Глава 1 - Возрождение в опасном месте

«Разве ты не говорил, что я нравлюсь тебе? Тогда умри за меня!»

Когда ему приснились эти слова, Лин Сяо проснулся с громким криком. Холодный пот стекал по его спине.

Перед его глазами предстала пустая и просторная комната. Пол и стены были запятнаны несмывающимися следами крови. Разные виды изогнутых ножей были размещены повсюду, вместе с веревками, для того, чтобы люди не могли вырваться, привязанные к кровати. Той самой, на которой лежал он сам.

Глядя на эту комнату, возникало ощущение дежавю…

Это комната очищения*!

[Кастрационная комната].

В панике Лин Сяо посмотрел вниз на свою промежность. Все детали его тела, которые находились ниже пояса, вместе с небольшим бугорком на его промежности, были отчетливо видны.

Он тихо выдохнул… Хорошо, что он все еще там...

Его руки и ноги все еще были связаны, а в комнате никого не было. Но за дверью было очень шумно.

Лин Сяо порадовался, что его голову и талию еще не зафиксировали. Немного приподнявшись и склонив голову, он начал кусать веревки на запястьях. Избавился от веревок на ногах. Встав с кровати, Лин Сяо посмотрел на свое тело, понимая, что он полностью голый. Он взял приготовленную одежду евнуха, что лежала неподалеку, и надел ее. После этого Лин Сяо подошел к дверному проему. Сквозь небольшую щель он посмотрел за дверь.

Там стояла шумная толпа, которая окружала довольно знакомую девушку.

Черты у этой девушки были выдающимися, она выглядела как национальная красавица, но сейчас она выглядела ужасно, ее слезы капали на пол и текли по щекам, при этом она выглядела и милой, и жалкой одновременно.

Это Мо Ци! Лин Сяо широко распахнул глаза.

«Как она здесь оказалась? Нет, нужно спросить, как они здесь оказались?»

Он вспомнил, что совсем недавно он и Мо Ци во дворце пили вино и любовались луной.

Оказалось, что в одной из чаш с вином был яд, который и унес его жизнь.

Лин Сяо прикоснулся к себе, проверил температуру тела и нахмурил брови. Его отравили вином, но почему температура тела была нормальной?

Что происходит?

Он был в замешательстве. Внезапно он увидел нескольких евнухов, которые шли в направлении его комнаты.

Лин Сяо встревожился. Он знал, для чего его раздевали и привязывали в комнате очищения, ведь раньше он видел, что здесь делают.

Думая об этом, он отбросил свои сомнения и прошелся взглядом по комнате. Его взгляд остановился на широко открытом окне.

Воспряв духом, он поспешно подбежал к окну и выпрыгнул из него.

Убегая, в отдалении он услышал крик. Евнухи позади него подняли тревогу, сделалось шумно.

Чтобы скрыться, он играл роль евнуха, ходил мимо них и следовал за ними, притворяясь, что тоже ищет сбежавшего евнуха. И ему это удалось — он полностью скрыл свою личность. Лин Сяо, используя свой ум и небрежность другой стороны, отделился от них, прячась в темных углах, тихо выждал момент и направился дальше, в безлюдное место.

Он очень надеялся, что евнухи, которые ищут его, уйдут как можно дальше от него.

Лин Сяо обеспокоенно вздохнул, и, продвигаясь в противоположную от евнухов сторону, он совершенно не заметил, как врезался во что-то тёплое.

Лин Сяо собирался в случае чего поднять руку, в которой крепко держал нож, захваченный им по пути.

Он был в полном замешательстве и ступоре когда поднял голову. Он столкнулся с мужчиной.

Брови мужчины были густыми и элегантными, у него были прямой нос и тонкие губы. В его волосах не было нити, он был одет в черную мантию с золотистыми шелковыми подкладками по краям, все лицо казалось торжественным.

«Ваше Величество!» - удивленно вскрикнул Лин Сяо, мужчина поднял бровь и разжал руку, которой придерживал Лин Сяо с момента столкновения.

Лин Сяо вздрогнул, и воспользовавшись моментом, когда император отпустил его, поспешно сбежал, так быстро, словно научился летать.

Мужчина нахмурился, наблюдая за лихой фигурой, сложив руки за спиной.

«С каких пор во дворце появился такой наглый и грубый евнух?»

Лин Сяо бежал, задыхаясь, и не выдержав, остановился, схватившись за камни. Его дыхание было очень частым и тяжелым. Как он может быть таким невезучим? Сбежать и сразу же столкнуться с главным боссом дворца.

Тем не менее, это случилось.

Прислонившись спиной к скалам, он сел.

Его зовут Лин Сяо, он из двадцать первого века. Вторым человеком, который попал с ним сюда, была девушка из двадцать первого века по имени Мо Ци. Она нравилась ему десять лет прежде чем они неизвестно как попали в этот мир. Мо Ци в этом мире стала очень популярна.

Он защищал Мо Ци все время что они были здесь, пока Мо Ци не нашла человека, который ей понравился.

Он также помог ей обратить внимание и заполучить человека, которого она полюбила ...

Но в конце…

Взгляд Лин Сяо стал рассеянным.

«Лин Сяо! Лин Сяо!» Голос Мо Ци было слышно не слишком далеко. Он поднялся.

Мо Ци, увидев его, радостно подбежала: «Я беспокоилась, что тебя поймали! Почему ты не пришел ко мне? Заставил волноваться до смерти!»

Лин Сяо холодно посмотрел на Мо Ци своими длинными и узкими глазами. Заметив это, Мо Ци занервничала. Она отступила на два шага и, запинаясь, сказала: «Что... что не так? Лин Сяо…»

«В чем дело?»

Лин Сяо смотрел на девушку перед ним, ненавидя ее всем сердцем.

В конце концов, он помог этой девушке получить то, что она хотела, а она вернула ему его доброту чашей отравленного вина.

Он помнил, как он умер!

Умер, отравленый вином этой женщины. Умер во время банкета, который она устроила в его честь. После того, как она получила все, что хотела, она без колебаний отравила его!

Эта злая женщина!

После того, как она закончила использовать его, она выбросила его!

Лин Сяо холодно смотрел на Мо Ци. Казалось, его взгляд хочет превратить ее в пепел. Мо Ци, почувствовав изменения, начала отступать, пока Лин Сяо приближался к ней шаг за шагом.

Мо Ци попыталась поговорить с Лин Сяо: «Лин Сяо, ты все еще злишься? Злишься, что Лан Вэй привел тебя во дворец, пока ты был без сознания? Ты не должен винить его, он сделал это ради меня. Потому что я не могла расстаться с тобой, и хотела, чтобы ты сопровождал меня. Я знаю, что мужчинам не положено быть во дворце, поэтому мне пришлось немного навредить тебе, чтобы ты мог притворяться евнухом. Лан Вэй уже все устроил! Он назначил тебе должность в моем дворце Чу Сю, нам нужно только подождать, пока Старейшина Лин отвезет нас туда. Ты слушаешь, Лин Сяо? Что с тобой не так? Ты сейчас выглядишь так пугающе.»

В голосе Мо Ци слышались слезливые нотки. Прямо сейчас она смотрела парой невинных глаз, робким и испуганным взглядом, способным пробудить желание любого мужчины защищать, желание сделать всё, чтобы она никогда не чувствовала горе.

Однако теперь он не такой, как другие мужчины… Он, Лин Сяо, был отравлен ею. И умер.

Лин Сяо приближался к ней шаг за шагом, размышляя, как заставить эту женщину перед ним умереть самой болезненной смертью. Какая месть позволит ему полностью возместить ту часть искренности, страсти и глупости, которые он чувствовал к ней.

Но внезапно прозвучал голос.

«Эй, вы двое, поторопитесь и следуйте за мной, у нас нет времени».

Из-за камней появился еще один человек — привлекательная женщина среднего возраста.

Когда Мо Ци увидела ее, она будто бы увидела своего спасителя и быстро спряталась за ней: «Старейшина Лин, Лин Сяо странный».

Старейшина Лин немного отошла от Мо Ци: «Быть странным - это хорошо, не быть странным - это тоже хорошо. Молодые люди, так вы хотите попасть во дворец Чу Сю или нет?»

Мо Ци сразу кивнула: «Да, я хочу».

Старейшина Лин посмотрела на Лин Сяо.

Он поджал губы, чувствуя, как это все ему очень знакомо.

Глава 2 - Новое начало

Лин Сяо поджал губы, чувствуя, как это все очень ему знакомо.

Всё началось, когда он и Мо Ци каким-то образом попали в этот мир и почти сразу после перемещения встретили Лан Вэя — родственника премьер-министра.

Лан Вэй влюбился в Мо Ци с первого взгляда, и оставил ее у себя дома в качестве гостя, Лин Сяо же пришлось последовать за Мо Ци.

По правде говоря, Лан Вэй скорее был другом Мо Ци, нежели его собственным. Он был сыном премьер-министра и постоянно осуждал его. Но ради достоинства Мо Ци ему пришлось смириться с присутствием Лин Сяо.

Сердце Мо Ци было большим, и восхищению окружающим миром нашлось в нём место. Потому девушка сразу же проявила интерес к Императорскому дворцу. Как раз в это время, Император набирал во дворец девочек-сю*.

[Также известной как «Девушка Сю» — девочки четырнадцати лет и старше, которые могут быть выбраны Императором в качестве наложниц. Означает Элегантные / Красивые Девушки.].

Лин Сяо так и не понял, как Мо Ци добилась того, чтобы отец Лан Вэя организовал ей место во дворце в качестве наложницы.

Лин Сяо и Лан Вэй были против этого. Нет смысла говорить об Лан Вэе — тот с самого начала был очарован Мо Ци, как он мог позволить ей пойти на отбор? Лин Сяо не понимал, какие воды забвения использовала Мо Ци, чтобы Лан Вэй разрешил ей войти во дворец.

Что касается Лин Сяо, ему было крайне любопытен сам Императорский дворец, но он не был глупцом, и понимал — войдя во дворец Мо Ци будет в опасности. Доброжелательный совет, который он дал Мо Ци, не принес своих плодов. Приняв решение расстаться с Мо Ци, он все же не избежал участи присоединения ко дворцу.

На прощальном пиршестве Лан Вэй и Мо Ци опоили его, что заставило его потерять сознание.Пока разум Лин Сяо заволокло туманом, его успели доставить во дворец. И не проснись он раньше времени — был бы он сейчас евнухом — рабом на всю оставшуюся жизнь.

В то время он искренне беспокоился, что Мо Ци подвергнется издевательствам и унижениям во дворце. И даже после того, как его чуть не опозорили, он все равно не винил Мо Ци. Он даже не обижался на Лан Вэя. Таким образом, он охотно сопровождал ее во дворец и защищал до конца! Кто знал, что финал закончился не её благодарностью или её ответными чувствами, а отравленным вином.

Лин Сяо, наконец, понял своё нынешнее положение. Он действительно умер после того, как выпил отравленное вино, которое Мо Ци лично подала ему. Он все еще помнил эту жуткую боль в груди, даже после пробуждения. Такое ощущение невозможно подделать. Однако он снова жив и вернулся в прошлое, когда Мо Ци только вошла во дворец Императора в качестве девочки-сю. Все начиналось сначала…

«Если ты не идешь, то не трать мое время. Здесь, во дворце, задержка даже на секунду может привести к тому, что наш «план» может сорваться и нас раскроют. Поскольку ты не захотел пройти обряд очищения, то принёс мне массу неудобств. Я не хочу отправиться на тот свет вслед за вами!»

Старейшина Лин, увидев безмолвного Лин Сяо потихоньку начала терять терпение. Ее лицо становилось все более и более свирепым. Провести мужчину в гарем — огромное преступление, которое могло привести к казни всех родственников преступника в качестве наказания. Если их раскроют, начнется тщательное расследование, и тогда этим двум, стоящим перед ней, семье премьер-министра и ее семье будет трудно избежать наказания за столь серьезное преступление.

Однако, все это изначально организовал молодой господин Лан Вэй. Если бы обряд очищения удался, то, по словам молодого господина Лан Вэя, тайно провернуть дело не составило бы труда, но этот парень не подвергся очищению! Он сбежал! И сбежал с помощью Дворцовой девочки-сю, о которой не раз упоминал Лан Вэй, прося позаботиться о ней!

Теперь, когда все так далеко зашло, она не могла разорвать отношения с семьей премьер-министра. И она, как Старейшина, посвящённая в планы премьер-министра, и позволившая войти во дворец мужчине — понесет такое же наказание.

Размышляя об этом, Старейшина Лин с безудержной ненавистью посмотрела на Мо Ци. При здешних устоях она и семья премьер-министра дразнят тигра, и в случае разоблачения им будет очень трудно найти оправдание.

Если она не возьмет под свое крыло этого парня и позволит ему попасться – это равносильно смертельному приговору. Но если они скроют этот небольшой нюанс — у них еще есть надежда выбраться из этой ситуации целыми и невредимыми.

И даже если Старейшина не желала иметь с ними ничего общего — у нее просто не было иного выбора. Лин Сяо знал, о чем думает Старейшина Лин. Но Мо Ци думала лишь о себе, представляя, что эта женщина хочет избавиться от них. Она тут же забеспокоилась и подбежала к Лин Сяо, потянув его за руку: «Мы идем. Мы идем, верно, Лин Сяо?»

Она боялась, что он откажется. Лин Сяо обернулся и посмотрел на Мо Ци, его взгляд тут же метнулся в то место, которое так отчаянно сжимала девушка. Его холодный взгляд пронзил Мо Ци, отчего та вздрогнула и была вынуждена тут же отпустить его, но, тем не менее, не перестала умоляюще смотреть на парня.

«Лин Сяо, ты ведь всегда был на моей стороне! Просто представь, что ты делаешь это ради меня, хорошо? Останься со мной, ладно?», - сказав это Мо Ци драматично всхлипнула.

«Ты действительно готов бросить меня и оставить совсем одну во дворце? Что мне делать, если я так боюсь? Что мне делать, если меня будут запугивать? Мы пришли из одного и того же места. И сейчас ты действительно бросишь меня?»

Лин Сяо усмехнулся. Тогда, еще в прошлой жизни, эти несколько слов смягчили его сердце. Но, оставаясь с Мо Ци, он больше не мог позволить всему идти своим чередом. Прямо сейчас, когда все обстоятельства ясны наперед, он продолжит следовать за Мо Ци? Отличная шутка!

Лин Сяо проигнорировал Мо Ци, обращаясь к Старейшине Лин: «Старейшина, как вы видите, мои нынешние проблемы — это не то с чем я могу справиться своими силами. Поскольку у меня нет других вариантов, кроме как остаться во дворце, я буду полностью полагаться на вас. Иначе, если меня поймают — все мы окажемся в западне».

Лицо Старейшины Лин медленно разгладилось, посветлело.

«Какой понимающий человек».

Лин Сяо улыбнулся и продолжил говорить: «Однако, Старейшина, поскольку я сбежал из комнаты очищения, те евнухи видели мое лицо, как в ясный день».

Старейшина Лин нахмурилась и холодно хмыкнула: «Об этом не стоит беспокоиться. Поскольку я взяла на себя обязательства позаботиться о вас, я смогу создать для тебя новую личность и гарантировать, что никто тебя не узнает. Однако, как только я закончу с оформлением новой личности для тебя, позаботься о себе и о том, от чего не успел избавиться».

С яростью сказала Старейшина Лин, намекающе посматривая на нижнюю половину тела.

Лин Сяо рефлекторно сжался, отступая на шаг.

Он поджал губы и ответил: «Я сам разберусь с этим».

Сейчас у него не было иного выхода, несмотря на то, что войти во дворец было простой задачей, покинуть его было гораздо сложнее. Более того, он все еще оставался мужчиной, пробравшимся в гарем. Чтобы сохранить свою жизнь, он должен обеспечить себе хорошее алиби, скрывая то, что он мужчина.

Хотя Старейшина и была одной из людей Лан Вэя, сейчас они оба были в одной лодке. Она обеспечит ему надежное прикрытие.

«Тогда пройдемте со мной».

Лин Сяо последовал за ней, краем глаза замечая, как это делает и Мо Ци. Однако, парень был недоволен этим и вскоре остановился.

«Что такое?», - неторопливо заговорив, Старейшина Лин повернула голову.

Лин Сяо ожидая этого, посмотрел на Мо Ци: «Старейшина Лин из дворца Чу Сю и девушка-сю идут вместе… Нельзя, чтобы другие увидели вас, верно?»

Лицо старейшины Лин потемнело. Она посмотрела на Мо Ци с еще большим недовольством. Мо Ци не могла понять, почему на нее так смотрят и пожаловалась Лин Сяо: «Лин Сяо, что это значит? Я знаю, что ты сердишься на меня и Лан Вэя за то, что мы затащили тебя во дворец, но неужели ты из тех презренных людей, которые разжигают конфликты на пустом месте?».

Лин Сяо встряхнулся от сильной неприязни, а старейшина Лин насмешливо сказала: «Не шуми, он сказал все правильно! Мы не сможем пойти во дворец Чу Сю одновременно, мы должны разделиться».

Сказав это, она пошла в другом направлении: «Сначала я заберу его».

«Что…?»

Мо Ци широко раскрыла глаза: «А как же я?».

Старейшина Лин посмотрела на нее: «Ты и сама можешь вернуться».

«Я… я…»

Мо Ци в недоумении указала пальцем на себя, затем сжала зубы и посмотрела на Лин Сяо, мягко говоря: «Лин Сяо, я признаю свои ошибки.

Лан Вэй хотел, чтобы в комнате очищения ты стал евнухом. Я упала перед комнатой очищения с целью привлечь внимание евнухов, чтобы ты мог сбежать. Я не хотела, чтобы ты стал евнухом, я только хотела, чтобы ты был рядом со мной. Я признаю, это эгоистично. И все-таки ты не стал евнухом, так что не сердись, хорошо? Возьми меня с собой, Императорский дворец такой большой, а я не знаю дороги…»

Мо Ци говорила с жалостью в голосе, но Лин Сяо больше никогда не поверит этой гадюке. Его сердце желало, чтобы она потеряла свой путь и больше никогда не вернулась! Он размышлял о том, как лучше убить ее!

Поэтому Лин Сяо ее проигнорировал.

«…»

Глава 3 - Начало контратаки

Вспоминая свое прошлое, Линь Сяо даже был рад своему перерождению. Казалось, он должен был быть удивленным произошедшим, но вместо этого испытывал гнев и обиду.

Чувства от предательства человеком, которого ты защищал 10 лет, невозможно передать в двух словах. Теперь он не мог позволить Мо Ци снова использовать его в своих корыстных целях.

Да, Линь Сяо вернулся в прошлое, но время, в котором он оказался, было не самым лучшим, поскольку он уже вошел во дворец, а значит у него отсутствовала полная свобода действий. Он просто хотел уйти! Зачем ему опять терпеть страдания и отдавать сою жизнь этой гадюке?!

У Мо Ци уже было место во дворце, и более того, в этом дворце у нее были связи благодаря Лань Вею. А Линь Сяо был самым обычным человеком. Он даже не мог быть самим собой в гареме, иначе его попросту могли казнить…поэтому для мести сейчас точно было не время. Для начала ему нужно будет упрочить свое положение и лишь затем обдумать свои дальнейшие действия.

Он был полон ненависти по отношению к Мо Ци, всеми фибрами души он хотел ее смерти. Однако рациональная часть мозга подсказывала ему, что можно выбрать и наиболее выгодный путь. На самом деле, он всегда был умен, просто тогда, в прошлом, он находился в  зависимости от этой женщины. Теперь он не позволит собой манипулировать!

Служебный пост, который ему подготовила Старейшина Линь, был тем же, что и в его прошлой жизни- пост евнуха самого низшего ранга. Это позволило ему находиться рядом с Мо Ци. Конечно, на тот момент его вполне эта должность устраивала, но не сейчас, поэтому она ему уже не подходила, однако отказаться он сейчас от нее не мог.

За время горения одной палочки благовоний*Мо Ци все-таки смога вернуться. Очевидно, что она была обижена.

Линь Сяо усмехнулся ей в спину. Если бы на его месте сейчас бы находился прошлый он, то были бы приложены всевозможные усилия для того, чтобы ее успокоить, но нынешний он лишь мог ее презирать. Мо Ци потеряла его любовь, как ей только совести хватало так себя вести перед ним? Полнейший абсурд!

Линь Сяо обернулся. Он вспомнил кое-что важное.

Лань Вей обеспечил Мо Ци кучей тайных связей, и хоть Линь Сяо всех не знал, но многих он запомнил!

К тому же, сейчас то время, когда Мо Ци только поступила во дворец, а Лань Вей только начинал обретать власть, то есть сейчас в его распоряжении находилось не так уж и много людей. В своей прошлой жизни Линь Сяо очень много помогал Мо Ци, в том числе и в поддержке ее связи с Лань Веем. Младшего евнуха, который оказывал ему содействие в этом вопросе, он помнил очень отчетливо- его внешность, имя и должность!

Если он хочет избавиться от Мо Ци, то ему нужно это сделать в ближайшее время, пока  у нее есть только Лань Вей, готовый ее защищать. В прошлый раз при поступлении во дворец, Мо Ци смогла привлечь к себе внимание практически всех и по этой причине у многих возникло желание защищать и оберегать ее, что в конечном итоге позволило ей подняться на вершину. Конечно, Линь Сяо также был среди этих людей.

Похоже, что это вполне могло соответствовать ореолу главной героини.

Дворец Чу Сю не так строго соблюдал правила, как другие дворцы, поэтому проникнуть посторонним в него было проще. Линь Сяо размышлял над тем, куда мог поставить Лань Вей младшего евнуха, до того момента, пока не дошел до небольшой кухни.

Лань Вею, как избалованному сыну премьер-министра, были присущи наивность и беспечность. До знакомства с Мо Ци он даже не обдумывал вариант внедрения в гарем императорского дворца своего информатора, поэтому как только Мо Ци вошла во дворец, первое, что хотел сделать Лань Вей- это убедиться в том, что его информаторы хорошо позаботятся о его возлюбленной. Забота означала обеспечение ее едой, средствами к существованию, работой и так далее. Мо Ци любила поесть (как и мы все, аахаххаха), поэтому Лань Вей сделал для нее эту маленькую кухню.

Как оказалось, Линь Сяо мыслил в правильном направлении. На кухне находился тот самый младший евнух. Линь Сяо помнил, что евнуха зовут Ли Юань и он также помнил, что тот был скупым и жадным мелким засранцем. В прошлой жизни Линь Сяо отдавал ему много золота и серебра, а в ответ получал лишь презрение.

Но Лань Вей смог, пускай и с трудом,  перетащить на свою сторону этого евнуха, в отличие от Старейшины Линь, которая была человеком премьер-министра, соответственно, она подчинялась ему, а не его сыну.

Как только Линь Сяо зашел на кухню, мимо него проскочил Ли Юань с небольшой коробкой в руках, в которой обычно был обед. Линь Сяо моргнул, обернулся и плавно последовал за ним.

Младший евнух петлял все больше, будто пытаясь скрыться, однако Линь Сяо не терял его из виду и продолжал за ним идти.

Наконец, Ли Юань остановился в саду камней и осмотрелся. Линь Сяо тут же спрятался.

Никого не увидев, Ли Юань открыл коробку. Внутри нее лежал белоснежный голубь. Глаза Линь Сяо расширились от удивления.

Фортуна улыбалась Линь Сяо. Неужели он видит самую первую отправку письма от Мо Ци? Разве это не даст ему возможность для шантажа? Думая над этим Линь Сяо уже хотел выйти, но вдруг остановился.

Нельзя этого делать. В конце концов, просто наличие белого голубя не могло служить доказательством чему-то. Ли Юань работал на кухне, поэтому ему ни что не могло бы помешать соврать и сказать, что он ловил белого голубя для приготовления супа, и в таком случае Линь Сяо могут обвинить в клевете, что ему на руку точно не сыграет.

Легкими шагами он начал приближаться к Ли Юаню.

Младший евнух держал голубя в одной руке, а другой достал из-под пояса письмо, собираясь привязать его к лапе голубя. Линь Сяо ждал именно этого момента. Он выскочил из укрытия, выхватил письмо из рук евнуха и самодовольно на него посмотрел.

Евнух испугался и закричал, из-за чего голубь упал на землю, прежде чем улететь.

-Ты…ты... что ты делаешь?

Линь Сяо злобно улыбнулся и посмотрел на письмо в своей руке.

— Это то, о чем я должен спросить у младшего евнуха, - Он открыл письмо, прочитал, а затем поднял взгляд на Ли Юаня. – Хе-хе…младший евнух, вы помогаете Дворцовой Даме общаться с кем-то тайно?

- Ты, ты, ты…Ты говоришь глупости! – ответил ему Ли Юань и попытался вырвать письмо.

Линь Сяо увернулся и холодно рассмеялся.

- Молодой мастер Лань Вей…разве он не сын нынешнего премьер-министра? Сын премьер-министра тайно общается с одной из Дворцовых дам? Это преступление…тц,тц,тц. Такое общение не могло возникнуть случайно и доказательство этому прямо у меня в руках! Хотите узнать, что будет, если я предоставлю этой письмо самому Императору?

Конечно, это была просто пустая угроза. Если бы он показал это письмо императору и тот бы ему помог, то он был сейчас не стоял здесь и не кидался в младшего евнуха пустыми угрозами. Сама проблема заключалась в том, что он в принципе не мог встретиться с императором. Линь Сяо не верил в то, что «удача» улыбнется ему вновь. Кроме того, было в целом рискованно показывать ему это письмо, ведь из-за него император мог обратить внимания на Мо Ци и начать интересоваться ею. Если  это произойдет, то игра не будет стоить свеч.

Он видел золотой ореол героини в лице Мо Ци во всей красе- в прошлой жизни император хотел, чтобы она стала его императрицей! И хотя Линь  Сяо не думал, что обычный мужчина будет иметь положительное мнение о женщине, тайно общающейся с другими, он больше не собирался рисковать. Если его бывшая возлюбленная заинтересует императора, то ему уже вряд ли удастся отомстить за себя в этой жизни!

- Ты…чего ты хочешь?! - после безуспешной попытки вырвать-таки письмо, Ли Юань сдался.

- Чего я хочу?.. – Линь Сяо злобно рассмеялся.

- Чего ты хочешь? – прежде, чем он успел что-то ответить, сзади раздался глубокий и приятный мужского голос.

Линь Сяо отвлекся и увидел, как младший евнух задрожал, согнулся в талии и мягко опустился на колени

-  Ваше Величество

* примерно 30 минут

Глава 4 - Отказ от того, чтобы быть пушечным мясом

Император!

Лин Сяо расширил глаза. Было ли это к добру, что он здесь?!

И что ему теперь делать? Письмо, которое он держал, должен ли он его спрятать или стоит отдать?

Он безучастно посмотрел на письмо и, стиснув зубы, Лин Сяо обернулся и встал на колени перед Императором, вручая ему письмо поверх своих рук: «Это, кажется, важно. Вручаю письмо Вашему Величеству».

Возникло короткое молчание. Лин Сяо не смел поднять голову даже для того, чтобы увидеть выражение лица Императора. Он смотрел только на золотую шелковую вышивку на его платье и на пару отделанных золотом чёрных сапог.

Вдруг кто-то взял письмо из его рук. Лин Сяо опустил свои руки и бросил взгляд вверх.

Письмо взял евнух в одежде, украшенной красными облаками. Лин Сяо знал, что этого человека, которому доверял Император, и даже позволяя всегда следовать за собой, звали Стюард Сюй.

В его руках был белый голубь, и от одного взгляда на него у Лин Сяо выступил холодный пот. Напуганная ими птица столкнулась с самим Императором!

Император протянул руку и взял письмо, которое вручил ему Стюард Сюй, бросив короткий взгляд на Лин Сяо. Лин Сяо сразу же опустил голову больше не осмеливаясь снова её поднять.

Император открыл письмо и наступила смертельная тишина.

Лин Сяо взмок от холодного пота. Он знал из своей прошлой жизни, что у Императора был очень серьёзный и строгий характер. Для него было невозможно смириться со многими вещами!

Из-за этого молчания, сейчас Лин Сяо чувствовал ещё больший страх.

Прошло довольно много времени, прежде чем снова прозвучал его глубокий и звонкий голос: «Убейте этого бесполезного евнуха позади».

Даже это короткое предложение превратило цвет лица Лин Сяо в ещё более бледный. Ли Юань, можно сказать, уже мертв, но что будет с ним?

Лин Сяо краем глаза увидел, как Стюард Сюй проходил мимо него. После этого он услышал, как Ли Юань просил простить его, а затем закричал. После была тишина. Лин Сяо оставался на коленях не решаясь пошевелиться.

Он больше не осмеливался поднимать голову, иногда поглядывая на подол одежды Императора. И продолжал низко держать голову, чтобы казаться послушным.

Однако ещё долгое время никаких звуков не было. Как только Лин Сяо почувствовал что-то странное, перед ним внезапно появилось перевернутое лицо, полное морщин от старости и веселья, заставляя его громко закричать от страха и упасть задницей на землю.

Стюард Сюй рассмеялся: «Что случилось? Такой молодой и уже запуганный?»

«Стюард… Стюард Сюй…» - Лин Сяо глубоко вздохнул, оглядываясь по сторонам. Но в его поле зрения попал только Стюард Сюй, который был рядом, а силуэта Императора нигде не было видно.

«Можете не оглядываться, Его Величество уже ушёл», - сказал Стюард Сюй, всё ещё посмеиваясь.

«Ушёл?» - Лин Сяо был поражён.

Стюард Сюй кивнул и присел на корточки, чтобы посмотреть ему в лицо: «Что? Вы не хотели, чтобы Его Величество покинул нас?»

Лин Сяо покачал головой.

Стюард Сюй мрачно рассмеялся: «Похоже, Вы довольно умны. Вы новичок, верно? Но Вы сразу узнали Его Величество. Вы действительно умный мальчик. Я скажу вам, что бы Вы не беспокоились, благодаря вашему умному темпераменту вам удалось избежать наказания на этот раз. Его Величество ненавидит людей, которые скрывают что-то от него. Вы поступили правильно, всё рассказав.»

Стюард Сюй усмехнулся и продолжил: «Я гарантирую, что если бы вы спрятали письмо, то тот, кто сегодня умер, была бы не эта маленькая слива».

«……» - Лин Сяо уставился на него, продолжая обливаться холодным потом.

Только благодаря его прошлой жизни он хорошо понимал Императора и знал, что Император был человеком, которого нельзя обманывать, поэтому он не стал ничего скрывать.

Стюард Сюй похлопал Лин Сяо по плечу: «Эта маленькая слива была в императорском дворце очень долго, но так и не смогла понять Императора. Неудивительно, что в итоге его убили».

Сказав это, Стюард Сюй встал: «Хотя Его Величество пощадил вас, верно? Как вы думаете, зачем?»

Лин Сяо моргнул. Иная причина, по которой Император пощадил его, кроме как в награду за его честность, была ему неизвестна.

Зачем? Как Император мог проигнорировать подобное поведение?! Этот Император и прошлый были очень разными!

Несмотря на сомнения в его сердце, он все же ответил: «Ваш слуга понимает».

Стюард Сюй удовлетворенно кивнул: «Действительно, умный».

Сказав это, он бросил последний взгляд на Лин Сяо, стряхнул пыль с левого рукава и поднялся, чтобы уйти.

Лин Сяо так и сидел на земле, вытирая несуществующий пот.

Подняв голову, чтобы осмотреться, он понял, что был в Императорском саду. Этот Сад Император посещал чаще всего!

Неудивительно, что вероятность встречи с Императором была очень высокой!

Лин Сяо, опёршись о камни, встал. Он чувствовал слабость в ногах. Все же этот Император, и тот, которого он знал раньше, были очень разными!

Хотя их нрав, симпатии и антипатии были почти одинаковыми, развитие этой ситуации, было не таким, какое он ожидал…

Лин Сяо обдумывал то, что случилось и на слабых ногах медленно брёл обратно во дворец Чу Сю.

В тот момент, когда он вошёл во дворец Чу Сю, он услышал резкий и саркастический голос.

«Ты думаешь, что только потому, что у тебя красивое лицо, каждый уступит тебе?! Ты вообще понимаешь, кто ты такая?! Обычная простолюдинка. У твоей семьи нет ни богатства, ни связей. Но ты все равно попала во Дворец Чу Сю?! Что за издевательство!"

Лин Сяо напрягся, услышав знакомый голос.

«Ты думаешь, что ты такая удивительная! Если твоя семья такая богатая и влиятельная, ты не можешь позволять себе запугивать людей только из-за этого!»

Лин Сяо нахмурился, увидев как Мо Ци, переодетая в розовое, ссорилась с красавицей в жёлтой одежде.

У женщины, одетой в жёлтое, на лице было высокомерие и презрительное выражение, в то время как глаза Мо Ци были покрасневшими, а лицо было наполнено слабостью.

Любой, кто увидел бы это, сразу заявил, чтобы женщина, одетая в жёлтое, запугивала Мо Ци.

Но Лин Сяо знал, что это случилось из-за того, что Мо Ци столкнулась с женщиной в жёлтой одежде и не хотела извиняться. Она была слишком высокомерной из-за своей внешности и женщина в жёлтом была очень недовольна.

В его прошлой жизни это событие тоже случилось. Фамилия женщины в жёлтом была Хэ. Её семья была богатой и некоторые из её родственников были младшими чиновниками. Её внешность нельзя было назвать плохой, но и безумно хорошенькой она не была. Она очень ревновала к внешности Мо Ци.

Из-за того, что в её семье была некоторая власть, она считала себя выше Мо Ци и просто терпеть её не могла.

В своей прошлой жизни Мо Ци часто ссорилась с другими женщинами Дворца Чу Сю, и именно Лин Сяо выслушивал слёзные жалобы, и в итоге помогал преподать женщинам из Дворца Чу Сю урок.

Сейчас, вновь оказавшись в этой ситуации, он не хотел принимать сторону ни одной из женщин. Кроме того, сейчас он все ещё был под впечатлением от Императорского решения и до сих пор чувствовал некоторую слабость в ногах.

Тем не менее, когда Мо Ци увидела Лин Сяо, она с ненавистью посмотрела на дворцовую женщину в жёлтом, и побежала прямо к нему. Лин Сяо нахмурился и начал идти быстрее.

«Погоди! Лин Сяо!»

Лин Сяо остановился. Мо Ци надвигалась на него, задыхаясь от ярости к женщине Хэ. Понимая, что выражение её лица сейчас выдавало её эмоции, она изменила выражение на такое, которое лучше подходило бы захлёбывающейся рыданиями девушке.

«Лин Сяо, кое-кто издевался надо мной!»

Глава 5 - Лицо Мо Ци (1)

«Лин Сяо, кое-кто издевается надо мной!»

Лин Сяо посмотрел на неё с презрением. Лицо Мо Ци распухло, сквозь слёзы она не смогла разглядеть выражение его лица.

«Неужели из-за того, что у этой девушки богатая семья, которая имеет политическую власть, она может издевается надо мной?! Хныы! Лин Сяо, как она может так поступать?! Мы намного лучше их, верно? Ведь мы из XXI века, какие-то древние люди нам не ровня!»

Лин Сяо смотрел на неё. В красивых глазах Мо Ци стояла влага, она смотрела в ответ.

«Почему ты молчишь? Лин Сяо, она издевалась надо мной...»

Лин Сяо глумливо усмехнулся: «Какое отношение ко мне имеет это издевательство над тобой?»

«Лин Сяо, почему ты так говоришь?», - Выражение её лица начало выражать только обиду и обвинение в его сторону: «Ты все ещё злишься на меня? Как долго ты будешь злиться?!»

Мо Ци понизила голос: «Теперь, когда старейшина Лин помогла тебе создать личность, ты можешь остаться во Дворце со мной! Разве это не прекрасно?! Мы попали сюда из одного времени, и, естественно, будет лучше, если мы будем держаться вместе!», - сказала Мо Ци, утверждая неизбежность, обстоятельства, которые нельзя изменить. Лин Сяо почувствовал тошноту.

Когда ему нравилась эта девушка он и не замечал, с каким наслаждением она им манипулировала, с каким пренебрежением относилась. Но сейчас всё было совсем по-другому. В прошлом она использовала много красивых слов и всегда утверждала, что они должны держаться вместе, поскольку прибыли из одного времени. Но в то же время, почему она не последовала за ним в могилу?

Лин Сяо выжег её в своём сердце, оставив маленький уголёк в напоминание. Лицо его оставалось совершенно безразличным.

Теперь, когда Ли Юань осведомлён о будущем, а старейшина Лин, единственная защитница Мо Ци, не будет впутываться, опасаясь угрозы её семье и семье премьер-министра, растоптать Мо Ци будет очень просто. Однако Лин Сяо не должен быть импульсивным. Ему предстояло найти законную причину для её смерти, и чтобы никто не подумал указать на него…

Иначе он может навлечь неприятности на себя, и эти страдания ему вовсе не нужны.

Подумав обо всем этом, Лин Сяо взял выражение своего лица под контроль, чтобы и частички ненависти не отразилось на нём.

«Лин Сяо», - Мо Ци, действуя как испорченный ребёнок, слегка двинулась вперёд, и потянула его за рукав.

Лин Сяо сделал шаг назад, и стряхнул её руку. Её взгляд заледенел на мгновение, но она сжала зубы и продолжила: «Лин Сяо, больше не сердись, хорошо?»

Она застенчиво продолжила: «Ты всегда был тем, к кому у меня была самая сильная привязанность! Я даже защищала тебя, когда Лан Вэй хотел, чтобы ты прошёл очищение! Я отказалась от этого…»

Лин Сяо стоял неподвижно, хмурясь и глядя на неё. Слегка прищурив глаза, Мо Ци с надеждой посмотрела на Лин Сяо: «Я бы не вынесла, если бы ты прошёл очищение! Ты все ещё не понимаешь меня?»

Смысл её последнего предложения был провокационным и неоднозначным.

Разве это было не соблазнение, скрытое под примирением?!

Лин Сяо задрожал и покрылся мурашками.

Он уже не слышал, как Мо Ци продолжает притворяться обиженной: «Я только хотела, чтобы ты сопровождал меня во дворец. Здесь мне не на кого положится и я чувствую себя одиноко. С тобой мне намного лучше. Разве ты хочешь, чтобы я чувствовала по отношению к тебе обиду?»

Сказав это, Мо Ци моргнула и уронила несколько слез. Её жемчужно-белые зубы закусили нижнюю губу: «Я уже подверглась издевательству со стороны девицы с фамилией Хэ, сразу, как только вошла во Дворец. Если бы у меня не было тебя, мне бы не было на кого положиться… Уууу»

Мо Ци вытерла слезы и посмотрела на Лин Сяо. Видя, что Лин Сяо всё ещё молчит, она нахмурилась и стиснула зубы, глухо произнеся: «Но сейчас я не боюсь, ведь у меня есть ты. Если кто-то будет издеваться надо мной, ты точно защитишь меня и поможешь отомстить…»

«Откуда ты это взяла? Да ещё и смеешь говорить мне это!», - Лин Сяо холодно прервал её.

В своей прошлой жизни он, безусловно, помог ей разрешить спор с Дворцовой женщиной Хэ, испортив отношения между ней и Старейшиной Лин. Кроме того, он помог Мо Ци организовать всё так, что Дворцовая женщина Хэ вовсе покинула дворец. И помог избежать Мо Ци её отмщения.

Но это было в его прошлой жизни. Как он сможет помогать ей снова?

В своей прошлой жизни, как только у Мо Ци на глазах выступали слёзы, он сразу приходил ей на помощь. Тем не менее, Мо Ци никогда не намекала на это, и он сам брал инициативу в свои руки. Но не в этот раз. Он не хотел помогать ей, ведь он чувствовал к ней только отвращение…

Он начал сомневается в своей разумности. Как эта женщина могла ему нравится?!

Чем больше он думал, тем темнее становился его взгляд. Ненависть в глубине его глаз проглядывалась всё отчётливее и отчётливее. Даже эгоцентричная Мо Ци заметила это. Она слегка нахмурилась, удерживая маску обиды на своём лице и продолжала смотреть на Лин Сяо.

«Лин Сяо, ты изменился. Ты стал мелочным и узколобым!»

Её голос понизился, когда она продолжила: «Такой пустяк! Сколько ещё ты продолжишь обижаться?! Более того, ты не стал евнухом!»

Желание отведать человеческую кровь было тривиальным вопросом? Желание эксплуатировать её хозяина до самой смерти было тривиальным вопросом?

«Хе-хе», - Лин Сяо холодно рассмеялся.

Мо Ци стиснула зубы, видя, что Лин Сяо все же не собирается ей помогать. Затопав ногами по земле, она отвернулась и убежала. Её сердце наполнилось сильной обидой на Лин Сяо!

Какой смысл в том, что он вошёл во Дворец вместе с ней? Он довольно умён и сообразителен, но какой во всём этом смысл, если он не будет помогать и следовать за ней?!

Как так случилось, что он отказался помочь ей?

Если он не поможет, то и ладно! Если он не поможет, все в порядке! У нее же еще есть Лан Вэй?!

Позже она отправилась на поиски маленькой сливы — посланника Лан Вэя, чтобы попросить его передать письмо Лан Вэю, чтобы он помог ей!

Предсказуемость Мо Ци заставила Лин Сяо презрительно фыркнуть.

Отправившись на маленькую кухню, где должен был находиться Ли Юань, она не смогла его найти, даже не ожидала подобного.

Она ещё не знала, что уже не сможет его найти, и расспрашивала о нем других людей.

Тогда она подумала, что, может, Ли Юань ушёл куда-то, и не приняла это близко к сердцу, но после нескольких дней, когда она так и не смогла найти Ли Юаня, Мо Ци наконец-то поняла, что что-то пошло не так. Когда она снова опросила других людей, то так и не услышала ответа. Также должность Ли Юаня была передана кому-то другому.

Мо Ци была ошеломлена. Опасение в её сердце всколыхнуло холод.

Смотря за её метаниями, старейшина Лин, наконец, решила обратить на неё своё внимание, поскольку Мо Ци продолжала по глупости искать ту маленькую сливу. Она пригласила её в свою комнату и рассказала новость о смерти Ли Юаня.

Мо Ци не смогла удержаться и переспросила в шоке: «Он мертв? Это из-за того, что он помогал мне и Лан Вэю обмениваться письмами, верно?! Они знают, что мы обменивались письмами?»

Старейшина Лин посмотрела на неё: «Нет, никто не знает, почему он умер. Стюард Сюй сказал, что он просто столкнулся с Императором, за что получил приказ очистить свою честь. Что касается информации о его смерти, то Лин Сяо знает, я знаю, молодой мастер Лан Вэй, и даже премьер-министр — да все знают. Только Вы узнаете последней. Разве Вам не стоит немного задуматься о себе? Не доставляйте хлопот дому премьер-министра!», - строго сказала старейшина Лин.

Мо Ци была в плохом настроении: «Я же ничего не сделала...»

Старейшина Лин скрыла свой гнев за улыбкой: «У Вас хватило смелости привлечь в свои дела дом премьер-министра и его семью, которую могут казнить вплоть до третьего поколения. Так же Вы привлекли достаточно других людей связанных с семей премьер-министра — от меня до Лин Сяо. Ха!», - Старейшина Лин была возмущена до такой степени, что её тело неудержимо трясло: «Я действительно не понимаю, почему премьер-министр позволил такой бесчувственной девушке, как Вы, войти во Дворец Императора!»

Мо Ци только закатила глаза, какая ещё нужна причина? Этот старик, премьер-министр, не позволил ей связать себя с Лан Вэем, поэтому она просто поставила условие, что желает войти во Дворец. Кроме того, она заключила с ним соглашение, что в дальнейшем никогда не забудет дом премьер-министра, если она встретит успех. Премьер-министр увидел, что она очень красивая и пришёл к выводу, что она будет процветать после того, как войдёт во Дворец. Её сердце атаковала жадность и она сразу же на все согласилась.

«Премьер-министр считает, что смерть Ли Юаня была странной. В результате он не позволит молодому мастеру Лан Вэю разместить больше людей, чтобы поддержать Вас. Вы должны вести себя подобающе», - сказав это, Старейшина Лин посмотрела на неё и повернулась, чтобы открыть дверь и выпроводить её.

Мо Ци вышла из её комнаты с тяжёлым сердцем и угрюмым до крайности выражением лица.

«Разве она не просто Старейшина?! Как высокомерно!», - пробормотала она себе под нос.

«Подождите, пока я не стану Императрицей. В будущем, посмотрите, что я сделаю с людьми, которые смотрели на меня свысока! Хм!» - обиженно сказала Мо Ци.

Внезапно она услышала тихий смех.

Вздрогнув, Мо Ци твердо крикнула: «Кто там?! Покажись!»

Глава 6 - Лицо Мо Ци (2)

Из-за дерева медленно вышел человек. У него были длинные узкие глаза и прямой нос. Одежда евнуха на нём не могла скрыть его достоинств. Лицо его украшало выражение, свойственное людям с чистыми помыслами, однако он также был немного холоден.

«Лин Сяо?» — Мо Ци слегка выдохнула, увидев улыбку на его лице. Уголки её губ опустились: «Над чем ты смеёшься? Неужели даже ты издеваешься надо мной?!» — Мо Ци недовольно посмотрела на него.

Лин Сяо слегка улыбнулся, его длинные и узкие глаза сузились, из-за чего он выглядел очень очаровательно. Мо Ци сглотнула, вид такого Лин Сяо был ослепительным. Она слегка нахмурила брови, и не утруждая себя разговорами с ним, закатила глаза и обернулась, готовясь уйти.

Лин Сяо остановил её, окликнув.

Мо Ци в нетерпении повернула голову: «Что?»

Зрачки Лин Сяо были большими и тёмными, он подошёл к ней и сказал: «Я слышал, что ты сказала только что».

Мо Ци почувствовала себя немного виноватой, её руки задрожали, и она посмотрела на Лин Сяо, говоря: «Ну… и что?!»

«У тебя много жалоб на Старейшину Лин?», — спросил Лин Сяо, заранее зная её ответ.

Мо Ци усмехнулась: «И что, если это так?»

Лин Сяо опустил голову: «Ты должна положиться на неё, пока ты во дворце».

Мо Ци тупо посмотрела на Лин Сяо. Взгляд Лин Сяо был очень нежным, на его лице была улыбка. Мужчина из её воспоминаний, казалось, вернулся. Она с сомнением моргнула, выражение лица Лин Сяо не изменилось, и её сердце охватил восторг.

«Лин Сяо! Это значит, что ты… что ты поможешь мне? Ты… ты больше не злишься?» — Мо Ци счастливо улыбнулась. Лин Сяо медленно кивнул.

Мо Ци счастливо рассмеялась: «Я знала! Я знала, что наша привязанность восторжествует! Я зря думала, что ты хочешь оставить меня в печали, когда меня все запугивают!»

Сказав это, Мо Ци пожаловалась: «Ты слишком долго злился в этот раз!»

Лин Сяо контролировал свой взгляд: «Если я не преподам тебе урок, ты его не запомнишь».

Уголок губ Мо Ци дёрнулся: «Но ты не пришёл мне на помощь, тогда, когда женщина Хэ отчитывала меня».

Лин Сяо злобно рассмеялся: «Но разве я не пришёл сейчас?»

Мо Ци улыбнулась, протянула руку и сжала запястье Лин Сяо: «Я знала, что в решающий момент ты не бросишь меня».

Лин Сяо не сбросил руку Мо Ци которая тащила его, однако выражение его лица было довольно отрешённым.

Лишь едва касаясь ногами земли от счастья Мо Ци не заметила этого. Как только за ними закрылась дверь её покоев, она спросила: «Так что ты думаешь я должна делать, Лин Сяо? Ты всегда был умнее меня, помоги мне что-нибудь придумать».

Лин Сяо ждал именно этих слов. У Мо Ци был невообразимый талант выходить сухой из любой передряги и рушить любую стену на пути к своей цели. И если его прежнее положение не могло загнать Мо Ци в тупик, то он превратится в себя старого и «поможет» ей. Конечно, эта «помощь» будет несколько иного толку.

Помимо своего лица у Мо Ци больше не было никаких талантов. Она была не всегда осторожна, только в присутствии мужчин, где её умение расположить к себе помогало эксплуатировать их. Кроме того, она была зациклена на своей внешности, полагая, что те, кто её любил, будут любить её личико, несмотря на то, что она сделала. В результате, Мо Ци, несомненно, поверит, что отсутствие гнева со стороны Лин Сяо было вызвано его влюблённостью, а не потому, что у него были скрытые мотивы.

И она действительно поверила. Мо Ци не сомневалась в нем, а её лицо опять начало выражать неприкрытое высокомерие…

Чем больше Лин Сяо смотрел, тем мягче становилась его улыбка: «Старейшина Лин — старейшина дворца Чу Сю. И если Дворцовых Женщин, с которыми она была связана раньше, не тысячи, то не менее нескольких сотен. Так почему ты должна быть особенной в её глазах?»

«Я самая красивая среди всех Дворцовых Женщин!», — Мо Ци не приняла бы ничего другого.

Лин Сяо ухмыльнулся: «Да, ты самая красивая, но она не мужчина, так как ты сможешь получить её снисхождение?»

«Я…», — Мо Ци было нечего сказать и она тихо пробормотала: «Почему я должна быть особенной в сердце этой старой ведьмы? Мне это не нравится. Я хочу быть Императорской Наложницей».

Лин Сяо ответил: «Остаётся довольно много времени до того, как Император Ли решит выбрать себе Императорскую Наложницу. А до этого ты останешься во Дворце Чу Сю и, естественно, будешь зависеть от Старейшины Лин. Ты все ещё должна заискивать перед ней. Когда ты выйдешь из Дворца Чу Сю и станешь хозяйкой, разве тогда ты не сможешь создать ей трудности, если захочешь?»

Мо Ци недолго подумала об этом. Слова Лин Сяо имели смысл, но она все ещё не могла с этим смириться. Нехотя, она спросила: «Тогда скажи мне, что делать?»

«Во-первых, Старейшина Лин — это человек, а люди не могут убежать от своих «желаний». Стремление к власти, достатку или деньгам. Но совершенно ясно, что у тебя нет ни первого, ни второго. В результате ты можешь полагаться только на деньги».

«Ты… ты хочешь, чтобы я подкупила её? Чтобы заслужить её покровительство?», — Выражение лица Мо Ци было несколько странным: «Мне никогда не приходилось искать расположения у женщин».

Лин Сяо немного подумал и слегка рассмеялся: «Если ты не хочешь этого делать — это нормально. Тогда остовайся во Дворце Чу Сю и просто жди».

«А? Ждать?», — Мо Ци почувствовал себя недооценённой: «Разве нет другого выбора?»

Лин Сяо развёл руками, а Мо Ци нахмурилась: «Тогда забудь об этом, я просто потерплю! Она сегодня немного отругала меня, я просто притворюсь, что этого не было. Это я ещё могу вытерпеть. Но эта Дворцовая Женщина, она…»

Мо Ци посмотрела на Лин Сяо, её глаза были полны обиды. Этот взгляд означал, что она ждёт, когда он предложит свою помощь.

Лин Сяо холодно рассмеялся в глубине своего сердца, но с виду он успокаивающе сказал: «Дело с женщиной Хэ оставим в прошлом — для меня неуместно появляться сейчас. Не беспокойся об этом, подожди немного и она обязательно получит по заслугам. Как насчёт того, чтобы смягчить твои страдания, когда она снова будет запугивать тебя?»

Мо Ци была не слишком довольна этими доводами, но после того, как Лин Сяо в последние несколько дней был холоден с ней, она не могла заставить его что-либо сделать, боясь снова разозлить.

Без других перспектив, она разочарованно развернулась и ушла.

Лин Сяо холодно усмехнулся, глядя на ей в спину. Разве Старейшина Лин только что отругала её?

Все было не так, как казалось на первый взгляд. В прошлой жизни Старейшина Лин действительно не одобряла Мо Ци, но поскольку она вышла из Дома премьер-министра, у неё не было выхода, как заняться её воспитанием. Она тренировала её каждый день, следила, чтобы она правильно стояла, сидела и ходила. Она даже выбрала отдалённые места подальше от солнца для её комфорта.

Однако Мо Ци не могла выдержать такой нагрузки, и Лин Сяо подкупил Старейшину Лин, заставив переменить её взгляд на Мо Ци.

Кроме того, именно из-за Дворцовой Женщины Хэ внимание Старейшины Лин было рассеянным, что позволило ей избежать мучений во Дворце Чу Сю.

В этой жизни Лин Сяо хотел увидеть, как долго сможет продержаться Мо Ци без его помощи.

Мо Ци не выдержала даже нескольких дней и пришла плакаться Лин Сяо. Со слезами на глазах она перечисляла все свои обиды на Старейшину Лин.

Лин Сяо спокойно слушал, время от времени произнося несколько утешительных слов, но ничего другого не предпринимал.

Мо Ци недовольно подняла голову, и рыдая пуще прежнего, заговорила: «Лин Сяо, на этот раз меня действительно запугали! Ты мне не поможешь?»

«Я уже помог тебе давным-давно», — выражение лица Лин Сяо совсем не изменилось: «Я сказал тебе позавчера, что нужно подкупить Старейшину Лин, но ты не захотела».

«Но…», — Мо Ци не примирилась и прикусила губу. «Но почему?!»

Лин Сяо усмехнулся: «Потому что она может давить на тебя».

Мо Ци замолчала. Она вытащила из груди яркую нефритовую подвеску и, стиснув зубы, сказала: «Я хранила эту подвеску с невероятно давних времён. Она моя любимая. Старейшина Лин может считать себя счастливицей!»

Сказав это, она ушла.

Лин Сяо наблюдал, как она уходит, слегка смеясь.

Старейшина Лин была женщиной, привыкшей видеть редкие сокровища Дворца, и какие же сокровища она могла посчитать роскошнее? Так или иначе, этот высококачественный нефритовый кулон был поддельным и приобретённым на прилавках снаружи. Лин Сяо уже сейчас мог представить, как отреагирует Старейшина Лин.

Её морщинистое лицо переполнилось бы яростью. Она бы била рот Мо Ци, и, уставившись на нее, кричала в гневе: «Ты принимаешь меня за нищую?!»

Лин Сяо смеялся над своим воображением. У Мо Ци была ещё овечья нефритовая подвеска, которую ей подарил Лан Вэй, но, поскольку она ей не понравилось, вещица оказалась выброшена, но поднята Лин Сяо. В прошлой жизни он использовал её, чтобы подкупить Старейшину Лин.

На этот раз она осталась в его распоряжении и чем дольше он смотрел на эту подвеску, тем больше она ему нравилась.

Поскольку у Мо Ци не было ничего ценного, он позволит ей попытаться подкупить Старейшину Лин. Старейшина Лин очень чувствительно относится к своему статусу, и если Мо Ци использует ту вещь, что, есть у неё сейчас, и попытается подкупить Старейшину Лин, она подумает, что Мо Ци смотрит на неё свысока. И результат будет плачевный для Мо Ци.

Мост между Мо Ци и Старейшиной Лин был наконец-то соединён, и готов к тому, чтобы сгореть.

Лин Сяо был в отличном настроении, сжимая в руке нефритовый кулон.

Он лёг на землю, позволив себе немного расслабиться и почувствовать тепло солнца на своём лице. Внезапно солнечный свет заслонила тень. Прищурившись, он увидел только чёрную мантию, расшитую золотыми нитями. В этом дворце был только один человек, который любил носить чёрные одежды.

Ошеломлённый, Лин Сяо быстро встал, прежде чем встать на колени и опустится на землю.

В глубине своей души Лин Сяо посмеялся над собой. Почему, независимо от того, где бы он ни был, и что бы ни делал, он все время встречает Императора?!

Разве похоже, что они оба бездельничают?!

Глава 7 - Лицо, дарующее процветание дому премьер-министра

Хотя он и подумал об этом, но Лин Сяо никогда не посмел бы произнести такое вслух. Когда он, дрожа от страха, опускался на колени, он успел бросить взгляд за спину Императора и не увидел никого из его сопровождающих, ни охранников, ни евнухов.

Лин Сяо был озадачен. Почему этот Император всегда находится в одиночестве в Императорском Дворце?

В первый раз это можно было посчитать совпадением. Во второй раз, когда они были в Имперском саду, вероятность встречи просто была слишком высока. Тогда как насчёт этой, прямо сейчас? Он послушно остался во Дворце Чу Сю и все же столкнулся с Императором?

Может ли быть так, что он пришёл заранее посмотреть на Женщин из Дворца Чу Сю?

Пока он обдумывал все это, Император заговорил: «Ты можешь встать». Лин Сяо не посмел ослушаться.

Подняв подол своей одежды, он встал. Тем не менее, он не стоял прямо, а слегка сгорбился, проявляя уважение к Императору.

Когда он это сделал, он услышал глухой звук, будто что-то упало. Лин Сяо безучастно смотрел как нефритовый кулон, который он до этого сжимал в руке, приземлился прямо перед ногами Императора. Лин Сяо не знал, стоит наклониться за ним сейчас или забрать позже.

Однако, прежде чем он наконец принял решение, Император уже нагнулся, чтобы поднять нефритовую подвеску. Выпрямившись, он внимательно осмотрел её, прежде чем перевести свой взгляд на Лин Сяо.

«Подними голову».

Лин Сяо был поражён и задавался вопросом, каковы же намерения Императора, пока медленно поднимал голову.

Его глаза были прямо напротив глаз Императора, их взгляды на мгновенье встретились.

Когда Император подошёл к нему, Лин Сяо поспешно опустил взгляд вниз.

«Ты выглядишь довольно очаровательно, совсем не похож на евнуха».

Взгляд Императора прошёлся по нижней части Лин Сяо и все тело Лин Сяо закаменело. Лин Сяо натянуто ответил: «Ваш слуга вошёл во дворец не так давно».

Взгляд Императора вернулся к нефритовой подвеске в своих руках: «Похоже на то».

Лин Сяо опустил голову в знак одобрения.

«Пойдём с Нами», — Император молча пошёл впереди, держа нефритовый кулон у своей груди.

Лин Сяо нахмурился, и, с полусогнутой спиной, маленькими шажками последовал за Императором.

Император слегка повернулся, чтобы посмотреть на него: «Хотя ты пробыл здесь не так долго, но достаточно хорошо выучил этикет».

Холодный пот выступил на спине Лин Сяо. Приветствие и быстрые шаги были изучены в его прошлой жизни за те годы, что он находился во дворце. Тогда, когда он впервые вошёл во дворец, он был проинструктирован на словах, ему не хватало опыта. Откуда он мог знать все эти сложные этикеты? Старшие поколения старейшин и евнухов понимали, что новые евнухи неизбежно будут необразованными, поэтому не позволяли им появляться перед Его Величеством, только давали возможность оставаться в боковых залах дворца, чтобы получить необходимый опыт.

В своей прошлой жизни Лин Сяо был в тени ореола Мо Ци, поэтому Император видел в нем только нового евнуха. Однако, он также допустил много ошибок и подвергался телесным наказаниям и словесным оскорблениям. Лин Сяо ясно помнил все это.

Следовательно, когда он увидел Императора в этой жизни, Лин Сяо показал идеальное приветствие рефлекторно, позабыв, что он только вошёл во дворец, и сразу вызвал у Императора подозрения.

Цвет лица Лин Сяо стал смертельно белым, когда он задумался, что ему ответить. Придумывать ложь, естественно, не стоит, ведь ложь Император ненавидел больше всего, но как он может сказать ему правду?

К счастью, когда, казалось, терпение Императора кончилось, они прибыли в пункт назначения.

Его Величество не настаивал на ответе, и Лин Сяо почувствовал облегчение. Пересекая дворец Чу Сю и главный зал гарема, они прибыли на место — в Императорский кабинет, где Император обычно занимался своими официальными делами.

Лин Сяо нахмурился. Почему Император привёл его сюда?

Как только он начал обдумывать это, Стюард Сюй, одетый в красную одежду, вместе с двумя другими маленькими евнухами, подошёл и поприветствовал Императора.

Император слегка кивнул: «Ты можешь встать. Этот человек прибыл?»

Стюард Сюй кивнул: «Они здесь. Лорд премьер-министр и молодой мастер Лан Вэй ждут внутри, Ваше Величество».

Услышав ответ, Император прошёл вперёд, а Стюард Сюй последовал точно за ним. Лин Сяо поначалу поступил также, но увидев, как Стюард Сюй посмотрел на него, он остановился.

Император оглянулся, затем повернулся к Стюарду Сюю, говоря: «Пусть он пойдёт с нами».

Выражение лица Стюарда Сюя помрачнело, приобретя зеленоватый оттенок, когда Лин Сяо ненавязчиво посмотрел вниз и последовал за Императором.

«Ваш слуга отдаёт дань уважения Вашему Величеству. Пусть Ваше Величество проживёт тысячу лет».

«Ваш верный подданный Лан Вэй отдаёт дань уважения Вашему Величеству. Пусть Ваше Величество проживёт тысячу лет».

В тот момент, когда они вошли в комнату, они услышали два официальных приветствия: один голос принадлежал человеку в возрасте, а другой ещё молодому и невинному пареньку.

Скользнув взглядом вверх, Лин Сяо увидел, что перед Императором на коленях стояли Лан Вэй и его отец.

Они были его старыми знакомыми в этом мире, в доме премьер-министра он жил до входа в Императорский дворец. Премьер-министру Лан Кану было пятьдесят лет, у него были седые волосы и борода. Он был опытным государственным чиновником. Хотя его обычно считали лояльным и преданным, за этим фасадом скрывалась властолюбивая натура. Лан Вэй был его единственным сыном.

Почему Император вызвал этих людей к себе? Да ещё и его самого в дополнение…

Лин Сяо не понимал этого. Краем глаз он увидел, как Лан Вэй слегка поднял голову и просто посмотрел прямо на него.

Глаза Лан Вэя широко распахнулись, он ошеломленно произнёс: «Это ты!»

Император поднял бровь и посмотрел на Лан Вэя. Отец Лан Вэя быстро осадил своего сына, дёрнув за одежду, заставив опуститься на колени в подобающей позе.

Премьер-министр смертельно побледнел, умоляя о прощении: «Сын этого старика неразумен. Это потому что ваш слуга плохо выучил его. Ваш слуга просит прощения у Его Величества».

Император обернулся и посмотрел на Лин Сяо. Хотя Лин Сяо делал вид, что он спокоен и собран, в глубине души он бранил простого и бесхитростного Лан Вэя.

Император с интересом посмотрел на него, в тот момент, когда он обернулся, его губы слегка изогнулись. Подойдя к своему месту, он сел и сказал: «Вы можете встать. То, что младший сын премьер-министра так прямолинеен и искренен, очень Нас восхищает».

Когда Премьер-министр услышал это, он вздохнул с облегчением и потянул Лан Вэя вверх.

«Мы вызвали вас двоих сюда, потому что хотели потребовать ответ у нашего любимого чиновника на две ситуации», — Сказав это, Император посмотрел на Стюарда Сюя, тот вручил премьер-министру листок бумаги. Лин Сяо узнал что это. Это письмо между Лан Вэем и Мо Ци.

Лин Сяо поднял бровь, догадываясь, что сейчас вся семья премьер-министра попадёт в беду и приготовился, как к просмотру хорошего шоу.

После того, как премьер-министр закончил читать содержание письма, его лицо в который раз стало смертельно бледным и он, потащив с собой Лан Вэя, снова встал на колени с «ударом»: «Ваше Величество, это должно быть, недопонимание!»

Император взял чашку с чаем, которая стояла на столе, и сделал глоток. Он как будто не слышал слов премьер-министра и просто сказал: «Это всего лишь первый вопрос. Премьер-министр должен посмотреть на другой, прежде чем отвечать».

Цвет лица премьер-министра стал еще хуже, он заметно дрожал.

Император передал евнуху ещё одну вещь, и Лин Сяо тупо уставился на нее. Это был кулон, который Император только что подобрал у него.

Сердце Лин Сяо теперь полнилось тревогой и испугом.

Стюард Сюй взял нефритовый кулон и передал его Лан Вэю. Затем Император сказал, глядя на Лин Сяо: «Если Мы не ошибаемся, это нефритовый кулон, которым Прошлый Император наградил сына нашего любимого чиновника. Он был сделан из лучшего Тёплого Нефрита. Премьер-министр должен проследить за тем, чтобы Лан Вэй хорошо позаботился о нем и больше не терял».

Сказав это, император отвёл взгляд от Лин Сяо и со значением посмотрел на Лан Вэя.

Лан Вэй сжал нефритовую подвеску, его лицо отдавало пепельным оттенком.

Премьер-министр с дрожащими губами, ещё больше опуская своё тело, ответил: «Небрежность моего сына в том, что он потерял нефритовую подвеску. Это случилось потому, что ваш слуга плохо его выучил. Ваш слуга просит Ваше Величество простить его!»

Император опустил голову и слегка подул на чай в руках, не спеша выпивая его, никак не отвечая на эту мольбу.

Это сделало премьер-министра ещё более испуганным и он поспешно добавил: «Ваше Величество, ваш слуга может все объяснить».

Император поставил свою чашку на стол со звоном, звук не был ни тяжелым, ни легким. Он посмотрел на премьер-министра. Его лицо стало холодным: «Тогда, премьер-министр, объясните Нам».

Премьер-министр проглотил слюну и сказал: «Несколько недель назад мой сын встретил мужчину и женщину. Женщину звали Мо Ци, её внешность была прекрасна, в то время как мужчину звали Лин Сяо, он был слугой Мо Ци и был очень чист и сдержан. Когда мой сын увидел обнищавшую и несчастную внешность этих двоих, в нем взыграло сострадание и он привёл их в наш дом, чтобы проявить заботу.

Вскоре отношение моего сына и Мо Ци стали очень хорошим. Некоторое время назад Ваше Величество делали отбор во Дворец Женщин. Ваш слуга видел, что эта женщина, Мо Ци, была красивой и достойной, поэтому подумал предложить её Вашему Величеству. Тем не менее, ваш слуга знал, что Ваше Величество всегда ненавидел вещи, которые предлагались в качестве дани, поэтому мы позволили ей войти во Дворец, чтобы начать как девочка Сю и проходить через все стадии, пока она не достигнет Вашего Величества.

Ваше Величество, ваш слуга был совершенно искренним! Мой сын и Мо Ци стали названными братом и сестрой, поэтому мой сын сильно переживал, что её будут обижать во дворце. Он хотел, чтобы некоторые люди время от времени обращали на неё внимание и обеспечивали безопасность, немного заботились, и следили за тем, чтобы она случайно не перешагнула границы! Просим Ваше Величество отметить это!

Лин Сяо — это тот маленький евнух, который стоит за Вашим Величеством. Он исчез после того, как Мо Ци вошла во дворец и ваш слуга также не знал о его местонахождении. Кто же знал, что он окажется здесь? Вот почему мой сын был так потрясен в начале».

«Слова, которые вы произнесли, премьер-министр, были очень хорошо продуманы, и в самом деле, ничего неуместного Мы не видим», — сказал Император.

Премьер-министр вытер пот, когда Император посмотрел на Лан Вэя: «Тогда что ты скажешь?»

Лан Вэй чуть не потерял сознание, но стиснув зубы, сказал: «Наша… версия, версия вашего преданного слуги… такая же, как и версия отца. Каждое слово верно!»

Лицо Императора осталось холодным.

Пользуясь случаем, премьер-министр добавил: «Ваш слуга просит милости Вашего Величества!»

Император откинулся к спинке стула и сжав руки, посмотрел на двух стоящих на коленях мужчин.

«Спасибо за беспокойство. Премьер-министр и молодой мастер, вы можете идти».

Премьер-министр и Лан Вэй поклонились, но у Лан Вэя все ещё было что-то на уме, он нахмурился и стиснул зубы. В конце концов, перед тем как уйти, он спросил: «Ваше Величество, у вашего верного подданного есть вопрос к Вашему Величеству».

Император посмотрел на него: «Говори».

«Как Ваше Величество планирует поступить с Мо… Дворцовой Женщиной?»

Император поднял бровь, а премьер-министр тайно бросил суровый взгляд на Лан Вэя, но мягко сказал: «Ваше Величество, эта Дворцовая Женщина? Мо Ци — очень странная женщина. Ваш слуга может гарантировать, что сын вашего слуги имеет с ней совершенно платонические отношения. Повторюсь, она и мой сын водят дружбу как брат и сестра, и, надеюсь, Ваше Величество не винит его».

«Поскольку так говорит премьер-министр, то, конечно, мы позаботимся о ней».

Премьер-министр выдохнул и поклонился Императору, прежде чем развернуться и уйти.

Император не спеша добавил: «Мы считаем, премьер-министр уже стар в годах и его разум, и тело уже не такие, как раньше. Мы чувствуем себя не очень комфортно и тем самым решили одобрить двухмесячный отпуск премьер-министра, чтобы он позаботился о себе и отдохнул».

«Что…», — Премьер-министр был встревожен, уже поворачиваясь, чтобы снова встать на колени, — «Ваше Величество! Ваш слуга…»

«Стюард Сюй», — Император прервал его: «Отправьте премьер-министра домой отдохнуть».

«Да», — ответил Стюард Сюй и поднялся: «Пожалуйста, Лорд премьер-министр».

После того, как Лан Вэй и премьер-министр ушли, взгляд Императора упал на Лин Сяо.

Все ещё встревоженный, Лин Сяо опустился на колени перед Императором.

Глава 8 - Определение плана (I)

«Лин Сяо», — позвал Император.

Лин Сяо опустил голову: «Ваш слуга слушает».

«Что ты думаешь о сказанном?», — спросил его Император.

Лин Сяо стиснул зубы. Если он запомнил правильно, то в прошлой жизни Император не только ненавидел ложь, но и был очень умён, чтобы её разгадать. Поскольку он вызвал премьер-министра к себе, то, скорее всего, он уже знал правду. Однако, он не разоблачил, а несильно наказал его. Это доказывало, что Император не хотел делать из этой ситуации скандал. И даже пообещал премьер-министру, что сохранит жизнь Мо Ци. Скорее всего, у него есть какие-то планы на неё.

Теперь он спрашивал о Лан Вэе и Мо Ци у него, и Лин Сяо понял, что это своеобразная проверка со стороны Императора на лояльность. Скажет он правду или же будет защищать их…

Когда премьер-министр увидел его рядом с Императором, он, считай, полностью разорвал их связь, сказав, что Лин Сяо исчез сразу после того, как Мо Ци вошла во дворец. Скорее всего, это было сделано для того, чтобы, если личность Лин Сяо как мужчины раскроется, это не затронуло его семью. То, что Лан Вэй удовлетворил просьбу Мо Ци и провёл также и Лин Сяо во дворец, не было известно премьер-министру. Однако Лин Сяо проснулся раньше и не прошёл очищение, и это создает неприятности для его семьи. Он даже не призвал Старейшину Лин помочь разобраться в этой ситуации, поэтому решение премьер-министра было наполнено очевидным смыслом: игнорировать Лин Сяо и позволить ему погибнуть.

Подумав немного, Лин Сяо сказал: «То, что они сказали, не является правдой».

Император поднял бровь и посмотрел на Лин Сяо: «Тогда расскажи Нам правду».

У Лин Сяо был только один выбор.

«Дружба Мо Ци и молодого мастера Лан Вэя неоднозначна», — сказал он.

Император поджал губы, а Лин Сяо подняв голову, продолжил:

«Когда ваш слуга был в доме премьер-министра, то видел, что молодой мастер Лан Вэй глубоко привязан к Мо Ци. Это было хорошо известно в его доме, но премьер-министр не одобрил их чувства. Этот нефритовый кулон был очень ценным. Единственная причина, по которой он оказался в руках вашего слуги, заключается в том, что он изначально был передан Дворцовой женщине Мо Ци Лан Вэем. Я смог получить нефритовую подвеску только потому, что последовал за Дворцовой девушкой Мо».

Император слегка кивнул и Лин Сяо продолжил:

«Несмотря на то, что Мо Ци вошла во дворец, молодой мастер Лан Вэй все еще продолжал думать о ней, поэтому он приказал вашему слуге следить за Дворцовой Женщиной Мо во дворце…»

Ведя свой рассказ, Лин Сяо внимательно смотрел на выражение лица Императора. Обратив внимание, что выражение его лица все еще остается нечитаемым, он стал более осторожно выбирать слова.

«Однако ваш слуга знает, что это неправильно и не хочет участвовать в этом. В последний раз я обнаружил, что маленький евнух попытался отправить письмо, и так натолкнулся на Ваше Величество. С тех пор ваш слуга не имел никакой связи с молодым мастером Лан Вэем, поэтому он был так удивлён, увидев меня сейчас».

Император выглядел безразлично. Нервный взгляд этого маленького евнуха и то, как он пытался все объяснить, выглядело забавно, но когда он вспомнил про возможный роман между Мо Ци и Лан Вэем, он холодно фыркнул про себя.

Великая сила порождает великие желания.

Лин Сяо, ломая голову, старался изо всех сил объяснять детали по очереди:

«Поскольку, Ваше Величество, Вы узнали об этом, премьер-министр захотел отдалиться от меня, и сказал, что ваш слуга исчез сразу после того, как Дворцовая Женщина Мо вошла во дворец. Премьер-министр разрешил дворцовой женщине Мо войти во дворец не просто так. Его желание предложить ее Вашему Величеству было продиктовано тем, что она имела шанс занять не последнее место в гареме».

Как только он замолчал, он заметил как Император безмятежно и пристально рассматривает его тело, особенно ниже талии и он вновь покрылся холодным потом.

Лин Сяо стиснул зубы и низко поклонился: «Это правда, которую Ваше Величество хотел услышать».

В глазах Императора появилась улыбка, когда он встал и неспешно прошёлся перед ним:

«Мы действительно приказали тебе говорить правду, но ты — слуга Дворцовой Мо. И несмотря на это, ты позволишь своей хозяйке умереть без места захоронения?».

Слушая его слова, Лин Сяо закатил глаза. Если бы он не сказал это, был у него шанс остаться в живых?

Разве это не причина, по которой он высказал Императору свою точку зрения? Он даже рассказал об отношении «Хозяйки и Слуги» с Мо Ци.

Хотя он и подумал так, Лин Сяо не имел наглость и смелость сказать подобное, и, почтительно поклонившись, ответил: «После того, как ваш слуга вошёл в этот дворец, единственный, кто является его хозяином — это Ваше Величество».

Император поднял бровь: «Ты мыслишь правильно».

Лин Сяо поклонился, показывая свою покорность: «Так как ваш слуга уже вошёл во дворец, он, естественно, будет думать только о Его Величестве».

Император, услышав сказанное, опустил голову, чтобы посмотреть на Лин Сяо, который стоял на коленях перед ним. Глаза Императора сдерживали смех, когда он смотрел на него, не говоря ни слова. Внезапно заинтересовавшись, уголки рта Императора дёрнулись, он обернулся и сел на своё место:

«Хорошо, если так. Помоги Нам растереть немного чернил».

Лин Сяо чуть не потерял сознание и с трудом отреагировал на внезапную просьбу Императора. Эти слова означали, что он больше не будет расследовать это дело?

Лин Сяо быстро встал и подошёл к столу маленькими, быстрыми шагами. Когда он занялся шлифовкой чернил, его, наконец, сердце забилось ровнее. Как будто он сумел спасти свою жизнь. Оказалось, честность — правильный путь решения этой проблемы.

Император уже знал все о Мо Ци и Лан Вэе и просто проверял, в сговоре ли Лин Сяо с ними или нет.

Казалось, мысли Императора были только о Мо Ци и Лан Вэе, и он был уверен, что Лин Сяо не просто слуга Мо Ци.

К счастью, он всегда был послушным и покорным в доме премьер-министра, поэтому неудивительно что и отец, и сын приняли его за слугу. Только это позволило этому недоразумению плавно превратиться в факт.

Император начал читать и оценивать документы. Тем временем, Стюард Сюй, который вышел на некоторое время, вернулся. Хотя Император отослал того, Лин Сяо он оставил в кабинете позади себя.

Чтение длилось до поздней ночи, Лин Сяо уже несколько раз наливал чай для Императора. Он вяло стоял позади него, когда тот наконец-то закончил.

Лин Сяо немедленно заставил своё сознание взбодриться. Тем не менее, его сонливые глаза отказывались открываться, и он мог смотреть на Императора только с полузакрытыми глазами и несколько озадаченным лицом. Увидев его таким, Император рассмеялся.

«Сейчас Мы можем назвать тебя новым евнухом».

Мысли Лин Сяо были запутанным, и он не мог вспомнить, что нужно ответить. Он интуитивно делал, как считал правильным, следя за мужчиной глазами.

Император покачал головой: «Хорошо, раз ты устал, можешь идти отдыхать».

«Большое спасибо Вашему Величеству!», — в ту секунду, когда он услышал слова об отдыхе, Лин Сяо был словно помилован, его настроение сразу улучшилось. Открыто улыбаясь, он поклонился Императору и обернувшись, убежал, словно у него выросли крылья.

Император задумчиво проводил его спину взглядом.

***

После того, как он вернулся во Дворец Чу Сю, Лин Сяо провёл несколько дней в комфорте, в то время как Мо Ци расплачивалась за оскорбление Старейшины Лин. Та часто ловила Мо Ци и заставляла изучать Дворцовый этикет и, естественно, у неё теперь было мало свободного времени, и она мало общалась с Лин Сяо.

Лин Сяо также не спешил спасать девушку, позволив Мо Ци проводить время со Старейшиной Лин в течение нескольких дней, чтобы она немного помучилась из-за трудностей дворцовой жизни.

День, когда он увидел Мо Ци пришёлся на день выбора новых наложниц. Так как Старейшина Лин знала, что Мо Ци хочет быть выбранной, она дала ей один день на подготовку.

Поскольку Император уже знал об отношениях между Мо Ци и Лан Вэем, Лин Сяо не знал, выберет её Император или нет.

Точнее, даже понятия не имел, что тот собирается делать в принципе.

В прошлой жизни именно во время отбора Император заметил Мо Ци. Однако сейчас её образ уже был немного разрушен. Хотя Император отложил этот вопрос, Лин Сяо был уверен, что тот не сможет его проигнорировать.

Именно когда он думал об этом, он заметил Мо Ци, взволнованно бегущую к нему: «Лин Сяо!»

Потерев уши, которые заболели от её крика, он посмотрел в её сторону.

Мо Ци сердито сказала: «Ты специально отправил меня подкупить Старейшину Лин? Разве ты не знал, что та вещь ничего не значила для Старейшины Лин? Ты сделал это специально!»

Лин Сяо усмехнулся, в то время как Мо Ци продолжала: «Тебе определенно нравится так поступать со мной!»

Закончив кричать, Мо Ци с подозрением спросила: «Ты опять обижен на меня?»

Лин Сяо усмехнулся. Эта женщина наконец-то поняла это!

«Нет, это невозможно…», — начала бормотать Мо Ци.

«Ты не можешь на меня обижаться. Для меня ты…», — она как будто бы что-то поняла и замолчала.

Лицо Лин Сяо потемнело.

«Ты? Что ты?», — переспросил он.

Мо Ци опустила голову, её жемчужно-белые зубы прикусили нижнюю губу: «Ты всегда был очень добр ко мне, все десять лет, и так сильно любил меня. Невозможно, чтобы ты притворялся. Ты всегда прощал меня несмотря ни на что».

Глаза Мо Ци были полны решимости, Лин Сяо холодно рассмеялся.

«Значит, ты знаешь, как именно я отношусь к тебе», — многозначительно сказал Лин Сяо, вспоминая о том дне, когда она отравила его.

Неудивительно, что в её мыслях было твердое убеждение, что он не сможет всерьёз обидеться на неё. Ведь все десять лет заботы о ней не были наигранными, и его терпение тоже не было фальшивкой. Если бы он не получил свой второй шанс на эту жизнь, если бы она также не отравила его, он по-прежнему добивался её довольства. Тем не менее, это теперь просто ненужные детали.

Услышав его многозначительные слова, Мо Ци опять переменилась в лице, теперь выражение её лица было крайне печальным, взгляд был направлен на Лин Сяо, в её глазах стояли слёзы: «Лин Сяо, я знаю, что ты добр ко мне, и знаю о твоих чувствах».

Лин Сяо нахмурился, не зная, что за трюк пытается провернуть Мо Ци, поэтому он решил дождаться её активных действий и посмотреть на дальнейший расклад.

«Я всегда знала о твоих чувствах ко мне, Лин Сяо. На самом деле… Я чувствую то же самое».

Лин Сяо был шокирован, Мо Ци продолжила: «Однако теперь мы во дворце против нашей воли. Лин Сяо, я не хочу оставаться в этом дворце всю жизнь, я просто хотела почувствовать что-то новое. Как только это чувство пройдёт, я уйду с тобой. Так что, пожалуйста, не будь так холоден, хорошо? Я боюсь».

Мо Ци сказала со скорбной гримасой: «Помоги мне немного… Помоги мне немного в этот раз. Потом, когда мне это надоест, мы можем вместе покинуть это место. Я пойду за тобой на край света».

На край света?

Сердце Лин Сяо стало очень холодным. Она зашла так далеко, что не постеснялась использовать его чувства!

Он был вне себя от злости! Хотя в прошлом он знал, что Мо Ци использует его, он был готов сделать для неё что угодно, без какого либо давления с её стороны. Он решал все её проблемы вплоть до того, как она стала Императрицей. Но в этой жизни, когда Лин Сяо отказался помогать ей, эта женщина сначала попыталась тонко соблазнить его, а после того, как это не возымело действия, решила использовать его привязанность.

Лин Сяо полностью разочаровался в Мо Ци.

Видя, как Лин Сяо становится все равнодушнее, Мо Ци сжала губы, не в силах сдержать обиду. В конце концов, она неоднократно получала его помощь и внимание. Поскольку он уже её избаловал, для неё было естественным, что Лин Сяо защищал её, следовать за ней. Раньше, какие бы неприятные ситуации она не создавала, стоило проявить немного мягкости, и Лин Сяо прощал её.

Однако, в этот раз сколько бы она ни демонстрировала ответного чувства, у неё не получалось получить прощение у Лин Сяо, он продолжал злиться.

«Лин Сяо, я скажу тебе прямо. Сейчас мы с тобой в одной лодке. Если я не получу то, что хочу, не думай, что сможешь жить, ни о чём не тревожась. Ты должен помнить, что само твоё присутствие здесь незаконно, ведь ты не прошёл через…»

Лин Сяо прикрыл ей рот: «Ты с ума сошла?! Говоря так громко, ты не боишься, что кто-нибудь узнает об этом?!»

Мо Ци вывернулась и отбросила его руку: «Меня любой может запугать в этом дворце! Так чего ещё мне бояться?! В худшем случае умрём вместе! У тебя мужское тело, так что Император казнит тебя первым!»

«Мо Ци!», — Лин Сяо посмотрел на неё, лицо Мо Ци ещё больше наполнилось высокомерием.

Лин Сяо глухо рассмеялся и гневно спросил: «Хорошо, скажи, что ты хочешь?»

Глава 9 - Определение плана (II)

Мо Ци самодовольно посмотрела на Лин Сяо: «Было бы лучше, если бы ты был таким с самого начала! Ведь я никогда не забуду твою помощь, как бы не процветала. Ты и я — мы ведь из одного времени!»

Лин Сяо повернул руку, нетерпеливо говоря: «Ладно, просто скажи, чего ты хочешь?»

Мо Ци выглядела смущённой, когда сказала: «Завтра день, когда Император сделает выбор будущих наложниц. Поскольку ты довольно умный, помоги мне привлечь внимание Императора. Как мне стоит одеться? Красиво или современно? Чтобы я выглядела как можно более привлекательно».

Лин Сяо усмехнулся: «Ты хочешь, чтобы кто-то из этого времени оценил современность?»

Лицо Мо Ци стало мрачным: «Тогда скажи, как тогда мне поступить?»

Лин Сяо потёр ладони. В прошлой жизни она часто приходила, чтобы проконсультироваться с ним. Чтобы Мо Ци привлекала больше нужного внимания, он внедрился к евнухам Императора, и узнал, что Императору не нравятся женщины, которые носят макияж.

В результате он заставил Мо Ци выйти без макияжа и посоветовал быть более непринуждённой. Во-первых, Мо Ци была прекрасна и без косметики, поэтому не могла проиграть другим девушкам. А во-вторых, если добавить к этому непринуждённое поведение, то в сравнении с другими девушками она заметно выделялась, так она и привлекла внимание Императора.

Но как на этот раз Лин Сяо мог позволить ей провернуть такое?

Он отвёл взгляд, притворился, что немного подумал, прежде чем, изогнув губы, сказал: «Императору нравятся женщины с очень ярким, тяжёлым макияжем и в вычурных платьях. Ты просто можешь так одеться… Ах, да, он также любит спокойных женщин. Не говори с ним слишком много, будь нежной и тихой».

Мо Ци нахмурилась: «Этого... будет достаточно?»

Лин Сяо пожал плечами: «Верить мне или нет, решать тебе».

Мо Ци стиснула зубы: «Лин Сяо, я думаю, ты недостаточно глуп, чтобы солгать мне. Если меня не выберут, то тебе тоже будет несладко».

Сказав эти жестокие слова, Мо Ци повернулась и ушла. Лин Сяо усмехнулся. Он действительно хотел увидеть, как она сможет усложнить его жизнь.

Самым сильным покровителем в этом дворце был только один человек.

В его прошлой жизни она поднялась на вершину разве не потому, что была под защитой Императора? Тогда почему бы ему в этой жизни не сделать то же самое?

Его перерождение не должно быть напрасным.

Несколько дней назад у Императора должно было сложится о нем хорошее впечатление. Но даже если это не так, интерес к нему должен был возрасти. В противном случае Император убил бы его ещё тогда, когда Лин Сяо отдал ему то письмо.

Кроме того, он был более чем уверен, что сможет добиться милости Его Величества.

В прошлой жизни Мо Ци любила Императора и для того, чтобы получить его расположение, Лин Сяо собирал информацию о любимых вещах Императора. Какую еду он предпочитал, какую погоду считал лучшей, что делал в свободное время, его привычки во время пробуждения, во время работы — он знал абсолютно все. Он передавал свои знания для Мо Ци, чтобы она стала той женщиной, которая полностью понимала Императора.

Можно сказать, что причина, по которой Император так ценил Мо Ци — это Лин Сяо.

В этой жизни Лин Сяо вместо этого решил сражаться за себя, и стать маленьким евнухом Императора.

Это будет не трудно.

Хотя Лин Сяо не хотел полагаться на Императора, однако сам он не имел ни власти, ни влияния во дворце. Ему все равно пришлось бы найти себе сторонника. И самое главное — он не может быть евнухом вечно. Ему нужно придумать план побега.

В прошлой жизни он и Император не сильно контактировали. Императора можно рассматривать как человека, который доставлял ему меньше проблем, чем остальные люди. Но из-за того, что ему не хватало манер, Стюард Сюй ругал его и грозился уволить несколько раз.

По сравнению со всеми этими людьми, Император был другим.

На самом деле ему было горько вспоминать о том времени когда его уволили, но об этом он мог подумать потом.

Что сейчас было самым важным, так это Мо Ци.

Кто-то настолько глупый как она, может натворить все что угодно. Кроме того, она держит его за руку. [1]

Но как он может позволить ей делать то, что хочется?

Как только он окажется рядом с Императором, а она вдали от него, скорее всего, она не станет разоблачать его. Даже если и попытается, семья премьер-министра не позволит ей этого.

В конце концов, она была связана с ним крепким уговором.

Поэтому Лин Сяо начал продумывать тактику сближения с Императором.

***

В мгновение ока наступил следующий день.

Мо Ци действительно послушалась Лин Сяо и превратилась в пышно одетую девушку с ярким, тяжёлым макияжем. Она была одета в платье глубокого красного цвета, что в сочетании с её стройной фигурой даже выглядело несколько соблазнительно.

Когда Мо Ци вышла, она краем глаза презрительно посмотрела на других Дворцовых Женщин рядом с ней. Её лицо говорило о том, что она была чрезвычайно уверена в своей внешности.

В этом мире невозможно было найти кого-то, кто был бы красивее неё. Она была полностью настроена на победу в этом отборе.

Лин Сяо безразлично наблюдал за ней, пока следовал за остальными евнухами, сопровождая эту группу Дворцовых женщин, пока они не достигли центра сада. Евнухи встали за Дворцовыми Женщинами, чтобы быть готовыми помочь в любую минуту.

Когда было около четырёх часов дня, вдалеке наконец-то появилась тень, и сразу же раздался резкий голос евнуха.

«Его Величество прибыл».

Все низко поклонились.

После того, как все поднялись, Император перевёл взгляд на многочисленное количество Дворцовых Женщин, его взгляд задержался на несколько секунд на Лин Сяо. Затем он вытянул руку и перевернул несколько табличек со знаками. Стюард Сюй все понял и начал называть имена на них.

Для всех было большим сюрпризом то, что имя Мо Ци тоже было среди них!!!

Лин Сяо закатил глаза. Похоже, ореол Мо Ци действительно был очень сильным.

Когда Лин Сяо вздыхал с грустью, он услышал, что был среди тех, кому присвоили титул.

Лин Сяо был ошеломлён! В его прошлой жизни он ждал несколько дней, прежде чем появился императорский указ! В этой жизни он тем более не ожидал получить титул прямо сейчас!

В прошлом были выбраны девять избранных и Мо Ци была среди них. Ей был присвоен титул «Талантливой Леди» одиннадцатого ранга, а Дворцовой Женщине, с которой сражалась Мо Ци, был присвоен тринадцатый ранг «Леди, которая может утешать народ».

Все остальные были либо удостоены обычного титула «Талантливой Леди», либо обычного титула «Леди, которая может утешать народ» без ранга. В то время Мо Ци можно было рассматривать как ту, кто получил высшее звание.

На этот раз Лин Сяо внимательно слушал Стюарда Сюя, который зачитывал дарованные титулы.

Другие девушки Сю, которые были выбраны, в этой жизни получили те же титулы, что и в его прошлой жизни, однако Мо Ци вовсе не даровали титул на этот раз…

Император перевернул знак с именем Мо Ци, но не присвоил ей статус наложницы? Что бы это значило?

Когда Лин Сяо ломал голову над этим, Император со своей свитой евнухов уже ушёл.

Он собирался догнать его и предложить свои услуги, а может и узнать о случившемся, но перед ним возник Стюард Сюй и напугал его.

Он в панике посмотрел на Стюарда Сюя, но все же вежливо приветствовал его: «Да здравствует Стюард Сюй».

Стюард Сюй фальшиво улыбнулся, уставившись на Лин Сяо. У Лин Сяо все волосы на теле встали дыбом от этого взгляда.

Стюард Сюй сказал: «У тебя действительно хорошая внешность, глядя на тебя, чувствуешь себя комфортно. Неудивительно, что ты понравился Его Величеству».

Лин Сяо буквально почувствовал, насколько его слова были кислыми, он не мог не сжать губы.

Стюард Сюй холодно рассмеялся прежде чем продолжил: «Его Величество позвал тебя, следуй за мной».

Следуя за Стюардом Сюй, они весь путь поворачивали то вправо, то влево, пока не оказались возле кабинета Императора, где Лин Сяо совсем недавно растирал чернила.

Лин Сяо на мгновение удивился, однако Стюард Сюй уже толкнул дверь и встал на колени, отдавая честь Императору, сидевшему чуть поодаль, и Лин Сяо последовал его примеру.

Стюард Сюй сказал: «Ваше Величество, я привёл Лин Сяо».

Император услышал и поднял голову, а затем снова опустил её, вернувшись к работе: «Тогда ты можешь идти. Лин Сяо, иди растирать чернила».

Лин Сяо все ещё был удивлён, но потом он все понял и улыбнулся. Видимо, этому Императору понравились его навыки шлифования.

Пока Лин Сяо думал об этом, он встал, чтобы обойти и встать позади Императора, протягивая руку к чернильной палочке. Он как раз собирался начать растирать чернила, когда заметил что Император, не обращает на свои документы внимания, а спокойно и пристально смотри на его руку с чернильной палочкой. Он немедленно остановился и положил её на место. Он как раз собирался наклониться и попросить о прощении, когда Император остановил его: «Ты можешь продолжать, Мы хотим наблюдать за тобой».

Лин Сяо с трудом снова взял чернильную палочку и начал водить ею по кругу, чтобы растереть, однако он немного волновался.

Император, наблюдая за ним, не смог удержаться от насмешки: «Вы Нас боитесь?»

Лин Сяо поджал губу и немного подумав, спросил: «Ваше Величество, вы хотели бы услышать слова правды или лжи?»

Император поднял бровь, когда откинулся на спинку стула и сложил руки. Эмоции на его лице были непонятны.

Лин Сяо украдкой посмотрел на него, и заметил, что выражение его лица совсем не изменилось, он произнёс: «Ваш слуга глубоко почитает Вас, он не боится Вашего Величества. Ваше Величество — Император, ваша личность благородна, мудра и смела, и естественно, Вы — это существование, к которому стремится ваш слуга…»

«Правду», — Император внезапно прервал Лин Сяо.

Лин Сяо смущённо потёр нос: «Боюсь… Очень боюсь… Ведь в Ваших руках моя жизнь!»

Император посмотрел на Лин Сяо с удивлением, тот с осторожным и нервным видом украдкой бросал на Императора взгляды… Это действительно было похоже на робость и испуг.

Но также этот застенчивый евнух осмелился говорить правду перед ним.

Император подумал, что это забавно и покачал головой.

Лин Сяо почувствовал облегчение, казалось, Император не против его честности.

Хотя он знал о предпочтениях Императора, это был первый раз, когда они так тесно общались. Он будет невероятно осторожен с ним и, как и в прошлом, будет действовать продуманно. Император, увидев его нервозность, больше не разговаривал с ним, позволив тому перемолоть чернила.

После долгого ожидания Стюард Сюй, наконец-то, вошёл в комнату, чтобы попросить Императора поесть, пока не стемнело.

***

Когда Император обедал в своем кабинете, тем, кто пробовала блюда, стал Лин Сяо.

Он был действительно доволен этой работой. Он мог попробовать все блюда Императора и к тому времени, когда он проверил их, его желудок был полон. Блюда, которые выставили перед Императором, занимали весь стол.

Но после того, как Лин Сяо бросил на него придирчивый взгляд, то понял, что еды на столе всё равно что не было, ведь любимых блюд Императора было немного.

Император предпочитал кислые, пряные, ярко выраженные вкусы, при этом предпочитал холодную еду. Однако во дворце почти все блюда были жирными, либо лёгкими и безвкусными.

На столе были блюда из курицы, утки, гуся и рыбы, из курицы было только белое мясо, утка — в кунжутном масле, гусь — в медовом соке, и рыба на пару. Лин Сяо был уверен, что Императору пришлась по вкусу только одна десятая со всего стола.

И конечно Император попробовал лишь несколько блюд, прежде чем положить палочки для еды и позвать людей убрать еду. Увидев это, Лин Сяо вздохнул. Несмотря на жаркую погоду, никто не сообразил приготовить ни отвар из бобов мунг или суп из маринованной сливы, чтобы было не так жарко.

Лин Сяо внезапно понял, почему в прошлой жизни Император всегда ходил вечером во дворец Мо Ци. Даже если он не собирался остаться на ночь, он все равно приходил к ней, а не к другим. Это потому, что летом Лин Сяо часто готовил суп из маринованных слив во дворце Мо Ци.

Размышляя об этом, Лин Сяо воспользовался тем, что Император не обращал внимания на слуг, которые убирали еду, и улизнул на императорскую кухню.

[1] То есть у другого человека есть информация, которая может быть использована против него; шантаж.

Глава 10 - Обнимая золотое бедро

Потратив немало усилий, чтобы убедить Стюарда Сюя и маленького евнуха на Императорской кухне, Лин Сяо таки приготовил тарелку супа из маринованной сливы со льдом и отнес в Императорский кабинет.

Император молчал, глядя на тарелку на столе.

Суп был полупрозрачным, сверху бульона плавало множество кубиков льда. Стены чаши были в каплях воды, так же от тарелки поднимался белый пар.

Взяв книгу в руку, он перевёл взгляд на Лин Сяо, который стоял перед ним на коленях: «Так ты выскользнул за этим?»

Лин Сяо был удивлен тем, что Император заметил его отсутствие...

Проглотив слюну, он склонил голову и объяснил: «Ваше Величество, ваш слуга заметил, что вы съели совсем мало еды этим вечером. Ваш слуга боялся, что жаркая погода повлияла на ваш аппетит. Этот суп из маринованной сливы очень хорош при такой погоде - он избавляет от усталости и возвращает аппетит. Поскольку ваш слуга хотел приготовить его вам, ваш слуга пошёл на Имперскую Кухню».

Взгляд Императора снова вернулся к супу из маринованной сливы. Увидев это, Лин Сяо встал, подошёл к столу, потянулся за супом и выпил глоток, после этого почтительно разместил его перед Императором.

«Ваше Величество, ваш слуга попробовал суп, так что можете наслаждаться им спокойно».

Император поднял бровь. У этого маленького евнуха оказалась смелость приготовить ему что-то без его команды. Так же он напрямую использовал его чашу для проверки на яд. Такое поведение очень привлекало своей непосредственностью.

Император посмотрел на склонившегося перед ним евнуха. Он выглядел чрезвычайно уважительно, но не скромно. Своеобразное выражение на лице Лин Сяо было видно даже с его полусогнутого положения.

Внезапно Император заинтересовался супом, который принёс Лин Сяо. Не показывая заинтересованности даже своим взглядом, он, наконец, протянул руку, чтобы взять чашу с супом и выпил его в едином порыве.

Когда он проглотил последний глоток этого супа и тот опустился в его желудок, Император облегчённо выдохнул, поворачивая пустую миску в руке. Он засмеялся, показывая этим своё хорошее настроение: «Этот суп действительно очень хорош».

Лин Сяо склонил голову и улыбнулся.

Император поставил пустую чашу на стол, его палец двигался по кругу кромки чаши: «Ты оказал Нам такую услугу, чего же ты хочешь?»

Лин Сяо испугался, услышав это, и поспешно опустился на колени перед ним: «Ваш слуга не смеет».

Император сузил глаза и остановил движение руки, его пристальный взгляд пронзал Лин Сяо насквозь. Долгое время Император молчал, как будто ждал, когда Лин Сяо сам проявит инициативу.

Лин Сяо горько улыбнулся. Этот Император был слишком проницателен.

Думая об этом, он не осмелился продолжать увиливать. Он опустил голову, сказал: «Ваше величество, у этого слуги действительно есть одно желание, которое вы можете исполнить».

«Дай Нам услышать его», - Император сложил свои руки и откинулся на спинку стула.

Лин Сяо облизнул губу и произнёс: «Ваш слуга… Ваш слуга хочет работать на стороне Вашего Величества».

Император поднял брови, Лин Сяо продолжал: «Молодой мастер Лан Вэй в настоящее время не смеет связываться с Дворцовой девушкой Мо, но она ещё не знает, почему. Она хочет, чтобы ваш слуга отправлял письма, но как этот слуга смеет!».

Сказав это, Лин Сяо украдкой бросил взгляд на Императора. Его лицо ничего не выражало, ни одобрения, ни злости. Лин Сяо не мог не волноваться, но и молчать он не мог. Ему нужно было убедительно продолжать: «Так же Дворцовая Женщина Мо Ци была хозяйкой этого слуги, так что ваш слуга не смеет ослушаться её. Ваш слуга был очень обеспокоен этим, и подумал что...», - Лин Сяо сделал паузу, поджал губы, и продолжил: «Тогда ваш слуга подумал, что… если бы я был на стороне Вашего Величества, Дворцовая женщина Мо Ци, вероятно, не создавала бы проблемы этому слуге. Ваш слуга прямолинеен, он не уверен, что сможет позаботиться о Вашем Величестве, но ваш слуга искренне обещает стараться».

Голова Лин Сяо прижалась к полу, лоб сразу окутал холод. Его тело на коленях перед Императором выглядело несколько жалко.

Есть много способов порекомендовать себя Императору, но он не поверит даже самым хитроумным из них - он был очень проницателен. Он знал, что все поступки направлены на получение выгоды, в результате рекомендация Лин Сяо началась именно с просьбы о ней. К тому же Император не переносил лесть. Искренностью Лин Сяо решил выразить свою покорность. Это было именно то, что Император всегда требовал от своих людей.

Император посмотрел на Лин Сяо, слегка удивился и немного расслабил руки, прежде чем внезапно крикнуть: «Стюард Сюй!».

Стюард Сюй, который ждал за дверью, вошёл и встал на колени перед Императором: «Ваше Величество».

«Устройте этого евнуха на Нашей стороне».

«Да», - Стюард Сюй принял приказ с явной заминкой.

Лин Сяо облегчённо вздохнул и улыбнулся. Он добился своего.

«Возьми его с собой», – Пока он втайне восторгался, Император дал новое распоряжение.

Лин Сяо упал духом. Видимо, даже его речь не произвела сильного впечатления на сердце Императора.

Однако это было совсем не важно. У него всё ещё было впереди. Лин Сяо молча, сжав губы, поклонился Императору и последовал за Стюардом Сюем за дверь.

В тот момент, когда они вышли, Стюард Сюй начал насмехаться над Лин Сяо.

«Какой умный маленький евнух!»

Лин Сяо миролюбиво склонил голову, но в глубине души горько стенал. Не было сомнения, что будучи рядом с Императором, он будет часто гоним этим стариком.

В гареме все люди делали что-то для одного – «благосклонности». (1)

Благосклонность Императора позволила бы любому иметь власть и богатство. В результате все стремились очаровать Императора.

Но на стороне Императора всегда был только один евнух, получивший его благосклонность – это Стюард Сюй, человек перед ним.

И теперь, когда Император позволил ему оставаться рядом с ним, безоговорочно доверять он будет уже не только Стюарду Сюю...

Как он мог не злиться?

Стюард Сюй посмотрел на этого маленького евнуха в новом свете. Изначально он получил от него некоторую материальную выгоду, когда он дал ему несколько кубиков льда. В результате Лин Сяо использовал его помощь как средство, чтобы угодить Императору. И Император в самом деле позволил тому остаться рядом с ним. Разве это не похоже на пощечину?

Чем больше Стюард Сюй думал об этом, тем злее он становился. Даже один взгляд на Лин Сяо вызывал жуткую ненависть.

Лин Сяо, конечно, об этом догадался, однако, поскольку он хочет стать главным управляющим дворца, этот Стюард Сюй обиделся бы рано или поздно.

Жалко, что прямо сейчас он не мог отобрать у него власть.

Если подумать, Лин Сяо было за что уважать Стюарда Сюя.

В своей прошлой жизни, чтобы узнать о предпочтениях Императора, Лин Сяо много общался со Стюардом Сюем. Помимо того, что тот был жадным и снобистским, Стюард Сюй также любил чтобы его возвышали и льстили. Для своего характера он продержался рядом с Его Величеством очень долго. Смиренное и почтительное поведение, позволит ослабить его бдительность, таким образом он избежит острых углов.

Лин Сяо знал, что Император не особо великодушен и обычно не доверяет другим, но если бы он не доверял Стюарду Сюю, тот был бы уже давно отстранён.

Однако Лин Сяо не смел сказать этого вслух.

Все, что он мог сделать прямо сейчас - это проявить почтение и смирение к Стюарду Сюю, который смотрел на него не очень великодушно. Может, таким образом Стюард Сюй подумает, что ему ничего не угрожает.

Однако, иногда не все идет так, как мы того хотим. Ведь когда Лин Сяо зарекомендовал себя перед Императором, Стюард Сюй уже потерял оставшееся расположение к нему.

Выражение его лица отражало чрезвычайно уродливые эмоции.

«Не думай, что можешь расслабиться рядом с Его Величеством. Ты не единственный, кто был на его стороне. Тебе нужно служить осторожно и не совершать ошибок, ведь если ты совершишь ошибку, твоя голова сразу же полетит с плеч».

Стюард Сюй совершенно точно угрожал ему, Лин Сяо напустил на себя испуганный и самый честный вид, с уважением отвечая: «Этот слуга понимает».

«Хммм», - Стюард Сюй холодно фыркнул и отвёл Лин Сяо в маленькую комнату.

«Здесь Вы будете жить. Его Величество встаёт в шесть часов утра, и отходит на покой в одиннадцать часов вечера. Ты должен встать рано утром и прибыть во дворец Его Величества. Только когда Его Величество отправится спать ты сможешь уйти, понял?».

«Этот слуга понимает», - уважительно ответил Лин Сяо.

Стюард Сюй продолжил: «Тогда ты можешь приступить к выполнению своих обязанностей завтра. Сегодня Его Величество все ещё будет пользоваться моими услугами, поскольку он к ним привык», - слегка самодовольно сказал Стюард Сюй, швырнул хвостик и ушел.

Лин Сяо показал в спину Стюарда Сюя средний палец, ругая его со всей искренностью.

Он сказал ему, что завтра он должен приступить к своим обязанностям, что Император проснется около 6 часов утра, и что ему нужно быть во дворце Императора до этого времени, но он ни разу не провёл его по дворцу Императора!

К счастью, он уже знал точное местоположение спальни Императора. В противном случае его действительно можно было бы хоронить.

Более того, он не сказал ни слова о том, на что ему следует обратить внимание. Разве это не ожидание того, что он ударил лицом в грязь?

Лин Сяо холодно улыбнулся. В прошлой жизни он уже все узнал об Императоре, так как он может позволить себе поступать подобным образом, согласно плану Стюарда Сюя?

Что касается пробуждения Императора, то он просыпается на полчаса раньше и занимается боевыми искусствами в Императорском саду. После этого он всегда возвращается во Дворец, чтобы помыться и одеться для Двора. Около восьми утра он ест. Затем он принимал ванну и одевается в простую одежду, чтобы заниматься делами правительства. В двенадцать часов вечера он возвращался в свою комнату, чтобы отдохнуть, и ужинал в шесть часов вечера. После этого он выбирал наложницу.

Днём он часто прогуливается по Императорскому саду. Кроме того, Император любил прогуливаться по Императорскому дворцу в одиночестве, хотя Лин Сяо понятия не имел, что в этом такого приятного.

Однако в прошлой жизни он видел, как Император оказывался в различных частях Императорского дворца множество раз. Тогда он старался избегать его. В этой жизни даже не стоит напоминать об этом. Он уже столкнулся с ним подобным образом три раза.

На следующий день Лин Сяо еле открыл глаза, перевернулся, встал, надел одежду и вышел.

Ночью он не выспался, потому что боялся, что опоздает. Сейчас небо было довольно ярким, видимо, было уже 6 утра. Лин Сяо не посмел задержаться и поспешно отправился во Дворец Императора.

Ночной дежурный евнух все ещё стоял у дверей Императора, в комнате не было слышно никаких звуков. Лин Сяо вздохнул с облегчением - он прибыл даже раньше.

Думая, о том, что ему стоит подождать здесь, Лин Сяо скопировал позу другого евнуха и просто встал у входа.

Вскоре прибыл Стюард Сюй и очень удивился, увидев Лин Сяо. Он встал перед ним.

«Ты пришёл довольно рано», - со странной интонацией произнёс Стюард Сюй.

Лин Сяо почтительно поклонился и сказал: «Этот слуга принял наставления Стюарда Сюя и побоялся совершить непоправимую ошибку, опоздав. В результате этот слуга прибыл так рано».

«Хм, ты очень внимателен», - Стюард Сюй бросил на него взгляд.

«Слуги», - глубокий голос Императора раздался со стороны комнаты.

Стюард Сюй быстро открыл дверь, вошёл и встал на колени у кровати Императора: «Ваш слуга прибыл».

Лин Сяо также последовал за ним за дверь и встал на колени позади Стюарда Сюя.

(1) Имеется ввиду, что все хотели стать фаворитами у Императора.

Глава 11 - План в моей голове

«Оденьте меня и уходите», — Император сел на кровати и развел руки в стороны.

Стюард Сюй принял приказ, перевел взгляд на горничную с евнухом и те подошли к Императору, чтобы позаботиться о нем.

Глядя на это, Лин Сяо кое-что вспомнил.

Императору не нравилось, когда его окружало так много людей, однако Стюард Сюй всегда был рядом с ним. Тем не менее, Стюард Сюй уже не был так молод, как раньше — его руки и ноги были не такими ловкими, поэтому утром другие евнухи и служанки ожидали пробуждения Императора.

Стюард Сюй был дальновидно мыслящим человеком. Боясь, что кто-нибудь может потеснить его с должности, служанки и евнухи, которых он приводил к Императору каждый день, были всё время разными.

Из-за этого у Стюарда Сюя имелось много подчиненных, но никто не заслужил называться его доверенным лицом…

«Лин Сяо», — пока Лин Сяо был погружён в свои мысли, Император неожиданно подозвал его. Он быстро подошел к императору и склонился.

В настоящее время Император уже совершил омовение, а перед ним стояли на коленях служанки, держа в руках одежду.

«Помоги Нам переодеться».

Брови Лин Сяо слегка удивленно приподнялись, затем он улыбнулся и поклонился в знак уважения: «Да».

Нрав Императора был довольно твёрдым. Император всегда придавал значение одежде, он любил носить её очень плотно. Лин Сяо намерено полностью запахнул воротник, а также туго повязал пояс.

Император почувствовал это и мягко посмотрел на Лин Сяо с легкой улыбкой в уголках губ.

Стюард Сюй долго собирал рабочих в Имперском саду, чтобы быть уверенным в том, что Император не будет ни в чём нуждаться.

Император хорошо владел искусством письма, и так же был хорош в военном деле. Когда он практиковал боевые искусства, он часто использовал меч. Его навыки были прекрасными и удивительными, не оставляя никого равнодушным, свободными и героичными на вид; его действия были похожи на стремительные облака и бурную воду. Наблюдать за его практикой было чрезвычайно приятно. С увлечением наблюдая за Императором, он подумал, что, появись у него возможность изучить боевые искусства, он должен это сделать. Это было невероятно круто!

Пока он зачарованно смотрел на Императора, тот, всё ещё держа оружие в руках, внезапно направился прямо к Лин Сяо, вскидывая клинок. Вздрогнув от страха, Лин Сяо отступил на два шага.

Кончик меча Императора остановился прямо напротив шеи Лин Сяо. Лин Сяо посмотрел на холодный сверкающий меч и, сглотнув, дрожащим голосом спросил: «Ваше Величество?»

Император посмотрел на него. Этот маленький евнух так испугался, однако его глаза все еще были полны восхищения.

Лин Сяо от неожиданности отступил на два шага, и, как только оказался на безопасном расстоянии, встал на колени перед Императором: «Ваш слуга был неправ».

Император вскинул бровь. Этот маленький евнух действительно знал, как уходить из-под удара. Он опустил свой меч и передал его камергеру позади него, доставая вышитый по краям шелковый платок, чтобы вытереть руки.

«И где ты ошибся?»

Лин Сяо прикусил губу: «Ваш слуга не знает».

Император замер: «Ты не знаешь, что ты сделал не так?»

Лин Сяо нахмурился и сжал руки. Что имел ввиду этот Император?

Он поджал губы и ответил: «Ваше Величество, вы не рады, потому что ваш слуга не может выполнить свой долг».

Когда Император услышал это, он усмехнулся и посмотрел на Лин Сяо, приказывая: «Встань».

Лин Сяо встал, дрожа. Увидев, как тот упрямо пытается выполнить поставленную перед ним задачу, в то время как его всего трясло от страха, что даже руки и ноги его ослабли, Император не мог не найти это поведение занятным. Император напомнил ему: «Нам не нравятся слуги, которые слишком долго смотрят на Нас, ты понял это?»

Лин Сяо безучастно посмотрел перед собой, прежде чем вспомнить, как он был очарован, наблюдая за танцем меча в руках Императора, и на его спине проступил холодный пот: «Ваш слуга… понял».

Голова у маленького евнуха была низко опущена, а тело откинуто назад. Это выглядело крайне жалко, но довольно забавно. Император не смог удержаться от улыбки, его сердце быстро забилось, он встал прямо перед маленьким евнухом. Отсюда он мог видеть только его макушку.

Внезапно он сказал: «Стюард Сюй, служение этого маленького евнуха сегодня утром было довольно хорошим. Наградите его десятью отрезами ткани и шелка, и пятьюдесятью серебряниками».

Лин Сяо был ошеломлен и поспешно встал на колени: «Спасибо Вашему Величеству за награду».

Император вернулся в покои, чтобы переодеться, а Лин Сяо ушел в свою маленькую комнату, чтобы немного отдохнуть.

Его комната была рассчитана на одного человека. Прошлой ночью было слишком темно и он не смог ее нормально рассмотреть, но теперь он увидел, она была довольно хороша. Здесь были кровать, шкаф, стол и стул. Она была намного лучше, чем его прошлое спальное место во Дворце Чу Сю.

Лин Сяо дал волю своему потоку мыслей, как только вернулся в свою комнату.

Император сегодня утром был действительно странным. Сначала он ударил Лин Сяо кнутом, а затем подарил ему пряник.

Лин Сяо чувствовал, что напоминание Императора было сделано не просто так.

«Нам не нравятся слуги, которые слишком долго смотрят на Нас».

Лин Сяо тщательно обдумал это предложение и начал догадываться, Император предупредил его о том, чтобы тот не радоваться слишком сильно, даже если он знает почти все предпочтения Императора, и не думал об этом всё время. Таким образом, он не будет так хорошо понимать его.

Лин Сяо закрыл глаза. В прошлом он всегда действовал очень осторожно перед Императором, но все ещё глубоко продуманно. Вот почему Император позвал его, чтобы размолоть чернила два-три раза, а также приказал одеть сегодня утром. Император понял, что Лин Сяо понимал его лучше остальных.

Но считал ли Император, что Лин Сяо подозрительно умен?

Он был всего лишь маленьким евнухом, однако все его предпочтения и даже его привычки были полностью угаданы. Этот бдительный Император ему определенно не нравился.

Чем больше думал Лин Сяо, тем лучше понимал, что Император — человек, на которого было трудно повлиять.

Тем не менее, Император только сделал ему напоминание, а потом наградил. Это могло означать, что, хоть Император и был недоволен, однако ему понравилась служба Лин Сяо. Так он на самом деле был не неприятен?

Лин Сяо в шоке схватился за уши.

Куриная мать, почему Императора так трудно понять? Когда он был помощником Мо Ци, давать советы по поводу всего, что касалось Императора не было так хлопотно. Почему все стало так сложно, когда ему пришлось взаимодействовать с ним лицом к лицу?!

Пока он был в замешательстве, в комнату вошел Стюард Сюй.

Его лицо напоминало грозовые тучи, за ним шли четыре маленьких евнуха, которые несли награды от Императора.

Лин Сяо быстро отдал честь Стюарду Сюю.

Хоть Стюард Сюй и смотрел на него, он его, как бы, не видел. Его взгляд был направлен в никуда, он позволил маленьким евнухам сложить дары, так же позволил им уйти, прежде чем самому закрыть дверь в комнату Лин Сяо.

Глаза Лин Сяо вспыхнули и краешком глаз он посмотрел на предметы на столе.

Стюард Сюй подошел к столу и внезапно коснулся сначала серебра, затем отрезов ткани и шелка.

«Ты не простой маленький евнух. В свой первый день уже получил награду от Его Величества».

Лин Сяо склонил голову: «Это потому что Стюард Сюй хорошо выучил меня».

«Хе-хе…», — Стюард Сюй холодно рассмеялся: «Ты все еще так меня называешь? Разве ты все это делаешь не для того, чтобы стоять рядом с Его Величеством?!»

Услышав это, Лин Сяо склонил голову и с улыбкой сказал: «Стюард Сюй, разве вы не слышали, что до этого сказал ваш слуга? Его просьба оставаться на стороне Его Величества продиктована тем, чтобы быть в безопасности».

Стюард Сюй усмехнулся, он совершенно не поверил ему.

Лин Сяо закрыл глаза и принял решение кое-чем пожертвовать. Подойдя к столу, он улыбнулся: «Стюард Сюй, этому слуге повезло оказаться здесь благодаря вам и Императору, и этого ему достаточно. Если вы не возражаете, вы можете взять все это».

Стюард Сюй был удивлен и ошеломлен, рассматривая Лин Сяо. Предвкушение промелькнуло в его глазах, когда он обманчиво равнодушно сказал: «Это награда лично от Императора, так как я могу это взять?»

Лин Сяо улыбнулся так широко, что его глаза превратились в щелки. Он очень красноречиво намекал, когда говорил следующее: «Разве вещи вашего слуги — это так же не вещи Стюарда Сюя? Его Величество наградил вас. Пока мы не будем говорить об этом, то как кто-то другой узнает, кого именно вознаградил Его Величество?»

Выражение лица Стюарда Сюя разгладилось, а сам он не мог не улыбнуться.

Лин Сяо бросил на него взгляд и воспользовался возникшей паузой, поклонился, и сказал: «Этот слуга хочет спокойно работать, ведь он в неоплатном долгу перед Его Величеством и вами, если вы не против».

Услышав эти слова, Стюард Сюй наконец уловил нить размышления и убирая улыбающееся выражение на лице, холодно хмыкнул: «Думаешь, что только этими вещами ты сможешь купить меня?»

Лин Сяо в своем сердце несколько раз проклял жадного Стюарда Сюя. Однако он уважительно произнес: «Этот слуга не смеет. Однако впредь, если Его Величество будет награждать этого слугу чем-то, все эти вещи будут принадлежать Стюарду Сюю».

Стюард Сюй услышав это, вскинул бровь, в груди разгоралось чувство, что во всём этом кроется подвох. Однако сейчас он хотел заполучить эти вещи, особенно, когда ему предлагали почти за просто так, поэтому он проигнорировал это чувство и сузил глаза в удовлетворении. Собрав деньги, он сказал: «Я вижу, ты очень осторожен и не станешь отказываться от своих слов. Сейчас я позабочусь об этом, и вернусь вечером, чтобы унести остальное».

«Хорошо», — Лин Сяо отдал честь и проводил Стюарда Сюя к двери.

Глядя в спину Стюарду Сюю, он усмехнулся и прищурил глаза.

Он позволит Стюарду Сюю погордиться собой еще немного, но после этого он будет неприятно удивлён тем, как Лин Сяо позаботится о нем!

В следующие дни Лин Сяо изо всех сил заботился о потребностях Императора. Даже если наступала ночь, он ждал, пока Император уснёт и только потом уходил.

Три раза в день он помогал отобрать рецепты блюд, которые любил Император, поэтому все было сделано в соответствии с предпочтениями Императора.

Император даже молчаливо поощрял поведение Лин Сяо. И несмотря на то, что Стюард Сюй был недоволен, он также не останавливал его, когда вспоминал о наградах.

В эти дни, благодаря его надлежащему служению, Лин Сяо снова был вознагражден Императором, но на этот раз это были двести монет серебром.

Однако они также ушли в карман Стюарда Сюя.

Лин Сяо безмолвно тыкал в своих мыслях средний палец Стюарду Сюю, и стал еще усерднее служить Императору.

Дошло до того, что, пока Император сопровождал свою наложницу, чтобы посмотреть на луну и звезды, он также следовал за ним.

Время от времени, он даже создавал для них романтическую атмосферу, преподнося Императору небольшие сюрпризы.

Когда Император столкнулся с первой романтической сценой, он ничего не возразил. В результате Лин Сяо продолжал время от времени создавать романтическую, ночную атмосферу для двоих.

Что было странно, так это то, что в последнее время Император перестал посещать Дворец наложниц, чтобы провести там ночь. Говоря откровенно, Лин Сяо даже не видел, чтобы он призывал их в свой Дворец!

Глава 12 - Сахар для меда

Сегодня вечером Император, наконец-то, снова сопровождал наложницу в Императорский Сад, чтобы унять скуку.

На этот раз это была наложница Сянь.

Наложница Сянь фактически являлась главой гарема. Происхождение у неё было заурядное, однако ее внешность была прекрасна, а характер добродетельным. Как только она вошла во Дворец, Император сразу же сделал ее наложницей. Через полгода она стала отвечать за гарем.

Даже сейчас она занимала значительное место в сердце Императора.

Лин Сяо надеялся, что уж сегодня Император обязательно возобновит свою личную жизнь. Уже прошло довольно много времени с тех пор, как Император в последний раз касался женщины. Это было очень странно.

Лин Сяо считал важным, чтобы Император больше обращал внимания на других женщин, и не будет думать о Мо Ци, имя которой он выбрал, но не возвёл в ранг наложницы. Пока он не вспоминал о ней, её шансы подняться выше были ничтожно малы. Именно поэтому Лин Сяо так старался создавать романтическую атмосферу для Императора и его наложниц.

Наложница Сянь сегодня вечером была облачена в светло-фиолетовое одеяние, лицо было слегка припудрено, брови выделены светлым пигментом. Она производила впечатление тихой изысканности и не теряла изящества.

Луна была очень красива, а ее свет очень ярким, атмосфера была просто замечательной. Наложница Сянь и Император остановились на берегу озера.

Увидев это, Лин Сяо тихо отступил к подлеску у озера. Он взял сумку, которую приготовил заранее. Горловина мешка была чуть ослаблена, а внутренняя часть была выпуклой.

Лин Сяо слегка улыбнулся и перевёл взгляд на двух людей, стоящих рядом у озера.

Он опустил голову, чтобы разобраться с сумкой, а Император, который в этот момент стоял у озера, посмотрел в его сторону и слегка улыбнулся. Его глаза ярко сияли в лунном свете.

«Ваше Величество? Ваше Величество?» — Наложница Сянь посмотрела на Императора в ожидании. Император перевел взгляд на Наложницу Сянь. Улыбающееся выражение на его лице исчезло и оно вновь стало совершенно пустым.

«В чем дело?»

Наложница Сянь, отвечая на вопрос Императора, слегка поджала губы и немного улыбнулась, проявляя достоинство и грацию: «Ваше Величество, Ваша Леди только что сказала, что пейзаж на озере в беседке прекрасен. Там есть столы и стулья, если Вы не против, мы могли бы полюбоваться луной оттуда?».

Император посмотрел в сторону подлеска и сказал: «Мы думаем, что это место тоже прекрасно».

Наложница Сянь была в некотором смущении, однако послушно замолчала и просто прикрыла глаза, нежно улыбаясь.

Внезапно, огромное скопление зелёных огоньков выплыло из подлеска, ярко мигая и освещая небо. Глаза наложницы Сянь расширились в шоке.

Император тоже поднял голову, чтобы посмотреть на это, его взгляд стал задумчивым.

«Это светлячки», — наложница Сянь протянула руку, чтобы дотронуться до сверкающих насекомых. Ее элегантная улыбка все еще была на лице, но если присмотреться, можно было легко заметить удивление в глубине её глаз.

Она повернула голову, чтобы взглянуть на Императора, ее глаза полнились ностальгией и благодарностью: «Большое спасибо Вашему Величеству за этот щедрый знак любви к Вашей Леди».

Император повернулся в сторону наложницы Сянь, однако его взгляд был направлен не на неё — он смотрел в сторону подлеска, где находился Лин Сяо.

Наложница Сянь удивленно моргнула и проследила за взглядом Императора. Внезапно Император крепко схватил наложницу Сянь за руки, девушка рефлекторно обернулась, совсем сбитая с толку. В конце концов, она не увидела, на что смотрел Император.

Когда он увидел промелькнувшие боль и панику в глазах наложницы Сянь, он слегка оттолкнул ее, и опустил свои руки. Выглядел он немного раздосадованно.

Он понизил голос: «Уже поздно, наложница Сянь. Ты можешь вернуться в свою комнату, чтобы отдохнуть».

Наложница Сянь тупо посмотрела на него. Она нахмурилась и чувствовала себя немного обиженной, однако она слегка поклонилась, и покорно ушла со своей служанкой.

Лин Сяо был ошеломлен, смотря в спину удаляющейся наложницы Сянь. Сердце его полнилось противоречиями.

Эта атмосфера была такой романтичной, лунный свет идеально подходил для создания обстановки, но наложница Сянь просто так уходит?!

Это абсолютно бессмысленно!

«Лин Сяо», — как раз когда он задумчиво смотрел на спину наложницы, Лин Сяо услышал голос Императора.

Он поспешно вышел вперед и поклонился: «Ваше Величество».

Спокойные и глубокие глаза Императора изучающе скользили по Лин Сяо, как тот пытался полностью понять его мысли. Внутри Лин Сяо очень сильно нервничал. В конце концов, эти «романтические» атмосферы не получили формального одобрения, Император просто не возражал против действий Лин Сяо. Теперь, когда Император позвал его, Лин Сяо запаниковал.

Однако, не говоря ни слова, Император просто стоял перед Лин Сяо. Мысли Лин Сяо становились все более и более безумными. Лин Сяо не смог выдержать этого молчания и заговорил первым: «Вашему Величеству понравилось то, что сделал этот слуга?»

Император поднял бровь, когда услышал его слова. Он поднял голову, чтобы взглянуть на небо светлячков, и положив обе руки за спину, сказал: «В следующий раз, если подготовишь такое, сделай это, когда меня не сопровождают».

Лин Сяо широко раскрыл глаза. Что Император имеет в виду?

Если он говорит про следующий раз, значит ли это, что ему понравилось?

Но если это лучше делать тогда, когда его не сопровождают… Что это значит? Императору больше по вкусу приходились одиночные прогулки?

Но тогда какой смысл в таких сценах?

Разве он делал это не для того, чтобы придать вкус Весенней ночи Императора?!

Лин Сяо был в растерянности, Император слегка засмеялся: «Конечно, Мы позволим вам остаться».

Тогда не станет ли это «романтической сценой» с участием мужчин?

Нет, не так.

Прямо сейчас он имел статус евнуха, так что это была бы «романтическая сцена» с ролями мужчины и евнуха.

Это определённо не то, что ему стоило представлять. Лин Сяо поклонился Императору, не осмелившись возразить: «Большое спасибо Вашему Величеству за одолжение этому слуге».

Император бросил на него мягкий взгляд. Этот взгляд, казалось, видел его насквозь, Лин Сяо напрягся, его сердце билось в бешеном ритме.

Однако Император задержался на его лице не более трёх секунд. После этого Лин Сяо почувствовал облегчение, хотя сердце не изменило свой безжалостный темп.

Поскольку Император не велел ему уходить, Лин Сяо остался рядом с ним. Почти всю ночь они смотрели на светлячков, выпущенных им.

***

На следующий день Лин Сяо грандиозно простудился.

Его горло было сухим и очень болело. Кроме того, он без остановки кашлял. Головная боль также давала о себе знать. Когда он хотел поднять руку, у него это получилось с большим трудом, у него была жуткая слабость.

Поскольку он не пошел к Императору в услужение этим днём, он не знал, какие злобные слова Стюард Сюй мог сказать о нем.

Этот Стюард Сюй действительно был безжалостен. Когда Император вознаграждает Лин Сяо, он сразу забирает все себе; но когда ему не посчастливиться споткнуться, тот никогда не протянет руку помощи.

Стюард Сюй был ужасно недоволен тем, что его место рядом с Императором оказалось занято, но он также не хотел расставаться с наградами, которые Лин Сяо получал за свою службу.

Но если сравнивать вознаграждения и расположение, последнее всё же было важнее.

Теперь, когда он заболел, Стюард Сюй определенно не будет беспокоиться о нем, а скорее с нетерпением будет ждать его кончины. В этом дворце он все время служил Императору, поэтому у него не было друзей-евнухов или серебра, и найти кого-то, кто позаботится о нем или поможет ему добыть лекарство, будет чрезвычайно трудно.

Это была ужасная ошибка. Лин Сяо нахмурился и мрачно вздохнул. Опираясь на стену, и сохраняя равновесие, он подошел к столу, чтобы налить немного воды, но чайник на столе был совершенно пуст.

Лин Сяо сердито отбросил чайник в сторону и слабо крикнул.

Но не услышав ничего в ответ, Лин Сяо вернулся в кровать, лег и снова уснул.

Глава 13 - Неожиданный контрудар

«Стюард, тот маленький Лин-зи заболел», — сказал младший евнух Стюарду Сюю.

Стюард Сюй удивился этой новости, встав и нахмурившись, он переспросил: «Заболел?»

Евнух кивнул: «Да, этот слуга заглянул и выяснил это. Он лежал на кровати в забытьи».

Стюард Сюй поднял брови: «Ты уверен?»

Младший евнух несколько раз кивнул: «Этот слуга уверен. Вы сказали мне выяснить, что произошло, и этот слуга сходил посмотреть. Этот слуга подошел к его комнате и позвал его, но ответа не последовало, поэтому этот слуга вошел без разрешения. Он просто лежал там и выглядел так, словно умирает».

«Стюард, должны ли мы принести ему лекарства?» — спросил младший евнух.

«Нет», — Стюард Сюй сразу же отверг эту идею, и не смог удержаться от смешка: «Небеса действительно снисходительны ко мне».

Он весело засмеялся и приказал: «Без моего разрешения никто не должен давать Лин Сяо лекарства».

Младший евнух на мгновение шокировано застыл, но затем сразу же послушно опустил голову, показывая смирение.

Стюард Сюй зловеще прищурился: «Ты можешь идти».

«Да».

Глянув в спину удаляющегося младшего евнуха, Стюард Сюй неторопливо отложил венчик. В последнее время Император оказывал Лин Сяо чрезмерное доверие, и это Стюард Сюй с самого начала не одобрял. Но у него не было никакой информации, которую он мог бы использовать против Лин Сяо. Кроме того, Императора было нелегко обмануть, поэтому он не осмеливался что-либо предпринимать.

Но сейчас Лин Сяо совершенно непредвиденно заболел.

Если человек умрет от болезни, то обвинить некого.

Стюард Сюй снова злобно рассмеялся.

***

Император заметил, что последние два дня были довольно непривычными. Одежду на него снова одели свободно, пояс был затянут недостаточно туго, его завтрак в очередной раз показался невкусным, даже практика с мечом прошла не так гладко, как обычно.

Он нахмурился и огляделся, прежде чем обнаружил, что в рядах слуг не хватает одного младшего евнуха, который раньше не пропуская ни дня служил ему.

Он нахмурился и оглянулся на Стюарда Сюя с вопросом: «Где Лин Сяо?»

Взгляд Стюарда Сюя на мгновение остекленел. Но глубоко внутри он ни капли не колебался по поводу своих действий. Поклонившись, он сказал: «Ваше Величество, этот маленький Лин-зи случайно простудился, он болеет уже два дня. Ваш слуга испугался, что болезнь может передаться вам, поэтому оставил его в своей комнате».

Император поднял бровь, поэтому Стюард Сюй сразу добавил: «Ваш слуга уже озаботил людей сварить для него лекарство, однако, боюсь, некоторое время он не сможет прислуживать Вашему Высочеству».

«Болезнь серьёзная?» — поджав губы, спросил Император.

«Нет, не серьезная, просто ему потребуется некоторое время на выздоровление», — Стюард Сюй поклонился.

Император слегка вздохнул: «Возьми для него столетний женьшень, и попроси Императорского врача осмотреть его».

Стюард Сюй встревожился и замер на несколько секунд. Он не ожидал, что Император будет считать этого младшего евнуха таким важным. Ревность в его сердце всколыхнулась новой волной. Тем не менее, он по-прежнему, проявляя почтение, согласился: «Да».

Небольшая пауза Стюарда Сюя привлекла внимание Императора, и он внимательнее посмотрел на него. Его глаза пытались что-то найти в выражении его лица.

Под его взглядом Стюард Сюй напрягся.

Император все смотрел, и, почувствовав, что что-то не так, внезапно сказал: «Мы пойдем с тобой».

«Нет…» — Стюард Сюй рефлекторно отказал.

Император пристально посмотрел на него, Стюард Сюй незамедлительно поклонился и объяснил: «Ваше Величество является королевской персоной. Как вы можете пойти туда, где живут ваши слуги? Кроме того, маленький Лин-зи болен. Если он заразит вас, это будет просто ужасно».

Император ничего не сказал, и Стюард Сюй встал перед ним на колени: «Ваш слуга просит трижды подумать Ваше Величество о его теле Дракона».

«Встань», — по ощущениям Император добрую половину дня смотрел на Стюарда Сюя, прежде чем сказать это. Стюард Сюй встал, дрожа от страха и спросил: «Теперь этот слуга может отправиться и привести имперского врача для маленького Лин-зи?»

«Хм», — Император кивнул. Стюард Сюй поклонился и ушел.

Император посмотрел ему в спину, лицо Императора стало холодным.

Значит, даже тот, кто заботился о нем в детстве, смог ему солгать. Похоже, он действительно постарел.

***

Выйдя из кабинета Императора, Стюард Сюй отправился достать из кладовой столетний женьшень, и остановился. Все его лицо было почерневшим и сморщенным.

Император неожиданно спросил об этом ребенке, Лин Сяо! Он даже даровал ему столетний женьшень и приказал вызвать императорского врача, чтобы вылечить его!!!

Чем больше Стюард Сюй думал об этом, тем большую зависть испытывал. Какой-то один незначительный новичок заставил Императора скучать по нему. Если он останется, в будущем, несомненно, возникнут проблемы.

Его мысли были очень логичны, так что Стюард Сюй больше не мог сидеть на месте и ждать, когда его предчувствия сбудутся!

Он повернулся и пошел к комнате Лин Сяо, держа в руках столетний женьшень.

В комнате Стюард Сюй поднял венчик и встал напротив кровати.

У Лин Сяо кружилась голова, всё, что он видел перед собой, было неясным, но он мог чётко различить тень человека. По ней он догадался, что это был евнух, который всегда носит одежду с вышитыми красными облаками, — Стюард Сюй. После того, как Лин Сяо узнал его, он вовсе не хотел участвовать в разговоре.

Прошло уже два дня. Никто не пришел к нему, не принес даже воды или еды. С самого начала, хоть он и был болен, он чувствовал себя лучше, чем сейчас. Поскольку Лин Сяо по-прежнему не хотел умирать, в его нынешнем положении он мог лишь понемногу копить силы и ждать, когда его болезнь пройдет. Тогда он сможет выйти и набрать немного воды. У него просто не было сил обращать внимание на Стюарда Сюя.

Однако Стюард Сюй не собирался его оставлять.

«Лин Сяо, маленький Лин-зи, ты знаешь, что у меня в руке?»

Стюард Сюй повернул аккуратную коробку в руках, хвастаясь.

Лин Сяо проглотил слюну, немного увлажнив сухое горло.

«Это столетний женьшень, дарованный Императором».

«Хотя он для тебя, — злобно рассмеялся Стюард Сюй, — но дело в том, что теперь он мой. И не только он, после твоей смерти я получу намного больше, впредь только я, как и прежде, буду служить Императору».

Лин Сяо нахмурился, эти слова были отвратительны!

«Лин Сяо, ты действительно умный маленький евнух. Но если бы ты был абсолютно предан мне, то мне не хватило бы жестокости пойти на этот шаг, знаешь ли…»

Лин Сяо стиснул зубы и прохрипел: «Что вы хотите сказать мне этим?!»

Стюард Сюй вздохнул и усмехнулся: «Ты не понимаешь? Хорошо, я тебе кое-что объясню. Император послал меня позаботиться о тебе».

Лин Сяо нахмурился, он не мог не удивиться.

Стюард Сюй несколько резко произнёс: «Но этом дворце один или два евнуха, умерших от болезни, не сочтут чем-то необычным. Я уже сообщил Императору, что ты болен. А потом я расскажу ему, что твое истощённое тело не смогло перенести тяготы болезни. В конце концов ты не воскреснешь, чтобы рассказать об этом».

Лин Сяо знал, что за последние два дня ему намеренно не оказывали никакой помощи, потому что у Стюарда Сюя был мотив для его убийства, но Лин Сяо должен был умереть сам. Тем не менее, он не знал, чем он до такой степени прогневал Стюарда Сюя, чтобы, не дождавшись его смерти, он сам пришел к нему поглумиться над его состоянием.

Убить его, обманув Императора! Сказав, что он умер от истощения в ходе болезни!

Нет, он не мог просто сидеть и ждать такого конца!

Лин Сяо медленно приподнялся. Он размышлял над побегом из этой ситуации, когда в его комнату внезапно вошла группа людей.

Сопровождающий процессию евнух громко произнёс: «Его Величество прибыл».

Лицо Лин Сяо просветлело, его взгляд пал на Императора, как обычно одетого в черную одежду, шедшего впереди, позади следовало сопровождение из группы евнухов и служанок.

По неведомой причине, увидев его, Лин Сяо сразу стало намного спокойнее.

«Ваше… Ваше Величество…»

Увидев Императора, ноги Стюарда Сюя стали ватными, он опустился на колени перед Императором, отдавая дань уважения.

Он не знал, сколько Император уже успел услышать. Тело Стюарда Сюя дрожало без остановки, он не мог вымолвить ни слова в своё оправдание.

Император молча посмотрел на него и внезапно спросил: «Стюард Сюй, сколько лет ты уже служишь Нам?»

Стюард Сюй опустил голову: «Вашему старому слуге поручили заботу о Вашем Величестве, когда вам исполнилось пять лет».

«С пяти лет», — вслух сказал Император. — «Тогда ты должен очень хорошо знать Наш характер».

Стюард Сюй безучастно смотрел перед собой, Император тем временем продолжал: «Мы больше всего ненавидим, когда нас обманывают».

Стюард Сюй был в ужасе, его сердце леденело от осознания, что все сказанное им было услышано Императором, теперь он не мог себе ничем помочь. Столько лет он дрожал от страха, не смея обманывать. Но в первый и единственный раз, когда он соврал, Император разглядел его насквозь.

Подумав об этом, он всё равно попытался оправдаться: «Ваш слуга не обманывал Ваше Величество, он полностью предан Вашему Величеству!»

Император не спешил даровать ему прощение, и Стюард Сюй стиснул зубы. Его взгляд метнулся Лин Сяо на кровати. В попытке свалить на него вину, он гневно прошипел: «Это был он! Ваше Величество, это был он! Лин Сяо ложью ввёл Вас в заблуждение, и намеренно заставил этого старого слугу сказать эти слова. Ваше Величество, обвинение легло на этого старого слугу ошибочно!».

Стюард Сюй указал на Лин Сяо, у которого в тот момент началось ужасное головокружение, он уже не мог даже ясно видеть силуэты, лежа на кровати.

Брови Императора были нахмурены, его непоколебимый взгляд был направил на Стюарда Сюя без единого проблеска сомнений.

После того, как он молча выслушал Стюарда Сюя, он вздохнул и, прикрыв глаза, произнёс: «Сюй Цишань, долгие годы ты оставался на Нашей стороне, однако ты больше не годишься для этого. С сегодняшнего дня ты снят с должности и изгнан из Дворца. Тем не менее, за то, что ты двадцать лет заботился о Нас, Мы позволим тебе вернуться домой в шелковых одеждах (1)».

«Ваше… Величество?» — Стюард Сюй был ошеломлен и недоверчиво посмотрел на Императора. Он служил Императору столько лет, чтобы его уволили вот так? Всю свою жизнь он посвятил служению Императору, и не было ни одного места, которое он бы считал домом…

Лицо Стюарда Сюя было серым, словно его уже настигла смерть.

Император обернулся, больше не глядя на Стюарда Сюя и отдал приказ: «Проводите его».

«Да», — два евнуха позади него вышли вперед и выволокли безжизненного Стюарда Сюя.

После того, как Стюард Сюй покинул помещение, Император подошел ближе к кровати. Внутренне Лин Сяо понимал, что ему следует встать и поприветствовать Императора, но его замутнённое сознание и слабость в теле не позволили ему этого, только встав, он покачнулся и упал. Это падение заставило его потерять сознание.

***

Когда он пришел в себя, Лин Сяо чувствовал себя намного лучше. Его горло больше не было болезненно сухим, а в животе не было противной пустоты. Похоже, пока он был без сознания, его регулярно кормили и поили. Однако окружение, в которое он переместился, точно не было его комнатой. Сейчас он находился в великолепной комнате, которая была намного больше той, которую он занимал ранее. Когда он перевернулся и сел, два маленьких евнуха немедленно подошли к Лин Сяо и поприветствовали.

«Стюард Лин, как вы?»

Услышав эти слова в свой адрес, Лин Сяо растерялся. Он моргнул и посмотрел на двух маленьких евнухов перед ним, они вели себя весьма почтительно.

«Как вы двое назвали меня только что?»

Два маленьких евнуха синхронно повторили: «Стюард Лин».

Увидев выражение лица Лин Сяо, полное потерянности, более умный из них двоих догадался объяснить ситуацию: «Его Величество даровал вам должность Евнуха-Стюарда».

Евнуха-Стюарда?

Лин Сяо был шокирован: «Но как же тогда Стюард Сюй?»

«Стюард Лин, Стюард Сюй был отстранен от должности и изгнан из Дворца».

Лин Сяо попытался вспомнить немного из произошедшего. Стюард Сюй наговорил ему страшных вещей, а после собирался оставить его умирать. В конце концов, он был пойман с поличным Императором и все раскрылось. Зная эти малые детали, можно было предположить, как всё обернулось.

Всё это стало поводом для Императора отстранить Стюарда Сюя от службы.

Вот так должность Стюарда Сюя оказалась пуста, и единственным, кто остался на стороне Императора, был он, поэтому оказался выбран на должность, прежде которую занимал Стюард Сюй, так он быстро поднялся до позиции Евнуха-Стюарда. Теперь понятно, почему он находился в других покоях.

Лин Сяо огляделся. Это место действительно было намного лучше, чем его прежнее. Над кроватью имелся балдахин, стол и стул были искусно выполнены из мрамора, а все окружение комнаты было со вкусом обставлено различными украшениями. Одно то, что на столе стоял подсвечник, делало его счастливым и заставляло игнорировать все прелести его нового жилища. В конце концов, ему больше не нужно ходить в темноте!!!

Ему чертовски повезло!

Ему повезло убрать со своего пути одного из своих главных врагов, получить повышение по службе и даже перебраться в целые хоромы!

«Стюард Лин?» — Кто-то позвал его из-за двери. Лин Сяо обернулся, прочистил горло и крикнул: «Входите».

Сразу же более дюжины девиц и евнухов вплыли через дверной проем.В их руках покоились разная ткань, серебро и драгоценные лекарственные травы. Они разделились на две группы, встав напротив друг друга двумя рядами.

Маленький евнух, взяв на себя инициативу, подошел к Лин Сяо и отдал честь: «Стюард Лин, это всё дары, дарованные вам Его Величеством».

«Мне?» — Лин Сяо только хотел встать с постели, как два евнуха сразу же присели на корточки, чтобы помочь ему надеть обувь.

Лин Сяо был не в состоянии ещё больше удивляться тому, что его так обслуживают, однако, когда он встал с кровати и посмотрел на эти ткани, серебро и драгоценные лекарственные травы, он не мог не быть ошеломленным.

Это ведь не сон, правда?

Почему Император так добр к нему?

Лин Сяо похлопал себя по лицу. Поскольку это было немного больно, значит все это должно быть реальным.

Ведущий евнух, глядя на ошеломленное лицо Лин Сяо, незаметно улыбнулся на эти действия: «Стюард Лин, не стоит беспокоиться, все это реально».

«Ты знаешь, о чем я думаю?» — Лин Сяо посмотрел на этого маленького евнуха, лицо его было нежным и красивым, мягким и незрелым. Он был ещё совсем молод.

Маленький евнух улыбнулся и сказал: «Стюард Лин, все написано на вашем лице».

«Это так?» — Лин Сяо немного изменил свой тон, все ещё продолжая легонько касаться своего лица. Маленький евнух, увидев, что Лин Сяо немного опечален, быстро сменил тему: «Стюард Лин, на самом деле это компенсация Его Величества вам».

«Компенсация?» — Лин Сяо поднял бровь.

Маленький евнух кивнул и поспешил объяснить: «Этот слуга чуть раньше нашел множество вещей, которыми Его Величество награждал вас, в комнате Стюарда Сюя. Когда Его Величество увидел это, а также вашу комнату, где было всего два комплекта одежды, Император понял, как вы были обделены и решил наградить вас».

Лин Сяо поднял голову, наконец-то все прояснив. Так вот что случилось. Это объясняло, почему Император вдруг проявил такую щедрость к нему.

Всё потому что он терпел такие унижения, отдавая свои награды Стюарду Сюю. Другими словами, его трюк в том, чтобы нанести себе вред, завоевав доверие врага…

Его прошлый план не был разоблачен, но неожиданные изменения в нем, в результате, дали ему много преимуществ, а также он сумел отомстить Стюарду Сюю, как и планировал.

Лин Сяо почувствовал серебро в тарелке и злобно улыбнулся, события во время его болезни оказались довольно хорошими.

Видя, что Лин Сяо больше ничего не говорит, маленький евнух поклонился и сказал: «Теперь, Стюард, этот слуга вернется, чтобы доложить Его Величеству».

«Подожди», — Лин Сяо остановил его, и маленький евнух почтительно остановился. Лин Сяо оглядел молодого евнуха сверху вниз. Мало того, что его характер был очень учтив, у него не было проклятого евнуховского духа, его улыбка была очень застенчивой. Он не выглядел коварным, но в его глазах был легкий расчетливый блеск. Этот человек не должен быть глупым, Лин Сяо с удовлетворением поджал губы: «Как тебя зовут?»

Маленький евнух удивился и послушно ответил: «Этот слуга — Сяо Лизи».

Лин Сяо взял себя в руки: «Сяо Лизи».

«Этот слуга отвечает», — быстро откликнулся Сяо Лизи.

Лин Сяо коротко улыбнулся, а затем спросил: «Где император?»

«Он находится в Имперском кабинете и занимается государственными делами», — ответил Сяо Лизи.

Лин Сяо погладил себя по подбородку: «Подожди немного».

Сказав это, он отвернулся, чтобы одеться перед выходом.

«Стюард Лин, вы…» — Сяо Лизи был удивлен.

Лин Сяо улыбнулся и сказал: «Я пойду с тобой, чтобы увидеть Императора».

Когда он вошёл в кабинет Императора, тот критиковал мемориал.

Хотя он не хотел этого признавать, он был спасен лишь благодаря появлению Императора.

Если бы к Лин Сяо проявили жестокость, он бы отомстил. Если бы ему была дарована благодать, он возместил бы это. Доброту Императора он запомнит.

Пока он думал об этом, он взял на себя инициативу и встал на колени. За ним последовал Сяо Лизи.

Император поднял голову. Увидев Лин Сяо, он немного удивился.

«Ты проснулся?»

Лин Сяо склонил голову: «Я получил заботу Вашего Величества».

Император поджал губы и сказал: «Встань, Сяо Лизи, ты можешь уйти первым».

«Да». — Евнух позади него поклонился и ушел.

Лин Сяо, пройдя маленькими быстрыми шагами, встал перед Императором: «Ваш слуга поможет вам растереть чернила».

«Оставь это до времени, когда тебе станет лучше», — Император бросил взгляд на Лин Сяо: «Как ты себя чувствуешь?»

«Уже намного лучше», — ответил Лин Сяо. — «Болезнь вашего слуги внезапно пришла, и ушла столь же быстро».

Император сказал: «Я наградил тебя тканью, так что иди и сделай себе несколько вариантов одеяний».

Лин Сяо на мгновение удивился, этот Император беспокоится о нем… Он не мог не почувствовать себя немного взволнованным, в его сердце потеплело.

«Большое спасибо за заботу Вашего Величества».

Император кивнул и опустил голову, чтобы снова сосредоточиться на своих документах, слегка игнорируя Лин Сяо. Когда он закончил одно из своих дел, он увидел, что Лин Сяо все еще перед ним. Император посмотрел на него и спросил: «Что-то еще случилось?»

Лин Сяо сжал губы, прежде чем опуститься на колени: «Ваш слуга здесь, чтобы поблагодарить Ваше Величество за услугу. Спасибо, Ваше Величество, за спасение жизни этого человека. Благодарю вас, Ваше Величество, за то, что вы наградили его столь многими дарами». Лин Сяо не поднимался с колен.

Хотя цвет лица маленького евнуха был бледным, но черты его лица были живыми, особенно когда он произносил эти слова. Выражение его лица было неявно нежным и мягким, как будто он снял с себя панцирь, что делало его особенно чувственным в чужих глазах.

Император уставился на него, он не мог не отвлечься и положил предмет в руку, когда сказал: «Встань, твое тело не в порядке. Нет необходимости быть вежливым».

Лин Сяо услышал это и встал, тогда Император произнёс: «Если ты понял, сколько Мы сделали для тебя, то поторопись и поправься, чтобы снова помогать Нам работать».

«Да, ваш слуга запомнил», — ответил Лин Сяо.

Увидев усталое выражение лица маленького евнуха перед ним, он сказал: «Если нет других вопросов, ты можешь уйти и отдохнуть».

«Ваш слуга понял», — Лин Сяо здраво оценил состояние своего тела и решил не заставлять себя. Он низко поклонился прежде чем уйти.

(1) — Имеется ввиду, что он вернется домой со славой.

Примечание к части Сейчас просто нереальный завал на работе и дома, перевод не бросила, как только появится свободное время, будет переведена новая глава!

Глава 14 - Достичь маленькой вершины

Потребовалось отдохнуть пять дней, прежде чем болезнь Лин Сяо окончательно исчезла. На эти пять дней Лин Сяо полностью передал заботу об Императоре Сяо Лизи.

Он давал ему наставления по части того, чему симпатизировал Император: по крайней мере как он понял и запомнил, всё опиралось на его память.

Однако, поскольку он не получал никаких жалоб, Император, должно быть, был доволен службой Сяо Лизи.

Лин Сяо теперь управлял всеми евнухами, поэтому количество его обязанностей также возросло. Начиная верхушкой и заканчивая низами, все евнухи в гареме теперь были под его руководством. Он отвечал за всё в высшей степени, выбирать наложницу Императору также входило в его обязанности.

Другими словами, он мог протирать тарелку Мо Ци целую вечность.

Однако Император был человеком сдержанным. Управляющий Сюй, его предшественник, не должен был выбирать, если на то не было воли Императора, поэтому Лин Сяо также не смел выбирать тарелку для Императора без особого указания.

Пять дней спустя Лин Сяо, наконец занял свой пост, как обычно надел одежду, но теперь принадлежавшую исключительно управляющему. У одежды был точно такой же рисунок, что и у предыдущего Стюарда: вышитые золотыми шелковыми нитями облаками на красном фоне.

Лин Сяо как в мелодрамах взял венчик из хвоща, прежде чем пошел выказать свое почтение императору.

Когда Император увидел его, он оценивающе осмотрел его, прежде чем спросить: «Как твое тело?»

Лин Сяо отдал честь и склонил голову: «Спасибо за заботу Вашего Величества, с вашим слугой уже все в порядке».

Император удовлетворенно кивнул и развел руки: «Помоги Нам переодеться».

Лин Сяо принял приказ и улыбнулся, подходя к Императору.

Император оценил его состояние: цвет лица этого маленького евнуха наконец стал розовым, его настрой также казался намного лучше. Новая одежда, которую он теперь носил, невероятно шла ему. Даже при том, что он был в одежде евнуха, от него исходила особенная удивительная аура. Возможно, повседневная одежда будет еще лучше смотреться на нём.

Пока Император думал об этом, он отвлёкся.

Лин Сяо уже закончил помогать Императору одеться и почтительно встал в стороне.

Император слегка взмахнул рукавом, приказывая следовать за ним, и сложил обе руки за спину. Лин Сяо, быстро организовав группу слуг, пошел догонять Императора.

Императорский сад, куда Император отправился практиковаться с мечом, был уже подготовлен. Среди евнухов и служанок, которых подобрал Лин Сяо, многие были знакомы ему по тому дню, когда он был вознагражден, они принесли ему его награды.

Эти люди, по его мнению, все были обычными людьми, молчаливыми и очень трудолюбивыми.

Лин Сяо не был похож на Стюарда Сюя, не желающего иметь доверенного помощника из-за страха потерять свой пост. Он выберет несколько подходящих людей, покажет им, как нужно служить Императору, и позаботится о том, чтобы они занимались этим должным образом.

Позволит им помочь, сделать часть его работы.

Если среди этих людей действительно были те, кто хотел заслужить благосклонность Императора, ради признания и власти, то Лин Сяо хотел вычислить их всех с самого начала. А ещё он хотел проверить, действительно ли стать доверенным помощником Императора было так просто, но это была не главная его цель.

В этот раз Лин Сяо повелел приготовить ледяную воду ещё до того как Император начал свою практику. Таким образом, когда Император закончил, он смог использовать ледяную воду, чтобы вымыть лицо и вытереть пот с шеи.

Как только Император закончил приводить себя в порядок, он размеренно выдохнул и многозначительно посмотрел на Лин Сяо. Тот слегка улыбнулся, вежливо склонив голову.

Император рассмеялся и вернулся в свою спальню, чтобы переодеться в одежду дракона.

Во время перед утренним судом их уже ожидал евнух. Этот евнух был назначен самим Императором и отвечал за проведение первого судебного собрания. Таким образом, Лин Сяо не должен был беспокоиться об этом.

В результате, когда Император пошел на судебное собрание, Лин Сяо оставалось только приготовить утреннюю трапезу и дождаться возвращения Императора.

Утренняя трапеза Императора всегда содержала сложный тяжёлый отвар и нежную выпечку.

Однако на этот раз, Лин Сяо приготовил ему простой чай и простую еду — отварное яйцо и отвар из нежирного мяса с кусочками яичного омлета.

Когда Император вернулся и увидел, что стол, который когда-то ломился от обилия выбора, превратился в стол с двумя тарелками еды, он остановился и посмотрел на Лин Сяо.

Лин Сяо опустил голову и взяв на себя инициативу, объяснил: «Ваше Величество, время от времени пробовать пищу, которую едят простые люди, на самом деле очень приятно. Кроме того, она была сделана лично вашим слугой. Она должна соответствовать предпочтениям Вашего Величества».

Губы Императора вытянулись во что-то вроде насмешки: «Если Мы останемся недовольны, то твое положение требует, чтобы кто-то сменил тебя на посту».

Лин Сяо был поражен, но сразу успокоился: «Ваш слуга понимает».

Император поднял бровь. Цвет лица маленького евнуха не изменился, он был полон уверенности. Увидев это, Император перевёл взгляд на свой простой завтрак.

В конце концов, он поднял палочки, взял кусочек омлета и попробовал его.

Вкус неожиданно оказался довольно хорошим. Яичный омлет был немного острым и действительно очень ему понравился. Рисовый отвар был сравнительно легким, не жирным, как отвар из ласточкиного гнезда, и был свежим и вкусным.

Император посмотрел на Лин Сяо, только потом осознав, что маленький евнух украдкой поглядывал на его реакцию. Видимо, у него все же были сомнения.

Он отложил свои палочки для еды, не в силах больше смотреть на его терзания, и сказал: «Рацион простолюдинов неоправданно забыт. С этого момента ты будешь заботиться о Нашей еде».

Глаза Лин Сяо посветлели, и он улыбнулся, поклонившись: «Ваш слуга сделает так, как Вы скажите».

Император слегка рассмеялся, и подумал о том, что маленький евнух только выздоровел, и придумал повод отпустить его: «Сегодня у Нас есть официальное дело, нужно обсудить его с канцлером. Тебе не нужно постоянно следовать за Нами, поэтому можешь вернуться к себе и отдохнуть».

Лин Сяо был удивлен, но не отказал. С уважением проводив Императора, он позаботился о том, чтобы Сяо Лизи позаботился о Его Высочестве.

Однако Лин Сяо был человеком, привычный к постоянной занятости. Сейчас, когда он бездельничал, его разум стал оживленнее искать ему занятие.

И так как ему была глубоко ненавистна Мо Ци, он начал размышлять о способах её свержения.

Такое долгое бездействие было совсем не в характере Мо Ци.

Следуя своим принципам, она бы совершенно точно не молчала. Он был полностью уверен, что ею кто-то руководил.

Но теми, кто мог руководить Мо Ци, были единицы, Лин Сяо сразу отметил Лан Вэя и премьер-министра.

Премьер-министр все еще находился в середине своего «отпуска», поэтому он, вероятно, не будет действовать сгоряча, не задумываясь о последствиях.

Остался только один человек — Лан Вэй.

Он даже не мог подумать, что после того, как Император сделал предупреждение Лан Вэю, тот отважится опять связаться с Мо Ци. По-видимому, её ореол Мэри Сью по-прежнему работал, заставляя Лан Вэя рисковать всем.

Но кто доставлял письма?

Первые евнухи, подкупленные Лан Вэем, уже были повержены.

В таком случае, кто из евнухов был подкуплен и занимался отправкой их писем друг другу?

Лин Сяо обдумывал это. Он знал всех информаторов Лан Вэя в прошлой жизни; однако тогда Мо Ци покинула Дворец Чу Сю и вступила в контакт с евнухами из других дворцов. В этой жизни Мо Ци все еще находилась во Дворце Чу Сю, поэтому Лин Сяо не знал, подкупил ли Лан Вэй евнуха из другого дворца, как в прошлой жизни или это были евнухи Дворца Чу Сю.

Он растеряно потер подбородок. Внезапно у него возникла идея.

Взмахнув венчиком в руке, он злобно улыбнулся и вышел.

Евнухи, которых подкупили, может, и были другими, но место, где обменялись письмами, не изменилось.

К счастью, в прошлой жизни Лин Сяо отвечал за отправку многих писем. Так что он хорошо знал, куда ему направиться.

Лин Сяо поднял венчик и направился к воротам Восточного дворца. Следовало найти вход, которым пользовался евнух, отвечающий за хранилище.

Сначала, чтобы всё осталось секретом, письмо следовало унести из Дворца, Лин Сяо занимался этим лично. Именно отсюда, от Восточных дворцовых ворот он отправлял их Лан Вэю.

Используя отправку свежих овощей, он доставлял письмо своему партнеру, и этот человек был одним из людей Лан Вэя.

Если у Лан Вэя было письмо для Мо Ци, оно также доставлялось им, и он находил подкупленного младшего евнуха из хранилища, чтобы уже он передал письмо.

Пока Лин Сяо не бьет траву, чтобы напугать змею (1), он узнает, кто был подкуплен.

Всё было как и в прошлой жизни.

Первым, кого он нашёл, был евнух среднего возраста по имени Ци Линь. Он был жадным человеком, работающим в хранилище.

Единственным, кто встречался с ним, был Сяо Чжуоцзы из императорской кухни.

Вздох…

Так как всё было точно так же, как и в прошлом, его дело становилось намного проще. Лин Сяо погладил венчик в руке и повернулся, чтобы вернуться на свою базу.

Затем, он позвал всех людей, которых смог вспомнить.

Сяо Чжуоцзы и Сяо Гуйцзы из императорской кухни.

Ци Лин из хранилища.

Сяо Дези и Сяо Дэнцзи из Дворца Чу Сю.

В его воспоминаниях были и другие евнухи, которые были завербованы и работали во дворце другой наложницы, но Лин Сяо не думал, что Лан Вэй успел это сделать, поэтому он не вызывал их.

Те, кого он позвал, были самыми последними из тех, кто передавал письма, и поэтому они не смогут уйти от ответственности.

Лин Сяо важно сел на стул, глядя на группу людей, стоящих на коленях перед ним.

Некоторые из самых смелых выглядели как обычно, в то время как некоторые более робкие уже паниковали всем своим сердцем. Их руки и ноги дрожали, когда они опускались на колени.

Лин Сяо не беспокоился и оценивал их одного за другим, ожидая, пока они сами признаются.

В конце концов, кто-то не выдержал и спросил: «Стюард Лин, зачем вы нас позвали?»

Лин Сяо злобно рассмеялся, но не ответил. Вместо этого он встал и обошел их одного за другим. Наконец-то, он остановился перед Сяо Дэнцзы из Дворца Чу Сю и присел на корточки.

По сравнению с другими, Сяо Дэнцзы казался еще более нервным, все его тело непрерывно подрагивало, когда Лин Сяо смотрел в его сторону. Взгляд Лин Сяо медленно опустился и уставился на его грудь.

Сяо Дэнцзи слегка отодвинулся в сторону, как будто пытаясь что-то скрыть, глаза Лин Сяо вспыхнули, он неожиданно протянул руку, чтобы отодвинуть в сторону одежду Сяо Дэнцзи и вытащить оттуда письмо.

Держа письмо в одной руке, а другую за спиной, Лин Сяо злорадно рассмеялся и развернул послание.

Это действительно было письмо, адресованное Лан Вэем Мо Ци. Больше всего в этом письме Лан Вэй успокаивал Мо Ци, в то же время, напоминал ей о необходимости действовать вдумчиво, велел ей терпеливо ждать, пока премьер-министр составит план.

Прочитав это письмо, Лин Сяо мог представить, как до этого Мо Ци оплакивала свою судьбу между жалобами на плече Лан Вэя.

Пятеро евнухов побледнели, когда увидели, что Лин Сяо нашёл письмо.

Лин Сяо поднял бровь и посмотрел на них, его улыбка была хитрой, а его прищуренные глаза напоминали глаза матёрой лисы.

Все, наконец-то, поняли, почему Лин Сяо созвал их здесь — это из-за письма. Изначально они полагали, что отправка писем Дворцовой девушки Мо не сможет накалить обстановку, поскольку она не была одобрена. Тем не менее, сейчас евнух Стюард стоял перед ними. Это было серьезное дело, угрожающее их жизням!

Передача письма может быть как большим, так и маленьким проступком.

Если бы это было маленькой досадной неприятностью, то Лин Сяо урезонил бы их, но смог сохранить им жизни. Если бы это повлекло скандал, достигший ушей Императора, они были бы обезглавлены на месте.

Таким образом их судьба покоилась в ладонях Лин Сяо.

Те немногие, что были робкими, уже стояли на коленях и ползали в ногах Лин Сяо, цепляясь за них, и плакали горькими слезами, вымаливая прощение.

Что касается смелых: хотя их лица побледнели, все они молчали.

Лин Сяо холодно улыбнулся, глядя на этих пятерых, и оттолкнул тех двоих, что прилипли к его ногам.

(1) непреднамеренное предупреждение врага

Глава 15 - Месть начинается

«Вы, конечно, осмелели! До такой степени, что помогали Дворцовой девушке Мо Ци посылать письма молодому мастеру за пределы Дворца!»

«Стюард помилуйте, Стюард!»

«Помиловать? Хотя Дворцовая Женщина Мо не получила титул наложницы, её табличка была перевернута Императором. Она является женщиной Императора. А вопросы о Императорских наложницах может быть разрешён только Императором. Император примет решение по этому вопросу».

«Стюард, Стюард Лин, разве вы таким образом не обрекаете нас, слуг, на смерть?»

«Если об этом узнает Император, сможем ли мы сохранить наши жизни?»

Лин Сяо выслушал их и усмехнулся: «Если об этом станет известно Императору, все вы умрете. Вы совершили ошибку и поплатитесь за этот грех. Если я не отчитаюсь перед Императором и он узнает, что я скрыл это, своей жизнью рискую я - Стюард. Почему вы не упоминаете об этом? Почему я должен рисковать своей жизнью, чтобы скрыть это дело от Его Величества?»

Смысл этих слов сильно ударил по евнухам, ведь кто без блага для себя что-нибудь сделает?

Евнухи молча переглянулись, прежде чем один из них подошел замолвить за себя слово: «Стюард, Стюард Лин, если вы не отчитаетесь перед Его Величеством, тогда серебро, которое получил этот слуга, будет принадлежать вам. Пожалуйста, пощадите мою жизнь!»

Лин Сяо презрительно ответил: «Император наградил меня тысячами, десятками тысяч серебряных монет. Твоих денег я даже не замечу».

Люди, стоящие на коленях на полу, имели вид, будто бы смерть в этот момент была у них над головой.

Видя, что люди перед ним уже достаточно запуганы, Лин Сяо переключился решил дать им надежду: «Но есть кое-что, что способно толкнуть меня на риск».

Услышав, что есть способ спастись, глаза пяти человек, пристально смотрящих на Лин Сяо, внезапно загорелись надеждой.

Лин Сяо поиграл ладонями рук и сказал: «Это зависит от того, смогу ли я рассчитывать вашу искренность».

«Ваши слуги готовы на все», - они встали на колени.

Лин Сяо ждал именно это предложение.

Серебро? Он не хотел этого, он хотел их послушания. Он хотел, чтобы эти люди ясно понимали, что если они не отдадут ему свою верность, он не пощадит их жизни.

Заверения этих людей оставили его очень довольным, он выдержал паузу какое-то время, прежде чем ответить: «Если вы хотите жить, во-первых, вы больше никогда не должны передавать письма. Во-вторых, вам нужно искупить свои преступления, поэтому, если вы обнаружите, что кто-то передает письма, вы должны немедленно сообщить об этом мне».

Лин Сяо обдумал это. Поскольку во дворце было бесчисленное множество евнухов, он мог использовать свои воспоминания о прошлой жизни, чтобы дать себе преимущество только при расчете первой партии, но было бы трудно на их основе разыграть вторую. Так что для него было выгоднее использовать этих людей, чтобы узнать о верных Лан Вэю людях.

«Ваши слуги будут следовать вашим приказам!» - сказали пятеро и поклонились стоя на коленях перед Лин Сяо.

Он с удовлетворением во взгляде прищурился: «Очень хорошо, тогда вы, ребята, можете идти. Помните, если вы заметите что-то, вы должны немедленно уведомить об этом меня. Если я узнаю, что кто-то, что-то скрывает...»

"Ваши слуги все поняли!" – пятеро синхронно поклонились.

Он кивнул и позволил группе евнухов уйти.

Когда они ушли, Лин Сяо задумался.

Как ему сообщить об этом Императору?

Восприятие Императора было поразительным, поэтому он определенно не смог бы скрыть это происшествие от него.

Откровенно говоря, это было невозможно.

Лин Сяо закрыл глаза и продолжил думать. Встав, он стряхнул пыль с подола своей робы и направился в Императорский кабинет.

Он прибыл как раз в тот момент, когда канцлер уезжал. Внутри кабинета Император отдыхал с закрытыми глазами.

Позади него Сяо Лизи разминал его плечи.

Лин Сяо подошел к Императору с должной вежливостью. Он открыл глаза и Лин Сяо подал знак Сяо Лизи, чтобы тот отошел в то время как он сам продолжил разминать его широкие плечи.

«Разве я уже не говорил, что тебе не нужно всё время сопровождать и обслуживать Нас?»

Император сказал это, но в то же время сам расслабленно откинулся на спинку стула.

Лин Сяо ответил: «Телу Вашего слуги уже намного лучше, поэтому, этот слуга пришел. Этот слуга беспокоился о Вашем Величестве».

Уголок рта Императора немного приподнялся, его лицо было истощено.

Заметив это, Лин Сяо протянул руку, желая немного помассировать лоб и помочь ему расслабиться, но её внезапно перехватили, как только он коснулся лба Императора.

Лин Сяо испугался, в руке ощущалась небольшая боль. Когда он взглянул на Императора, он обнаружил, что глаза Императора были ледяными и глубокими, он пристально вглядывался в выражение его лица. Его сердце охватила тревога, он побледнел. В своих мыслях Лин Сяо напомнил себе, что должен успокоиться и замер на несколько секунд. Придя в себя, он сглотнул и объяснил: «Ваше Величество, увидев Вас таким уставшим, ваш слуга просто хотел немного помассировать лоб и помочь Вам расслабиться».

Император ничего не сказал, но и не выпустил руку, он просто смотрел на Лин Сяо до такой степени, что сердцебиение Лин Сяо стало подобно грому. После продолжительного молчания, Император многозначительно закрыл глаза и отпустил его руку, откинувшись на спинку стула.

Лин Сяо потёр схваченную руку и тихо выдохнул.

Император ничего не предпринимал, поэтому Лин Сяо сжал зубы и собрал все свое мужество, чтобы снова протянуть руку и коснуться лба Императора. У Лин Сяо было предчувствие, что если на этот раз Император не воспротивиться этому, то Лин Сяо получит ещё большее одобрения.

Наконец он положил обе руки на виски Императора. Лин Сяо остановился на несколько секунд, не решаясь пошевелиться. Но Император не показывал каких-либо негативных реакций, и Лин Сяо, вздохнув, медленно начал массаж.

Император почувствовал его осторожность, слегка открыл глаза, затем опять закрыл их.

«Похоже, ты действительно очень Нас боишься».

Император повернул голову, принимая более удобное положение: «Мы уже говорили, что до тех пор, пока ты не совершишь ошибку, Мы не отнимем у тебя жизнь».

Слушая это, Лин Сяо почувствовал себя несколько угрюмым, думая про себя, что этот Император был человеком, которому действительно нравилось прямолинейное поведение. Он не мог не открыть рот, чтобы пожаловаться: «Чего боится ваш слуга, так это того, что он не узнает, какую ошибку совершил, прежде чем потеряет свою жизнь».

Император усмехнулся: «Значит, ты все еще думаешь об этих глупостях?»

Лин Сяо закатил глаза: «Да. Как я только что сказал, ваш слуга не знает, в чём состоит его ошибка».

Он сказал это осторожно, украдкой посмотрев на выражение лица Императора. Тот сделал короткую паузу, прежде чем сказать: «Мы... просто не привыкли к тому, что кто-то другой касается нашей головы. Тебе не нужно беспокоиться об этом».

Лин Сяо не думал, что получит объяснение от Императора, поэтому он сначала слегка удивился, но потом почувствовал себя невероятно довольным. Казалось, что Император начал проявлять признаки того, чтобы стать более откровенным с ним.

Это был хороший знак.

Это означало, что он сможет получить еще больше милости и доверия Императора.

Благодаря этим мыслям энтузиазм Лин Сяо возрос и он использовал чуть больше силы для массажа.

Однако он не забыл, зачем ещё он пришел сюда.

Тем не менее, он не мог утаить это: «Ваше Величество, кое-что случилось, и ваш слуга хотел бы рассказать об этом».

Император открыл глаза: «О чём же?»

Лин Сяо продолжил: «Дворцовая женщина Мо и Лан Вэй все еще находятся в переписке друг с другом».

Император отвлекся, словно пытался понять, кем была эта Дворцовая женщина Мо. Через некоторое время он, казалось, вспомнил ее, но только холодно фыркнул и выпрямился.

Лин Сяо быстро встал на колени рядом с Императором.

«Пожалуйста, успокойтесь, Ваше Величество. Евнухи, которые помогали им передавать письма, уже были обнаружены этим слугой».

Император холодно сказал: «Казнить их всех».

Лин Сяо немедленно поклонился Императору, опустив брови и стиснув зубы, сказал: «Ваше Величество, у вашего слуги есть самонадеянная просьба. Я прошу, чтобы Ваше Величество позволил этому слуге разобраться с ними. Ваш слуга хотел бы сохранить им жизни».

Император выслушал и холодно посмотрел на Лин Сяо, он долго молчал.

Лин Сяо также молчал, холодный пот выступил по всему его телу. Все эти люди были слугами во Дворце, что-то подобное за спиной Императора уже означало, что они предали его. Было только одно наказание для предавших Императора - смерть. Тем не менее, Лин Сяо только что предложил пощадить их. Такая грубая просьба, не говоря уже о том, что он действовал без согласия Императора… Даже заикаться о таком перед Императором было очень смелым решением.

Однако и промолчать он не мог!

Глава 16 - Небольшое наказание

У маленького евнуха на лице не было такого выражения, будто он боялся умереть, и, казалось, что он не до конца понимал, насколько грубой была его просьба. На самом деле он всё знал и понимал, но всё равно поднял этот вопрос. Это сделало Императора несколько любопытным.

Лин Сяо украдкой обращал внимание на выражение лица Императора, и увидел, что Императору стал интересен мотив этой просьбы, и понял, что есть некоторый шанс, что его просьбу выполнят. Поэтому он решил проявить инициативу, объяснился: «Ваше Величество, в этом Дворце тысячи евнухов. После убийства этих пятерых ситуация не изменится, будут слуги, которые не смогут отличить хорошее от плохого. Ваш слуга обеспокоен тем, что подобные ситуации стали часто возникать во дворце…»

Взгляд Императора стал задумчивым, и когда Лин Сяо сделал паузу, Император поднял бровь, говоря: «Продолжай».

В настоящее время у Лин Сяо не было лучшего объяснения, он мог лишь немного предостеречь ветра, сказав: «Ваш слуга обеспокоен тем, что молодой мастер Лан Вэй после потери этих слуг, подкупит других людей в будущем».

Император прищурился, его лицо стало холодным, он подумал, что у этого маленького евнуха невероятный запас смелости, раз он решился сказать это!

Даже на расстоянии между ними Лин Сяо почувствовал холодную ауру, испускаемую Императором. Холод между ними вызывал дрожь, и он, сжав зубы, сказал: «Ваше Величество, хотя молодой мастер Лан Вэй по общему признанию чересчур дерзкий, но проблема не только в нем, но и в слугах этого Дворца».

После того, как Лин Сяо закончил говорить, он внимательно всмотрелся в выражение лица Императора. Оно было глубоким и таинственным, его взгляд выражал отчетливый холод и Лин Сяо совершенно не мог угадать его мысли. В результате он мог только взять себя в руки и продолжить: «Слуг во Дворце очень легко подкупить. Многие из них, увидев шанс подзаработать, легко согласятся на это. Бесчисленные евнухи в этом Дворце были кем-то подкуплены. Эти пять были пойманы этим слугой, но все остальные скрываются в каждом тёмном уголке Дворца».

На лице Императора не дрогнула ни одна мышца, он внимательно слушал. Разум Лин Сяо был в беспорядке, он не знал, что ему делать, у него, собственно, и не было выбора кроме как продолжать: «Правда, что эти евнухи должны умереть за попытку искать наживы за спиной своего хозяина… Однако, если Ваше Величество простит их однажды, один раз, они будут полезны в будущем… Они могут стать информаторами Вашего Величества, а также смогут контролировать других информаторов в гареме. Таким образом, те, кто осмелился искать славы за Вашей спиной, и скрывают это, будут обнаружены один за другим». — Лин Сяо сжал зубы, когда он проговорил все это на одном дыхании, молча ожидая реакции Императора.

Император сжал обе руки, затем задал вопрос, на который Лин Сяо не ответил.

«Где сейчас эти пять евнухов?»

Лин Сяо чуть не потерял сознание, его сердце стало слабым. Он уже по собственной воле отпустил этих пятерых. Император, увидев его реакцию, все понял, но ничего не сказал.

На его лице расцвела усмешка

Он слишком много думал об этом маленьком евнухе. Еще немного и он потеряет рассудок.

Лин Сяо нахмурился, в глубине души, он знал, что на этот раз будет трудно получить прощение Императора, но он не мог не попытаться сделать последний спасительный бросок: «Этот слуга очень высоко оценивает долг перед Вашим Величеством. Этот слуга имеет должность Стюарда-Евнуха, и он хотел бы разделить все заботы и трудности Вашего Величества».

Император посмотрел на Лин Сяо вводящим в оцепенение холодным взглядом.

«О, так ты говоришь, что все, что ты делаешь, ты делаешь ради Нас».

Пораженный Лин Сяо понял, что сказанное им только что было тем, что Император ненавидел слышать больше всего. Он не мог не склонить голову в знак смирения и извинения, но не осмелился снова открыть рот, так как боялся снова сказать что-то не то.

Император поджал губы: «Ты невероятно быстро выучился быть хорошим Стюардом. За такое короткое время ты уже зашел за спину своего хозяина, чтобы получить власть. Наше сердце очень успокоено».Сказав это, Император поднял взгляд и пристально посмотрел на Лин Сяо, в его взгляде не было и следа тепла: «Сейчас Мы возлагаем на тебя ответственность за тщательное расследование этого вопроса всеми твоими силами. Найди во Дворце всех слуг, которые осмелились совершить это преступление. Эти пять человек так же будут под твоим контролем».

Лин Сяо был ошеломлен решением Императора.

Он явно чувствовал гнев, но все же был готов согласиться на его просьбу? В этом очевидно не было смысла.

Но в следующую секунду слова Императора объяснили его мотив.

Поднявшись, Император подошел к Лин Сяо, презрительно глядя на него сверху вниз.

«Поскольку тебе необходимо со всей тщательно расследовать это дело, то тебе не нужно служить Нам».

Лин Сяо тупо уставился в пол и низко опустил голову. Этот Император действительно был зол, всё это был нетрадиционный способ осадить его и подать холодное плечо.

Евнух-Стюард, которого отстранили от службы Императору?

Вероятно, он был первым, кто настолько разочаровал Императора. Лин Сяо мог только заставить себя улыбнуться и принять приказ. Он уважительно отступил.

Император согласился на его просьбу на этот раз, но только на первый взгляд казалось, что Император подарил ему пряник; на самом деле это был безжалостный удар кнута.

Лин Сяо вздохнул и вытер пот со лба. Император был Императором, в конце концов. Как он мог позволить кому-то «действовать первым, а потом докладывать?» Лин Сяо решительно ударил себя по голове. Он действительно поставил себя слишком высоко.

То благоприятное впечатление, которое он накапливал понемногу перед Императором, было стерто его проступком.

Тем не менее, это было не так уж плохо. Его честность перед Императором дала ему очки. Хотя Император холодно надавил ему на плечо, он не убрал его с поста. Если бы он осмелился скрыть это, он, скорее всего, оказался там же, где и Стюард Сюй.

Кроме того, Император хотел, чтобы он занялся этим вопросом, это доказывало, что у них одна точка зрения на эту ситуацию. Это означало, что Император также хотел найти информаторов в Императорском Дворце.

Впечатление Императора о нем сейчас стало намного хуже, он также не хотел, чтобы Лин Сяо появлялся перед ним, и пока этот вопрос окончательно не решится, вернуться к прежним отношениям было невозможно.

Лин Сяо планировал, что он будет делать, не удосужившись объясниться перед этим с Императором.

Сейчас Император больше симпатизировал Сяо Лизи, и он воспользуется этой возможностью, чтобы проверить его на прочность. Он хотел взглянуть и посмотреть, достаточно ли подходит Сяо Лизи, чтобы стать его доверенным помощником.

Люди, отвечающие за передачу писем Лан Вэю и Мо Ци, были пойманы, и связь между ними была снова нарушена.

Из-за этого перерыва между письмами, Лин Сяо был уверен, Мо Ци снова придет к нему. В конце концов, и Лан Вэй будет искать его.

Лин Сяо поднял лист бумаги, который был доставлен ему, и усмехнулся. Подойдя к подсвечнику, он его сжег и молча вернулся на свое место.

Озадаченный Ци Лин почтительно опустил голову и подошел к Лин Сяо, чтобы спросить: «Стюарт, Вы не собираетесь его прочитать?»

Лин Сяо посмотрел на Ци Лина, его лицо было полно презрения. Он проигнорировал его. Он не хотел отвечать.

Ци Лин не смог сдержать рот на замке: «Тогда Стюард, этот слуга пойдёт и откажет ему».

Сказав это, он поклонился, готовый уйти.

«Подожди», — крикнул Лин Сяо, удивив Ци Лина, который сразу же почтительно обернулся.

Лин Сяо обошёл его дважды и внезапно протянул руку, чтобы прощупать его талию. Ци Лин боялся щекотки и дважды попытался вырваться; однако он не мог убежать от рук Лин Сяо.

Лин Сяо в этот момент, прощупав его одежды, обнаружил два твердых комка. Он поднял глаза, чтобы взглянуть на Ци Лина, и взгляд того ушёл в сторону от взгляда Лин Сяо, выдавая его нечистую совесть. Лин Сяо холодно улыбнулся и вытащил эти два комочка.

Ими оказались два тяжелых слитка серебра.

Лин Сяо взвесил их в руках и усмехнулся. Руки и ноги Ци Лина ослабли и он быстро опустился на колени перед Лин Сяо.

Лин Сяо вперил в его лицо свой взгляд: «Лан Вэй использовал столько серебра, чтобы подкупить тебя доставкой письма? Похоже ты думаешь, что твоя жизнь стоит этих кусочков?», — презрительно сказал Лин Сяо.

Ци Лин сильно испугался и принялся вымаливать прощение прямо из своего положения на коленях: «Стюард, ваш слуга был неправ! Ваш слуга больше не посмеет! Стюард, пожалуйста, простите этого слугу еще раз, еще раз! Этот слуга увидел, что это письмо было отправлено вам и поэтому не отказался от него. Тем не менее, этот слуга абсолютно не отправил никаких писем Дворцовой женщине Мо! Стюард!»

Лин Сяо ударил его ногой: «Ты все еще рассматривал вариант передать письмо Дворцовой женщине Мо?»

«Этот слуга не посмел бы!» — ответил Ци Линь.

Лин Сяо холодно посмотрел на него: «Ты не посмеешь? Но я же вижу, что ты — собака, которая не может удержаться от того, чтобы не съесть дерьмо (1)!»

«Слуги», — выкрикнул Лин Сяо и взмахнул рукавом.

Снаружи вошли два младших евнуха. Лин Сяо повернул два слитка в их сторону и посмотрел на Ци Лина: «Вы двое, хлопайте его по губам. Если вы выполните приказ, эти два слитка серебра станут ваши».

Маленькие евнухи украдкой взглянули на серебро в его руке, их лица вспыхнули от восторга, и они приняли приказ: «Да».

Некоторое время в комнате раздавались только звуки хлопков и крики Ци Лина.

Лин Сяо некоторое время слушал, но потом ему стало неприятно сносить шум, и он приказал этим двоим вытащить Ци Лина в какое-нибудь уединенное место, чтобы продолжить избивать его. Отдавая приказ, он передал им серебро.

Жадность была второй натурой Ци Лина. В прошлый раз Лин Сяо только угрожал ему, первоначально рассчитывая, что тот будет хорошо вести себя какое-то время. Он не ожидал, что без существенного наказания Ци Лин посчитает Лин Сяо полным неудачником. Нахальный выродок, у него хватило наглости дать ему клятву, а затем взять деньги Лан Вэя!

Так уж сложилось, что он может использовать и это. Лин Сяо преподал Ци Лину безжалостный урок, который также послужит напоминанием остальным четырем.

«Стюард», — снаружи за дверью послышался чистый и яркий голос.

Лин Сяо слегка наклонил голову, чтобы выглянуть наружу и увидел, что это был Сяо Лизи, который в настоящее время служил Императору.

Почему он пришел к нему, вместо того, чтобы оставаться рядом с Императором?

Лин Сяо моргнул, разгладил одежду и, прочистив горло, сказал: «Входи».

(1) Плохие привычки трудно изменить

Глава 17 - Удачный удар

Сяо Лизи вошел с надлежащей церемонией.

Лин Сяо посмотрел на Сяо Лизи и спросил: «Почему ты вернулся сюда вместо того, чтобы служить Императору?»

Сяо Лизи уважительно ответил: «Император сказал, что ему не нужно сопровождение, поэтому этот слуга вернулся».

Сказав это, Сяо Лизи украдкой взглянул на Лин Сяо, а затем сразу отвернулся. Он помедлил, прежде чем сказать: «Стюард, после того, как Император прогнал вас, он оставался в Имперском кабинете весь день и вернулся отдыхать очень поздно вечером».

Лин Сяо был удивлен, он пристально посмотрел на Сяо Лизи: «Почему ты говоришь мне это?»

Сяо Лизи опустил голову и слегка улыбнулся: «Этот слуга принадлежит Императору, но также служит и Стюарду».

Это было чрезвычайно наводящее предложение, что заставило Лин Сяо поднять бровь. В его присутствии Сяо Лизи все время склонял голову и отдавал поклоны, демонстрируя чрезвычайно почтительное поведение.

Интуитивно Лин Сяо понял: Сяо Лизи мог быть преданным слугой, именно потому что сам хотел этого. Стараясь не выдать свой интерес, он спросил: «Император очень доверяет тебе. Я, Стюард, в настоящее время не могу заручиться благосклонностью Императора. Разве сейчас не идеальное время, чтобы получить покровительство Императора? Если ты хорошо покажешь себя, ты даже можешь оказывать давление на меня — Стюарда. Почему ты пытаешься получить моё доверие?»

Сяо Лизи снова поклонился, и смиренно сказал: «Стюард, не стоит так недооценивать себя. Вы навсегда останетесь Стюардом в этом Дворце и никто не сможет побеспокоить ваше сердце. Сяо Лизи… Точно в этом уверен».

«Интересно», — Лин Сяо рассмеялся, развел руки и положил их на подлокотники своего стула.

Сяо Лизи склонил голову в знак почтения. Лин Сяо посмотрел на свою ногу и вытянув ее, сказал: «Раз это так, то подойди и сделай мне массаж ног».

«Да», — Лицо Сяо Лизи не изменилось, он почтительно опустился на колени перед Лин Сяо и протянул руки, чтобы сделать массаж, в руках его было именно столько силы, сколько и требовалось.

Лин Сяо пристально и оценивающе смотрел на него. То, как он низко склонил голову, серьезное выражение его лица - ничего в нём не выдавало плохих намерений. По крайней мере, Лин Сяо этого не видел.

Он молча закрыл глаза — этот Сяо Лизи был непростым человеком.

Однако… Кто вообще в этом Дворце был простым?

У Лин Сяо появилось несколько мыслей в голове, и он убрал ногу: «Хорошо, можешь идти. Я, Стюард, собираюсь отдохнуть».

Сяо Лизи почтительно поклонился и отступил маленькими быстрыми шагами.

*****

Лин Сяо посмотрел на небо в окне. Уже была ночь, однако он еще ничего не ел. Как ни странно, аппетита у него совсем не было. Подумав об этом немного, он приказал всё время сопровождающим его горничным и евнухам уйти,он хотел принять ванну и пораньше лечь отдыхать.

Однако, как только он встал, со стороны показалась полоса металла, у шеи появилось ощущение леденящего холода.

Вздрогнув, Лин Сяо посмотрел на меч и нахмурился, оглядываясь вокруг. Тем не менее, он мог разглядеть только голубой рукав одеяния и руку, в которой был зажат меч. До этого был только один человек, которому нравились синие одежды, и который ненавидел его всей душой. Лин Сяо поджал губы и вскрикнул: «Молодой мастер Лан Вэй».

«Как ты узнал, что это я?» — прошипел мужчина в тени позади него. Он носил голубую одежду и внешний слой муслина, который был накинут на плечи. Передние пряди его длинных волос лежали на плечах, слегка прикрывая брови, его глаза напоминали факелы, он внимательно наблюдал за Лин Сяо. Это был сын премьер-министра — молодой мастер Лан Вэй.

Лин Сяо отвернулся, вспомнив, что молодой мастер Лан Вэй был откровенно наивным и крайне импульсивным. Поскольку он не явился к нему сразу, или не послал кого-нибудь для ответа, гордый и высокомерный Лан Вэй не мог просто так забыть это, и искал возможности приблизиться, чтобы допросить его. В этом не было ничего неожиданного.

Немного поразмышляв об этом, Лин Сяо успокоился и ловко отодвинул меч от своей шеи. С улыбкой он сказал: «Я догадывался, что Вы придете, чтобы найти меня, если я не приду к Вам после моего назначения. Похоже, я угадал».

Лан Вэй нахмурился, его лицо выглядело рассерженным, когда он убрал меч, отодвинутый Лин Сяо: «Почему ты не пришел, чтобы увидеть молодого мастера?»

Внутренне Лин Сяо закатил глаза.

Хотя Лан Вэй не занимал официальную должность, он все же был сыном премьер-министра. Если бы вопрос с Мо Ци был решен без каких-либо неприятностей, этот человек в конечном итоге пошел бы по пути чиновника. Такого рода существование тесно связано с Лин Сяо, управляющим Дворца. Он должен быть очень глупым, чтобы видится с ним когда он уже не в милости Императора.

В то же время Лан Вэй не мог этого сам понять. Он уже вызвал недовольство Императора из-за вопроса с Мо Ци. Лин Сяо просто не понимал, что думать о нем. Лан Вэй зашел так далеко, что ворвался во Дворец, чтобы увидеться с ним. Лин Сяо безжалостно презирал его глупость, но выражение его лица не изменилось, когда он спокойно проговорил: «Вы сын премьер-министра, а я Евнух-Стюард. В этом Дворце есть правило о неприближении людей из собрания. Встреча нас двоих нарушает это правило. Если бы Император узнал, даже Вам было бы трудно избежать наказания, не говоря уже обо мне».

Брови Лан Вэя немного расслабились, поджав губы, он спросил: «Место, которое выбрал этот молодой господин было очень скрытным, кто бы мог узнать?»

«Во Дворце много информаторов. Я не боюсь многих вещей, но я боюсь шансов (1)».

Лан Вэй замолчал, в конце концов приняв оправдание Лин Сяо, он все же опустил меч. Лин Сяо немедленно отступил на два шага, а Лан Вэй, казалось, насмехался над ним за его трусость, пока наблюдал. Лин Сяо сжал губы. В конце концов он больше всего боялся смерти.

Лан Вэй на мгновение посмотрел на Лин Сяо так, будто тот одним своим взглядом оскорбляет его. Повернув голову в сторону, он несколько насмешливо спросил: «Разве ты не тот, кто занимается уничтожением информаторов во Дворце?»

Лин Сяо собрался. Выглядело так, будто Лан Вэй уже знал, что его пять информаторов были убраны им. Он подумал об этом и у него в голове сформировался план, который позволил ему немного схитрить: «Я сейчас слуга Императора. Если Император хочет, чтобы я этим занялся, значит мне нужно это сделать. Он приказал найти информаторов в этом Дворце, поэтому я буду это расследовать. Это все».

Лан Вэй услышал, что именно он сказал и лицо его потемнело: «Лин Сяо, перестань использовать Императора, чтобы оказать давление на меня — молодого мастера. Не забывай зачем ты вошел во дворец!»

Когда Лин Сяо услышал это, он не мог не заметить иронии в этих речах. Его лицо было холодным, он усмехнулся, спрашивая: «Почему бы Вам не рассказать мне, почему я вошел во дворец?»

Лан Вэй усмехнулась в ответ: «Поскольку ты был слугой Мо Ци, она позволила тебе войти во дворец Императора вместе с ней. Она основательно подошла к этому вопросу и даже послала сообщение тебе. Ее расположение к тебе всегда было непоколебимым, как гора. Теперь, когда ты стал управляющим евнухом, ты должен помнить её жертвы и помогать изо всех сил».

Мо Ци тщательно промыла мозги Лан Вэю. Все, что он делал до этого, стало чем-то, что Мо Ци дала ему?

Может ли этот Лан Вэй мыслить ещё глупее?! Может ли Мо Ци быть ещё более бесстыдной?!

Лин Сяо был возмущен до глубины души, но сдерживал свои собственные чувства внутри, терпел, ничего не говоря в ответ. С такими «промытыми мозгами» неизбежно наступит день, когда Мо Ци полностью сможет эксплуатировать Лан Вэя. Эти два человека были его врагами и ему нужно было только понаблюдать, как они медленно приближаются к своему концу. Ему действительно ничего не нужно делать.

Если он образумит Лан Вэя, это будет то же самое, что спасти его, но Лин Сяо не был таким добрым.

В результате Лин Сяо выбрал тишину.

Тем не менее, Лан Вэй не отпускал его: «Ты слушал, что сказал этот молодой мастер?»

Лин Сяо закатил глаза. В первый раз увидев ее, он сразу был эксплуатирован. Он даже толкнул свою любимую женщину в объятия к Императору. Это было просто…

Лин Сяо больше не мог думать об этом. Когда он думал о том, что был таким же в своей прошлой жизни… Он лишался дара речи.

Через некоторое время, он ответил: «Я не могу Вам ничем помочь».

Лан Вэй снова поднял свой меч. Лин Сяо посмотрел на острие, которое было почти у его кожи, и сказал: «Император приказал мне некоторое время не приближаться к нему, так как я могу помочь вам?»

«Что…?» — Лан Вэй нахмурился, затем выражение его лица стало радостным: «Значит, ты потерял благосклонность?». - Он опустил меч.

Лин Сяо поднял бровь, затем глубоко улыбнулся: «Можно сказать и так».

«Я слышал, что ты отвечал за тщательное расследование информаторов во Дворце? Это причина, по которой ты не можешь приблизиться к нему?» — Лан Вэй не слушал безобидные слова Лин Сяо, и сам обо всем догадался.

Лин Сяо был удивлен и отреагировал на несколько секунд позже, позволив этим Лан Вэю выкопать еще несколько подсказок. Лан Вэй забрал свой меч и некоторое время размышлял об этом, прежде чем сказал сквозь зубы: «Завтра этот молодой мастер передаст тебе список имен. После того, как этот вопрос будет решен, ты окажешь достойную услугу Императору и он будет доверять тебе еще больше. В то же время ты поможешь Мо Ци сделать все правильно и получить лучший результат. Хорошенько запомни это! Если забудешь, то меч этого молодого мастера больше не будет таким снисходительным!» — Лан Вэй холодно фыркнул, как только закончил говорить, и вылез через окно.

Глава 18 - Лицо Лан Вэя

Один порыв ветра поверг все в хаос. В комнате остался один Лин Сяо, как будто бы здесь никого вовсе и не было.

Лин Сяо опустился на пол и слегка потер шею, все еще испытывая отголоски страха. Ощущение меча у его шеи было крайне неприятным.

Но он был поражен своей удачей. Лан Вэй отправит ему список информаторов ради Мо Ци. Он только что узнал о деле с информаторами во дворце, но завербованных лично Лан Вэем людей было не так уж и много. Немного подумав, он пришёл к выводу, что весь этот список принадлежит премьер-министру.

Это были плоды многолетних трудов премьер-министра!

И Лан Вэй уничтожит их ради амбиций Мо Ци?

Неужели премьер-министр согласится на это?

Нет, премьер-министр был матёрой лисой. Он не мог просто так отдать список…

Лин Сяо закрыл глаза. Он имел слабое представление об этом.

На второй день действительно пришла горничная, она принесла завтрак, а также передала Лин Сяо список, который прежде сжимала в руке.

Лин Сяо молча принял список, и когда никого не было рядом, он просмотрел его.

В списке было двенадцать имен, среди них были старейшина Лин из Дворца Чу Сю, два других Старейшины, три служанки и семь евнухов. Среди евнухов двое являлись передатчиками писем.

Лин Сяо отложил список, погрузившись в размышления.

***

Лин Сяо решил придержать список на несколько дней, ничего не предпринимая. Пятерым, уличённым ранее, он велел оставаться на своих местах и обращать пристальное внимание на служанок и евнухов, которые могли перемещаться между дворцами.

Поскольку все они были очень алчными, то имели опыт передачи писем, и знали, какие места во Дворце были особенно удобными для этой деятельности. Лин Сяо сказал им следить за людьми, которые по их мнению были подозрительными, и за их деятельностью. Это действительно было полезным решением и позволило Лин Сяо уличить целую толпу предателей. В ходе тайного поиска они даже обнаружили, что высокопоставленный чиновник Министерства по назначениям смог внедрить информаторов во Дворец.

Всего их было семь: четыре служанки и три евнуха. Возможно, их было больше, но Лин Сяо пока смог найти только их.

Все семь находились в подчинении Наложницы Жань.

Она была дочерью чиновника Министерства по назначениям. Войдя во Дворец в качестве наложницы, она в течение двух лет была довольно известна.

Поскольку к его дочери было особое отношение, у чиновника Министерства по назначениям было довольно много власти в собрании. Его влияние можно было сравнить только с влиянием премьер-министра. Семь человек, приближенных к Наложнице Жань, заботились о ней и передавали разные послания.

Однако, Лин Сяо не особо заботили эти детали, ему хотелось скорее уличить всех завербованных людей. Другие вопросы и не должны были волновать его. В будущем они могут стать головной болью для Императора.

Кроме того, Лин Сяо считал, что оборону этого Дворца нужно усиливать. По крайней мере, его новый дом, который был подарен ему не так давно, нуждался в чистке, как и другие области его влияния… Он должен укрепить свою оборону!

В прошлый раз Лан Вэй находился в его комнате, болтая с ним почти полночи. На него падала тень чужого меча несколько раз, и никто об этом даже не подозревал!

А потом Лан Вэй тихо и незаметно покинул Дворец!

Хотя Лин Сяо и раньше знал, что боевые искусства развиты Лан Вэем на достаточном уровне, но все же не подозревал, что у него такая хорошая техника!

Он свободно вошел во Дворец и свободно его покинул!

После этого инцидента Лин Сяо вызвал евнухов, чтобы те следили за ним и его окружением.

Почему он призвал только евнухов? Ну, Лин Сяо не был лидером Имперской охраны. Он не мог вызвать Имперских охранников, не привлекая внимания Императора.

Даже после того, как Лин Сяо позвал евнухов для наблюдения, он не чувствовал себя в безопасности. Поэтому, тщательно обдумав ситуацию, он установил несложный механизм в своей комнате.

В один день с наступлением темноты, в его доме снова появилась фигура, одетая в голубое одеяние.

Но все евнухи и служанки в доме в тот момент были отосланы им.

Лин Сяо на своём месте уставился на Лан Вэя, а затем молча отвернулся. В эту

же секунду знакомый звук вынутого из ножен меча раздался за его спиной, на его шее снова появилось ощущение холодного лезвия.

«Куда же ты уходишь, Лин Сяо?» - зловеще проговорил Лан Вэй.

Лин Сяо широко раскрыл глаза, уставившись на меч, который отражал холодное сияние луны, уголки его рта слегка дернулись. Он осторожно отодвинул меч, говоря: «Молодой мастер Лан Вэй, вам обязательно использовать такой грубый и низкий стиль общения каждый раз, когда вы меня встречаете?»

Лан Вэй хмуро опустил голову и стряхнул руку, которой Лин Сяо удерживал меч, возвращая клинок обратно к шее Лин Сяо, и сказал: «Довольно болтовни. Этот молодой мастер хочет тебя кое о чем спросить. Я отправил тебе письмо, но прошло уже больше трех дней. Почему я не увидел никакого прогресса от твоих действий? Ты хочешь предать меня?»

ВО время этой речи на лице Лан Вэя появился гневный румянец. Кончик меча продолжал упираться в кожу на его шее. Тело Лин Сяо стало жестким, его глаза вспыхнули, он поспешно сказал: «Молодой мастер Лан Вэй, вы меня неправильно поняли. Дело не в том, что я не хочу помогать, просто в том списке, который вы отправили... Есть ошибка».

«Невозможно!» - Лан Вэй нахмурился: «Этот список был взят этим молодым мастером из кабинета отца, с ним не должно быть проблем!»

Слушая его, Лин Сяо поднял бровь и ухватившись за мысль, переспросил: «Из кабинета уважаемого Премьер-министра?»

Лин Сяо прикрыл глаза и, немного подумав, задал свой наводящий вопрос: «Этот список не был дан вам Лордом премьер-министром?»

Лан Вэй поджал губы, когда услышал это и с недовольным видом сказал: «Ты задаешь слишком много вопросов!»

Он явно пытался скрыть это, поэтому Лин Сяо подтвердил правдивость своих слов. Этот список действительно не был передан премьер-министром, но был тайно взят Лан Вэем прямо из его кабинета!

Как он и думал, премьер-министр был мудрее своего сына. Он не мог согласиться на эту авантюру, но Лан Вэй, наоборот, несмотря ни на что хотел передать этот список, чтобы помочь Мо Ци. В обстоятельствах, когда у Лан Вэя и премьер-министра были разные намерения, молодому мастеру оставался только один вариант действий.

Скрыто от премьер-министра украсть список, тем самым предав его.

Лан Вэй был человеком гордым и высокомерным, он больше всего ненавидел обманывать других.

Таким образом, подлинность этого списка была стопроцентной!

Думая об этом, Лин Сяо задумал и тайно похвалил Лань Вэй как Божественного помощника.

Однако, глядя на острый меч, который все еще находился у его шеи и ставил под угрозу его жизнь, Лин Сяо не мог перестать нервничать. Он взглянул на механизм, который он только что установил у своей кровати и его разум покладисто заработал. Он подумал о том, что может легко сбежать и, прочистив горло, возобновил разговор с Лан Вэем: «Поскольку этот список принес молодой мастер Лан Вэй из кабинета лорда-премьер-министра, то... Возможно, вы ошиблись или ушли, прихватив только одну страницу? Потому что тот список, у меня - это только половина».

Лан Вэй выразил гнев по поводу того, что услышал. Он не смог сдержать усмешку: «Лин Сяо, не пытайся фокусничать! В кабинете отца был один этот список, этот молодой мастер отдал тебе все».

«Я не осмелился бы обмануть молодого мастера Лан Вэя, но в этом списке только половина имен. Если вы мне не верите, я могу дать его вам, чтобы вы могли убедиться». -В мыслях Лин Сяо уже сформировался дьявольский план, однако его лицо выглядело очень торжественно.

Лан Вэй поднял бровь и внимательно посмотрел на выражение лица Лин Сяо. Он обдумывал правдивость его слов и, наконец-то, поджав губы, распорядился дать ему список.

Лин Сяо послушно исполнил слова Лан Вэя. Он взглянул на кровать и сказал: «Список не у меня, он на кровати».

Лан Вэй поджал нижнюю губу, и с поднятым мечом повёл Лин Сяо туда. Глаза Лин Сяо сверкнули, он наклонился к кровати, делая вид, что наклоняется за списком. Но в тот момент он, навалившись, активировал механизм возле кровати, и быстро забрался на неё. Оттолкнувшись от спинки, он дважды кувыркнулся, оказываясь дальше от края. Лан Вэй был поражен и хотел было стянуть оттуда Лин Сяо, но большая сеть упала ему на голову.

Застигнутый врасплох, он был пойман, а затем связан Лин Сяо.

Послышался лязг и меч Лан Вэя упал на пол. Запутавшись в верёвках, он потерял равновесие и упал.

Лин Сяо встал с кровати и злобно улыбнулся Лан Вэю.

Глава 19 - Начинаем мстить

«Лин Сяо! Ты презренный и ничтожный человек!» — Как только Лан Вэй осознал тот факт, что его связали, он начал яростную борьбу.

Лин Сяо злобно рассмеялся, презрительно глядя на него сверху вниз. Его глаза были полны самодовольства : «Молодой мастер Лан Вэй, пожалуйста, кричите чуть громче. Привлечете внимание людей, и мне не нужно будет думать, сдать мне вас или нет».

«Ты!» — Лан Вэй с ненавистью посмотрел на Лин Сяо, будто хотел взглядом превратить его в мясной фарш.

Лин Сяо наслаждался всей этой ситуацией, он наклонился и, прищурившись, внезапно протянул руку и сжал нижнюю челюсть Лан Вэя. Тот вскрикнул от боли и нахмурил брови.

Лин Сяо мрачно и холодно посмотрел на него. В прошлой жизни он много раз страдал от подстав Лан Вэя. Причина, по которой он смог войти во Дворец, была только в том, что этот парень помогал Мо Ци. Кроме того, Лан Вэй действительно хотел кастрировать его.

Но теперь этот человек оказался в его руках!

Он не сможет уважать себя, если не преподаст парню хороший урок!

Лин Сяо ухмыльнулся, уставившись на молодое, нежное и красивое лицо Лан Вэя с поднятыми бровями. План сформировался в его голове сам собой.

Он вышел, крикнул евнухам, чтобы те ушли и закрыл вход. Вернувшись обратно в комнату, он мрачно и холодно посмотрел на Лан Вэя.

Лан Вэй смотрел безучастно, испуганный выражением лица Лин Сяо, в безрезультатной попытке сбежать он слегка отполз назад.

Лин Сяо заметил это небольшое движение, усмехнулся и спросил: «Молодой мастер Лан Вэй, вы пытаетесь спрятаться? Только не говорите, что боитесь меня?»

«Как… Как этот молодой мастер может бояться тебя!» — Лан Вэй упрямо поднял голову.

Лин Сяо услышал его, и с энтузиазмом улыбнулся. Он наклонился, чтобы поднять меч, который Лан Вэй уронил на пол.

Лан Вэй поджал губы, он не знал, чего ожидать от действий Лин Сяо. Будучи сыном премьер-министра, никто никогда раньше не связывал его. Он ненавидел Лин Сяо так сильно, что у него зудели зубы. Он глубоко задумался на некоторое время, затем сжал зубы и прорычал: «Лин Сяо, тебе лучше отпустить меня. Этот молодой мастер — сын премьер-министра. Если ты что-то сделаешь со мной, отец не даст тебе так легко отделаться!»

Лин Сяо усмехнулся, услышав его слова. Он поднял меч, затем подошел к подсвечнику, давая лезвию нагреться: «Лан Вэй, вы действительно настолько глупы?»

«Ты!» — Лан Вэй был так разозлён словами Лин Сяо, что на его лбу вздулась вена.

Лин Сяо лениво раскалял меч, продолжая: «Не говоря уже о том, что лорд-премьер не знает, что вы здесь. Даже если бы он знал, чтобы бы он сделал, чтобы спасти вас? Как только вы будете разоблачены, вы станете виновным в большом преступлении, совершенном ночью во вторник, во Дворце»

Лан Вэй нахмурился и раздраженно прикусил губу, когда услышал это. Лин Сяо бросил на него взгляд и сделал вид, как будто вдруг что-то осознал, когда он обвинял его: «О, вы не глупы, вы считаете глупым меня, думая, что можете напугать меня, и я вас так просто отпущу».

Лин Сяо поднял меч, который был раскалён до красноты, и подошел к Лан Вэю: «Как жаль, я, Лин Сяо, слишком напуган! Этот трюк бесполезен против меня».

Лин Сяо слегка улыбнулся.

Лан Вэй холодно сгорбился и проигнорировал услышанное, но все равно посмотрел на горящий красный меч, который был направлен в его сторону. Он нахмурился, его разум попытался осмыслить ситуацию, он неосознанно поднял глаза, чтобы посмотреть на Лин Сяо. Лан Вэй был поражен и несколько испуган, он сжал губы и спросил: «Лин Сяо, что ты собираешься сделать?»

Лин Сяо посмотрел на меч в своей руке. Чем дольше он смотрел, тем сильнее паниковал Лан Вэй. Лин Сяо злобно улыбнулся и спросил: «Как вы думаете, что я собираюсь сделать?»

Лан Вэй поджал губы и, поразмышляв, сказал: «Лин Сяо, мое убийство не принесет никакой пользы»

Лин Сяо поднял бровь. Этот Лан Вэй, наконец-то, заговорил, используя человеческую речь. (Сказал что-то толковое).

Хотя он был прав, убийство Лан Вэя не принесло бы ему никакой пользы. Напротив, Лан Вэй оставался сыном премьер-министра, и кроме того — единственным сыном. Если бы Лан Вэй умер, премьер-министр так просто не оставил бы это дело.

Сейчас его отношения с премьер-министром сводились к игнорированию друг друга. Если бы он узнал, что Лан Вэй умер от его рук, он действительно стал бы его самым заклятым врагом.

Он, Лин Сяо, не был настолько глуп, чтобы создать себе такого большого врага.

Тем не менее, он продолжит запугивать Лан Вэя. Он наконец в его руках, как он может так просто освободить его?

Лин Сяо злобно улыбнулся и присел на корточки, чтобы стянуть одежду Лан Вэя: «Будьте уверены, я не убью вас. Я просто хочу сделать с вами то же самое, что вы когда-то хотели сделать со мной».

Лан Вэй нахмурился, размышляя о том, что он хотел сделал с Лин Сяо.

Лин Сяо не дал ему возможности тщательно обдумать это, поскольку его пальцы уже развязывали пояс Лан Вэя.

Лан Вэй безучастно смотрел на движения Лин Сяо. Казалось, он что-то вспомнил и уставился на Лин Сяо с широко раскрытыми глазами, слегка приоткрытым ртом и недоверчивым выражением лица.

«Лин Сяо, не говори мне, что ты хочешь…»

Лин Сяо улыбнулся так широко, что его глаза сузились, он потянул пояс Лан Вэя.

«Это именно то, о чем вы думаете».

Лан Вэй был ошеломлен, а в следующую секунду он начал ожесточенную борьбу.

«Отпусти меня! Если ты осмелишься сделать это со мной, этот молодой мастер так просто не отпустит тебя! Освободи меня… Отпусти…»

Лан Вэй боролся с таким энтузиазмом, что ему удалось несколько раз сбить Лин Сяо с ног .

В конце концов, Лин Сяо стал нетерпеливым и просто наклонился, чтобы придавить его. Одной рукой он держал меч, а другой снимал штаны Лан Вэя.

Почувствовав прохладу в нижней части своего тела Лан Вэй замер. Он повернулся, чтобы посмотреть на Лин Сяо, его глаза были полны удивления. Лин Сяо воспользовался этой возможностью, чтобы засунуть штаны, которые он стянул с него, ему в рот.

«Ву… ву….» — Лан Вэй с ненавистью посмотрел на Лин Сяо.

Теперь, когда Лан Вэй остался без штанов, на нижней части его тела не было ничего, только верхняя одежда прикрывала самое важное место. Это чувство было очень унизительным, он стиснул зубы и начал бороться еще отчаяннее.

Он даже использовал свою голову, чтобы ударить Лин Сяо. После удара тот почувствовал головокружение, перед глазами все расплывалось и он встал. Лан Вэй воспользовался этой возможностью, чтобы отползти подальше.

Лин Сяо потряс головой, чтобы прояснить разум, он посмотрел на Лан Вэя, который пытался уползти и холодно рассмеялся. Он наклонился и потянул его назад, затем поднял его одежду немного выше.

«У-у-у…» — приглушенно запротестовал Лан Вэй.

Однако он не смог предотвратить попадание его слабого места под взгляд Лин Сяо. Лан Вэй закрыл глаза в унижении.

Увидев это, Лин Сяо весело рассмеялся и сказал: «Лан Вэй, почему бы вам не открыть глаза и не посмотреть на то, что вы хотели сделать со мной в то время?»

Лан Вэй услышал его и открыл глаза, злобно уставившись на Лин Сяо. Тот усмехнулся и небрежно нацелился на нижнюю часть тела Лан Вэя, поднял раскалённый меч и приблизил к нижней половине тела.

«……», — Лан Вэй напрягся, затем отполз назад, изо всех сил стараясь избежать действий Лин Сяо.

Из-за борьбы Лан Вэя, меч много раз был отброшен в сторону. Потеряв терпение, Лин Сяо присел на корточки и использовал свою ногу, чтобы придавить борющееся тело Лан Вэя. Одной рукой он придавил ногу и снова начал медленно опускать меч.

На этот раз Лан Вэй не мог увернуться.

«Му-ву…» — Тон Лан Вэя изменился, на этот раз, он звучал больше как плач.

Лин Сяо повернулся, дабы взглянуть на него, и кроме бушующего пламени в его глазах были также видны следы мольбы. Лин Сяо нахмурился, его сердце дрогнуло и немного ослабил хватку.

Когда он проснулся и обнаружил, что больше не имеет этой части своего тела, он почти слился со своими страданиями после кастрации.

Его испуг тогда был таким же, как у Лан Вэя прямо сейчас.

Когда он вспомнил свой испуг тогда и свое положение Евнуха-Стюарда, которому некуда было идти, жесткое сердце Лин Сяо смягчилось, и ненависть отступила.

Он холодно высмеял его, меч приближался к несчастному жизненному корню Лан Вэя.

Горячий меч излучал жгучий жар, температура была настолько высокой, что Лан Вэй неосознанно подпрыгнул.

От боли Лан Вэй всхлипнул, его глаза смотрели на меч, приближающийся к его нижней части тела. Наконец, он больше не мог этого выносить и закрыл глаза, две линии прозрачных слез потекли из его глаз.

Глава 20 - Нужно увидеть Императора

Однако боль, которую он предчувствовал, так и не настигла его. Лан Вэй распахнул глаза.

В этот момент он увидел перед собой Лин Сяо с прищуром в улыбающихся глазах. Лан Вэй безучастно уставился на него.

Лин Сяо отбросил меч и встал.

«Я только что вспомнил, что перед кастрацией нужно поститься. Иначе будет так больно, что вы будете в дюйме от своей кончины. Тогда вы отправили меня прямо в комнату очищения, а я всего лишь потерял сознание. Вы даже не обдумали этот вопрос. Хотя вы были недоброжелательны, я не могу быть столь же неправедным. Правильно будет подождать, пока вы выдержите два дня поста, а потом пройдёте это снова…»

Сказав это, Лин Сяо очень многозначительно стрельнул глазами на нижнюю часть туловища Лан Вэя.

Тело Лан Вея напряглось, он сжал зубы и откинул голову в сторону. Он свёл ноги вместе, как будто он так мог скрыться от злонамеренного взгляда Лин Сяо.

Увидев это, Лин Сяо весело рассмеялся и подобрал меч Лан Вэя, прежде чем встать. Лин Сяо вытащил толстую веревку толщиной с большой палец, чтобы надёжнее связать Лан Вэя.

Чрезвычайно истощенный, Лин Сяо встал и запихнул Лан Вэя под кровать одним ударом.

В конце он присел на корточки и сказал несколько слов: «Молодой мастер Лан Вэй, вам лучше быть послушным. Если вы издадите хоть звук и его услышат служанки или евнухи, я передам вас Императору»

«……» — Лан Вэй с закрытым ртом мог только с ненавистью смотреть в сторону Лин Сяо.

***

В ту ночь Лин Сяо спал хорошо. На второй день он снова просмотрел список.

Двенадцать человек. Две Старейшины, три служанки и семь евнухов, двое из которых были стокерами.

Не считая Старейшину Лин, впервые Лин Сяо узнал обо всех этих двенадцати людях, принимая во внимание и его прошлую, и нынешнюю жизнь.

Похоже, все информаторы, которых он нашел в своей прошлой жизни, принадлежали Лан Вэю. Семья премьер-министра пустила корни намного глубже.

Лан Вэй в этой жизни только недавно начал вербовать информаторов, поэтому их было немного.

В результате все эти люди были информаторами дома премьер-министра? Всего двенадцать человек?

Лин Сяо задумался.

Это было несложно представить. В конце концов, у нынешнего Императора было не так много наложниц. А те, что имели какое-либо отношение к семье премьер-министра, еще не были внедрены во Дворец, поэтому премьер-министру не нужно слишком много информаторов.

Зато слишком отличился чиновник назначений. Из круга его осведомителей Лин Сяо вычислил семерых. Эти семь были, по большей части, размещены вокруг дочери чиновника Министерства по назначениям — наложницы Жань.

В воспоминаниях Лин Сяо о трех Императорских фаворитках, только наложница Ли не имела никого, на кого можно было бы положиться, так как она была принцессой Гаоранской Страны.

Глава этих троих, наложница Сянь, не имела высокого происхождения, поэтому у нее также не было множества информаторов.

Информаторы на стороне наложницы Жань должны быть самыми многочисленными, но характер наложницы Жань был простой и независимый. Больше всего она ненавидела когда кто-то присматривал за ней. В его прошлой жизни чиновник Министерства по назначениям неоднократно устраивал людей, чтобы заботиться о ней, а она отправляла их всех назад. В результате, рядом с ней было не так много информаторов.

Лин Сяо прикинул, и, используя свои воспоминания о прошлой жизни, добавил еще нескольких человек. Эти люди были разбросаны по всем Дворцам других наложниц. Они предназначались для выяснения симпатий Императора разными способами.

После дополнения этого списка, в общей сложности получилось двадцать одно имя. Взяв этот список, Лин Сяо оправил свою одежду и приготовился пойти к Императору.

Поскольку прошло уже несколько дней, пришло время показаться перед Императором. В противном случае он мог быть действительно забыт Императором. Если это случится, то он потеряет слишком много.

Это было где-то около четырех часов дня, Император был в своем кабинете и занимался правительственными делами.

Когда Лин Сяо прибыл к Императорскому кабинету, то увидел Сяо Лизи, стоящего снаружи. Лин Сяо чувствовал, что это было несколько странно. Разве Император не привык, чтобы кто-то перемалывал ему чернила, когда он занимался правительственными делами? Если Сяо Лизи был за дверями, то кто перемалывал чернила для Императора?

Сяо Лизи сразу заметил Лин Сяо и быстро встал перед ним, приветствуя его.

Лин Сяо кивнул, попросил его встать и спросил: «Кто сейчас служит Императору?»

Сяо Лизи опустил голову и ответил: «Никто».

Лин Сяо поднял бровь: «Император в кабинете один?»

Сяо Лизи ответил: «Да, Стюард. С тех пор как вы ушли, Император всегда был один в комнате, занимаясь правительственными делами. Только когда ему что-то было нужно, он вызывал слуг».

Лин Сяо снова поднял бровь. Похоже, что этот Император был избалован его служением и не может привыкнуть к другим слугам, которые посещали его. Это было отлично. Лин Сяо улыбнулся.

Видя, что Сяо Лизи все еще рядом с ним и ждет, Лин Сяо прочистил горло и сказал: «Сяо Лизи, мне нужно увидеться с Императором. Иди, уведомь его».

«Да», — ответил Сяо Лизи и быстро вернулся к входу маленькими быстрыми шагами, стуча в дверь.

Получив ответ изнутри, он церемонно вошел в кабинет.

Вскоре он вышел из комнаты. Увидев это, Лин Сяо подошел и поправил одежду. Уголок его губ изогнулся, когда он шел вперед, планируя проследовать за Сяо Лизи в комнату.

Однако Сяо Лизи встал перед ним и заблокировал вход, он опустил голову и покачал ею.

Лин Сяо тупо уставился на него, нахмурился и удивленно спросил: «Император не хочет меня видеть?»

Сяо Лизи молча поклонился. Лин Сяо недоверчиво спросил: «Ты сказал Императору, что я собираюсь сообщить ему о результатах расследования?»

Сяо Лизи ответил: «Этот слуга сказал, но Император сказал, что сегодня он занят государственными делами и попросил Стюарда вернуться в другой день»

«......»

Лин Сяо замолчал, на что рассчитывал этот Император?

Разве Император не сказал, чтобы он искал аудиенцию с ним, когда он закончил расследование? Почему он отказывается видеть его сейчас?

Или, может быть, Император все еще злится?

Лин Сяо облизнул губы, немного подумал, затем повернулся, чтобы посмотреть на Сяо Лизи. Он поджал губы и сказал: «Хорошо, тогда я вернусь завтра. Тебе нужно хорошо служить Императору, Сяо Лизи»

«Пожалуйста, берегите себя, Стюард». — Сяо Лизи отдал ему честь. Лин Сяо ушел.

Однако в последующие два дня, когда Лин Сяо отправлялся к Императору, тот пользовался тем же предлогом, чтобы отослать Лин Сяо.

Лин Сяо хмурился, чувствуя себя в кризисе.

Этот Император действительно преподал ему суровый урок, напоминая, что он не позволит Лин Сяо стать избалованным его милостью.

Лин Сяо вздохнул, сначала он думал, что после провокации Императора и потери его благосклонности он будет отстранён на два-три дня, а принеся список, докажет свою верность. Он думал, что все так и разрешится.

Похоже, все было не так просто. Император не хочет видеть его!

Он хотел, чтобы Лин Сяо выразил свою преданность? Но чтобы выразить ее, тот должен знать о своих ошибках!

Как тогда её показать?

Лин Сяо подумал над этим и внезапно все осознал. Он быстро добрался до своих покоев и велел позвать тех пятерых информаторов Лан Вэя, чтобы представить Императору.

Тогда он не привел этих пятерых, вместо этого защищал их самолично.

Вот почему Император разозлился и заставил Лин Сяо опереться на холодное плечо.

Тем не менее, это также дало возможность для Лин Сяо.

Лин Сяо всегда считал, что это была только возможность для него найти информаторов во Дворце и получить больший кредит доверия за достойную службу. Однако, было еще кое-что.

Император хотел, чтобы Лин Сяо привел ту пятерку, которую он единолично отпустил.

Хотя Император дал право обращаться с этими людьми Лин Сяо, он никогда не говорил, что не хочет их увидеть.

Этих людей Лин Сяо отпустил сам, поэтому Император дал ему возможность лично представить их.

Только после того, как Лин Сяо поставил этих пятерых людей на колени перед Имперским Кабинетом, Император наконец вышел.

Глава 21 - Неожиданно нежный

Лин Сяо быстро поклонился, но Император даже не взглянул в его сторону.

Он обошел место, где стоял Лин Сяо и повернулся к пятерым, что стояли на коленях позади него.

Лин Сяо подавил своё разочарование, провожая Императора взглядом, и встал.

Увидеть лицо Императора он не смог, только проводил взглядом его спину.

Лин Сяо нахмурился, он был слегка растерян по дороге к себе. Его мозг был полон идей, как он может заставить Императора обратить на себя его взор.

Однако на полпути к покоям он заметил поднимающийся оттуда дым.

Лин Сяо на секунду безучастно уставился на происходящее, а затем приподнял свои нижние одежды и поспешил туда.

У входа в его Дворец сновали толпы евнухов, занимающиеся тушением огня.

Лин Сяо нахмурился и выхватил проходящего мимо евнуха: «Как это случилось, все же было в порядке?»

«Этот слуга тоже не знает, пожар вспыхнул внезапно. Огонь распространился изнутри», — ответил младший евнух, дрожа от страха.

Лин Сяо сердито оттолкнул его в сторону и сжал зубы. Он схватил ведро с водой и вылил на себя. Затем он прикрыл нос и рот тканью, и вбежал внутрь.

Этот юноша, Лан Вэй, все еще под кроватью, Лин Сяо хотел преподать ему урок, и два дня только поил его. Он не отпустил его, а просто оставил под кроватью.

Этот человек вчера притих, и Лин Сяо было подумал, что тот усвоил урок. Однако, сегодня тот был чересчур беспокойным. Вспыхнувший огонь определенно имеет к нему какое-то отношение, без сомнений!

Однако, Лин Сяо не мог позволить Лан Вэю умереть. Ну почему тот был единственным сыном премьер-министра?!

Лин Сяо проклял Лан Вэя про себя, ему пришлось быть крайне осторожными. Он нырнул влево, уворачиваясь от жара, пока, наконец, не достиг своей комнаты, где на полу он и нашёл Лан Вэя.

Огонь уже распространился около его тела. Он упал рядом со столом, а рядом с ним валялся подсвечник.

Нетрудно было догадаться, что Лан Вэй хотел использовать пламя свечи, чтобы сжечь веревку и сбежать, но вместо неё он случайно поджег весь Дворец.

Он действительно дурак.

Лин Сяо, приподнял его, во всю проклиная. Губы Лан Вэя были плотно сжаты, он вдыхал только через нос. В его лёгкие поступало слишком много дыма, его молодое изнеженное лицо исказилось от боли.

Лин Сяо быстро вынул кляп из его рта, и Лан Вэй, вдохнув дыма, начал задыхаться и яростно откашливаться.

Лин Сяо приложил свою влажную ткань ко рту и носу Лан Вэя, а затем развязал верёвки.

Огонь уже перекинулся на одежды Лан Вэя.

Лин Сяо нахмурился и быстро сорвал верхние одежды Лан Вэя, накинув свою на его плечи. Список в его руках, который он подготовил для Императора, выпал и неминуемо сгорел в пламени.

Лин Сяо вскрикнул от боли, у него не было другого выбора, кроме как залезть под кровать и достать копию.

К счастью, та хранилась в железном футляре и не должна была сгореть.

Однако, сам железный футляр раскалился докрасна, обжигая руки, но он всё равно схватил его.

Времени быть осторожным не осталось, так что Лин Сяо сжал зубы, и схватил железный футляр, обернув рукавом своей одежды. Затем он удобнее подхватил полубессознательного Лан Вэя и начал выбираться.

Внезапно он вспомнил, что Лан Вэя не должны разоблачить, остановился на полпути и развернулся к окну.

Его заднее окно выходило на окраины Императорского сада. Поскольку Лан Вэй не мог быть обнаружен другими, Лин Сяо мог переместить его только туда.

Быстро перекинув Лан Вэя за окно, Лин Сяо последовал следом, оттаскивая его в укромное место, задыхаясь из-за количества дыма.

Он израсходовал лимит всей физической силы на эту жизнь, его рука ужасно болела. Лин Сяо оглядел её, и увидел, что рукав прилип к его ране, железный футляр насквозь прожёг его кожу. Лин Сяо, превозмогая боль, попытался отделить его, но не преуспел в этом. Лин Сяо прикусил губу, пока он мог потерпеть. Вспомнив про Лан Вэя, он повернулся проверить его состояние, но увидел его совсем без движения.

Вздрогнув, он проверил его дыхание. Тот дышал, и Лин Сяо немного расслабился, протянул руку и похлопал его по щекам.

Лан Вэй нахмурился от боли, но не подавал никаких признаков, что пришёл в себя.

Лин Сяо немного подумал, затем снова встал. Сейчас большая часть прислуги пыталась потушить пожар, поэтому защита Императорского сада была на самом низком уровне. Избегая людей в округе, Лин Сяо оттащил Лан Вэя к непросматриваемой стороне озера. Неповрежденной рукой Лин Сяо побрызгал водой на лицо Лан Вэя, капнул немного на его высохшие губы, чтобы та попала ему в рот.

«Ваше Величество, пожалуйста, идите немного медленнее и следите за своим шагом». — Как только он почувствовал, что цвет лица Лан Вэя несколько улучшился, он вдруг услышал, как поблизости донесся очень знакомый голос. Сказанного было достаточно, чтобы вогнать Лин Сяо в панику.

У Лин Сяо перехватило дыхание, он оттащил Лан Вэя подальше в заросли у озера.

Голос Сяо Лизи означал, что и Император был недалеко от них.

Блядь.

Лин Сяо разнервничался. К счастью, Император очень спешил и совсем не заметил Лин Сяо и Лан Вэя.

Лин Сяо с облегчением тихо вздохнул и убрался прочь с берега озера. Он прикинул, что Император двигался в направлении его горящего дома.

Лин Сяо был поражен. Возможно, этот Император пытается найти его?

Лин Сяо успокоился, это было совсем не важно. Будет очень подозрительно, если его не окажется на месте происшествия.

Он спрятал Лан Вэя за скалой, затем побежал обратно к своему Дворцу.

Лин Сяо забежал в горящий дворец, поэтому было бы трудно объяснить, почему он появился с этой же стороны, особенно перед острым взглядом Императора.

Поэтому Лин Сяо остановился за своим Дворцом, и посмотрел на бушующий перед ним огонь.

Местность здесь была разноуровневой, что затрудняло тушение пожара. Поэтому здесь все еще никого не было.

Огонь перед ним уже сильно разошёлся, если он прямо сейчас не поспешит войти, то выйти через используемый вход будет очень сложно.

У него не было другого выбора! Лин Сяо сжал кулаки, втянул полные лёгкие через сомкнутые зубы и снова бросился в огонь.

***

Когда Император наконец прибыл, Дворец перед ним уже наполовину сгорел. Он оглядел столпившуюся прислугу, но Лин Сяо среди них не было.

Император нахмурился, презрительно глядя на ползающего по земле евнуха и спросил: «Где Лин Сяо?»

Младший евнух склонил голову, и, дрожа от страха, ответил: «Стю… Стюард Лин просто… просто вбежал внутрь».

«Вбежал внутрь?» — Император поднял бровь и посмотрел на пламя перед собой.

В его глубоких глазах не было никаких эмоций, но уголки его рта втянулись, ясно показывая, что Император недоволен.

«Потушить огонь», — Император немедленно отдал приказ.

Евнух, стоящий на коленях, не смел терять больше времени и торопливо встал. Одно ведро за другим было взято и доставлено, чтобы хоть немного затушить бушующий ад.

Император хладнокровно смотрел на это и ждал, но руки за его спиной были крепко сжаты.

Внезапно из огня показалась фигура. Пока тот кашлял и задыхался, никто не мог разглядеть его внешность.

Затем она сделала несколько шагов к Императору, но была оттеснена пятью охранниками, которые сопровождали Императора.

Лин Сяо сглотнул от боли в горле, хрипло и тихо произнёс: «Ваше Величество, это я».

После того, как он с трудом произнёс эти слова, его одолело головокружение, он пошатнулся и упал.

Император подошел к нему, Лин Сяо сумел поднять голову, чтобы взглянуть на него, его губы слегка пошевелились, когда он нерешительно поднял железный футляр в руке.

«Ваше Величество… Список… Список…»

Не успев закончить предложение, Лин Сяо потерял сознание.

Примечание к части Очень интересное название главы... Вообще переводится "Неожиданно любит его" Но я немного заменила "любит" на "нежный", хотя в этой главе я не вижу ни первого, ни второго... Можно было бы назвать ее "Неожиданный пожар"...

Глава 22 - Опасность Опасность

Лин Сяо почувствовал чьи-то объятия. Его голова покоилась на широкой и крепкой груди того человека, а его объятия были очень теплыми. Настолько теплыми, что Лин Сяо хотелось плакать, хотя он сам не понимал, почему.

Ещё Лин Сяо чувствовал жгучую, невыносимую боль в руке.

Его горло сильно болело, будто утыканное иголками. Боль была во всём теле, во рту было сухо, глотать было трудно.

Однако его сознание было очень ясным, он знал, что не должен терять его. Если он упадет в обморок, то его личность может быть раскрыта в любой момент. Он не мог умереть из-за такой глупости.

Лин Сяо заставил себя открыть глаза. Перед ним предстал смутный силуэт, тень постепенно становилась более ясной.

Подобные мечу брови, прямой нос, сжатые губы, которые формировали композицию с красивыми и яркими чертами лица, и выделяющимся силуэтом.

Это был Император. Глаза Лин Сяо сощурились от удивления, он был в его объятиях и его куда-то несли.

Лин Сяо был поражен и начал бессильно бороться, желая упасть. Император посмотрел на него сверху вниз и нахмурился, прервав его: «Не двигайся».

После этого Лин Сяо смиренно затих.

Император принёс его в комнату и положил на мягкую кровать.

Лин Сяо держал глаза открытыми, Император стоял перед ним, глядя на него сверху вниз.

Лин Сяо попытался встать, но Император остановил его: «Успокойся, императорский врач скоро прибудет».

«Ваше… Ваше Величество…» — Лин Сяо заставил себя говорить, несмотря на свое состояние, его голос был настолько хриплым, что заставил Императора нахмуриться.

«Если тебе есть что сказать, подожди, пока тебе не станет лучше», — заявил Император.

Лин Сяо поджал губы и наклонил голову к груди, будто в поклоне. Его голова упала на подушку, веки тоже медленно опустились.

Когда он снова пришёл в сознание, рядом не было и тени Императора. Рядом были только несколько горничных, наблюдавших за его состоянием. Лин Сяо дёрнулся и резко поднялся.

«Стюард, Стюард, вы наконец-то проснулись!» — сказала горничная, наблюдая как Лин Сяо поднимается, тоном, полным приятного удивления.

Лин Сяо посмотрел на нее, и она отдала честь, затем медленно отступила, сказав: «Эта слуга немедленно уведомит Императора».

Глаза Лин Сяо сверкнули, он поспешно остановил ее: «Подожди, вернись».

Сказав это, Лин Сяо закашлялся, его горло было болезненно сухим. Горничная поспешно протянула миску воды, которую Лин Сяо осушил более чем на две трети, прежде чем почувствовал себя немного лучше.

Когда он отставил миску, горничная также стояла перед Лин Сяо.

Лин Сяо медленно повернулся к ней, затем спросил хриплым голосом: «Как долго я был без сознания?»

Горничная ответила: «Отвечаю Стюарду, вы спали один день и одну ночь».

«Один день и одну ночь?» — Лин Сяо нахмурился, затем поднял глаза, чтобы осмотреться. Невероятно, но он находился в Императорском дворце Цинь. Его глаза расширились от удивления, он сразу взглянул на свою одежду.

К счастью, он все ещё был в той же самой, грязной и испорченной одежде. Однако, его рука была плотно перевязана бинтами.

Лин Сяо выдохнул и встал со своего спального места. Это оказалась кушетка Императора во Дворце Цинь, как он мог спать на ней?!

Увидев, что Лин Сяо встает, служанка немедленно опустилась на колени, чтобы помешать ему: «Стюард, Император сказал, чтобы вы хорошо отдохнули. Ваше тело все ещё не в порядке».

Лин Сяо обернулся, чтобы посмотреть на кушетку из желтой парчи, покачал головой и переменил тему, чтобы спросить: «Почему я здесь?»

Она увидела босые ноги Лин Сяо и её лицо отразило неловкость. Лин Сяо действительно не собирался возвращаться на кушетку, поэтому она присела на корточки, чтобы помочь ему надеть обувь:

«Поскольку ваше жилище сожжено, Император приказал людям восстановить его. Император принес вас сюда, чтобы залечить свои раны».

Горничная продолжила заискивающе говорить: «Стюард, вы не представляете, как переживал Император из-за вашего состояния. Вы потеряли сознание, но Император лично перенес вас и даже позволил вам спать на своей кушетке. Кто же не знает, что в этом дворце даже наложницы императора никогда не спали на его кушетке?»

Лин Сяо закатил глаза, естественно эти наложницы никогда не спали на его кушетке. Если они и собирались спать, то делали бы это на кровати Императора, вон там. (1)

Лин Сяо поленился спорить с горничной. Мало того, почему она вообще сравнивала его с наложницами? Это действительно был… Глупый разговор.

Лин Сяо покачал головой и несколько нетерпеливо прервал ее слова: «Хватит».

Будучи умной, она не продолжила. Однако, увидев как Лин Сяо все время проверяет свою одежду, она взяла на себя инициативу и сказала: «Стюард, как насчет того, что эта слуга принесет для вас горячей воды для ванны и позаботились о вас? Когда вы были без сознания, мы не могли сменить ваши одежды. Даже Император. Таким образом, вы все это время не принимали ванну, а мы, слуги, только протирали лицо».

Лин Сяо безучастно посмотрел на нее. Подняв свою здоровую руку, он коснулся своего лица. Оно действительно было чистым, в то время как его тело наоборот. Его одежда также выглядела неопрятно.

Увидев это, Лин Сяо кивнул головой и приказал: «После того, как принесёшь воду, доложи Императору, что со мной все в порядке».

Горничная поклонилась: «Да».

***

Он принял ванну максимально быстро, чтобы избавиться от грязи на теле, но затем Лин Сяо обнаружил проблему.

Эта горничная не дала ему одежду евнуха. Вместо этого на перегородке висел комплект вышитой шёлковой одежды. Белой шёлковой одежды.

Во Дворце, кроме Императора и его наложниц, кто посмел бы носить такую одежду?

Лин Сяо посмотрел на комплект одежды с огорчением, но затем: «Его Величество прибыл», — эхом послышалось от двери, поразив его. У него не было выбора, кроме как поспешно надеть имеющуюся одежду.

Выйдя из за ширмы, он почтительно поприветствовал Императора.

Маленький евнух перед ним был одет во все белое, и казался ещё более тонким и стройным. Его волосы были в беспорядке, наполовину мокрые и наполовину высохшие, в то время как его щеки были немного красными от водяного пара — он выглядел немного кокетливыми.

Сердце Императора не могло не дрогнуть, когда он вспомнил о железном футляре.

Лин Сяо опустился на колени, чтобы сделать приветствие. Хотя он был одет неправильно, Император долгое время ничего не говорил.

Лин Сяо был озадачен. Когда Император заговорил, то обращался не к нему, а к горничным и евнухам, которых он отослал в Дворцовый зал.

Через мгновение в комнате остались только Император и Лин Сяо.

По какой-то непонятной причине Лин Сяо начал нервничать.

Император обошел его, чтобы сесть за стол, и сказал: «Лин Сяо, подойди сюда».

Лин Сяо поднялся и согнувшись подошел к Императору.

Внезапно Император схватил Лин Сяо за подбородок, а удивленный Лин Сяо сразу же отвел взгляд.

«Посмотри на Нас», — приказал Император.

Лин Сяо поднял взгляд. Император внезапно приблизился к нему, его дыхание ощущалось на его щеке. Когда он посмотрел прямо в глаза Императору, удары сердца стали ощущаться как удары грома.

«Что ты думаешь о Нас?», — спросил его Император.

Лин Сяо был немного озадачен. О чем именно спрашивает Император? Лин Сяо не осмелился проигнорировать вопрос и выразил свою преданность: «Этот слуга — слуга Вашего Величества. Ваше Величество — Хозяин этого слуги».

«Только это и ничего больше?» — Император пристально посмотрел на него.

Что Император имеет ввиду? Лин Сяо проглотил слюну и хрипло ответил: «О преданности вашего слуги можно судить как о самом существовании неба и земли».

Император закрыл глаза и отвёл взгляд. Он вынул бумагу из своих одежд и бросил её перед Лин Сяо.

«Записка была найдена при тебе, прочитай, чтобы Мы услышали».

Лин Сяо был удивлен, но поднял и развернул ее. Его глаза ошеломлённо раскрылись. На листе было только четыре слова, написанные его собственным почерком.

Мне нравится Ваше Величество…

(1) Кушетка — что-то вроде дивана, она предназначена для отдыха, а кровать — для «Весенних развлечений». Кушетка особенный предмет интерьера, потому что она предназначена только для личного использования Императором, как и его трон.

Глава 23 - На малой вершине

Лин Сяо находился в ступоре.

Несколько моментов из жизни промелькнули в его голове. После того, как он пленил Лан Вэя, Мо Ци впала в панику и подослала человека с письмом с просьбой передать Императору стихотворение. Взглянув на него, Лин Сяо скопировал первый иероглиф каждой строки.

Символы сложились в эту фразу.

Мо Ци хотела признаться в своих чувствах Императору, при этом не ставя себя под удар, но как Лин Сяо мог быть настолько глуп, чтобы выполнить её просьбу? Он сжег его, однако он забыл про этот лист и случайно перемешал ее с другими бумагами в железном футляре…

Лин Сяо наконец-то это осознал, его чувства погрузились в хаос.

Эту бумагу уже видел Император…

Он приподнял взгляд, желая мельком увидеть выражение лица Императора, но обнаружил, что безмятежные и глубокие глаза Императора безотрывно наблюдали за ним.

Лин Сяо напрягся, быстро опустил взгляд и опустился на колени.

Только одна мысль осталась в его голове!

В конце концов, он, как евнух, мог иметь наглость «любить и хотеть» Императора.

Император отвел взгляд, медленно поднял со стола чай и выпил глоток: «Встань. Твое тело все еще не в порядке, поэтому не нужно быть слишком вежливым».

Лин Сяо встал, дрожа от страха. Император взглянул на второе место у стола и указал Лин Сяо: «Иди сюда, сядь».

Будучи пораженным его приказом, Лин Сяо с тревогой сказал: «Ваше… Ваше Величество… Вы — Хозяин».

Услышав его слова, Император бросил полный давления взгляд на Лин Сяо, который так его потряс, что Лин Сяо не посмел больше возражать. Без других альтернатив он мог только сесть рядом с Императором.

Если сравнивать, рядом с ним Лин Сяо выглядел утонченно из-за белых одежд, но его напуганное лицо было нездорово бледным, без следа румянца. Его губы были стиснуты в линию. Его поза была очень прямой из-за его нервозности, а руки на коленях слегка дрожали.

Император оценил это, напомнив себе, что этот маленький евнух обычно служил ему очень тщательно. Его сердце на мгновение пропустило удар, а затем постепенно наполнилось нежностью к нему.

«Мы не собирались обвинять или упрекать тебя. Тебе не нужно так нервничать. Помоги Нам налить чаю», — Император протянул пустую чашку.

Лин Сяо был удивлен. Этот евнух «любил и хотел» Императора, но Император не обвинял и не упрекал его. Для этого была только одна возможная причина, Император также интересовался евнухом.

Предположив это, Лин Сяо разнервничался ещё больше.

Один приказ, одно действие. Одной рукой он взял чайник, другой кончик чайника и медленно наклонился ближе к чашке Императора, с дрожью наливая чай, пока чашка не наполнится.

Император неожиданно протянул руку, чтобы схватить за руку Лин Сяо, от чего тот испуганно вздрогнул.

«Ваше Величество…»

Император, чувствуя скованность и дрожь в его руке, на мгновение посмотрел на Лин Сяо, затем успокаивающе погладил ее.

Лин Сяо с трудом проглотил слюну и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы помочь себе успокоиться.

Чувствуя, что Лин Сяо начал расслабляться, Император взял его руку и позвал: «Лин Сяо».

«Ваш слуга здесь», — Лин Сяо сдержал взгляд и навострил уши.

Император откинулся на спинку стула и сказал: «Что касается списка по делу, то Мы очень довольны».

Лин Сяо тихо выдохнул, затем с улыбкой встал и поклонился: «Хорошо, что Ваше Величество удовлетворено. Этот слуга подошёл со всей серьёзностью к этому делу».

Взглянув на это, взгляд Императора смягчился, он спросил: «Что ты хочешь в качестве награды?»

Не дожидаясь ответа Лин Сяо, он продолжил: «Хотя Мы не любим гомосексуализм, но увидев, что ты достойно сделал свою задачу и был очень внимателен, Мы исполним любое желание».

Лин Сяо, который уже успел расслабиться, снова напрягся. У него было плохое предчувствие.

С улыбкой в глазах он бросил взгляд на Лин Сяо и сказал: «По твоему желанию ты можешь стать Нашей Первой Супругой. Мы также можем сделать тебя нашим Консортом».

«……», — выдержка Лин Сяо ослабло и он со «вздохом» упал на колени перед Императором.

Император поднял бровь, глядя на Лин Сяо.

Лин Сяо стоял на коленях на ледяном полу, его сердце безумно билось. Естественно, он не мог принять такую «награду», но ситуация была довольно безвыходная. Поскольку Император видел ту бумагу и без сомнения верил, что она описывает его мысли, то, если он скажет, что это было недоразумение, Император потеряет лицо. Если он скажет, что это правда и Император когда-то узнает, что он соврал, его конец все равно будет несчастным.

Однако, по сравнению с такой возможностью в будущем, Лин Сяо решил сначала разобраться с проблемой прямо у носа.

С этими мыслями Лин Сяо собрал свое мужество и сказал со стиснутыми зубами: «Ваше Величество, пожалуйста, верните награду!»

Услышав, что он сказал, тепло в глазах Императора исчезло и он безо всякого выражения уставился на Лин Сяо: «А повод?»

Лин Сяо сжал кулак и на удачу сказал: «Вашему слуге больше нравится служить Стюардом-Евнухом».

Император поднял голову, когда услышал это. Его глаза пронзительно смотрели на Лин Сяо в течение долгого времени, как будто он хотел полностью понять его: «Вместо того, чтобы быть Хозяином, ты хочешь остаться Слугой?»

Лин Сяо кивнул с поджатыми губами.

Лицо Императора было лишено всяких эмоций.

Лин Сяо поспешно склонил голову и сказал: «Потому что, таким образом, этот слуга может быть на стороне Вашего Величества каждый день».

Император на мгновение уставился на него. Лин Сяо намеренно опустил голову очень низко, так что Император не смог увидеть, было ли выражение его лица подлинным, или фальшивым: «Ваше Величество, если этот слуга станет одним из супругов в вашем гареме или вашим Консортом, тогда этот слуга не сможет всегда служить вам. Этот слуга также не сможет оставаться рядом с вами на весь день. Для этого слуги… Это очень больно. Вместо того, чтобы становиться хозяином и ждать вас каждую ночь… Каждую ночь, пока придет Император, этот слуга скорее останется слугой, способным служить Императору. Пока этот слуга может оставаться на стороне Вашего Величества, этот слуга будет совершенно доволен».

Чтобы Император не смог прочитать его намерения, он поклонился и держал голову очень низко. Преимущество этого состояло в том, что Император не смог бы сказать, были ли его слова подлинными или лживыми. Отрицательной стороной было то, что он также не мог видеть выражение лица Императора.

В это время Лин Сяо был пассивным. Он ничего не мог знать, поэтому он ничего не мог сделать. После его слов наступила тишина. Было настолько тихо, что он мог слышать только отчётливое «стук, стук, стук» своего сердца.

Внезапно стул скрипнул и Император встал.

Лин Сяо уставился на его верхнюю одежду из своего положения на коленях и быстро отошел в сторону, позволяя Императору встать.

«Если таково твоё желание, тогда Мы исполним его», — заявил Император, глядя на Лин Сяо.

Лин Сяо тихо с облегчением вздохнул, его голова опустилась, в знак благодарности.

Император ушел, и Лин Сяо плюхнулся на пол.

Наконец, он полностью понял идиому, согласно которой суверен может сопровождать тигра.

Вскоре после этого с Императорским указом в комнату вошел Сяо Лизи.

Это были награды Лин Сяо.

Помимо его просьбы, Лин Сяо получил так же денежное вознаграждение, в виде драгоценных камней и шелковой ткани, Император даже разрешил ему носить повседневную одежду во Дворце. Он также даровал ему новый большой Дворец, ведь его старый полностью сгорел.

Возможность владеть большим Дворцом была привилегией Хозяинов.

Но на этот раз Император зашел так далеко, что наградил им Евнуха-Стюарта Лин Сяо. Этот Дворец находился очень близко к Императорскому дворцу Цинь, и именовался Нин Суан.

Император очень любил Евнуха-Стюарда Лин Сяо, потому что позволил раненому Лин Сяо остаться в своем Дворце, когда его дом оказался сожжён. Даже если только на кушетке во дворце Цинь, уже исходя из этого люди могли сказать, насколько большое значение ему придает Император. Даже трем Императорским Супругам не была оказана такая честь!

Более того, на этот раз он даже прямо показал власть Лин Сяо как хозяина, одарив большим Дворцом и позволив одеваться в простую одежду. Помимо того, что он был слугой по имени, кем еще он был?

Очевидно, что он поднялся до уровня хозяина.

Люди из Дворца теперь смотрели на Лин Сяо по-другому, и даже Сяо Лизи начал относиться к Лин Сяо еще более уважительно.

Лин Сяо принял этот императорский указ и награды со смешанными чувствами, Сяо Лизи быстро отдал честь и поздравил его.

У Лин Сяо рассеянно дернулись уголки рта.

Сяо Лизи отозвал всех и вышел вперед, сказав: «Стюард, Император много думает о вас. Он только что сказал этому слуге каждый день доставлять вам миску отвара из ласточкиного гнезда, чтобы ваше тело быстрее выздоровело».

Лин Сяо безучастно смотрел, как Сяо Лизи хитро подходит к нему: «Стюард, сейчас вы ничем не отличаетесь от хозяина».

«Как нагло!» — Лин Сяо поспешил его отругать: «Свободный язык может вызвать много проблем, ты понимаешь?»

Сяо Лизи успокоился, больше не говоря ни слова он поклонился, однако выражение его лица, показывало, что тот не отступился от своего мнения.

Лин Сяо бросил на него взгляд и слегка улыбнулся: «Что? Все еще так считаешь? Что еще ты хочешь услышать?»

Сяо Лизи поднял глаза, словно определяя, рассердится ли Лин Сяо и сказал: «Стюард, хотя вы сказали, что слабый язык может вызвать много проблем, вы также знаете, что сказанное мной правда, которую все хорошо осознают. Вы давно перестали быть просто Стюардом. Все смотрят на вас, как на хозяина, говорим мы об этом или нет, без разницы».

Лин Сяо поднял бровь: «То, что ты сказал, кажется очень разумным».

Сяо Лизи нескромно склонил голову: «Меня учил Стюард».

Лин Сяо закатил глаза.

«Однако…», — Сяо Лизи не хотел отпускать эту тему, и Лин Сяо посмотрел на него, в то время как Сяо Лизи сказал с неподдельным беспокойством: «Стюард, все три Императорских Высочества знают о награде, которую Император вручил вам».

Лин Сяо поднял бровь, когда Сяо Лизи продолжил: «Стюард, наши придворные действительно проводят съезд наложницы мужчины. Император имеет особую склонность к вам в глазах трех Императорских наложниц. Поскольку у вас еще нет звания, вы должны быть осторожны».

Лин Сяо был несколько взволнован, когда услышал, что тот сказал, его взгляд потемнел, когда он посмотрел на Сяо Лизи, и сказал: «Сяо Лизи, как думаешь, ты сможешь справится с этим делом?»

Вздрогнув, Сяо Лизи быстро опустился на колени перед Лин Сяо. Однако теперь Лин Сяо был растерян и от беспокойства не имел сил справиться с разговором, поэтому он просто махнул головой, позволив Сяо Лизи уйти.

Он собрал немногие вещи и сразу же покинул Императорский дворец Цинь.

Его одежды Стюарда полностью сгорели, как и все его вещи. И пока он решил носить только неформальные одежды, которыми Император наградил его, и отправился в свой новый Дворец.

Новый дворец был тихим, уединенным и элегантным. Цитра, флейты и многие другие музыкальные инструменты украшали стену. У окна стоял стол с четырьмя сокровищами кабинета (чернильная кисть, чернильная палочка, бумага и чернильный камень). Далее была спальня.

Чувствуя глубокое беспокойство, Лин Сяо махнул рукой, чтобы другие люди ушли, и позволил себе упасть на кровать.

Он понимал, что теперь дело принимает более серьёзный оборот.

Ему нужно было быстро убить Мо Ци и отомстить за себя, а затем уйти.

Он не собирался быть евнухом всю оставшуюся жизнь, и особенно быть супругом-мужчиной, с которым Император будет кататься на простынях.

Лин Сяо перевернулся на кровати, глядя на евнухов и служанок, которые стояли за дверьми, прежде чем тихо вылез из окна.

Незаметно для остальных Лин Сяо пробрался к месту, где он успешно спрятал Лан Вэя раньше.

Он лежал без сна день и ночь, даже не зная, что с Лан Вэем.

Но когда он вернулся в место, где оставил его, то не нашёл и следа.

Лин Сяо был озадачен, но даже осмотрев окрестности, он все равно не нашел его.

Император выглядел спокойно, ничто не указывало на то, что он нашел Лан Вэя.

Тогда, если Лан Вэй не в руках Императора, где же он?

Лин Сяо поджал губы. Лан Вэй пропал без вести в течении последних двух дней, но Дворец оставался таким же спокойным, как и прежде, никто не создавал проблем. Это означало, что о проникновении Лан Вэя во Дворец никому не известно, а самого Лан Вея кто-то спас.

Что заставило Лин Сяо быть ещё более подозрительным,тот факт, что даже за пределами дворца всё было спокойно. Единственный сын премьер-министра пропал без вести и не появлялся в течение двух дней, из-за этого должна была подняться хоть какая-то суматоха, если премьер-министр не нашёл его раньше.

Но эти два дня были очень спокойными.

Было только одно объяснение этой ситуации. Перед отъездом Лан Вэй назвал премьер-министру фальшивую причину отсутствия, и попросил его не искать. Таким образом, премьер-министр и не подозревал, что Лан Вэй куда-то пропадал.

Только это ясно объяснило бы эти два дня спокойствия.

Однако, во Дворце ему некому было помогать, никто не стал бы искать Лан Вея. И все же он исчез…

Кроме варианта, что он выбрался сам, Лин Сяо не мог найти более правдоподобного.

Если бы он действительно сбежал сам, то учитывая его ослабленное состояние, он мог вернуться только в одно место — Дом премьер-министра.

Лин Сяо почувствовал, что ему необходимо это подтвердить и пошел в сторону дворца Чу Сю.

Когда он прибыл во дворец Чу Сю, он сразу же нашел Старейшину Лин.

Когда она увидела Лин Сяо в его неформальных одеждах, то впала в ступор, прежде чем склонила голову в знак приветствия. Выражение пренебрежения, которое раньше было на её лице, стало немного сдержаннее.

Лин Сяо мгновение безучастно смотрел на нее с улыбкой. Власть действительно даровала огромные соблазны.

Раньше они высокомерно смотрели на него свысока, но теперь, когда у него была сила, у них не было другого выбора, кроме как смиренно стоять перед ним.

Лин Сяо слегка рассмеялся, глядя на Старейшину Лин, которой теперь была немного ниже его.

«Старейшина Лин, как ваши дела в последнее время?»

Старейшина Лин опустила взгляд: «Спасибо, Стюард Лин, за заботу, у этой слуги все хорошо».

«На самом деле причина, по которой я пришел, - необычный слух, о котором я хотел расспросить у старейшины Лин. Это правда, что сын премьер-министра, Лан Вэй, пропал?» — Лин Сяо пытливо смотрел прямо на неё, слегка поглаживая повязку на руке.

Услышав, Старейшина Лин замерла на секунду, прежде чем быстро ответить: «Молодой мастер Лан Вэй все это время был дома».

Лин Сяо поднял бровь, удивлённо переспрашивая: «Но некоторые говорили, что молодой мастер Лан Вэй хотел сбежать с Мо Ци…».

«Чепуха!» — Старейшина Лин, казалось, очень нервничала, прерывая его: «Конечно, это чепуха! Наш молодой мастер Лан Вэй невиновен, он сейчас дома. Просто он немного болен и без сознания, поэтому отдыхает в постели. Если Стюард Лин не верит мне, вы можете подтвердить это сами».

Лин Сяо поднял бровь. Лан Вэй действительно вернулся, но лежал без сознания.

Возможно, потому что тот был без сознания, премьер-министр еще не узнал, что Лан Вэй пострадал из-за него, и не пришел разбираться с Лин Сяо, а Старейшина Лин вела себя послушно, без демонстрации ненависти и гнева.

Лин Сяо углубился в свои мысли, прежде чем задать Старейшине Лин ещё один вопрос.

Но Старейшина Лин взяла на себя инициативу и сказала: «Стюард Лин, у этой слуги много других обязанностей, о которых нужно позаботиться, поэтому я должна извиниться. Эта слуга должна проконтролировать решение многих дел во Дворце Чу Сю».

С этими словами Старейшина Лин ушла. Её темп ходьбы был поспешным и быстрым, Лин Сяо насмешливо посмотрел, как она удаляется.

Он не стал останавливать Старейшину Лин, потому что узнал всё, в чём и хотел убедиться.

Лин Сяо развернулся , чтобы покинуть дворец. Ему нужно было спланировать, как обращаться с домом премьер-министра после того, как Лан Вэй очнётся.

Но мимоходом Лин Сяо увидел довольно интересную сцену.

Мо Ци в несколько потертой розовой одежде избивала группа горничных. Ее лицо было багровым, покрытым синяками, старыми и новыми. Ее тело выглядело также, при этом выглядело крайне истощенно, но главная горничная не оставляла её в покое.

У Мо Ци было заплаканное лицо, она выглядела очень жалко, но никто ей не сочувствовал.

Лин Сяо был в восторге и не мог не насладиться этой сценой, сидя у колонны коридора. Его врага, Мо Ци, избивают и оскорбляют, и, наблюдая за этим, он наконец почувствовал облегчение.

Через некоторое время, Лин Сяо обнаружил, что число горничных, издевающихся над Мо Ци, неуклонно уменьшалось. Когда все горничные ушли, он узнал человека, единственного оставшегося во дворе.

С изящным макияжем, с собранными золотой шпилькой волосами, это была Дворцовая женщина Хэ — Хэ Баолин (Леди, способная утешить множество).

Глава 24 - План Возмездия

Лин Сяо также привлек внимание Хэ Баолин. Она посмотрела в его сторону и внезапно встала, когда разглядела, что это был именно он.

Лин Сяо пожалел, что больше не сможет понаблюдать за избиением Мо Ци, и неторопливо встал. Он стряхнул пылинки со своей одежды и подошел к Хэ Баолин, чтобы поприветствовать.

Взгляд Баолин был сложным, она смотрела на Лин Сяо, будто желала что-то сказать, но колебалась. В конце концов, она холодно поклонилась и с ненавистью топнула ногой, затем повернулась, чтобы уйти со своими горничными.

Лин Сяо нахмурился, провожая взглядом ее фигуру.

Похоже, что о вознаграждении Императора было известно не только трем Императорским Высочествам…

О Баолин он тоже многое знал.

Хэ Баолин всегда боялась сильных. И хотя Лин Сяо все еще был слугой на должности Евнуха-Стюарда, он получил милость Императора. Кроме того, он также получил всевозможные привилегии от Императора, и это показало, что в сердце Императора он занимал место не только простого Евнуха-управляющего. Хэ Баолин не смела провоцировать Лин Сяо в его нынешнем положении.

Поэтому она забрала своих людей и ушла.

Лин Сяо отвел взгляд, и внезапно получил небольшой удар в спину. Подняв бровь, Лин Сяо обернулся и увидел несчастную Мо Ци с текущими соплями и слезами, она бросилась в его объятия.

Лин Сяо поспешно увернулся от нее, и посмотрев с презрением, спросил: «Дворцовая женщина Мо, что ты делаешь?»

«Лин Сяо!!!» — закричала Мо Ци.

Лин Сяо насмешливо смотрел на нее.

«Лин Сяо, они все издеваются надо мной! Где ты был?!» — Мо Ци рыдала, но когда она подняла глаза, в них было торжество.

Лин Сяо увидел это и усмехнулся: «Мо Ци, я всегда хотел тебе кое-что сказать».

Он подошел к Мо Ци и продолжил полным ненависти тоном: «Твоя актерская игра действительно очень плоха».

Мо Ци хладнокровно посмотрела на него, и ее плач внезапно оборвался. Она сжала зубы и также с ненавистью посмотрела на Лин Сяо.

«Как ты смог получить милость Императора? Ты смог смешаться с этим дворцом, и чувствуешь себя теперь как рыба в воде. Но почему ты не помогаешь мне?! Почему?!»

С тех пор, как ее раскрыли, Мо Ци больше не удосуживалась что-либо скрывать, и открыто завистливо смотрела на Лин Сяо. Она была ущемлена тем, что Лин Сяо не помогал ей.

«Я жалею об этом! Лин Сяо, я не должна была позволить тебе войти во Дворец!»

«Ха!» — Лин Сяо только посмеялся над этим и ответил: «Жаль, но уже слишком поздно!»

«……» — Мо Ци посмотрела на Лин Сяо, сжав губы, и сказала: «Я хочу, чтобы ты кое в чем мне помог, ты в деле или нет?!»

Лин Сяо усмехнулся.

Мо Ци закусила губу: «Если ты мне не поможешь, я расскажу Императору твой секрет!»

Лин Сяо закатил глаза, когда услышал это. Он думал, что Мо Ци извлекла урок из своих неудач, но не ожидал, что она была такой же глупой, как раньше.

«Как ты сможешь увидеть Императора в своём положении? Даже если сможешь, премьер-министр не спустит тебе этого», - его ледяной взгляд не отрывался от Мо Ци.

Мо Ци отступила на шаг, напуганная зловещим взглядом Лин Сяо. Она сжала кулаки и сказала: «Хочешь поспорить? Поспорим, доживу ли я до того, чтобы рассказать Императору этот секрет?»

Лин Сяо бросил взгляд на Мо Ци, его лицо было полно презрения: «Делай, что хочешь. Если ты можешь, то сделай это, я подожду».

Лин Сяо прошел мимо Мо Ци. Увидев, что ее угроза не сработала, Мо Ци просто наблюдала за его удаляющейся спиной.

Лин Сяо был ее последним шансом. Её единственным шансом покинуть дворец Чу Сю, это грязное место!

Несмотря на понимание, что Лин Сяо больше не был её защитником, она все равно не могла отпустить его!

Так как угрозы не сработали, то…

Мо Ци внезапно бросилась за Лин Сяо и обняла его сзади.

Лин Сяо схватил ее за руку, оборачиваясь, и холодно бросил: «Что ты делаешь? Дворцовая женщина Мо, после того, как Император перевернул твою тарелку, ты теперь его женщина. У тебя память отшибло?»

Мо Ци посмотрела ему в лицо и очаровательно улыбнулась: «Такого рода вещи, если ты не будешь болтать об этом, и я не скажу никому, то откуда Император узнает? Лин Сяо… Я всегда знала твои намерения, или это не правда? Пока ты мне помогаешь, я могу дать тебе все. Мое сердце, я… Мое тело… Я могу дать тебе все это».

Мо Ци слегка стянула одежды со своего плеча и обнажила его. Лицо Лин Сяо потемнело, исказилось, будто он съел муху, он резко оттолкнул Мо Ци, проклиная ее: «Шлюха!»

После того, как ее спустили на землю, из-за измученной и истощенной внешности, длинных грязных волос, скрывших половину ее лица, она стала выглядеть ещё более болезненной и бледной. Ничто не напоминало о её бывших красотах.

Она начала рыдать, ее слезы скатывались на землю, она приняла жалкий облик.

«Лин Сяо, неужели тебе так сложно просто помочь мне? Если бы ты помог мне, я навсегда запомнила бы тебя. Только в этот раз, только в этот раз, хорошо?» — закричала Мо Ци и сказала: «Я слышала, как несколько дней назад Старейшина Лин говорила о визите благородного гостя из соседней страны. Император собирается устроить банкет в Императорском саду и намеревается продемонстрировать таланты своих женщин благородному гостю. Помимо трех супруг, остальные женщины также должны подготовить какой-то талант, чтобы его показать».

Лин Сяо смотрел безучастно. Он помнил. Это событие случалось в его прошлой жизни и было организовано Стюардом. Но в этой жизни Стюард Сюй был отстранён, поэтому Лин Сяо должен был организовывать это мероприятие. Тем не менее, он ничего не слышал о нем. Скорее всего, об этом знали только Мо Ци и Старейшина Лин.

Лин Сяо подобрался. Новость, которую они получили, должна была прийти от премьер-министра, а ему - от Императора. Так что, возможно, он получит распоряжение позже.

Пока он думал, он посмотрел на Мо Ци и спросил: «Так ты хочешь, чтобы я помог тебе с демонстрацией таланта?»

Это было то, что Мо Ци делала в своей прошлой жизни, и в этой жизни Мо Ци также яростно кивнула головой: «Моя внешность была запущена, и у меня нет яркого, необычного таланта. Но банкет — моя единственная возможность, и если я буду полагаться на себя, я не смогу этого сделать. Лин Сяо, помоги мне. Ты умён и полон необычных талантов. Хотя ты мужчина, у тебя обязательно появится какая-то идея. Ты всегда был очень находчивым».

Лин Сяо поджал губы. Это правда, в своей прошлой жизни он придумал способ помочь Мо Ци. И из-за этого у Мо Ци появился еще один упрямый поклонник…

В этой жизни у него не было причин помогать ей.

Однако… Лин Сяо сжал кулак. Мо Ци совершила столько бесчисленных ошибок во Дворце Императора, что если бы это был кто-то другой, он бы уже тысячи раз умер. Несмотря на это, Мо Ци все еще была жива и здорова.

Что было еще более непостижимым, так это то, что Император полностью осознавал, что Мо Ци и Лан Вэй передавали друг другу письма, изливая неясные и неизвестные чувства друг к другу, но все же решил оставить Мо Ци здесь. А семья премьер-министра понесла только небольшой урон.

Это действительно шокировало. Лин Сяо думал, что же ему надо сделать, чтобы Мо Ци, наконец-то, получила приказ совершить самоубийство, при этом не оставив на своей репутации пятно… Раньше он не нашел никаких хороших решений.

Однако теперь ему выпал шанс.

Глава 25 - Вызывающее письмо

«Если ты хочешь, чтобы я помог тебе, я помогу». — Лин Сяо задумал план, когда кинул приманку.

Восторг осветил лицо Мо Ци, и она быстро отползла назад, глядя вверх. С ее фиолетовым лицом, ее глаза с огромным желанием смотрели на Лин Сяо.

Лин Сяо легкомысленно посмотрела на нее: «Есть условие, ты должна мне с кое-чем помочь…»

Мо Ци надувшись, с обидой спросила: «Ты хочешь чтобы я помогла тебе?!»

Лин Сяо покосился на нее и спросил: «Собираешься сделать это или нет?»

Мо Ци стиснула зубы: «Я сделаю это».

«Очень хорошо». — Лин Сяо довольно улыбнулся.

Над домом премьер-министра висело беспокойное, мрачное облако.

На днях молодой мастер Лан Вэй был найден без сознания у входа в дом.

Премьер-министр быстро заставил людей занести Лан Вэя внутрь и нашел лучшего доктора страны, чтобы осмотреть его.

Тем не менее, Лан Вэй не просыпался.

Премьер-министр стоял на страже в комнате Лан Вэя, его волосы поседели от беспокойства, когда он смотрел на бледно-белое лицо Лан Вэя, который лежал на кровати. Он неоднократно вздыхал и качал головой.

У Лан Вэя было много следов от ожогов, его одежда была изношена, как будто бы он находился в большом огне. Из того, что он слышал, в последние несколько дней сгорело только одно место, и это была резиденция Евнуха-Стюарда. Они также нашли вышитую одежду Евнуха-Стюарда на Лан Вэе, когда тот рухнул перед домом.

Это были явные признаки того, что Лан Вэй был в Императорском дворце эти последние два дня!

Но прежде чем Лан Вэй ушел из дома, премьер-министр вспомнил, что тот был в приподнятом настроении, и сказал ему, что собирается развлечься в течение последующих двух дней.

Это было забавно… Он пошел развлекаться в Императорский дворец, и вернулся с одеждой Евнуха-Стюарда и ранениями!

Премьер-министр собирался упрекнуть своего сына, но Лан Вэй до сих пор не проснулся. В результате он мог только проглотить все свои ругательства, даже если у него их насобиралось десять миллионов.

Глядя на бледно-белое лицо Лан Вэя, премьер-министр чувствовал себя крайне расстроенным. Он подумывал о том, чтобы выйти в знак протеста против несправедливости, но он даже не знал, что вообще случилось с Лан Вэем!

Кроме того, Евнух-Стюард всегда был в гареме, а без разрешения Императора туда никто не мог войти!

Это заставило премьер-министра не осмеливаться обнародовать это дело.

У него не было другого выбора, кроме как распространять информацию о том, что Лан Вэй заболел.

Что касается того, что случилось, у него не было выбора, кроме как ждать, пока этот вызывающий беспокойство сын проснется и объяснит все.

Премьер-министр встал у кровати, с тревогой глядя на Лан Вэя. Он издал длинный вздох, наклонившись, чтобы немного поправить угол покрывала сына.

«Господин». — Тихий голос слуги внезапно отозвался эхом у входа.

Премьер-министр слегка повернулся и сказал: «Входи».

Слуга вошел с зажатым в руке письмом, которое он вручил премьер-министру: «Господин, письмо из Дворца. Они сказали, что это для молодого мастера Лан Вэя».

Премьер-министр протянул руку, чтобы взять письмо, его лицо выражало недоверие. Кто во Дворце мог бы отправить письмо Лан Вэю?

Думая об этом, премьер-министр открыл письмо, его лицо изменилось. Он внезапно убрал его и спросил слугу: «Где тот, кто передал его?»

«Он уже ушел». — С уважением ответил слуга.

«Тогда кто-нибудь еще видел это письмо?» — спросил премьер-министр.

Слуга покачал головой: «В тот момент, когда я его получил, то принес его непосредственно Моему Лорду и не позволил никому другому увидеть его».

Премьер-министр глубоко вздохнул услышав то, что он сказал, и успокоился, махнув головой: «Этого достаточно, ты можешь идти!»

В ожидании ухода слуги, премьер-министр еще раз просмотрел письмо, цвет его лица становился все мрачнее и мрачнее.

Именно в этот момент Лан Вэй задвигался на кровати и открыл глаза. Увидев это, суровый взгляд премьер-министра приземлился на просыпающемся Лан Вэе.

В оцепенении Лан Вэй увидел фигуру премьер-министра и его сердце успокоилось. Он сказал: «Отец. Я вернулся?» — Лан Вэй пытаясь встать, закашлял и оглянулся вокруг.

«На этот раз тебе повезло вынуться!» — холодно сказал премьер-министр.

Лан Вэй был поражен, но он знал, что в этот раз он столкнется с проблемой. Кое-как встав, он опустился на колени перед премьер-министром: «Отец, ваш сын признает свои ошибки».

«Ты признаешь свои ошибки? Ты создал эти проблемы!» — Премьер-министр бросил письмо, которое он держал в руке, перед Лан Вэем, его лицо выражало гнев.

Лан Вэй безучастно смотрел, он ничего не понимал, поэтому он взял письмо и прочитал его. После этого, его глаза широко раскрылись: «Отец… это…»

«Я уже предупреждал тебя! Не подходи к девушке Мо Ци, у неё нет благих намерений, она просто не подходит для тебя! Но ты не слушал меня и смотри, что вышло в конечном итоге! Ты даже пошел убить Лин Сяо ради нее! Только потому, что она сказала, что недовольна Лин Сяо! И в итоге смотри, как ты сильно ранен!»

«Я… Я не был, отец…» — Лан Вэй нахмурился и попытался объясниться, с сомнениями в своем сердце. Почерк был безошибочным — это Мо Ци. Но зачем ей писать это письмо?

Он провел в заточении два дня, но в этом письме говорилось, что он был с ней…

Он хотел помочь ей, когда пошел и угрожал Лин Сяо, но почему Мо Ци сказала, что все это его вина? Она боялась получить обвинение от его отца?

«Ты даже договорился сбежать с ней? Хорошо, очень хорошо. Лан Вэй,

ты рискуешь безопасностью нашего дома ради женщины и не думаешь о своих старых и седых родителях! Ты очень хороший!».

Премьер-министр кипел от гнева, дрожащим пальцем указывая на Лан Вэя, он смотрел со скорбью и печалью.

Чувство вины вспыхнуло в сознании Лан Вэя, он думал о том, чтобы забрать Мо Ци и сбежать куда-нибудь подальше, но Мо Ци отказала ему, в отличие от того, что было написано в письме, где говорилось, что она согласна бежать с ним…

Зачем Мо Ци писать ему такое письмо? Она пыталась договориться о встрече с ним, чтобы сбежать?

Глаза Лан Вэя вспыхнули, прежде чем премьер-министр сказал: «Лан Вэй, давай проясним. Ты не мог прикоснуться к Мо Ци раньше, и не можешь прикоснуться к ней сейчас! Ее тарелка была перевернута Императором, даже если Император не тронет ее за всю ее жизнь, она все еще останется женщиной Императора! Это то, что никто не сможет изменить! Ты понял?!» — четко и строго заявил премьер-министр.

Лан Вэй стиснул зубы и контролировал свой взгляд, который колебался на его лице. Премьер-министр посмотрел на него и вдруг понял. Он отступил на два шага, его лицо покраснело от гнева: «Сын, которого я лично растил семнадцать лет, недостоин уважения!»

«Отец…» — тихо пробормотал Лан Вэй, опустив голову и покраснев.

Премьер-министр обиделся на него за то, что тот не оправдал его ожиданий, он повернулся и вышел из комнаты. Он энергично закрыл дверь и приказал: «Приведи сюда еще людей, и присмотрите за молодым мастером. Не позволяйте ему выйти даже на полшага за дверь».

«Да, мой Лорд».

Лан Вэй смотрел на большое количество охранников за дверью, бессильно и слабо прислонившись к кровати. Письмо было написано почерком Мо Ци, но все в письме было неправдой, даже строка о согласии уйти с ним, и ничего не было о времени… Она действительно не собирается уйти с ним? Все указывало на Лин Сяо, как на главного виновника. Значит ли это, что Мо Ци была на стороне Лин Сяо?

Было ли это для того, чтобы он не обижал Лин Сяо, и не использовал власть премьер-министра для действий против Лин Сяо?

Почему? Он так опозорился и чуть не умер!

Лан Вэй мучительно закрыл глаза. Сцена, где Лин Сяо бросился в огонь, чтобы спасти его, предстала перед ним, и он внезапно открыл глаза. Он сжал кулак и с ненавистью ударил им о кровать.

Лин Сяо, эта покойная душа, которая не могла рассеяться! (1)

***

Лин Сяо, о котором думал Лан Вэй, в настоящее время возвращался в свой дворец Нин Сюань и был в хорошем настроении.

Одно письмо Мо Ци помогло ему решить сложную проблему.

Это одно письмо могло бы полностью отвлечь внимание Лорда-премьер-министра от него, на его сына и Мо Ци.

Из-за этого письма Лан Вэй временно не будет мстить ему. В конце концов, он так сильно любил Мо Ци, что, если Мо Ци «обнажала свои плечи» [2] для кого-то другого, он не станет мстить им.

Лин Сяо рассмеялся, все еще пребывая в хорошем настроении. Похоже, что от Мо Ци все еще была какая-то польза, если он будет манипулировать ею должным образом.

Лин Сяо прошел весь путь назад до своего Дворца, и толкнул обеими руками дверь в свою комнату, проворно входя.

Однако, как только он вошел, он заметил человека, который сидел в его комнате.

Черная мантия с золотой шелковой вышивкой, аккуратно причесанные волосы с неплотной нитью, ясный и красивый внешний вид, несущий серьезную атмосферу. Человек, который должен был просматривать мемориалы в Императорском кабинете — Император.

Улыбка Лин Сяо спала, а колени ослабли. Он опустился на колени перед Императором и поклонился: «Да здравствует Ваше Величество!»

(1)Он не умрет и продолжит влиять на разные дела

(2) Обнажить плечи, значит встать на чью-то сторону.

Глава 26 - Первая Супруга

Император поднял бровь, когда он посмотрел на него. Лин Сяо вспыхнул, размышляя о том, сколько его глупых манер Император увидел только что.

В Императорском дворце были особые правила поведения этикета, и его появление перед ним сейчас было неприемлемым. Если хозяину было все равно, он мог бы притвориться, что не видел этого. Если хозяин озаботится этим, то он мог бы и казнить его.

Хотя Лин Сяо не думал, что Император казнит его за такую мелочь, он все еще очень беспокоился.

К счастью, Император решил притвориться, что ничего не видел, и спокойно сказал Лин Сяо встать.

Лин Сяо вздохнул и пошел вперед маленькими быстрыми шагами в сторону Императора.

«Что заставило тебя быть таким счастливым?» — Как только Лин Сяо подумал, что этот вопрос был тихо забыт, Император внезапно спросил об этом.

Лин Сяо напрягся. Он не хотел говорить об этом, и при этом он не имел возможности не упомянуть об этом, поэтому он мог лишь слабо склонить голову: «Ваше Величество, это просто пустяк, о котором не стоит упоминать».

«Расскажи Нам об этом». — Император был очень заинтересован на этот раз.

Лин Сяо вытер пот со своего сердца. В его голове промелькнуло оправдание, он опустил голову, отвечая: «Ваш слуга только что прошел мимо Дворца Чу Сю и услышал песню от туда, которая напомнила ему о его родном городе».

«Дворец Чу Сю…» — Император посмотрел на Лин Сяо и, казалось, собрал некоторые подсказки, поскольку его взгляд постепенно становился холодным.

Лин Сяо почувствовал, что с Императором что-то не так, и поспешно добавил: «Ваше Величество, ваш слуга споет ее для Вас».

Его голос дрейфовал, его чистота несла в себе уникальную привлекательность, которая привлекла внимание Императора. Удивленный, Император внимательно смотрел на маленького евнуха, стоящего перед ним, рассматривая его опущенную голову, мягкий свет в его взгляде и легкое сморщивание бровей, когда тот пел. Он действительно был полон духа и жизненной силы.

Император наслаждался этим, откидываясь на спинку стула и расслабляясь, слушая пение Лин Сяо.

Когда он закончил, Император больше не расспрашивать его по предыдущему вопросу, и Лин Сяо улыбнулся ему, зная, что дело прошло. Он не мог, но по-настоящему не расслабился. Увидев, что лицо Императора перед ним несло слабую усталость, Лин Сяо подошел к нему и начал массировать его плечи.

Император почувствовал движения Лин Сяо, его взгляд стал мягким. Он протянул руку, чтобы Лин Сяо обошел его и стал перед ним, Лин Сяо последовал за Императором, приближаясь к нему.

Император сказал: «Песня неплохая, возможно, ты можешь петь для Нас чаще».

Лин Сяо поклонился, ответив «Да».

«Твоя рука не зажила, поэтому тебе не нужно посещать Нас». — Император слегка погладил перевязанную руку Лин Сяо.

Увидев это, сердце Лин Сяо согрелось, он почтительно ответил, склонив голову: «С рукой вашего слуги все в порядке, Вашему величеству не нужно беспокоиться».

Император гладил руку Лин Сяо, а услышав это, развязал повязку. Лин Сяо безучастно смотрел и слегка начал убирать руку, смущенно спросив: «Ваше Величество?»

«Не двигайся». — Император предупредил его взглядом.

Лин Сяо больше не смел пошевелиться, и дрожа от страха, наблюдал, как Император лично снимает повязку. Его рука немного кровоточила, возможно из-за того, что он оказывал некоторое давление во время массажа. С удалением повязки он почувствовал легкую боль.

Движения Императора были очень нежными. После того, как он развязал повязку, он перевернул руку Лин Сяо и внимательно посмотрел на нее, вынимая из-под одежды на его груди серебряную коробку, которая была изящной в детализации. Он открыл ее, и внутри обнаружилась светло-зеленая мазь.

Когда Император использовал свою руку, чтобы нанести немного мази на поврежденную ладонь Лин Сяо, Лин Сяо был поражен и ошеломлен в своем сердце. Он не мог не отступить на шаг и сказать: «Ваше Величество, ваш слуга может сам позаботиться о нанесении лекарства. Вы — королевская прерогатива, как вы можете применять лекарство к слуге?»

Император был несколько недоволен, когда услышал это, и упрямо потянул руку Лин Сяо к себе, его губы сжались, когда он сказал: «Лин Сяо, Мы думаем, что ты еще не достаточно прояснил ситуацию. Хотя Мы согласились на твою просьбу, Мы не можем забрать те слова, что Мы сказали ранее. На Наш взгляд, ты уже стал Нашей Первой Супругой и, следовательно, нашим Королем-Супругом».

Когда Лин Сяо услышал это, его сердце забилось в ускоренном ритме.

Мазь на его руке была прохладной и снимала жгучий жар в его ладони. Однако, когда Император коснулся его руки, другой тип необычного жара прожигал все его тело.

После того, как мазь была полностью размазана, Император снова лично завязал его повязку. Наконец-то, он смазал руку Лин Сяо.

«Это мазь из страны Шао. Она оказывает чудесное воздействие на ожоги, травмы от меча, а также на разложение плоти. Если ты используешь это, тебе не придется беспокоиться о рубцах».

Лин Сяо держался за тонкую маленькую коробочку, поспешно поклонился и поблагодарил его: «Спасибо, Ваше Величество».

Император слегка ответил: «Ммм», — а затем сказал: «Встань».

Когда Лин Сяо встал, он почувствовал себя более расслабленным. Рукав его мантии слегка перевернулся, когда подул ветер. Он поднял голову, ветер доносил запах, которого у того никак не должно было быть.

Император сморщил брови и внезапно схватил Лин Сяо за запястье. Он рывком притянул Лин Сяо в свои объятия и наклонился ближе, чтобы подтвердить присутствие этого аромата.

Лин Сяо вскрикнул, настолько испуганный, но не посмел пошевелиться. В конце концов, он теперь сидел на бедре Императора, а его запястье крепко держали.

В своем нынешнем положении они были очень близко друг к другу. Лин Сяо не был уверен, было ли это потому, что он был напуган или на это была какая-то другая причина, но его сердцебиение билось так сильно, словно гром гремел среди ясного неба. Когда он почувствовал дыхание Императора на своей шее, все его тело запылало, он проглотил слюну, нервно и смущенно сказал: «Ваше… Ваше Величество…»

Как только Император подтвердил это, он выпрямился, но его лицо не предвещало ничего хорошего. Он протянул руку, чтобы сжать подбородок Лин Сяо, и спросил: «С кем ты встретился во Дворце Чу Сю?»

Лин Сяо замер. Разве они уже не прошли мимо этого вопроса? Почему Император снова спросил об этом?

Лин Сяо поджал губы. Так как Император держал его за подбородок, он мог смотреть только на Императора. Если он солжет, проницательный Император определенно увидит это.

Думая об этом, Лин Сяо ответил: «Это была… Это была Дворцовая женщина Мо».

Император сузил глаза и сказал с холодным выражением лица: «И что ты с ней сделал?»

Что это значит? Император подозревал его в том, что он с Мо Ци?

Когда Лин Сяо подумал об этом, он поспешно сказал: «Ваше Величество, ваш слуга — евнух…»

Когда он услышал это, Император ослабил брови и убрал свою руку. Получив свободу, Лин Сяо быстро поднялся с бедра Императора и встал перед ним на колени.

«Пожалуйста, простите за это, Ваше Величество. Поскольку ваш слуга и Дворцовая женщина Мо из одной и той же деревни, ее баллада заставила этого слугу скучать по дому, поэтому этот слуга отправился на встречу с ней во Дворец Чу Сю. Ваш слуга и она ничего не делали».

Император сжал губы и посмотрел на Лин Сяо, услышав это. Он смотрел таким взглядом, что казалось, он проникал под кожу, будто определял, лгал Лин Сяо или нет. Прошло довольно много времени, когда он наконец-то отвел взгляд и напомнил ему: «У Мо Ци нет добрых намерений, поэтому не связывайся с ней так часто».

Лин Сяо опустил голову, его лицо выражало удивление. Этот Император знал, что за человеком была Мо Ци?

Тогда почему он все еще держал ее во Дворце?

Лин Сяо прекрасно осознавал, что сейчас не время задавать вопросы, но вопрос в его голове был действительно слишком тяжелым, он собрал все свое мужество, чтобы спросить: «Ваше Величество, ваш слуга никогда не понимал этого. Ваш слуга знает, что вы не любите Дворцовую девушку Мо, так что вы… Почему вы до сих пор держите здесь Дворцовую женщину Мо?»

Маленький евнух дрожал от страха на полу, он полностью осознавал, что на этот вопрос было наложено табу, но он его решительно задал. Фигура, которая дрожала на полу, выглядела очень слабой, вызывая жалость у людей.

Император хотел обругать его несколькими предложениями, чтобы ясно дать понять, что он не может задавать такие вопросы, но когда он увидел его, он не смог этого сделать, и просто сказал одно предложение: «У Нас есть свои соображения, ты не должен ничего спрашивать».

Лин Сяо сдержал взгляд и опустил голову, не решаясь снова говорить об этом.

Лин Сяо знал, что Император хотел уйти. Когда тот встал, он поклонился.

Император приказал: «Мы вернемся в свой Имперский Кабинет. Ты можешь прийти, чтобы увидеть Нас».

«Да», — ответил Лин Сяо.

Император бросил на него взгляд и снова предупредил: «Переоденься, прежде чем ты придешь к Нам, Нам не нравится запах косметики на тебе».

Лин Сяо безучастно смотрел, но Император уже ушел.

Глава 27 - Канун ветра и дождя

Неужели причина, по которой Император допрашивал его, заключалась в том, что он пах косметикой?

Лин Сяо поспешил понюхать себя, и действительно почувствовал ее запах.

Черные линии появились на его лице, он вспомнил, что Мо Ци прижималась к его спине. Он почувствовал тошноту, отбросил одежду в сторону и поспешил найти кого-то, кто принесет ему воду для ванны.

Поскольку он только недавно переехал в этот дворец, в нем еще не было других слуг, кроме двух человек, отвечающих за уборку.

Однако, когда Лин Сяо вышел из своей комнаты, его приветствовала группа горничных и евнухов во главе с Сяо Лизи.

Лин Сяо поднял бровь, когда Император был здесь, Сяо Лизи не было рядом с ним, но когда Император ушел, тот появился. Это было довольно странно.

Сяо Лизи с уважением подошел к Лин Сяо и поклонился: «Стюард Лин».

Лин Сяо издал звук признания, глядя на два ряда евнухов и служанок за спиной Сяо Лизи, он спросил: «Что происходит?»

Сяо Лизи ответил: «Стюард, все эти слуги были переданы вам Императором. Они будут нести ответственность за охрану и уборку этого дворца каждый день».

Как будто он боялся недовольства Лин Сяо, Сяо Лизи объяснил: «Все они были лично отобраны Императором, и каждый из них очень полезен. Будьте уверены, Стюард».

Лин Сяо спрятал свой хмурый взгляд, Император действительно относился к нему как к Королю-Супругу!

Не увидев никакой реакции со стороны Лин Сяо, Сяо Лизи с улыбкой подошел к Лин Сяо и прошептал. — «Стюард… Император хочет быть добрым с вами».

Лин Сяо бросил на него взгляд, после этого шепота и с беспокойством обернулся, возвращаясь внутрь: «Принеси мне ведро с горячей водой, я хочу искупаться».

«Да». — Сяо Лизи принял приказ с поклоном.

Погружаясь с комфортом в воду, Лин Сяо неоднократно вздыхал.

Горничные и евнухи, которых прислал Императором, были, естественно, неоспоримы, но если так продолжится, он действительно ничем не будет отличаться от Короля-Супруга, кроме названия…

Император действительно заинтересовался им? Или он был просто тронут его «искренностью»?

Может ли быть и то, и другое???

Лин Сяо покачал головой. Чем больше он думал об этом, тем страшнее становилось, поэтому он похлопал себя по щекам, решив перестать думать об этом.

Быстро помывшись, он оделся и пошел к Императору в Императорский кабинет, как ему было приказано.

Императорский кабинет охраняли только два евнуха, Сяо Лизи не последовал за ним, поэтому Лин Сяо постучал в дверь сам.

Получив разрешение от Императора войти, он обнаружил, что Лорд-премьер-министр тоже был в кабинете.

Лин Сяо был удивлен на мгновение. Разве премьер-министру разрешили встретиться с ним? Даже если его сердце было полно сомнений, Лин Сяо не показывал этого на своем лице и спокойно поприветствовал премьер-министра, когда быстро шел за спину Императора.

Так как одежда Стюарда-Евнуха еще не была сшита, Лин Сяо был одет во все голубые, его волосы были расчесаны, а некоторые пряди были разбросаны по плечам. Поскольку он спешил, его щеки раскраснелись, он действительно выглядел элегантным и привлекательным юношей.

Премьер-министр посмотрел на его одежду, его лицо стало уродливым: «Ваше Величество, это…»

Император проследил за взглядом премьер-министра на Лин Сяо и внимательно посмотрел на его одежду. После этого он с удовлетворением прищурился, и повернул голову, чтобы ненавязчиво посмотреть на премьер-министра и спросить: «Есть проблема, премьер-министр?»

«Ваш слуга… Нет». — Премьер-министр на мгновение задохнулся. Хотя премьер-министр знал, что Лин Сяо был глубоко в сердце Императора, и Император даже намеревался сделать его мужской наложницей, он не ожидал, что Император испортит Лин Сяо, этого ребенка, в таком строгом месте, как Императорский кабинет.

Император оторвал взгляд от вспотевшего премьер-министра и откинулся на спинку стула: «Дело в том, что Мы хотели узнать, позаботились ли вы о том, о чем Мы просили?»

Премьер-министр поклонился, отвечая: «Отвечаю Вашему Величеству — приготовления уже завершены. Принц Шао прибудет через пять дней».

Через пять дней? Лин Сяо был поражен, эта дата была раньше, чем в прошлом.

Однако, поскольку это произойдет всего через пять дней, разве не должно было быть каких-то движений к настоящему времени во дворце? Почему он не знал об этом до сих пор? Разве он не должен был заниматься организацией?!

Император удовлетворенно погладил ладонь: «Очень хорошо».

«Ваше Величество, когда прибудет важный гость из Страны Шао, в эту ночь банкет пройдет в Императорском саду…»

«Премьер-министру не нужно беспокоиться, этот вопрос уже решает кое-кто, назначенный Нами».

Лин Сяо был еще более изумлен, а его лицо было полно смущения. Он не получил приказ Императора, так кто же был ответственным за банкет?

Премьер-министр опустил голову, выразив этим, что все понял.

Император расслабил брови и сказал: «Если больше ничего нет, тогда премьер-министр может уйти».

«Ваш покорный слуга уходит». — Премьер-министр отдал честь Императору и медленно ушел.

Как только он увидел, что премьер-министр ушел, Лин Сяо тихо подошел и протянул руку, чтобы помассировать плечи Императору, но Император накрыл его руку своей, чтобы остановить его: «Разве Мы не говорили, что, поскольку твоя рука еще не исцелена, ты не должен делать этого для Нас?»

Лин Сяо поклонился и улыбнулся: «Увидев, что Ваше Величество устал, ваш слуга не может этого вынести и всегда хочет помочь Вашему Величеству».

Рот Императора слегка дернулся, он похлопал Лин Сяо по руке: «Вернись назад и помоги Нам, когда тебе станет лучше».

Взгляд Императора был очень мягким, его выражение лица было счастливым. Увидев, что его настроение было довольно хорошим, Лин Сяо воспользовался этой возможностью и спросил: «Ваше Величество, приветственный банкет в Императорском саду, почему этот слуга не слышал об этом?»

Император поднял бровь на его вопрос и убрал руку: «В тот день, когда ты потерял сознание, Мы передали этот вопрос Сяо Лизи. Ты несешь ответственность только за Нас».

«……» — Хорошо, Император отдал приказ, когда он был без сознания. Неудивительно, что Сяо Лизи был настолько занят, что даже его силуэт нельзя было увидеть в эти дни, и при этом он не был замечен рядом с Императором.

Впрочем, это тоже хорошо. У него было больше времени и энергии, чтобы подумать о деле Мо Ци.

То есть осталось всего пять дней? Пять дней тоже достаточно.

Император снова начал просматривать свои документы. Одну бумагу за другой, пока не наступила полночь. Лин Сяо ждал позади Императора, покачиваясь взад и вперед, пытаясь убрать сонливость.

Он не знал, было ли это потому, что он пил лекарства каждый день, но дух Лин Сяо был не слишком хорош. Когда наступила ночь, он сразу же почувствовал сонливость. До сегодняшнего дня Император понимал, каково состояние его тела, и позволил ему позаботиться о себе, прежде чем снова приступить к ночному дежурству, чтобы Лин Сяо мог вернуться в свою комнату и спать после наступления ночи. Но сегодня он не мог этого сделать. Император лично велел ему прийти и позаботиться о нем, поэтому Лин Сяо не посмел расслабиться.

Но его веки все еще понемногу опускались и, наконец-то, в сонном состоянии он прислонился к колонне в Имперском кабинете и уснул.

Когда Император закончил просматривать документы и утверждать мемориалы, он позвал его, но обнаружил, что этот маленький евнух заснул у колонны.

Его волосы были спутаны, несколько прядей разбросаны по лицу, создавая уникальное чувство красоты. Красивая голубая шелковая одежда, которую он носил, выглядела довольно изящной. Его внешность была очаровательной, а лицо — ярким и веселым. Хотя в нем не было даже немного женственности, сердце Императора было тронуто. Он чувствовал, что этот единственный человек, намного красивее, чем все наложницы во дворце.

Император почувствовал, что ему следует немного отругать его за то, что он осмелился заснуть в Имперском кабинете, но, увидев Лин Сяо таким, он не мог его разбудить. Этот человек даже дал торжественную клятву быть его слугой. Император беспомощно покачал головой и поднял его за талию на руки.

Во сне Лин Сяо почувствовал, что он плывет то вверх и вниз, иногда чувствуя несколько ударов. В один момент он прислонился к чему-то очень мягкому и удобному, но в следующую секунду его, казалось, кто-то придавил, из-за чего он не мог ровно дышать.

Он смутно открыл глаза, но сцена перед ним была невыносимо страшной.

Красивое лицо Императора возвышалась напротив него, едва ли с шириной волоса между ними. Пока Лин Сяо лежал, его голова была зажата между подпертыми руками Императора. При нынешнем положении казалось, что Император толкнул его вниз!

Примечание к части Меняю король-консорт на король-супруг, мне кажется так более уместно... Пока убираю с предупреждений Изнасилование, потому что уже точно не помню было оно или нет... Да и по моему то, что будет, Изнасилованием не назовешь... Посмотрю по мере перевода.

Глава 28 - Мо Ци потеряла силу

Что делает Император?!

Первое, что сделал Лин Сяо — это коснулся своей одежды. К счастью, она все еще была на нем…

Лин Сяо слегка вздохнул с облегчением, поскольку и у него, и у Императора не было другого выбора, кроме как смотреть друг на друга.

Он не замечал этого раньше, но теперь, когда он был так близко к нему, он обнаружил, что у Императора неожиданно были двойные зрачки! (люди считались неординарными, если у них был уникальный двойной зрачок, который был знаком царя или мудреца в китайской традиции)

Поскольку два зрачка накладывались друг на друга и были темного цвета, если не смотреть так близко и внимательно, то увидеть их было невозможно. А если кто заметит, то будет озадачен этим странным зрелищем вблизи.

Однако, разве сейчас он должен обращать внимание на его зрачки?!

Лин Сяо быстро вырвался из своего рассеянного состояния и сглотнул, его губы беспокойно дрогнули, когда он сказал: «Ваше… Ваше Величество…»

Император услышал его и улыбнулся.

Лин Сяо издал глухой смех, его тело было напряженным все это время. В этом положении, куда бы он ни посмотрел, его взгляд падал на тело Императора. Лин Сяо был в полной растерянности, когда находился с ним в таком положении лицом к лицу. Со временем Лин Сяо почувствовал, как температура его тела поднялась, а сердцебиение странным образом ускорилось.

Жар обрушился на его голову и Лин Сяо убедился, что его лицо покраснело. Он не мог не начать кусать губы.

Император смотрел на него немигающим взглядом, его лицо медленно приближалось. Это действие сократило расстояние между ними еще больше, пока они не оказались достаточно близко, чтобы дыхание Императора было ощутимо на его губах, атмосфера становилась неоднозначной.

В ушах Лин Сяо начало звенеть, создавалась иллюзия, что он слышит рычание Императора.

Император не переставал уверенно приближаться, даже когда Лин Сяо смутился до такой степени, что слышал шум в ушах.

Расширив глаза, Лин Сяо посмотрел на приближающиеся губы Императора, и, наконец, его осенило, что Император пытается сделать… В панике он попытался оттолкнуть его.

Поскольку Император не ожидал этого, Лин Сяо легко оттолкнул его в сторону. Лин Сяо был глупо испуган, увидев, как Император сузил глаза от недовольства.

Лин Сяо поспешно встал с кровати и опустился на колени, извиняясь: «Ваше Величество, ваш слуга… Ваш слуга не сделал никаких приготовлений».

Он придумал такое оправдание.

Император молчал, услышав его, и задумчиво смотрел на Лин Сяо.

Холодный пот Лин Сяо медленно капал вниз. Через некоторое время Император сказал: «Встань».

Когда Лин Сяо встал, дрожа от страха, Император вдруг протянул руку и схватил Лин Сяо за подбородок.

Лин Сяо был пойман врасплох, и Император воспользовался этим моментом, чтобы наклониться и поцеловать его. Одного этого действия было достаточно, чтобы заморозить Лин Сяо на месте.

Уголок рта Императора поднялся. Этот маленький евнух перед ним, с его маленьким телом и вялым взглядом в глазах, действительно был восхитителен. Он стоял без малейшего движения до такой степени, что даже не вздохнул. Это действительно было довольно интересное зрелище.

Цвет лица Лин Сяо, постепенно вернулся в нормальное состояние, и он утешил его, сказав: «В следующий раз, когда Мы придем, Мы хотим, чтобы ты подготовился».

Закончив говорить, он сложил обе свои руки за спину, и неторопливо ушел.

С этого момента Лин Сяо был уверен в одном — Император действительно интересовался им. Это, или, иначе говоря, его интерес к нему увеличился… Он прикрыл губы, его разум не возвращался в его тело в течении довольно долгого времени.

Разве это не заставляло его делать выбор между своими моральными принципами и жизнью?!

***

К счастью, на второй день Император занялся политикой. Казалось, эта тема была забыта, и Лин Сяо не смог удержаться от облегчения.

На третий день Лин Сяо получил набор одежды черного цвета для танца, евнух был подкуплен Мо Ци, чтобы доставить ее. До начала банкета оставалось еще два дня. Эта танцевальная одежда была подготовлена для него, чтобы он мог помочь ей подняться на сцену и потанцевать.

Лин Сяо ухмыльнулся, заперев танцевальную одежду в сундук.

***

На четвертый день его рана уже затянулась и он больше не нуждался в повязке, поэтому Лин Сяо высоко оценил эффективность мази Императора.

На пятый день прибыли посланники соседней страны и весь дворец, внутри и снаружи, был наполнен шумом и волнением.

Императорский сад был ярко освещен бесчисленными маленькими огнями в извилистом коридоре, а цветные стеклянные лампы отражались в воде пруда. Кроме того, побеленные стены были покрыты шторами.

Казалось, что хозяин Девятого Небесного Дворца сам устраивает банкет, и свет, отраженный от бокалов, был еще красивее, чем предполагалось.

В тот момент посланники были потрясены — Император оказался одетым в драконью робу с девятью когтями, от него исходила внушительная аура Короля. Рядом с ним были три императорские наложницы, которые были прекрасны, как три нефрита, будто они были бессмертными феями.

Сотни присутствующих людей преклонили колени в приветствии, громко крича «Да здравствует, Ваше Величество». Это было действительно грандиозное зрелище.

В обычной евнухской одежде Лин Сяо внимательно следил за Императором, украдкой поднимая голову, а затем, поспешно поглядывая вниз, он был потрясен.

«Наши любимые подданные, встаньте».

Император говорил не громко, но очень твердо и внушительно, его было слышно в любом уголке Императорского Сада.

Все встали, их движения были очень практичными и упорядоченными, и сердце Лин Сяо забилось быстрее от такого вида.

«Наши любимые подданные, садитесь». — Император взял на себя инициативу и сел на свой трон, что находился на самом верху, а три наложницы сидели ниже, основываясь на их званиях.

Только сейчас чиновники медленно заняли свои места.

Увидев это, Лин Сяо слегка отступил на два шага и ждал позади Императора с Сяо Лизи. Воспользовавшись этой возможностью, он хитро оценил нынешних чиновников и посланников.

Справа от Императора сидели чиновники из страны Му, во главе с премьер-министром. Они сидели на основании своей официальной должности, а за ними стояли члены их семей, которые еще не получили официальную должность.

Лин Сяо взглянул на них, чувствуя, что кто-то пристально смотрит на него.

Лин Сяо с подозрением огляделся и обнаружил бледное-бледное лицо Лан Вэя.

Взгляд Лан Вэя был полон злобы, а на лице виднелся гнев.

Лин Сяо удивленно расширил глаза, он не ожидал, что Лан Вэй тоже придет. Премьер-министр все же осмелился привести его во Дворец Императора?

Однако было не сложно представить банкет, на котором собрались все официальные лица страны. Это была хорошая возможность встретиться с хорошими учителями и найти полезных друзей.

Поскольку он был единственным сыном премьер-министра, премьер-министр определенно хотел, чтобы он стал человеком, достойным уважения, он не знал, будет ли Лан Вэй разочаровывать его снова.

Думая об этом, Лин Сяо бросил взгляд влево.

Слева сидели посланники из Страны Шао.

Иностранный посланник, который сидел ближе всего к Императору, был грациозным и уверенным, его лицо было красивым, а нос был особенно прямым. Его глаза были экзотическими и элегантными светло-коричневого цвета, его волосы были светлыми, а его кожа была очень белой. На нем была белая одежда в иностранном стиле, воротник и пояс, сшитые золотыми деталями. Когда он шел, золотые кусочки сталкивались и издавали звенящий звук, это было довольно интересно.

Лин Сяо вспомнил его, он был главой иностранных посланников, принц страны Шао — Фу Юйцзюнь.

В прошлой жизни этот парень был одним из тех, кто преследовал Мо Ци… (но мы-то догадываемся, кого он будет преследовать в этой жизни)))

Ниже него сидели некоторые из его чиновников и несколько красивых женщин.

Банкет начался, когда эти красивые иностранки начали танцевать.

Иностранки были страстными и смелыми. Мало того, что их одежда была показной, но их танец также был довольно заманчивым. Фу Юйцзюнь с интересом наблюдал за происходящим, спокойно наблюдая за выражением лица Императора Му на другой стороне. Однако, он мог видеть только то, что выражение лица Императора Му было безразличным, а глаза — беспощадными. Было ясно, что он не заинтересован, что слегка разочаровало Фу Юйцзюня.

Эти женщины были самыми замечательными женщинами из его страны. Помимо разведки силы Страны Му, самой важной причиной, из-за которой он приехал на этот раз, было оставить одну из этих женщин Императору. Таким образом, две страны будут более дружественными и получат больше пользы друг от друга.

Однако, глядя на Императора, Фу Юйцзюнь чувствовал, что в этот раз не было никаких шансов на то, что это произойдет.

«Танец Страны Шао действительно уникален, Нам он понравился», — сказал Император, комментируя танец после его окончания.

Услышав, что он сказал, Фу Юйцзюнь быстро скрыл свое разочарование, не оставив его следов в своей улыбке, когда ответил: «Возможность получить признание Императора — большая честь».

Премьер-министр сзади сказал: «Хотя танец страны Шао обладает особой грацией, в нашем Дворце не так уж мало талантов. Так как принц приехал из далека, почему бы не позволить ему воспользоваться этим шансом и насладиться песнями и танцами нашей страны».

Как только премьер-министр закончил говорить множество разных артистов вошли в сад.

Женщины при дворе Му были нежными и красивыми, как нефриты. Каждая из них была красивой по-своему, и никто из них не был похож друг на друга. Их танцевальная поза и движения были молоды, их голоса завораживали. Все женщины были одарены по-разному.

По сравнению со страстью и смелостью Страны Шао, пение и танцы Страны Му содержали мягкость, которая стала праздником для глаз Фу Юйцзюня.

В этот момент, сидя во дворе, красавица в желтом демонстрировала свое мастерство. Когда она играла на китайской лютне, ее голос был мелодичным, и его было очень приятно слушать.

Хотя ее внешность не была очаровательной, у нее также был свой особый аромат. Фу Юйцзюнь слабо улыбнулся, наблюдая, и молча вздыхая, женщины из Страны Му были такими же красивыми, как о них и говорили.

Лин Сяо также увидел ее. На самом деле, после долгих поисков она была единственной, кого он узнал.

Она была той, у кого был конфликт с Мо Ци — Хэ Баолинь.

Лин Сяо вспомнил, что после нее следующей должна быть Мо Ци.

Когда он думал о Мо Ци, Лин Сяо не мог не опустить голову и тайно улыбнуться. Эта Мо Ци действительно просила его о помощи, и он действительно обещал помочь. Однако на этот раз он не только согласился помочь, он даже попросил изысканную танцевальную одежду и танцевальную обстановку. Мо Ци даже не подозревала его и пошла, чтобы найти кого-то подготовить это.

Однако, Лин Сяо отказался от сделки по мере приближения времени показа талантов, разве это было бы не достаточно весело?

Если танцор перестал существовать, и он был рядом с Императором, то что может сделать Мо Ци, с которой он играл?

Единственное, чем Мо Ци могла угрожать ему, это его поддельная личность евнуха, но этот банкет был организован для посланников Страны Шао. Их появление было только для того, чтобы показать свои навыки и отступить.

Если Мо Ци была такой идиоткой, чтобы критиковать его на банкете, то ее крики и ссоры нарушили бы приличия, что равносильно потере лица Императора перед иностранными посланниками. Он полагал, что к этому моменту, даже если Император оставил ее, то этого стерпеть он не сможет.

Лин Сяо держал пари, делая ставку на то, что она начнет кричать и ссориться, когда увидит его. Если она будет шумной, она будет обречена.

Когда Хэ Баолин, наконец-то, покинула сцену, внезапно потемнело.

Это привлекло внимание, заставив любопытных чиновников наклониться вперед и увидеть хлопковую ширму из бисера. Освещение на экране было неясным и очаровательным, со свечами, раскиданными по земле, оно заставляло их задуматься о том, какой должен появится потрясающий красоты силуэт.

Такая договоренность была именно тем, о чем просил Лин Сяо.

В своей прошлой жизни он полагался на свет свечей и хлопковую ширму из бисера, чтобы помочь Мо Ци станцевать танец силуэта. С тех пор Император относился к ней благосклонно, позволяя ей неуклонно подниматься вверх.

И теперь, этот силуэтный танец, могла станцевать только сама Мо Ци.

Свечи на земле были зажжены, но за ширмой все еще не было даже намека на чью-то тень. Все, кто надеялся на это, поднимали головы и оглядывались, прежде чем вздыхать и болтать между собой. Император нахмурился и обернулся, чтобы посмотреть на Сяо Лизи.

Сяо Лизи все понял, не сказав ни слова, принялся перелистывать буклет в своей руке, прежде чем приблизиться к Императору и ответить: «Ваше Величество, этот должен быть показ Мо Ци».

Император слушал, и его брови сошлись на переносице, с поджатыми губами он сказал с неудовольствием: «Пропустите его».

«Да». — Сяо Лизи принял приказ и уже собирался выкрикнуть его, когда за этой хлопковой ширмой из бисера наконец-то появилась фигура.

Только по силуэту они могли увидеть, что она была соблазнительной женщиной. Позиция женщины была довольно художественной, когда она сияла за ширмой.

Все расслабились и успокоились. Эта аранжировка была несколько новой и странной, и они не могли не заинтересоваться этим танцем.

Однако, что действительно разочаровало всех, так это то, что когда человек за этой хлопковой ширмой начал танцевать, всей его эстетики не было видно. Поза и движения танцора действительно не соответствовали ожиданиям людей.

Все, кто смотрел, начали качать головами.

Когда Фу Юйцзюнь увидел это, он не мог не найти это смешным. Этот человек пытался скрыть свои неуклюжие танцевальные навыки, сознательно используя хлопковую ширму в качестве прикрытия?

Лин Сяо увидел, что Фу Юйцзюнь уже плакал от смеха, и чувствовал себя довольным собой. Независимо от результатов сегодня, была разрушена не только репутация Мо Ци, она также подвела Императора. Ее будущая жизнь точно не будет хорошей.

Однако, если бы он мог напрямую избавиться от нее на этом банкете, это было бы лучшим результатом.

Лин Сяо очень на это надеялся. Тем не менее, он не знал, что у него есть помощник, так как именно тогда, когда он только пожелал этого, он услышал громкий крик Мо Ци из-за экрана, все окружение похолодело

После этого все увидели, как человек за хлопковой ширмой прыгает и бесконечно кричит. Вскоре после этого, человек за ширмой отодвинул ее и выбежал.

Поскольку она использовала слишком много силы, хлопковая ширма упала со звуком и даже опрокинуться окружающие ее свечи. Когда они немного прокатились, огонь распространился на ковер.

В одно мгновение стало шумно. Сяо Лизи, в свою очередь, попытался найти евнухов и служанок, которые были на банкете, что бы они потушили огонь, который еще не распространился.

Тем временем одежда Мо Ци была в огне, и она в настоящее время бегала вокруг с криком.

Увидев это, Лин Сяо был слегка удивлен, но сразу понял, что произошло. Танец, который она собиралась танцевать, полагался на тусклый свет свечей, чтобы создать силуэт. В результате свечи были повсюду, и танцевальные шаги нужно было делать очень осторожно. Мо Ци явно не понимала танцевальных шагов и поэтому подожгла себя.

«Спасите меня! Огонь, огонь!» — Мо Ци продолжала бежать к людям, думая, что они смогут ее спасти, но, поскольку она сейчас была переносчиком огнем, кто осмелится подойти к ней? Практически все старались избегать ее в меру своих способностей.

Даже Императорские Солдаты, которые ворвались и окружили Императора, его наложниц и иностранных посланников, ничего не делали с огнем. Скорее, они были настороже, так как она была в огне и бешено бегала.

В это время, не должен ли защитник цветов что-то делать?

Когда Лин Сяо подумал об этом, он оглядел толпу в поисках фигуры Лан Вэя, но не увидел его и был несколько удивлен.

В это время человек на расстоянии быстро бросился с ведром воды. После того, как он подошел ближе к Мо Ци, он вылил на нее воду, и огонь был потушен всплеском, намочив Мо Ци с головы до ног.

Лин Сяо увидел, что человеком, который вылил воду на Мо Ци, был Лан Вэй, и он успокоился, когда подумал: «Конечно, когда Мо Ци столкнется с проблемой, Лан Вэй будет наготове, чтобы спасти ее».

В настоящее время, Лан Вэй снимал верхнюю одежду и накидывал ее на Мо Ци. Мо Ци открыла глаза, полные слез, похоже, что она хотела что-то сказать ему, но Лан Вэй покачал головой.

Тем временем премьер-министр стиснул зубы и пошел вперед, чтобы вытащить Лан Вэя от туда, бросая на него злобный взгляд.

Мо Ци последовала за ним на два шага, но, увидев, что все смотрят на нее, робко откинула шею, оглядываясь вокруг.

Повернув голову, Фу Юйцзюнь увидел внешность Мо Ци, и был слегка удивлен. Человек перед его глазами был совершенно ошеломляющим. Хотя танцы этой женщины были не слишком хороши, ее внешность действительно была прекрасна. Тем не менее, у этой женщины, кажется, что-то происходит сейчас с этим мужчиной.

Фу Юйцзюнь смотрел на Лан Вэя.

Наконец, Мо Ци нашла в толпе того, кого искала — Лин Сяо, который находился рядом с Императором. Ее глаза расширились, и ее гнев вспыхнул, независимо от всего, что окружало ее, она указала пальцем на него и проклинала в ярости: «Лин Сяо! Ты неожиданно здесь! Ты мошенник, бесстыдный, подлый…»

«Закрой свой рот!» — сердито упрекнул Сяо Лизи, и Мо Ци испугалась.

Сяо Лизи выдохнул: «Увидев Императора, не становишься на колени. Ты даже смеешь указывать пальцем на кого-то, чтобы кричать и ссориться!»

Взгляд Мо Ци опустел, она обратился к мужчине, сидящему высоко троне, и быстро опустилась на колени: «Ваша дама не хотела…»

«Кто ты, чтобы осмелиться называть себя дамой, перед Императором?!» — Наложница Сянь, которая сидела впереди, услышала, как та себя называет, и шагнула вперед с раздражением. Только наложницы Императора могли использовать «ваша дама» для обозначения себя перед Императором.

Лин Сяо насмешливо рассмеялся и покачал головой за спиной Императора. Эта Мо Ци превзошла все его ожидания, и даже обратилась к себе неправильно…

Император, казалось, услышал насмешки Лин Сяо и повернул голову, чтобы взглянуть на него. Вздрогнув, он поспешно спрятал улыбку и послушно встал рядом с Императором.

Император отвел взгляд и осмотрел банкет. Повсюду были следы от огня, а чашки и тарелки упали, и разбились. Кроме того, везде были мокрые следы.

Его лицо похолодело, у него не было даже намека на терпение к Мо Ци. Проходя мимо своих Императорских охранников, он остановился перед Мо Ци. Увидев это, от ее искривленного лица, обиженного на наложницу Сянь, не осталось и следа, она поспешно симулировала стыдливость и бросила кокетливый взгляд на Императора. Император нахмурился и спросил: «Мо Ци, ты знаешь свои ошибки?»

Мо Ци нахмурилась и сказала: «Ваше Величество, это было не специально…»

Увидев, что глаза Мо Ци не чувствуют никакого угрызения совести, а только притворяются, Император почувствовал, что продолжать разговор с ней было пустой тратой времени, и сразу же ушел.

«Дворцовая женщина Мо Ци была во дворце несколько месяцев, но не понимает дворцовый этикет, Мы в печали. Сегодня она даже вызвала пожар и тревогу почетного гостя, что является дополнительным преступлением. Мы приказываем, чтобы ее отправили во дворец Холодного Нина, и надеемся, что она будет вести себя хорошо».

Дворец Холодных Нин был просто Холодным Дворцом… Император отправлял Мо Ци в Холодный Дворец… Даже если это так, но Император все еще не убивал Мо Ци?!

Лин Сяо нахмурился.

«Ваше Величество…» — Мо Ци все еще хотела что-то сказать, но Императору, похоже, надоело с ней возится, с поднятой рукой один из его Императорских телохранителей закрыл ей рот.

«Хм, хм…», — боролась Мо Ци.

Лан Вэй хотел подняться и умолять о снисхождении, когда увидел это, но его отец крепко держал его за руку.

«Отец!»

Глядя на глаза своего сына, которые умоляли его, премьер-министр отвернулся, обиженный, что его ожидания снова не оправдались, и сделал вид, что ничего не видел!

Пока он спорил с премьер-министром, Император отдал приказ: «Уведите ее».

Лан Вэй повернул голову и увидел, как хрупкое и красивое тело Мо Ци безжалостно тащит Имперская гвардия с мечами, он нахмурился от дискомфорта, как будто кто-то безжалостно разрезал его мечом.

Император подошел к тому месту, где находились премьер-министр и Лан Вэй, когда увидел, что Мо Ци уводят от сюда, он холодно посмотрел на них, прежде чем, наконец, сказать премьер-министру: «Премьер-министр, это та уникальная и непревзойденная красота, которую вы хотели предложить Нам? Мы думаем, что ваши глаза должны быть очищены».

Премьер-министр был поражен, он хотел немедленно встать на колени и попросить прощения, но Император уже повернулся и ушел.

Увидев это, Фу Юйцзюнь взял на себя инициативу посланника своей страны и шагнул вперёд: «Ваше Величество, мы несколько устали, поэтому уйдем первыми».

Император услышал его и сказал Фу Юйцзюню: «Сегодня Мы встревожили наших многочисленных посланников. Завтра Мы будем проводить еще один праздник. Пожалуйста, вернитесь и хорошо отдохните».

Иностранные посланники удалились, а Император обернулся, чтобы пройти мимо Лин Сяо, но на мгновение остановился и взглянул на него: «По этому поводу… Лучше подумайте о хорошем объяснении Нам».

Вздрогнув от удивления, Лин Сяо опустил голову.

Он не ожидал, что этот Император проявит такой энтузиазм, немедленно возложив этот вопрос на его голову.

Это потому, что слова Мо Ци были направлены на него?

Лин Сяо последовал за Императором, обдумывая, как ему следует объясняться с ним.

Императору нравилась правда, поэтому, если в этом не было необходимости, лучше не лгать.

Думая об этом, Лин Сяо придумал план.

***

Внутри дворца Нин Сюань.

Лин Сяо осторожно предложил Императору чай. Это был второй раз, когда Император был во дворце Нин Сюань, после последнего раза, когда он вспоминал о нем, Лин Сяо чувствовал себя несколько панически. Однако, когда он вспомнил, что Император был здесь, чтобы выслушать его объяснения, его сердце немного расслабилось.

Император протянул руку и равнодушно выпил чай: «Скажи, что сегодня произошло между тобой и Мо Ци?»

Лин Сяо не думал, что Император будет таким откровенным, и не мог не удивится. Сразу же он тихо сказал: «Это дело действительно было небрежностью этого слуги».

Сказав это, Лин Сяо взял себя в руки и спросил: «Ваше Величество, чтобы у этого вопроса было четкое объяснение, вам нужно лично кое-что увидеть… Не могли бы вы… Пожалуйста, подождать здесь этого слугу?»

Глаза маленького евнуха искренне умоляли его, выражение его лица было бескорыстным. Видя его таким, Император поверил в него еще до того, как услышал объяснение, и махнул рукой, соглашаясь на его просьбу.

Маленький евнух поклонился и, опустив голову, направился в свою комнату.

Вскоре после этого, изнутри донесся голос маленького евнуха: «Ваше Величество, вы можете войти?»

«……» — Император поднял бровь, этот маленький евнух действительно имел мужество! Чтобы кричать и звать его.

Хотя он так думал, Император поднялся и вошел с руками за спиной.

Вид перед ширмой из бисера был уникальным…

Небольшие лампы мягко покачивались на земле, и среди множества маленьких свечей этот человек стоял босиком и ожидал. Его тело было одето в черное шелковое платье, а его волосы были уложены под стиль женщины, его лицо было частично закрыто вуалью. Его осанка была также чрезвычайно очаровательна.

Увидев, что вошел Император, ноги Лин Сяо начали слегка двигаться, проворно проходя сквозь пламя свечей. Его тело и конечности начали плавно поворачиваться, что выглядело словно полет, его одежда трепетала. Это был очень дьявольский танец, так как его уверенность, грация поднялись очень высоко.

Император не мог отвести от него взгляд, он поднял ногу и перешагнул через свечи к человеку, который танцевал, его одежда попадала на огонь. Огонь свеч качался, некоторые погасли, другие продолжали гореть.

Император шел очень медленно, но он все же достиг Лин Сяо всего за несколько шагов. Лин Сяо также закончил свой танец, и встал на колени перед Императором, сняв вуаль.

«Ваше Величество».

Император протянул руку к Лин Сяо. Лин Сяо взглянул на него и вложил свою руку в его. Внезапно император потянул Лин Сяо на себя и тот попал в его объятия.

Лин Сяо издал короткий тревожный звук, его лицо было на крепкой груди Императора, он слегка напрягся, слушая приглушенный голос Императора: «Ты Нас соблазняешь?»

Император слегка погладил волосы Лин Сяо и схватил за талию, двигая пальцами.

Лин Сяо напрягся и протянул руку к руке Императора, он поспешно взял его за руку и сказал: «Ваше Величество, разве вы не чувствуете, что эта обстановка выглядит знакомо? Если бы я добавил хлопковую ширму…»

Император остановился, когда услышал его слова, он позволил Лин Сяо немного отстраниться от него, тот облегченно вздохнул.

Затем он услышал, как Император мягко сказал: «Договоренность с Мо Ци».

Лин Сяо кивнул в ответ на то, что он сказал, увидев, что Император не собирается отпускать его, он повернулся и встал на колени, чтобы попросить прощения, используя возможность беспрепятственно покинуть объятия Императора: «Простите меня, Ваше Величество, ваш слуга виноват. Этот слуга попросил хлопковую ширму и пламя свечей для Мо Ци».

Император поднял бровь от слов Лин Сяо, и тот склонил голову: «Два дня назад этот слуга получил эту одежду танцовщицы от Дворцовой женщины Мо Ци. Этот слуга когда-то был ее слугой, поэтому она знала, что я умею танцевать, и хотела использовать этого слугу, чтобы он занял ее место и продемонстрировать свое умение. В конце мы бы поменялись».

Лицо Императора стало холодным от этих слов, Мо Ци действительно была наглой!

«Этот слуга, естественно, не мог так поступить, чтобы обмануть Ваше Величество, но…»

Лин Сяо слегка поднял глаза, желая взглянуть на выражение лица Императора после того, как он заговорил. Но когда он это сделал, он обнаружил, что взгляд Императора был направлен на него. Теперь, когда он поднял глаза, его взгляд встретился со взглядом Императора. Сердце Лин Сяо подпрыгнуло, и он снова посмотрел вниз, не осмеливаясь снова взглянуть на него: «Но она когда-то была хозяином этого слуги, поэтому этот слуга был в растерянности от того, как отказать ей, и подумал о том, как это сделать».

«Ты притворился, что согласился с ней?» — Император посмотрел на Лин Сяо и продолжил с холодным выражением лица: «Почему ты говоришь Нам это только сейчас?»

Сжав губы, он ответил: «У этого слуги не было никаких конкретных доказательств, только одежда танцовщицы. Если Дворцовая женщина Мо Ци это отрицала бы, слова этого слуги превратились бы в пустые слова. Этот слуга думал, что, так как этот слуга следовал за Императором целый день, Дворцовая женщина Мо не оскорбит Ваше Величество, потому что соглашение на этот раз не было выполнено и, вероятно, остановит мысли, которые она не должна была иметь. У Вашего Величества каждый день много дел, поэтому этот слуга также не хотел, чтобы Ваше Величество было слишком уставшим. Если Дворцовая женщина Мо остановила бы свою идею, то Ваше Величество не беспокоилось бы».

Услышав это, Император задумался, выражение его лица было непонятным и непроницаемым, поэтому Лин Сяо поспешно попросил прощения: «Ваш слуга знает свое преступление. Ваш слуга не предполагал, что Дворцовая женщина Мо выйдет на сцену, несмотря на это, и также не предвидел, что она может вызвать пожар, и испортит банкет. Чего этот слуга не ожидал больше всего, так это того, что она увидит этого слугу и создаст ссору, несмотря на то, где мы находились, и дойдет до того что мы потеряем лицо перед иностранными посланниками».

Лин Сяо почувствовал себя обиженным, когда сказал это, он низко опустил голову не решаясь смотреть Императору в глаза.

Он действительно не предполагал, что Мо Ци подожжет себя и будет бегать вокруг, и он также не предвидел, что в конечном итоге она приведет к хаосу банкет.

Хотя ему понравилось видеть и слышать это.

«Почему Мы чувствуем, что несчастье Дворцовой женщины Мо делает тебя очень счастливым?» — неожиданно многозначительно сказал Император и посмотрел на Лин Сяо.

Он напрягся, в своих мыслях он был ошеломлен, но он не показывал ничего подобного на своем лице и быстро сказал: «Ваше Величество, не надо смеяться над этим слугой».

После его слов Император задумчиво посмотрел на Лин Сяо.

Лин Сяо ждал некоторое время, но Император ничего не делал. Холодный пот стекал с его лба, когда он думал о мыслях Императора и предостерегал ветра, говоря: «Ваше Величество, этот слуга виновен и бездарен, но он может танцевать с детства и надеется, что это может помочь нашей стране возвысить наше лицо на следующем банкете».

Император поднял бровь после его слов, и выражение его лица несколько смягчилось, когда он спросил: «Как ты хочешь провернуть это?»

Лин Сяо низко опустил голову и почтительно ответил: «Ваше Величество, поскольку эта Дворцовая женщина провалила танец силуэта, тогда этот слуга исполнит его, чтобы стереть плохую память, которую иностранные посланники имели о нем сегодня».

Подняв бровь, Император подумал о танце, который он только что увидел, и расслабился, признавая, что это «выполнимо».

Лин Сяо упал на землю: «Этот слуга хочет только поделиться своими заботами и трудностями с Вашим Величеством».

Улыбка на лице Императора, сделала его лицо нежным, когда он протянул руку, чтобы поднять Лин Сяо: «Если в следующий раз возникнет проблема, скажи Нам о ней, и Мы тебе поверим».

Сначала Лин Сяо был удивлен, но затем его сердце согрелось, и он тихо ответил: «Спасибо, Ваше Величество».

Пламя свечи мягко раскачивалось в комнате, под мерцающим пламенем и тьмой, нежное и красивое лицо маленького евнуха перед ним выглядело кокетливым. В его глазах, казалось, была рябь, и в сочетании с легкой улыбкой на лице он выглядел особенно привлекательно. Император не мог, не отдать ему приказ: «После того, как завтра вечером ты продемонстрируешь свои навыки, тебе не нужно выходить, чтобы поприветствовать Нас, достаточно просто уйти».

Этот приказ был несколько странным, но Лин Сяо мило согласился.

Император удовлетворенно сузил глаза, выражение его лица было очень нежным, и казалось, что его настроение было довольно хорошим. Он снова подошел ближе к Лин Сяо, чтобы обнять его. Держа руку на талии Лин Сяо и обнимая его, Император вышел с ним из комнаты, полной пламени свечей, и пошел с ним в спальню…

Большая ладонь Императора на его талии ощущалась странно, так как температура его ладони перешла на его тело и сразу распространилась по нему. Он чувствовал жар во всем теле, и когда палец Императора слегка пошевелился на талии, в этом месте возник зуд, заставляющий все его тело дрожать. Лин Сяо был расслаблен, его тело обмякло и наклонялось в объятия Императора. Увидев это, Император отвел его в постель, но увидев кровать, Лин Сяо ощутил, как на него словно внезапно обрушился поток холодной воды, в этот момент в его голове зазвучала тревога.

Он поспешно выпрямился, но Император уже положил его на кровать.

Лицо Императора приблизилось, заставив сердце Лин Сяо подпрыгнуть, его голова медленно откинулась назад. В ответ на это Император остановился и, нахмурившись, посмотрел на него.

«Ваше Величество, этот слуга… На самом деле… Этот слуга… Все еще… Все еще…»

Лин Сяо хотел найти оправдание, но он так нервничал, что начал заикаться.

«Не говори Нам, что собираешься сказать, что все еще не подготовился?» — взгляд Императора загорелся, когда он смотрел на Лин Сяо.

На лице Императора было недовольство, и в его голосе был намек на гнев, поэтому Лин Сяо не смел отвечать. Он мог только стиснуть зубы и молчать.

Несмотря на это, он не бросил свою борьбу, его мозг работал супер быстро, чтобы придумать какую-то причину. Наконец-то его глаза прояснились, когда он подумал об одной идее. Он протянул руку и слегка толкнул в грудь Императора, не давая ему приблизиться, и быстро сказал, прежде чем Император разозлится: «Ваше Величество, этот слуга действительно хочет служить Вашему Величеству, но сегодня неудобно для этого».

Император, кажется, целую вечность смотрел на Лин Сяо, ожидая объяснения.

Лин Сяо поджал губы и сказал: «Ваше Величество, этот слуга слышал, что после секса между мужчинами… Нижняя часть тела будет страдать, и на следующий день невозможно будет встать. Этот слуга, естественно, бесстрашен и не боится боли. Независимо от того, что ваш слуга хочет быть с Вашим Величеством, этот слуга все еще должен продемонстрировать навык в танце завтра вечером. Этот слуга боится совершить ошибку, и если она произойдет, этот слуга не сможет избежать наказания…»

Император безо всяких слов поднялся и прислонился к кровати.

Лин Сяо очень волновался, ожидая решения Императора, его нервы уже достигли их пика.

Император, наконец-то, сделал движение и развел руки в стороны, посмотрев на Лин Сяо он приказал: «Сними одежду».

?!

Лин Сяо был ошеломлен, Император все же решил…

Он впал в панику, вспоминая о своем младшем брате в паху. Его глаза лихорадочно двигались, но он не смел отказаться и не сделать делать то, что ему приказали, он мог лишь протянуть руки, дрожа, и очень медленно снимая одежду Императора. Его мозг работал, пытаясь найти какое-то другое оправдание — он должен был скрыть это!

Увидев, что лицо маленького евнуха так взволновано, Император не мог, не подумать, что это было несколько смешно, и в результате его капризность прояснилась. Протянув руку, он поднял подбородок маленького евнуха и наклонился над ним, говоря: «Расслабься, Мы будем только спать сегодня вечером. Мы не будем прикасаться к тебе».

Лин Сяо был поражен своей глупостью, но его сердце расслабилось. Император всегда имел в виду то, что говорил. Поскольку он сказал, что не прикоснется к нему, Лин Сяо сможет расслабиться.

Разделяя постель с Императором, Лин Сяо очень нервничал, и его тело было очень напряженным. Поскольку они разделили одни и те же покрывала, Лин Сяо также сжал ноги на случай, если он допустит утечку информации, пока спит.

По сравнению с ним Император был очень расслаблен. Он даже повернулся, подперев голову и оценивая Лин Сяо.

Лин Сяо глухо рассмеялся, не смея взглянуть в лицо Императора: «Ваше Величество, уже так поздно. Вы… Вы не будете спать?»

Услышав это, Император повернулся назад, но протянул руки и обнял Лин Сяо. Вздрогнув, Лин Сяо сжал ноги, испуганный, так что не смел дышать. Император, несмотря на это, рассмеялся и мягко похлопал Лин Сяо по спине: «Тебе не нужно так нервничать, Мы говорим, что не будем прикасаться к тебе, значит, не будем».

Лин Сяо неловко рассмеялся и медленно расслабил свой разум, послушно гнездясь в объятиях Императора.

Император мягко погладил Лин Сяо по спине, чтобы успокоить его, как только он увидел, что тот расслабился, его глаза постепенно закрылись: «Хорошо, давай спать».

Император быстро уснул, но Лин Сяо не мог спать вообще.

Только очень рано утром, он смог заснул.

Утром Лин Сяо медленно открыл глаза, услышав пение птиц и насекомых.

Он оглянулся и обнаружил, что небо было ярким, и что другая сторона кровати была пуста. Проведя рукой, он не почувствовал от нее тепла.

Он неожиданно вздрогнул от удивления и поднял одеяло, чтобы проверить свои штаны. Увидев, что все в порядке, Лин Сяо наконец-то расслабился.

Он сделал горькое выражение лица, испугавшись, как будто это действительно было большим испытанием для его сердца.

«Стюард, вы не спите?» — Из-за двери послышался голос.

Лин Сяо немного выглянул и увидел, что это был Сяо Лизи. Прочистив горло, он сказал: «Я проснулся, входи».

Сяо Лизи полусогнутый вошел с улыбающимся лицом. Лин Сяо взглянул на него, спрашивая из любопытства: «Что заставило тебя быть таким счастливым?»

«Ничего. Этот слуга просто счастлив, что вы и Император наконец-то нашли друг друга совместимыми».

Лин Сяо нахмурился, что за «нашли друг друга совместимыми».

Сяо Лизи продолжил: «Стюард, Император уже ходил в суд, но хотел, чтобы этот слуга передал это вам».

Лин Сяо только сейчас увидел, что в руках Сяо Лизи был поднос. На подносе была книга и маленькая коробочка.

Лин Сяо в сомнении моргнул. Сначала он взял коробку и открыл ее, чтобы посмотреть что в ней, внутри было какое-то желатиновое бесцветное вещество, оно имело слабый сладкий запах, и было чем-то вроде мази. Лин Сяо не понял, что это, и отложил в сторону. Затем он взял книгу и случайно пролистал ее…

Внутри неожиданно были всевозможные интимные позы между мужчинами!

Лин Сяо яростно закрыл книгу! На его лице было полно черных линий.

Сяо Лизи рядом улыбался по неизвестной причине и Лин Сяо с отвращением посмотрел на него, отгоняя: «Хорошо, хорошо, я получил это, так что ты можешь идти».

«Да». — Сяо Лизи отступил.

Он нахмурился и держался за свои щеки, глядя на эти две разные вещи. Он чувствовал, как будто его глаза укололи иглами, держа эти две вещи, он как будто держал горячую картошку.

Продержав их полдня на ладони, Лин Сяо положил эти две вещи в самое дальнее место своего стола. Чувствуя, что этого недостаточно, он пошел в другую комнату и положил их на книжную полку. Чувствуя, что и это недостаточно, он вынул их и положил в шкаф.

Император не только считал его своим Королем-Супругом, у него даже были идеи по отношению к нему, поскольку он зашел так далеко, что отправил ему нечто подобное в качестве образца.

Дарует Дворец, дарует слуг, дарует сокровища!

Хотя он всегда говорил, что он был евнухом-управляющим, на самом деле, обязанности евнуха-стюарда выполнял Сяо Лизи. Этот Сяо Лизи прежде, приходил к нему и сообщал обо всем, что происходит, но с тех пор, как Император показал, что он имеет к нему интерес, Сяо Лизи больше не приходил сообщать ему ничего.

Лин Сяо чувствовал себя мрачно, он знал, что Сяо Лизи был умным. Видя, что Император намеревался сделать его Королем-Супругом, он больше не позволял ему выполнять свои обязанности Стюарда и также не осмеливался приходить к нему с докладом.

У него самого тоже не было другого выбора по этому вопросу.

Однако Мо Ци упала на этот раз, поэтому неважно, был ли он Стюардом или нет.

***

Ночью был еще один банкет.

Банкет был ярко освещен винными чашами, звенящими и оставляющими тени на свету.

Император сидел на вверху в своей девяти когтистой драконьей мантии, и также присутствовали три наложницы. За ними был евнух, по одному с каждой стороны.

Тем временем Лин Сяо стоял рядом с Императором.

Иностранные посланники под началом Фу Юйцзюня сидели слева от Императора, а премьер-министр взял на себя инициативу и сел справа.

Лин Сяо спокойно осмотрел место пиршества и банкет. На этот раз премьер-министр не привел Лан Вэя.

Редкие красивые вещи, хорошее вино и вкусная еда были накрыты за праздничным столом, и премьер-министр принес несколько красот.

Они были для принца соседней страны.

Премьер-министр знал, что вчера он сделал Императора несчастным, и сегодня вечером он был особенно активен, неоднократно выпивая за соседского принца.

Кроме того, он продолжал знакомить Фу Юйцзюнь с каждой женщиной, проявившей свое мастерство. В глубине души Фу Юйцзюнь знал, что Страна Му хочет, чтобы он женился на ком-то из своей страны, и что эти женщины должны были выбрать его.

Однако Фу Юйцзюнь выпил глоток вина и улыбнулся. Если Императору Страны Му не нравятся красавицы из его страны, разве он не будет слишком неуважительно относиться к своей стране, если так быстро выберет девушку из Страны Му?

Думая так, Фу Юйцзюнь тоже не спешил и медленно наслаждался пением и танцами, выпивая вино, предложенное премьер-министром.

Внезапно лампы в зоне банкета погасли, и там можно было увидеть хлопковую ширму из бисера. Тень и свет мерцали на экране, а свечи стояли по земле. Сложная планировка свечи простиралась до конца хлопкового экрана.

Еще раз, посмотрев на ширму, и там появилась фигура.

Положение, в котором стояла фигура, было довольно соблазнительным, показывая тонкую талию, скрытую за ней.

Не только это, но и Лин Сяо который стоял возле Императора исчез без следа.

Все вздохнули, разве это не тот фарс, который та женщина из дворца Мо показывала прошлой ночью? Почему это происходит здесь снова сегодня? Кто-то пришел сюда, чтобы снова вызвать проблемы? Все шептались между собой.

Фу Юйцзюнь сморщил брови, ему было неясно, что стоит за действиями Императора Страны Му. Этот фарс уже сделал их посмешищем перед другой страной, почему они пытались сделать это во второй раз?

Он не мог не посмотреть вверх на молодого Императора Страны Му, но то, что он видел, было нежным взглядом и серьезным выражением лица. Он немигающее смотрел на фигуру за ширмой, и неожиданно улыбнулся. Он… улыбался? Фу Юйцзюнь поднял бровь, этот Император Страны Му был тем, кто даже не взглянул на красавиц из его страны, так что же хорошего в этом танце силуэта?

Если это будет так же, как прошлой ночью, то у Императора Страны Му действительно был уникальный вкус!

Фу Юйцзюнь слегка улыбнулся и покачал головой, но часть его сознания все еще задерживалась на фигуре позади этой ширмы.

Глава 29 - Соблазнительный танец

С окончанием дня Дворец был ярко освещен разукрашенными фонарями. Во дворце, заполненном гостями, атмосфера была очень сконцентрированной. Она должна была быть веселой, но сейчас было особенно тихо.

Все внимание было привлечено к одному месту.

Это место представляло собой трехстороннюю хлопковую ширму из бисера. Ширма была изолирована, все три стороны показывали силуэт.

Силуэт был очарователен, так как нежный свет отражал его, неожиданно соответствуя движениям танцора.

Движения танцовщицы были изящны, свет проецировался на ширму как часть хлопкового экрана. Танцор затрепетал, и фигура на экране, казалось, подпрыгнула. Это было ярко и живо.

Фу Юйцзюнь просто обратил внимание на хлопковую ширму Императора Страны Му, но, увидев эту страстную сцену, его внимание было полностью поглощено представлением.

Тот, кто так танцевал… Он действительно был заинтересован в этом несравненном таланте.

Он представлял, что у этого человека была исключительная внешность, впечатляющая фигура и приятный, мягкий голос с покорным и умным характером.

Думая об этом, Фу Юйцзюнь был полон надежд на человека за хлопковой ширмой.

Силуэт иногда был грациозным, как бессмертная красавица, а иногда очаровательным и обаятельным.

Человек за ширмой время от времени переворачивал рукава, вызывая рябь, а в другое время, раскачивая талию, появлялся красивый и кокетливый образ.

Под светом и тенью они не могли сказать, была ли танцовщица более грациозной или соблазнительной, они также не могли представить, насколько прекрасен человек за этой завесой или насколько он похож на бессмертных.

Глаза Фу Юйцзюня вспыхнули, он внезапно понял, почему Император не смотрел так благосклонно на своих трех красавиц.

У него уже есть женщина непревзойденной красоты, любой может сказать, кто из них лучше.

Думая об этом, Фу Юйцзюнь увидел, как фигура за ширмой сделала последний маневр, а затем опустилась на колени на землю, выглядя послушной и умной.

Танец уже закончился.

Тогда этот человек теперь должен выйти из-за ширмы!

Смотря на нее, Фу Юйцзинь не мог не встать, он нетерпеливо хотел увидеть, что за красота покинет ширму, и жаждал немедленно засвидетельствовать несравненное очарование человека.

Однако красавица сразу покинула банкет после ее приветствия.

То, что осталось у Фу Юйцзюнь, было просто мечтой о ней.

«Это…» — Фу Юйцзюнь был полон сомнений, согласно обычной практике Страны Му, после того, как женщина продемонстрировала свое мастерство, она должна была выйти и отдать свое почтение Императору перед уходом. Так почему же эта красота сразу ушла?

Разве это было почтительно к Императору? Мог ли так все оставить Император Страны Му?

Фу Юйцзюнь не мог не посмотреть на сидящего Императора, только чтобы увидеть его выражение лица. Его лицо было нежным, удовлетворение сияло в его глазах, не было никакого презрения или гнева.

Глаза Фу Юйцзюня вспыхнули, слабое понимание было в его сердце. Похоже, что уход этой красоты был одобрен Императором или ее предупредили. Император Страны Му не хотел, чтобы эта женщина бесподобной красоты выходила на публику, и хотел спрятать и поддержать ее сам…

В глазах Фу Юйцзюня было сожаление, когда он подумал об этом.

Возможно из-за того, что взгляд Фу Юйцзюня был слишком настойчивым, Император повернул голову, чтобы посмотреть на него, их взгляды встретились. Император был недоволен грубостью Фу Юйцзюня и посмотрел на премьер-министра, намекая на это. Премьер-министр все понял и подошел к Фу Юйцзюню с вином в руках.

«Ваше Высочество, что вы думаете о танце силуэта нашей страны? Это должно было быть продемонстрировано Вашему Высочеству, чтобы избавить вас от усталости путешествий, и все же это было разрушено той грубой и импульсивной женщиной. Сегодня мы, наконец, смогли показать полную версию танца перед Вашим Высочеством».

Фу Юйцзюнь услышал его и пришел в себя, контролируя свой взгляд. Похоже, что сегодняшний танец был тем, который должен был быть показан вчера и этот танец был очень успешным. Фу Юйцзюнь не скупился на его похвалу, улыбаясь и отвечая: «Пение и танцы в Стране Му действительно прекрасны!»

Но по сравнению с пением и танцами, он хотел знать, что за фигура была за той хлопковой ширмой, какова ее настоящая личность…

Фу Юйцзюнь задумчиво вертел чашку с вином в руке, затем поднял ее и выпил одним глотком. Идея уже сформировалась в его голове.

***

Внутри дворца Нин Сюань.

Лин Сяо снял танцевальную одежду и вернулся к своей одежде евнуха, затем покинул дворец Нин Сюань. Хоть Император и сказал ему, что не нужно возвращаться после показа, Лин Сяо чувствовал, что если он будет ждать его во Дворце, то после банкета его наверняка ожидает прибытие Императора.

А прибытие Императора было тем, на что он меньше всего надеялся.

Интерес Императора к нему был сейчас слишком сильным.

Он должен был найти способ несколько ослабить интерес Императора к нему.

Лин Сяо вздохнул, его разум был полон беспокойств.

Внезапно фигура, одетая в синее, возникла перед его глазами, он испуганно подпрыгнул, но когда Лин Сяо огляделся, то не увидел ни тени от нее.

Лин Сяо моргнул. Он думал, что его зрение на мгновение размылось, но когда он подумал об этом, это было подозрительно.

Дворец всегда строго охранялся, так как могла появиться фигура, одета в синее?

Возможно, это убийца? Глаза Лин Сяо вспыхнули, и он подумал о направлении движения тени.

Это привело к…

Лин Сяо наклонил голову, чтобы взглянуть — это был Дворец Холодного Нина!

Лин Сяо внезапно все осознал, в его голове промелькнул один человек, которому нравилось носить синие. Его боевые искусства были также превосходны, чтобы он мог беспрепятственно приходить и уходить во дворец. Теперь, когда Лин Сяо знал кто это, он усмехнулся и пошел во дворец Холодного Нина.

Он собирался сказать, что теперь, когда Мо Ци встретила несчастье, этот защитник цветов ничего не сможет сделать!

Холодный Дворец Нин находился в самой глуши Императорского дворца, он был темный и мрачный.

Когда Лин Сяо поспешил туда, он увидел только потертые фонари у двух дверей дверного прохода во Дворец Холодного Нина. Свет свечи слабо мерцал, в то время как доски, на которых были нарисованы крупные золотые слова, уже отслаивались, они выглядели мрачными и одинокими.

Холодный ветер дул со всех сторон, а звуки жуков донеслись с ночным ветром. Это заставляло людей дрожать от страха.

Лин Сяо проглотил слюну и заглянул внутрь, чтобы немного осмотреться. Спокойствие и тьма выглядели так, как будто бы там кто-то был.

Он собрал свое мужество и вошел, шатаясь в темноте.

Во дворце был только один свет, и слабые голоса были эхом слышны в этом месте. Лин Сяо медленно приблизился.

«Брат Лан Вэй, почему ты не помог мне вчера?» — Когда он подошел, он услышал рыдающий голос Мо Ци.

Лин Сяо с отвращением скривил губы и заглянул в окно.

Лан Вэй использовал свою одежду, чтобы нежно вытереть слезы Мо Ци, с точки зрения Лин Сяо лицо Мо Ци выглядело очень изможденным.

«Лан Вэй был бессилен». — Лан Вэй обвинял ее.

Мо Ци зарыдала еще сильнее, услышав это: «Так ты просто позволишь мне быть здесь? Здесь нечего есть, негде жить. Здесь нет людей, а ночью так темно, что даже маленький фонарь может быть не всегда найден».

Когда Мо Ци жаловалась, Лан Вэй чувствовал, как его сердце болело, и уложил ее голову на своем плече, эмоционально заговорил: «Оставь все это, Ци Ци. Я выведу тебя из Императорского дворца, ты сможешь изменить свою личность. Мы можем жить другой жизнью. Хотя я не Император и не могу дать тебе то, что ты хочешь, по крайней мере, я могу обеспечить тебя едой и теплом. Ты бы не получала такого рода горечи».

Взгляд Мо Ци быстро переместился, услышав это, и ее плач прекратился, когда она слегка оттолкнула его, и попыталась, ещё раз, сильнее, оттолкнуть обеими руками, отказалась: «Я не хочу, я… Мне нравится Император».

«Он нравится тебе? Какая его часть тебе нравится? Ты видела его только дважды». — В ревности сказал Лан Вэй.

Мо Ци ответила: «Он умный и сильный, высокий и красивый. Одним взмахом руки сотни людей станут на колени. Как только он разозлится, тот, кого он захочет убить, будет мертвыми! Пока он мне нравится, я могу получить все самое лучшее в мире…»

Лан Вэй ошарашено посмотрел на Мо Ци: «Это… Это не любовь».

Он пробормотал это, но Мо Ци не услышала его, она погрузилась в свое воображение.

Казалось, она думала о какой-то красивой жизни и подняла голову с улыбкой, но, вспомнив свое нынешнее положение, она снова впала в депрессию. Она что-нибудь сделает, она не останется здесь несмотря ни на что.

Рассудительный взгляд Мо Ци остановился на Лан Вэе, когда она подумала об этом, с игрой на лице она мягко наклонилась в объятиях Лан Вэя.

Лан Вэй был поражен, его сердце было тронуто, поскольку он был поражен ее благосклонностью. Он не мог помочь, но с любовью спросил ее: «Ци Ци, что ты…»

«Брат Лан Вэй, помоги мне. Помоги мне уйти отсюда. Помоги получить снисхождение. Пусть Император отпустит меня, скажи премьер-министру, попроси премьер-министра о моем снисхождении. Пока Император может дать мне возможность увидеться с ним, я определенно смогу заставить Императора влюбиться в меня».

Когда он услышал это, Лан Вэй почувствовал, что его сердце стало горьким и полным сожалений. Через некоторое время он вздохнул и услышал, как Мо Ци использует кокетливый тон: «Брат Лан Вэй, пообещай мне? Обещай мне, хорошо?»

Сказав это, Мо Ци снова начала рыдать и сердце Лан Вэя в конце концов смягчилось: «Хорошо, я обещаю тебе. Я обязательно вытащу тебя отсюда».

Мо Ци гордо улыбнулся в его объятиях, когда услышала его слова, сразу же подчеркнув: «Тогда, брат Лан Вэй, помоги мне попросить о снисхождении завтра. Я не хочу оставаться даже четверть дня в этом дурацком месте».

Сказав это, Мо Ци огляделась вокруг и нахмурилась в неприязни: «Нет, я не могу оставаться здесь даже пол четверти. Брат Лан Вэй, иди прямо сейчас, иди прямо сейчас и проси о снисхождении. Попроси Императора выпустить меня!»

Мо Ци вышла из объятий Лан Вэя и толкнула его. Лан Вэй был неподвижен. Он посмотрел на нее с любовью: «Ци Ци, послушай меня, этот вопрос не так прост, как ты думаешь. Забудем обо мне, даже мой отец из-за тебя оказался в трудном положении. Если бы мы упомянули тебя перед Императором сейчас, я боюсь, что мы не только не поможем тебе, но только усложним этот вопрос».

Мо Ци безучастно смотрела в пространство, затем сразу нахмурилась, глядя на Лан Вэя: «Что ты имеешь в виду?! Ты говоришь, что премьер-министр не причастен? Ты имеешь в виду, что больше не хочешь мне помогать?!»

«Это не так, я имею в виду, что сейчас неподходящее время, тебе нужно терпеливо ждать хорошей возможности», — объяснил Лан Вэй.

Но Мо Ци не могла это принять. Когда она думала о том, как долго ей еще нужно оставаться в этом заброшенном богом месте, это было похоже на то, что десять миллионов муравьев грызут ее сердце. Это было просто невыносимо. Она внезапно оттолкнула Лан Вэя изо всех сил: «Ты просто не хочешь иметь дело со мной! Пока у тебя в сердце есть премьер-министр, меня там нет! Ты должен делать только то, что говорит премьер-министр? Почему ты его слушаешь? Разве он уже не старик, который на полпути в гроб?!»

Как только она осознала, что сказала что-то, чего ей не следовало, Мо Ци поспешила закрыть рот, но Лан Вэй уже все это слышал и мог лишь удивленно смотреть на нее. Он не мог поверить в то, что она сказала, когда спросил: «Что ты такое говоришь? Ци Ци, он мой отец».

Мо Ци замолчала, немного сжав зубы, прежде чем, наконец, сдаться: «Извини, брат Лан Вэй. Я просто волнуюсь, я уважаю твоего отца, я…»

Лан Вэй сдерживал себя, в его глазах было горе: «Ци Ци, с тех пор, как ты вошла во Дворец, ты изменилась…»

«Я не изменилась, брат Лан Вэй, я просто волнуюсь…» — поспешно объяснила Мо Ци.

Лан Вэй покачал головой, он протянул руку и погладил волосы Мо Ци, уныло говоря: «Ци Ци, я спасу тебя. Даже если я лишусь своей жизни, я спасу тебя, но тебе действительно нужно подождать немного и успокоиться. Не позволяй себе сойти с ума, тебе нужно хорошо отдохнуть. Я пойду первым».

«Я…» — Мо Ци хотела сказать что-то еще, но Лан Вэй уже вылез из окна.

Лин Сяо смотрел на раздраженную Мо Ци, которая топала ногой в комнате, немного подумал и повернулся, чтобы последовать за Лан Вэем.

Спустя нескольких шагов, фигура впереди него внезапно исчезла. Лин Сяо с удивлением посмотрел вперед, но холодный меч внезапно пронзил ветер и приземлился на его шею.

«Лин Сяо! Мы враги на узкой дороге (1)!»

(1) Они неизбежно столкнутся.

Глава 30 - Создание другого плана

Тело Лин Сяо стало напряженным, когда меч возле его шеи начал излучать кровожадный холод. Лин Сяо знал, что этот меч очень острый. Одним легким ударом он мог разрезать его кожу и вены, оставив его умирать прямо здесь.

Он не мог помочь исчезнуть своему страху в сердце, и поэтому был несколько взволнован.

Однако Лин Сяо ясно дал себе понять, что для того, чтобы поговорить с Лан Вэем, ему необходимо преодолеть этот страх. Он проглотил слюну и глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. Он знал, что Лан Вэй все еще не смел причинять ему вред. С его нынешним положением в глазах Императора, он не смел ничего ему сделать.

Размышляя об этом, сердце Лин Сяо немного успокоилось.

«Что, так страшно, что ты не смеешь даже двинутся?» — Увидев, что спина Лин Сяо замерла, Лан Вэй насмехался и высмеивал его.

Лин Сяо услышал это и обернулся, но выражение его лица уже отпустило смятение и страх, возвращаясь к спокойствию.

«Молодой мастер Лан Вэй». — Он безмятежно назвал его.

Лан Вэй был удивлен его спокойствием и нахмурился.

«Ты совсем не выглядишь встревоженным» — Он поднял меч в руке и указал им на него.

Лин Сяо слегка улыбнулся его словам, его лицо не изменило цвет, когда он сказал: «Молодой мастер Лан Вэй хорошо разбирается в боевых искусствах и я, в конце концов, почувствую себя так, тогда почему же мне все еще надо бояться?»

«Поскольку ты знаешь, что этот молодой мастер хорошо разбирается в боевых искусствах, то почему ты последовал за ним?» — усмехнулся Лан Вэй.

Лин Сяо опустил голову, играл со своей ладонью и выглядел задумчивым.

Мо Ци уже отправили в Холодный Дворец, и вероятность того, что она сможет освободиться, была крайне мала. Однако, если бы Лан Вэй помог, то вероятность ее освобождения сильно возросла бы. Любой ценой, но он не мог позволить этому произойти.

С этими мыслями Лин Сяо сказал: «Я пришел, чтобы дать молодому мастеру Лан Вэю напоминание».

Лан Вэй с сомнением нахмурился, сжал губы и спросил: «Что?»

Лин Сяо поднял голову и улыбнулся: «Не позволяйте Мо Ци использовать вас».

Лан Вэй, используемый Мо Ци, был тем, о чем когда-то любил слушать Лин Сяо. Однако в этот раз все было иначе. Лан Вэй может сделать что-то, что может помочь Мо Ци покинуть Холодный Дворец. Лин Сяо уже сделал так много, чтобы наконец-то проучить Мо Ци, так как он мог позволить кому-то выпустить ее?

Лан Вэй опасно прищурился от его слов. Он перевернул свой меч и прижал его к артерии Лин Сяо: «Почему ты пытаешься вбить клин между этим молодым мастером и чувствами Ци Ци?»

«Клин? Молодой мастер Лан Вэй должен быть хорошо осведомлен о ситуации». — Лин Сяо почувствовал угрозу, что крылась за этим мечом и отошел на шаг, чтобы немного отойти от меча.

Лан Вэй услышал его вопрос и с разочарованием вспомнил все, что сделала Мо Ци с тех пор, как она вошла во Дворец. Его сердце было разбито, он пришел в ярость от унижения. Он поднял меч и направился к Лин Сяо.

Лин Сяо уклонялся от всех его ударов как мог и жестко спросил: «Лан Вэй, вы не настолько глупы, верно? Пробираться в Императорский Дворец ночью — это большое преступление, вы даже осмеливаетесь ранить того, кто находится рядом с Императором и получает от него покровительство? Вас не волнует судьба семьи премьер-министра?!»

Эти слова были эффективны, Лан Вэй прекратил свои действия, и Лин Сяо молча вздохнул с облегчением. Он действительно боялся, что Лан Вэй будет импульсивным и что он потеряет свою жизнь.

У Лан Вэя перехватило дыхание. Поскольку он был зол, его лицо было красным, он посмотрел на Лин Сяо. неосознанно его взгляд скользнул по нижней части тела Лин Сяо, его глаза расширились. Казалось, он что-то придумал и мгновенно подобрался. У него была хорошая идея, как справиться с Лин Сяо.

Его цвет лица медленно возвращался к нормальному, он уставился на Лин Сяо со злыми намерениями, в голове Лин Сяо прозвучала тревога.

Затем он услышал, как Лан Вэй сказал: «Лин Сяо, теперь ты любимец на стороне Императора. Император симпатизирует тебе совсем недавно и уже хочет, чтобы ты возносился как мужская наложница. Все это хорошо, однако… Получив любовь Императора, тебе придется рано или поздно показать Императору свое тело. Но, с твоим секретом, как ты можешь позаботиться об Императоре? Ты всегда был евнухом перед ним».

С этими словами Лан Вэй поднял свой меч и нацелился на нижнюю часть тела Лин Сяо. Улыбка Лин Сяо была вялой, он слегка стиснул свои ноги.

Видя это небольшое движение, Лан Вэй мрачно улыбнулся. Эта улыбка заставила онеметь кожу головы Лин Сяо.

Лан Вэй сказал: «Ты уверен, что Поместье Премьер-министра не расскажет твой секрет Императору, потому что Поместье Премьер-министра связано с твоим входом во дворец. Если Дом Премьер-министра раскроет твою тайну, тогда будет трудно избежать подозрений Императора. Если бы Император действительно заподозрил Дом Премьер-министра, было бы трудно избежать наказания за преступление».

Сказав это, Лан Вэй холодно взглянул на Лин Сяо. Лин Сяо был умным человеком, потому что он был уверен в себе, зная, что у него есть поддержка.

«Поэтому, семья премьер-министра может до смерти отрицать, что ты не имеешь к нам никакого отношения. Таким образом, мы можем подождать, пока твой секрет не будет раскрыт, и тогда у тебя больше не будет доверия Императора, и к этому моменту люди, которые знают эту историю, исчезнут. Таким образом, Поместье Премьер-министра безопасно минет все это. Однако кроме этого есть еще одна хорошая идея».

Услышав об этом, у Лин Сяо появилось плохое предчувствие.

Лан Вэй внезапно поднял меч и с радостью остановил его на промежности Лин Сяо, между ним и жизненным корнем Лин Сяо был только клочок мягкой ткани.

Лин Сяо напрягся, эти слова и этот меч были самой большой угрозой для него, он отступил на несколько шагов, его сердце было испуганным.

Лан Вэй поднял меч и шаг за шагом приближался к Лин Сяо: «Превратить тебя в настоящего евнуха было бы более безопасно… Ты должен поблагодарить этого молодого мастера. Пока ты превращаешься в настоящего евнуха, тебе больше не нужно будет беспокоиться о том, что твой секрет будет раскрыт».

Лан Вэй весело улыбнулся. Это было оно! Ведь Лин Сяо не имел никакой защиты Императора в этом вопросе. Он не только не имеет защиты Императора, но не может сообщить об этом Императору. Другими словами, даже если Лин Сяо будет кастрирован прямо сейчас, он вообще не сможет сказать об этом Императору.

Лин Сяо стиснул зубы, выражение его лица стало ужасным. Этот Лан Вэй стал умнее.

Лан Вэй почувствовал себя очень освеженным, увидев изменение лица Лин Сяо. После того, как он много раз терпел поражения от Лин Сяо, он, наконец, заставил этого слугу попасть в его руки.

Он последовал за Лин Сяо в хорошем настроении. Лин Сяо отступил, он шаг за шагом шел к нему, медленно глядя на Лин Сяо со спокойным выражением лица. Вспоминая боль, которую Мо Ци получила в этом месте, его сердце сильно освежилось, и он не мог не улыбнуться.

Лин Сяо стиснул зубы, он не ожидал, что все так изменится.

Когда этот Лан Вэй столкнулся с Мо Ци, у него просто не было мозгов. Как будто его мозг был настроен на Мо Ци, и не мог ничего слышать кроме слов Мо Ци.

Обращаясь с ним, он внезапно стал умнее.

Лин Сяо поджал губы. Он хотел, чтобы Лан Вэй отказался от Мо Ци, но потерпел неудачу и даже подверг себя опасности. Лин Сяо продолжает отступать, его ум работает быстро, намереваясь вырваться из этой ситуации.

Он внезапно наступил на что-то теплое, Лин Сяо подпрыгнул, глядя вниз.

В то же время Лан Вэй, который стоял перед ним, внезапно вытянул вперед меч. Лин Сяо поспешно избежал опасности, которая также отделила его от тёплого предмета.

После его единственного движения Лан Вэй остановился перед объектом и хитро прикрыл его от прямой видимости.

Но Лин Сяо уже ясно видел, что стояло за Лан Вэем, это были два имперских солдата, которые потеряли сознание.

Он был ошеломлен, этот Дворец Холодного Нина — это Холодный Дворец был внутри и никто туда не входил. Люди в нем были по большей части людьми, которые потеряли свою благосклонность и не могли освободиться, поэтому во дворце были охранники. Итак, эти два человека были…

Думая об этом, Лин Сяо вздрогнул и быстро перевел взгляд. С одной стороны, он был настороже напротив Лан Вэя, а с другой стороны… Лин Сяо огляделся вокруг.

За Холодным дворцом была высокая стена, идти было некуда. Впереди был боковой Дворцовый зал Императорского Дворца, это была маленькая дорога. Те, кто вошел или покинул Холодный дворец, должны пройти через эту маленькую дорогу. Лин Сяо вспомнил, что хотя Холодный дворец был без прислуги и охраны, эта небольшая дорога была должным образом патрулирована охранниками, но он не видел даже их тени, когда входил.

Таким образом, это были Имперские солдаты, которых Лан Вэй сбил с ног?

Имперские солдаты совершали круговые обходы, патрулируя район каждый квартал. С тех пор, как они вошли в Холодный дворец, и на данный момент… Лин Сяо, по самым скромным подсчетам — а он посчитал — прошла почти четверть.

Думая об этом, глаза Лин Сяо становятся ярче, в его голове начал созревать план.

Даже если Мо Ци была заперта в Холодном дворце, она все равно не знала своего места. Кроме того, ей даже помогал Лан Вэй, так что, пока она не умерла, ему будет не по себе. Ему нужно остаться во Дворце, чтобы дождаться, когда Мо Ци будет действительно мертва, прежде чем он сможет уйти. Однако Император был очень заинтересован в нем прямо сейчас, поэтому его личность не может быть раскрыта. Это заставило его связать руки и не иметь возможности что-либо делать…

Однако прямо сейчас Лин Сяо придумал способ. Тот, который убил бы двух зайцев одним выстрелом…

Лин Сяо улыбнулся, размышляя, что вызвало подозрения у Лан Вэя. Направив на него меч, он спросил: «Чему ты улыбаешься?»

Лин Сяо изменил свое положение, маневрируя на небольшой дороге, и позволил своей спине повернуться к Лан Вэю, а лицом к боковой стене дворца, у него был способ бежать.

Видя, что Лин Сяо не отвечает, Лан Вэй почувствовал себя угрюмо и неоднократно давил вперед.

Лин Сяо обернулся, чтобы увидеть слабое пламя на расстоянии. Зная, что счастливое время, наконец-то, наступило, он сказал: «Тогда, Лан Вэй, я хочу сказать вам еще одну вещь».

Лан Вэй нахмурился, его глаза сузились, он с подозрением относился к «последним» словам Лин Сяо.

Лин Сяо сказал: «Всегда заботьтесь о своей нижней части тела, если вы действительно осмелитесь кастрировать меня, Лин Сяо, тогда вам лучше подготовиться к тому, что я отрежу вашу собственную часть».

«Ты…» — Лан Вэй был очень рассержен и поднял меч, направляясь прямо к Лин Сяо.

Лин Сяо не увернулся, позволив мечу пронзить его плечо.

Со звуком меч вошел в его плоть. Лан Вэй был ошеломлен, он лишь медленно толкнул его, это была скорость, которой Лин Сяо мог избежать.

В конце концов, он знал в своем сердце, что он действительно не может причинить вред этому человеку, но теперь этот человек…

В недоумении он услышал легкий смех Лин Сяо. Лан Вэй нахмурился, глядя на него, только чтобы увидеть на лице Лин Сяо выражение победы.

Он был поражен, в его сердце было плохое предчувствие, когда он услышал крик Лин Сяо: «Кто-то пришел! Это убийца!»

Лан Вэй поспешно вытащил меч, и Лин Сяо закричал от боли. Держась за плечо, он обернулся и побежал в боковой зал дворца.

Лан Вэй погнался за ним и увидел направление, в котором побежал Лин Сяо. Было видно мерцание факелов и звук людей — Имперские солдаты!

Он снова был в дураках! Лин Сяо хорошо обыграл его снова!

Лан Вэй с ненавистью смотрел на спину Лин Сяо и понял, что на этот раз он спровоцировал неудачу, и не мог с ней справиться. Поэтому он мог только стиснуть зубы и уйти.

Лин Сяо наткнулся на Имперского солдата, он был слаб от боли в плече, он упал на землю, держась за него: «Там убийца…»

«Стюард Лин?» — Имперский солдат, с которым он столкнулся, узнал Лин Сяо. Увидев, бледное и потное лицо Лин Сяо он не мог не удивится: «Стюард Лин, вы ранены?!»

«Я в порядке…»

С первого взгляда он увидел маленького евнуха в углу и махнул рукой, чтобы позвать его. Опираясь на него, он сказал: «Иди, уведомь Императора, не беспокойся обо мне!»

Имперский солдат не посмел ослушаться приказа, он просто склонил голову и сказал: «Да».

Из-за боли Лин Сяо упал на землю. Другой евнух был худым и слабым, поэтому он не мог удержать его на ногах и последовал за ним. Он беспомощно дрожал от страха перед Лин Сяо, не зная, что ему делать.

Лин Сяо держался его за плечо, бессильно поглядывая на него и тайно ругал Лан Вэя. Этот меч не забрал его жизнь, но было очень, очень больно.

Это было так больно, что лицо Лин Сяо было смертельно бледным.

Вскоре после этого, Императора привел Сяо Лизи.

Лин Сяо вздохнул с облегчением и слабо позвал Императора.

«Ваше Величество…»

Глава 31 - Когда тебя любят

Цвет лица маленького евнуха был бледно-белым, капли пота усеивали его лоб, открывая лицо, которое молча терпело боль.

Сердце Императора было захвачено им, он опустил взгляд, увидев, что его ударили мечом в плечо. С раны все еще текла кровь, Лин Сяо использовал свою правую руку, чтобы держаться за рану, и она также была покрыта кровью.

Кровь текла по его светлой руке, извиваясь, как шелк. Она была яркой и красивой, но неприглядной.

Император пошел вперед, и наклонился, чтобы взять слабого евнуха в свои объятия.

Все были поражены и опустились на колени за Императором.

Этот Стюард Лин действительно был первым, кто смог заставить Императора наклониться, несмотря на его статус. Все держали головы низко, в своих сердцах они теперь немного боялись Стюарда Лина.

«Иди и найди Императорского врача». — Лицо Императора выражало только холод, когда он произнес это. Сяо Лизи, который стоял рядом с Императором принял приказ, и почтительно поклонился, уходя.

Лин Сяо был ошеломлен тем, что все люди рядом с ними стоят на коленях, пока он чувствует объятия Императора. Он был немного скован и испуган в своем сердце.

Он знал, что Император интересовался им, но увидев, что Император сделал сейчас, Лин Сяо наконец-то осознал, насколько он важен в сердце Императора.

Хотя он был в ужасе, он также понимал, как это хорошо для него. По крайней мере, его действия по нанесению ущерба себе, чтобы завоевать доверие, позволили бы его следующим планам идти более гладко. Размышляя об этом, Лин Сяо слабо заговорил.

«Ваше Величество… С этим слугой все в порядке, не волнуйтесь».

Услышав утешительные слова Лин Сяо, он бросил на него взгляд и сжал губы, прежде чем поднять его. Он холодно сказал людям, стоящим позади него: «Арестуйте убийцу, несмотря ни на что».

«Да». — Все стоящие на коленях Имперские солдаты приняли приказ.

Лин Сяо поспешно потянул Императора за рукав, когда увидел это, и прервал его, шепча: «Ваше Величество, этот убийца пытался спасти Дворцовую женщину Мо в Холодном Дворце. Этот слуга случайно услышал их план и пострадал из-за этого».

Поскольку на этот раз он принес такую большую жертву, он должен был не только заставить Императора арестовать убийцу, он также должен убедиться, что Мо Ци не сможет освободиться и Император безжалостно уничтожит Мо Ци вместе с остальными.

В противном случае он просто зря получил свою рану…

Однако, когда Император услышал его слова, он задумчиво посмотрел на Лин Сяо. Пронзительный взгляд заставил Лин Сяо испугаться, и он закрыл рот.

Император сказал: «В этом вопросе, Мы обязательно позаботимся о справедливости, а ты позаботься о своей ране как следует».

С этими словами Император понес Лин Сяо во дворец Нин Сюань.

Объятия Императора были по-настоящему теплыми и крепкими, как тогда, когда он в последний раз потерял сознание. Эти объятия заставило Лин Сяо тосковать по ним, а также позволить ему чувствовать себя спокойно.

Он открыл рот, желая что-то сказать, но сейчас он не хотел разрушать этот короткий период нежности.

Кроме того, по словам Императора, это было не так просто, как ухаживать за раной, так что, вероятно, сейчас было бы бесполезно говорить что-то еще.

Думая об этом, Лин Сяо молча погрузился в свои мысли и послушно нежился в объятиях Императора.

Снаружи банкетного дворца.

Фу Юйцзюнь посмотрел в ту сторону, в которую ушел Император Страны Му, вместе с явным количеством увеличенной охраны. Он молча думал об этом, потирая подбородок, и огляделся.

«Ваше Высочество, сюда».

Банкет уже закончился, маленький евнух, который находился сейчас с Фу Юйцзюнем, скрытно побуждал его уйти.

Фу Юйцзюнь поднял бровь. Бросив последний взгляд, туда, куда ушел Император Страны Му, он слегка улыбнулся и последовал за маленьким евнухом со своими людьми.

Вернувшись в резиденцию.

Фу Юйцзюнь ходил в своей комнате туда-сюда. Несмотря ни на что, в своих мыслях он не мог избавиться от потрясающего танца на банкете. Он не мог забыть это прекрасное изображение за хлопковой ширмой.

Он думал о том, какой же несравненный талант способен так танцевать?

Кем она была? Как она выглядит?

Фу Юйцзюнь много думал об этом, его сердце чувствовало себя так, будто его грызли муравьи. Это было больно, чесалось и было очень тяжело переносить.

Когда эта танцовщица ушла в конце, ее фигура сзади заставила его жаждать ее днем и ночью.

Фу Юйцзюнь знал, что ему не стоит об этом думать, но не мог контролировать себя. Снова и снова он осторожно спрашивал о ней, но кроме Императора Страны Му, все остальные люди тоже ничего не знали.

Поскольку этот Император Страны Му намеревался спрятать танцовщицу с самого начала, многие из вопросов Фу Юйцзюня были отброшены.

В результате Фу Юйцзюнь не смог получить никакой информации об этой танцовщице.

Но чем больше Император пытался скрыть ее, тем больше Фу Юйцзюнь пытался ее найти. Он действительно хотел узнать настоящую личность этой танцовщицы!

Из двери донесся стук.

Фу Юйцзюнь пришел в себя, вернулся к столу и сел. Налив себе чашку чая, он сказал: «Входите».

Вошел мужчина, одетый в коричневую короткую одежду, его голова также была обернута коричневой тканью, а кожа была темной. Его усы были в форме двух тонких усиков.

Когда он вошел, он опустился на колени перед Фу Юйцзюнь и поклонился.

Фу Юйцзюнь кивнул и позволил ему подняться. Этот человек был одним из его помощников, его звали Сяо Фэн. (1)

«Ты получил какую-либо информацию?»

Сяо Фэн немного знал боевые искусства, а также умел маскироваться. Он был мягким и уклончивым. Фу Юйцзюнь попросил его узнать о том, что случилось сегодня вечером в Императорском дворце.

«Ваше Высочество, этот подчиненный уже получил информацию», — сказал Сяо Фэн с гордостью, продолжая: «Сегодня вечером во дворце Страны Му был убийца».

«Убийца?» — Фу Юйцзюнь поднял бровь: «Странно, если там был убийца, то почему Император пошел в такое опасное место?»

Сяо Фэн поспешно объяснил: «Этот слуга не знает, но причина, по которой Император поспешил, была в том, что в этом месте находился евнух».

Фу Юйцзюнь ничего не сказал, с некоторым сомнением на лице он немного подумал, прежде чем спросить: «Есть ли что-то особенное в этом евнухе?»

Сяо Фэн ответил: «Ваш подчиненный не уверен, но ходят слухи, что он Первый Супруг Императора Страны Му».

«Мужчина-наложница?» — В глазах Фу Юйцзюня было изумление: «Нет, этого евнуха нельзя считать мужчиной. Я не ожидал, что у Императора Страны Му будет такой вкус».

Мало того, что он скрывал загадочную и замечательную красоту, у него даже был евнух рядом с ним. Этот Император Страны Му, его осторожный стиль был неожиданно невероятно нетрадиционным.

Думая об этом, Фу Юйцзюнь усмехнулся и с презрением покачал головой.

«Тогда тот, кого убийца пытался убить, был тот евнух?»

Когда он подумал о том, что за невероятно нестандартным человеком был Император Страны Му, тон голоса Фу Юйцзюня стал более неосторожным.

Сяо Фэн ответил: «Нет. Ваше Высочество, убийца сегодня был во дворце не для того, чтобы убить кого-то, он был здесь, чтобы спасти кое-кого».

«Спасти?» — Фу Юйцзюнь заинтересованно поднял бровь.

Сяо Фэн немного подумал, прежде чем спросить: «Ваше Высочество, вы все еще помните ту красотку, которая устроила переполох во время вчерашнего банкета?»

Фу Юйцзюнь кивнул, эта женщина действительно вызвала большой шум на банкете. Даже если он захочет забыть ее, это будет трудно.

Сяо Фэн продолжил: «Тот, кого убийца пытался спасти, была она».

Фу Юйцзюнь удивленно поднял брови, в его голове сразу начал вырисовываться силуэт…

Мужчина в синей одежде с банкета прошлой ночи явно имел необычные отношения с этой женщиной. Кажется, это был сын премьер-министра Страны Му — Лан Вэй.

Тот, кто пытался спасти эту женщину, был он?

Фу Юйцзюнь обдумывал это.

Затем он услышал продолжение от Сяо Фэна: «Убийца встретил евнуха случайно, и тот получил ранение. Именно этот момент встревожил Императора Страны Му».

Фу Юйцзюнь вернулся к своим мыслям. Как мог убийца, который смог проникнуть в охраняемый императорский дворец, позволить евнуху, у которого даже не было сил, остановить побег цыпленка? И тревога Императора Страны Му?

Фу Юйцзюнь задумчиво вертел чашку с чаем, слегка улыбаясь: «Похоже, этот Дворец Страны Му действительно интересен».

Сяо Фэн кивнул в согласии с его словами, затем сказал: «Ваше Высочество, не только это, ваш слуга услышал еще кое-что».

«Расскажи мне об этом», — с интересом сказал Фу Юйцзюнь.

Сяо Фэн улыбнулся: «Сяо Фэн слышал, что женщина, которая устроила переполох, вызывала его неумышленно».

«Она не специально устроила неприятности? Тогда что случилось?» — Фу Юйцзюня это показалось смешным, трудно было представить, что эта женщина не делала этого нарочно, тогда что она пыталось сделать?

Сяо Фэн ответил: «Я слышал, что эта женщина пыталась получить милость у Императора Страны Му, поэтому она пыталась найти танцора, который бы заменил ее и поменялся с ней местами. Чтобы она могла отличиться».

Фу Юйцзюнь был удивлен, подумав о там, какой наглой была эта женщина.

Сяо Фэн продолжил: «Однако, в конце концов, эта танцовщица так и не появилась. Таким образом, на банкете случилась неприятность. Случайным было то, что на следующую ночь, то есть сегодня вечером, появился этот танцор…»

Фу Юйцзюнь безучастно смотрел, когда услышала это, и внезапно встал: «Ты говоришь, что танцовщица, которую она нашла, чтобы занять ее место, была той танцовщицей силуэта, которая захватила дыхание каждого?!»

Сяо Фэн опустил голову и ответил: «Скорее всего».

Фу Юйцзюнь погрузился в свои мысли. Через некоторое время он оглянулся на него и спросил: «Как зовут женщину с той ночи?»

Сяо Фэн ответил: «Мо Ци, она когда-то была Дворцовой женщиной Императора Страны Му».

Мо Ци… Фу Юйцзюнь подумал над этим именем, идея возникла у него в голове.

(1) Его имя означает «Как вершина горы»

Глава 32 - Премьер-министр потерял власть

Внутри дворца Нин Сюань.

Старый врач встал на колени перед Императором, дрожа от страха, когда сообщил: «Ваше Величество, Стюард Лин не получил серьезных ранений. Это только рана плоти, поэтому, пожалуйста, будьте спокойны, Ваше Величество».

Лицо Императора смягчилось от его слов, а властная аура вокруг его тела рассеялась. Императорский врач тихо вздохнул с облегчением и продолжил: «Ваше Величество, Стюард Лин должен около двух месяцев отдыхать, чтобы выздороветь. Несмотря ни на что, насильственных движений следует избегать, это…»

Имперский врач остановился, размышляя над тем, стоит ли ему продолжать разговор. Император поднял бровь, чтобы указывая на то, чтобы он продолжал, когда увидел, что тот внезапно остановился.

Врач задумался, когда увидел это действие, прежде чем продолжил говорить: «В эти два месяца, чтобы рана не открылась снова, лучше всего ничего лишнего не делать в спальне».

Лицо Императора было не читаемым, когда он смотрел на старого врача. Никто не мог сказать, был ли он доволен или рассержен.

Императорский врач осторожно и добросовестно опустил голову.

Император равнодушно посмотрел на него: «Ты можешь идти».

«Да». — Имперский врач с уважением встал и ушел.

Лин Сяо хитро улыбнулся с того места, на котором он лежал, когда услышал слова врача. Внутри себя он дал императорскому врачу наилучшую оценку. Даже если эта травма не устранила Мо Ци, он получил ее недаром. По крайней мере, это могло помочь ему задержаться и получить больше времени в Императорском дворце.

Император махнул рукой, приказывая слугам уйти, прежде чем взять лекарство на столе и подойти к кровати, на которой лежал Лин Сяо.

«Ваше Величество…» — Лин Сяо поспешно убрал улыбку и попытался встать.

С лицом, которое Лин Сяо не мог прочитать, Император оглянулся и внезапно налил лекарство себе в рот, а затем наклонился и схватил Лин Сяо за подбородок, прикоснувшись своими губами к его.

Глаза Лин Сяо расширились от удивления, он был в полном недоумении.

Император был так близко к нему, что можно было увидеть любое изменение на его лице. Его полузакрытые глубокие черные глаза, привлекали к себе внимание, так что невозможно было оторваться. Но взгляд Императора был задумчивым, создавая ощущение, что он может видеть сквозь человека и понимать его полностью.

Сердце Лин Сяо быстро забилось, пронизывающий взгляд Императора, казалось, пытался разглядеть его, и это разозлило Лин Сяо.

Он не мог не быть подозрительным, что если Император видел этот трюк с нанесение себе телесных повреждений насквозь?

Думая об этом, Лин Сяо внезапно закрыл глаза. Он чувствовал, что если он сделает так, то сможет избежать пронзительного взгляда Императора.

Император не мог не посчитать внешний вид маленького евнуха смешным. Его глаза были плотно закрыты, а его тело было натянуто словно струна, как будто он был готов получить наказание. Слегка потянув его за рот, он наклонился и поднял голову выше, выпуская все лекарства в его рот.

Маленький евнух послушно принял и проглотил его.

Такой послушный поступок понравился Императору, и он, отпустив губы Лин Сяо, поцеловал его в лоб.

Чувствуя влажное тепло на лбу, сердце Лин Сяо подпрыгнуло, он медленно открыл глаза.

Теперь его лицо было алым, а выражение лица — уникально привлекательным. Слабые слезы, которые спровоцировал Император, слегка смочили его глаза, когда его губы разомкнулись, чтобы вдохнуть свежий воздух, совершенно не осознавая, насколько привлекательным было это небольшое действие.

Глаза Императора потемнели, когда он смотрел на него, его губы сжались.

«Спасибо, Ваше Величество… Ммм…»

Прежде чем он закончил говорить, Император снова накрыл губы Лин Сяо своими. Это отличалось от нежного и мягкого поцелуя с лекарством, этот поцелуй был особенным и властным.

Его язык принес хаос, когда вторгся в рот Лин Сяо, он как будто бы пытался вытянуть аромат маленького евнуха из его рта, словно это был бессмертный мед.

«Мм… Ммх… Ваш… мм…»

Лин Сяо застонал, этот стон был полон удовольствия и боли.

Этот поцелуй был слишком пылким, слишком властным, даже не дав ему возможности дышать. Как будто он был рыбой в воде, он ослаб в объятиях Императора, он мог только подчиняться его требованиям, он был на грани того, чтобы задохнуться. Лин Сяо бессильно боролся и свел брови.

Чувствуя борьбу Лин Сяо, Император начал спускать свой поцелуй с губ на шею. Лин Сяо задрожал, когда его хрупкую шею облизывали и целовали, влажное тепло распространялось по телу. Как будто его поместили в горячую воду и поднялась смертельная жара.

Лин Сяо задохнулся, его сознание стало размытым. Его нижняя часть тела окрепла, он не мог не протянуть руку, чтобы поправить его в более удобное положение. Однако во время поворота его «теленок» внезапно постучался о что-то такое же горячее.

«Хах…»

Стон Императора очистил разум Лин Сяо и, расширив слезящиеся глаза, он поспешно сжал ноги, чтобы спрятать свой горячий предмет. Он беспомощно посмотрел на Императора и растерялся.

Император нахмурился. Судя по его лицу, он, казалось, сдерживал себя, но также был довольно раздражен.

Спустя долгое время после этого Император, наконец, встал и тяжело вздохнул. Обернувшись, чтобы взглянуть на Лин Сяо, он сказал: «Твоя травма действительно выбрала подходящее для этого время».

Сердце Лин Сяо испуганно подпрыгнуло, ему стало интересно, что имел в виду Император.

Увидев это, Император сел возле стола недалеко от него и выпил несколько чашек чая.

Лин Сяо опустил голову, задаваясь вопросом, должен ли он что-нибудь сказать.

Затем от входа поступил голос командующего имперскими солдатами — Мэн Ци.

«Ваше Величество, убийца был пойман».

Взгляд Лин Сяо стал безучастным. Разве у Лан Вэя не было отличных боевых искусств? Как он мог быть пойман так просто…

«Присмотри за ним снаружи», — сказал Император.

«Да», — ответил Мэн Ци.

Император встал, собираясь выйти. Удивленный, Лин Сяо сразу сказал: «Ваше Величество».

Беспокойство с некоторыми сомнениями было на лице маленького евнуха. Сердце Императора смягчилось при виде этого, и он подошел к нему, погладив его волосы: «Мы скоро вернемся, так что отдохни».

«……» — с сердцем, полным вопросов, Лин Сяо поднял глаза.

Разве Император не хочет расспросить его? Он был свидетелем номер один в этом деле!

Лин Сяо не смог сдержать себя, когда подумал об этом и спросил: «Ваше Величество… Вы не собираетесь допросить этого слугу?»

Император сделал паузу, неторопливо отвечая: «В этом нет необходимости».

Что он имел в виду, как в этом не было необходимости? Император… Уже все знает?!

В то время как он был поражен, Император внезапно повернулся к нему и Лин Сяо поспешно сдержал выражение своего лица, скрывая удивление в глазах.

Император пристально посмотрел на Лин Сяо, серьезно говоря: «Что касается тебя, Мы хотим спросить тебя только об одном. Подумай об этом, прежде чем ответить Нам».

Когда Лин Сяо поднял глаза, Император уже ушел, оставив позади себя вопрос.

«Почему ты всегда нацеливаешься на Мо Ци?»

Ошеломленный Лин Сяо лежал на кровати.

Император уже подозревал его в этом деле. Нет, лучше сказать, что Император уже сделал заключение, что его целью была Мо Ци.

«Уведите этого человека и казните его. Также позовите премьер-министра и Лан Вэя».

Голос Императора было слышно от входа. Лин Сяо держась за свою рану, тихо выглянул за дверь.

Он видел, как Имперский солдат оттащил от сюда человека без сознания. Одежда, которую он носил, была синей, но это был не Лан Вэй. Вместо него это был кто-то совершенно незнакомый.

Этот «убийца» был заменой Лан Вэя! Лин Сяо нахмурился.

Затем он увидел, как Император вместе с Сяо Лизи уходят в направлении Императорского кабинета.

Похоже, Император знал, что этот человек был не настоящим «убийцей». Он не только знал, что это не настоящий убийца, он даже знал, что это было связано с Лан Вэем. Вот почему он сразу же призвал премьер-министра и Лан Вэя…

Император знал гораздо больше, чем Лин Сяо себе представлял.

У Лин Сяо было ощущение, что даже если он хорошо все скрыл в этом деле, но Император на самом деле уже знает всю правду…

В депрессии, он опустил свою голову, растерянно глядя на своего младшего брата, который уже успокоился. Знал ли об этом Император?

Нет, не может быть!

Лин Сяо покачал головой, Император не мог знать об этом. Вероятно, это был его самый скрытый секрет. Лин Сяо успокаивал свое беспокойное сердце, успокаивая себя. Не паникуй!

В Императорском кабинете.

Император холодно смотрел на премьер-министра — отца и сына, которые дрожали от страха. После долгого времени им наконец-то разрешили встать.

Премьер-министр и Лан Вэй оба опустили головы.

Император долго смотрел на них, прежде чем сказать: «Сегодняшний банкет, почему премьер-министр не привел Лан Вэя для участия в нем?»

Премьер-министр ответил: «Ваше Величество, поведение этого сына слишком импульсивное, и я боялся, что он вызовет тревогу у нашего почетного гостя, поэтому ваш слуга оставил его дома».

«Так ли это?» — слегка спросил Император и посмотрел на Сяо Лизи. Понимая, что имеет ввиду Император, Сяо Лизи достал синюю верхнюю одежду обеими руками и держал впереди себя.

Император посмотрел на одежду и сказал: «Мы видим, что Лан Вэй любит синюю одежду, поэтому она Нас немного интересует».

Сяо Лизи подал одежду Лан Вэю, который взял ее дрожащими руками. У него была не чистая совесть, его пот впитывался на его одежде.

Он положил одежду на пол и увидел, что на ней были красные точки — это была кровь!

Кроме этого, эта верхняя одежда была той, которую он только что снял, чтобы спастись от преступления, и подложил императорской гвардии в боковом дворцовом зале!

В испуге Лан Вэй поднял голову, чтобы взглянуть на Императора, но увидел его холодный взгляд, внимательно наблюдающий за ним.

Его глаза раскрылись, когда он понял, что Император уже знает правду, поэтому он поклонился Императору, чтобы объясниться: «Ваше Величество…»

Он хотел что-то сказать, но вдруг понял, что не может говорить. Он мог только держать свои губы крепко в тишине, его тело дрожало.

Это все из-за Лин Сяо! Этот негодяй, даже если он превратится в призрака, он не отпустит его!

«Ваше Величество… Это…» — Премьер-министр также увидел одежду и был напуган.

Лан Вэй столкнулся с несчастным случаем, когда пробрался во дворец Императора и даже ранил Лин Сяо, что вызвало тревогу у Императора. Премьер-министр только что узнал об этом. До этого, когда он услышал новость о том, что убийца был казнен во дворце, он вздохнул с облегчением. Однако он не ожидал, что через четверть часа его и Лан Вэя вызовут…

Сейчас премьер-министр все еще надеялся, что это случайность, и что Император не знает, что это был Лан Вэй. Но он просто пытался обмануть самого себя. Опустившись на пол, он повторил поклон Императору: «Ваше Величество, смилуйтесь! Сын этого слуги был просто глуп на мгновение, просто глуп на мгновение!»

«……» — лицо Императора выражало только холод, когда смотрел на этих двух человек, он подошел к Лан Вэю, говоря: «К счастью для тебя, травма не была серьезной. Иначе у тебя не было бы возможности быть здесь».

Лан Вэй прикусил губу, не решаясь поднять голову. Он мог только прислонить голову к ледяному полу, делая все возможное, чтобы сделать свою позу смиренной.

Император повернулся и вернулся на свое место: «Премьер-министр стар в годах, страдает от многих болезней и часто болеет в суде. Видя его таким, Мы не можем этого вынести и разрешим ему вернуться в свой старый дом. Мы обеспокоены тем, что по пути домой о нем не позаботятся, поэтому мы также разрешаем его сыну следовать за ним весь путь назад».

Премьер-министр был напуган, Император собирается отстранить его от должности, и он не мог не плакать: «Ваше Величество, ваш старый слуга работал столько лет и много посвятил суду. Вы не можете сделать это, ведь бывший Император…»

«Теперь Мы — Сын Неба». — Император прервал премьер-министра и приказал Сяо Лизи: «Уведи их».

При этих словах премьер-министр обмяк на полу, он уже отчаялся.

«Ваше Величество!» — Наконец, Лан Вэй открыл рот и пополз вперед: «Ваше Величество, это дело — ошибка только этого слуги, отец не имеет ничего общего с этим! Ваш слуга просит Ваше Величество, наказать этого слугу и простить отца!»

Император холодно улыбнулся его словам и указал на Сяо Лизи, который подошел к стражам и те утащили подавленного премьер-министра.

Дождавшись, когда он больше не мог увидеть фигуру премьер-министра, Император подошел к Лан Вэю: «Ты пробрался в Императорский дворец и пытался совершить убийство, какой у тебя грех?»

Лан Вэй с опущенной головой ответил дрожащим голосом: «А… большой грех, в который вовлечены девять поколений моей семьи».

Император холодно заявил: «Если бы не осторожность и совесть премьер-министра в течение многих лет, и если бы ты не получил симпатию бывшего Императора — в результате чего все это заставило Нас относиться к вам, отцу и сыну, хорошо, — Мы бы не позволили тебе просто так уйти сегодня».

После этих слов Император больше не хотел видеть Лан Вэя и взмахнул рукавом, давая сигнал уйти. Лан Вэй открыл рот, желая что-то сказать Императору, но в его горле словно застряла рыбья кость.

Поскольку он был слишком преднамеренным, он втянул своего отца в неприятности…

Глава 33 - Отомстить и стереть обиду

Поздней ночью звук от насекомых постепенно исчез и все живые существа успокоились. С небольшим светом свечи во дворце Нин Сюань Лин Сяо слушал новости, которые принес евнух Сяо Лизи. После того, как он выслушал его, у него было ошеломленное выражение на лице.

«Ты говоришь, что Император велел премьер-министру вернуться домой и наслаждаться пенсией? И Лан Вэй с ним?»

«Да», — ответил маленький евнух со склоненной головой.

Лин Сяо прислонился к кровати, ошеломленный новостями, которые он услышал.

Он не ожидал, что Император будет таким решительным и уволит премьер-министра в столь короткие сроки. Основываясь на том, что произошло ранее, Лин Сяо предположил, что Император защищает дом премьер-министра, но теперь…

Лин Сяо был по-настоящему растерян, то, как Император справлялся с делами, было неясно и трудно угадать. Этот вид неизвестности очень мешал Лин Сяо быть спокойным. Он не знал точно, сколько Император знал о ситуации.

Лин Сяо вздохнул, возвращаясь к реальности. Он махнул рукой евнуху, который стоял на коленях и сказал: «Хорошо, ты можешь идти».

«Да». — Маленький евнух поклонился.

«Подожди». — Лин Сяо неожиданно позвал евнуха, говоря: «Принеси мне ведро с горячей водой, я хочу принять ванну. И, принеси мне белый комплект одежды из моего гардероба».

Императору нравилось носить черное, но он предпочитал, чтобы другие носили белую одежду…

Он не мог просто сидеть без дела, он должен был что-то предпринять.

***

«Ваше Величество, вы не пойдете во дворец Нин Сюань?» — с уважением спросил Сяо Лизи у Императора, приветствуя его.

Держа обе руки за спиной, Император стоял в павильоне, где дул ночной ветер. Его спина была гордой, отчужденной и отчетливо холодной.

Первоначально Сяо Лизи не смел беспокоить Императора, но Император вышел из Императорского кабинета и стоял здесь почти час. Если он останется дольше, будет уже за полночь.

Император услышал вопрос Сяо Лизи и повернулся, чтобы взглянуть на него. Этот взгляд был чрезвычайно пугающим, как будто он обвинял Сяо Лизи в том, что тот побеспокоил его. Сяо Лизи поспешил встать на колени, когда увидел это, его сердце сильно встревожилось. Он вздрагивал так, что даже не мог произнести ни слова, чтобы попросить прощения.

Император равнодушно посмотрел на него и нахмурился, раздраженно вспоминая еще одного маленького евнуха. Хотя тот маленький евнух боялся его, его поведение было гораздо более интересным и восхитительным, чем у Сяо Лизи.

Он поджал губы и взмахнул рукавами, наконец-то решая, куда ему идти.

«Организовать поездку назад», — сказал он.

Сяо Лизи смотрел безучастно, они возвращались во дворец? Разве он не собирался найти Стюарда Лина?

Как раз когда он был удивлен, он увидел, как Лин Сяо появляется на расстоянии, поддерживаемый другим евнухом.

Лин Сяо был стройным, из него, казалось, поднималась туманная аура с белым телом, словно бессмертный, изгнанный с небес. Когда он подошел ближе, и они разглядели его лучше, Сяо Лизи увидел, что его лицо было смертельно бледным. Хотя его волосы были аккуратно уложены, он не мог скрыть их небольшую растрепанность.

Император нахмурился, увидев это, а Лин Сяо наконец-то остановился перед Императором и поклонился.

Император поддержал Лин Сяо одной рукой и притянул его в свои объятия, его лицо было несколько недовольным, когда он сказал: «Твоя рана еще не в порядке, поэтому нет необходимости в вежливости. Почему ты не остался во дворце, чтобы отдохнуть?»

Он посмотрел на плечо Лин Сяо и увидев, что оно не истекает кровью, тихо отвел взгляд.

Прилив тепла заполнил сердце Лин Сяо, когда он увидел это, он мягко сказал: «Ваш слуга был обеспокоен, не увидев возвращения Вашего Величества, и пришел к Вам».

Увидев, что лицо Императора не расслабилось, Лин Сяо нервничал и осторожно спросил: «Ваш слуга… Слишком назойливый?»

Император опустил голову, чтобы взглянуть на него, когда услышал это.

Лин Сяо стоял перед ним, одетый в белую как снег одежду, с бледным лицом, но глаза его были соблазнительными. Тело в его объятиях казалось бессильным и Император смягчился, поцеловав волосы Лин Сяо, затем подняв его.

« Ваше Величество…». — Подняв его так внезапно, он напугал этим Лин Сяо и он крепко прижался к шее Императора, с испугом вскрикнув.

Император осторожно посмотрел на него, но ничего не сказал, и понес его во дворец Нин Сюань.

Лин Сяо остался неподвижным, не осмеливаясь пошевелиться. Поскольку Император ничего не говорил, он тоже не смел ничего сказать. Он мог только смотреть, как Император несет его обратно во дворец Нин Сюань и опускает на кровать, накрыв его одеялом.

«Ваше Величество… Этот слуга…»

Император слегка покачал головой: «Если у тебя есть какие-то вопросы, подожди, пока тебе не станет лучше».

«Но, Ваше Величество, только сейчас, вы…» — Лин Сяо боролся, пытаясь встать.

«Вопрос, который Мы задали, заключается в том, чтобы ты сначала тщательно обдумал все, а затем ответил Нам». — Император продолжил там, где остановился Лин Сяо, и слегка надавил на неповрежденное плечо Лин Сяо, пытаясь помешать ему встать.

Лин Сяо мог лишь послушно лечь на кровать, его сердце нервничало.

Что имеет в виду Император?

«Уже поздно, так что отдыхай. Мы вернемся».

Не дожидаясь, пока Лин Сяо еще что-то скажет, Император ушел с Сяо Лизи.

Сяо Лизи украдкой взглянул на Лин Сяо, прежде чем уйти, и то, что он показал, ничего хорошего не предвещало.

С изумлением и нерегулярно бьющимся сердцем Лин Сяо запаниковал.

Император отказывался обсуждать это с ним…

Почему?

Лин Сяо становился все более беспокойным, этот Император становился все более и более нечитаемым!

Лин Сяо лежал в беспокойстве в течение двух дней, но Император больше не приходил к нему. Он просто даровал кучу лекарств и вызывал императорского врача для ежедневного осмотра его травмы.

Во-первых, травма Лин Сяо не была серьезной. Так что после двух дней ухода он был почти полностью здоров.

Поскольку его рана была почти исцелена, Лин Сяо, который первоначально хотел увидеть Императора, не осмеливался снова идти к нему. Он боялся, что не сможет скрыть секрет внизу своего тела, он посмотрел на свою нижнюю часть, когда откинул ноги и в замешательстве прикусил губы.

Мо Ци еще не умерла, поэтому он действительно не хотел покидать дворец сейчас!

Лин Сяо ходил туда-сюда в своем собственном дворце и, наконец-то, принял решение.

Это было худшее решение, которое он мог принять…

***

Холодный дворец был таким же ветхим, как и прежде, с заросшими сорняками во дворе. Было около десяти часов вечера, поэтому Лин Сяо мог заимствовать только свет луны, чтобы ясно видеть все внутри.

Дворец был очень большим, но он был пустынным и необитаемым. Холодный ветер дул через пустующие места, заставляя людей дрожать от страха.

Такой большой двор, но ни одного огня для освещения. Он действительно не знал, где будет находится Мо Ци.

Лин Сяо прикоснулся к кинжалу на талии и посмотрел на него холодным взглядом. На этот раз ему действительно нужно отомстить за себя!

Неожиданно послышались звуки разговора, Лин Сяо был удивлен. Он спрятался и подошел посмотреть.

В тусклом свете ночи он едва различил две фигуры. Одна из фигур была милой и красивой, в лунном свете, и потертом розовом платье. Эту фигуру Лин Сяо никогда не забудет в своей жизни — Мо Ци!

Рядом с Мо Ци стоял другой человек. Он был одет в белое, его голова была покрыта белым тюрбаном, а на теле висели золотые кусочки металла. Хотя он не мог увидеть его лицо, этот вид иностранной одежды мог заставить Лин Сяо подумать только об одном человеке — Фу Юйцзюнь.

Прямо сейчас Фу Юйцзюнь стоял напротив Мо Ци и болтал с ней.

Почему они вместе?!

В прошлой жизни Фу Юйцзюнь преследовал Мо Ци!

Однако Лин Сяо знал, что это было из-за удивительной красоты Мо Ци и ее ложного нежного характера в сочетании с танцем силуэта!

В этой жизни Лин Сяо делал все возможное, чтобы доставить неприятности, и сделал так, чтобы Мо Ци и Фу Юйцзюнь не имели никаких взаимодействий. И все же, почему Фу Юйцзюнь был с Мо Ци?

Как раз в то время, пока Лин Сяо сомневался, два человека вдалеке уже обнимали друг друга, они были чрезвычайно близко.

Черт возьми!

Лин Сяо проклял их в своей голове. Он лежал на кровати только два дня, как они могли продвинуться так далеко с такой молниеносной скоростью!

Мэри Сью Мо Ци действительно была сильной!

Лин Сяо стиснул зубы, если это так, его месть столкнется с еще одним препятствием. Он должен поторопиться и уладить это!

Лин Сяо сжал кулак, в то время как двое вдалеке все еще что-то говорили друг с другом. Лин Сяо не мог ничего услышать, поэтому у него не было другого выбора, кроме как подойти ближе.

Но как только он двинулся, Фу Юйцзюнь, казалось, почувствовал это и оттолкнул Мо Ци, глядя на то место, где находился Лин Сяо.

Вздрогнув от страха, Лин Сяо не посмел больше пошевелиться и пристально смотрел на Фу Юйцзюня.

Фу Юйцзюнь шаг за шагом приближался к нему, словно изучая силу человека, который прятался.

Когда он находился уже в десяти шагах от Лин Сяо, Лин Сяо отчетливо слышал звук растоптанной травы Фу Юйцзюнь. Его сердцебиение участилось, пот стекал по его телу, а рука тихо сжала кинжал.

Его разум работал быстро, но в этот момент он не думал ни о чем. Фу Юйцзюнь и Лан Вэй были примерно одинаковы в боевых искусствах, но его ум был гораздо более ловким, чем у Лан Вэя. Если он попадет в его руки, у Лин Сяо не будет никакой возможности убежать.

Может ли быть, если он будет пойман, его заставит замолчать пара, у которой был роман?

«У…» — Как раз когда Лин Сяо подумал об этом, его рот внезапно накрыла рука сзади, и его оттащили в сторону укрытия.

Лин Сяо был так напуган, что его глаза расширились, а сердце непрерывно стучало. Человек за ним не издал ни звука! Лин Сяо был совершенно не в состоянии защититься от него!

Лин Сяо ухватился за человека позади него, который прикрывал ему рот, его испуг заставил его дыхание стать грубым и тяжелым, но его глаза смотрели на то место, где он только что был, куда Фу Юйцзюнь стоял и смотрел сейчас. Пот Лин Сяо стекал по щеке.

Фу Юйцзюнь не осматривал то место слишком долго, поскольку увидел, что там никого нет. Хотя сейчас у него на лице было сомнение, он не стал больше ничего искать и вернулся, чтобы сказать что-то Мо Ци, прежде чем быстро покинуть Холодный дворец. Мо Ци также вернулся в свою комнату после того, как Фу Юйцзюнь ушел.

Лин Сяо тихо вздохнул с облегчением, а затем заметил, что все его тело было покрыто холодным потом.

Увидев, что два человека разошлись и ушли, человек за спиной Лин Сяо освободил его. Лин Сяо тут же повернулся, чтобы посмотреть, кто это.

Этот человек был одет во все синее, но он выглядел изможденным. Его глаза были впалыми и налитыми кровью, его волосы были грязными, и он излучал очень печальную фигуру. Несмотря на это, эта жалкая фигура не могла помешать Лин Сяо узнать его.

«Лан Вэй». — Лин Сяо ухмыльнулся и назвал его имя, когда тот насторожился. Он только что вышел из пещеры тигра и вошел в гнездо волка. Этой ночью он ушел из дома, забыв про свой прошлый опыт!

Лан Вэй посмотрел на Лин Сяо с презрением, затем повернулся и ушел, казалось, не желая иметь дело с Лин Сяо.

Увидев это, Лин Сяо моргнул в сомнении и повернул голову, следуя за спиной Лан Вэя. Он мог только видеть, что плечи Лан Вэя были слегка опущены, они выглядели одинокими и грустными.

Лин Сяо вспомнил сцену объятия Мо Ци и Фу Юйцзюня, он понял, что случилось.

Это называется — пожинай то, что посеешь!

Лин Сяо насмешливо улыбнулся. Видя, что Лан Вэй не собирался ничего с ним делать, он тихо отступил назад. Как раз когда он уже собирался бежать, Лан Вэй внезапно обернулся и протянул одну руку, чтобы схватить Лин Сяо, в то время как другая схватила кинжал в руке Лин Сяо.

«Принеся с собой кинжал и приходя поздно вечером в Холодный дворец, что ты пытался сделать?» — спросил Лан Вэй и посмотрел на кинжал быстрым взглядом, его взгляд был нечитаемым, когда он посмотрел на Лин Сяо.

Глава 34 - Подобно взрыву

Лин Сяо использовал свою свободную руку, чтобы попытаться вернуть свой кинжал, но после двух попыток и их провала он довольно обиженно посмотрел на Лан Вэя: «Это не имеет к вам никакого отношения, верно? На самом деле, молодой мастер Лан Вэй, разве вы не тот, у кого еще меньше причин быть здесь?» — обличительно сказал Лин Сяо.

Лицо Лан Вэя похолодело от его слов, он крепко схватил запястье Лин Сяо. Лин Сяо вскрикнул от боли, его брови сошлись на переносице.

«Разве ты не видишь, в какой ситуации ты сейчас? Ты в руках этого молодого мастера».

Лин Сяо насмешливо улыбнулся: «Если бы я смог убежать от вас один раз, я смогу сделать это снова. Если бы я смог заставить Императора наказать Премьер-министра Домохозяйства один раз, я смогу заставить Императора сделать это во второй раз!»

«Ты!» — Глаза Лан Вэя пылали от ярости, прижимая кинжал к шее Лин Сяо.

«Тебе нужно тщательно все обдумать. Я тот, о ком заботится Император. Если я умру, Императору придется подумать об этом…» — Лин Сяо сохранял сильный фронт спокойствия.

Не говоря уже о том, что когда Лан Вэй услышал об этом, он вспомнил, что премьер-министр был замешан в этом деле из-за него. Это потому, что человек перед ним открыл все Императору!

Лан Вэй посмотрел на Лин Сяо, его глаза выражали ненависть, но, кроме нее, там было также чувство, которое Лин Сяо не мог понять. Все это было смешано в глазах Лан Вэя, из-за чего они становились черными и густыми, как чернила, что делало их более глубокими и загадочными.

Лин Сяо подумал, что он неправильно его понял и моргнул. Простой и высокомерный Лан Вэй также может иметь такое сложное выражение на лице?

Когда Лин Сяо хотел поближе взглянуть, Лан Вэй отпустил его и отвернулся.

Расстроено глядя на него, он услышал, как Лан Вэй холодно фыркнул и сказал ему: «Даже ты знаешь, что это за путь».

Он возился с кинжалом в руке и бросил его Лин Сяо: «Даже если ты не скажешь мне, этот молодой мастер может догадаться. Ты пришел, чтобы убить Мо Ци».

Кинжал, сверкающий холодным светом, внезапно полетел обратно к Лин Сяо, заставив его подпрыгнуть от страха. Убедившись, что острый кинжал не пострадал, Лин Сяо крепко сжал его рукоятку, напуганный до смерти.

Лан Вэй насмехался над этой сценой: «Ты даже не можешь крепко держать кинжал и хочешь кого-то убить?»

Будучи осмеянным, Лин Сяо поднял глаза и посмотрел на Лан Вэя: «До тех пор, пока молодой мастер Лан Вэй не вмешиваться в это, я смогу нанести удар этим кинжалом».

Лан Вэй насмехался над ним: «Этот молодой мастер советует тебе думать ясно. Император ненавидит людей, которые действуют за его спиной».

Лицо Лин Сяо стало странным от его слов, пытался ли Лан Вэй переубедить его?

Не-невозможно!

Ненависть между ними была такой глубокой… Так почему же Лан Вэй пытался переубедить его сейчас?

Целью Лан Вэя было просто заставить его сдаться, а не ранить Мо Ци.

Лан Вэй все еще не хотел отпускать Мо Ци.

Лин Сяо не мог этого вынести и начал холодно насмехаться над ним: «Ваша любимая женщина уже познакомилась с другим человеком, но молодой мастер Лан Вэй все еще защищает ее. Должен ли я сказать, что ваша любовь велика и бескорыстна, или я должен сказать, что ваше сердце действительно большое!»

Лан Вэй услышал это и посмотрел на Лин Сяо с ненавистью.

На него смотрели, но не велели заткнуться, и он продолжил насмехаться над ним: «О, верно, с самого начала Мо Ци никогда не воспринимала вас всерьез. Молодой мастер Лан Вэй просто испытывал трудности для обретения радости. Тс, тс, молодого мастера, сына великого премьер-министра использовали, таким образом… Вы действительно прирожденный преступник!»

«Что ты понимаешь?!» — прорычал Лан Вэй, взяв меч в руку и зажав Лин Сяо между ним и стеной. «Однажды я поверил, что она спасла меня…»

Говоря об этом, Лан Вэй внезапно закрыл рот, его сложный нечитаемый взгляд смотрел на Лин Сяо.

Лин Сяо посмотрел на острие меча, которое было почти в пределах досягаемости, и потер шею. Он был рад, что его шея была далеко от него.

Небольшое движение Лин Сяо увидел Лан Вэй. Увидев, как Лин Сяо выглядит, его злость оборвалась, а дыхание успокоилось. Он нашел это несколько смешным, действительно ли этот человек так боялся смерти? Тогда почему он это сказал, «независимо от жизни или смерти…»

Лан Вэй, казалось, о чем-то подумал, он поджал губы, его настроение, которое только улучшилось, снова упало, и в его голове возник один человек. Этот человек помог ему узнать правду, но также оставил травмы…

«Лан Вэй, ты знаешь, почему я была добра к тебе? Это было только потому, что ты сын премьер-министра и смог помочь мне попасть во дворец!»

В его памяти искривленное лицо Мо Ци увеличилось. Лан Вэй сжал кулак.

Два дня назад Лан Вэй должен был покинуть столицу, но он не смог отпустить Мо Ци и пожелал, чтобы она поехала с ним, только чтобы получить такой ответ…

«Но что у тебя есть сейчас? Ты теперь простолюдин! И ты был выслан из столицы! Ты хочешь взять меня с собой? Зачем мне идти с тобой?! Что ты можешь мне дать? Я хочу высокую должность и большое богатство! Что ты можешь мне дать?!»

Красивая внешность Мо Ци в его памяти выглядела крайне безобразно, и Лан Вэй не смел верить тому, что он тогда слышал. Это была его любимая женщина, женщина, ради которой он рисковал своей жизнью, чтобы помочь ей, настолько, что он даже не мог ее отпустить, когда уезжал…

«Ци Ци, что ты говоришь?» — Лан Вэй вспомнил, как его голос тогда дрожал, настолько дрожал, что он едва мог произнести эти слова.

«Ты подошла ко мне… Потому что я сын премьер-министра? Невозможно». — Лан Вэй не мог поверить в это. — «Когда мы впервые встретились, ты совсем не знала кто я, но ты все равно спасла меня и заботилась о раненом, днем и ночью. Кто-то, такой как ты, это невозможно…»

Мо Ци прервала его, ее тон был полон презрения: «Ты все еще веришь, что это была я?! Просто первый человек, которого ты увидел, когда проснулся, была я, вот и все. Ты верил, что я была твоим благодетелем, а я хотела позабавиться, поэтому сказала, что спасла тебя. Ты забыл, что в то время в сельской местности были не только мы с тобой… Там был…»

Лин Сяо!

Его лицо было переполнено шоком.

В то время он уехал в деревню, чтобы поиграть, но он был неосторожен, когда ехал на лошади, он упал со склона и получил серьезные ранения, будучи без сознания в течение многих дней. Лан Вэй всегда верил, что Мо Ци спасла его, потому что первым, кого он увидел, была она. Тем не менее, он забыл, что именно Лин Сяо принес добычу и разжег огонь, заботясь о нем и Мо Ци.

«Это был… Лин Сяо… Но он не сказал мне…» — Губы Лан Вэя дрогнули, лицо его было полно недоверия.

«Он слушает только меня, поэтому он, естественно, не мог ничего тебе сказать о том, что именно он спас тебя!», — гордо прервала Лан Вэя, Мо Ци.

«О, верно, я скажу тебе еще одну вещь. После того, как ты вернулся в дом премьер-министра, все, что ты видел во мне, было благодаря Лин Сяо. Лин Сяо сказал, что тебе нравятся нежные женщины, поэтому я разыграла нежного персонажа. Так как я могу проявить нежную внешность, то, естественно, все сладкие и нежные слова, которые я сказала тебе, были фальшивыми. Я просто использовала тебя, вот и все».

Лан Вэй не мог поверить в это, шок, который он испытал, заставил его отступить от нее на два шага. Горе и негодование наполнили его сердце.

«Ха-ха, это действительно интересно». — В то время кто-то появился из темноты. У этого человека был белый тюрбан и золотые кусочки металла, свисающие с его одежды.

Лан Вэй посмотрел на него, ошеломленный: «Фу Юйцзюнь, как вы здесь оказались?»

«Тогда как здесь оказался молодой мастер Лан Вэй, который был выслан из столицы?»

Увидев, что лицо Лан Вэя выглядело так, будто его душат, Фу Юйцзюнь засмеялся и покачал головой: «Я действительно сочувствую Императору вашей Страны Му, чтобы у меня был такой некомпетентный премьер-министр и сын премьер-министра, который вызывает проблемы».

«Вы…» — Лан Вэй хотел возразить, но он понял, что не может ничего сказать. Фу Юйцзюнь был прав, он мог вызывать только неприятности.

Лан Вэй молча сжал губы и увидел, как Фу Юйцзюнь автоматически подошел к Мо Ци и обнял ее за талию. Лан Вэй, наконец, почувствовал, что что-то было не так: «Вы двое…»

«Как вы видите». — Фу Юйцзюнь безжалостно засмеялся, крепче прижимая к себе Мо Ци: «Вскоре я попрошу Императора Му Страны позволить, чтобы она уехала со мной. Тебе лучше отказаться от попытки взять ее с собой, просто уходи».

«Это верно! Правильно! Так что быстро уходи, быстро уходи! Ты раздражаешь». — Это были последние слова Мо Ци в его памяти.

Лан Вэй сжал кулак и слегка покачал головой, чтобы избавиться от плохих воспоминаний. В последние два дня он не покинул дворец. Он остался в Холодном дворце, чтобы наблюдать за Мо Ци, смотреть на каждое ее движение, и он, наконец-то, ясно увидел много вещей, а также начал многое понимать.

Он был слишком наивен.

Лан Вэй закрыл глаза, затем открыл их. Его взгляд пронесся к тому месту, где Лин Сяо подвергся давлению и испугу, и ловко убрал свой меч.

Увидев, что меч, излучающий холодный свет, удаляется далеко от него, Лин Сяо был поражен.

Лан Вэй, которого он сознательно разозлил, неожиданно так легко его отпустит?

Лин Сяо теперь был уверен. Он знал, что Лан Вэй терпел его, но почему?

Лан Вэй положил меч обратно в ножны и стоял перед Лин Сяо с одиноким выражением лица. Лин Сяо нахмурился, он чувствовал только то, что Лан Вэй перед ним был очень странным.

«Не делай глупостей. Император не терпит никого, кто его обманывает, даже если этот кто-то дорог в его сердце. Премьер-министр домохозяйства является одним из таких примеров».

«……» — Столкнувшись с Лан Вэем, который внезапно стал искренним и серьезным, Лин Сяо действительно не знал, что сказать.

«В суде, помимо премьер-министра, высший чиновник Министерства по назначениям обладает наибольшей властью. Большинство чиновников придерживаются его, и премьер-министр домохозяйства использовался, чтобы сбалансировать наше существование. Если премьер-министра не будет, высокопоставленный чиновник Министерства назначений легко расширит свою власть…»

Говоря об этом, Лан Вэй остановился. Лин Сяо внезапно понял, что премьер-министра, который поддерживал баланс сил, здесь больше нет, поэтому власть в суде будет несбалансированной. Отмена премьер-министра не была чем-то хорошим, Император это тоже знал. Вот почему Лин Сяо всегда чувствовал, что Император защищает премьер-министра.

Вот оно так… Император думал об этом…

Однако, даже если бы все было так, в конце концов, эта ситуация была вызвана последовательной ложью Лан Вэя и премьер-министра…

Лан Вэй смеялся над собой: «Ты уже видел, как закончил премьер-министр Домохозяйства. Если ты продолжишь это делать, твоя конечная цель будет не намного лучше, чем у премьер-министра Хозяйства».

Лин Сяо чувствовал себя странно. Говорил ли Лан Вэй раньше такие вещи? Или, скорее, Лан Вэй понимал раньше так много? Самым важным из них было то, что Лан Вэй так терпеливо убеждает его…

Лин Сяо был очень подозрительным, но это не отражалось на его лице. Лан Вэй крепко сжал свой меч, в его сознании появилась женщина. Его голос был сухим и твердым, когда он сказал: «Мо Ци… Она рано или поздно пожнет то, что посеяла. Император все знает и, естественно, примет решение. Тебе не нужно лично ничего предпринимать».

Говоря об этом, Лан Вэй указал на кинжал Лин Сяо, затем взглянул на бумагу, которая была на его талии. Он нахмурился в сомнении, его рука уже протянулась к ней.

Лин Сяо только почувствовал, изображение перед его глазами вспыхнуло и письмо, которое он подготовил, было вытянуто с его талии.

Испуганный и взволнованный, Лин Сяо поспешно попытался вернуть его, но Лан Вэй уклонился от него. Одной рукой он схватил его руки и прижал его к стене, другой рукой открыв письмо.

После того, как он закончил читать письмо, лицо Лан Вэя было зеленовато-черным.

Глава 35 - Ублюдок

«Ты планировал умереть с Мо Ци?»

Он действительно так ненавидел Мо Ци? Лан Вэй очень хотел спросить его об этом, но так и не смог задать этот вопрос.

Прямо сейчас, не была ли ясна его «ненависть» к Мо Ци?

Но… Он должен был также пострадать за эту «ненависть»?

Лан Вэй показал письмо перед лицом Лин Сяо: «Это завещание, которое ты написал Императору. Лин Сяо, даже если ты ненавидишь Мо Ци, ты не такой глупый человек. Кроме того, ты так боишься смерти».

Лин Сяо, естественно, не был глупым! Он действительно дорожил своей жизнью! Поэтому, естественно, это письмо было просто притворством; притворством, чтобы он исчез. Если бы он убил Мо Ци, у Лин Сяо не было уверенности, что он сможет спрятаться от глаз Императора.

Поскольку он не сможет спрятаться, он и не будет прятаться. Он прямо ответил на вопрос Императора, четко написав его в письме, и объяснил Императору, почему он хочет убить Мо Ци. Используя определенные слова и тон, чтобы сказать ему, что после того, как он убил Мо Ци, ему стыдно за все это, поэтому он решил умереть, чтобы принести свои извинения.

Пока Император полагал бы, что он мертв, тогда Лин Сяо был уверен, что смог бы полагаться на свой разум и мудрость, чтобы сбежать из дворца!

Однако это письмо увидел Лан Вэй!

Лин Сяо стиснул зубы, этот Лан Вэй неоднократно разрушал его планы, он действительно раздражал.

Он с ненавистью посмотрел на Лан Вэя, мрачно заявляя: «То, что я хочу сделать, не имеет ничего общего с молодым мастером Лан Вэем!»

«Ты…» — Лан Вэй нахмурился, выглядя раздраженным. Это был первый раз, когда он так терпеливо уговаривал кого-то, но это тому не нравилось!

Лан Вэй почувствовал себя смущенным и обиженным, он сказал: «Лин Сяо, не возвращай доброту обидой, разве ты не слушал, что сейчас говорил этот молодой мастер? Не делай что-то настолько глупое! Все!»

Лин Сяо усмехнулся, Лан Вэй все еще Лан Вэй. Даже если бы он думал сейчас больше и понимал больше, он все равно был невероятно глупым!

Как он мог не лгать Императору?

Почему Лан Вэй не подумал еще, что его секрет уже предопределил, что он будет лгать Императору, шаг за шагом. Он уже столько лгал Императору…

Он мог либо поставить все на это! Или дождаться того дня, когда Император будет заинтересован «иметь с ним дело» и в этом случае — GAME OVER!

Лин Сяо не хотел умирать, поэтому он мог только сделать эту ставку!

Лин Сяо с презрением отвернулся от него, ведя себя так, как будто он вообще не слышал совета Лан Вэя.

Разозлившись, Лан Вэй крепко сжал руку Лин Сяо и приблизился к нему.

Из-за боли у Лин Сяо скривилось лицо, когда он сказал: «Молодой мастер Лан Вэй, у нас много личной вражды, так что это должно быть хорошо для вас! Ваши нынешние слова действительно не такие как раньше!»

Это было действительно странно, если он находился в сложной ситуации, Лан Вэй всегда нападал на него. Но как он мог принять нынешнего его, который пытался быть с ним добрым?

Может ли быть так, что Лан Вэй изменил свое мнение?

Лин Сяо подозрительно посмотрел на Лан Вэя. Лан Вэй услышал его и сдержал себя, насмешливая кривая улыбка появилась на его губах: «Все было так, как ты и сказал, и за эти два дня я узнал много вещей, которых не знал раньше, а также получил ответы на множество вопросов».

Он холодно фыркнул и протянул руку, ударив по акупунктурой точке Лин Сяо. Тело Лин Сяо закаменело, он понял, что вообще не может двигаться.

Он нахмурился и попытался что-то сказать, но, взмахнув рукой еще раз, Лан Вэй нажал на еще одну точку, и он не мог больше говорить.

Лин Сяо в замешательстве стиснул зубы, что же пытается сделать Лан Вэй?!

Пока Лин Сяо сомневался в нем, Лан Вэй наклонился и поднял Лин Сяо, бросая его через плечо. Затем легкими, как ветер, шагами он прыгнул на крышу.

Лин Сяо в шоке расширил глаза: его тело было закинуто через плечо Лан Вэя, голова опустилась, а талия прижалась к плечу Лан Вэя. Вся кровь в его теле устремилась к голове, его самочувствие ухудшилось.

Что было еще более страшным, так это то, что поза Лин Сяо прямо сейчас позволяла ему видеть разницу в высоте между землей и крышей. Было около четырех-пяти метров! Если Лан Вэй не будет осторожен, он упадет…

Лин Сяо вздрогнул от холода, он испугался собственного воображение!

Не дожидаясь, пока Лин Сяо придет в себя, Лан Вэй бежал так весь путь.

Глаза Лин Сяо расширились, прислушиваясь к свистящему ветру, он смотрел на вид перед его глазами.

Лопатка Лан Вэя была прижата к животу Лин Сяо, весь путь тряски и случайных ударов лопаток заставляли Лин Сяо хотеть вырвать. К сожалению, его акупунктура была поражена, поэтому он не мог двигаться или говорить, а мог только терпеть.

Лицо Лин Сяо за короткое время претерпело множество изменений: оно становилось то красным, то черным, то белым. Это длилось совсем недолго, но для него казалось, что прошло столетие.

Когда Лин Сяо уже собирался потерять сознание, Лан Вэй спрятался от императорской охраны и бросился во дворец прежде чем остановиться, и положить Лин Сяо на кровать во дворце.

Лин Сяо слабо открыл глаза и огляделся. Лан Вэй неожиданно привел его обратно во дворец Нин Сюань.

Что же пытается сделать Лан Вэй?!

Лин Сяо впился взглядом в Лан Вэя, гнев был в его глазах.

Лан Вэй редко видел, как Лин Сяо делал угрожающие выражения лица, но этот вид ярости, когда он мог только бессильно лежать на кровати, был тем, что Лан Вэй увидел впервые.

Этот вид Лин Сяо напоминал котенка, который распушил весь свой мех; это была только ложная бравада, без какой-либо угрозы. Это вызвало у Лан Вэя иллюзию, что Лин Сяо был «довольно мягким». Пораженный своими собственными мыслями, Лан Вэй внезапно покачал головой, чтобы отбросить странную мысль.

Он долго испытывал силу Лин Сяо, как такой человек мог иметь мягкую сторону?

Лан Вэй усмехнулся и посмотрел на Лин Сяо, приняв меры предосторожности: «Если ты не издашь ни звука и не сделаешь какой-либо злой заговор, я отменю твою точку акупунктуры».

Лин Сяо моргнул, показывая, что он согласен. Лан Вэй бросил на него взгляд и поднял руку, чтобы отменить акупунктурную точку, но он внезапно о чем-то подумал и вернул руку обратно.

Лин Сяо впился взглядом в руку Лан Вэя, как будто хотел просверлить в ней две дыры.

Лан Вэй сказал ему: «Я не могу отпустить тебя, если ты все еще думаешь о попытке умереть с Мо Ци, тогда этот Молодой Мастер сделал все это напрасно. Более того…»

Движением руки Лан Вэй вынул письмо, которое он держал при себе, и подошел к свече, чтобы сжечь его: «В письме ты сказал, что именно потому, что Мо Ци подставила тебя, ты был почти кастрирован, поэтому ты ненавидишь ее, но этот молодой мастер помнит, что в этом вопросе я тоже несу ответственность. Если ты ее так ненавидишь, то, вероятно, ты чувствуешь тоже самое по отношению ко мне. Я не могу допустить такого рода опасности».

Он в этом не заинтересован! Он, Лин Сяо, хочет убить только Мо Ци!

Лин Сяо впился взглядом в Лан Вэя, надеясь, что по его выражению лица будет все понятно, но, к его разочарованию, Лан Вэй так и не подошел, чтобы отменить точку акупунктуры.

Лин Сяо закатил глаза и злобно проклял Лан Вэя в своей голове.

Лан Вэй заметил взгляд Лин Сяо и подошел к кровати, наклонившись, чтобы потянуть и накрыть его покрывалом: «Хотя ты ранил дом премьер-министра домохозяйства, с другой стороны, ты также спас дом премьер-министра домохозяйства».

Лан Вэй помедлил. Если бы не Лин Сяо, то он действительно продолжал бы быть идиотом, полагая, что Императору действительно так легко лгать и продолжал бы глупо позволять Мо Ци играть с ним на ладони в ее руке.

Думая об этих вещах, Лан Вэй поджал губы, подталкивая угол одеяла: «Если ты хоть немного веришь мне, тогда просто послушай меня. Будь честен с Императором. Ты занимаешь большое место в сердце Императора, прямо сейчас ты можешь все ему рассказать. Но если ты продолжишь идти своим нынешним курсом, то будет трудно раскрыться в будущем».

Лин Сяо нахмурился, что имеет в виду Лан Вэй? Не говорите ему, что он думает, что сможет получить милость Императора сейчас? Что его неудача может быть устранена? Разве он не смотрел свысока на мощь Императора?

Лан Вэй не понимал мысли Лин Сяо, поэтому, когда он закончил говорить, он встал: «Я не буду скрывать это от тебя, я прятался два дня в Холодном дворце, наблюдая за Мо Ци и Фу Юйцзюнем».

Лин Сяо ошеломленно уставился на Лан Вэя.

Лан Вэй сжал губы, увидев его взгляд: «Что это за взгляд? Боевые искусства этого молодого мастера превосходны, поэтому прятаться в императорском дворце в течение одного-двух дней не имеет большого значения».

Глава 36 - Нуждается в благочестивом помощнике

Исходя из того, что сказал Лан Вэй, Фу Юйцзюнь и Мо Ци уже были вместе в течение последних двух дней? Лан Вэй все время наблюдала за своей любимой?

Это было невозможно. Лин Сяо наложил вето на это. Лан Вэй так сильно любил Мо Ци… Как он мог терпеть и молча наблюдать как Мо Ци и Фу Юйцзюнь становятся любовниками…

Думая об этом, Лин Сяо внезапно замер, эта сцена, когда Мо Ци и Фу Юйцзюнь обнимались, проигрывалась в его голове. В то время Лан Вэй прятался… Но не рвался к ним так, как будто не мог этого вынести…

Лин Сяо начал обдумывать это.

В последние два дня с Лан Вэем случилось что-то неизвестное ему.

В голове Лин Сяо возникали разные идеи, а Лан Вэй не знал о хаотических мыслях Лин Сяо.

Внезапно он сказал: «Мо Ци уже привязалась к Фу Юйцзюню…»

Когда Лан Вэй сказал это, его глаза были полны густой ненависти. Он действительно использовал все свои чувства, чтобы любить Мо Ци, но Мо Ци не была честной, праведной или искренней. Она не была той Мо Ци, которую он знал. Лан Вэй наконец-то понял, что ему лгали.

Он крепко сжал свой меч, желая отомстить за ложь, предательство и эксплуатацию, через которые он прошел, но…

В это время разум Лан Вэя был исключительно ясен. Он понимал, что не может убить кого-то во дворце. Поскольку премьер-министр уже потерял власть, он не может больше ничего сделать, чтобы не утащить свою семью еще ниже.

Тем не менее, он не ушел. В результате он пробыл здесь два дня и понял многое. Вдобавок ко всему, он много ходил вокруг…

Думая об этом, Лан Вэй заявил: «Фу Юйцзюнь собирается под предлогом пригласить Императора на прогулку и заставить его пройти мимо Холодного дворца, чтобы Мо Ци могла попытаться привлечь внимание Императора. Фу Юйцзюнь также планирует использовать эту возможность, чтобы попросить ее руку у Императора. Если этот план будет успешным, Мо Ци выйдет из Холодного дворца и станет той, кого Фу Юйцзюнь будет защищать. Другими словами, если им это удастся, после завтрашнего дня у тебя никогда не будет возможности пойти против Мо Ци» — сказал Лан Вэй и посмотрел на Лин Сяо.

Лин Сяо расширил глаза в шоке, Лан Вэй… Он все еще решил защищать Мо Ци?

Вне всякого сомнения, он не может позволить Мо Ци освободиться.

Лин Сяо стиснул зубы и изо всех сил пытался пошевелиться, но его тело отказывалось отвечать.

Лин Сяо прикусил нижнюю губу, с ненавистью глядя на Лан Вэя.

Если он не мог убить Мо Ци, то какая польза от его возрождения!

Лин Сяо который находился перед Лан Вэем, выглядел гневно, а его мстительные глаза смотрели на него, как маленькое животное, которое получило травму и хныкало, пытаясь выбраться из западни. Сердце Лан Вэя дрогнуло, он попытался еще раз его убедить: «Тебе не нужно так реагировать, Император все знает. Он не потерпит Мо Ци. Тебе не нужно делать Императора несчастным, заходя так далеко и жертвуя своей жизнью».

Лан Вэй много думал об этом. Мо Ци рано или поздно пожнет то, что посеяла, ему просто нужно подождать. Если он что-то сделает и отец снова станет причастен к этому… Оно того не стоит.

Лин Сяо только закатил глаза, когда услышал это. Если бы Император был таким предсказуемым, то была бы Мо Ци жива до сих пор?

Лицо Лин Сяо, полное презрения, заставило сердце Лан Вэя упасть.

Он снова протянул руку, нажимая на еще одну точку, и Лин Сяо почувствовал приступ сонливости.

Лин Сяо старался держать глаза открытыми, но он мог лишь смутно разглядеть фигуру Лан Вэя. Он нахмурился, удивляясь, почему внезапно начал засыпать, когда услышал голос Лан Вэя возле своего уха.

«Я нажал на твою точку сна, так что спи. Когда ты проснешься завтра, все будет кончено. Не вини меня в этом. Этот молодой мастер собирается уйти сейчас и просто надеется, что когда я вернусь во дворец, ты не будешь превращен в груду костей».

Точка сна…

Лин Сяо покачал головой, пытаясь насильно очистить свою голову, но это было неэффективно. Увидев это, Лан Вэй вздохнул и отвернулся: «Не борись, просто спи… Живи хорошо. Подожди, пока я вернусь, у меня еще есть о чем спросить… Почему ты…»

После этого Лин Сяо не слышал ничего, так как он больше не мог бороться с сонливостью и уснул.

На следующий день, когда он проснулся, в его комнате уже не было никаких намеков на фигуру Лан Вэя. Лин Сяо удивленно встал и выбежал, напугав горничных и евнухов, которые были на страже.

Лин Сяо нахмурился и огляделся по сторонам, мимоходом притянув к себе горничную спрашивая: «Позволь мне спросить, вчера вечером, когда Император и Фу Юйцзюнь были вместе, неужели Мо Ци…»

Говоря об этом, Лин Сяо остановился и нахмурил брови. Если он спросит ее так об этом, то будет очевидно, что он много внимания уделяет Мо Ци. С таким большим количеством людей, если что-то будет передано Императору, это будет ужасно.

Лин Сяо плотно сжал губы и выпустил маленькую горничную.

Он действительно был слишком торопливым… Лин Сяо закрыл глаза, заставляя себя очистить разум.

Как только ее освободили, горничная сразу же упала на землю, стоя на коленях и дрожа от страха.

«Что происходит?» — внезапно раздался голос, и Лин Сяо оглянулся.

Одетый в одежду старшего евнуха, с венчиком в руке, с утонченным, и полным хитрости лицом - это был Сяо Лизи, который уже много дней был рядом с Императором. Увидев, что это был он, Лин Сяо поднял бровь.

Сяо Лизи также увидел Лин Сяо и быстро поклонился перед Лин Сяо, приветствуя его.

«Стюард Лин»

Лин Сяо небрежно взглянул на него, затем повернулся и вернулся в свою комнату. Сяо Лизи последовал за ним, ведя себя как его лакей.

Лин Сяо вошел в свою комнату и сел у кровати. Тем временем Сяо Лизи все еще в поклоне стоял перед ним. Увидев босые ноги Лин Сяо, он опустился на колени, чтобы помочь ему надеть обувь. Лин Сяо просто прислонился к кровати и позволил ему делать все, что тому угодно.

После того, как он помог Лин Сяо надеть туфли, Сяо Лизи слегка поднял глаза и взглянул на лицо Лин Сяо, пробуя спросить: «Стюард Лин, слуги не очень хороши?»

Глаза Лин Сяо вспыхнули, глядя на них, стоящих снаружи, он слегка покачал головой. Как раз когда он собирался говорить, он увидел вопросительное выражение лица Сяо Лизи и похолодел: «Что? У тебя все еще есть жалобы на то, как я учу своих слуг?»

Услышав, что было сказано, Сяо Лизи поспешно опустил голову: «Этот слуга не смеет».

«Ты не посмеешь?», — ухмыльнулся Лин Сяо. — «Разве это не то, что ты сейчас делаешь?»

Сяо Лизи просил прощения, дрожа от страха, даже не решаясь поднять голову.

Прощение Сяо Лизи состояло из фразы: «Я знаю свое преступление, пожалуйста, простите меня», заставляя Лин Сяо неоднократно качать головой.

Он вздохнул, глядя на стоящего, на коленях Сяо Лизи, и поднял его подбородок, заставляя Сяо Лизи смотреть ему в лицо: «Сяо Лизи, ты был рядом с Императором и мной так долго, ты должен уже знать наши характеры. Ты знаешь, что Император не любит, когда его слуги копаются в его мыслях, а также не любит, когда его слуги просят прощения, хотя ему ясно главное. Я такой же. Этот Стюард Лин тоже не любит такого».

Сяо Лизи только что подумал о собственной жизни и начал вспыхивать от холодного пота.

Когда Лин Сяо увидел это, то слегка сказал: «Или, может быть, ты думаешь, что нынешний «я», который не имеет ни права, ни власти, то меня больше не нужно принимать во внимание?»

Лицо Сяо Лизи стало смертельно бледным, и с дрожащими губами он поспешно объяснил: «Этот слуга определенно не имеет такого намерения… Вы, Стюард, в настоящее время любимец Императора. Это то, что каждый во дворце знает, так как же этот слуга мог осмелиться неуважительно относиться к Стюарду Лину?!»

«Этого достаточно». — Когда он услышал, как Сяо Лизи упомянул о том, кем он был в настоящий момент, настроение Лин Сяо испортилось, он нахмурился, прерывая его объяснение.

Сяо Лизи больше не смел ничего говорить, стоя на коленях на полу. Лин Сяо подошел к столу и налил себе чашку воды. Выпив глоток, он сказал: «Говори, что ты хочешь мне сообщить?»

Сяо Лизи услышал его, и выражение его лица стало счастливым, зная, что Лин Сяо больше не упрекает его. Он поспешно встал и почтительно ответил: «Стюард Лин, кое-что случилось вчера у Императора».

Когда Сяо Лизи упомянул о вчерашнем дне, глаза Лин Сяо вспыхнули, и он поставил свою чашку на стол, повернулся, чтобы посмотреть на Сяо Лизи и спросил: «Что случилось?»

Он молился в своем сердце, чтобы не произошло то, что сказал Лан Вэй, однако, иногда все идет не так, как люди хотят…

«Прошлой ночью Принц Страны Шао пригласил Императора посмотреть на цветы, и они прошли мимо Холодного Дворца. Услышав сладкий поющий голос, они пошли искать его источник и неожиданно обнаружили, что это была Мо Ци, которую Император запер в Холодном дворце. Затем Фу Юйцзюнь сказал, что ее внешность бесподобна, а ее голос сладкий. Будучи заинтересованным, он хотел попросить Императора позволить ему взять ее с собой…»

«……» — Лин Сяо сжал губы, если говорить о дьяволе, дьявол действительно придет.

«Но Император не согласился», — неожиданно сказал Сяо Лизи.

Лин Сяо удивленно поднял брови.

Глава 37 - Снова интриги

Лин Сяо удивленно поднял брови.

Фу Юйцзюнь был принцем Страны Шао, поэтому отказ был бы вреден для отношений между двумя странами. Это было также причиной, по которой он и Лан Вэй были уверены, что Император не откажется. Однако, Сяо Лизи говорит, что Император отказал?

Лин Сяо посмотрел на Сяо Лизи. Сяо Лизи поспешил продолжить: «Стюард, цель Принца Страны Шао не была подлинной. Мо Ци — Дворцовая женщина Мо — она та, кого Император лично отправил в Холодный дворец. Он даже приказал, чтобы ее не выпускали оттуда всю ее жизнь».

После этого Сяо Лизи замолчал, но Лин Сяо понял, что тот имел в виду. Фу Юйцзюнь пытается забрать кого-то, кто принадлежал императору. Если бы Император согласился, то это было бы все равно, что признать его приказ отданный ранее недействительным. Это было то же самое, что ударить себя по лицу.

Между своим лицом и отношениями между двумя странами Император решил защитить свое лицо.

Нет, это неправильно. Лин Сяо понимал Императора.

Император не ударил бы себя по лицу, но и не стал бы противоречить отношениям между двумя странами.

Император, должно быть, что-то сделал, он не мог с этим согласиться, но и оставить все как есть тоже.

Как только он об этом подумал, Сяо Лизи продолжил: «Но потому, что Принц Страны Шао — важный гость, Император не согласился на его просьбу, но уступил».

«Уступил? Что сделал Император?» — с любопытством спросил Лин Сяо.

Сяо Лизи ответил: «Стюард, Император сказал, что, если Принц Шао очень любит Дворцовую женщину Мо, то и Дворцовая женщина Мо, и Холодный дворец могли бы быть отданы принцу Страны Шао».

Удивленный услышанным, Лин Сяо ошеломленно спросил: «…С Холодным дворцом?»

Сяо Лизи ответил: «Император сказал, что эта Дворцовая женщина Мо была тем человеком, которого он лично отправил в Холодный дворец. Таким образом, пока Дворцовая женщина Мо находится в Стране Му, она не может покинуть Холодный дворец. Если она понравилась принцу Шао, это нормально. Император надеется, что он заберет эту красоту себе. Однако Император отправил и Принца Страны Шао в Холодный дворец, чтобы тот получил эту красоту».

Услышав решение, которое превзошло все его ожидания, Лин Сяо невольно засмеялся. Однако… Лин Сяо в то же время сомневался: «Холодный дворец находится в императорском дворце, не значит ли это, что он дает принцу Страны Шао свободу приходить и уходить, когда ему заблагорассудится?»

Сяо Лизи покачал головой, произнес: «Стюард, как мог Император позволить принцу другой страны свободно приходить и уходить в Императорский дворец? Император послал людей сделать маленькую дверь в Холодный дворец, которая ведет прямо к хранилищу. У хранилища есть боковая дверь, которая позволяет выйти из дворца. Если Принц Страны Шао хочет увидеть Дворцовую женщину Мо, то ему нужно воспользоваться боковой дверью склада, а затем пройти через маленькую дверь и встретиться с Дворцовой женщиной Мо. На этой дороге обычно есть охранники, поэтому мы также не будем бояться, если Принц Страны Шао что-нибудь задумает».

«Великий принц, представляющий Страну Шао, будет ходить через боковую дверь?» — Лин Сяо посмотрел на Сяо Лизи, который сдерживал смех и тоже не удержавшись, засмеялся.

Шаг, который сделал Император, действительно был злобным!

Сяо Лизи ответил: «Это так, как есть. Когда этот слуга увидел лицо Принца Страны Шао, оно почернело, но Император уже пошел на уступки. Принц Страны Шао хотел Дворцовую женщину Мо, Император отдал ее ему, поэтому Страна Шао не смеет сказать ничего плохого о нашей Стране Му».

В своих мыслях Лин Сяо кричал от восторга! Мо Ци хотела положиться на Фу Юйцзюна, чтобы сбежать из Холодного дворца? Ей нужно было узнать, согласен ли Император!

Приказ, который Император дал на этот раз, ему понравился.

«Однако…» — Сяо Лизи продолжил разговор, все еще имея, что сказать.

Лин Сяо не проявил терпения и нахмурился, подумав, почему Сяо Лизи не решается: «Просто скажи, если тебе есть что сказать».

«Да», — ответил Сяо Лизи. — «Изначально ваш слуга полагал, что Принц Страны Шао примет во внимание образ нашей страны, даже если не позаботится о своем собственном, и больше никогда не увидит Дворцовую женщину Мо, но кто знал, что этот Принц Страны Шао был свободным человеком. Той ночью он отправился туда, где находилась Дворцовая женщина Мо, и оставался в Холодном Дворце до рассвета».

Лин Сяо поднял бровь, когда услышал это. В этой жизни какая часть Мо Ци привлекала внимание Фу Юйцзюня?

Он убил их пересечение, так как они оказались вместе? Лин Сяо погрузился в свои мысли.

«Стюард Лин». — Прозвучал голос от входа и Лин Сяо оглянулся — маленькая горничная стояла на коленях у входа.

Лин Сяо указал ей, чтобы она вошла, и горничная быстро подошла к нему, протягивая ему листок бумаги. «Стюард Лин, это от Ци Луня из кладовых. Он попросил этого слугу дать это вам».

Ци Лунь? Один из евнухов, который рисковал своей жизнью, чтобы спастись от Императора?

Лин Сяо подошел ко входу. Как и ожидалось, он увидел несколько пожилого евнуха, ожидающего там.

Лин Сяо открыл листок бумаги и прочитал содержимое. В мгновение ока его глаза расширились, он еще раз перечитал содержимое

Мо Ци лично дала ему информацию, чтобы шантажировать ее?

Сдерживая волнение, он приказал горничной провести внутрь Ци Луня.

После того, как Ци Лунь вошел и приветствовал его, Лин Сяо подошел к нему, держа листок бумаги, и спросил: «Все, что написано на этой бумаге, правда?»

Ци Лунь посмотрел на листок бумаги, отвлекшись, затем поспешно опустил голову, ответил: «Ваш слуга не смеет обманывать Стюарда. Складское помещение уже связано с Холодным дворцом. Первоначально этот слуга и Сяо Лайцзы отвечали за доставку еды Дворцовой женщине Мо, она только что дала это этому слуге и Сяо Лайцзы. Она сказала, что отдаст жемчужное ожерелье в руки тому, кто сделает для нее то, что она написала на этой бумаге. Дворцовая женщина Мо пользуется поддержкой принца Страны Шао, поэтому этот слуга также не осмелился отказаться и мог использовать только придуманный предлог для возвращения назад и подготовки. Сяо Лайцзы, похоже, согласился».

Лин Сяо холодно улыбнулся тому, что он услышал. Мо Ци пыталась одержать победу в этой опасности!

«Стюард, это...?» — Сяо Лизи вышел вперед и спросил с сомнением.

Лин Сяо повернул голову, чтобы посмотреть на него, и дал ему письмо.

Сяо Лизи поспешно открыл и прочитал, его глаза все росли и росли от изумления: «Это… это… эта Дворцовая женщина Мо слишком нагла! На самом деле… Попытаться найти кого-то, чтобы тайно убить Принца Страны Шао! Она больше не хочет жить?!»

Не хочет жить?

Нет.

Лин Сяо вспомнил план, который он разрабатывал для Мо Ци в прошлой жизни — нанести себе вред, чтобы завоевать доверие врага.

В прошлой жизни, несмотря на то, что он помогал Мо Ци осчастливить Императора, когда она впервые вошла во дворец, однако разум Императора был сложным, он не доверял ей искренне. В то время Лин Сяо помогал Мо Ци разработать хитрость: спланировать попытку покушения на Императора и заставить Мо Ци заблокировать эту «атаку».

Однако Император в своей прошлой жизни был не так сложен, как в нынешний. Результаты этого трюка действительно были весьма выдающимися, потому что после этого Император искренне поклонялся Мо Ци.

Содержание этого документа, прямо сейчас, явно заключалось в уловке по причинению себе вреда, чтобы завоевать доверие другой стороны.

В содержании этого документа так же было: «…не бей в сердце». Если она действительно хотела, чтобы Фу Юйцзюнь умер, тогда почему она так написала? Кроме того, у Мо Ци не было причин убивать Фу Юйцзюня.

Тем не менее, Мо Ци действительно была довольно глупой. Она просто случайно найдет двух человек? Были ли боевые искусства у Фу Юйцзюня просто для галочки?

Исходя из этого, каким бы мастерством Сяо Лайцзи не обладал, он уже был бы убит Фу Юйцзюнем до того, как приблизится к нему! В таком случае, как она осуществить этот трюк?

Однако, у нее не было другого пути. В конце концов, она не смогла найти никого другого, кроме этих двух евнухов.

Похоже, Мо Ци не терпелось покинуть Холодный дворец, так как она очень хотела показать себя перед Фу Юйцзюнем…

Тем не менее, как Лин Сяо может отнять желание Мо Ци?!

«Это не правильно, убийство принца Страны Шао является смертельным преступлением, как мог Сяо Лайцзы согласиться на это?» — с сомнением спросил Сяо Лизи, пытаясь получить ответы от Ци Луня.

Лин Сяо проследил за его взглядом.

Хотя Ци Лунь несколько напрягся под взглядами двух людей, его лицо было полно честности: его глаза были устойчивы и не метались.

Размышляя об этом, Лин Сяо увидел, как Ци Лунь поклонился и сказал: «Стюард, этот евнух умрет ради попытки раздобыть денег. Сяо Лайцзы вошел во дворец только потому, что его дом беден, и долго не входил во дворец. Он до сих пор не разорвал свою связь с семьей на улице. Есть еще одна младшая сестра в его семье, которая заболела, и они рассчитывают, что он будет отправлять им деньги ежемесячно».

Лин Сяо, наконец-то, понял — Сяо Лайцзы поставил на это свою жизнь. Если это так, даже если его узнают, он не убил бы Мо Ци, а убил бы Фу Юйцзюня. Из-за Мо Ци он мог даже сделать это внутри дворца. Ее план может сработать.

Глаза Лин Сяо потемнели.

Он получил еще один кусок шантажа на Мо Ци, так что он должен был быть счастлив, но сейчас Лин Сяо чувствовал себя действительно беспокойно и тревожно.

Если у Императора не хватило смелости, чтобы убить Мо Ци, то независимо от того, сколько шантажа он получил, это бесполезно.

И если Мо Ци удастся освободить себя на этот раз и получить защиту Фу Юйцзюнь… Будет еще труднее что-либо сделать с Мо Ци.

«Если это так, то он на самом деле рискует своей жизнью!» — сказал Сяо Лизи в шоке швыряя венчик, и продолжил: «Этого не может быть, Стюард, нам нужно уведомить Императора! Если в Императорском дворце будет нападение на Принца Страны Шао, то отношения между нашей Страной Му и Страной Шао станут более напряженными». — Сказал Сяо Лизи, встретившись взглядом с Лин Сяо.

Услышав это, Лин Сяо нахмурился и подумав об этом, его разум начал работать.

Он поднял бровь и посмотрел на Сяо Лизи. Лицо Сяо Лизи, помимо уважения, имело веселую атмосферу, которую он постоянно пытался скрыть. Если бы это было правдой, он получил бы значительный вклад, если сообщит об этом Императору. То, к чему стремился Сяо Лизи, было именно этим. В результате, он действительно очень хотел пойти сообщить об этом Императору.

Лин Сяо холодно улыбнулся в своем сердце, хотя на его лице ничего не отразилось: «Сяо Лизи прав, как Стюард, я дам тебе возможность получить достижения в работе. Возьми письмо и иди, найди Императора прямо сейчас и полностью объясни ему все. Я пойду в Холодный дворец, чтобы остановить Сяо Лайцзы».

«Да», — ответил Сяо Лизи, нетерпеливо взял письмо и ушел.

Лин Сяо наблюдал, как Сяо Лизи взволнованно уходит, махнул рукой на Ци Луня, который сразу же сделал шаг вперед.

Лин Сяо спросил его: «Ты все еще помнишь, кто спас тебя?»

На неожиданный вопрос Ци Лунь встал на колени перед Лин Сяо: «Стюард спас жизнь этому слуге, этот слуга не посмеет забыть об этом».

«Очень хорошо». — Лин Сяо с удовлетворением прищурился: «Тогда прямо сейчас, Стюард попросит тебя кое-что сделать».

«Стюард, пожалуйста, скажите, что вам угодно». — ответил Ци Лунь и поклонился.

Лин Сяо поднял глаза: «Если исходить из того, что Сяо Лайцзы не причинит вреда стране Принца Шао... Иди, помоги ему немного».

«Что...?» — Глаза Ци Луня расширились от шока.

Лин Сяо обернулся и использовал палец, чтобы закрыть рот Ци Луня, в результате чего Ци Лунь проглотил крик своей тревоги. Лин Сяо огляделся, увидев, что вокруг никого нет, и приблизился к его уху, объясняя: «Найди какой-нибудь способ предупредить Сяо Лайцзи, чтобы сначала он дал сухое лекарство принцу Страны Шао. Только так он сможет ранить его».

Ци Лунь убрал шок с лица и спросил с бесконечным недоумением: «Стюард, вы тоже хотите убить Принца Страны Шао?»

Лин Сяо усмехнулся и покачал головой: «У меня нет такого намерения. Что касается того, что я, Стюард, хочу сделать, то тебе не нужно об этом знать».

Видя, как Ци Лунь колеблется и смущается, Лин Сяо наклонился и похлопал его по плечу: «Не волнуйся, это тебя не коснется. Тебе нужно только помочь Сяо Лайцзы составить план. Ответственным за это, все равно будет Сяо Лайцзы…»

Глаза Лин Сяо просветлели, а лицо повеселело. Так как он достиг своей цели, он встал и сказал: «Если ты преуспеешь, как Стюард, я не буду относиться к тебе несправедливо».

«Спасибо, Стюард Лин». — Ци Лунь поклонился Лин Сяо.

Лин Сяо махнул рукой: «Хорошо. Иди, иди, пока Император не добрался до Холодного дворца».

«Ваш слуга понял», — ответил Ци Лунь и ушел.

Глава 38 - Смерть Мо Ци

После того, как Ци Лунь ушел, Лин Сяо умылся и неторопливо вышел.

Это покушение на убийство должно было дать им немного времени для подготовки. Если они пойдут туда рано, они непреднамеренно предупредят врага и позволят Мо Ци трусливо отступить. Лин Сяо не сможет компенсировать свои потери, если это произойдет.

Позволить врагу нанести урон было очень опасной схемой. В своей прошлой жизни Лин Сяо также готовил эту схему для Мо Ци, усиленно приготавливая все в течение нескольких месяцев, прежде чем решится сделать это. Мо Ци сейчас так волновалась, что случайно нашла только двух людей. Ей суждено было провалиться.

Однако, Лин Сяо не хотел просто победить ее, он хотел ударить ее лицом в землю. Было бы еще лучше, если бы она потеряла свою жизнь на этот раз.

Нет, это не «будет лучше», это «будет точно».

Помня свои мысли о Фу Юйцзюне, Лин Сяо хотел, чтобы она взяла на себя ответственность за последствия, вызванные ее собственными действиями.

Если Фу Юйцзюнь действительно пострадает из-за ее схемы, Лин Сяо хотел посмотреть, как этот Принц Страны Шао справиться с этим!

И если Принц Страны Шао будет ранен в Стране Му, Лин Сяо хотел посмотреть, как Император справится с этим.

Конечно, Лин Сяо также должен был пойти в Холодный дворец.

В конце концов, номинально ему все еще нужно было пойти, чтобы не допустить всего этого. Кроме того, там должен был быть кто-то, чтобы испортить план Мо Ци, и не позволить ей действительно получить благоприятное впечатление от Фу Юйцзюня.

Но если Фу Юйцзюнь получит травму по схеме Мо Ци, и этот вопрос не будет решен так, как они хотели, то Мо Ци столкнется с катастрофой.

Имея это в виду, Лин Сяо ступил в главный зал Холодного дворца. Фу Юйцзюнь был только что опоен сухим порошком и лежал на земле, а Сяо Лайцзи держал кинжал и приближался к нему.

Увидев, как Лин Сяо ворвался в комнату, Сяо Лайцзы сразу же встрепенулся. Он поднял свой кинжал, посмотрел на Фу Юйцзюня и нанес удар.

Скорость Сяо Лайцзы была действительно слишком быстрой, настолько быстрой, что у Мо Ци даже не было времени, чтобы среагировать, когда он нанес удар Фу Юйцзюню. Мо Ци была как деревянный кол, неподвижно и безучастно стоявший возле Фу Юйцзюня.

Хотя Фу Юйцзюнь пострадал от сухого порошка, основы его боевых искусств все еще были при нем. Он резко очнулся, а когда он увидел приближающийся к нему кинжал, он перевернулся в направлении Лин Сяо и увернулся от кинжала.

То, как он уклонялся… Было даже довольно жаль, что его белые одежды теперь были испачканы грязью и землей, на которой он лежал и тяжело дышал.

В этот момент Мо Ци наконец-то среагировала и закричала, прежде чем броситься в направлении Фу Юйцзюнь.

И так как Сяо Лайцзы потерпел неудачу, он снова нацелил кинжал на Фу Юйцзюня и нанес удар.

Увидев, что план Мо Ци готовится к кульминации, Лин Сяо встал между Фу Юйцзюнем и Мо Ци. Поскольку его блокировка Мо Ци была слишком своевременной, для нее было уже слишком поздно. Лин Сяо оказался на шаг быстрее, чем Мо Ци, выступая в роли щита перед телом Фу Юйцзюня…

Звук удара прозвучал у него в ушах, когда острый клинок пронзил его тело, и звук боли вырвался из его груди. Лицо Лин Сяо исказилось.

«Ты…» — Фу Юйцзюнь посмотрел на Лин Сяо, который прикрывал его, и его глаза расширились от шока.

Свежая кровь испачкала белую одежду Лин Сяо, и его волосы парили, как бессмертная красота. С кинжалом в груди, текущая кровь окрасила его переднюю часть тела в красный, более яркий и красивый цвет, чем персиковый.

Его брови были нахмурены, зубы сжимались, лицо было белым, как бумага из-за боли. Фу Юйцзюню было ясно, что он терпел боль, но, глядя на его лицо, он почувствовал, что прямо сейчас Лин Сяо был и грустный, и красивый. Его сердце не могло не пуститься в бешеный ритм.

Его тело лежало на земле и он чувствовал слабость из-за порошка, но прямо сейчас Фу Юйцзюнь собрал свою силу и начал вставать. Поддерживая Лин Сяо, он использовал свою оставшуюся силу, чтобы поднять ногу и пнуть лихого нападавшего и, казалось бы, глупого убийцу евнуха, схватив Лин Сяо на руки.

«Как дела?» — спросил Фу Юйцзюнь у Лин Сяо и ткнул в точку давления, останавливая кровотечение из раны.

«Я…» — Больно, Лин Сяо не мог говорить, и его глаза скользнули по земле. Земля была полна крови с его раны, которая разбрызгивалась и разбрызгивалась.

Так много крови…

Он действительно переборщил на этот раз, его травма только зажила! Мало того, что его ударил Лан Вэй, он даже должен был помочь этому Принцу Страны Шао и принять удар на себя!

Лин Сяо держался себя за грудь. Его сознание было размыто.

В его смутном сознании он, казалось, видел Императора.

Его тело было одето в драконье одеяние, его осанка была необычной. Тем не менее, его лицо было чисто черным, его брови были сильно нахмурены, а взгляд холодным. Атмосфера, исходящая от него, была крайне устрашающей. Все встали на колени, дрожа от страха. Даже Мо Ци, которая усердно пыталась снова проявить себя перед Императором, инстинктивно опустилась на колени, когда увидела его таким. Она была парализована и дрожала, неспособна произнести ни слова.

Естественно, Лин Сяо также мог чувствовать гнев Императора, но его сознание угасало, он также вспомнил, что Император не появлялся перед ним долгое время. Он не мог не чувствовать себя недовольным.

Человек перед ним действительно Император? Или, может быть… Это иллюзия?

Лин Сяо покачал головой, желая увидеть все яснее, но когда сцена перед ним внезапно потемнела, и из его груди вырвался стон боли. Он задыхался, пытаясь сдержать его, и почувствовал, как его тело притягивают на еще более крепкую и широкую грудь. Во время вздоха Лин Сяо понял, что знаком с этим запахом.

«Ваше Величество…» — бессознательно пробормотал Лин Сяо.

Мягкий и слабый голос услышал Императора, он дразнил сердце Императора.

Император посмотрел на евнуха в своих объятиях. Белая одежда на нем, казалось, делала его бессмертным, его лицо было белее, чем одежда на нем, его губам также не хватало цвета. Кровавая дыра в его груди окрасила переднюю часть одежды в белоснежно красный и принесла чувство заколдованности.

Его брови были сжаты на переносице, а его внешний вид был безмолвным. Его жемчужно-белые зубы время от времени обнажались из-за губ, он кусал нижнюю губу, отказываясь издавать звуки боли, он был упрям, как валун.

Император посмотрел на такого Лин Сяо перед ним, его темный взгляд еще сильнее потемнел, а гнев поднимался в его груди. Этот маленький евнух снова получил травму.

Император поджал губы, наклонился и взял Лин Сяо на руки, повернулся, чтобы уйти.

Сяо Лизи поспешно на коленях просил приказ: «Ваше Величество, Дворцовая женщина Мо и Сяо Лайцзы…»

«Убить».

Одним словом, холод вокруг Императора уменьшился, в то время как власть вышла наружу. Оказывая давление на окружающих людей, у них не было другого выбора, кроме как согнуть и склонить головы, чтобы показать Императору свое высочайшее уважение к нему.

Сяо Лизи показал еще больше. Он был самым приближенным к Императору, и дракон, которого он мог получить, был величайшим. Пока Император отдавал приказ, он повернулся, чтобы взглянуть на него. Этот взгляд был слишком внушительным, а также чрезвычайно ледяным, словно он заставлял тело Сяо Лизи быть на месте, без возможности двигаться…

Только после того, как Император ушел, неся Лин Сяо, Сяо Лизи обмяк и упал на землю. Пот потек по его телу, и его нижняя часть тела стала влажной. Взглянув, он увидел, что неожиданно описался. (Евнухам (кастрированные мужчины), гораздо труднее контролировать свой мочевой пузырь, им требуется некоторое время, чтобы «нормально» функционировать. Но, даже после этого они довольно легко теряют контроль над мочевым пузырем)

Фу Юйцзюнь слегка рассмеялся, когда увидел это, но не стал обвинять евнуха в том, что тот так напуган. Даже он почувствовал давление, и ему было не намного лучше…

Фу Юйцзюнь поднял руки, оглядываясь на людей, которые без конца дрожали и горько смеялись.

Была ли это сила темного дракона, едва ли не двадцати пятилетнего Императора Страны Му?

Это действительно было «лучше увидеть самому, чем услышать от других».

***

Когда Лин Сяо проснулся, он заметил, что лежал на собственной кровати. Его вернули во дворец Нин Сюань.

Лин Сяо слегка пошевелился и почувствовал боль в груди. Ее было трудно вынести, и он не мог не застонать. Укол боли постепенно стих, и Лин Сяо оглянулся, больше не решаясь снова пошевелиться. Он только повернул шею, чтобы увидеть свое окружение, но только увидел, что вокруг никого не было.

Лин Сяо почувствовал, что это было немного странно. Он был возвращен сюда Императором, так, где же сам Император?

Даже если Императора нет рядом, где его слуги?

«Ты ищешь этих людей?» — Вдруг, мужской голос раздался со стороны. После его слов Лин Сяо увидел двух своих горничных без сознания у его кровати.

Лин Сяо был встревожен, и его глаза расширились, он огляделся.

Брови этого человека были светлые, его кожа была белой, и он был одет в белую одежду иностранцев. Бесчисленные золотые кусочки металла свисали с его одежды и звенели, когда он шел.

«Принц страны Шао?!» — закричал Лин Сяо в тревоге. Он прикрыл грудь, пытаясь поддержать себя, чтобы привстать… Но место, где он был ранен, была его грудь, поэтому всякий раз, когда он двигал своим телом, он тянул за рану, из-за чего ему было трудно перемещаться. Он двигаться с трудом и это только заставляло его покрываться холодным потом.

Фу Юйцзюнь поспешно подошел вперед и поддержал Лин Сяо, когда увидел его действия, сказав: «На этот раз ты очень сильно ранен, поэтому не двигайся».

Его слова несли тон беспокойства и тревоги. Лин Сяо нахмурил брови, что Фу Юйцзюнь пытается сделать?

Думая об этом, Лин Сяо позаимствовал силы Фу Юйцзюня и поддержал себя рукой, сумел прислониться к спинке кровати и успокоился: «Ваше Высочество, что это значит?»

Лин Сяо, стоящий перед ним, с бледным лицом и каплями пота на лбу, выглядел уставшим. Но его губы были упрямо сжаты, и он поднялся, несмотря на свою очевидную слабость. Даже так, его сила не исчезла, и он все еще был настороже, смотря на него внимательным взглядом. Фу Юйцзюнь слегка улыбнулся при виде этого.

Этот Лин Сяо, безусловно, был немного интересным.

С этими мыслями он тихо сказал: «Я хотел прийти взглянуть на своего спасителя, но Император Страны Му скрывал тебя от моего рвения, поэтому у меня не было выбора, кроме как сделать это тайно».

Увидев, как взгляд Лин Сяо упал на двух бессознательных горничных у его кровати, Фу Юйцзюнь поспешил объяснить: «Я просто усыпил их. Поспав немного, они проснутся. Тебе не нужно беспокоиться».

Уснули? Глаза Лин Сяо блеснули — эти боевые искусства были действительно полезны.

«Ты спас меня, что ты хочешь?» — Фу Юйцзюнь увидел, что Лин Сяо долго ничего не говорит, и прислонившись к кровати, задал ему вопрос.

Лин Сяо посмотрел на него, на красивого и экзотического мужчину перед собой. Он пришел просто сказать ему это? Лин Сяо задумался.

Сцена, что произошла до того, как он упал в обморок, играла в его голове, он снова увидел, как Фу Юйцзюнь опирается на кровать с улыбкой на лице, выглядящей нежно, дружелюбно и скромно. Отсюда видно, что Фу Юйцзюнь действительно пришел просто посмотреть на него и спросить, какую услугу он хотел бы получить.

Так как это было так…

Кончик брови Лин Сяо слегка сдвинулся, в его глазах мелькнула хитрость. Хотя спасение Фу Юйцзюня не было его первоначальным намерением, это правда, что он использовал свое собственное тело, чтобы заблокировать атаку для него. Желание отплатить ему за это было естественным.

Хитрость его глаз, естественно, не ускользнула от Фу Юйцзюня. Он посмотрел на живого Лин Сяо перед собой, внезапно осознав, почему Император Страны Му так сильно его любил. Он тихо засмеялся и еще раз подошел к Лин Сяо, задав неуместный вопрос: «Все ли евнухи Страны Му такие интересные, как ты?»

«?» — Лин Сяо посмотрел на Фу Юйцзюня с озадаченным лицом.

Лин Сяо смотрел на него своими яркими глазами. Его бледные губы были слегка приоткрыты, как будто они хотели что-то спросить, но не могли найти слов, чтобы задать вопрос. Выражение его лица было и вялым, и восхитительным.

Фу Юйцзюнь слегка рассмеялся, когда увидел это, его настроение стало намного лучше, пока он сидел у кровати Лин Сяо. Протянув руку и взяв за челюсть Лин Сяо, он поддразнил его и встретился с изумленным взглядом Лин Сяо: «Если тебе не нравится Император Страны Му, то я буду преследовать тебя».

Глава 39 - Секрет разоблачен

Преследовать?

Лин Сяо снова и снова прокручивал в голове то, что услышал, и его лицо не могло не омрачится. Он поспешно отвернулся, чтобы избежать хватки Фу Юйцзюня.

Фу Юйцзюнь поднял бровь и слегка разочаровано убрал руку. «Ты не можешь… Дать мне шанс?»

Иностранный принц, красивый и яркий, с любовью смотрел на него абсолютно безумным взглядом. Если бы он сам не был мужчиной, и если бы Лин Сяо не знал, каким человеком был Фу Юйцзюнь из своей прошлой жизни, его выражение лица могло бы по-настоящему тронуть его.

Но увы, Лин Сяо полностью знал о Фу Юйцзюня из своей прошлой жизни

Естественный нрав этого мужчины был романтичным. Пока была женщина, которая выглядела несколько прекрасно, он мог принимать глубоко эмоциональный облик и произносить в своих речах самые сладкие слова любви. Он мог вложить свое сердце в руку и отправить его любимому человеку в мгновение ока.

Однако, за его романтическими поступками скрывалось непостоянство — когда он интересовался ими, он боялся ранить любовника, который был у него на ладони, но как только его интерес угасал, его прежний любовник был оставлен им как ненужная обувь.

Его романтические манеры и непостоянство были печально известны в Стране Шао.

Из-за этого, в прошлой жизни Лин Сяо снова и снова пытался помешать этому принцу и Мо Ци встретиться. Он боялся, что Мо Ци будет обманута этим парнем. К счастью, сердце Мо Ци было у Императора и это не создавало ему проблем в его прошлой жизни.

Их переговоры с этим Принцем Страны Шао не были слишком глубокими.

Просто тогда замечательная красота Мо Ци, а также этот силуэтный танец заставляли Принца из Страны Шао часто связываться с ней. Лин Сяо также приложил немало усилий, чтобы справиться с ним в прошлом.

Он не ожидал, что в этой жизни Фу Юйцзюнь сможет встать на ноги перед мужчиной! Скорее, он мог сделать это для евнуха, который даже не был человеком! Глаз Лин Сяо немного дернулся.

Он понимал, что этот принц Страны Шао на данный момент заинтересован им, и поддастся уговорам, но не принуждению. (ищет легкие пути, обходя тяжелые) Лин Сяо глубоко вздохнул, чтобы подавить свой гнев, медленно и тихо сказал: «Ваше Высочество, Вам не нужно шутить с этим слугой».

Глядя на маленького евнуха, лежащего перед ним, чье лицо превратилось из прозрачного в черное, затем из черного в красное и, наконец, из красного в прозрачное. Это было действительно чудесное зрелище, заставившее Фу Юйцзюня громко рассмеяться со звуком «пфффт».

Он действительно хотел еще немного подразнить этого маленького слугу. Однако, он находился в Императорском дворце Страны Му, он не мог зайти слишком далеко. С этими мыслями Фу Юйцзюнь улыбнулся и больше ничего не говорил Лин Сяо. Он просто с любовью смотрел на него, как и прежде.

Лин Сяо не мог сдержать этого, его веки продолжали дергаться. Он начал смотреть в другую сторону: «Ваше Высочество, разве вы не пришли спросить, что хочет этот слуга?»

Фу Юйцзюнь кивнул и улыбнулся: «Ты что-то придумал?»

Лин Сяо замолчал. Он хотел сказать — да, но сейчас он был в довольно опасной ситуации. Пришло время обратиться за помощью к принцу Страны Шао.

Однако у Лин Сяо был вопрос, который он должен был подтвердить.

Прежде чем он упал в обморок, он слабо слышал, что Мо Ци была казнена Императором.

Но он не знал, правда это или нет…

Лин Сяо чувствовал, что он должен уточнить это. Его взгляд вернулся к Фу Юйцзюню, он немного подумал, прежде чем спросить: «Перед этим я могу задать Вашему Высочеству несколько вопросов?»

Фу Юйцзюнь с интересом поднял бровь, скрестив руки на груди. «Позволь мне услышать их»

«Мо Ци… Дворцовая женщина Мо… Что случилось?»

Фу Юйцзюнь посмотрел вниз, когда услышал это, и глубоко задумался о чем-то. Через некоторое время он, наконец-то, поднял голову и ответил: «Мертва, мертва по приказу Императора».

Глаза у Лин Сяо прояснились. Вырвавшаяся бодрость не ускользнула от глаз Фу Юйцзюня. Фу Юйцзюнь задумчиво посмотрел на Лин Сяо.

Лин Сяо ненавидел Мо Ци?

«Тогда, где ее тело?»

Как только он подумал об этом, он услышал, как Лин Сяо задал следующий вопрос. Фу Юйцзюнь приподнял челюсть, его взгляд на мгновение обдумал это и улыбнулся: «Этот вопрос ты должен задавать не мне, а Императору Страны Му. Он был тем, кто приказал убить ее, как обойтись с ее телом и так далее — это тоже его проблема».

Лин Сяо услышал это, и его глаза вспыхнули. Слова Фу Юйцзюня произносились так же свободно и равнодушно, как ветер, как будто он не был тем человеком, которого пытались убить тогда. Казалось, что казненная Мо Ци не имела к нему никакого отношения.

Лин Сяо нахмурился, тогда на него нахлынули кое-какие подозрения, поэтому он злобно спросил: «Ваше высочество… Вы не возражаете против этого?»

«Возражаю?» — Фу Юйцзюнь рассмеялся, как будто ничего не произошло. — «Император Страны Му помог мне избавиться от женщины, которая готовила мою смерть. Естественно, я только сердечно благодарю его. С этого момента мне не о чем беспокоиться».

«Вам… Вам она не нравилась?» — Лин Сяо продолжал исследовать его.

Лин Сяо мог вспомнить, что хотя этот Фу Юйцзюнь был романтичным, если бы была женщина, которая вызвала его интерес и нравилась ему, то он выполнил бы все стандартное требование любовника и делал бы все возможное, чтобы быть добрым к своей половинке всеми возможными способами. Также это было причиной того, что несмотря на то, что он был романтичным и непостоянным, он все же получил большую любовь женщин в Стране Шао.

Фу Юйцзюнь не должен быть настолько безразличен к смерти Мо Ци, если у него есть сердце. Даже если она замышляла против него убийство, она на самом деле не ранила его. Как минимум, Фу Юйцзюнь должен знать, где находится ее труп.

Фу Юйцзюнь, казалось, услышал какую-то шутку и насмехался над ней. Но его слова не отрицали его любви к Мо Ци. «Как бы она мне ни нравилась, это не так важно, как моя жизнь. Разве я не прав?»

Лин Сяо кивнул на эти слова. Жизнь была важнее всего, в конце концов. В прошлой жизни Фу Юйцзюнь производил впечатление романтичного и непостоянного человека, который большую часть времени был очень непослушным. Но теперь, похоже, он тоже был тем, кто дорожил своей жизнью.

Лин Сяо глубоко вздохнул. Он понял из того как говорит Фу Юйцзюнь, что он не сможет больше получить никаких новостей о том, что он хочет узнать, поэтому Лин Сяо больше не беспокоился об этом.

Просто он думал о том, хочет ли он выдвинуть свою просьбу до того, как узнает, что Мо Ци действительно мертва…

Лин Сяо прикрыл рану на груди рукой и растерянно нахмурился.

На этот раз травма была гораздо серьезнее, чем раньше.

Он почувствовал, что его силы полностью истощились всего лишь после этого небольшого разговора. Его тело стало тяжелее, и даже если Лин Сяо опирался на кровать, он чувствовал слабость…

Лин Сяо хотел посмотреть вниз и проверить себя, но когда он опустил голову, его глаза расширились.

Его рана уже была обработана, его верхняя часть тела была обернута слоями марли, но поверх марли была совершенно новая белая одежда.

Это была не его белая одежда, в которой была пробита дыра и залита кровью, а совершенно новый комплект китайского платья.

Он был переодет!

Глава 40 - Приглашение Императора

Он был переодет!

Как только он осознал это, Лин Сяо вздрогнул, с него капал холодный пот. Его голова была слабой, а перед глазами мелькали вспышки тьмы.

Испытывая шок, Лин Сяо был на грани краха. Фу Юйцзюнь, который все время обращал на него внимание, поспешно поддержал его. Увидев ужасный цвет лица Лин Сяо, улыбка на лице Фу Юйцзюня также исчезла. Он с беспокойством посмотрел на Лин Сяо: «Ты чувствуешь себя плохо? Быстро ложись».

Лин Сяо покачал головой и крепко сжал руку Фу Юйцзюня, как будто она была его спасательным кругом и хрипло спросил: «Ваше Высочество, когда вы вошли, вы видели, кто помог мне переодеться?»

Он даже забыл назвать себя «этим слугой»; он действительно потерял голову.

Фу Юйцзюнь услышал этот неуместный вопрос и почувствовал некоторое сомнение. Он злобно посмотрел на Лин Сяо, но взгляд Лин Сяо был полон надежды, когда он смотрел на него. Сердце Фу Юйцзюня дрогнуло.

Его желание расследовать рассеялось в доли секунды.

Этот маленький слуга наклонил голову и смотрел на него взглядом, настолько робким и невинным, что этот взгляд сиял в самой глубокой части его сердца и заставлял его пульсировать.

Эти бледные губы выглядели несколько болезненно, небольшой промежуток между ними также был несколько завораживающим. Фу Юйцзюнь подавил невероятно сильное желание воспользоваться своим преимуществом. Он смущенно отвернулся, откашлявшись: «Неужели так важно знать, кто тебя переодел?»

Сказав это, Фу Юйцзюнь усмехнулся, чтобы скрыть свое желание. Он даже заговорил слабо.

Он задавался вопросом, какое значение имеет эта мелочь.

Кто бы мог подумать, что Лин Сяо перед ним серьезно кивнет головой.

«......»

Фу Юйцзюнь был поражен; в его глазах было недоумение.

Но, увидев бледное лицо Лин Сяо и довольно взволнованный взгляд, Фу Юйцзюнь не мог не стать серьезным.

Он тщательно подумал и наконец-то вздохнул: «До того, как я пришел, твою одежду уже поменяли. Я не видел, кто тебя переодел»

Лин Сяо пришел в отчаяние и посмотрел вниз.

«Тем не менее…»

Услышав продолжение, Лин Сяо поднял глаза и уставился на Фу Юйцзюня с ярким выражением на лице.

Его депрессивная внешность сейчас изменилась и стала такой живой из-за этих слова. Светлые глаза, которые блестели от надежды, смотрели на него, как будто он был маленьким щенком, который с нетерпением ждал, когда его накормят. Это заставило его сердце смягчиться и быть в полном беспорядке.

Фу Юйцзюнь слегка рассмеялся и поднял руку, чтобы потрепать волосы Лин Сяо, сказав: «Хотя я не видел, кто переодел тебя, когда я пришел, не было никого, кроме этих слуг. Кроме того, эти две горничные взяли одежду, которая ранее была на тебе и вышли из комнаты».

Лин Сяо сосредоточил все свое внимание на том, что говорил Фу Юйцзюнь, и пропустил действия Фу Юйцзюня. Он проследил за взглядом Фу Юйцзюня, чтобы посмотреть на двух бессознательных горничных у своей кровати и сморщил брови.

Фу Юйцзюнь ответил: «Когда они вышли, я сразу же усыпил их. Если твоя одежда еще не пропала, она должна быть снаружи».

Другими словами, у них все еще не было времени раскрыть его секрет. Лин Сяо вздохнул с облегчением. Этот Фу Юйцзюнь наконец-то сделал хоть что-то хорошее.

Наблюдая за облегченным взглядом Лин Сяо, Фу Юйцзюнь с интересом спросил: «Тебя… Так волнует, кто тебя переодел. Возможно, у тебя есть какой-то секрет на твоем теле?»

Когда Фу Юйцзюнь сказал это, его взгляд скользнул по всему телу Лин Сяо, как будто тот был голым.

Тело Лин Сяо напряглось, он привстал, чтобы стряхнуть руку Фу Юйцзюня. Его лицо было упрямым, когда он сменил тему. «Ваше Высочество, вы не хотите спросить, что хочет этот слуга? Этот слуга может сказать это вам прямо сейчас…»

Фу Юйцзюнь поднял бровь, навострив уши, чтобы услышать его.

«Во-первых, этот слуга хочет, чтобы эти две служанки на время исчезли из дворца. Я побеспокою вас тем, чтобы вы вывели их из дворца на некоторое время».

Достаточно побеспокоит, чтобы хотеть вывести их из дворца? В этом секрет!

Фу Юйцзюнь посмотрел на двух бессознательных горничных и задумчиво поднял бровь, прежде чем ответить: «Хорошо, нет проблем».

«Во-вторых, когда вы будете возвращаться домой, этот слуга хочет уйти с вами».

Лин Сяо не мог больше ждать; секрет на его теле был как дистанционная бомба замедленного действия; это может быть раскрыто в любое время перед Императором…

Фу Юйцзюнь сказал в изумлении: «Ты хочешь уйти со мной? Покинуть Имперский дворец Страны Му? Ты думаешь ясно?»

Лин Сяо кивнул.

Серьезная внешность маленького слуги не выглядела фальшивой. Фу Юйцзюнь почесал подбородок, с любопытством спрашивая: «Тогда как насчет Императора Страны Му? Хотя ты сейчас слуга, насколько я знаю, если ты продолжишь оставаться во дворце, то станешь Первым Супругом Страны Му. Ты готов отказаться от этого и уйти просто так?»

Лин Сяо смотрел безучастно, он не ожидал, что Фу Юйцзюнь сможет получить столько информации за такое короткое время.

Однако Лин Сяо не планировал слишком много рассказывать Фу Юйцзюню и холодно ответил: «Если этот слуга сказал, что этот слуга готов уйти, таким образом, вы готовы взять меня или нет?»

Фу Юйцзюнь расслабленно посмотрел на Лин Сяо. Этот маленький слуга действительно сильно отличался от того, что он представлял!

Неудивительно, что Император Страны Му не разрешал никому заходить сюда и пытался надежно спрятать этого слугу. Первоначально он думал, что это абсурд, но теперь, похоже, он мог понять, почему Император Страны Му решил сделать это.

За ним действительно нужно было внимательно следить. Иначе, в мгновение ока, он бы ускользнул.

Он долго думал об этом, потом улыбнулся и согласился: «Я возьму тебя. Естественно, я возьму тебя с собой. Я не думал, что ты захочешь последовать за мной, даже если бы я этого пожелал. Тем не менее…»

Как только Лин Сяо вздохнул с облегчением, его сердце снова ускорилось. Он нахмурился и внимательно посмотрел на этого Фу Юйцзюня, который любил приводить в напряжение, несчастно пробормотал про себя: «Если вам есть что сказать, просто скажите это».

«Император Страны Му не отпустит тебя так легко. Новость, что ты ему нравишься, широко известно во всем дворце. Хотя я не пробыл в Стране Му долго, даже я слышал об этом. Император Страны Му не отпустит тебя. Как я могу взять тебя с собой? Возможно, ты хочешь, чтобы я сбежал с тобой?»

Слова Фу Юйцзюня были неоднозначными. Во время разговора на его лице была улыбка и он смотрел на него, как будто это было действительно то, о чем думал Лин Сяо.

Веко Лин Сяо несколько раз дернулось, ему удалось подавить вульгарный язык, который он собирался использовать, и глубоко вздохнул. Он осторожно переменил тему и спросил: «Когда Ваше Высочество планирует вернуться домой?»

Фу Юйцзюнь немного подумал, затем слегка улыбнулся и спросил: «Когда ты хочешь, чтобы я вернулся в свою страну?»

«Чем быстрее, тем лучше», — быстро ответил Лин Сяо, но после того, как он ответил, он заметил, что, возможно, был слишком нетерпеливым и посмотрел на Фу Юйцзюня.

Фу Юйцзюнь выражал улыбку, но не на лице, когда смотрел на Лин Сяо: «Я не ожидал, что ты будешь таким нетерпеливым, что бы мы были вместе. Тогда разве мне не трудно отказаться от твоего желания?»

Хотя Фу Юйцзюнь сказал это, на его лице было выражение глубокой любви. Рот Лин Сяо дернулся и уже собирался ответить, когда Фу Юйцзюнь немедленно хлопнул в ладоши и сказал: «Хорошо, раз ты так нетерпелив, как насчет завтра? Я вернусь за тобой завтра!»

«!»

Это действительно было… Довольно преднамеренно! Лин Сяо хранил молчание.

«После этого, ты уедешь со мной?» — Фу Юйцзюнь прислонился к кровати и посмотрел на Лин Сяо.

Лин Сяо сделал нейтральным выражение лица и немного подумал, прежде чем сказать: «Завтра этот слуга просит Ваше Высочество немного подождать снаружи. Этот слуга найдет вас».

«Ты хочешь сбежать из дворца?» — почти уверенный в этом, Фу Юйцзюнь прищурился и посмотрел на Лин Сяо.

Лин Сяо поджал губы; это был его единственный выход. В страхе, что Фу Юйцзюнь отступит, Лин Сяо объяснил: «Не волнуйтесь, Император не пойдет в погоню за таким незначительным евнухом. И при этом он не пожертвует отношениями между двумя странами только ради одного слуги. Если завтра этот слуга потерпит неудачу, Император не будет расследовать это дело, ради отношений между двумя странами. Кроме того, этот слуга не обязательно должен потерпеть неудачу».

Фу Юйцзюнь долго смотрел на Лин Сяо, затем тихо рассмеялся. Этот слуга действительно думал, что Император Страны Му отпустит его так легко?

Размышляя, Фу Юйцзюнь слегка покачал головой, но не отверг слова Лин Сяо. Он просто тихо ответил: «Завтра, я буду ждать тебя».

Фу Юйцзюнь ушёл с двумя горничными, а Лин Сяо устало лег на кровать.

Он был ранен. Это было не лучшее время для него, чтобы убежать, но он не мог больше ждать.

На этот раз он был сильно ранен, но Император так и не пришел к нему. Это сделало Лин Сяо еще более уверенным, что Император все знал! Зачем еще ему давать Лин Сяо холодное плечо?

Он не мог сидеть и мириться со своей судьбой; это было бы слишком тревожно.

Ночью дворец Нин Сюань был ярко освещен. Одетый в белое, Лин Сяо сидел в вертикальном положении со столом перед ним, несколько задумавшись, смотря на вход.

Один маленький евнух появился на входе в доли секунды, торопливо кланяясь, когда он вошел, и почтительно приветствовал Лин Сяо. «Стюард Лин, Его Величество прибыл».

Глава 41 - Кризисный момент

Лин Сяо был поражен. Рука, которую он использовал, чтобы погладить цитровую нить, внезапно порезалась, от боли он отдернул руку.

Казалось, что он колебался и смотрел в неизвестность, погруженный в свои мысли. Маленький евнух, стоящий на коленях, поспешно позвал его, когда не увидел никакой реакции: «Стюард, вам нужно подготовиться! Император прибудет во дворце Нин Сюань через полчаса!»

Лин Сяо услышав это, проснулся. Глубоко вздохнув, он подавил беспокойство в своем сердце и сказал: «Я знаю, ты можешь идти».

«… Да». — У маленького евнуха явно было что-то, что он еще хотел сказать, но увидев, что лицо Лин Сяо выглядело нехорошо, он закрыл рот и почтительно ушел.

После того, как маленький евнух ушел, Лин Сяо прижав свою рану, встал и подошел к столу. На столе был десерт и вино для Лин Сяо, приготовленное Императором. Из-за талии он достал медицинский порошок. Это было лекарство хрящевого порошка, данное ему Ци Лунем, которое он использовал на Фу Юйцзюне. Это не повредит телу, но сможет сделать человека неподвижным на некоторое время.

Лин Сяо налил его в бутылку вина на столе. Оно было специально подготовлено для Императора сегодня вечером.

Завершая эти задачи, Лин Сяо зажег благовоние на столе с цитрой. Он уже принимал лекарства заранее, поэтому благовония сна не должны были на него повлиять. Однако, было бы трудно сказать, принимал ли Император хрящевую пудру.

Когда все было готово, Лин Сяо снова сел перед семиструнной цитрой, рассеянно на нее глядя.

Если бы было возможно, он бы не хотел этого делать.

Однако отношения между ним и Императором были построены на лжи. Он действительно хотел быть честным с Императором, но не мог поставить на это свою жизнь.

Стюард Сюй заботился об Императоре в течение девятнадцати лет, и из-за одной лжи он был изгнан из дворца.

Премьер-министр домохозяйства был так важен для страны, но из-за лжи он был отстранен от должности и изгнан из столицы.

Он, Лин Сяо, не сопровождал Императора много лет и был ничтожным человеком. У него не было уверенности, чтобы быть честным с Императором.

Он не мог сомневаться. Если он не хотел потерять свою жизнь, то ему придется покинуть дворец, прежде чем его тайна раскроется.

С этими мыслями взгляд Лин Сяо стал тверже и он успокоился. Раздвинув пальцы, он начал играть на струнах.

Фу Юйцзюню, правда, нельзя было доверять, но он может использовать Фу Юйцзюня.

Пока он использует Фу Юйцзюня, чтобы покинуть столицу, у Лин Сяо было бесчисленное множество способов убежать от Фу Юйцзюня, когда они уже будут достаточно далеко по пути в Страну Шао…

Пока он думал об этом, звук шагов прошел мимо входа и Лин Сяо очистил свой разум, искренне погрузившись в игру семиструнной цитры перед ним. Это первый раз, когда он играл для Императора, и это также должен быть последний раз.

Император только что подошел ко входу во дворец Нин Сюань, когда услышал звуки цитры, играемой внутри.

Звук цитры поднялся, полный эмоций и тоски, выражая внутренние чувства игравшего. Император слегка остановился и помешал слугам объявить о его прибытии, когда он вошел в комнату.

В комнате один человек сидел перед столом с цитрой, его десять пальцев слегка поглаживали струны.

Струны дрожали, и чистая мелодия цитры приятно вытекала из нее.

Перед столом была зажженная курильница, которая мягко горела. Дым, окружавший стол с цитрой, создавал ощущение, что это место было волшебной страной.

Император наблюдал за этой сценой, его взгляд постепенно становился глубже.

Сидящий перед ним мужчина был одет в белое одеяние, с элегантными чертами лица и тонкими черными волосами, которые слегка трепетали. Он выглядел как бессмертный. Но эти чистые и прозрачные осенние глаза блуждали, несколько раз тихо смотрели на него и уходили. Это щекотало его сердце.

Его милость была ясной, чарующей и очаровательной.

Некоторое время он не видел маленького евнуха, а этот маленький евнух становился все красивее и красивее.

Император прищурился, и цвет его двойных зрачков стал немного темнее, когда он подошел к человеку за столом с цитрой.

С эхом «Чжэн» Лин Сяо увидел, что Император собирается стать перед ним, он остановил свои движения. Прижав рукой рану, он с трудом встал и собирался приветствовать Императора.

Император помог ему подняться обеими руками и притянул Лин Сяо в свои объятия.

«Не будь слишком вежливым, твое тело еще не в порядке. Почему ты не отдыхаешь?»

Император обхватил талию Лин Сяо, когда сказал это, его взгляд скользнул мимо раны на груди Лин Сяо. Увидев, что нет кровотечения, он спокойно отвернулся.

«……» — Лин Сяо замолчал и посмотрел вниз, когда увидел это.

Тон Императора был таким же заботливым, как и прежде, как будто он никогда не давал ему холодное плечо. У Лин Сяо внезапно возникло неправильное представление о том, что они не на одной волне. Он не знал, что он должен был сказать в данный момент.

Когда Император не услышал ответа от Лин Сяо, он слегка поднял бровь и посмотрел на него сверху вниз.

Он увидел, что у маленького евнуха в его объятиях было бледное лицо, пот на лбу и слегка нахмуренные брови. Он выглядел недовольным и чрезвычайно уставшим.

Император увидел это, и на его лице появилось недовольство. Он вздохнул и подняв Лин Сяо, отнес его к кровати: «Ты ранен, не нужно так себя изматывать».

«Ваше Величество… этот слуга…», — с тревогой вскрикнув когда его понесли, Лин Сяо напрягся, но обнаружил, что лежит на кровати. Император наклонился и приблизился к нему, его руки были по обе стороны от головы Лин Сяо, эта поза была неоднозначна.

Лин Сяо открыл глаза, наблюдая за красивым лицом Императора, которое было почти в пределах досягаемости и его сердцебиение ускорилось.

Сяо Лизи, который последовал за Императором, тихо положил поднос на стол и ушел, увидев эту сцену.

На подносе находился отвар из ласточкиного гнезда, который маленькая горничная из дворца наложницы Ран предложила Императору, когда они направлялись во дворец Нин Сюань. Император заставил Сяо Лизи принять его, поэтому Сяо Лизи не посмел с этим справиться так, как ему хотелось. Он мог только оставить его на столе, ожидая, пока Император возьмет его.

После того, как Лин Сяо увидел, как Сяо Лизи вышел, он и Император остались в комнате одни. Сердце Лин Сяо стало беспокойным. В конце концов, было довольно легко потерять себя от страсти в таком месте, как кровать.

Он начал бороться, желая встать, но Император не дал ему двигаться. Лицо Лин Сяо было белым, глядя на Императора над ним, он был взволнован и его губы дрожали. Тоном, в котором звучали некоторые просьбы, он сказал: «Ваше Величество…»

У маленького евнуха под ним были яркие глаза, которые сейчас были влажные, и с осторожностью смотрели на него. Он был похож на испуганного кролика и это было по-настоящему восхитительного.

Сердце Императора смягчилось, и он наклонился, чтобы поцеловать бледные губы Лин Сяо, а затем встал.

Лин Сяо также последовал за ним. Император поджал губы, когда увидел это, его спокойные и глубокие глаза смотрели на Лин Сяо.

Сердце Лин Сяо почувствовало слабость под его взглядом, и он вынужденно улыбнулся: «Ваше Величество… Почему Вы так пристально следите за этим слугой?»

Император услышал вопрос и прислонился к кровати, немного отодвинувшись от Лин Сяо, но не сдвинулся с линии его взгляда. Через некоторое время Император задумчиво сказал: «Мы думаем, что ты еще не подготовился к служению Нам».

Лин Сяо уставился на него, и тут же опустился на колени перед Императором, виновато говоря: «Ваш слуга знает свое преступление».

Он не мог разглядеть гнев на лице Императора. Выражение Императора было глубоким и таинственным, как будто его взгляд что-то рассматривал.

Лин Сяо продолжал поглядывать на выражение лица Императора. Его разум был еще больше в беспорядке и не находил решения. Его руки и ноги также ослабевали. Если бы он не стоял на коленях на кровати, он, вероятно, уже потерял бы сознание.

В тот момент, когда Лин Сяо почти не мог этого вынести, Император переместил взгляд и подошел к столу.

Лин Сяо вздохнул с облегчением и вытер пот со лба, поднявшись с кровати, чтобы последовать за Императором к столу.

Когда он только подошел к столу, он услышал, как Император сказал: «Ты никогда не думал, что по сравнению с неподготовленностью, твои тяжелые травмы являются лучшим оправданием?»

Император неожиданно упомянул «оправдание» и поразил Лин Сяо. Его колени немедленно стали мягкими, он уже стоял на коленях перед Императором.

Его сердце, которое только что успокоилось, снова начало биться быстрее. Лин Сяо почувствовал, что вид перед ним был немного размытым.

Свет стал тускнее, сияя на лице Императора, которое невозможно было прочесть, он выглядел еще более глубоким и загадочным. Веко Лин Сяо начало дергаться, в его сердце чувствовалось беспокойство.

Он не смел сказать ни слова. Он боялся, что это будет иметь неприятные последствия, как раньше. Чем больше он говорит, тем больше ошибок можно было найти. Он опустил голову и взглянул на винную чашку на столе. Он сжал зубы и нахмурился. Ему нужно было придумать, как заставить Императора выпить вино.

Когда он подумал об этом, Император неожиданно протянул руку Лин Сяо.

Лин Сяо поднял глаза, чтобы посмотреть на Императора. То, на что он смотрел, было холодным выражением лица Императора, и это его поразило. Он быстро отвел взгляд и вытер руку о нижнюю часть одежды. Только после того, как он вытер холодный пот с ладони, он протянул руку Императору.

Император схватил Лин Сяо за руку и сильно потянул, заставив Лин Сяо встать с колен в его объятия, и посадил Лин Сяо на свою ногу.

Тело Лин Сяо напряглось, его глаза увидели, что уголок рта Императора был опущен вниз…

Император был зол, а он был внутренне напуган. Он упорно отталкивал панику внутри и расслабил себя.

Брови Императора слегка расслабились, он взял отвал с ласточкиным гнездом, оставленный Сяо Лизи. Он подхватил ложку и подул на нее, прежде чем поднести ко рту Лин Сяо.

Лин Сяо безучастно смотрел, Император хотел накормить его едой? Зачем?

Он явно был зол!

Хотя сомнительно, но он не смел отказаться от пищи, которую Император предложил ему. Он мог только взять себя в руки и съесть ложку отварного супа с глотком. Как только он сглотнул, Император поднес еще одну ложку к его рту. У Лин Сяо не было другого выбора, кроме как продолжать есть до тех пор, пока тарелка не опустеет.

Император ничего не сказал, и Лин Сяо также не смел говорить. Он не знал, о чем думал Император, он также не знал, что имел в виду Император.

Закончив есть миску с супом из ласточкиного гнезда, Император наконец-то заговорил.

Его голос был холодным и безрадостным, не теплым и не горячим, он сказал: «Так как ты не хочешь служить Нам, тогда, не хочешь ли ты быть честен с Нами?»

Честным…

Император наконец сказал эти слова. Лин Сяо сжал кулак, его сердце колотилось все быстрее и болело. Лин Сяо выдержал и сжал губы.

Он давно знал, что время, когда Император сознательно давал ему холодное плечо и не приходил к нему в гости… Было дано ему, чтобы подготовиться и быть честным с ним.

Он просто не хотел противостоять неопределенностью между собой и Императором…

И в наши дни он нагло просил Императора, о том, что ему угодно, четко показывая свою позицию. Если он скажет Императору, что времени, которое он дал ему, достаточно, тогда ему придется либо быть честным сегодня вечером, либо выбрать служение Императору. Если нет, то Императору будет трудно угодить.

Для Императора уже было огромным одолжением дать ему время на подготовку.

Лин Сяо сжал кулаки и нахмурился, опустив голову.

Молчание Лин Сяо, казалось, обидело Императора. Император холодно рассмеялся и схватил Лин Сяо за челюсть, заставляя Лин Сяо повернуться к нему лицом.

«… Ты ведь не скажешь Нам, что ты не можешь дать Нам?»

В безмятежных и глубоких двойных зрачках Императора был ужасный гнев. Сидя перед этими глазами, Лин Сяо вздрогнул, он был напуган и очарован. Он не мог сдержать дрожь, но так же не мог ничего сказать.

Глава 42 - Чаша вина

Лин Сяо нахмурился и укусил свой дрожащий язык зубами, используя боль, чтобы не потерять часть своей рациональности. Сразу же после этого он преданно сказал: «Этот слуга знает, что Император много сделал для этого слуги. Этот слуга, безусловно, оправдает ожидания Его Величества».

Прислушиваясь к тому, что он услышал, Император пристально посмотрел на Лин Сяо. Глаза маленького евнуха перед ним были чистыми и туманными, а на его безобидном лице был след мольбы. Его сердце смягчилось, брови Императора слегка расслабились.

Когда Лин Сяо увидел это, он поспешно продолжил: «Поскольку Ваше Величество хочет, чтобы этот слуга служил вам, естественно, этот слуга очень счастлив и хотел бы это сделать. Однако, как Ваше Величество уже может видеть, раны этого слуги не зажили. Дело не в том, что этот слуга не отвечает, потому что не хочет, а скорее потому, что этот слуга боится, что не будет хорошо служить Вашему Величеству из-за травмы».

Когда Лин Сяо закончил, он украдкой взглянул на Императора, но выражение его лица оставалось пустым, а взгляд — безмятежным. Не зная, о чем он думает, сердце Лин Сяо замерло. Может быть, его слова никак не повлияли на Императора?

Думая об этом, Лин Сяо понял, что у него закончились идеи, его разум был в полном беспорядке, с этим было трудно разобраться.

Осторожное и беспокойное поведение маленького евнуха перед ним было похоже на испуганного кролика, дрожащего перед ним. Его губы сжались, а сердце смягчилось, Император выпустил из объятий подавленного Лин Сяо.

Освободившись, Лин Сяо поднял голову, чтобы изумленно взглянуть на Императора. Однако то, что он увидел, было все еще таким же глубоким и таинственным выражением на лице.

Лин Сяо стиснул зубы. Что происходит в мозгу этого Императора? Тем не менее то, что Император был готов отпустить его, показало, что он был очень мягок по отношению к нему.

Глаза Лин Сяо вспыхнули, сразу же придя к решению.

Он обернулся и взял со стола десерт, поднеся его ко рту Императора: «Ваше Величество, это пирог, который лично сделал этот слуга. Пожалуйста, попробуйте».

Император взглянул на пирог, но не открыл рта.

Видя это, Лин Сяо стиснул зубы и поднес пирог к уголку своего рта.

Император слегка поднял брови, его глаза сузились.

Этот маленький евнух редко проявлял инициативу, чтобы приблизиться к нему. Эти живые, слегка влажные глаза, полные надежды, были похожи на глаза маленького котенка, избалованного его хозяином, в то время как золотисто-желтый пирог на его бледных губах выглядел очень эротично.

Глаза Императора потемнели, и он схватил за талию маленького евнуха, положив другую руку ему на затылок. В один укус он съел пирог и накрыл губы евнуха своими. Прежде чем евнух успел среагировать, его язык ворвался к нему в рот.

«Ваше…» — Хотя он и готовился на случай, если Император сделает что-то подобное, но когда Император действительно сделал это, сердце Лин Сяо испуганно подпрыгнуло, едва не допрыгнув до горла.

На этот раз поцелуй Императора отличался от властного поцелуя. Этот поцелуй был нежным и любящим, это было чрезвычайно трогательно.

«Ахххх… Ухххх…»

Лин Сяо слабо застонал, его тело ослабло из-за поддразнивания Императора.

Он лежал в объятиях Императора и, как рыба в засухе, которая желая дождей, активно пытался вытянуть эту сладость со рта Императора.

«Аххх…» — с задушенным стоном выносливости, Император оторвался от губ Лин Сяо.

Лин Сяо открыл свои глаза и посмотрел на Императора перед ним, его влажные глаза завораживали и заигрывали.

Глаза Императора потемнели, его улыбка была нежной, а голова наклонена под красивым углом: «Исходя из твоей внешности, ты говоришь Нам, что Мы можем продолжать?»

Император слегка двинулся, прижимая свою нижнюю часть тела с эрекцией к заднице Лин Сяо.

Вздрогнув, сознание Лин Сяо вернулось. Вспоминая взгляд, полный желания, которым он обменялся с Императором, его сердце подпрыгнуло, а все лицо покраснело. Он не знал, что делать.

При этом взгляд Императора стал тяжелее, и он слегка схватил подбородок Лин Сяо, заставив его взглянуть на него: «Лин Сяо, когда Мы в последний раз говорили с тобой, что когда Мы приедем к тебе, Мы не хотим, чтобы ты был неподготовленным. Ты все еще помнишь об этом?»

«Этот слуга… Помнит», — с трудом ответил Лин Сяо, в глубине души он знал, что Император не сможет больше ждать.

Как и ожидалось.

Услышав ответ Лин Сяо, Император с удовлетворением прищурился и перешел к следующему: «Тогда ты можешь стать Нашим Королем-Супругом сегодня вечером».

Слова Императора были уже не вопросом, а фактом. Глаз Лин Сяо дернулся, он обрадовался, что уже приготовился уйти отсюда. Однако по какой-то причине в его сердце возникло глубокое чувство беспокойства и тоски.

Нет, он не мог больше ждать! Ему нужно покинуть это место!

С этими мыслями Лин Сяо расслабился и упал на грудь Императора, тихо говоря: «Этот слуга… Хочет послушать Ваше Величество, но с раной, которую этот слуга получил, если этот слуга не будет служить вам хорошо… Ва…»

Еще до того, как он закончил говорить, губы Императора остановили его, и поцелуй перешел от нежного к властному.

Сильно прижавшись к его губам, он властно требовал сладости рта Лин Сяо, даже не давая ему возможности дышать. От боли Лин Сяо боролся и хлопнул Императора по плечу.

Чувствуя борьбу Лин Сяо, Император остановился в раздражении, его черные глаза смотрела на Лин Сяо, как хищный волк, который слишком долго голодал.

Лин Сяо немного откинул шею, сглотнул слюну, и нахмурившись, улыбнулся: «Ваше Величество, до этого… Вы можете обменяться винными чашами с этим слугой?» (Официальный обмен чашами вина между женихом и невестой — это как традиционная свадебная церемония)

«……» — Император задумчиво смотрел на Лин Сяо. Он все не соглашался и не соглашался, но атмосфера вокруг была холодной, он был недоволен тем, что Лин Сяо прервал его.

Лин Сяо поспешно взял горшок с вином и налил ему чашу, затем наполнил еще одну чашу чаем.

«Ваше Величество, этот слуга ранен, поэтому не может пить вино. Может ли этот слуга использовать чай вместо вина для обмена?»

С этими словами Лин Сяо задумчиво поднял вино по направлению к Императору. Император пристально смотрел на вино.

Лин Сяо беспокоился, что Император найдет что-то странное, поэтому он поспешно сказал: «Ваше Величество, сегодня вечером… Это первый раз вашего слуги, так что этот слуга просит, чтобы Вы обменялись чашами с этим слугой, не хотите ли Вы удовлетворить просьбу этого слуги? Умоляю Вас…»

Лин Сяо говорил правду, его умные глаза сдерживали слезы, страстное ожидание провоцировало нежность Императора. Вздохнув, он взял чашу с вином у Лин Сяо.

Лин Сяо сразу оживился, его улыбка была яркой и красивой, когда он нетерпеливо скрестил свою руку с рукой Императора и выпил свой чай одним глотком.

Император взглянул на вино и наклонился поближе, чтобы вдохнуть его запах. Похоже, он что-то почувствовал, когда остановился и посмотрел прямо на Лин Сяо.

Напуганный тем, что Император уже что-то заметил, сердце Лин Сяо почти перестало биться, и его разум быстро начал работать, думая о том, как ему уйти, если его разоблачат. Кто бы мог подумать, что в следующую секунду Император поднимет чашу с вином и осушит ее одним глотком.

После этого сердце Лин Сяо опустилось до того места, где оно было раньше.

Глава 43 - Видеть сквозь уловку

Благодаря ранним приготовлениям Лин Сяо, Император уже вдохнул много успокаивающего ладана, и теперь, когда он принимал порошкообразное лекарство, Лин Сяо мог видеть, что Императору стало не по себе. Мгновение спустя он упал на плечо Лин Сяо.

«Ваше Величество… Ваше Величество…»

Лин Сяо почувствовал тяжесть и протянул руку, чтобы ударить Императора в плечо, слегка толкая его, и несколько раз крикнул.

Видя, что Император не реагирует, Лин Сяо почувствовал удовлетворение и с некоторым усилием перенес Императора в кровать.

«Му Чон Сюань, не вините меня, я просто хочу жить. Если бы я действительно поступил так, как Вы сказали, и был честен с вами, Вы бы точно не смирились с моей ложью и тем как я вас использовал, у меня не было выбора, кроме как составить план».

Он пробормотал эти слова самому себе, шаря по телу Императора, чтобы кое-что найти. Вскоре он нашел позолоченную табличку на талии Императора.

В восторге Лин Сяо приложил ее к своей груди.

Видя, как тени камергера и евнухов отражаются в окне, глаза Лин Сяо вспыхнули, он коснулся таблички, прежде чем выйти и открыть маленькую щель в двери.

Сяо Лизи который стоял за дверью немедленно подошел к Лин Сяо, хотя он выглядел слегка удивленным, он все же сразу же отдал честь и поприветствовал его: «Стюард Лин».

Лин Сяо кивнул: «Император отдыхает у меня сегодня, ты можешь идти отдыхать. Нет необходимости следить за ним сегодня ночью».

«……» — Сяо Лизи был ошеломлен, а затем немедленно радостно сказал: «Тогда, Стюард, вы и Император наконец-то…»

Сяо Лизи был полон улыбок, глядя на Лин Сяо, намекая на то, что заставило Лин Сяо слегка вздрогнуть и пнуть его: «Только ты так счастлив. Раз ты все знаешь, тогда бери людей и уходи».

Услышав это, Сяо Лизи остановился и покачал головой: «Мы не можем этого сделать, Стюард. Даже если Император отдыхает в своем собственном Дворце, мы, слуги, все еще должны вести ночное наблюдение. В противном случае, если все слуги уйдут, а Император кого-то призовет, что он сделает, если не сможет никого найти?»

Лин Сяо уставился на Сяо Лизи, на лице которого оставались следы сомнений. Он продолжал пытаться заглянуть в комнату за Лин Сяо, но, к сожалению, тело Лин Сяо помешало взгляду Сяо Лизи.

Сяо Лизи нахмурился, его сомнения усилились. Увидев это, Лин Сяо ухмыльнулся и вытащил командную табличку со своей талии, холодно говоря: «Что? Даже если ты не веришь словам Стюарда, ты должен узнать командную табличку, которую дал мне Император, верно?»

Сяо Лизи поднял голову, чтобы посмотреть на позолоченную табличку. Под светом его яркость была довольно ослепительной, поражая его. Сяо Лизи взял на себя инициативу, чтобы встать на колени перед Лин Сяо, который холодно сказал: «Уходите».

«Да». — Сяо Лизи больше не смел задерживаться и ушел, забрав остальных с собой.

Лин Сяо вышел и огляделся. Увидев, что никого не осталось, он почувствовал гордость за себя и пошел внутрь, чтобы переодеться в одежду евнуха.

Взглянув на Императора, чью одежду он небрежно распахнул и уложил на кровать, Лин Сяо забеспокоился, что он простудится, и вернулся, чтобы накрыть его одеялом, наклонившись, чтобы подтянуть бока. Столкнувшись с бессознательным Императором, Лин Сяо вздохнул довольно печально и тихо прошептал на прощание: «Прощай, мой Император».

После того, как он закончил говорить, Лин Сяо встал и обернулся, собираясь выйти без малейшего колебания.

Внезапно его запястье схватили, и его развернули, заставив Лин Сяо вскрикнуть в тревоге. Когда его толкнули на кровать, рана на его груди заболела, заставив его снова закричать, с болью в голосе. Взглянув вверх, он увидел, что человек, давящий на него, был Императором, которого он считал бессознательным…

Лицо Императора было совершенно черным от ярости, его ледяной взгляд устремился на него, а губы плотно сжались. Все его тело излучало ужасную атмосферу, настолько запугивая Лин Сяо, что он даже не мог двигаться.

«Ваше… Ваше Величество…»

Хотя Лин Сяо, как правило, мог бы говорить всевозможные вещи, сейчас он мог только заикаться, не закончив ни одного предложения.

Это конец!

Это было единственное, о чем подумал Лин Сяо.

Холодный взгляд Императора пронесся по всему телу Лин Сяо, наконец-то остановившись на командной табличке, на его талии. Протянув руку, он взял позолоченную командную табличку, его глаза жутко смотрели на Лин Сяо.

«Итак, причина, по которой ты пригласил Нас, была в том, чтобы сбежать из Дворца».

Голос Императора был холоден, как прекрасный нефрит, озноб пронесся по всему телу Лин Сяо.

«Этот… Этот слуга…» — Лин Сяо очень хотел поспорить, но он не мог придумать, что сказать в свою защиту.

От волнения Лин Сяо внезапно почувствовал головокружение, все перед его глазами стало туманным, его только что охлажденное тело постепенно становилось горячим.

Лин Сяо покачал головой, пытаясь увидеть все перед ним ясными глазами. Однако то, что он видел, это острые брови, блестящие глаза, прямой нос и красные губы Императора, каждое его выражение и движение несло роковое заколдовывание.

Когда его губы приоткрылись, они, казалось, выпустили всю свою смертельную сексуальную привлекательность, которая дала Лин Сяо желание схватить их. Он сглотнул, его дыхание постепенно стало глубоким и тяжелым.

Пока Император наблюдал, щеки маленького евнуха медленно краснели, а брови слегка нахмурились, глаза не фокусировались, очаровательные вздохи начали слетать с его слегка приоткрытых губ.

Его сердце начало зудеть, когда взгляд Императора встретился с его соблазнительными глазами, полными желания, и молчаливого приглашения.

Взгляд Императора потемнел, в его глазах постепенно вспыхнул ужасающий аппетит. Тем не менее, он продолжал смотреть на Лин Сяо, как и прежде, не двигаясь ни на дюйм, как будто чего-то ждал.

Лин Сяо отчаянно нуждался в облегчении, поскольку его тело распалялось все больше и больше. Его нижняя часть тела также продолжала набухать до тех пор, пока он не смог нести это и перекатился, потирая ее о постельное белье, он прикусил нижнюю губу.

«Что… Ахххх…» — он выдохнул с палящим вздохом, когда его тело коснулось кожи Императора, то, что он говорил в замешательстве, немедленно превратилось в громкий стон.

Это… Так хорошо…

Все тело Лин Сяо обмякло, и он слабо лег на кровать, задыхаясь. Он не знал, что просто контакт кожи с кожей может заставить его чувствовать себя так хорошо.

Лин Сяо повернулся и немного пошевелился, глядя на обнаженную грудь Императора, его глаза сияли и демонстрировали сильное желание. Выражение его лица было похоже на волка, который видел мясо, и шумно плакал, желая проглотить его.

Он изо всех сил пытался привстать и обеими руками нежно поглаживал и ласкал обнаженную кожу Императора, очарованный силой, которую он чувствовал в его грудных мышцах, безумно целуя его кожу.

«Хннн…» — Император слегка застонал и прижался к Лин Сяо, что вызвало боль в груди Лин Сяо. Боль вернул след разума Лин Сяо, и он тупо уставился на Императора, не в силах понять: «Я… Что не так с… Хннн…»

Его слова были поглощены Императором, когда он прижался своими губами к его красным и опухшим, сея хаос в его рту, дразня его, пока тот не начал задыхаться и стонать.

В начале Лин Сяо боролся, но, в конце концов, он поддался своим эмоциям.

Его руки, которые толкали Императора, обвились вокруг его шеи и притянули ближе к себе, противореча его предыдущим словам, он слился в поцелуе с Императором в единое целое.

Глава 44 - Быть честным и открытым

Он не чувствовал усталости и не мог быть удовлетворен. Он обнял Императора руками и глубоко целовал его. Поскольку их языки и рты были слишком тесно переплетены, дыхание стало затруднительным, но он все еще отказывался отпускать Императора.

Увидев Лин Сяо таким, Император нахмурился и разорвал с ним поцелуй. Дыхание Лин Сяо было немного хаотичным. Он не ожидал, что наркотик будет таким сильным. Император мрачно посмотрел на пустую миску на столе.

Эта Наложница Ран становилась все более наглой!

Недовольный тем, что Император прервал поцелуй, Лин Сяо изо всех сил тянулся к нему. Император одной рукой схватил оба запястья Лин Сяо и прижал их ему за голову, когда сел на талию Лин Сяо. Он наклонился над Лин Сяо и, используя некоторую силу, держал его за подбородок.

Лин Сяо застонал, его глаза немного прояснились.

«Ваше… Ваше Величество…» - ошеломленно позвал Лин Сяо. Жар его тела волновал, его тело просило утешения. Его нижняя часть тела ощущала нестерпимый зуд. Он хотел, потереться ним о что-то.

Лин Сяо боролся и невыносимо стонал, нижние углы его одеяния уже показывали маленькую палатку.

Случайно Лин Сяо посмотрел вниз и увидел состояние нижней части своего тела, которая заставила его вздрогнуть, и с несколько более ясным умом он поспешно скрестил ноги, осторожно пряча этот стоящий предмет между ног. Однако, кто знал, что этими действиями, эта вещь будет неожиданно немного утешена и встанет еще больше.

Другая неожиданность заключалась в том, что после того, что он только что почувствовал, его тело обмякло, и он начал задыхаться.

Лин Сяо прикусил кончик языка, пытаясь устоять перед этим чувством экстаза. Он мог только задаться вопросом, что происходит с его телом? Почему все это так чувствительно?

Глядя на растерянное лицо Лин Сяо, Император прищурился и любезно ответил на вопрос Лин Сяо.

«Суп из ласточкиного гнезда, который ты только что выпил, был приготовлен Наложницей Ран специально для Нас».

Что?!

Пища, которую наложница из гарема послала Императору посреди ночи!

Лин Сяо молча завопил от горя. Он знал, что ничего хорошего не случится, когда Император кормил его едой!

Больше всего, наложница Ран любила посылать еду, смешанную с наркотиками, Императору ночью. В своей прошлой жизни Лин Сяо несколько раз видел это, когда добывал информацию об Императоре!

Император в своей прошлой жизни никогда не ел ничего от Наложницы Ран. Лин Сяо однажды задумывался, знает ли Император о подвохе наложницы Ран или просто не удосуживается обратить на это внимания.

Правда была такой, как он и подозревал. Император использовал тот факт, что она пыталась одурманить его, в результате чего наложница Ран потеряла власть.

Император уже знал о подвохе Наложницы Рана в его прошлой жизни. Даже если бы вы избили Лин Сяо до смерти, он не поверил бы, что на этот раз Император не знал, что в отвар из ласточкиного гнезда добавили наркотики!

Он знал, что в нем были наркотики, и все же кормил им Лин Сяо!

Нет, не потому ли, что он знал, что в нем есть наркотики, и кормил Лин Сяо, не пощадив его даже одной ложкой?!

Император был полон решимости победить его сегодня!

Лин Сяо стиснул зубы. Он чувствовал, как его хризантема сжалась, у него было трагическое чувство, что сегодня он не сможет сохранить свое целомудрие.

Хуже всего было то, что его разум показывал ему неподобающие сцены до того, как тело Лин Сяо обмякло, а талия стала слабой. Это было так, как будто он забрался в блаженство, чувство комфорта распространялось на каждый уголок его тела.

Он неожиданно испытывал слабые ожидания того, что будет дальше.

Вздрогнув, Лин Сяо поспешно покачал головой, чтобы отбросить эти мысли. Но кто знал, что с этим движением его кожа будет тереться о постельное белье и еще раз даст ему ощущение слабости и блаженства.

«Хннн…» - Лин Сяо прикусил нижнюю губу, не давая стону вырваться, его брови сжались, пока он терпел это роковое удовольствие.

Император наблюдал, его глаза потемнели, когда он смотрел на маленького евнуха под ним. Его персикоподобное лицо, его глаза полны бурной страсти, которая была переполнена очарованием; каждое его движение соблазняло Императора. Он слегка нахмурился, на его лице появился намек на выносливость.

Его руки, которые держали запястья Лин Сяо, сжались, заставляя Лин Сяо вскрикнуть от боли и открыть глаза, чтобы печально взглянуть на Императора.

Император поджал губы и холодно сказал: «Мы пожалеем тебя в связи с твоей травмой и дадим тебе последний шанс. Будьте честны с нами, и мы позовем Имперского врача, что бы он избавил тебя от лекарств, в твоем теле. Мы будем осторожно ждать тебя. Что ты выбираешь?»

Лин Сяо открыл глаза в шоке. Слова Императора означали, что он хотел не только Лин Сяо, но и того, чтобы Лин Сяо был честен? Разве он не отпускал Лин Сяо?

Из двух вариантов, которые он дал Лин Сяо, он хотел получить оба!

Лин Сяо прикусил губу, Император хотел получить и то и другое, но он не хотел этого давать.

Видя, что Лин Сяо не говорит ни слова, Император задумчиво посмотрел на него, приближаясь к Лин Сяо, осторожно оставляя поцелуй на его губах.

Лин Сяо был так напуган, что вздрогнул от действия Императора, но он только почувствовал легкую нежную ласку на своих губах, что вызвало еще один виток нужды и щекотки. Это было так невыносимо, что он хотел, чтобы его безжалостно целовали и бессмысленно опустошали. Он устал от этих трудных ощущений и поднял голову, он даже плотно прикусив губу, он не смог остановить непрекращающиеся стоны, исходившие из него.

Император прищурился, схватил Лин Сяо за подбородок и тихо спросил: «Как насчет этого? Ты думал об этом?»

Дыхание Императора приземлилось на чувствительную щеку Лин Сяо, и радость пробежала по его эрекции. Лин Сяо стиснул зубы, вытерпев это, в то время как его внутренние глубины взревели, как голодный и жаждущий зверёк, желающий получить больше.

До сегодняшнего дня ему даже в голову не приходило, насколько красив Император.

Он отвернулся, расстроенный, не осмеливаясь снова взглянуть на Императора.

Это движение Лин Сяо выглядело как отказ с точки зрения Императора. Выражение его лица стало холодным, и гнев поднялся в его сердце. Атмосфера вокруг него полностью изменилась, и в его глазах была страшная жестокость.

Он использовал больше сил и причинил больше боли Лин Сяо.

«Похоже, ты хочешь бросить Нам вызов, несмотря ни на что?»

Он холодно улыбнулся и оторвал верхнюю часть одежды Лин Сяо. В его глазах больше не было мягкости, только гнев.

«Мы дорожили тобой и сожалели о тебе, поэтому дали тебе достаточно времени и шансов, но ты не дорожил ими».

Видя, как Император начал избавился от его верхней одежды, Лин Сяо на мгновение безучастно смотрел, а потом начал жестоко бороться. Его секрет все еще был спрятан в штанах, так как он мог позволить Императору сделать это?

Сердце Лин Сяо было взволновано. Обнаженная кожа Императора коснулась его обнаженного тела, и он честно отреагировал на прикосновение Императора, который вызвал в нем небольшой дрожащий удар. Горячее тепло распространилось по всему телу - он чувствовал, что задыхается от недостатка кислорода, из-за чего он сделал жадный вдох.

Он хотел уйти от прикосновения Императора, но его тело неосознанно прижималось к Императору.

Лин Сяо тяжело и слабо дышал. Его осознание постепенно исчезало, а желание внутри него усиливалось.

Утопая и плывя от удовольствия, он лишь смутно слышал слова Императора: «Лин Сяо, ты веришь, в то, что многочисленные интриги во дворце могут быть скрыты от Нас?»

Разум Лин Сяо был потрясен, все его тело охладилось, отбирая часть жара. Раз Император сказал это, значит ли это, что он уже обо всем знал?

Возможно, он уже все знал! Однажды он сказал, что у него только один вопрос к Лин Сяо - Почему он так ненавидит Мо Ци?

Все его действия и поступки во дворце были известны Императору. Это может быть причиной того, что у Императора был только один вопрос к нему!

Разве Императору нравилось это? Знать все, но молчать. Ожидание, пока ему не понадобится разобраться с человеком, прежде чем он все раскроет. Он так относился к Лан Вэю, так же к Мо Ци, и к семье премьер-министра. Теперь он будет так же относиться к Лин Сяо ...

Лин Сяо стиснул зубы. Он молчал и закрыл глаза. Поскольку он уже все знал, то в чем еще он должен был быть честным? Император были нужны его честные мысли?

Как он мог сказать это?!

Когда Император закончил говорить, он только наблюдал за выражением лица Лин Сяо и не двигался.

Лин Сяо лежал на кровати, тихо задыхаясь. На его сердце было очень тяжело, но внезапно он почувствовал прохладу внизу. После минуты молчания от Императора он наконец заметил, что Император снял его штаны, поэтому Лин Сяо предстал перед нив все всей своей красе!

Вздрогнув от страха, Лин Сяо сжал ноги, но было уже слишком поздно. Император уже увидел его секрет...

Глава 45 - Покидая Дворец

Будто бы кто-то вылил на Лин Сяо целое ведро холодной воды, он полностью остыл.

Секрет, который он так скрывал, был раскрыт перед Императором!

С тех пор как нижняя часть Лин Сяо была выставлена на обозрение Императору, он все смотрел и смотрел на нее. Он смотрел на него так сильно, что Лин Сяо все сильнее и сильнее чувствовал стыд.

Но помимо чувства стыда, в его теле также было неконтролируемое тепло и возбуждение. Эта вещь под пристальным взглядом Императора даже слегка подпрыгнула, позорно становясь еще больше. Удовольствие и слабость, которые проходили через его тело, заставили Лин Сяо задохнуться.

Император слегка поднял бровь. Лицо Лин Сяо было таким красным от стыда, но несмотря на это, наркотик сделал его тело более чувствительным, это делало Лин Сяо еще более возбужденным.

Чрезвычайно смущенный, Лин Сяо инстинктивно хотел спрятаться от поля зрения Императора, поворачивая свое тело и обращаясь к нему спиной, в это время его ноги начали притягиваться друг к другу.

Когда Император увидел это, он потянул Лин Сяо назад и перевернул его, затем использовал свое колено, чтобы открыть назад ноги Лин Сяо, прежде чем лечь между ними. Его руки были опущены по бокам от головы Лин Сяо, он опустил голову и своим жутким взглядом смотрел на Лин Сяо.

Лин Сяо был напуган этими глазами, и холод пронзил его сердце.

Тем не менее, под действием Императора его тело содрогнулось и жаждало большего. Лин Сяо молча застонал, его взгляд стал размытым.

Когда он задыхался, Лин Сяо нахмурился и что бы сопротивляться этому глубокому чувству экстаза, он прикусил язык. Вкус крови и укол боли временно очистили его голову, успокоив его.

Император сказал, что он уже знает о нем все, но его лицо было таким шокированным…

Может ли быть так, что Император знает только то, что он сделал во дворце, а его секрет так и не был рассекречен?

Как только он осознал это, лицо Лин Сяо побледнело, а его сердце было полностью охлаждено. Император не допустит никакого существования тому, кто ему лжет.

Император уже имел представление о тех вещах, которые он делал раньше, и был готов отпустить его.

В противном случае Император не дал бы ему другого шанса, если бы его идея сбежать из дворца была понята, требуя от него быть честным с ним.

Тем не менее, его секрет был вне ожиданий Императора, поскольку это вызов его Императорской мощи и его высокому положению Императора. Это ложь правителю, которая имеет подлинное значение!

Лин Сяо уже мог представить, какой финал его ждет…

Это определенно не будет концом, которого он хотел.

Тело Лин Сяо стало мягким, и сцена перед его глазами расплылась, он чуть не потерял сознание.

Император долго молчал, прежде чем медленно приблизиться к Лин Сяо.

Его двойные зрачки были темными, как чернила, в них виделся намек на жестокость, когда он постепенно приближался к лицу Лин Сяо, заставляя дрожать все его тело.

«Ваше… Ваше Величество…» — тихо позвал он, молясь о том, чтобы он мог этим показать свою любовь к Императору.

Но было очень ясно, что он потерпел неудачу, потому что взгляд Императора становился только холоднее.

Лин Сяо дрожал, его мысли были в полном беспорядке, когда он пытался придумать наиболее благоприятный выход для себя.

Он открыл рот, пытаясь все объяснить: «Ваше Величество, этот слуга может объяснить».

Император услышал его слова и слегка остановился, выражение на его лице было нечитаемым, когда он смотрел на Лин Сяо. Лин Сяо поспешно сказал: «Этот слуга не подвергся очищению, когда вошел во дворец и знал, что это тяжкое преступление. Чтобы сохранить жизнь у этого слуги не было другого выбора, кроме как солгать Вашему Величеству…»

Пока он говорил это, разум Лин Сяо уже пытался придумать, как убежать. Но он не мог придумать ни одного выхода, который он считал бы осуществимым. Беспокойство вызвало появление холодного пота на его теле, когда он попытался немного сдвинуть его назад.

Из-за того, что его тело было сверхчувствительным из-за препарата, он почувствовал жгучую жару и слабость, когда слегка потёрся о постельное белье. Император дал Лин Сяо иллюзию нахождения между огнем и льдом.

Его лицо побагровело, а затем несколько раз побелело, пот со лба тёк по виску, упал на подушку рядом с ним и образовал небольшое влажное пятно.

От начала и до конца взгляд Императора находился на нем, с невыразительным и безмятежным лицом.

Чем спокойнее он был, тем больше боялся Лин Сяо. Он не знал, о чем думал Император, и что он будет делать.

Прямо сейчас Лин Сяо тайно спросил себя в мыслях — Жизнь или целостность, что было важнее?

В конце концов Лин Сяо принял решение, сжал зубы и, будто он не боялся смерти, взял инициативу приблизится к Императору.

Он набрался смелости, чтобы обхватить лицо Императора, искренне заглядывая в его ледяные жестокие глаза и трепеща, сказал: «Ваше Величество, этот слуга совершил много ошибок и не может просить у вас прощения, но чувства к вам всегда были настоящими…»

С этими словами Лин Сяо наклонил голову и поцеловал Императора в тонкие губы, начиная тереться своим телом об его.

Лин Сяо уже находился под воздействием наркотика поэтому каждый дюйм его тела был чрезвычайно чувствителен. С этими его движениями температура тела, которая просто понизилась, вновь поднялась вверх. Его щеки были освещены алым, глаза были влажными и постепенно затуманивалось зрение.

Император почувствовал мягкие губы маленького евнуха и увидел его хаотичное выражение на лице. Глубокий черный цвет в глазах Императора бесконечно темнел.

Он неожиданно протянул руку и потянул за волосы Лин Сяо, и одним мощным рывком оторвал его от себя.

Лин Сяо закричал от боли, но помимо боли было и удовольствие. Он с трудом открыл рот, задыхаясь, его взгляд становился все более и более затуманенным.

Некоторое упорство постепенно появилось на лбу Императора, и вскоре, как будто выражая свой гнев, он накрыл губы Лин Сяо своими, поцеловав. Его язык прошел сквозь маленькую щель между губами Лин Сяо, вкушая и принимая его сладость как будто это был бессмертный нектар Нефритового озера.

«Ахххх… Аххх… Ххххх…»

Лин Сяо тихо застонал от удовольствия, ведя себя как избалованный котенок, прижимаясь к груди Императора, и дразнившись. Звуки, которые исходили от него в ответ, были чрезвычайно соблазнительными.

«Ххххх…», — вызванный текущим состоянием Лин Сяо, Император терпеливо терпел и нахмурился, но он также слегка застонал. Сразу после этого Император встряхнулся и с темным выражением лица наблюдал за Лин Сяо. Сжав зубы, он схватил Лин Сяо за руку и прижал ее, сбрасывая грубые поцелуи вниз.

«Ахххххххх…». — Лин Сяо громко застонал. Его тело было очень чувствительным, его голос продолжал вырываться из горла.

Той ночью Лин Сяо не знал, когда его взяли сзади. Он знал только то, что его перевернули и что многие теплые поцелуи были разбросаны по его спине. Затем его спина почувствовала боль, и в том невыразимом месте его пронзила волна боли и слабости, которая заставила его содрогнуться. Это также заставило его почувствовать небывалое удовольствие. Он понятия не имеет, что произошло после этого…

Когда он снова проснулся, его тело испытывало невыносимую боль, но и в том месте все еще было немного боли и удовольствия, которые делали его слабым. Он с трудом обернулся, чтобы посмотреть, только чтобы увидеть, что Император…

Ночью он не мог больше терпеть этого и хотел просить прощения, но выражение Императора было пустым и полностью игнорировало его мольбу.

Небо на улице уже прояснилось, Император и он фактически провели ночь вместе…

Лин Сяо все это время думал о своем соглашении с Фу Юйцзюнем. Фу Юйцзюнь будет ждать его за пределами Императорского дворца с рассветом, но как он сможет покинуть дворец сейчас…

Держа такие мысли в голове, Лин Сяо прикусил губы. Его тело страдало от невыносимой боли, а также от удовольствия, которое его так мучило, что вид перед его глазами снова стал размыться. Он не знал, было ли это из-за того, что он слишком хотел покинуть дворец, или это была иллюзия из-за того, что его мучили слишком долго, но перед ним постепенно появилась фигура.

Тело, одетое в белую иностранную одежду, голова, завернутая в белую ткань, тонкие золотые кусочки, висящие на его теле, и руки на груди. Это было неожиданно, что человек, который всегда был с улыбкой на лице, сейчас не улыбался — Фу Юйцзюнь…

Глава 46 - Перевозка

Лин Сяо потерял сознание и снова проснулся.

Все его тело обмякло, а во рту все высохло, место, где он лежал, хотя и было мягким, но дрожало, он чувствовал, как оно слегка покачивается. Покачивание не заставляло его чувствовать себя лучше, но, к счастью, его тело было смягчено мягким матрацем, который облегчил это бремя.

Он старался изо всех сил поддержать свое тело, но это вызвало у него сильную боль, будто его тело было раздавлено. В том смущающем месте сзади тоже болело, из него вытекала подозрительная жидкость.

Он смотрел рассеянно, когда сцены вчерашней ночи появлялись одна за другой в его голове, он дрожал, его лицо горело.

В конце концов, он все еще был… Императором…

Лин Сяо опустил голову и подумал о прошлой ночи. Он, естественно, помнил, что его секрет был раскрыт Императору, однако ему было неясно, как Император поступит сейчас.

Пока Лин Сяо обдумывал это, он поднял голову, чтобы осмотреть окрестности. Все перед его глазами было незнакомым, а пространство, в котором он находился, было узким. Казалось, что это… карета?

Качающийся Лин Сяо чувствовал движение коляски?

Лин Сяо опешил, где он находится?

Чья это карета? И куда они ехали?

Лин Сяо запутался еще больше, он приподнялся. Когда он хотел поднять занавеску, которая закрывала вид снаружи, чтобы он мог взглянуть, под его взглядом внезапно появился кончик черной туфли.

Затем занавес был отодвинут.

Лин Сяо вернулся к мягкому матрацу, поскольку среди всех, кого он знал, только Император любил носить черное.

Через несколько мгновений заключив, кем должен быть человек за занавесом, Лин Сяо без промедления опустил голову и с уважением сказал: «Ваше Величество».

«Хех…» из-за занавеса раздался смех, а затем вошел человек с улыбкой.

«Я не твой Император».

Голосом, который содержал немного смеха, был несколько знаком, но это был не Император. Лин Сяо опустился и поднял голову, чтобы взглянуть. Тот, кого он обнаружил перед собой, был Фу Юйцзюнь, полностью одетый в темную одежду, он с удивлением спросил: «Как дела? В чем дело? Ты действительно разочарован тем, что я не твой Император?» — Фу Юйцзюнь подошел к Лин Сяо и выглядел довольно уставшим, прислонившись к мягкому матрацу.

Лин Сяо покачал головой, нахмурился и сказал: «Просто очень удивлен».

Фу Юйцзюнь улыбнулся и покачал головой, когда услышал его слова. Он наклонился, чтобы снять обувь и лег на матрас. Вздрогнув от удивления, Лин Сяо подпрыгнул, как будто уклонялся.

Внешность Лин Сяо была похожа на испуганного котенка, который прыгнул от него на три шага. В результате, поскольку он сделал это слишком внезапно, он не обратил внимания на боль, которая была в его теле, и на третьем движении скривился и сжал зубы, чтобы вытерпеть боль.

Фу Юйцзюнь рассмеялся со словами: «Я говорю, почему ты так нервничаешь? Не говори мне, что ты думаешь, что я что-нибудь сделаю? Или, может быть, ты хочешь, чтобы я что-то сделал для тебя?»

Фу Юйцзюнь прислонился головой к матрасу, уставившись на Лин Сяо, словно тот питал злые намерения. Его глаза были полны волнения от этой новизны, Лин Сяо напрягся от того, что на него так смотрели, его лицо почернело.

Фу Юйцзюнь увлекся наблюдением за ним, уголок его рта был приподнят: «Хотя я не люблю мужчин, но если ты хочешь…»

«Я не хочу!» — Лин Сяо прервал слова Фу Юйцзюня, заставив его поднять бровь, продолжая говорить: «Может ли Ваше Высочество объяснить мне, какова ситуация сейчас?»

Фу Юйцзюнь закрыл глаза, скрывая недовольство, которое мелькнуло в его глазах, потянувшись, он перевел тему: «Я устал, как насчет подождать пока я проснусь?»

Он не дождался ответа Лин Сяо и повернулся к нему спиной, закрыв глаза и создавая вид, будто уже засыпает.

Губы Лин Сяо дернулись, он смотрел на спину Фу Юйцзюня.

Экипаж качнулся, из-за травм Лин Сяо утомился. У этой кареты был только один матрас, на котором сверху лежал Фу Юйцзюнь…

Лин Сяо стиснул зубы. Ради своей жизни он даже пожертвовал своей целостностью. Не было никакой причины, что теперь, когда он вернул свою жизнь, он все еще должен плохо обращаться с собой!

С этими мыслями Лин Сяо откинулся на матраце, пыхтя от гнева. Матрас был узким, и на нем лежал Фу Юйцзюнь, поэтому Лин Сяо мог положить себя только на угол.

Сон Фу Юйцзюня был беспокойным. После того, как Лин Сяо сел, он положил ноги на Лин Сяо. Лин Сяо был в хорошем настроении и просто немного подвинул его, но через некоторое время ноги снова вернулись к нему.

После двух-трех попыток Лин Сяо пришел в ярость и оттолкнул Фу Юйцзюня, затем, используя свои собственные ноги, он оттолкнул ноги Фу Юйцзюня. Таким образом, даже если Фу Юйцзюнь случайно передвинется, он будет заблокирован.

После некоторого наблюдения он увидел, что Фу Юйцзюнь наконец успокоился, и Лин Сяо вздохнул. Он прислонился к карете, сидя на мягком матрасе.

Поскольку Лин Сяо расслабился, он не заметил, что Фу Юйцзюнь, который должен был спать, внезапно прищурился, открыв глаза. Увидев беспомощную внешность Лин Сяо, он неожиданно улыбнулся…

Перевозка продолжалась. Лин Сяо не знал, сколько времени двигалась карета, он также не знал, куда движется карета. Травма на его груди была перевязана, но его спина не была обработана. Его спина была липкой, он чувствовала себя очень неловко, а Фу Юйцзюнь совсем не просыпался.

Через некоторое время Лин Сяо поднял занавеску, заслоняющую его взгляд, чтобы выглянуть наружу. Снаружи находились камергеры Фу Юйцзюня, сидящие на лошадях и обвивающие карету вокруг.

То, что он увидел снаружи, точно было не пейзажами столицы. Они покинули ее?

Верно. Поскольку он был с Фу Юйцзюнем, это было доказательством того, что он покинул сторону Императора.

И в ту ночь у него было слабое воспоминание о том, что он увидел Фу Юйцзюня.

Как Фу Юйцзюнь вытащил его? Соглашение между ними требовало только его ожидания за пределами дворца. Он сам должен был найти Фу Юйцзюня, он принял на себя ненужный риск, войдя и забрав его из дворца, так почему же он до сих пор…

«Сяо Фэн, как вы думаете, что Его Высочество планирует? Он неожиданно украл кого-то у Императора Страны Му и даже заставил нас бежать из столицы в ту же ночь!»

Из-за кареты внезапно донеслись голоса, Лин Сяо вздрогнул, и прислушался.

«Вот так! Сяо Фэн, мы пришли на мирные переговоры на этот раз. При таком раскладе отношения между нашими странами станут еще более напряженными!»

«Более того!» — Сяо Фэн засмеялся и сказал: «Разве ты не чувствовал, что после того, как Его Высочество ушел, Император Страны Му никого не послал за нами?»

«… Когда ты это говоришь». — Кто-то подумал об этом и удивленно сказал. «Это действительно так…»

Сяо Фэн сказал с гордостью и уверенностью: «Наш принц решил проблему!»

Сказав это, Сяо Фэн вздохнул: «Не думай об этом, просто береги Высочество! Мы вернемся в нашу Страну Шао через несколько дней, тогда мы будем в безопасности».

Через несколько дней они прибудут в границы страны Шао?

Лин Сяо был очарован этими словами, но вдруг его ухо обдало слабым дыханием, и прозвучал смех.

«Что, тебе нравится то, что ты слышишь?»

Глава 47 - Первый король-супруг

Вздрогнув, Лин Сяо подпрыгнул на матрасе. Его взгляд зорко следит за Фу Юйцзюнем, словно дикая кошка, которой угрожают, обнажая клыки и размахивая когтями у тайного врага.

Однако когти дикой кошки не угрожали вообще. Это действие не только не угрожало Фу Юйцзюню, но и заставило его подумать, что Лин Сяо действительно слишком интересен.

Он начал дразнить его в хорошем настроении: «У тебя нет смелости, не говори мне, что ты крыса?» (Он говорит о зодиаке)

Глаз Лин Сяо дернулся, затем он взглянул на Фу Юйцзюня и возразил: «Тогда, возможно, Ваше Высочество — лиса, если вы ведете себя, так как они?»

«Лиса?» — Фу Юйцзюнь засмеялся: «На самом деле ты первый, кто осмелился бы назвать меня так лицом к лицу».

Прямо ему в лицо? Почему бы и нет?

Как будто чувствуя вопрос Лин Сяо, Фу Юйцзюнь ответил: «В конце концов, не так много таких, как ты, которые не хотят сохранить свою жизнь».

«…» — У Лин Сяо не было слов, чтобы возразить.

Он, Лин Сяо, очень дорожил своей жизнью. Это был первый раз, когда он услышал, как кто-то сказал, что он не хочет сохранить свою жизнь. Лин Сяо закатил глаза, он чувствовал, что образ речи Фу Юйцзюня слишком беспорядочный.

Наблюдая за Лин Сяо, который не признавал того, что он сказал, Фу Юйцзюнь засмеялся и замолчал.

Он снова лег на матрас и закрыл глаза, чтобы отдохнуть. Видя, что Фу Юйцзюнь больше не собирался разговаривать, Лин Сяо нахмурился и не выдержав, спросил: «Разве Вы, Ваше Высочество, не сказали, что ответите на мои вопросы, когда проснетесь?»

Фу Юйцзюнь медленно открыл глаза с пустым выражением лица. Губы Лин Сяо дернулись: «Возможно, Ваше Высочество хочет уклонился от ответа?»

Фу Юйцзюнь слегка улыбнулся, и прищурил глаза, чтобы скрыть свое настроение, он развел руки, притворившись беспомощным, когда сказал: «Хорошо, спроси. Хотя я не обязательно знаю ответы на все вопросы».

Лин Сяо блеснул глазами. Но как раз когда он собирался спросить, он вспомнил сцену прошлой ночи и был слишком смущен, чтобы упоминать об этом…

Позорная жидкость все еще оставалась у него ниже спины, поскольку никто ее не очистил. Это означало, что когда Фу Юйцзюнь вывел его, возможно, это было после того, как он и Император были…

Когда он думал об этих вещах, Лин Сяо опустил голову, чувствуя, как нагревается его лицо. Теперь он был слишком стеснительным, чтобы смотреть Фу Юйцзюню в глаза.

Бледное лицо слуги, перед ним, было темно-красным, а его влажные глаза еще больше светились. Он опустил голову, пытаясь скрыть свою внешность. Независимо от того, как он выглядит, это было восхитительно.

Фу Юйцзюнь рассмеялся со звуком «пффом».

Когда Лин Сяо услышал это, его лицо покраснело еще сильнее, но он не хотел признать свое поражение. Он поднял голову и бросил на Фу Юйцзюня свирепый взгляд.

Этот блик должен быть изначально внушительным. Но с красным лицом Лин Сяо, и такого рода взглядом, он не только не угрожал, но привлекал внимание людей и заставил Фу Юйцзюня затаить дыхание.

Он не мог не приблизиться к Лин Сяо, и загнал его в угол, прижимая обе руки по обе стороны от Лин Сяо. Его нежные и мягкие глаза смотрели на Лин Сяо: «Маленький слуга, с тех пор как ты вышел из Дворца, почему бы не забыть этого Императора Страны Му и не быть вместе со мной?»

Сердце Лин Сяо замерло, когда он услышал это, выражение его лица потемнело.

Фу Юйцзюнь поднял волосы Лин Сяо, приложил их себе под нос, что бы почувствовать его запах и тихо сказал: «Я не буду относиться к тебе хуже, чем Император Страны Му. По крайней мере, я не буду делать такие вещи с тобой, когда ты ранен».

Лин Сяо чуть не потерял сознание и уставился на Фу Юйцзюня, ошеломленный и заикающийся он произнес: «Вы… Вы… Вы видели… Вы видели все это?»

Лин Сяо чувствовал, что в этой жизни он потерял свое лицо!

Слишком стеснительный и застыженный, чтобы показать свое лицо… Красное лицо маленького слуги было действительно интересным зрелищем. Фу Юйцзюнь не выдержал и кивнул.

Но правда была в том, что когда он вошел, чтобы спасти Лин Сяо, Император Страны Му уже надел на него одежду. Значит, он вообще ничего не видел.

Однако, когда он схватил Лин Сяо и убежал, он увидел кровоточащую рану. Желая наложить на него простое лекарство, он увидел, что верхняя часть тела Лин Сяо была покрыта засосами, и о том, что произошло раньше, догадаться было нетрудно.

Это было просто тем, что озадачило Фу Юйцзюня. Поскольку этот маленький слуга уже был так близок с Императором, почему он хотел сбежать?

Фу Юйцзюнь с любопытством посмотрел на Лин Сяо, который стиснул зубы от смущения: «Разве вы не видели достаточно?!»

«Хе…» — Фу Юйцзюнь рассмеялся и уже собирался ответить, когда его грудь внезапно начала болеть. Он нахмурился и застонал, держась за свою грудь, он отступил от Лин Сяо.

Лин Сяо удивленно смотрел и последовал за ним. Затем он неожиданно увидел тонкий след крови, стекающий с уголка рта Фу Юйцзюня.

«Вы…» — Лин Сяо был ошеломлен. Из того, что он знал, то боевые искусства Фу Юйцзюня были не слабее, чем у Лан Вэя, и он мог беспрепятственно приходить и уходить из дворца. Только кто мог ранить его до такой степени?

Возможно, это был… Император?

Лин Сяо распахнул глаза, его разум был полон сомнений. Он не мог не посмотреть на него и спросить: «Как вам удалось вытащить меня?»

Фу Юйцзюнь заставил себя улыбнуться. Первоначально он хотел скрыть это от Лин Сяо, но его травму больше невозможно было скрывать, поэтому он мог только беспомощно выпалить: «Я получил травму и должен был вывести своих подчиненных, чтобы убежать той самой ночью солдаты Императора следовали за нами и пытаются убить нас. Помимо того, я похитил тебя, как ты думаешь, что еще я мог бы сделать?»

Когда Лин Сяо услышал его слова, его разум был ошеломлен, и его глаза наполнились растерянностью. Император не использовал свою силу легкомысленно перед людьми, но его навыки были глубокими и неизмеримыми. Кроме того, они все еще находились в пределах границы Страны Му, если он вступил в схватку с Фу Юйцзюнем и сражался, как тот мог вывести его из страны?

Фу Юйцзюнь, казалось, почувствовал сомнение Лин Сяо, он засмеялся: «Естественно, я не встречался с ним лицом к лицу. Чтобы обычному человеку пойти против кого-то столь сильного, мне, очевидно, пришлось использовать сонный газ против Императора Страны Му. Это отличается от ваших дрянных лечебных препаратов. Это бесцветный и безвкусный чудодейственный препарат, и если его слегка вдохнуть, человек может спать три дня и три ночи».

Говоря об этом, Фу Юйцзюнь вздохнул: «Жаль, что Императору Страны Му не может быть нанесен вред сотнями ядов, и даже этот сонный газ не оказывает на него такого же эффекта, как на обычного человека. Он отключился только на пол четверти часа, но мне хватило времени, чтобы посадить тебя в карету».

Фу Юйцзюнь сказал об этом и продолжил насмешливым тоном: «Чтобы вытащить тебя, мне пришлось использовать свои с трудом заработанные сбережения».

Глаза Лин Сяо блеснули, он ответил: «Лин Сяо будет помнить доброту Вашего Высочества, пока он живет. Пожалуйста, хорошо вылечите свою травму, если Император снова погонится за нами…»

Видя обеспокоенное лицо Лин Сяо, Фу Юйцзюнь начал успокаивать его: «Несмотря на то, что я тяжело ранен, Император Страны Му чувствует себя не лучше. Он был поражен сонным газом, хотя ему удалось быстро прийти в себя, его навыки были подавлены. Плюс, мы уже достигли соглашения, он больше не будет преследовать нас».

Говоря об этом, Фу Юйцзюнь остановился, выражение его лица стало странным.

Он получил серьезную травму от Императора. В конце концов, это было в пределах границ Страны Му, и если Император хотел продолжать преследование, у них не было бы возможности убежать. Хотя сейчас было не то время, чтобы начать войну со Страной Му без забот. Даже имея эти преимущества, Император Страны Му неожиданно достиг соглашения с ним и не попросил своего маленького слугу обратно. Это действительно было что-то непонятное.

Кроме того, было кое-что, что сказал Император Страны Му, для Фу Юйцзюня.

Перед тем как уйти, он сказал: «Мы побеспокоим принца Страны Шао, чтобы некоторое время он позаботиться о нашем короле-супруге».

Этот Император Страны Му призвал держать своего маленького слугу на стороне Фу Юйцзюня и «позаботиться»?

Может ли этот Император Страны Му чувствовать, что однажды он может вернуть маленького слугу, который последовал за ним в Страну Шао?

Император всегда был таким разговорчивым или у него действительно есть возможность сделать это?

Фу Юйцзюнь прищурился, у него было предчувствие.

Очень трудно иметь дело с таким врагом как Император Страны Му…

Глава 48 - Душа умершего еще не рассеялась

Карета внезапно покачнулась и сразу остановилась.

Снаружи были слышны голоса камергеров.

«Ваше Высочество, мы прибыли в таверну».

«Я понял», — ответил Фу Юйцзюнь и поднял руку, чтобы стереть кровь со рта. Посмотрев на Лин Сяо, он взял на себя инициативу и вышел.

Лин Сяо, держась за свою рану, отодвинул занавеску, тоже выходя.

В тот момент, когда он вышел из кареты, он увидел, что Фу Юйцзюнь ждет его не слишком далеко от нее. Он смотрел безучастно, затем усиленно и медленно шел, догоняя Фу Юйцзюня.

Фу Юйцзюнь внезапно поднял руку и бросил ему маленькую бутылочку. Лин Сяо поймал ее и в суматохе посмотрел на него, она была странно знакомой.

Но когда он еще раз подумал об этом, у него не было особого впечатления о ней.

«Император Страны Му хотел, чтобы я дал это тебе, и сказал, чтобы ты позаботился о своем теле».

Как только Лин Сяо почувствовал растерянность, Фу Юйцзюнь в шутку сказал это, легким, как перышко голосом.

Лин Сяо пошатнулся и чуть не упал на землю. К счастью, у Фу Юйцзюня были хорошие глаза и он успел поддержать его: «Услышав, что Император Страны Му так заботится о тебе, ты чуть не упал от счастья?»

Лин Сяо поднял голову, чтобы посмотреть на Фу Юйцзюня, его уголок рта дернулся. Какой из двух глаз Фу Юйцзюня увидел, что он счастлив?

Он явно был в ужасе!

Он не ожидал, что Император будет преследовать его. Еще более странным было то, что Император преследовал и сдался на полпути!

Лин Сяо знал, что Император либо не принимает решение, либо не изменит его так легко после его принятия.

Какого рода соглашение Фу Юйцзюнь заключил с Императором, заставив его отказаться от погони? Кроме того, это лекарство…

Лин Сяо крепко сжал лекарство и спрятал его в рукав. Это лекарство явно использовалось для нанесения на его личные места. Изначально он не мог ничего вспомнить, но как только упоминался Император, Лин Сяо вспоминал…

О чем думал Император?! Он даже заставил Фу Юйцзюня вручить ему это лекарство!

Почему даже сейчас, когда он явно покинул дворец, казалось, что Император все еще на его стороне…

Лин Сяо поджал губы, молча стряхивая руку Фу Юйцзюня и медленно направился к таверне.

Войдя в таверну, Лин Сяо направился прямо на второй этаж, чтобы помыться. Однако он не знал, что все его тело покрыто налетами и следами безжалостной любви, он узнал об этом только после того, как его одежду сняли.

Несмотря на все это, его тело было довольно энергичным. Он думал, что из-за травмы на его теле и обращения с ним таким образом, он не сможет выползти из кровати. Но помимо невыносимой боли, когда он впервые проснулся, он постепенно поправлялся.

Единственная проблема заключалась в том, что размазывание этой области лекарством Императора по-прежнему не приносило облегчения. Сидеть и стоять все еще причиняло много боли.

Сначала он собирался поспать. Но кто знал, что после того, как он закончит мыть себя, Фу Юйцзюнь заставит его спуститься вниз.

Лин Сяо молчал и позволил отвести себя вниз. С тех пор как он переродился, все его травмы быстро заживали. Этот Фу Юйцзюнь, очевидно, был ранен, но он продолжал вести себя так, как будто он вообще не пострадал.

Казалось, он почувствовал сомнения Лин Сяо и ответил на его вопрос: «У меня внутренняя травма. Полагаться на отдых не поможет».

Ладно.

Лин Сяо закатил глаза и последовал за Фу Юйцзюнем на место возле окна внизу. Фу Юйцзюнь заказал несколько блюд и принялся наливать Лин Сяо чашку чая.

Лин Сяо поднял ее и выпил. Затем он увидел Фу Юйцзюня, который подпер свой подбородок рукой, с любовью наблюдая за ним, его взгляд был чрезвычайно трогательным и нежным. Лин Сяо почувствовал озноб, он поставил свою чашку, неловко спрашивая его: «Почему вы так смотрите на меня?»

«Я думаю о том, насколько ты действительно отличаешься от того, каким ты был во дворце». — Фу Юйцзюнь улыбнулся, наблюдая за Лин Сяо, не моргая, как будто он смотрел на редкий предмет, полный приятного удивления.

Лин Сяо не мог удержать глаз от подергивания и спросил: «Чем это отличаюсь?»

«Во дворце я видел тебя несколько раз. Ты всегда был дрожащим, осторожным и торжественным. Хотя это было интересно, это не было заметно. Выйдя из дворца, посмотри на себя, в каком месте ты выглядишь как слуга?»

Лин Сяо поднял бровь, пристально глядя на Фу Юйцзюня, когда он сказал: «Я не был вашим слугой».

«Да». — Фу Юйцзюнь слегка улыбнулся: «Твоя личность больше не такая простая».

Когда он это сказал, в глазах Фу Юйцзюня вспыхнула вспышка света, и Лин Сяо увидел ее. Лин Сяо подозрительно спросил: «Что вы имеете в ввиду?»

«Ребята, вы видели объявление? Наш Император выберет Короля-супруга!» — из соседнего стола вдруг раздался голос человека.

Лин Сяо был ошеломлен. Император собирался создать Короля-супруга?

Его внимание мгновенно переключилось с Фу Юйцзюня на следующий стол.

Там сидели трое юношей, одетых в простую хлопковую одежду. Один мужчина поднял свою чашку с двумя другими людьми, сидящими перед ним, полными удивления на их лицах. Тот, кто говорил, был именно тем, кто поднял свою чашку.

Лин Сяо посмотрел на него и услышал, как он сказал: «Через месяц, начиная с сегодняшнего дня, Император присвоит титул короля-супруга. Император освободит нас от налогов на один год!»

«Это хорошо». — Один из мужчин не смог сдержать улыбку, когда услышал, что они освобождены от налогов.

«Это первый король-супруг нашей Страны Му», — прервал другой человек. — «Интересно, кто стал любимцем Императора?»

«Хм… Я думаю, что его звали Лин Сяо». — вспомнил один человек.

Лин Сяо услышал это и чуть не уронил чашку в руках. Выражение его лица было удивленным, когда он увидел, как Фу Юйцзюнь дразнит его взглядом.

Лин Сяо очистил свой разум и посмотрел на Фу Юйцзюня, который был ничуть не удивлен, стиснув зубы он сказал: «Ты уже знал?»

«Император Страны Му сказал мне об этом ранее». — Фу Юйцзюнь выпил свой чай: «Он… Действительно полон решимости вернуть тебя».

Лин Сяо замолчал, и Фу Юйцзюнь приподнял подбородок, наблюдая за ним. Беспокойство этого маленького слуги было написано на его лице. Его унылая внешность с опущенной головой была не такой живой, как раньше. Фу Юйцзюнь поджал губы, утешая его: «Тебе не нужно слишком беспокоиться. Я не верю, что он все равно сможет похитить тебя обратно после того, как ты войдешь в Страну Шао».

«Похитить?» — Рот Лин Сяо дернулся. Был ли он предметом?

Лин Сяо усмехнулся. Поскольку он был теперь вне дворца, ему также не нужно было находиться рядом с Фу Юйцзюнем. Он предпочел бы уйти при первой возможности…

«Правильно, они забыли сказать кое-что еще. Император объявил всей стране, что евнух Стюард Лин, который осмелился ему лгать, уже казнен», — неожиданно сказал Фу Юйцзюнь.

Лин Сяо в шоке снова поднял голову.

Мертв? Разве не он Стюард Лин? Он умер? Но в следующем месяце Император присвоит ему титул короля-супруга?

Что задумал Император?

Лин Сяо опустил голову, его волосы закрыли лицо, так что Фу Юйцзюнь не мог понять, о чем он думает сейчас.

«Ваше Высочество». — Внезапно тихий голос донесся до его уха, голос был настолько знакомым, что люди не смели в это поверить. Он резко поднял голову, его взгляд был прикован к тому месту, откуда доносился звук.

Тело, одетое в розовую одежду, сладкое отношение с красивой внешностью и соблазнительным взглядом. Это был кто-то, с кем он был так давно знаком, он не мог ошибиться. Человек, который должен был быть мертв — Мо Ци!

Лин Сяо внезапно встал, его лицо было полное неверия: «Ты… ты…»

Он указал на Мо Ци, не в состоянии что-либо сказать. Мо Ци внезапно схватил его за руку, приблизилась к уху и нежно рассмеялась: «Это я, Лин Сяо. Я вернулась из преисподней!»

Глава 49 - Ударить в грязь лицо Мо Ци

Мо Ци, стоявшая перед ним, была прекрасна и улыбалась, Лин Сяо не видел ни одно из страданий, имевших место быть ранее. Что было еще более странным, так это ее безмятежные глаза, полные улыбок. Лин Сяо никак не мог понять ее настроение.

Лин Сяо почувствовал неописуемый холодок, пронзивший его позвоночник, он отступил на шаг.

Мо Ци поклонилась Фу Юйцзюню, затем пошла за ним, выглядя послушной и смиренной.

Лин Сяо был настолько изумлен, что его глаза почти выпали из орбит.

Та Мо Ци, которая считала себя непогрешимой и думала, что все мужчины будут любить ее, откуда у нее был такой хороший этикет? Кроме того, она неожиданно послушно ждет позади Фу Юйцзюня…

Где была проблема?

Вопросительный взгляд Лин Сяо перешел с Фу Юйцзюня на Мо Ци. У Фу Юйцзюня был намек на улыбку, которая действительно не давала людям никаких подсказок о том, что он думает.

Лин Сяо опасно прищурился. Может быть, эти двое пришли к соглашению ранее?

Фу Юйцзюнь обратил внимание на вражду Лин Сяо, он легкомысленно долго улыбался, затем слегка покачал головой, сказав человеку, стоящему позади него: «Ты можешь уйти первой».

Этот голос не считался особенно нежным, но в нем также не было ненависти.

Вражда Лин Сяо стала сильнее, когда он увидел это.

Чувствуя вражду Лин Сяо, Фу Юйцзюнь заставил себя улыбнуться, оставив след сомнения, когда он спросил: «Ты действительно так ненавидишь Мо Ци? Разве ты не можешь потерпеть ее ради меня?»

Лин Сяо был удивлен, когда услышал это. Мо Ци однажды пыталась убить Фу Юйцзюня, хотя она на самом деле не хотела его убивать, она все же пыталась это сделать. И все же Фу Юйцзюнь все еще мирится с ней?

После того, как Мо Ци дала Лан Вэю воды забвения, она заставила и Фу Юйцзюнь выпить ее?!

Лин Сяо холодно улыбнулся в своем сердце, но ничего не показал на своем лице: «Не говорите об этом, Ваше Высочество. Теперь, когда Мо Ци находится под вашим крылом, как бы Лин Сяо осмелился бесцеремонно себя вести, так зачем говорить, чтобы я потерпел ее?»

Лин Сяо сделал вид, что его рана болит, и прикрыл ее: «… Эта травма Лин Сяо на самом деле не настолько серьезна, просто кровь течет все время и причиняет боль в течение нескольких дней. Еще немного и было бы поражено сердце. Но это неважно, так как я еще не умер. Если Мо Ци снова станет жестокой, Лин Сяо, по крайней мере, все равно сможет снова принять удар за Его Высочество на себя».

Услышав эти слова, Фу Юйцзюнь не мог сдержать улыбку на его лице.

Эти слова Лин Сяо ясно говорили ему, что он был ранен за него, а он решил простить главного виновника…

Мало того, что он выглядел чрезвычайно глупо по отношению к нему, он также подвергся опасности повторного нападения. Более того, это очень несправедливо по отношению к Лин Сяо, который помог заблокировать для него удар.

Слова, сказанные этим маленьким слугой, имеют одинаковый смысл.

Фу Юйцзюнь внимательно наблюдал за маленьким слугой, который все еще говорил без остановки, и скрежетал зубами.

«Ваше Высочество, почему вы так на меня смотрите? Не говорите мне, что вы думаете, что Лин Сяо не прав? » — Лин Сяо краем глаза наблюдал за Фу Юйцзюнем, а его взгляде промелькнул след хитрости.

Этот мимолетный свет заставил маленького слугу перед Фу Юйцзюнем выглядеть очень живым, и он не мог не отвлекаться на это, его взгляд становился все глубже.

Через долгое время он вздохнул и поднял обе руки, сдаваясь: «Хорошо, хорошо, я ошибаюсь. Просто эта Мо Ци действительно полезна для меня».

Лин Сяо нахмурился и тупо уставился: «Для чего вы хотите ее использовать?»

Фу Юйцзюнь мгновение боролся с самим собой, нахмурив брови и с поджатыми губами, сказал: «Я хочу кое-что спросить у нее».

Когда он упомянул об этом, в его голове промелькнула сцена с банкета «Страна Му». Его мечты вернули воспоминания о том танце силуэта, за ширмой из хлопка, который захватил дух каждого…

Несмотря ни на что, он хотел найти этого человека!

Лицо Фу Юйцзюня приняло серьезный вид, и поскольку эта сторона Фу Юйцзюня была довольно редкой, Лин Сяо удивился. Он с любопытством спросил его: «Что вы хотите спросить у нее?»

«Об этом…» — Фу Юйцзюнь пришел в себя и с оттенком улыбки подумал о Лин Сяо, но не сказал ему об этом. Он поменял тему, дразня его: «Кажется, ты очень заботишься обо мне?»

Рот Лин Сяо дернулся, лицо с презрением было направлено на Фу Юйцзюня.

Фу Юйцзюнь слегка кашлянул: «Короче, я все еще буду использовать этого человека. Ты можешь быть уверен, я не позволю ей иметь возможность что-либо сделать. Если ты чувствуешь, что она опасна, я могу отдать ее тебе, и ты сможешь сломать сухожилия в ее руках и ногах или сделать все, что пожелаешь. Мне только нужно, чтобы она могла говорить».

Фу Юйцзюнь улыбался, когда говорил это, как будто жизнь Мо Ци была жизнью муравья в его глазах. Лин Сяо почувствовал неописуемый холодок.

Однако позволить ему справиться с Мо Ци все еще было очень привлекательно, поэтому Лин Сяо расслабился: «Тогда я приму предложение Вашего Высочества».

Фу Юйцзюнь кивнул с улыбкой.

«Правильно, ты спас меня. Думал ли ты о том, что хотел получить в качестве награды?» — продолжил спрашивать Фу Юйцзюнь.

Лин Сяо смотрел на него с глазами полными сомнения, спрашивая: «Разве принц уже не дал мне то, что я хотел?»

Фу Юйцзюнь покачал головой: «Спасти тебя было моим собственным желанием. Ты хотел, чтобы я ждал снаружи дворца, чтобы я мог отвезти тебя в свою страну и не потребовал, чтобы я вывел тебя из дворца. Это не считается, потому что это я спас тебя, это делает меня твоим благодетелем».

Думая, что этот ход мыслей был довольно странным, черные линии заполнили голову Лин Сяо, и он свободно сказал: «Тогда одно одолжение другому, ты не должен мне, а я не должен тебе».

Фу Юйцзюнь покачал головой: «Я спас тебя потому, что у меня есть просьба».

«……» — Услышав, что у него есть просьба, Лин Сяо насторожился.

Фу Юйцзюнь слегка улыбнулся, увидев это: «Тебе не нужно так нервничать. То, что я хочу попросить, это то, что ты сказал, и что хотел сделать ранее».

«Что?» — Что-то, что он хотел сделать? Лин Сяо не мог думать ни о чем.

Фу Юйцзюнь объяснил: «Пойдем со мной в страну Шао, останься у меня дома и не убегай».

Ответ был неожиданным, но он уже говорил, что приедет к Фу Юйцзюню и последует за ним. Однако это было просто из-за удобства, поскольку первоначальная идея Лин Сяо заключалась в том, чтобы использовать Фу Юйцзюня и покинуть императорский дворец.

Несмотря на то, что Император присвоил звание короля-супруга Лин Сяо, он все еще не думал о том, чтобы найти убежище в доме Фу Юйцзюня. В лучшем случае он думал, что последует за ним в Страну Шао, а затем придумает другой план.

Он никогда никому не говорил о своей цели, включая Фу Юйцзюня. Но поскольку Фу Юйцзюнь поднял эту просьбу, это ясно показало, что он знал о его планах.

Лин Сяо нахмурился. На самом деле среди них нет никого, кого можно было бы легко обмануть.

С этими рассуждениями Лин Сяо задумчиво спросил: «Ваше Высочество, с какой целью вы приводите меня к себе домой?»

Фу Юйцзюнь поднял бровь, лицо его было переполнено улыбкой. Он так улыбнулся, что Лин Сяо почувствовал холодок позади и поспешно остановил его, когда Фу Юйцзюнь уже собирался что-то сказать: «Ваше Высочество, почему бы вам не принять это как приглашение Лин Сяо в качестве гостя в вашем доме? В конце концов, этот слуга спас вас ранее».

Фу Юйцзюнь с разочарованием поднял бровь, отвечая: «Ты слишком долго был слугой, так что теперь ты хочешь попробовать стать хозяином?»

«Эй, просто гость, какой хозяин? Хозяином по-прежнему остается Ваше Высочество». — Лин Сяо отбросил его, снова перебивая: «Или Его Высочество считает, что Лин Сяо — просто маленький слуга, и даже если я спас вашу жизнь, я не смогу быть вашим гостем?»

Улыбка Фу Юйцзюня застыла на этих словах, и он обратил внимание на глаза Лин Сяо, в которых были какие-то жалобы.

Этот маленький слуга открыл рот против него?

Лин Сяо принял взгляд Фу Юйцзюня, который был абсолютно темным, угол его глаза дергался. В конце концов, он, молча взглянул на него.

«Принцу не нужно смотреть на меня так. Поскольку Лин Сяо уже следил за вами, я выслушаю договоренности принца».

В конце концов, Мо Ци еще не умерла, поэтому он пока не уйдет. С таким же успехом он мог бы последовать за ним и посмотреть, что будет дальше, более того, пока он следует за ним, Мо Ци будет в его власти, однажды. Это было более привлекательным для Лин Сяо, чем что-либо другое.

В конце концов Фу Юйцзюнь использовал личность почетного гостя, чтобы привести Лин Сяо в свою резиденцию.

По дороге Лин Сяо не пытался найти Мо Ци. Первая причина состояла в том, что с таким количеством людей в дороге он не мог так легко передвигаться. Другой причиной было то, что он хотел увидеть, что происходит с Мо Ци.

За последние несколько дней наблюдения Лин Сяо обнаружил, что Мо Ци, похоже, полностью превратилась в другого человека. Образованная и уравновешенная, нежная и честная. Это было похоже на Мо Ци в его прошлой жизни.

Это дало Лин Сяо неверное представление о возвращении к прошлой жизни.

Сегодня он прибыл в резиденцию принца, и Лин Сяо был устроен в отдельный небольшой дворик. В этом дворе, в котором ему было предоставлено жилье, были слуги и тихая уединенная обстановка.

Фу Юйцзюнь также не нарушил своего обещания устроить Мо Ци жить в маленьком дворе и заставить Лин Сяо обращаться с ней так, как он хотел. Наряду с Мо Ци были две служанки, которых Фу Юйцзюнь просил прятаться раньше.

Одна по имени Цзи Сян, а другая — Фу Канг. Они были его личными служанками для входа во двор.

Что было не в его расчетах, так это то, что Фу Юйцзюнь использовал Мо Ци, чтобы та вошла в его дворец, как личная служанка.

Такое расположение заставило Лин Сяо улыбнуться.

В своей прошлой жизни он следовал за Мо Ци без жалоб, делая все, что она просила, и она старалась изо всех сил утверждать, что он был ее слугой.

В этой жизни Мо Ци тихо отступила и стала его служанкой.

На самом деле судьба поднимается и опускается, делая людей очень довольными!

Пока Лин Сяо думал, он прибыл к жилище слуги. Мо Ци в настоящее время организовывала ее небольшое количество вещей и безучастно смотрела, когда увидела Лин Сяо.

Затем она встала.

Лин Сяо подошел к ней и посмотрел на нее, холодно говоря: «Что, ты не понимаешь, как становиться на колени и приветствовать, когда видишь своего хозяина?»

Мо Ци стиснула зубы. На ее лице появилось нежелание и унижение, но в конце оно превратилось в стойкое и спокойное выражение. Она опустилась на колени перед Лин Сяо.

Лин Сяо смотрел безучастно, нахмурившись. Как могла Мо Ци преклонить колени перед ним? Она верила, что те, кто ее любит, будут любить ее до смерти, всегда простят все. Как она могла так легко встать на колени…

«Лин Сяо, я могу встать?» — Как раз когда он думал об этом, голос Мо Ци донесся снизу.

Лин Сяо поджал губу, подняв ногу, чтобы пнуть ее, и сердито сказал: «Я не позволял тебе говорить. Кроме того, я твой хозяин. Как ты можешь назвать своего хозяина по имени?»

Мо Ци ударилась ногой об пол и закричала от боли. Глядя на Лин Сяо с глазами, полными ненависти, она скрежетала зубами: «Лин Сяо, не будь слишком самонадеянным!»

«Хех!», — ухмыльнулся Лин Сяо, присев на корточки, чтобы взглянуть прямо на нее: «Я так самонадеян, что ты можешь с этим поделать?!»

Зловещий взгляд Мо Ци, полный убийственных намерений, приземлился на Лин Сяо: «Однажды ты заплатишь цену за то, что ты сделал со мной сегодня! Лин Сяо, ты будешь сожалеть об этом! Как ты сожалел о смерти в прошлой жизни!»

«Прошлая жизнь?» — Лин Сяо встряхнулся, он долго смотрел на Мо Ци.

Глава 50 - Начало изучения боевых искусств

Мо Ци поджала губы. Зная, что она проболталась, она закрыла рот, не осмеливаясь больше говорить.

Лин Сяо посмотрел на внешность Мо Ци и рассмеялся. Мо Ци также подверглась перерождению? Тогда не странно, что ее персонаж потерпел такие радикальные изменения.

В конце концов, он лично преподавал ей все уроки в прошлом.

Это тоже хорошо!

Тот, кто причинил ему вред, была Мо Ци из его прошлой жизни. Хотя, в этой жизни он всегда шел против Мо Ци, Лин Сяо по-прежнему сдерживался от совершенно невежественной Мо Ци.

Но теперь Мо Ци из его прошлой жизни также здесь, для того чтобы он мог отомстить истинному преступнику!

Лин Сяо мрачно улыбнулся, так что Мо Ци почувствовала неописуемое озноб. Она смотрела на Лин Сяо, который, казалось, жаждал превратить ее в пепел, и дрожала от страха.

Видя текущее бледное лицо Мо Ци, Лин Сяо в своей прошлой жизни, вероятно, был бы сильно расстроен. Однако, когда он увидел ее, в этой жизни Лин Сяо был полон удовольствия.

Лин Сяо крепко сжал ее подбородок, холодно улыбаясь: «Ты сказала, что предвидела это, тогда зачем тебе нужно было отравлять меня до смерти?!»

Мо Ци дрожала, когда услышала эти слова. С недоверием на лице, она смотрела на Лин Сяо, и заикалась: «Не говори мне… Ты тоже…»

Лин Сяо слегка улыбнулся, не отрицая этого.

Осознание внезапно наполнило лицо Мо Ци: «Теперь я понимаю. Ты обижен на меня за то, что я отравила тебя до смерти. Твоей целью с самого начала было отомстить мне!»

«Ты поняла это слишком поздно!» — ухмыльнулся Лин Сяо, отбрасывая ее от себя в знак презрения.

«Я согласился с просьбой Фу Юйцзюня не лишать тебя жизни, однако у меня есть десять миллионов способов медленно тебя мучить».

Лин Сяо пристально посмотрел на Мо Ци, выражение его лица было таким же суровым, как у ядовитой змеи, из-за чего Мо Ци отступила на несколько шагов назад.

Ее лицо было бледным от испуга. Она сильно прикусила губы, но все еще не могла остановить дрожь, которая пронзила ее тело.

Лин Сяо с удовлетворением прищурился при этом виде. Если честно, просто убить Мо Ци недостаточно. Тем не менее, несомненно, ее мучения принесут много удовольствия для Лин Сяо!

«Слуги!» — позвал Лин Сяо достаточно громко, чтобы его услышали снаружи, в то время как он не сводил глаз с Мо Ци.

Поскольку Мо Ци взяла личность служанки Лин Сяо, чтобы войти в особняк, с ней жили две прислуги из дворца, которые также вошли вместе с ней.

Цзи Сян и Фу Канг.

Они услышали призыв Лин Сяо первыми.

Цзи Сян и Фу Канг с уважением вошли и не удивились, увидев Лин Сяо. Возможно, Фу Юйцзюнь сказал им о нем, прежде чем приставил служить Лин Сяо.

Лин Сяо поднял бровь и смотрел на этих двоих, что стояли на коленях на полу. Как только он собирался говорить, пришли камергеры, устроенные сюда Фу Юйцзюнем.

«Хозяин». — Они поклонились Лин Сяо.

Взгляд Лин Сяо перешел от двух горничных к камергерам, и он обуздал свое настроение. Он посмотрел на Мо Ци и приказал: «Этот человек, она сделала меня несчастным. Бросьте ее куда-нибудь, где нужны люди в помощь».

Затем Лин Сяо снова посмотрел на камергеров: «Помните, не позволяйте ей слишком простаивать без работы».

«Да», — камергеры приняли приказ, и уже собирался тащить Мо Ци, когда Мо Ци пришла в себя и заскрежетала зубами, глядя на Лин Сяо: «Лин Сяо, моя самая большая ошибка заключаться в том, что я тебя не прикончила!»

Лин Сяо холодно улыбнулся и ответил: «Это то, о чем я сожалею больше всего!»

Мо Ци прикусила нижнюю губу от его слов, ее жестокий взгляд смотрел на него. Ее взгляд, казалось, говорил ему, что она однажды отомстит.

Лин Сяо немигающе смотрел, как вытащили Мо Ци и уголок его рта опустился.

С этой Мо Ци было сложнее иметь дело, чем раньше. Она даже приняла его приказ.

Если бы это была прошлая Мо Ци, даже если бы от этого зависела ее жизнь, она бы стала драться!

Тем не менее, эта была, в конце концов, та, что была лично им проинструктирована.

Лин Сяо вздохнул. Если он перевоплотился из-за того, что был отравлен до смерти в своей прошлой жизни, то как насчет Мо Ци? Разве она не жила хорошо в прошлом, так почему она тоже возродилась?

Возможно, в ее прошлом она тоже умерла?

«Ст… Стюард». — Робкий голос прервал ход мыслей Лин Сяо.

Лин Сяо посмотрела, откуда доносился голос, и увидел, что две горничные толкают друг друга, чтобы что-то сказать.

Двое из них опустили головы, когда Лин Сяо обратил на них вопросительный взгляд и попросили: «Стюард, пожалуйста, пощадите нас, двух слуг, мы никогда не раскроем ваш секрет!»

«Да, пожалуйста, пощади нашу жизнь, Стюард, и позвольте нам, двум слугам, продолжать служить Вам. Пожалуйста, не посылайте нас, чтобы служить в других местах. Если мы должны служить где-то еще, нам, двум слугам, у которых нет родителей и причин быть в этой стране Шао, разве это не…»

«Подождите», — Лин Сяо нахмурился и прервал их: «Когда я сказал, что тоже отправлю вас куда-то?»

Они были ошеломлены и подняли головы, затем вспомнили свою роль и поспешили снова опустить головы.

«Вы… Сделали Дворянку Мо… Нет… Мо Ци…»

«Она — она, вы — это вы». — Лин Сяо снова прервал заикающуюся речь обоих.

Две служанки явно вздохнули с облегчением, когда услышали это. Лин Сяо наклонил голову: «Давайте, вы двое, вставайте».

«Да». — Они встали и почтительно склонили головы перед Лин Сяо.

Лин Сяо спросил: «Девушки, вы сказали, что вы не раскроете мой секрет… Так вы действительно видели это…?»

Две служанки снова побледнели, когда услышали вопрос, но подумали о чем-то, и их лица покраснели. Это изменение белого на розовый было очень изумительным, но они не смели не отвечать Лин Сяо. Они могли только с трепетом кивать головой.

Лин Сяо продолжил: «Вы двое сказали, что не раскроете мой секрет, не говорите мне, что не сказали Фу Юйцзюню?»

Легкие следы застенчивости и покраснения полностью исчезли при этих словах, и они тут же опустились на колени, качая головами: «Стюард, мы, двое слуг, знаем, что этот вопрос очень серьезен, так как же мы посмели бы безответственно говорить об этом?!»

Лин Сяо подозрительно посмотрел на них: «Как Фу Юйцзюнь не мог спросить вас двоих? Вы двое, вероятно, не смогли бы встать на колени передо мной, если бы сказали ему, верно?»

Однако Фу Юйцзюнь действительно не выглядел так, как будто знал. По крайней мере, он не упомянул этот вопрос.

Глаза Лин Сяо были полны замешательства.

Они поспешно объяснили: «Стюард, нас, двоих слуг, действительно допрашивали, но когда Мо… Мо Ци приехала, нам, двум слугам, удалось сбежать».

«О?» — Вопросительный взгляд Лин Сяо наблюдал, как они подняли брови.

Двое продолжали, сказав: «Изначально принц страны Шао хотел спросить о вашей тайне, но Император доставил… Мертвое тело Мо Ци в резиденцию принца страны Шао».

«Принц Страны Шао был занят провожанием евнухов, которые доставили мертвое тело. После этого он поговорил с Мо Ци о чем-то и больше не обращал внимания на нас, двух слуг».

«Какое мёртвое тело? На самом деле это был живой человек!». — Фу Канг благоприятно прервала ее и сообщила: «Мо Ци встала, когда эти евнухи ушли. Мы, двое слуг, спрятались в тайном месте и увидели это своими глазами».

Лин Сяо замолчал. Когда Император говорит одно, он не имеет в виду другое. Так как он сказал убить Мо Ци, то он определенно убил ее. Похоже, что Мо Ци перевоплотилась после того, как ее мертвое тело было доставлено к принцу Страны Шао.

Важным моментом было то, почему Mo Ци тоже возродилась?

«Эй, похоже, что я пришел не вовремя?» — Из-за входа вдруг послышался дразнящий голос.

Лин Сяо оглянулся. Это был экзотически одетый Фу Юйцзюнь с золотыми кусочками металла, свисающими со многих частей его тела, и даже у его ушей были золотые листья, которые мерцали и блестели.

Лин Сяо прошел два шага вперед и сказал стоящим перед ним на коленях: «Хватит, уходите».

«Да».

«Эй, не уходите так внезапно!» — Фу Юйцзюнь посмотрел на двух служанок, которые уходили, делая вид, что убеждает их остаться. Двое остановились и не знали, должны ли они остаться или продолжать уходить.

Лин Сяо сказал Фу Юйцзюня: «Ваше Высочество здесь, чтобы найти меня, верно? Нет необходимости, чтобы посторонние люди оставались здесь».

Глаза Фу Юйцзюня светились и нежно смотрели на Лин Сяо: «Итак, ты хочешь поговорить со мной наедине. Тогда у меня нет причин их останавливать».

Фу Юйцзюнь махнул рукой после того, как произнес эти слова.

Служанки поспешно выбежали за дверь, когда увидели это.

Глаз Лин Сяо дернулся, он спокойно отступил, держась на расстоянии от Фу Юйцзюня.

Фу Юйцзюнь с удивлением наблюдал и начал подходить к нему, пока Лин Сяо не загнали в угол. Он поднял руки, чтобы заблокировать Фу Юйцзюня, и поспешно перевел тему: «Ваше Высочество, для чего вы искали Лин Сяо?»

Фу Юйцзюнь поднял бровь и зажал Лин Сяо между ним и стеной. Глядя на довольно привлекательного и интеллигентного человека перед ним: «На самом деле нет ничего, я просто пришел посмотреть на тебя. Ты доволен этим домом?»

«Лин Сяо очень доволен и благодарит Его Высочество за заботу». — Дыхание Фу Юйцзюня на лице не понравилось Лин Сяо, из-за чего он нахмурился, пытаясь отстоять расстояние между ним и Фу Юйцзюнем.

Как будто почувствовав нежелание Лин Сяо, Фу Юйцзюнь сделал два шага назад.

Лин Сяо выдохнул.

Фу Юйцзюнь посмотрел на него с несчастьем в своем сердце: «Похоже, ты привык только к прикосновениям Императора Страны Му».

Фу Юйцзюнь почувствовал, что слова, которые он только что сказал, были слишком кислыми, нахмурившись, он сменил тему: «Я слышал, что ты отправил Мо Ци на работу?»

«Ваше Высочество сказал, что я могу справляться с Мо Ци так, как мне нравится». — Лин Сяо автоматически заблокировал то, что сказал Фу Юйцзюнь ранее, холодно ответив.

Фу Юйцзюнь сказал: «Что бы ты справлялся…». Когда он сказал это, Фу Юйцзюнь, похоже, вспомнил, что его подчиненный только что сообщил, и он неоднократно предупредил: «Будь осторожен и не играй с Мо Ци до смерти. У меня все еще есть кое-что, что мне нужно услышать из ее уст».

Услышав это, Лин Сяо подозрительно посмотрел на Фу Юйцзюня. Этот Фу Юйцзюнь всегда говорил, что ему нужно что-то узнать от Мо Ци. Что он хочет знать?

Лин Сяо был любопытен и не мог не спросить снова: «Ваше Высочество, что вы хотите узнать от Мо Ци?»

Фу Юйцзюнь со смехом посмотрел на него. Он помнил, как говорил этому маленькому слуге больше не спрашивать, но Лин Сяо все еще спрашивал об этом. Этот маленький слуга не усвоил свой урок!

Фу Юйцзюнь опасно прищурился. Лин Сяо остро почувствовал это и поспешно объяснил: «Лин Сяо вырос с Мо Ци. То, что знает Мо Ци, Лин Сяо тоже знает. Почему бы вам не сказать мне, что вы хотите знать, Ваше Высочество? Может быть, Лин Сяо сможет вам ответить?»

Фу Юйцзюнь был поражен: «Ты знаешь?»

«Если Его Высочество не скажет мне, о чем идет речь, как я узнаю, знаю ли я это или нет?» — Лин Сяо шаг за шагом заставлял ответить Фу Юйцзюня.

Фу Юйцзюнь слегка рассмеялся, когда услышал это. У этого маленького слуги действительно острый язык, и он пытается кусать его постепенно.

Забудь, в любом случае это не является каким-то секретом.

Думая об этом, Фу Юйцзюнь сказал: «Я могу тебе сказать, но у меня также есть кое-что, что я хочу знать».

«Говорите». — Лин Сяо твердо сказал.

Фу Юйцзюнь вытянул два пальца и сказал: «Во-первых, почему ты так ненавидишь Мо Ци? А во-вторых, какой секрет ты скрываешь от меня?»

«Ваше Высочество, это не справедливо. Вы задаете мне два вопроса, а я только один». — спокойно начал торговаться Лин Сяо.

Фу Юйцзюнь слегка улыбнулся: «Тогда ты можешь спросить у меня еще что-то».

Лин Сяо закрыл глаза, подумал немного, и в его голове вспыхнула идея. Он улыбнулся и сказал: «У меня нет ничего, чтобы спрашивать Его Высочество, но у меня есть небольшая просьба, которую я хотел бы осуществить».

Выражение лица маленького слуги перед ним было живым, а расчетливый взгляд, который видел Фу Юйцзюнь, действительно заставил его почувствовать, что маленький слуга перед ним требовал много счастья. Он не мог не засмеяться снова, его смех был полон восторга, о котором он не знал.

«Скажи мне». — С поднятыми бровями он мягко сказал Лин Сяо.

Лин Сяо слегка улыбнулся и ответил: «Я слышал, что Ваше Высочество не имеет себе равных в боевых искусствах. В возрасте десяти лет вы смогли победить трех противников. В пятнадцать лет вы легко победили десятки солдат. В настоящее время вам семнадцать, у вас, вероятно, не осталось достойных соперников в стране Шао?»

Фу Юйцзюнь поднял бровь и кивнул. Этот маленький слуга понял все достаточно ясно. Фу Юйцзюнь также знал, о чем он думал, однако он все еще хотел услышать, что Лин Сяо скажет.

Он повел маленького слугу к просьбе, чтобы тот продолжал говорить: «И так?»

Рот Лин Сяо дернулся. Этот Фу Юйцзюнь полностью осознавал, чего он хотел, но все же заставлял его сказать это!

Ему было очень-очень скучно.

Подумав, Лин Сяо все еще открыл рот и спросил: «Как насчет того, чтобы Его Высочество поучил боевым искусствам Лин Сяо?»

Лин Сяо подумал, что знание боевых искусств поможет ему не быть таким пассивным, когда он снова встретится с Императором, Лан Вэем или даже с этим Фу Юйцзюнем перед ним…

Фу Юйцзюнь с удовлетворением засмеялся и лукаво сказал: «Хорошо! Однако, так как я преподаю тебе боевые искусства, я считаю себя твоим учителем. Зови меня Мастером».

«Мастер!» — твердо сказал Лин Сяо, такая тупость действительно потрясла Фу Юйцзюня. (вот тут я немного не поняла… есть слово «Мастер» которое используют слуги, а есть слово «мастер» который используют ученики). Однако он увидел искренний взгляд маленького слуги перед ним и его почтительное отношение.

Фу Юйцзюнь вздохнул. Да ладно. Хотя он потратит некоторое время, на самом деле это может быть довольно хорошим решением, если это — этот маленький слуга.

Глава 51 - Бесконечный демон

Он уже следовал и учился у Фу Юйцзюня более полугода. За это время Лин Сяо превратился из не имеющего основ боевых искусств парня в способного противостоять одному из телохранителей Фу Юйцзюня.

Хотя это был всего лишь один телохранитель, это уже сделало Лин Сяо довольным.

И его секрет, естественно, был раскрыт Фу Юйцзюню.

Поскольку он уже покинул дворец, скрывать, был ли он евнухом или нет, уже не имело смысла. Лин Сяо до сих пор помнил удивленное лицо Фу Юйцзюня, когда он сказал ему, что он не евнух, и как тот настаивал, чтобы он осмотрел его нижнюю часть тела и проверил все сам.

Конечно, Лин Сяо не дал ему проверить это. Что касается другого вопроса, Лин Сяо умело использовал секрет своего тела и объяснил Фу Юйцзюню, что из-за того, что Мо Ци хотела кастрировать его, поэтому он ненавидит ее и желает, чтобы она умерла. Такое оправдание позволило Фу Юйцзюню, который также был мужчиной, понять его.

Теперь, когда эти два вопроса были объяснены и раскрыты, Фу Юйцзюнь примерно знал причину, по которой Лин Сяо должен был покинуть дворец.

Когда он посмотрел на Лин Сяо, в его голове возник другой вопрос. Страна Му и этот слуга на самом деле…

Он однажды увидел следы с «той ночи» на теле маленького слуги… Разве его тайна не была раскрыта Императором Страны Му в конце концов?

Поскольку Император уже все знает, тогда нет причин продолжать скрывать эту тайну.

В этот момент Фу Юйцзюнь наконец осознал, как сыграл Лин Сяо!

Он неохотно рассмеялся, а затем вздохнул от коварства Лин Сяо. Но когда он увидел лицо маленького слуги, полное надежды и ожидающее ответа, его сердце смягчилось.

В конце концов, Фу Юйцзюнь все же сказал Лин Сяо о своем желании найти ту танцовщицу с того дня празднования и спросил Лин Сяо, знает ли он, кто она такая.

С удивленным выражением лица Лин Сяо мог лишь жестко утверждать, что ему ничего не известно, чтобы подозрения Фу Юйцзюня не упали на него.

К счастью, Фу Юйцзюнь, казалось, вспоминал сцену с того времени и не обращал внимания на жесткость Лин Сяо. Так что дело пошло на лад.

В это время Лин Сяо обычно ходил во двор. Это было то место, где Фу Юйцзюнь практиковал свои боевые искусства, а также там он преподавал Лин Сяо.

Обычно в это время во дворе было только несколько слуг, которые служили бы Фу Юйцзюню и ему. Однако Лин Сяо обнаружил, что сегодня во внутреннем дворе было много камергеров.

Лин Сяо подошел в замешательстве и обнаружил человека, очень похожего на Фу Юйцзюня, сидящего в павильоне и болтающего с ним. Эти камергеры были явно здесь из-за него.

Он слышал, что королевская семья страны Шао состоит только из Фу Юйцзюня, который был вторым принцем и его старшего брата, первого принца. Эти двое очень похожи, может быть, это легендарный нелепый и развратный Первый принц — Фу Шанцзюнь?

Странно, он слышал, что эти два принца не ладят. Так почему Первый Принц пришел сюда?

Лин Сяо подумал и подошел к павильону как раз вовремя, чтобы услышать, что сказал Первый Принц.

«Императорский младший брат, ты не слишком жесток? В этом доме спрятана такая красота, но ты не рассказал о ней своему Императорскому Брату».

Красота?

Глаза Лин Сяо потемнели. О ком говорит Фу Шанцзюнь?

Фу Юйцзюнь тоже казался очень озадаченным, он спросил: «О какой красоте говорит Императорский Брат?»

«Императорский младший брат, не веди себя глупо со мной! Ты не должен скрывать эту красоту. Кроме того, эта красавица всегда была на заднем дворе и делала случайные работы, это такая трата!»

Фу Шанцзюнь несколько указывал на Фу Юйцзюня, в то время как в сознании Фу Юйцзюня и Лин Сяо появился один человек — Мо Ци.

Кто-то, кто делает случайные работы на заднем дворе и мог разбудить этого распутного принца, не мог быть никем, кроме нее.

Он не знал, как она познакомилась с этим принцем, и, глядя на его отношение, он был здесь ради нее.

Лин Сяо холодно улыбнулся и двинулся вперед на два шага, заставляя камергеров вокруг двух принцев заметить его и остановить. Лин Сяо немного подумал и остался на своем месте, откашливаясь и приветствуя: «Лин Сяо ищет аудиенцию у принца».

Фу Шанцзюнь нахмурился и уже собирался говорить, но Фу Юйцзюнь быстро сказал ему: «Пусть он пройдет».

Но камергеры явно только слушали Фу Шанцзюня и выглядело так, как будто они не слышали приказ Фу Юйцзюня. Лин Сяо посмотрел на человека перед собой, который преградил ему путь, как валун, а затем поднял бровь, чтобы взглянуть на Фу Юйцзюня. Его взгляд, казалось, говорил: «Твой престиж как великого Принца Страны Шао очень велик».

Лицо Фу Юйцзюня потемнело, и он холодно спросил Фу Шанцзюня: «Императорский брат, что это значит?»

Фу Шанцзюнь закрыл глаза и немного подумал, прежде чем мрачно улыбнуться: «Этот… Императорский младший брат, я пришел сюда, чтобы поговорить с тобой о прошлых днях. Так бы не было, если бы сюда пришел посторонний! Почему бы ему не уйти?»

Лицо Фу Юйцзюня на губах показало, насколько он несчастен. Но через некоторое время он, казалось, что-то придумал и прищурился, улыбаясь: «Императорский Брат прав, почему бы ему не уйти?»

Фу Шанцзюнь странно посмотрел на Фу Юйцзюня и собирался махнуть рукой, чтобы заставить Лин Сяо уйти, когда Фу Юйцзюнь продолжил, все еще улыбаясь: «Однако, Императорский Брат, эта красота, о которой ты говорил, не была спрятана мной. Она — служанка из Страны Му, и она последовала за своим хозяином в Страну Шао».

После этих слов Фу Юйцзюнь посмотрел на Лин Сяо несколько остро.

«И ее хозяин — Лин Сяо. Он однажды спас мне жизнь и является моим почетным гостем».

«Что…» — Фу Шанцзюнь посмотрел на Лин Сяо с удивленным лицом.

Лин Сяо слегка улыбнулся и посмотрел прямо на Фу Шанцзюня, ни робости, ни власти, не было в его движении: «Приветствую Ваше Высочество, Первый принц».

Фу Юйцзюнь тихо засмеялся: «Если Имперский Брат думает об этой красоте, ты можешь спросить о ней у него. У меня нет привилегии участвовать в этом».

«Это…» — Фу Шанцзюнь продолжал смотреть на Лин Сяо в изумлении.

Лин Сяо посмотрел прямо на изумленное выражение лица Фу Шанцзюня, а затем снова посмотрел на намекающее лицо Фу Юйцзюня. В его глазах мелькнули следы хитрости, когда он сузил их, улыбаясь и взявшись за руки сказал: «Грубость Лин Сяо помешала двум королевским высотам вспомнить прошлое. Лин Сяо немедленно уйдет».

С этими словами он слегка согнулся и поклонился, затем повернулся, чтобы уйти с высоко поднятой головой. Его довольно гордый взгляд заставил Фу Юйцзюня слегка улыбнуться. Дайте этому маленькому слуге немного, и его отношение станет больше, но все же это было чрезвычайно восхитительно.

Настроение Фу Юйцзюня было очень хорошим, когда он наблюдал, как Фу Шанцзюнь встал и протянул руку за спиной Лин Сяо, убеждая его остаться: «Подожди…»

Фу Юйцзюнь последовал за ним, когда увидел это. Держа руку Фу Шанцзюня, который пытался остановить Лин Сяо, он хитро улыбнулся: «Разве Императорский Брат здесь, не для того чтобы поговорить со своим Императорским Младшим Братом о прошлом? С ним, посторонним, это только ослабит наше настроение, так почему ты пытаешься его задержать? Пусть он уйдет первым».

С этими словами Фу Юйцзюнь сунул Фу Шанцзюня чашу и сказал: «Вот, Императорский Брат, попробуй это. Это цветочное вино османтуса, которое твой Императорский младший брат привез из Страны Му. Оно чрезвычайно ароматное…»

Звуки разговора стихли и стали тише, он больше не мог разобрать, что они говорят. Лин Сяо знал, что он уже прошел достаточно далеко от переднего двора.

Думая о цели Первого Принца, он остановился, и в его сердце поднялся невыносимый гнев.

Просто потому, что он не уделял пристального внимания Мо Ци, когда занимался боевыми искусствами, она уже начала снова создавать проблемы!

Лин Сяо поджал губы и вернулся в свой внутренний двор. Затем он крикнул: «Позовите Мо Ци!»

«Да». — Те, кто принял приказ, были Цзи Сян и Фу Канг. С тех пор, как они честно признались ему, Лин Сяо оставил их рядом с собой.

Вскоре после того, как Лин Сяо отдал приказ, Мо Ци вошла в его двор, дрожа, когда несла поднос.

Ее одежда была потертой, а внешность стала худой. С ее нынешней жалкой фигурой это уменьшило ее властность и выглядело немного более жалким.

Особенно сейчас, когда она дрожала от страха на входе, и выглядела крайне благоразумно. Любой мужчина, который смотрел на нее, чувствовал бы к ней нежность.

К счастью, Лин Сяо был человеком, который пострадал от ее рук и поэтому не испытывал к ней жалости.

Он холодно рассмеялся и пошел к Мо Ци, став перед ней.

Холод на лице Лин Сяо породил страх из глубины сердца Мо Ци. Она слабо опустилась на колени перед Лин Сяо.

Лин Сяо поднял бровь. Как Мо Ци может быть такой тактичной сейчас?

Когда у него возникли эти мысли, Лин Сяо увидел, как Мо Ци подняла поднос в руке, пока он не оказался перед ним, и она дрожа сказала: «Лин Сяо… Нет… Хозяин, это отвар из ласточкиного гнезда из кухни… Я была неправа ранее. Я не должна была выступать против тебя, и даже хуже, я не должна была причинять тебе вред. Ты великий и щедрый человек. Выпей эту тарелку с отваром и прости меня, пожалуйста?»

Отвар из ласточкиного гнезда?

У Лин Сяо дернулся уголок рта. Вспоминая кашу из ласточкиного гнезда, которую он пил ранее, его лицо стало черным, как дно горшка.

Он усмехнулся, взял поднос и уставился на белоснежный отвар. Он долго смотрел на него.

Внезапно он поднял отвар и бросил в сторону поднос. Посмотрев на Мо Ци, которая украдкой смотрела на него, он категорически сказал: «Я не говорил, что буду пить отвар».

Мо Ци тихо сказал: «Я боялась, что ты голоден и приготовила это на кухне. Я хочу попросить прощения у тебя. Я была неправа, ты простишь меня?»

Прощу?

Мо Ци умоляет его, Лин Сяо, о прощении? Это довольно необычно!

Однако в голосе Мо Ци Лин Сяо не услышал ни сожаления, ни искренности.

Боясь, что она просто притворяется, Лин Сяо ухмыльнулся и неожиданно потянулся, чтобы крепко схватить ее за волосы, затем он резко дернул их назад.

Мо Ци вскрикнула от боли. Ее взгляд, который был вынужден смотреть на Лин Сяо, был полон негодования. Лин Сяо стал еще более уверен, что угадал.

Он поднес отвар ко рту Мо Ци, и она начала выглядеть несколько встревоженной. Лин Сяо осмотрел ее, его глаза постепенно стали холодными, когда он сказал тихим голосом: «Я совсем не голоден. Хотя я думаю, что голодна ты, почему бы мне не дать тебе эту миску с отваром?»

Мо Ци яростно покачала головой, ее рот сжался еще крепче.

Когда Лин Сяо увидел это, он уже обо всем догадался, но все еще вел себя так, словно был удивлен, и спросил ее: «Почему ты так напугана? Может быть, ты что-то положила в этот отвар?»

Лицо Мо Ци побелело от его слов, и она отрицательно покачала головой.

Лин Сяо улыбнулся. Он взглянул на отвар из ласточкиного гнезда и слегка рассмеялся, сказав: «Конечно, это отвар из ласточкиного гнезда, который ты лично принесла, так почему у тебя возникнут проблемы? Вот, ты голодна, я накормлю тебя, открой рот».

Голова Мо Ци тряслась как барабан с грохотом. Ее глаза постепенно затуманились, и внутри обиды также были испуг и паника. Лин Сяо холодно улыбнулся, увидев это, но не остановил движение своей руки.

Он хотел насильственно накормить Мо Ци миской с отваром.

Мо Ци яростно боролась, ее руки и ноги толкали Лин Сяо. Лин Сяо не был достаточно осторожен и его немного оттолкнули. Мо Ци воспользовался этой возможностью, чтобы внезапно вскрикнуть: «Лин Сяо, как ты смеешь!»

Лин Сяо холодно сказал: «Что б я не посмел!»

«Фу Юйцзюнь сказал, что ты не можешь забрать мою жизнь!» — Мо Ци выкрикнула слова Фу Юйцзюня.

Лин Сяо притворился сбитым с толку: «Я просто хочу, чтобы ты выпила миску отвара из ласточкиного гнезда, которую ты приготовила и принесла сама. Как это отнимает у тебя жизнь? Как тебе повредит эта крошечная миска с отваром из ласточкиного гнезда?

«……» — Мо Ци не знала, что сказать.

Лин Сяо посмотрел на нее с презрением и крикнул в сторону двери: «Слуги».

«Стюард Лин». — Цзи Сян и Фу Канг были теми, кто услышал его и вошел.

Лин Сяо посмотрел на них двоих, а затем указал пальцем на Мо Ци: «Держите ее».

«Да». — Цзи Сян и Фу Канг приняли приказ и подошли к ним. Мо Ци быстро задержали перед Лин Сяо.

Ее волосы стали беспорядочными, так как она сильно боролась, ее избивали и истощали, а на ее лице было много пыли. Как будто она верила, что кто-то пожалеет ее, она выглядела испуганной, и ее глаза, которые были слегка красными, также стали влажными.

Однако никто из присутствующих не пожалел ее.

Лин Сяо наклонился, приближался к Мо Ци. Мо Ци с ненавистью посмотрела на Лин Сяо, заскрежетав зубами.

Лин Сяо увидел это и протянул руку, чтобы погладить волосы Мо Ци, используя ту же мягкость, к которой она привыкла в своей прошлой жизни. Мо Ци выглядела несколько сбитой с толку, в то время как Лин Сяо убрал прядь ее грязных волос за ухо, его палец скользнул по ее щеке, а затем внезапно сжал ее подбородок.

Мо Ци вскрикнула от боли. Она внезапно подняла голову и прикусила губу, уставившись на Лин Сяо, не говоря ни слова. Ее глаза, полные негодования и злобы, казалось, предупреждали Лин Сяо, что, если он осмелится что-то с ней сделать, она заставит его заплатить высокую цену.

Однако Лин Сяо не заботился об угрозе такого рода. Он схватил за подбородок Мо Ци и презрительно сказал: «Мо Ци, ты действительно наивна вне всяких сомнений. Где ты получаешь свою уверенность? Думая, что если бы ты не убила меня, я все равно простил бы тебя? И почему ты так уверена, что я все же съел бы миску с отваром после смерти от отравленного вина, которое ты дала мне?»

«Хм?» — Лин Сяо открыл рот Мо Ци и вылил ложку отвара ей в горло.

Лицо Мо Ци стало смертельно бледным через секунду. Она начала безумно бороться и, наконец-то, даже сумела освободиться. Тем не менее, она тихо взвизгнула, когда заметила, что половина отвара уже была выпита ею, это заставило ее засунуть пальцы в горло, чтобы ее вырвало.

Лин Сяо холодно улыбнулся и не мог не заметить: «Ты навлекаешь на себя беду!»

Мо Ци злобно посмотрела на Лин Сяо, ее взгляд, казалось, хотел поглотить Лин Сяо целиком.

Она намеренно сказала: «Просто подожди Лин Сяо, просто подожди! Даже если я умру, я тебя тоже потяну за собой, просто подожди!

Лицо Лин Сяо похолодело. Он перевел взгляд на двух слуг, которые просто стояли и с ненавистью сказал: «Зачем вы все еще там стоите? Поймайте ее, я заставлю ее сейчас пройти через ад!»

Цзи Сян и Фу Канг внезапно пришли в себя и подошли к Мо Ци. Мо Ци резко встала и выудила что-то из-за груди, затем повернулась к группе из трех человек бросила это в Лин Сяо.

Удивленный, Лин Сяо автоматически использовал свой рукав, чтобы заблокировать объект, но это был тонкий белый порошок, легкий как перышко, и он мгновенно рассыпался по воздуху.

Когда Лин Сяо пришел в себя, Мо Ци уже исчезла без следа. И теперь разум трех людей, которые дышали тонким порошком, начал становиться темным…

Это был сонный наркотик?

В доме был кто-то, кого Мо Ци подкупила…

Это была последняя мысль Лин Сяо, перед тем как он потерял сознание.

Глава 52 - Удар по лицу Фу Шанцзюня (1)

Когда Лин Сяо проснулся, все следы Мо Ци исчезли. Тот Первый Принц тоже уехал.

Фу Юйцзюнь охранял кровать Лин Сяо и спросил его о том, что случилось и как только Лин Сяо проснулся, Фу Юйцзюнь обыскал весь дворец.

Он действительно нашел людей, которые помогли Мо Ци сбежать.

Двое из них были слугами в заднем дворе, которые выполняли разные работы, один был слугой из кухни, а второй был телохранителем, который присматривал за двором. Одна общая черта, которую они все разделяли, была то, что они все были людьми.

После того, как Фу Юйцзюнь и Лин Сяо исследовали все это дело, они узнали от этих людей, что Мо Ци и Фу Шанцзюнь познакомились друг с другом семь дней назад.

Они встретились в таверне на улице.

Мо Ци использовала свою красоту и всего за несколько дней покорила сердца многих мужчин. Она использовала их, чтобы они время от времени брали ее с собой поиграть и поесть.

Телохранитель вывел Мо Ци, чтобы поесть в таверне семь дней назад, и они встретили там Фу Шанцзюня, который часто посещал это место. Фу Шанцзюнь, который, прежде всего, любил красоту, сразу же подружился с Мо Ци, когда увидел её небесное изящество.

После этого, когда у обоих сложилось хорошее впечатление друг о друге, Мо Ци попросила Фу Шанцзюня забрать ее, на что он с радостью согласился. Позже это стало причиной, по которой Фу Шанцзюнь зашел сюда спросить о ней.

Мо Ци можно считать гораздо более осторожной после ее перерождения. Чтобы спрятаться от Лин Сяо и Фу Юйцзыня, она никогда публично не общалась с этими мужчинами, находясь в доме. В те дни, когда она хотела, чтобы они забрали ее с собой, она находила предлог, чтобы выбраться.

Кроме того, эти люди сказали, что Фу Шанцзюнь часто давал Мо Ци золото, серебро, жемчуг и парчовые шелка, но она никогда не носила их в доме.

С начала и до конца она принимала вид человека, который выглядел так, будто над ней издевались и унижали, а она, сжимая зубы, стремилась к выживанию среди низшего слуги.

Несколько мужчин во дворе были расстроены из-за нее и нежно ее любили.

В день прибытия Фу Шанцзюня, Мо Ци тайно спросила, о чем говорили Фу Юйцзюнь и Фу Шанцзюнь. Зная, что ее отъезд будет затруднен, Мо Ци думала, как убежать. Таким образом, она пошла, чтобы найти этих мужчин, которые давно ее любили, она, которая получила издевательства со стороны других людей в доме. Все они естественно захотели помочь ей...

Лин Сяо и его две служанки пострадали от сонного порошка, который Мо Ци купила на улице, что показывало, что она давно к этому готовилась.

Что касается этой чаши с отваром из ласточкиного гнезда, то Фу Юйцзюнь нашел доктора, чтобы он осмотрел остатки от него. То, что они нашли, было высокотоксичным ядом.

Все было очищено. Лин Сяо посмотрел на Фу Юйцзюня, его лицо было переполнено интересом: «Вы все еще чувствуете, что эта женщина вовсе не опасна?»

У маленького слуги на лице была насмешка, которая, казалось, насмехалась над его глупостью из-за того, что он смотрел на Мо Ци свысока. Фу Юйцзюнь молча закрыл глаза, ему казалось, что он больше не может показывать свое лицо.

Уголки его рта сжались. Он не смотрел на Лин Сяо и не отвечал на его вопрос. С негодованием он отдал приказ казнить всех четверых.

У Фу Юйцзюня всегда была улыбка в глазах, и у него редко было серьезное выражение на лице, но теперь эта улыбка исчезла, и его жестокость можно было увидеть в полной мере. Оно было похоже на зверя, который разозлился, заставляя Лин Сяо инстинктивно задрожать.

В это время Лин Сяо внезапно вспомнил, что каким бы дружелюбным и чутким ни казался этот парень, он все равно оставался тем, кто захватил власть.

Кто-то, кто сидит высоко, не позволит кому-то еще, не повиноваться ему.

Лин Сяо молча закрыл глаза и затем услышал, как Фу Юйцзюнь медленно произнес: «Я слышал, что ты заставил Мо Ци выпить эту чашу с сильно ядовитым отваром из ласточкиного гнезда?»

Лин Сяо быстро поднял голову и обнаружил, что Фу Юйцзюнь возобновил улыбающееся выражение, просто его улыбка была совершенно ледяной. Это не сдерживало его беззаботного характера, заставляя Лин Сяо быть настороже, когда он почувствовал опасность.

«Почему вы вдруг спрашиваете об этом?» - осторожно спросил Лин Сяо.

Фу Юйцзюнь поднял бровь, и его глаза сузились, а улыбка оставалась на лице. Он повернулся лицом к Лин Сяо, золотые кусочки на его одежде звякнули от внезапного движения. Эти звуки, казалось, бились в сердце Лин Сяо, заставляя его сердцебиение учащаться, шаг за шагом.

Интуиция сказала Лин Сяо, что Фу Юйцзюнь перед ним прямо сейчас очень опасен.

Как он и ожидал, Фу Юйцзюнь внезапно открыл глаза и сказал: «Я говорил тебе раньше, ты не можешь навредить ее жизни. Я до сих пор не спросил ее, о том, что я хотел знать. Ты еще помнишь об этом?»

Мерцающий свет в его глазах был холодным и опасным, Лин Сяо инстинктивно опустил голову.

Фу Юйцзюнь поднял руку и слегка надавил на плечо Лин Сяо: «Поскольку ты говоришь, что помнишь об этот, ты всегда должен носить это в памяти своего сердца».

Сила Фу Юйцзюня не была легкой, и его плечо болело под его силой. Лин Сяо издал приглушенный стон и смущенно сжал брови.

Принимая во внимание молчаливое терпение Лин Сяо, сердце Фу Юйцзюня начало биться по неизвестной причине. Он смягчил лицо, ослабил хватку и отпустил Лин Сяо.

Лин Сяо тупо уставился и поднял глаза, чтобы посмотреть на Фу Юйцзюня. Фу Юйцзюнь посмотрел на него, чувствуя себя очень удивленным. Однако этот сюрприз быстро прошел, и он только тихо вздохнул. После этого он посмотрел на Лин Сяо и сказал: «Я прощу тебя на этот раз. Так как она сама подмешала этот яд, она просто напрашивалась на неприятности. Если она еще не умерла, оставь ее хоть с намеком на жизнь или получи от нее информацию, которая мне нужна, об этом секрете».

Глаза Лин Сяо наполнились сомнением о его словах, и он поджал губы, чтобы спросить: «Если вы так много хотели узнать об этом секрете, то почему вы не спросили ее об этом, когда Мо Ци находилась здесь так долго?»

Фу Юйцзюнь услышал и ухмыльнулся, глядя на Лин Сяо краешком глаза: «А откуда ты знаешь, спрашивал я ее об этом или нет?»

«Вы спрашивали?» - Лин Сяо был удивлен.

«Не один раз». - Фу Юйцзюнь поджал губы: «Когда я спрашивал ее, я также пытал ее. Просто камергером каждый раз был Ли Си. Этот рот Мо Ци был плотно закрыт во время этого. Но теперь, когда я вспоминаю об этом, я боюсь, что это Ли Си, помогал ей все время».

Лицо Фу Юйцзюня замерло, когда он говорил, а лицо Лин Сяо стало странным, когда он продолжал слушать. Он сказал с некоторым изумлением: «Почему я... Никогда не слышал об этом?»

Фу Юйцзюнь посмотрел на Лин Сяо, его глаза наполнились беспомощностью и любовью, которых он сам не заметил: «Ты каждый раз засыпал в комнате сразу после занятий боевыми искусствами, как ты узнаешь, о том, что я делаю?!»

«……» - подумал Лин Сяо, и это действительно было так. Практика боевых искусств, без сомнения, забирала всю его энергию. У него даже не было времени побеспокоиться о Мо Ци, так как он мог обратить внимание на Фу Юйцзюня?

Лин Сяо кивнул, слегка смущенный.

Взглянув на простую и честную внешность маленького слуги, эта последняя жалоба в сознании Фу Юйцзюня полностью исчезла. Он слегка покачал головой, вздохнул и поправил одежду: «Хорошо, поскольку дело уже достигло такой точки, давайте отправимся в Таверну «Надежда Весны» ».

«?»

Фу Юйцзюнь вытащил Лин Сяо в самую большую таверну в Стране Шао – «Надежда весны».

Большая сцена внутри здания была самой отличительной чертой этой таверны. В обычный день на ней выступали многочисленные популярные певцы и танцоры.

С винным ароматом повсюду, смотреть, как красавицы танцуют так чудесно, и слушать их сладкие песни - это то, что людям нравилось больше всего на свете.

Таким образом, эта таверна всегда получала любовь каждого, а некоторые даже особенно любили проводить время, потворствуя чувственным удовольствиям. Свободные сыновья богатых родителей, и Фу Шанцзюнь, естественно, среди них.

После того, как они вошли, Фу Юйцзюнь занял отдельную комнату на втором этаже и повел Лин Сяо наверх.

В отдельной комнате они могли видеть все через окно. Вид был еще более обширным.

Фу Юйцзюнь заказал кувшин хорошего вина и несколько закусок, рассеянно глядя на пьесу ниже, время от времени объясняя ее части Лин Сяо.

Лин Сяо был сыт по горло слушанием и прервал его, откровенно спросив: «Почему мы пришли сюда?»

Фу Юйцзюнь посмотрел на него, поставил свою чашу с вином и начал дразнить: «Я привел тебя посмотреть на самую известную таверну Страны Шао».

Лин Сяо ухмыльнулся: «В вашей семье только что произошло подобное событие, вы бы не решили приехать сейчас сюда без причины, если бы у вас был разум».

«Есть ли цель приехать сюда?» - спросил Лин Сяо.

Серьезное лицо маленького слуги с напряженными бровями, сделало Фу Юйцзюня очень довольным.

Он не мог удержаться от смеха и объяснил: «Я больше всего понимаю моего Императорского Брата. Хотя он любит красавиц, он просто не знает границ страсти и всегда стремится к чему-то новому, особенно он не знает, как ценить те вещи, которые ему достались».

«Вы говорите, что Мо Ци будет отвергнута вашим Императорским братом? Даже с ее внешностью?» - У Лин Сяо было сомнение на лице. Появление Мо Ци было редкостью в этом мире.

Фу Юйцзюнь выпил большой глоток хорошего вина и спросил: «Как ты думаешь, мне и моему Императорскому брату не хватает красоты?»

«……» - Лин Сяо замолчал, затем спросил: «Тогда почему мы пришли сюда?»

«Ты знаешь, почему мой Императорский Брат любит приходить сюда?» - Фу Юйцзюнь задал вопрос вместо того, чтобы ответить.

Лин Сяо покачал головой, и Фу Юйцзюнь посмотрел вниз. На сцене ниже, теперь танцевала женщина. Он наблюдал за движениями танцовщицы, спрашивая Лин Сяо: «Что ты думаешь о танцах этой женщины?»

После его вопроса Лин Сяо посмотрел вниз и увидел женщину, одетую в красочную одежду красного цвета, с изысканным тяжелым макияжем, танцующую на сцене легко и грациозно.

Ее танец нес очарование и привлекательность, ее талия двигалась красивыми движениями. Не замечая никого, все глаза притягивались к ней, но Лин Сяо по-прежнему равнодушно наблюдал, молча качая головой.

Танец этой женщины был слишком заманчивым, недостаточно живым, ее манящая манера была слишком ясной, и это выглядело преднамеренным и громоздким.

Хотя он так думал, Лин Сяо не показывал ничего подобного на своем лице и только соглашался с Фу Юйцзюнем: «Довольно хорошо».

Фу Юйцзюнь обернулся, чтобы посмотреть на него, и слегка улыбнулся: «Твои стандарты довольно высоки для маленького слуги, но это танцовщица номер один из Страны Шао, также номер один в таверне - Хонг Е. По твоему мнению, это только «довольно хорошо»?»

Лин Сяо сразу поправился, когда услышал его: «Хорошо, очень хорошо».

Фу Юйцзюнь ухмыльнулся и протянул руку Лин Сяо, затем беспомощно взглянул на него.

«Эта женщина - та, которой Императорский Брат больше всего интересуется, вот уже три года».

«Что…» - Лин Сяо был поражен.

«По большей части причина, по которой моему Императорскому Брату нравится приходить в эту таверну, заключается в ней».

«И вы говорите, что ваш Императорский Брат не испытывает длительных чувств, несмотря на это?» - Лин Сяо еще раз посмотрел на женщину.

Он только увидел, что глаза женщины стали очаровательными, а ее танец стал более провокационным, неожиданно обретя еще немного изящества. Лин Сяо моргнул с сомнением.

Затем он услышал, как Фу Юйцзюнь сказал: «Причина, по которой Имперский Брат сделал это, заключается в том, что эта женщина отказала ему. Он просто никогда не получит эту женщину».

«А?» - Лин Сяо увидел кого-то в толпе. Это был Первый одержимый женщиной принц Фу Шанцзюнь. Похоже, Фу Юйцзюнь был прав, этот Фу Шанцзюнь, вероятно, не был бы привлечен Мо Ци. Мо Ци последовала за Фу Шанцзюнем, но этот человек даже имел настроение прийти посмотреть на танец.

Похоже, ему также не нужно было беспокоиться о том, что Мо Ци использует этого принца для чего-либо. Этот принц не воспринимал Мо Ци всерьез с самого начала.

Это просто... Лин Сяо с сомнением моргнул. Почему это выглядело так, будто чем больше она танцевала тем, более оживлённым становился танец?

Любовные чувства в ее внешности и отношении росли, ее глаза наполнились весной, а нежные чувства заполнили все ее тело. На ее щеках появился красный румянец, который даже пудра не могла скрыть.

Это слишком отличалось от танца ранее.

Лин Сяо подозрительно нахмурил брови, наблюдая за танцовщицей, и увидел, что она смотрит в одну сторону от начала и до конца. Он не мог не проследить за ее взглядом.

Его взгляд внезапно столкнулся с парой безмятежных и глубоких двойных зрачков, поражающих Лин Сяо. Место, на которое смотрела танцовщица, было отдельной комнатой на противоположной стороне от их комнаты. У того, кто сидел внутри, все тело было одето в черное с золотой вышивкой, красивое, выразительное лицо и крепкое тело. Это был Император Страны Му - Му Чон Сюань.

Лин Сяо расширил глаза от удивления. Он встал с невероятным взглядом, глупо уставившись на Императора Страны Му.

«Что случилось?» - Фу Юйцзюнь был поражен резким движением Лин Сяо.

Лин Сяо внезапно пришел в себя и закрыл глаза, затем оглянулся на то место. Он хотел еще раз взглянуть, и удостовериться было ли это реальностью.

Но когда он оглянулся, там никого не было...

Было ли это... Его воображение?

Лин Сяо нахмурился, и Фу Юйцзюнь увидел, что лицо Лин Сяо было странным, поэтому он не мог не встать и не проследить за его взглядом. Он не нашел ничего странного в том месте, на которое смотрел Лин Сяо, и не смог удержаться от смеха: «Ты, маленький слуга, почему ты вдруг так испугался? В чем дело?»

Лин Сяо пришел в себя и взглянул на Фу Юйцзюня, но остановился, прежде чем что-то сказать. В конце концов, он немного подумал и молча, покачал головой.

Лучше всего не говорить о чем-то, что не видел ясно.

Думая об этом, он изменил тему разговора: «Вы сказали, что Первый принц давно хотел эту танцовщицу, так как же он все еще может сохранять спокойствие?»

Из того, что знал Лин Сяо, этот Первый принц не был человеком, который уважительно относился к желаниям другого человека.

Фу Юйцзюнь засмеялся, когда услышал это: «Ты не знаешь другую особенность этой таверны. Все певцы и танцоры этой таверны продают только свои навыки, но не свои тела. По слухам, босс этой таверны - известный человек в Цзянху (это просто название мира боевых искусств), не боящийся идти против чиновников династии. Таким образом, он не принимает чей-либо долг».

«Даже если это Первый принц?»

«Даже если это Императорский Брат».

«Ха». - Лин Сяо почувствовал, что это было довольно абсурдно, и засмеялся: «Это твоя Страна Шао, вся Страна Шао принадлежит твоей королевской семье, но неожиданно есть таверна, которую твоя королевская семья не может купить! Вы ребята, до сих пор допускаете существование этой таверны?» - Лин Сяо был подозрительным.

Фу Юйцзюнь слегка вздохнул: «Половина денег, заработанных этой таверной, отдается династии. Страна Шао не очень богата, а эта таверна приносит много денег. Помимо принципа этой таверны, как правило, эта таверна весьма уважительно относится к королевской семье. Императорский Отец также не хочет их закрывать. Кроме того, Императорскому Отцу никогда не нравилось, что Императорский Брат так себя ведет».

«Императорский Брат также боится, что это обнаружит Императорский Отец». Фу Юйцзюнь сказал только одно предложение в конце.

«Вот почему эта таверна в порядке», - вдруг понял Лин Сяо.

Фу Юйцзюнь кивнул.

Лин Сяо спросил: «Тогда что ты думаешь по этому поводу?»

Фу Юйцзюнь посмотрел на Лин Сяо, он не улыбался и не отвечал. Лин Сяо был совершенно ясен ход мыслей Фу Юйцзюня. Вещи, которые нельзя было контролировать, заставляли людей чувствовать себя неловко. Возможно, этот Фу Юйцзюнь уже начал исследовать историю этой таверны.

Ему было любопытно, поэтому он спросил Фу Юйцзюня: «Тогда что вы узнали об этой таверне?»

Разговаривая на этот счет, лицо Фу Юйцзюня несколько смутилось, и он покачал головой, подавленно выпивая вино, а затем ответил: «Единственное, что я на данный момент узнал, это то, что все они не люди Страны Шао, хотя доказательств этого нет».

«……» - Лин Сяо замолчал, они действительно ничего не знают.

Фу Юйцзюнь всегда чувствовал, что эта таверна представляет большую опасность для Страны Шао. Лин Сяо подумал об этом и покачал головой, хотя интуиция, подсказывала ему, что он не должен думать об этом слишком сильно. Он поменял тему: «Тогда почему вы пришли сюда? Ради чего?»

«Чтобы подтвердить это дело».

Лин Сяо размышлял, вспоминая Первого принца Фу Шанцзюня, который смотрел представление ниже по лестнице и сказал: «Не говорите мне, что стоит посмотреть, будет ли Первый принц все еще смотреть на выступление знаменитой танцовщицы?»

Фу Юйцзюнь улыбнулся и кивнул: «Пока он приходит, это доказывает два момента. Во-первых, Мо Ци не присутствует в его сердце, она просто его игрушка. Второй момент заключается в том, что он до сих пор не знает об отравленном состоянии Мо Ци. Иначе, даже если это новая игрушка, он не был бы таким бессердечным, если бы знал, что она была отравлена».

«Есть еще один момент», - продолжила Лин Сяо. – «Что если… После того, как Мо Ци сбежала, она не пошла в дом Первого Принца?»

Лин Сяо подумал об Императоре Страны Му, которого он недавно увидел, и почувствовал беспокойство в сердце.

Фу Юйцзюнь поднял бровь и с подозрением посмотрел на Лин Сяо. У этого маленького слуги были те же мысли, что и у него, они оба думали, что Мо Ци не на кого положиться в Стране Шао. Кроме Фу Шанцзюня ей некуда было идти. Так почему же этот маленький слуга вдруг подумал о такой возможности?

Фу Юйцзюнь задумался и хотел спросить его, когда вдруг послышались шум с первого этажа.

Лин Сяо посмотрел вниз и, к своему удивлению, обнаружил, что Фу Шанцзюнь тащил танцовщицу, Хон Е, подальше. Фу Юйцзюнь и Лин Сяо обменялись взглядами и одновременно повернулись, чтобы спуститься по лестнице.

Глава 53 - Удар по лицу Фу Шанцзюня (2)

«Почему бы просто не пойти со мной, Хонг Е? Я преследовал тебя в течение трех лет, никого никогда не было, кто мог бы заставить этого Принца преследовать их так долго, ты первая».

В тот момент, когда они спустились вниз, они услышали надменные слова Фу Шанцзюня.

Тем не менее, Хонг Е была все еще естественной и спокойной. То, как она относилась к Фу Шанцзюню, не было ни рабским примыканием, ни властностью, когда она дала прекрасное поклонение и отказала ему: «Я обязана вашей глубокой любви принца, но Хон Е не чувствует то же самое».

Лицо Фу Шанцзюня стало холодным от ее слов. Он недовольно прищурился, глядя на красочно одетую женщину перед ним и холодно улыбнулся: «Хонг Е, не будь такой бесстыдной, когда я посмотрю тебе в лицо. Мое терпение ограничено, три года уже предел, ты понимаешь, о чем я?»

Хонг Е была ошеломлена и потрясена, она, казалось, почувствовала опасную атмосферу от тела Фу Шанцзюня, и слегка отступила назад.

Чувствуя отступление Хонг Е, сила Фу Шанцзюня стала еще более устрашающей, и он шаг за шагом приближался к ней: «Хонг Е, ясно подумай, я все-таки Первый Принц Страны Шао. Я сжалился над тобой и дал тебе три года на подготовку, но ты все еще отказываешь мне, не так ли?»

Хонг Е прикусила губу от его слов. Красавица с белоснежными зубами, кусающими красные губы, выглядела немного злой, но в ней все еще была грация. Зрение Фу Шанцзюня несло в себе жадность, он был еще более полон решимости получить Хонг Е.

Хонг Е крепко сдвинула брови, думая, и лишь спустя долгое время она ответила: «Должно быть, Принц шутит, Хонг Е с самого начала никогда не соглашалась ни на что с Первым принцем. Что значит принц, давал Хонг Е время на подготовку? Эта Страна Шао все еще не находится под властью Первого Принца. Над Первым Принцем стоит нынешний Император, и он всегда ненавидит, когда Принц бесится. Тот, кто должен больше думать об этом, не эта Хонг Е, а вы, Первый принц».

…Такая храбрая. Лин Сяо, который слушал все это с толпой снаружи, поднял бровь. Мало того, что она была настолько откровенной и отказалась от Фу Шанцзюня, она также даже использовала Императора Страны Шао, чтобы оказать давление на Первого Принца. Эта Хонг Е не простая.

Императору Страны Шао не нравилось, что бесящийся принц был тем, кого публика уже знала. Но кто-то, кто осмелился бы говорить об этом перед принцем в ярости была, возможно, только эта Хонг Е.

Однако, если это продолжится, Фу Шанцзюнь не сможет сойти со сцены…

Конечно же, когда Лин Сяо подумал об этом, Фу Шанцзюнь уже пришел в ярость.

Его лицо покраснело от злости, наполнившей его глаза.

«Ты просто скромная танцовщица, как ты смеешь использовать Императорского Отца, чтобы оказать на меня давление! Этот принц испытывал к тебе нежные чувства и много раз отпускал тебя, но ты не способна отличить добрые намерения других! Тогда не вини этого принца за то, что он больше не добр! Подойдите и схватите ее!»

С этим одним приказом все те камергеры, которых привел Фу Шанцзюнь, начали шагать позади него, медленно приближаясь к Хонг Е.

Хонг Е вскрикнула в тревоге и продолжала отступать. Те, кто стоял, наблюдая за происходящим, рассеялись, как только появились эти камергеры, держа оружие в руках. Первоначальная живость в Таверне «Надежда весны» развеялась, оставляя лишь несколько человек.

Фу Юйцзюнь увидел, что вокруг никого нет, и скоро их местонахождение будет раскрыто, поэтому он поспешно потянул Лин Сяо, чтобы спрятаться в углу.

Лин Сяо повернул голову, чтобы посмотреть на него, в то время как у Фу Юйцзюня лицо выглядело так, словно он собирался увидеть хорошее шоу, но и не думал о том, чтобы принять участие.

Лин Сяо поднял бровь и с сомнением спросил: «У вас всегда были нежные чувства к представительницам слабого пола, не так ли? Этот танец Хонг Е выдающийся, а она прекрасна. Можете ли вы действительно вытерпеть, чтобы она потратила себя впустую на вашего брата?»

Лицо Фу Юйцзюня стало неподвижным и краем глаза он посмотрел на Лин Сяо, его глаз дергался: «Потратить впустую?»

Хотя было немного жаль эту танцовщицу, но использовать ее впустую было действительно немного… В любом случае, его Императорский Брат все еще принадлежал к Императорской Семье, но в глазах маленького слуги это было немного…

Фу Юйцзюнь смеялся над ним, а Лин Сяо не знал, что в этом смешного, но это было смешно, и взгляд, который он бросил на Лин Сяо, становился все мягче. Он прочистил горло: «Давай просто посмотрим, что будет дальше, возможно, кто-то его прервет».

«……» — Лин Сяо осмотрел все окружение, кроме того, что они оба прятались в углу, были еще лавочник и официанты, кто еще мог там быть?

В ожидании кого-то, чтобы сделать что-то? Глаза Лин Сяо вспыхнули, возможно, Фу Юйцзюнь просто ждал, когда появятся люди из этой таверны?

Тем не менее, кто-то появится только для незначительной танцовщицы?

«Ах! Не приходите ближе!» — Визг прервал ход мыслей Лин Сяо, и он быстро оглянулся. Он не знал когда, но Хонг Е был уже окружена. Ее лицо было паническим перед Фу Шанцзюнем который стоял перед ней, выражение его лица стало более непристойным.

Паническая внешность Хонг Е несколько размазала ее макияж, но это не повлияло на ее красоту. Вместо этого она выглядела еще слабее, вызывая жалость человека. Это дало мужчинам желание защитить ее, а также желание жестоко обращаться с ней.

Еще более жадный и непристойный взгляд Фу Шанцзюня показал, что это проявление Хонг Е просто провоцировало его пристрастие к угнетению.

Похоже, он уже верил, что Хонг Е будет в его руках, и его руки были очень развратными, так как они чувствовали Хонг Е повсюду.

Хонг Е закричала еще больше от позора, но вокруг не было никого, кто бы ей помог.

Лин Сяо посмотрел на Фу Юйцзюня, как он мог видеть все это, а на его лице все еще было выражение лишь ожидания. У него действительно нет сердца. Лин Сяо не мог продолжать наблюдать за этим, он вышел из их укрытия.

«О, разве это не Первый Принц? Какое совпадение!»

Лин Сяо притворился удивленным и громко закричал, что привлекло внимание Фу Шанцзюня.

Фу Шанцзюнь повернул голову, увидел, что это был Лин Сяо, и безразлично сказал: «Разве это не почетный гость моего Императорского младшего брата, Лин что-то…»

«Лин Сяо», — камергер позади Фу Шанцзюня тихо поднялся и прошептал ему на ухо. Услышав это, Фу Шанцзюнь вспомнил и сказал: «Хорошо, Лин Сяо. Почему ты послушно не остаешься в доме Императорского Младшего Брата, а вместо этого пришел сюда?»

Лин Сяо поднял бровь и посмотрел на охваченную паникой, и беспомощную Хонг Е, несколько намекая и говоря: «То, что должен сделать Первый Принц, это то, что Лин Сяо здесь делает».

Фу Шанцзюнь увидел нежный взгляд Лин Сяо на Хонг Е, он разозлился, указывая пальцем на Лин Сяо, и проклиная: «Кто ты, по-твоему? Смеешь хотеть того, чего хочу я?! Идите, схватите его тоже!»

«Эй!» — Лин Сяо поднял руку, чтобы остановить движение камергеров Фу Шанцзюня, и сказал: «Неужели Первый принц действительно хочет поймать меня? Лин Сяо — почетный гость Второго принца. Вам будет сложно все объяснить, если вы это сделаете».

Фу Шанцзюнь поджал губы, жестоко глядя на Лин Сяо, взвешивая его слова.

Зрение Лин Сяо стало тусклым, когда он увидел это. Вспоминая, что местонахождение Мо Ци сейчас неизвестно, он попытался его разыскать. Он прочистил горло и поднял бровь: «Сегодня утром Первый принц пришел в дом Второго принца, чтобы получить удивительную красоту. В то время Лин Сяо не соглашался, но теперь, как насчет этого, вы позволите мне взять эту молодую женщину Хонг Е, а я отправлю ту красавицу к вам домой?»

Лин Сяо закончил говорить и пристально посмотрел на Фу Шанцзюня, желая получить небольшие следы преступления на его лице.

Фу Шанцзюнь выглядел несколько растерянным, когда услышал это, и ошеломленным, когда он посмотрел на Лин Сяо. Лин Сяо казался привлекательным и умным, его пара сообразительных глаз, казалось, что-то вычисляла прямо сейчас и выглядела обманчиво.

Фу Шанцзюнь не мог не усмехнуться при этом виде. Этот Лин Сяо хотел использовать Мо Ци, чтобы обменяться с ним на Хонг Е? Но эта Мо Ци уже была в его руках. Этот Лин Сяо действительно не знает, или он оценивает его реакцию?

Независимо от того, что это было, глаза Фу Шанцзюня были полны только презрения. Если бы Мо Ци все еще находился в руках Лин Сяо, то эта сделка все еще была бы осуществима, но Мо Ци уже находилась в его дворце, так зачем ему идти на это?

Получение Хонг Е является правильным решением.

С этими мыслями Фу Шанцзюнь сказал с презрением: «Этот принц хочет только Хонг Е».

Глаза Лин Сяо сверкнули, этот Фу Шанцзюнь не колебался вообще. Возможно, что Мо Ци действительно была у Фу Шанцзюня, но Лин Сяо чувствовал, что что-то было не так, он продолжал чувствовать себя неловко.

Он закрыл глаза, чтобы подумать, но Фу Шанцзюнь больше не хотел тратить время на разговоры с ним.

«Этот принц даст тебе последний шанс и позволит тебе выйти за дверь прямо сейчас, делая вид, что ты ничего не видел. В противном случае ты и Хонг Е оба можете прийти ко мне домой и стать «моими гостями» ».

Лин Сяо поднял бровь, собираясь говорить, когда сзади раздался голос Фу Юйцзюня.

«Императорский Брат, кого ты сказал, что пригласил в качестве гостей? Могу ли я последовать за ними?»

Лин Сяо оглянулся на Фу Юйцзюня, когда услышал это, и посмотрел на него. Этот взгляд был очень ярким, показывая, что он зависел от него, как котенок, который ждал возвращения своего хозяина домой.

Фу Юйцзюнь позабавил его собственное воображение и бессознательно он поднял руку, чтобы потрепать волосы Лин Сяо. Его мягкое действие было таким же, как обращение с мировым сокровищем.

Лин Сяо нахмурился, ударил Фу Юйцзюня и странно посмотрел на него.

Он увидел, что Фу Юйцзюнь уже переключил свое внимание на Фу Шанцзюня: «Эта молодая женщина, Хонг Е — маленькая и скромная. Она не сможет встретиться с Императорским Отцом, и ее слова не важны, поэтому немногие люди поверят ей. Но Императорский Брат, если бы я говорил об этом, поверил бы мне Императорский Отец или нет?»

Слова Фу Юйцзюня несли серьезную угрозу.

«Ты… Что ты имеешь в виду?» — Фу Шанцзюнь также почувствовал эту угрозу, но все же спросил, не желая сдаваться: «Не говори мне, что ты хочешь сказать об этом Императорскому Отцу!»

«Если ты полон решимости взять эту молодую женщину Хонг Е с собой», — сказал Фу Юйцзюнь с широкой улыбкой.

«Ты!» — Фу Шанцзюнь посмотрел на Фу Юйцзюня, и заскрежетал зубами: «Императорский младший брат, мы с тобой никогда не вмешивались в дела друг друга. Почему на этот раз ты должен пойти против своего Императорского Брата!»

«В прошлом, хотя Императорский Брат действовал умышленно и доставлял неприятности, ты никогда не пытался взять силой простых людей. Теперь, когда Императорский Брат совершил ошибку, как твой Императорский Младший Брат, я, естественно, должен предотвратить ее. В противном случае мне также было бы трудно объяснить все Императорскому Отцу. Разве я не прав, Императорский Брат?»

«Прекрати использовать Императорского Отца, чтобы оказать на меня давление!» — Фу Шанцзюнь с негодованием уставился на Фу Юйцзюня, злобно глядя на него и желая ударить его ножом. Это желание было таким сильным, что Лин Сяо вздрогнул.

Фу Юйцзюнь выглядел так, как будто он уже привык к такому виду взгляда, поскольку его лицо не изменилось, на нем все еще была улыбка.

В конце концов, именно Фу Шанцзюнь признал поражение. Взмахнув рукавом, он в последний раз взглянул на Хонг Е, прежде чем сердито уйти со своими людьми.

Лин Сяо вздохнул с облегчением, на что Фу Юйцзюнь с огромным удовольствием посмотрел: «Если ты так испугался, почему ты так быстро выбежал?»

«Разве это не потому, что… Я увидел, что она в опасности!» — Лин Сяо сжал губы: «Кроме того, я все равно нашел бы способ ей помочь, даже если бы вы не вмешались».

«Да! У тебя всегда есть способ». — Фу Юйцзюнь, напротив, был убежден, что Лин Сяо смог бы найти способ. Этот маленький слуга оставался и прятал свой секрет в Императорском дворце Страны Му. Он смог выжить так долго и даже успешно стал управляющим евнухом.

Если бы он не был осведомлен во многих вопросах, он бы не выживал так долго.

«Эта…» — Прелестный, мягкий голос донесся со стороны, и оба мужчины оглянулись. Хонг Е прекрасно поклонилась.

«Эта обычная женщина Хонг Е приветствует Ваше Высочество Второго Принца. Большое спасибо Второму принцу и Молодому герою Лин Сяо за спасение. Хонг Е не сможет отблагодарить вас двоих».

Лин Сяо поднял бровь, эта Хонг Е вспомнила их личность даже в такой напряженный момент. Она не была простой.

Лин Сяо и Фу Юйцзюнь обменялись взглядами. Фу Юйцзюнь поддержал Хонг Е.

Хонг Е застенчиво и робко глянула на Фу Юйцзюня. Этот взгляд был соблазнительным, пробуждая половину его человеческой души и заставляя все его тело неметь. Фу Юйцзюнь прищурился, словно наслаждался этим, и его рука плавно скользнула по мягким щекам Хонг Е. Его лицо было нежным и мягким, когда он успокаивал ее: «Молодая женщина Хонг Е, опасность уже прошла, тебе больше не нужно так волноваться».

«Как может Хонг Е не волноваться?» — Хонг Е вдруг зарыдала и сказала тихим голосом: «Этот Первый Принц уже так долго мучит вашего слугу. Второй Принц и Молодой Герой были здесь, чтобы защитить меня сегодня, но в следующий раз, кто знает, кто спасет Хонг Е».

В то время как она произносила эти слова, Хонг Е начала рыдать еще громче, и, когда она упомянула о скорбящем вопросе, с ее глаз текли жемчужные слезы, из-за чего Лин Сяо был ошеломлен этим видом.

В отличие от Лин Сяо, Фу Юйцзюнь казался очень знакомым с этой сценой, он вынул платок из груди и вытер слезы Хонг Е. Он мягко и нежно утешал ее, и она постепенно перестала плакать.

Лин Сяо тихо вздохнул с облегчением, когда Хонг Е внезапно обернулся, чтобы встать перед ним на колени, изумляя его так сильно, что он немного подпрыгнул.

«Хонг Е знает, что личность этого человека скудна, но этот человек не ищет славы в этой жизни, она только просит прожить эту жизнь в целости и сохранности. Молодой Герой был первым, кто выступил за Хонг Е, и она не может вернуть эту услугу. Хонг Е только просит, чтобы Юный Герой взял ее на свою сторону и позволил Хонг Е служить вам».

«……» — Была ли позиция той, которую она имела в виду такой же, как и та, о которой он думал? Лин Сяо заметил перед собой женщину с очень красным лицом. С этой точки он мог ясно видеть ее одежду, ее большую грудь, эти привлекательные изгибы…

Это был первый раз в этом мире, когда девушка хотела остаться на его стороне. Лин Сяо почувствовал некоторое тщеславие и не мог не почувствовать себя воодушевленным.

Однако у него все еще была причина, и он прочистил горло, чтобы отказаться, но Фу Юйцзюнь внезапно толкнул его локтем и ответил вместо него: «Ему все еще нужна еще одна девушка-слуга рядом с ним, ты можешь просто следовать за нами».

У Хонг Е было выражение лица, которое показывало, что она была поражена этим одолжением. Она подняла свое по-прежнему заплаканное лицо, и с радостью, написанной на нем, она поспешно поблагодарила их: «Большое спасибо Второму принцу и Молодому герою. Хонг Е сделает все возможное, чтобы заботиться о Принце и Молодом Герое».

Лицо Лин Сяо стало странным, когда он посмотрел на Фу Юйцзюня, он махнул рукой: «Не называй меня «Молодой герой», просто зови меня Молодой мастер».

«Да».

*****

После того, как он закончил дело с Хонг Е, Лин Сяо посмотрел на Фу Юйцзюня со стороны: «Почему вы так легко привели ее сюда с нами? Она вас заинтересовала?» — насмехался Лин Сяо.

Фу Юйцзюнь поднял бровь, улыбнулся и спросил: «Если я действительно заинтересовался, то что?»

«Тогда вы могли бы просто взять ее в качестве слуги, почему вы должны были втянуть меня в это?» — Лин Сяо закатил глаза.

Фу Юйцзюнь улыбнулся и подошел к нему: «Что ревнуешь?»

У Лин Сяо дернулся уголок рта. Он направил лицо, полное презрения, на Фу Юйцзюня.

Улыбка Фу Юйцзюня стала жесткой, и он выглядел смущенным. Он прочистил горло и ответил: «Ее руки мозолистые, а это значит, что она занимается боевыми искусствами. Я хочу понять, почему она подошла к тебе».

«Чт…» — Внезапно Лин Сяо встал. «Так опасно, но вы все же…»

«Не беспокойся, у тебя есть я, так чего тебе бояться? Кроме того, теперь ты также знаешь боевые искусства». — Фу Юйцзюнь утешил его.

Лин Сяо стиснул зубы: «Как я могу сравнить вас и мои скудные боевые искусства!»

«Значит, ты знаешь!» — Фу Юйцзюнь слегка улыбнулся. — «Тогда почему бы тебе не поторопиться и не получить максимум от этого! Такой хороший Учитель, как я, — это не то, что ты можешь найти где угодно. Сегодня мы займем стойку лошади на четыре часа».

Губы Лин Сяо дернулись. Он серьезно подозревает, что Фу Юйцзюнь играет с ним.

Двое, которые шумно спорили, не обнаружили фигуру в красном, которая внезапно промелькнула над крышей.

В одной из тихих приватных комнат Таверны «Надежда весны» мужчина, одетый в черное, неспешно налил себе чашу вина.

Но вдруг перед человеком появилась фигура в красном и почтительно поприветствовала его.

Мужчина молча посмотрел на нее и увидел, как она стянула с себя маску. Под ним было красивое и кокетливое лицо.

«Хонг Е молится с уважением к Его Величеству».

Прибывшей женщиной была Хонг Е, которая только что получила разрешение поселиться во дворце принца. У этого мужчины было четко очерченное лицо, драконьи брови и глаза феникса. С его естественной и благородной атмосферой он был полон достоинства. Это был, неожиданно — Император Страны Му, Му Чон Сюань.

«Ваше Величество, Хонг Е успешно проникла на сторону короля-супруга».

«Мы знаем, вам не нужно было приходить лично», — в тоне Императора отразились следы обиды, а выражение Хон Е помрачнело: «Это была вина Хонг Е, что она не рассмотрела все внимательно».

«Забудь об этом». — Император поднял свою чашку и выпил чай, вздыхая: «Так как это уже произошло… Иди готовься. Мы увидим короля-супруга сегодня вечером».

«!» — С удивленным лицом Хонг Е неосознанно подняла голову, чтобы взглянуть на Императора. Но ледяной взгляд Императора напугал её, поэтому она немедленно опустила голову, подчиняясь.

«…Да».

Глава 54 - Раздел с большим количеством слов

Строгая обстановка в Имперском кабинете давала людям удушающее чувство. Дрожа от страха, Лин Сяо опустился на колени на ледяной пол, его лицо было наполнено нервозностью.

Только два человека остались в комнате — Император и сам Лин Сяо.

«Как тебя зовут?» — Император внезапно подошел к нему, кинув тень на Лин Сяо с его высокой фигурой, вызывая чувство угнетения.

Лин Сяо поспешно ответил с уважением: «Отвечаю Вашему Величеству, этого слугу зовут Сяо Линцзы».

«Мы спросили тебя, как тебя звали, прежде чем ты вошел во дворец?»

Голос Императора был очень ровным, как будто он спрашивал о незначительном деле, но этого было достаточно, чтобы вызвать сомнение у Лин Сяо. Однако, даже если он сомневался, он все же не смел не отвечать. Он мог только почтительно ответить ему: «Отвечаю Вашему Величеству, этого слугу звали Лин Сяо».

«Лин Сяо». — Император просмаковал имя, поджал губы и спросил: «Ты здесь ради хозяйки своей семьи?»

Лин Сяо опустил голову: «Да».

Император поднял бровь и посмотрел на маленького евнуха на коленях: «Ты довольно честен».

«Ваше Величество, Мастер полностью предан вам. Вы не присутствовали некоторое время, а Мастер уже уходит». — ответил Лин Сяо и поклонился.

Император услышав это, перевел взгляд на маленького евнуха и повернулся к столу. Махнув рукой, он сказал: «Ты можешь идти».

Тон Императора звучал недовольно, а Лин Сяо был беспомощен, поэтому он мог только поклониться и сказать: «Этот слуга… Уходит».

***

Лин Сяо в оцепенении открыл глаза, глядя на хлопчатобумажную вуаль над собой. Только тогда он заметил, что была поздняя ночь, и в комнате никого не было. Мерцал только тусклый желтый фонарь.

Только сейчас… Это был просто сон…

Лин Сяо повернулся в сторону и сел на край кровати, со сложным взглядом. Он неожиданно мечтал о своей прошлой жизни. Мо Ци только что вошла во дворец в то время и едва получила свое звание. Она не имела ничего, на что Император обратил бы внимание и страдала в течение нескольких дней. Увидев, что Император приходит, Лин Сяо придумал способ.

Но Лин Сяо тогда только вошел во дворец. У него не было достаточно связей, и он плохо понимал все обстоятельства. Как он посмел бы придумать случайный способ? Поэтому он мог только нагло пойти и попросить разрешения увидеться с Императором, думая, что даже если он не сможет заставить Императора рассмотреть Мо Ци, он может хотя бы немного понять, как работает разум Императора.

Со времени их первой встречи Лин Сяо чувствовал недовольство Императора, когда говорил с ним о Мо Ци. Тем не менее, он преуспел в тот день, так как Император появился во дворце Мо Ци в ту же ночь.

Изначально Лин Сяо думал, что причиной появления Императора стали его слова и что он смог почувствовать глубокую любовь Мо Ци. Однако Лин Сяо медленно начал понимать и в конце-концов был уверен, что причина, по которой пришел Император, заключалась в каком-то другом интересном моменте, на который он не обратил внимание.

И все же Лин Сяо из своей прошлой жизни так и не узнал, что именно заинтересовало Императора. Однако он заметил, что после того, как Император спросил, как его зовут, он обычно использовал «Лин Сяо» для обращения к нему.

Когда Лин Сяо встретил Императора в этой жизни, он вспомнил это событие из прошлого. Вместо того, чтобы отвечать Императору, что его звали Сяо Линцзы, он прямо отвечал «Лин Сяо» так, как хотел Император.

И Император явно любит называть его «Лин Сяо».

У его собственного имени была проблема?

Независимо от того, сколько он думал об этом, он не мог этого понять. Лин Сяо в замешательстве покачал головой.

Не было смысла думать об этом, так как он уже покинул дворец и больше не увидит Императора.

Самое странное, что, хотя он уже давно покинул дворец, он никогда не мечтал об Императоре. Этот внезапный сон заставил Лин Сяо почувствовать себя неловко.

Как и ожидалось, это было из-за той тени, которая мелькнула сегодня! Лин Сяо сжал губы и нахмурился.

Внезапно зрение перед его глазами потемнело, перед ним появилась тень. Лин Сяо инстинктивно поднял голову, но эта тень быстро двинулась и не дала ему возможности ясно видеть.

Сердце Лин Сяо начало биться от испуга, и он хотел закричать, но прежде чем он успел издать звук, что-то теплое и влажное накрыло его собственные губы.

Его поцеловали!

Лин Сяо расширил глаза, ошеломленный. Но перед ним была пара безмятежных и глубоких двойных зрачков.

Эта пара глаз… Лин Сяо никогда в своей жизни не сможет забыть эту пару глаз, у которой есть двойные зрачки…

Император страны Му — Му Чон Сюань!

Ошеломленный, Лин Сяо забыл, что нужно бороться, и Император счастливо поцеловал его. В небольшую щель между губами Лин Сяо, Император пробрался языком к нему в рот, делая то, что ему нравится, и вытягивал там его аромат.

Его рот стал мягким и онемевшим, что позволило Лин Сяо прийти в себя. Он внезапно использовал свои руки и ноги, чтобы оттолкнуть Императора.

Император почувствовал сопротивление Лин Сяо и слегка нахмурился. Недовольный, он толкнул Лин Сяо вниз.

Большая фигура, прижимающаяся к телу Лин Сяо, мешала тому бороться. Император крепко схватил запястья Лин Сяо обеими руками и прижал их по бокам. Затем он наклонился без всяких ограничений и попробовал красные губы перед собой.

«Аххх…»

Лин Сяо увертывался от него, то влево, то вправо, но не смог избежать страстного поцелуя Императора. Как будто они были молодоженами, этот властный поцелуй имел много эмоций.

Целуя его так сильно, Лин Сяо запутался и дезориентировался. Он не знал, когда, но его борьба превратилась в потворство, его руки сомкнулись на шее Императора, а голова наклонилась, чтобы активно позволить Императору вторгаться в его рот.

«Хааа…»

Во всем его теле вспыхнул жар, который хотел его жизни, его дыхание стало тяжелым, а его нижняя часть тела начала опухать. Лин Сяо нетерпеливо двинулся и повернулся. Его одежда неосознанно скользила по его плечу, обнажая большое количество заманчивой кожи на его груди.

Как будто чувствуя нетерпение Лин Сяо, Император оставил его губы, его взгляд привлекла его обнаженная грудь.

Светлая кожа с розовым оттенком, с цветом и блеском, которые ослепляли людей, соблазняя их подойти ближе.

Двойные зрачки Императора потемнели, неся желание, как будто он хочет проглотить его целиком. Он протянул свою большую ладонь и коснулся обнаженной кожи перед ним.

На Императорской ладони была каллусная кожа от боевых искусств, поразившая Лин Сяо, когда его нежная розовая кожа была тронута им. Он сделал небольшое движение, и его тело оживилось от удовольствия, когда ладонь едва коснулась его, но Лин Сяо уже почувствовал себя чрезвычайно слабым.

Чувствительность его тела была слишком немыслима.

Лин Сяо открыл свои размытые глаза, тяжело дыша. Его глаза были полны тоски, и этот вид понравился Императору. Император радостно наклонился и слегка поцеловал его в губы.

«Похоже, ты тоже очень скучаешь по Нам».

Чистый холодный голос нес странное влечение, проникнув в разум Лин Сяо. Тело Лин Сяо внезапно почувствовало невыносимую страсть, и он не мог удержаться от тихого шума, его нижняя часть тела опухла еще сильнее, становясь все более невыносимой.

Он оттянул назад свои ноги, желая слегка потереть себя, чтобы немного унять это невыносимое чувство, но когда он сделал это, он коснулся горячей плоти Императора, и эта жара потрясла Лин Сяо, его мысли были немного отрезвлены.

Однако Императора, похоже, дразнило движение Лин Сяо до такой степени, что его последняя прядь разума сломалась, и он тихо застонал, его тело придавило Лин Сяо еще сильнее.

Кипящие горячие поцелуи беспорядочно приземлялись на тело Лин Сяо, ощущения, которые они вызывали, было трудно переносить Лин Сяо, это словно мягкие щекотки. Лин Сяо тихо застонал, уголки его глаз увлажнились.

«Ваше… Ваше Величество… Ваш… Подождите…»

Он пытался оттолкнуть Императора назад, но Император не сдвинулся с места совсем. В момент отчаяния Лин Сяо стиснул зубы и, используя свое запястье, хотел использовать умение, которому научил его Фу Юйцзюнь.

Император заметил его движение и слегка оттолкнулся, его брови слегка приподнялись от удивления. Он схватил Лин Сяо за запястье, опасно сузив глаза.

«Не видел тебя только десятки дней, а ты узнал пару вещей, которые нам не нравятся».

Голос Императора был ровным, его гнев невозможно было заметить в нем, но его взгляд был угрожающим. Страх возник в глубине сердца Лин Сяо.

Лин Сяо проглотил свою слюну, используя самый уважительный голос, он сказал: «Это всего лишь некоторая самооборона, которой научился Лин Сяо».

«Самооборона?» — Император наклонился к Лин Сяо и схватил его за подбородок. «На ком ты собираешься ее использовать?»

Лин Сяо расширил глаза. Что он действительно хотел сказать, так это «защитить себя от вас, Император».

Но Император испустил удручающее чувство, что если Лин Сяо осмелится сказать это, его голова упадет, и он поспешно покачал головой.

Лицо Императора несколько расслабилось, и он отпустил Лин Сяо, который воспользовался возможностью немного отступить. Император посмотрел на Лин Сяо, когда увидел это, и прямо махнул рукой, поймал Лин Сяо в свои объятия.

Тело Лин Сяо стало жестким, что заметил Император. Его руки начали мягко двигаться, зажигая огонь везде, где он прикасался к Лин Сяо, и заставлял того постоянно задыхаться. Его тело стало мягким, как лужа родниковой воды.

«Нет… Не… Ваше Величество…»

Лин Сяо изо всех сил пытался отклониться, но Император действовал так, как будто ничего не слышал. Лин Сяо сжал зубы, и сжал руку, в то время как его тело доставляло ему разрушительные удовольствия, и его разум оступился на край. На этот раз он, очевидно, не принимал наркотики, так почему прикосновения Императора были такими приятными…

Было ли это потому, что он уже испытал это однажды и хотел попробовать снова?!

Лин Сяо чувствовал себя ошеломленным. Внезапно его нижняя часть была обернута сильной рукой, заставляя его задрожать от внезапного всплеска удовольствия и закричать.

Этот крик нес пик его удовольствия и удивления.

Император действительно прикоснулся к этой его части? Разве это не та часть, которую он скрывал от Императора? Император будет на самом деле…

Император хочет лично его кастрировать?!

Лин Сяо был полон холодного пота, когда подумал об этом. Хотя его нижней части была очень приятной, она все же начала немного обмякать.

Когда он увидел это, Император прищурился, чтобы посмотреть на Лин Сяо. Лицо Лин Сяо было бледно-белым, холодный пот тек по его лбу, он терял голову от страха, когда Император обратил на него взгляд.

Одежда на его теле быстро соскользнула, но он был слишком занят, чтобы беспокоиться об этом. Он просто пристально смотрел на Императора, держащего эту вещь, его тело было особенно жестким.

Мало ли он осознал, что его нынешняя внешность с его глазами, запотевшими от похоти, смотрящими на его собственный половой орган, как будто он соблазняет кого-то, и его одежда, которая все еще свисала с его рук, добавили ему еще больше кокетливых чувств.

Глаза Императора потемнели, и его рука внизу начала двигаться.

«Аххх….»

Одним лишь своим действием Император заставил Лин Сяо мягко обхватить его за талию и бессильно лечь на руки Императора. Его голос непрерывно постанывал.

В его голосе звучало удовольствие, которого он не мог вынести, он дрожал, пока не сделал один последний стон.

Его крик заставил сердце Императора задрожать, и его взгляд стал еще глубже.

Император не остановил свое движение внизу, и Лин Сяо продолжал стонать. Его голос звучал так, словно он больше не мог этого выносить, хрипло выкрикнув тихим голосом, когда он снова достиг пика удовольствия, и из него вырвался высокий стон.

Такой сладкий и неприметный голос, поднимаясь и опускаясь, выстрелил прямо в голову и заставил нетерпеливо нагреться.

Действия Императора становились все быстрее и быстрее, и Лин Сяо вошел в область величайшего удовольствия, пока, наконец его собственная талия не стала следовать за движением Императора.

«............»

«.........»

«......»

После того, как кончил, Лин Сяо упал на кровать, лениво ошеломляясь и наслаждаясь приятным чувством, которое сохранялось после.

Рука Императора теперь тихо потянулась за спину Лин Сяо.

Медленно прощупывая и мягко растягивая его.

Лин Сяо не заметил внезапного движения Императора, погрузившись в свое приятное чувство.

Он пришел в себя только от боли, когда Император наконец-то напал, на него, но к тому времени было уже слишком поздно.

«............»

«.........»

«......»

Лин Сяо не помнил, когда Император остановился в ту ночь, и не помнил, когда он заснул.

Он только знал, что его голос сдался ему. Были произнесены любые слова, просящие пощады, но Император не останавливался.

Утром Лин Сяо разразился визгом.

Он растерянно открыл глаза и огляделся вокруг, только чтобы увидеть, как Хонг Е смотрит на него с лицом, полным шока.

Лин Сяо сморщил брови и проследил за ее взглядом, чтобы посмотреть на себя. То, что он увидел, было его обнаженным телом, покрытым многочисленными поцелуями.

Вчера вечером в голове Лин Сяо внезапно появилась сцена, и его лицо окаменело, но затем покраснело. Он поспешно натянул одеяло на себя, чтобы прикрыть свое тело, посмотрел налево и направо, прежде чем, наконец-то, понял, что от Императора давно не осталось и следа.

Все ниже спины явно было уже вымыто, влажное тепло оттуда показало, что лекарство, вероятно, также применялось.

Думая о том, что это мог быть только Император, лично положивший лекарство в этом районе, Лин Сяо внезапно почувствовал прилив жары, и его чувствительное тело обмякло, только представляя это.

Лин Сяо сжал зубы, нахмурившись, чтобы сопротивляться этому душераздирающему чувству, и прочистил горло: «Хонг Е, почему ты не постучала в дверь?»

Хонг Е вернулась в чувство и склонила голову, чувствуя себя обиженной, когда ответила: «Молодой мастер, Хонг Е действительно постучала. Я стучала в течение долгого времени, но не слышала, как Молодой Мастер ответил. Я боялась, что что-то случилось с Молодым Мастером, и поэтому нагло зашла посмотреть».

Лин Сяо услышал ответ и повернулся, чтобы посмотреть на небо. Оно было действительно хорошим в этот день. Так как он был слишком уставшим с прошлой ночи, он, скорее всего, спал как бревно и не мог услышать ее стук.

Лин Сяо смутился, он играл со своими волосами, когда думал об этом. Хонг Е сжала зубы, когда увидела это, ее глаза несли следы дурного предчувствия, когда она спросила: «Молодой Мастер, ваше тело…»

Лин Сяо услышал ее, и замер, собираясь.

Как он сможет говорить о таком вопросе с молодой женщиной?

Даже если она не была простой женщиной.

Кроме того, у него нет никаких причин говорить с ней об этом, верно?

С этими мыслями Лин Сяо симулировал внушительную манеру мастера: «Я не верю, что у меня есть причина рассказать тебе, что я делаю, верно?»

Хонг Е услышала его слова, и ее лицо побелело, она почувствовала себя обиженной, когда опустила голову. Ее руки играли вместе, когда она мрачно сказала: «Хонг Е просто волновалась за молодого Мастера».

Ее внешность с опущенной головой и страдающим лицом, полным обиды, создавала впечатление, что Лин Сяо издевался над ней, заставляя ее жалеть.

Лин Сяо открыл рот, желая немного утешить Хонг Е, но обнаружил, что не может найти подходящих слов для этого. Беспомощный, он только прочистил горло и сменил тему: «Сколько сейчас времени?»

«Уже почти полдень». — ответила Хонг Е.

«Так поздно!». — Лин Сяо был удивлен.

Он даже назначил встречу с Фу Юйцзюнем, чтобы сегодня сделать утреннюю зарядку!

Лин Сяо хотел встать, но потом заметил, что на нем ничего нет, а Хонг Е все еще стояла у входа. Он недовольно сел и сказал: «Хонг Е, ты можешь уйти первой».

В конце он также предупредил: «Хонг Е, это мое личное дело. Чем меньше людей знают, тем лучше, ты понимаешь, о чем я?»

Хонг Е выглядела немного опустошенной, услышав это, немного подумав, она опустила голову, затем тихо сказала: «Хонг Е понимает. Если это то, что вы хотите, тогда Молодой Мастер должен будет хорошо очистить эти следы, иначе их может кто-то увидеть, особенно Второй Принц».

Хонг Е удалилась. Лин Сяо продолжал чувствовать, что последние слова Хонг Е имели какое-то другое значение.

Когда он подумал еще об этом, он почувствовал, что не может быть ничего более глубокого для них. Человек, который не должен видеть следы на его теле — это Фу Юйцзюнь.

Иначе, если он спросит о том, что случилось, то, как он должен ответить?

Сказать ему, что Император Страны Му сбежал из Императорского дворца Страны Му? А потом приехал в Страну Шао, чтобы поболтать с ним всю ночь?

Даже если бы он отложил это в сторону, поверит Фу Юйцзюнь его словам или нет, и даже если он действительно поверит, что Лин Сяо делил постель с Императором Страны Му, как он должен был поступить с Императором, который отправился в Страну Шао? Один?

Трудно сказать, что следы на его теле были невольными, верно? Если Фу Юйцзюнь неправильно поймет, что он и Император заранее разработали план, это поставит под угрозу его собственную безопасность.

Хотя эта возможность была довольно маловероятной, это все же может произойти. Он абсолютно не может дать Фу Юйцзюню знать, что Император в Стране Шао.

Лин Сяо пытался найти оправдание тому, что он скрывает местонахождение Императора.

Когда все будет сказано и сделано, он не хочет, чтобы Император столкнулся с какой-либо опасностью.

Лицо Сяо запуталось растерянности гримас, он обнял больную талию, надел одежду, поспешно умыл лицо и направился во двор.

Он обнаружил, что Фу Юйцзюня не было в том месте, где они обычно занимались боевыми искусствами. Озадаченный, Лин Сяо пошел в его комнату, только чтобы увидеть человека, сонно выходящего изнутри.

Когда он увидел Лин Сяо, сонливость в глазах Фу Юйцзюня немного рассеялась, и он быстро подошел к нему, глубоко извиняясь: «Я проспал сегодня и пропустил наше занятие».

Лин Сяо удивился, с удивлением уставившись на Фу Юйцзюня. Фу Юйцзюнь всегда имел привычку вставать рано, он не ожидал, что наступит день, когда он проспит.

И это было прошлой ночью…

Была ли это работа Императора?

Лин Сяо задумался, а Фу Юйцзюнь увидел его внешность и беспомощно постучал ему по голове: «О чем ты думаешь, так глубоко в своих мыслях?»

«Ах…» — Лин Сяо пришел в себя и случайно ответил: «Я просто думал, собираемся ли мы сегодня практиковаться».

Фу Юйцзюнь поднял голову, чтобы взглянуть на небо, и ответил: «Не могу, я все еще должен зайти сегодня во дворец Императорского Брата».

«?» — Лин Сяо озадаченно посмотрел на Фу Юйцзюня.

На лице маленького слуги были следы розового от жгучей жары. Его глаза были слегка влажными с слегка изогнутыми бровями, что дало ему очаровательную грацию. Он был очень соблазнительный, когда он использовал такой наивный и любопытный взгляд, чтобы посмотреть на него. Такое чистое невежество, смешанное с его красотой, действительно заставляло человека совершать преступления.

Сердце Фу Юйцзюня начало биться без причины, и его тело вспыхнуло жаром.

Сегодняшний маленький слуга действительно заставил его сердце биться быстрее.

Он тонко повернул голову, чувствуя себя некомфортно. Он прочистил горло: «Хотя я сегодня проспал, я подумал о хорошем способе вытянуть от туда Мо Ци».

«Мо Ци?» — Лин Сяо поднял бровь.

Фу Юйцзюнь кивнул: «Я также получу ответ на тот секрет».

Теперь, когда у него есть маленький слуга, он больше не был привязан к той танцовщице. Тем не менее, Фу Юйцзюнь все еще хотел найти ее и посмотреть, каким человеком она будет, что даже Император Страны Му скрывал ее.

Его безумное увлечение немного разошлось с появлением маленького слуги, но его любопытство все еще присутствовало.

Несмотря ни на что, Фу Юйцзюнь хотел взглянуть на танцовщицу своими собственными глазами.

Услышав решимость Фу Юйцзюня, лицо Лин Сяо замерло, и выражение его лица стало жестким.

Почему этот Фу Юйцзюнь так привязан к этому вопросу?!

Что такого особенного в этом?

Он догадался, что Фу Юйцзюня будет рвать и метать, если он узнает, что этот танцор — это он, мужчина. Лин Сяо закатил глаза, слишком лениво, чтобы продолжать запутываться в мыслях Фу Юйцзюня. Он полностью сосредоточился на вопросе вытащить Мо Ци.

Размышляя, Лин Сяо спросил: «Какая у вас идея? Что заставит вашего Императорского Брата отпустить Мо Ци?»

Фу Юйцзюнь ответил: «То, что Императорский брат боится смерти больше всего. Мо Ци прямо сейчас содержит в себе высокотоксичный яд, если мы скажем Императорскому Брату, что яд заразен, нам даже не нужно будет ничего делать, он сам выгонит ее».

Лин Сяо понял все и улыбнулся: «Тогда нам просто нужно, чтобы кто-то присматривал за домом Первого Принца, а мы смогли бы найти Мо Ци».

Фу Юйцзюнь улыбнулся и кивнул.

Лин Сяо подняла бровь: «Но что, если она уже мертва? Вы сказали, что яд был высокотоксичным».

Фу Юйцзюнь замер, когда услышал это. Он слегка вздохнул: «Если она мертва, значит, твое желание сбудется, и ты успешно отомстишь за себя».

Фу Юйцзюнь увидел, как рот Лин Сяо дернулся, когда последний собирался прервать его. Он знает, что-то, что он сказал, было не тем, что хотел услышать Лин Сяо, поэтому он не мог не улыбнуться: «Если ты говоришь обо мне, тебе не нужно беспокоиться. Если Мо Ци действительно умерла, это может означать, что она действительно не имеет никакого отношения к этой танцовщице. Я больше не буду навязывать эту проблему».

Лин Сяо был поражен, Фу Юйцзюнь сказал бы это так легко?

Лин Сяо теперь знал, что он действительно не может понять этого человека.

У маленького слуги было лицо удивления: в одно мгновение это было сомнение, а в другое — вздох. Это было чрезвычайно ярко и сделало Фу Юйцзюня счастливым в глубине его сердца. Он нежно посмотрел и слегка улыбнулся, немного почесал нос Лин Сяо и мягко сказал: «В конце концов, у меня теперь есть мужчина, который может заставить мое сердце биться, кроме этой танцовщицы».

Лин Сяо удивленно поднял голову, но Фу Юйцзюнь отошел и проскользнул к двери: «Ты можешь есть в доме самостоятельно, тебе не нужно ждать меня».

«……» — Он просто так уходит?

Похоже, это было не так незначительно, как он себе представлял!

Лин Сяо вернулся в свой двор, немного сбитый с толку.

Был ли этот танец таким привлекательным?

Лин Сяо был полон сомнений. Он знал свой собственный танец лучше всего, и он был очень уверен в нем.

Однако он также не думал, что это приведет к тому, что Фу Юйцзюнь будет так привязан к нему.

Лин Сяо размышлял в своей комнате. Осмотревшись вокруг, и никого не увидев, он подошел к зеркалу и выполнил некоторые танцевальные шаги. Он наблюдал за своими движениями в зеркале. Он подумал про себя, видел ли он такого танцора…

«О…» — Как раз, когда он сделал несколько танцевальных шагов, из входа донесся вздох удивления. Вздрогнув, он поспешно остановил движение и посмотрел на дверь.

Это была женщина, одетая в красное и с нежным макияжем на лице -Хонг Е. Лин Сяо посмотрел на нее безучастно, его рот дернулся. Почему в тот же день, эта женщина увидела два его невысказанных секрета!

Эта женщина действительно не была простой.

Думая об этом Лин Сяо, к несчастью, посмотрел на Хонг Е, которая знала, что она была груба и опустилась на колени у двери, кланяясь и объясняя: «Хонг Е просто хотел спросить молодого мастера, не хочет ли он поужинать. Видя, что дверь не закрыта, Хонг Е вошла, но, к сожалению, Молодой Мастер был…»

«Забудь об этом, забудь об этом». — Лин Сяо махнул рукой, ему не хотелось слушать объяснения Хонг Е. Независимо от того, было ли это преднамеренным или нет, поскольку она уже увидела это, какой смысл было бы слышать от нее ее объяснения? Он должен дать этой Хонг Е, которая безрассудно поступил так, как она хотела, и не знает, как стучать в двери, хороший урок!

Лин Сяо подошел к столу и сел правильно. Затем он махнул рукой на Хонг Е, чтобы позвать ее. Несколько удивленная, Хонг Е все же подошла к Лин Сяо и послушно стала на колени перед ним.

Видя, что Хонг Е настолько послушна и, поскольку Лин Сяо также не был мелким человеком, он посмотрел на сиденье напротив своего и указал: «Садись».

Хонг Е была ошеломлен добротой и посмотрел на Лин Сяо. Лин Сяо поднял чайник со стола и налил две чашки. Взглянув на Хонг Е, которая не смела сесть там, Лин Сяо сказал: «Я чувствую себя угнетенным, когда ты стоишь передо мной».

Только после того как услышала это Хонг Е осторожно села напротив Лин Сяо.

Лин Сяо поставил чай, который он налил, перед ней, и она сказала тихим голосом: «Большое спасибо».

Лин Сяо удивленно поднял бровь. Похоже, эта женщина не провоцировала неприязнь людей нарочно.

Учитывая эту мысль, Лин Сяо улыбнулся и сказал: «Хонг Е, ты раньше была танцовщицей в Таверне «Надежда Весны», первой женщиной-артисткой в Стране Шао. Многие люди поддерживали и лелеяли тебя, и у тебя был свой способ работы. Я не буду вмешиваться, однако, ты попросила меня не возвращать тебя, тогда ты должна соблюдать здесь правила».

«Хонг Е… Понимает». — Хун Е, казалось, думала о ее двух ошибках и нахмурилась, обвиняя себя, поскольку она ответила виновно.

Когда он увидел это, Лин Сяо вздохнул. Это было также неловко для Хон Е, которая была любимой танцовщицей и никогда не думала, что однажды ей придется позаботиться о ком-то. Теперь, когда она никогда не получала подобных чувств, ей было действительно тяжело.

Но то, чего Лин Сяо не мог понять, почему она последовала за ним, чтобы стать служанкой?

Она явно не была простой женщиной.

Когда он подумал об этом, Лин Сяо пытливо спросил: «Хонг Е, теперь, когда нас здесь только двое, скажи мне правду. Что ты хочешь от меня, что заставило тебя следовать за мной? Или, если честно, в чем… Твоя цель?»

Хонг Е встрепенулась, услышав это. Ее взгляд упал, и в ее глазах промелькнуло что-то темное.

Она сдерживала выражение лица, словно подумала о чем-то и притворилась обиженной. Она встала, посмотрела на Лин Сяо, как будто с ней плохо обращались: «Что вы имеете в виду под этим, Молодой Мастер?! Вы с подозрением относитесь к Хонг Е?»

Лин Сяо наблюдал за изменением позиции Хонг Е и поднял бровь. Его взгляд слегка скользнул по телу Хонг Е, когда он продолжил говорить: «Но у тебя на руках толстые мозоли, ты не думаешь, что это подозрительно?»

Хонг Е инстинктивно спрятала свои ладони и сразу же сделала вид, что успокоилась. Освободив ладони, она сказала: «Семья Хонг Е была бедна, и поэтому я делала много тяжелой работы. Какое это имеет значение, если у этих рук толстые мозоли? Молодой Мастер увидел мозоли на руках Хонг Е и сразу стал подозрительным, тогда Хонг Е не может быть не обижена!»

Хонг Е рассказывала все это со слезами на глазах. Если бы Фу Юйцзюнь не много раз напоминал Лин Сяо о том, что личность Хонг Е не была простой, то Лин Сяо на самом деле был бы одурачен ею.

«Если молодой мастер не верит Хонг Е, то Хонг Е не будет вызывать неприязни у Молодого Мастера и сразу же уйдет». — Как только она это сказала, она действительно была готова уйти.

Фу Юйцзюнь сказал, чтобы она осталась и была под наблюдением, Лин Сяо мог только поспешно помешать ей уйти. Если он действительно разозлил ее, то как он объяснит это Фу Юйцзюню?

С этими мыслями Лин Сяо взял на себя инициативу, чтобы успокоить ее: «То, что я сказал, было неправильно, я неправильно понял Хонг Е. Не сердись, если ты уйдешь сейчас, ты встретишься с Первым Принцем. Во всей этой Стране Шао единственный принц может немного волновать Первого Принца — Второй. Уйти из дома Второго принца прямо сейчас не будет разумным решением, поэтому просто оставайся здесь», — заявил Лин Сяо.

Хонг Е наклонила голову, словно думая об этом, и Лин Сяо ждал ее решения, ничего не говоря.

Примерно через пол четверти часа Хонг Е подняла голову. С ее лицом, полным пятен слез, она посмотрела на него красными глазами: «Тогда Молодой Мастер все еще будет подозревать меня?»

Лин Сяо был поражен, и поспешно покачал головой. Хонг Е улыбнулась сквозь слезы: «Спасибо, Молодой Мастер, за доверие».

Лин Сяо вздохнул в своем сердце. На самом деле она была первой девушкой, кроме Мо Ци, которая плакала, так ужасно, перед ним. Сердце Лин Сяо смягчилось, и он встал, подошел к ней и осторожно вытер ее слезы: «Хорошо, хватит плакать».

Лицо Хонг Е покраснело. Она опустила голову и перестала рыдать. Но ее слезы все еще стекали по одной.

Лин Сяо был беспомощен. Люди говорили, что женщины сделаны из воды, и похоже, что они не лгут.

«Однако». — Лин Сяо изменил разговор и прочистил горло, продолжая: «Хотя ты можешь остаться, все, что я сказал раньше, все еще необходимо соблюдать».

«Пожалуйста, не переживайте Молодой мастер». — Хонг Е опустила голову и заговорила, наконец-то ее слезы прекратились.

Лин Сяо вздохнул, тихо сказав: «Хотя я только что сказал это сейчас, правила здесь не такие строгие. Еще я должен сказать, у меня есть только одна просьба, и это касается конфиденциальности других. Ты… Ты понимаешь, что такое конфиденциальность?» — Лин Сяо сделал паузу, затем спросил.

Хонг Е кивнула.

Похоже, это утверждение было широко использовано. Он поднял бровь и продолжил: «Тогда это также значит уважать мой секрет. Во-первых, тебе нужно постучать в дверь, прежде чем войти, и если дверь не закрыта, ты можешь попытаться крикнуть в комнату. Нет проблем?»

Хон Е покачала головой, стремясь выразить свое стремление: «Хонг Е запомнила, сегодня была ошибка Хонг Е… Хонг Е не повторит эту ошибку в следующий раз».

Лин Сяо прервал ее: «Не то, чтобы в следующий раз ты не повторила ту же ошибку, а в следующий раз ее не будет, понимаешь?»

Хонг Е кивнула, и Лин Сяо с удовлетворением прищурился: «Очень хорошо, есть еще одна вещь, которую нужно запомнить и это то, что я собираюсь рассказать тебе прямо сейчас».

Лин Сяо приблизился к уху Хонг Е и холодно сказал: «Иногда, слишком много знать — не очень хорошо. Тебе было бы лучше забыть о некоторых вещах, понимаешь?»

Хонг Е слегка вздрогнула, прикусила губу и ответила: «Хонг Е ясно, Хонг Е сегодня… Вообще ничего не видела».

Лин Сяо с удовлетворением улыбнулся и велел ей принести с кухни немного еды, он небрежно устроился на обед.

Фу Юйцзюнь сказал, что он не будет настаивать на том, чтобы узнать, кто был танцовщицей, и тем не менее, был уже вечер, и он все еще не вернулся.

Лин Сяо усмехнулся. Согласно характеристикам Фу Юйцзюня, как он мог отказаться от поиска танцовщицы?

Лин Сяо знал, что ответ был уже ясен. Как он мог не искать танцовщицу, когда он не мог ее отпустить!

Лин Сяо глубоко вздохнул. Он действительно не знал, насколько дальше он сможет продолжать скрывать это дело. Если Фу Юйцзюнь узнает правду, как это может быть ему полезно?

Фу Юйцзюнь так много думал об этой танцовщице, всегда веря, что танцовщица была молодой женщиной и всегда восхищался ею. Но если бы он знал, что этот танцор был грубым человеком, и этот грубый человек даже наблюдал, как он бегает, словно безголовый цыпленок, ищущий танцора…

Наверное, было бы… Очень трудно не беспокоиться об этом.

Если они начнут спорить, то, пожалуй, это будет лучшим вариантом для Лин Сяо. Однако Фу Юйцзюнь может даже убить его в порыве гнева.

Лин Сяо, казалось, подумал о чем-то страшном и испускал холодный пот из себя.

Это заставляло его чувствовать, что он не может продолжать сидеть и ждать смерти.

Вместо того, чтобы ждать, пока Фу Юйцзюнь медленно найдет его, почему бы не проявить инициативу, чтобы отвлечь его внимание?

Это был не просто танец!

Если бы Лин Сяо смог исполнить этот танец, то другие люди могли бы сделать то же самое.

Поскольку Фу Юйцзюнь раньше не видел, как выглядит танцовщица, пока кто-то может научиться исполнять этот танец и показать себя перед Фу Юйцзюном в соответствующее время, он автоматически поверит, что этот человек был танцовщицей.

Тогда Лин Сяо сможет позволить природе идти своим чередом и вырваться.

Чем больше он думал об этом, тем лучше показался план. Первым человеком, о котором подумал Лин Сяо, была Хонг Е.

У нее уже есть основы, и ей будет очень легко научиться. Кроме того, ее внешность была первоклассной, ее рост и форма тела были похожи на его, он мог, вероятно, заставить ее научиться у него обаянию.

Но прямо сейчас был один момент, который заставил Лин Сяо колебаться. Он не знал, какова ее цель и ее происхождение, рискнет ли он научить ее этому танцу?

Лин Сяо нахмурился, но Фу Юйцзюнь так и не вернулся.

Сердце Лин Сяо колотилось. Так как этот Фу Юйцзюнь не вернулся, хотя уже так поздно, возможно, он получил что-то от Мо Ци?!

Ум Лин Сяо был очень беспокойным, и он чувствовал, что больше не может ждать. Возможно, Хонг Е опасна, но Фу Юйцзюнь тоже беспокоился об этом.

Самое важное сейчас было, вытащить себя!

С этой мыслью Лин Сяо заставил Цзи Сян и Фу Канг зажечь свечи во дворе, расставив их в нужных местах, а затем охранять вход. Когда все было сделано, он вызвал Хонг Е.

Лин Сяо стоял внутри маленьких чашечных свечей, пламя которых освещало двор. На нем было светло-зеленое одеяние, его волосы случайно рассыпались по плечу перевязаны только тонкой ленточкой, чтобы держать их подальше.

Обе руки были у него за спиной, а его голова была поднята, чтобы посмотреть на яркую луну. Его длинные рукава дрейфовали на ветру, придавая ему бессмертный вид. Его очаровательное лицо слабо сияло под лунным светом.

Хонг Е смотрела с восхищением, ее сердце не могло не пропустить удар.

Чувствуя, что кто-то подошел, Лин Сяо обернулся, чтобы посмотреть, кто прибыл.

Когда он повернулся, чтобы посмотреть, это было похоже на то, что все прояснилось. Его яркие зрачки несли блеск, который заставлял других омрачаться, отражая все перед его глазами. Прозрачный и яркий, словно ясная весна, текущая в сердце и очищающая человека от всех отвлекающих и отвратительных мыслей. Хонг Е расширила глаза от изумления, слабого чувства понимания, почему этот человек смог получить любовь Императора.

Она больше не сможет найти никого другого с такими же глазами в этом мире.

Такие ясные и чистые глаза…

«Хонг Е, ты пришла», — голос Лин Сяо вернул ей сознание.

Она изящно ему поклонилась, и Лин Сяо пересек огни свечей, идя, пока он не оказался перед ней, и улыбнулся: «Тебе не нужно быть такой вежливой, просто будь собой».

Говоря об этом, Лин Сяо сделал паузу: «Я попросил тебя прийти сюда, потому что я хотел…»

«Я хотел…»

Лин Сяо нахмурился, он был в недоумении, как объяснить этот вопрос Хонг Е.

Хонг Е странно посмотрела на Лин Сяо, ее глаза были полны сомнений.

Увидев это, Лин Сяо закрыл глаза, немного подумал, а затем перефразировал слова: «Когда я в последний раз видел, как ты танцуешь, я подумал, что у тебя все хорошо получается. Поэтому мне было интересно, не заинтересована ли ты в том, чтобы принять меня как своего учителя».

Хонг Е была поражена, и Лин Сяо внезапно осознал, что-то, как он сказал это, могло быть несколько грубым, и поспешно объяснил: «Как ты уже видела раньше, второй мой секрет заключается в том, что я могу танцевать. Естественно, ты не могла видеть это ясно этим утром, так почему бы мне не показать это тебе снова? Затем ты можешь решить, изучать или нет».

Сказав это, Лин Сяо не стал ждать, пока Хонг Е отреагирует. Он отошел и стал в центре зажженных свечей.

Босиком он точно разыгрывал танцевальные шаги в огне. Повороты его мягкой талии и движения его запястий заставили его рукава взлететь.

Как фея, спустившаяся на землю, глаза Лин Сяо были живыми, из-за его силуэтов появлялось какое-то очарование, а лицо было полно соблазнительного обаяния.

Хонг Е никогда не видела такого танца, немного изящного и свободного, как бессмертный, но также немного соблазнительного и желанного, как злой дух, который сбивал с толку людей. Это сделало людей неспособными сопротивляться просмотру.

Хонг Е не могла отвести глаз. Бессознательно ее шаги шаг за шагом привели ее туда, где находился этот мужчина. Как будто она потеряла свою душу и могла думать только о том, чтобы приблизиться к нему.

Ближе и ближе.

Хонг Е шла, пока она не была уже рядом со свечами, но, как будто она не знала, как остановиться, она пнула подсвечник, когда подняла ногу. Держатель и свеча упали ей на ногу.

Тепло от кипящего горячего воска свечи прошло через ее тонкие туфли и обожгло ее нежную кожу внутри. Хонг Е крикнула от боли и только тогда смогла прийти в себя.

Лин Сяо, естественно, тоже это увидел, он прекратил танцевать, немного неуклюже идя к Хонг Е. Движения, которые он только что выполнил, повлияли на раненое место, которое Император нанес ему сзади прошлой ночью, поэтому его ходьба теперь выглядела жесткой.

Однако, когда он шел к Хонг Е, рядом с ней внезапно появился еще один человек в белом.

Мужчина был одет в экзотическую белую одежду, в тюрбане с золотыми предметами, висящими на его одежде. Фу Юйцзюнь вернулся.

А под ногами Фу Юйцзюня находились без сознания Цзи Сян и Фу Канг…

«Это был неожиданно ты — Лин Сяо.»

Фу Юйцзюнь был отвлечен и рассеян, шаг за шагом приближаясь к Лин Сяо. Взгляд, которым он обычно смотрел на Лин Сяо, был полон мести.

«Это был неожиданно ты…» — Повторяя эту строчку снова, он вздохнул и подошел к Лин Сяо с легкой улыбкой, выражая свой шок.

«Я…» — Лин Сяо облизнул уголки рта, нахмурившись от смущения. Почему Фу Юйцзюнь сразу же побежал к нему, когда вернулся?!

Лин Сяо очень растерялся, и он быстро начал искать оправдание, но заметил, что не может сказать ничего полезного.

Он неосознанно замолчал, опустил голову и прикусил губу. Он честно сказал слова, которые всегда хотел сказать: «Мне жаль».

Фу Юйцзюнь встряхнулся от того, что услышал, и заставил себе улыбнуться: «Это было единственное, что ты хотел сказать?»

Глава 55 - Кризис после кризиса

Лин Сяо молча, сжал зубы. Фу Юйцзюнь неожиданно протянул руку, но на полпути был остановлен Хонг Е.

Фу Юйцзюнь посмотрел на Хонг Е, холодным взглядом. Она попыталась помочь Лин Сяо: «Ваше Высочество, Молодой Мастер до сих пор не…»

«Уйди!» - Однако Фу Юйцзюнь не планировал слушать то, что Хонг Е хотела сказать, прямо и холодно приказал ей уйти.

Хонг Е немного колебалась, но она могла только повернуться и уйти под властью Фу Юйцзюня.

Через мгновение во всем дворе остались только Фу Юйцзюнь и Лин Сяо.

Лин Сяо сделал небольшой шаг назад, держась на безопасном расстоянии от Фу Юйцзюня. Он взял на себя инициативу объяснить: «Видя, как вы восхищаетесь этой танцовщицей, мне было трудно рассказать вам все и разрушать ваши фантазии».

«Значит, ты только наблюдал за тем, когда я бегал, как курица без головы, ища тебя?» - Тон Фу Юйцзюня выражал гнев.

Он продолжал улыбаться, но из-за его гнева из него вырывалась угнетающая атмосфера, заставив Лин Сяо сделать еще два шага назад. Лин Сяо неохотно осознал, что, даже если этот человек перед ним был любезен и добр к нему в любой другой день, он все еще был принцем, у которого была кровь Императорской Семьи, держащая жизнь и смерть многих людей в его руках.

Он занимал высокое положение и обладал сильной гордостью. Он не позволил бы кому-то лгать ему, особенно в том, о чем он заботился.

Лин Сяо нахмурился. Если он плохо сформулирует свою речь, они могут быть его последними словами.

Он должен быть более осторожным.

Лин Сяо не смел говорить, а Фу Юйцзюнь не мог ждать. Он подошел к нему и голосом, полным неудовольствия, спросил: «Почему ты так далеко от меня? Чувствуешь вину?»

Он холодно улыбнулся и схватил Лин Сяо за подбородок: «Причина, по которой ты не говоришь, это тоже твоя вина?»

Лин Сяо сжал губы, когда услышал это. Захват Фу Юйцзюня на подбородке был совсем не мягким и причинял немного боли Лин Сяо. Он сбросил хватку Фу Юйцзюня и не мог не сказать: «Ну и что, если я чувствую себя виноватым?!»

Чувство вины было доказательством того, что он не думал, что все закончится так, как закончилось.

Однако то, как он сказал это, было чрезвычайно высокомерно, неся уверенность в себе, которая вызывала вражду у других. Для Фу Юйцзюня слова Лин Сяо пересекли черту. Он опасно прищурился: «Ну, разве ты не честен сейчас?»

Лин Сяо прикусил губу. Он знал, что слова, которые он сказал только что, было трудно принять Фу Юйцзюню. Но вместо того, чтобы пытаться найти оправдание, лучше было быть честным.

Хотя он занимал высокое положение и держал в руках жизнь и смерть Лин Сяо, Фу Юйцзюнь не был похож на Императора, у которого была ужасно холодная аура. Лин Сяо чувствовал, что смерть неизбежна, и попытка сбежать из города будет бессмысленной, как только эта аура проявится. Именно поэтому Лин Сяо никогда не смел, быть честным с Императором.

В отличие от смертельной ауры Императора, аура Фу Юйцзюня, хотя и была пугающая, но только вызывала у Лин Сяо желание отойти от него на некоторое расстояние ...

Возможно, Фу Юйцзюнь никогда не думал о том, чтобы покончить с его жизнью.

С такими мыслями Лин Сяо наконец-то набрался смелости и поднял голову осмотрел прямо на Фу Юйцзюня: «Неважно, верите вы мне или нет. Я просто разъясню одну вещь, я не хотел скрывать это от вас».

Внешний вид маленького слуги был очень благороден, его взгляд был прозрачным и ярким. Он смотрел на Фу Юйцзюня с чистыми глазами и он почувствовал, что перед таким Лин Сяо трудно устоять.

Повернув голову и пытаясь спрятаться с поля зрения маленького слуги, он обнаружил, что взгляд маленького слуги все еще пристально смотрит на него. Уклоняясь от взгляда, он обернулся и выбежал прямо из внутреннего двора Лин Сяо.

Наблюдая за тем, как Фу Юйцзюнь уходит, Лин Сяо на мгновение смог расслабиться, и сел на каменную скамью во дворе.

Посидев немного, сцена с Фу Юйцзюнем в оцепенении проигрывалась в его голове, вызывая горькую улыбку на его лице.

Фу Юйцзюнь, таки узнал, что танцовщица, которой он так долго восхищался, была - мужчиной. В конце концов, это уже должно быть большой сенсацией. Кроме того, тот человек, которого он искал, был тем, кого он знал все это время и всегда был рядом с ним. Для гордого Фу Юйцзюня было бы очень трудно такое проглотить.

Кажется, сейчас самое подходящее время, чтобы подумать об уходе.

Тем не менее, он не знал, что случилось с попыткой Фу Юйцзюня захватить Мо Ци, когда он отправился во дворец Первого принца, и это его беспокоило.

Лин Сяо не спал в ту ночь. Рано утром он подошел к двери.

Он открыл ее только для того, чтобы увидеть двух людей, наблюдающих за его порогом.

Одной из них была Хонг Е, которая всю ночь волновался за него, а другим был изможденный Фу Юйцзюнь.

Сердце Лин Сяо пропустило удар, и он изумленно уставился на Фу Юйцзюня.

Выражение его лица было полно смущения.

Фу Юйцзюнь также смотрел на Лин Сяо. Выражение его лица тоже было несколько сложным, когда он наблюдал, но его душевное состояние заметно успокоилось.

Лин Сяо проглотил слюну, обращаясь к нему с того места, где он стоял: «Ваше Высочество».

«Лин Сяо...»

Фу Юйцзюнь сказал тихо, затем повернулся и приказал Хонг Е: «Иди и попроси слуг принести завтрак, я поговорю с твоим Молодым Мастером».

Хонг Е выражала неохоту, но в конце концов она все же ушла.

«Лин Сяо». - Как только он увидел, как Хонг Е уходит, Фу Юйцзюнь окликнул его и подошел ближе. Лин Сяо сделал шаг назад и несколько скованно сказал: «Если у вас есть что сказать, это можно сказать оттуда».

Фу Юйцзюнь слегка нахмурился. Он хотел подойти ближе, но, наблюдая за бдительным маленьким слугой, он также знал, что напугал его прошлой ночью. Его лицо расслабилось, и он сказал: «Прими мои извинения за мое поведение прошлой ночью».

Лин Сяо расширил глаза от удивления, Фу Юйцзюнь что…

Это был первый раз, когда Фу Юйцзюнь говорил с кем-то так тихо, его лицо покраснело, он тихо продолжил: «Вчера вечером я думал о том, как ты солгал мне. Наблюдая за мной и зная мои глубокие чувства, ты продолжал скрывать это от меня. Мой гнев дошел до меня...»

Говоря об этом, Фу Юйцзюнь остановился и поерзал: «В любом случае, я был неправ. Извини, что напугал тебя».

Лин Сяо был ошеломлен. Этот Фу Юйцзюнь действительно извинялся перед ним!

Вчера он был так зол, но сегодня он охотно извиняется перед ним. Лин Сяо чувствовал, что мысли Фу Юйцзюня были слишком сложны для понимания. Фу Юйцзюнь увидел, что Лин Сяо выглядел совершенно сбитым с толку и нерешительным, это был действительно восхитительный взгляд, и он не мог не улыбнуться: «Я уже все обдумал».

Когда он заговорил, он немного помедлил, и один раз хмыкнул: «На самом деле, я не об этом думал, а о том, что мне не нужно думать. Хотя ты скрыл это от меня и это разозлило меня, я счастлив, когда это ты та танцовщица. Если это ты, я вполне доволен».

«Что… Что вы имеете в виду?» - Лин Сяо по-настоящему чувствовал себя растерянным. Танцором был он, мужчина, но Фу Юйцзюнь сказал, что он очень доволен?

Это немного отличалось от того, что он представлял...

«Ты очень хорошо знаешь, что я думал о той танцовщице, тогда ты понимаешь мои мысли по отношению к тебе, Лин Сяо?» - Фу Юйцзюнь не ответил на вопрос Лин Сяо, вместо этого он задал ему другой вопрос.

Лин Сяо перевернул вопрос в уме. Он чувствовал, что ответ не был чем-то простым, но он действительно не мог придумать ничего особенного. Он не мог не смотреть на Фу Юйцзюня с сомнением.

Фу Юйцзюнь сделал два шага вперед и потянул руку Лин Сяо: «Мои мысли о тебе и той танцовщице одинаковы».

«?!» - Лин Сяо расширил глаза, вздрогнул и поспешно оттолкнул руку Фу Юйцзюня.

Разве он еще не проснулся...? Или это все сон?

Фу Юйцзюнь уставился на его руку, которая была оттолкнута, с некоторым разочарованием убрав ее. Он поднял голову и сказал с улыбкой: «Неважно, ты примешь меня однажды. Я женюсь на тебе», - внезапно сказал Фу Юйцзюнь.

Слова взорвались в его голове, разбив мысли Лин Сяо на куски. Он посмотрел на него безумным взглядом, и глядя на Фу Юйцзюня, он заметил что тот нежно наблюдал за ним, словно он пытался утопить Лин Сяо в нежности.

Но Лин Сяо не мог почувствовать намерения Фу Юйцзюня, он чувствовал только холод, распространяющийся из его сердца по всему телу. Лин Сяо сразу понял, что этот Фу Юйцзюнь был довольно опасным, даже более опасным, чем прошлой ночью.

Он ненавидел то, что он не смог просто покинуть это место и не держался подальше от Фу Юйцзюня.

Слабое чувство поднялось из его груди, сказав ему, что если он не уйдет сейчас, то у него никогда не будет возможности уйти.

Лин Сяо подумал об этом перед тем, как внезапно разразиться пустым смехом, он склонил голову и тихо сказал: «Теперь я понял, я определенно открыл дверь сегодня неправильно, позвольте мне открыть ее снова».

С этими словами Лин Сяо энергично начал закрывать дверь, наблюдая, как Фу Юйцзюнь покидает поле его зрения. Только тогда сердце Лин Сяо несколько успокоилось.

Однако со звуком «лязг» Фу Юйцзюнь неожиданно протянул руку, чтобы остановить дверь, препятствуя действиям Лин Сяо. Он заблокировал дверь и поднял бровь на Лин Сяо: «Не прячься, все что я только что сказал - правда».

Раздраженный тем, что он не смог закрыть дверь, Лин Сяо тупо посмотрел на него. Он глубоко вздохнул и использовал взгляд, который можно было бы использовать, чтобы взглянуть на мысленный процесс Фу Юйцзюня. Голосом, который не мог скрыть его неверия, он сказал: «Только потому, что ты знаешь, что я танцор, ты хочешь принять меня как своего мужа? Даже если я мужчина?»

Именно то, что происходило в мозгу Фу Юйцзюня!

«Я уже сказал, что это не только потому, что ты танцор, но и потому, что ты - Лин Сяо». - Тон Фу Юйцзюня был очень твердым.

Думая только, насколько это было абсурдно, Лин Сяо не хотел спорить с Фу Юйцзюнем на эту тему и откровенно сердито смотрел на него: «Я не могу согласиться с этим!»

«Прислушиваться к твоему мнению не было частью моего плана». - Фу Юйцзюнь слегка улыбнулся.

Лин Сяо встряхнул, что имел в виду Фу Юйцзюнь? Слабое чувство беспокойства оставалось постоянным в его сердце.

С выражением, которое показывало его неверие и лицо панического страха, но при этом выглядело очень честным, совершенно отличающимся от проницательного и хитрого Фу Юйцзюня. Огромное желание защитить Лин Сяо поднялось в глубине души Фу Юйцзюня.

Фу Юйцзюнь не мог терпеть свое желание и протянул руку, что бы нежно потрепать волосы Лин Сяо, пытаясь успокоить его.

Лин Сяо хлопнул его по руке, заставив Фу Юйцзюня убрать ее обратно от боли, и нахмурится от неудовольствия.

Лин Сяо глубоко задумался. Он поджал губы и еще раз отказал: «Ваше Высочество, пожалуйста, перестаньте усложнять жизнь Лин Сяо, хорошо?»

Фу Юйцзюнь контролировал свой взгляд, когда услышал это, и не ответил на вопрос Лин Сяо, скорее, он умышленно сказал: «Мы поженимся через три дня».

Лин Сяо нахмурился в негодовании от его слов. Что не так с этим Фу Юйцзюнем?! Он пил неправильное лекарство?!

Как будто он знал, о чем думал Лин Сяо, Фу Юйцзюнь начал утешать его: «Возможно, ты не можешь принять это сразу, но со временем ты привыкнешь к этому, и примешь меня. Я буду добр к тебе всю твою жизнь, буду любить тебя так сильно, что ничего не сможешь с этим поделать. Я дам тебе самый грандиозный праздник во время брака, и в этой жизни я женюсь на тебе».

Рот Лин Сяо дернулся. Он признал, что он действительно был очень тронут этими словами. Если бы он был девушкой, он действительно был бы тронут до слез и, возможно, даже женился бы просто так!

Но Лин Сяо был мужчиной! У него было все типичное оснащение для мужчины!

Как он мог выйти за муж за другого мужчину?

Какой стимул получил Фу Юйцзюнь?!

Мало того, что он вдруг захотел жениться, та еще и через три дня. Разве день свадьбы не был назначен слишком рано?

Поскольку он мог сказать, что независимо от того, какими словами он будет отказывать Фу Юйцзюню, последний не будет убежден, Лин Сяо стиснул зубы и сменил тактику. Он смягчил выражение лица и тихим голосом тихо убедил его: «Этот человек обязан Его Высочеству за заботу, Лин Сяо... Также... Готов».

Лин Сяо чувствовал себя немного виноватым в сердце за то, что с мрачным лицом произносил слова против своей воли, когда увидел, как это взволновало Фу Юйцзюня. Он заставил себя насильно улыбнуться: «Однако, всего за три дня, не слишком ли это внезапно?»

Фу Юйцзюнь вздохнул, сказав: «Это внезапно, да, но я не могу ждать. Я боюсь тебя…»

Фу Юйцзюнь, казалось, что-то осознал, когда он прервал свою речь, кажется, что он не хотел напоминать что-то Лин Сяо.

Но как Лин Сяо мог так легко его отпустить? Он спросил его: «Боитесь, что я буду что?»

Фу Юйцзюнь держал руки Лин Сяо и сказал: «Я скажу тебе, но ты должен сохранять спокойствие».

«Да». - Лин Сяо кивнул, его лицо было нетерпеливым.

Фу Юйцзюнь беспомощно покачал головой, довольно нерешительно, когда серьезно сказал: «Император Страны Му прибыл в Страну Шао».

«……» - Лин Сяо задумался, о чем идет речь, так что это было именно так. Он давно знал об этом. Вопрос в том, как Фу Юйцзюнь узнал об этом.

Получив вопросительный взгляд Лин Сяо, Фу Юйцзюнь попытался объяснить: «Когда я ждал у дома Императорского Брата - Мо Ци, я нашел его вместо нее».

«Вы… Вы встречались с ним?» - Лин Сяо был сбит с толку.

Фу Юйцзюнь покачал головой, его лицо было торжественным. Строго говоря, именно Император Страны Му взял на себя инициативу связаться с ним, а он фактически не видел Императора своими глазами. Император Страны Му передал ему только краткую записку.

На ней было несколько строчек.

«Мы в долгу перед принцем за заботу о нашем короле-супруге. Теперь Мы пришли забрать его».

Эта короткая записка сделала Фу Юйцзюня очень беспокойным, поэтому он рано вернулся домой, чтобы увидеть Лин Сяо. Именно тогда он узнал, что танцовщицей является Лин Сяо…

«Откуда вы знаете, что он здесь, если вы не встречали его? Он что-то сделал?» - спросил Лин Сяо рядом с ним, полный подозрений.

Фу Юйцзюнь не хотел рассказывать Лин Сяо о записке, поэтому он поменял тему: «Один из его людей забрал Мо Ци».

«Что… Что?!» - Лин Сяо был удивлен: «Разве вы не преследовали место нахождения Первого принца?»

«Да». - Фу Юйцзюнь стиснул зубы, потому что они были там, и он получил эту записку и столкнулся со слугами Императора Страны Му. Чтобы забрать Мо Ци, они следили за этим местом целый день.

Тем не менее, он все же не смог вернуть Мо Ци обратно.

Сила Страны Му в Стране Шао уже была такой великой!

Он должен хорошо разобраться в этом вопросе, но сейчас главное, чтобы этот маленький слуга остался.

Если этот человек выйдет за него замуж, то Император Страны Му не сможет его забрать.

Чем больше он думал об этом, тем более напряженный и горячий взгляд Фу Юйцзюня был обращен к Лин Сяо.

Это действительно заставило Лин Сяо чувствовать себя некомфортно.

Фу Юйцзюнь, похоже, почувствовал плохую реакцию Лин Сяо на него, и он немного сдержал свое настроение, отвернув голову: «Я буду разбираться с вопросом о Мо Ци и отдам ее тебе. Тебе не нужно беспокоиться ни о чем, тебе нужно только подготовить себя к нашему браку».

«Разве это не…» - Лин Сяо нахмурился. Почему обсуждение опять вернулось к этой теме? Он должен найти способ остановить Фу Юйцзюнь.

«Слуги». - Фу Юйцзюнь не слушал Лин Сяо и позвал своих слуг.

Через мгновение двор Лин Сяо был покрыт слугами с мечом.

Лин Сяо удивленно уставился на него. Этот Фу Юйцзюнь не пытался же посадить его в тюрьму, верно?

Приняв пустой взгляд Лин Сяо и глядя на выражение его лица, которое показывало доверие и зависимость от него, Фу Юйцзюнь почувствовал, что его трудно покорить и отвернулся, сказав одно слово вполголоса: «Извини».

В конце он сказал еще одно предложение: «Просто оставайся послушно здесь. Через три дня я женюсь на тебе и освобожу».

С этими словами Фу Юйцзюнь нежно посмотрел на Лин Сяо и поцеловал его в лицо, когда он не обратил внимание на его действие, пообещав ему: «Я не буду плохо обращаться с тобой».

Фу Юйцзюнь сразу повернулся и покинул двор.

Лин Сяо потер место, где его поцеловали. Ощущение теплых губ Фу Юйцзюня все еще оставалось там, и было очень трудно вынести липкое чувство, как будто жирное насекомое ползло по его коже. Лин Сяо злобно тер его и остановился, только когда кожа там покраснела.

Почему он так ненавидел поцелуй Фу Юйцзюня, когда с Императором все было в порядке?

Возможно... Он любил Императора?!

Лин Сяо расширил глаза, ошеломленный, прежде чем быстро покачать головой, не позволяя себе задуматься над этой темой.

Сейчас важно не думать об этом, а нужно думать о том, как избежать этой клетки...

Той ночью огни каждого дома были постепенно погашены, в то время как Таверна «Надежда Весны» была ярко освещена.

Император сидел в отдельной комнате на втором этаже, холодно глядя на одетую в красную одежду Хонг Е, стоящую на коленях внизу.

«Ты сказала, что Фу Юйцзюнь хочет принять нашего короля-супруга в качестве своей жены?»

Его голос был холоден, как лед, он врезался в сердце Хонг Е и заморозил ее повсюду. Ее губы дрожали, когда она отвечала, будучи под давлением силы, которую она несла: «Да… Да».

Вздох.

Хонг Е, казалось, услышала смех. Она инстинктивно подняла голову, в шоке глядя на своего Мастера. С самого детства она следовала за своим Мастером. По ее впечатлению о нем, она никогда не слышала, чтобы он смеялся раньше, что вызывало у нее удивление.

Однако прямо сейчас она видела, как ее Мастер смеялся. Хотя его губы были четко подняты, смех не касался его глаз и это не давало ощущения, что он улыбается.

Смех содержал только силу давления и холодность.

Воздух вокруг Императора был очень холодным. Дракон, которого он мог выпустить, вызвал падение температуры в комнате. Под этой внушительной аурой Хонг Е вздрогнула от холода, чувствуя только, насколько жуткой и ужасающей была эта улыбка.

Она была так напугана, что не смела, пошевелиться, она даже забыла отвести взгляд.

Император перевел на ее свой взгляд за ее наглость. Это был едва заметный взгляд, но Хонг Е чувствовала, что она впала в беду.

Хонг Е даже не могла вспомнить, как опустить голову. Все, что она знала, было то, что она никогда не хотела бы видеть эту сцену снова в своей жизни.

Это было слишком страшно...

Страх охватил тело и разум Хонг Е. Она давно забыла, что человек перед ней был Императором, которому она поклялась в своей верности и преданности, а также он был Императором, которым она восхищалась с юных лет.

Всего лишь за несколько лет, с тех пор как она его не видела, этот юноша, который заставил ее сердце биться быстрее, превратился в Суверенного Короля, которого все боялись.

И постепенно он отдалялся от нее все дальше и дальше...

«Если он хочет жениться на нём, тогда позволь ему». - Слова Императора были легкими, за ними последовала его безрадостная улыбка.

Хонг Е была ошеломлена, она была не в состоянии понять, что он сказал. Император не спеша пил чай, вздохнул и прищурился, холодно заявив: «Вот только, если он сможет это сделать».

Голос Императора был мягким и не вызывал никаких эмоций, но он все еще давал людям чувство силы и веры.

Хонг Е поняла это после того, как услышала, что Фу Юйцзюнь не сможет жениться на Лин Сяо.

Она закрыла глаза и держала голову низко, это было чрезвычайно почтительное и убежденное отношение.

Она подумала немного, прежде чем добавить еще кое-что: «Ваше Величество, есть еще один вопрос. Хонг Е... Уже под подозрением».

Император слегка поднял бровь: «Это был Фу Юйцзюнь?»

«Молодой Мастер также был немного подозрительным», - ответила Хонг Е.

«Неважно», - Император ответил: «Тебе не нужно об этом беспокоиться, просто оставайся рядом с ним и защищай его».

«… Да». - Хонг Е ответила и поклонилась, уходя.

После того, как Хонг Е ушла, Император который держал в руке чашку был холоден, и сгорбился, вспомнив ее доклад. Чашка в его руке со взрывом силы раскололась и превратилась в пыль.

Как Наш Король-Супруг может быть с кем-то другим? Как о нем может думать кто-то другой?

«Ан Я» - Император отпустил остатки чайной чашки, и они рассыпались в воздухе, вызывая легкий белый туман. Белый туман постепенно рассеялся, и из ниоткуда появилась фигура.

Фигура была одета в прочную черную одежду, её длинные волосы были завязаны в хвост. Позади неё был длинный меч, она имела вид кого-то, кто был мастером боевых искусств. Она почтительно опустился на колени перед Императором, приветствуя его, - «Мастер».

«Сдвинь план раньше». - Император откинулся на спинку стула, слегка поигрывая ладонью.

«Да». – Ан Я не колебался и ответил сразу. Пока это был приказ Императора, он не будет заботиться о причине переноса.

Ан Я ушел, и Император закрыл глаза.

Три дня?

Тогда он заберет маленького евнуха через три дня.

Резиденция Второго Принца.

Лин Сяо был заперт внутри целый день. Помимо двух девочек слуг, Цзи Сян и Фу Канг, Лин Сяо не мог встретить никого другого, включая Хонг Е.

А так как охранники следили за его дверями и окнами, он также не смог покинуть свою комнату

Лин Сяо, возможно, изучил некоторые боевые искусства, но он никак не мог выступить против многих из них.

Он мог быть только заперт здесь.

Однако Лин Сяо не был человеком, который просто сидел бы на месте. Поскольку его план побега был нарушен, разум Лин Сяо начал размышлять над Фу Юйцзюнем.

Он думал об использовании Фу Юйцзюня, чтобы убежать.

Вот почему сегодня Лин Сяо очень рано сказал Цзи Сян пригласить Фу Юйцзюня.

Однако, когда Цзи Сян вернулся, она заявила, что не видела Фу Юйцзюня. Она слышала, что он ушел очень рано во дворец.

Очевидно, что-то случилось с Императором Страны Шао.

Не имея других идей Лин Сяо мог ждать только Фу Юйцзюня. Тем не менее, Фу Юйцзюнь вернулся только в сумерках. Когда он вернулся в свою резиденцию, он даже не пригласил Лин Сяо, а сразу бросился прямо к нему во двор.

Лин Сяо удивленно уставился на него. Фу Юйцзюнь прямо сейчас показал довольно печальную фигуру, пот увлажнил его отворот одежды, а лицо было довольно бледным. Лин Сяо встал от шока, когда Фу Юйцзюнь быстро подошел к нему.

А потом он вытащил Лин Сяо за дверь.

Лин Сяо нахмурился и пошевелил рукой, чтобы вытянуть свою руку от Фу Юйцзюня: «Что случилось?»

Фу Юйцзюнь нахмурился и неловко посмотрел на Лин Сяо, открыв рот, чтобы что-то сказать, но из него не вышло ни звука. В конце концов, он притянул Лин Сяо к себе, довольно раздраженный, когда подтолкнул его к Сяо Фэнгу, который стоял у входа: «Сяо Фенг, возьми всех людей во дворе, чтобы спрятать и защитить его в секретной комнате».

«Ваше Высочество, вы…» - Сяо Фэнг опустил глаза, пытаясь что-то сказать, но Фу Юйцзюнь покачал головой: «Я могу сам уладить это, просто хорошо его защищай».

«Подожди…» - Лин Сяо не мог разобраться с ситуацией: «Что случилось?!»

Фу Юйцзюнь посмотрел на него со сложным лицом и не ответил на его вопрос. Скорее, он заставил себя улыбнуться и подошел к нему: «Боюсь, что дата нашего брака должна быть немного отложена».

Глаза Лин Сяо сияют, радуясь этому.

Улыбка Фу Юйцзюня стала еще более горькой при виде этого. Он поднял голову, чтобы растрепать волосы Лин Сяо: «Но то, что я обещал, я обязательно исполню».

«Это нормально, даже если вы не можете этого сделать», - тихо ответил Лин Сяо. Но видя Фу Юйцзюня таким серьезным, он просто не мог сказать эти слова.

Он молча поднял глаза, глядя прямо на Фу Юйцзюня.

Фу Юйцзюнь с любовью наблюдал за Лин Сяо, словно он пытался запечатлеть внешность Лин Сяо в глубине своего сердца, полный решимости и нежелания уходить.

Лин Сяо затрясся. С тех пор, как он встретил этого человека, взгляд Фу Юйцзюня носил всевозможные глубокие эмоции, намеренно или нет. Его зрение передало глубокое и любящее прикосновение, которое он видел много раз. Тем не менее, он чувствовал, как будто впервые, это имело большее значение.

Это трогательное и нежное выражение, казалось, прощалось с ним. У Лин Сяо было слабое чувство, что он что-то потеряет, потому что он неосознанно потянулся и потянул за руку Фу Юйцзюня.

Фу Юйцзюнь сдержался, глядя на Лин Сяо, дергающего его за руку, и немного отвлекся. Затем он слегка рассмеялся: «Увидеть, что ты пытаешься заставить меня остаться и почувствовать твою заботу, уже достаточно для меня».

Фу Юйцзюнь выпустил свою руку из руки Лин Сяо и успокоил: «Хорошо, я смогу уладить этот вопрос. Тебе просто нужно быть в безопасности и ждать меня...»

Фу Юйцзюнь обернулся и решительно выбежал на улицу, прежде чем в последний раз взглянуть на Лин Сяо, который не хотел уходить.

«......»

Лин Сяо замолчал. Что это за неописуемое чувство беспокойства? Он держал свою грудь, нахмурившись, глядя на спину Фу Юйцзюня.

«Молодой Мастер, давай уйдем». - Сяо Фэнг начал убеждать Лин Сяо.

«Как я могу уйти, когда вы, ребята, не говорите мне, что происходит? Мы спасаемся?»

Фу Юйцзюнь так часто избегал этой темы, и Лин Сяо немного рассердился. Такая ситуация, когда он должен быть защищен, даже не зная, что происходит, не помогла ему успокоиться, и не помогла ему почувствовать себя в безопасности.

Сяо Фэнг нахмурился на этот вопрос и неловко ответил: «Это… Поскольку Его Высочество не сказал вам об этом, он, вероятно, не хочет, чтобы вы переубедили его. Поэтому мне не о чем говорить».

Лин Сяо холодно улыбнулся: «Как я могу не думать об этом сейчас?»

Сяо Фэнг нахмурился и покачал головой: «Молодой Мастер, пожалуйста, не усложняйте жизнь этому подчиненному».

«Я не уйду, пока ты мне не скажешь!» - Видя, что попытка рассуждать с ним не работает вообще, Лин Сяо начал действовать бесстыдно.

Сяо Фэнг был беспомощен. Осмотревшись вокруг, увидев, что никого нет, он подошел наклонился к уху Лин Сяо и тихим голосом сказал: «Нынешний Император внезапно скончался. В его указе говориться, что его преемником на престоле является второй принц. Однако мы не знаем как, но Первый Принц завладел печатью армии и теперь хочет поднять восстание…»

«Что… Что?!» - Это ошеломило его, - «Как же могло случиться такое большое событие?!»

«Молодой мастер, давай уйдем и поговорим позже». - Сяо Фэнг волновался.

Лин Сяо теперь ясно осознавал серьезность ситуации и поспешно последовал за Сяо Фэнгом, чтобы спрятаться в секретной комнате, о которой упоминал ранее Фу Юйцзюнь.

Комната была довольно большая и могла вместить десятки телохранителей со двора, Сяо Фэнга и двух девочек слуг Цзи Сян и Фу Канг, при этом еще оставалось достаточно места.

Внутри была вода и еда, также было место для разведения костра. Оружие валялось повсюду.

Хонг Е здесь не было, что Лин Сяо показалось странным. Он спросил Сяо Фэнга о ней.

Сяо Фэнг ответил: «Хонг Е, вероятно, у Его Высочества».

«А?» - Лин Сяо было любопытно, он чувствовал, что есть много вещей, которых он не понимал.

Теперь, когда Сяо Фэнг привел Лин Сяо в безопасное место, он также расслабился и объяснил ему: «Его Высочество все время с подозрением относится к женщине по имени Хонг Е. Он не позволил бы этой женщине, которая является посторонней, следовать за Молодым Мастером. Таким образом, он взял Хонг Е с собой, когда ушел».

Теплое чувство текло через Лин Сяо. Хотя с головой Фу Юйцзюня происходило что-то странное, он все еще делал что-то ради него, например возвращался, когда это было опасно, просто чтобы отвести его в безопасное место. Такой человек действительно был дотошным и внимательным.

Если бы у него не было странных мыслей по отношению к нему, они могли бы стать хорошими братьями.

Лин Сяо поджал губы, затем открыл их, чтобы задать еще один вопрос: «Я слышал, что Императору Страны Шао только за тридцать, он был в самом расцвете его жизни. Также никогда не было никаких слухов, что он когда-либо болел, так как он мог так внезапно…»

«Это верно!» - Сяо Фэнг согласился, он также не понимал, что произошло. Он приблизился к Лин Сяо: «Император всегда чувствовал себя хорошо в прошлом, так что это неожиданно… К счастью, он давно намеревался передать титул Второму принцу и написал указ…»

«Первоначально, с помощью указа, Его Высочество мог бы сменить престол без того, чтобы страна погрузилась в хаос, однако… Этот Первый Принц каким-то образом заставил солдат восстать… Это…»

Говоря об этом, Сяо Фэнг был обеспокоен: «Теперь все военные на стороне Второго Принца, но Второй Принц не получил военного руководства. Он никак не сможет сражаться против трехсот тысяч военных сил Первого Принца!»

«Нет ли в суде никого другого с военной мощью?»

«У высокопоставленного чиновника Министерства по назначениям пятьдесят тысяч человек», - ответил Сяо Фэнг.

Лин Сяо нахмурился. Пятьдесят тысяч против трехсот тысяч было просто...

Они не могут просто сидеть здесь и ничего не делать! Иначе их ждет не прибытие Второго Принца, а Первого Принца!

Лин Сяо сжал губы и искал в голове что-нибудь полезное, пытаясь придумать, как помочь Фу Юйцзюню.

Он оглянулся вокруг, и в его голове промелькнул какой-то предмет. Его глаза загорелись, и он хотел встать.

Когда вдруг, дверь в секретную комнату была быстро открыта.

Сяо Фэнг и все остальные встали, подняли оружие и нервно смотрели на дверь, окружая Лин Сяо.

Они не знали, кто нашел это место.

Сяо Фэнг сглотнул и сделал худшее возможное действие. Он тихо отступил, пока не оказался перед Лин Сяо: «Молодой Мастер, если появится Первый Принц, мы его задержим. Пожалуйста, воспользуйтесь этой возможностью и бегите, не оглядываясь назад».

«……» - Лин Сяо замолчал, он не знал, как объяснить свое нынешнее чувство. Он вообще не был знаком с Сяо Фэнгом, он только знал, что он один из подчиненных Фу Юйцзюня.

Возможно, Сяо Фэнг просто защищал его из-за приказа Фу Юйцзюня. Однако, независимо от причины, от него была такая искренняя защита, что он был готов отбросить свою жизнь, заставляла глаз Лин Сяо чувствовать себя немного кислым, а в его сердце текла горячая кровь.

Это была горячая кровь, которая принадлежала исключительно мужчинам!

Эти люди были готовы отказаться от своей жизни за свою верность, в то время как Лин Сяо всегда дрожал от страха, боясь смерти и лелея жизнь. Он решил, что отпустит себя и попробует такую дружбу и верность, прожив свою жизнь, идя по тонкому льду.

С этими мыслями взгляд Лин Сяо стал тверже, и он поднял оружие с земли, следуя за их взглядами, чтобы тоже нервно уставиться на дверь. Он был полон решимости не отступать и продвинуться с этими людьми.

Сяо Фэнг подумал, что Лин Сяо искал шанс побежать, и он почувствовал себя намного спокойнее. Его взгляд вернулся ко входу.

Наконец-то, дверь была полностью открыта, и человека снаружи увидел Лин Сяо.

Это была красивая женщина в красном - Хонг Е.

Лин Сяо был поражен, даже Сяо Фэнг был удивлен.

Хонг Е вошла, ее холодный взгляд охватил всех людей внутри, пока она наконец не остановилась на Лин Сяо.

Она больше не несла соблазнительного и слабого поведения танцовщицы, скорее, от нее испускалась аура опасности, из-за чего Сяо Фэнг был очень настороже.

Увидев, как все были напуганы, Хонг Е холодно улыбнулась и посмотрела на Лин Сяо, ее глаза были полны презрения. Она подходила к нему шаг за шагом.

Сяо Фэнг охранял Лин Сяо. Отступив на два шага, он поднял оружие и угрожающе наблюдал за Хонг Е. Хонг Е не остановилась, и ее темп постепенно ускорился.

«Остановись!»

Сяо Фэнг громко крикнул, желая, чтобы его крик заставил Хонг Е уйти. Но Хонг Е столкнулся с этим, не показывая признаков остановки.

Оставшись без выбора, Сяо Фэнг приготовился сражаться вместе со всеми.

Однако Хонг Е была похожа на демона, и ей даже не понадобилось пятнадцати минут, чтобы сбить всех с ног.

Стоны раненых на земле доносились до ушей Лин Сяо, когда он поднял оружие. Он дрожал от изумления и ошеломленно смотрел на Хонг Е.

Хонг Е подошел к Лин Сяо и схватила его за запястье: «Молодой Мастер, пожалуйста, пойдемте со мной».

Сила Хонг Е была необычайно велика, она так сильно потянула Лин Сяо, что он тихо застонал от боли.

Хонг Е слегка ослабила хватку и использовала меньше силы, когда услышала его стон. Глаза Лин Сяо сверкнули, когда он почувствовал, что Хонг Е не была враждебна к нему.

Он собрал свое мужество и начал сопротивляться: «Я не пойду».

«Молодой мастер». - Хонг Е нахмурилась, она не могла понять, почему.

Лин Сяо ответил: «Я... Почему я должен идти с тобой? Кто ты?»

Хонг Е чувствовал себя неловко: «Может Хонг Е скажет вам, когда мы выберемся отсюда? Я бы хотела, чтобы вы пошли со мной сейчас».

«Я никуда не пойду, если ты не объяснишь все должным образом». - Лин Сяо холодно улыбнулся.

У Хонг Е не было другого выбора, кроме как подойти ближе к Лин Сяо и тихо сказать ему. «Император Страны Му сказал мне, чтобы я пришла и защитила вас».

Лин Сяо удивленно уставился на Хонг Е с широко открытыми глазами. Хонг Е кивнула ему.

В этот момент Хонг Е и Лин Сяо были очень близко. Кроме того, Хонг Е совсем не защищала себя от Лин Сяо.

В глазах Лин Сяо мелькнули следы хитрости. Хонг Е почувствовала только боль в животе, и ее тело сжалось. Она вообще не могла двигаться.

Она в шоке уставилась на Лин Сяо. Лин Сяо поднял руку двумя пальцами нажал на точку давления. Улыбнувшись Хонг Е, он сказал: «Единственная полезная вещь, которую я узнал от Фу Юйцзюня, это удар по точке давления…»

«Молодой Мастер!» - Хонг Е была раздражена. - «Я здесь, чтобы защитить вас!»

Хонг Е заскрежетала зубами, когда шептала.

Лин Сяо поднял бровь и тем же тихим тоном ответил: «Я слышал, что ты сказала, но принимаю ли я твою защиту, это мой выбор».

«Сяо Фэнг, поторопись и найди толстую веревку, чтобы связать ее». - Лин Сяо обеспокоился тем, что его умение удерживать точку давления не продержится долго, и позвал человека на земле.

Сяо Фэнг держась за свою рану, отошел обратно. Он искал вокруг, прежде чем нашел толстую веревку.

Лин Сяо поспешно связал Хонг Е. Чтобы убедиться, что узел крепкий, он завязал несколько разных узлов на конце веревки.

К тому времени, когда Лин Сяо покончил с этим, Сяо Фэнг уже закончил проверку всех пострадавших. Он оттянул некоторых из них в угол, чтобы они отдохнули и исцелились.

Осмотревшись вокруг и увидев, что помимо Хонг Е, которая была там, где находился Лин Сяо, остальные лечили свои раны и отдыхали, и не обращая на него больше внимания, он подошел к Хонг Е и тихо спросил: «Император все еще в Стране Шао, сейчас?»

«Да». - Хонг Е ответила очень неохотно.

«Тогда…» - Лин Сяо контролировал его взгляд. - «Причастен ли Император к делам Страны Шао?»

Хонг Е услышала и резко посмотрел на Лин Сяо, казалось, не понимая, почему Лин Сяо, думал об этом...

Лин Сяо сжал губы: «Скажи мне правду».

Хонг Е. отвернулась и сказала: «Я не уверена, я получила только команду защитить тебя».

Лин Сяо нахмурился и спросил: «Тебя не забрал Фу Юйцзюнь? Как ты здесь оказалась?»

«Я знаю одну или две хитрости». - Хонг Е избегала ответа.

Лин Сяо спросил: «Как поживает Фу Юйцзюнь?»

Хонг Е была недовольна: «Молодой Мастер, все ваши действия и поступки, по-видимому, ради Фу Юйцзюня, почему вы всегда так много думаете о Фу Юйцзюнь? Император - ваш муж».

«……» - Лин Сяо на мгновение задохнулся и уставился на Хонг Е, моргая, когда уголок его рта дважды дернулся, и он спросил: «Кто тебе это сказал?»

«Мне действительно нужно объяснять это? Вся Страна Му празднует. Через десять дней будет день, когда Император примет Короля-Супруга. Это также день, когда Император присвоит вам титул. Страна Му сейчас гудит от радости, кто не знает, что в будущем первым королем-супругом станет Лин Сяо?»

«……» - Лин Сяо безучастно смотрел и вспоминал указ Императора Страны Му, когда уходил. Осталось всего десять дней, прежде чем он получит титул короля-супруга, но…

Лицо Императора появилось в мыслях Лин Сяо, заставив его лицо нагреться и покраснеть. Его сердце начало пульсировать и учащенно биться. С внезапным теплом, которое он почувствовал в своем теле, его сердце снова погрузилось в хаос...

Он повернулся, чтобы уклониться от линии взгляда Хонг Е, словно прячась, и ушел.

Глава 56 - Очень Интеллектуальный

Император, молча, преодолел тысячи миль от Страны Му до Страны Шао. Лин Сяо смутно предполагал, что у него была цель для этого.

И эта цель не состояла в том, чтобы вернуть его.

Иначе он мог забрать его той ночью...

Думая об этом, Лин Сяо чувствовал себя чрезвычайно запутанным. Он не знал, должен ли он быть более счастливым или более грустным.

Кроме Императора, теперь, когда Фу Юйцзюнь находился в кризисе, он не мог просто игнорировать это.

Во-первых, Лин Сяо не сможет просто сидеть и наблюдать со стороны, позволяя Фу Юйцзюню умереть. Во-вторых, если это будет Первый Принц, который постучится в дверь после избиения Фу Юйцзюня, будет ли его собственный конец хорошим, если он попадет в его руки?

И даже если предположить, что Хонг Е действительно его защитит, и ему удастся избежать того, что Первый принц с ним расправится, он все равно окажется в руках Императора...

И если бы такое действительно произошло, то для него было бы...

Лин Сяо внезапно задрожал от холода... Он быстро покачал головой, чтобы не думать дальше.

Так не пойдет! Будь то для себя или по какой-то другой причине, он не может позволить Фу Юйцзюню даже случайно проиграть!

Однако попытка спасти Фу Юйцзюня… Было легче сказать, чем сделать.

Видя, как пятьдесят тысяч солдат и лошадей направляются в бой против трехсот тысячной армии, Лин Сяо не знал, стоит ли ему хвалить Фу Юйцзюня за его большое мужество или ругать его за глупость.

Не было никаких сомнений в том, что он просто собирается умереть. Единственными вещами, которые могли спасти его сейчас, было современное оружие, такое как пистолеты или порох...

Думая об этом, Лин Сяо оглянулся вокруг, и его взгляд упал на уголь в углу комнаты. Он знал, что каменные стены содержали селитру, и он догадывался, что вещество, используемое для защиты от насекомых, которое распространялось вокруг него, содержало серу. Вспышка осознания промелькнула в его глазах, план сформировался в его голове. Его взгляд упал на Сяо Фэнга.

Он нуждался в поддержке для своего плана и для работы.

С этими мыслями Лин Сяо подошел и сел рядом с Сяо Фэнгом. Он посмотрел на раны на его теле и по-дружески спросил: «Сяо Фэнг, как твои травмы?»

«Я в порядке, это всего лишь несколько телесных ран. Молодому Мастеру не нужно беспокоиться, этот подчиненный защитит вас». - Сяо Фэнг лояльно ответил, но в его глазах мелькнула обманчивость, словно он пытался понять, о чем думал Лин Сяо.

Лин Сяо усмехнулся. Достигнув нынешней ситуации, какая польза для его исследования?

Хотя он не очень хорошо знал Сяо Фэнга, он все же слышал о нем. Его повседневное поведение было гладкое, но в то же время скрытое и расплывчатое. Однако его боевые искусства были не так хороши. Несмотря на это, у него есть стратегии за стратегиями которые очень ценятся Фу Юйцзюнем. Когда Фу Юйцзюнь отправился в Страну Му, он привел Сяо Фэнга с собой, а теперь он доверил ему Лин Сяо.

Сяо Фэнг также не преминул оправдать щедрое обращение Фу Юйцзюня. В момент кризиса он все еще старался помочь Фу Юйцзюню.

Он был верным и надежным человеком.

Думая об этом, Лин Сяо подошел к нему ближе и тихо спросил: «Императорский гвардеец Сяо, ты беспокоишься о Втором принце?»

Услышав этот вопрос, Сяо Фэнг замолчал, его взгляд замер. Лин Сяо понял, что это молчание означает, что Сяо Фэнг волновался.

Предполагая это, Лин Сяо воспользовался возможностью и попытался почувствовать желание Сяо Фэнга.

«Если бы мы вышли и спасли его…»

«Нет!» - Сяо Фэнг немедленно нахмурился и прервал Лин Сяо: «С этими немногими людьми… Не говоря уже о том, что мы не сможем спасти Его Высочество, если мы поспешно выйдем на улицу, мы только оборвем наши жизни. Более того, Его Высочество сказал этому подчиненному, чтобы Молодой Мастер был в полной безопасности. Если что-то случится с Молодым Мастером, то, как этот подчиненный объяснит это Его Высочеству?»

Лин Сяо подстрекал его после того, как услышал: «Если он умрет, то что бы ты объяснил?»

«!» - Сяо Фэнга неожиданно потрясли эти слова, вызвав у него на них сильную плохую реакцию. Он уставился на Лин Сяо, его глаза были полны недовольства.

Напротив глаз Сяо Фэнга, глаза Лин Сяо были спокойны.

Сяо Фэнг посмотрел на другого человека, глаза которого были загадочными, а лицо спокойным. Такая устойчивая красота, хотя тело Лин Сяо не было ни крепким, ни большим, но все равно давало ему чувство безопасности и успокаивало его.

Он слегка нахмурился, но мысленно все же принял то, что сказал Лин Сяо.

Он долго молчал, прежде чем в его глазах промелькнули следы хитрости, когда он спросил: «То, как спрашивает Молодой Мастер, означает ли это, что у Молодого Мастера уже есть план?»

Лин Сяо удивленно поднял бровь. Неудивительно, что Сяо Фэнг был достоин быть кем-то важным для Фу Юйцзюня. За такое короткое время он уже видел его попытку и понял, что означают слова.

Лин Сяо слегка улыбнулся. Не планируя продолжать виться вокруг куста, он однозначно заявил: «У меня есть способ спасти его, однако сначала мне нужно задать тебе вопрос. Все ли здесь готовы следовать за мной? Они могут не вернуться живыми».

Сяо Фэнг торжественно сжал брови в ответ на этот вопрос. Взглянув на Лин Сяо, он нерешительно сказал: «Молодой мастер, можно ли тебе поделиться этим с подчиненным, чтобы он мог взять людей и пойти сделать это? Молодому Мастеру не нужно выходить на улицу, и Молодой Мастер может просто остаться здесь. В конце концов, если что-то случится с вами…»

Отрезав опасения Сяо Фэнга, Лин Сяо усмехнулся: «Просто подумай об этом, если бы вы, ребята, все равно должны умереть, оставалось ли бы здесь пребывание лучшим решением? Можно просто взять меня с собой и поработать со всеми и сделать это. Кроме того, я не думаю, что мы проиграем».

Видя, что Лин Сяо так уверен в результате, Сяо Фэнг с любопытством спросил: «Молодой Мастер, что вы имеете в виду?»

Услышав это, Лин Сяо немного подумал, затем поднял бровь и сказал: «Я знаю, как сделать кое-что, что позволит Его Высочеству переломить ситуацию и полностью победить армию Первого Принца».

Сяо Фэн был встревожен: «Вы, должно быть, шутите, верно?»

Сяо Фэнг поджал губу и замолчал, кивая Лин Сяо. Он знал, что у Второго Принца большие проблемы. Если принц не сможет остановить врага, он не будет в безопасности.

Если бы действительно было что-то, что могло бы позволить Второму Принцу переломить ситуацию, тогда было бы лучше, если бы они не прятались здесь.

Размышляя в этом духе, Сяо Фэнг, казалось, принял важное решение, сжав зубы, он встал и опустился на колени перед Лин Сяо: «Если то, что говорит молодой мастер, правда, то этот подчиненный будет следовать за планом молодого мастера и подчиняться».

Все остальные люди встали и опустились на колени перед Лин Сяо, когда увидели, что Сяо Фэнг делает так: «Мы, подчиненные, будем также следовать плану молодого мастера и подчиняться».

Это был не первый раз, когда многие мужчины становились на колени перед Лин Сяо. В прошлом, когда он был на стороне Императора, он был ранен, и все присутствующие на коленях склонились в его сторону из-за действий Императора. Лин Сяо знал, что они делали это из-за престижа Императора.

Однако, прямо сейчас все люди перед ним кланяются ему. Поскольку мужчины стремятся далеко уйти, и оставить свое имя и знак позади, эта сцена разожгла Лин Сяо, и его сердце начало биться быстрее. Он потерял дар речи от волнения.

С точки зрения других, довольно внушительная манера возникла из маленького тела Лин Сяо. Более того, его спокойная и собранная внешность, когда он сталкивался с их послушанием, ни рабским, ни властным, неосознанно заставляла всех чувствовать себя немного более уверенно, поэтому они опустили головы еще более уважительно.

Видя это, Сяо Фэнг поднял голову: «Молодой Мастер, если вы действительно сможете спасти Принца, тогда вы будете благодетелем Страны Шао. Вся Страна Шао будет вам глубоко благодарна».

Слова Сяо Фэнга привели в чувство Лин Сяо, и он немного успокоил свое возбужденное сердце. Поддерживая его, он тихо сказал: «Встань. Если ты действительно так думаешь, тогда поверь мне».

Хотя он сказал это с уверенностью, Лин Сяо все же нервничал в своем сердце.

По его воспоминаниям он знал, что здесь есть материалы, которые можно использовать для производства пороха.

Все было здесь

Но…

Хотя Лин Сяо однажды незаметно сделал порох в лаборатории университета Цзиньхуа из любопытства в наше время и даже преуспел, он никогда не пытался делать порох в этом мире.

Кроме того, в современной лаборатории все материалы, которые он использовал, были готовы. В случае, если он смешает материалы, которые у него сейчас есть… И они содержат неизвестные вещества… Если что-то пойдет не так…

Лин Сяо вздохнул. Хотя он знал, что это опасно, у него не было никакой возможности колебаться. Он мог только попытаться увидеть, насколько эффективен золотой палец, который он получил благодаря своему перерождению.

С этими мыслями Лин Сяо встал и велел всем перенести необходимые материалы в камин.

Хонг Е. все наблюдала и молча смотрела вниз. Ее акупунктурная точка уже была разблокирована, и веревки были ничем против нее. Она была вполне способна захватить Лин Сяо и прямо сейчас привести его на сторону Императора.

Но…

Хонг Е мрачно спрятала свой взгляд. Император так сильно баловал Лин Сяо, но этот человек никогда не ценил его доброту. Это действительно разозлило Хонг Е и обидело.

Она хотела дать Лин Сяо хороший урок, но то с какой заботой оберегал его Император… Если она лично что-то с ним сделает, она обязательно будет наказана Императором...

По этой причине Хонг Е не смела открыто не любить Лин Сяо.

Но теперь Лин Сяо сам преследовал смерть, и, похоже, ее вмешательство больше не нужно.

Она была «связана», «ограничена» и «совершенно бессильна».

Хонг Е опустила голову, скрывая следы интриги на ее лице.

***

Огонь можно было увидеть повсюду с бесконечным дымом. Триста тысяч солдат уже устремились к Императорскому дворцу, в то время как Фу Юйцзюнь уже защищался от них с полсотни тысяч на весь день.

Пятьдесят тысяч солдат и лошадей убили многочисленных врагов, получив при этом лишь небольшой урон. Фу Юйцзюнь использовал свой интеллект и расставлял ловушки за ловушками, заставляя другую армию попадать в них одну за другой, убивая их весь путь.

Вот так прошел день убийства бесчисленных войск и лошадей ...

Однако, глядя из высокого Императорского дворца, количество войск и лошадей, которые стояли снаружи, становилось только больше, а не меньше.

Фу Шанцзюнь, его великий Имперский Брат, каким-то образом получил больше войск и лошадей из других мест!

Кто-то сдался?

Нет, возможно, что Имперский Брат был побужден другой великой страной и совершил какую-то сделку в темноте.

Лицо Фу Юйцзюня потемнело. Если Императорский Брат хотел стать Суверенным Королем, то Фу Юйцзюнь не мог позволить ему этого сделать. Но он понимал, Императорского Брата слишком хорошо. Как тот, кто не имеет устремлений и знает, только как есть и играть, как мог его Императорский Брат внезапно устроить восстание? Должно быть, кто-то провоцирует его за спиной.

И этот человек, скорее всего, был кем-то из другой страны...

Фигура Императора Страны Му мелькнула в голове Фу Юйцзюня, заставляя его сжать кулак.

Страна Шао не может попасть в руки другой страны! На этот раз, даже если им придется сражаться до смерти, он все равно должен защищать Императорский дворец!

Фу Юйцзюнь стиснул зубы. Обернувшись, он увидел только своих солдат, полностью утомленных, лежащих повсюду. Их физическая сила была явно истощена...

Между тем люди за пределами дворца были в отличном настроении, их моральный дух был совершенно высок.

С ситуацией, которая сложилась, как они могут дать отпор?

Отчаяние внезапно поднялось в его сердце. Он действительно так проиграет?!

Внезапно раздался громкий звук «БУМ!», Поразивший Фу Юйцзюня, он оглянулся.

Снаружи дворца он увидел как густой дым, поднимающийся из дыры, которая была взорвана в земле.

Падшие солдаты были засыпаны землей, либо ранены от взрыва, либо, возможно, захваченные какой-то злой силой, которая заставила их случайно потерять сознание от этого кратера.

В ужасе от того, что они только что засвидетельствовали, это было неожиданно и разбило часть армии Фу Шанцзюня, солдаты бросились прочь от дыры в земле.

Фу Юйцзюнь был поражен и пристально посмотрел на сцену ниже.

Вскоре после этого издали виднелась конная повозка. Лошадьми воспользовались отступающие солдаты, которые не осмеливались подойти к картеру, бросаясь прямо к Императорскому дворцу.

Внутри конной повозки были помещены многочисленные бамбуковые трубы, в то время как охранники с мечами были окружены вокруг нее. У охранников, которые держали факелы, были потерянные лица.

Двое, сидели спереди, один направлял карету, а другой просто сидел рядом с ним, они также были одеты в плащи.

Фу Юйцзюнь чувствовал, что фигуры были ему довольно знакомы. Однако, поскольку он был слишком далеко, он не мог ясно видеть, кто эти люди.

Единственное, что он видел, было то, как эти люди грубо и безудержно разбивали армию Фу Шанцзюня, устремляясь прямо к Имперскому дворцу, не заботясь ни о чем другом.

Выбрав место, которое было только что взорвано, они продолжали скакать дальше. Это было мудрое решение с их стороны, так как солдаты не осмеливались случайно подойти к этому месту. Однако, поскольку земля тоже не была выровнена, она создавала большие препятствия для движения вперед.

Когда солдаты пришли в себя, они начали нападать на людей, сидящих в карете.

Фу Юйцзюнь был покрыт холодным потом, он с большим трудом наблюдал за тем, как экипаж вражеской атаки напал на этот экипаж. Двое в вагоне, скорее всего, не были частью армии Фу Шанцзюня, иначе они бы не подверглись нападению.

Значит это те, кто на его стороне. Их цель приближения была совершенно ясна, пересечь вражескую армию и прибыть в Императорский дворец.

Значит ли это, что они хотели положиться на карету, чтобы ворваться во дворец?

Это слишком своевольно!

Фу Юйцзюнь неосознанно схватился за перила, держась так крепко, его руки были белыми. Несколько глубоких следов отпечатков пальцев были на подлокотнике.

Когда он увидел, что солдаты в этом районе полностью окружают людей на карете, сердце Фу Юйцзюня подпрыгнуло к его горлу.

Лин Сяо сидел рядом с Сяо Фэнгом, который ехал в карете. Видя движения солдат, он внезапно приказал что-то окружающим их охранникам и каждый схватить бамбуковую трубку и зажег предохранитель на ней. Затем они бросили его в направлении солдат, которые приближались к ним.

Бум!

Бум!

Бум!

Несколько громких звуков, как тот, что был прежде, эхом отразились в округе, когда они упали на землю и вызвали дым. Дым и пыль поднялись в небо, из-за чего Фу Юйцзюнь, находившийся наверху стены, на данный момент не мог видеть ситуацию ниже.

Когда пыль рассеялась, Фу Юйцзюню удалось увидеть солдат, которые стояли внизу, разрушенные до неузнаваемости. Кусочки солдат были разбросаны по окрестностям, и лежали неподвижно. Было неизвестно, были ли они живы или мертвы.

А что касается людей в карете, ни один волос их не пострадал, когда они твердо направились во дворец.

У Фу Юйцзюня на лице было изумление. Эта карета была действительно удивительной, скорее, следует сказать, что те вещи, которые выбросили охранники в карете, были удивительными.

Фу Юйцзюнь очистил лицо, а затем уставился на два сидения в положении водителя.

Один концентрировался на управлении каретой, а другой поворачивался, чтобы время от времени что-то кричать. Он, казалось, постоянно наблюдал за своим окружением, поэтому было ясно, что он был командиром этой группы.

Этот человек был одет в голубую вышитую одежду. Он был спокоен и сосредоточен перед этой ситуацией, и перед армией. Его спокойные и неторопливые приказы внушали ему восхищение от всего сердца.

Фу Юйцзюнь не мог не посмотреть на него еще несколько раз, и он чувствовал, что общий вид и фигура его внешности несколько знакомы...

Он выглядит как…

Его глаза расширились от шока, когда в его голове промелькнула слабая фигура.

Разве этот человек... Человек, которого защищал Сяо Фэнг - Лин Сяо?!

Фу Юйцзюнь напугал себя этой мыслью, и холодный пот скатывался по его телу. Затем он увидел, как человек снял саван, раскрыв под ним тонкое и красивое лицо, это было лицо человека, которого он считал своим.

Фу Юйцзюнь стиснул зубы. Гнев явно был на его лице, когда он топал вниз по лестнице и быстро открыл дверь дворца. Он приводил своих людей с собой, чтобы окружить карету.

Лин Сяо понял, что Фу Юйцзюнь послал людей, чтобы помочь им, когда увидел это, и он вздохнул. Его ноги настолько ослабли, что он не смог сойти с кареты. Он только поставил ноги на землю, когда его внезапно потянуло в сторону. Таким образом, его лицо ударилось о крепкую стену, запах густого мужского тела наполнил его нос.

Лин Сяо сморщил брови и резко оттолкнул его, только чтобы увидеть Фу Юйцзюня с грустным лицом.

Лицо и одежда Фу Юйцзюня были покрыты пылью и запятнаны кровью. Лин Сяо не знал, было ли все это кровью других людей или его собственной.

Прямо сейчас он смотрел на Лин Сяо с выражением, которое казалось злым, а также с удивлением и восхищением.

«Зачем ты пришел сюда?!» - ругал его Фу Юйцзюнь, его лицо выражало сильные страдания.

Лин Сяо был потрясен его выражением лица и немного неловко опустил голову: «Разве мы здесь, не для того, чтобы спасти тебя…»

Он закашлялся.

«Хорошо, давайте сначала победим этих парней, а потом поговорим».- Лин Сяо прервал Фу Юйцзюня, глядя на приближающуюся армию.

Остальные тридцать тысяч солдат вышли сражаться, окружив Лин Сяо и Фу Юйцзюня, чтобы защитить их. На улице армия теневого Фу Шанцзюня остановилась.

Судя по количеству мужчин, Фу Шанцзюнь явно имел преимущество. Фу Юйцзюнь уже рассчитал наихудший возможный исход, пытаясь придумать, как ему защитить Лин Сяо.

Но Лин Сяо неожиданно забрался обратно в карету, поразив Фу Юйцзюня. Он поспешно вытащил его обратно и спросил: «Что ты делаешь? Лучники на этой стороне сделают тебя мишенью, если ты встанешь на карету».

«Все хорошо!» - Лин Сяо встряхнул его. - «Во всем есть риск. Все, что вам нужно сделать, это убедиться, что эти люди не подходят ко мне. Остальные будут рассчитывать на секретное оружие!»

Секретное оружие?

Фу Юйцзюнь сомневался. Сяо Фэнг подошел к нему, увидев его неверие, и сообщил: «Ваше Высочество, это что-то под названием «порох». Молодой Мастер сделал это, и он обладает огромной силой. Эта вещь может позволить одному человеку победить сотню».

Сяо Фэнг указал на бамбуковые трубки в карете, направляя на них взгляд Фу Юйцзюня, который не был впечатляющим. Было ли это действительно так необычно, как сказал Сяо Фэнг? Фу Юйцзюнь был очень подозрительным, поэтому Сяо Фэнг объяснил: «Ваше Высочество, не смотрите свысока на эти вещи. Даже при том, что они выглядят настолько обычными, громкие звуки, которые вы слышали, исходили от них».

Фу Юйцзюнь был поражен, наблюдая, как Лин Сяо направляет людей, которых он привел с собой, стоящих на вершине экипажа. Все окружающие люди подняли свои щиты, в то время как люди внутри всех зажгли свои бамбуковые трубки и бросили их в места, которые Лин Сяо указал вдалеке...

Бум!

С каждой брошенной бамбуковой трубкой сразу был слышен громкий звук. Затем в этом районе раздался мучительный вопль противника, а также звук умирающих солдат.

Эта вещь действительно обладает огромной силой! Это сделал маленький слуга?

Этот маленький слуга был таким удивительным!

Фу Юйцзюнь посмотрел на Лин Сяо и увидел, как он величественно стоит на карете, направляя всех в бою в полную силу.

Лицо маленького слуги было спокойным, и его действия тоже были спокойными. Как будто победа в этой битве была уже в его руках, что, несомненно, повысило боевой дух солдат.

Это заставило людей проявить свою веру в Него, всем у кого она есть, от всего сердца.

Фу Юйцзюнь наблюдал за ним, его сердце пульсировало, и в его глазах постепенно появилась одержимость.

Он вздохнул… Он любил этого маленького слугу…

Он так отличается от остальных.

Он явно боялся смерти, но в решающий момент он не уходил.

Он был явно чрезвычайно робким, но в решающий момент мог быть таким величественным и резвым.

Он был явно чрезвычайно талантлив, но всегда скрывался в толпе.

Он был таким тихим и сдержанным...

К счастью, Фу Юйцзюнь нашел его, того, кто так отличался от массы людей.

За то, что он не пропустил Лин Сяо, Фу Юйцзюнь чувствовал себя счастливым и радовался тому, что он был очарован им.

Он думал, что в этой жизни, вероятно, не будет других, которые могли бы тронуть его сердце.

Лин Сяо точно направлял людей на его стороне, в то время как люди на стороне Фу Юйцзюня препятствовали продвижению врага. Наконец, кто-то заметил, что это был Лин Сяо.

Они сделали Лин Сяо своей основной целью, лучники нацелили на него луки, которые стояли на карете и отдавали приказы.

По приказу Фу Шанцзюня скрытый лучник выпустил стрелу в сторону Лин Сяо.

У Фу Юйцзюня были зоркие глаза, и он увидел стрелу, и увел Лин Сяо с пути скрытой атаки, выражение его лица было мрачным в этот момент.

Лин Сяо безучастно расширяет глаза, испуганно прислонившись к Фу Юйцзюню, его ноги несколько ослабли.

Он почти... Пошел к своему Создателю...

Видя это, сердце Фу Юйцзюня болело. Он утешительно погладил голову Лин Сяо, глядя на далекий огонь и дым. Фу Юйцзюнь принял решающее решение в своем сердце.

Он глубоко вздохнул и трогательно поцеловал лицо Лин Сяо. Затем он прошептал ему на ухо: «Если я не смогу здесь победить и погибну, тогда я оставлю Страну Шао в твоих руках».

Сказав эти слова, Фу Юйцзюнь взял откуда-то сверток и быстро сжал в своих объятиях Лин Сяо. Он протянул руку и схватил меч Сяо Фэнга, толкая Лин Сяо к нему, и снова предупреждая его: «Защити его ценой своей жизни, понял?»

Увидев торжественное и обязательное выражение лица Фу Юйцзюня, Сяо Фэнг поймал Лин Сяо, подавив его замешательство. Он только сказал: «Понял».

«Подождите, что вы пытаетесь сделать?» - Лин Сяо пришел в себя после испуга и беспокойного вопроса Фу Юйцзюня.

Фу Юйцзюнь улыбнулся ему, показывая свои чистые белые зубы. Это выглядело так же, как безудержная улыбка, которую он получил в прошлом, когда впервые встретил его в Стране Му.

«Чтобы поймать вора, сначала поймайте короля». (Из тридцати шести стратегий (искусство войны): то есть, чтобы иметь возможность уничтожить армию, сначала вы должны захватить ее голову, поскольку армия без лидера развалится).

- С этими словами он повернулся и прыгнул на лошадь, меч вырвался наружу.

Чтобы поймать вора, сначала поймайте короля?

Он идет за жизнью Фу Шанцзюня???

Лин Сяо был удивлен и поспешно побежал, вперед пытаясь остановить его: «Подожди, вернись, Фу Юйцзюнь! Порох был смешан с сонным наркотиком! Ты потеряешь сознание, если пойдешь туда!»

Фу Юйцзюнь услышал его слова и повернулся, чтобы посмотреть на него. Его глаза выражали много всего, но также Лин Сяо было ясно - Фу Юйцзюнь не повернет назад.

Он уже дал свое слово. К счастью, он услышал его и, по крайней мере, знал о сонном наркотике, поэтому он мог, по крайней мере, избежать этого.

Лин Сяо повезло поймать тяжелую связку, которую он теперь держал. Он опустил голову, чтобы взглянуть на нее, и неожиданно обнаружил, что это была Печать Нефритового Правителя Страны Шао вместе с посмертным указом предыдущего Императора...

Такая важная вещь!

Лин Сяо внезапно почувствовал, как его руки горят, и чуть не выбросил то, что держал. Но, в конце концов, он все еще молча принял это.

Этот Фу Юйцзюнь был слишком ненадежным, он бросил ему такую важную вещь!

Он не может позаботиться об этом!

Он стиснул зубы и забрался обратно в карету. Он уставился на фигуру, которая была уже далеко. Сжав руку, он направил ее вверх, чтобы снова бросить порох. Он собирался помочь Фу Юйцзюню, пройти через это!

Способ Фу Юйцзюня был, несомненно, не лучшим способом!

Император сидел высоко, молча наблюдая за всем, что происходило внизу. Его взгляд наконец-то остановился на Лин Сяо, который стоял на карете, его губы сжались.

Этот маленький евнух действительно дал ему новый уровень уважения к нему.

С таким талантом он мог понять, почему он продолжал пытаться сбежать из дворца.

Пребывание в этом маленьком гареме действительно было неправильным.

Как и следовало ожидать, он должен был относиться к нему более конкретно и уважительно.

Император все обдумал, а затем встал.

Выражение его лица было неуверенным, в результате чего стражники рядом с ним поверили, что он злится. Они быстро присели на пол и попросили прощения: «Ваше Величество, пожалуйста, успокойтесь. Генерал Лан будет скоро здесь, второй принц страны Шао не сможет сбежать».

Император бросил легкий взгляд на то, что сказали имперские охранники позади него. Чемберлену стало известно, что он не должен случайно угадывать, о чем думает Император, он испугался и был в холодном поту. Через некоторое время Император тихо сказал, обернувшись: «Пойдем и посмотрим внизу».

«Да». - Чемберлен облегченно вздохнул, принимая приказ.

Похоже, что Император не разозлился, скорее, его настроение все еще было довольно хорошим. В противном случае Император не позволил бы так легко укрыться от стражи, считая прибытие генерала Лана победой. Если он допустит ошибку, Император получит его голову.

Глава 57 - Тот, кто дергает за ниточки

В конце концов, Фу Юйцзюнь все же поймал Фу Шанцзюня. Солдаты, потерявшие своего хозяина по большей части решили сдаться.

И, таким образом, этот фарс медленно тянулся под тяжелым занавесом.

С огнем и дымом фасад Императорский дворец выглядел пепельным и стертым с лица земли.

Трупы валялись повсюду, делая вид людей ужасным.

Жители столицы уже давно сбежали, из-за чего город превратился в город-призрак. Кроме того, более пятидесяти процентов домов в настоящее время лежали в руинах из-за войны, что делало атмосферу еще более опустошенной и темной.

Фу Юйцзюнь бросился прямо на линию фронта и смог поймать Фу Шанцзюня своими исключительными боевыми искусствами, что привело к проигрышу вражеской армии и победе в войне. Однако, получив город таким, каким он был сейчас, как кто-то может чувствовать себя счастливым от такой победы?

Лин Сяо сохранял спокойствие, когда его взгляд упал на ужасные трупы. Он осторожно прошел через них, держа маленький сверток, прежде чем наконец оказаться перед Фу Юйцзюнем.

Тело Фу Юйцзюня было полно ран, намотанных слоями повязок, но кровь все еще просачивалась. Тем не менее, он как будто не мог чувствовать боль, просто стоял и смотрел на город, его лицо было полно беспокойств. Его опущенные губы и нахмуренные брови показывали, что он очень обеспокоен.

Лин Сяо тихо вздохнул и потянулся, чтобы слегка похлопать Фу Юйцзюня по плечу.

Фу Юйцзюнь внезапно пришел в себя и поднял голову, чтобы посмотреть на Лин Сяо.

Лицо Лин Сяо в настоящее время было покрыто пылью и пеплом, его волосы были беспорядочными, в то время как его одежда была разорвана во многих местах. Он казался очень измученным и истощенным, но выражение его лица все еще было очень ясным, его живой взгляд пронзил сердце Фу Юйцзюня. Его сердце смягчилось.

Лин Сяо передал сверток в руках обратно ему: «Нет никого лучше, чтобы спасти такого рода вещи, чем вы сами».

Фу Юйцзюнь посмотрел на вещи в комплекте и не отказался забрать их у Лин Сяо. Он положил предметы обратно в широкие рукава.

Лин Сяо увидел, что он забрал их у него и, наконец-то, вздохнул с облегчением.

Фу Юйцзюнь слегка улыбнулся, увидев это. Он протянул руку, чтобы притянуть ближе Лин Сяо: «На этот раз, если бы тебя здесь не было, тогда не было бы и Фу Юйцзюня».

Фу Юйцзюнь говорил искренне, его лицо было полно благодарности.

Лин Сяо, который первоначально хотел сопротивляться тяге, успокоился, когда увидел это.

Он медленно вдохнул и покачал головой: «Вы также помогли мне ранее, я просто не хочу, чтобы с хорошим братом случилось что-то плохое».

«Братом?» - Фу Юйцзюнь поднял бровь, наблюдая за Лин Сяо.

Лин Сяо очень уверенно кивнул. Это явление говорило Фу Юйцзюню, что они были самыми близкими братьями в мире, кроме этого, больше ничего не было.

Фу Юйцзюнь усмехнулся при этом виде и положил руки за спину, дразня его: «Знаешь ли ты, мы в Стране Шао, придаем большое значение нашей родословной, могли бы муж и жена называть себя братьями?»

«!» - Лин Сяо расширил глаза, в шоке. Его смущенная внешность была очень милой, и ему удалось еще немного улучшить настроение Фу Юйцзюня.

Он продолжал дразнить его: «Я так счастлив, что ты наконец-то признал, что мы муж и жена».

«……» - Лин Сяо нахмурился и хотел возразить, но, увидев дразнящее выражение лица другого, которое, наконец-то, вернулось к его прежнему выражению, он не мог заставить его снова думать о скорбящих делах. Он не хотел видеть его с таким печальным лицом ...

Лучше всего было наслаждаться вещами, пока они это могли, поэтому Лин Сяо сжал губы и промолчал.

Фу Юйцзюнь, естественно, знал, о чем думал Лин Сяо, просто посмотрев на его выражение лица. Он был тронут беспокойством Лин Сяо по поводу своего настроения, а также был благодарен, что этот человек спас его от бедствия.

Он молча сжал руки за спиной, погружаясь в свои мысли.

Этот человек даже воспринимал его настроение, так как он мог заставить его сделать то, что тот не хотел?

Фу Юйцзюнь поджал губы, молча, принял решение в своем сердце и ослабил крепкую хватку на руках. Он прошел мимо Лин Сяо и сказал: «Если ты действительно не хочешь выходить замуж за меня, тогда мне просто придется подождать того дня, когда ты искренне согласишься».

Он закончил говорить и ушел. Обеспокоенный тем, что он может сожалеть о своем решении, он быстро двинулся прочь от Лин Сяо и не оглянулся.

Лин Сяо был поражен, он не ожидал, что Фу Юйцзюнь так легко отпустит его, и его брови слегка приподнялись.

Обернувшись, Лин Сяо медленно побежал, чтобы догнать Фу Юйцзюня. Он был несколько чрезмерно счастлив, когда сказал: «Это правда? Тогда позвольте мне сказать вам, вы не должны ждать меня. Лучше всего, если вы позаботитесь о жене, которая сможет родить ребенка. Таким образом, вы сможете сделать свою королевскую семью Страны Шао снова процветающей. Я не могу повернуть назад...»

Лин Сяо не смел продолжать, и его слова полностью прервались из-за ярости Фу Юйцзюня.

Лин Сяо сухо рассмеялся над смоляным черным лицом Фу Юйцзюня и слегка отступил на два шага, держась на безопасном расстоянии от него.

Фу Юйцзюнь смотрел и холодно улыбнулся: «Если ты напуган, то почему ты все еще так говоришь?»

«…Разве я просто не сказал все это, чтобы вы не ждали…» - осторожно сказал Лин Сяо.

Фу Юйцзюнь издал два холодных звука, прервав Лин Сяо: «Ты действительно веришь, что если ты продолжишь, я притворюсь, будто я не произнес тех слов прямо сейчас, и не заберу тебя прямо во дворец а также не проведу свадебный банкет?»

«……» - Лин Сяо плотно закрыл рот и замолчал. Хотя он знал, что Страна Шао не сможет овладеть силой, необходимой для проведения свадебного банкета прямо сейчас, выражение лица Фу Юйцзюня заставило Лин Сяо немного испугаться. Он беспокоился, что Фу Юйцзюнь действительно вернется к своим словам.

Фу Юйцзюнь смотрел с болью в груди. Почему этот человек так не хочет выходить за него замуж?

Подавленный, он повернул голову и медленно подошел к конному экипажу, откуда пришел Лин Сяо, пытаясь отвлечь свое внимание от этого вопроса.

Хотя большая часть его содержимого была убрана, некоторые одинокие бамбуковые трубки все еще находились внутри и охранялись солдатами.

Как только он подошел, Фу Юйцзюнь заметил, что есть еще один мешок с чем-то.

Думая, что это, то же самое, что и бамбук, он не обратил на это внимания.

Он взял недалеко от него бамбуковую трубку и тщательно осмотрел ее, не видя, что в ней такого особенного.

В этот момент Лин Сяо уже подошел. Видя, что Фу Юйцзюнь осматривал бамбуковые трубки, он не мог не сказать: «Вы определенно не можете увидеть изобретательность этой вещи».

Внешность Лин Сяо, излучавшая восторг, заставила Фу Юйцзюня неубедительно поднять бровь.

Он использовал свою внутреннюю силу и с помощью силы разбил бамбуковую трубку на две части.

«……» - губы Лин Сяо дернулись при этой сцене, это был действительно простой и грубый путь.

Фу Юйцзюнь опустил голову, чтобы посмотреть на две половинки бамбуковой трубки в руке. Затем он обнаружил, что внутри этой бамбуковой трубки была другая трубка, а наружный предохранитель был соединен с внутренней трубкой.

На внутренней неповрежденной бамбуковой трубе был слой тонкого белого порошка. Фу Юйцзюнь использовал большой палец, вытер немного мелкого порошка и слегка понюхал его. Он нахмурился и посмотрел на Лин Сяо: «Сонный наркотик?»

Лин Сяо поднял голову, указывая носом на Фу Юйцзюня и промолчал. Можно считать, что он отвечает на вопрос Фу Юйцзюня.

Фу Юйцзюнь поднял бровь и поднял неповрежденную бамбуковую трубку, желая также открыть ее. Лин Сяо увидел эту сцену и помешал ему запаниковав: «Не надо! Не надо! Не надо! Порошок в этой штуке намного опаснее сонных препаратов. Если вы используете свою силу и по ошибке запалите трубку, последствия взрыва будут очень серьезными! Что мне тогда делать?»

Лин Сяо осторожно взял маленькую бамбуковую трубку у Фу Юйцзюня и сказал ему: «Просто скажи мне, что вы хотите знать, и я скажу вам».

«В этом…» - начал спрашивать Фу Юйцзюнь.

Лин Сяо прервал его: «Я дал формулу Сяо Фэнгу. Этот метод изготовления тоже находится в его руках!»

Лин Сяо только закончил, говорить это, когда Сяо Фэнг уже достал лист бумаги и почтительно отдал его Фу Юйцзюню. Фу Юйцзюнь поднял бровь: «Ты собираешься передать это мне просто так?»

Любая страна, которая получит в свои руки этот документ, даст Лин Сяо важную должность в правительстве, но он просто дает его ему без компенсации?

Лин Сяо, естественно, знал, о чем подумал Фу Юйцзюнь. Это был первый раз, когда порох был введен в этом мире и, как таковой, и был драгоценным. Если говорить правдиво, Лин Сяо чувствовал, что ему очень повезло, что он смог его сделать.

Помимо знания, которым он обладает, это, вероятно, также связано с удачей, которую он упустил в своей прошлой жизни.

Так как его удача вернулась, у него в голове было много идей современного оружия, изготовление которого он, вероятно, мог бы попробовать. С этими мыслями глаза Лин Сяо становились ярче. По сравнению с этой простой бамбуковой трубкой, которая содержит порох, в его разуме было гораздо более опасное и разрушительное оружие.

Более того, он уже рассматривал возможность передачи трубок Фу Юйцзюню раньше. Было очевидно, что спрятать оружие, которое он сделал, было невозможно, поэтому он ждал, пока Фу Юйцзюнь спросит об этом, решив отдать его послушно и используя его как возможность посеять братскую привязанность между ними.

Кроме того, Лин Сяо знал из своего долгого наблюдения за ним, что Фу Юйцзюнь не был тем, кто увлекается боем.

Кроме того, учитывая текущее состояние Страны Шао, они не будут пытаться вторгаться или оккупировать другую страну в ближайшее время. Это означает, что, хотя он не сможет воспользоваться оружием и делать подобные вещи, он, по крайней мере, может помочь ему защитить свою территорию.

Это был его лучший вариант.

Хотя Лин Сяо так много думал об этом, неосведомленный Фу Юйцзюнь только предполагал, что Лин Сяо помогал ему не думать о нем, о его разрушенной Стране Шао, заставляя его чувствовать себя снова тронутым. Его любовь к Лин Сяо возросла еще на несколько пунктов.

«Я не подведу тебя». - Фу Юйцзюнь, казалось, говорил сам с собой, когда твердо заявил это.

Лин Сяо, который не услышал ясно, что было сказано, подошел к Фу Юйцзюню и спросил с сомнением: «Что вы сказали? Я не услышал».

Посмотрев на Лин Сяо, который был почти в пределах досягаемости, Фу Юйцзюнь пришел в себя, и его лицо стало горячее. Поэтому он заговорил, пытаясь сменить тему: «Чтобы мой Императорский Брат действовал так… Я чувствую, что кто-то другой контролировал его».

Лин Сяо безучастно посмотрел на него, как в его голове промелькнул Император Страны Му. Он почесал голову, прислонившись к карете: «Человек, о котором вы думаете, вероятно, тот же, о котором думаю я».

«Ты тоже…» - Фу Юйцзюнь с удивлением посмотрел на Лин Сяо.

Лин Сяо что-то вспомнил и полез обратно в карету: «Здесь есть кто-то, кого мы можем спросить».

Вытащив мешок с кареты, Лин Сяо показал Фу Юйцзюню, что было внутри. В мешке не было трубок, а была живая, нежная и красивая женщина.

Ее внешность была великолепна, и она носила крепкую одежду, но ее руки и ноги были связаны вместе. Он был с ней очень хорошо знаком, она была той, кто сбежал от него - Хонг Е…

Хонг Е прищурилась от внезапного света и увидела, что перед ней были Фу Юйцзюнь и Лин Сяо.

Глаза Хонг Е округлились, так что эти двое встретились?

Лин Сяо успешно испортил план Мастера?

Тогда как насчет Мастера?

Надеясь увидеть того, кого она больше всего ждала, Хонг Е осмотрела свое окружение. Когда она не заметила его, она почувствовала себя потерянной.

Может быть, план Мастера провалился?

Это было невозможно! Ее Мастер не мог потерпеть неудачу!

Она не могла вспомнить время, когда ее Мастер бы потерпел неудачу ...

Хонг Е поджала губы. В этот момент Лин Сяо подошел к ней и вынул затычки для ушей, что позволило ей наконец-то услышать окружение. Район был очень шумным, большинство звуков было измученным плачем солдат.

Битва уже закончилась ...

Но ее Мастера нигде не было видно?

Что происходит?

Это отличалось от того, что Ан Я сказал ей. Он сказал, что Мастер подстрекал Фу Шанцзюня восстать, убедив, что Фу Юйцзюнь будет лично убит им. Более того, поскольку Фу Шанцзюнь уже сдался Стране Му, это сделало бы Страну Шао нашим вассальным государством.

Однако победил Фу Юйцзюнь.

Тогда план Мастера...

«Ты, кажется, удивлена? Есть ли здесь что-то, что, как ты себе представляешь, будет совсем другим? » - Фу Юйцзюнь выступил с инициативой говорить, его взгляд был полон энтузиазма.

Нахмурившись, она скрыла свои мысли и не собиралась отвечать. Хотя она могла легко убежать, она решила остаться, желая получить больше информации.

Отношение Хонг Е заставило Фу Юйцзюня холодно усмехнуться: «У меня есть бесчисленное множество средств, чтобы стереть это спокойное выражение с твоего лица, лучше скажи мне все или еще…»

«Докладываю!» - Панический голос прервал допрос Фу Юйцзюня.

Трое посмотрели на человека, который закричал, и увидели, что это простой пехотинец. Лицо пехотинца было смертельно бледным от пота. Похоже, он чем-то сильно испугался, его колени стали мягкими, заставив его упасть на колени, когда он увидел Фу Юйцзюня.

Он трепетал и нетерпеливо сказал: «Ваше Высочество, армия Страны Му уже прибыла к воротам Имперского города!»

«Чт…» - Фу Юйцзюнь широко открыл глаза и сделал два шага назад.

Заговаривая о восстании, Фу Шанцзюнь тайно отозвал всех солдат, охранявших границы, которые покинули окрестности и ворота Имперского города, когда они сражались. Это было равносильно приглашению Страны Му войти через дверь.

В это время армия Страны Му оказывала давление на их границу... Они загоняют страну Шао в тупик!

Не могло быть никого, кроме зловещего Императора Страны Му, который смог бы спровоцировать его Императорского Брата, выбрав такое идеальное время для атаки!

Безумно смеясь, как только он понял это, Фу Юйцзюнь закрыл глаза от боли и спросил, дрожа: «Можешь ли ты сказать, сколько у него войск?»

Пехотинец стиснул зубы и ответил: «Нет… Но не меньше, чем у Первого Принца…»

Фу Юйцзюнь был удивлен, когда услышал это, и снова спросил: «А на нашей стороне?»

«Потери достигли более пятидесяти процентов, и даже если мы добавим всех сдавшихся солдат… Наша военная мощь будет даже вдвое меньше, чем у врага…»

«Богомол преследует цикаду, не подозревая об иволге позади. Хе…» - Фу Юйцзюнь горько улыбнулся, Император Страны Му хорошо расставил свои шахматные фигуры, все просчитав. Его следующим шагом, вероятно, будет уничтожение Страны Шао!

Он сжал руку и разбил ее о карету, показывая свою обиду.

Хонг Е услышала это, и ее губы слегка изогнулись. Конечно, Мастер не может потерпеть неудачу.

Но на этот раз, кажется, что ее Мастер был вынужден использовать запасной план. Мог ли первоначальный план действительно быть разрушен руками Лин Сяо?

Этот человек действительно обладал некоторым талантом, и, возможно, это было причиной, по которой его обожал ее Мастер.

Хонг Е закрыла глаза, Лин Сяо на самом деле был не так проста, как она думала.

Его способности и талант были всем, с чем никто не может сравниться в этом мире ...

Она тоже не могла достичь своей ценности ...

Лин Сяо нахмурился, размышляя о текущих обстоятельствах. Стране Шао было действительно невозможно устоять перед судьбой.

Войска Страны Му были намного сильнее, чем Войска Страны Шао, и поскольку их Император лично руководил битвой, их моральный дух должен был быть высоким. Более того, со многими ранеными солдатами в Стране Шао есть...

Он вздохнул и с беспокойством посмотрел на Фу Юйцзюня.

Император Страны Му действительно провоцирует...

Фу Юйцзюнь вышел и вернулся. Он уже много раз касался сути Императора, как мог Император простить его?

Как глупо с его стороны, считать себя счастливчиком, думая, что он окажется вне досягаемости Императора Страны Му, как только он спрячется в Стране Шао с Фу Юйцзюнем. Император Страны Му пожнет любую вражду!

Он действительно был слишком наивен.

Фу Юйцзюню понадобилось совсем немного времени, чтобы излить свой гнев. Немедленно восстанавливая свою силу, он спокойно приказал: «Призови всех людей и следуй за мной во дворец. Мы закрепимся там и будем бороться с ними до самого конца».

«Да!» - Пехотинец ответил тверже, чем раньше, поскольку теперь он находился под влиянием решимости Фу Юйцзюня.

«Принц, вы пытаетесь совершить невозможное?» - Внезапно холодный голос прозвучал сзади.

Все обернулись. Они не знали, откуда, но у входа во дворец неожиданно появился великолепное кресло из седана.

Над креслом из седана был зонтик, который закрывал солнце, и на нем свисал слой полупрозрачного хлопкового занавеса, прикрывая то, что внутри.

Хотя смутно, они все еще могли видеть человека в черном одеянии.

Кресло из седана было поднято четырьмя сильными женщинами. Их внешность была покрыта тканью, но их тела были очаровательны, их фигуры были не хуже чем у Хонг Е.

Их манера одеваться была очень похожа на Хонг Е. Перед креслом из седана стоял мужчина, держащий меч, спокойный и сосредоточенный, поскольку он не спеша шел в ногу с креслом из седана.

Пораженные, солдаты подняли оружие и следили за их движением. Фу Юйцзюнь не заметил, как его рука постепенно сжалась, и какое торжественное выражение было на его лице, поскольку все его внимание было сосредоточено на кресле седана.

«Император Страны Му - Му Чон Сюань».

«Итак, принц помнит». - Кресло из седана остановился недалеко от Фу Юйцзюня.

«По моим оценкам, я даже не забуду об этом на смертном одре», - горько и несколько обвинительно сказал Фу Юцзюнь.

Тем не менее, даже не отвечая Фу Юйцзюню, Император тихо перевел взгляд на Лин Сяо. Казалось, что Лин Сяо почувствовал на себе взгляд Императора, который заставил того дрожать и немного отступать.

Император увидел это и поднял бровь, ни тихо, ни медленно, он сказал: «Разве ты не поиграл достаточно? Иди сюда, Лин Сяо».

Голос Императора был ненавистно ровным и не вызывал чувства любви или гнева, он также не оказывал на него давления. Лин Сяо дрожал и стиснул зубы, испуганно качая головой. Затем он отступил еще на несколько шагов.

Увидев это, Фу Юйцзюнь потянул за свою спину Лин Сяо, чтобы защитить его.

Император сузил глаза от неудовольствия, его взгляд задержался на Фу Юйцзюне.

«Принц забыл, что мы говорили ему ранее?»

Бумага, которую он получил, пришла ему на ум, заставив Фу Юйцзюня нахмуриться и скрыть Лин Сяо еще дальше за собой.

Император холодно фыркнул при этом виде: «Похоже, принц действительно забыл».

«И, если я забыл? Вы не слишком смелы, чтобы прийти один, для того чтобы увидеть меня? Я все еще хозяин этого дворца».

Все солдаты здесь были его, в то время как Император Страны Му привел только пять человек; четверо из них были женщинами, которые несли кресло из седана, и один камергер, стоявший впереди с мечом.

Был ли он действительно уверен в себе или, возможно, у него под рукой был еще один козырь?

Фу Юйцзюнь нахмурился и задумался, но затем услышал легкий вздох Императора. Это было долго и мягко, но все присутствующие слышали его ясно.

Сделанный его неожиданно сильной внутренней силой, вздох Императора вызвал холодный пот на лице Фу Юйцзюня.

Император равнодушно сказал: «Если ты сможешь победить Нас, сделай это».

Такой своевольный тон!

Фу Юйцзюнь стиснул зубы, не будет ли на него смотреть свысока Император Страны Му, если он просто ничего не сделает?

Фу Юйцзюнь поднял бровь, чтобы подать знак Сяо Фэнгу рядом с собой. Сяо Фэнг понял и заставил всех солдат, окружавших Императора, начать наступление.

Солдаты окружили их толпой в один момент.

Ан Я, который охранял их, холодно усмехнулся при этом виде. Он вытащил меч, который был у него за спиной, и все окружающие солдаты громко упали в мгновение ока.

Между тем, на вершине здания суда Страны Шао внезапно появилось большое количество солдат. Все они подняли свои луки и стрелы и нацелились на Фу Юйцзюня...

«Это…» - Сяо Фэнг был ошеломлен.

Зная, что у Императора Страны Му действительно был другой план, лицо Фу Юйцзюня стало мрачным.

Он боялся, что среди них был предатель.

Император Страны Му давно наблюдал за Страной Шао, как тигр, разглядывающий свою добычу.

Фу Юйцзюнь тихо держал руку Лин Сяо. Это вызвало чувство вины, которое стало тяжелым для совести Лин Сяо, и заставило его немного побороться, отбросив руку Фу Юйцзюня.

«…» - Фу Юйцзюнь повернулся, чтобы посмотреть на Лин Сяо, он мог ясно видеть его нежелание. Тем не менее, хотя он не хотел этого, глаза Лин Сяо смотрели на Императора Страны Му.

Это отвлечение позволило Фу Юйцзюню наконец-то кое-что понять. Улыбнувшись и не в силах с этим смириться, он приблизился к Лин Сяо: «Боюсь, на этот раз я действительно ничего не смогу сделать, но у тебя все еще может быть шанс сделать что-то лучше для себя. Ты всегда был умным, поэтому пойди и признайся в своих ошибках перед Императором Страны Му».

Лин Сяо знал, что слова Фу Юйцзюня были разумными, но он никак не мог туда вернуться.

Он не знал, как его накажет Император Страны Му.

Еще более невыносимым было то, что его возвращение будет означать, что он передаст контроль над своей жизнью Императору, и Император сможет взять его в любое время...

«Фу Юйцзюнь, мы дадим вам шанс. Мы здесь, чтобы принять нашего короля-супруга, и сопровождать его», - сказал Император.

Однако содержание слов мешало Фу Юйцзюню принять это. Он усмехнулся и решительно сказал: «Мечтайте дальше».

Глаза Императора потемнели от гнева. Наконец-то, он холодно фыркнул и сказал: «С таких пор, дошло до этого, Хонг Е, чего ты все еще ждешь?!»

Хонг Е, которая все еще притворялась, что ее связали, внезапно напряглась. То, как ее Мастер только что это сказал, было более чем достаточным доказательством того, что он знал все.

Раздраженная, она стиснула зубы и использовала свою силу, чтобы сбросить веревку. Она бросилась и схватила Лин Сяо, в то время как Фу Юйцзюнь был в шоке. Она быстро привела его к креслу Императора и опустилась на колени.

«Ваше Величество... Хонг Е...»

Хонг Е как раз собирался просить прощения, когда изнутри кресла из седана внезапно ударил кнут. Он ударил по губе Хонг Е и оставил полосу опухшего следа.

Хонг Е почувствовала боль, в ее глазах блестели слезы, но она не смела кричать.

Испуганный Лин Сяо опустил голову и не смел говорить.

Внезапно из кресла из седана послали еще одну плеть, на этот раз нацеленную на Лин Сяо. Лин Сяо опустил голову и плотно закрыл глаза, ожидая боли.

Однако он только почувствовал, как вокруг его талии что-то сжалось, а затем его потянуло вперед.

Удивленный, он открыл глаза и вскрикнул в тревоге. Затем он осознал, что кнут обвивается вокруг его талии, притягивая его в кресло Императора.

Занавеска немного заставила зудеть его тело, когда он проходил мимо. Прежде чем он успел заметить, что происходит, Лин Сяо уже мгновенно оказался перед Императором.

В слабых объятиях Императора.

Взгляд Императора был холоден, как всегда, но на его красивом лице было что-то еще, что Лин Сяо не мог определить или увидеть.

Не зная, был ли это страх или что-то еще, сердце Лин Сяо сильно пульсировало и билось.

Лин Сяо заметил, что он был лицом к лицу с Императором, и хотел встать, чтобы поклонится ему, но Император крепко обнял его. Лин Сяо задрожал и тихо сказал: «Ваше… Ваше величество… Вы…»

Император поднял бровь, наблюдая за дрожащим и осторожным видом Лин Сяо. Затем он спросил, держа за талию Лин Сяо: «Если ты так боишься, то почему ты делаешь то, что нас злит?»

«……» - Лин Сяо стиснул зубы. Он не знал, как ему ответить, поэтому у него не было выбора, кроме как сказать: «Лин Сяо был… Просто глупым на мгновение».

«Глупым?» - Император прищурился, медленно говоря: «Тогда ты был глупым довольно долгое время».

Лин Сяо стиснул зубы, и опустил голову, чтобы выразить уважение, так как он хотел сказать что-то еще.

Однако снаружи послышались звуки, заставляющие Лин Сяо смотреть сквозь хлопчатобумажную занавеску.

Хотя занавес заставлял сцену выглядеть туманной, она все же позволяла видеть, что происходило более или менее.

Оказывается, когда Фу Юйцзюнь осознал, что Лин Сяо был пойман, он нетерпеливо бросился к нему, чтобы спасти его, однако был остановленным Ан Я, участвующим в драке.

Немного обеспокоенный, Лин Сяо продолжал смотреть на Фу Юйцзюня. Увидев это, Император схватил и повернул подбородок Лин Сяо к нему, пристально глядя на Лин Сяо: «Ты заботишься о нем?»

Глаза Императора были темными от гнева, его двойные зрачки были черными, как густые чернила, и сильно давили на Лин Сяо. Лин Сяо рефлекторно покачал головой.

Император слегка приподнял бровь и неохотно принял ответ Лин Сяо.

Лин Сяо вздохнул. Заключенный в объятиях Императора, он глубоко задумался над тем, как ему справиться с этой ситуацией.

Однако прежде чем Лин Сяо смог найти выход из сложившейся ситуации, легион прибыл издалека. Человек, ведущий их, был одет в серебряные доспехи и ехал на белом коне, медленно приближаясь к их позиции.

Хотя он не знал никого в армии, он чувствовал, что фигура этого человека знакома.

Человек спешился, как только он прибыл не далеко от того места, где находились Император и Лин Сяо. Затем он подошел к креслу из седана и почтительно опустился на колени.

«Лан Вэй выражает свое уважение Вашему Величеству».

«!» - Лин Сяо расширил глаза, ошеломленный, когда услышал, кто это. Этот человек был Лан Вэем!

«Что-нибудь еще?» - Император вдруг холодно заговорил.

За мгновение, опустившись на колени, Лан Вэй сразу понял. Он еще раз опустил голову: «Лан Вэй… Уважает Короля-Супруга. Надеюсь, у вас все хорошо... Король – Супруг».

«……» - Лин Сяо потерял дар речи.

С другой стороны, Император был удовлетворен, он сузил глаза и поднял руку: «Ты можешь подняться».

Лин Сяо не знал, было ли это намеренно или нет, но он видел, как Лан Вэй бросает взгляд через хлопковую занавеску. - «Спасибо, Ваше Величество». - Поднявшись, Лан Вэй встал перед креслом Императора.

Лин Сяо был потрясен, его сердце билось очень быстро. Лан Вэй был изгнан из столицы Императором, но теперь он стал Генералом...

Просто... Что происходит?

Как будто в состоянии прочитать растерянные мысли Лин Сяо, Император в редко хорошем настроении сказал: «Случилось много вещей, о которых нам нужно медленно рассказать тебе».

«?» - Лин Сяо был поражен. Неожиданно Император проявил инициативу, чтобы что-то сделать для него. Он не мог не поднять голову, чтобы посмотреть на Императора, обнаружив, что его взгляд был очень нежным, когда тот смотрел на него

Его двойные зрачки в глазах содержали медоподобную нежность, заставляя сердце Лин Сяо подпрыгивать. Он не мог сдержать румянец и неловко опустил голову.

Румянец на лице Лин Сяо был похож на красивый персик. Когда Император увидел это, он не мог не вспомнить ту ночь, когда он заставил Лин Сяо испытать величайшее наслаждение. Думая о выражении лица Лин Сяо, когда тот был погружен в их действие, настроение Императора стало еще лучше, и выражение его лица показало его восхищение.

Он наклонился и слегка поцеловал румянец Лин Сяо.

Когда влажный поцелуй отпечатался по его щеке, Лин Сяо почувствовал, что он слегка зудит. Тем не менее, это было ничто по сравнению с его горящим лицом, температура которого поднималась до такой степени, что Лин Сяо почти подпрыгнул.

Чувствительная реакция Лин Сяо немного шокировала Императора. Он крепко обнял его, не давая ему сбежать.

Лин Сяо ничего не мог сделать, кроме как оставался в объятиях Императора, так как его тело беспомощно дрожало. Даже в тот самый момент, когда он дрожал, та вещь внизу, слегка потертая его одеждой, инстинктивно встала.

Лин Сяо стиснул зубы и тайно ругал себя. Он быстро сжал ноги, чтобы скрыть свою реакцию, но эта вещь коснулась бедра Императора, когда он был неосторожен. Лин Сяо замер, затем его взгляд встретился с холодными глазами Императора.

Смутившись, Лин Сяо хотел найти место, чтобы протиснуться, и он неосознанно уткнулся лицом в грудь Императора. Его лицо пылало жарко, и он знал, что румянец на его лице был красным, как вишня.

«Хммм…» - Реакция Лин Сяо и дальнейшие действия заставили Императора улыбнуться: «Мы впервые подумали, что твоя вещь тоже очень милая».

Услышав это, Лин Сяо почувствовал, как будто его пронзил гром, его сердце забилось быстрее, когда он в позоре схватился за Императора. Он подтянул ноги и стал ждать, пока его предмет медленно смягчится.

Хонг Е встала на колени перед креслом. Без приказа Императора она не могла подняться. Поскольку Император знал все, она поняла, что единственное, что ее ждет, это наказание.

С самого начала она планировала игнорировать действия Лин Сяо и думала о том, сколько вещей случится, когда они, достигнут этой точки.

Все, что она могла себе представить, было намного хуже, чем сейчас.

Она была готова к наказанию. Однако у нее не было возможности узнать, что, хотя Лин Сяо препятствовал плану ее Мастера, он не только не понесет наказания, но вместо этого будет Император будет увлечен им!

Как и ожидалось, Лин Сяо был самым особенным в глазах ее Мастера.

В то время как Хонг Е думала об этом, борьба между Фу Юйцзюнем и Ан Я постепенно подходила к концу.

Фу Юйцзюню, который долгое время чрезмерно злоупотреблял своей силой и был ранен в битве, было уже трудно долго сражаться с Ан Я.

Кроме того, за ними стояли солдаты, которых привел сюда Лан Вэй, готовые сражаться.

Лин Сяо видел множество ран на теле Фу Юйцзюня и то, насколько смертельно бледным было его лицо. Он хотел просить пощады от имени Фу Юйцзюня перед Императором, но он знал, что последний ненавидит больше всего, так это просьбы о снисхождении к другому.

Если бы он попытался сделать это, вместо того, чтобы реально помочь, он, скорее всего, навредил бы Фу Юйцзюню.

Ничего не говоря, Лин Сяо нахмурился. Тем не менее, Император, казалось, знал, о чем он думал, когда он махнул рукой. Лан Вэй сразу понял и не позволил другому больше атаковать. Ан Я тоже остановился.

Фу Юйцзюнь поднял меч, задыхаясь. Сяо Фэнг привел с собой нескольких солдат, которые поспешили на сторону Фу Юйцзюня, чтобы охранять его.

Император посмотрел на Лин Сяо в своих объятиях и сказал ему: «Мы можем отпустить его, но ты должен добровольно вернуться с Нами. Кроме того, ты не сможешь больше иметь с ним дело».

Потрясенный какое-то время, Лин Сяо безучастно смотрел, прежде чем понял, что Император разговаривает с ним. Император отпустит Фу Юйцзюня? Лин Сяо удивленно поднял голову, но обнаружил, что взгляд Императора был нечетким.

Смысл в этих двойных зрачках был ясен.

«Мы отпускаем его только ради тебя».

Сердце Лин Сяо дрогнуло, и он быстро опустил голову, моргая. Ему было интересно, ошибся ли он с тем, что Император делает это ради него ...

«Как насчет такого?» - Из-за долгого молчания Лин Сяо Император стал нетерпеливым. Поскольку он не мог больше ждать, он схватил его за подбородок и заставил его взглянуть на себя, когда он спросил.

Фу Юйцзюнь стиснул зубы. Он так пристально смотрел на людей за хлопчатобумажным занавесом, что казалось, он проделает в них две дыры.

Он вышел вперед и сказал с ненавистью: «Даже если он не согласится, ты все равно возьмешь его с собой. Так зачем даже спрашивать?!»

Император недовольно прищурился: «Мы не позволяли вам говорить».

С этими словами Император подал первый знак того, что он злится. Его внушительная аура излучалась из кресла из седана, давя на людей снаружи и заставляя их лица опускаться и потеть.

Даже Фу Юйцзюнь, который стоял дальше, был немного под влиянием. Он стиснул зубы, не давая инстинктивно дрожать его телу. Он попытался звучать жестко, когда сказал: «…Зачем мне ваше разрешение говорить?»

Глава 58 - Император прогнулся

«Очень хорошо».- Сузив глаза на Фу Юйцзюня, Император только сказал эти два слова.

Эти два слова были как лед, врезавшийся в сердце Лин Сяо, заставляя все его тело дрожать. Он знал, что Фу Юйзюнь сделал это для...

Как и ожидалось, в следующее мгновение Император подал сигнал Лан Вэю, и тот начал продвигаться вперед. Из-за травмы, нанесенной Ан Я, Фу Юйцзюнь в одно мгновение был подчинен Императору.

Император махнул рукой, не проявляя интереса к Фу Юйцзюню, которого заставили предстать перед ним, тогда Лан Вэй и его люди забрали его.

Он с Лин Сяо просто ушли.

Лин Сяо очень нервничал, так как он не знал, что Император собирался с ним делать.

Император не выглядел так, будто злился на него.

Но Лин Сяо не поверил бы, даже если бы он умер, что Император позволил бы ему так легко отделаться.

Кресло из седана остановился перед Таверной «Надежда Весны», и Лин Сяо вытянули с кресла, сразу направляясь на второй этаж.

Когда они пришли на второй этаж, Лин Сяо отвели в скрытую комнату. Это была небольшая спальня, в которой была необходимая мебель, такая как стол, стул и многое другое. На столе стояли зажженный ладан, и стоял еще горячий чай.

Похоже, Император все время жил здесь, в Стране Шао.

Лин Сяо ненавязчиво огляделся, Император отпустил его и с гордостью сел за столом.

Лин Сяо быстро встал перед ним на колени.

Император нахмурился, его голова слегка опустилась, когда он откинулся на спинку стула.

«Похоже, ты действительно нас боишься».

То, как сказал эти Император, показало, что он не слишком счастлив. Лин Сяо не смел, отвечать, так как хотел, и только опустил голову еще ниже.

Император долго смотрел на голову Лин Сяо, затем скрестил руки на груди и со вздохом спросил: «Почему ты так нас боишься?»

«……» - этот вопрос Императора, заставил Лин Сяо почувствовал себя действительно ошеломленным. Однако, как уже давно знал Лин Сяо, Императору не нравилось, когда кто-то лгал ему, и, поскольку его уже обвиняют в серьезном преступлении, он не видит необходимости больше скрывать что-то от Императора. Он просто честно ответил.

«Ваше Величество, вы Монарх, Император который стоит выше всех остальных. В ваших руках жизнь Лин Сяо, а Лин Сяо - человек, который дорожит своей жизнью».

Император поднял бровь и поиграл ладонью, притворяясь равнодушным: «Если ты не будешь совершать ошибок, будет ли повод так волноваться за свою жизнь?»

Подняв голову с черными линиями, Лин Сяо потерял дар речи, услышав эти слова. Не потому ли, что он уже совершил ошибки? Ему всегда приходилось лгать Императору и использовать его, поэтому для него было не странным его бояться!

Император полностью осознавал, какие правила он нарушил, так зачем его спрашивать?!

Разве это не косвенный способ сказать, что у него есть совесть!

Лин Сяо закатил глаза и с негодованием пробормотал про себя: «Ваше Величество, вы прекрасно понимаете, для чего Лин Сяо не подходит...»

Тон маленького евнуха был полон обиды и возмущения. Выражение его лица несло раздражение и вину, он, казалось, критиковал его за то, что он поднял этот вопрос. Император поджал губы, этот маленький евнух, очевидно, что это была его собственная ошибка, но он выглядел таким опечаленным.

Император покачал головой и вытащил командную табличку из-за груди, бросая ее перед Лин Сяо.

Растерявшись, Лин Сяо моргнул, глядя на золотую командную табличку.

Слово «Прощенный» было написано на этой Командной табличке. Если память Лин Сяо не обманывала его, и его разум не ошибался в его понимании, то золотая табличка перед его глазами - та, которая использовалась для освобождения от смерти.

С этой табличкой, даже если это сам Император, никто не может просто так лишить его жизни.

Император имеет в виду, что это для него?

Он был изумлен, и не заметил, как черный ботинок появился перед его глазами.

Он не знал когда, но Император уже стоял перед ним.

Он держал руки за спиной, глядя на Лин Сяо: «Ты боишься смерти. Вот почему Мы дадим тебе щит. До тех пор, пока ты не предашь Нас или не совершишь измену, Мы гарантируем тебе жизнь».

Глаза Лин Сяо расширились, он был в шоке. Так вот что Император имел в виду...

Он не собирался преследовать его за все, что случилось до недавних пор!?

Включая даже тот факт, что он не был евнухом?!

«Встань», - сказал Император.

Лин Сяо безучастно смотрел на золотую табличку с указанием освобождения от смерти. Так как счастье, которое охватило его сейчас, было таким внезапным, он почувствовал себя беспомощным.

Взгляд Лин Сяо был расслабленным, а движения неподвижными, он рассеянно наблюдал за Императором. Выражение его лица было очень глупым, заставив Императора сжать губы и спросить: «Что? Еще не удовлетворен?»

«Нет, нет, нет!». - Лин Сяо быстро покачал головой и крепко схватил золотую табличку освобождения от смерти. Он боялся, что Император пожалеет, что отдал ее ему.

Император поднял бровь.

Заметив, что его действия сейчас были слишком грубыми, Лин Сяо ослабил хватку на табличке и быстро ответил: «Я просто был поражен этим внезапным счастьем».

«Счастьем?» - Император снова поднял бровь. - «Значит, освобождение от смерти - это счастье для тебя?»

«……» - Лин Сяо замолчал. Естественно, он не мог сказать Императору, что это так. Но на самом деле освобождение от смерти приносило ему много счастья. В конце концов, Лин Сяо всегда верил, что он будет убит Императором.

Даже после присвоения титула Короля-Супруга или даже после того, как они двое поженились, Лин Сяо все равно не смог бы избавиться от этой мысли.

В его прошлой жизни непримиримая ненависть Императора ко лжи уже произвела глубокое впечатление в воспоминаниях Лин Сяо. Он действительно не верил, что Император так легко его отпустит.

Даже сейчас, когда он держал золотую табличку с указанием освобождения от смерти, Лин Сяо все еще не мог в это поверить. Он не был уверен, насколько это реально или он был просто в мечтах. Неужели он так легко его отпустит?

На мгновение беспомощный взгляд Лин Сяо увидел Император.

Ошеломленный облик Лин Сяо был тем, чего Император никогда раньше не видел. Он почувствовал, что это был новый взгляд, и решил посмотреть еще.

Чем больше он смотрел, тем больше он находил красивой и деликатной внешность Лин Сяо, даже, несмотря на то, что он выглядел глупо, но как всегда, завораживающе. Особенно эти губы, которые ему нравились больше всего, слегка длинные, позволяющие видеть его жемчужно-белые зубы.

Он неосознанно вспомнил, насколько сладкими и мягкими были эти губы, и как приятно было, когда они запутывались с его губами, и он ощущал вкус этого рта.

Глаза Императора потемнели, он слегка приблизился к Лин Сяо. Лин Сяо все еще не пришел в себя и смотрел на Императора откровенно и прямо. Эти чистые глаза стучали в его сердце, вызывая там пульсацию.

Он грубо втянул Лин Сяо обратно в свои объятия и властно накрыл его губы своими, те губы, которые только что заставили его мечтать о них.

Лин Сяо попытался защититься от этого нападения, но Император ворвался в личное пространство Лин Сяо, следуя за мягким и скользким языком Лин Сяо. Они соприкасались, как будто танцевали.

Оба по-настоящему задыхались после этого поцелуя.

Лин Сяо был слаб в объятиях Императора, его лицо было ярко-красным. Но Император не был удовлетворен, и он снова и снова оставлял легкие поцелуи на губах Лин Сяо.

«Счастье - это не освобождение от смерти. Речь идет о возможности, которую Мы дадим вам сейчас, чтобы оставаться на нашей стороне и следить… Как ты когда-то говорил Нам, что Мы тебе нравимся…. Мы будем следить за миром вместе с тобой, состарившись вместе».

Безмятежно заявил Император.

Слова, которые услышали уши Лин Сяо, были похожи на тяжелый молот, заставляя его проснуться. Он знал, что Император никогда не дает обещаний, которые он не сможет выполнить. Если бы он смог пообещать это, тогда он выполнит это.

Так как это было так, Лин Сяо знал вес этих слов. Теперь он был совершенно уверен в Императоре.

Только сейчас он действительно осознал...

Император... Прогнулся!

Глава 59 - Прощение и терпимость

Туман от воды наполнил комнату, когда Лин Сяо погрузился в бассейн с водой, тупо уставившись на командную табличку, лежащую на берегу.

Император действительно отпустил его...

Это было невероятно. Он использовал в оправдание желание принять ванну, чтобы сбежать из комнаты Императора.

Затем его привел в баню охранник, который был рядом с Императором.

Лин Сяо тихо вздохнул и немного сдвинул командную табличку.

Наличие этой вещи означает, что ему больше не нужно будет так бояться или всегда быть на краю пропасти. Он также не будет дрожать все время от страха перед Императором.

Хотя он так сказал, было ли это действительностью?

Лин Сяо продолжал размышлять, глядя на командную табличку. В его глазах пронеслась вспышка света, и он поджал губы, крепко сжав их.

Возможно, он сможет в это проверить.

«Молодой Мастер?» - услышал он через дверь.

Лин Сяо пришел в себя и ответил голосу снаружи: «Что?»

«Император ждет вас».

Лин Сяо был удивлен, а затем заметил, что он действительно находился в ванне довольно долгое время. Император, вероятно, стал нетерпеливым, и кого-то послал за ним.

С этими мыслями Лин Сяо встал и надел плотно прилегающую белую одежду, которую охранник подал ему. Затем он последовал за ним в комнату Императора.

Стол был накрыт различными блюдами, показывая, что Императору пора принимать еду. Он уже сидел за столом.

Однако чаша и палочки для еды перед Императором еще не сдвинулись, явно убедив Лин Сяо, что Император еще не ел.

Лин Сяо ходил по привычке, поклонится Императору и планировал служить Императору во время еды.

Но Император прервал действия Лин Сяо и использовал свои глаза, чтобы приказать ему сесть.

Замерев на некоторое время, Лин Сяо вспомнил, что он уже не был Стюардом Лином, который служил Императору.

Он скрыл свои мысли и послушно сел рядом с Императором, который затем начал поднимать свою миску и палочки для еды.

Лин Сяо был ошеломлен, Император... Ждал его, чтобы поесть вместе?

Он моргнул, облизнул губы и выбросил эти мысли, смущенно следуя за действиями Императора, чтобы также взять, свою собственную миску и палочки для еды.

Но его сердце сильно нервничало.

Беспокойное проявление Лин Сяо было замечено Императором, когда он взглянул на него. Затем он спокойно спросил: «Не привык к такому?»

Лин Сяо остановился, легко поставил свою миску и положил палочки для еды, честно кивнув головой.

Это был не только первый раз, когда он ел с Императором, но и первый раз, когда кто-то ждал, что они будут есть вместе, с тех пор, как он пришел в этот мир. Это вызывало тепло, которое он не чувствовал долгое время.

Так было с тех пор, как он пришел в этот мир. В своей прошлой жизни он помогал плану и схеме Мо Ци, в то время как в этой жизни он был занят, чтобы отомстить за себя. Весь путь походил на ходьбу по льдине.

В прошлом, когда он помогал Мо Ци, он всегда был один, и в этой жизни, когда он пытался отомстить за себя, он тоже всегда был один. Он почти забыл, насколько обычным и утешительным является прием пищи с кем-то еще.

Лин Сяо внезапно почувствовал, что его глаза увлажнились, поэтому он опустил голову, чтобы скрыть лицо. Он не хотел, чтобы Император увидел это. Он медленно сказал невозмутимым и мягким голосом: «Это первый раз, когда Лин Сяо… Ест вместе с Вашим Величеством».

Страх на лице маленького евнуха исчез, и его заменило эмоционально взволнованное выражение. Под сморщенным лицом его сердце зашевелилось, а глаза покраснели. Яркие слезы, которые появились рядом с глазами, угрожали упасть в любой момент, заставляя сердца любого, кто видел это, смягчится.

Император тихо вздохнул, затем протянул руку и взял палочки для еды Лин Сяо. Он неторопливо сказал ему: «У Нас будет много возможностей поесть вместе в будущем. Ты должен быстро привыкнуть к такому».

Тон Императора, как всегда, был властным, но когда Лин Сяо услышал его, он почувствовал себя очень знакомо, и он тихо засмеялся: «Ваше Величество все время сталкивается с большой правительственной работой, как вы всегда сможете сопровождать Лин Сяо для того чтобы поесть?»

Лин Сяо знал, что то, как он сказал, косвенно спрашивало о планах Императора. Зная, что это было что-то, что Император ненавидел, Лин Сяо все же спросил об этом, чтобы немного почувствовать его. Он хотел знать, насколько низок порог терпения Императора.

Он совершил много неправильных поступков, но Император смог это вытерпеть.

Тогда будет ли считаться наглым то, как он с ним только что говорил?

Император бросил взгляд на Лин Сяо. Он был очень острым, поскольку он почувствовал, что тот мог видеть его сердце полностью и понять все, о чем думал Лин Сяо. Вздрогнув от удивления, Лин Сяо уже собирался встать и попросить прощения, когда Император спокойно ответил: «Если это то, чего ты желаешь, то, как только мы вернемся в Страну Му, мы всегда будем, есть вместе».

Неожиданный ответ заставил Лин Сяо замолчать, и посмотреть вниз.

Император действительно был терпеливым к нему…

Так как он мог быть таким терпеливым к нему…

Лин Сяо немного подумал, затем набрался смелости и спросил: «Ваше Величество, почему вы отпустили Лин Сяо?»

Это было то, что всегда озадачивало его. Император был Суверенным Королем, который не всегда был терпеливым только потому, что он любил кого-то.

У него были свои собственные выводы и принципы. То, что Лин Сяо делал раньше, явно затронуло нижнюю границу терпения Императора, но он все же не сделал ему выговора.

Лин Сяо был действительно сбит с толку.

Император услышал это, его руки замерли, а его взгляд переместился на Лин Сяо.

Лин Сяо теперь был перед глазами Императора, его твердая внешность, была полна решимости понять, почему, но в то же время содержала следы мольбы, словно заставляя Императора рассказать ему все.

Император вздохнул в своем сердце, когда увидел это, а затем, наконец-то, ответил: «Ты особенный в Нашем сердце».

Хотя Император сказал это спокойно, сердце Лин Сяо подпрыгнуло, а лицо стало горячим. Он перевел в панике взгляд и тихим голосом сказал: «Ваше Величество, но Лин Сяо… Солгал вам…»

«Солгал?» - Император поставил свою миску и положил палочки для еды, чувствуя, что это ниже его достоинства, когда он повернул голову и с презрением посмотрел на Лин Сяо: «Ты думал, что сможешь солгать Нам?»

Говоря об этом, Император сделал паузу и что-то вспомнил, его внешность стала немного неестественной, когда его взгляд переместился на промежность Лин Сяо: «…На самом деле тебе удалось кое-что спрятать от Нас».

«……» - Лин Сяо содрогнулся от раскаленного взгляда Императора на своем теле и инстинктивно сжал ноги.

Император от его действия, отвел взгляд: «Но мы не ненавидим это».

Сердце Лин Сяо дрогнуло, и он опустил голову.

Лин Сяо наконец-то понял. Император знал все, и все дела были раскрыты в его руках. Вот почему, хоть он ранее и лгал Императору, поскольку Император не возражал против своего маленького дела, его можно было бы простить. Более того, Император его любил, поэтому он решил извиниться.

Нижняя граница терпения Императора была для него намного ниже. Так как это было так, след лукавства мелькнул в его глазах. Он сжал зубы и еще раз собраться с духом, чтобы спросить: «Ваше Величество, можете ли вы простить Фу Юйцзюня?»

Глава 60 - Прощай, Лан Вэй

«Если бы мы смогли быть убеждены, в том чтобы Страна Шао станет вассальным государством Страны Му, тогда Мы могли бы пощадить его». - Император согласился на просьбу Лин Сяо без каких-либо колебаний.

Лин Сяо тупо уставился на Императора, немного в шоке.

Не желая больше обсуждать этот вопрос, Император встал. Он подошел к своему столу и поднял кисть, начиная просматривать документы, и оставляя Лин Сяо за обеденным столом.

Лин Сяо понимал, что подразумевает Император, и не смел больше говорить. Он просто съел еще несколько кусочков еды, не имея возможности определить вкус пищи, затем позвал слугу, навести порядок и подошел к Императору.

Отказавшись заметить присутствие Лин Сяо, Император сосредоточился на документах на столе.

Лин Сяо в глубине души немного нервничал. Хотя Император не показывал этого на его лице, тот факт, что он больше не хотел говорить об этом, уже был признаком того, что он был несчастлив.

Так как он не осмелился навязывать это, Лин Сяо решил попытаться получить милость. Он тихо прошел сзади Императора и слегка сжал его плечи.

Согласившись на действия Лин Сяо, Император сделал паузу. Затем он положил кисть и удобно откинулся на спинку стула, предоставляя Лин Сяо более легкий доступ к работе.

Лин Сяо тщательно обслужил его. Он использовал предпочитаемую Императором технику массажа и силу, а тот с облегчением вздохнул, медленно закрыл глаза.

«После того, как ты ушел, не было никого, кто мог бы служить Нам так же хорошо, как ты». - Кажется, Император вздыхал, когда говорил.

Лин Сяо почувствовал себя немного довольным, он успокоился и тихо сказал: «До тех пор пока это нравится Вашему Величеству».

«Нравится, Нам это очень нравится». - Император заговорил и протянул руку, чтобы притянуть Лин Сяо в свои объятия, заставив того сесть на его бедро, а его нежный взгляд посмотрел на него: «Мы любим тебя сверху и донизу, единственный один для нас это ты».

Тон Императора внезапно стал сильным, и он схватил подбородок Лин Сяо, неизменно заставляя Лин Сяо наклонятся ближе к нему: «Ты никогда не должен забывать, кто твой мужчина, понял?»

Его прищуренные глаза смотрели на Лин Сяо, с ужасающей и достойной аурой излучаемой ними, заставляя Лин Сяо нервничать до такой степени, что он не мог дышать. В панике он кивнул.

Увидев согласие Лин Сяо, Император слегка обуздал свою ауру и отпустил его.

Лин Сяо поспешно покинул объятия Императора и встал перед ним на колени.

Император встал и сказал: «Встань, нам не нравится, когда ты стоишь на коленях. С этого момента тебе не нужно становиться на колени перед нами».

С этими словами Император прошел мимо Лин Сяо и вышел, но остановился у входа. Казалось, он что-то вспомнил, когда остановился, повернувшись к Лин Сяо, он сказал: «Лин Сяо, ты умный человек, не пытайся снова коснуться итогового результата».

Как будто он боялся, что угрозы в этих словах было недостаточно, Император сделал паузу и продолжил: «Пока ты послушен, Мы можем сделать тебя самым счастливым человеком в мире».

Сказав это, он ушел, даже не оглядываясь.

Лин Сяо расслабился и выдохнул. Держа свое прыгающее сердце, он поднялся с пола. Он смотрел на уходящую фигуру Императора и задумчиво опустил голову.

Последние слова Императора, вероятно, были тем, кем он был в настоящее время для Лин Сяо.

Он действительно стоял намного ниже. Лин Сяо с сожалением вздохнул.

«Молодой Мастер». – Звонкий голос послышался в коридоре.

Лин Сяо поднял голову, чтобы найти крепко одетую служанку, ожидающую у двери, он поднял бровь.

Служанка вошла и поприветствовала его: «Молодой господин, Его Величество велел мне отвести вас в тюрьму, где находится второй принц Страны Шао, для посещения. Хотите пойти?»

Он был поражен. Император разрешил ему посетить Фу Юйцзюнь? И даже служанка отвезет его туда?

Лин Сяо с подозрением посмотрел на служанку и недоверчиво спросил: «Император, велел тебе отвезти меня туда где находится Фу Юйцзюнь?»

Служанка улыбнулась и кивнула, но удержалась от того, чтобы закатить глаза, когда увидела, что Лин Сяо все еще не выглядел убежденным: «Разве это не то, чего вы желали, Молодой Мастер?»

Лин Сяо замолчал. Он действительно не хотел посещать Фу Юйцзюня, он просто хотел, чтобы последний смог жить. В конце концов, у него была дружба с Фу Юйцзюнем. Кроме того, этот человек был талантлив, было бы жаль, если бы он умер.

Поскольку Император дал свое разрешение, он должен посетить Фу Юйцзюнь и поговорить с ним.

Думая об этом, Лин Сяо сжал губы и махнул рукой: «Пошли».

«Да».

Служанка поклонилась, и повернувшись пошла спереди Лин Сяо, а он последовал за ней.

Фу Юйцзюнь содержался в тюрьме Страны Шао, а Лин Сяо сейчас находился в Таверне «Надежда Весны» в Стране Шао. Если он хочет попасть в тюрьму, ему придется ехать туда на карете.

И служанка уже подготовила карету перед входом, ожидая выхода Лин Сяо.

Выйдя, первое, что заметил Лин Сяо, было не великолепной каретой, которую часто использовал Император и которая была подготовлена служанкой, а человеком, стоящим на коленях у входа. Это был кто-то, с кем он был более-менее знаком - Хонг Е.

Хонг Е одиноко опустилась на колени перед Таверной «Надежда Весны», на ее лице совсем не было цвета. Выражение полного отчаяния и утраты, а также ее изнуряющее тело показали, что у нее явно не было физической способности продолжать терпеть.

Лин Сяо нахмурился, растерянность была на его лице. Ранее Хонг Е, не схватила его и не привела к Императору. Ее служба должна была быть выдающейся, но она стояла на коленях, словно поступила неправильно.

Лин Сяо действительно не понял.

Он хотел подойти поближе и спросить ее, но служанка рядом с ним увидела это и быстро встала между ними. Она почтительно поклонилась и сказала: «Молодой Мастер, если вы сейчас не пойдете в тюрьму, то потом будет темно. Пожалуйста, садитесь в карету».

«Не спеши». - Лин Сяо посмотрел на небо, затем покачал головой, желая пройти мимо служанки в сторону Хонг Е.

Служанка увидела это и снова заблокировала его, поклонившись: «Молодой Мастер, пожалуйста, садитесь в карету».

Голос служанки нес в себе след твердости, удивляя Лин Сяо. Он посмотрел на нее и заметил, что во внешности этой женщины было много героического духа. На ее лице был холод, он не мог отказаться.

Подняв бровь, Лин Сяо только тогда понял, что Император, должно быть, приказал ей не пускать его к Хонг Е. Он продолжил идти, как будто ничего не случилось, и послушно забрался в карету.

Удивленная, служанка смотрела на него, прежде чем вздохнула с облегчением. Она оглянулась и посмотрела на белый цвет лица Хонг Е, покачала головой и последовала за Лин Сяо в карету.

Движение служанки не ускользнуло от глаз Лин Сяо. Он наблюдал за ней и догадался, что эта служанка была знакома с Хонг Е, и поэтому он придумал план.

Он впустил горничную к нему в карету, затем подошел к ней и повел себя дружелюбно: «Глядя на твое платье, не скажешь что ты служанка»

Служанка замерла на мгновение, а затем, опустив голову, ответила: «Молодой Мастер, эта подчиненная является тайным стражем Мастера».

«Тайным стражем?» - Лин Сяо никогда не слышал о том, чтобы у Императора были тайные стражи в его прошлой жизни, поэтому он был поражен.

Он смотрел на служанку так, словно смотрел на что-то редкое. Служанка почувствовала себя неловко от этого взгляда и немного отошла: «Молодой Мастер, почему вы так пристально смотрите на эту подчиненную?»

«Нет, просто я никогда не думал, что тут могут быть женщины-стражи». - Лин Сяо случайно выдвинул оправдание.

Служанка выглядела немного несчастной, когда услышала это и ответила: «Однажды Мастер сказал, что мужчины и женщины - это одно и то же. Что может сделать мужчина, может сделать и женщина».

Лин Сяо потерял дар речи, эта служанка неправильно поняла его и подумала что он презирает женщин. Он поспешно объяснил: «Я не это имел в виду, я имел в виду…»

«Хорошо, Молодой Мастер, вам не нужно объяснять ничего этой подчиненной. Вы человек Мастера и, следовательно, Мастер этой подчиненной. Если у вас есть вопросы, пожалуйста, задавайте».

«......»

Как и следовало ожидать от того, кто служил Императору. Ее проницательность была очень острой, а ее индивидуальность достаточно свежей.

Лин Сяо тайно одобрил ее в своем сердце и прекратил виться вокруг куста, откровенно спрашивая: «Хонг Е тоже тайный страж?»

«Хонг Е?» - служанка сделала паузу, а затем ответила: «Она... Тайный страж, отличающийся от этой подчиненной».

Лин Сяо был ошеломлен и продолжал спрашивать: «Как отличающийся?»

Служанка услышала это и немного неловко сказала: «Молодой Мастер, не лучше ли спросить Мастера об этом?»

«……» - Лин Сяо был еще более изумлен, вопросительно глядя на служанку. - «Ты не можешь ответить?»

Служанка опустила голову перед Лин Сяо, и поклонилась: «Пожалуйста, простите Молодой Мастер».

Лин Сяо недовольно сжал губы и спросил, используя другой подход: «Какие у тебя отношения с Хонг Е? Вы двое знакомы друг с другом?»

Служанка покачала головой: «Мы встречались всего несколько раз, когда отправлялись на одну и ту же миссию. Эта подчиненная отвечает за секретные вопросы, в то время как Хонг Е была помещена Мастером в Страну Шао для получения информации. Мы не очень знакомы друг с другом».

«Это так…» - Лин Сяо поднял бровь. Тогда, почему эта служанка смотрела на Хонг Е с выражением полного сожаления минуту назад?

Обдумывая это, Лин Сяо задал еще один вопрос: «Тогда почему Хонг Е стоит на коленях?»

Служанка растерялась и удивленно спросила: «Молодой мастер, вы не знаете?»

«……» - Лин Сяо замолчал. Он должен был знать?

Служанка не могла удержаться от смеха, несмотря на то, что она слуга. Заметив, что она забыла о своих манерах, она повернула голову в сторону и ответила: «Хонг Е, не повиновалась приказу Мастера».

«Не повиновалась?» - Лин Сяо был озадачен.

Служанка объяснила: «Мастер дал Хонг Е указ вернуть Молодого Мастера до начала войны».

Как будто она боялась, что Лин Сяо неправильно ее поймет, она поспешно добавила: «Этот приказ был на благо Молодого Мастера. Когда идет война, случаются несчастные случаи и травмы. Причина, по которой Мастер хотел, чтобы Хонг Е сначала вернула тебя, состояла в том, чтобы защитить тебя, но…»

Служанка сделала паузу и очень серьезно сказала: «Тем не менее, Хонг Е проигнорировала приказ Мастера и вместо этого позволила Молодому Мастеру бродить, где ему заблагорассудится, заставляя Молодого Мастера несколько раз сталкиваться с неприятностями... Однако, похоже, что она не знала, что у Молодого Мастера были такие таланты. Мало того, что позволение Молодому Мастеру делать все, что вам угодно, не причинило вам вреда, но и позволяло Молодому Мастеру добиться успеха… В спасении Принца Страны Шао. Так что первый план Мастера провалился».

«Подожди…» - Лин Сяо нахмурился. «Ты сказала, что она проигнорировала его?»

Служанка ответила: «… Хонг Е действительно давно отменила свою акупунктурную точку. Более того, такая веревка не угрожала ей вообще. Если бы она этого пожелала, она могла бы давно вернуть Молодого Мастера обратно».

Заявление служанки заставило глаза Лин Сяо расшириться от шока.

«Значит, она специально позволила мне смешаться с армией? Чтобы я мог получить травму и даже... умереть?» - спросил Лин Сяо, наконец-то осознав всю серьезность этого вопроса.

Горничная замолчала, немного подумала, прежде чем ответить: «Молодой Мастер, было бы лучше, если бы вы держались на некотором расстоянии от Хонг Е. Она таит в себе неизвестные мотивы к вам. Без вашего разума я верю, что вы бы тоже лежали среди этих трупов».

Лин Сяо сильно расстроился.

Он все еще не мог полностью поверить ее словам. В конце концов, Хонг Е действительно относилась к нему хорошо, когда он был рядом с Фу Юйцзюнем.

Часто она была очень искренна в своих заботах.

Зачем ей хотеть его смерти? Была ли у нее ненависть к нему?

Лин Сяо хотел расспросить еще, когда карета внезапно остановилась. Служанка, казалось, услышала его мысли и быстро сбежала, выйдя из кареты. - «Молодой мастер, мы прибыли в тюрьму».

Лин Сяо был беспомощен и мог только сойти с кареты.

За каретой ждала не только служанка, но и молодой человек, одетый в повседневную синюю одежду который был в приподнятом настроении - Лан Вэй.

Глава 61 - Сильнейшая страна

По сравнению с прошлым он сильно повзрослел. Молодое и нежное лицо Лан Вэя выглядело так, как будто оно претерпело большие изменения из-за его более темного цвета лица.

Высокомерная и надменная атмосфера, которая первоначально окружала его, стала устойчивой и сдержанной.

Когда Лин Сяо увидел такого Лан Вэя, он не знал, что ему сказать.

Встретив взгляд Лин Сяо, Лан Вэй почувствовал себя довольно сложно и опустил голову. Мужчина был таким же красивым, как и прежде, его стройная красота скрывалась под белой парчовой одеждой. Если он сравнит его с тем, кто раньше носил только одежду евнуха, то Лин Сяо сейчас изменился до неузнаваемости, стал более благородным и грациозным.

Это заставило Лан Вэя понять, что Лин Сяо стал другим. Мало того, что его нынешняя личность довольно выдающаяся, но, возможно, даже его мышление теперь отличается. Из-за его новой личности он уже не мог быть таким же, как раньше. При этой мысли Лан Вэй был в растерянности и закрыл глаза, на секунду потеряв желание говорить.

Так что двое просто с тревогой смотрели друг на друга, и молчали. Атмосфера стала чрезвычайно неловкой в одно мгновение.

В конце концов, тем, кто нарушил тишину, стала служанка. - «Генерал Лан Вэй, Мастер приказал этой подчиненной привести сюда Молодого Мастера, чтобы он посетил Второго Принца Страны Шао, не могли бы вы сопровождать его?»

Лан Вэй был очень удивлен. Желая убедиться, что он услышал все правильно, он повернулся лицом к служанке: «Император хочет, чтобы Лин Сяо… Нет, Король-Супруг навестил Второго принца?»

Служанка кивнула, отвечая: «Да. И так, мы хотели бы попросить генерала сопровождать Молодого Мастера».

Лан Вэй поджал губы, и некоторое время размышлял, затем он слегка покачал головой и улыбнулся служанке: «Могу я поговорить с Королем-Супругом?»

Услышав просьбу Лан Вэй, служанка посмотрела на Лин Сяо, затем склонила голову и отступила на несколько шагов, поклонившись: «Как пожелаете».

Сказав это, служанка повернулась и отошла в более отдаленное место, оставив Лан Вэя и Лин Сяо на том месте, где они стояли.

Как только Лан Вэй увидел, что служанка отошла достаточно далеко, он сразу же двинулся вперед и потянул руку Лин Сяо, серьезно говоря: «Возьми служанку, которая привела тебя сюда, и немедленно возвращайся».

Лин Сяо нахмурился. Он несчастно уставился на Лан Вэя: «Что это значит?»

«Возвращайся». - Лан Вэй выглядел очень серьезным и преданным делу.

В глазах Лан Вэя горел огонь, что в сочетании с его торжественной и уважительной внешностью давало ему очень серьезное и неопровержимое выражение.

Лин Сяо все еще боролся с собой, но, увидев это выражение, он тихо успокоился. Все еще в замешательстве, он спросил: «Лан Вэй, в чем смысл всего этого?»

«Это должно быть моим вопросом». - Лан Вэй сжал губы: «Лин Сяо, что ты пытаешься сделать?»

«… Я?» - Лин Сяо усмехнулся: «Разве ты не слышал? Император отправил меня сюда, и я приехал посмотреть на Фу...»

Лин Сяо даже не закончил говорить, когда Лан Вэй прервал его, в раздражении: «Разве ты не понял, что Император просто проверяет тебя?»

Лин Сяо застыл. Его лицо окаменело, а затем перешло в серьезное выражение.

Император проверял его?

Это серьезное выражение уверило Лан Вэя в важности, которую Лин Сяо придает этому вопросу, а также решимость последнего. Успокоив свое нетерпеливое и взволнованное сердце, он отпустил руку Лин Сяо и сказал: «Весть о Фу Юйцзюне, желающем взять тебя в жены, распространилась по всей Стране Шао, и об этом постоянно говорили. Император тоже был в Стране Шао, когда это случилось. Думаешь он не против такого? Ты Король-Супруг Императора».

«…» - Во время пребывания во дворце Фу Юйцзюня, Лин Сяо находился под домашним арестом и поэтому не знал о ситуации снаружи. Так что он пренебрег этим.

Наблюдая за тем, как Лин Сяо был погружен в свои мысли, Лан Вэй напомнил ему: «Ты думал Император, просто так послал кого-то, чтобы он лично сопровождал тебя, чтобы увидится с Фу Юйцзюнем? Используй свой разум и то, что ты знаешь об Императоре, чтобы хорошо обдумать это».

После того, как он закончил говорить, он повернулся спиной к Лин Сяо, выглядя раздраженным его безрассудным решением.

Лин Сяо сохранял спокойствие, но буря бушевала в его сердце.

Император проверял его. Чтобы узнать, действительно ли он собирается встретиться с Фу Юйцзюнем. Чтобы увидеть, действительно ли он был обеспокоен Фу Юйцзюнем...

Лин Сяо задрожал от холода, он не смел себе это представить. Если бы он действительно пошел к Фу Юйцзюню, что бы сделал Император? Что он подумает о нем? Сколько доверия он потеряет в нем?

Лин Сяо внезапно осознал, что происходит, и цвет его лица исчез, став чрезвычайно бледным. Его стройное тело было на грани крушения в сумерках и казалось очень хрупким.

Сердце Лан Вэя болело при этом виде, он чувствовал нежность к человеку перед ним...

Нежность…

Осознав свои чувства, лицо Лан Вэя стало странным, на нем появилось сложное выражение. В прошлом Лин Сяо и он спорили так, будто они были ненавистными врагами. Он никогда не ожидал, что у него будет такое выражение лица, и он испытывает к нему такие страдания.

Чувствуя себя немного стыдно, Лан Вэй сжал кулаки и не посмел взглянуть на Лин Сяо. Он холодно сказал: «Возвращайся. Еще есть время, если ты вернешься сейчас».

Лин Сяо знал, что то, что сказал Лан Вэй, было разумным, и поэтому у него не было другого выбора, кроме как забраться обратно в карету, и как можно скорее вернуться к Императору доказывая свою преданность.

Тем не менее…

Даже если бы он должен вернуться сейчас, и даже если Император отпустит Фу Юйцзюня, Фу Юйцзюнь позволит Стране Шао так легко сдаться?

Лин Сяо вздохнул, успокоил свое настроение и позвал служанку.

Полагая, что Лин Сяо вернется сейчас, Лан Вэй ослабил свою охрану. Тем не менее, он увидел взгляд Лин Сяо на него, его глаза приняли решение - «Пожалуйста, ведите нас генерал Лан».

«......»

Лан Вэй задрожал, сердито глядя на Лин Сяо. Он схватил его и отвел в сторону, в гневе: «Что с тобой? Лин Сяо, ты не понял, что я только что сказал? Если ты не уйдешь сейчас, Император потеряет все доверие, которое он имеет к тебе!» - Лан Вэй сжал свою хватку.

«Я знаю». - Лин Сяо опечалился. - «Доверие Императора, безусловно, важно, но ты не можешь просить меня отойти в сторону и просто посмотреть, как Фу Юйцзюнь умрет. Кроме того, молодой мастер Лан Вэй, что ты сможешь сделать?»

Услышав это, Лан Вэй усмехнулся. Он пытался помочь Лин Сяо! И все же Лин Сяо использовал такой тон с ним! Лан Вэй был возмущен этим так, что даже начал смеяться.

Смех звучал мрачно и странно, заставляя Лин Сяо холодно задрожать от него. Он возразил: «Ты перестанешь смеяться, как какой-то псих?»

Он только закончил говорить, как увидел, что лицо Лан Вэя почернело, в его глазах вспыхнул гнев.

Выражение на лице Лан Вэя было властным, и отличалось от его устойчивого взгляда, который он демонстрировал прежде. Нынешний выглядел так, как будто этот молодой и незрелый Лан Вэй вернулся снова.

Перед Лин Сяо он появился как лев, потерявший острые когти. Он мог грозится Лин Сяо только своим взглядом, его когти были совершенно бессильны.

Лин Сяо слегка покачал головой. Зная, что Лан Вэй ничего не может с ним сделать, он планировал идти.

Лан Вэй протянул руку, чтобы остановить его.

Лин Сяо нахмурился, нетерпеливо глядя на Лан Вэя.

Лан Вэй посмотрел на Лин Сяо и холодно улыбнулся, сжав кулак. Этот человек, очевидно, заботился о доверии Императора и боялся власти Императора. И все же, он просто должен пойти и бросить вызов дракону.

Просто глупо!

Лан Вэй крепко сморщил брови. Он начинал терять терпение и собирался поднять руку и использовать грубую силу, чтобы не дать Лин Сяо пройти. Пока его глаза не встретились с глазами Лин Сяо.

Эта пара проницательных глаз походила на чистый родник, текущий в его грудь, успокаивая Лан Вэя и вызывая вспыльчивые чувства. Сердце Лан Вэя замерло, и он опустил руку, которую поднял.

В этих глазах Лан Вэй увидел решимость Лин Сяо спасти Фу Юйцзюня.

Это была решимость спасти его, несмотря ни на что...

Лан Вэй сжал зубы от ненависти. Этот человек, очевидно, боится причинить неприятности, но почему у него должно быть такое доброе сердце?

Лан Вэй поджал губы, когда перед его глазами вспыхнуло смутное воспоминание. Это было, когда он свалился с лошади и упал с обрыва...

Тогда Лин Сяо рисковал своей жизнью, чтобы спасти его.

Он действовал безрассудно, как Лин Сяо может быть таким невероятно глупым?

Сердце Лан Вэя смягчилось, и он долго молча, смотрел на него, прежде чем тихо вздохнуть. С некоторой неохотой он сказал: «Позволь мне задать тебе еще один вопрос».

Голос Лан Вэя явно успокоился по сравнению с предыдущими интонациями, но Лин Сяо не хотел слушать то, что тот хотел спросить. Он прямо откинул руку, которая преграждала ему путь, идя туда, где была служанка.

«У меня больше нет причин тебя слушать», - сказал Лин Сяо.

Лан Вэй нахмурился, повернулся и потянул запястье Лин Сяо, слегка надавив.

Лин Сяо крикнул от боли и остановился.

Лан Вэй холодным голосом спросил: «У тебя есть особые чувства к Фу Юйцзюню?

«Что?» - Лин Сяо смутился, его лицо было в растерянности. - «На что ты намекаешь?»

Увидев выражение лица Лин Сяо, Лан Вэй расслабил брови и очистил свои опасения, ослабил хватку и отпустил его.

Похоже, любовь Фу Юйцзюня была односторонней.

Он не знал почему, но Лан Вэй почувствовал облегчение, и его настроение улучшилось. Он сказал глубоким голосом: «Ты должен вернуться. Не беспокойся, Фу Юйцзюнь не умрет. Я помогу тебя «убедить» его».

«А?» - Лин Сяо был поражен: «Ты мне поможешь? Ты, молодой мастер Лан Вэй, поможешь мне?»

Это было просто невероятно. Лин Сяо усмехнулся: «Если память мне не изменяет, мы, кажется, никогда не ладили и всегда были не согласны друг с другом».

Лан Вэй сжал губы: «Все наши проблемы были вызваны Мо Ци. Теперь, когда Мо Ци больше нет здесь, какие еще споры у меня будут с тобой?»

Лин Сяо услышав, что он сказал, поднял бровь: «Да будет так, но разве ты всегда не ненавидел меня? Так зачем мне помогать? Могу ли я... Доверять тебе?»

Лан Вэй замолчал, его лицо было почернело. Он явно не хотел отвечать.

Но Лин Сяо не отпускал его, и продолжал допрашивать.

«Если ты не можешь дать мне причину, тогда как я могу доверять тебе?»

Лан Вэй усилил хватку и в конце концов не вытерпел с сожалением сказал: «Тогда, когда я упал с лошади в горах, ты спас меня!»

Лин Сяо был поражен. Его лицо на какое-то мгновение стало немного неестественным, и Лан Вэй отпустил его руку.

«Я не буду спрашивать тебя, почему ты солгал мне. Так как ты спас меня, я возьму на себя ответственность, чтобы отплатить тебе за твою доброту».

Сказав это, он не стал дожидаться, когда Лин Сяо что-то скажет, он подошел к служанке, сказав ей: «Король-Супруг сказал, что его тело чувствует себя не очень хорошо, поэтому он не может сегодня навестить заключенного».

Служанка услышала это и кивнула в понимании: «Понятно. Тогда эта подчиненная отвезет Молодого Мастера обратно».

Служанка заговорила, когда Лин Сяо догнал его.

Посмотрев на искреннее лицо Лан Вэя, которое не выглядело поддельным, Лин Сяо подумал, что, возможно, он мог бы поверить ему на этот раз.

В заключение Лин Сяо кивнул и не стал опровергать причину, по которой Лан Вэй сделал для него это. Он повернулся, чтобы последовать за служанкой в карету.

После того, как Лин Сяо ушел, уголки рта Лан Вэя наклонились, он холодно повернулся к тюрьме.

В сырой тюрьме находилась камера, которая была более безопасной, чем другие. На двери были слои железных цепей, запирающих ее, в то время как внутри сидел человек, похожий на нищего.

Его фигура была стройной, и хотя его одежда уже была покрыта грязью и пеплом, благодаря чему оригинальный цвет более не возможно было рассмотреть, но можно было по-прежнему презирать его экзотический стиль, который сильно отличался от Страны Му.

«Фу Юйцзюнь». - Лан Вэй встал у железных ворот и позвал его.

Фу Юйцзюнь услышал, как его зовут, и слегка поднял глаза. Видя, что это был Лан Вэй, он холодно улыбнулся и тут же опустил взгляд. Он явно не хотел иметь дело с Лан Вэем.

Лан Вэй заговорил, когда увидел это, - «Лин Сяо прибыл только что».

Глаза Фу Юйцзюня просветлели при этих новостях, он быстро посмотрел на вход, его лицо выражало надежду.

Но как бы долго он не смотрел, он не видел фигуру Лин Сяо. Он немного сердито посмотрел на Лан Вэя.

Лан Вэй прямо сказал: «Он уже ушел».

«……» - Фу Юйцзюнь почувствовал себя потерянным, и он снова вернулся к своему сидячему положению. Лан Вэй поспешно сказал: «Он хотел, чтобы я передал вам сообщение».

Фу Юйцзюнь повернулся спиной к Лан Вэю: «Что?»

Голос был хриплым и неприятным, он не только удивил Лан Вэя, но и заставил Фу Юйцзюня еще больше хмуриться.

Фу Юйцзюнь плотно сжал губы, он показал такую жалкую фигуру...

Тем не менее, его жизнь была близка к концу, так что…

«Лин Сяо сказал, что не хочет, чтобы вы умерли», - заявил Лан Вэй.

Фу Юйцзюнь встряхнулся и улыбнулся, пробормотав: «Боюсь, я не могу дать ему такое обещание».

«Если хотите его исполнить, есть один способ». – заманил его Лан Вэй.

В глазах Фу Юйцзюня вспыхнул свет, он повернул голову и посмотрел на Лан Вэя: «Какой?»

«Император пообещал, что если вы сдадитесь, он позволит Стране Шао стать вассальным государством Страны Му. Он может позволить вам жить и позволить вам оставаться суверенным королем Страны Шао».

«Невозможно!»- Фу Юйцзюнь прервал Лан Вэя в ярости: «Даже если я умру, я не умру предателем!»

«Предателем?» - усмехнулся Лан Вэй, - «Какой страны?»

«Ты!» - Фу Юйцзюнь был очень рассержен, глядя на Лан Вэя.

Лан Вэй равнодушно сказал: «Страна Шао уже уничтожена. Если вы умрете, то Страна Шао также прекратит свое существование».

«……» - Фу Юйцзюнь крепко сжал свои руки.

Лан Вэй заметил это и отошел в сторону, чтобы Фу Юйцзюнь увидел ситуацию в других тюремных камерах.

В этой тюрьме находились все важные Министры Шао, а также солдаты, которые не сдались.

Их внешность ничем не отличалась от Фу Юйцзюня, растрепанная и похожая на нищих, их лица были пустыми и полными отчаяния. Фу Юйцзюнь все это увидел и отступил в вине.

Его некомпетентность привела к тому, что его подданные потерпели бедствие.

«Если вы не сдадитесь, тогда все эти люди умрут вместе с вами. И Страна Шао больше не будет существовать».

Когда Лан Вэй увидел, что его слова вызвали горе на лице Фу Юйцзюня, он вздохнул и закрыл рот. Только через некоторое время он сказал последнее предложение: «Просто подумайте об этом».

Закончив говорить, он повернулся и ушел.

Он не знал, правильно или неправильно помогать Лин Сяо, так как сделал он.

Была только одна причина, по которой Император пообещал сохранить Фу Юйцзюня в живых, и это было тем, что он сказал Лин Сяо. Однако была еще и другая причина; если бы в их руках находился король Страны Шао, тогда территория страны могла бы быть передана под их контроль в гораздо более короткие сроки.

Однако Фу Юйцзюнь был опасным человеком. Лан Вэй не знал, было ли это ошибкой или нет, пытаться контролировать принца.

Но было жаль, что единственный, кто мог заменить Фу Юйцзюня как короля страны, Фу Шанцзюнь уже был давно мертв. Если бы он был еще жив, то, даже если Лин Сяо просил, Император не оставил бы Фу Юйцзюня в живых.

Примечание к части Мне кажется название предыдущей главы больше подходит сюда, все же в прошлой главе Лин Сяо с Лан Вэем точно не прощались)

Перешла в отношениях между ними на ты, все же Лин Сяо сейчас выше по положению. А Лан Вэй хоть при других ему выкает, между ними говорит на "ты".

После этой главы мне показалось, что Лан Вэй и Фу Юйцзюнь очень подходят друг другу... Жаль, что автор не написал о них историю, или не вписал сюда за них отдельную ветку повествования... Мне бы хотелось почитать...

Глава 62 - Откровенно разобраться с этим

Уже было поздно, когда Лин Сяо направился в Таверну «Надежда Весны».

Когда его повела служанка на второй этаж, он заметил, что свечи были зажжены по всей таверне.

Остановившись и глядя на второй этаж, Лин Сяо немного колебался. Когда он понял, что Император действительно испытывает его, он почувствовал себя плохо и стал нерешительным.

Он чувствовал, словно его тело было связано и брошено в удушающую жаркую погоду. Жара явно заставляла его чувствовать себя плохо, но он не знал, как от нее избавиться. Он ничего не мог сделать, кроме как позволить жару течь по его венам, разъедая его сердце и легкие.

Служанка подошла к двери, ведущей в комнату Императора, и остановилась рядом с ней. Затем она поклонилась Лин Сяо. Смысл был совершенно ясен - Лин Сяо должен войти.

Лин Сяо слегка задумался, затем махнул рукой и отпустил служанку.

Служанка на некоторое время замерла, затем послушно и почтительно ушла с другим поклоном.

Лин Сяо теперь стоял один за дверью. Он смотрел на отражение Императора через окно, вздох сошел с его губ, когда он начал погружаться в свои мысли.

Даже имея в руках золотую табличку с освобождением от смерти, он совсем не чувствовал себя в безопасности, поскольку Император никогда не доверял ему. Лин Сяо знал, что ему нужно что-то сделать с недоверием Императора к нему.

Решив, Лин Сяо слегка постучал в дверь и тихо позвал Императора.

В комнате затянулся период молчания, а вскоре прозвучал ровный голос Императора.

«Войди».

Он осторожно вошел и увидел, что Император сидел за своим столом, отмечая что-то в бухгалтерской книге. Император положил кисть, увидев Лин Сяо, спокойно глядя на последнего. Затем, делая вид, что не обращает внимания, он спросил: «Так ты наконец-то решил войти?»

Лин Сяо тупо уставился, прежде чем быстро понял, о чем говорит Император. Поскольку Император был сильным мастером боевых искусств, даже малейший звук не мог пройти мимо его ушей, не говоря уже о его звуке, так как он так долго оставался у двери.

Император, скорее всего, уже заметил его, когда он только прибыл на второй этаж.

Лин Сяо не стал прятаться и пошел и стал перед Императором. Он в знак приветствия опустил голову и сказал: «Лин Сяо не знает, как смотреть в лицо Вашему Величеству».

Император поднял бровь, прислонился к стулу, показывая сомнение.

Лин Сяо бесстрашно сжал губы и сказал: «Ваше Величество, вы не доверяете Лин Сяо».

Лин Сяо осмелился так говорить только потому, что на его груди была золотая табличка с освобождением от смерти, которую дал Император.

Поскольку Лин Сяо не нужно было беспокоиться о своей жизни, ему также не нужно было прятать в своем сердце какие-либо печальные вопросы. Лин Сяо твердо распространил свое несчастье перед Императором.

Кроме того, во-первых, Император ненавидит ложь, поэтому быть честным - единственный способ завоевать его доверие.

Его правдивость была решающим моментом!

Император мгновение смотрел безучастно, немного ошеломленный, тем, что Лин Сяо будет настолько откровенен.

Однако Императору не был против такой откровенности. Уголок его губ изогнулся, и в его глазах отразилась улыбка, когда он спросил Лин Сяо: «Ты не доволен?»

Лин Сяо определенно кивнул: «Лин Сяо действительно не доволен».

«……» - Император прищурился, глядя на Лин Сяо перед ним.

Глядя на честное лицо Лин Сяо, чьи брови были крепко нахмурены на переносице, можно было увидеть обиду и гнев, а также недовольный хмурый взгляд. Император мог сказать, насколько Лин Сяо был недоволен. Это было похоже на кошку, которая обвиняла своего хозяина в том, что он не позаботился о ней, обнажая клыки и когти, чтобы излить свое несчастье. Тем не менее, это вообще не было угрозой.

Император был доволен, он поднял брови и прищурил глаза.

Лин Сяо стиснул зубы: «Лин Сяо не встречался с Фу Юйцзюнем».

Император услышал это, и его глаза осветились, его тонкие губы слегка приподнялись, когда он сказал: «Поскольку ты поехал туда, почему ты не навестил его?»

Глава 63 - Король-Супруг возвращается во дворец

«Потому что Ваше Величество не доверяет Лин Сяо». - Проницательные глаза Лин Сяо смотрели прямо в двойные зрачки Императора.

Он набрался смелости и заявил: «Ваше Величество, не проще ли было просто напрямую спросить Лин Сяо, чем всегда виться вокруг куста, чтобы прощупывать?»

Услышав эти слова, Император поднял бровь. Его двойные зрачки были безмятежны и глубоки, когда он наблюдал за ним. Лин Сяо смотрел прямо на них, не уклоняясь, в его глазах было спокойствие.

Когда он увидел это, в сердце Императора появилась пульсация. Маленький евнух, который всегда так осторожно говорил перед ним, наконец-то превратился в того, кто осмелился допрашивать его.

Без сомнения, это должен быть врожденный характер этого человека, который был и грубым и прямым, и приносил с собой дыхание свежести.

Император встал и подошел к Лин Сяо, долго пристально глядя на него, его взгляд казалось, проникал внутрь, будто пытаясь увидеть всего Лин Сяо как внутри, так и снаружи.

Вид Императора заставил Лин Сяо почувствовать себя оскверненным, и из его сердца быстро вырвалось чувство стыда, его лицо не могло не покраснеть.

Он тихо и слабо сказал: «Ваше… Ваше Величество…»

Голос Лин Сяо взывал к глубине сердца Императора, заставляя его смягчаться и становиться беспорядочным.

Император не мог не захотеть узнать истинную сущность человека перед ним, и поэтому он спросил: «Тогда скажи Нам, что ты думаешь?»

Лин Сяо некоторое время думал про себя, затем довольно лукаво сказал: «То, что думает Лин Сяо, - это не то, что предполагает Ваше Величество».

Хитрость в глазах Лин Сяо, естественно, не ускользнула от внимания Императора, и этот ответ, который на самом деле не был ответом, не понравился ему.

Император протянул руку, чтобы схватить подбородок Лин Сяо, чтобы тот мог смотреть ему прямо в глаза, чтобы мысли последнего не могли быть скрыты от него. Затем он еще раз спросил: «А о чем Мы думаем?»

«……» - Лин Сяо смотрел безучастно, Император был явно недоволен его предыдущим ответом.

Лин Сяо поджал губы под внимательным взглядом Императора. Он не осмеливался делать случайные замечания, но как он должен был говорить об истине?

Будучи загнанным в угол, Лин Сяо не знал, что ему сейчас сказать, и запаниковал перед Императором.

Он поднял, а затем опустил руку несколько раз, теряясь. Его рот закрылся и открылся, но слова не выходили из него.

Его брови сморщились от беспокойства. Он хотел что-то выразить, но не смог ничего сказать. Все, что он в итоге сделал, - это показал Императору простой и честный свой вид.

Император, смотря на эту сцену подумал, что это немного смешно, из-за чего его губы немного изогнулись.

Эта причуда была замечена Лин Сяо, заставляя его чувствовать себя дразненным и смущенным. Вскоре пар сорвался с его головы, и его лицо полностью покраснело.

Его сердце постепенно ускорилось, так сильно подпрыгивая, что у Лин Сяо появилось ощущение, что оно вырвется из груди.

И все же Император, который заставил Лин Сяо так сильно покраснеть, сузил глаза от того, что, казалось, было, удовлетворением, но так же в настроении оценить такой вид.

Из-за стыда Лин Сяо гневно посмотрел на него и обиженно выпалил: «Разве Вашему Величеству не должно быть ясно, какие у вас мысли?»

В тот момент, когда он закончил говорить, Лин Сяо пожалел об этом. Если бы он сказал эти слова любому другому простому человеку, то это было бы нормально, но человек, с которым он сейчас сталкивается, - это Император.

Лин Сяо робко взглянул на Императора, но обнаружил, что на его лице не было гнева, скорее, он выглядел немного сбитым с толку.

То, чего не знал Лин Сяо, было...

Хотя он был недоволен, мягкий голос Лин Сяо в сочетании с красными щеками не выживал у него раздражение, как он думал. Вместо этого, это дало ощущение щекотки в сердце, словно ребенок, бросающийся в истерику.

Как котенок, вытягивая свои розовые когти, чтобы слегка полапать сердце Императора, создавая невыносимое зудящее чувство.

Прежде чем Лин Сяо успел среагировать, Император не смог удержаться от того, чтобы не приблизиться, прижавшись лбом ко лбу Лин Сяо.

На таком близком расстоянии взгляд Императора был еще глубже, чем когда-либо прежде, поражая Лин Сяо. Его двойные зрачки были темными, как чернила, их легко было заметить одним взглядом, и скрытая глубина внутри отправляла дрожь по позвоночнику любого человека. Ему казалось, что его взгляд притягивал магнитом, неспособным отвести взгляд от Императора.

Тудум! Тудум! Тудум!

Он не знал, чье это сердцебиение, отдаваясь эхом в тихой комнате, биением, удар за ударом в уши Лин Сяо, вызывая у него головокружение.

Внешность Императора была размытой при мерцающем свете свечей, но сильно выгравирована в глазах Лин Сяо. Вскоре он заставил его задуматься о том, какой красивый Император, настолько красивый, что у него пересохло во рту...

Лин Сяо медленно приблизился к Императору, околдованный его красотой.

Он мягко коснулся губ Императора.

Когда он коснулся тонких губ Императора, только тогда Лин Сяо внезапно пришел в себя, пораженный тем, что он только что сделал. Он чуть не выпрыгнул из объятий Императора, однако последний притянул его к себе удерживая на месте.

За этим последовал естественный, властный и продолжительный поцелуй Императора.

«Хннн…» - Лин Сяо смотрел в глаза Императора. В его глазах было выражено намерение дразнить Лин Сяо.

Хотя Лин Сяо был несчастен, его тело стало слабым и беспомощным из-за поцелуя, которым он только что поделился с Императором, и поэтому он не мог оттолкнуть последнего.

Язык Императора постепенно углублялся, возбуждая Лин Сяо сквозь их запутанность, неся послание, словно направляя и говоря ему - вот на что похож настоящий поцелуй.

Лин Сяо целовался до тех пор, пока полностью не был сбит с толку, его рука, которая немного отталкивала Императора, сейчас притягивала его ближе.

Под туманным светом от свечей за окном отражались две переплетающиеся фигуры, вызывая двусмысленное чувство внутри.

Атмосфера была просто правильной, и выражение лица Лин Сяо начало ослабевать от удовольствия.

По мере того, как их желание становилось все сильнее, у обоих мужчин возникла страсть, которой никогда не было прежде.

Император пытался сдерживаться, но Лин Сяо уже потерял сознание и начал неосознанно снимать свою одежду.

Он хотел избавиться от жара в теле, сняв одежду.

Но в этот момент Император внезапно остановился и оттолкнул его немного от себя.

Лин Сяо беспомощно стоял там перед Императором, его одежда была немного смята, а выражение его лица было рассеянным, давая ему душераздирающий, завораживающий вид, словно пытаясь соблазнить человека и заставить его подойти ближе и съесть того целиком. Нахмурившись, Император, молча, терпел это желание и с большим трудом отвернулся.

«Теперь, мы знаем о твоих чувствах».

В голосе Императора прозвучала хриплая сексуальная привлекательность, из-за которой Лин Сяо чувствовал себя безвольно, просто услышав ее.

Лин Сяо безучастно моргнул и начал подходить к нему.

Император поджал губы, затем повернулся и начал уходить, однако остановился у входа.

«Мы все еще должны вернуться в нашу страну завтра. Ты должен отдохнуть. Мы пойдем на некоторое время насладиться ветром».

С этими словами Император открыл дверь и вышел, его шаги были очень быстрые, такими быстрыми, что Лин Сяо не мог себе их представить.

Как только дверь была открыта, ветер снаружи подул и рассеял тепло в комнате. Это также вернуло Лин Сяо в чувство.

Только тогда Лин Сяо проснулся от своего желания, его глаза последовали за уходом Императора. Когда он подумал о том, что только что произошло, его щеки быстро покраснели.

В очередной раз, поцелуй Императора заставил его потерять разум.

На этот раз его действия можно даже интерпретировать, как попытку соблазнить Императора!

Лин Сяо ненавидел себя за то, что он не мог дать себе безболезненную смерть.

Кроме того, Император неправильно понял его чувства!

Недоразумение...

Когда Лин Сяо так думал, в его глазах появился сложный взгляд. Так ли это было на самом деле?

Или только в начале?

Некоторое время Лин Сяо размышлял, затем внезапно покачал головой, пытаясь удержаться от дальнейших размышлений по этому вопросу.

На следующее утро, когда Лин Сяо проснулся, рядом с ним стоял только один человек.

Человек рядом с ним был полностью одет в черное, в то время как длинный меч был прикреплен к его спине. Последним штрихом в облике мастера единоборств была черная ткань, закрывающая его лицо.

Лин Сяо вспомнил, что видел его раньше на поле битвы, когда этот человек стоял возле Императора.

Когда мужчина заметил, что Лин Сяо проснулся, он быстро опустился перед ним на колени.

«Имя этого подчиненного – Ан Я. Мастер приказал мне сопровождать Короля-Супруга домой».

Лин Сяо тупо уставился на мужчину, а затем перевел взгляд на небо снаружи. Цвет неба был уже довольно ярким, сбивая с толку Лин Сяо, он спросил: «А как же Император?»

«Мастер уехал раньше на быстрой лошади», - кратко ответил Ан Я.

Лин Сяо поднял бровь, Император уже уехал?

Что-то случилось в Стране Му?

Лин Сяо хотел спросить Ан Я, однако лицо последнего было безразличным. Под уважительным выражением была сдержанность, которая заставляла чувствовать необходимость отступить и оставить между ними какое-то расстояние.

Лин Сяо мог сказать, что он не сможет ничего узнать, спросив этого человека, поэтому он больше не беспокоился об этом.

Он просто приказал ему: «Тогда иди и готовься к путешествию. Кто еще поедет с нами?»

«Ан Сян, Ан Фэн, Ан Лю и Ан Юн». (все Ан означает - темный, тайный, скрытый и т. д.)

Лин Сяо был растерян, их все звали Ан?

Он перевел вопросительный взгляд на Ан Я, однако тот вел себя так, словно ничего не случилось, и тихо продолжал стоять на коленях, ожидая дальнейших указаний Лин Сяо.

Лин Сяо вздохнул и сказал ему: «Хорошо, ты можешь идти. Позови мне Ан Сян, так ведь?»

Лин Сяо случайно выбрал человека.

Вскоре в комнату вошла женщина, полностью одетая в черное.

По совпадению, она была той же служанкой, которая сопровождала его вчера в тюрьму.

В то время как Лин Сяо был немного удивлен, Ан Сян опустилась перед ним на колени.

Лин Сяо сел на кровать и сказал: «Ты можешь встать. Неужели причина, по которой Император ушел так срочно, может означать, что, что-то случилось в Стране Му?»

Ан Сян покачала головой: «Эта подчиненная не знает. Тем не менее, Страна не может продолжать существовать без пропавшего монарха. Мастер уже отсутствовал в течение длительного времени».

Лин Сяо знал значение этих слов. Император должен был поспешно вернуться и заняться делами правительства...

Лин Сяо был вполне удовлетворен этим ответом и поэтому задал еще один вопрос: «Тогда Лан Вэй... Великий генерал Лан Вэй последовал за ним?»

Ан Сян опустила голову и ответила: «Да, Мастер оставил вам только пять подчиненных, чтобы сопровождать Молодого Мастера обратно во дворец».

Говоря об этом, Ан Сян опасалась, что Лин Сяо неправильно поймет небольшое количество людей, и добавила к ответу: «Пожалуйста, не волнуйтесь, Молодой Мастер. На нас пять подчиненных можно положится. Наши боевые искусства уступают только генералу Лану. Мы не дадим никому причинить вред вам».

Услышав это, Лин Сяо замер на мгновение, поскольку сразу понял, что Ан Сян неправильно поняла его. Он нашел это смешным, и сказал: «Я не беспокоюсь об этом».

Сказав это, Лин Сяо вздохнул: «Я просто растерялся. Разве Лан Вэй не был изгнан из столицы Императором? Как он стал Великим Генералом?»

Остановившись на мгновение, она поклонилась и ответила: «Эта… Подчиненная не знает. Однако у Мастера всегда были свои взгляды на все».

Хотя она сказала, что не знает, Ан Сян также упомянула, что у Императора есть собственное взгляды. Но, то как он на это посмотрел, похоже, она не знала.

Тем не менее, она, скорее всего, не сможет говорить дальше по этому вопросу.

Лин Сяо также не хотел усложнять ей жизнь, поэтому он поменял тему: «Фу Юйцзюнь… Как Император справился со Вторым принцем страны Шао?»

Ан Сян с уважением ответила: «Он согласился на условия Мастера и стал Суверенным Королем Страны Шао, сделав Страну Шао вассальным государством для нашей Страны Му».

Лин Сяо поднял бровь. Кажется, что Лан Вэй может быть довольно изобретательным.

Лин Сяо встал: «Пойдем».

Ан Сян была удивлена и явно смущена, она не могла не позвать Лин Сяо.

«Молодой мастер?»

Лин Сяо обернулся и вопросительно посмотрел на Ан Сян.

Ан Сян спросила: «Собираетесь ли вы увидеться с ним?»

Только после того, как Лин Сяо тупо уставился на нее, он понял, что Ан Сян говорила о Фу Юйцзюне. Лин Сяо не мог удержаться от смеха и слегка покачал головой: «Нет, я имел в виду, что мы должны поторопиться и уйти. Если мы будем достаточно быстры, может нам повезет, и мы можем даже догнать Императора».

Ан Сян с удивлением посмотрела на Лин Сяо.

Лин Сяо отвернулся: «Поскольку я решил вернуться в Страну Му, будет лучше, если я не буду встречать людей из другой страны, особенно их Суверенного Короля».

Слова Лин Сяо заставили Ан Сян слегка улыбнуться: «Похоже, Генерал Лан правильно все объяснил вам, Молодой Мастер».

Это был первый раз, когда Лин Сяо увидел улыбку Ан Сян, и он был довольно удивлен. Он не мог не сказать: «Не все из вас, кто полностью одет в черное, парализованы на лице».

Ан Сян напряглась, и улыбка на ее лице исчезла.

Лин Сяо подумал, «жаль, что она исчезла», но его внимание было сосредоточено на другом вопросе.

Откуда Ан Сян знала, что это Лан Вэй, все прояснил для него?

Ан Сян ясно увидела замешательство на его лице, поэтому она однозначно объяснила: «После того, как Молодой Мастер поговорил с генералом Ланом, Молодой Мастер не встретился с вторым принцем Страны Шао».

«Таким образом, ты пришла к выводу, что я послушал Лан Вэя?», - сказал Лин Сяо, словно обвиняя Ан Сян в том, что она слишком произвольна.

Ан Сян поспешно объяснила: «Не только это, эта подчиненная также слышала ваш разговор с генералом Ланом... Довольно отчетливо».

«……» - Лин Сяо сжал губы, его лицо было черным.

Ан Сян быстро опустилась на колени: «Пожалуйста, успокойтесь, Молодой Мастер. Эта подчиненная не хотела этого делать. Просто навык этой подчиненной слишком...»

Ан Сян чувствовала себя немного неловко, когда говорила: «Генерал Лан также знал, что эта подчиненная могла слышать его».

Лин Сяо был ошеломлен тем, что услышал: «Лан Вэй знал?»

Далее Ан Сян сказала: «Боевые искусства генерала Лана выше нас, подчиненных. Он не может ошибиться, и знает, сколько эта подчиненная может услышать с определенного расстояния. Скорее всего, он хотел, чтобы эта подчиненная услышала, как он убедил вас».

«Подожди», - прервал ее Лин Сяо. – «Ты имеешь в виду, что ты намеренно позволила Лан Вэю убедить меня?»

Ан Сян быстро опустила голову, зная, что она слишком много рассказала. Ее опущенная голова явно показала, что она не хочет больше говорить.

Однако Лин Сяо не собирался ее отпускать, он подошел к ней: «Ан Сян, скажи мне правду. Мы… Уже встречались раньше?»

Ошеломленная на мгновение, она быстро покачала головой, пытаясь скрыть это.

Лин Сяо продолжил: «Из всех слуг Императора ты единственная, кто называет меня «Молодой мастер», а не «Король-Супруг». Также очевидно, что другие были предупреждены не говорить слишком много передо мной и, следовательно, хранить молчание, когда они рядом со мной. И все же, вы разные. Вместо этого ты иногда слишком много говоришь. Были ли мы знакомыми?»

Ан Сян вздрогнула. Поскольку она не смела, встречается с ним лицом к лицу, ее взгляд ускользнул от него.

Из-за того, как она вела себя, было видно, что эта женщина действительно...

Лин Сяо поднял бровь и, положив обе руки за спину, поджал губы и холодно спросил: «Кто ты? Скажите мне! Это приказ, Ан Сян!»

«Молодой… Молодой Мастер…» - Ан Сян нахмурилась, ее лицо выражало сложные эмоции.

Лин Сяо продолжал оказывать на нее давление: «Если ты мне не скажешь, я пойду и спрошу у Императора. А также добавлю, насколько мы близки».

Лицо Ан Сян побледнело.

Лин Сяо добавил: «Император разрешает делать мои бессмысленные действия. Если ты не будешь подчиняться моему приказу, я не знаю, как он сможет терпеть тебя».

«Молодой Мастер!» - Ан Сян была довольно обижена. - «Эта подчиненная не имеет никакого намерения причинить вред Молодому Мастеру, с чего бы вам было так отзываться обо мне?»

Лин Сяо тихо вздохнул. Чтобы встретиться с ней лицом к лицу, он присел на корточки и опустился на колени перед Ан Сян: «Тогда почему ты должна усложнять мне задачу? Ты знаешь, как это неприятно - ничего не говорить? Хотя все, всё знают, я один в неведение. Ты когда-нибудь была разочарована?»

«……» - Некоторое время Ан Сян была в растерянности, она молчала. Однако вскоре она перестала бороться сама с собой и спокойно сказала: «Молодой Мастер, эта подчиненная знает вас, но вы не знали, что это была Ан Сян».

«Что ты имеешь в виду?» - Лин Сяо поджал губы.

Ан Сян сказала: «Император однажды приставил к вам двух служанок, Цзи Сян и Фу Канг, вы помните?»

На этот раз это был Лин Сяо, в недоумении. Он не знал, какое отношение эти девицы имели к Ан Сян.

Может ли быть...

В его голове промелькнула мысль, и он ошеломленно посмотрел на нее.

Ан Сян кивнула и ответила: «Цзи Сян - это Ан Сян».

«......»

Глядя на его ошеломленное лицо, Ан Сян опустила голову.

Лин Сяо потер лоб и встал. Император уже давно поставил своих людей на его сторону.

«Тогда как насчет другой?» - спросил Лин Сяо.

Ан Сян ответила: «Другая - это Ан Юн. Вы еще не встречали ее, Молодой Мастер».

«Понятно» , - Лин Сяо сжал губы: «Не удивительно, что ты всегда звала меня Молодым Мастером, даже после того, как я перестал быть Стюардом. Я действительно сказал вам двоим называть меня «Молодой Мастер», когда мы прибыли во дворец принца Страны Шао».

Ан Сян кивнула.

Лин Сяо потер свой подбородок: «Если так, то разве Император не должен был знать о моей тайне уже некоторое время?»

Естественно, его секрет был о том, что он все еще был мужчиной.

Лицо Ан Сян слегка покраснело: «Эта подчиненная… Еще не успела тогда отчитаться перед Мастером, а потом вас разоблачили».

Итак, Император не знал, потому что он еще не был разоблачен.

Лин Сяо был уверен в этом. Император лично сказал ему раньше, что это единственное, что ему удалось скрыть от него.

Но…

Лин Сяо устало потирал область между бровями: «Сколько людей послал Император под прикрытием?»

Некоторое время Ан Сян молчала, прежде чем ответить: «Молодой Мастер, вам не следует спрашивать о мощи Мастера. Это не то, что вы можете так легко оценить. Мастер начал ухаживать за своими секретными охранниками и агентами с десяти лет. Их количество не может быть подсчитано».

Холод побежал по позвоночнику Лин Сяо, заставляя его дрожать. Только теперь он осознал, какому сильному человеку он пытался лгать и эксплуатировать его.

Но, к счастью, теперь ему не нужно было лгать и прятаться от Императора.

*****

В итоге Лин Сяо не удалось догнать Императора.

Император скакал на своей лошади как можно быстрее, и поэтому ему удалось добраться до Страны Му на три дня раньше, чем это смог Лин Сяо.

В тот день, когда Лин Сяо прибыл в Страну Му, Император, который планировал встретиться с ним, привел людей с собой и стал ждать вдали от дворца.

Позади Императора стояла величественная группа людей, состоящая из его камергеров.

Когда Лин Сяо вышел из кареты, эта группа людей громко закричала: «Мы желаем здоровья Королю-Супругу».

Он еще не получил официального звания, однако все уже считали его Королем-Супругом.

Хотя Лин Сяо не мог сказать, что происходит, Император подошел к Лин Сяо и потащил его обратно в карету, чтобы сесть рядом с ним. Лин Сяо смотрел на весь путь обратно во дворец.

Оказавшись во дворце, Император сразу отвел его во двор, где рядом находился Императорский кабинет. Там уже ждали многочисленные служанки и евнухи.

«Отныне этот двор будет местом, где ты будешь жить. Пройдись и посмотри, нравится ли он тебе», - сказал ему Император.

Лин Сяо наблюдал за двором перед ним.

Пространство было большим со многими павильонами. Вокруг них росли всевозможные обрезанные цветы и растения, а также был небольшой пруд, в котором плавало несколько декоративных рыб.

В тот момент, когда кто-то подойдет ближе, они смогут увидеть, как они разбегаются по поверхность воды в спешке, чтобы превзойти друг друга.

В этом месте также была отдельная небольшая кухня. У маленькой кухни была маленькая дверь сзади, которая вела прямо к кладовой. Он был построен таким образом, чтобы человек мог пройти и доставить туда некоторые вещи.

Этот двор был похож на независимый маленький мир.

Он мог увидеть, что Император действительно приложил много усилий, чтобы подготовить эту резиденцию.

Сердце Лин Сяо была тронуто.

Он обманул Императора, но его не только не обвинили, но Император также обустроил для него такой хороший двор. Он мог сказать, что Император искренне думал о нем.

Лин Сяо не мог не подумать: «Если бы он был женщиной…»

Его разум естественным образом сделал женскую версию Императора, высокой с кусающимся холодным величием, в то время как его грудь имела…

Вдруг, охлажденный собственным воображением, Лин Сяо задрожал. Он не смел, продолжать этот ход мыслей.

Император - это Император, с ним все в порядке.

Император, который все время обращал внимание на Лин Сяо, увидел, что его лицо внезапно изменилось, и спросил: «Что случилось?»

Лин Сяо быстро покачал головой, чтобы выразить, что все в порядке. Видя, что Императору по-прежнему любопытно, Лин Сяо быстро сменил тему: «Ваше Величество, Лин Сяо действительно полюбил это место».

Император пристально посмотрел на него, но решил больше ничего не усложнять. Он слегка похлопал по руке Лин Сяо: «Пока тебе тут нравится. Если тебе нужно что-то еще, просто скажи Нам».

«Хорошо», - ответил Лин Сяо.

Хотя он считал, что быть обеспеченным позорно, это был первый раз, когда Лин Сяо когда-либо испытывал такую любовь, где он мог получить что-нибудь, просто спросив, что-то вроде яркой жизни.

И он не ненавидел такой опыт.

Напротив, он несколько влюбился в такого рода чувства.

Император не задержался надолго. Многие вопросы, требующие решения, были накоплены им, и Императору также было нелегко выделить время, чтобы забрать Лин Сяо.

Он вернулся в Имперский кабинет, чтобы заняться официальными делами.

Перед уходом Император отправил Сяо Лизи сопровождать Лин Сяо.

Сяо Лизи был назначен Евнухом-Стюардом. Одежда, которую он носил, была уже не синей простой одеждой евнуха, а вышитым красным платьем с облаками.

Красное платье увеличило молодость Сяо Лизи. Лин Сяо по одной улыбке мог сказать, что тот покраснел от успеха.

Лин Сяо не сдержался и саркастически крикнул: «О, Стюард Ли».

Сяо Лизи был на мгновение потерян, лицо его побелело, когда он поклонился: «Стю... Нет, Король-Супруг, вы напугали этого слугу».

«Боишься?» - усмехнулся Лин Сяо.

Если бы Сяо Лизи действительно был на стороне Лин Сяо, Император уже давно бы с ним справился. Император смог смириться с Лин Сяо по двум причинам. Во-первых, он его очень любил. Вторая заключалась в том, что Лин Сяо не представлял угрозы для Императора, имея лишь небольшую власть, которой тот обладал.

Когда он еще был Стюардом, Император позаботился о том, чтобы Лин Сяо был просто подставным лицом. Сяо Лизи, судя по его нынешнему положению, вероятно, находился на стороне Императора.

Хотя он знал, что то, что сделал Сяо Лизи, было простительным, Лин Сяо все еще был немного недоволен.

Он бросил на Сяо Лизи суровый взгляд, заставив того напрячься. Последний в глубине души знал, что он просто сделал несчастным важного человека, поэтому он облизал губы и попытался придумать способ заслужить расположение Лин Сяо. Пытаясь сохранить конфиденциальность их разговора, он сначала заставил остальных слуг уйти.

Он подошел к Лин Сяо и сказал: «Король-Супруг, у Сяо Лизи тоже не было выбора. Видите ли, Император уже совершил самоубийство старого «Стюарда Лина» по его приказу».

Поскольку Лин Сяо не отреагировал, Сяо Лизи продолжил: «Когда Император приказал» смерть Стюарду Лину», это вызвало большую тревогу у слуг во дворце. Они боялись, что они будут вовлечены в беспорядок за то, что имели какое-либо отношение к вам. Этот смиренный слуга, не имеющий права голоса подумал «Я должен выжить». Но, к счастью, небеса помогают справедливым, а Король-Супруг - честный человек. Поскольку вынесенный ранее смертный приговор был всего лишь притворством, это должно означать, что Император искренне любит вас».

Говоря это, Сяо Лизи с удивлением приблизился к Лин Сяо: «Его Величество действительно любит вас, и этого нельзя отрицать. Король-Супруг, вы, вероятно, не знаете, но самое первое, что сделал Его Величество, когда вернулся, он пошел посмотреть, готов этот двор или нет. Он лично в последний раз проверил, нет ли ничего плохого здесь, прежде чем привести вас сюда».

Лицо Сяо Лизи становилось все ярче, чем больше он говорил, словно тот, кого любил Император, был не Лин Сяо, а он сам: «Подумайте об этом, кто еще так привилегирован, как вы?»

Лин Сяо закатил глаза.

Будучи обиженным Лин Сяо, Сяо Лизи потер нос. Его глаза, которые смотрели вниз, внезапно загорелись. Он высказал свои мысли, когда говорил: «Король-Супруг, вы, вероятно, не знаете, но есть люди, которые беспокоятся из-за вашего возвращения».

«Беспокоятся?» - Лин Сяо заинтересовался.

Увидев, что Лин Сяо заинтересован, он поспешно продолжил: «Это естественно. Император планирует присвоить вам титул, и он даже подготовил для вас такой красивый двор. Без сомнения, три наложницы Императора, Наложница Сиань, Наложница Ли и Наложница Ран, вероятно, долго зеленели от зависти. Наложница Сиань всегда была теплой и добродетельной, поэтому, скорее всего, она вас не побеспокоит. У наложницы Ли нет никого, кто бы ее поддержал в Стране Му, поэтому, скорее всего, она не посмеет ничего сделать. Тем не менее, наложница Ран отличается. Ее отец в настоящее время является высокопоставленным должностным лицом Министерства назначений. Его власть расширялась после того, как премьер-министр покинул свое место. Император также относится к ней лучше, чем к двум другим, что помогло ее отцу обрести еще большую власть. Поэтому, прежде чем вы присоединились к гарему, можно сказать, что она одна имела всю милость Императора».

Говоря так много, Сяо Лизи проглотил слюну и прочистил сухое горло, чтобы продолжить говорить: «Теперь, когда вы здесь, тот, кто потеряет больше всего, будет не кто иной, как она. Как она могла быть не в ярости?»

Лин Сяо знал, что то, что сказал Сяо Лизи, было разумным. Он следовал за Мо Ци в своей прошлой жизни и раньше смешивался с членами гарема, поэтому он, естественно, знал, насколько это может быть ужасно.

Просто он никогда не думал, что это случится с ним. Это слова было неприятно слышать.

Кроме того, эти наложницы воюют друг с другом за благосклонность?

Может ли быть так, что ему придется сражаться с группой женщин за мужчину?

Сама мысль об этом напугала Лин Сяо и заставила его покачать головой.

Видя это, Сяо Лизи предположил, что Лин Сяо отрицал его слова, и с тревогой сказал: «Король-Супруг, пожалуйста, поверьте этому слуге. Все, что сказал этот слуга, - правда. Не забывайте, что кроме наложницы Ран есть еще и наложница Сиань. Пожалуйста, будьте осторожны».

Сяо Лизи приблизилась к Лин Сяо: «Хотя у нее нет сильного покровителя, она много лет оставалась во дворце, в ней определенно что-то есть. Я также слышал, что недавно рядом с ней появилась горничная в красном платье с очаровательной внешностью. Наложница Сиань очень часто приводит ее с собой, когда она гуляет с Императором. Возможно, она планирует какой-то злой план. Этот слуга видел женщину в красном только один раз. Она робко позвала Императора, бросая кокетливые взгляды. Этот слуга сразу понял, что у нее за мысли. Этот слуга также смог найти некоторую информацию, такую как ее имя - Хонг Е».

Хонг Е?

Лин Сяо был поражен.

«Король-Супруг, пусть этот слуга говорит вам…»

«Хватит!» - Сяо Лизи просто продолжал говорить без конца, поэтому Лин Сяо, чувствуя себя нервным, вынужден был прервать его.

Как он мог не знать о природе наложниц гарема лучше, чем Сяо Лизи?

В прошлой жизни, со сколькими из них ему приходилось иметь дело, чтобы помочь Мо Ци?

Единственная полезная вещь, которую он услышал из уст Сяо Лизи, была о Хонг Е, она была на стороне Наложницы Сиань.

Какие отношения между Хонг Е и Наложницей Сиань?

Император простил Хонг Е?

Согласно тому, что знал Лин Сяо, это было невозможно. Император не был тем, кто легко прощает своих подчиненных.

Тогда почему Хонг Е была в порядке и все еще находилась в Императорском дворце?

Лин Сяо был немного озадачен.

Говоря об этом, Наложница Сиань также была очень подозрительна.

Такой человек, как она, у которого не было поддержки, не мог бы оставаться в Императорском дворце так долго, как она. Однако, если Император действительно сделал ей одолжение, это имело бы смысл.

Император и она уважали друг друга как муж и жена. Хотя казалось, что он тоже без ума от нее, это больше не учитывало ее индивидуальность и природу. Она уже много лет управляла гаремом по его приказу.

Несмотря на то, что прошли годы, и к гарему присоединилось больше наложниц, таких как Наложница Ли и Наложница Ран, которые также завоевали любовь Императора, ее положение всегда было стабильным и никогда не колебалось.

Даже в прошлой жизни, когда Лин Сяо помогал Мо Ци сохранить положение Императрицы, Наложница Сиань все же не падала с ее положения.

Тот, кто последовательно управлял гаремом, была Наложницей Сиань.

Это действительно заставило Лин Сяо быть сбитым с толку.

Глава 64 - Быстро поднимаясь к славе

День, когда Лин Сяо получил свой титул, наступил очень быстро.

Император заранее отправил церемониальную одежду Лин Сяо вместе со многими редкими сокровищами во дворце. Многие люди обсуждали действия Императора, который отправил ему такие ценные вещи.

Не было недостатка в людях, которые хвалили Лин Сяо, чтобы попытаться заслужить его благосклонность. Тем не менее, также было правдой, что Император действительно очень любил Лин Сяо.

Лин Сяо мог сказать, как сильно Император любил посещать его.

С тех пор, как Лин Сяо вернулся во дворец, кроме времени, когда Император занимался правительственными делами, Император также проводил весь свой отдых вместе с Лин Сяо во дворе.

Император, по-видимому, планировал остаться здесь надолго, так как он один за другим медленно перемещал свои вещи для работы и свое имущество.

Наконец, сегодня был день, когда ему было присвоено звание Короля-Супруга. Как главный герой сегодняшнего события, его разбудили служанки на рассвете.

Пока он был в оцепенении, его лицо уже было вымыто, а рот был ополоснут. После того, как он съел немного отварной каши, на него надели толстое церемониальное одеяние, а затем его посадили в кресло из седана.

В этом мире мужчины считались превосходящими женщин.

Таким образом, церемония мужского супруга была более грандиозной по сравнению с женской.

Как только Император представит этого человека, и если решит присвоить ему титул, то, независимо от того, какое у него было ранее звание, для него будет проводиться церемония супруга.

Необходимо, чтобы гражданские и военные должностные лица суда стали свидетелями церемонии, на котором одному из них было присвоено звание. В конце концов, Император обычно предоставлял супругу мужского пола некоторую политическую власть во время празднования.

Данная власть могла быть великой, незначительной или даже необязательной, поскольку все зависело от воли Императора.

С другой стороны, женщина никогда не получит политической власти. Самое большее, на что она может надеяться это стать Императрицей, которая будет только контролировать гарем, не вмешиваясь в политику.

Супруга мужского пола отличалась, и заставила суверенов Страны Му проявлять крайнюю осторожность при присвоении ему титула.

Многим мужчинам, которым нравился Император, было очень трудно пытаться стать супругой в его жизни. Большинство мужчин-любовников не смогли этого и оставались во дворце присматривать за Императором. Они были известны как «Сян Джентльмен».

Нынешнее название Лин Сяо, «Король-Супруг», было почти таким же, как «Императорская наложница».

В этом дворце без императрицы он считался одним из самых высоких по званию.

Однако, даже если бы его звание было самым высоким, пока власть надзора за гаремом остается в руках Наложницы Сиань, он никогда не превзойдет ее.

Но даже в этом случае все остальные уже знали, что это не имеет значения, поскольку он уже был абсолютным фаворитом Императора.

Когда Лин Сяо был всего лишь слугой-евнухом, услышав о намерении Императора сделать его Королем-Супругом, он был ошеломлен.

«Император сделает его супругом», - в это было трудно поверить!

После этого Лин Сяо понял.

Хотя Император делал его своим супругом, он не давал ему никакой политической власти!

Император проявлял к нему любовь, а также держал его в своей ладони, не позволяя ему когда-либо покидать свою сторону.

Когда он пришел к такому выводу, Лин Сяо уже знал…

Независимо от того, насколько грандиозным было празднование на этот раз, Император не предоставит ему власть.

Поскольку Лин Сяо уже думал, что так оно и будет, он был довольно безразличен ко всему церемониальному действию.

Он был всего лишь марионеткой, используемой в спектакле для людей.

Когда он добрался до места празднования, все чиновники уже были там.

В большом зале Император сидел на своем золотом Драконьем Троне в золотой драконьей одежде. Страшная сила дракона исходила из всего его тела. Все это время гражданские и военные чиновники стояли слева и справа от него, оставляя одну тропинку посередине, на которой расстилалась роскошная красная ковровая дорожка.

Лин Сяо вошел. Все внутри встали на колени и уважительно и лояльно закричали: «Да здравствует Король-Супруг!»

Это полностью разбудило Лин Сяо, который все еще был не в себе и как будто бы спал.

Его глаза расширились от удивления, и он оглянулся. Он не знал большинства чиновников в зале, но среди тех, кого он знал, одним из них был Лан Вэй.

Он молчал, наблюдая за происходящим, и ступил на красивый красный ковер, шаг за шагом осторожно приближаясь к Императору.

Он был одет в парадную мантию, полностью выкрашенную в красный цвет, которая плотно ограничивала его тремя-четырьмя слоями.

Слой на самой поверхности был ярко-красной шалью, расшитой множеством цветов и тянувшейся позади, по крайней мере, на два метра в длину. Ее границы были золотыми.

Внутри была великолепная алая мужская юбка; внутри она была длинной, в то время как внешне состояла из двух слоев.

Юбка выглядела так, будто на ней было много слоев, и тело Лин Сяо выглядело довольно стройным.

Император сел на Трон Дракона и смотрел, как приближается Лин Сяо, не в силах отвести глаз. Хотя он изначально любил его, и когда Лин Сяо носил простую белую одежду, однако теперь, когда он был полностью одет в красное, это выглядело очень соблазнительно.

Великолепный красный обрисовал в общих чертах его внешность, мягкие глаза сделали его еще красивее.

Взгляд Императора углубился, когда он увидел, как Лин Сяо преклонил колени перед ним. Последний громко сказал: «Да здравствует Ваше Величество!»

Его голос был слегка хриплым, и в нем была незначительная сексуальная привлекательность, в результате чего глаза Императора потемнели. Не отводя взгляда, он махнул рукой евнуху рядом с собой, приказывая ему вслух зачитать указ, который уже был написан давно.

«Выслушайте Императорский указ Его Королевского Величества! Фамилия Лин, рожденный Сяо. Яркий и проницательный, обладает высоким моральными и многогранными талантами. Его целостность, и способности завоевали наше сердце. В этот радостный день ему будет присвоено звание «Король-Супруга», и, благодаря его многочисленным способностям, он также займет должность Высокого должностного лица Министерства Работ с авторитетом, который даст ему право вступить в Наш суд. Бывший министр работ Лю Цин будет помогать, и подчиняться ему с этого дня. Мы объявляем об этом миру! Пусть это будет известно всем!»

Высокий чиновник Министерства Работ?

Лин Сяо поднял голову, совершенно ошеломленный этим объявлением. Его глаза встретились с безмятежными двойными зрачками Императора, из-за которых его сердце внезапно забилось быстрее. Он быстро опустил голову, опустился на колени на пол и почтительно поднял руки, чтобы получить императорский указ.

«Лин Сяо благодарит Ваше Величество за Великую милость! Пусть Ваше Величество живет много лет!»

Он не знал почему, но когда указ торжественно приземлился в его руках, он почувствовал, как будто его обожгли сладким горячим картофелем, из-за чего он немного подпрыгнул в тревоге.

«Встань», - сказал Император.

Лин Сяо встал и посмотрел на мужчину, сидящего на троне, только чтобы увидеть, как последний зовет его подойти.

«Иди сюда».

«……» - Лин Сяо послушно держал указ и шел по ступенькам, пока не оказался перед Императором.

Император протянул руку и притянул Лин Сяо в свои объятия. Его глаза скользнули по министрам, когда он тяжело сказал: «Отныне у Нас не будет другого Короля-Супруга. Он также будет иметь высокий авторитет в Высшем чиновнике Министерства Работ в качестве Нашего министра. Вы все будете, относитесь к нему так же, как к Нам, понимаете?»

«Это…»

В тот момент, когда эти слова прозвучали, весь двор был в недоумении.

Относиться к Королю-Супругу так же, как к Императору? Никогда прежде такого не было в Стране Му! Император придает слишком большое значение новоназначенному Королю-Супругу!

У некоторых из старых чиновников суда уже были открыты рты, они готовились к ответной реакции.

Однако, не давая им шанса, Император сузил глаза и заговорил первым, не давая им ни одной второй мысли.

«Мы просто уведомляем вас, а не консультируемся со всеми вами».

«……» - Весь двор замолчал. Удовлетворенный, Император поднял бровь. Затем он посадил Лин Сяо на трон Дракона.

Золотой Драконий Трон был очень широк, поверх него была мягкая подушка, так что сидеть на ней было довольно удобно.

Но для Лин Сяо это было все равно, что сидеть на булавках и иголках.

Император был слишком странным сегодня!

Он крепко держит всю политическую власть и так хорошо контролирует окружающие его условия, но как он мог позволить человеку с неизвестным происхождением, таким как Лин Сяо, стать его судебным чиновником? И даже относиться к нему как к равному...

Лин Сяо нахмурился. Он заставил себя улыбнуться, слушая разговор Императора и других чиновников, в то время как его ход мыслей давно ушел очень далеко.

Той ночью Император устроил банкет в Императорском саду.

В качестве главного героя мероприятия должен был появиться Лин Сяо.

Он не знал, сделал ли это Император намеренно или нет, кроме нынешних придворных чиновников, он также пригласил Фу Юйцзюня и его людей на банкет...

Прямо сейчас Фу Юйцзюнь сидел внизу...

Лин Сяо сидел рядом с Императором, который держал его на руках.

Лин Сяо безошибочно оценил Фу Юйцзюня и заметил, что он выглядел намного худее, чем раньше. Хотя его внешность была намного лучше, его лицо все еще было очень белым, а щеки впалыми. Он мог заметить, что нынешний он не слишком хорошо живет.

Как раз когда он об этом подумал, он внезапно почувствовал боль в руке. Лин Сяо обернулся и увидел, что Император несчастно смотрит на него.

Лин Сяо проглотил крик в горле. Он слегка начал бороться и сказал: «Ваше Величество, вы меня обижаете».

«……» - Император ослабил хватку на руке Лин Сяо и притянул другую к себе, так что Лин Сяо теперь сидел еще ближе к нему, чем раньше, когда он спросил: «Куда ты… Смотрел только что? Ты помнишь, о чем Мы говорили раньше? Мы твой мужчина».

Лин Сяо был на мгновение ошеломлен, а затем сразу понял, что случилось. Он не мог не посчитать это смешным: «Ваше Величество, вы сейчас ревнуете?»

Император поднял бровь, притянул Лин Сяо ближе и не отпустил.

Лин Сяо сжал губы и тихо сказал: «Ваше Величество, с самого начала и до самого конца, Лин Сяо не держал его в своем сердце».

Во время разговора глаза Лин Сяо показали, насколько он был откровенен, когда смотрел на Императора, не уклоняясь от его взгляда.

Глаза Императора ярко вспыхнули, и через некоторое время он наконец-то выпустил Лин Сяо. Казалось, что Император принял слова Лин Сяо близко к сердцу.

Лин Сяо вздохнул с облегчением и не осмелился снова взглянуть на Фу Юйцзюня.

Банкет планировалось продлить до очень позднего часа, однако Лин Сяо устал от такого долгого дня и начал засыпать. Поэтому он попросил у Императора разрешения уйти, а затем Император сказал Сяо Лизи, чтобы он отвел его обратно.

Лин Сяо тихо покинул мероприятие.

Однако на обратном пути его остановил Фу Юйцзюнь.

«Лин Сяо».

Фу Юйцзюнь крикнул ему, его тон был полон счастья.

Лин Сяо остановился и не мог не нахмуриться.

С его нынешней личностью, встреча с Фу Юйцзюнем была не слишком хорошей мыслью и могла доставить неприятности Лин Сяо.

«Король-Супруг». - Сяо Лизи несколько осторожно позвал Лин Сяо позади него.

Лин Сяо повернулся, чтобы посмотреть на Сяо Лизи, затем взглянул на Фу Юйцзюня, который быстро приближался. Подумав немного, он сжал зубы и подошел ближе к Фу Юйцзюню.

«Король-Супруг?» - Сяо Лизи нахмурился. Он швырнул свой хвощ, затем с тревогой последовал за ним.

«Лин Сяо». - Фу Юйцзюнь посмотрел на Лин Сяо, который встал перед ним, его глаза были нежными и эмоциональными.

Лин Сяо сделал паузу, затем отступил на шаг: «Называйте меня «Король-Супруг», монарх Страны Шао».

«……» - Фу Юйцзюнь горько улыбнулся: «Ты меня высмеиваешь? Будто ты не знаешь, как я получил этот титул».

«Неважно, как вы стали монархом. Есть много видов монархов, и вы только один из них. У вас есть обязанности. Вам не следовало приходить ко мне, Фу Юйцзюнь», - сказал Лин Сяо, нахмурившись.

Фу Юйцзюнь поморщился от боли: «Я знаю, но я не смог себя контролировать».

Лин Сяо моргнул. Не было ничего, кроме сложного ощущения от этой ситуации.

«Лин Сяо, я…»

«Этого достаточно». - Лин Сяо прервал Фу Юйцзюня, не давая ему больше говорить ни слова, которые он не смог бы потом себе вернуть.

У прерванного Фу Юйцзюня было беспомощное выражение лица. Изначально Лин Сяо не планировал иметь с ним дело и хотел просто уйти, но его сердце немного успокоилось, когда он увидел этого человека.

Затем он добавил: «С самого начала я относился к вам, Фу Юйцзюнь, как к брату, и ни к кому другому. Хватит пытаться разрушить нашу дружбу. Это не то, что вы сможете нести на своих плечах, и это не то, чего я хочу. Так что перестаньте ставить меня в неловкое положение»

«......»

Он не мог продолжать смотреть на скорбное выражение лица Фу Юйцзюня, поэтому Лин Сяо быстро ушел с Сяо Лизи.

«Сяо Лизи». - Немного отойдя, Лин Сяо остановился и позвал Сяо Лизи позади себя.

Сяо Лизи услышал и подчинился, идя вперед, чтобы почтительно стать перед Лин Сяо.

Лин Сяо холодно улыбнулся: «Я знаю, что ты доложишь Императору о том, что слышал и видел только что. Я просто напомню тебе, что нужно дословно передать, что только что произошло. Если я узнаю, что ты отклонился от правды, и добавил детали которых не было, чтобы сделать наш разговор более интересным…»

Лин Сяо угрожающе прошептал Сяо Лизи на уха: «… Ты знаешь, на что я способен».

Сяо Лизи был полон холодного пота, когда он торопливо упал на землю: «Сяо Лизи понимает, Сяо Лизи понимает…»

«Что здесь происходит?» - Лин Сяо хотел немного упрекнуть его, но неожиданно донесся мягкий голос сбоку.

Лин Сяо обернулся и увидел человека, одетого в официальную правительственную одежду.

Мужчина мягко улыбнулся и лениво прислонился к стене. Его длинные волосы были разбросаны позади него, в то время как некоторые из передних прядей волос были случайно связаны шнуром позади.

Человек не особо задумывался о том, как одет, но он не выглядел неряшливо. Он выглядел непринужденно, уверенно и непринужденно.

Внешний вид человека был несколько похож на Императора. Его выдающийся образ не сильно отличался от Императора, поскольку он крал взгляды людей.

Лин Сяо уставился на него, немного ошеломленный в своем сердце.

Он знал этого человека, скорее, он должен сказать, что он знал этого человека в своей прошлой жизни.

Этим человеком был императорский дядя, король Сяо Цинь - Му Сюнин. (Его титул означает свободный и щедрый родственник). Ему также нравилась Мо Ци в его прошлой жизни.

После того, как Мо Ци стала наложницей Императора, Сяо Цинь несколько раз встречался с Мо Ци и полюбил ее.

Однако в этом мире у него еще не было возможности столкнуться с Мо Ци, поскольку она уже упала с благодати. Это заставило Лин Сяо поверить, что он не будет иметь никаких взаимодействий с этим человеком, но кто бы мог подумать, что они встретятся здесь снова ...

«Ты можешь уйти первым», - сказал Му Сюнин Сяо Лизи.

Сяо Лизи испугался до такой степени, что не знал, что делать. Он решил, что нужно найти кого-то, чтобы спасти Лин Сяо, и он мгновенно уполз и убежал.

«……» - Лин Сяо наблюдал за отчаянно убегающей фигурой Сяо Лизи, он просто потерял дар речи.

Му Сюнин слегка улыбнулся: «Просто посмотри на себя. Ты чертовски напугал беднягу!»

Пока он говорил, его тон был невероятно нежным и мягким, словно взрыв весеннего ветра, который рассеивал дымку в сердце, успокаивая его раздраженное сердце.

Глава 65 - Пожинать ненависть

Лин Сяо был поражен. В своей прошлой жизни Му Сюнин всегда держал какую-то неописуемую вражду против него. Хотя мягкий характер этого человека гарантировал, что он не будет ничего делать против него, Лин Сяо все равно никогда не смотрел ему в глаза.

Думать, что Лин Сяо сможет увидеть такую мирную сторону этого человека в этой жизни...

Лин Сяо слегка улыбнулся и издалека позвал мужчину.

«Императорский дядя».

«Императорский дядя?»- Му Сюнин был явно удивлен. Он подошел и встал перед ним оценивая его.

Лин Сяо, так явно уставившись на него, почувствовал себя немного неловко, его тело немного напряглось.

Му Сюнин отвел взгляд, когда увидел дискомфорт Лин Сяо и тихо сказал: «Как я могу быть твоим императорским дядей? Ты не можешь случайным образом называть людей так».

Лин Сяо остановился, подняв глаза, чтобы посмотреть на Му Сюнина. Он заметил, что последний выглядел немного недовольным, когда открыто, проверял его.

Лин Сяо понял все в этот самый момент.

Он слышал, что когда Император был молодым, Му Сюнин некоторое время заботился о нем. Поэтому он, естественно, был, привязан к Императору.

Поскольку Му Сюнин еще не встречался с Мо Ци в сравнении с тем временем, когда он был здесь, единственной причиной, чтобы проверить его прямо сейчас, о которой Лин Сяо мог подумать, - это Император.

Му Сюнин пришел, чтобы найти его, супруга мужчину, которого выбрал Император.

Сам он знает, что он не соответствует требованиям для того, чтобы стать супругом-мужчиной.

Лин Сяо холодно улыбнулся в своем сердце. Был ли он квалифицирован или нет, это не имеет ничего общего с Му Сюнином.

Подумав некоторое время, Лин Сяо сознательно выразил свою позицию, ответив: «Поскольку вы Императорский дядя Императора, то вполне естественно, что вы теперь также являетесь Императорским дядей Лин Сяо».

«Императора?» - Му Сюнин какое-то время был растерян, прежде чем он ответил с небольшим упреком: «Император долгое время не называл меня Императорским Дядей. Он давно перестал считать меня своей семьей».

Лин Сяо был немного поражен. Хотя он знал, что у Императора был Императорский Дядя, но будь то его прошлая жизнь или эта, он действительно никогда не слышал, чтобы Император звал Му Сюнина таким образом.

На самом деле, он редко когда-либо видел встречи этих двоих.

Ходили слухи, что Император отошел от своего Императорского Дяди.

Видя текущее выражение лица Му Сюнина, кажется, что слухи были правдой.

Просто… Слушая жалобный тон Му Сюнина, когда он говорил об Императоре, гнев в Лин Сяо все же разразился.

Он не мог сдержать свой гнев, столкнувшись лицом к лицу с Му Сюнином: «Если Император не признал это отношения с вас, тогда почему он оставил вас в живых?! Прямо сейчас, единственный живой члены королевской семьи - это вы и он! Все остальные люди были обезглавлены Императором...»

Взгляд Лин Сяо встретился с предостерегающим взглядом Му Сюнина, когда он внезапно осознал, насколько позорным было с его стороны говорить об этом.

В императорской семье Страны Му было много членов семьи. Первоначально титул «Император» еще не должен был передан нынешнему монарху, однако реальность показала обратное. Итак, чтобы Император занимал свою должность сейчас, только он знал, через какие переживания тот прошел.

Любому проницательному глазу было очевидно, что все не так, как кажется. Дети императорской семьи умерли один за другим, пока Император и его императорский дядя не остались единственными выжившими. Поскольку его Императорский дядя по собственной воле отрекся от престола, Император был единственным оставшимся человеком, который мог его сменить.

Можно было обмануть простых людей в том, что произошло, но невозможно было передать это в суд.

Однако говорить об этом было строго запрещено во дворце.

Никто не смел, комментировать такую тему разговора перед Сыном Неба. Все они дорожили своей жизнью.

Но поскольку Лин Сяо был простым человеком, он легко нарушил это табу.

Если он захочет продолжить сомнение по этому вопросу, вполне возможно ему будет предъявлено уголовное обвинение, которое запятнало бы его должность министра.

Он также может быть обезглавлен за это!

Напуганный, Лин Сяо сразу же покрылось холодным потом. Тем не менее, он вспомнил, что ему дали табличку с помощью, которой он может избежать смерти, и от этого он почувствовал легкое облегчение.

Он заставил себя вести себя спокойно и затем посмотрел на Му Сюнина. Как только он это сделал, Лин Сяо заметил, что тот улыбается, наблюдая за ним.

Губы Лин Сяо дернулись, когда он услышал, как Му Сюнин сказал: «Ты так испугался, как же ты все еще смеешь говорить что-то по этому поводу?»

Лин Сяо бросил взгляд на него: «Императорскому дяде разрешено жаловаться на Императора, но он не позволит Лин Сяо добавить несколько слов?»

«Если бы это было всего несколько слов... Твои несколько слов слишком ненормальны».

Хотя тон Му Сюнина был вялым, в нем не было вражды, поэтому Лин Сяо чувствовал себя более непринужденно.

Краска вернулась к лицу Лин Сяо, и Му Сюнин снова хихикнул: «Твоя способность различать кого-либо по языку тела очень хороша».

Эти слова, сказанные юмористическим тоном, явно не содержали злого умысла, но когда Лин Сяо услышал это, он почувствовал себя немного неловко. Потеряв желание общаться с этим человеком, манеры Лин Сяо стали невежливыми.

«Если у Имперского Дяди больше нет вопросов для обсуждения со мной, я сейчас уйду. Император ждет моего возвращения».

Лин Сяо сознательно упомянул Императора, чтобы Му Сюнин не смог удержать его от ухода.

Это не отличалось от использования Императора для давления на Му Сюнина. Лин Сяо считал, что это разозлит человека или, по крайней мере, заставит его реагировать каким-либо образом. Однако Му Сюнин был очень мирным, настолько, что это было слишком удивительно. В удивлении Лин Сяо забыл, что должен уйти.

Затем Му Сюнин взял на себя инициативу и дал Лин Сяо выход, он даже поклонился, показывая позу уважения.

Это заставило Лин Сяо чувствовать себя немного смущенным, Му Сюнин, очевидно, озвучил это, и теперь казалось, что он не хочет уходить.

Высокомерно подняв голову, Лин Сяо резко бросил рукав и с подавленным выражением лица пошел вперед.

В отличие от его обычного Я, с губ Му Сюнина вырвался смех. Он не был слишком осторожен, и его смеху удалось достать ушей Лин Сяо, заставив все его лицо загореться.

Лин Сяо больше не хотел здесь оставаться. Он немного ускорил шаг и исчез за углом.

Му Сюнин посмотрел в том же направлении, куда ушел Лин Сяо, и снова лениво прислонился к стене, прежде чем, наконец, вздохнуть.

«Похоже, Сюань нашел хорошего человека».

Атмосфера вокруг него изменилась с этими словами, когда он поднял голову, чтобы посмотреть на небо.

«Теперь мне больше не о чем беспокоиться…»

Слова, которые мог услышать только он, несли горе. Если бы другие услышали его и стали свидетелями этой перемены, им бы тоже стало грустно.

***

Попрощавшись с Му Сюнином, Лин Сяо вернулся во дворец.

В тот момент, когда он вошел в комнату, он заметил, что Император каким-то образом прибыл даже раньше него.

И перед ним был бледный, стоящий на коленях Сяо Лизи.

Глядя на цвет лица Императора и суматоху Сяо Лизи, Лин Сяо мог приблизительно догадаться, что Сяо Лизи уже рассказал ему все.

Лин Сяо сжал губы и подошел к Императору, приказав Сяо Лизи - «Уйди».

Сяо Лизи на мгновение помедлил и поднял голову, чтобы посмотреть на Императора. Император подал ему знак глазами, и, словно призрак, Сяо Лизи немедленно вышел.

Лин Сяо ждал, пока Сяо Лизи уйдет, прежде чем сесть рядом с Императором. Император был немного удивлен.

Лин Сяо, к несчастью, сказал: «Ваше Величество, разве вы не обещали мне, что, когда у вас есть что-то, что вы хотите узнать, вы просто прямо спросите меня? Почему вы снова слушали Сяо Лизи? »

Император поднял глаза на Лин Сяо и сказал: «Когда мы обещали тебе это?»

«……» - Лин Сяо задохнулся, а затем обиженно сказал: «В прошлый раз вы…»

«В прошлый раз мы просто спросили тебя». - Император прервал его.

«Э…» - Лин Сяо потерял дар речи, на его лице отразилось недовольство.

Видя это недовольство, Император схватил его за подбородок и, словно пытаясь успокоить, поцеловал его в нос.

Тепло на его носу стало немного влажным и зудящим, поэтому Лин Сяо немного сморщил его.

С точки зрения Императора, это движение было очень милым. Как будто заколдованный, он медленно приблизился к Лин Сяо.

Лин Сяо замер и посмотрел на Императора, который был почти в пределах его досягаемости, его сердце билось как гром, и его разум внезапно совершенно опустел. Он уже не знал, как отказаться, поскольку Император прижал его к кровати.

«Ваше… Ваше Величество…» - Лин Сяо заикался.

Император снял головной убор Лин Сяо, затем развязал его ремень.

Император медленно стянул одежду Лин Сяо, стараясь постепенно раскрыть его перед собой.

Взгляд Императора носил немного одержимости, проносясь сквозь кожу Лин Сяо, заставляя любую его часть, на которую Император взглянул, чувствовать жар от этого взгляда. Этого было достаточно, чтобы сделать Лин Сяо совершенно застенчивым.

Он не мог не начать немного бороться.

Император прищурился и прижал подвижные конечности Лин Сяо к кровати, его голос звучал сексуально, когда он хрипло сказал: «Мы уже так давно связаны, но ты все еще не привык к этому?»

Лин Сяо замер, его лицо стало немного жестким. Примерно так, сколько бы раз он не испытывал это, к этому было невозможно привыкнуть.

Более того, это был первый раз, когда он был ласков с Императором и понимал это. Он должен был думать о том, что он делал.

Хотя внимание Лин Сяо стало рассеянным, Император воспользовался этим шансом.

У него перехватило дыхание, и Лин Сяо внезапно пришел в себя. Но Император уже захватил его рот к тому времени.

Между щелями от их губ их языки запутались и соприкоснулись, позволяя двум почувствовать вкус друг друга, принося некоторое удовлетворение.

Он не знал, когда, но Император высвободил свои губы и переместил их ему шею, а затем еще дальше вниз.

Лин Сяо тяжело задохнулся, его разум был немного затуманен, а все тело наполнено удовольствием.

Его губы немного онемели от поцелуя, и изо рта вышел горячий воздух, из-за чего его губы почувствовали небольшую боль.

Лин Сяо слабо подумал в своем сердце: «Мои губы определенно распухли».

Его тело было покрыто везде поцелуями Императора, и, несмотря на то, что его не трогали, он как будто принимал стимуляторы, и то место уже было в центре внимания.

Вытекло что-то молочно-белое.

Техника Императора была не особенно хороша. Его действия не вились вокруг куста как его характер, а скорее, были очень прямыми.

Эти действия давали Лин Сяо, мужчине, неправильное представление о том, что на него напали, что мешало ему долго принимать удовольствие.

Однако, он был словно глина, как только Император прикоснулся к нему, он стал мягким. Даже если бы он не желал этого в своем сердце, его тело все равно честно отреагировало бы.

Так приятно, что он мог только дрожать.

Его рациональность также плавала в его желании, прежде чем, наконец-то, рассеяться.

«Ах…» - снова громко застонал, Лин Сяо уже теряя счет, сколько раз Император заставлял его издавать этот звук.

Он только знал, что его тело снова и снова испытывало беспрецедентное удовольствие под телом Императора.

*****

На следующий день, когда Лин Сяо проснулся, был уже час дня.

Поскольку Император ушел рано, чтобы уйти ко двору, на его стороне остался только холод.

Лин Сяо лениво потянулся и встал с кровати.

Поскольку на этот раз Император был очень мягок с его телом и его целебные способности постоянно росли, у него вряд ли был шанс получить травму.

Кроме того, все его тело чувствовало себя свежим. Похоже, Император уже вымыл его.

Лин Сяо поднялся с кровати в хорошем настроении. У него была служанка в режиме ожидания, она помогла ему переодеться, а затем позаботилась о нем, когда он вымывал лицо и полоскал рот.

Рядом с ним остались новые лица, чтобы заботиться о нем, однако Лин Сяо не возражал.

Чем больше он знал о силе и способностях Императора, тем больше Лин Сяо осознавал их несоответствие.

Теперь, когда Император не хотел его смерти, у него не было причин противостоять Императору.

После того, как он вымылся, служанка, стоявшая на коленях рядом с ним, передавала ему приказ, который она получила от Императора: «Король-Супруг, Император приказал этой слуге привести вас кое-куда и показать вам кое-что, прежде чем он ушел сегодня утром».

«?» - Лин Сяо был озадачен. То, что Император даровал ему, было неисчислимо, но почти все было принесено в его дворец. На что еще он должен был посмотреть?

Лин Сяо был немного заинтересован, он подошел к ней: «Тогда, веди меня».

Служанка поклонилась и повела Лин Сяо.

Вход охраняли две служанки в черном. Лин Сяо заметил, что одной из них была Ан Сян, когда подошел ближе.

Лин Сяо с радостью поприветствовала их, и Ан Сян с подружкой поклонились. – «Молодой мастер».

Эти двое все еще называли его «Молодой Мастер». Похоже, они очень ценят его команды.

Лин Сяо помог им встать: «Вам не нужно быть такими вежливыми».

Ан Сян слегка улыбнулась: «Молодой Мастер, Император послал нас двоих, чтобы защитить вас. Это Ан Юн».

Лин Сяо понял кто это и оценил Ан Юн. Ее внешность была нежной и красивой, очень похожей на Цзи Сян, которую он ранее встречал.

Ан Сян посмотрела на вторую служанку и сказала: «Молодой Мастер, Император хочет, чтобы мы двое подчиненных сопровождали вас».

Лин Сяо был слегка ошеломлен: «Куда Император хочет, чтобы я пошел? Даже вы двое будете следовать за мной...»

Ан Сян ответила: «Вы узнаете, когда доберетесь, Молодой Мастер».

Интерес Лин Сяо был спровоцирован еще больше.

Служанка повернула за угол, и повела Лин Сяо в место, с которым он был очень хорошо знаком.

Сорняки покрыли двор, мрачный вид.

Это был холодный дворец, в который раньше отправили Мо Ци.

Сначала Лин Сяо последовал за служанкой, но когда они подошли ближе ко дворцу, служанка остановилась и позволила ему идти впереди.

Лин Сяо сглотнул и обернулся, чтобы посмотреть на пристальный взгляд двух служанок, прежде чем, наконец-то, поднял ногу, чтобы войти внутрь.

«Aх... Аххххххх... Не подходи!»

Он просто сделал первый шаг, когда услышал крик.

Он был ужасен, посылать озноб через Лин Сяо, когда он услышал его.

Лин Сяо немного подскочил, его глаза быстро отыскали источник звука, он наконец нашел человека, который приседал в темном углу холодного дворца.

Растрепанное лицо нищего с изношенной и порванной одеждой, но все же, хотя и слабо, было видно, что фигура была женской.

Когда этот человек увидел, что кто-то приближается к ней, она робко подняла голову.

Лин Сяо сразу понял, кем был этот человек именно по этим глазам, у которых была надежда, текущая внутри и наполненная благодатью.

Это была Мо Ци.

Лицо Лин Сяо похолодело.

Ан Сян тихо шагнул вперед, и передала Лин Сяо меч: «Молодой Мастер, эта вещь была передана от Мастера вам».

Глаза Лин Сяо расширились от шока, когда они опустились, чтобы посмотреть на меч.

Так об этом думал Император...

«Мастер сказал, что если вы убьете своего врага своими руками, это принесет вам больше удовольствия».

Слова Ан Сян ответили на опасения Лин Сяо.

Лин Сяо сжал губу, затем схватил меч и направился к Мо Ци.

Мо Ци потеряла голову от страха.

«Не подходи ко мне, не подходи…»

Она повторяла эту фразу, пока ее руки беспомощно потянулись, чтобы что-то схватить, что-то, что дало бы ей душевное спокойствие.

Но рядом с ней ничего не было, так что она надеялась получить?

Лин Сяо подходил к ней шаг за шагом, а она шаг за шагом отходила, пока ей больше некуда было отступать.

Она внезапно замолчала, ожидая, пока Лин Сяо не приблизится, прежде чем внезапно подняла голову и взмахнула когтями, чтобы напасть на него.

Лин Сяо увернулся, и в следующую секунду Мо Ци была прижата к земле Ан Сян и Ан Юн.

«Лин Сяо, ублюдок!» - Мо Ци безумно пытался напасть на этого человека. - «Ты думаешь, я просто умру? Мечтай! Если я смогла ожить однажды, я смогу оживить и во второй раз! Со временем у меня будет твоя голова! Я позабочусь, чтобы ты никогда не смог переродится!» - Мо Ци злобно проклинала его.

«Аааааа ...»- Мо Ци словно сошла с ума. Лин Сяо холодно усмехнулся: «Ты знаешь о своей ситуации? Теперь это я! Тот, кто держит оружие, которое может тебя убить!» - Лин Сяо быстро подошел, указывая мечом на Мо Ци.

На мгновение Мо Ци сжалась, затем снова повернулась к нему, чтобы быть совершенно бесстрашной, и ответила: «И что, если на меня направлен меч? Тогда, когда я отравила тебя до смерти, ты все же не умер?»

«Хе…», - усмехнулась Мо Ци. Ее длинные волосы скрывали лицо, но ее губы изогнулись в странной улыбке: «После твоего отравления Император сказал мне, что тот, кого он любил, была не я, а ты, евнух, который всегда был занят бегом, как собака. Положение Императрицы, которое он даровал мне, также было сохранено для тебя. Лин Сяо, я никогда не жалела, что убила тебя! Пока ты живешь, я никогда не буду в покое!»

Мо Ци заговорила и, казалось, почувствовала себя вполне счастливой, продолжая: «В конце концов, ты был одержим ядом, который я тебе дала! То, как ты умер, было великолепно, прекрасно!»

Внезапно Мо Ци снова стало грустной, и вздрогнула, словно она сошла с ума: «Но почему он вдруг отомстил мне после твоей смерти? Там он отрубил мне голову, а здесь заставил меня пить отравленное вино…»

Она слегка улыбнулась: «Хе… Но я никогда не умирала. Так что, если мне отрубят голову? Так что, если я буду отравлена до смерти? Разве я осталась мертвой? Поскольку в первые два раза это не получилось, почему третий должен сработать? Лин Сяо, ты думаешь, что я действительно умру, если ты прямо сейчас зарежешь меня?»

Мо Ци безумно засмеялась: «Хахаха! Лин Сяо, просто подожди! Я вернусь и отомщу!»

Пока Мо Ци говорила, ее глаза были злобными. Лин Сяо нахмурился, в то время как удивление заполнило все его лицо.

Мо Ци говорила о том, что собиралась отравить его до смерти, и он знал, что именно в это время Император сказал ей совершить самоубийство. Но быть обезглавленной... Это случилось в прошлой жизни?

После того, как он был отравлен до смерти, Император сказал, что ему не нравится Мо Ци, и убил ее?

Так вот почему Мо Ци воскресла?

Глаза Лин Сяо остекленели, его лицо было рассеянным.

«Подождите».

Пока Лин Сяо был в другом мире со своими мыслями, внезапно вышел еще один человек.

Человек был одет в синее и был полон энергии. Его внешность была красива и чиста, это был Великий Генерал Лан Вэй, которого наградил Император.

Рот Лин Сяо дернулся. Этот человек все еще пытался доставить неприятности?

«Генерал Лан, это не то место, где вы должны быть», - сказала Ан Сян первой.

Лин Сяо молча, произнес ей тридцать две похвалы, эти слова были прямо из глубины сердца Лин Сяо.

Когда Мо Ци увидела Лан Вэй, она как будто увидела спасителя и попыталась бороться с ними, ползая, она крикнула: «Старший брат Лан… Большой брат Лан… Спаси меня, Спаси Ци Ци…»

«……» - Лан Вэй равнодушно посмотрел на нее и подошел к Лин Сяо. Под взглядом Лин Сяо он взял меч из его руки: «Позже я пойду, и лично буду просить у Императора прощения. Эта женщина…» - сказал Лан Вэй и затем пошел вперед, указывая мечом на шею Мо Ци.

«!» - Лин Сяо был ошеломлен.

Ан Сян и Ан Юн также не смогли предвидеть эту ситуацию, так как все они с удивлением посмотрели на Лан Вэя.

Лан Вэй отодвинула в сторону волосы, которые были на щеке Мо Ци, и затем Лин Сяо наконец-то увидел, что ее лицо было ужасно и не подлежало восстановлению.

Удивительно красивая Мо Ци превратилась в гнилую и изуродованную женщину.

«Это…» - Лин Сяо потерял дар речи.

Лан Вэй холодно ответил: «Это было то, что она навлекла на себя. Она хотела причинить вред Королю-Супругу, но сама была вынуждена выпить яд, который приготовила».

«……» - Лин Сяо слабо вспомнил то, когда он был во дворце принца Шао.

Лан Вэй сказал: «Именно такой вид может соответствовать твоему сердцу скорпиона!»

Те слова, которые были сказаны для Мо Ци, ошеломили ее полностью. Тон, в котором он говорил это, был полон ненависти и обиды.

Они несли злобу, которую он сдерживал.

Это было так долго… Его злоба только увеличивалась день ото дня. Если он не сделает что-то, он не сможет простить того себя, чьи чувства были обмануты тогда.

«Тогда, в тот день, когда ты жестоко отказала мне, ты когда-нибудь думала, что этот день может наступить?»

Лан Вэй задал вопрос и крепко держал рукоять меча.

В тот момент, когда Мо Ци собиралась ответить, Лан Вэй сделал быстрое движение с мечом в руке, Лин Сяо смог только увидеть остаточное изображение. Мо Ци упала на землю.

Теперь она лежала в луже крови.

Лан Вэй обернулся и быстро опустился на колени перед Лин Сяо. Внезапное движение встревожило последнего, заставив его сделать шаг назад.

Лан Вэй сказал с опущенной головой: «Король-Супруг, я, Лан Вэй, имел личную враждебность к Мо Ци, поэтому я взял ваш меч и убил ее им, я поступил против указа Императора. Пожалуйста, накажите меня».

«……» - Лин Сяо снова потерял дар речи, это был первый раз, когда он увидел другую сторону Лан Вэя. Для парня, который всегда с ним не соглашался, быть таким серьезным и уважительным перед ним не было чем-то, к чему он не привык…

Лин Сяо нахмурился, немного подумав. Он не обратил внимания на Лан Вэя, вместо этого он обошел его и встал рядом с Мо Ци.

Присев на корточки, чтобы подтвердить, что она действительно мертва, Лин Сяо встал и приказал Ан Сян и Ан Юн: «Принесите дрова, чтобы сжечь ее».

«Сжечь?» - Ан Сян была ошеломлена: «Молодой Мастер, этот человек уже мертв. Нам просто нужно передать ее дворцовым слугам и где-то похоронить».

Лин Сяо не мог ничего сказать. Что он беспокоится, что она снова возродится, что он боится, что она снова возродится.

Чтобы избежать этого, лучше всего сжечь ее тело.

Хотя это были его настоящие опасения, Лин Сяо задохнулся по другой причине: «… К счастью или к несчастью, мы оба пришли из одного места. Сжигая ее, а затем, хороня ее, мы очистим друг друга».

Ан Юн, которая молчала все это время, наконец-то сказала: «Молодой Мастер, она так старалась навредить вам, но почему вы до сих пор…»

Как раз когда она была готова продолжить, Ан Сян дернула Ан Юн, явно приказывая ей перестать спрашивать. Ан Юн закрыла рот, в то время как Ан Сян прочистила горло: «Очень хорошо, Молодой Мастер, эта подчиненная будет подчиняться вашему приказу».

Лин Сяо добавил: «Пусть Ан Юн пойдет с тобой. У меня есть кое-что, что мне нужно обсудить с Лан Вэем наедине».

«Это…»- Ан Юн слегка поморщилась, но Ан Сян потянула ее: «Пожалуйста, извините нас, мы уходим Молодой Мастер»

Лин Сяо кивнул, - «Хм», - следя за двумя оставшимися слугами вдалеке.

Затем он повернулся к Лан Вэю: «Встань, Лан Вэй. Больше нет необходимости притворяться здесь нас только двое ».

«Притворятся?» - Рот Лан Вэя дернулся, «Вы думаете, я притворяюсь?»

Лан Вэй выглядел очень возмущенным, когда он вскочил с земли: «Ты хоть представляешь, какое решение я принял, чтобы встать на колени перед тобой! И ты говоришь, что я притворяюсь?!»

Лан Вэй внезапно выглядел так, что его волосы были распущены, когда он яростно взревел на Лин Сяо.

Это было похоже на молодого льва, размахивающего своими недостаточно острыми когтями, чтобы угрожать Лин Сяо. Лин Сяо не только не чувствовал угрозы, но и чувствовал, что Лан Вэй перед ним был довольно забавным, и поэтому он начал смеяться.

Услышав смех Лин Сяо и увидев его счастливую улыбку, Лан Вэй на мгновение замолчал, заметив, насколько детскими были его действия сейчас.

Он посмотрел вниз и тихо сжал зубы. Почему он всегда становился таким ребяческим, когда был перед этим человеком?

«Хорошо, хорошо». - Улыбка Лин Сяо открыла его восемь блестящих белых зубов, из-за чего глаза Лан Вэй немного подергивались при этом виде.

Он отвернулся, в то время как Лин Сяо улыбнулся и приблизился к нему: «Хватит! Как это было бы мелко, если бы ты остался с этим сердитым лицом».

«Хммм!» - Лан Вэй отвернулся, отказываясь признавать это.

Лин Сяо потер нос, когда увидел это, и наклонился ближе, переходя на другую тему: «Честно говоря, Лан Вэй, я действительно не ожидал, что именно ты убьешь ее!. В конце концов, она была той, кого ты отчаянно любил раньше». - Пока Лин Сяо говорил, он несколько раз ткнул труп Мо Ци ногой.

Лан Вэй замер, выражение его лица стало сложным.

Лин Сяо неожиданно протянул руку, чтобы перекинуть ее через плечо Лан Вэя, отвлекая его внимание, и восхваляя его: «Брат, ты молодец!»

Лан Вэй вновь замер, его тело напряглось. Чувство мягкого тела, которое прислонилось к его боку, заставило его повернуть голову, только чтобы увидеть, как Лин Сяо улыбается в радости.

Эта улыбка была особенно ослепительной, поэтому ослепленные глаза Лан Вэя почувствовали укол боли.

Он пожал плечами, намекая на Лин Сяо, чтобы тот освободил его. «Ты хочешь убить меня? Ты уже Король-Супруг!»

Улыбка Лин Сяо стала жесткой, когда он усмехнулся: «Чего ты так боишься? Вокруг нет никого, кто мог бы рассказать о нас Императору. Кроме того, мы даже ничего не делаем. Разве это не нормально между братьями?»

«Братьями?» - спросил Лан Вэй.

Лин Сяо улыбнулся: «Со смертью Мо Ци моя месть закончилась. Поскольку ты был тем, кто отомстил за меня, ты мой брат. Поскольку ты осмелился убить ее сегодня, я, Лин Сяо, буду относиться ко всему, что произошло в прошлом, как к воде под мостом. Наш счет исчерпан».

«Разве ты не слишком высокомерен?», - сказал Лан Вэй со злостью, - «Кто сказал, что наши результаты были исчерпаны!»

Он не хотел быть братом Лин Сяо. Его мысли были такими же, как у человека, которого тот встретил прошлой ночью.

Слово «братья» будет давить на него, пока он не сможет дышать.

Желая любить, но не может любить.

Вспоминая прошлую ночь, ход мыслей Лан Вэя вернулся в тот вечер.

«Как долго вы планируете оставаться там? И как долго вы будете смотреть?» - После ухода Лин Сяо Лан Вэй встретил Фу Юйцзюня в Имперском саду.

Твердую решимость можно было увидеть из уходящей фигуры Лин Сяо, разрывающей их отношения. Лан Вэй преимущественно симпатизировал этому смутному и подавленному человеку.

Однако его точка зрения была такой же, как у Лин Сяо.

Этот человек не должен быть здесь.

«Вам нужно, чтобы я вызвал Императорскую гвардию для сопровождения вас обратно на банкет?» - холодно насмехался Лан Вэй.

Только тогда Фу Юйцзюнь перевел взгляд на Лан Вэя.

Лан Вэй был потрясен его взглядом, полным отчаяния и бессознательно вспомнил время, когда Мо Ци оставила его.

Он не верил, что делает это, но он снова заговорил, чтобы убедить его: «Лин Сяо не хотел, чтобы у вас было такое выражение лица».

Фу Юйцзюнь не хотел иметь дело с Лан Вэем, поэтому он просто прошел мимо него. Лан Вэй спокойно сказал: «Если бы он знал, что он снискал снисхождение и спас человека, который не хотел взять себя в руки, он бы, пожалел об этом».

Тело Фу Юйцзюня стало жестким, он был в бешенстве.

Лан Вэй сказал позади него: «Вы – суверенный король Страны Шао. Все жители Страны Шао ждут, когда вы соберетесь и возьмете себя в руки. Но с тем так, как вы сейчас себя ведете, можете ли вы встретиться с гражданами? Можете ли вы, даже столкнувшись с Лин Сяо, который просил о снисхождении от своего имени, вести себя нормально?»

Лан Вэй прошел мимо него: «Вам следует тщательно обдумать это».

«Подожди!». - Фу Юйцзюнь остановил Лан Вэй своим криком.

«Почему ты пытаешься мне помочь? Ты генерал из Страны Му. Если я возьму себя в руки, разве это не будет огромной потерей для вашей страны?»

Лан Вэй легкомысленно сказал: «И вы думаете, что способны на то, чтобы заставить Страну Му потерпеть убыток только потому, что вы взяли себя в руки? Вы слишком высокомерны. В Стране Му есть не только Император. У него также есть генерал, и я пообещал всю свою жизнь защищать его».

«!» - Фу Юйцзюнь поджал губы: «Ты слишком свысока смотришь на меня».

«Смотрю ли я на вас свысока или нет, зависит от того, сможете ли вы контратаковать в будущем. Я с нетерпением жду вашего объявления войны, приходите к нам, когда будете готовы. Кроме того, вы можете принять мои убеждения в качестве моей благодарности за то, что помогли мне увидеть истинные намерения Мо Ци».

«Лан Вэй! Лан Вэй!?», - Потерянный в своих мыслях, Лан Вэй услышал зов Лин Сяо и быстро пришел в себя.

Затем он заметил, что Лин Сяо подошел к нему очень близко, настолько близко, что он мог видеть крошечные волоски на его лице, очень тонкие, мягкие и светлые, на его светлых щеках. Его рот внезапно высох, а разум впал в смятение.

Лан Вэй ненавидел тот факт, что он не мог просто повернуться и лизнуть его несколько раз, а затем хоть раз его поцеловать.

Его глаза потемнели, и он резко проглотил слюну, предотвращая злое желание в глубине своего сердца.

Он скинул объятия Лин Сяо с плеча и сделал некоторое расстояние между ними: «Теперь ты Король-Супруг. Даже если никого нет рядом, чтобы засвидетельствовать это, ты все равно должен обращать внимание на свое поведение. Иначе ты не узнаешь, что поразило тебя, когда умрешь».

Лин Сяо усмехнулся: «Что с тобой не так? Даже если ты проявляешь беспокойство о ком-то, ты так неловко относишься к этому».

Лин Сяо жаловался, а Лан Вэй молчал.

Через некоторое время Лан Вэй устало спросил: «Некоторое время назад, когда я уходил, я говорил о том, о чем хотел бы спросить. Теперь, когда Мо Ци уже мертва, пожалуйста, ответь мне. Почему ты спас меня тогда?»

«?» - Лин Сяо не сразу отреагировал, его лицо было полно смущения.

Лан Вэй поджал губы, затем напомнил ему: «Там где мы впервые встретились. Я упал с лошади с холма».

Лин Сяо внезапно понял: «О, я вспомнил. Итак, ты уже знаешь об этом. Однако ты не прав. Я не думал о том, чтобы спасти тебя тогда, я просто инстинктивно протянул руку помощи, когда увидел кого-то в опасности. Я почти навредил себе, когда пошел тебе помогать!»

Во время разговора Лин Сяо с негодованием добавил: «А ты? Не упоминай, как ты неправильно понял своего благодетеля, когда проснулся. Ты вообще помнишь, как раньше обращался со мной?»

Лан Вэй был ошеломлен, когда услышал эти слова. Когда он вспомнил, как он действовал раньше, его лицо не могло не побледнеть, прежде чем снова покраснеть.

Спустя долгое время он, наконец-то, сказал: «Тогда почему ты не объяснился! Заставил меня неправильно все понять! Не так ли, из-за Мо Ци...»

Когда он говорил о Мо Ци, слова резко прекратились, как будто он боялся причинить вред Лин Сяо.

Лин Сяо глупо хихикнул: «Не будь таким смущенным. Я был слеп в то время, разве ты тоже не был ослеплен ею? Хотя, по сравнению со мной, как долго ты держал глаза закрытыми? Как бы я ни кричал, ты от этого не просыпался. Что ты сказал ранее? «Ци Ци не делала этого со мной, она не лгала мне» ».

Лин Сяо тщательно изучил банальную внешность Лан Вэй и даже специально добавил актерский симпатичный тон современной эпохи. От стыда, лицо Лан Вэя вспыхнуло в гневе.

«Хватит!» - закричал Лан Вэй.

Встревоженный Лин Сяо отнесся к этому серьезно и заткнулся.

Лан Вэй видел, как тот испугался, но он не знал, что сказать, так как ни одна слово не покинуло его рот. И так, оба оставались неподвижными там, где они стояли.

«Молодой мастер, дрова готовы».

В этот самый момент Ан Сян и Ан Юн вернулись, положив конец этому периоду неловкости.

Лин Сяо немедленно приказал им положить туда тело Мо Ци и сжечь его.

Теперь, когда Лин Сяо своими глазами стал свидетелем того, как тело Мо Ци уничтожается в огне, он, наконец-то, сможет отпустить это дело и полностью расслабиться в своем сердце.

Когда они вернулись во дворец, Лан Вэй опустился на колени перед Лин Сяо.

Однако, в отличие от прошлого, это был его способ выразить свою решимость.

Он пообещал свою жизнь и верность Императору и Лин Сяо в этой жизни.

Это было немного странно, но это очень удовлетворило героические мечты Лин Сяо.

Таким образом, он не остановил Лан Вэя.

Лин Сяо все еще был в восторге, когда они вернулись во дворец. Император уже вернулся и читал книгу, ожидая Лин Сяо

Когда он увидел выражение лица Лин Сяо, Император был немного ошеломлен. Он положил книгу, которую читал, и спросил: «Ты доволен Нашим подарком?»

«Доволен, доволен! Очень доволен!»- ответил Лин Сяо.

«Тогда пришло время быть честным с Нами», - сказал Император, внезапно возвращая Лин Сяо в чувство, когда тот посмотрел на Императора.

Император пристально посмотрел на Лин Сяо: «Что за вражда была между тобой и Мо Ци? Не пытайся обмануть Нас, сказав, что ты был почти вынужден стать евнухом. Такое оправдание может обмануть только Лан Вэя, но оно бесполезно против Нас».

Глава 66 - Наполнение любовью (1)

«……» - Императору потребовалось всего одно предложение, чтобы шокировать Лин Сяо.

Ошеломленный, он смотрел, как Император держа руки за спиной шел, пока не оказался прямо перед ним.

«Мо Ци рассказала Нам очень странные вещи. Хочешь их услышать?»

Хотя Император говорил так, как будто он спрашивал Лин Сяо, но он не дождался его ответа и продолжил говорить: «Она сказала, что убила тебя. Она также сказала, что мы убили ее».

«……» - Холодный пот стекал с Лин Сяо, когда он смотрел прямо в глаза Императора. Он чувствовал, как ослабевают его ноги.

Он проглотил слюну, а затем сумел найти выход из этого вопроса: «Тогда… Ваше Величество, вы ей верите?»

Император долго смотрел на Лин Сяо, потом поднял руку, чтобы схватить и держать подбородок Лин Сяо, он сказал: «Мы поверим тебе. Почему бы не рассказать нам об этом?»

Ясно, просто он задал вопрос ему!

Лицо Лин Сяо побледнело. Хотя было приятно, то что Император сказал, что верит в него, но если он не сможет дать ему достаточно веских оснований, чтобы убедить его, как его ответ сможет удовлетворить Императора?

С самого начала Император хотел, чтобы Лин Сяо ответил на этот вопрос.

Пока Лин Сяо размышлял над этим вопросом, мысль о честности приходила ему в голову. Однако его ситуация невообразима. Поверит ли ему Император, если он скажет ему правду? И если бы он это сделал, как бы он относился к человеку, который перешел этот мир?

Он поднял голову в смятении и посмотрел на Императора. Он только холодно смотрел на него, обладая всезнающей внешностью. Лин Сяо удивленно расширил глаза, узнав, что это означает, что Император просто проверял его верность. В конце концов, Император не беспокоился о том, что говорят другие. Это означает, если он что–то спросил, он почти знал ответ.

Лин Сяо отбросил этот последний след своей нерешительности после того, как он обдумал это, сделал глубокий вдох, подтвердил свое решение и затем ясно сказал: «Ваше Величество, это правда, что Мо Ци убила меня».

Слова Лин Сяо заставили Императора поднять бровь. Он держал руки за спиной, все еще показывая глубокий вид. Лин Сяо был в ужасе, хотя он догадывался, что Император размышляет над этим вопросом, он не знал, в каком направлении следуют мысли другого человека.

Однако, поскольку он уже заговорил, у него не было больше возможностей сожалеть об этом. Он мог только взять себя в руки и продолжить: «Она… Хотела отравить меня до смерти, а я продолжал искать возможность отомстить».

Лин Сяо намеренно высказался неоднозначно, поскольку он не прояснил тот факт, что Мо Ци, желая отравить его до смерти, была кем-то из его прошлой жизни, и при этом он не сказал, преуспела ли Мо Ци.

Все, что он упомянул, произошло в этой жизни. Таким образом, он избегал говорить с Императором о чем-то столь же нереальном и трудном для него, как прошлая жизнь.

И все же, все это было бессмысленно, поскольку Император уже знал обо всем, когда он прервал его: «Итак, Мы убили ее, потому что ты умер».

Его слова были не вопросом, а декларацией его уверенности.

Лин Сяо слушал с удивлением, но почувствовал только то, что его спина похолодела.

Император холодно посмотрел на него, в то время как из его тонких губ потекли слова: «То есть в прошлой жизни».

«Ваше Величество... Вы ...» - Сердце Лин Сяо стучало очень сильно, он начал паниковать.

«Это объяснило все твои хитроумные планы».

«......»

Когда Император сказал это, его голос был очень спокойным и твердым, в нем не было никаких признаков гнева. Но Лин Сяо почувствовал неописуемое чувство тревоги.

Даже если у него была золотая табличка с указанием защиты от смерти, он все равно не осмелился взглянуть на нынешнее выражение лица Императора. Он не знал, как Император собирается справиться с ним - тот, кто умер, а затем снова воскрес. Он мог только держать голову чрезвычайно низко, дрожа от страха.

Трепетная внешность Лин Сяо была похожа на щенка, который только что родился и должен был теперь столкнуться с неизвестным миром, заставляя его свернуться в клубок.

Император чувствовал, что это было довольно забавно, когда смотрел на него. Он потер голову Лин Сяо, потер ее так сильно, что его аккуратные тонкие черные волосы стали грязными и приземлились на глаза Лин Сяо. Это сделало безжалостные и невинные глаза еще более жалкими.

Особенно в тот момент, когда Лин Сяо поднял глаза, чтобы взглянуть на него, будучи в растерянности, Император почувствовал, что видит щенка, виляющего хвостом и просящего своего хозяина побаловать его.

Эти глаза полностью смягчили его сердце, и он наклонился, чтобы слегка поцеловать уголок губ Лин Сяо, а затем втянул его в свои объятия.

Тело Лин Сяо стало жестким. Затем он поднял голову, чтобы посмотреть на Императора в шоке.

«Ваше Величество... Вы...»

«Ты так сомневаешься в Нас, мы должны наказать тебя?» - Император любезно посмотрел на Лин Сяо.

Лин Сяо смотрел безучастно, в то время как его разум пролистывал тысячи вещей, прежде чем понять смысл слов Императора. Он не собирался углубляться в это дело или что-либо делать с ним из-за этого.

Эта мысль принесла облегчение Лин Сяо, когда он выдохнул, расслабившись.

«Лин Сяо сомневается не в Вашем Величестве, а в себе».

Император поднял бровь глядя на Лин Сяо, который хитро сказал: «Лин Сяо боялся, что мне не хватит вашего сердца…»

Минуту назад у него был робкий и дрожащий вид. Но теперь он вернулся к себе и к своей хитрой природе.

Эти живые глаза стали хитрыми, и его ответ был очень хитрым, что позволило ему спрятаться от вопроса.

Император слегка улыбнулся.

Лин Сяо почувствовал себя немного неловко, когда через некоторое время не услышал, как Император ответил. Он больше не мог молчать: «Если Ваше Величество действительно хочет наказать Лин Сяо, то Лин Сяо подчинится».

Глаза Лин Сяо мелькнули, когда он сказал это, его обаяние работало естественно. Даже он не знал, насколько соблазнительным он казался, когда поднял глаза, чтобы взглянуть на Императора снизу.

Император наблюдал за ним, его взгляд был безмятежен. Но в следующую секунду он заключил Лин Сяо в свои объятия.

Быстрые и требовательные поцелуи неоднократно падали по всей коже Лин Сяо, пока, наконец-то, не приземлились на его губы. Его плотно закрытые губы были распахнуты, запутываясь в жестком языке.

«Аххх... Мххх ...»

Его чувствительное тело давно стало мягким, как хлопок, и, как только поцелуй закончился, он был без сил в объятиях на груди Императора.

Император пристально смотрел на него, как жадный волк, который хотел полностью проглотить человека в своих руках, не оставляя никаких костей.

«... Ахх»

Лин Сяо слегка дрожал. Он чувствовал себя слабым от собственнического взгляда Императора. Легкий стон потек между его губами.

«Хех...»

Император тихо рассмеялся, в его голосе прозвучала хрипотца, которая была очень приятна для слуха. Это было очень сексуально.

Желая увидеть улыбающееся лицо Императора, Лин Сяо попытался поднять голову. Однако, прежде чем он успел это сделать, его внезапно подняли в горизонтальное положение.

Лин Сяо крикнул в тревоге и быстро обнял императора за шею руками. Из-за того, что Лин Сяо внезапно стал принцессой, он действительно захотел протестовать. Тем не менее, когда он вспоминал обо всем, что произошло до сих пор, протестовать против этого после того, как его уже так много раз так удерживали, казалось бы просто неловким.

Кроме того, губы Лин Сяо слегка изогнулись, когда он удобно умостился на груди Императора.

Хотя он выглядел очень холодно, его объятия были исключительно теплыми. Находиться у него на груди в таком положении было довольно удобно.

Неважно, тело это или сердце.

«Тебе нравится?» - Император, похоже, видел это сквозь его любовь и наклонил голову к нему.

Лин Сяо поднял глаза и улыбнулся: «Мне это нравится».

«Тогда с этого момента мы будем часто держать тебя на руках», - искренне пообещал Император.

Лин Сяо засмеялся и ответил: «Слова Вашего Величества несут огромный вес, Лин Сяо запомнит это в моем сердце».

«Хм». - Император издал согласительный звук и мягко опустил Лин Сяо на кровать, затем наклонился, поддерживая его за голову, и целуя мужчину под ним.

Лин Сяо улыбнулся и потянулся, чтобы снять головной убор Императора, так что его тонко расчёсанные волосы смогли упасть без поддержки.

Волосы накрыли его кожу, вызывая ощущение легкого зуда.

Лин Сяо провел пальцем по волосам и тихо спросил: «Ваше Величество, может ли Лин Сяо спросить у вас кое-что?»

Император привстал и нахмурился, молча, он глубоко вздохнув, затем немного неуверенно сказал: «Спроси».

«Каков ваш итог для Лин Сяо?»

Император поджал губы, его глаза сузились от неудовольствия, когда он смотрел на него. Как будто он обвинял его в том, что он задал такой скучный вопрос в такой важный момент.

Лин Сяо прочитал и понял презрение в глазах человека. Он на мгновение сдержал свои слова, прежде чем смущенно сказать их: «Если Вашего Величества не скажет об этом, Лин Сяо очень трудно чувствовать себя спокойно. Я всегда волнуюсь, что коснусь точки вашего терпения, не обратив на это внимания».

Император нахмурился и уставился на него. Увидев, что у него нет желания снимать свой вопрос, он, наконец, тяжело вздохнул и довольно беспомощно сказал: «Мы думали, что тебе совершенно ясно об этом».

Лин Сяо сморщил брови. Если бы это был старый Император, тогда это было бы совершенно ясно. Однако человек перед ним уже не был тем Императором, которого он знал.

Лин Сяо много раз касался своей нижней линии и думал, что он обязательно умрет. Но Император легко прощал его, и это полностью разрушило его понимание этого человека. Он не мог помочь, но хотел бы знать, какова была нижняя черта Императора для него.

Как будто он прочитал мысли Лин Сяо, Император тихо вздохнул: «То, что ты знал о Нас раньше, не было неправильным. Просто ты теперь особенный для нас».

В то время как Лин Сяо отвлекся, Император уже снова воспользовался возможностью, чтобы прижать его, слегка кусая его кожу, словно это было своего рода наказание.

Момент, когда Лин Сяо вскрикнул от боли, заставил Императора прищуриться с хорошим настроением. Он наслаждался появлением боли на человеке под ним. Его довольное выражение, кажется, говорило: «Поскольку ты осмелился прервать Нас, готовься быть наказанным».

Взгляд Лин Сяо сдержал его жалобы. Император засмеялся при этом виде и наклонился, чтобы лизнуть место, которое он укусил. Он сказал умиротворяющим тоном: «Мы давно перестали иметь линию терпения для тебя, так почему ты все еще так волнуешься? Пока ты помнишь, что только Мы - твой мужчина, этого будет достаточно».

Лин Сяо прищурился от удобного ощущения, когда его облизывали, а очаровательный ответ Императора вошел в его уши. Он удивленно поднял голову, только чтобы наткнуться на поцелуй Императора.

Их губы слились воедино, и их дыхание постепенно стало хаотичным. Лин Сяо немного боролся, желая спросить, что он имел в виду, но потерпел поражение от прикосновений Императора.

Он не знал, когда его руки, отталкивающие его, превратились в потворство, в то время как его разум был ошеломлен поцелуями. Его больше не волновало, какой сегодня день.

Император слегка улыбнулся при виде этого и легко избавился от одежды Лин Сяо, его влажные поцелуи опускались вниз.

Его палец искал этот секретный вход, заставляя тело человека под ним дрожать от удовольствия.

Это привело к тому, что Лин Сяо был слишком занят, чтобы заботиться о других вещах, оставив после себя только требовательное настроение...

После ночи путаницы Лин Сяо поддержал свою больную талию, когда встал. Императора уже не было видно.

Его тело было очень свежим, было ясно, что его уже очистили.

«Король-Супруг». - Служанка рядом с ним принесла миску с водой для Лин Сяо, чтобы вымыть лицо. Когда он закончил, она с уважением позвала его.

Лин Сяо лениво потянулся и посмотрел на нее.

Служанка ответила: «Стюард Ли уже долго ждет у двери».

Глава 67 - Наполнение любовью (2)

Лин Сяо посмотрел на вход, когда услышал ее слова, и, как и ожидалось, от туда была видна половина венчика из хвоща.

Лин Сяо встал и вышел за дверь.

«Король-Супруг». - В тот момент, когда он подошел к выходу, Стюард Ли опустился на колени, чтобы поприветствовать его.

Лин Сяо бросил на него взгляд и сказал: «Встань, зачем я тебе понадобился?»

Сяо Лизи льстиво улыбнулся: «Его Величество думал о вас сегодня утром на суде и хотел, чтобы этот слуга пришел служить вам. Он также хотел, чтобы этот слуга принес вам завтрак».

После того, как он заговорил, Сяо Лизи махнул рукой за спиной. Вскоре вошли два ряда евнухов, каждый из которых держал изысканный поднос. Они поклонились Лин Сяо, а затем почтительно поставили подносы на стол в комнате Лин Сяо.

Лин Сяо заметил это, а затем подошел поближе. Стол, полный деликатесов, был расставлен перед ним.

«Это…» - Лин Сяо нахмурился.

Сяо Лизи поспешил объяснить: «Король-Супруг, все это было специально приказано принести вам Императором, а для нас, слуг, подготовить все, он беспокоился о вас».

Сяо Лизи посмотрел на стол после того, как заговорил, и хмуро продолжил: «Король-Супруг, взгляните. Сам Император никогда не просил эти блюда, но велел нам, слугам, приготовить их для вас. Император действительно делает все возможное для вас».

Пока Сяо Лизи говорил, его лицо было полно самодовольства, как будто это его так любили. Лин Сяо долго смотрел на него, Сяо Лизи быстро убрал свою гордую внешность, мягко прочистил горло, прежде чем снова приблизиться к Лин Сяо: «Король-Супруг, кроме этого, Император также хотел, чтобы этот слуга дал вам это».

Сяо Лизи раскрыл ладонь перед Лин Сяо, и он на нее посмотрел. Ключ лежал в его ладони.

Лин Сяо сначала посмотрел на Сяо Лизи, который быстро объяснил все без дальнейших слов: «Это ключ к складу Императорского дворца. Раньше его всегда хранила Наложница Сиань, но Император попросил этого слугу принести его вам на этот раз. Когда Император передал его, он сказал, что все, что вы хотите, вы можете взять непосредственно без его согласия».

Говоря с честью, Сяо Лизи передал ключ от склада Лин Сяо.

Лин Сяо удивленно поднял бровь, Императорская доброта была действительно широкой и могущественной.

Он действительно просто так отдал ему ключ?

Он мог взять оттуда все, что хотел?

Глаза Лин Сяо распахнулись, затем он поднял ключ и улыбнулся.

Раз Император такой щедрый, почему бы ему не принять это?

Просто подождите, пока он очистит весь склад! Тогда давайте посмотрим, что может еще использовать Император, чтобы быть щедрым!

Лин Сяо обиженно думал об этом с «ненавистью к богатым». После того как он поел, он сразу же отправился на склад Императора.

Он знал только, насколько наивно он думал, что вычистить склад, когда попал туда.

Ценные вещи на этом складе полностью заполнили все пять комнат, и все, что вы можете себе представить, находилось там. Если бы он хотел очистить это место одним лишь собой, это было бы совершенно невозможно.

Лин Сяо огляделся, а затем заметил блок яркого теплого нефрита на столе в одной из комнат. Цвет теплого нефрита был изысканным, а блеск глянцевым. Даже Лин Сяо, этот любитель, мог видеть, что ценность его была очень высокой.

Но то, что заставило Лин Сяо чувствовать себя странно, было то, что этот нефрит лежал один на самом внутреннем столе, он мог видеть, что этот нефрит был очень особенным среди груд сокровищ.

Тем не менее, он не мог сказать, что он был очень ценным, поскольку этот нефрит лежал просто на столе, он не был заперт или спрятан.

Это действительно вызывало у него странное чувство, и он не мог не взглянуть на него еще несколько раз, поэтому он все же подошел.

Сяо Лизи получил приказ Императора и очень усердно следовал за Лин Сяо. Наблюдая за тем, как Лин Сяо трогает этот нефрит, его глаза засияли.

Он подошел к Лин Сяо и поклонился, спрашивая: «Король-Супруг, вам нравится этот нефрит?»

«Хм». - Лин Сяо издал звук согласия, погрузившись в свои мысли.

Сяо Лизи наблюдал за происходящим и тихим, мягким голосом сказал: «Тогда... Почему бы вам не попробовать его взять?»

«……» - Лин Сяо ничего не сказал, а просто взял нефрит. Пока он держал его, из него исходило слабое тепло, это было довольно приятно.

При ближнем рассмотрении он увидел, что на нем был вырезан яркий и реалистичный тигр, нефрит внутри был белым, и этот тигр действительно выглядел как белый величественный тигр.

Чем больше он на него смотрел, тем больше он ему нравился. Он не хотел отпускать его, когда играл с ним.

Сяо Лизи еще раз сказал, наблюдая: «Если Королю-Супругу он так нравится, почему бы его не забрать?»

Лин Сяо обернулся и посмотрел на него. Сяо Лизи так много говорил об этом, как будто эта вещь была его, и это заставило Лин Сяо почувствовать себя неловко.

Лин Сяо сжал губы, он знал, что, в конце концов, он уже затаил злобу на Сяо Лизи с тех пор, как тот встал на сторону Императора. Поэтому независимо от того, что сказал Сяо Лизи, ему всегда будет не по себе.

Однако Лин Сяо действительно понравился этот нефрит, поэтому он взял его с собой.

После того, как он покинул склад, Сяо Лизи не последовал за Лин Сяо и вместо этого нашел причину, по которой Лин Сяо должен был уйти первым, прежде чем сам отправился во дворец наложницы Сиань.

Ключ от склада всегда был в руках наложницы Сиань. Вещи, которые входят и выходят из склада, всегда проверялись наложницей Сиань.

Учет предметов был все время в ее руках. Хотя Император отдал ключ от склада Лин Сяо, запасной ключ все еще был в ее руках. Лин Сяо мог свободно брать со склада все, что хотел, но Сяо Лизи отправлялся к наложнице Сиань, чтобы рассказать ей, что тот взял, и позволить ей вести учет предметов.

Император сказал, что он не будет следить за тем, что он взял, но что касается того, что вдруг ему захочется узнать что, из предметом покинуло склад, он сможет посмотреть на список.

Когда Император поручил Сяо Лизи выполнить его приказ, он не сказал, что тот должен скрыть это от Лин Сяо. Но Сяо Лизи думал, что Лин Сяо будет чувствовать себя неловко, поэтому он скрыл это.

Но, тем не менее, Лин Сяо был умным человеком, с опытом из его прошлой жизни, он уже знал, что на счет склада позаботится наложница Сиань.

Хотя Император дал ему ключ, он не дал ему книгу учета. Если он тщательно обдумает это, то сразу поймет, что должен быть запасной ключ.

И то, что он взял, скорее всего, нужно было сказать об этом наложнице Сиань, которая вела учет на складе.

Вместо того, чтобы ждать, пока Император скажет ему, чтобы он сказал наложнице Сиань, о том что он взял, ему лучше было бы сказать ей об этом сейчас.

С этой мыслью Лин Сяо начал идти к дворцу наложницы Сиань.

Лин Сяо правильно угадал, о том, что имел в виду Император, но он не знал, что Император уже принял меры, и Сяо Лизи уже спас его от неприятностей. Он также не знал, что Сяо Лизи думал, что делает все умно, скрывая это от Лин Сяо, потому что он думал, что это заставит другого чувствовать себя некомфортно.

Таким образом, когда Сяо Лизи прибыл во дворец наложницы Сиань, Лин Сяо также туда прибыл.

Лин Сяо и Сяо Лизи были оба проведены в дворцовый зал, ожидая, когда наложница Сиань выйдет и встретит их.

Во дворце наложницы Сиань Лин Сяо увидел почтительно стоящего Сяо Лизи, лицо которого внезапно побелело рядом с ним. Он удивленно поднял бровь и сразу все понял. Причиной, по которой Сяо Лизи извинялся, была ложь.

Какой хороший шаг Сяо Лизи! Хотя он сам не ухаживал за ним, он все же был рядом с ним некоторое время. Оставляя в стороне тот факт, что он встал на сторону Императора, а также между ним и наложницей Сиань, значит, он фактически принял ее сторону?

Лин Сяо холодно улыбнулся, и Сяо Лизи сжался, поспешно опустив голову и опустившись на колени на пол, извиняясь сначала: «Король... Король-Супруг, пожалуйста, помилуйте. Сяо Лизи не хотел вам лгать... Это... Император хотел, чтобы этот слуга говорил наложнице Сиань, о том, что вы берете со склада».

«……» - Лин Сяо нахмурился: «Император, сказал тебе прийти сюда? Ты говоришь правду?»

У Сяо Лизи было горькое лицо, и он продолжал просить прощения: «Как этот слуга посмел бы вам соврать?»

«Хммм». - Лин Сяо холодно фыркнул: «А ты не смеешь?»

Сяо Лизи испугался и быстро опустил голову, чтобы выразить свое уважение: «Король-Супруг, этого слугу обвиняют несправедливо».

«Несправедливо обвиняют?» - спросил Лин Сяо. - «Тогда ты скрывал тот факт, что Император приказал, что ты должен был прийти на отчет к наложнице Сиань?»

Как мог такой умный человек, как Император, скрыть что-то, что он узнает?

Лин Сяо усмехнулся и посмотрел на стоящего, на коленях Сяо Лизи, который дрожал и не смел, говорить, его лицо стало холоднее.

«Что происходит?» - Вдруг раздался тихий женский голос, и он повернул голову, чтобы посмотреть.

Это была наложница Сиань, одетая в желтое вечернее платье.

Она отличалась от того, какой он видел ее рядом с Императором ранее, на ней был плотный слой косметики, на голове лежал золотой гребень, а одежда была расшита золотыми цветами.

Из-за ее парадного платья казалось, что она была окутана слабым светом.

Лин Сяо почувствовал, что это немного ослепительно, и прищурился. Он наблюдал, как наложница Сиань подошла и встала перед ним, ее мягкое, почти бескостное, тело, приветствовало его.

«Эта леди выражает свое уважение Королю-Супругу».

«......»

«......»

Лин Сяо молчал, «Король-Супруг» Страны Му был эквивалентен «Королеве-Супруге», ранг был на целую ступень выше, чем у наложницы Сиань. Но с тем, как она управляет гаремом, ей действительно не нужно было так приветствовать его.

(Примечание: «Императрица» - это Хуан Хоу, а «Королева-Супруга» - это Хуан Фэй- всего лишь ранг ниже предыдущего ранга.)

Прямо сейчас, с тем, как церемонно она была одета и приветствовала его, было похоже, что он здесь, для того чтобы критиковать ее.

«Эта леди была занята некоторое время и не нашла времени, чтобы выразить вам свое почтение. Для Короля-Супруга лично прийти к этой леди… Это действительно ошибка этой леди, пожалуйста, простите эту леди ».

«……» - губы Лин Сяо дернулись, его настроение стало немного сложным.

В своей прошлой жизни он часто наблюдал, как Мо Ци и эта наложница парили друг вокруг друга, пока он выдвигал планы на ее будущее. И в наши дни, с его нынешней личностью, он словно играл роль Мо Ци...

Может ли быть так, что он должен бороться с этими наложницами тоже?

Просто думать об этом было страшно, и он покачал головой. Он должен был прояснить свою добрую волю: «Встань, ты не виновата».

Пока он это говорил, Лин Сяо понял, что больше не хочет затягивать разговор и вытянул нефрит, который он взял со склада из-за груди. Он посмотрел на нее и довольно властно сказал: «Я хочу этот нефрит».

Смысл его слов состоял в том, что она должна будет внести запись в учетную книгу.

Однако, когда она увидела нефрит, первое, что она выразила, был шок, прежде чем она расстроилась. Она несколько раз хотела что-то сказать, но из ее рта не выходило ни одного слова, как будто это было слишком сложно произнести.

Лин Сяо нахмурился: «Что случилось? Если наложница Сиань хочет что-то сказать, просто скажи это», - сказал Лин Сяо.

Наложница Сиань поджала губы, немного помахала руками, прежде чем спросить: «Это… Как Король-Супруг выбрал этот предмет?»

«Он слишком дорогой? Я не могу принять его?» - Лин Сяо поднял бровь в догадке.

«Нет», - наложница Сиань покачала головой, и слегка улыбаясь: «Совсем наоборот».

В то время как Лин Сяо смотрел безучастно, наложница продолжила: «Хотя этот нефрит бесценен, он «табу» в этом дворце. Говорят, что он был с ранних лет с Императором, но позже он приказал этой леди запереть его. Как только этот приказ был выполнен, и нефрит был заперт, никому не разрешили прикоснуться к нему. Нарушители были обезглавлены».

Сердце Лин Сяо подпрыгнуло, и он посмотрел на нее, наконец, осознав, что она тайно принимает к сведению его выражение лица. Он немного успокоился и быстро подавил свою панику, приняв совершенно равнодушный вид, чтобы посмотреть на нее.

Наложница Сиань сделала паузу и продолжила объяснение: «С тех пор никто не пытался даже думать о том, чтобы получить этот нефрит. Потому что любой, кто прикоснется к нему, будет обезглавлен. Все во дворце говорят, что этот нефрит «табу» ».

Наложница Сиань скорбно вздохнула: «После этого, как прошло много лет, и Император, вероятно, забыл об этом нефрите. Поэтому он забыл предупредить Короля-Супруга».

«……» - Лин Сяо посмотрел на нефрит в своей руке.

Он тихо лежал в его руке, из него вытекало тепло, нежное и изысканное. Когда он держал его, он чувствовал, что этот нефрит часто кто-то трогал, и теперь он стал очень гладким.

Лин Сяо действительно полюбил этот нефрит. Он сжал зубы, а затем поднял голову, чтобы взглянуть на наложницу Сиань: «Я возьму этот нефрит. Я вернусь и лично поговорю об этом с Императором, тебе просто нужно внести запись».

Наложница Сиань долго молчала, и смотрела на него, прежде чем поклонилась и ответила: «Да». Она опустила голову так, что Лин Сяо не мог видеть выражение ее лица.

Лин Сяо поленился подумать в своих мыслях и обернулся, планируя уйти.

Но в тот момент, когда он обернулся, он увидел знакомого человека.

Этот человек был одет в красную хлопчатобумажную юбку, ее волосы аккуратно расчесаны с золотой заколкой, выглядя очень очаровательно, когда она медленно шла вперед.

Этим человеком была Хонг Е, которая когда-то готовила заговор против него.

Лин Сяо замер, и Хонг Е сделала то же самое, поскольку она не ожидала увидеть Лин Сяо. Ее шаги остановились, и ее спина немедленно наклонилась, давая прекрасный поклон Лин Сяо.

«Я надеюсь, что Король-Супруг в добром здравии».

«……» - Лин Сяо не ответил, он посмотрел на Хонг Е, в его глазах были сложные чувства.

Император всегда был строг. Хотя Император лично сказал, что его много раз прощали, потому что не было никакого смысла, когда это касалось его.

В таком случае, как Хонг Е избежала наказания?

Это действительно беспокоило его.

Помимо того, что ей удалось избежать наказания, она также осталась рядом с наложницей Сиань. Которая так же, как Император, разрешила Хонг Е остаться во дворце.

О чем думал Император?

Лин Сяо поджал губы.

«Встань», - холодно сказал Лин Сяо.

Хонг Е прикусила губы и встала, затем отошла в сторону, чтобы дать Лин Сяо пройти.

В то время как Лин Сяо очень интересовался тем, о чем думает Император, он также очень интересовался тем, что происходило с Хонг Е.

Раньше она не была ему интересна, но даже он мог сказать, что она беспокоилась о нем раньше. Кроме того, он научил ее своим танцевальным навыкам. Но все же она просто устроила заговор против него, он действительно интересовался тем, как работал ее разум.

Лин Сяо уставился на нее, словно пытался тщательно разглядеть выражение ее лица.

Хонг Е держала свою голову чрезвычайно низко, как будто она пряталась от его пристального взгляда.

Лин Сяо подумал о том, чтобы спросить ее, но, увидев, что она отступила, он потерял желание спрашивать. Он глубоко вздохнул и сказал с тоской: «Ты делаешь все, что в твоих силах».

Он повернулся и ушел после этих слов.

«Хонг Е, что это было? Ты отнесла все Его Величеству этим утром?»

Он не знал, было ли это намеренно или нет, но он не ушел далеко, когда наложница Сиань сказала, это, а он услышал.

Лин Сяо остановился на мгновение, сжал кулак и продолжил уходить.

«Король… Король-Супруг», - раздался слабый голос позади него, было ясно, что его догнал Сяо Лизи.

Лин Сяо не хотел обращать на него внимание и быстро шел, а Сяо Лизи бежал, чтобы внимательно следовать за ним.

В тот момент, когда он вернулся в свой дворец, Лин Сяо убрал свою спокойную внешность, которую он поддерживал, и обнажил свое раздраженное выражение, грубо толкая дверь, затем вошел, пыхтя от гнева, его действия были очень грубыми и гневными.

Те последние слова, которые были произнесены громче, чем обычно, были ясно услышаны им.

Сяо Лизи сказал что-то, что было правдой.

Хотя эта наложница Сиань вела себя так, будто не ставила людей в неловкое положение, а в тайне она оспаривала его!

Лин Сяо сердито закрыл дверь, потер лицо и обернулся, чтобы испугаться от пары черных глаз. Присмотревшись, он заметил, что это был Император, сидящий за столом.

Лин Сяо поспешно поклонился, но Император встал и прервал его: «Не беспокойся».

«Ваше Величество… Как давно вы вернулись?» - спросил он довольно нервно, вспоминая свой недавний гнев.

Император глубоко посмотрел на него и ответил: «То, как долго мы здесь были, это не так важно, важная часть заключалась в том, что то, что вы не хотели, чтобы Мы видели, было полностью показано нам».

«……» - Лин Сяо покраснел от стыда, его брови подсознательно дернулись.

Император подошел к нему и потер лоб, словно нашел в нем какую-то новинку.

Лин Сяо напрягся, но не отказался от его прикосновения. Нежные движениями его руки вызывали небольшой зуд, и взбалтывала нижнюю часть его сердца, заставляя тело нагреваться.

Император заметил это и внезапно убрал свою руку. Через мгновение его руки обхватили талию Лин Сяо, и он повел его к столу, тихо спрашивая: «Кто сделал нашего Короля-Супруга несчастным?»

Лин Сяо сделал паузу, он знал, что Император только что спросил о его вспышке гнева.

Изначально он хотел рассказать, что случилось с наложницей Сиань, но увидел блюда из прекрасных десертов. Десерты были немного помятыми, похоже, они были перенесены. А рядом с Императором на столе стояла миска с половиной съеденного отвара, и было ясно, что он только что выпил из нее.

Лин Сяо сразу же связал то, что он услышал от наложницы Сиань, перед тем как он ушел, и температура всего его тела покинула его.

Он посмотрел на десерты и с трудом сглотнул, затем спросил: «Ваше Величество, это был ваш завтрак? Кто послал его вам?»

«Наложница Сиань попросила прислать его. Что не так?» - Он не знал, было ли это намеренно или нет, но Император не упомянул Хонг Е.

Сердце Лин Сяо похолодело, и он заставил себя улыбнуться: «Ничего».

Он сказал это и слегка откинул руку Императора, однако, к несчастью, он прищурился, глядя на него.

Но он мог видеть только Лин Сяо, уставившегося на эти десерты на столе, как тигр, территория которого была захвачена и оккупирована, и обнажал на них свои клыки, ненавидя, что он не может разорвать их на части.

Император поднял бровь и понял, что тот почувствовал, и это было немного смешно, его рот изогнулся в улыбке. И все же он дразнящим движением подпирал лицо и съел еще несколько кусочков десерта.

Из-за этих действий Лин Сяо уже не просто смотрел на десерты, а перевел взгляд на Императора. Жалобы в этих глазах не были чем-то, что Император мог игнорировать, даже если бы хотел.

Кроме того, он не планировал игнорировать это. Он повернул голову, чтобы посмотреть на Лин Сяо, его дразнящие глаза, полные любви, смотрели на эту сцену, напоминающую ему маленького котенка, размахивающего своими маленькими когтями.

Лин Сяо был немного удивлен. Взгляд Императора был слишком прямолинеен, заставляя его сердце немного подпрыгнуть, и часть его гнева уменьшилась.

Столкнувшись с этим взглядом, было нетрудно увидеть его мягкость по отношению к нему. Эти яркие глаза проникали в самое сердце, после того, как они смотрели слишком долго, на него казалось, что его сердце было разрезано и обнажено, чтобы тот мог все увидеть. Это дало Лин Сяо ощущение, что в него заглянули, и это дало ему слабое чувство стыда.

Лин Сяо почувствовал, что на его лице постепенно появляется румянец, смывая его обиженный и злой вид. Когда Император увидел это, он наконец-то сказал: «Мы дадим тебе один шанс, что ты хочешь, чтобы Мы сделали? Расскажите нам, и мы тебя выслушаем».

Преднамеренным или иным образом взгляд Императора скользнул по десерту на столе. Этот вид намека на такого человека, как Лин Сяо, который понимал Императора, мгновенно превратил его гнев в восторг. Он ухмыльнулся и нагло попросил: «Ваше Величество, Лин Сяо хочет, чтобы вы вернули все эти десерты обратно наложнице Сиань!»

«……» - Император поднял бровь и не сказал ни слова.

Лин Сяо замер, немного взволнованный. Может быть, он неправильно понял значение слов Императора? Император не намекал ему разобраться с десертами на столе?

Наблюдая, как глаза Лин Сяо снова тускнеют, он протянул руку, чтобы погладить мягкие волосы Лин Сяо, и довольно беспомощно сказал: «Я послушаюсь тебя».

Лин Сяо был очень доволен этим и использовал небольшую кухню во дворце, чтобы лично готовить.

После утреннего обеда Лин Сяо вынул этот нефрит из-за своей груди и положил его перед Императором.

Император взглянул на него: один взгляд на него заставил все его лицо остыть и сморщить брови.

Испугавшись, Лин Сяо сразу же опустился на колени. Теперь он был убежден, что то, что наложница Сиань сказала ему, не было ложью, Императору действительно не очень нравится этот нефрит.

Хотя он был с Императором днем и ночью, значительно уменьшив свой страх перед другим, но это не помешало ему дрожать, когда Император выпускал свою мощь. Теперь он немного сожалел о том, что вынул этот нефрит, его слова, и действия также стали намного осторожнее.

«Ты хочешь этот нефрит?» - внезапно спросил Император, его взгляд задержался на коленях Лин Сяо. Его спокойный взгляд стал отчужденным, как будто он смотрел на незнакомца. С тревогой Лин Сяо почувствовал себя немного расстроенным в своем сердце. Но он не осмеливался скрывать от него правду и мог лишь тупо кивал головой.

Император снова перевел взгляд на нефрит после того, как увидел его подтверждение, его взгляд был глубоким и сложным. Даже для Лин Сяо, который до некоторой степени понимал Императора, он не мог разобраться в его настроении.

Но молчание и ужасающая аура Императора говорили Лин Сяо, что лучше всего не мешать ему, иначе все станет хуже.

Этот нефрит был, как сказал наложница Сиань, «табу». Казалось, это было похоже на какую-то кнопку на теле Императора, в результате чего он стал отчужденным и неуловимым.

«Мы положили это на склад и однажды сказали, что тот, кто осмелится прикоснуться к нему, будет обезглавлен».

Лин Сяо задрожал, когда услышал это, он сжал зубы и опустил глаза, преклоняя колени с полным уважением, чтобы Император мог увидеть его верность и дождаться его решения.

Если его обезглавить, то у него все еще есть золотая табличка с освобождением от смерти ...

Лин Сяо уже рассчитал худший из возможных результатов.

«Мы не говорили тебе об этом раньше, это была наша халатность». - Император внезапно отошел назад, от Лин Сяо, он продолжил: «Но мы обещали тебе, что ты можешь взять все, что захочешь, со склада».

Император тяжело вздохнул после этого, затем сказал довольно беспомощным тоном: «Забудь об этом, встань и возьми его».

После того, как он заговорил, он, кажется, был недоволен, когда он продолжил, казалось, будто он жаловался: «На складе есть бесчисленные сокровища, но из всего этого тебе просто нужно было выбрать это».

Лин Сяо уставился безучастно. Мало того, что он был действительно изумлен тем, что Император жаловался перед ним, но что означали его слова?

Лин Сяо встал и очень хотел допросить Императора, но тот уже призвал Сяо Лизи войти.

Лин Сяо не был в настроении для Сяо Лизи и просто взглянул на него. Сяо Лизи приветствовал императора с бледным лицом.

Император не выглядел так, словно собирался расспрашивать этих двух людей, он просто устало сказал: «Верни десерты наложнице Сиань и попроси ее зарегистрировать то, что Король-Супруг взял в книге учета».

«Да». - Сяо Лизи был немного удивлен и поднял глаза, чтобы посмотреть на Лин Сяо. Он был немного недоволен тем, что сообщил императору, потому что Лин Сяо не скрывал этого от него. Но так как Император приказал ему, он не задержался и быстро поклонился, неся десерты назад наложнице Сиань.

После того, как Император отдал приказ, он не посмотрел на Лин Сяо и сразу же покинул его дворец.

Лин Сяо неподвижно сидел на стуле, рассеянно глядя на нефрит в своей руке.

С тех пор он никогда не приходил во дворец Лин Сяо, но также Лин Сяо не слышал новостей о его посещении других дворцов.

Каждую ночь он проводил в соседнем дворце от дворца Лин Сяо.

Но только на основании этих двух приказов Императора, то что он возвращал десерты наложниц, и того факта, что он отдал Лин Сяо нефрит, этого было достаточно, чтобы прославить его имя во дворце.

Заставить весь гарем сойти с ума.

Этот нефрит, и приказ Императора, до сих пор звучал в их ушах. Ради этого нефрита, сколько евнухов и служанок погибли, из-за того что они случайно касались его?

А нынешние трое наложниц гарема, наложница Ли, наложница Ран и наложница Сиань, кто бы из них осмелился прикоснуться к нему?

Но Лин Сяо, которого только недавно назвали Супругом, не только прикоснулся к нему, но Император отдал ему эту вещь. Такая особая привилегия давала понять всем, кого Император любил больше всего!

Даже если Император не ночевал в каких-либо дворцах и не призывал людей служить ему, это послужило доказательством позиции Лин Сяо в сердце Императора.

Через мгновение Лин Сяо стал целью, с которой люди пытались заслужить благосклонность.

Естественно, он также стал кем-то, кого часть людей ненавидела и хотела быстро от него избавиться...

В этот день Лин Сяо проснулся рано. В тот момент, когда он вздыхал о том, как долго Император не приходил к нему, его дворец только что встретил очень особенного посетителя.

Наложница Ран.

Глава 68 - Наполнение любовью (3)

Хотя отношение и внешность этой наложницы Ран были не такими сопоставимыми, как у двух других, у нее было большинство уловок, и ее замыслы были глубоко проработаны.

Для нее ее нынешняя должность была связана не только с тем, что ее отец был высокопоставленным должностным лицом в министерстве назначений, другой важной причиной было то, что она знала, как использовать уловки и схемы, чтобы закрепиться в гареме.

Конечно, Лин Сяо не верил, что ее уловки и схемы могут быть скрыты от Императора.

Но поскольку Император позволил ей находится здесь по сей день, это означало, что он мог терпеть ее.

Такая женщина, у которой есть как хитрости, так и схемы, для нее неожиданно нанести визит сегодня означало ничего хорошего.

Лин Сяо помахал головой, пытаясь отказаться от ее визита.

Но Сяо Лизи, который сообщил о ее прибытии, просто добавил: «Король-Супруг, до вашего приезда наложница Ран, всегда имела всю любовь Его Величества. Хотя Его Величество любит вас сейчас, игнорировать наложницу Ран, делать это не…»

Лин Сяо нахмурился и посмотрел на Сяо Лизи с раздражением. Он также чувствовал, что это было немного странно, когда Сяо Лизи подружился с наложницей Ран, чтобы говорить от ее имени?

Он посмотрел на Сяо Лизи, полный любопытства.

Сяо Лизи немного сжался от его пристального взгляда у него было паническое выражение на лице. Глаза Лин Сяо осветились при этом виде, и он приблизился к нему, пытаясь поближе взглянуть на выражение лица Сяо Лизи. Но Сяо Лизи осознал это и быстро с уважением опустил голову, словно пытаясь извиниться, хотя на самом деле он просто пытался скрыться от взгляда Лин Сяо.

Лин Сяо прищурился, встал и пошел, пока не оказался прямо перед Сяо Лизи. Затем он наклонился, съежился и опустился на колени, глядя на его дрожащее тело. Его раздраженное настроение росло и росло.

«Сяо Лизи, если не считать Императора при дворе, ты почти никогда не приходишь ко мне, не так ли?»

Лин Сяо посмотрел на него, потом насмешливо спросил: «Так что же ты сегодня пытаешься сделать? Утренний суд Императора почти закончился, так почему же Стюард Ли не присутствует рядом с Императором и не обслуживает его, а находится у меня?»

Лин Сяо не называл его «Сяо Лизи», скорее, он называл его своим титулом «Стюард Ли», что больше волновало других.

Лин Сяо ухмыльнулся и не дал ему возможности объясниться, он продолжил: «И такое совпадение, мой дворец, как правило, ты посещаешь не часто, но в тот момент, когда ты пришел, наложница Ран также пришла».

Сяо Лизи был так напуган, что его лицо потеряло цвет, а губы побледнели, он так дрожал, что не мог произнести и слово.

Лин Сяо уставился на него, не моргая, он мрачно рассмеялся в своем сердце.

«С тех пор, как я стал Королем-Супругом, кроме слуг во дворе, меня не посещали наложницы гарема. В конце концов, я подумал, что я Король-Супруг. Как могут наложницы гарема быть не любопытными? Поскольку никто не осмелился прийти, значит, кто-то спланировал это. Кто этот человек, я думаю, что Стюард Ли не нуждается в том, чтобы я говорил это вслух».

Пока он говорил, он увидел, что лицо Сяо Лизи действительно ухудшилось. Это еще больше подтвердило, что его предположение было верным. Чтобы его дворец был таким мирным, это было потому, что Император установил порядок. Похоже, он действительно много для него сделал. От этой мысли настроение Лин Сяо улучшилось.

Но когда он подумал о наложнице Ран за дверью и о стоящем на коленях Сяо Лизи, который осмелился лгать ему, гнев Лин Сяо вспыхнул.

Его лицо было холодным, когда он спросил: «Чтобы эта наложница Ран смогла прийти ко мне во дворец и попросить аудиенцию, сколько усилий ты использовал Стюарда Ли? Мне очень любопытно, сколько же она дала тебе, чтобы ты помог ей в этом?»

Сяо Лизи вздрогнул, несмотря ни на что он мог только продолжать кричать, заикаясь, прося прощения.

Его внешность была очень жалкой.

Лин Сяо презрительно посмотрел на него ледяным взглядом: «Тогда на складе ты подстрекал меня взять нефритовое украшение, ты уже знал, что это «табу» Императора? Ты хочешь настроить его против меня, не так ли?»

«Нет… Я не был… Этот слуга… Прошу…». - Сяо Лизи несколько раз покачал головой, пытаясь опровергнуть его слова, но он не смел снова отрицать, когда на него смотрели эти холодные глаза.

Лин Сяо ухмыльнулся, этот Сяо Лизи долго следил за ним, он хотел убить его.

У него были подозрения на счет этого нефрита. В своей прошлой жизни он знал, об этом нефрите, но он никогда не видел его раньше, и Император никогда не говорил с Мо Ци об этом. Он также не давал Мо Ци ключ от склада, поэтому до этой жизни он никогда не был настороже.

Но этот Сяо Лизи был другим, в то время как он не был Императором, однако Император так и остался Императором. Император даже дал ему ключ, поэтому, если Сяо Лизи попытается сказать, что не знает о нефрите, как может Лин Сяо поверить в это?

Лин Сяо насмешливо улыбнулся, этот Сяо Лизи думал, что он умрет, но он никогда бы не догадался, что Император не накажет его.

Он холодно фыркнул, глядя на Сяо Лизи, он подавил свой гнев, чтобы спросить: «Хочешь признаться в этом или пойдешь к Императору?»

В тот момент, когда Лин Сяо упомянул Императора, Сяо Лизи был настолько напуган, что был парализован на полу почти потеряв голову от страха.

«Нет… Король-Супруг… Король-Супруг, пожалуйста, пощадите мою жизнь! Вы не можете позволить Его Величеству узнать... Этого слугу... Этого слугу тоже заставили...»

Видя, что Сяо Лизи начинает говорить правду, Лин Сяо холодно приказал: «Объясни все с самого начала».

«Этот слуга... Этот слуга подстрекался наложницей Ран...» - Сяо Лизи начал говорить тихим голосом: «Когда вы вернулись, этот слуга однажды сказал вам, что схемы наложницы Ран работают глубже всего. Но этот слуга не знал, что кто-то слышал это и передал ей. Итак, этот слуга был призван к ней».

Пока он говорил, его лицо было очень расстроено, он, кажется, сожалел о том, что не убрал это выражение лица, когда произносил эти слова. Лин Сяо слушал и тщательно выявлял, было ли выражение его лица поддельным или подлинным.

«Наложница Ран угрожала этому слуге, говоря, что этот слуга оклеветал ее и хотела наказать этого слугу. Хотя этот слуга является слугой Императора, наложница Ран все еще является наложницей Его Величества и, следовательно, хозяйкой. Она также была предыдущей фавориткой, так что этот слуга в момент страха...».

«Приняла ее приказ?» - Лин Сяо продолжил за него, и Сяо Лизи не признавал и не отрицал этого, он лишь уважительно держал голову низко, прося прощения.

Лин Сяо насмехался над этой сценой: «Сяо Лизи, ты раньше не был таким трусливым человеком».

Пока он говорил, он тоже присел на корточки, затем силой поднял опущенную голову Сяо Лизи.

«Я когда-то учил тебя, если ты хочешь что-то скрыть, то говори в полуправде. Но я никогда не говорил, что со мной ты сможешь провернуть это».

Пока он говорил, он крепче сжал его подбородок, причиняя ему боль. Но Сяо Лизи не смел вскрикнуть, слезы медленно наполнили его глаза.

Лин Сяо бесчувственно наблюдал за ним и сердито спросил: «Что, ты все еще хочешь попытаться скрыть это сейчас, когда дело дошло до такого?»

Сяо Лизи дрожал, - «Король… Король-Супруг…»

Лин Сяо снова применил силу.

Сяо Лизи слегка боролся: «Король-Супруг… Про… шу...».

«Хммм.»- Лин Сяо издевался над ним с улыбкой. «Ты даже не осмелился сказать мне правду и все еще пытаешься просить пощады?»

Как будто он проветривал его, он отбросил Сяо Лизи в сторону и крикнул: «Слуги».

«Ваши слуги прибыли». - Вскоре появилась Ань Сян, за которой последовала Ан Юн в одежде Цзи Сянь и Фу Канг.

Лин Сяо сказал с темным выражением лица: «Вы, девушки, следите за ним, я пойду на встречу с наложницей Ран».

«Молодой мастер, одной Фу Канг будет достаточно, чтобы наблюдать за ним. Эта слуга пойдет с вами хорошо?» - Цзи Сян и Фу Канг обменялись взглядами, и Цзи Сян ответила.

Лин Сяо остановился. Люди в его дворце, кроме этих двоих, которые тайно следят за ним, все были отосланы Сяо Лизи. Было бы неправильно пойти навестить наложницу без кого-либо рядом с ним...

Он немного подумал и кивнул, соглашаясь на предложение Цзи Сян.

Когда Лин Сяо ушел с Цзи Сян, а наложница Ран взяла с собой свою горничную, чтобы осмотреть это место.

Кажется, она думала, что этот дворец очень свежий и совершила прогулку по этому месту. Время от времени она даже протягивала руку, чтобы потрогать предметы, расположенные на столе.

Ее лицо выражало восторг и зависть.

Лин Сяо контролируя себя, кашлянул и сразу же улыбнулся, когда вошел.

«Если наложнице Ран понравились некоторые предметы в моем дворце, почему бы мне не отдать их тебе?»

«Эта леди надеется, что вы в добром здравии Король-Супруг». - Когда она услышала его голос, она тут же обернулась и поклонилась, опустившись на пол.

Когда она поклонилась, она слегка подняла глаза и посмотрела на него. Когда она увидела, что позади него был не Сяо Лизи, а Цзи Сян, она нахмурилась, но сразу же убрала это выражение лица и выглядела так, будто ничего не увидела. Она почтительно и послушно ждала, пока Лин Сяо ответит ей.

Но ее легкие действия не обошли стороной взгляд Лин Сяо, и он слегка улыбнулся, намереваясь смутить ее. Он не сказал, что она может встать, вскоре он обошел ее и сел.

Наложница Ран последовала его движению и обернулась, но она не встала, продолжая сидеть на коленях перед Лин Сяо.

Лин Сяо поднял чашку со стола, оценил ее, затем краем глаза посмотрел на наложницу Ран.

Она была одета в красное хлопковое платье, ее макияж был деликатным и тяжелым, в то время как ее ровная осанка была очень очаровательной.

Если бы это был старый Лин Сяо, который не вошел во дворец и не видел такую женщину, то он бы посмотрел на такую женщину еще несколько раз, а затем расхваливал ее. Но нынешний Лин Сяо находится во дворце, независимо от того, была ли это его прошлая жизнь или его нынешняя, он не будет в настроении восхищаться женщинами императора.

Он, молча, произнес: «Женщина Императора», эти два слова, заставили почувствовать боль в груди. Но улыбка на его лице осталась без изменений.

Наложница Ран долго стояла на коленях и взяла на себя инициативу, чтобы спросить, когда она увидела, что Лин Сяо до сих пор не ответил ей: «Король-Супруг?»

«Хм?» - Лин Сяо фальшиво улыбнулся и ответил, притворяясь, что все еще носит озадаченную внешность: «Что наложница Ран хочет спросить у этого Короля-Супруга? По какой причине сюда прибыла наложница Ран?»

Эти слова означали, что он хотел, чтобы она продолжала стоять на коленях и отвечала?

Лицо наложницы Ран изменилось, гнев поднялся в ее груди, который она почти не могла сдержать. Но когда она подумала о том, как этот мужчина был нынешним фаворитом, она стиснула зубы и с большим трудом сопротивлялась ему.

Она вежливо спросила: «Может ли эта женщина встать и говорить?»

«Ты не можешь». - Лин Сяо улыбнулся и отказал ей.

Наложница Ран была так удивлена, что подняла голову, чтобы взглянуть на него. Похоже, она никогда не думала, что Лин Сяо так прямо откажет ей.

Лин Сяо усмехнулся при виде этого, поднял чашку, которая была на столе, и начал ругать: «Кто позволил тебе поднять голову?»

«…» - наложница Ран быстро опустила голову, ее лицо стало еще более безобразным.

Увидев это, Лин Сяо вяло сказал: «Кажется, у наложницы Ран есть какие-то жалобы на этого Короля-Супруга. Если это так, тогда ты можешь уйти».

«!» - Наложница Ран задрожала, ее лицо исказилось.

Она наконец пришла сюда благодаря Стюарду Ли, как она могла так просто уйти!

Много мыслей бегало вокруг нее, и она глубоко вздохнула. Сначала ей нужно заставить Лин Сяо остаться, поэтому она улыбнулась и сказала: «О чем говорит Король-Супруг? Как эта леди смеет иметь какие-либо жалобы к вам».

«Смеет? Хе…» - Лин Сяо усмехнулся, его глаза были полны презрения, когда он посмотрел на стоящую на коленях наложницу Ран: «Мужество наложницы Ран велико, как ты можешь иметь то, чего не смеешь делать?»

«Король-Супруг эти слова слишком тяжелы для меня, эта леди делает все возможное для вас и Его Величества. Ваши слова несправедливо обвиняют эту леди».

«Хе…» - Лин Сяо насмешливо улыбнулся и покачал головой: «Наложница Ран, ты должна заставить Короля-Супруга говорить это? Как ты подкидываешь наркотики Императору, как ты угрожала Сяо Лизи, как ты планировала убить этого Короля-Супруга, ты думаешь, я ничего об этом не знаю?»

Тревога прозвучала в ее голове, и ее тело стало жестким. Замерев на несколько секунд, она, наконец, сухо ответила: «Эта леди не понимает, что имеет в виду Король-Супруг».

Лин Сяо встал, подошел к ней и присел на корточки, насмешливо спросив: «Наложница Ран, ты умный человек и умеешь подшучивать. Но эти маленькие хитрости могут обмануть только дураков. Посмотри, выглядит ли этот Консорт-Супруг дураком, которого ты можешь обмануть?»

С этими словами он добавил еще одна предложение: «Если ты даже не можешь спрятаться от этого Короля-Супруга, то как ты думаешь, сможешь ли ты спрятать все это от Императора?»

«……» - Тело наложницы Ран снова напряглось, когда она услышала эту фразу, ее лицо стало смертельно белым в тот момент.

Лин Сяо глубоко заявил: «Тебе лучше видно».

Теперь, когда он закончил говорить, он собирался пройти мимо наложницы и уйти с Цзи Сян на буксире, когда та внезапно встала и закричала на него.

Выражение ее лица и тон не показывали никакого уважения, скорее, оно стало угрожающим.

«Лин Сяо, какие злые намерения! Ты угрожаешь и клевещешь на меня!»

Лин Сяо обернулся, его глаза были так холодны, что наложница Ран немного задрожала и отступила. Но она еще раз собралась с духом: «В любом случае, эта леди по-прежнему остается наложницей Императора, вы, у которого нет никаких доказательств, осмеливается клеветать на нее, она сообщит об этом Императору!»

«Делай, как пожелаешь», - усмехнулся Лин Сяо.

«Ты!» - разозлилась наложница Ран, и она сердито заявила: «Не думай, что только потому, что Император любит тебя, ты можешь игнорировать законы и мораль! Этим гаремом управляешь не ты, у него есть наложница Сиань! Как долго Император будет любить тебя? Помимо трех наложниц в гареме, есть также красавица Хонг Е, находящаяся в руках наложницы Сиань. Они все могут тебя раздавить! Хонг Е, красивая и умелая. Отношение Императора к ней не меньше, чем к тебе. Я полагаю, что ее вхождение в гарем - дело времени, просто подожди, пока она придет, тогда твои хорошие дни закончатся!»

Глаза Лин Сяо стали мрачными, Хонг Е уже была кем-то, о чем он беспокоился. Теперь, слушая, что наложница Ран говорит, хотя он знал, что она просто пытается что-то спровоцировать, он все равно не мог удержаться от ярости.

Увидев, как лицо Лин Сяо стало хуже, наложница Ран поняла, что достигла своей цели. Хотя ей пришлось использовать экстремальный способ сделать это, так как она имела защиту своего отца, она все еще могла жить мирно.

Чем больше она думала, тем больше она чувствовала себя защищенной, поскольку у нее была поддержка. Как гордый павлин, с поднятой головой и грудью вперед, она прошла мимо Лин Сяо, держась за руку своей горничной.

«Подожди», - более глубокий голос Лин Сяо остановил ее.

Наложница Ран высокомерно обернулась с гордым выражением на лице: «Есть ли что-нибудь еще, Король-Супруг? Эта леди очень занята».

«Ха-ха-ха!» - Лин Сяо был рассержен до такой степени, что смеялся.

Он мрачно уставился на нее своим жестоким взглядом, похожим на охотничьего льва, замерзшего на месте.

Лин Сяо мрачно улыбнулся. В его улыбке были безупречно белые и аккуратные зубы, но в глазах наложницы Рана они выглядели как клыки, капающие со слюной, готовые прыгнуть вперед и разорвать ей горло в любой момент.

Она невольно отступила.

Этот Лин Сяо дал ей то же самое удручающее чувство, которое она получает только от Императора - удушение.

«Цзи Сян, если наложница Ран вернется так, это будет выглядеть так, как будто мы плохо относимся к нашим гостям. Давай оставим ей некоторые воспоминания. Король-Супруг думает, что ее лицо довольно милое, уничтожь его».

В то время как наложница Ран была взволнована, ее разум пришел в шок от того, что он только что сказал. Но больше, чем шок, она испытывала неверие. Она была одной из Императорских наложниц Императора, даже если он хотел наказать ее, все зависело от того, что скажет Император. Как мог Лин Сяо осмелиться наказать ее без его одобрения?!

Она была в таком шоке, что даже не смогла ответить. Она могла только отступить, наблюдая, как Цзи Сян шла к ней, держа нож, а ее рот постоянно повторял: «Это невозможно. Ты не посмеешь, этого не произойдет». - Но она полностью потеряла уверенность в своих словах.

Она потянула горничную, которую она взяла с собой, чтобы та приняла удар, но она не была достаточно быстрой против быстрых рук Цзи Сян.

От ее лица донесся приступ боли, и она почувствовала, как острый клинок разрезал ее нежную кожу, а затем из нее потекла теплая кровь.

Насколько важен был красивый внешний вид в жестоком гареме, никому не было более ясно это, чем наложнице Ран.

Теперь, когда она могла чувствовать, что ее внешность разрушена, она потеряла контроль и закричала.

Лин Сяо нахмурился и прикрыл уши. Он посмотрел на Цзи Сяна с жалобным лицом, словно обвиняя ее в том, что она слишком сильно провоцировала наложницу Ран.

Но когда лицо Лин Сяо постепенно возвращалось к нормальному, Цзи Сян знала, что на самом деле он очень доволен тем, как она относилась к наложнице Ран

«Хорошо, Цзи Сян, на что ты все еще смотришь? Выкинь эту сумасшедшую женщину». - холодно приказал ей Лин Сяо.

Цзи Сян принял указ.

Лин Сяо повернулся, но затем, похоже, что-то вспомнил и обернулся, чтобы сказать ей: «Правильно, Цзи Сян, те вещи, которых только что коснулась эта сумасшедшая женщина, отправь их всех к наложнице Ран и разбей».

«……» - Цзи Сян остановилась, ее сердце немного болело, когда она смотрела на эти предметы.

Все они были лично выбраны Императором и поставлены здесь, все они были бесценны.

Цзи Сян посмотрела на Лин Сяо и хотела рассказать ему, как эти предметы были невинны. Но он уже повернулся и вернулся в свой двор.

У Цзи Сян не было другого выбора, она могла только найти людей, чтобы переместить эти предметы. Один предмет за другим перемещались во дворец наложницы Ран и разбивались перед спровоцированной наложницей Ран.

Слухи об этом деле быстро распространились.

Через четверть часа Император прибыл во дворец Лин Сяо.

Глава 69 - Наполнение любовью (4)

«Я думал о том, когда Ваше Величество придет навестить Лин Сяо». - Лин Сяо посмотрел на Императора, который стоял у входа, а затем поклонился.

Император, вошел с невыразительным лицом, он махнул рукой, чтобы распустить слуг.

«Встань». - Его голос был холодным и безрадостным, в нем не было ни радости, ни гнева.

Лин Сяо спокойно встал, глядя прямо на него.

Император поднял бровь, мужество бывшего евнуха действительно выросло, и не только чуть-чуть.

«У тебя нет ничего, что ты хотел бы сказать мне?» - Холодно сказал Император.

«Есть». - Лин Сяо очень любил, когда он смотрел на него, казалось, что у его глаз был собственный голос, поскольку его мягкая привязанность к Императору, кажется, говорила за себя в его глазах и имела след зависимости.

Император остановился и переместил взгляд, но выражение его лица стало намного мягче.

Он беспомощно вздохнул, затем слегка поругал его: «Ты был слишком вспыльчив».

«О чем говорит Ваше Величество?» - Лин Сяо сделал вид, что не знает, о чем говорит Император.

Император опасно прищурился, его дракон мог просочиться, чтобы оказать давление на Лин Сяо. Он не был доволен тем, как Лин Сяо делал вид, что ничего не знает.

«……» - Лин Сяо был встревожен этим взглядом и отступил на шаг. Затем он вспомнил, что Император был Императором в конце концов.

Лин Сяо поджал губы и с неохотой сказал: «Если Лин Сяо ничего не сделает, то Ваше Величество приедет так быстро, чтобы увидеться с Лин Сяо?»

«……» - Император поморщился.

«В случае с наложницей Ран Лин Сяо сделал это нарочно. Она изо всех сил старалась прийти и посеять дисгармонию между нашими чувствами. Лин Сяо может вынести что угодно, кроме этого».

Император пошевелил губами, собираясь что-то сказать, но Лин Сяо бесстрашно прервал его: «Во-вторых, если ничего не произойдет у Лин Сяо, то, как долго вы собираетесь давать Лин Сяо холодное плечо?»

Пока он говорил, Лин Сяо вынул нефрит и положил его перед взглядом Императора. Он поджал губы и сказал: «Вам не нравится, когда Лин Сяо держит его, но вы «миритесь» с Лин Сяо. Но тогда вы не приходите во дворец Лин Сяо несколько дней, как вы думаете, что подумал Лин Сяо? Что вы хотите, чтобы Лин Сяо сделал?»

После того, как он закончил говорить, Лин Сяо решил избавиться от нефрита. Взгляд императора мгновенно остыл, он ругал его: «Наглый!»

Лин Сяо сделал паузу, а Император двинулся перед ним, ловя поднятую руку, чтобы предотвратить его действие.

В ступоре, он почувствовал прилив боли от крепкой хватки Императора. Он сжал зубы, глядя на Императора перед ним.

Кроме того, это был фактически первый раз, когда Лин Сяо был так близко к нему, так близко, что он мог видеть каждую ресницу и гнев в этих полузакрытых глазах.

Злой Император был похож на злого льва, его окружала угрожающая аура. Аура, которая изначально была спрятана перед Лин Сяо, теперь излилась, давя на Лин Сяо, пока тот не начал дрожать.

Лин Сяо упорно переносил это, его взгляд был тверд перед Императором.

После недолгого времени Император отпустил его.

«Вещи, которые Мы даровали, никто никогда не решался выбрасывать. Особенно перед нами».

Было ли это объяснение того, почему он разозлился?

Но Лин Сяо не верил, что все было так просто.

Но Император не хотел говорить об этом, так как он должен это выяснить?

«Мы даровали его тебе, так что позаботься о нем. Никто кроме тебя не может дотронуться до этого нефрита».

Слова Императора были немного странными. Когда он хотел спросить, Император уже изменил тему разговора.

«Дело в наложнице Ран, независимо от причины, ты был слишком чрезмерен с ней. Твое наказание составит в один год заработной платы, у тебя есть какие-либо возражения?!»

Лин Сяо встал на колени, чтобы принять указ: «Лин Сяо не возражает».

Дело было слишком сложным, поэтому наказание было нужно. Кроме того, хотя Император наказал его, у него был ключ от склада, поэтому это было просто незначительным наказанием.

Как он мог иметь возражения?

«Это хорошо». - Император наклонился, чтобы поддержать Лин Сяо, обнял его за талию и сел за стол. «Тогда ты и «я» можем приятно поболтать».

Он был втайне в восторге от всего сердца, значит ли это, что Император теперь ставит его на равных с собой?

Таким образом, Лин Сяо почувствовал, что он и Император были гораздо более близки.

Но в то же время Лин Сяо заметил, что когда Император сказал это, он прибавил вес этим последним пятью словам. Такой акцент дал понять ему, что гнев Императора не прошел. Просто он всегда был разумным человеком, его гнев не влиял на его решения.

В этот момент он сказал, что собирается поболтать с ним, а это значит, что он заставит его заплатить. Он не знал почему, но когда он подумал об этом, Лин Сяо начал дрожать, в его сердце возникло чувство беспокойства.

Император все время смотрел на него со стороны, он мог видеть, как меняется выражение его лица, и ясно различать его беспокойство.

Он только что делал угрожающие жесты, но через мгновение он превратился в котенка, который прощупывал его своими крошечными когтями. Бушующий гнев, который он сдерживал в своем сердце, теперь почти полностью исчез.

Только этот человек мог оставаться в его сердце, растя и воздействуя на него.

Император вздохнул, неся свою беспомощность.

Он даже не знал, сколько раз он вздохнул сегодня. Когда он вспомнил свои прошлые годы, он ещё никогда не вздыхал так много раз.

«Если мы не приходим к тебе, разве ты не можешь найти нас?» - тихо сказал Император, намекая на депрессию в своих словах: «Как мы можем отказаться видеть тебя?»

«……» - Лин Сяо замолчал, он действительно не думал о том, чтобы попытаться найти Императора. Эти последние несколько дней, он был раздражен, он хотел увидеть его, и ждал когда Император собирается приехать, чтобы увидеть его.

В конце концов, его акт раздражения не только заставил двоих не видеть друг друга в течение нескольких дней, но и сделал такой простой роман настолько сложным. Лин Сяо почувствовал раздражение.

Глядя на раскаявшееся лицо Лин Сяо, которое заставило его лицо сморщиться, оно было так восхитительно, как маленькая кошка. Император улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать Лин Сяо в голову.

Лин Сяо немного задрожал, очевидно, его голову целовали, но казалось, что вся кожа на его теле быстро воспламенилась, вызывая повышение всей температуры его тела.

Как будто он пытался скрыть это, он поднял глаза, чтобы взглянуть на него, а Император сказал: «Хорошо, тогда давай рассмотрим даже этот вопрос. Ты не пришел, чтобы найти меня, и я не пришел, чтобы найти тебя. Никто из нас не может обвинять друг друга».

«Хм». - Видя, как лицо Лин Сяо стало похоже на персик, глаза Императора немного потемнели.

Его голос был хриплым, полным сексуальной привлекательности.

Сердце Лин Сяо подпрыгнуло, как гром, и его разум не мог не вспомнить, когда они сплетались вместе телами. Он быстро покачал головой, выбросив из головы эту несвоевременную мысль и ответил, будто пытался сменить тему: «Ваше Величество, как вы планируете успокоить наложницу Ран?»

Взгляд императора был очень легким, когда он ответил: «В последнее время она была слишком жестокой, пусть остынет».

«Остынет?» - Лин Сяо был удивлен. - «Вы не собираетесь навестить ее?»

«Ты хочешь, чтобы мы пошли к ней?» - Император недовольно поднял бровь.

Лин Сяо быстро покачал головой: «Конечно, нет, но она дочь высокопоставленного чиновника Министерства назначений. И с тех пор, как премьер-министр пал, власть суда была склонна к нему. В наше время…»

«Похоже, ты совсем ничего не знаешь о том, что происходит на собраниях», - несколько подчеркнуто сказал Император.

Лин Сяо на мгновение задохнулся и не смел отвечать. Хотя Император любил и доверял ему до крайности, Лин Сяо очень внимательно относился к участию в судебных делах.

Его внешность, похожа на кролика, естественно, не ускользнула от глаз Императора. Он прищурился и сказал тихим голосом: «Тебе не нужно быть таким, мы тебя не обвиняем. Если тебе действительно интересно, тогда ты можешь пойти с нами на утреннее собрание завтра».

«Утреннее собрание? Я? » - Лин Сяо был в шоке.

Император поднял бровь: «Может быть, ты забыл? Мы дали тебе должность Высокопоставленного чиновника Министерства Работ».

«……» - Разве это не просто фальшивая должность? Хотя ему было позволено слушать политику, но когда ему разрешили пойти послушать ее, он никогда ничего не делал.

Видя, что лицо Лин Сяо было немного странным, он подумал, что тот испытывает давление и начал утешать его: «Когда тебя нет, на твоем месте стоит бывший высокопоставленный чиновник Министерства работ. Тебе не нужно нервничать, когда мы давали тебе этот пост, мы не хотели заставлять тебя усердно работать. Мы думали только об этих странных формулах в твоем уме».

«Формулах?» - Лин Сяо нахмурился.

Император демонстративно сказал: «Как порох».

Лин Сяо сразу понял, его сердце усложнилось: «Итак, Ваше Величество думал об этом».

Тон Лин Сяо был немного странным, заставляя брови Императора крепко сжаться. Как будто он небрежно посмотрел на него, он сказал: «Ты также можешь отказаться. С нами, ведущими Страну Му, даже если у нас нет этих твоих странных вещей, мы также можем стать сильнейшими под небесами. С твоими вещами это всего лишь дополнительный бонус, в этом нет особого смысла».

Император не знал, сколько всего происходит в голове у Лин Сяо, но то, что он сказал, было довольно высокомерно, так как Страна Му всегда будет башней, которая существует намного выше остальных.

Тем не менее, с тех пор, как в последний раз Страна Му нанесла серьезный ущерб Стране Шао, моральный дух Страны Му значительно возрос. За эти сто лет действительно было трудно найти противника для них.

Этот Император обладал способностью быть высокомерным.

Лин Сяо закатил глаза. В настоящее время он следовал за Императором и признался во всем, что еще у него есть в запасе?

Размышляя, Лин Сяо сжал губы и сказал: «Лин Сяо хорошо послужит Вашему Величеству».

Император поднял бровь на это заявление, затем нежно держа его за руку, подтягивал его, чтобы он встал на ноги, и обнял его.

«Тебе не разрешается много работать».

«Хм».- Сердце Лин Сяо согрелось и тихо ответило. Затем его глаза повернулись, в его голове всплыла мысль, он на мгновение помахал, прежде чем сказать: «Ваше Величество, Лин Сяо надеется решить вопросы для Вашего Величества. Но у Лин Сяо есть вопрос, и он желает, чтобы Ваше Величество ответил на него».

Император пристально посмотрел на него.

Лин Сяо прямо сказал: «Ваше Величество, какое место Хонг Е занимает в вашем сердце?»

«……»- Император замер, затем нахмурился и спросил: «Наложница Ран спровоцировала тебя?»

«Хотя она это сделала, нельзя отрицать, что это больной вопрос для Лин Сяо», - откровенно ответил Лин Сяо.

Император засмеялся: «Эту наложницу Ран действительно невозможно сдержать».

Эти слова заставили сердце Лин Сяо замерзнуть. Император имел в виду, что вопрос с Хонг Е не должен был быть ему известен?

Может ли быть так, что Император Хонг Е действительно...

Цвет лица Лин Сяо ухудшился.

«Как ты планируешь поступить с Сяо Лизи?» - Император прошел мимо вопроса Лин Сяо, но поднял то, о чем он почти забыл.

Лин Сяо тупо уставился на него и тут же спросил: «Даже Ваше Величество знает?»

Ничто не может быть скрыто от него. Лин Сяо чувствовал, что это было довольно естественно, некоторые вещи, которые он даже ясно знает, в то время как Император был в сто тысяч раз умнее его. Как он мог не знать?

Но Сяо Лизи был кем-то рядом с Императором. Хотя он сейчас пренебрег этим вопросом с Сяо Лизи, это было то, с чем Император, в конце концов, справился бы. Теперь, Император полностью изменил это и спросил, как он хочет справиться с этим.

Лин Сяо был немного смущен и сказал: «Сяо Лизи - это кто-то на стороне Вашего Величества, естественно, вы должны сами все решить».

Император тихо покачал головой: «Он был принят сюда тобой, поэтому Мы сделали его Стюардом. Так что теперь, когда он совершил ошибку, ты должен ее решить».

«… Ваше Величество». - Сердце Лин Сяо было немного тронуто, хотя Император всегда выглядел ледяным, он был намного внимательнее, чем кто-либо другой.

Настолько внимательный, чтобы учитывать его настроение. Он был, очевидно, бесподобным суверенным королем, но обладал такой мягкостью, что мог утопить человека.

Будучи таким тронутым, у Лин Сяо выросло еще несколько точек любви к нему.

«Поскольку Мы обещали провести всю нашу жизнь с тобой, то есть кое-что, что ты должен знать».- После этого он слегка подтолкнул Лин Сяо и встал.

«После того, как ты разберешься с Сяо Лизи, приходи к наложнице Сиань, чтобы найти Нас. Мы будем ждать тебя там и честно расскажем тебе о Хонг Е».

С этими словами он скрестил руки за спиной и ушел.

Не переставая думать об Императоре, Лин Сяо попросил Ан Юн и Ан Сян воспитать Сяо Лизи, который потерял сознание от страха. Он также был безразличен к наказанию Сяо Лизи. Ему было странно, почему Император заставил его разбираться с Сяо Лизи, а затем отправился во дворец наложницы Сиань? Не лучше ли пойти вместе?

«Молодой Мастер, Мастер боится, что вы слишком сильно накажете его в своем гневе, а затем пожалеете об этом». – Ан Сян, похоже, пересилила волнение, и сказала ему.

Лин Сяо в замешательстве посмотрела на нее, но Ан Сян знала, что она сказала слишком много, и крепко держала губы закрытыми. Держа голову низко, она не сказала больше ни слова.

Лин Сяо горько улыбнулся: «Я должен сказать, что ты слишком хороша, Ан Сян. Каждый раз, когда ты говоришь, ты всегда говоришь правильные вещи, разве ты не заставляешь меня еще больше волноваться?»

Ан Сян прикусила губу: «Но если бы эта слуга не сказал это, кропотливые усилия Мастера были бы напрасны».

Брови Лин Сяо дернулись: «Поскольку ты уже сказала это, продолжай говорить. Сейчас у тебя есть только два варианта, во-первых, я беру Сяо Лизи с собой, чтобы пойти к Императору и сам спрошу его. Другой что бы взять с собой тебя».

Ан Сян сделала горькое лицо, ее раздражение было видно.

Лин Сяо тоже не спешил и мирно смотрел на нее, ожидая, пока она заговорит. Он знал, что, как только он привлечет Императора, она заговорит.

Как и ожидалось, Ан Сян немного помедлила, прежде чем медленно объяснить: «Молодой Мастер, этот Сяо Лизи не очень хороший, хотя наложница Ран ему угрожала, он также был настроен против вас. Он последовал за вами, украдкой изучил некоторые ваши навыки и последовал за Мастером. В то время вы и Мастер не были в таких хороших отношениях. Этот Сяо Лизи боялся, что вы мелочны, обвинял в том, что вы поднялись благодаря Мастеру, и продолжал думать, как ограничить вашу силу. Поэтому он присоединился к наложнице Ран».

«……» - Лин Сяо нахмурился, на самом деле, у него уже была слабая идея, что это так. Каждый раз, когда он видел Сяо Лизи, у него никогда не было хорошего лица. Он не обвинял Сяо Лизи что тот мелочный и мстит ему.

На самом деле, Лин Сяо обвинил Сяо Лизи в том, что тот недостаточно лоялен. Но он был просто евнухом, который следовал за ним раньше, и он ничего не делал. В противном случае Сяо Лизи умер бы тысячи раз назад.

К сожалению, Сяо Лизи в конце концов был слишком глуп и не думал о том, что если бы он хотел устроить ему сладкую жизнь, он бы это давно сделал. Зачем ему ждать до сих пор? Он не работал, чтобы изменить это, скорее, он решил устроить заговор против него.

«Несмотря на это, какое это имеет отношение к наложнице Ран и Хонг Е? Почему он должен быть наказан первым?»

«……» Ан Сян неловко нахмурилась. Она открыла рот, затем закрыла его, с трудом разговаривая.

Лин Сяо был обеспокоен: «Поторопись и скажи мне»

Ан Сян стиснула зубы, когда ее убедили: «Он не просто работал с наложницей Ран, он также вступил в сговор с Хонг Е, пытаясь сделать ее новой любовницей Мастера... Хонг Е снова и снова пыталась увидеться с Мастером, и все это потому, что Сяо Лизи сообщил ей об этом. Также было несколько раз, когда Сяо Лизи тайно разрабатывал стратегию, как заставить Мастера и Хонг Е встретиться «случайно». Он сказал, что эта Хонг Е была неприятным человеком, сказав, что это наложница Сиань, играет роль свахи с Хонг Е и Мастером. Но на самом деле, тайно, именно он играл настоящего сваха между Хонг Е и Мастером».

«……» - Лин Сяо посмотрел на бессознательного Сяо Лизи на земле, сжал зубы и спросил: «Император знает все это?»

Ан Сян опустила голову и не говорила, но ответ был уже в голове Лин Сяо.

«Тогда если он знал, почему он позволял Сяо Лизи продолжать? Почему он не отказал Хонг Е?»

Ан Сян посмотрела вниз: «Эта слуга… Не знает».

«Какой великий Сяо Лизи!» - Холодно улыбнулся Лин Сяо.

Ан Сян быстро опустилась на колени: «Молодой Мастер, пожалуйста, успокойтесь! Это было то, о чем Мастер беспокоился, что вы будете рассержены на обман. Хотя вы этого не говорите, Сяо Лизи некоторое время следил за вами, у вас с ним была небольшая дружба. Он боялся, что вы пожалеете ...»

«Тебе не нужно беспокоиться, я не пожалею об этом». - Лин Сяо насмешливо улыбнулся: «Из-за не верного человека я не буду жалеть».

После того, как он заговорил, Лин Сяо высоко поднял голову и приказал: «Ан Юн, пошли его из дворца, и из столицы. В этой жизни ему не позволено когда-либо показываться передо мной».

Ан Юн слабо вздохнула и тихо ответила: «Слушаюсь».

После того, как он закончил говорить, Лин Сяо больше не смотрел на Сяо Лизи и отвернувшись, направился к дворцу наложницы Сиань.

Какие отношения у Императора с наложницей Сиань и Хонг Е, чтобы он защищал их вот так? Особенно Хонг Е, он знал, что она что-то делала за его спиной, но Император все же закрыл на это глаза.

Глава 70 - Удар по лицу высокопоставленного чиновника Министерства назначений

О чем думает Император? Он хочет, быть с ним честным и позволить ему увидеть, истину?

Будучи полон опасений, Лин Сяо быстро прибыл к входу во дворец наложницы Сиань.

Служанка вошла, чтобы объявить о его прибытии, и он внимательно следил за ней.

Во дворце наложницы Сиань Император уже сидел в главном кресле, в то время как наложница Сиань и Хонг Е стояли перед ним на коленях в парадной одежде.

Глядя на его нынешнюю внешность, он, казалось, не хотел отпускать их.

Лин Сяо сохранял самообладание, когда шел к нему. Как раз, когда он собирался приветствовать его, Император протянул руку и потянул его к себе.

«Ты освобожден от вежливости».

Пока Император говорил, он приложил еще больше силы и притянул Лин Сяо в свои объятия, посадив его на свою ногу.

Лин Сяо на мгновение замер и хотел начать протестовать, пока не увидел, как две женщины внизу бросают на них взгляды, их тела напряглись. Кажется, они жалуются и завидуют ему.

Он замер и за мгновение передумал сопротивляться. Он расслабил свое тело и ловко сел на ногу Императора, послушно держась за руки Императора.

Император слегка приподнял бровь, его пронизывающие глаза пронзили Лин Сяо, стоящую на коленях наложницу Сиань и Хонг Е. Ему стало ясно о намерениях Лин Сяо.

Наблюдая за гордым взглядом своего человека, а также за тем, как он прижимал щеку к его груди, вся его внешность и поведение были похожи на кота который его защищает, и заявляет своим врагам, что он принадлежит ему.

Настроение Императора изменилось к лучшему, он обнял Лин Сяо, нежно поцеловал его под ошеломленным взглядом другого.

Тело Лин Сяо замерло и он медленно поднял глаза, чтобы увидеть нежное выражение лица Императора. На его лице отразилась несравненная улыбка, в то время как окружающая его аура силы мгновенно сменилась по его прибытии. Как порыв весеннего ветра в зимний период, он сдул все холода.

Сердце Лин Сяо внезапно начало подпрыгивать в бешеном темпе, а его лицо покраснело. Очевидно, они делали почти все… Но он все еще был как новичок в любви, застенчивый и смущенный.

Наложница Сиань в шоке смотрела на них, молча подавляя свою реакцию. Она была с Императором так долго и никогда не видела, чтобы он игнорировал свое окружение таким образом, никогда не видела его таким нежным.

Этот человек действительно вошел в сердце Императора.

Независимо от того, кем они были, у них больше не было ни шанса.

Наложница Сиань осознала это и низко поклонилась, приветствуя Лин Сяо: «Приветствую Короля-Супруга».

Хонг Е быстро последовала ее примеру: «Приветствую Короля-Супруга».

Эти два приветствия быстро вернули Лин Сяо в чувство, и его взгляд упал с Императора, чтобы переместиться на наложницу Сиань и Хонг Е.

Послушная внешность наложницы Сиань была отчетливо видна, в то время как нежелательное отношение Хонг Е также не ускользнуло от глаз Лин Сяо.

«Вы обе можете подняться». - Император наконец-то обратился к ним.

Лин Сяо поджал губы, тихо сидя в объятиях Императора, ожидая увидеть, что Император хотел показать ему.

«Спасибо, Мастер». - Наложница Сиань и Хонг Е ответили и встали очень элегантно.

Лин Сяо, слегка нахмурился, когда Хонг Е назвала Императора «Мастером», потому что она была одной из его тайных стражей, и это он знал. Но почему наложница Сиань также назвала Императора «Мастером», как и Хонг Е?

Тот, который был удивлен, это не только Лин Сяо, но и Хонг Е также была шокирована. Она перевела смущенный взгляд на наложницу Сиань, которая почувствовала это и слегка улыбнулась, спокойно говоря: «Это то, что Мастер хочет, чтобы я сделала, младшая сестра не должна быть так потрясена».

Когда Хонг Е и Лин Сяо услышали ее заявление, они оба были в ступоре от шока. Император удовлетворенно прищурился и сказал: «Ты понимаешь, чего мы хотим».

После того как он сказал это, он сделал паузу, а затем несколько смягчил выражение: «Именно из-за этого Мы позволяли тебе быть наложницей Сиань, а не ей».

Император использовал свои холодные глаза, чтобы посмотреть на Хонг Е, которая застыла. Слой грусти был на ее лице, вместе с туманом в ее глазах.

«Но… В конечном счете, это младшая сестра, теперь является невестой Мастера. Мы видели, вы относились к этому сфабрикованному обещанию всерьез?» - усмехнулся Император.

Наложница Сиань замолчала, затем тихо вздохнула и сменила тему.

«Мастер, вы хотите, чтобы Король-Супруг знал ситуацию с этой подчиненной и этой младшей сестрой?»

Император молчал, и этого было достаточно для наложницы Сиань. Она улыбнулась: «Тогда ваша подчиненная просит Мастера на мгновение одолжить нам Короля-Супруга».

Лин Сяо посмотрел на Императора, когда услышал это. Император слегка кивнул.

Понимая его значение, Лин Сяо нахмурился, но встал и подошел к наложнице Сиань: «Расскажи мне, что ты хочешь сказать мне».

Наложница Сиань слабо улыбнулась и отошла в сторону, чтобы уступить место Лин Сяо. «Король-Супруг, пожалуйста, пройдите с этой подчиненной прогуляться по Императорскому саду».

Лин Сяо обернулся, чтобы посмотреть на Императора, который налил себе чашу вина и сказал ему расслабленным тоном: «Иди, нам есть что сказать Хонг Е».

Лин Сяо сделал, как он сказал, поджав губы, когда шел впереди. Наложница Сиань последовала за ним, ни быстро, ни медленно.

Лин Сяо все время ждал, что наложница Сиань заговорит, но она так и не взяла на себя инициативу говорить. Они ушли в глубины императорского сада, а она все еще молчала.

Лин Сяо больше не мог этого терпеть и спросил: «Ты можешь сказать это сейчас, это место достаточно далеко».

Наложница Сиань слегка улыбнулась, увидев это: «Эта подчиненная просто подумала, как долго Король-Супруг сможет молчать».

Пока она говорила, на ее лице отразились следы насмешек, которые заставили Лин Сяо нахмуриться.

Наложница Сиань поспешно добавила: «Пожалуйста, не сердитесь, Король-Супруг, эта подчиненная просто хотела знать, заботитесь ли вы об Мастере так же, как он заботится о вас».

Губы Лин Сяо дрогнули, он холодно бросил на нее взгляд: «Ты сможешь узнать это, просто пройдя со мной это расстояние?»

Наложница Сиань кивнула: «Ваше лицо беспокойно, и вы очень обеспокоены. Итак, можно увидеть, что вы очень заботитесь о Мастере».

Лин Сяо был немного рассержен, был ли он... Действительно настолько очевидным.

«Это очень видно, Король-Супруг». – Она тихо ответила, казалось, она видела его мысли.

Лин Сяо поднял глаза, чтобы удивленно взглянуть на нее, она уверенно сказала: «Не удивляйтесь, навыки этой подчиненной всегда были довольно хороши. Именно из-за этого Мастер сделал эту подчиненную наложницей Сиань».

Когда она говорила, ее взгляд пропустил Лин Сяо на расстояние: «Эта подчиненная является тайным охранником Мастера, эта подчиненная полагает, что Король-Супруг также может понять, почему такой секретный охранник, как эта подчиненная, была перемещена в гарем. Это, чтобы Мастер мог лучше контролировать гарем».

«……» - Он имел некоторое представление об этом, но лично услышав, то что она сказала, он все же был удивлен. Тайные охранники Императора действительно были повсюду, как он мог пропустить взгляд Императора в своей прошлой жизни, чтобы делать что-то для Мо Ци?

Возможно, он из прошлой жизни и Мо Ци просто не скрылись от глаз Императора. В результате Император проучил Мо Ци в конце концов...

Лин Сяо поджал губы и услышал, как наложница Сиань перешла на более дружелюбный тон: «Поскольку эта подчиненная является тайным охранником, наши отношения - это Мастер и Слуга. Личность на поверхности, просто чтобы обмануть людей. Король-Супруг теперь понимает?»

«……» - Лин Сяо кивнул и сказал ей: «Я на самом деле не интересовался твоей ситуацией, но Хонг Е…»

Наложница Сиань хихикнула, прерывая Лин Сяо: «Это правда. Несмотря на то, что я наложница Сиань, Мастер никогда не «уклонялся» от меня раньше. Король-Супруг тоже не мелкий человек...»

Затем наложница вздохнула: «Хонг Е, моя младшая сестра, связанная кровью. Мы, сестры, обычно следовали за наложницей Сянь Хуэй ».

Затем наложница Сиань сделала паузу, словно боясь, что Лин Сяо не поймет, и начала объяснять: «Наложница Сянь Хуэй - мать Мастера, когда Хонг Е была маленькой, она однажды спасла ее. Тогда Мастер еще не принял на себя обязанности Императора. Наложница Сянь Хуэй была благодарна Хонг Е и отдала ее Мастеру, чтобы он взял ее в жены. Но Мастер всегда делал вещи в соответствии со своими планами, поэтому после смерти наложницы Сянь Хуэй он не выполнил это обещание. Скорее он «взял» эту подчиненную в гарем».

Лин Сяо нахмурился, услышав объяснение. После того, как она рассказала предысторию, она действительно разъяснила, почему Император снова и снова позволял ей быть исключением. В конце концов, Хонг Е была человеком, которого его мать отдала ему, и она также была той, которая спасла его мать раньше.

Но ему было любопытно, как же Хонг Е оказался тайным охранником?

«Природа Хонг Е проста, она была на стороне Императора. Когда Император еще не взялся за мантию, он хотел развить в себе силу. Хонг Е пошла с ним, чтобы помочь ему. Поскольку Мастер нуждался в слугах в то время, он не отказал ей. Восемь лет он использовал Хонг Е».

Со вздохом и некоторым сожалением наложница Сиань горько улыбнулась. «Затем Мастер взял на себя мантию чтобы стать монархом, но он не позвал Хонг Е с собой. Вместо этого он отправил ее еще дальше. Хотя он не сделал ей ничего плохого и продолжал поддерживать ее, он уже выбросил ее из головы. На первый взгляд было ясно, что Хонг Е понимает это в своем сердце, и я тоже понимала. После того, как наложница Сянь Хуэй скончалась, Мастер нашел меня, которая всегда молча охраняла ее могилу, и позвал чтобы войти во дворец и стать для него наложницей Сиань. Неважно, была ли это Хонг Е или я, нам обоим было ясно, что в сердце Мастера наложницы, которых он выбрал, были не потому, что они ему нравились, просто они или подходили для гарема или нет. Поскольку он никого не любил, Хонг Е не жаловалась. Даже если я вошла в его гарем, даже если это наложница Ран, или наложница Ли и многие другие войдут во дворец...»

Пока она говорила, она горько улыбнулась. С ее согнутыми бровями и далекими глазами горе было очевидно.

Интонация ее речи, несомненно, была ровной, но густая печаль походила на молот, врезавшийся в сердце Лин Сяо.

Лин Сяо тихо вздохнул. Наложница Сиань услышала это и взглянула на него, медленно возвращая цвет лица к нормальному, и мягко сказала: «Король-Супруг - добрый человек, Хонг Е однажды сказала мне это».

«Хонг Е?» - Лин Сяо был поражен.

Наложница Сиань улыбнулась и кивнула, выглядя очень достойно и вежливо: «Хонг Е сказала мне, что время, проведенное с вами, было очень искренним. Она чувствовала вашу доброту к ней и даже сказала, что ваши танцевальные навыки были несравненными под небесами».

Лин Сяо нахмурился и отвернулся: «Несмотря на это, она все же…»

Улыбка наложницы Сиань исчезла, хмурый взгляд потянул ее к губам, когда она угрюмо сказала: «Да, даже несмотря на то, что она ясно все понимала, она все же сделала что-то плохое по отношению к вам».

Наложница Сиань бессильно улыбнулась: «Ревнивое сердце очень трудно контролировать».

«Король-Супруг». - она окликнула его и повернулась, чтобы взглянуть на него. «Хотя она сделала что-то не так, она также знает, что была не права. Для Мастера она отбросила восемь лет своей жизни и много лет страдала. В настоящее время Мастер уже наказал ее и надеется, что Король-Супруг больше не будет обижаться на нее».

«Наказал?» - Разум Лин Сяо уже колебался. Сколько Хонг Е заплатила, чтобы помочь Императору, хотя он чувствовал себя немного несчастным, он в то же время восхищался ею. Чтобы эта женщина сконцентрировала все свои эмоции на одном человеке, это на самом деле заставило бы людей ее немного пожалеть.

Но говоря о наказании, Лин Сяо сжал губы. Как Император наказал ее?!

Наложница Сиань наблюдала за сложным обиженным и сомнительным видом Лин Сяо и спросила: «Король-Супруг все еще подозрительно относится к тому, почему Хонг Е остается во дворце».

Она продолжала говорить, не дожидаясь ответа Лин Сяо: «Это была не идея Мастера, а потому, что это я умоляла его. После того, как мы, сестры, стали тайными охранниками, у нас больше не было возможности наслаждаться нашей молодостью. Я попросила Мастера согласиться позволить Хонг Е сопровождать меня. Мастер дал только месяц, теперь осталось только несколько дней».

Это внезапно прояснило все для него. Так это была не идея Императора, это не Император, оставил Хонг Е…

Наложница Сиань тайно заглянула ему в лицо, видя, как его лицо постепенно возвращается в нормальное русло, она знала, что сказала правильную вещь. Она еще раз добавила: «Наказание Мастера состояло в том, что Хонг Е не может оставаться в секретной охране, она также не может оставаться во дворце, рядом с вами и Мастером. Поэтому после этого месяца Хонг Е уйдет».

«… Так вот в чем дело» - Мысли Лин Сяо расслабились, камень в сундуке, наконец-то, исчез. Он только очень сильно скучал по Императору прямо сейчас.

Он хотел увидеть его лицо, поцеловать бровь и сказать ему, что теперь он ему нравится еще больше.

Лин Сяо нетерпеливо обернулся, чтобы уйти, как только эти мысли вошли в его разум.

Наложница смотрела на его уход, затем последовала за ним.

К тому времени, когда они прибыли во дворец наложницы Сиань, Император только что вышел с подавленной Хонг Е, который следовал за ним.

Лин Сяо подбежал, быстро поклонившись. Взгляд, которым он смотрел на Императора, был полон доверия и слабого обожания.

Император был немного ошеломлен, он повернулся, чтобы посмотреть на наложницу Сиань, которая догоняла его позади. Она, молча, ему поклонилась и кивнула. Император повернул голову обратно к Лин Сяо, немного засмеявшись, и погладив его волосы: «Теперь ты все знаешь?»

Лин Сяо мило кивнул.

Сложив руки за спиной Император изогнул губы и пошел вперед: «Если это так, тогда давай вернемся».

«Хм», - энергично ответил Лин Сяо и быстро последовал за ним: «Ваше Величество, теперь я все знаю, но о чем вы говорили с Хонг Е?»

«Что? Все еще что-то подозреваешь» - Император поднял бровь, глядя на него сбоку, поскольку его лицо выражало неодобрение.

Лин Сяо покачал головой: «Нет, мне просто любопытно».

Лин Сяо моргнул своими влажными глазами. Его доверчивый и обожающий взгляд, похожий на рассвет, сиял в сердце Императора, его сердце согрелось, и он неохотно отвернулся. Но с тем, как сильно его любопытство проявлялось на его лице, Император не мог игнорировать это и вздохнул, довольно беспомощно говоря ему: «Мы позволили ей уйти завтра».

Лин Сяо в шоке расширил глаза, стряхивая смущение: «Но разве вы не обещал наложнице Сиань месяц?»

Император сделал паузу, бросая обвинительный взгляд на Лин Сяо. Этот взгляд, кажется, говорит, для кого это было нужно?

Лин Сяо откинул шею, глухо смеясь. Он действительно хотел сказать, что так как осталось всего несколько дней до конца месяца, ему не нужно было быть таким нетерпеливым. Но когда он встретил эти мрачные глаза, он сдержал эти слова.

На следующий день Хонг Е ушла. Независимо от того, что она думала, Лин Сяо не мог на нее обижаться после того, как она ушла из дворца.

Когда Хонг Е уходила, она попросила увидеть Императора напоследок. Но Император был тогда во дворце Лин Сяо, поэтому никакие Служанки или евнухи не смели их беспокоить. В конце концов, она могла уйти так ничего и не уладив.

В конце концов, разбудил Императора, не Лин Сяо, а евнух из дворца наложницы Ран.

Он пришел в панике, принося шокирующие новости.

Наложница Ран повесилась...

Лин Сяо пребывал в ошеломленном состоянии с тех пор, как узнал новости.

Сообщалось, что наложница Ран не могла смириться с тем, что ее внешность разрушена и она теряет благосклонность, вот она и покончила с собой, повесившись.

Когда Император услышал эту новость, он просто приказал нескольким слугам похоронить ее и не явился лично, как будто он обращался с незначительным человеком.

Напротив, Лин Сяо чувствовал, что схемы наложницы Ран глубоки и не она должна была так просто и трагически умереть. С тем пор, он думал, о том, что вряд ли она повесилась сама.

Похороны продолжались три дня. Поскольку она не была любимой наложницей Императора, ее похороны были просты. После того, как она была похоронена, Император передал некоторые сокровища Высокому должностному лицу Министерства назначений. Это можно считаться его признательностью семье наложницы Ран.

В эти три дня Император не присутствовал на утреннем собрании, и это можно было считать его поминальной службой наложнице Ран. Но на самом деле он в течение трех дней запутывался с Лин Сяо в одеяле...

Тем не менее, в течение этих трех дней Лин Сяо продолжал чувствовать себя неловко.

Император подумал, что тот винит себя, когда увидел его таким неловким и в редком ласковом настроении, он утешил его: «Тебе не нужно слишком беспокоиться о ней. Это не твоя вина, ей нужно было в конце концов уйти».

Лин Сяо повернул голову и посмотрел на Императора, чье лицо было очень спокойным без каких-либо изменений. Как будто он давно это предвидел.

Лин Сяо внезапно затрясся, размышляя, и глядя на него. Что имел в виду Император, когда сказал, что в конце концов ей нужно было уйти?

Лин Сяо только хотел спросить Императора об этом, как тот погладил его длинные волосы и встал: «Давай встанем и пойдем на утренний суд».

Лин Сяо смотрел безучастно на мгновение, пока не вспомнил, что сегодня четвертый день, поэтому Императору нужно было присутствовать на утреннем собрании, в то время как он также согласился присутствовать на нем вместе с ним.

Но наложница Ран только что скончалась, поэтому на утреннем суде могли бы протестовать некоторые люди...

Например, отец наложницы Ран, высокопоставленный чиновник Министерства назначений, - Ран Шэнцю.

И, как главный нарушитель этого вопроса, он, скорее всего, станет главной целью импичмента.

Лин Сяо был немного робким при этой мысли: «Ваше Величество, скажите, после этого вопроса, как вы думаете, я должен сидеть, низко опустив голову, пока шум не закончится?»

«Ты хочешь спрятаться?» - Император равнодушно посмотрел на него значимым взглядом, смысл которого заставил сердце Лин Сяо вздрогнуть, словно Император намекал на презрение.

Как будто он не был готов принять такое действие, Лин Сяо задохнулся и выпалил: «Лин Сяо и Ваше Величество будут продвигаться и отступать вместе, так как же мне спасаться в одиночку?»

«Очень хорошо». - Император в удовлетворении поцеловал Лин Сяо в лоб, а затем повел вперед.

«……» - губы Лин Сяо дернулись.

Это был первый раз, когда он присутствовал на утреннем собрании, Император приготовил ему правительственную одежду. Во время ношения одежды Лин Сяо выглядел очень презентабельно среди других чиновников,

Но его прибытие на сегодняшнее утреннее собрание очень расстроило некоторых людей.

Высокопоставленный чиновник Министерства назначений взял на себя инициативу и начал выдвигать возражения против Лин Сяо.

«Ваше Величество, ваш слуга хочет привлечь к ответственности Короля-Супруга Лин Сяо!» -

Он повернулся, чтобы взглянуть на Лин Сяо с лицом, полным ненависти, после того, как он произнес свою часть. Выражение его лица выглядело так, как будто он хотел разорвать Лин Сяо на куски, а затем проглотить его.

«Как высокопоставленный чиновник Министерства по назначениям в суде, я не буду служить образцом человека, который не имеет отношения к закону или дисциплине в суде. Как Король-Супруг, вы не только не подали себя в качестве примера, вы смутили наложницу Ран, разрушили ее внешность и отправили ее на смерть. Жалкая наложница Ран погибла так трагически! Ваше Величество, ваш старый слуга просит вас принять решение!»

Высокопоставленный чиновник Министерства назначений, Ран Шэнцю говорил со слезами на глазах, все его лицо было скорбящим. Но в его глазах были следы заговора.

Хотя его дочь умерла, он может предложить другую наложницу Императору. Но до тех пор, пока Император предпочитает только Лин Сяо, у него не будет никаких шансов. Поэтому, чтобы не допустить продолжения милости Лин Сяо, единственный способ убрать его - использовать смерть его дочери, переложить вину на него и нанести огромный удар по его чувствам в сердце Императора. Если это произойдет, даже если он не сможет свергнуть Лин Сяо, он, по крайней мере, может заставить его потерять благосклонность.

Пока он готовил это, высокопоставленный чиновник Министерства назначений плакал еще ярче и громче.

Сердце Лин Сяо дрогнуло, и он слегка поднял голову, чтобы посмотреть на Императора, только чтобы увидеть того с улыбкой, но не смотревшего на Высокопоставленного Чиновника. Он не опровергал, но и не признавал этого. Его губы были слегка изогнуты, создавая видимость, которую невозможно было увидеть.

Это безразличное лицо в паре с его проницательными глазами казалось всезнающим, в результате чего чиновники внизу растерялись под этим взглядом, не смея говорить.

Через мгновение единственным выходящим из рядов стал высокопоставленный чиновник Министерства назначений.

Высокопоставленный чиновник Министерства назначений слегка нахмурился и наклонился, чтобы спрятаться от поля зрения Императора. Он бросил несколько взглядов на пару других чиновников, те, на кого он смотрел, все напряглись, затем через некоторое время все вышли на его сторону.

Похоже, это был импичмент.

В такой ситуации, когда человек не уверен в посыле, чем больше он говорит, тем больше ошибок он совершает. Поэтому он спокойно оставался на месте, пытаясь дольше взглянуть на ситуацию.

«Вы все думаете, что это вина Короля-Супруга?» - наконец-то произнес Император, его мягкие и равнодушные слова несли в себе часть его драконьей мощи, когда они доходили до ушей каждого. Все задрожали от страха, холод поднялся с макушки головы да подошвы их ног.

Никто не смел говорить.

Император холодно улыбнулся и уже собирался продолжать говорить, когда кто-то вышел, поклонился и сказал: «Ваше Величество, этому слуге есть что сказать. Характер Короля-Супруга спокоен, это наложница Ран, сначала пренебрегла правилами, пожалуйста, подумайте над этим Ваше величество».

Он говорил за него?

Лин Сяо был немного удивлен и поднял голову, чтобы посмотреть на человека впереди. Это был Императорский дядя Му Сюнин в одежде премьер-министра.

Лин Сяо был ошеломлен, он встречался с ним только один раз, а тот был готов поверить в него...

«Слова Императорского дяди примыкают к нему, что не может быть ясным. Вы сказали, что это дочь слуги, сначала пренебрегла правилами, но есть ли у вас какие-либо доказательства? Только ваши слова о том, что Король-Супруг обладает спокойной природой, но как это может очистить трагическую смерть дочери этого слуги!»

«Что бы ни случилось, это решение Императора. Лорд Ран, вы оплакиваете смерть своей дочери, Император сочувствует вам, но это не повод клеветать на другого».

«Хе… Этот слуга хочет добиться справедливости для дочери этого слуги, и это клевета? Дочь этого слуги умерла, сказав, что Лин Сяо не сделал ничего плохого, вы считаете этого слугу слепым?!»

Ран Шэнцю указал на Лин Сяо, полностью взволнованный.

«……» - Лин Сяо удержался от закатывания глаз. Так как сейчас обстоят дела, он больше не мог притворятся мертвым.

Поэтому он вышел и сказал: «Лорд Ран, смерть наложницы Ран также заставляет Лин Сяо сожалеть, но это правда, что она пришла и спровоцировала меня первой».

«Пришла и спровоцировал вас? Дочь этого слуги с детства всегда была образованной и вела себя хорошо. До того, как вы не вошли во дворец, у нее никогда не было конфликтов с другими наложницами. Почему в тот момент, когда вы вошли во дворец, она стала той, кто зашел и спровоцировал вас, пренебрегая правилами!» - агрессивно сказал Ран Шэнцю.

Лин Сяо нахмурился и, к несчастью, спросил: «Что? Значит, Лорд Ран твердо верит, что Лин Сяо не прав?»

Лин Сяо не дал ему возможности ответить, продолжая: «Тогда лорд Ран знает, что Его Величество запретил наложницам гарема беспокоить Лин Сяо, чтобы они могли отдохнуть в эти несколько дней? Наложница Ран пришла ко мне во дворец, разве это не «игнорирование правил»?»

«Вы…» - Ран Шэнцю мог только стиснуть зубы, указывая на Лин Сяо.

Лин Сяо спокойно противостоял ему и подчеркнул: «Это «игнорирование правил» или игнорирование правил, установленных Его Величеством, намного тяжелее того, что сделал Лин Сяо».

«Лин Сяо!» - Ран Шэнцю смотрел на него так, словно хотел проглотить его целиком, обиженный взгляд заставил сердце Лин Сяо замерзнуть.

«Вы осмелились принести наказание без разрешения и все же осмеливаетесь быть настолько уверенными, куда вы помещаете Императора?!»

«В моем сердце», - спокойно ответил Лин Сяо, на этот раз глядя на Императора: «Именно потому, что я помещаю его в своем сердце, я был настолько рассержен игнорированием приказа Его Величества наложницей Ран. Она зашла и спровоцировала это, Лин Сяо хотел помочь Его Величеству и ослабить его заботы дав ей небольшой урок».

«Небольшой урок? Вы, очевидно, заставили ее умереть!»- Ран Шэнцю лгал сквозь зубы.

«Лорд Ран, слова, которые вы сказали раньше, Лин Сяо вернет их вам без изменений. Вам нужны доказательства, когда вы говорите такие слова».

Затем его тон стал темнее: «Если вы продолжите снова клеветать на Лин Сяо, то Лин Сяо не прочь рассказать о том, что наложница Ран делала в тайне».

«Дочь этого слуги всегда была хорошо образована и вела себя хорошо. В гареме она держалась на своем месте и всегда была хорошей наложницей Его Величества. Какова дочь этого слуги, Его Величество мог убедиться в этом сам. И все же вы смеете говорить чепуху здесь!»

«Я думаю, что тот, кто извергает чепуху - это Лорд Ран!», - невозмутимо и холодно ответил Лин Сяо, - «Лин Сяо не хотел смерти наложницы Ран. И все же вы продолжаете перекладывать смерть наложницы Ран на Лин Сяо. Эта наложница Ран недисциплинированна, она много раз игнорировала приказы Его Величества и даже замышляла его одурманить. Такая глубокая интрига, и вы говорите, что она знала свое место!»

Лин Сяо усмехнулся: «Если лорд Ран говорит, не думая, тогда что? Вы слепой?»

«Лин Сяо! Вы, бл*ть!» - Ран Шэнцю был рассержен до максимума, широко глядя двумя глазами, он на самом деле шел вперед, чтобы оттащить Лин Сяо, несмотря на его место, и поднял кулак, чтобы ударить его.

Лин Сяо не ожидал, что Ран Шэнцю будет настолько наглым, что сделает это перед Императором, поэтому он был ошеломлен, упуская лучшее время, чтобы уклониться. Он наблюдал, как кулак собирается ударить его по лицу, он начал паниковать. Но затем со стороны появилась рука, которая мощно сжала кулак Ран Шэнцю, как раз вовремя спасая его.

Лин Сяо облегченно вздохнул, повернулся, наконец-то, увидев своего спасителя. Это был Лан Вэй, старый знакомый.

Лин Сяо улыбнулся ему, в то время как Лан Вэй поджал губы и оттащил Ран Шэнцю от Лин Сяо, холодно ругая его: «Лорд Ран, вы на суде».

Ран Шэнцю внезапно пришел в себя, и холодный пот наполнил его, он повернулся, чтобы посмотреть на Императора.

То, что он обнаружил, было неподвижным взглядом Императора на его теле, он внезапно почувствовал, как все его тело похолодело.

«Министр Ран, вы действительно воспринимаете Нас как хребет».

Его насмешливые слова заставили все лицо Ран Шэнцю побледнеть. Он упал на пол со стуком и опустился на колени, печальным голосом произнеся: «Этот слуга был слишком нетерпелив из-за дочери этого слуги и просит прощения у Вашего Величества».

Ран Шэнцю также не забыл о Лин Сяо когда он говорил: «Это потому, что Лин Сяо оклеветал дочь этого слуги, и этот слуга вышел из-под контроля. Мало того, что ему не хватает дисциплины, он осмеливается занять место Вашего Величества и применить наказание, это большое неуважение. У него амбиции диких волков, пожалуйста, подумайте об Ваше Величество».

Лин Сяо злобно посмотрел на Ран Шэнцю, этот человек действительно любит пытаться найти слабые места. Он пропустил то, как он сделал для Императора, и сказал, что он неуважительный, сказал, что у него амбиции диких волков, поэтому ему нельзя доверять. Если бы его любовь к нему не была достаточно высокой, возможно, он действительно стал бы подозревать его.

Лин Сяо с грохотом опустился на колени и сказал Императору перед ними: «Лин Сяо знает то, что знает Ваше Величество. У Лин Сяо никогда не было мыслей, о которых не следует думать, прошу Императора, пожалуйста, понять: Лин Сяо невиновен».

Лицо Императора было холодным, когда он задумчиво сел на Трон Дракона. Окружение было тихим от страха, только звуки их сердцебиения были слышны.

Удар за ударом, каждый удар объявлял ход времени.

После долгого ожидания Император наконец-то заговорил, и тот, на кого он смотрел, был Ран Шэнцю.

«Мы знаем, что наш любимый чиновник скорбит по своей дочери, но то, что сказал Лин Сяо, не было чепухой. Наложница Ран пренебрегла правилами во дворце и попыталась одурманить Нас, это все правда».

После того, как он заговорил, Император перевел взгляд на евнуха позади него, который передал предмет, который он держал в руках, Ран Шэнцю.

«Это доказательства, собранные после смерти наложницы Ран, вы можете посмотреть сами». - Император холодно фыркнул.

Ран Шэнцю поднял голову и взял предмет, который ему передал евнух. В тот момент, когда он посмотрел на него, его лицо побелело. Предмет в его руке был - розмарин.

Естественно, он знал, что это было, он фактически передал это наложнице Ран, чтобы она смогла накачать им Императора. Это не повредит жизни Императора, это только поднимет его интерес. Но это в определенной степени навредит телу Императора.

Пока это может нанести вред телу дракона, это была попытка убийства Сына Неба!

Лицо Ран Шэнцю побледнело до смерти он стал бесконечно сожалеть, стоя на коленях: «Помилуйте, Ваше Величество!»

Император молчал, его дракон мог атаковать Ран Шэнцю, который дрожал без паузы. Количество пота, которое капало с него, было достаточным, чтобы сделать небольшую лужу.

«Ваше Величество, лорд Ран много посвятил суду и много трудился, прошу Ваше Величество, пожалуйста, простите его». - Внезапно, один человек также начал спрашивать от имени Рана Шэнцю, а за ним, половина чиновников встали на колени и умоляли за него.

Лин Сяо замолчал, он давно слышал, что власть двора была направлена на Ран Шэнцю, и, судя по всему, это было правдой.

Он боялся, что даже Император не сможет сдвинуть Ран Шэнцю.

«Вы не ошибаетесь, Министр Ран действительно много работал. Но Мы однажды сказали, что Король-Супруг перед вами все равна что Мы. Министр Ран был так неуважителен по отношению к Нашему Королю-Супругу, когда находился в суде, и так неуважителен по отношению к этому двору, как мы можем его простить?»

После того, как он сказал это, темное лицо Императора и мощное давление атаковали всех этих чиновников, кто просил снисхождения, они могли только вздрогнуть и принять это, они больше не могли сказать ни слова.

Лин Сяо только сейчас понял причину, по которой Император привел его на утреннее собрание сегодня.

Он хотел, чтобы он разозлил Ран Шэнцю, и что бы тот разозлился на него, и тогда у него была бы причина наказать его...

В тот момент, когда Император закончил говорить, плюс действия Ран Шэнцю незадолго до этого, даже если более половина чиновников будут просить о снисхождении, Император может без проблем наказать Ран Шэнцю.

Лин Сяо еле удержал себя от закатывания глаз.

«Слуги, отведите высокопоставленного чиновника Министерства назначений в тюрьму чтобы ждать слушания».

Затем Император повернулся к нему, его лицо смягчилось: «Лин Сяо, хотя то что ты сказал, было для Нас, так же было и так, как сказал министр. Ты также должен принять наказание, ты возражаешь?»

Разве Император уже не наказал его? Не говорите ему, что это потому, что наказание ранее было только для наложниц в гареме, и теперь, когда он сидел на своей официальной должности в суде, его придется снова наказать?

Лин Сяо мрачно подумал об этом, но не осмелился показать это на лице он опустил голову, с уважением отвечая: «Лин Сяо не возражает».

«Очень хорошо». - Император с удовлетворением прищурился: «Тогда Мы наказываем тебя, и не разрешаем присутствовать на утреннем суде. Бывший высокопоставленный чиновник Министерства Работ займет твое место».

«… ..» - Это наказание и никакое не наказание, оно не имело никакого значения.

Во-первых, он почти не ходил на утренние собрания, особенно после ночей с Императором, что было слишком неловким, чтобы упоминать место, которое не позволяло ему вставать.

Лин Сяо поклонился: «Лин Сяо благодарит Ваше Величество за вашу доброту».

«Ты можешь встать». - сказал ему Император, а затем подал сигнал маленькому евнуху позади него глазами. Он быстро пошел вперед и объявил: «Утреннее собрание закончено».

Все громко закричали: «Да здравствует Ваше Величество».

Император ушел, но после этого события всем стало ясно, какое место Лин Сяо занимает в его сердце.

Теперь никто не осмелиться спровоцировать Лин Сяо.

После того, как Лан Вэй увидел, как все уходят, он, к несчастью, подошел к нему и посмотрел на него.

«Вы действительно находитесь в центре внимания, Король-Супруг», - насмешливо сказал он, но его тон означал его беспокойство о нем. - «Вы слышали о термине «известный человек вызывает критику»?» - Лан Вэй бросил на него взгляд и спросил.

Губы Лин Сяо дернулись и посмотрели на него: «Если ты хочешь напомнить мне, чтобы я был осторожен, тогда просто скажи это. Не говори таким странным образом».

Затем Лин Сяо вышел, и Лан Вэй поспешно побежал, чтобы догнать его. - «Эй, я говорю, ты можешь хоть что-то сказать, когда тебе кто-то помогает? Если бы я не помешал Ран Шэнцю, то твое лицо было бы таким же, как у мертвой наложницы Ран».

«Ты проклинаешь меня?»

Лин Сяо остановил свои шаги. В этом месте он собирался отделиться от Лан Вэй. Он направлялся в гарем, в то время как Лан Вэй собирался уезжать.

Лан Вэй также остановился и не стал молчать: «Ты прекрасно понимаешь, что я беспокоюсь о тебе».

Лин Сяо усмехнулся: «Твоя забота всегда такая неловкая».

«…», - Лан Вэй отвернулся, - «Я не думал, что увижу тебя сегодня».

«Скучаешь по мне?» - дразнил Лин Сяо.

На беспокойном лице Лан Вэя было легкое покраснение, он начал жаловаться: «Кто скучает по тебе, идиот!»

Губы Лин Сяо дернулись: «Я идиот? Хех...»

Лин Сяо неожиданно поднял ногу и ударил его ногой: «Осмелишься повторить это снова?»

«Ты…» - Принимая боль, Лан Вэй держался за ногу и впился взглядом в него. Лин Сяо высокомерно посмотрел на него, как кот, который что-то украл, выражение его лица было раздражающим, но нашкодившим.

Лан Вэй поджал губы, его сердце не могло не ускориться, и он молча отвернулся, с трудом терпя кислое чувство в своем сердце.

«Что случилось?» - Лин Сяо наклонил голову к нему. «Почему вдруг стало так тихо?»

Лань Вэй скрылся от взгляда Лин Сяо: «Хорошо, ты должен быстро вернуться, Император должен уже волноваться».

«Тогда я ухожу?» - Лин Сяо заметил выражение его лица, и то, что тот напрягся, когда Лин Сяо сказал это, как будто он не хотел, чтобы тот уходил. Он немного переместился в своем направлении, но остановился после шага, затем снова тихо опустил голову, он не заставил его остаться.

Лин Сяо нахмурился, он чувствовал, что Лан Вэй немного странный, но он не смог угадать, почему. Он вздохнул и потянул Лан Вэя, чтобы он сел с ним на ступеньках: «Хорошо, если тебе есть что сказать, скажи это. Не стоит баловаться. Я могу сказать, что ты не хочешь, чтобы я уходил, поэтому ты должен что-то сказать. Так говори».

«……» Лан Вэй заставил себя улыбнуться: «Мне действительно нечего сказать».

«Правда?» - Спросил Лин Сяо.

Лан Вэй кивнул, и губы Лин Сяо изогнулись: «Это хорошо, тогда я сейчас уйду».

Лин Сяо встал и обернулся, не желая больше оставаться.

Лан Вэй смотрел ему в спину и не мог не потянуть его за рукав.

«?» - Лин Сяо обернулся, в замешательстве оглядываясь на него.

Лан Вэй быстро ослабил хватку и сказал, будто он что-то скрывал: «Смерть наложницы Ран странная, тебе следует быть более осторожным».

«Ты также думаешь, что смерть наложницы Ран была странной?» - Лин Сяо удивленно посмотрел на Лан Вэя.

Лан Вэй нахмурился: «Она не выглядела как человек, совершивший самоубийство, но Император решил не расследовать это дело, так что ты можешь просто принять это как ее самоубийство».

«Что ты имеешь в виду?» - Лин Сяо нахмурился.

Лан Вэй некоторое время колебался, прежде чем заговорить: «Высокопоставленный чиновник в министерстве назначений постоянно расширял свою власть, а Император не мог этого допустить. И для Высокого чиновника Министерства Назначений смерть наложницы Ран - большая потеря. Тогда кто, по твоему мнению, больше всего желал ее смерти?»

«Его…» - Лин Сяо расширил глаза.

Лань Вэй быстро прикрыл ему рот: «Не говори об этом случайно, поскольку Император не решил расследовать его, тогда ты можешь просто думать об этом как о правде».

«……» - Лин Сяо кивнул.

Лан Вэй не хотел освобождать свою руку, он хотел продолжать держать эти мягкие, теплые и розовые щеки. Он смущенно сказал: «То, как Император обращался с высокопоставленным чиновником Министерства по назначениям, не очень разумно, но он все же сделал это, потому что боялся, что тот тебя обидит. То, как Император заботится о тебе, превосходно, так что…»

Я также буду спокоен.

Лан Вэй молча сказал эти слова в своем сердце. Лин Сяо странно посмотрел на него и спросил: «И что?»

«Ничего». - Лан Вэй покачал головой и обернулся: «Ты не возвращаешься, так что я ухожу».

Он быстро ушел после того, как закончил говорить, будто кто-то преследовал его. Через мгновение его фигура и вовсе исчезла.

«……» - Лин Сяо потерял дар речи, этот Лан Вэй также был таким вспыльчивым.

Наложница Ран покончила с собой по приказу Императора...

Лин Сяо согласился, что у Императора было такое намерение.

Судебные дела были намного сложнее, чем он первоначально думал.

На обратном пути Лин Сяо встретил кое-кого.

Это была также та, с кем он был знаком, одна из наложниц гарема Императора - Наложница Ли.

За ней следовала горничная, которая в панике выбегала из дворца, интуиция Лин Сяо сказала ему, что там что-то подозрительное, и он последовал за ними.

«Почему вы убегаете?» - сказала ее служанка и подошла к ней сзади.

Наложница Ли задыхалась, схватившись за грудь, она с дрожью сказала: «Его… Его… Его Величество здесь…»

«Разве не лучше, что здесь Император вместо Короля-Супруга? Пока вы посещаете Короля-Супруга, вы также можете увидеть Императора. Разве это не две возможности для одной птицы? Почему вы убегаете?» - Иньер чувствовала обиду на нее за то, что она не воспользовалась таким большим шансом.

«Я…» - Наложница Ли плотно сморщила брови, качая головой. «Да, давай вернемся».

«Хозяйка, вы больше не хотите увидеться с Королем-Супругом?» - Лицо Иньер было ошеломлено: «В наши дни Король-Супруг - фаворит. Если вы не навестите его и не скажете ничего, вы не будете вежливы с Императором, тогда что с вами будет?»

«Но, Иньэр, Император отдал приказ о том, что нам не позволено беспокоить Короля-Супруга».

«Это было раньше». - Служанка нахмурилась. «Кто не знает, что сейчас время отличается от прежнего. Хозяйка, этот Король-Супруг первым показал свою мощь наложнице Сиань, заставив ее выпроводить Хонг Е, после этого он заставил наложницу Ран повеситься, с этим человеком уже трудно иметь дело! Вы не можете его не навестить!»

«Но…»

«Нет, хозяйка, пойдемте. К счастью, Император все еще там, возможно, когда он увидит вас, он будет ласковым».

«Иньер». - Наложница Ли ругала ее: «Ты знаешь, что я не очень хорошо провожу время наедине с Императором. Я не стремилась к милости среди моих сестер, и обычно наложница Сиань была в порядке, тогда наложница Ран тоже чувствовала себя хорошо, когда увидела, что я не борюсь за его внимание. Разве я не была в порядке все это время? Я верю, что Король-Супруг тоже…»

«Дело не в том, что если вы не поспорите с ним, то у вас все будет хорошо», - прервала Иньер наложницу Ли. - «Этот Король-Супруг отличается от того, что было раньше, если вы не будете бороться с ним тогда он придет за вами рано или поздно. Если вы будете бороться, за какую либо любовь Императора, вы можете немного защитить себя. Если Император вообще не одобрит вас, то ваша ситуация станет опасной».

«……» - Лин Сяо отчетливо услышал диалог этих двоих, и его губы дернулись, действительно ли он был так страшен, как сказала эта Иньер?

Лин Сяо симулировал кашель.

Иньер сразу же насторожилась и спрятал наложницу Ли позади себя: «Кто здесь?!»

Лин Сяо вышел, равнодушно наблюдая за ними.

Сегодня наложница Ли носила розовую хлопчатобумажную юбку, розовую заколку и легкий макияж, она выглядела очень очаровательно и мило. Слуга рядом с ней носила украшение служанки и держала наложницу Ли рядом с собой, ее лицо было очень серьезным. Было ясно, что она была преданной слугой.

Лин Сяо слабо улыбнулся: «Девушки, вам не нужно так нервничать, я…»

Лин Сяо, боялся, что напугает этих двоих, если скажет, что он Король-Супруг, поэтому он заявил: «Я - Лан Вэй, который только что вышел из утреннего собрания и был вызван сюда Императором. Я отдаю дань уважения Вашему Высочеству».

Лин Сяо поставил свою роль и отдал ей честь, но он внутренне ругал себя.

Во всей его лжи были дыры, во-первых, если он был вызван Императором, то после суда ему просто нужно было идти прямо к Имперскому кабинету. Как он мог быть в Императорском саду... Далее, наложница Ли и Лан Вэй никогда раньше не встречались, но он знал и даже отдал ей честь прямо сейчас. Это просто не имело смысла.

Если бы это могло быть скрыто от них, тогда это было бы странно.

Тем не менее, наложница уставилась на него с широко раскрытыми невинными глазами и ответила: «Значит, это очень знаменитый генерал Лан, пожалуйста, встаньте скорее, Император во дворце Короля-Супруга, вы должны идти».

«……» - Лин Сяо смотрел широко раскрытыми глазами, в его сердце медленно распространялось недоверие.

Наложница Ли поверила в это?

Лин Сяо поднял голову, только чтобы увидеть, как служанка тянет наложницу Ли за рукав. Она, казалось, пыталась что-то напомнить наложнице, но та, не обращая внимания, лишь невинно посмотрела на него, а затем указала на дорожку…

Девушка-слуга была умнее, чем хозяйка, ее вклад не мог остаться незамеченным после того, как они пробыли в гареме так долго.

Похоже, что наложница Ли, которую он знал в своей прошлой жизни, была совершенно ненастоящей внешностью,а принятой ею.

Лин Сяо высказал свое мнение в своем сердце и не стал снова связываться с ней. Он обернулся и ушел.

«Хозяйка!» - Даже когда они уходили еще дальше, он мог слышать, как слуга скрежетала зубами и кричала.

Это была интересная слуга. Лин Сяо слабо улыбнулся.

С улыбкой на лице он увидел Императора, сидящего за столом и работающего над мемориалами. Когда он заметил приход Лин Сяо, он рассеянно спросил.

«Что сделало тебя таким счастливым?»

«Я встретил двух интересных людей». - В частном порядке Лин Сяо уже привык не кланяться Императору и просто подошел к нему. Он не планировал скрывать это от него и откровенно сказал ему: «Ваше Величество вполне знаком с одной из них».

Император не прекращая работать, спросил: «С кем?»

«Наложница Ли». - Лин Сяо улыбнулся.

Кисть Императора остановилась, он поднял глаза и посмотрела на него. – «Она тебя раздражала?»

Лин Сяо поднял бровь и улыбнулся: «Нет, почему вы спрашиваете?»

Император снова опустил голову при ответе: «Хорошо, если она этого не сделает»

Лин Сяо остановился, его сердце согревалось от его беспокойства. Собравшись с духом, он наклонился, чтобы поцеловать Императора в щеку, и поспешно встал, он отвернулся, когда сказал: «Я пойду взгляну на утреннюю трапезу Вашего Величества».

Император все еще мог увидеть румянец, который шел от его лица до ушей, когда он тоже встал, он улыбнулся, потянул его к себе не давая убежать. Он притянул его прямо в свои объятия.

«Мы не хотим, есть ничего, кроме того, что перед нами».

В то время как он сказал это, он перевернулся и придавил его тело, чувствуя запах тела Лин Сяо, как будто он проверял аромат пищи перед едой.

Лицо Лин Сяо мгновенно обгорело ярко-красным, его сердцебиение стало очень быстрым. Он чувствовал, что комок в его горле, стал невыносимым.

Лин Сяо сглотнул слюну, с трудом сказав: «Ваше… Ваше Величество… Делать такие вещи днем… Не… Не чувствует… Ваше Величество… Ахх…»

Последние его слова были оборваны из-за его стона, виноват в этом был Император, дразнивший его через одежду. Глаза Лин Сяо стали влажными, он старался изо всех сил, чтобы попытаться убедить Императора.

Но его тело дало самую честную реакцию.

Он дрожал от удовольствия под руками Императора, сгорал от стыда и ослабевал от чувств. Независимо от того, как Лин Сяо пытался сохранить свою рациональность, он не мог контролировать свое тело из-за удовольствия.

Лин Сяо сжал зубы, заставив открыть глаза, чтобы взглянуть на Императора. Но слезы на его глазах затуманили сцену перед ним.

Очень смутно, выглядя немного похожим на сон, Император перед ним казался особенно красивым.

После этого у Лин Сяо замерло сердце, и его тело стало более чувствительным из-за размытого зрения.

Немного поддразнивая, он мог дрожать, несмотря ни на что, стоны продолжали выплескиваться из его рта...

Его сознание постепенно исчезало, когда удовольствие становилось все сильнее и сильнее, а его желание - невыносимей. Наконец-то Лин Сяо протянул обе руки. Но он уже потерял способность знать, пытался ли он отказаться или удовлетворить удовольствие.

Император тихо рассмеялся и посмотрел вниз на Лин Сяо, который впал в прострацию и мягко облизал переливающиеся следы в уголках его губ.

После того, как он облизнул его мягкие губы, он шаг за шагом спускался вниз, словно пробовал что-то вкусное, тщательно пробуя тело под собой.

«Аааа… Ваше… Ваше Величество… Хннн…»

С нахмуренными бровями Лин Сяо, закрытыми глазами и своим выражением лица он словно колебался на грани боли и удовольствия, его голос непрерывно разливался, как песня, которая поднималась и опускалась, явно выражая возбуждение, которое он чувствовал.

Его внешность словно пыталась соблазнить Императора. Его взгляд потемнел, и внезапно он уже был в теле Лин Сяо...

«Ааа ....»

«...........»

«..................»

***

Когда Лин Сяо проснулся, Императора уже не было рядом с ним, вместо этого были две служанки.

Лин Сяо немного пошевелился, и сзади почувствовал приступ боли.

Лицо Лин Сяо покраснело он осторожно сел, две служанки немедленно принялись за него в его одежду.

«Где Император?» - спросил их Лин Сяо.

Одна из служанок с уважением ответила: «Император отправился в Имперский кабинет, чтобы заняться правительственными делами. Он вернется во время ужина и хотел, чтобы Король-Супруг хорошо отдохнул».

«Хм…» - мягко ответил Лин Сяо. Он вспомнил обо всем, что произошло в этот момент, он не смог сдержать покраснение, которое появилось вместе с учащенным сердцебиением.

«Молодой мастер». - Лин Сяо поднял голову, чтобы посмотреть, на вход это была Ан Сян. Он смотрел безучастно, затем поспешно впустил ее, - «Входи»

«Молодой мастер, наложница Ли со своей служанкой хочет вас видеть», - сказала ему неуклюже Сян. - «Мастер хотел, чтобы вы хорошо отдохнули, но наложница Ли потребовала увидеть вас. Эта подчиненная…»

Лин Сяо потерял дар речи. Он вспомнил ту пару хозяйки и слуги, а затем тихо рассмеялся.

Эта горничная Иньер, вероятно, убедила наложницу Ли прийти.

Размышляя об этом, он спросил ее: «Как давно они прибыли?»

«Когда Император ушел, они сразу прибыли», - ответил Ан Сян.

Так точно?

Лин Сяо поднял бровь. Похоже, они ждали прямо у входа, ожидая, пока Император уйдет...

«Как долго я спал?»

«Молодой мастер спал четыре часа».

Он спал довольно долго, но эта хозяйка и слуга продолжали ждать у двери?

Лин Сяо выглянул наружу. Такое яркое солнце, он также усложнил жизнь этим двоим.

Кусочек сострадания, который он редко чувствовал, поднялся в его сердце, он приказал ей: «Ан Сян, пусть кто-нибудь проведет их в павильон во дворе, чтобы они подождали. Я буду там через пару минут».

«Молодой Мастер, если вам неудобно, вы можете отказаться от встречи». – заявила Ан Сян наблюдала на потрепанным внешним видом Лин Сяо.

Лин Сяо покачал головой: «Они такие внимательные, так что я пойду посмотрю».

«Да». - Видя, что Лин Сяо на самом деле не заставлял себя, Ан Сян ответила и ушла.

Когда он увидел наложницу Ли, ее лицо было несколько бледным от долгого пребывания на солнце. Лин Сяо попросил кого-то приготовить две миски супа из маринованной сливы, а затем попросил их уйти, появившись один перед ними.

Когда наложница Ли увидела Лин Сяо, она выпалила: «Генерал Лан, почему вы все еще здесь? Император уже ушел...»

«Хозяйка, что вы говорите? Этот «генерал Лан» вошел во дворец и не уходил. Кроме того, он ежедневно носит неформальную одежду и беспрепятственно гуляет. Он также довольно хорошо знаком со дворцом, он просто не похож на кого-то из-за пределов дворца. Плюс, единственный человек, кроме Императора, который может носить неформальную одежду, по мнению этой слуги, это не «Генерал Лан». Я боюсь, что этот человек – Король-Супруг, с которым мы пытались встретиться».

Иньер натянул рукав наложницы Ли, шепча ей это.

Наложница смотрела на него широко раскрытыми глазами, она была явно напугана им.

Иньер быстро сказала ей: «Быстро поклонитесь и попросите прощения».

Наложница Ли тут же опустилась на колени: «Пожалуйста, простите эту леди, Король-Супруг, эта леди не хотела вас обидеть».

Наблюдая за тем, как Иньер шепчет наложнице Ли, Лин Сяо мог догадаться, о чем они говорили.

Появление этой наложницы Ли с просьбой о прощении было несколько знакомо с наложницей Ли в его прошлой жизни, которая была довольна своим собственным местом. Как и ожидалось, прошлое явление было ложным, ее учила ее слуга.

Лин Сяо медленно подошел и сказал им: «Встань, я не собираюсь тебя винить».

Лин Сяо дружелюбно улыбнулся и сел в павильоне. Но когда это повлияло на его травмы сзади, его лицо стало немного жестким.

Наложница Ли осторожно стояла в стороне, глотая слюну. Иньер передал ей коробку, она взволнованно взяла ее, затем с улыбкой сказала ему: «Раньше тело этой леди чувствовало себя не очень хорошо и эта леди не могла нанести визит Королю-Супругу, пожалуйста, не вините эту леди. Это женьшень тысячелетия - подарок этой леди, пожалуйста, примите его Король-Супруг».

Наложница Ли поставила коробку перед Лин Сяо, который с улыбкой открыл ее и посмотрел. По сравнению с тем, что даровал ему Император, это было намного простым подарком, но это, наверное, лучшее, что наложница Ли смогла принести. Ведь по сравнению с двумя другими, она была не слишком любима.

Лин Сяо принял его с улыбкой и указал им: «Садитесь».

Наложница с трудом села, у нее было испуганное лицо.

Лин Сяо посмотрел на нее со слабой улыбкой на губах, когда спросил: «Я действительно такой страшный?»

«Нет…» - наложница уже собиралась ответить, но ее прервал Лин Сяо, который притворился, что злится: «Правду!»

«Страшный», - с горечью сказала наложница Ли, но Иньер ударила ее по ноге и она быстро исправилась: «Король-Супруг, вы заслуживаете доверия».

«Ха-ха-ха…» - Лин Сяо разразился смехом, лица этой хозяйки и слуги были слишком интересными.

«Молодой Мастер, ваш суп из маринованных слив». – Ан Сян принесла напиток.

Лин Сяо указал ей: «Дай его этим двоим».

«……» - Ан Сян остановилась, бросив взгляд на наложницу Ли и ее слугу Иньер. Это был первый раз, когда Молодой Мастер был так дружелюбен с любой из наложниц Мастера...

Ан Сян молча поставил напиток и почтительно ушла.

«Попробуй суп из маринованных слив из моего дворца, он хорошо избавляет от жары и жажды».

«Хорошо». - Наложница Ли яростно сглотнула, она явно очень хотела пить и очень интересовалась супом из маринованных слив.

Тем не менее, Иньер немного толкнула ее, поэтому она могла лишь отодвинуть чашу, заставив улыбнуться: «Эта леди не хочет пить, Король-Супруг может сам его выпить».

«……» - Лин Сяо замолчал, переводя взгляд на Иньер после наложницы Ли. Она с самого начала склонила голову, поэтому он не мог видеть ее выражение лица. Тем не менее, он мог сказать по ее взгляду, что она настороже, и что она вся напряжена.

Лин Сяо был несколько недоволен и холодно улыбнулся. У него было много способов заставить этих двоих выпить суп, с помощью угрожающего приказа, принуждая их, но он не хотел сейчас использовать ни один из этих методов.

Он протянул руку, чтобы взять чашу, которую наложница Ли отодвинула и выпил из нее, затем поставил ее перед собой: «Если ты боишься, что я отравил его, то сейчас ты должна верить мне, верно?»

«……» - Наложница Ли была ошеломлена, даже Иньер недоверчиво подняла голову. Они оба не знали, как реагировать.

Лин Сяо посмотрел на Иньер с раздражением: «Что? Вам нужен кто-то, чтобы проверил есть ли яд для вас?»

Иньер немного подпрыгнула, быстро покачала головой и взяла маринованный сливовый суп, осушая миску. Затем она опустилась на колени перед Лин Сяо, чтобы попросить прощения: «Пожалуйста, простите меня, Король-Супруг».

«Ты можешь подняться», - Лин Сяо нахмурился: «Мне не нравятся люди, всегда стоящие на коленях передо мной».

«Спасибо, Король-Супруг». - Иньер немного испуганно встала, но увидела Хозяйку, пьющую с миски суп из маринованной сливы. Она выпила его, потягивая, глотая, выражение ее лица было очень довольным.

И место, с которым она столкнулась, было местом, из которого только что пил Лин Сяо.

Иньер был сильно встревожена и закричал: «Хозяйка!»

«А?» - Наложница Ли просто обиженно повернулась, чтобы посмотреть на свою слугу.

Рот Иньер дернулся: «Вы… Вы… Вы… Не можете пить…»

Наложница Ли моргнула, не понимая, почему ей не разрешали. Но она все же сделала, как ей сказали, и поставила чашу, но выражение ее лица было очень недовольным.

Депрессия, которую почувствовал Лин Сяо, была мгновенно закончена этим зрелищем, он от души рассмеялся.

«Это действительно слишком интересно». - Лин Сяо рассмеялся, несмотря на ее образ: «Твоя слуга извиняется за тебя, но ты пьешь суп из маринованной сливы… Не слишком ли ты неискренна, как Хозяйка?»

Лицо наложницы Ли покраснело: «Вы не причините вреда Король-Супруг, а эта леди очень хотела пить».

«Почему ты не сказала мне об этом раньше? Разве ты не хотела пить? - поддразнивающе спросил Лин Сяо.

Лицо наложницы Ли было очень красным, когда она сказала: «Это… Это была наша ошибка».

«Мы обидели Короля-Супруга, вы отличаетесь от того, что говорят на улице», - просто сказала наложница Ли.

«Хозяйка…» - Иньер начала немного волноваться.

Лин Сяо улыбнулся и сказал: «Хорошо, Иньер, тебе не нужно быть настороже против меня. Я не держу зла на вас двоих. Вы настолько умны, что должны знать, что если бы я держал злобу, на вас, вы давно бы покинули это место», - указал на них Лин Сяо.

Иньер поняла это и поклонилась: «Спасибо, Король-Супруг, за вашу доброту».

Лин Сяо махнул рукой, глядя на нее: «Ты так глупа, как же ты так долго прожила во дворце?»

«Я…» - Это был, вероятно, первый раз, когда наложницу Ли так прямо называли глупой, все ее лицо покраснело от стыда.

Затем она тихо ответила: «Я не дура...»

Лин Сяо слегка улыбнулся, наложница Ли спросила: «Я не буду с вами спорить, Король-Супруг. Я не буду соперничать с вами за Императора, так что вы можете позволить мне и Иньер приятно провести наши дни?»

Наложница Ли неожиданно откровенно спросила его и встала перед ним на колени.

Лин Сяо сделал паузу, его взгляд был немного подозрительным, когда он спросил: «Ты действительно не будешь соперничать со мной?»

Наложница Ли подняла голову и кивнула. Ее лицо было спокойным, а глаза - совершенно искренними. Независимо от того, как ты выглядишь, она не похожа на того, кто говорит неправду, поэтому он расслабился и помог ей подняться: «Хорошо, я обещаю тебе, что пока ты не будешь соперничать со мной, я ничего не сделаю»

«Хм». - Наложница Ли расслабилась и улыбнулась.

Внезапно она почувствовала головокружение, она прислонилась к колонне рядом с ней. Лин Сяо замер, а затем помог ей: «Что случилось?»

На этот раз Иньер также вышла вперед, увидев эту сцену она нахмурилась: «Король-Супруг, у Хозяйки тепловой удар…»

«Ан Сян, поторопись и приведи Императорского врача!» - приказал Лин Сяо и махнул рукой.

«……» - Ан Сян слегка нахмурилась и вышла вперед: «Молодой Мастер, уже поздно. Даже если вы пригласите врача, вы также должны сначала подумать о наложнице Ли. Император собирается вернуться, в конце концов, вы и наложница Ли разного пола».

Лин Сяо замер, Ан Сян определенно очистила его разум. Это позволило ему вспомнить свою личность, хотя он ничего не мог сделать, наложница Ли также ничего не могла сделать. Их личности были особенными, это действительно было немного неправильно.

Некоторое время путаясь в своих мыслях, Лин Сяо взял себя в руки и вздохнул: «Иньер, сначала отведи наложницу Ли и побудь там с ней. Я пойду найду кого-нибудь, чтобы они привели императорского врача».

«Слушаюсь». - Иньер приняла указ, помогая наложнице Ли, когда они уходили.

«Ан Сян, иди и найди императорского врача, заставь его прийти побыстрее». - После того, как наложница Ли ушла, Лин Сяо обернулся и сказал это Ан Сян.

«……» - Ан Сян нахмурилась, но все же молча ушла.

***

В Имперском кабинете Император смотрел на уважительную Ан Юн с холодным лицом, когда он спросил: «Ты говоришь, что Король-Супруг виделся сегодня с наложницей Ли?»

«Да, Мастер», - ответила Юн с опущенной головой.

«Он даже счастливо болтал с ней, и находился к ней очень близко?» -Давление в комнате быстро уменьшилось, и Ан Юн вздрогнула, когда она ответила: «Да, Мастер».

«Они пили из одной тарелки суп с маринованными сливами?» - Слова Императора были словно ледяной удар в сердце Ан Юн. Чувствуя себя слишком холодно, она упорствовала и отвечала: «Да, Мастер».

«Хммм!»- С холодным фырканьем Император использовал свою внутреннюю силу и разбил кисть в руке на две части, затем бросив рукав вперед, встал и вышел.

Глава 71 - Роспуск гарема (Конец)

Немного обеспокоенный состоянием наложницы Ли, Лин Сяо размышлял и ждал возвращения Императора, чтобы Лин Сяо мог немного поговорить с ним и тот позволил ему навестить ее.

Когда это мысль только возникла, Лин Сяо увидел, как император шел по дворцу большими шагами, он поспешно улыбнулся и встал, чтобы встретиться с ним.

«Ваше Величество, я просто подумал о вас, а вы уже вернулись».

Эти слова походили на рассвет, который расколол густой туман и разлился в сердце Императора. Мрачная дымка в его сердце прояснилась, и он слегка смягчил выражение лица, мягко глядя на Лин Сяо он спросил: «Ты скучал по нам?»

Лин Сяо кивнул с улыбкой: «Конечно, я скучаю по вам».

Великолепная улыбка заставила сердце Императора вздрогнуть один раз, и самая мягкая часть его сердца чувствовала, как будто его нежно теребят, и заставляет его чувствовать немного зуда. Гнев в его груди, таким образом, был полностью очищен.

Забудь это.

Император слабо вздохнул, его глаза были полны беспомощности, когда он обнял Лин Сяо и подошел к столу: «Ты, вероятно, голоден, давай есть».

Лин Сяо слегка оттолкнул его и покачал головой. Император озадаченно посмотрел на него, и Лин Сяо продолжил: «Ваше Величество, я еще не голоден».

Затем Лин Сяо начал болтать без дела: «Ваше Величество, вы знаете, кто приходил сегодня днем?»

Был только один человек, посетивший этот дворец, так что Император, естественно, все знал. Он молча ждал продолжения от Лин Сяо.

Видя, что Император не собирается отвечать, Лин Сяо ответил на свой вопрос: «Это была наложница Ли, Лин Сяо ранее упомянул кого-то интересного».

Как будто он вспомнил что-то интересное, Лин Сяо слабо рассмеялся.

При виде этого лицо Императора похолодело, но Лин Сяо, погруженный в свои воспоминания, не заметил этого изменения.

Он продолжил: «Эта наложница Ли ждала на солнце пару часов, ожидая, когда Лин Сяо встанет. Если бы другие люди пережили то, что она, они бы ненавидели Лин Сяо до смерти».

Пока он говорил, он беспомощно покачал головой: «Но эта наложница Ли так глупа, на самом деле она совсем не разозлилась. Ваше Величество, думать, что в вашем дворце есть такая глупая наложница… И что она настолько глупа, что может быть такой милой».

Император крепко сжал свой кулак, гнев наполнил его сердце, ожидая его следующих слов.

Он холодно фыркнул, обвиняющим образом сказал: «Похоже, тебе очень нравится эта наложница Ли».

Лин Сяо кивнул: «В этом дворце слишком мало людей, которые могут оставаться такими невинными и чистыми. Хотя наложница Ли глупа, ее природа очень чиста, Лин Сяо это очень ценит».

Пока он говорил, бледное лицо наложницы Ли мелькнуло в его голове, и его улыбка исчезла, сменившись беспокойством: «Но у нее был тепловой удар. Я не знаю, как она сейчас себя чувствует, интересно врач уже проверил ее».

Поскольку он уже упомянул его, Лин Сяо воспользовался возможностью спросить: «Хотя сейчас уже поздно, Лин Сяо действительно беспокоится о наложнице Ли. Ваше Величество, я хотел бы получить разрешение на ее посещение».

«Наглый!» - Эти слова были как пламя, которое полностью зажгло ярость в сердце Императора.

Со звуком ярости его ладонь придала некоторую силу и фактически заставила стол перед ними дрожать и разбиваться вдребезги.

Его взгляд был ледяным, в то время как красный цвет был в его глазах, яростно уставившись на Лин Сяо, как волк, будто он хотел подойти вперед и разорвать Лин Сяо на куски.

Лин Сяо был поражен его внезапным действием, и то, что в последнее время ему нравился Император… Он почти забыл сердитую внешность Императора.

В этот момент, когда Император внезапно разозлился, он не только напугал Лин Сяо до такой степени, что он не смог отреагировать, но он почувствовал еще большее замешательство и неверие.

Он не мог понять Императора, но его тело с готовностью встало на колени перед ним.

«Ваше Величество, пожалуйста, успокойтесь. Лин Сяо осознает свою ошибку! Ваше Величество, пожалуйста, успокойтесь!» - Из-за звуков внутри все вошли в комнату, тогда Ан Сян и Ан Юн взяли на себя инициативу и опустились на колени перед тем, как сила дракона начнет запугивать, дрожать и кричать вместе с Лин Сяо.

«Все вы выйдите, уходите! Проваливайте!» - Император направил свое давление на всех. Ан Сян с тревогой посмотрела на Лин Сяо, но все же потянулся за собой Ан Юн и почтительно ушла.

Лин Сяо сглотнул, он никогда прежде не видел Императора, настолько разозленным.

Но он даже не знал, на что рассердился Император.

Не волнуйся, говорило его сердце из-за этого неизвестного вопроса, но на его лице показалась осторожность.

«Лин Сяо, скажи Нам, в чем ты не прав?» - Император схватил его за подбородок, заставляя Лин Сяо взглянуть на него.

Лин Сяо сделал множество предположений в своем сердце, но, увидев непреодолимый гнев на лице Императора, он почувствовал, что все предположения в его сердце не способны были разозлить его.

Он испуганно поджал губы, подумал немного, затем дрожа, ответил: «Лин Сяо... Не знает».

«Хех… Ты не знаешь?» - Император ухмыльнулся и крепче сжал подбородок, заставляя Лин Сяо сморщить брови от боли.

«Ты не знаешь, тогда Мы дадим тебе узнать все ясно!»

Лин Сяо был удивлен и думал о том, что имеет в виду Император.

Затем он почувствовал что-то теплое на своих губах, Император поцеловал его без предупреждения.

«Ммм…»- в шоке Лин Сяо застонал.

Поцелуй Императора был не таким трогательным, как раньше, на этот раз он нес ледяной гнев, охвативший полностью Лин Сяо.

Лин Сяо был вынужден открыть рот, его язык танцевал вместе с языком Императором.

Его разум не желал этого, но его тело уже привыкло к прикосновениям Императора. Удовольствие сделало его слабым, но он сопротивлялся, тихо протестуя.

«Ваше Величество... Ваше... Не... Ааа...»

Любой протест был сорван силами Императора, его сопротивляющиеся руки в какой-то момент превратились в потворствующие, крепко обнимая Императора без какого-либо желания освободиться от него.

Император прервал поцелуй с Лин Сяо и холодно улыбнулся, глядя на его расплывчатые глаза: «С таким телом, как ты можешь удовлетворить наложницу Ли?»

Слова Императора были действительно странными. Сохраняя последний кусочек своего сознания, он поднял голову, чтобы взглянуть на него.

В его размытых глазах, все запуталось, Император превратился в смутную фигуру. Как иллюзия, которую он не мог видеть ясно, как что-то, что рассеялось бы, если бы он попытался дотронуться до него.

Обожание в глазах Лин Сяо искренне отражалось в глазах Императора. Его сердце дрогнуло, и вошли следы тепла, но когда он вспомнил, что Лин Сяо говорил о наложнице Ли, его лицо застыло, а сердце упало вниз.

Его быстро изменяющееся настроение заставило Императора нахмуриться от недовольства, он посмотрел на человека, который был причиной всего этого. Его ошеломленные глаза, малиновые щеки и слегка морщинистые брови показали его удовольствие.

Его тело неосознанно терлось о его, в результате чего его одежда рассыпалась вокруг него, ее осталось лишь немного, что сделало его еще более заманчивым.

Его взгляд потемнел, жесткость внизу причиняет ему боль, но он переносит это с легким стоном, пот начинает образовываться на лбу.

«Ваше… Ваше… Ваше Величество…» - Его потирание не могло дать ему того освобождения, которого он желал, и поэтому он начал говорить несчастно, надувшись, когда потянулся ближе к его рту, прося освободить его.

Эти сладкие губы прямо перед ним, с небольшим движением от него, и эти губы будут с его вкусом.

Он мог бы получить этого человека как уникальный и непревзойденный желтовато-коричневым пейзаж, который только ему было позволено увидеть.

Как будто он был околдован, Император приоткрыл рот, и язык Лин Сяо воспользовался этим шансом. Его поцелуй был без каких-либо навыков или планов, но это углубило желание Императора.

Как будто он вдыхал, Император укусил его.

«Ах».

Этот укус был яростным и быстрым, заплакав от боли, его сознание в спешке вернулось.

«Ты, конечно, получаешь удовольствие от этого». - Император держал его за подбородок, упрямо спрашивая: «Ответь нам, может ли наложница Ли удовлетворить тебя так же как Мы?»

Красивое лицо Императора было красным, пот покрыл его лоб, капал и сиял, вызывая сексуальную привлекательность, когда пот скатывался вниз. Он выскользнул из поля зрения Лин Сяо и упал ему на грудь.

Сердце Лин Сяо беспокойно шевелилось, его тело дрожало, и неописуемый зуд наполнил его тело, он не мог этого вынести и начал немного двигаться, его взгляд обратился к Императору.

Император оставался неподвижным, в то время как Лин Сяо продолжал двигаться, к несчастью потирая себя. Затем он потерся о твердый предмет Императора.

Тело Императора стало жестким, но Лин Сяо вёл себя так, словно схватил что-то, что могло принести ему облегчение, и потер его нижнюю часть тела.

«Лин Сяо!» - Император стиснул зубы, затем использовал силу в руке, другой рукой держа талию Лин Сяо, и не давая ему двигаться.

Лин Сяо снова пришел в себя от боли, неудовлетворение его тела заставило его плакать, но у него не было слез. У Императора явно не было никакого желания облегчить его страдания.

Лин Сяо с грустью посмотрел на него и возразил: «Ваше Величество… Вы мучаете Лин Сяо».

Его мягкие слова несли в себе немного сопротивления, делая его рассеянным от вспышки удовольствия.

Император задрожал, его нижняя часть тела распухла, и ему хотелось, чтобы он мог придавить беспокоящего Лин Сяо к кровати и делать все, что ему угодно.

И он действительно сделал это, без каких-либо приготовлений, он вошел прямо в тело Лин Сяо.

Лин Сяо закричал от боли, его лицо стало смертельно белым, когда его нижняя часть тела сжалась.

Император тихо застонал от тесноты, его лицо несколько побледнело.

«Ваше Величество, Вы…» - уже собирался говорить Лин Сяо.

Император прервал его, упрямо спросив его: «Ответь нам, может ли наложница Ли удовлетворить тебя так же как Мы?»

Лин Сяо был ошеломлен, моргая глазами, и глядя на него. Его лицо несколько побледнело от боли, его нижняя часть тела уже начала становится мягкой.

Из глубины сердца Лин Сяо медленно появился ответ, который разозлил его. Посмотрев на Императора, он спросил с намеком на дразнение в глазах: «Ваше Величество, Вы… Вы пьете уксус, не так ли?»

Император сделал паузу, пощупал Лин Сяо и нахмурился. Лин Сяо закричал и задрожал: «Больно... Ваше Величество...»

Император поджал губы и сжал подбородок, холодно спросив: «Твой ответ».

Давление Императора в подобных сценах давно утратил свою угрожающую силу. С тем, насколько упрямым он был, это было как ребенок, который, встречаясь с вопросом, будет гоняться за взрослым, чтобы тот дал ему ответ. Такая же чистота ребенка.

Лин Сяо внезапно почувствовал, что Император немного милый, и он невольно начал громко смеяться.

«У тебя отличные нервы!» - Император недовольно прищурился.

Лин Сяо сдержал смех и прочистил горло: «Пожалуйста, простите меня, Ваше Величество. Просто ревнивая внешность Вашего Величества слишком милая».

«Милая?» - Император опасно наклонился ближе к нему.

Встревоженный, он быстро толкнул его немного и поспешно добавил: «Ваше Величество, у меня нет ничего с наложницей Ли, это правда».

«Пить из той же тарелки суп из маринованной сливы –это ничто?» - Лицо Императора было темным и неясным.

Лин Сяо был поражен: «Ваше Величество знает об этом?»

«Это была или Ан Юн или Ан Сян…», - подумал и понял Лин Сяо.

То чтобы за ним следовали Ан Сян и Ан Юн было идеей Императора. Их защита и присмотр за ним должны были помешать ему сделать то, чего он не должен был делать.

Такой человек, как Император, не мог полностью доверять кому-то.

Лин Сяо крепко сжал губы и вздохнул: «Не нужно быть таким, Ваше Величество, Лин Сяо уже давно полностью ваш».

«Значит, ты до сих пор помнишь о том, что ты - Наш». - Император насмехался: «Раз ты знаешь, то тебе следует четко знать, что существуют барьеры между женщинами и мужчинами?»

Лин Сяо нахмурился: «Наложница Ли - Ваша наложница».

Император взял это на себя: «Тогда ты должен держаться от нее подальше еще больше».

«… Я только что завел нормального друга», - ответил Лин Сяо: «У Вашего Величества тысячи наложниц, у Лин Сяо такого нет. В настоящее время Лин Сяо просто подружился с ней!»

Он прекрасно знал, что это мир, где правит Имперская власть, он не должен просить справедливости. Но поскольку Император первым затронул эту тему, Лин Сяо не мог сдержать свою жалобу.

Император молча встал, накинул верхнюю одежду: «Ты бросаешь вызов нашему терпению».

Император сказал это холодно и посмотрел на него сложным взглядом. В его взгляде Лин Сяо мог видеть разочарование, такой взгляд болезненно ударил его как ножом.

Лин Сяо был спровоцирован и терпя боль, сел. С отвагой он не знал, откуда она взялась, он с ненавистью сказал: «Разве вы не думаете, что вы эгоистичны, Ваше Величество?!»

Император опасно прищурился на Лин Сяо.

Лин Сяо стиснул зубы: «Вы просите Лин Сяо держаться подальше от женщин и поддерживать себя в чистоте, но как насчет вас? В гареме бесчисленное множество наложниц. Можете ли вы согласиться содержать себя в чистоте для Лин Сяо? Лин Сяо только завел друга, и вы злитесь. А если однажды Лин Сяо увидит, что вы идете во дворец другой наложницы, то может ли Лин Сяо разозлиться?!»

«Разве ты не делал этого раньше?» - Император несколько холодно усмехнулся.

Лин Сяо встряхнулся, вспомнил о наложнице Ран и Хонг Е он знал, что он был неправ, но отказался принимать это: «Ваше Величество имеет бесчисленные количество наложниц, Лин Сяо сердится на вас за то, что у вас есть выбор на ваше усмотрение, но у Лин Сяо появился только один друг!»

Лин Сяо ожесточил свое сердце и продолжил: «Ваше Величество хочет, чтобы Лин Сяо отдалился от этого друга, хорошо, тогда вы тоже должны разогнать всех своих женщин в гареме!»

Лицо Императора было полно удивления, как будто он не мог поверить, что Лин Сяо выдвинет такую просьбу перед ним. Лин Сяо ухмыльнулся, увидев, это и сказал: «Ваше Величество даже не может этого сделать, так зачем просить Лин Сяо отдалится от наложницы Ли? Вы даже говорили, что раньше относились к Лин Сяо так, как будто он это Вы, но, судя по всему, это была просто шутка!»

Император начал смеяться от гнева, звук смеха был настолько темным, что заставил Лин Сяо дрожать. Лин Сяо упорно трудился, чтобы контролировать свое тело и упрямо смотрел на него.

Лин Сяо знал, что его слова были вызовом авторитету Императора в этом мире, он бунтует, он сказал, что-то, чего он не должен был говорить, если бы он был собой прошлым, он бы этого не сказал, но…

Со временем любви к Императору он уже не боялся его, так как прежде. Или, возможно, это потому, что он хотел стать парой с кем-то, с кем он мог бы провести всю свою жизнь.

Таким образом, он собрал все свое мужество и сказал это.

Как поступит Император? Лин Сяо нес след надежды и посмотрел на него.

Император холодно усмехнулся и внезапно сжал шею Лин Сяо. Встревоженный, Лин Сяо инстинктивно подумал о золотой пластине освобождения от смерти и выпалил: «Ваше Величество, ваша табличка освобождения от смерти потеряла свою эффективность?!»

Император рассмеялся от злости, из-за того, что его гнев некуда было излить, он, наконец, просочился, и все окружающие пространство пошатнулось.

«Итак, ты не только не будешь слушать Нас, но и не будешь отдаляться от наложницы Ли. И ты даже будешь использовать табличку с освобождением от смерти, чтобы ограничить нас! Настолько, что у тебя даже есть заблуждение, что Мы распустим ради тебя гарем! Хех».

Такие большое терпение, он действительно любил его слишком сильно!

С холодной улыбкой разразилась злоба Императора, и его рука сжалась. Лин Сяо почувствовал внезапное удушье, его лицо покраснело от него.

Лин Сяо боролся изо всех сил, но не смог сбросить его хватку. Император прищурился, внезапно проявился его смертоносный дух. Лин Сяо открыл свои запутанные глаза и мог видеть только что его лицо страшно темное.

Шея в руках Императора была настолько тонкой, что лишь приложив небольшую силу можно было легко отнять у этого человека жизнь, человека который впервые разозлил его так сильно. Он никогда не мирился с чем-то вроде этого раньше, Лин Сяо был первым и будет последним.

Император усилил хватку, в этот момент он действительно хотел, чтобы Лин Сяо исчез таким образом.

Вскоре он увидел, как лицо Лин Сяо медленно потускнело, его дыхание уже почти не чувствовалось, и Император внезапно увидел маленького евнуха, который когда-то сталкивался с ним раньше.

Тогда маленький евнух с испуганным выражением был похож на овцу, которая попала в группу волков, беспомощно бегущих по всему миру. Но когда он встречал его, он смотрел на него яркими глазами и тихо говорил: «Ваше Величество».

«Ваше… Ваше Величество…» - с трудом сказал Лин Сяо, упрямо открывая глаза, чтобы взглянуть на Императора.

Император вернулся к своим чувствам по его зову и посмотрел ему в глаза, он дрожал. Лин Сяо и маленький евнух из его воспоминаний, стали одним целым, заставляя его сердце быстро стучать, он ослабил хватку.

Лин Сяо закашлялся: - «Вы…» - Лин Сяо яростно вздрогнул, он все кашлял и со слезами смотрел на него, говоря с горечью: «Вы… Действительно хотите убить Лин Сяо».

Слова Лин Сяо были утверждением, будто он обвинял Императора в его бессердечии. Император медленно положил руки себе за спину, дрожа, он крепко держал их, затем бросил рукав вперед и вышел.

«Следи за Королем-Супругом, не позволяй ему выйти отсюда!»

«Слушаюсь».

Вид и слова Императора долго засели в его ушах и глазах. Лин Сяо держался за свою шею, парализованный, он сидел на кровати.

«Все они говорили, что монархи бессердечны, я изначально не верил в это и думал, что Его Величество был исключением, а теперь это выглядит как…»

Лин Сяо потер шею, разговаривая сам с собой, его глаза покраснели от разочарования.

На следующий день новость о том, что Король-Супруг потерял благосклонность, распространилась по всему Императорскому дворцу.

Все они говорили, что в ту ночь, когда Император покинул дворец Короля-Супруга с беспорядочной одеждой на нем, это произошло потому, что он плохо ему услужил и разозлил его. Затем его поместили под домашний арест.

Те, кто первоначально завидовали Лин Сяо, теперь вздохнули от горя. Этот Лин Сяо быстро получил благосклонность Императора, но скорость, с которой он потерял ее, была не такой, что у обычного человека.

Тем не менее, кто-то также сказал, что Король-Супруг разозлил Императора, но он не будет казнен, что было также чудом.

Таким образом, этот Король-Супруг по-прежнему особенный в сердце императора. Для него не было невозможным перевернуть все в будущем.

Все эти слухи не могли проникнуть к Лин Сяо, он был заперт в своей комнате, и не мог никуда выходить.

Место ниже спины было ранено, и рана на его шее была также ужасным зрелищем.

Ан Сян нашла врача, который пришел его лечить, поэтому все, что должен был делать Лин Сяо, это пить лекарство. Этот домашний арест был как период для восстановления.

Три приема пищи в день для Лин Сяо были такими же, как и раньше, хотя Император поместил его под домашний арест, он не ограничивал его еду и одежду.

Но настроение Лин Сяо уже отличалось от прежнего.

«Молодой мастер, вам следует хотя бы немного поесть». – Ан Сян держала миску с отваром, обеспокоенно глядя на Лин Сяо, сидящего на кровати.

Лин Сяо слегка покачал головой: «У меня нет аппетита, убери это».

«Но…» - Ан Сян нахмурилась и хотела сказать что-то еще, но Лин Сяо уже лег, повернувшись спиной к ней, показывая, что у него нет желания говорить.

Ан Сян вздохнула, взяла кашу и вышла.

«Молодой Мастер… Все еще не ест?» - Ан Юн посмотрела на отварную кашу, беспокойно спрашивая.

Ан Сян покачала головой, а Ан Юн нахмурилась, обвиняя себя: «Это моя вина, я не должна была сообщать об этом Мастеру».

Ан Сян вздохнула: «Это наш долг, даже если бы мы не сказали ему, Мастер узнал бы об этом рано или поздно».

Ан Юн прикусила губу: «Мастер так сильно любит Молодого Мастера, так почему же на этот раз…»

«Молодой мастер тоже, он обычно очень умен, если бы он признал свою ошибку и обещал больше не общаться с наложницей Ли, тогда этот вопрос был бы решен. Я не знаю, на что злится Молодой Мастер, но он просто так он не разорвет с ней связь», - с тревогой сказала Ан Сян.

Ан Юн неожиданно подумала о чем-то из слов Ан Сян и в шоке сказала: «Молодой… Молодой мастер… Не имел ничего общего с наложницей Ли…»

«……»- Ан Сян быстро прикрыла рот Ан Юна, неодобрительно говоря: «Это то, что ты можешь случайно сказать?»

«Мастер всегда был предан Молодому Мастеру, поэтому и для Молодого Мастера это невозможно». - Твердо сказала Ан Сян, она не знала, говорила ли она это для себя или для Ан Юн.

После того, как она закончила говорить и взволнованно обыскала их окружение, убедившись, что в зоне слышимости нет охранников, они наконец-то вздохнули с облегчением. Но с некоторыми затянувшимися страхами Ан Сян утащила Ан Юн подальше от места нахождения Лин Сяо.

«……» - Лан Вэй наблюдал за уходящими фигурами Ан Сян и Ан Юн, молча поджав губы, он увернувшись от имперских охранников, ворвался в комнату Лин Сяо.

«Кто…?!»

Лин Сяо встал позвать охрану, но Лан Вэй быстро подошел и прикрыл ему рот Лин Сяо.

«Это я, Лан Вэй».

Лин Сяо тупо уставился на нервно наблюдающего за входом Лан Вэя и засмеялся: «Почему ты все еще любишь врываться во дворец без спроса?»

Видя, что Лин Сяо все еще был в настроении дразнить его, сердце Лан Вэя немного расслабилось, и он несчастно ответил: «И посмотри, для кого я это делаю».

Затем он посмотрел на Лин Сяо и был потрясен темной отметиной на его шее, его рука безудержно потянулась, чтобы нежно погладить его.

«Это…»

Лин Сяо немного уклонился, ответив незаметно, избегая прикосновения Лан Вэя: «Как видишь, я потерял благосклонность».

Он так легкомысленно об этом говорил, на его лице была даже слабая улыбка, как будто это не было связано с ним. Но Лан Вэй мог видеть одиночество и грусть по его глазам.

Его сердце почувствовало боль, однако из глубины его сердца вырвалась нежность.

«Разве ты обычно не очень умен! Как ты сделал эту ситуацию такой запутанной!» - сказал Лан Вэй в ярости.

«Разве это не просто признание своей ошибки и согласие на все! Разве ты не хорош в этом?! Так почему же тебе пришлось идти против Императора на этот раз?»

Лан Вэй стиснул зубы, когда он говорил, его нос был испачкан, а края глаз фактически покраснели.

Лин Сяо не знал, как реагировать, Лан Вэй, очевидно, очень повзрослел. Он руководил бесчисленными войсками на поле битвы и стал генералом, которого все уважали, но сейчас он был как ядовитый молодой мастер из прошлого, проклинающий все вокруг себя.

Его глаза покраснели, а слезы на глазах слегка собрались, словно они собирались упасть в любой момент, и это заставило некогда грустного Лин Сяо почувствовать, что зрелище было немного забавным.

«Тот, кто потерял милость, был я, тот, кто был задушен, тоже я, так почему плачешь ты?» -

Лин Сяо безумно засмеялся. Лан Вэй пронзил его острым взглядом и вытер слезы, шикнув: «Я не плакал! Кто бы мог пролить слезы за такого волка, как ты, служил бы себе правильно! Ты мог избежать этого! Если ты умрешь, то это будет только твоя вина!».

Хотя Лан Вэй говорил яростно, его действия сильно отличались, поскольку он вынимал лекарство от травм из-за груди и сосредоточился на том, чтобы намазать его на Лин Сяо, его нежные действия были такими, как будто он лечил сокровище всей своей жизни.

Изначально Лин Сяо хотел сказать ему, что врач только что помог ему, но, увидев, насколько сконцентрированным он был, Лин Сяо проглотил слова.

«Так скажи мне, что ты пытаешься сделать на этот раз?» - После того, как он закончил мазать на него лекарство, Лан Вэй явно стал намного спокойнее и посмотрел на него, полный смущения.

«Хах…» - Лин Сяо засмеялся что бы сменить тему: «Что ты имеешь в виду, что я пытаюсь сделать? Как ты видишь, я потерял благосклонность».

«Чушь собачья!», - Несмотря на свое положение, у Лан Вэй вырвалась нецензурная лексика, а затем сразу же поняв, что сказал, его лицо полностью покраснело.

Лин Сяо слабо улыбнулся и начал дразнить его: «Ты разоблачаешь свою естественную личность, Лан Вэй».

«……» - Лан Вэй посмотрел на него и сердито возразил: «Не пытайся сменить тему, с моим пониманием тебя, ты не тот, кто будет сидеть и мирится со своей судьбой. Чувства Императора к тебе - это не то, что наложница Ли заставила бы его захотеть тебя убить. И что ты сделал?» - с любопытством спросил Лан Вэй.

Лин Сяо надулся, не желая говорить об этом. Но под пристальным взглядом другого он все же с недоверием объяснял: «Я сказал ему, что если он хочет, чтобы я отстранился от наложницы, ему нужно распустить гарем».

Лан Вэй закашлялся и чуть задохнулся от собственной слюны, он недоверчиво посмотрел на него.

Наблюдая за серьёзностью на лице Лин Сяо, которая не оставляя и следа шутки, Лан Вэй также воздержался от реплики.

Он наконец-то произнес после долгого молчания.

«Лин Сяо, Император является монархом».

«……» - Лин Сяо замолчал, а затем усмехнулся: «Значит, ты тоже думаешь, что я это заслужил, что я должен быть чист для него, пока он может иметь пару жен и наложниц в гареме?»

Лан Вэй вздохнул: «Монархи всегда были такими с древних времен, ты…»

«Хорошо! - обиженно перебил его Лин Сяо. - Мне не хочется говорить с тобой об этом, если тебе больше нечего сказать, возвращайся».

Лин Сяо знал, что люди в этом мире все так думали, но, поскольку он это сделал, он хотел посмотреть что будет дальше.

В настоящее время он будет ждать, и смотреть, кто первым пойдет на компромисс между ними.

Лан Вэй слабо вздохнул и покачал головой. Он встал: «На этот раз ты действительно был слишком нагл, гарем Императора - это не только его жены и наложницы, но и важное существо, которое взвешивает власть суда. Ты просил, чтобы гарем полностью распустили, это не только мятеж, но еще больше вызов имперской власти. Неудивительно, что Император хотел тебя убить, это чудо, что ты не умер».

«Ты не был таким наглым и мятежным человеком, однако теперь у тебя есть чувства, с которыми ты хочешь присвоить…»

Лан Вэю потребовалось немало усилий, чтобы понять это, он мог только чувствовать себя довольно кислым.

«……» - Лин Сяо не признавал и не отрицал этого, он просто несчастно сказал: «Почему ты до сих пор не уходишь?!»

Лан Вэй бросил на него сложный взгляд, его сердце было в полном беспорядке.

Поскольку ты хочешь остаться с одним человеком на всю оставшуюся жизнь как пара, то почему ты выбрал монарха? Если бы это был Фу Юйцзюнь или... Он сам, они оба смогли бы дать тебе будущее, которое ты хочешь. Тем не менее, ты просто должен был выбрать Императора Страны Му.

Лан Вэй хотел сказать эти слова от всего сердца, но все еще молча держал рот на замке. Он только пробормотал: «Тогда… Делай все возможное».

Закончив говорить, он выпрыгнул и исчез из комнаты.

Лин Сяо снова лег на кровать, так даже Лан Вэй чувствовал, что он был слишком резок?

«Слуги!»

Лин Сяо повысил голос и крикнул. Издалека Ан Сян услышал его зов и быстро вошла в комнату, чтобы встать на колени перед ним.

«Пожалуйста, скажите ваш приказ, молодой мастер».

«Иди и скажи Его Величеству, я хочу выйти ненадолго, здесь слишком скучно».

«……» - Ан Сян замолчала с неуверенным лицом: «Молодой мастер, вы все еще под домашним арестом…»

«Все в порядке, просто иди», - пренебрежительно сказал Лин Сяо.

Поскольку Император не убил его, он не поскупился бы на то, чтобы дать ему этот кусочек свободы.

Кроме того, после дня холодной войны ему уже должно быть спокойнее.

Лин Сяо все больше и больше чувствовал, что он преследует смерть, он, очевидно, боялся смерти от рук Императора, но теперь он мог так спокойно дурачиться с Императором.

Он потер рану с лекарством на шее, все еще чувствуя немного страха. Но это всего лишь некоторые затяжные страхи, они были незначительны по сравнению с его желанием присвоить себе Императора.

«......»

Ан Сян, наконец-то, все же пошла к Императору. Император позволил ему в конце концов прогуляться по императорскому саду, но его больше никуда не пускали.

Лин Сяо вздохнул и согласился. Он позволил Ан Сян и Ан Юн следовать за ним и пошел в императорский сад.

Когда Ан Сян вернулась, выражение ее лица было немного странным. Похоже, что что-то произошло на стороне Императора, что вызывало недоумение у нее, но Лин Сяо не спросил об этом.

Но чем больше было неизвестного, тем больше люди хотели знать. Казалось, что-то царапает его сердце, он нетерпеливо хотел знать, что сейчас делает Император.

Наконец, он больше не мог этого выносить и потянул Ан Сян ближе к себе: «Ан Сян, когда ты пошла к Его Величеству… Он сказал что-нибудь еще?»

Ан Сян явно замерла, затем покачала головой и поклонилась: «Молодой Мастер, Мастер ничего не сказал».

«Он действительно ничего не сказал?» - Лин Сяо нахмурился.

Ан Сян кивнула: «Император читал свои мемориалы, у него не было другого выражения на лице, но он не злится, как вчера. Когда он услышал сообщение, которое вы передали этой слугой, он тоже не выглядел несчастным».

Лин Сяо поднял бровь, ошеломленный тем что услышал, она сказала: «Молодой мастер, почему вы не отступили? Мастер простит вас».

«……» - Лин Сяо не ответил, заставив Ан Сян нахмуриться. Ан Юн также убеждала его с другой стороны: «Молодой мастер, чего вы ждете? Если вы знаете, что вы сделали не так... А если сердце Мастера убежит от Вас?»

Лин Сяо издевался над последними словами, сердце Императора никогда никому не принадлежало все эти годы, он совсем не волновался, что Императору вдруг понравится кто-то еще.

«Молодой Мастер, не воспринимай это легко», - Ан Юн крепко сжала брови, - «Мастер остался прошлой ночью во дворце наложницы Сиань».

«!» - Лин Сяо встряхнулся и посмотрел на нее. Ан Сян потянула Ан Юн, и она закрыла рот.

Однако он уже услышал это.

«Его Величество провел ночь у наложницы Сиань?» - Когда он сказал это, его сердце почувствовало, как будто кто-то обливает его холодной водой, полностью его охлаждая.

«Хех…», - он слегка засмеялся, но его лицо исказилось, когда он подумал о сцене наложницы Сиань и Императора вместе. Ан Юн быстро встала на колени в тревоге: «Молодой мастер, пожалуйста, успокойтесь. Эта слуга просто говорит глупости».

«Успокоиться?» - Лин Сяо насмешливо улыбнулся. «Нет, я совсем не сержусь! Я очень счастлив!» - Лин Сяо заскрежетал зубами и обернулся, чтобы уйти.

Сердце Ан Сян испугалось, когда она быстро остановила его: «Молодой Мастер, вы не можете покинуть императорский сад».

«Убирайся с моего пути!» - вспыхнул в гневе Лин Сяо.

Ан Сян покачала головой, и Ан Юн бросилась на колени перед ним, кусая губу, когда она сказала: «Молодой Мастер, пожалуйста, успокойся».

«Я сказал, чтобы вы убирались с моего пути!» - кричал Лин Сяо в гневе.

Ан Сян затрепетала и последовала за Ан Юн, чтобы встать перед ним на колени, но также не позволила ему пройти.

«О, что здесь происходит?» - Внезапно счастливый голос с дразнящими нотками прервал их.

Лин Сяо оглянулся назад, это был небрежно одетый Му Сюнин, единственный императорский дядя Императора.

Лин Сяо глубоко вздохнул, подавив ярость в своем сердце, используя оставшуюся рациональность, чтобы приветствовать Му Сюнина: «Императорский дядя».

«Каждый раз, когда я вижу вас, вы всегда усложняете жизнь слугам. Должны ли вы делать это?» -Му Сюнин мягко сказал это и махнул рукой на двух слуг, приказывая им уйти.

Ан Сян несколько мгновений колебалась, Му Сюнин сказал: «Уходите, этот король объяснит все Его Величеству позже».

«Да». - Услышав, как Му Сюнин сказал это, у них не было другого выбора, кроме как уйти. Они поклонились и отступили.

Лин Сяо холодно фыркнул и поднял ногу, чтобы уйти, но Му Сюнин схватил его.

Лин Сяо уставился на руку Му Сюнина, холодно сказав: «… Императорский дядя пытается остановить Лин Сяо».

Му Сюнин убрал руку и улыбнулся: «Это не так, но куда вы хотите пойти? Вас поместили под домашний арест, выйти из императорского сада - значит идти против имперского указа, даже если Император снова вас защитит, играя против сопротивления императорскому указу... Вы думали о том, что может произойти после?»

«Большое спасибо за напоминание императорского дяди, но сегодня Лин Сяо настаивает на том, чтобы попытаться пойти против Императорской указа!»

Его прежняя рациональность исчезла, и Лин Сяо мог думать только о том, чтобы бежать к Императору и спрашивать, действительно ли он оставался у наложницы Сиань прошлой ночью. Если он действительно вошел в объятия другой женщины сразу после того, как он оставил его…

Эти вопросы душили его в груди, заставляя его чувствовать, как будто на его сердце давил большой каменный блок, тяжелый и болезненный.

Му Сюнин тихо вздохнул, увидев это: «Вы хотите пойти в Имперский кабинет, чтобы увидеть Его Величество?»

Лин Сяо молчал, направление, по которому он шел, вело только к Имперскому кабинету, так что о его намерениях было нетрудно догадаться.

«Но Его Величество не в Императорском кабинете, он во дворце наложницы Сиань». - Му Сюнин, кажется, сказал это случайно, едва улыбаясь.

Тело Лин Сяо стало жестким, переполняющая ярость охватила его, и его тело вздрогнуло, несмотря на контроль. Нить, известная как рациональность в его разуме, полностью порвалась.

Своими горящими глазами он молча повернул в определенном направлении и направился во дворец наложницы Сиань.

Му Сюнин заблокировал его: «Куда ты идешь? Король-Супруг Страны Му любит пить уксус, это уже все знают. Ради вас император заблокировал многих чиновников, вы знаете об этом? И вы даже сейчас пытаетесь открыто противостоять Имперскому указу, вы думали о том, что канцлеры воспримут ваши недостатки как шанс?»

«Увы, как сказать, как сказать!» - С сожалением сказал Лин Сяо: «Если в настоящее время я, Лин Сяо, не могу присвоить Его Величество для себя, то Лин Сяо предпочел бы просто умереть в его руках».

Му Сюнин немного отшатнулся, хотя лично он никогда не видел, насколько опасался смерти Лин Сяо, он слышал об этом раньше. Судя по тому, насколько он решителен, и как он выглядит, как человек, который боится смерти и цепляется за жизнь может выглядеть так?

Он хотел монополизировать Императора...

Му Сюнин слабо улыбнулся, повернулся и схватил Лин Сяо, который пытался пройти мимо него, приложив немного силы, он остановил его.

«Не доставляйте неприятностей Императору», - сказал ему Му Сюнин, его глаза были полны угроз. Лин Сяо инстинктивно почувствовал опасность, он сделал паузу, эта одна пауза позволила Му Сюнину вернуть его на прежнее место.

«Чон'эр будет обижен». - Му Сюнин изменил свое обращение к Императору и наклонился к нему, мрачно говоря это.

Внезапное угнетающее чувство заставило спину Лин Сяо почувствовать себя охлажденным. Хотя человек перед ним явно носил мягкое выражение лица, он заставил Лин Сяо почувствовать угрозу и отступить, на некоторое расстояние между ними.

Му Сюнин засмеялся над его реакцией: «Ваша реакция довольно быстра».

Затем он снова подошел, но вдруг наступил на что-то. Он сделал паузу и посмотрел вниз, это был блок яркого нефрита.

Му Сюнин смотрел безучастно на мгновение, затем наклонился и поднял его. Первое, что он почувствовал, было прекрасное чувство нефрита, немного шокировавшее его, прежде чем на его лице всплыло воспоминание.

Лин Сяо моргнул, ему показалось, что он увидел что-то.

Му Сюнин нежно погладил этот нефритовый кулон и тихо спросил: «Почему он на тебе?»

Кажется, он будто разговаривал сам с собой, и Лин Сяо ответил поджатыми губами: «Император дал мне это, если он не на мне, то должен ли он быть на вас?»

Лин Сяо холодно насмехался над ним и пытался вырвать нефрит назад, но он легко уклонился от него.

Лин Сяо был очень недоволен: «Верни мне его!»

То, как он себя вел, как будто он что-то важное забрал у него, потрясло Му Сюнина. Он спросил: «Это очень важно для вас?»

«И какое это имеет отношение к Имперскому Дяде?» - Лин Сяо горячо насмехался и выхватил его обратно, когда Му Сюнин на мгновение потерял свое внимание, он забрал его обратно в свои руки.

Му Сюнин посмотрел на Лин Сяо, который осторожно сжимал нефрит, и немного испугался, затем он с облегчением улыбнулся.

«Забудь».

Он подошел к поддельной скале и сел: «Подойди, давай поговорим».

«Лин Сяо не имеет ничего общего с Императорским Дядей…»

Лин Сяо не закончил говорить, когда Му Сюнин прервал его: «Его Величество отправился к наложнице Сиань посоветоваться, как распустить гарем».

«……» - Лин Сяо застыл, затем повернулся и посмотрел на него.

Лицо Му Сюнина было спокойным, похоже, он не лгал. Но для того, чтобы Император так быстро пошел на компромисс… Лин Сяо был немного ошеломлен. Он подошел к нему, наполовину сомневаясь в его словах.

«На каком основании вы это говорите?»

«Ха». - Как будто он услышал что-то смешное, он начал сердечно смеяться: «Верите ли вы этому или нет, почему Король-Супруг думает по другому?»

Му Сюнин знал, что сказать ему, его внезапный всплеск доброты был просто для того, чтобы он мог знать об обстоятельствах заранее. Что касается основы, у него не было причин лгать ему.

Как только он осознал это, все его лицо покраснело от гнева.

Он действительно был слишком нетерпеливым и глупым, чтобы задавать такой тупой вопрос.

С его красными щеками и злой внешностью, желая, чтобы он смог просто сделать дыру и похоронить себя, он был похож на хомяка, заставляя других улыбаться.

Му Сюнин непринужденно улыбнулся, этот Лин Сяо действительно был человеком Чон'эра.

Он вздохнул.

«Этот нефрит изначально был моим».

Му Сюнин неожиданно произнес удивительный факт, заставив Лин Сяо внезапно поднять голову.

Он увидел, как Му Сюнин снова приобрел вид будто он что-то вспоминает. Лин Сяо моргнул и молча уставился на него.

Му Сюнин медленно объяснил это: «Когда Чон'эр был молодым, я подарил его ему в качестве подарка на день рождения».

«Чон'эр потерял свою мать, когда он был молодым и воспитывался мной, поэтому он сильно зависел от меня. Но…"

Глаза Му Сюнина стали печальными, когда он сказал: «Какому царскому ребенку не нужно было волноваться, пока он рос? Он может не найти проблем, но проблемы найдут его. Кроме того, Чон'эр всегда был амбициозным ребенком».

«……» - Лин Сяо не знал, что делает этот Императорский Дядя, внезапно рассказывая ему обо всем этом, но его очень интересовало прошлое Императора.

Он неосознанно подошел и сел рядом с ним, серьезно слушая его разговоры об императоре.

Император тоже был наивен когда-то в детстве. Но поскольку за титул Императора им приходилось бороться, а также завоевывать его, у него не было другого выбора, кроме как стать демоном в глазах других людей, который убил своего собственного старшего брата.

У него были большие амбиции, он хотел, чтобы Страна Му стала самой сильной страной, и не только для его поколения, но для веков.

Он был готов приложить все усилия для своих амбиций, гарем был также только одним из инструментов, которые он использовал для власти. Любовь была ничем перед ним.

Так было до тех пор, пока он не встретил Лин Сяо.

Му Сюнин вздохнул с грустью и посмотрел на него: «Я всегда чувствовал, что вы не достойны Чон'эра, но сейчас...»

«Но сейчас?» - Лин Сяо посмотрел на него с угрозой в глазах.

Му Сюнин не обратил никакого внимания на угрозу, которая была на уровне маленького животного, и мягко улыбнулся: «Теперь я чувствую, что это так».

«……» - Лин Сяо нахмурился и уставился на него, он ненавидел то, что он не мог подняться и разорвать его. Этот вид угрозы был довольно освежающим для Му Сюнина, он еще раз посмотрел на него.

Лин Сяо показал зубы: «Хватит говорить глупости! Подхожу я ему или нет, не имеет к вам никакого отношения».

Му Сюнин беспомощно покачал головой: «Сам Чон'эр также знает, в своем сердце, что вы ему не подходите».

«......»

Лин Сяо стиснул зубы, были ли слова, которые сказал Императорский дядя, просто дуновением ветра?!

Лин Сяо нахмурился, он как раз собирался возразить, когда Му Сюнин сказал: «Амбиции Чон'эра состоят в том, чтобы сделать нашу страну самой сильной, в то что в наше время Страну Шао мы смогли легко получить. Но из-за того, что вы выпустили тигра и раздразнили его, это вызвало такие неприятности. Гарем - важный инструмент для его власти, но он распускает его из-за вас. Вы сказали, что вы подходите ему, а теперь скажите мне, что, кроме того, как постепенно идти на компромисс с Чон'эром, как вы можете ему помочь?»

«……» - Лин Сяо замолчал и тщательно обдумал это, он действительно, как сказал Императорский дядя, не сделал ничего, чтобы помочь ему. Он отказался это принимать и искал что-то в своих мыслях, но ничего не мог найти.

Му Сюнин просто усмехнулся: «Не думайте об этом, о вещах, которых у вас нет, независимо от того, что вы об этом думаете, вы ничего не сможете».

Лин Сяо стиснул зубы: «Я ничего не мог раньше, но это не значит, что я ничего не могу сейчас!»

Му Сюнин поднял бровь и с недоверием, сказал: «Тогда я подожду и посмотрю, что будет дальше».

Лин Сяо холодно фыркнул: «Вы так много сказали, пытаясь избежать этого нефрита?»

Лин Сяо держал нефрит в руке, затем посмотрел на Императорского дядю, который держался подальше от взгляда Лин Сяо.

«Я не понимаю».

«У этого нефрита очень интересный слух во дворце. Когда-то Император лично приказал, чтобы никто не трогал его, вы сказали, что именно вы дали его ему, тогда что вы спровоцировали?»

Му Сюнин слегка нахмурился, он не хотел говорить об этом, но некоторое время на него смотрел Лин Сяо, и он, наконец, вздохнул: «Сначала я хотел, чтобы Чон'эр был свободным принцем без препятствий и жил хорошей жизнью. Я не хотел, чтобы он вступал в борьбу за титул Императора».

Пока Му Сюнин говорил, он насмешливо смеялся над собой: «Сначала я думал, что это для его же блага, и встал против него, убеждая его отказаться от звания Императора. Я наивно полагал, что, если он откажется от этого и больше не будет за него бороться, он сможет оставаться не вовлеченным в это».

Сердце Лин Сяо похолодело он был в шоке: «Когда Его Величество боролся за титул, тот, кого вы поддерживали, был не он? Значит, ли, что Его Величество боролся без поддержки?» - Лин Сяо с трудом представлял себе, как Император самостоятельно шел к сегодняшнему дню, какую беспомощность он испытывал тогда.

Сердце Лин Сяо сжалось, и он стиснул зубы, он ненавидел то, что не мог уйти в прошлое и сопровождать Императора.

«В этом аспекте я похож на вас. Я не был хорошим образцом для подражания». - Боль всплыла на лице Му Сюнина.

«Это то, о чем я сожалею больше всего». - Му Сюнин продолжал носить свою печальную внешность, когда говорил это.

«……» - Лин Сяо замолчал.

Для Му Сюнина оставаться живым означало, что Император проявил милосердие, но даже его милость была полна негодования по отношению к этому близкому родственнику, который его воспитал.

Вот почему Император запечатывал этот нефрит на складе и не позволял никому прикасаться к нему.

Лин Сяо слабо вздохнул, хотя поверхность была такой величественной, даже у такого могущественного Императора было прошлое, которого он не мог вынести.

Сердце Лин Сяо чувствовало себя так, словно его укололи миллионы игл, причиняющих ему боль и страдания Императора.

Император никогда не говорит о своих делах, он никогда не рассказывал другим о своем прошлом. Боль и горечь, Император похоронит все это в своем сердце.

Как тот, кто хотел стать его одним и единственным, никогда не слышал сердечных слов от Императора.

Лицо Лин Сяо потемнело.

«Как таковой, теперь вы понимаете, верно? Хотя Чон'эр дорожит вами, он никогда не рассказывает вам об этих вещах. Вы хотите быть его единственным и неповторимым, вы верите, что обладаете всем для этого?» - Слабая улыбка Му Сюнина несла след насмешки.

«……» - Лин Сяо сжал зубы и с трудом отвернулся.

Увидев это, Му Сюнин вяло встал: «То, что нужно было сказать, сказано. Подумайте об этом».

После того, как он произнес свои последние слова , он сложил руки за спиной, готовясь уйти, но Лин Сяо поднял голову и крикнул, чтобы остановить его.

«Имперский дядя!».

Му Сюнин повернулся, чтобы посмотреть на него.

Лин Сяо посмотрел прямо на него, его глаза показывали такую ясность, которую Му Сюнин никогда не видел прежде, он мог видеть ее до глубины человеческого сердца. Такого рода глаза… Тайны в сердце невозможно было скрыть…

«Императорский дядя, вы сказали все это, чтобы Лин Сяо знал свое место. Вы хотите сказать Лин Сяо, что Его Величество не обязательно открыл все его сердце и хотите напомнить Лин Сяо, чтобы он больше думал о Его Величестве. Но не думал о себе».

Му Сюнин начал улыбаться и спокойно сказал: «Поскольку ваши глаза видят все это, вы должны знать, что делать».

Слова Му Сюнина стали еще более грубыми. Лин Сяо ухмыльнулся и встал: «Лин Сяо знает, если бы Лин Сяо знал об этом раньше, Лин Сяо заставил бы Императора разогнать гарем еще раньше».

Лицо Му Сюнина сменилось недовольством от слов Лин Сяо.

Лин Сяо рассмеялся: «Общаться с чиновниками в суде каждый день достаточно утомительно, но ему все равно приходилось иметь дело с наложницами, когда он возвращался в гарем. Тело не может это принять. Он может сосредоточить всю свою энергию на мне, и я займу место всех его наложниц, и буду даже более ценным, чем они».

Такое высокомерие!

Му Сюнин вздохнул, его лицо было полно неверия: «Вы можете сбалансировать власть в суде?»

Лин Сяо покачал головой: «Моя личная сила не в этом».

Му Сюнин покачал головой и не стал спрашивать Лин Сяо, как он собирается заменить весь гарем. Он просто усмехнулся: «Я повторю снова, я подожду и посмотрю что будет дальше».

Лин Сяо знал о неуважении Му Сюнина, ему также не хотелось бороться с ним, поэтому он спокойно сделал жест, прося его уйти.

«Пожалуйста, идите домой и подождите, императорский дядя».

«......»

Когда Му Сюнин увидел, как спокойно и уверенно выглядел Лин Сяо, это напомнило ему о павлине, который расправлял свои перья на хвосте, по-настоящему очаровательно.

Он не мог удержаться от некоторого ожидания, поднял бровь, затем повернулся и ушел.

Перед тем как уйти, он повернул голову назад и рассказал Лин Сяо еще одну новость.

«Я расскажу вам еще одну информацию, наложница Ли была первой, выслана из дворца Императором».

«......»

Император действительно сделал все быстро. Лин Сяо сжал губы.

Поскольку ее выслали из дворца, то наложница Ли не должна быть в опасности. Лин Сяо сумел избавиться от одной заботы.

Он приложил все усилия, чтобы подумать о том, как помочь Императору, хотя он хотел помочь, Лин Сяо знал свои собственные пределы.

Он не понимал политику в суде, его планы и идеи не обязательно были лучше, чем у других чиновников.

Единственное, на что он мог положиться - это чертежи в его уме.

Погрузившись в свои мысли, Лин Сяо сжал губы, повернулся и вернулся в свою комнату.

После этого дня Лин Сяо сидел запертым в своей комнате пять-шесть дней.

Последние пять-шесть дней император не приходил и не вспоминал о домашнем аресте Лин Сяо.

Но Лан Вэй пришел один раз и снова ушел, когда увидел, что Лин Сяо все еще жив.

До этого дня Лан Вэй приносил с собой новости.

Император действительно распустил гарем.

Когда Лин Сяо узнал о новостях, он не чувствовал себя уже таким счастливым.

Император не пришел к нему, не пришел поговорить с ним об этом, он даже не вспомнил о домашнем аресте и просто разогнал гарем.

Лин Сяо действительно не знал, о чем думает Император, но он задавался вопросом, пытается ли Император вытащить его таким образом из этой ситуации.

Он хотел, чтобы роспуск гарема не был связан с ним, так что, даже если в суде есть люди против него, он не затянет его в это…

«Ты не счастлив? Разве это не то, что ты хотел?» - спросил Лан Вэй увидев его мрачное лицо и подошел к нему.

Лин Сяо слабо нахмурился и вздохнул: «Его Величество… Какое оправдание он использовал для роспуска гарема?»

«Он вспомнил о покойном императоре, который сказал, что не может быть рядом с женщинами».

«……» - Как и следовало ожидать по такой причине, все наложницы в гареме были высланы, но он, наложница-мужчина, все еще оставался.

«Лин Сяо, я никогда не думал, что он действительно распустит гарем ради тебя». - Лан Вэй посмотрел на него сложным взглядом.

«Амбиции императора – это укрепить нашу страну, но для вас…»

Лан Вэй заставил себя улыбнуться: «Его чувства действительно глубоки к тебе».

«Я знаю», - ответил Лин Сяо, очевидно, его лицо выражало гордость за то, что его любили. Он был как котенок, получивший укрытие от хозяина, настолько гордый, что у других чесались зубы.

Он чувствовал, что тот был настолько восхитителен, что ненавидел это за то, что он не мог просто обнять и погладить его волосы...

Лан Вэй отвел взгляд от Лин Сяо.

Ему было все равно, какая сторона потеряла все, император был лучшим выбором для Лин Сяо.

Лан Вэй поджал губы, затем с облегчением улыбнулся.

«Я думаю, я не приду сюда снова в будущем».

Лин Сяо поднял глаза, чтобы взглянуть на него: «Я не просил тебя быть джентльменом на крыше». (то есть, вором)

Лан Вэй знал, что Лин Сяо не понимает, что он имеет в виду, и беспомощно улыбнулся: «Обращайся с Императором хорошо, берегите друг друга. Король-Супруг». - Лан Вэй внезапно серьезно назвал Лин Сяо по званию.

Лин Сяо почесал голову, он немного не привык к этому. Он хотел сказать Лан Вэю, чтобы он называл его Лин Сяо, но он увидел, как Лан Вэй уже покинул комнату через окно, прежде чем он смог что-либо проговорить.

Лин Сяо сжал губы, ему было уже все равно.

Его чертежи были почти закончены, это были чертежи ручного станка, которые он видел раньше в современную эпоху, и рисовали их, основываясь на памяти.

Хотя он не мог гарантировать, что это было на сто процентов правильно, от восьмидесяти до девяноста процентов тоже было достаточно. Его память всегда была довольно хорошей.

После того, как он их нарисовал, он мог отдать их людям из Министерства труда.Они бы их исследовали, Лин Сяо считал, что им будет не так сложно их сделать.

Он погрузился в рисование еще на два дня, к тому времени Лин Сяо уже закончил рисовать. Император все еще был пропавшим без вести.

Лин Сяо знал, что для того, чтобы расформировать гарем, потребовались некоторые отступления, поэтому Император не приходил к нему.

Но он охотнее верил, что Император все еще злился на него.

Лин Сяо знал, что он не прав, поэтому терпеливо ждал еще два дня. Однако Император все еще не приходил

Как будто он забыл о Лин Сяо.

Лин Сяо был так зол, что начал стискивать зубы. Он ненавидел то, что не мог побежать к нему и покусать его несколько раз, но пока он все еще послушно оставался в комнате.

«Ан Сян, позови Императора. Скажи ему если он не придет то я умру».

«……» - Ан Сян посмотрела на то, как Лин Сяо стиснул зубы, и заставила себя улыбнуться: «Молодой мастер, пожалуйста, терпеливо подождите. Когда придет время, Мастер естественно придет. Если вы так соврете ему, он разозлится».

«Кто сказал, что я собирался ему лгать?» - Лин Сяо улыбнулся Ан Сян и достал из рукава кинжал, прижимая его к шее, и угрожая ей сказал: «Я не играю».

«Молодой мастер!» - Ан Сян была сильно встревожена и подошла вперед, желая забрать кинжал, но Лин Сяо посмотрела на нее и вернулся на свое первоначальное место.

«Молодой мастер, вы…»

«Иди!» - Прервал ее Лин Сяо.

Ан Сян прикусила губу, топнула ногой и выбежала.

Вскоре он увидел, как Император прибыл к нему с группой евнухов.

Лин Сяо красиво улыбнулся, глядя на Императора.

Император посмотрел на Лин Сяо, который, похоже, некоторое время ждал его, затем повернулся к Ан Сян, которая уже опустился на колени и опасно прищурился: «Ты солгала нам!»

Лин Сяо слабо улыбнулся и пошел вперед, не беспокоясь о низком давлении, которое Император издавал и вздохнул: «Лин Сяо не смеет лгать Вашему Величеству. Если вы не придете, Лин Сяо действительно умрет. Я умру от тоски, я умру от разбитого сердца». - Лин Сяо прямо прошептал эти слова на ухо Императору.

Его трогательные слова несли в себе немного сопротивления, выдыхая теплый воздух, который притягивал жажду Императора.

Лин Сяо мягко улыбнулся, красивый изгиб был на его лице, которое сияло в глазах Императора и наполняло его.

«Ты соблазняешь Нас?» - спросил холодно Император держа подбородок Лин Сяо.

Император не сдерживал своих слов, когда говорил с Лин Сяо, независимо от того, был ли это танец тогда, или после того, как он потерял сознание от дразнений, Лин Сяо всегда носил застенчивый и смущенный вид.

Но прямо сейчас он спокойно противостоял Императору, даже если его лицо было багровым, он не проявлял никаких признаков отступления в страхе.

«Тогда Ваше Величество не примет соблазнение Лин Сяо?»

Пока Лин Сяо говорил, его взгляд блуждал по телу Императора, явно приглашая его.

Такое наглое поведение очаровало и околдовало его, его рука стала сжимать его талию, когда его взгляд постепенно потемнел.

Он махнул рукой, чтобы все остальные ушли, затем привел Лин Сяо к кровати, его безумный поцелуй нес его тоску, охватившую и Лин Сяо. Лин Сяо тихо вскрикнул, и его рука скользнула к шее Императора.

«Мнн… Аааа… Ваше… Ваше Величество…»

Лин Сяо тихо застонал, поглаживая кожу Императора, когда он поцеловал его в грудь, заколдованный, слегка касаясь его кожи, словно он был сокровищем.

Император сделал паузу, и Лин Сяо поменял свои позиции, так что он был тем, кто придавил Императора вниз.

Император смотрел безучастно, затем нахмурился, начиная бороться, поскольку ему не нравилась эта поза.

Лин Сяо сел на талию Императора, не давая ему двигаться, и он сладко улыбнулся: «Нет, Ваше Величество, не двигайтесь».

Он наклонился, вытянул свой красный язык и облизнул его грудь, слегка соленый пот вместе с мужским ароматом мужчины захватили вкусовую рецептуру Лин Сяо.

Лин Сяо тихо застонал и впервые заметил, что они оба мужчины, но грудь Императора действительно была восхитительной.

Как будто он никак не мог удовлетворить себя, его поцелуй за поцелуем приземлялись на тело императора, медленно двигаясь вверх, пока он, наконец-то, не оказался у рта Императора и не запутался с ним языком.

Поцелуй очаровал его, тело Лин Сяо ослабло, и Император обнял его, а затем прижал к себе. Лин Сяо, несмотря на это, старался сохранять ясность и толкнул Императора вниз: «Ваше Величество… На этот раз, пусть Лин Сяо послужит вам…»

Он поддерживал свое мягкое тело, на теле Императора, поскольку место, которое было только что исцелено, слегка терлось о впечатляющую вещь Императора.

Пока Император, наконец-то, не издал звук освобождения, Лин Сяо тоже последовал за ним. Он предался этому и вздохнул от удовольствия.

Пот на лбу увлажнил волосы Лин Сяо. Как будто он совершил что-то очень важное, он обмяк на теле Императора и тихо сказал: «Ваше Величество, поскольку вы теперь человек Лин Сяо, и разогнали гарем для Лин Сяо, тогда Лин Сяо будет использовать это в качестве обмена.»

Когда он не заметил, но в руке Лин Сяо была дополнительная железная коробка. Эта коробка, казалось, была приготовлена давно, на ней была даже красная шелковая ткань.

Император протянул руку и взял ее, с любопытством открывая. Внутри были слои и слои чертежей.

Император лишь одним взглядом осознал ценность этого проекта. Он поднял бровь на Лин Сяо, очень беспечно говоря ему: «Это считается большой заслугой».

«По сравнению с гаремом Вашего Величества…?»

«Гораздо больше, чем он», - ответил Император.

Лин Сяо улыбнулся: «Это хорошо, Лин Сяо помог вам. Не волнуйтесь, после того, как завтра вы снимите запрет для Лин Сяо, Лин Сяо отправится в министерство работ и воплотит в жизнь все что на бумаге».

«Как ты… Внезапно стал таким близким?» - Император помог Лин Сяо сесть, обхватив его ногами за талию, позволив им стать еще ближе.

«Ах…» - Лин Сяо едва задохнулся и застонал, довольно рассеянно говоря: «Разве Лин Сяо не всегда был достаточно близок? Разве я не всегда служил Вашему Величеству покорно и раньше?»

Император немного подумал и ответил: «Это правда».

Лин Сяо был недоволен и укусил Императора за плечо.

Почувствовав боль, он нахмурился и перевернул Лин Сяо, чтобы надавить на него, а затем внезапно заметил слабый шрам на шее.

Он замер и нежно погладил шею Лин Сяо, который немного отшатнулся в ответ.

Выражение лица Императора потемнело, и он снова погладил его шею, неуверенно спрашивая: «Ты… Винишь Нас?»

«Похоже ли, что сейчас Лин Сяо обвиняет Ваше Величество?» - спросил Лин Сяо в ответ.

Император тихо посмеялся над тем, что он услышал, наблюдая за Лин Сяо.

Как осьминог, он крепко держался за него и смотрел своим малиновым лицом и размытыми глазами. Его талия смутно двигалась и все еще была поглощена их нынешним сексуальным опытом, это заставляло Императора чувствовать, что он не выполняет свою роль.

Как только он подумал об этом, Император выкинул все мысли из головы и продолжил кататься с Лин Сяо в постели.

Конец.

Экстра - Беспокойство Му Сюнинна

Пять лет спустя страна Му стала еще сильнее.

Министерство Работ и Лин Сяо работали вместе и производили машины для бросания валунов, пушки и другие вещи, которые этот мир никогда раньше не видел. Эти вещи распространились по всей армии и широко использовались.

Страна будет страной совершенно несравнимой с другим в течение ста лет и более, если будет использовать это оружия.

Лин Сяо исполнил своё обещание, и его ценность была сопоставима всему гарему.

Му Сюнин наблюдал за достижением Лин Сяо, и его удивление медленно превращалось в восхищение.

Му Сюнин действительно чувствовал, что у Императора есть проницательность, чтобы найти среди этого бескрайнего моря людей такое живое сокровище, как Лин Сяо.

Наблюдая за двумя влюбленными, Страна Му была на правильном пути, однако у Му Сюнина было еще одно беспокойство.

Лин Сяо был мужчиной, и он не может родить ребенка.

А Страна Му не может обойтись без принца.

«Лорд Императрица, Лорд Императрица, король снова здесь». - Служанка Сяо Мэй громко крикнула и доложила ему.

Лин Сяо вяло лежал на диване, наслаждаясь солнцем. Когда он услышал ее, его уютное лицо стало горьким.

Император и он были вместе в течение пяти лет. Три года назад, после того, как он закончил производство пушки, Император повысил его звание до лорда Императрицы, и с тех пор Император и он стали официальными лицами на равных правах. Даже на собрании Император и он также сидели вместе на императорском троне.

За эти пять лет в Стране Му была хорошая погода для посева, вещи, которые он исследовал, также постепенно превращались в связанные с едой одно за другим. Страна Му была далеко впереди по сравнению с другими династиями.

Но как только придут приятные дни, всегда найдется кто-то, кому нравится страдать от боли в шее.

Самым старательным из тех, кого никто не мог превзойти, был этот король Му Сюнин.

Пять лет назад Император сработал быстро и использовал оправдание, что он не сможет быть рядом с женщинами до конца своей жизни, и распустил гарем. В настоящее время король все еще бегал к императору, чтобы сказать ему, что у него должен быть ребенок.

Он -мужчина, Император -мужчина. Как бы они родили ребенка?!

Разве он не косвенно говорит Императору, чтобы он снова принимал наложниц?!

Оставляя в стороне оправдание, которое все еще оставалось эффективным даже пять лет спустя, Лин Сяо никогда не позволит Императору получить наложниц!

Но этот Му Сюнин не посмел больше упоминать об этом Императору, поэтому он всегда прибегал к тому месту, где находился Лин Сяо, чтобы беспокоить его, заставляя Лин Сяо чувствовать себя очень раздраженным.

С горьким лицом Лин Сяо сжал зубы и начал сопротивляется: «Ты меня не видела, заставь его уйти!»

«Лорд Императрица... Уже слишком поздно», - с горечью сказала Сяо Мэй, и вскоре после этого раздался счастливый голос.

«Лорд Императрица чувствует, что король раздражает вас».

Лин Сяо посмотрел на Му Сюнина, одетого в гражданскую одежду, и так злился, что зубы чесались. Он посмотрел на Му Сюнина и фальшиво сказал: «Как такое может быть? Императорский дядя, вы единственный родственник Императора. Хотя вы и Император раньше противостояли друг другу, Император - человек с высоким моральным статусом и не помнит оскорблений человека с низким нравственным уровнем. Он вернул вам вашу свободу ходить по дворцу, и множество других привилегий, при этом Лин Сяо не смеет игнорировать вас».

Лин Сяо сознательно ткнул в больную мозоль Му Сюнина, лицо которого стало жестким, а брови подергивались, когда на его лице появилась улыбка, которая не отвечала его чувствам, он сказал: «Думал ли Лорд Императрица о том, что говорил этот король ранее? Император также хочет ребенка, но если вы не хотите, чтобы Император получил наложницу, вы можете просто найти женщину, которая придет и попросите ее просто родить ребенка…»

«Ни за что!» - Лин Сяо даже думать об этом не хотел и прервал Му Сюнина: «Вместо того, чтобы думать о женщине которая придет. Вам лучше подумать о том, как увеличить мой живот».

Лин Сяо был толстокожим и указал на свой живот, рот Му Сюнина дернулся: «Вы мужчина, как может ваш живот стать больше».

«Тогда у нас нет другого пути». - Лин Сяо пожал плечами.

Лицо Му Сюнина стало жестким, и Лин Сяо воспользовался шансом, пока его чувства не вернулись к нему, он воскликнул: «Сяо Мэй, Императорский дядя устал, проводи его назад, чтобы он отдохнул».

«Слушаюсь». - Сяо Мэй появилась перед Му Сюнином, который открыл рот, желая что-то сказать. Но его нижняя губа лишь немного сдвинулась, прежде чем он наконец вздохнул и, бросив рукав, ушел.

Лин Сяо вздохнул.

Все говорили, что с «тестем» и «свекровью» трудно иметь дело. Теперь, когда он встретил Му Сюнина, Лин Сяо почувствовал, что то, о чем они говорили, было слишком правильным!

У Императора не было времени, но он был настолько сжат, что был похож на обезьяну.

Ночью император прибыл к нему и, увидев несчастное лицо Лин Сяо, остановился, подошел к нему и спросил: «Что случилось? Кто сделал тебя несчастным?»

«……» - Лин Сяо молчал, хотя император дал Му Сюнину много великих привилегий, но он не хотел, чтобы его упоминали. Поэтому, несмотря на то, что Му Сюнин продолжал беспокоить Лин Сяо, он никогда не боролся с ним перед Императором.

Лин Сяо догадывался, что Император знает об этом, но просто не хочет иметь дело с Императорским Дядей.

Но он был действительно в конце своего терпения, всякий раз, когда у Му Сюнина было время, он ловил его и заставлял его учиться. Он так много изучал, что даже его уши образовывали мозоль.

Лин Сяо поджал губы, обдумывая это: «Ваше Величество, я знаю, вам не нравится, когда императорский дядя воспитывает, но он… Всегда…»

Император замер, он понял жалобу Лин Сяо. С легкой улыбкой он прервал слова Лин Сяо: «Мы кое-что устроим завтра, так что будь спокоен».

«Мм…», - мягко ответил Лин Сяо и наклонился, чтобы поцеловать Императора в лицо.

Император слегка вздрогнул и хриплым голосом спросил: «Только там? Как насчет здесь?»

Император указал на свои губы, из-за чего Лин Сяо слегка покраснел. Взглянув, он быстро чмокнул Императора в губы.

Император недовольно посмотрел на Лин Сяо, затем пошел ближе и горячо поцеловал его.

*****

После той ночи Имперский Дядя действительно больше не беспокоил Лин Сяо.

Вскоре после этого события он услышал, что Император организовал брак для Му Сюнина, и в этом браке было одно условие: у Му Сюнина должен быть сын в течение одного года.

Год спустя у Страны Му появился наследный принц.

Страница книги Контратака пушечного мяса в интернете

Table of Contents

Глава 1 - Возрождение в опасном месте

Глава 2 - Новое начало

Глава 3 - Начало контратаки

Глава 4 - Отказ от того, чтобы быть пушечным мясом

Глава 5 - Лицо Мо Ци (1)

Глава 6 - Лицо Мо Ци (2)

Глава 7 - Лицо, дарующее процветание дому премьер-министра

Глава 8 - Определение плана (I)

Глава 9 - Определение плана (II)

Глава 10 - Обнимая золотое бедро

Глава 11 - План в моей голове

Глава 12 - Сахар для меда

Глава 13 - Неожиданный контрудар

Глава 14 - Достичь маленькой вершины

Глава 15 - Месть начинается

Глава 16 - Небольшое наказание

Глава 17 - Удачный удар

Глава 18 - Лицо Лан Вэя

Глава 19 - Начинаем мстить

Глава 20 - Нужно увидеть Императора

Глава 21 - Неожиданно нежный

Глава 22 - Опасность Опасность

Глава 23 - На малой вершине

Глава 24 - План Возмездия

Глава 25 - Вызывающее письмо

Глава 26 - Первая Супруга

Глава 27 - Канун ветра и дождя

Глава 28 - Мо Ци потеряла силу

Глава 29 - Соблазнительный танец

Глава 30 - Создание другого плана

Глава 31 - Когда тебя любят

Глава 32 - Премьер-министр потерял власть

Глава 33 - Отомстить и стереть обиду

Глава 34 - Подобно взрыву

Глава 35 - Ублюдок

Глава 36 - Нуждается в благочестивом помощнике

Глава 37 - Снова интриги

Глава 38 - Смерть Мо Ци

Глава 39 - Секрет разоблачен

Глава 40 - Приглашение Императора

Глава 41 - Кризисный момент

Глава 42 - Чаша вина

Глава 43 - Видеть сквозь уловку

Глава 44 - Быть честным и открытым

Глава 45 - Покидая Дворец

Глава 46 - Перевозка

Глава 47 - Первый король-супруг

Глава 48 - Душа умершего еще не рассеялась

Глава 49 - Ударить в грязь лицо Мо Ци

Глава 50 - Начало изучения боевых искусств

Глава 51 - Бесконечный демон

Глава 52 - Удар по лицу Фу Шанцзюня (1)

Глава 53 - Удар по лицу Фу Шанцзюня (2)

Глава 54 - Раздел с большим количеством слов

Глава 55 - Кризис после кризиса

Глава 56 - Очень Интеллектуальный

Глава 57 - Тот, кто дергает за ниточки

Глава 58 - Император прогнулся

Глава 59 - Прощение и терпимость

Глава 60 - Прощай, Лан Вэй

Глава 61 - Сильнейшая страна

Глава 62 - Откровенно разобраться с этим

Глава 63 - Король-Супруг возвращается во дворец

Глава 64 - Быстро поднимаясь к славе

Глава 65 - Пожинать ненависть

Глава 66 - Наполнение любовью (1)

Глава 67 - Наполнение любовью (2)

Глава 68 - Наполнение любовью (3)

Глава 69 - Наполнение любовью (4)

Глава 70 - Удар по лицу высокопоставленного чиновника Министерства назначений

Глава 71 - Роспуск гарема (Конец)

Экстра - Беспокойство Му Сюнинна

О книге