыл мыльную пену с головы и вдруг понял, что у него немного болит спина.Он выключил душ и опустил голову, чтобы стряхнуть воду с волос. Он натянул полотенце и повесил его на шею, подумав, что при падении он мог поцарапаться о камень на земле, а когда на него ранее попала обжигающая вода, рана усугубилась.Воспользовавшись тусклым светом, проникавшим через окно, Сюй Шэн переместился к зеркалу в раковине и повернул тело набок, чтобы взглянуть на себя.Поскольку гибкость человека ограничена, Сюй Шэн повернул шею так, что она была на грани перелома, только тогда он смог увидеть часть плеча - честно говоря, фигура Шао Чжана была действительно неплохой. У него было все, что положено, даже пресс. Им было по 17 и 18 лет, так что наличие мышц не было преувеличением, это даже демонстрировало юношеский дух, присущий молодым людям.Его лопатки были выступающими, а тонкие и...... тонкие плечи.и......Какое бы прилагательное Сюй Шэн ни придумал после этого, оно застряло у него в горле.Он приостановился на мгновение и наклонился ближе к зеркалу. Хотя он не мог разглядеть его под углом, а шея уже болела, если он не слепой, то на лопатке Шао Чжана определенно была татуировка.Шестая школа Линьцзян была очень традиционной культурной школой, с кучей бесполезных правил. Проступки, которые обычно совершал Сюй Шэн, уже можно было считать "суровыми", но 10 таких правил, сложенных вместе, не могли побить это правило, которое нарушил бог учебы: запрещено делать татуировки в учебное время.Обычный стиль Шао Чжаня - это стиль Комиссии по проверке дисциплины[1], он мог даже декламировать школьные правила, как заученное наизусть, а у него на теле татуировка?Сюй Шэн замер и не стал смотреть дальше, а придя в себя, понял, что, вроде как, столкнулся с большим секретом.Положение Шао Чжана тоже было не очень хорошим.Он закрыл дверь, и его комната осталась такой же, как и вчера, на столе по-прежнему лежали пробные экзамены для поступления в университет. Ничего не изменилось.Через несколько минут он был раздет догола и не мог сделать ни шагу. В те моменты, когда он отказывался двигаться, он понял, что на шее у него что-то есть, прижатое к груди. Оно было ледяным. Опустив голову, чтобы посмотреть, он обнаружил, что это ключ.Кто бы мог подумать, что у большого и могучего школьного бандита на шее будет висеть ключ?Шао Чжань вдруг подумал о бездомных детях, но, взглянув в зеркало и увидев лицо, на котором повсюду была наклеена надпись "неадекватный, не провоцируй", он быстро выбросил эту мысль из головы.Эта ночь была обречена на плохой сон.Они оба подумали, что, возможно, если они просто выспятся, то, когда они откроют глаза на следующее утро, они все еще будут.......Сюй Шэн и Шао Чжань пролежали с открытыми глазами до середины ночи, прежде чем заснули, один за другим их разбудил солнечный свет, проникающий через окна, они подняли руку, чтобы закрыть глаза, и некоторое время повалялись, прежде чем встать.Когда они снова подходили к зеркалу, умываясь, в нем отражалось все то же разочарованное лицо.Поэтому они не могли не признать жестокую правду:Сюй Шэн все еще был тем "Шао Чжаном".А Шао Чжан все еще был тем самым "Сюй Шэном".В это время кампус уже оживал под лучами утреннего солнца, студенты один за другим выходили из общежития, приводя себя в порядок. - Увидимся в столовой.- Аи, ты сделала домашнее задание? Позволь мне потом использовать его как справочник.- Ты уверена, что это для справки, скорее для копирования!

- Зачем быть таким расчетливым между братьями, твоя домашняя работа - это и моя домашняя работа."......"Сюй Шэн держал в руках пригоршню воды и зарылся в нее лицом. Он обнаружил, что после ночи у него все еще не было никаких идей, что делать с их нынешней ситуацией.Иногда уровень принятия людей просто настолько силен.Он верил, что что бы ни случилось сегодня, он сможет спокойно справиться с этим.Сюй Шэн думал так же. Умывшись, он открыл дверь и, по совпадению, дверь напротив его комнаты тоже открылась, затем он увидел "Сюй Шэна", надевающего школьную форму и выходящего из комнаты.Рассуждения Сюй Шэна начали колебаться: "......".Удар, нанесенный Шао Чжану, тоже был немаленьким: на Шао Чжане была футболка с напечатанным на ней алфавитом и рваные джинсы. Из-за этого наряда казалось, что он собирается выйти на улицу, чтобы покататься на скейтборде.Их рост был почти одинаковым, а одежда была свободного размера, так что они могли насильно подгонять друг друга.Сюй Шэн и Шао Чжань редко имели такой гармоничный момент, хотя и разделяли одно и то же:

- Что на тебе надето?!

Сюй Шэн:

- Я не буду носить школьную форму. Поскольку ты теперь в моем теле......

Когда он произнес это вслух, он понял, что это звучит грязно, сделал паузу на мгновение, затем продолжил:

- В любом случае, тебе лучше переодеться.

Шао Чжань тоже выглядел не лучшим образом, он сказал с прямым лицом:

- Ты тоже переоденься.Наконец, они уступили друг другу и переоделись, заключив 3 устных соглашения: во-первых, нельзя выходить из образа, во-вторых, нельзя выходить из образа, в-третьих, нельзя выходить из образа.Хотя они не знали, как долго продлится их ситуация, но если чопорный и правильный хороший ученик вдруг даст волю своим чувствам по отношению к учителям и ученикам, даже к самому хорошему ученику, это будет сильным ударом. То же самое касается и плохих студентов.Конец трех устных соглашений.Шао Жань спросил:

- Что ты обычно делаешь во время утренней ревизии?Сюй Шэн:

- Сплю.Сюй Шэн почувствовал, что это представляет некоторую трудность для Шао Чжаня, и добавил:

- Если ты не можешь заснуть, у меня под столом есть 2 комикса, решай сам.Было странно подводить итог их обсуждению утренних занятий по ревизии таким образом, Шао Чжань на мгновение замолчал, а затем сказал:

- Запоминаем словарный запас, собираем домашнее задание.Сюй Шэн задумался, это не казалось слишком сложным.Они молчаливо не упоминали о татуировке и ключе.Строго говоря, это все еще была чья-то личная жизнь, и у них были особые обстоятельства. Кроме того, их отношения не были настолько близкими.После завтрака в класс вошло большинство учеников 7 класса 2-го года обучения.После того, как Сюй Шэн вошел в класс, ему потребовалось некоторое время, чтобы найти справочник по лексике английского языка для вступительных экзаменов в университет. Он небрежно перелистнул страницу, подложил руку под подбородок и посмотрел на нее.Соседом Шао Чжана по парте был белобрысый студент. У Сюй Шэна не сложилось о нем глубокого впечатления, но поскольку они сидели всего в одном проходе друг от друга, он знал, что тот обычно серьезно относится к учебе, принадлежа к категории тех, кто учится до смерти.Сюй Шэн не успел пролистать и нескольких страниц словарного справочника, как его сосед по креслу осторожно ткнул в него ручкой.Сюй Шэн повернул голову в сторону.

- Да?Любовь и восхищение, которые сосед по парте испытывал к богу учебы, переполняли его, как воды реки. Он был интровертом, выглядел немного застенчивым и стеснялся открыть рот. Сюй Шэн увидел, что его лицо покраснело, как будто он набрался огромного количества мужества, прежде чем достать книгу 《High School Mathematics Extra Practice Questions》.

- Учись, боже, здесь есть вопрос по функциям, я посмотрел на ключ с ответами, но так и не смог его понять.Даны функции f(x)=|x-a|, g(x)=x^2+2ax+1 (a - постоянная величина), графики функций f(x) и g(x) пересекаются по оси y.(1) Найдите значение a(2) Найдите интервал, в котором функция f(x)+g(x) монотонно возрастает.(3) Принимая n за целое положительное число, докажите: 10^f(n)(4/5)^g(n)＜4[2]Сюй Шэн мог распознать эти слова по отдельности.Но если их объединить в одно предложение, он не мог этого понять.У него даже возникла мысль задать вопрос соседу Шао Чжана: Что такое перехват.Он также хотел спросить самого Шао Чжаня, разве они уже не изложили то, что они делали во время утренней проверки, почему он не упомянул часть объяснения вопросов своему соседу. Этот чертов вопрос он не знал, как сделать.Автору есть что сказать:Сюй Шэн, 10 минут до входа в класс: Ну, он не слишком сложный.Сюй Шэн: Я умер.

Глава 8

Не только Сюй Шэн был в замешательстве, но и Шао Чжань, который находился прямо напротив прохода и услышал слова "функциональный вопрос", чувствовал себя не лучше.Как бы ни был спокоен Шао Чжань, он не осмеливался представить, что произойдет дальше. Войдя в класс, Шао Чжань выдвинул свой стул под испуганным взглядом Ли Юн Мина. Он был одет в одежду, которую Сюй Шэн бросил ему из гардероба, а тот выбрал футболку с более простой графикой. Но Шао Чжань не привык к такому широкому воротнику. Он поднял руку и потянул воротник назад. Сам не зная почему, в его сознании возник образ Сюй Шэна в школьной форме.Сюй Шэн, этот человек, даже не сопоставив его лицо с именем, уже слышал о нем какие-то слухи. Вопрос о том, что он не носит школьную форму, уже вызвал такой большой резонанс на первом курсе.Шао Жань не обратил на это никакого внимания, но когда переодевался в школьную форму в своей комнате, он все еще был ошеломлен.

Сюй Шэн в школьной форме...... сильно отличался от его воображения, или, говоря другими словами, это было то, чего другие вообще не могли ожидать. Если бы кто-нибудь из учителей или учеников шестой школы открыл эту дверь и вошел, то, скорее всего, застыл бы на месте. Юноша в зеркале был одет в серо-голубую школьную форму, не скрывающую его резкой и внушительной ауры, но все же показывающую немного студенческих вибраций, которые обычно не видны. Он был уже высокого роста, натуральная вешалка для одежды. Если бы "плохой ученик", одетый в школьную форму, ходил по школе, головы бы поворачивались чаще.Когда Шао Чжань закончил переодеваться, он понял, что, скорее всего, он единственный человек в школе, который видел Сюй Шэна в школьной форме.Когда Шао Чжань выбросил из головы мысль о том, что "Сюй Шэн носит школьную форму", его бывший сосед по парте, сидевший напротив, все еще ждал ответа на этот функциональный вопрос. Шао Чжань тихонько кашлянул, намекая Сюй Шэну не говорить глупостей.Сюй Шэн медленно закрыл глаза, не зная, что сказать в этот момент. Глаза сидящего рядом соседа Шань Чжаня были полны страсти, застенчивости и ожидания. Только взглянув на него, можно было сказать, что этот сосед по парте - фанбой номер один бога обучения, и это действительно было так. С тех пор, как была опубликована схема рассадки, этот парень был на седьмом небе от счастья и едва не падал в обморок! Хотя Шао Чжань практически ни о ком не заботится, возможность сидеть бок о бок со своим кумиром и учиться вместе с ним, прогрессируя вместе, уже была высшей честью.Между тем, эмоции Сюй Шэна было трудно описать. Он на мгновение замолчал, и его охватило смятение. Он действительно не знал.Он не только не знал, как решить вопрос, но если бы он пролистал книгу вопросов в зеленой обложке, то не смог бы найти ни одного вопроса, который смог бы решить.

Он не мог сказать: Подождите минутку, я помогу вам, - спросил Сюй Шэн.

Когда Сюй Шэн запоминал словарный запас, он специально держал в руке ручку. В тот момент он не знал, как ответить, и вертел ручку, крутя ее в нескольких пальцах - на самом деле, с точки зрения окружающих, он был спокоен и собран.- Это вот это, третий подраздел, - сосед по парте снова набрался смелости и подвинул свой стул ближе в его сторону. - Можно ли это сделать, выведя его логарифм или доказав его монотонность? Сюй Шэн впал в еще большее замешательство.Что за хрень - логарифм и монотонность. Прошло всего несколько секунд, но это были, возможно, самые длинные несколько секунд в жизни Сюй Шэна.Каждую секунду он выкрикивал в голове несколько проклятий, а затем в момент головокружения начал мозговой штурм: Что сказать, или похвалить за хороший подход?......К счастью, приспособляемость Сюй Шэна можно было считать неплохой, он также обладал сильной психикой, если бы не это, он не смог бы поддерживать такую хорошую дружбу с Яма Гу в течение целого года. За исключением того, что он не надел школьную форму, его редко ловили за другие нарушения правил.Наконец, такие беспорядочные мысли и решения полностью исчезли, и Сюй Шэн неожиданно успокоился.Он взял в руки ручку и медленно покрутил ее, открыв рот под ожидающим взглядом своего соседа по парте: - Ты не знаешь этот вопрос?Сосед по креслу:

"......"

Шао Чжань, сидевший через проход:

"......"

Ход Сюй Шэна был действительно порочным, он сделал первый ход и контролировал ситуацию. Сосед Шао Чжаня услышал это и стыдливо опустил голову. Сюй Шэн продолжил:

- Дело не в том, что я не хочу учить тебя. Надежда Шао Чжана возродилась, и он внезапно поднял голову. Сюй Шэн произнес эту фразу и снова покрутил ручку в руке. Он вздохнул и торжественно произнес: - Просто я не хочу препятствовать вашей способности мыслить независимо. Сюй Шэн столкнулся с третьей частью вопроса, которую он не понял, и сделал вид, что задумался на 2 секунды, после чего опустил голову и по привычке прикусил колпачок ручки, нарисовав преувеличенный круг вокруг единственного слова, которое он мог понять, "положительное целое число". Он обвел это условие, не заботясь о том, правильно ли он его обвел, затем сказал, покусывая колпачок ручки: - Как насчет этого, я помогу тебе указать на важные моменты, а ты сначала подумай над этим сам.Сюй Шэн небрежно обвел важные моменты, затем прикрыл перо колпачком ручки и бросил предложение, как будто он был большим начальником:

- Сначала подумай, научись мыслить самостоятельно.

- Посмотри больше вопросов, почувствуй намерения автора вопроса, ты не слышали о выражении "Прочитайте вопросы 100 раз, и они сами придут к вам в голову"? Забудь, не важно, слышал ли ты его раньше, раз ты услышал его сейчас.Сюй Шэн почти аплодировал себе за свой поступок!Глаза сидящего рядом соседа заблестели от эмоций:

- Бог учёбы......Сюй Шэн без смущения похвастался:

- Не стоит благодарности, это было то, что я должен был сделать.

"......"

Шао Чжань подпер лоб рукой, и хотя он вздохнул с облегчением, он просто не мог слушать дальше. Хотя то, что сказал Сюй Шэн, было полной чушью, но после первого прослушивания это действительно звучало так, и победа была близка, это напугало человека. Сосед Шао Чжана по парте действительно начал с тревогой и волнением ломать голову над третьим подразделом.Сюй Шэн воспользовался случаем, чтобы медленно встать и выйти через заднюю дверь класса. На выходе он незаметно пнул стул Шао Чжана и сказал низким голосом:

- Ты, выходи.Они тайно собрались у входа в коридор. Все ученики были в своих классах во время утренней контрольной, и почти никто не выходил. Сюй Шэн присел на ступеньку лестницы; опрятная форма, надетая на Шао Чжане, придавала ему непринужденный вид. - Что случилось с твоим соседом по парте?Прошло всего несколько дней учебного семестра, а Шао Чжань не был знаком со своим соседом по парте.

- Несчастный случай.Сюй Шэну тоже было лень возиться с этим инцидентом, он встал и достал из кармана ручку и бумагу.

- Мы уладим это позже. Сначала скажи мне, как решить этот вопрос.Сюй Шэн наконец-то смог произнести те несколько слов, которые долгое время сдерживал. Это был его первый раз, когда он спрашивал одноклассника, как решить вопрос в такой срочной и жаждущей знаний манере: - Что такое перехват?Шао Чжань:

- Это значение x или y, когда функция пересекает ось xy.Сюй Шэн запомнил это и спросил снова: - Твой сосед спросил, можно ли взять логарифм, а монотонность?Шао Чжань вздохнул, не ожидая, что Сюй Шэн сможет повторить это при его нынешних способностях.

- Дай мне ручку и бумагу.Сюй Шэн передал их ему.Шао Чжань спросил:

- Ты записал вопрос?Сюй Шэн впервые осознал, что он сам может излучать такую ауру "Я могу решить любой вопрос под небом", как будто он стал чрезвычайно удивительным. Хотя он слышал, как множество людей выкрикивали прозвище бога учебы, именно в этот момент он по-настоящему ощутил значение слова "бог учебы".Это было действительно удивительно.Сюй Шэн:

- Да, он на бумаге.Шао Жань развернул лист бумаги и прижал его к стене, собираясь записать решение. Но когда он увидел слова на этом листе бумаги, он молча смотрел на несколько строк на бумаге в течение 2 секунд.

- Подойди. Сюй Шэн не сомневался, что этим тоном он хотел сказать: "Тащи свою задницу сюда".Сюй Шэн встал и подошел. Шао Чжань перевернул ручку и указал ею на две строки, написанные Сюй Шэном.

- Что ты написал, объясни мне.Хотя в процессе решения вопроса возникло несколько заминок, но результат все равно был удовлетворительным. Пока сосед Шао Чжана по парте в n-й раз просматривал вопрос, Сюй Шэн вернулся в класс. Сосед Шао Чжана хотел было сказать, что читать вопрос 100 раз бесполезно, и что он действительно не знает, как решить третью часть, но Сюй Шэн дважды постучал по столу, быстро отбросив пошаговое решение, которое написал Шао Чжан.

- Забудь об этом, если не можешь ничего придумать. Он не мог взять назад свои слова. Под взглядом растущего восхищения своего соседа по парте, Сюй Шэн потрогал свой нос и сказал: - Но ты все равно должен помнить, что тебе нужно научиться мыслить самостоятельно. Сосед Шао Чжаня по креслу выгравировал в своем мозгу слова "независимое мышление" и серьезно кивнул головой, говоря себе, что в этот момент его жизненный девиз изменился на два слова: Думай независимо!В разгар утренней ревизии Яма Гу ходил по разным классам и проверял их. Один остроглазый ученик заметил Яма Гу, когда тот подходил к нему, и сразу же оповестил об этом остальных учеников. Утренний воздух и духота были лучше, чем обычно. Яма Гу прошел по коридору и осмотрел с первого по седьмой класс, не найдя ничего предосудительного. Он удовлетворенно кивнул головой и сказал учителю рядом с ним:

- Похоже, что атмосфера обучения поддерживается на должном уровне, их поведение -......Слова "очень хорошо" застряли у него в горле.Когда Яма Гу говорил это, он случайно проходил мимо 7-го класса 2-го года обучения. С угла, под которым он смотрел в класс из окна, все в 7 классе было хорошо видно, особенно "Сюй Шэн", который только что перевернул страницу своего комикса.С потемневшим лицом Яма Гу стоял у задней двери. -Сюй Шэн, иди сюда! Шао Чжану понадобилось 2 секунды, чтобы понять, что "Сюй Шэн" относится к нему самому. Яма Гу широкими шагами вошел в класс. Чтобы лучше видеть классы во время осмотра, он нацепил на переносицу очки. Он убрал комикс, затем поднял руку, чтобы сдвинуть оправу очков.

- Вы знаете, что сейчас время урока - Чтение материалов, не связанных с учебой, во время урока, как это поможет вашему будущему, вашему жизненному развитию?!Когда Яма Гу закончил, он снова спросил:

- Ты написал рецензию, которую я просил тебя вчера?.

- ...... Да.Шао Чжань согнулся в пояснице и достал стопку рецензий из ящика стола.Яма Гу взял рецензии вместе с комиксом и прочитал еще одну проповедь. Перед тем как уйти, он приказал:

- Стоять, стоять до окончания утренней ревизии. Остальные студенты, следите за ним. Шао Чжань мог более или менее почувствовать то, через что только что прошел Сюй Шэн: Спать, читать комиксы. Он не упоминал о "стоянии в качестве наказания".Хотя ситуация отличалась от того, что они ожидали, после этого инцидента они оба единодушно решили: Самым насущным вопросом будет решение проблемы их соседей по парте. Проход неширокий, но расстояние все равно разделяло их. Делать что-либо, сидя отдельно, было бы неудобно, и никто из них не знал, когда появится следующий функциональный вопрос. Вывод был прост: Станьте соседями по парте, чтобы сохранить мир.В офисе.В офисе собралась огромная толпа студентов, чтобы сдать домашнее задание.Мэн Го Вэй никогда не ожидал, что перед ним появятся Сюй Шэн и Шао Чжань, эти два студента.Он готовил материалы для занятий, выпил полный рот воды и сказал "Шао Чжану":

- Домашнее задание у всех здесь? Просто положите его сначала, почему вы двое пришли вместе, есть ли что-нибудь, о чем вы хотите поговорить? Перед тем как прийти, Сюй Шэн уже собрался с мыслями. Он положил домашнее задание и сказал:

- Учитель Мэн, ранее вы говорили о смене соседей по парте ...Когда Сюй Шэн произнес слово "соседи", Мэн Го Вэй перебил его:

- Кем вы меня считаете? Можете быть уверены.Уверен? В чем уверен? Сюй Шэн не успел закончить фразу, как ее уже прервала Мэн Го Вэй. Мэн Го Вэй уже был одурманен словами, сказанными Сюй Шэном в учительской. Продолжая готовить свои материалы, он сказал:- Я уже все обдумал. То, что вы сказали, тоже имеет смысл, действительно, мы не можем заставить кого-то быть соседями по парте. Ваши места я точно не поменяю.

Шао Чжань:

"......"

Сюй Шэн:

"......"

Глава 9

После минуты молчания Шао Чжань попытался объяснить, но не успел произнести вторую часть:

– На самом деле… «мы действительно пришли поговорить об этом».

Но Мэн Говэй снова громко прервал его:

– Я уже сказал вам, ребята, расслабьтесь! Неужели я, Мэн Говэй, буду учителем, который не уважает желания своих учеников? За кого вы меня принимаете!

«……»

– Я сказал, что не позволю вам двоим стать соседями по парте, поэтому я определённо не позволю вам, ребята, поменять места!

Мэн Говэй давно потерял энтузиазм, который был у него несколько дней назад. Его план оказался задушен Сюй Шэном и Шао Чжанем. Вчера учитель по соседству обеспокоился реализацией его плана и подошёл, чтобы спросить:

– Вы уже сделали то, что планировали в прошлый раз. Как успехи?

Мэн Говэй вздохнул.

– Не очень хорошо. Эти двое, похоже, не хотят выполнять мой план.

Учитель, сидящий рядом сказал:

– Правда? Я думал, что ваша аргументация довольно хороша…

Мэн Говэй покачал головой, он не хотел вспоминать о прошлом.

– Сюй Шэн в особенности был против – словно если бы он сменил соседа, то это убило бы его. Он даже говорил что-то о несовместимости. Чем больше он говорил, тем смешнее это становилось. В конце концов, он даже заговорил о твёрдых дынях. Скажите мне, это так сложно? Я ведь просто обсудил это с ними.

Даже учитель по соседству подумал, что это удивительно.

Хотя Мэн Говэй сожалел, он быстро изменил свои мысли. Он должен был хорошо их направлять и первым делом принимать во внимание пожелания детей. Если  невозможно решить проблему способом «один на один», пусть он, как учитель, воспламенит себя как маяк, чтобы стать светом для этого заблудшего мальчика!

Хотя он не знал, в этот момент в глубине души заблудший мальчик надеялся, что Мэн Говэй будет настойчивее, не станет уважать желания учеников так сильно и будет жёстким, когда нужно быть жёстким.

Мэн Говэй закончил систематизировать материалы к уроку, и когда он поднял голову, заметил, что эти двое всё ещё стояли у его стола. Лицо Сюй Шэна, который обычно был расслабленным и несдержанным, было холоднее, чем лёд. Он мысленно отметил, что Сюй Шэн, похоже, сегодня менее разговорчив. Он в плохом настроении?

Шао Чжан выглядел гораздо проще…

Судя по выражению лиц обоих, казалось, они испытывали одни и те же сложные эмоции.

Мэн Говэй отложил ручку.

– Ребята, вам ещё что-нибудь нужно?

Шао Чжань очень хотел развернуться и уйти.

Вспомнив, как он в тот раз был в учительской показывал вид «я лучше умру, чем подчинюсь», даже Сюй Шэн не мог продолжать.

Пощёчина пришла слишком быстро.

Чем резче были тогда их слова, тем сильнее болело их лицо сейчас.

Если бы они могли начать свою жизнь заново, Сюй Шэн хотел бы вернуться к тому дню, когда Мэн Говэй хотел посадить его и Шао Чжаня вместе, а затем сказать Мэн Говэю: «Учитель, я готов».

Но независимо от того, болят их лица или нет, они действительно не могли избежать проблем со своими одноклассниками.

Шао Чжань понизил тон голоса и наклонил голову, чтобы сказать Сюй Шэну слово за словом:

– Яму, которую ты вырыл, закапывай сам.

Сюй Шэн напомнил:

– Это ты сейчас Сюй Шэн.

Шао Чжань: «……»

Сюй Шэн снова сказал:

– Я тоже могу это сказать, но подумай хорошенько.

Подразумевалось, что если он не разрешит ситуацию, то Сюй Шэну придётся использовать личность Шао Чжаня, чтобы говорить.

Даже ответить на сложные олимпиадные вопросы Шао Чжаню было не так сложно, как разобраться с сегодняшней ситуацией. Взвесив все плюсы и минусы, Шао Чжань закрыл глаза и с большим трудом открыл рот.

– Учитель, мы просим вас посадить нас за одну парту.

Мэн Гоуэй начал подсчитывать количество сданных тетрадей. В учительской постоянно стоял шум, а слова Шао Чжаня были тихими и спокойными, но Мэн Говэй внезапно забыл число, которое он насчитал.

– Ах, за одну парту, хорошо… Постой, что ты сказал?!

Когда Мэн Говэй пришёл в себя, он был потрясён.

– Вы двое хотите сидеть вместе?

После преодоления первой преграды, слова, которые последовали за этим, было уже не так сложно произнести. Шао Чжань повторил:

– Мы двое хотим сменить места.

Мэн Говэй резко выпрямился на своём кресле, подозревая, что он что-то не так расслышал.

– Разве в прошлый раз ты не говорил, что вы несовместимы?

Шао Чжань невыразительно сказал:

– Совместимы.

– А что насчёт родства между людьми?

– Родство есть.

Мэн Гоуэй:

– Твёрдые дыни не будут сладкими?

– Твёрдые дыни, – смущение было слишком сильным, и Шао Чжань прерывисто продолжил, – если их не попробовать, как узнать, сладкие они или нет.

Мэн Говэй продолжал:

– Принуждение к товариществу…

Шао Чжань прервал его:

– Это не принуждение.

«……»

Мэн Гоуэй посмотрел на учеников, входящих и выходящих из учительской. Другой учитель разговаривал со старостой своего класса:

– В следующий раз, если они всё ещё не сдадут свою работу даже после напоминаний, не трать зря время, не собирай их тетради. Скажи им, чтобы они пришли и отдали мне их лично. Что это за отношение? Я преподам им хороший урок!

Только тогда Мэн Говэй вернулся к реальности.

– Ты серьёзно? Вы действительно хотите стать соседями по парте?

Они не могли быть более серьёзными.

Те несколько предложений, которые только что произнёс Шао Чжань, уже были его пределом. Он посмотрел вниз, его рука спряталась за Сюй Шэном, и он тайком ущипнул парня сквозь слой школьной формы.

Сердце Сюй Шэна было не так тревожно. После того, как смущение прошло, он даже почувствовал, что эта ситуация неописуемо смешна. Он не стоял должным образом и прислонился к стене, слушая, как переговаривались Мэн Гоуэй и Шао Чжань.

Когда его внезапно ущипнули, он издал «чёрт» и встал прямо, чтобы присоединиться к разговору.

– Учитель, вы нас действительно не принуждаете. Я тоже думал об этом. Сюй Шэну действительно нужна помощь такого отличника, как я.

Последний оставшийся кусочек логики Мэн Гоуэй всё ещё помнил, что Шао Чжань сказал в прошлый раз, что это «хлопотно».

– Ты больше не думаешь, что это слишком хлопотно?

– Нет, – Сюй Шэн продолжил: – Как это может быть хлопотно, разве не само собой разумеющееся, что ученики должны помогать друг другу и совершенствоваться вместе?

Мэн Говэй был немного сбит с толку этими двумя, но он также понял, что каким-то образом план «один на один» сдвинулся с мёртвой точки. Изначально он всё равно хотел, чтобы они сидели вместе, так что теперь у него, конечно, не было причин отказывать им.

– Вы двое подумали об этом… Хорошо.

Он сорвал прикреплённую на стену бумагу с указанием мест рассадки, взял ручку и внёс изменения в первый и второй ряды.

– Тогда Ли Минъюн и Гао Чжибо сядут вместе.

После того, как Сюй Шэн закончил, он снова прислонился к стене, подумав о том, что соседа Шао Чжаня зовут Гао Чжибо.

Мэн Говэй закончил с рассадкой и снова спросил:

– Когда вы пересядете?

Мэн Говэй хотел сказать, что, если они не спешат, то могут пересесть на послеобеденной перемене. Урок вот-вот начнётся, и менять место сейчас не очень удобно, однако они были очень нетерпеливы.

– Прямо сейчас.

Групповой чат седьмого класса.

[Ученик A]: Супер большие новости.

[Ученик A]: Я схожу с ума! Я просто пошёл в учительскую, чтобы сдать задания, но почему это должно было произойти со мной? Я услышал, что школьный тиран и Бог обучения попросили пересадить их.

Ученики седьмого класса знали о несовместимости этих двоих из-за инцидента с леденцом, не говоря уже о «драке», произошедшей вчера вечером, в которой они оба даже потеряли сознание. Хоть об этом и не было публично объявлено, информация уже распространилась по всей школе.

[Ученик В]: Понятно, их чувства мне очень понятны. Согласно нынешним отношениям школьного тирана и Бога обучения, даже расстояние в проход слишком мало для них.

[Ученик C]: Это правда, огонь и вода не смешиваются, этот проход кажется слишком узким.

[Ученик D]: Они хотят сесть на противоположных концах класса, один спереди, а другой сзади?

[Ученик A]: Нет… Они попросили посадить их вместе, вместе!!!

[Ученик B]: ??? Храбрый воин, ты знаешь, что происходит? @Ли Минъюн

[Ли Минъюн]: …Я не знаю.

[Ли Минъюн]: Это правда, есть такие хорошие новости? Могу я надеяться на новую жизнь?

Каким бы жарким ни было обсуждение в чате класса, два ключевых лица об этом ничего не знали.

Когда Сюй Шэн и Шао Чжань вошли в класс, был слышен только звук переворачивания книжных страниц.

Гао Чжибо уже слышал новости об изменении мест, и застенчивая надежда в его глазах быстро сменилась разочарованием.

Сюй Шэн подошёл, чтобы забрать свои вещи… На самом деле, их было не так уж и много. Сиденье Шао Чжаня было организовано до идеала. Учебные материалы и домашние работы были отсортированы по категориям и помещены под стол. За исключением небольшого беспорядка, вызванного Сюй Шэном, который утром искал учебник по английской лексике, всё остальное было очень аккуратным.

Гао Чжибо никогда не думал, что они разлучатся с Богом обучения всего через два дня. Его единственной памятной вещью была бумага с решением задачи, которую Бог обучения дал ему этим утром. Он набрался храбрости и позвал Сюй Шэна:

– …Бог обучения.

Сюй Шэн испугался, услышав эти два слова, произнесённых Гао Чжибо. Он опасался, что тот вытащит из-за спины ещё одну книгу с задачами,  чтобы воспользоваться этой последней возможностью и задать другой вопрос, который Сюй Шэн даже не сможет понять.

Сюй Шэн отложил словарь, задумался на мгновение, затем поднял руку и хлопнул Гао Чжибо по плечу.

– Никогда не бывает бесконечного праздника. После того, как я уйду, ты должен хорошо учиться.

Гао Чжибо сдался. На самом деле, он также не знал, зачем позвал Шао Чжаня и что собирался ему сказать. Услышав это, он кивнул.

Сюй Шэн:

– Не забывай думать независимо.

Самостоятельное мышление. Это самый важный метод обучения, которому он научился в этом году… Гао Чжибо снова серьёзно кивнул.

Рот болтуна Сюй Шэна нельзя было закрыть после того, как он открылся. Из-за его статуса школьного тирана никто, кроме Чжан Фэна, не осмеливался с ним заговаривать. В первый год всё было нормально, но после того, как они оказались в разных классах, ему больше не с кем было поговорить.

Он постучал пальцами по столу, собираясь сказать ещё какую-нибудь ерунду, но тут внезапно его затылок похолодел.

Шао Чжань стоял позади него, и выражение его лица было не очень тёплым. Он протянул руку и ухватился за воротник школьной формы Сюй Шэна, нетерпеливо волоча его назад.

– Не говори ерунды.

Сюй Шэн проглотил оставшиеся слова.

– …Хорошо.

Эта сцена в глазах других не могла быть более странной.

Групповой чат, который, наконец, с большим трудом утих, снова взорвался.

[Ученик А]: ???!

[Ученик A]: Я подавился.

[Ученик C]: Позвольте мне сказать то, что я очень давно хотел сказать. Не знаю, это моя собственная галлюцинация, но кажется школьный тиран сегодня выглядит более устрашающе…

Сюй Шэн был «показным» хулиганом. Казалось, он ни о чём не заботился. В середине урока он просыпался, чесал голову и откидывался назад. Когда учитель отвлекался во время урока и говорил о чём-то весёлом, он тоже смеялся. Но после того, как Шао Чжань превратился в «Сюй Шэна», он словно вырезал слова «Не подходить» на полуметровом расстоянии вокруг себя.

По сравнению с сопротивлением Гао Чжибо, действия Ли Минъюна,  собирающего свои вещи, были аккуратными и быстрыми.

Сюй Шэн даже не успел забрать все свои вещи, а Ли Минъюн уже надел рюкзак и с книгами в руках ждал его ухода. Эта походило на бегство к счастью и радостной жизни: с таким же успехом он мог купить гонг и барабан и стучать в них на месте, чтобы привлечь удачу!

Прозвенел звонок на урок.

Глава 10

Литературу у седьмого класса вёл Лао Мэн. Мэн Говэй вошёл в кабинет со стопкой листов с заданиями и положил их на свой стол.

– Урок начался, уберите лишние вещи.

Его взгляд прошёл по трибуне и остановился на заднем ряду – Сюй Шэн и Шао Чжань действительно сели вместе.

Мэн Говэй:

– План урока таков: сначала – древняя поэзия, с которой мы не успели закончить на том уроке, а затем разберём несколько старинных стихов, которые я тщательно подыскал, чтобы вы, ребята, оценили их. Если у нас будет время, мы можем обсудить их вместе…

Уроки литературы всегда были крайне скучными. Мэн Говэй также вёл их особенно серьёзно, дорожил каждой минутой и секундой и говорил только о ключевых познавательных моментах. Кому-то вроде Сюй Шэна – не очень прилежного ученика, удавалось сосредоточить внимание и немного послушать только тогда, когда учитель отклонялся от темы. Посещение такого рода занятий являлось для него по сути пыткой.

Сначала он даже заставил себя широко открыть глаза, чтобы послушать, как Мэн Говэй говорит о «сути» и «художественной технике», однако после он ничего не смог ясно расслышать.

Шао Чжань постучал указательным пальцем по столу и разбудил его, напомнив:

– Слушай урок, делай заметки.

Сюй Шэн схватился за волосы, только после этого ему с большим трудом удалось открыть глаза. Согласно принципу «если мне придётся страдать, то и тебе тоже», он достал из кармана телефон и также напомнил ему:

– Не поднимай голову, чтобы посмотреть на доску. Я никогда не смотрю на доску во время урока. Спи или играй в игры, выбери одно из двух.

«……»

Сюй Шэн положил свой телефон перед Шао Чжанем.

– Найди в категории игр ту, в которую ты хочешь сыграть.

Хотя они поменялись телами, их спальни, телефоны и другие личные вещи временно остались у владельцев.

Никто из них не знал, когда разрешится нынешняя ситуация. Люди очень хорошо подсознательно давали себе надежду. Они оба чувствовали, что это, скорее всего, не продлится долго.

Пароль для телефона не требовался. Шао Чжань мог просто приложить палец, чтобы разблокировать его по отпечатку.

Он провёл по экрану телефона Сюй Шэна. Он ещё не нашёл категорию игр, но его привлекли уникальные обои рабочего стола.

Это был набросок улицы.

Весь рисунок был видом улицы. Фонари на дороге, магазин на углу. Внутри магазина, лицом к двери, два консультанта разговаривали с покупателями, но они являлись всего несколькими штрихами. Самым чётким на рисунке был кот, спавший в углу под фонарём.

Кот дремал нехарактерно для хорошего самочувствия – лапы поджаты, хвост обернулся вокруг.

Остальные части были слегка заштрихованы карандашом, создавая ощущение тёмной ночи,  круг света был только у фонаря. Затем штриховка шла на другую сторону, простираясь до необычных просторов.

Было видно, что это нарисовали руки человека. Работа не была похожа на какую-то картинку из интернета.

Качество тоже было невысоким. Фотография была не очень чёткой, рисунок сероватый и слегка размыт.

Сюй Шэн заметил, что пальцы Шао Чжаня не двигаются. Переписав слова с доски, он повернул ручку и сказал:

– …Только не говори мне, что, дожив до такого возраста, ты никогда раньше не играл в игры.

После того, как Сюй Шэн договорил, он подумал, что это действительно возможно. Ему было до смерти скучно, и в этот момент появилась возможность развлечься.

– Как насчёт того, чтобы я научил тебя?

Шао Чжань провёл пальцем по разделу с играми.

– Поверни голову.

Сюй Шэн пожал плечами и снова отвернулся. Мэн Говэй держал учебник и писал на доске.

– Всё, что я только что сказал, касается лишь поверхностного смысла. Но более глубокое значение…

В телефоне Сюй Шэна не было ничего, кроме большой коллекции игр. От «Битвы с землевладельцем» до «Чести королей». Не было игры, в которую Сюй Шэн бы не играл.

Шао Чжань был слишком ленив, чтобы выбирать, и открыл одну наугад.

Он только вышел в интернет и ещё даже не начал игру, когда идентификатор друга по имени «Дикая бабочка на горной вершине» [1] отправил несколько сообщений.

Дикая бабочка на горной вершине: Босс, ты и Бог обучения. Вы двое сидите за одной партой?

Дикая бабочка на горной вершине: Если тебя заставили, просто моргни.

Дикая Бабочка на горной вершине: Несколько дней назад ты даже сказал мне, что кто-то вроде него…

В конце концов, это просто чей-то игровой аккаунт, Шао Чжань сначала хотел не обращать на него внимания, но, когда появились слова «кто-то вроде него», Шао Чжань сделал паузу.

S: ?

Имя пользователя Сюй Шэна для его игровой учётной записи было очень простым. Всего одна буква.

После того, как был отправлен этот вопросительный знак, другой игрок отправил длинную строку слов только через полминуты.

Дикая бабочка на горной вершине: Торжественный и серьёзный, совершенно отрешённый от мира, лишённый человечности, просто сумасшедший. Дай-ка подумать, ох, а ещё – даже хуже, чем зверь.

– «Дикая бабочка на горной вершине» – это Чжан Фэн, – Сюй Шэн только что вспомнил, что как только Шао Чжань выйдет в интернет, Чжан Фэн, скорее всего, придёт и будет искать его, – он из первого класса и  может начать искать меня. В любом случае, что бы он ни сказал, ты можешь просто отвечать «ах».

Когда Сюй Шэн сказал это, он краем глаза заметил ряд слов от «Дикой бабочки на горной вершине».

– Что он прислал?

Шао Чжань перевернул экран и показал ему.

Сюй Шэн: «……»

Шао Чжань, казалось, холодно усмехнулся. Фраза «холодная усмешка» не очень подходила, потому что «холодная» часть составляла 99,9% от общего значения.

– Набрал так мало баллов на экзамене по языку, но действительно хорошо знаешь идиомы.

Сюй Шэн замер и на этот раз уже сам повернул голову назад, чтобы послушать урок.

Чжан Фэн неосознанно продал Сюй Шэна. Он сидел на уроке и широко раскрытыми глазами смотрел, как «Сюй Шэн» сам начал матч, не взяв его с собой, и чувствовал себя крайне растерянным.

Раньше Чжан Фэн действительно восхищался Богом обучения. В конце концов, результаты его экзаменов были настолько хорошими и выдающимися, что ими трудно было не впечатлиться, поэтому он несколько раз приходил в его кабинет, чтобы увидеть Бога обучения.

Но написание обзора и дисциплинарные наказания, которым Сюй Шэн подвергся из-за Шао Чжаня, настолько расстроили Сюй Шэна, что он не мог больше молчать. Когда Сюй Шэн услышал, как Чжан Фэн произнёс «Бог обучения», он был невероятно раздражён.

– Ты собираешься дружить со своим братом или Богом обучения?

Чжан Фэн ударил себя по бедру.

– Конечно, с братом!

Пока Шао Чжань играл в игру, Мэн Говэй раздал классу небольшие контрольные работы.

Сюй Шэн открыл задания и опустил голову, чтобы посмотреть на первый вопрос.

Сюй Шэн про себя подумал, что притворяться «Шао Чжанем» на уроках литературы не так уж сложно. В конце концов, он мог читать и понимать китайские иероглифы. В любом случае он был сильным и прослушал половину урока.

Сюй Шэн всё же обладал некоторыми базовыми знаниями. С этой уверенностью он начал отвечать на первый вопрос.

– Неправильно, – Шао Чжань закончил половину раунда игры и внезапно заговорил.

– На какой вопрос я ответил неправильно? – Сюй Шэн поднял голову.

– Ты должен спросить, на какой вопрос ты ответил правильно.

«……»

Сюй Шэн не знал, как Шао Чжань это заметил. Он всё ещё мог играть в игру и при этом наблюдать, как Сюй Шэн решает задания.

– В этих нескольких вопросах, на которые я ответил, ни один из ответов не верен?

Сюй Шэн снова столкнулся с этим существом, которого называли Богом обучения.

Шао Чжань, вероятно, не часто играл в игры, но в следующем раунде он более или менее ознакомился с основными техниками и приёмами. Когда начался второй раунд, у него появилась слабая аура опытного игрока. По сравнению с Чжан Фэном, который даже после года игры всё ещё оставался новичком, контраст был слишком трагичным.

Самое удивительное… он действительно мог играть и одновременно проверять задания.

Шао Чжань говорил одно предложение, и Сюй Шэн записывал одно предложение. Половина теста решилась очень быстро.

Теперь до конца урока оставалось меньше пяти минут.

Мэн Говэй обычно никогда не собирал работы в классе и просматривал их только после окончания урока,. Из-за этого они решили подождать, когда Шао Чжань закончит заполнять свой лист, а затем поменяться бумагами.

Оказывается, настроение Мэн Говэй сегодня было довольно хорошим. Он начал возиться с проектором на столе.

– Времени не осталось. Я размещу на доске правильные ответы. Исправьте их сами. Эти вопросы несложные.

Сюй Шэн уже выполнил свои обязанности. Он откинулся назад и покосился на тряпку у доски, ожидая окончания урока.

Но в следующую секунду он услышал, как Мэн Говэй сказал:

– Шао Чжань, принеси своё решение.

Когда ученики в классе услышали, что ключом была работа Бога обучения, они сразу же сели прямо, и у каждого из них появилось то же выражение лица, что и у Гао Чжибо, сидящего напротив.

«……»

Сюй Шэн не думал, что под «правильными ответами» Мэн Говэй имел в виду именно это.

Шао Чжань не смог продолжать играть на телефоне и сразу же нажал кнопку выхода.

Мэн Говэй закончил разбираться в проекторе и, улыбаясь, пошёл между рядами.

– Пойдём, покажем всем.

Мэн Говэй хотел забрать бумагу, лежащую на столе Сюй Шэна.

Он попытался забрать её, но безуспешно.

Сюй Шэн надавил на лист с работой и украдкой взглянул на свои написанные слова. Они были невероятными, крупными и полными дикости. На мгновение он даже подумал о том, чтобы съесть эту бумагу.

Мэн Говэй попытался забрать лист силой. Противоположная сторона давила ещё сильнее.

Мэн Говэй снова попытался отобрать его.

– Учитель, – в спешке разум Сюй Шэна пылал паникой, и он даже не знал, какие мысли проносились сквозь него. Он внезапно хлопнул по столу и сказал: – Разве вы не должны дать и другим ученикам возможность продемонстрировать свои навыки?

Мэн Говэй был ошеломлён этим ударом.

– Конечно, стандартный ответ важен, но я чувствую, что вам следует сосредоточиться на тех частях, в которых легче ошибиться ученикам, – Сюй Шэн воспользовался колебаниями Мэн Говэя и вытащил бумагу из рук учителя. Он продолжил: – …Узнать, в каких частях учащиеся потеряли баллы и какие именно темы нужно укрепить, это реальная помощь для них.

В этом был большой смысл!

Мэн Говэй почувствовал, будто его голову ударила молния, и погрузился в глубокие размышления.

Обычно ему всегда нравилось заставлять всех смотреть на ответы Шао Чжана, но были ли стандартные ответы так важны?!

Сюй Шэн шёл по горячим следам.

– Гао Чжибо однажды сказал мне, что на самом деле он всегда очень хотел показать свои работы, но у него никогда не было возможности.

Мэн Говэй немного подумал и даже обернулся.

– Гао Чжибо, учитель не думал, что у тебя такие мысли.

Мэн Говэй протянул руку.

– Давай, отдай мне свой лист.

Гао Чжибо, который никогда этого не говорил: «…?»

Каждый день настроение Шао Чжаня поднималось вверх, прежде чем падать обратно из-за поразительных, беспрецедентных выкрутасов Сюй Шэна, которые превосходили все мыслимые пределы.

Кроме небольшого инцидента во время урока литературы, и Сюй Шэн, и Шао Чжань хорошо поработали на уроках, которые проводились позже. Независимо от того,  собирались ли задания или нет, Шао Чжань всегда писал их за него заранее.

Наряду с тем, что школа только началась, несколько  учителей гуманитарных наук пока лишь преподавали по учебникам. Ещё не настало время задавать вопросы, поэтому отвечать на вопросы приходилось не так часто.  Также Шао Чжань знал, как всё решить, и новые вещи, которые они узнали, казались слишком простыми, поэтому учителя редко спрашивали что-то у него.

Уроки закончились с большим трудом – Сюй Шэн не помнил, что ходить в школу так утомительно. Ему не нужно было напоминание Шао Чжана – он и так не собирался сбегать из школы. Пообедав в школьной столовой, он вернулся в свою комнату, чтобы поспать.

На его телефон пришло несколько сообщений от Чжан Фэна.

В тот день сообщения отправлялись даже во время занятий.

Чжан Фэн: Почему ты не взял меня с собой, когда играл в игры?

Чжан Фэн: Ты даже отклонил заявку, когда я тебя пригласил??

Сюй Шэн лежал на кровати, не зная, что ответить. Как только он собирался послать два беспечных предложения, в дверь его комнаты дважды постучали. Вероятно, это был Шао Чжань, пришедший выполнить домашнее задание.

Как и ожидалось, Шао Чжань был здесь, чтобы забрать тетради. Он не вошёл, просто встал в дверях и сказал:

– Дай мне задания.

– Они все здесь, – Сюй Шэн открыл дверь и взял со стола сумку с книгами. Он прислонился к дверному косяку и сказал: – Я не уверен, что там за темы, в любом случае всё, что было роздано, набито внутри.

Когда Сюй Шэн сказал это, он заметил, что Шао Чжань держит в руках пакет с чем-то.

Прежде чем он успел спросить, что это, Шао Чжань бросил пакет прямо ему в руки.

– Начни практиковаться сегодня вечером, – произнёс Шао Чжань тоном «без возражений». – Каждый день заполняй двадцать страниц. Я проверю завтра утром.

Сюй Шэн был ошеломлён.

– Бля, что это?

Выругавшись, он опустил голову. Сквозь полиэтиленовый пакет были видны строчки: «Хотите научиться красиво писать за тридцать дней? Вас всё ещё беспокоят ваши неприглядные слова на бумаге?»

Каллиграфия на книге была мощной, учебный план – разумным, а в содержании подробно рассказывалось, как красиво писать, шаг за шагом, погружая учеников в практику.

Взгляд Сюй Шэна поднялся чуть выше.

Название: «Каллиграфия за 30 дней».

_____________________

[1] 狂峰浪蝶 [kuáng fēng làng dié] – дикая бабочка на горной вершине. Фраза, означающая «похотливый мужчина» или кто-то с явным сексуальным выражением. Символ «вершины» – тот же символ, что и Фэн в имени Чжан Фэна. Эта фраза происходит из древнего китайского стихотворения.

Глава 11

Сюй Шэн освободил руку. Держа сумку в одной руке, он пролистал несколько последних книг:

"Нет слов, которые нельзя практиковать в достаточной мере: краткий самоучитель по Синкай",

"Слова как личности: Комплект из пяти книг "Хуася Ваньцзюнь".

- ...Всё это были тетради.

Сюй Шэн не мог больше смотреть.Судя по весу и толщине сумки, Шао Чжан купил не менее десяти книг. Там был полный список шрифтов, от начинающих до продвинутых версий. Выбор был очень велик. Кто знает, может быть, это потому, что Шао Чжань купил слишком много тетрадей, но магазин даже положил в сумку ручку в качестве подарка. Сюй Шэну было нелегко продержаться до окончания школы. Поначалу он думал, что сможет на время избавиться от этого проклятия "Шао Чжань", и надеялся, что когда проснется завтра утром, они поменяются обратно.

- Ты даже специально пошел покупать тетради, ты еще и...

Он сказал это, но под взглядом Шао Чжана, лишенным теплоты, вытряхнул ругательства обратно.

- Что с тобой не так?

Для него способность Шао Чжаня ходить в магазин за тетрадями тоже была своего рода испытанием. В книжном магазине все еще оставалось несколько студентов, которые покупали дополнительные учебные материалы. Как только он вошел в магазин, он очистил его для владельца менее чем за десять секунд и сразу же получил приоритет. Он купил так много тетрадей только потому, что у него не было времени выбирать. Владелец магазина стоял в стороне и вздыхал:

- Студент, поторопись и купи это, мы все еще должны заниматься бизнесом.

Сегодня на уроке Сюй Шэн смог выхватить контрольную работу из рук Мэн Говэя, но не было никакой гарантии на будущее. Если какой-нибудь учитель с воодушевлением призывал его написать решение на доске, то, как только у Сюй Шэна появлялась надпись, он не мог объяснить ее, даже если бы прыгнул в Желтую реку.Шао Чжань:

- Твой почерк слишком уродлив.Сюй Шэн посмотрел на свое лицо, которое, казалось, застыло перед ним:

"..."

Ему очень хотелось выругаться, но он не мог упрекнуть его. Шао Чжань положил рюкзак на одно плечо и дал ему другой выбор.  Когда он заговорил, он наклонился ближе, вызывая у людей невидимое ощущение угнетения, а распущенная челка падала на глаза.

- Ничего страшного, если ты не будешь практиковаться. Завтра на уроке я перейду на правую руку. Сюй Шэн не только хотел проклясть его, но даже хотел ударить. Если бы Шао Чжан снова перешел на правую руку, то все учителя разных предметов внезапно заметили бы, что почерк Сюй Шэна стал развиваться семимильными шагами и приблизился к почерку бога учебы. Такой шок был бы еще сильнее.Два варианта, оба заканчивались смертью. Разница была лишь в том, чья смерть будет более трагичной. Сюй Шэн не хотел выбирать ни одного из них. После того, как Шао Чжань сказал это, он не захотел больше ломать голову над этой проблемой и собирался развернуться и уйти. Сюй Шэн быстро схватил его за руку и сказал:

- Подожди минутку.

Сюй Шэн крепко сжал руку Шао Чжаня. Пока он мысленно готовился и время от времени ставил точку, он мог говорить что угодно и торговаться.

- Двадцать страниц - это слишком много. Количество слов, которые я написал в этом семестре, даже не дотягивает до такого количества. Давай договоримся, десять страниц. Шао Чжань молча посмотрел на него.Сюй Шэн начал говорить чушь:

- Вначале все сложно, и ничего нельзя сделать в одночасье. Ты должен понять эту истину. Я верю, что ты не будешь так безжалостен со своим одноклассником ...Однако как только Сюй Шэн начал говорить, был немедленно перебит.

- Я торжественен и серьезен, совершенно безволен", - проговорил Шао Чжань, сделал паузу, затем продолжил, - И еще одна фраза, еще хуже, чем зверь.

"..."

Шао Чжань:

- Отпусти.

Сюй Шэн отпустил его и наблюдал, как Шао Чжань вернулся в противоположную комнату общежития и закрыл дверь. Сюй Шэн всегда писал небрежно, как ему заблагорассудится.Дело не в том что никто из учителей никогда не давал ему тетрадей. В первом классе средней школы Гу Яньван посоветовал ему.

- Посмотри на свой почерк, что это за куриная возня? Я мог бы случайно притащить с улицы человека, который мог бы писать более четко, чем ты, ногами! Твои баллы уже так низки, что ты даже не сможешь хорошо оценить свой общий балл. Выйди за ворота школы и поверни направо в книжный магазин "Синьхуа", выйди и купи несколько тетрадей для тренировки! Быстро!Сюй Шэн сделал вид, что ничего не слышал, просто сказал :

- До свидания, директор Гу.

И ушел.Тренироваться писать?Что за шутка, даже если Сюй Шэн видел сон, он не мог мечтать о чем-то подобном. Через десять минут Сюй Шэн сидел перед своим столом. Смирившись с унижением и бременем, он перевернул первую  страницу тетради. Не успел он пошевелить пером, как в его голове возникла мысль: Я определенно пожалею о своих действиях сегодня вечером. На первой странице тетради слева был ряд из трех сеток. Внутри сетки были три основных штриха: héng, chuí lù shù, xuán zhēn shù.Под сетками было несколько строк мелких иероглифов, в которых перечислялись техники письма и ключевые моменты: héng, вначале держите перо легким, затем плавно ведите его вправо, обратите внимание, чтобы оно было низким слева и высоким справа, длинная горизонталь с небольшой дугой... Сюй Шэн прижал слой копировальной бумаги к тетради, заставил себя контролировать свои эмоции, затем в тренировочных сетках справа скопировал ряд иероглифа "три".Чжан Фэн все еще бомбардировал его сообщениями в WeChat.

Чжан Фэн:

- Так, босс, почему ты так быстро убежал сегодня после школы?Потому что я боялся, что вы будете меня искать.

Чжан Фэн:

- Я хотел спросить, не хочешь ли ты поиграть в баскетбол.Я особенно боялся, что ты будешь искать меня, чтобы поиграть в баскетбол.Чжан Фэн: Что ты сейчас делаешь? Сюй Шэн взглянул на свою тетрадь и ответил тремя словами:

Играю в игры.

Чжан Фэн:

-Играем вместе?

Сюй Шэн:

-Играй один, я хочу попрактиковаться в позиционировании.

Сюй Шэн:

-Люди не всегда могут полагаться на своих товарищей по команде. Ты должен научиться держать себя в руках.

Чжан Фэн: - ....

Когда Сюй Шэн наконец поднял голову от тетради, на улице уже совсем стемнело. Слышно было слабое стрекотание цикад, а жаркий сухой ветер шелестел в тени деревьев. Только тогда он понял, что на самом деле занимался уже почти час. Сюй Шэн отбросил ручку в сторону и сел, положив одну ногу на край сиденья. Он откинулся назад и вытянул шею, а затем бессознательно потянулся к бутылке минеральной воды на столе. Он открутил крышку, поднес отверстие бутылки ко рту, затем закрутил крышку обратно, но так ничего и не выпил. Идти в туалет было еще более неловко, чем принимать душ. Он не сообщал Шао Чжану никаких конкретных деталей и делал вид, что этого не происходит, но в итоге они оба стали пить меньше воды. Сюй Шэн подумал об этом, и его охватило глубокое чувство стыда. Он действительно не знал, почему так трудно провести день в школе. Сюй Шэн почесал волосы и снова достал телефон. Он открыл веб-браузер и нажал на сайт вопросов и ответов. Он хотел узнать, есть ли еще люди, пережившие подобное, но нашел только рекомендации по романам. Он мог только стать первым человеком, задавшим этот вопрос.

Он напечатал слово за словом: "Я учусь на втором курсе средней школы. Мои оценки... мои оценки определенно есть куда улучшать". Может быть, это была нерешительность в том, чтобы говорить об этом, или его неспособность найти правильный угол подхода в данный момент. Сюй Шэн некоторое время ходил вокруг да около, даже нелепо расхваливал собственную внешность, прежде чем перейти к основной теме: Я поменялся телами с одноклассником. Что мне делать? Выбор Сюй Шэном классификации для этого вопроса был одновременно трудным и сложным. Вскоре после этого врач по фамилии Ли ответил на его вопрос: Я рекомендую вам как можно скорее обратиться в больницу для обследования.На фотографии профиля врача по фамилии Ли был изображен белый халат с величественным, строгим выражением лица, выглядевший очень авторитетно. Сюй Шэн сел прямо. Казалось, он нашел решение.

Он ответил: Не могли бы вы рассказать подробнее?

Врач по фамилии Ли:

-Как можно скорее обратитесь к психиатру и активно сотрудничайте с ним. Желаю вам скорейшего выздоровления.

"..."

Сюй Шэн вдруг почувствовал, что тренировка почерка - вполне достойный вариант по сравнению с тем, чтобы просить совета у ненадежного врача. Сюй Шэн закончил копировать двадцать страниц, пока у него не закружилась голова, а зрение не стало расплывчатым. Слова в сетках переходили от знакомых к незнакомым и обратно к знакомым. По мере того, как он писал, он стал глубоко сомневаться в жизни и обществе.Его слова о том, что это было больше слов, чем он написал за весь семестр, оказались правдой. Сейчас он хотел исправить только что сказанную фразу - не только в этом семестре, но даже в прошлом семестре он не написал столько слов. Он никогда не сдавал домашние задания, не делал записей и не отвечал серьезно на вопросы на экзаменах.Если были варианты эссе, он всегда выбирал "поэзию", потому что там было меньше слов. За это Гу Яньван всегда получал горькую порцию брани. - Ты думаешь, что ты поэт? А?! Какая поэзия, с твоими несколькими ломаными фразами, разве это можно считать поэзией?! Даже если бы ты написал сочинение не по теме, это было бы лучше, чем это! Как ты сдал экзамен в средней школе! Сюй Шэн не стал размышлять дальше. Он пожал плечами, а другая мысль, появившаяся в его голове, оказалась именно этой: Похоже, что у Шао Чжаня не было друзей?Раньше он только знал, что этот человек выглядит холодным, но после того, как он на день стал Шао Чжаном, он обнаружил, что хотя у Шао Чжана было много поклонников, у него не было ни одного друга.Это было очень удобно для него. Ему не нужно было бороться с внезапным появлением какого-то "друга-вундеркинда".Если бы такой человек действительно существовал, им двоим пришлось бы вместе обсуждать проблемы и договариваться встречаться в библиотеке, чтобы в свободное время заниматься философией и расширять знания. Он бы предпочел смерть.Но через день он закончил наслаждаться удобствами, а вопросительный знак, похороненный в тени, становился все больше и больше. Неужели жизнь этого человека состояла только из тетрадей по Хуанган и Вусан? Неужели бог учебы настолько извращен? Сюй Шэн принял душ, и появился еще один знак вопроса.На этот раз он вытер конденсат на зеркале. Верхняя часть тела юноши в зеркале была обнажена, волосы еще не высохли, с них все еще капала вода. Сюй Шэн повернулся в сторону и повернул шею, чтобы посмотреть. На этот раз ему удалось разглядеть татуировку поближе - она выглядела как крыло, сделанное из пламени. Пламя вырывалось из лопаток в форме крыла.Это была очень простая татуировка, простая до такой степени, что ее можно было встретить чаще всего, если зайти в любой тату-салон. Это была полярная противоположность ледяному холоду Шао Чжана.Сюй Шэн посмотрел на него и почувствовал, что смотреть на кого-то так - слишком извращенно. Он стянул полотенце сбоку, сбросил все вопросительные знаки, накрыл голову, открыл дверь и вышел. Перед сном они вдвоем думали об одном и том же: может быть, завтра они смогут поменяться обратно.Если бы они не вернулись, то не смогли бы жить так дальше.На следующий день Сюй Шэна разбудил стук в дверь. Он открыл дверь своего общежития. Человек, принесший его рюкзак и подошедший проверить двадцать страниц в тетради, был он "сам". Небеса явно не принимали их звонков. Кроме этого необъяснимого раската грома, ответа не последовало.

Глава 12

Встреча лицом к лицу с «самим собой» давала странное ощущение. Сюй Шэн ещё не совсем проснулся и в какой-то момент подумал, что всё ещё спит, но через некоторое время он понял, что это реальность, которую они с Шао Чжанем в настоящее время переживали. Реальность оказалась более странной, чем сон.

Шао Чжань проснулся раньше и уже принял тот факт, что сегодня он всё ещё «Сюй Шэн». Он передал свою сумку с книгами.

– Иди в класс и сдай домашние задания.

Обычно он не брал свою сумку с книгами в общежитие. Домашние задания, которые давал каждый учитель-предметник, можно было выполнять во время самостоятельного урока, но теперь выполнять их в классе было неудобно.

Сюй Шэн взял сумку. Он вспоминал, что обычно делал во время утреннего самообучения. Когда Сюй Шэн всё же вспомнил, он с завистью сказал:

– Можешь снова идти спать. Подожди, пока остальные закончат заниматься, а затем отправляйся в класс. Я не прихожу по утрам на уроки самообучения.

Частота посещения Сюй Шэном утренних самостоятельных занятий действительно была невысокой. Если бы он стал приходить три дня в неделю, учителя начали бы задаваться вопросом, не встало ли солнце на западе. Приходить каждый день совершенно не соответствовало его обычным привычкам.

Шао Чжань какое-то время помолчал и пропустил эту тему.

– Покажи свою тетрадь.

Сюй Шэн указал на рабочий стол, жестом предлагая ему подойти и проверить самостоятельно.

Первые несколько страниц практики Сюй Шэна были написаны очень серьёзно, каждая строчка и штрих в соответствии с инструкциями. Однако этой аккуратности не хватило и на три страницы. После пятой или шестой страницы почерк становился всё более беспорядочным. Только скорость, а не качество. Даже клеточки не могли сдержать его.

Личность юноши была дикой, и слова несли эту невыносимую ауру.

Шао Чжань дошёл до самого конца и уставился на то, как Сюй Шэн отошёл от «стандартного сценария», чтобы создать свой собственный стиль письма, не похожий ни на один другой.

Сюй Шэн спрятал тетрадь в школьный рюкзак и подошёл к Шао Чжаню. Воспользовавшись временем, которое парень провёл, одной рукой листая страницы, а другой упёршись в край стола, Сюй Шэн упрямо спросил:

– Чжан Фэн неправильно написал. Я никогда тебя так не описывал. Я действительно не из тех людей, которые будут говорить такое о других за их спиной… Я не прошу слишком многого. Если десяти страниц недостаточно, как насчёт пятнадцати.

Шао Чжань закрыл тетрадь и произнёс фразу, от которой умерло сердце Сюй Шэна.

– Если завтра ты снова так напишешь, то будешь писать тридцать страниц в день.

Сюй Шэн: «……»

Изучив тетрадь, они решили поделиться обычными привычками друг друга, чтобы противостоять любым чрезвычайным ситуациям, которые могут сегодня произойти.

После обмена информацией Шао Чжань в последний раз проинструктировал:

– Не спи во время утреннего самообучения. После урока сдай задания.

Сюй Шэн с готовностью согласился.

– Хорошо, тогда не забудь пойти и попросить Гу Яньвана вернуть маньхуа.

Шёл утренний период самообучения, и Сюй Шэн сидел в классе, глядя на учебник по английской лексике.

В это время пришёл учитель и велел старосте позже прийти к нему в кабинет. Он поднял взгляд и увидел, что стул рядом с Сюй Шэном пустовал. Он нахмурился, но ничего не сказал. Он не был удивлён, что Сюй Шэн пропустил второй день самостоятельного обучения.

Гао Чжибо был отделён от него проходом, и даже если он хотел задать вопрос, ему было неудобно это сделать.

Двое учеников на передней парте только что сменили места из-за Бога обучения. Им тоже было стеснительно спрашивать.

На этот раз Сюй Шэн нехарактерно для себя не засыпал. Он даже почувствовал, что лежащий перед ним учебник по английскому языку стал более приятным для глаз. Ему действительно было слишком скучно. Глядя на слова в течение получаса, он фактически запомнил большинство из них.

После занятия Сюй Шэн пересчитал домашние задания и пошёл в кабинет Мэн Говэя.

Учитель занимался подготовкой материалов для занятий. Сегодня он хотел дать ученикам трудный вопрос, над которым нужно было подумать после занятий, и колебался между двумя. Когда он увидел, что пришёл «Шао Чжань», он поспешно помахал ему рукой.

– Отлично, подойди сюда на минутку.

Сюй Шэн, который хотел уйти после сдачи домашнего задания: «……»

Мэн Говэй повернул к нему экран ноутбука.

– Взгляни на эти два вопроса.

Сюй Шэн немного подвинулся. На экране отобразились два вопроса на понимание литературы.

Он… их не понял.

Если бы ему пришлось ответить на них прямо сейчас, он бы совершенно точно пропустил все основные моменты.

Хорошо, что Мэн Говэй тоже не хотел, чтобы он отвечал на вопросы. Он был в смятении и думал, что оба вопроса отличные, поэтому не мог выбрать, какой из них оставить своим ученикам.

– В соответствии с содержанием нашего следующего урока, какой вопрос на понимание прочитанного, по твоему мнению, лучше задать?

Пока с него не требовали решения задачи, говорить он мог легко. Настроение Сюй Шэна теперь стало очень спокойным.

– Я думаю, что у каждого вопроса есть своя направленность.

Мэн Говэй тоже так думал.

По правде говоря, один из вопросов был лирическим, а другой с приведением аргументов.

Сюй Шэн взглянул на время на часах. Вместо того, чтобы решать, какой вопрос задать, его больше беспокоило, вышел ли Шао Чжань из общежития и получил ли он уже обратно маньхуа.

Мэн Говэй:

– Тогда, по твоему мнению, что мне выбрать?

Сюй Шэн понял, что довольно долго был Шао Чжанем. Он уже подсознательно понимал темперамент этого парня. Он сказал себе: «В настоящее время я Шао Чжань. Я Бог обучения. Какова модель рассуждений Бога обучения?»

Пока Мэн Говэй не мог выбрать, он услышал, как «Шао Чжань» позвал его «Учитель» и с холодным, спокойным выражением лица сказал:

– Оба эти вопроса одинаково легки для меня… Вы хотите, чтобы я выбирал, но я действительно не вижу разницы.

_____________________

Шао Чжань решил задачи по математике в общежитии и как раз вовремя покинул комнату.

Как только церемония поднятия флага закончилась, толпа хлынула с площади и разделилась на две группы на баскетбольной площадке. Одна часть людей направилась к школе, а другая – к маленькому мини-маркету напротив школьного кафетерия.

Небольшой круглосуточный магазинчик находился в той же стороне, что и общежитие. Зоркие ученики замечали Шао Чжаня издалека и убегали.

Побыв второй день «Сюй Шэном», Шао Чжань не мог точно сказать, какие чувства это вызвало у него.

Он поднялся по лестнице через две и даже три ступеньки.

Кабинет Гу Яньвана находился на третьем этаже.

Когда Шао Чжань пришёл, у входа в кабинет уже выстроились несколько человек. Тем утром Гу Яньван поймал их всех за нарушение школьных правил. Дверь была открыта. Гу Яньван вызывал их по очереди, после того как заканчивал ругать одного, как король, он громко кричал:

– Следующий!

Гу Яньван крикнул несколько раз и поднял голову.

– Сюй Шэн?

Гу Яньван задумался и понял, что не просил сегодня Сюй Шэна приходить в его кабинет. Он сидел в своём офисном кресле, сложив руки вместе, и приготовился к битве.

– Зачем ты сюда пришёл? Ты нарушил какое-то правило, и твоя совесть беспокоила тебя, поэтому ты пришёл признаться?

Шао Чжань не знал, как Сюй Шэн обычно забирал конфискованные вещи. Он выбрал фразу на нужную тему, которая по его мнению точно не была бы ошибочной:

– Учитель Гу, не могли бы вы вернуть мне маньхуа?

Гу Яньван давно забыл о маньхуа. Он также не был из тех людей, которые не возвращали вещи после того, как забрали их, но Сюй Шэн не исправлялся и много раз бодался с ним. Он резко сел.

– У тебя ещё есть совесть, чтобы просить меня об этом?!

Шао Чжань: «……»

Гу Яньван ухватился за возможность и начал вспоминать все старые грехи для тщательного выговора.

– Забудем о том, что обычно ты плохо слушаешь уроки, но прогуливать весь день? Ты думаешь, я не знаю, как ты перелез через стену, чтобы выйти из школы… Несколько дней назад другой ученик признался мне, что видел, как ты дрался в интернет-кафе с несколькими другими ребятами. Я не звал тебя, но ты сам явился ко мне. Скажи, что именно произошло в интернет-кафе?!

Шао Чжань потерял дар речи.

Откуда ему было знать, что случилось в интернет-кафе.

Он пришёл только за маньхуа.

О Сюй Шэне ходило много легенд. Хотя Шао Чжань не обращал на них внимания, о некоторых он слышал.

Хотя Сюй Шэна редко ловили на перепрыгивании через стену, он целыми днями неспешно слонялся по школе. Постепенно слухи о «драках вне школы» становились всё более и более жаркими, от чего-то вроде «боя один против пятерых с учениками соседней школы» сегодня до «встречи с каким-нибудь большим братаном для боя насмерть» завтра.

А что касается слухов – хоть никто не видел всего этого лично, однако Сюй Шэн никогда ничего не отрицал.

Хорошо, что пришло время урока. Гу Яньван увидел, что за Шао Чжанем выстроились ещё несколько человек, которых нужно отругать, и решил разумно распределить своё время. Таким образом, он не планировал больше тратить слова на «Сюй Шэна».

– Будешь ли ты читать книги, не относящиеся к учёбе?

В настоящее время он был Сюй Шэном.

Если бы Сюй Шэн был здесь, как бы он ответил?

Гу Яньван увидел, как Шао Чжань погрузился в глубокую задумчивость на две секунды, прежде чем произнести с холодным лицом, которое почти сделало его неспособным вынести гнев на месте.

– Буду.

____________________

Ни один из них не осознавал, что иногда было бы полезнее не сохранять индивидуальность хозяина тела, и что такая внимательность к словам друг друга не очень хороша.

Шао Чжань вошёл в класс как раз в тот момент, когда прозвенел звонок. Когда он выдвинул свой стул, чтобы сесть, Сюй Шэн отложил ручку.

– Где моя маньхуа? Что сказал Гу Яньван?

Шао Чжань передал ему слова Гу Яньвана, сказанные ему перед уходом.

– Он сказал: «Убирайся к чёрту».

«……»

Хотя Сюй Шэн и посчитал это странным, но когда он хорошенько подумал,  то понял, что это в пределах его ожиданий. С Гу Яньваном действительно было непросто разговаривать, и это «убирайся к чёрту» тоже в его стиле.

– Неужели его настроение сегодня такое взрывное? Хорошо, в следующий раз я пойду сам.

Этот урок был отмечен в их расписании как физкультура, но обычно её замещали на другие уроки.

Кто-то в классе спросил:

– Староста, какое у нас занятие на этот раз?

Старостой седьмого класса был высокий мальчик с короткой стрижкой. Из-за того, что он был худым, он немного напоминал обезьяну. Кроме титула старосты класса, все обычно называли его и «брат Обезьяна».

– Вчера учитель математики начал спорить с учителем английского языка по этому поводу. Они сошли с ума, пытаясь выхватить это время. Я тоже не знаю, в каком доме сегодня приземлился классный цветок…

Только его слова были сказаны – класс разразился отчаянными вздохами.

В конце концов, тем, кто вошёл в класс, был учитель английского языка.

В других классах, по крайней мере, использовалась человеческая речь. Заставить себя не заснуть, чтобы послушать урок, можно было, но Сюй Шэн не понимал английского и не читал его. Сюй Шэну стало скучно слушать, поэтому он ткнул Шао Чжаня ручкой.

– Не двигайся.

– Если я не буду двигаться, я засну, – Сюй Шэн запрокинул голову. – Не играй постоянно только в эту игру, есть ежедневные подарки, так что не забывай входить в систему и других игр.

Шао Чжань проигнорировал его.

Сюй Шэн действительно больше не мог бодрствовать. Ледяное равнодушное лицо было всё же интереснее, чем уроки английского. Он достал телефон и сказал:

– Мы уже добавили друг друга в друзья?

Их отношения не сводились к тому, чтобы добавлять друг друга в друзья, но сейчас ситуация была особенной. В наш онлайн-век не было бы возможности связаться с другим, если что-нибудь случится после школы.

Думая об этом, Шао Чжань согласился.

– Я добавлю тебя после урока.

Сюй Шэн сунул телефон в ящик стола.

– Хорошо.

Имя пользователя и изображение профиля Шао Чжаня были точно такими же, как он сам. Он был погружен в плотное чувство «у меня нет эмоций». Его аватаром была иконка по умолчанию, а имя пользователя – его настоящее имя. Это было просто и сурово.

Залитое солнцем селфи Сюй Шэна по сравнению с ним было ярким, хоть так называемое селфи и было всего лишь снимком на фоне света.

Сюй Шэн не знал, что отправить, и оставил только записку, чтобы собеседник не забыл, кто он.

S: Сюй Шэн.

После занятий можно было сказать, что ничего особенного не произошло. После последнего урока, литературы, Сюй Шэна позвал Мэн Говэй.

– Шао Чжань, подойди сюда на минутку, раздай всем тетради с домашним заданием.

Сюй Шэн только отошёл, когда Шао Чжань закончил домашнюю работу и собирался уйти через заднюю дверь класса, когда какой-то ученик бросился к нему в попытке обнять.

– Босс…

Чжан Фэн промахнулся и набросился на пустой воздух, затем повернул голову к «Сюй Шэну». Он с энтузиазмом сказал:

– Пойдём!

Куда?

Чжан Фэн сказал:

– Я уже забронировал место в интернет-кафе. Мамы сегодня нет дома, я могу сыграть несколько раундов!

Шао Чжань не успел придумать предлог для отказа, когда ещё несколько человек выскочили из-за Чжан Фэна. Все они были учениками, которые тусовались с Сюй Шэном в течение первого года обучения.

– Пойдём, мы давно не проводили время вместе.

Из-за того, что вокруг было так много людей, у Шао Чжана не было возможности что-то сказать, и они вытолкнули его за школьные ворота.

Внутри интернет-кафе было довольно много людей. Остальные усадили Шао Чжаня за компьютер. Он включил его и вспомнил, что только что добавил Сюй Шэна в друзья.

Он открыл чат с пользователем «S»: Поторопись и…

Он не закончил печатать слова «иди сюда».

Стеклянные двери интернет-кафе, которые с треском открывались каждый раз, когда кто-то входил, снова хлопнули. Несколько человек яростно ворвались! Они вытянули шеи, как будто кого-то искали. Это были молодые люди, которые выглядели очень модно.

В интернет-кафе уже было шумно. Шао Чжань раздражённо поднял взгляд, услышав этот звук. Его взгляд случайно встретился с глазами этих людей.

В следующую секунду Шао Чжань увидел, как один из них начал дрожать от волнения. Он протянул палец, чтобы указать на него, крикнув:

– У тебя ещё есть наглость приходить сюда?! – после этого человек обернулся и сказал: – Босс, я нашёл его, это он!

На мгновение слова Гу Яньвана, которые тот произнёс в своём кабинете, когда указывал на него, наложились на сцену перед ним: «Что именно произошло в интернет-кафе?!»

Глава 13

В интернет-кафе было более пятидесяти компьютеров. Помимо небольшого числа школьников, остальные были взрослыми, которые играли в игры, выдыхая клубы дыма.

Несколько вошедших человек были довольно молодыми. Хотя их наряды казались очень модными, и они выглядели так, будто все ходили в одну и ту же парикмахерскую с головами, полными светлых прядей, а на их шеи было натянуто несколько серебряных цепочек – если бы они всё ещё учились в школе, они были бы на первом или максимум втором году старшей школы.

Раздавшийся крик был полон силы и громко резонировал. Он нёс явный оттенок негодования, и под юношеские крики «Чёрт, поторопись и исцели меня, завали его быстрее, быстрее», заполнившие всё интернет-кафе, этот вопль действительно сумел выделиться.

Те, кто ничего не знал, действительно могли подумать, что Шао Чжань что-то с ними сделал.

Вызванный «Босс» спросил:

– Ты уверен, что это он?

– Это определённо он, я не могу ошибиться. На нём та же футболка, что и в тот день! Именно та чёрная с несколькими линиями поперёк!

Человек у двери, который говорил, был слишком зол. После этих слов ему пришлось на мгновение остановиться, чтобы собраться с мыслями, и сказать:

– Я во всеуслышание заявляю, что не позволю тебе сегодня уйти легко!

Шао Чжань: «……»

Этот человек снова закричал.

– Публично заявляю!

Шао Чжань сидел в углу последнего ряда. Сбоку от него было окно, прикрытое занавесками. По словам Чжан Фэна, это было обычное место «Сюй Шэна», и причина этого очень простая: там окно. Интернет-кафе было окутано дымом, и здесь пахло сигаретами. Наличие окна давало ему возможность немного очистить воздух. Кроме того, Сюй Шэн не любил сидеть должным образом, куда бы он ни пошёл, поэтому рядом с ним была стена, которая позволяла легко опереться, чтобы отдохнуть.

Так совпало, что одежда, которую Сюй Шэн бросил ему, оказалась чёрной футболкой с граффити, бывшей на нём в тот день в интернет-кафе.

После того, как люди договорили свои резкие слова, они увидели, как человек за монитором компьютера в углу двигается – лицо юноши было ледяным. Честно говоря, с этим холодным выражением лица людям едва удалось узнать его в переполненном интернет-кафе. Им помогло только то, что он был в той же футболке, что и в тот день. Холод, поселившийся между его бровями, усиливала чернота его одежды, как будто он был недоволен тем фактом, что они слишком громкие. Он убрал руку, сжимавшую мышь.

Шао Чжань снова опустил голову и закончил печатать слова, которые не успел дописать: Иди сюда.

Он продолжил отправлять сообщения: Я в интернет-кафе. Тут несколько блондинов ищут тебя.

Странные ситуации, которые происходили после смены тела, не могли сравниться с тем, что происходило сейчас.

Группа людей затащила его в интернет-кафе.

Он успел посидеть не более двух минут, как другая группа людей толкнула дверь и вошла, указывая на него и крича: «Я не позволю тебе сегодня уйти легко».

Этим утром, когда он и Сюй Шэн говорили о вещах, на которые стоит обратить внимание, Сюй Шэн действительно сказал что-то о том, как иногда ходит в интернет-кафе с Чжан Фэном, чтобы поиграть в игры после школы.

– В классе обычно нужно делать то, что я тебе уже сказал. Если не хочешь, чтобы тебя наказали и заставили стоять, ты можешь просто глупо смотреть в свой учебник. Да и ещё, Чжан Фэн может искать тебя…

Сюй Шэн даже подробно рассказал ему, какими героями он обычно любил играть, и каковы стили игры этих персонажей.

– …Мои игровые навыки очень высоки, рекомендую потренироваться заранее.

Шао Чжан был вынужден запомнить всё о чужих игровых привычках, но он был уверен, что Сюй Шэн ничего не упоминал о наличии врагов в интернет-кафе.

Чжан Фэн и банда друзей Сюй Шэна с первого года тоже были сбиты с толку.

– Что происходит?

Шао Чжань замер на две секунды и, наконец, отправил ещё одно сообщение: Если ты не сможешь попасть сюда за три минуты, тебе придётся разбираться с последствиями.

Но этот «S», вероятно, не смотрел в свой телефон. На несколько сообщений, которые отправил Шао Чжань, ответа не последовало.

Сам того не зная, в этот самый момент Сюй Шэн стоял в кабинете и слушал, как Мэн Говэй ругает его же.

– Этот Сюй Шэн никогда не сдаёт домашнее задание.

Мэн Говэй подозвал его, чтобы передать ему проверенные задания, и, отдав их, он не мог не пробормотать:

– Скажи, что происходит в его голове каждый день? Он всё ещё собирается сдавать вступительные экзамены в колледж? Его будущий путь ещё так долог, чем он собирается заниматься?

Слушая, как учитель ругает его, Сюй Шэн действительно чувствовал себя немного неловко.

Почему, независимо от того, был ли он Сюй Шэном или Шао Чжанем, он не мог избежать этого?

Сюй Шэн не знал, что это было за проклятие. Он небрежно сказал:

– Он… У него, вероятно, есть свои собственные планы.

– Какие к чёрту, у него планы?!

«……»

– Вчера я звонил его матери, – когда он упомянул об этом, Мэн Говэй понизил голос и, как будто это было невероятно, сказал: – Это тоже странно. Она просто спросила меня, ходит ли Сюй Шэн в последнее время в школу и делал ли он что-нибудь, связанное с учёбой.

Мэн Говэй редко звонил родителям учеников. В конце концов, это не закончилось бы хорошо, если бы инциденты, произошедшие в школе, переложили на родителей. Обычно, если ученики не занимались чем-то крайне плохим, он изо всех сил старался не привлекать их родителей.

Когда он позвонил, мать Сюй Шэна, вероятно, была занята на работе. Женщина профессионально и вежливо ответила на звонок:

– Алло?

– Ах, здравствуйте, я классный руководитель Сюй Шэна.

Собеседница несколько секунд молчала. На заднем фоне слышались звуки шумной рабочей среды.

– Здравствуйте, учитель.

Понимание Мэн Говэем фразы «делал ли он что-нибудь, связанное с учёбой» явно отличалось от понимания матери Сюй Шэна.

– Это именно та проблема, из-за которой я позвонил. Он не делает ничего, связанного с учёбой. Если он не рассеян в классе, значит, он в этот момент спит.

Однако после этих слов казалось, что мать Сюй Шэна почувствовала облегчение и больше ни о чём не спрашивала.

Когда Мэн Говэй вспомнил об этом, он махнул рукой.

– Забудь, я больше не буду об этом упоминать. В любом случае, постарайся ему помочь.

Сюй Шэн опустил взгляд и не ответил, пока Мэн Говэй не позвал его во второй раз. Только тогда уголки его рта дернулись, и он пришёл в себя.

– Хорошо.

Мэн Говэй смутно чувствовал, что настроение «Шао Чжаня» было плохим, но он не думал об этом слишком много. Сюй Шэн попрощался:

– Учитель, если больше ничего нет, я пойду.

Только что у Сюй Шэна не было времени взглянуть на свой телефон. Теперь у него не было настроения.

Он вышел из кабинета и раздал задания. Коридор был крайне пуст, вокруг не осталось никого, кроме дежурных.

Он не хотел сейчас возвращаться в общежитие, поэтому повернул за угол за дверью класса и некоторое время посидел на ступеньках.

Здесь было довольно высоко.

Сюй Шэн сел у вентиляционного отверстия. Его школьную форму раздувало ветром. Только после этого он опустил голову и вытащил телефон.

Четыре сообщения.

От Шао Чжаня.

Сюй Шэн не мог придумать ничего, что могло бы случиться. Он небрежно открыл сообщение, а затем его необъяснимо умеренные эмоции исчезли. Он резко встал, в его голове осталось только одно слово: блядь?

Интернет-кафе, блондины.

После того, как эти два ключевых слова были соединены, он смог вспомнить события того дня. После того, как Чжан Фэн ушёл, он купил мятные конфеты и убрал несколько шумных молодых людей.

Изначально с этим событием было легко справиться, и это не имело большого значения, но когда Сюй Шэн подумал о том дне, когда он «убрал» этих людей…

Сюй Шэн печатал, сбегая вниз.

Он слишком торопился, и его пальцы яростно стучали, но его скорость печати стала медленнее, потому что он много раз ошибался при вводе каждого слова.

S: Бля.

S: Эта ситуация немного сложна, но это определённо не то, что ты думаешь. Я не могу объяснить это за такое короткое время.

S: Просто стабилизируй ситуацию, я приду прямо сейчас.

Сейчас говорить об этом было бесполезно. Сюй Шэн наконец прислал более практичное решение: Постарайся сбежать. Если нет возможности, создай её сам.

Шао Чжань, очевидно, не заметил этого дружеского совета.

В настоящее время он прислонился к креслу. Окно рядом с ним было приоткрыто, и оттуда дул свежий летний ветерок. Его окружили пятеро молодых гангстеров.

Атмосфера была наполнена острыми лезвиями.

Но Шао Чжань не был трусливым. В конце концов, он пришёл в интернет-кафе с несколькими людьми. Чжан Фэн вскочил первым и яростно сказал:

– Давай сразимся пять против пяти, и кто знает, кто проиграет.

Шао Чжань сидел в углу и ничего не говорил.

Хоть он ничего и не сказал, просто сидение на месте заставило других почувствовать, что они получили вызов – выражение лица юноши было слишком безразличным, и он даже медленно выключил свой компьютер, как будто события, происходящие перед ним, не имели к нему никакого отношения.

Шао Чжань не хотел с ними связываться, но стоящая перед ним проблема прямо вынуждала его, не оставляя выбора.

Услышав, как Чжан Фэн выкрикивает все эти фразы, он решил, что должен разобраться с этим, несмотря ни на что.

Шао Чжань выключил свой компьютер и спокойно спросил:

– Ты знаешь, что случилось с этими людьми?

Чжан Фэн:

– Я не знаю, но знаю одну вещь. Неудачники не теряют своего достоинства. В любом случае, разве ты сам не должен знать, что случилось?

Шао Чжань вспомнил титул школьного тирана Сюй Шэна, слухи «один против пяти», и холодно сказал:

– Я рассердил слишком многих людей. Я забыл.

«……» – Чжан Фэн искренне похвалил: – Потрясающе.

После того, как прозвучали слова Шао Чжаня, названный «Боссом» на противоположной стороне взорвался:

– Этот парень довольно наглый! – пока лидер говорил, он потянулся, чтобы схватить Шао Чжаня за воротник и вытащить его.

Шао Чжань явно выглядел так, будто не хотел с ними связываться, его лицо было полно безразличия. В этот момент он посмотрел вниз. Прямо перед тем, как другая сторона схватила его за воротник, он схватил чужое запястье, усиливая давление, пока другая сторона не перестала двигаться.

Шао Чжань не отпускал руку, пока не встал. Другой участник резко потерял равновесие и отступил на полшага. Только тогда Шао Чжань поднял взгляд и вынул наушники из ушей.

– Поговорим на улице.

Чжан Фэн собирался последовать за ним, но Шао Чжань снова прижал его к сиденью.

– Ребята, оставайтесь здесь.

Он всё ещё не понимал, что происходило. Слишком много людей затруднило бы управление ситуацией. Кроме того, в настоящее время он был Сюй Шэном.

Чжан Фэн:

– Мы… должны остаться здесь? Что нам тут делать?

Чжан Фэн подумал две секунды, прежде чем внезапно его осенило.

– Я понимаю, о чём ты. Мы должны дождаться твоих указаний, прежде чем сбежать.

Шао Чжань:

– Оставайтесь здесь и играйте в игры.

Чжан Фэн: «……»

*Ба-бах!* – Чжан Фэн увидел, как «Сюй Шэн» толкнул дверь и вышел из интернет-кафе. В его глазах образ Сюй Шэна в этот момент был спокойным, холодным и внушающим трепет.

По слухам, он идеально совпадал с Сюй Шэном.

Время шло секунда за секундой.

Чжан Фэну было трудно усидеть на своём месте.

По правде говоря, понимание Чжан Фэном Сюй Шэна на самом деле основано на слухах. Сюй Шэн никогда раньше не брал их на драки и обычно очень спокойно играл в игры в интернет-кафе.

Он не был уверен в боевых навыках Сюй Шэна, но независимо от уровня его способностей, на противоположной стороне было пять человек. Несмотря на то, что ходили слухи, что Сюй Шэн раньше выигрывал один против пяти, не было никакой гарантии, что он сможет выиграть на этот раз.

Чем больше Чжан Фэн думал об этом, тем  он становился всё более взволнованным.

Какова ситуация снаружи? Ему нужна помощь?

Его первая попытка помочь полностью истекала из его юношеского азарта. Его вспыльчивость бросилась ему в голову. Если бы волнение Чжан Фэна прошло, было бы трудно заставить его броситься на помощь в это время.

У Чжан Фэна не было желания играть в игры. Он долго убеждал себя: «Я должен храбро встретиться с этим лицом к лицу! Я должен набраться храбрости! Ради своего ближайшего брата я выбегу прямо сейчас!»

Чжан Фэн, наконец, резко встал и огляделся по сторонам. Он нашёл в углу облысевшую метлу и крепко взял её в руки. Он глубоко вздохнул и сказал остальным:

– Ребята, продолжайте играть, я пойду первым и посмотрю.

Сюй Шэн никогда не бегал так быстро.

Кроме звука собственного сердцебиения, он мог слышать только ветер, свистящий в его ушах.

Он не знал, в какой ситуации сейчас находится Шао Чжань. Он сказал ему бежать, но был ли у него шанс сбежать?

Хорошо, что школа была недалеко от интернет-кафе. Кажется, магазин на улице только что получил товар: коробки лежали поперёк узкого входа в переулок. Сюй Шэн упёрся одной рукой и перепрыгнул через ящики – он завернул за угол, наконец увидел магазин под интернет-кафе и побежал наверх по лестнице.

Сюй Шэн успел преодолеть половину ступенек, когда услышал, как дверь в интернет-кафе с треском открылась!

Осталось всего несколько шагов. Сюй Шэн шёл вверх большими шагами, когда увидел, что Чжан Фэн толкнул дверь, в героической позе высоко поднял метлу и выбежал с плотно закрытыми глазами. Чжан Фэн был захвачен боевой стойкой вспыльчивого юноши и громко кричал:

– Отпусти моего брата…

Сюй Шэн: «……»

Сюй Шэн схватился за перила и остановился наверху лестницы. Потому что, кроме Чжан Фэна, он сразу увидел пятерых блондинов, которые свернулись калачиками на земле и стонали.

Чжан Фэн также на полпути обнаружил, что что-то пошло не так. Потому что, когда он выбежал, он ничего не услышал. Он открыл глаза. Где «один против пятерых»? Никто даже не дрался.

– Куда… куда они делись?

Освещение у лестницы было не очень хорошим. Складские товары блокировали большую часть света.

«Сюй Шэн», сидящий на груде ящиков, немного сдвинулся. Половина тела юноши была скрыта в тени, его длинные ноги упирались в землю. В глазах Сюй Шэна, лишённых тепла, был намёк на улыбку, всё его тело источало необъяснимое, ужасающее чувство угнетения. Его голова была слегка опущена, и они могли видеть лишь прямую высокую переносицу и растрёпанные волосы, закрывающие глаза.

Глава 14

На теле Шао Чжаня не было видно никаких следов драки. Когда свет и тень переместились, освещение в коридоре замерцало. Парень медленно подошёл к нескольким людям, лежащим на земле.

Те держались за животы, беспрерывно издавая стоны.

Когда Шао Чжань обернулся, Сюй Шэн увидел, что на «его» теле всё-таки осталось несколько ран, но они казались очень лёгкими. Кожа в уголке рта была немного поцарапана «преступным орудием», которое было у другой стороны.

Эта сцена.

Это освещение.

Этот гангстерский финал.

Слова «малолетние преступники, устраивающие войны молодёжных группировок» были доведены в этой сцене до крайности.

Когда Шао Чжань двинулся с места, остальные тоже пришли в себя.

Чжан Фэн опустил лысую метлу. Когда его энтузиазм угас, он почувствовал себя неудачником. Особенно под давлением ауры мастера перед ним, его действия казались ещё более смущающими. Он ошеломлённо спросил:

– Бой окончен? Так быстро, это заняло всего несколько минут…

На самом деле всё так же, как передают слухи! Похоже, даже слухи иногда бывают правдой!

Шок, который получил Чжан Фэн, был слишком сильным, и он добавил про себя: «Нет, правда, чёрт возьми, более жестока, чем слухи».

Как и ожидалось от Сюй Шэна!

Чжан Фэн подумал об этом и понял, что по сравнению с тем, что драка закончилась так быстро, перед ним стояла ещё одна явно более странная вещь. Он посмотрел на лестницу.

Шао Чжань, номер один школы, подобный богу в экзаменационной комнате, обычно был холодным и не особо заботился о других, сейчас стоял прямо напротив него. На нём была школьная форма Шестой школы, но он расстегнул две пуговицы и выглядел более небрежно, чем обычно.

Чжан Фэн был сбит с толку. Это событие оказалось действительно слишком внезапным. Кто мог сказать ему, почему Бог обучения появился в таком месте и в такое время?!

Чжан Фэн:

– Бог обучения, ты… ты тоже ходишь в интернет-кафе, чтобы зайти в интернет?

Мозг Сюй Шэна тоже был в беспорядке, уровень его замешательства оказался не меньше, чем у Чжан Фэна.

О нём действительно ходило много слухов, и то, что он не следовал правилам, было правдой, но по большей части это полная чушь, особенно самый известный из них про пятерых против одного. Он даже не знал, какой сумасшедший это распространил.

Сюй Шэн подумал об этом, затем посмотрел на пять «трупов» на земле.

Сюй Шэн медленно вздохнул. В этот момент он был немного сбит с толку и находился в отчаянии. Он отпустил перила.

– Нет, у меня дело к нему.

Чжан Фэн: «?»

По дороге Сюй Шэн представлял множество разных ситуаций.

Как, например, он увидит «себя» лежащим на земле, которого избивают другие, до синяков на носу и опухших глаз.

Или же Шао Чжань уже нашёл возможность ускользнуть.

Среди этих бесчисленных предположений ни одно не соответствовало представшей перед ним сцене: Шао Чжань на самом деле победил всех в драке один против пяти.

…

После того, как Сюй Шэн заговорил, ему было всё равно, что об этом подумает Чжан Фэн. Он прямо спросил Шао Чжаня:

– Ты в порядке?

Так случилось, что Шао Чжань тоже искал его. Он дал ему три минуты, а Сюй Шэн прибыл только сейчас. Он не выглядел слишком довольным.

– Ты мог идти ещё медленнее.

Шао Чжань не хотел драться. Прежде чем он открыл дверь интернет-кафе и вышел, он придумал не менее трёх планов. Однако, как только он вышел, противник немедленно взмахнул кулаком, не оставляя ему выбора.

Сюй Шэн, бросившись к нему, измотал себя почти до полусмерти. В конце концов, это его проблемы, и позволять Шао Чжану брать на себя удар неблагородно.

– Лао Мэн позвал меня и слишком много говорил, – Сюй Шэн немного наклонился, всё ещё тяжело дыша, когда объяснил. Он изо всех сил старался дышать ровно. – Я бросился сюда сразу же, как только увидел сообщение.

Сообщение?

Эти двое даже добавили друг друга в друзья?

После того, как Чжан Фэн получил несколько ударов за короткий промежуток времени, он был поражён сильнейшим ударом. Он смотрел широко раскрытыми глазами, как они вместе спустились по лестнице после того, как Бог обучения договорил.

Что, чёрт возьми, происходит? Когда их отношения стали такими хорошими?

Чжан Фэн не мог этого понять. Остальные одноклассники в интернет-кафе позвали его. Он почесал затылок и не стал думать об этом слишком много:

– Сейчас приду, подождите меня.

В мини-маркете внизу, недалеко.

Этот мини-маркет имел неплохую репутацию среди учеников Шестой школы. Поскольку он находился недалеко от школы, помимо покупки закусок и других вещей, ребята, которые обычно уходили из школы, чтобы поесть, также покупали суши-роллы и ланчбоксы, поэтому обычно днём или после школы приходило много учеников.

Через некоторое время в магазине специально открылась небольшая обеденная зона – эта так называемая обеденная зона представляла собой простой стол с несколькими стульями у окна у входа.

В это время приходило очень мало покупателей. Сюй Шэн потянул Шао Чжаня за собой и толкнул дверь. В обеденной зоне никого не оказалось.

Сюй Шэн:

– Сиди и жди. Я пойду куплю лекарства.

Шао Чжань поднял руку и потёр пальцем уголок рта.

– Не нужно, это лёгкая травма.

Вместо беседы об этой незначительной травме он хотел выяснить, что же, чёрт возьми, случилось в интернет-кафе.

Сказав это, он схватил Сюй Шэна за воротник формы и потянул назад не резко, но и не мягко.

– Сначала объясни. Эта банда людей, кто они и что им было нужно?

Сюй Шэн не думал, что это лёгкая травма, особенно учитывая, что это лицо всё ещё было его собственным.

– Для тебя это может быть небольшая травма, но для меня она совсем не маленькая. Если не позаботиться о ней должным образом, останется шрам и испортится мой имидж.

«……»

– Так, – Сюй Шэн указал на обеденную зону. – Найди место, где можно присесть.

Сюй Шэн нашёл на полке бутылку с йодофором и взял пакет с ватными палочками. Учитывая, что у них не было возможности поесть после школы, Сюй Шэн также взял из холодильника пару упаковок суши-роллов.

Хозяин круглосуточного магазина просканировал товары и спросил:

– Разогреть суши?

– Да, – Сюй Шэн достал мелочь и передал её. – Спасибо.

Две минуты на разогрев.

Ожидая, когда Сюй Шэн купит нужные вещи, Шао Чжань опустил голову и смотрел в свой телефон. Если посмотреть на него со стороны: эта одежда и свежая травма на рту… Никто бы не поверил, если бы сказали, что он не хулиган.

Он также понятия не имел, как они жили в последнее время.

Только тогда Сюй Шэн рассказал о том, что в действительности произошло в интернет-кафе.

– Сегодня… – Сюй Шэн не знал, как это выразить. – Я действительно не думал, что они вернутся за мной.

Шао Чжань взглянул на него.

– Продолжай.

Сюй Шэн просто рассказал о событиях того дня в интернет-кафе.

– На самом деле это не было большим конфликтом. Я только немного их обманул. Думаю, они об этом узнали.

Блеф Сюй Шэна включал, но не ограничивался следующим:

Вы знаете, кто я? Потом упоминание какого-то известного X братана. Если вы не знаете, тогда пойдите и спросите. Позвольте мне рассказать вам, ребята, историю о том, как X-брат попадал в колонию для несовершеннолетних семь раз за год.

Сюй Шэн на самом деле никогда не избивал других.

Он был не из тех, кто машет кулаками без всякой причины. Он придерживался философии не шевелить и пальцем, если мог шевелить ртом. В тот день Сюй Шэн окинул взглядом кучу складских товаров и сел на неё, начиная подробно рассказывать о своих годах в роли старшего брата, придумав гангстера по имени «Сюй Фэйлун». Он живо и увлекательно рассказал историю семи заключений в колонии.

– Кто я? Вы, ребята, не слышали о брате Лун? Вы не сможете просто так отсюда уйти… Когда я был в вашем возрасте, я всё ещё находился в колонии для несовершеннолетних, – сказав это, он угнетающе посмотрел: – Вы понимаете, почему я говорю об этом?

Шао Чжань услышал это и отбросил телефон в сторону. Он наконец понял, почему группа людей подошла к нему сегодня, потрясая кулаками. После того, как их так головокружительно обманули, всё это превратилось в вышитый фарс.

– Ты был в колонии для несовершеннолетних семь раз?

Сюй Шэн потёр нос и тоже почувствовал смущение.

– Это просто чушь, которую я придумал.

Его психическим состоянием можно будет заняться потом. За последние несколько дней они вдвоём пережили слишком много странных происшествий, так что быстро успокоились после того, как столкнулись с сегодняшними событиями.

Шао Чжань:

– Есть ещё какие-нибудь истории?

Сюй Шэн:

– Не думаю. В будущем ты сможешь спокойно выходить в интернет.

Он должен был поддерживать образ. Это событие принесло с собой немного стыда и вины.

Школьный тиран, нарушающий правила, был вынужден вступить в драку, и если бы Мэн Говэй или любой другой учитель узнал об этом, с него бы заживо содрали шкуру.

Пока Сюй Шэн говорил, он положил предметы на стол и, наклонившись, отвинтил колпачок с йодофора. Он вынул ватную палочку и ухватил Шао Чжаня за подбородок, чтобы заставить того поднять голову.

Сюй Шэн не мог не почувствовать себя странно, глядя на своё лицо с такого близкого расстояния. Он поднял ватную палочку и сказал:

– Может немного болеть. Я постараюсь быть аккуратным.

Шао Чжань хотел сказать, что в этом действительно нет необходимости. Но в следующую секунду лёгкая боль и озноб покрыли уголок его рта.

Он чувствовал, что движения Сюй Шэна действительно были очень лёгкими. Юноша наклонился к нему так близко, что он мог пересчитать «на себе» ресницы.

Было несколько учеников, которые позже вышли из школы, и сейчас зашли в магазин купить еды.

Это были две девушки с рюкзаками. Вероятно, они остались после уроков, чтобы выполнять классные обязанности. Школьницы толкнули дверь, но прежде чем они смогли войти внутрь, одна из них внезапно остановилась.

– Что не так?

Другая последовала за ней и, обернувшись, они увидели сцену в обеденной зоне…

Юноша в форме Шестой школы наклонился вперёд, обрабатывая другому рану. Они находились в углу. Даже если их поле зрения было заблокировано, они могли с первого взгляда определить, что другой человек часто давал дисциплинарные отзывы перед всей школой.

Казалось, они наткнулись на какой-то невероятный секрет.

_____________________

Они вдвоём вернулись в общежитие. Прежде чем войти в дверь, Сюй Шэн передал ему лекарство.

– Не забывай применять его три раза в день.

Шао Чжань неохотно принял эту ответственность и напомнил ему:

– Практикуйся в написании, двадцать страниц.

Сюй Шэн: «……» Если бы он не сказал, я бы забыл.

Из-за этой ситуации, которая вынудила Шао Чжаня убирать беспорядок, Сюй Шэн написал вечером свои двадцать страниц с нехарактерным вниманием. Он точно следил за тем, как инструкция отображала символы, и его штрихи не вылетали из отметок сетки.

Когда он оторвал голову от тетради, то понял, что на самом деле добился небольшого прогресса.

Его письмо обычно было как сорняк, без единого намёка на «сдержанность». Теперь его иероглифы стали намного лучше, чем раньше.

Сюй Шэн отбросил ручку и решил принять душ и лечь спать.

Множество мыслей мелькало в его голове какое-то время, наконец, остановившись на образе Шао Чжана, сидящего на куче товаров.

В Шао Чжане было что-то такое, чего он не мог понять. Он не знал почему, но в тот момент он приблизился к истине, к этому неуловимому, неизвестному образу.

На следующий день, как обычно, Сюй Шэн пошёл на утреннее самообучение под именем «Шао Чжань».

Не прошло и трёх минут, как он услышал, как одноклассник в первом ряду, делая домашнее задание, сказал:

– Ребята, вы знаете, что школьный тиран сражался один на пять вне школы?

Скорость сплетен всегда превышала пределы воображения людей. Особенно это касалось сплетен, подкреплённых действительностью.

Ученик в первом ряду эмоционально добавил:

– Похоже, что в некоторых случаях без ветра не бывает волн! Раньше я вообще не верил в это, но на самом деле всё оказалось правдой.

Сюй Шэн: «……»

Сюй Шэн обнаружил, что помощь Шао Чжаня можно рассматривать как полное закрепление этого слуха.

Страница книги Вопрос за рамками программы в интернете

Table of Contents

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

О книге