Глава 1. Борьба

Прозвенел звонок. Когда учитель ушел, ученики собрали свои вещи и один за другим покинули класс. Линь Лян еще раз просмотрел только что написанный проект, чтобы убедиться, что все в порядке, прежде чем закрыть ноутбук и положить его в рюкзак.

В это время в классе больше не было учеников, и Ян Тяньюй, который также записался на этот факультативный курс, подошел, положил руку на плечо Линь Ляна и спросил: "Чем ты занят? Ты сидел здесь и стучал по компьютеру весь урок."

Линь Лян сурово нахмурился, убрал руку и встал: "Ничего, у меня есть кое-какая работа," - сказав это, он вышел из класса с рюкзаком за спиной.

Ян Тяньюй погнался за ним: "Почему ты так изменился в последнее время? Ты даже в бар с нами больше не ходишь."

"Внезапно я почувствовал что такая жизнь совершено бессмысленна". Вежливо ответил Линь Лян. На прошлой неделе он обнаружил, что переселился в садистский роман, который он прочитал, и стал самым трагическим пушечным мясом в книге с тем же именем что и у него.

Линь Лян в оригинальной книге противостоит своему брату Линь И и другому главному герою, Вэнь Юцину. В конце концов Вэнь Юцин удачно женился, украл компанию Линя, и тайно продал её деловым конкурентам. Линь И, в порыве гнева, выгнал первоначального владельца из семьи Линь.

После того, как он был исключен из семьи Линь, Вэнь Юцин подговорил друзей первоначального владельца подсыпать наркотики в его напиток. Страдающий от наркотического опьянения, первоначальный владелец тела был замучен жестоким стариком, которому продали его друзья-лисы. Когда он протрезвел, то сбежал с виллы старика. Скрываясь от возможной погони со стороны его людей, он прямо выбежал на дорогу и был сбит машиной, затем его переехала ещё дюжина машин, это была трагическая смерть.

И лиса-друг, который тайно подсыпал наркотики в напиток первоначального владельца! Это был Ян Тяньюй, который теперь следовал за Линь Ляном и пытался приблизиться к нему.

"Ты собираешься домой? У меня нет занятий во второй половине дня, пойдем вместе!"

Линь Лян проигнорировал его и продолжил идти к выходу из школы. Когда он добрался до светофора на дороге, Ян Тяньюй внезапно потянул его за рукав: "Не сворачивай на главную дорогу, будет быстрее пройти через парк."

Линь Лян был ошеломлен на несколько секунд, а затем серьезно осмотрел Ян Тяньюя. Ян Тяньюй не избегал его взгляда, и улыбался ему, можно сказать, что у него очень высокая эмоциональная устойчивость. Эта собачья нога имеющая другую кость*.

(* Китайское выражение, обозначающее - Приспешник имеющий другого хозяина)

В итоге Линь Лян не стал его разоблачать и последовал за ним через парк. Он решил посмотреть, какую шутку сыграет с ним Ян Тяньюй средь бела дня. Жизнь так скучна, так почему бы не позволить им позабавить вас, раз кто-то сам идет к вашей двери, не жалея себя.

Вскоре после того, как Линь Лян вошел в лес, он был остановлен человеком стоявшим перед ним, это был Линь Хао, он младший сын старшего дяди семьи Линь, всего на несколько месяцев старше Линь Ляна. У этого человека дешевый рот и он любит хвастаться, с детства его всегда бил первоначальный владелец.

Линь Хао остановился посреди дорожки и поднял подбородок: "Принеси извинения своей кузине, иначе ты не выйдешь отсюда сегодня."

Позади него Чжан Шусюэ нервно трясла Линь Хао за рукав и умоляла: "Брат, давай вернёмся! Мы не можем позволить себе связываться с ним, разве мы не можем просто избегать его? Это нормально, что меня немного обидели."

Линь Хао демонстративно вырвался из рук Чжан Шусюэ: "Ты так же член семьи Линь, почему он должен издеваться над тобой". Сказав это, он свирепо посмотрел на Линь Ляна: "Сопляк, ты собираешься извиниться или нет?"

Не дожидаясь ответа Линь Ляна, Линь Хао хлопнул в ладоши, и из-за деревьев появилась дюжина членов банды с деревянными палками. Они постепенно окружили Линь Ляна и Ян Тяньюя.

Ян Тяньюй сделал вид, что собрался с силами: "Линь Лян, почему ты снова издевался над своей кузиной? Твоя двоюродная сестра уже здесь, так что теперь ты можешь просто извиниться перед ней! Девушек легко уговорить двумя предложениями."

Линь Лян холодно посмотрел на них троих, когда они пели друг за другом в гармонии. Чжан Шусюэ - дочь невестки Линя, на два года младше Линь Ляна, и сейчас она учится на втором курсе средней школы. Ее внешность выглядит спокойной и милой, но на самом деле она шлюха.

"Она облила меня краской рано утром, и ты говоришь мне, что я должен извиниться перед ней?" - с усмешкой спросил Линь Лян.

"Я рисовала в саду этим утром, и я хорошо поработала в живописи, кто сказал тебе идти ко мне рано утром без дела", - возразила Чжан Шусюэ с красными глазами, как будто она перенесла большую обиду.

Чжан Тяньюй увидел Чжан Шусюэ обиженной и убитой горем: "Линь Лян, ты извинишься! Какой смысл заставлять девушку плакать?"

Линь Лян резко повернулся к Ян Тяньюю, который виновато отвел глаза. На самом деле Ян Тяньюю давно нравилась Чжан Шусюэ, только первоначальный владелец был так глуп что не замечал очевидного, и поэтому все это время чувствовал себя таким несчастным.

Линь Хао холодно фыркнул: "Хорошо, довольно упрямо, не хочешь извиняться? В таком случае я буду бить тебя сегодня до тех пор, пока ты не сдашься."

Окружившие их панки с палками, потрясая оружием в руках, ухмыльнулись и направились к Линь Ляну. Ян Тяньюй, боясь, что ему причинят боль, поспешно бросил: "Будь осторожен!", а затем выскользнул из круга и спрятался за деревом.

Линь Лян нахмурился, дерется он на самом деле не очень, но первоначальный владелец был хорош, и очень хорош. Он с самого начала был известен как школьный хулиган и талантливый боец, он профессионально побеждал Линь Хао более десяти лет.

Линь Лян достал из рюкзака девятисекционный хлыст и, бросив рюкзак на землю, злобно ударил прямо в лицо нескольких бандитов, это было так больно, что они оскалили зубы и разинули рты.

Гангстеры окончательно разъярились, покрепче схватились за палки и бросились к нему. Увидев, что бейсбольная бита нацелена ему в голову, Линь Лян схватил противника за руку, а затем ударил по точкам акупунктуры между его бицепсами, его оппонент громко закричал от боли, и бейсбольная бита мгновенно упала на землю. Затем Линь Лян ударил другую сторону ногой в живот, гангстер остался лежать на земле наполовину парализованным, казалось, он не сможет встать ещё полдня.

Линь Лян быстр, точен и безжалостен, он использовал память первоначального владельца и его знания об акупунктурных точках в человеческом теле. Он попадал в точки очень точно, и всего через десять минут все гангстеры лежали на земле и выли.

Линь Хао увидел, что ситуация была неправильной, и потянул Чжан Шусюэ, чтобы убежать, Линь Лян прямо схватил бейсбольную биту одного из гангстеров и бросил ее в него. Бейсбольная бита полетела и ударила Линь Хао по голове, заставив его упасть и съесть дерьмо. Чжан Шусюэ была в ужасе и в слезах убежала, чтобы спрятаться за деревом.

Линь Лян подошел, бесцеремонно наступил на тело Линь Хао и начал избивать его. Он не бил его по лицу, если бьешь по лицу, значит, ты не настоящий мужчина. Лицо не так важно, как тело. Ах, в конце концов, в современном обществе технологии пластической хирургии так развиты. Умный человек никогда не будет жадным до лица, он будет жадным до тела!.

Жестоко побив Линь Хао, Линь Лян вспотел, рано утром у него уже было плохое настроение, потому что Линь Шусюэ облила его краской. Теперь, когда он излил все свои негативные эмоции на Линь Хао, то действительно подобрел.

Линь Хао, которого избили в месиво, плакал и катался по земле, как извивающаяся гусеница, у него больше не было сил открывать рот.

Линь Лян достал из рюкзака веревку. Стоит сказать, что рюкзак первоначального владельца действительно волшебный, набитый всевозможными боевыми предметами, очень практичный.

Линь Лян раздел Линь Хао! Свет, проникающий сквозь деревья, упал на его тело, показав даже самые укромные части. Линь Лян посмотрел в глаза Линь Хао и покачал головой. В этот момент одежда Линь Хао воспламенилась от зажигалки в руках Линь Ляо. Гангстеры бросили на него испуганные взгляды, словно на самого дьявола, ведь он сжег всю одежду Линь Хао не оставив даже нижнего белья.

Линь Хао разозлился еще больше, почувствовав запах гари и зло сплюнул, проклиная Линь Ляна и всех его предков, забыв об их непосредственном родстве. Линь Лян посмотрел на него с жалостью и молча прочел в своем сердце великую мантру сострадания.

Девятисекционный хлыст

Глава 2. Встреча

Улица за западными воротами университета относительно тихая, по ней проезжает мало машин, и с обеих сторон затенена деревьями. Линь Лян стоял под камфорным деревом*, ожидая прибытия автобуса. На него падал дневной солнечный свет, делая его еще более ослепительным и очаровательным.

Напротив Линь Ляна припарковалась черная машина ограниченной серии. Сидя на заднем сиденье Гу Хэншенг, ожидая своего двоюродного брата, скучающе оглянулся вокруг и сразу же был привлечен мальчиком через улицу.

Паренек, стоявший под палящим солнцем, был одет в голубую рубашку поверх белой футболки, и в белые брюки, испачканные пятнами темно-красной крови. Он был так красив, даже почти идеален. В уголке его губ виднелся небольшой синяк, очевидно, он только что подрался.

Мальчик купался в золотистом солнечном свете, у него был чистый темперамент, как у ангела, а маленькое пятно крови создавало загадочную атмосферу. Обычно холодное лицо Гу Хэншенга треснуло, обнажив скрытую улыбку.

Он видел и других красавиц, чистых, очаровательных и кокетливых, но никогда не бросал на них ни единого взгляда. Но в этот раз он впервые обратил на кого-то внимание.

Он не любил невинность, его идеалом было противоречие между чистой внешностью и характером.

Гу Хэншенг, сидевший в машине, всего лишь на мгновение моргнул, и мальчик на другой стороне улицы исчез. Словно то, что он видел ранее, было призрачным наваждением. Редкая улыбка исчезла, сменившись ледяным выражением, словно тысячелетний айсберг, такое же неуязвимое и безупречное.

Линь Лян прибыл в штаб-квартиру MS на такси, которое он вызвал с помощью приложения. Он вышел из машины и увидел, что секретарь Фан Яо смотрит на него с удивлением.

Секретарь вероятно подумал, что он был единственным боссом у которого хватило ума взять такси, чтобы поехать на работу.

"Все ли члены руководства здесь?" Это было первое, что сказал Линь Лян, выйдя из машины. Сегодня у него была первая встреча с руководящим составом с тех пор, как он официально возглавил эту компанию после смерти матери первоначального владельца, и по этой причине он придавал ей большое значение.

Фан Яо последовал за Линь Ляном в компанию и сказал: "Директор по дизайну Цинь Цун и менеджер по маркетингу Чэнь Хуань не пришли."

Линь Лян вошел в лифт с мрачным видом, за ним последовал Фан Яо, атмосфера в лифте казалась удушливой, Фан Яо мог чувствовать низкое давление воздуха, возникшее из-за Линь Ляна, стоявшего с закрытыми глазами. Стиснув зубы он сказал с напряжением: "Директор Цинь сообщил, что он проверяет ткань на пригородной фабрике, поэтому он не сможет присутствовать во время собрания. У менеджера Чена проблема с одним из наших важных клиентов, поэтому он должен заняться её решением."

Линь Лян холодно усмехнулся, вышел из лифта и напрвился в конференц-зал с яростной аурой.

Увидев входящего Линь Ляна, вице-президент MS Ся Юньхань поприветствовала его с улыбкой: "Сяо Лян, ты наконец-то здесь, не нервничай из-за первой встречи и не бойся ошибиться, тетя Ся будет здесь, чтобы помочь и направить тебя". У нее был вид доброжелательного старшего.

Линь Лян ответил ей слабой улыбкой, но улыбка, которую он подарил, не коснулась его глаз. Ся Юньхань - лучшая подруга Чэн Вань, матери первоначального владельца тела. Чэн Вань - модельер, а Ся Юньхань - дизайнер ювелирных изделий. Они обе получили международные награды. Но Чэн Вань, будучи преемницей семьи Линь, получала ее поддержку и, более того, в ее руках было гораздо больше денег, чем у Ся Юньхань. Таким образом, номинально эта компания была соучредителем двух девушек, которые являлись подругами, но на самом деле в этой компании Чен Вань владела 90% акций, а Ся Юньхань - только 5% акций.

На прошлой неделе Чен Вань и ее муж погибли в автомобильной катастрофе во время поездки за границу. Линь Лян унаследовал все имущество Чен Ваньшэна, включая эту компанию.

Линь Лян бросил черный рюкзак ограниченного тиража на стол для совещаний. Острый взгляд скользнул по лицам сидевших руководителей. Его взгляд был такими яростным, как пролетающие мимо огни, что вызвало у них необъяснимую панику и беспокойство.

Трудно представить, что такой аурой обладает мальчик, которому только что исполнилось восемнадцать.

"Фан Яо, закрой дверь. Тем, кто не пришел на собрание, отныне не нужно будет являться сюда", - этой фразой он сразу же заставил сидевших руководителей перевести дух.

"Сяо Лян, не будь слишком импульсивным. Директор Цинь и менеджер Чэнь не смогли приехать только из-за определенных обстоятельств, и они уже попросили у меня отглул", - попыталась убедить его Ся Юньхань.

"Моя секретарша уведомила всех о сегодняшней встрече три дня назад, а не три часа." Линь Лян слегка улыбнулся, посмотрел в глаза Ся Юньхань и сказал: "Вы все думаете что меня легко обмануть потому что я молод, однако, советую всем отбросить подобные мысли, пока не стало слишком поздно."

Его было не так легко запугать, как первоначального владельца. В оригинальной книге Ся Юньхань и Цинь Цун уже давно объединились, чтобы поставить его в неловкое положение. После смерти Чэн Вань первоначальный владелец не знал, как управлять компанией, и предоставил Ся Юньхань полную власть над ней. Ся Юньхань создала поддельные личности и счета, чтобы тайно забрать деньги у компании, и в течение двух лет разорила MS. Пара использовала деньги, отнятые у MS, чтобы основать идентичную компанию, и, наконец, украла у MS сотрудников и ресурсы. Эта пара собак наступила на первоначального владельца, чтобы жить счастливой жизнью, точно так же, как фазан становится фениксом.

"Они виноваты, но не до такой степени, чтобы их увольнять, достаточно приостановки месячной зарплаты в качестве предупреждения". Ся Юньхань продолжила прояснять ситуацию .

Но Линь Лян проигнорировал ее. "С сегодняшнего дня главный дизайнер Вэнь Си будет повышен до директора по дизайну." Вэнь Си - одноклассник Чэн Вань и единственный дизайнер в оригинальной книге, который упорствовал до тех пор, пока MS не была разорена Ся Юньхань и не закрылась.

Вэнь Си взволнованно посмотрел на Линь Ляна, его глаза сияли. Его профессионализм и опыт значительно превышают таковые у Цинь Цуна, но из-за Ся Юньхань он притеснял его. На самом деле Вэнь Си был очень недоволен.

Линь Лян ободряюще улыбнулся Вэнь Си и спросил Фан Яо: "Вы распечатали бизнес-план, который я вам послал?"

Фан Яо и другие помощники Линь Ляна раздали распечатки плана всем присутствующим, и таким образом собрание официально началось.

Встреча была разделена на две части, первая часть посвящена обсуждению будущего направления развития компании. MS-это высококлассный индивидуальный бренд с предприятиями по всему миру. Но у него была только высококачественная кастомизация, востребованная в богатом кругу, обычные люди никогда о нем не слышали. У MS есть представители, но она никогда не рекламирует себя в массах.

Линь Лян дважды подумал и решил создать легкий люксовый суббренд SL, чтобы они могли зарабатывать как на богатых, так и на простых людей.

Вторая часть заключается в том, что Лин Лян решил организовать конкурс дизайна, в котором смогут принять участие модельеры и дизайнеры ювелирных изделий. Это было сделано не из соображений будущего развития компании или из-за внезапной смерти Чен Вань, а потому, что MS остро нуждается в превосходных талантливых дизайнерах. Лучшим способом найти их было провести конкурс. Это также может стать разминкой для запуска будущих суббрендов.

С начала встречи и до ее окончания, когда Линь Лян вышел из конференц-зала, разум Ся Юньхань был немного смущен. Она не ожидала, что Линь Лян, которому было всего восемнадцать лет и который до смерти Чэн Вань умел только поднимать тяжести и драться, был достаточно осведомлен о нюансах ведения бизнеса. Планы, которые он строил, были совершенными и безупречными. Она подавила свое упрямство и несколько раз задавала вопросы, но была шокирована, так как он каждый раз давал ей профессиональный ответ, состоящий из нескольких предложений.

Ей вдруг показалось, что в его глазах она выглядит идиоткой! Кресло, которым она владеет, теперь находилось под угрозой, как никогда раньше.

*Камфорное дерево

Глава 3. Свист

Как только Линь Лян вышел из конференц-зала, его остановил вернувшийся Цинь Цун.

Цинь Цун сердито спросил его: "Линь Лян, что ты имел в виду, говоря, что я уволен! Я работаю в этой компании уже столько лет, даже не получая похвалы за свою тяжелую работу. Ты должен дать мне объяснение прямо сейчас или я пойду прямо в бюро труда, чтобы подать жалобу. Я не верю, что в этой ситуации не смогу добиться справедливости."

Руководители MS, которые делали вид, что уходят, замедлялись один за другим в ожидании, чтобы съесть семена дыни и посмотреть шоу*.

(* увидеть драматическую сцену)

Линь Лян посмотрел на Цинь Цуна и холодно улыбнулся: "Вы можете подать жалобу! Но по дороге туда зайдите в полицейский участок и расскажите им о том, как вы воровали товары и ресурсы компании в течение последних нескольких лет ."

"Что за глупости ты говоришь обо мне?! Ты выдвигаешь какие-то нелепые обвинения в мой адрес лишь потому, что не можешь найти причину чтобы прогнать меня. Я не ожидал, что в таком молодом возрасте ты окажешься таким порочным." - взволнованно воскликнул Цинь Цун.

"Да! Сяо Цинь усердно работал в нашей компании в течение стольких лет, и вдобавок ко всему сегодня у него было много проблем с выполнением своей задачи. Сяо Лян ах, ты не можешь так просто клеветать на людей, которые так долго работали здесь без доказательств, старые сотрудники компании очень важны, и ты не должен заставлять их чувствовать себя так, словно их пинают". Ся Юньхань, которая услышала крики снаружи, вышла, чтобы помочь Цинь Цуну.

Линь Лян посмотрел с улыбкой на пару собак перед собой. Он изящно достал свой сотовый телефон и набрал 110: "Алло, дядя полицейский? Я являюсь президентом компании MS. У меня есть доказательства того, что вице-президент и директор по дизайну моей компании злоупотребляли своими полномочиями для получения незаконных выгод, можете ли вы приехать и отвезти их в полицейский участок для беседы?"

Тон Линь Ляна был мягким, говоря он улыбался, но все наблюдатели были ошеломлены и чувствовали, что их умы покрыты травой.

После того, как Линь Лян закончил телефонный разговор, он обошел стоящего перед ним Цинь Цуна, и счастливо ушел. Прежде чем войти в лифт, он оглянулся на Чэнь Хуаня, бывшего менеджера по маркетингу, который прятался в коридоре и высовывал голову, чтобы посмотреть, как они ссорятся.

Линь Лян знал, что если он хочет захватить компанию MS и контролировать ее, ему придется иметь дело с этой парой собак, Ся Юньхань и Цинь Цунем, поэтому он нанял частных детективов. Те следили за ними и записывали все что они делали и говорили, и теперь у него есть все доказательства и записи в его мобильном телефоне. Этого было достаточно чтобы они вдвоем сели на несколько лет в тюрьму.

Однако, у Ся Юньхань все еще есть 5% акций MS в руках. Если он будет хорошо и успешно управлять компанией, то в будущем, когда Ся Юньхань выйдет из тюрьмы, у нее всё ещё будут деньги. Линь Лян печально вздохнул, он действительно был слишком молод. Но какой смысл сразу избавляться от таких бесстыдных людей? Ведь гораздо интересней будет мучить их снова и снова, а затем полностью уничтожить! Ах, и конечно же обязательно в конце выкинуть их в мусорное ведро, не стоит забывать об охране окружающей среды, необходимо стремиться к правильной модели общества!

На выходе из МS Линь Лян увидел стоящего у двери охранника. Линь Лян подошел к нему и дал несколько указаний, которые напугали его, заставив вызвать больше людей, чтобы оградить все выходы компании.

Когда он вышел, на улицах уже горели огни. Линь Лян стоял на обочине дороги, используя свой мобильный телефон, чтобы отправить имеющиеся у него доказательства о Ся Юньхань и других секретарю Фан Яо. После отправки файлов он вышел из приложения, чтобы вызвать такси.

Линь Лян сидел в машине и смотрел на высокие здания, огни и зелень снаружи, чувствуя себя немного одиноким в своем сердце. В своем родном мире он был болезненным сыном из богатой семьи, а затем, наконец, умер от тяжелой болезни в возрасте 18 лет.

В своей предыдущей жизни он мечтал иметь здоровое тело, как у первоначального владельца, но теперь, когда его мечта наконец сбылась, он почему-то почувствовал себя одиноко.

Он выглянул в окно, и его взгляд упал на магазин с вывеской компании MS, который был оформлен в неприметном стиле рядом с улицей.

Он вдруг вспомнил, что костюм, который он просил для завтрашней вечеринки, уже должен быть готов. Поэтому он попросил водителя остановиться и направился в магазин.

Войдя в здание, он протянул руку, чтобы остановить продавца у двери. Первоначальный владелец был знаком с этим магазином, он шил здесь всю свою одежду с детства.

Сейчас в магазине было не так много покупателей, и яркий свет, падающий на роскошный декор и изысканно сшитую одежду, делал это место особенно элегантным и роскошным. Проходя мимо зоны мужской одежды, Линь Лян увидел высокого и стильного мужчину, примерявшего костюм. Короткие, заостренные волосы, глубокие глаза с ледяной искоркой, высокий нос, четкие контуры лица, он определенно был хорош собой и внушал страх.

Когда Гу Хэншенг оглянулся и увидел Линь Ляна, он тоже был потрясен. Разве это не тот мальчик, которого он видел сегодня в университете? Похоже, судьба действительно интересная вещь.

Гу Хэншенг бессознательно приподнял уголки рта, глядя на Линь Ляна, но когда он это сделал, он стал еще страшнее, чем когда не улыбается. Но Линь Лян, который является новорожденным теленком, не боится тигров. Незрелость в его костях говорит ему, что больше всего ему нравится выполнять очень высокотехнологичную задачу по извлечению зубов из пасти тигра.

Он вежливо кивнул Гу Хэншенгу, а затем продолжил идти, но остановился, сделав два шага вперед. Оглянувшись, его глаза начали сканировать его, начиная с угловатого лица Гу Хэншенга и его тигриной спины до узкой талии, затем до бедер и двух прямых длинных ног.

"Он действительно великолепен!" - воскликнул он в своем сердце. Он был ошеломлен красотой, представшей перед его глазами, и неосознанно взглянул на бедра другого и присвистнул. Да, он свистел, благодаря отличной технике, громкий и яркий голос поплыл в пустом магазине, и даже можно было услышать эхо его свиста.

Гу Хэншенг посмотрел на красивого и яркого мальчика в зеркале, и улыбка, которую он показал, стала глубже. Интересно, что с тех пор, как он официально вступил в бизнес в возрасте восемнадцати лет, никто не осмеливался так себя вести с ним. Не говоря уже о свисте, это касалось также и  взгляда, которым Линь Лян одарил его только что. Хотя это был всего один взгляд, он сможет позволить другой стороне насладиться двойным вкусом трения пола и социального отравления. *

(*Это предложение является каким-то китайским выражением, значение которого мы так и не смогли найти. Если кто-то знает пишите в комментариях).

Примеряя костюм, Линь Лян не мог напрямую расспросить начальника магазина, который обслуживал его, о мужчине снаружи, поэтому он начал издалека, словно распрашивая о работе: "Кто этот мужчина снаружи, примеряющий одежду? Почему вы не позвали обслуживающий персонал нашего магазина чтобы помочь ему?"

Менеджер магазина подумал, что Линь Лян обвиняет их в ненадлежащем обслуживании, и быстро объяснил: "Это Гу Хэншенг, владелец семейного бизнеса Гу. Он всегда самостоятельно примеряет одежду, и не любит, когда другие прикасаются к нему."

"Гу Хэншенг? Он Гу Хэншенг?" Злодей оригинальной книги Гу Хэншенг, который довел семью Линь до банкротства, заставил их задолжать 670 миллиардов юаней вынудив первоначального владельца компании Линь И спрыгнуть со здания, и был единственным, кто не подчинился главному герою Вэнь Юю. Презрительный ~ дикий безжалостный человек ~ненормальный бизнес-вундеркинд ~ Гу Хэншенг, злодей оригинальной книги???

Вспомнив эту сцену и тот факт, что он насвистывал его великолепному телу, Линь Лян внезапно почувствовал желание вернуться в свой изначальный мир и снова умереть. Это лучше, чем бояться будущего, в котором его разотрут по полу различными причудливыми трюками большого босса-злодея ненормального уровня, ему лучше наслаждаться близким контактом с Матерью-Землей.

Что? Мне больше всего нравится вырывать зубы из пасти тигра? Ах, перестань доставлять неприятности моему брату, ты сказал, что Гу Хэншенг тигр? Какой тигр, он десять особых видов тираннозавров плюс атомная бомба, ясно? Тигра и льва даже нельзя сравнить с его ногтями, по сравнению с ним они-перья, нежные и добрые, отчаянно нуждающиеся в вашей любви и защите.

Глава 4. Первая любовь

Банкетный зал семьи Ронг был великолепен и элегантен, и его заполняло множество красивых парней и девушек. Все стояли группой по двое - трое, пили вино и говорили об инвестициях или сплетнях богатых семей.

Линь Лян безучастно следовал за Линь И все время. И хотя его не интересовало, о чем Линь И говорил с несколькими боссами вокруг него, он все равно старательно держался рядом.

Время от времени он поворачивал голову, чтобы окинуть взглядом красивых людей вокруг себя, ища фигуру главного героя книги, Вэнь Юцина.

Причина, по которой так много молодых людей пришло на этот банкет, заключалась в том, что он был специальным банкетом для сватовства, устроенным госпожой Ронг для ее второго сына, Ронг Юаньдуна. Дабы найти ему подходящего партнера, госпожа Ронг разослала приглашения почти всем достойным и богатым семьям столицы. От мира бизнеса до мира политики, пока в семье были молодые люди, которые еще не вступили в брак, никого не оставляли позади.

Этот банкет, по сути, и стал первой главой книги. В оригинальной книге Вэнь Юцин полагался на свою превосходную внешность, чтобы попасть на этот банкет. Просто ему не повезло встретить соперника, который давно ненавидел его, он публично унизил и облил алкоголем Вэнь Юцина. Случилось так, что Линь И увидел, как герой спасает красавицу.* И в этот момент Вэнь Юцин начал свой собственный план мести своему врагу. Изначально смекалистый Линь И безумно влюбился и, чтобы завоевать сердце красавца, сделал все, что мог, но в конце концов это привело к разрушению его собственного дома.

*Кто там кого спасает мы так и не поняли. И в анлейте, и в оригинале предложение звучит так, поэтому пока оставляем.

Итак, Линь Лян должен был посетить этот банкет и придумать как свести на нет эту, казалось бы, трогательную, но на самом деле нелепую оскорбительную любовь ведущую к смерти от ее источника.

На втором этаже банкетного зала Ронг Юаньдун толкнул локтем Гу Хэншенга, который находится рядом с ним, и шутливо сказал: "Сегодня банкет моей матери по случаю сватовства, но я не ожидал, что мне никто не приглянётся. Почему бы тебе не пойти и не поискать кого-нибудь, для тебя это должно быть легко."

Гу Хэншенг проигнорировал его, продолжая не моргая смотреть на Линь Ляна, который стоял рядом с Линь И внизу. Ронг Юаньдун вздохнул, как будто у него было разбито сердце из-за подобного  отношения его приятеля: "Ты уже давно так смотришь на них, не боишься отпугнуть детей?"

Гу Хэншенг вспомнил, как паренёк насвистывал ему вчера! На его ледяном лице появилась улыбка: "Он не испугается."

Линь Лян не заметил Гу Хэншенга на втором этаже. Он всеми силами искал Вэнь Юцина в толпе и вдруг услышал ссору, происходившую в восточном углу банкета. Линь Лян пошел на звук и, наконец, увидел Вэнь Юцина в промежутке между толпой.

Присутствовавшие на банкете красивые мужчины и женщины прекратили болтать и посмотрели в сторону, откуда доносился шум. Некоторые из них бессознательно переступили с ноги на ногу и направились туда, среди них естественно был и Линь И.

Линь Лян поспешно потянул Линь И, который собирался понаблюдать за весельем, он указал на небольшую сцену перед банкетным залом и сказал: "Брат, посмотри туда. Там наверху есть рояль, прошло много времени с тех пор, как ты слушал мою игру, я сыграю для тебя!"

Линь И уставился на Линь Ляна и нахмурил брови, в последний раз он слышал, как его брат играл на рояле когда ему было шесть лет, и он играл "Маленькую звезду". Он не хотел, чтобы Линь Лян выставлял себя дураком перед столькими людьми, но его неохотно затащили под маленькую сцену и он стал его первым зрителем.

На маленькой сцене стоял белый рояль. И хотя его поместили сюда в качестве украшения, он был очень чистым, а звучание превосходным.

Линь Лян, одетый в белый костюм, сидел перед роялем, словно принц, его красивые пальцы нажимали на клавиши и потекла успокаивающая музыка. Элегантная игра Линь Ляна пролетела по всему банкетному залу. Все, кто стоял в восточном углу зала, наблюдая за боем, не могли не посмотреть в сторону маленькой сцены.

Лин Лян играл "Канон", у него повторяющаяся мелодия с разными ритмами, что делало музыку непредсказуемой и непрерывной. От умиротворяющего до яростного, сложность исполнения также возрастала по мере того, как он играл все больше, когда пальцы Линь Ляна нажимали на клавиши, музыка усиливалась! Песня, которую он играл, была интересной и захватывающей.

В прошлой жизни Линь Лян из-за плохого здоровья смог сыграть только половину этой песни. Теперь, когда у него наконец-то появилось здоровое тело, он не мог не похвастаться своими навыками.

После того, как песня закончилась, гости все еще не были удовлетворены. Линь Лян посмотрел в ту сторону, где спорили Вэнь Юцин и остальные, и обнаружил, что там больше не было и следа фигуры Вэнь Юцина.

Линь Лян улыбнулся и сошел со сцены, Линь И взволнованно показал ему большой палец: "Когда ты стал так хорошо играть на рояле?"

Линь Лян гордо подмигнул:"Конечно ты не знаешь, и в этом можешь винить только себя за то, что ты слишком занят на работе и не обращаешь внимания на своего младшего брата. Ты не знаешь, но твой младший брат так же умеет играть на скрипке, хочешь послушать?"

"Да, да, да. Мой брат так хорош, разве это не было бы потерей, пропусти я такое событие?"

Линь Лян попросил официанта принести ему скрипку. Он взял её и снова направился к небольшой сцене, на этот раз все зааплодировали, когда увидели его. Линь Лян накинул скрипку на плечо, и его глаза быстро прошлись по большей части банкетного зала, но все еще не увидели и следа Вэнь Юцина.

Он не верил что Вэнь Юцин легко откажется от такой хорошей возможности сблизиться с Линь И из-за нескольких оскорблений и выплеснутого на него бокала вина.

Зазвучала печальная композиция, и мелодия скрипки была похожа на плач, нежный и пронзительный. Элегантный мальчик, с закрытыми глазами перебирающий струны, словно слился с оглущающей музыкой. В глазах Гу Хэншенга это стало идеальной картиной.

Гу Хэншенг прищурился, пытаясь разглядеть Линь Ляна получше. Ронг Юаньдун, стоявший рядом с ним, увидел его таким и беспомощно покачал головой, ощущая беспокойство в сердце.

Он единственный знает, что Гу Хэншенг кажется бессердечным, и может напугать людей, заставляя их ноги дрожать от одного взгляда, а со второго - заплакать и убежать. И хотя ему уже исполнилось 28 лет, до сих пор он не был влюблен.

Да, эмоциональный мир Гу Хэншенга совершенно пуст. Даже когда он был в детском саду, дети делали крюк завидя его. Когда он достиг восемнадцати лет, он отправил своего двоюродного брата, семь тетей и восемь дядей в тюрьмы и трудовые лагеря. Ни у кого не хватит смелости думать о том, чтобы забрать его деньги, если только он не считает, что его жизнь слишком долгая.

Никто по-настоящему не смотрел в глаза Гу Хэншенгу. На протяжении многих лет он был похож на машину для зарабатывания денег с четкими целями и без эмоций, заставляя своих людей захватывать и расширять территории в бизнесе.

Поэтому, как единственный друг Гу Хэншенга, стоявший рядом на втором этаже, Ронг Юаньдун посмотрел на Линь Ляна, который элегантно играл на скрипке внизу, и молча зажег для него круг свечей в своем сердце.

Глава 5. Захват еды

Линь Лян, сыграв песню для рояля и еще одну для скрипки, проголодался и у него урчало в животе, поэтому ему пришлось оставить брата и пойти в обеденную зону, чтобы что-нибудь поесть.

Он взял тарелку и посмотрел на ослепительное множество деликатесов на длинном столе в поисках любимой еды. На самом деле, он не был придирчивым едоком, в своей прошлой жизни он был болен, поэтому мог есть только что-то мягкое в течение многих лет, но после переселения в книгу его здоровье улучшилось, и аппетит был очень хорошим.

Когда Линь Лян потянулся за едой, чья-то рука протянулась и забрала то, что он хотел, на секунду быстрее. Рука Линь Ляна замерла в воздухе, а затем убралась, значит, пойдем в другое место! В любом случае, здесь много блюд, как цивилизованный человек, он не может драться с кем-то за кусок еды.

Он снова потянулся за своей любимой закуской, но та же рука, как и в прошлый раз, схватила ее на секунду быстрее. Линь Лян наконец-то мог быть уверен, что другая сторона пришла сюда не за едой, а чтобы досадить ему. Он обернулся и в гневе уставился на собеседника. Оказалось, что человек, на которого он смотрел, был Гу Хэншенг, внезапно его ноги немного задрожали.

"Ты...почему ты крадешь мои пирожные?" Голос Линь Ляна звучал обиженно, как у ребенка, у которого только что отняли леденец. Как будто вчера это не он раздел Линь Хао догола и сжег его одежду! Линь Лян действительно легендарен, ах.

Гу Хэншенг взглянул на него, и через какое-то время, после долгого молчания, с невыразительным лицом произнес два слова: "Мне нравится."

Веки Линь Ляна дрогнули, он улыбнулся и польстил: "Как и ожидалось, мистер Гу, даже ваше хобби настолько необычно."

Господин Гу невозмутимо проигнорировал его. Линь Лян молниеносно атаковал и с максимальной скоростью потянулся за ближайшим к нему тортом. В это время ему было все равно, нравится ему это или нет. Главное - наполнить свой желудок.

Но Гу Хэншенг все равно взял торт на секунду быстрее, чем он. Линь Лян встревоженно пошевелил рукой и взял стоявший рядом клубничный мусс. Когда этот маленький кусочек клубничного мусса был положен на его обеденную тарелку, Линь Лян почувствовал небывалое удовлетворение, и он даже бессознательно поднял бровь, глядя на Гу Хэншэнга рядом с ним.

Затем в следующую секунду содержимое его тарелки попало в тарелку Гу Хэншенга. Линь Лян недоверчиво уставился на проницательное и красивое лицо Гу Хэншенга. Лицо собеседника все еще было холодным, как будто человек, который только что протянул руку чтобы схватить что-то с чужой тарелки, не имел к этому никакого отношения.

"Гу..." Желудок Линь Ляна заурчал от голода за эту ночь.

Порядочная струна в голове Линь Ляна окончательно порвалась, и его благопристойность бесконтрольно исчезла, поэтому голодный Линь Лян резко опустил голову и откусил клубничный мусс прямо из тарелки Гу Хэншенга.

Он поднял голову, чтобы прожевать пищу во рту, и торжествующе улыбнулся ему, он чувствовал себя немного гордым и немного глупым.

Но чего он не знал, так это того, что внимание Гу Хэншенга было приковано вовсе не к его провокационному поведению, его глаза были прикованы к нескольким лишним крошкам, которые остались на вишнево-красных губах Линь Ляна. Его зрачки все сужались и сужались, и, наконец, он наклонил голову и поцеловал Линь Ляна прямо в губы. Затем он съел крошки с края губ, щелкнув языком.

Действие было быстрым и точным, но к тому времени когда Линь Лян, который находился в оцепенении, потому что его мозг перестал функционировать, наконец понял, что только что произошло, президент Гу уже повернулся и ушел.

Линь Лян стоял и смотрел в спину Гу Хэншенгу. Он был высоким и элегантным, тигриная спина, узкая талия, бедра и длинные ноги были его любимым типом. На сердце у него было неспокойно, и слезы ручьем лились в его голове. Это был его первый поцелуй после двух жизней, как будто его похитил большой клыкастый хряк.

У него даже не хватает смелости подбежать и избить его.

Но Линь Лян не простой смертный, он Линь Лян Лао-цзы, который знает все. Так как же его можно было легко запугать железными когтями босса-злодея?

Линь Лян кинулся останавливать Гу Хэншенга, который удивленно посмотрел на него. В конце концов, он не сдерживался только что, ему тоже было немного стыдно за свои действия.

Встретившись с озадаченным взглядом Гу Хэншенга, Лин Лян улыбнулся и указал на торт с муссом, от которого он откусил: "Я уже надкусил, жаль выбрасывать его."

Затем, не дожидаясь разрешения Гу Хэншенга, он поспешно бросил вперёд и взял торт с муссом. Линь Лян сделал шаг чтобы уйти вместе с закуской на тарелке Гу Хэншенга, взволнованно ускоряя темп своих шагов.

Настоящий мужчина никогда не должен быть мягким, чтобы отобрать свою собственную еду! О да! Этот способ отнимать вещи у тигра доставляет чертовски приятное чувство!

Когда Линь И вышел из уборной, человек с противоположной стороны второпях налетел на него.

"Прости, прости, я случайно". Вэнь Юцин поспешно отступил, смущенно извиняясь перед Линь И.

Линь И увидел, что собеседник выглядит чистым и красивым, а не так будто это было сделано намеренно, поэтому он посоветовал: "В следующий раз будь внимателен."

Видя, что Линь И собирается уходить, Вэнь Юцин встревоженно сказал: "Господин, вы пользуетесь духами Phantom № 1 бренда H? Мне нравятся эти духи, поэтому я сразу почувствовал этот аромат"

Лицо Линь И стало холодным: "Нет, я пользуюсь духами ограниченного выпуска, продаваемыми брендом MS, основанным моей матерью. У этих духов всего два аромата, и я использую выпущенный первым. Он появился на рынке менее недели назад. Возможно, компания увидела возможность скопировать нас прямо с рынка. На протяжении многих лет различные бренды копировали товар нашей семьи, просто моя мать была слишком ленива чтобы заботиться о них."

"Извините, просто это немного похоже на тот запах, так что я неправильно понял..." Вэнь Юцин поспешно объяснил.

Линь И проигнорировал его и лениво обошел направляясь прямо в банкетный зал. Вэнь Юцин с сожалением прикусил губу, глядя ему в спину.

Ранее он встретил богатого представителя второго поколения из того же круга в банкетном зале, представитель второго поколения намеренно смутил его и облил вином. К счастью, в это время в банкетном зале зазвучала фортепианная музыка, которая отвлекла всеобщее внимание, и он смог уйти. Затем он попросил у официанта фен и спрятался в гардеробной, чтобы высушить одежду.

Он не ожидал увидеть Линь И, когда вышел из раздевалки.

Он не мог быстро придумать причину, чтобы завязать разговор, поэтому ему пришлось притвориться, что он не увидел его и столкнуться с ним.

Его сегодняшний костюм полностью соответствовал предпочтениям Линь И, но он никак не ожидал, что Линь И будет так холоден при встречи с ним.

Умирающий с голоду Линь Лян нашел столик в углу, сел и основательно подкрепился. Линь И пришлось некоторое время поискать вокруг, прежде чем он смог его найти.

Глядя на своего брата, который испачкался жиром и панировочными сухарями, Линь И сердито рассмеялся: "Ведь я сказал тебе пойти и поесть, но ты настоял на том, чтобы следовать за мной опасаясь что меня поймает какая-нибудь распутница! Посмотри, как ты в конце-концов проголодался!"

Он достал из кармана носовой платок и тщательно вытер рот Линь Ляна.

Линь Лян улыбнулся, посмотрел на Линь И и пошутил: "Брат, я нахожу, что теперь у тебя все больше и больше возможностей побыть младшим братом. Не унывай, ты сможешь это сделать!"

Линь И был так зол, что поднял руку и стукнул его.

Сидя вдалеке, Гу Хэншенг видел дружеское общение братьев, выражение его лица не поменялась, но Ронг Юаньдун, который сидел рядом с ним, все еще чувствовал кислый газ, который он извергал*.

* это значит он ревнует

"Сколько стоят акции Линя?"

Ронг Юаньдун на некоторое время задумался: "Хотя Линь Хай погиб в автомобильной катастрофе на прошлой неделе, цена акций Линя не колебалась. Линь И начал руководить компанией Линя два года назад, и рынок по-прежнему признает его способности."

Гу Хэншенг оглянулся на Ронг Юаньдуна: "Я хочу, чтобы ты тайно приобрел акции Линя."

Ронг Юаньдун не был удивлен решением Гу Хэншенга. Он взглянул на вид братьев Линь, любящих друг друга вдалеке, и молча зажег в своем сердце еще одну свечу за Линь Ляна.

Глава 6. Антикварный магазин

Утром семья Линь сидела в обеденном зале за завтраком. Не увидев Линь Хао Линь И спросил, как бы между прочим: "Почему Линь Хао не с нами, он снова спит?"

Дядя Линь взглянул на Линь Ляна, который собирал вареные клецки, и ничего не сказал. Тетя Чжоу Пин наконец нашла кому излить свои обиды, и она заплакала: "Этот ребенок, я не знаю, кого он спровоцировал снаружи. Его избили так сильно, что он даже не может ходить, позавчера, когда его привел друг, я была в ужасе". Чжоу Пин сказала, вытирая слезы: "Он изранен, так как он может выйти поесть! Я хотела отправить его в больницу, но он отказался идти, я также спрашивала его о том кто это сделал, но он отказался отвечать, его характер такой же, как у его отца, гадкий и вспыльчивый."

Линь Ван, которого упомянули странным и необъяснимым образом, бросил косой взгляд на свою жену: "Безмозглый идиот, он заслуживает того, чтобы его забили до смерти."

Рассерженная Чжоу Пин хотела было ответить ему, но ее прервала невестка Линь Литин. Линь Литин многозначительно посмотрела на Линь Ляна: "Послушай, Линь Хао также твой двоюродный брат, даже если он не прав, ты, по крайней мере, должен подумать о своих дяде и тете и проявить к нему немного милосердия. Тебе не кажется, что это слишком для тебя - так сильно бить члена своей семьи?"

Линь Лян скорчил гримасу и стукнул палочками по столу. Чжан Шусюэ, сидевшая по диагонали напротив него, была поражена. Булочка в ее руке упала на землю одним махом. Линь Литин была потрясена, когда увидела свою малышку в таком виде, она была так зла, что ее веки задрожали.

"Я сыт." С этими словами Линь Лян встал.

Линь И нахмурился, несколько раз постучал пальцами по столу, Линь Лян беспомощно опустил голову и неохотно выпил половину чашки горячего молока на одном дыхании.

Только тогда Линь И был удовлетворен и отпустил его. Линь Лян вышел из столовой, дошел до самого выхода, а затем сразу сел в черную машину, которая ждала его снаружи у двери.

С того момента, как Линь Лян отложил палочки для еды, и до того, как он покинул обеденный зал, он даже не взглянул на Линь Вана и Линь Литин от начала до конца. Кто избил Линь Хао? Все, кроме Линь И, хорошо это знали. Собачья добродетель Линь Хао заключалась в том, что он не жаловался матери.

Однако они неправы, поэтому могут только сдерживаться и бездействовать в присутствии Линь И. Линь Лян почувствовал отвращение, когда увидел их неуклюжие актерские навыки, и больше не мог есть, поэтому отложил палочки для еды.

У него все еще много дел, и нет времени смотреть шоу приматов.

Выйдя из машины, Линь Лян вошел в антикварный магазин под названием Губаочжай. Управляющий этого магазина был Лю Чжао, сын экономки Линь. Лю Чжао уже ждал его в магазине, когда увидел входящего Линь Ляна, он поспешил поприветствовать его. "Молодому хозяину что-то нужно? Просто скажите мне, чего вы хотите. Я пришлю это вам. Не было необходимости проделывать весь этот путь сюда."

Линь Лян остановился и посмотрел на него: "Мне ничего не нужно, сегодня суббота и мне скучно дома, поэтому я пришел."

С этими словами он вошел, и Лю Чжао с улыбкой последовал за Линь Ляном. Линь Лян обошел весь антикварный магазин и время от времени фотографировал антиквариат на свой мобильный телефон, он очень серьезно рассматривал товары. Антикварный магазин огромен, в конце концов, его открыл дед первоначального владельца Линь Су.

В последние годы жизни Линь Су любил коллекционировать антиквариат, и он собрал много хороших вещей. Позже он открыл такой антикварный магазин невзначай, не для зарабатывания денег, а чисто для хобби.

Антикварный магазин очень большой, а дизайн эксцентричный. Есть также несколько отдельных чайных комнат, где посетители могут выпить чаю, осматривая старинные вещи.

Линь Лян ходил по антикварному магазину, бессознательно хмурясь, Лю Чжао, стоявший рядом с Линь Ляном, немного виновато шептал в душе, но не осмеливался спросить больше.

"Принеси мне бухгалтерские книги и все сертификаты на приём и продажу для антиквариата в магазине после смерти моего дедушки. Я хочу их увидеть", - сказал Линь Лян Лю Чжао, войдя в чайную комнату.

Хотя антикварные магазины также используют электронную бухгалтерию, в конце концов, количество предметов антиквариата относительно велико, и учетные записи необходимы.

В это время Лю Чжао уже немного запаниковал. Он натянуто сказал Линь Ляну: "Молодой мастер может просто спросить меня, если у вас есть какие-либо вопросы. Я просмотрел и прочитал слишком много старых отчетов за последние несколько лет, и у меня начинается головокружение от их прочтения. Молодому Мастеру не нужно искать их самому, так как у вас закружится голова от того, как много в них написано."

Линь Лян многозначительно посмотрел на него: "С этого момента я буду каждый месяц проверять накладные в магазине. Мне уже 18 лет, и я могу управлять этим местом самостоятельно."

Лю Чжао был уверен, что он отлично справляется со счетами, разве это не антиквариат? В любом случае, сколько людей могут отличить поддельный антиквариат от настоящего? Этих подделок в магазине более чем достаточно, чтобы одурачить невинного молодого мастера.

Обдумав, Лю Чжао перестал волноваться об этом, улыбнувшись Линь Ляну: "Этот магазин изначально принадлежит молодому мастеру. Конечно, будет хорошо если вы сможете сами позаботится о нем. У меня появиться больше времени для моей девушки."

Лю Чжао развернулся и вышел. Линь Лян посмотрел ему в спину и вздохнул. Лю Чжао - единственный сын Лю Фана, который является главным дворецким официальной семьи Линь. На самом деле у него неплохой характер, и он искренне относится к семье Линь. В последние годы, чтобы расплатиться с игорными долгами, почти весь ценный антиквариат в магазине был тайно продан на чёрном рынке и заменен подделками.

Хорошо, что действительно ценные вещи Линь Су находятся не здесь, а на секретном складе семьи Линь, ключи от которого Линь Су передал первоначальному владельцу перед смертью . И то, что там находится, - это настоящее богатство, которое семья Линь накапливала поколениями.

После того, как Лю Чжао ушел, Линь Лян достал из рюкзака свой ультратонкий планшет и записал поддельные предметы антиквариата, которые он только что отметил увидев в магазине. В прошлой жизни он изучал антиквариат. Хотя он находится в другом мире после переселения в книгу, его знания были похожи на знания первоначального владельца, и династии двух миров были отчасти похожи, разница была не так уж велика.

После того как Линь Лян переселился, он купил несколько книг по истории и антиквариату и читал их в свободное время. Он также изучил некоторую соответствующую информацию в Интернете. Хотя он и не специалист по антиквариату, его можно назвать таковым по сравнению с обычными людьми.

Через некоторое время Лю Чжао принес книги и сертификаты и сложил их на столе перед Линь Ляном. Линь Лян просматривая книги, делал записи на своем планшете. Видя, что Линь Лян был так серьезен, Лю Чжао стало немного не по себе.

Время шло минута за минутой, в течение которой Лю Чжао время от времени выходил, несколько раз обходил магазин и возвращался. Он запаниковал и больше не мог этого выносить, поэтому вышел прогуляться, но, покинув чайную, почувствовал себя неловко, поэтому вернулся обратно.

Это повторилось несколько раз, настало одиннадцать часов пополудни. К этому времени Линь Лян проверил только треть книг, сложенных перед ним.

Однако сумма денег, которая была взята, уже превысила десять миллионов, если все счета будут разобраны и переданы в полицию, Лю Чжао проведёт остаток своей жизни в тюрьме.

Но дворецкий Лю работал в семье Линь десятилетиями и служил трем поколениям семьи Линь, ему уже 70 лет, и у него всего один сын.

Взгляд Линь Ляна упал на Линь Чжао, обозленного и беспомощного: "Почему ты до сих пор играешь в азартные игры? Всего за три года из этого магазина были выведены активы на сотни миллионов долларов. Ты хочешь провести остаток своей жизни в тюрьме? Твоему отцу семьдесят лет, как ты думаешь он будет жить в будущем? Он служил семье Линь более пятидесяти лет, он был верен и предан. Не будет ли он сердиться на такого недостойного сына, ставшего вором семьи Линь, до смерти!"

Лю Чжао с глухим стуком опустился на колени, пуская сопли и слезы: "Молодой мастер, прости меня! Я ничего не могу с собой поделать, если бы я не дал им денег, казино и ростовщики забили бы меня до смерти. Я прошу тебя, просто посмотри на меня ......."

Глядя на Лю Чжао, который плакал на коленях, Линь Лян сердито прервал его: "Это ради твоего отца тебя сейчас не везут в полицейский участок для допроса."

Подавляя гнев в своем сердце, Линь Лян беспомощно постучал по столу и сказал: "Сумма, в которую ты вовлечен, слишком велика. Мне нужно обсудить с братом, что делать."

Линь Лян позвонил по телефону, и менее чем через десять минут весь антикварный магазин был заполнен телохранителями в костюмах. Приехавший из MS финансовый директор вошел в отдельную комнату и начал следовать инструкциям Линь Ляна, чтобы просмотреть ещё непроверенные счета.

Глава 7. Большое свиное копыто

Сев в машину, Линь Лян позвонил Линь И и пригласил его поужинать в ресторане.

Когда Линь Лян первым пришел в ресторан, он намеревался подняться наверх в отдельную комнату и подождать Линь И там, но пройдя немного он встретил кое-кого в коридоре, человека, которого он меньше всего хотел видеть, злодея-босса ~ ходячий айсберг ~ Гу Хэншенга.

Два человека стояли лицом к лицу, каждый смотрел в глаза другому.

Линь Лян уставился на красивое лицо Хэншенга и внезапно почувствовал, что мир полон злобы по отношению к нему. Возможность встречаться с боссом большого злодея в течение трех дней подряд - это действительно несчастье! В тот момент, когда он, блядь, открывает двери дома, с ним случаются всякие плохие вещи!

Он не хотел обращать внимания на Гу Хэншенга, но еще больше боялся, что большой босс затаит обиду, поэтому он притворился собакой и улыбнулся: "Мистер Гу, это действительно судьба, ах! Я не ожидал встретить вас здесь."

Холодный взгляд Гу Хэншенга был подобен лазерному сканеру, охватывающему Линь Ляна с головы до ног, пока фальшивая улыбка на лице Линь Ляна не исчезла, затем он тихо сказал: "Раз уж нам так суждено, давай поужинаем вместе! Я все равно один."

В этот момент, сидя в отдельной комнате, Ронг Юаньдун, который специально отклонил несколько приглашений от красивых мужчин чтобы сопровождать Гу Хэншенга на ужин, внезапно не смог сдержаться и чихнул.

Все лицо Линь Ляна застыло, что только что сказал босс-злодей? С кем он хочет поужинать? Он это мне?

Бесстыдник! ! !

Кто хочет иметь с тобой какие-то отношения, кто хочет есть с тобой, ты не боишься спазмов в животе?

Когда Линь Лян ломал голову, чтобы придумать как отказаться, Линь И вышел из-за спины Линь Ляна и был очень удивлен, увидев Гу Хэншенга напротив: "Мистер Гу тоже здесь ест? Вы один или с другом?"

Гу Хэншенг беззаботно сказал: "Один."

Глаза Линь И загорелись, сколько людей вылизали свои лица только для того, чтобы пригласить этого бизнес-гения на ужин, так что он никак не может упустить такую хорошую возможность у своих дверей:"Так скучно есть в одиночестве! Идемте с нами! Мы всего лишь два брата, так что здесь нет посторонних."

Гу Хэншенг кивнул, и два президента вместе направились в отдельную комнату, смеясь и разговаривая. Только Линь Лян стоял один в коридоре, глядя на высокие и прямые спины этих двоих, и вдруг почувствовал, что мир стал немного мрачным.

Вспоминая о скорости, с которой Гу Хэншенг отобрал у него еду на банкете, ему стало ясно, что босс-злодей действительно талантливый гений.

Во время еды Линь Лян взял на себя инициативу уменьшить ощущение своего присутствия и молча принялся за рис. Все трое сидели за большим круглым столом вместе, и блюда в середине автоматически поворачивались. Линь И сидел посередине, а Линь Лян и Гу Хэншенг сидели по обе стороны от него.

Пока Линь Лян ел, Линь И и Гу Хэншенг пили белое вино и разговаривали друг с другом. Большую часть времени говорил Линь И, а Гу Хэншенг изредка отвечал.

Взгляд Гу Хэншенга периодически останавливался на Линь Ляне, что заставляло последнего чувствовать себя напряженным, даже когда он молча ел рис.

Линь Лян, съев половину миски риса, наконец не смог удержаться и сказал Линь И: "Брат, давай позволим дяде Лю уйти на пенсию! Он стар и уже должен отойти от дел."

Линь И нахмурился и озадаченно посмотрел на своего брата: "Ты хочешь прогнать дядю Лю? Дядя Лю был в семье Линь так много лет. Он уже является членом нашей семьи Линь. Даже если он больше не сможет ходить, он все равно останется. Как семья Линь, мы обеспечим его пенсией, так что такого понятия, как выход на пенсию, не существует."

Линь Лян взглянул на Гу Хэншенга и беспомощно вздохнул: "Когда я утром пошел в антикварный магазин, чтобы проверить счета, я обнаружил, что Лю Чжао крал антиквариат из магазина в течение нескольких лет. Мы почти потеряли 100 миллионов из-за него."

Рука Гу Хэншенга дернулась с бокалом вина, который он держал, и он с интересом поднял брови.

«Что? Ты не просчитался?" Линь И не мог в это поверить. Лю Чжао был примерно того же возраста, что и он. Когда он был ребенком, Лю Чжао был одним из его товарищей по играм. По его впечатлению, Лю Чжао всегда был честным и осторожным человеком. Трудно представить, что у такого человека хватит смелости украсть так много антиквариата из магазина.

Линь Лян кивнул: "Ну, он сам признался, что сделал это из-за азартных игр. Он собрал весь антиквариат в магазине и продал его, а деньги потекли в карманы казино и ростовщиков, которые невозможно теперь вернуть."

Линь И дрожал от гнева, его чувства к Лю Фаню и его сыну были намного глубже, чем у Линь Ляна. Когда Линь И был ребенком, его родители были заняты своей карьерой. Так что в основном его воспитывал Лю Фан. Лю Фан и Лю Чжао занимали почти все его детство.

"Брат, я не собираюсь звонить в полицию. Я не собираюсь рассказывать об этом дяде Лю. Я боюсь, что в его возрасте он не выдержит такой шока!." Линь Лян знал, что гнев Линь И становится все больше и больше, но не из-за потерянных денег.

Увидев, что Линь И ничего не сказал, Линь Лян продолжил: "Семье Линь было нелегко пройти весь этот путь. Мы не можем допустить, чтобы все пошло не так в наших руках, поэтому мы больше не можем держать дядю Лю, будет лучше, если он покинет виллу и уедет на окраину города на пенсию."

Линь И спокойно сказал: "Я найду возможность поговорить с ним!"

Линь Лян покачал головой: "Нет, я сам поговорю с дядей Лю. Брат, у тебя слишком мягкое сердце, ты не сможешь стереть привязанность в своей душе, и ты дашь дяде Лю определенную сумму денег. Привычка Лю Чжао к азартным играм все еще не прошла. Так что, если ты дашь дяде Лю деньги, вероятнее всего Лю Чжао использует их для погашения своих карточных долгов, так что это бессмысленно."

Линь И нахмурился: "Тогда что ты собираешься делать?"

Я планирую отправить Лю Чжао в Африку, чтобы открыть африканский рынок для компании Линь. Когда он заработает 100 миллионов долларов, мы позволим ему вернуться."

"О дяде Лю... не стоит говорить ему правду. Скажу ему прямо, что он слишком стар и не может идти в ногу со временем, поэтому будет лучше уйти на пенсию. Если в сердцах отца и сына есть обида, то она будет направлена только на меня одного. Брат, когда ты будешь свободен, ты все равно сможешь навестить дядю Лю, он любит тебя и даже когда Лю Чжао будет далеко в Африке, он не будет чувствовать себя слишком одиноким."

Линь И не ожидал, что Линь Лян будет мыслить так всесторонне. Он с трепетом коснулся головы Линь Ляна и сказал с волнением: "Когда ты стал таким внимательным?"

Гу Хэншенг удивленно посмотрел на Линь Ляна, его взгляд стал очень сложным. Он не ожидал, что Линь Лян будет таким нежным и добрым. Он позаботился о том, чтобы у всех было лицо, но сам молча нес всю дурную репутацию.

Конечно, он также чувствовал что рука, которую Линь И положил на макушку Линь Ляна, была бельмом на глазу. Но вскоре Линь Лян убрал руку Линь И: "Брат, я вырос. Не думай, что ты единственный, кто поддерживает семью Линь. У тебя все еще есть я! Пока мы, братья, связаны друг с другом, никто не сможет победить нашу семью Линь."

Последнее предложение Линь Ляна было намеренно сказано Гу Хэншенгу, ведь в оригинальной книге он всегда пробовал все средства, чтобы приобрести компанию Линь. Но он сказал это слишком тихо, так что Гу Хэншенг не слышал его. Но то, что он сказал, почти растрогало Линь И до слез. Если бы не Гу Хэншенг в их комнате, он бы уже плакал со своим добрым братом на руках.

Из-за внезапной кончины Линь Хая, бизнес коммерческого центра превратился в поле битвы. Все смотрели на него, и многие люди действовали наперерез. Словно с исчезновением Линь Хая он оказался в другом мире.

Если у Линь И возникали какие-то сомнения, то его некому было направить, и никто не поддерживал его. В джунглях, полных шипов и волков, он мог орудовать своим мечом только в одиночку. Теперь он вдруг обнаружил, что младший брат, который только доставлял ему неприятности, тоже взял меч и встал рядом с ним. Такое тепло и ощущения были за гранью опыта посторонних.

Да, Гу Хэншенг, единственный посторонний в отдельной комнате, вообще не хотел испытывать так называемое братство. Его двоюродные братья находятся в тюрьмах и трудовых лагерях, сожалея, что побеспокоили не того ребенка.

После еды, перед тем как уйти, Гу Хэншенг вручил Линь Ляну свою визитную карточку: "Вы можете позвонить мне, если вам что-нибудь понадобится."

Линь И был удивлен отношением Гу Хэншенга к Линь Ляну, потому что номер телефона, сохраненный в его мобильном телефоне, был помощника Гу Хэншенга.

Линь Лян посмотрел на красиво оформленную визитную карточку без всякого желания брать ее. Он действительно не мог понять разницы между визитной карточкой большого дьявола и карточкой, дающей жизнь, не говоря уже о том, что жизнь первоначального владельца была недолгой.

Видя, что Линь Лян не ответил, Гу Хэншенг снова сказал: "Мы можем встретиться, когда вы будете свободны." Это было похоже на то, как будто он просто ударил Лин Лина об стену: если ты действительно хочешь меня подцепить, можешь позвонить мне в любое время.

Под пристальным взглядом большого босса Линь Лян, наконец, не выдержал и без улыбки взял визитную карточку: "Для меня большая честь иметь возможность связаться с мистером Гу."

Гу Хэншенг ушел с удовлетворением. Линь Лян посмотрел на его высокую и властную спину, в сердцах помахал ему и сказал до свидания - никогда больше не встречайся - ты, большое свиное копыто!!!

Конечно, Линь Лян также знал, что в это время Бог обязательно посмотрит на него с презрительной улыбкой над головой и пошлет ему два слова - продолжай мечтать!

Глава 8. Аукцион

Следующим днём было воскресенье. Во второй половине дня Линь Лян и Цинь Цзямин, лучший друг первоначального владельца, договорились о встрече, чтобы вместе отправиться на аукцион.

"Ты бессердечный ублюдок, сколько времени прошло с тех пор, как ты приглашал меня куда-нибудь пойти? Если бы я не позвонил тебе вчера, ты бы совсем забыл обо мне, своем лучшем друге?" Цинь Цзямин посмотрел на Линь Ляна и жаловался, словно маленький забытый любовник, проявляющий свой характер.

Линь Лян сел на пассажирское сиденье и улыбнулся, объясняя: "В последнее время дома было много проблем, поэтому я каждый день занят, как у меня может хватить духу выйти и поиграть?"

Цинь Цзямин сердито посмотрел на него: "Почему ты не сказал мне, что Линь Хао, этот мертвец, привел хулиганов чтобы напасть на тебя?"

Линь Лян беспомощно улыбнулся: "Раз ты уже знаешь об этом, то также должен знать и о том что я довольно сильно избил его. Я решил этот вопрос, так о чём тут говорить?"

Цинь Цзямин - лучший друг первоначального владельца и единственный относится к нему искренне. В оригинальной книге, после смерти первоначального владельца, Цинь Цзямин унаследовал ритм смерти первоначального владельца, чтобы отомстить за него. Он чуть не загнал семью Цинь в ловушку, поэтому, чтобы спасти ее, у его отца не было выбора, кроме как отправить его за границу.

"Ты больше не хочешь, чтобы я был твоим другом?" Цинь Цзямин жалобно посмотрел на Линь Ляна, в его ярких черных глазах блеснули слезы.

Видя, что он обижен, словно маленькая девочка с разбитым сердцем, Лин Лян не удержался и коснулся его пушистых волос: "Глупый, ты мой единственный друг, разве я не остался бы без друзей выбросив тебя? Неужели ты думаешь, что я такой глупый человек?"

Цинь Цзямин покраснел и улыбнулся: "Так ты осознаешь это." Он с радостью завел машину и покинул территорию семьи Линь.

Цинь Цзямин на самом деле не был нежным и двусмысленным во время боя. Когда он учился в средней школе, он был в классе с первоначальным владельцем и тоже считался школьным хулиганом. Однако, по сравнению с первоначальным владельцем он был похож на большое солнце, более привлекателен и красив для девочек в школе.

"Я не хочу учиться в университете Б, я хочу поступить в Университет А, чтобы сопровождать тебя". Цинь Цзямин начал свою мантру о поступлении в университет.

Университет А - престижная школа, и оценки первоначального владельца абсолютно неприемлемы. Он мог быть принят исключительно из-за кооперативных отношений между Университетом А и семьей Линь. Многие из исследовательских проектов университета поддерживаются средствами Линь.

И у Цинь Цзямина была не все так хорошо, хотя после вступительных экзаменов в колледж он продолжал кричать, что хочет поступить в университет вместе с Линь Ляном, его успеваемость была действительно "впечатляющей", поэтому он мог лишь говорить об этом.

"Университет Б довольно хорош, просто позволь своему отцу поберечь дыхание! Ему было трудно обзавестись связями и потратить деньги, чтобы отправить тебя", - беспомощно посоветовал ему Линь Лян.

"Я знаю. Но ... я не хочу разлучаться с тобой". Последние несколько слов Цинь Цзямин произнес очень тихо. Линь Лян сделал вид, что не расслышал. Цинь Цзямин и первоначальный владелец были слишком хорошо знакомы друг с другом, и он действительно устал быть с ним каждый день. Поэтому, когда он пришел в этот мир, он боялся, что его разоблачат, так как друг знает его слишком хорошо.

В конце концов, он не является первоначальным владельцем. Но он не ожидал, что все так обернется, и это было весьма кстати.

Болтая, двое людей следовали за обслуживающим персоналом аукционной встречи в VIP-комнату.

Линь Лян сел и уставился на аукционный зал внизу, и, наконец, увидел Вэнь Юцина, сидящего с императором кино Ляном в третьем ряду.

Императора кино Ляна зовут Лян Янь и в оригинальной книге он был вторым мужским персонажем. Ему нравится Вэнь Юцин, и он тот, кто помогал ему шаг за шагом достичь вершин в индустрии развлечений.

Сегодня был важный поворотный момент в сюжете оригинальной книги. Вэнь Юцин на этом аукционе купит картину, которую значительно недооценили и заработает свой первый горшок с золотом, что сильно поможет его жизни взлететь.

Поэтому сегодня Линь Лян специально пришел сюда, чтобы разрушить его мечты.

В начале аукциона Линь Лян лениво ел закуски, приготовленные для важных персон в VIP-комнате, медленно потягивал кофе и лениво оглядывал аукционный зал. Цинь Цзямин был намного активнее его и приобрел пару бриллиантовых булавок для воротника.

"Эти булавки для воротника - пара, по одной для каждого из нас". Цинь Цзямин самодовольно подмигнул Линь Ляну.

"Я не хочу, оставь их себе! Такая дорогая вещь, будет жалко если я когда-нибудь случайно потеряю ее в бою." Отказался Линь Лян.

"Потеряешь, так потеряешь. В таком случае, у меня просто будет повод подарить тебе что-нибудь еще". Цинь Цзямину было все равно.

Линь Лян улыбнулся и покачал головой, подумав, что этот ребенок глупый и милый.

Наконец появилась картина, которую ждал Линь Лян. Она была времен династии Чжао, написанная Мо Фаньчжи "Карта паломничества Линшань"*. Мо Фаньчжи при жизни был ленивым, написал малое количество картин, и его репутация была не так хороша, как у автора картины сегодняшнего финалиста аукциона Сюй Яньциня "Великая Восточная династия". Несмотря на то, что Мо Фаньчжи был куда способнее Сюй Яньциня во всех аспектах, это не повлияло на большинство людей, присутствовавших на аукционе, которые пришли именно за его работой.

(*Мы не смогли точно перевести название картины, т.к. при сверке с оригиналом было несколько вариантов перевода и в связи с противоречием между названием и периодом создания самой картины. Династия Чжао существовала в период с 403 года до н. э. по 222 год до н. э., однако известно, что во времена империи Суй в 598 году был создан уезд Наньбин и во времена империи Тан в 794 году уезд Наньбин уже был переименован в Линшань. Возможно, название картины никак не связано с реальностью и это лишь выдумка автора, если позже нам станет что-то известно в текст будут внесены изменения).

Все они хотели сохранить достаточно средств, чтобы поторговаться за последнюю картину Сюй Яньциня, что привело к тому, что Вэнь Юцин купил картину Мо Фаньчжи непосредственно по низкой цене.

Торги за картину начались со стартовой цены в 2 миллиона долларов. Сначала Линь Лян просто наблюдал и не участвовал в торгах. Только когда Вэнь Юцин повысил цену до 6 миллионов, и никто больше не желал торговался, Линь Лян предложил цену в 8 миллионов.

Вэнь Юцин застыл, он оглянулся наверх, но ничего не увидел. Сидевший рядом с ним Лян Янь подбодрил его: "Цена не имеет значения, если тебе нравится эта картина, то просто купи ее, если тебе не хватит денег, то я одолжу."

Вэнь Юцин собрался с духом и увеличил цену до 9 миллионов. Линь Лян напрямую поднял цену до 12 миллионов, и участники торгов в нижнем зале вздохнули. Многие люди часто поворачивали головы, в глубине души догадываясь, кто был человеком в этой VIP-комнате.

Вэнь Юцин снова повернул голову, и Лян Янь обеспокоенно спросил: "Ты все еще хочешь увеличить цену? Если тебе действительно это нравится, то может мне стоит купить ее и отдать тебе?"

Вэнь Юцин улыбнулся и покачал головой: "Хотя мне очень нравится эта картина, цена сейчас намного выше, чем я ожидал, давай забудем об этом!"

Лян Янь нахмурился, затем поднял руку и увеличил цену до 13 миллионов.

В конце концов Линь Лян получил картину по цене 22 миллиона долларов. Это оказалось намного дороже, чем ожидалось. В оригинальной книге Вэнь Юцин на самом деле потратил всего 6 миллионов, чтобы получить эту картину. Хотя в конце концов он продал картину Гу Хэншэну в пять раз дороже и заработал первый в своей жизни горшок с золотом, всего 30 миллионов, поэтому Линь Лян чувствовал, что лучше продать ее и заработать 8 миллионов, чем коллекционировать.

Цинь Цзямин увидев, что Линь Лян приобрел работу Мо Фаньчжи, подумал, что тот недавно увлекся древними картинами, и когда на сцене появилась последняя картина Сюй Яньциня, и люди внизу так энергично делали ставки, решил, что Линь Ляну, должно быть, она тоже понравится, поэтому он радостно вышел на полпути и взбаламутил ситуацию.

Цинь Цзямин поднял цену до 55 миллионов долларов, хотя первоначальная цена в оригинальной книге составляла всего 30 миллионов. У людей, которые хотели эту картину, были сердитые лица и красные шеи. Бесчисленное множество людей обернулись и уставились на vip-комнату, проклиная их в сердцах.

"Как тебе? Я так добр к тебе! Эти деньги я копил в течении нескольких лет с новогодних конвертов и теперь они принадлежат тебе". После того, как была совершена покупка, Цинь Цзямин великодушно посмотрел на Линь Ляна.

Линь Лян с жалостью посмотрел на него: "Тебе лучше оставить это себе! Это слишком дорого, я не могу себе этого позволить."

"Пока тебе это нравится, даже звезды на небе не имеют значения". Глаза Цинь Цзямина были черными и яркими, а его улыбка солнечной и ослепительной.

Линь Лян не удержался и снова коснулся его головы: "Глупый! Тогда сначала отправим картину ко мне, но когда представится шанс, я найду для тебя еще более лучшую вещь чем эта!"

Цинь Цзямин не был убежден: "Что ты подразумеваешь под этим? Тебе это не нравится?"

Линь Лян посмотрел на него и улыбнулся, ответив тихим голосом: "Мне это нравится."

Глава 9. Люди

Когда аукцион закончился, Линь Лян и Цинь Цзямин вышли из отдельной комнаты и увидели Вэнь Юцина и Лян Яня, ожидающих снаружи у двери.

Лян Янь был потрясен, когда увидел Цинь Цзямина: "Цзямин? Это ты купили две картины? Откуда у тебя столько денег? Когда я вернусь и расскажу твоему отцу, посмотри, не надерет ли он тебе задницу."

Семья Лян и семья Цинь-родственники. Цинь Цзямин приходится Лян Яню двоюродным братом, но семья Лян-это семья первой жены главы Цинь и она давно умерла, и теперь та, кто отвечает за семью Цинь - это мать Цинь Цзямина, поэтому слова кого-то из семьи Лян для него не имеют значения: "У меня есть деньги, и я трачу их так, как захочу, это не твое дело."

Вэнь Юцин быстро объяснил: "Мы просто хотели прийти и обсудить с вами, ребята, можете ли вы продать нам картину Мо Фаньчжи по той же цене. Мне она очень нравится, и я надеюсь, что мы сможем договориться".

"Ну и что, что она тебе нравится! "Цинь Цзямин нетерпеливо посмотрел на Вэнь Юцина." Ты хочешь, чтобы я тебе это продал? Считаешь, что весь мир тебе должен?!"

Увидев озадаченное выражение лица Вэнь Юцина, Линь Лян не мог не поаплодировать Цинь Цзямину в своем сердце, комментарий этого парня о главном мужском персонаже был просто слишком блестящим.

"Цинь Цзямин, что ты сказал? Немедленно извинись перед моим другом!" Лян Янь рассердился на подобную несправедливость к Вэнь Юцину.

Вэнь Юцин поспешно взяла его за руку: "Забудь об этом, брат Лян, давай не будем ссориться с детьми."

Услышав это, Цинь Цзямин бросил в ответ: "Что ты только что сказал? С детьми? Эти дети съели твою еду или украли твой рис? Держи рот на замке, если не знаешь, как говорить".

У Цинь Цзямина словно было два лица. Одно - для Линь Ляна, а другое он демонстрировал сейчас тем, кто стоял перед ним, отчего они потеряли дар речи. Вэнь Юцину оставалось только оттащить Лян Яня в сторону.

Линь Лян, когда они уходили, показал Цинь Цзямину большой палец вверх.

Покинув аукцион, Линь Лян отправился ужинать с Цинь Цзямином, затем тот отвез его домой. Когда он вышел из машины, Линь Лян посмотрел на Цинь Цзямина, который неохотно прижался к рулю и поставил ногу на педаль газа, и сказал: "Если твой отец спросит тебя об аукционе, просто скажи ему, что я купил обе картины, понял?"

"Мм". Цинь Цзямин был несчастен, его водянистые глаза, моргая, смотрели на Линь Ляна.

Линь Лян смягчился от его взгляда и добавил: "Я попрошу своего брата подумать о том, сможет ли он устроить тебя в мой университет."

Цинь Цзямин неохотно выдавил улыбку: " Иди! Не забудь позвонить мне, когда освободишься."

Линь Лян вернулся в комнату, запер дверь и перенес все вещи, купленные на аукционе на кровать. Затем отправился в ванную принять душ.

После душа он высушил волосы, размышляя о том, как максимизировать ценность этих двух картин.

Он никогда не был бизнесменом, но для того, чтобы избавиться от судьбы первоначального владельца, ему придется сделать все возможное, чтобы заработать деньги. В романе семья Линь в итоге обанкротилась с долгом в 670 миллиардов. Он не мог позволить Линь И спрыгнуть с крыши здания!

Кроме того, под крышей гнезда находятся готовые яйца.*

(*Поговорка, означающая, что для достижения цели уже есть все необходимое).

После того, как Линь Лян закончил сушить волосы, он взял картину с кровати, открыл шкаф и положил ее в дальний темный угол.

Линь Лян открыл дверь и вышел, первоначально желая спуститься вниз, чтобы найти дворецкого Лю Фана для разговора, но как только он открыл дверь, увидел Линь Литин и Чжан Шусюэ, мать и дочь, которые крались к его комнате.

"Что вы делаете у моей двери?" - сердито спросил он.

Хотя Линь Литин была поймана, она совсем не чувствовала себя неловко. "Мой друг сказал, что видел тебя сегодня в аукционном доме. Ты действительно был там? Говорю тебе, каждый пенни, который ты тратишь, принадлежит нашей семье. Как только мой второй брат умер, ты захотел стать наследником семьи. Позвольте мне сказать тебе, даже не думай об этом!!!"

Линь Лян  мысленно закатил глаза. Он действительно не понимал, как устроен мозг Линь Литин, родившейся в богатой семье, чтобы стать такой, просто чудо!

"Мой отец умер и твое мнение меня не заботит. Вода не может повернуться вспять и на этот раз тебе со своей дочерью придется вернуться в дом своей матери. Мой отец не оставил тебе ни пенни в своем завещании. Ты боишься, что над тобой будут смеяться в доме Чжан, когда ты вернешься к ним, и именно поэтому остаешься здесь." Линь Лян свирепо посмотрел на нее и сказал: "Просто знай, семья Линь больше не та, что прежде, и мы не держим праздных людей. Если ты не уйдешь, я попрошу экономку Лю заставить тебя оплатить расходы на проживание."

Линь Литин чуть не умерла от гнева и указала на Линь Ляна: "Ты, ты, ты... я выросла в этом доме. Когда я вышла замуж, мой второй брат сказал, что семья Линь всегда будет моим домом, теперь, когда мой второй брат умер, ты, нефилимский сын хочешь прогнать меня?"

Сказав это, она осела на пол и начала похлопывать себя по бедрам, крича: "Второй брат! Мой добрый брат! Почему ты ушел так рано и оставил такое бедствие в нашей семье Линь? Рано или поздно с семьей Линь будет покончено! .........."

Линь Лян даже не потрудился взглянуть на нее, сразу закрыл дверь комнаты на ключ и ушел.

Линь Литин остановилась, как только Линь Лян ушел. В ее глазах не было ни слизинки! Она просто кричала, и ни единой капли с ее глаз не пролилось. Чжан Шусюэ помогла своей матери подняться и спросила с грустным лицом: "Что, если Линь Лян действительно возьмет с нас плату за проживание?"

У Линь Литин было презрительное выражение на лице: "Это просто слова! Семья Линь является одной из богатейших семей, если они возьмут с нас расходы на проживание и другие богатые семьи услышат об этом, они станут посмешищем на несколько лет!"

"Тогда...разве мы не можем вот так остаться в доме Линь? Раньше я думала, что Линь Лян был хорош только в разговорах, и достаточно лишь второй тете немного поговорить с ним, чтобы успокоить, но я не думала, что в тот момент, когда второй дядя и вторая тетя умрут, он станет совершенно другим человеком."

Линь Литин посмотрела в спину Линь Ляна и вздохнула: "Да! Я тоже думала, что он был мягкой хурмой, но он оказался железной шишкой. Если так будет продолжаться и дальше, мне придется в конечном итоге оставить такой большой семейный бизнес и на самом деле не получить от него никакой выгоды, просто так?! Я не хочу этого делать!"

Линь Лян нашел Лю Фана, главного дворецкого семьи Линь, в саду. Он поливал цветы из разбрызгивателя. Лю Фану было за семьдесят, но выглядел он на шестьдесят с небольшим, только волосы у него уже полностью поседели.

"Дядя Лю, ты действительно нечто, тебе стоит отдохнуть какое-то время."

Лю Фан обернулся и улыбнулся Линь Ляну: "Прошло уже несколько десятилетий! Проблема серьезная и в ближайшее время это не изменить."

Линь Лян слабо улыбнулся: "Ты всю жизнь служил нашей семье Линь, и пришло время нам с братом почтить тебя."

Лю Фан широко улыбнулся: "Когда рот молодого мастера стал таким сладким? Не думай, что я стар! С работой я управляюсь не хуже молодого человека. И я уже считал себя частью семьи Линь, если вы действительно попросите меня однажды ничего не делать просто потому что я стар, то, думаю, я буду страдать снова и снова, даже больше, чем когда я болен."

У Линь Ляна было тяжело на сердце, и он не хотел быть таким злодеем, но будущий путь семьи Линь уже был достаточно трудным, и никакие слабости семьи не могли попасть в руки других. Даже если Лю Чжао отправят в Африку, нет гарантии, что с этого момента он изменит свои привычки и бросит азартные игры.

Лю Фан вполне может что-то сделать, предав семью Линь, ради своего никчемного сына Лю Чжао. Семья Линь не может так рисковать, и поэтому Лю Фан может только уйти.

"Дядя Лю, я обсудил это со своим братом, и хочу отдать тебе виллу на окраине города по выходу на пенсию. Я знаю, что ты любишь растения и мелких животных. Рядом есть цветочный и птичий рынок, ты можешь пойти туда погулять, если тебе нечем будет заняться."

Лю Фан понял смысл слов Линь Ляна. Он замер, глядя на него, и постепенно его глаза увлажнились и наполнились слезами.

Линь Лян посмотрел на следы слез на лице старика, и на сердце у него стало тяжелее, чем когда-либо. Он чувствовал, что другие были правы, насмехаясь над ним за то, что он был ребенком, по крайней мере, сейчас. Он действительно все еще не был блестящим бизнесменом.

Глава 10. Чудесные края

Секретарь Шу Ронг вошел в кабинет Гу Хэншенга и положил на его стол папку с фотографиями. "Президент Гу, мастер Линь вчера отправился в Аукционный дом и купил картину Мо Фаньчжи."

"Картина Мо Фаньчжи? У него действительно хороший глаз." Сказал Гу Хэншенг, высыпая фотографии на стол, и первой фотографией, которая привлекла его внимание, была фотография Линь Ляна в машине, протянувшего руку и коснувшегося головы Цинь Цзямина. Гу Хэншенг нахмурился и спросил: "Кто этот человек? Разве ты не говорил, что у Линь Ляна никогда не было отношений? Так почему же он так близок с этим парнем?"

Шу Ронг взглянул на фотографию: "Это молодой мастер семьи Цинь, его зовут Цинь Цзямин."

"Это незаконнорожденный ребенок семьи Цинь? Брат Дафана издевался над ним, когда он был ребенком, они несколько раз встречались и Линь Лян помогал ему. Позже госпожа семьи Цинь умерла, и его мать стала главной. Но он все равно последовал за задницей Линь Ляна как его друг?" Гу Хэншенг читал информацию о Линь Ляне с детства и до зрелого возраста два дня назад, так что у него сложилось некоторое впечатление о Цинь Цзямине как о человеке.

Но он все еще был очень расстроен и сердито спросил: "Это с ним Линь Лян был в аукционном доме?"

Шу Ронг кивнул: "Да, он также потратил 55 миллионов на аукционе, чтобы забрать картину Сюй Яньциня и отдать ее мастеру Линю."

У Гу Хэншенга был презрительный взгляд: "Как глупо с его стороны, самые дорогие картины Сюй Яньциня стоят не более 50 миллионов. Большинство картин Сюй Яньциня довольно поверхностны, эта стоит всего 30 миллионов. Он на самом деле потратил 55 миллионов только на то, чтобы купить её, глупец!"

Цинь Цзямин, который был в Университете Б, внезапно чихнул, он прикрыл рот и был счастлив, он чувствовал, что Линь Лян, должно быть, скучал по нему. Достав свой телефон он молча отправил сообщение: "Лян, я тоже скучаю по тебе." Отправив его, он радостно сунул телефон в карман.

Надо сказать, что некоторые недоразумения довольно прекрасны.

Затем Гу Хэншенг спросил: "Во сколько Линь Ляну обошлась покупка картины Мо Фаньчжи?"

"Чтобы приобрести эту картину мастер Линь потратил 22 миллиона долларов."

Гу Хэншенг нахмурился: "Нет, эта картина не должна быть такой дорогой! Кто-то хотел купить эту картину одновременно с Линь Ляном?"

Шу Ронг восхищался боссом, хотя он редко инвестировал в антиквариат, у него все еще было четкое представление о рынке: "Это актер Лян Янь."

"Я помню, что у него есть сотрудничество с нашей компанией, посмотри какие из контрактов истекают и замени его самым раздражающим соперником."

"Хорошо, - Подумав об этом, Шу Ронг напомнил - Скоро 80-летие старика Цяо. Его слуга прислал сообщение сегодня утром где сказано, что г-н Цяо Лао внезапно влюбился в картины Мо Фаньчжи. Хотя картины Мо Фаньчжи не дорогие, их не так много и поэтому нелегко найти в короткие сроки."

Гу Хэншенг улыбнулся, держа в руках фотографию Линь Ляна, и подумал: "Похоже, что я и Линь Лян действительно предопределены. Он купил картину вчера, и мне нужна эта картина сегодня. Разве это не божественная судьба?"

Линь Лян не вернулся в полдень, а нашел уголок, чтобы поесть в школьной столовой. У первоначального владельца было мало друзей в школе, ведь те, кто мог поступить в Университет А, были лучшими студентами со всей страны сдавшими вступительные экзамены. У первоначального владельца были плохие оценки и плохой характер, и никто, кроме Ян Тяньюя, не пытался ему помочь, поэтому, естественно, у него было мало друзей.

Что касается Ян Тяньюя, Линь Лян уже перестал обращать на него внимание.

Линь Лян сел и не съев даже несколько кусочков, привычно поднял глаза на человека напротив и увидел красивые брови и красивое лицо, немного похожее на злодейское лицо босса Гу Хэншенга.

Линь Лян сразу узнал его, он был старшим первоначального владельца в средней школе, и в его памяти он является легендарным ребенком из чужой семьи. Единственный двоюродный брат, которого Гу Хэншенг не отправил в трудовые лагеря и тюрьмы - Гу Цзиньфань.

Гу Цзиньфань поставил свою тарелку, вздернул подбородок и снисходительно произнес: "Мой двоюродный брат сказал, что над тобой недавно издевались, и попросил меня приехать и позаботиться о тебе, конечно, если ты не против."

С того момента как Гу Цзиньфань сел, студенты в кафетерии, которые молча наблюдали за ним, начали перешептываться.

"Кто этот парень? Он выглядит так мило, он первокурсник? Как получилось, что я не знала, что в нашей школе есть такой милый маленький мальчик? Президент студсовета и маленький хулиган, эта пара СР, с которой я сойду с ума."

"Что за чушь ты несешь? Старший Гу принадлежит мне. Я гоняюсь за ним уже два года. Где та маленькая лисица, которая осмеливается соблазнить моего старшего Гу?"

".........."

Линь Лян, которого группа девушек, поедающих дыни, описала как маленького хулигана и лисицу, посмотрел на Гу Цзиньфаня напротив него с озадаченным выражением лица.

Тот, кто избил нуждается в ком-то, кто защитит его задницу, что за шутка?! Хотя другая сторона является популярной фигурой в Университете А и Президентом студсовета, но он не забыл, что Гу Цзиньфань - мужчина номер четыре в оригинальном романе и будущий маленький поклонник Вэнь Юцина.

Должен ли он дать ему хорошее лицо? Черт с ним.

Линь Лян намеренно проигнорировал Гу Цзиньфаня и продолжил трапезу. Он даже поднял кусок жирного мяса, который не захотел есть, и бросил его в обеденную тарелку Гу Цзиньфаня.

Гу Цзиньфань посмотрел на кусок в своей тарелке, его брови приподнялись: "Э-э, я тоже это не ем."

Линь Ляну было все равно, нравится ему это или нет. Он продолжал без всякого выражения выбирать кориандр и зеленый лук из своей тарелки и перебросывать их в тарелку Гу Цзиньфаня. Ведь их он ненавидит еще больше. А особенно он ненавидит семью Гу, которая хватает его еду быстрее, чем его рука, так что пусть ненавистные вещи остаются вместе, идеально.

Гу Цзиньфань посмотрел на еду в своей тарелке, которая ему не принадлежала, и, наконец, пришел к выводу: "Ты так же хорош со всеми? Неудивительно, что тебя избили."

"Похоже, я должен прояснить, что я победил их, а не они меня. Ещё не родился тот человек, что смог бы издеваться надо мной." Сказал Линь Лян, пытаясь бросить кости, которые он только что съел, в тарелку Гу Цзиньфаня.

Гу Цзиньфань ошеломленно уставился на него. Мясистые кости упали точно посередине стола, но Линь Лян нисколько не смутился. В наши дни, без нескольких фунтов кожи, как может кто-то плавать в обществе, поэтому он продолжал спокойно хвастаться. "Потому что я решительно растопчу их своими ногами, чтобы у них никогда не было шанса родиться."

Затем он мягко улыбнулся: "Поэтому, пожалуйста, вернись и скажи своему кузену - спасибо за его заботу, но ему не нужно беспокоиться о некоторых мелких неприятностях, я могу справиться с этим сам."

Гу Цзиньфань прищурил глаза: "Что ты хочешь этим сказать? Я тебе не нравлюсь?"

Линь Лян закатил глаза. Он действительно восхищался своеобразным мозговым устройством семьи Гу. Ему было лень разговаривать с такими людьми, и он нетерпеливо ответил: "Если вы хотите так думать, я ничего не могу с этим поделать."

Красивые брови, пышные ресницы, похожие на взволнованные перья, белая и нежная кожа, высокий нос, красивые контуры лица, милый вишнево-красный рот. Чем больше Гу Цзиньфань смотрел, тем больше он чувствовал, что Линь Лян красив, и чем больше он смотрел, тем дольше не мог отвести взгляд.

В середине трапезы Линь Лян поднял голову и свирепо посмотрел на Гу Цзиньфаня: "Достаточно насмотрелся? Если да, то катись, и если ты осмелишься еще раз так взглянуть на меня, я просто кину в твое лицо тарелкой, веришь или нет?"

Голос Линь Ляна не был тихим. Вся столовая повернула головы, чтобы посмотреть на него, задаваясь вопросом, были ли у этого первокурсника неправильные мысли. Нет никого в университете, кто бы не знал, что у президента студсовета не лучший характер, - это кусок железной пластины, которую нельзя пнуть.

Все с большим интересом ждали хорошего шоу, но вместо этого они увидели, как Гу Цзиньфань встал с покрасневшим лицом, взял свою тарелку и переставил ее на соседний стол.

Глаза людей во всем кафетерии смотрели на красные щёки Гу Цзиньфаня и чувствовали себя так, словно попали в фантастический роман. Мир был слишком психоделическим, чтобы они могли его понять.

*Понятие психоделик, психоделический произошло от греческого ψυχη (psyche — разум, сознание) и δηλειν (delein, «проявлять»). Дословно термин можно перевести как «проявляющий сознание». Психоделики часто характеризуются как вещества, «расширяющие» сознание (имеется ввиду расширяющие границы привычного сознания).

Гу Цзиньфань обиженно опустил голову, чтобы грызть кориандр и жирное мясо, которые Линь Лян бросил в него, тихо вздыхая в своем сердце: "Эта маленькая красавица действительно выглядит лучше, когда он злится, мне так неловко связываться с ним, хмм... хмм..."

Глава 11. Булавка для воротника

Линь Лян вернулся в общежитие один после еды. Первоначальный владелец редко останавливался здесь. Он часто ходил в бар по ночам, поэтому жить в общежитии было неудобно, но иногда он приходил сюда вздремнуть после обеда.

После того, как Линь Лян переселился в этот мир, эта традиция продолжилась. Единственная разница заключалась в том, что он не играет, а работает, так как он хочет изменить свою концовку пушечного мяса. Он должен сражаться каждую секунду.

Общежитие Университета А - это обычное общежитие для четырех человек, Когда Линь Лян вошел, он обнаружил, что остальные трое болтали, один смеялся, топая ногой, один расслабленно полулежал на кровати, а другой сидел на краю, покачивая ногами и смеясь.

В тот момент, когда Линь Лян вошел в комнату, шум внутри резко прекратился. Он лег в постель, как ни в чем не бывало, Так как после долгого пути было немного жарко, Линь Лян снял свою полосатую рубашку и бросил ее на кровать, а затем повернулся и пошел в ванную.

Когда он вошел в ванную, трое людей в комнате снова начали смеяться и разговаривать.

Когда Линь Лян вышел из ванной, он увидел, что его рубашка была брошена на землю вся в пятнах.

Булавка для воротника, которую дал ему Цинь Цзямин, разломилась на две части. Линь Лян бросил взгляд на трех соседей по комнате, которые притворялись равнодушными и продолжали разговаривать, достал свой мобильный телефон и сделал несколько снимков рубашки на земле. Затем он подошёл чуть ближе и продолжил снимать.

Закончив, он повернул голову, чтобы посмотреть на Ли Чжэ, который сидел на кровати, подобрав ноги, и спросил: "Ты знаешь, сколько стоила рубашка, которую ты бросил на землю?"

Ли Чжэ был зол. "Какой твой гребаный глаз видел что я её трогал? Если твоя одежда так ценна, то выгляни в окно и спроси у ветра кто тебе должен, это не наше дело."

Два других человека также начали спорить: "Да, похоже, что это здорово - иметь деньги, ха! Ты можешь клеветать на людей только потому что ты богат?"

"Что за шутка, ты хочешь получить с нас деньги за это? Ни за что!"

Линь Лян усмехнулся, указал на булавку для воротника на своем воротнике и сказал: "Видишь эту булавку для воротника? Вчера мой друг подарил мне её с аукциона, пару за 2,4 миллиона, эту за 1,2 миллиона. Вес нетто составляет 29 граммов, материал - цветное золото, украшенное 9 бриллиантами, 7 голубыми бриллиантами и 2 розовыми бриллиантами. Как ты думаешь, ветер за окном, который не может даже сорвать лист, сбросил металлическую вещь на землю и сломал её? Вас в старших классах инопланетяне учили физике? Или вы думаете, что мой мозг забит дерьмом и поверит в такую дешевую отговорку от вас, ребята?"

Ли Чжэ забеспокоился: "Какая разница, кто это сделал, в любом случае это не мы, мы не имеем к этому никакого отношения."

Гуань Юй, стоявший рядом, презрительно посмотрел на него: "Разве ты просто не хочешь показать, насколько ты богат перед нами? Если это действительно так дорого,  то кто сказал тебе разбрасывать такие ценные вещи? Ты заслужил это! "

В это время Ян Тяньюй только что подошел к Линь Ляну, он посмотрел на его бледное лицо и рубашку на полу, сразу догадавшись что произошло. Он улыбнулся и наклонился, чтобы поднять ее.

Но его руку перехватил Линь Лян: "Не трогай, я должен доложить об этом в полицию позже."

Услышав слово "доложить", у трех других людей в комнате замерло сердце. Улыбка Ян Тяньюя тоже застыла на его лице: "Полиция? В этом нет необходимости! Я знаю, что твоя одежда очень дорогая, но у тебя её много, и в этой комнате всего несколько студентов, нет необходимости заходить так далеко."

Линь Лян холодно усмехнулся: "Независимо от того, сколько у меня одежды, они не вправе бросать её на пол, не говоря уже о том, что они сломали такую дорогую булавку для воротника, поэтому я должен немного наказать их."

Линь Лян перевел взгляд с лица Ли Чжэ и всех троих по очереди: "Вы, ребята, собираетесь признаться сами или подождете, пока я позже позвоню в полицию и поговорим с дядей полицейским вместе?"

Трое людей посмотрели друг на друга. Они действительно не ожидали, что булавка для воротника окажется такой дорогой, но они чувствовали, что она была такой красивой, и чем больше они смотрели на нее, тем более несчастными они становились, так что...

"Так вы не хотите отвечать?" Линь Лян поднял трубку, и когда он собирался позвонить, Ян Тяньюй протянул руку и накрыл телефон Линь Ляна. "Все они дети из обычных семей. Как только ты позвонишь в полицию, их жизни будут разрушены. Это судьба для всех собраться вместе, не расстраивайся так, позволь им вместе принести тебе извинения и забудь об этом."

Он повернул голову к трем другим людям в общежитии и сказал: "Почему бы вам всем не поторопиться и не извиниться перед Линь Ляном?" Они переглянулись и, наконец, сказали вместе тихим, но небрежным голосом: "Извини."

Линь Лян многозначительно посмотрел на Ян Тяньюя. С его пониманием этого персонажа, этот парень далеко не такой хороший старший, каким хочет казаться, иначе он не стал бы подсыпать яд в напиток первоначального владельца!

"Поскольку вы извинились, значит признаете, что эта рубашка была испорчена вами, и вы также наступили на булавку для воротника. В сумме всё это составляет 1,22 миллиона, вы должны отдать мне деньги до завтрашнего рассвета, иначе ... - Лин Лян улыбнулся, - я все равно позвоню в полицию."

"Линь Лян..." Ян Тяньюй все еще хотел уладить вопрос, но был вынужден отступить под взглядом Линь Ляна.

"Однако, если вы скажете мне, кто является вдохновителем ваших действий, возможно, я смогу пересмотреть это по своему усмотрению, и если я буду счастлив, мне будет все равно, что вы, ребята, сделали. Я считаю, что те, кто может поступить в этот университет, не имеют низкого IQ. Я не верю, что вы могли бы сделать что-то настолько глупое без причины."

Трое из них некоторое время смотрели друг на друга, затем все уставились на Ян Тяньюя.

"Почему вы смотрите на меня?!" Ян Тяньюй крикнул им с нечистой совестью: "На вашем месте я бы опустился на колени и умолял брата Ляна. Объяснить почему вы не можете вернуть 1,22 миллиона?"

Мэнг Тао, который только что сидел на кровати и ел семена дыни, наконец не выдержал и сердито посмотрел на Ян Тяньюя: "Разве не ты пригласил нас на ужин, сказав, что Линь Лян в последнее время не обращал на тебя особого внимания и сказал нам изолировать его в общежитии, чтобы он чувствовал себя брошенным и никому ненужным, и в конце концов он вернётся к тебе, чтобы ты мог поиграть с ним? Что ещё ты сказал..., о, что ты его убедишь, что он успокоится всего от нескольких слов от тебя. Ты и Линь Лян оба происходите из богатых и влиятельных семей, так что, естественно, не будете заботиться об этих мелочах, но мы заботимся."

Гуань Юй не мог не воскликнуть сердито: "Да! Разве твоя семья не богата? 1,22 миллиона для тебя ничто". Он достал из кармана банковскую карточку и бросил ее на землю. "Нам даже не нужны эти несколько тысяч долларов. Ты можешь заплатить 1,22 миллиона юаней самостоятельно!"

Лицо Ян Тяньюя вспыхнуло от гнева. Он увидел, как Линь Лян опустил лицо, и сразу же сердито указал на Гуань Юя: "Не слушай эти глупости, они просто не могут вернуть деньги, поэтому намеренно вылили грязь на меня."

Ли Чжэ был так зол, что достал свой мобильный телефон и нажал на Weibo, повернувшись лицом к Линь Ляну и Ян Тяньюю: "Ян Тяньюй, я не ожидал, что ты будешь так бессовестен. Посмотрите на этот веб-сайт. Это было опубликовано час назад, когда мы ели. Эти фотографии сделаны во время совместного ужина."

Ян Тяньюй впился в него взглядом и безжалостно произнес: "Что может доказать фотография? Это только означает что я ужинал с вами, ребята, и не обязательно сегодня, так что без полных доказательств не бросайте в меня обвинения, я не предатель. На вашем месте, вместо того, чтобы тратить время на клевету, я бы поторопился и нашел способ найти деньги и вернуть их."

Три человека дрожали от гнева, Линь Лян посмотрел на трех соседей по комнате и слегка рассмеялся: "Будучи избитыми миром еще несколько раз, вы сможете полностью осознать, насколько вы глупы и наивны на самом деле."

Говоря это, он поднял рубашку с земли и осторожно снял булавку: "Я думаю, что тогда я был таким же, как ты Ян Тяньюй, так называемым богатым мальчиком. Когда я учился в начальной школе, он спрятался в углу и плакал, и я его увидел. Поэтому я спросил что случилось."

"Он сказал, что фабрика его отца собирается закрыться, и он никогда не сможет приехать сюда, чтобы ходить в школу в будущем. Поэтому я рассказал об этом отцу, и фабрика Ян Тяньюя снова ожила."

Линь Лян посмотрел на Ян Тяньюя и улыбнулся: "Столько лет ты был у меня за спиной, не смея мне ни слова сказать, ни сделать что-то, и при этом выходишь, чтобы поесть, выпить и повеселиться за мой счёт. Твой отец, взял какую-то случайную работу у Лина, и отправил тебя сюда обзавестись связями. Где твое лицо?"

"Линь Лян, не слушай их, я испугался что ты больше не хочешь видеть меня в качестве друга, вот почему я решил поладить с твоими соседями по комнате и пригласил их на ужин......" Ян Тяньюй собирался подойти и схватить Линь Ляна за руку.

Линь Лян с отвращением отмахнулся: "Я говорю тебе - ты не годишься мне в друзья. С сегодняшнего дня ты должен держаться как можно дальше, не позволяй мне больше тебя видеть, иначе, боюсь, я не смогу сдержать отвращения и прямо забью тебя до смерти."

"Линь Лян ......."

Линь Лян держал булавку для воротника и свирепо посмотрел на него: "Убирайся!"

Глава 12. Золотое бедро

После того, как Ян Тяньюй ушёл, Линь Лян бросил свою рубашку на стол, сел на кровать и посмотрел на своих трех соседей по комнате: "Сможете ли вы поумнеть, когда станете старше? Ян Тяньюй был со мной, разве это не стоит гораздо больше, чем те несколько тысяч долларов, которые вам дали, зачем ему завоевывать вас? На вашем месте я бы не взял его денег, а для начала выяснил бы ценность этого человека, что заставило его так потратиться."

Гуань Юй прошептал: "Мы думали, он просто хочет восстановить дружбу между вами."

"Тот, кто хочет восстановить дружбу, всегда честен, и единственный способ для этого - это показать свою искренность. Потребовав несколько тысяч, чтобы подшутить, только вы, ребята, настолько глупы, чтобы поверить ему". Линь Лян был действительно зол, эта булавка была первым подарком, который он получил по доброй воле с тех пор, как пришел в этот мир, она много значила для него, и ее сломали эти безмозглые соседи по комнате.

Трое соседей переглянулись. На самом деле, они сделали это в основном из-за того, что Линь Лян редко приходил в общежитие, и он выглядел богатым с кучей карманных денег, от этого им было не по себе, и они хотели воспользоваться этой возможностью, чтобы выместить свой гнев.

Мэн Тао прошептал Линь Ляну: "Мне очень жаль." Затем он опустил голову и сжал руки в кулаки: "Но у нас действительно не так много денег. Мы не знали, что эта вещь была такой дорогой, она просто хорошо выглядела......" - в конце он не сдержался и заплакал.

Двое других тоже опустили головы. Ли Чжэ стиснул зубы и сказал: "До тех пор, пока ты не вызовешь полицию, с этого момента ты можешь делать с нами все, что угодно. Нам было трудно поступить в университет, я надеюсь, ты дашь нам шанс исправиться."

Гуань Юй снова поднял голову и добавил: "Отныне ты будешь хозяином нашего общежития, золотым бедром нас троих. С этого момента, даже если нас забьют до смерти, мы ничего не скажем."

Линь Лян наконец рассмеялся: "Я потерял 1,2 миллиона из-за вас, ребята, и я должен подарить вам золотое бедро. Ты думаешь всё будет так хорошо?"

Гуань Юй увидел, как Линь Лян улыбнулся, и почувствовал надежду, поэтому он бросился на колени и начал свое преувеличенное и лестное выступление: "Мастер, вы - яркая луна в небе! Вы - бессмертное солнце в моем сердце, ваша красота и превосходный характер как светило освещающее моё сердце. Я готов быть вашим преданным рабом! Пожалуйста, примите мое искреннее сердце!"

Его выступление, которое было более преувеличенным, чем драма, скрывало его смущение от того, что он стоял на коленях и заставило других людей в комнате смеяться.

Линь Лян упомянул о полиции только для того, чтобы напугать их и заставить сказать правду, иначе он не помешал бы Ян Тяньюю забрать одежду.

"Ладно, вставай! Я решил не звонить в полицию, и вам не нужно возвращать деньги. Я сам починю булавку."

Слова Линь Ляна, наконец, успокоили троих людей на другой стороне.

Линь Лян опустил голову и легонько погладил растоптанную булавку в своей ладони: "Я могу одним словом вернуть к жизни семейную компанию Ян Тяньюя, а также одним словом закрыть фабрику их семьи, заставив его жить хуже, чем некоторых из вас с этого момента."

Линь Лян посмотрел на Гуань Юя, который стоял на коленях на полу, и сказал: "Гуань Юй назвал меня золотым бедром. Да, по сравнению с вашим семейным происхождением это действительно так. Но то, чего я хочу это не слуги, в моей семье их достаточно, одним больше - одним меньше."

Затем он улыбнулся и посмотрел на троих людей перед собой: "Мне нужны друзья. Если вы действительно будете относиться ко мне как к другу, я также буду относиться к вам как к братьям."

Гуань Юй придвинулся к Линь Ляну, но не осмелился прикоснуться к нему. Рубашка Линь Ляна стоила 20 000 юаней, кто знает, сколько стоят его штаны. Он не может себе этого позволить, он может только жалобно смотреть на него: "Брат, тебе не хватает наложниц? Хочешь познакомиться?"

Линь Лян немного подумал: "Мне не хватает домашних животных, таких как котята, щенки, рыбы и черепахи. Хотите попробовать?"

Ли Чжэ и Мэн Тао рассмеялись. Мэн Тао, наконец, уловив суть в поведении Гуань Юя, быстро взял рубашку, которую Линь Лян бросил на стол, и пошел в ванную: "Я помогу тебе постирать одежду."

Таким образом, Линь Лян применил как просвещение, так и силу и принял свою первую партию младших братьев. Несмотря на то, что их легко обманули, это лишь является следствием недостатка социального опыта. Однако, учитывая, что они без проблем поступили в этот университет своими силами, в их способностях и интеллекте не стоит сомневаться. Чего хотел Линь Лян, так это их абсолютной искренности, и пока этот пункт соблюден, другие незначительные проблемы могут быть постепенно решены.

После двух дневных занятий Линь Лян вышел из университета и был окружен секретарем Гу Хэншенга Шу Ронгом и несколькими телохранителями. Он улыбнулся и сказал Линь Ляну: "Молодой мастер Линь, я секретарь мистера Гу, он ждет вас в машине."

Линь Лян посмотрел в том направлении, куда ему уступили дорогу, и увидел люксовый черный седан, припаркованный в тени деревьев на обочине дороги. Гу Хэншенг сидел на заднем сиденье с приоткрытым окном и кивнул ему.

Линь Лян беспомощно направился к машине. Он знал, что Гу Хэншенг, вероятно, искал его из-за картины Мо Фаньчжи.

Семья Цяо всегда поддерживала семью Гу, а жена старика - младшая дочь семьи Цяо. Семья Цяо - видная семья в политическом мире, и старик семьи - самая важная фигура, стоящая за страной. Его 80-й день рождения, как и всегда, не будет слишком роскошным, но подарок семьи Гу не будет мелочью.

У старика нет недостатка в деньгах. Поэтому для него главное дарить подарки, в которых есть смысл. Однако в оригинальной книге Гу Хэншенг лично не встречался с Вэнь Юцином, он послал секретаря Шу Ронга поговорить с ним о картине.

Шу Ронг открыл дверь для Линь Ляна, и тот неохотно сел в машину. Гу Хэншенг открыл автомобильный холодильник с своей стороны и спросил: "Хочешь выпить минеральной воды?"

Линь Лян взглянул на холодильник и сказал: "Я не хочу пить, что я могу сделать для мистера Гу?"

Гу Хэншенг все же достал бутылку лимонного напитка и протянул её Линь Ляну: "Запомни, мне нравится это пить."

Линь Лян молча взял её, думая: "То, что ты любишь пить, не имеет ко мне никакого отношения".

После того, как Гу Хэншенг закрыл холодильник, он уставился на Линь Ляна с суровым лицом, и только после того, как Линь Лян остыл, он сказал: "Открой, я хочу это выпить."

"Черт!" Линь Лян внутренне выругался. Но он не смог устоять перед давлением и послушно отвинтил колпачок для большого босса Гу и протянул бутылку ему.

Гу Хэншенг взял напиток и сделал глоток. Линь Лян посмотрел на шею Гу Хэншенга и перекатывающийся кадык и внезапно почувствовал жажду.

Он отвернулся, посмотрел в окно и снова спросил: "Что заставило мистера Гу приехать сюда лично и позвать меня?"

Гу Хэншенг небрежно накрыл бутылку крышкой и поставил ее на стол: "Я дал тебе свою визитную карточку, почему ты не отправил мне сообщение или не позвонил?" В голосе был холодный воздух без температуры, но Линь Лян необъяснимо услышал намек на раздражение.

Честно говоря, когда он вернулся домой в тот день, он повесил визитную карточку Гу Хэншенга на дверь, а рядом записку с красивым названием: "Прогони зло", надеясь, что это повлияет на него. Касательно звонков и отправки сообщений злодейскому большому боссу, Линь Лян даже не думал об этом.

Он совсем не заинтересован в том, чтобы снова умереть, ему действительно было трудно выжить, и ему повезло, что он все еще жив.

Глава 13. Буржуазный хвостик

Видя, что Линь Лян не ответил ему, Гу Хэншенг бросил коробку из сумки, которая лежала сбоку, в руки Линь Ляна.

"Твой новый телефон."

Линь Лян задумался: "У меня есть собственный мобильный телефон."

Гу Хэншенг равнодушно сказал с холодным лицом: "Это пара с моей. Я вложил деньги в развитие высокотехнологичной компании, они сделали пару телефонов, и это единственная пара в мире. Изначально это было сделано для меня, и так как остался второй, я решил подарить его тебе."

Затем он добавил: "Ты должен использовать его, я буду звонить на него."

Линь Лян в одно мгновение почувствовал себя нехорошо. Чёрт возьми, он пробыл в этом мире всего 2 дня, и босс-злодей уже собирается его использовать в качестве человека-инструмента?

Небеса! Земля, ах! Я не хочу!

Руки Линь Ляна дрожали, когда он смотрел на коробку мобильного телефона, и в его сердце было сильное желание закричать и сопротивляться угнетению, он действительно хочет выйти из машины! Но, выглянув в окно, он понял что машина уже двигалась по улицам!

Он закрыл глаза и тихо сказал в своем сердце: "Никаких компромиссов! Никогда не сдавайся! Клянись бороться против злодейского угнетения до конца!" Затем он набрался смелости, чтобы вложить телефон обратно в руки Хэншенга: "Эта вещь слишком дорогая, я не могу её взять. Пусть останется на случай если ваш телефон упадет в унитаз или случайно будет постиран стиральной машиной. Как быть, если нет запасного? Ха-ха-ха."

Фальшивая улыбка Линь Ляна совсем не неловкая, совсем не подозрительная, громкость его голоса особенно хороша, не лестная, не высокомерная, но он вообще не заметил, что сказал, и его заподозрили в том, что он проклинал другую сторону. Последнее "ха-ха-ха", больше походило на насмешку.

Гу Хэншенг посмотрел на коробку с мобильным телефоном в своих руках и поднял брови: "Если что-то пойдет не так, мы вместе снова поменяем телефоны на новые."

Слова Гу Хэншенга были подобны ведру ледяной воды, вылитой на Линь Ляна, отчего его спокойная и вежливая улыбка мгновенно застыла на его лице, замерев на несколько секунд.

Гу Хэншенг посмотрел на застывшее красивое лицо Линь Ляна и подумал, что он был особенно милым, поэтому он не мог не протянуть руку и не коснуться его волос. Затем он почувствовал, что волосы Линь Ляна мягкие и тонкие, и это было особенно приятно, поэтому он коснулся их еще несколько раз.

Наконец, когда рука босса Гу покинула голову Линь Ляна, стильная и красивая прическа успешно превратилась в куриное гнездо.

Мозг Линь Ляна был плавно превращен Гу Хэншенгом в кашу. Ему срочно потребовался свежий воздух, чтобы прийти в себя.

Гу Хэншенг передал телефон обратно Линь Ляну: "Разве ты не хочешь открыть ее и взглянуть?"

Линь Лян открыл коробку и достал телефон, он был очень красивым, его задняя сторона красная, и в зависимости от освещения он переливался разными оттенками.

"В нем разработана сильнейшая система перехвата вирусных сообщений, которая может блокировать все любопытные взгляды всего программного обеспечения, представленного в настоящее время на рынке. Все ПО, установленное на мобильном телефоне, прошло проверку безопасности, чтобы гарантировать, что информация в телефоне не будет украдена."

Линь Лян вынужден был принять телефон и неохотно положил его в карман брюк: "Спасибо, телефон очень красивый."

И снова спросил: "Куда мы сейчас направляемся?"

Гу Хэншенг удовлетворенно ухмыльнулся: "Едем ужинать, что ты хочешь съесть?"

"Шашлык." Линь Лян сказал не задумываясь. Он никогда не ел шашлыков, но классовая борьба не может прекратиться. Крепость была захвачена, но бесчисленные форты будут стоять.*

*(Мы не совсем поняли смысл этой фразы, но именно так она звучит и на анлейте, и в оригинале, поэтому оставляем так.)

"Я знаю один известный ресторан в Интернете. Я слышал, что шашлык там очень вкусный. Я особенно хочу съесть его. Мистер Гу, не хотели бы вы составить мне компанию?" Линь Лян моргнул, глядя на Гу Хэншенга взглядом, полным ожидания. "Определенно скучно есть в одиночестве. Вы должны есть с друзьями в таких местах, чтобы еда была вкусной."

Беспомощный Гу Хэншенг протянул руку и погладил Линь Ляна по волосам, прежде чем кивнуть в знак согласия.

Линь Лян назвал водителю адрес ресторана. Машину пришлось развернуть и ехать обратно. Гу Хэншенг изначально хотел пригласить Линь Ляна поесть в фермерских домах. Он инвестировал в экологическую ферму в пригороде, в то время как знаменитое место для шашлыков, куда они сейчас едут, находилось в городе.

Когда Линь Лян и Гу Хэншенг стояли у входа в ресторан, был уже вечер, и пришло время ужина, поэтому там была длинная очередь.

Гу Хэншенг посмотрел на карточку с цифрами и длинную очередь перед ним и посмотрел на шампуры, которые были недалеко, его лицо было полно непостижимости и сомнения. Большой босс, который никогда в жизни не стоял в очереди в магазине, действительно не мог понять, почему так много людей готовы выстроиться в очередь, только чтобы поесть здесь.

Никто не знал, как счастлив был Линь Лян когда он увидел длинную очередь перед магазином шашлыков, флаг победы в его сердце развевался на ветру.

Стоя в очереди, Линь Лян сказал Гу Хэншенгу с извиняющимся выражением на лице: "Я действительно не ожидал, что здесь будет так много людей, мне очень жаль." Но в глубине души он поднял кулак, как крестьянин, крича: "Очередь длиннее, чтобы заставить негодяев-реакционеров голодать, так как они угнетают простой народ."

Гу Хэншенг посмотрел на Линь Ляна: "Все в порядке, пока ты счастлив."

Линь Лян вначале был очень счастлив, но вскоре ему стало скучно, потому что очередь была такой длинной и делать было нечего. Босс Гу открыл для себя новый мир в скуке и начал дразнить руки Линь Ляна, как ребенок. Какое-то время он делал вид, что случайно прикасается к тыльной стороне руки Линь Ляна, а затем некоторое время касался пальца, после чего осмелел и потёр ладонь, как будто так и надо.

Когда Линь Лян не удержался и оглянулся на него, босс Гу снова посмотрел на небо под углом 45 градусов. Хотя у него все еще было холодное и сдержанное лицо айсберга, Линь Лян был достаточно наблюдателен, чтобы заметить, что уголки его рта слегка приподняты.

Чёрт! Маленький хвостик класса капиталистов снова поднялся.

Линь Лян стиснул зубы и терпел дразнящие движения руки Гу Хэншенга, и тот прекратил, когда настала их очередь выбирать. Когда он стоял у кассы, чтобы заказать шампуры, Линь Лян, наконец, дождался возможности отомстить за угнетение буржуазии, после заказа он тихо побежал, чтобы проинструктировать официанта, шампуры должны быть настолько острыми на вкус, чтобы это было ненормально.

Очень жаль, что радость мести Гу Хэншенгу заставила его забыть, что он сам собирался поесть.

В течение следующих десяти минут Линь Лян съел кучу шампуров, из его глаз текли слезы и нос были в беспорядке. Если бы он не был хорошо одет, другие подумали бы, что он из сельской местности, и никогда в жизни не ел такую вкуснятину.

Гу Хэншенг замер, он не любит есть в незнакомой обстановке.

Линь Лян со слезами на глазах откусил от шампура и с недоумением посмотрела на Гу Хэншенга: "Съешь это! Это восхитительно, это определенно лучший шашлык, который я когда-либо ел в своей жизни."

Чтобы у Гу Хэншенга появился аппетит к еде, он изо всех сил старался подавить желание дышать огнем и старался контролировать выражение своего лица, чтобы действительно выглядеть так, как будто он съел превосходную еду.

Гу Хэншенг вытер его нос салфеткой: "Ешь больше, если хочешь, не беспокойся обо мне."

Линь Лян мог контролировать выражение своего лица, однако абсолютно не в состоянии контролировать свою физическую реакцию, когда он услышал слова Гу Хэншенга, у него выступили слёзы.

Одной рукой он крепко ухватился за край скамейки, подавил желание выпить воды, и, слегка приподняв уголки рта, отправил недоеденный шампур в руки Гу Хэншенгу: "Давай, попробуй, это очень вкусно, я тебе не вру."

Гу Хэншенг открыл рот и изящно откусил кусок мяса. В выжидающем взгляде Линь Ляна его лицо ничуть не изменилось. Он просто сделал глоток лимонного напитка, который принес из машины. "Я не ожидал, что тебе так понравится острая пища, но она вредна для твоего желудка, так что не ешь её такой острой в будущем."

Линь Лян сжал свое бедро и выдавил несколько слов сквозь зубы: "Все в порядке, мне это нравится."

Глава 14. Волк с большим хвостом

После еды Линь Лян выпил пять бутылок воды и лимонный напиток Гу Хэншенга, и практически не двигался, пока не выпил всё до дна.

Когда он сел в машину, Линь Лян продолжал выдыхать, поджав красные губы. В своей предыдущей жизни он болел более десяти лет, и за эти годы он ел только пресную пищу, поэтому, естественно, он не мог вынести подобной еды. Для него есть что-то настолько острое невыносимо.

Он поджал свои красные и слегка припухшие губы, и слезы заблестели в его черных глазах, что было особенно заманчиво в глазах Гу Хэншенга.

Линь Лян выдыхал, чувствуя, как надвигается мощная тень, и вдруг его поцеловали холодные губы.

На этот раз другая сторона не ушла с быстрым поцелуем, как в прошлый раз, он пробовал его нежно и осторожно.

Линь Лян почувствовал прохладный, холодный аромат, который естественно исходил от другого тела. Его мозг на некоторое время застыл, и когда он понял, что с ним делают, то обнаружил, что инстинктивно реагирует.

Ему было очень стыдно за свои поступки. Но этот небольшой стыд был быстро унесен языком Гу Хэншенга, проникшим ему в рот.

Это был первый раз, когда Гу Хэншенг поцеловал кого-то. До этого он видел сцены поцелуев людей только в сериалах и фильмах. После исследования он, естественно, засунул свой язык в рот Линь Ляна, чтобы подразнить его.

Но в голове Линь Ляна шла борьба не на жизнь, а на смерть между тем, кусать его или не кусать. Он хотел, но Гу Хэншенг - большой босс в книге, а он просто пушечное мясо. Ему не хотелось лишиться свой головы, более того, он такой красивый, элегантный и потрясающий в этой жизни, и, вдобавок ко всему, он великий гений, так что он не может так легко умереть.

Но если он не ответит ему в такой ситуации, то и впредь будет неоднократно подвергаться угнетению со стороны Гу Хэншенга, у Линь Ляна тоже есть хребет.

И пока Линь Лян мысленно обдумывал что ему делать, босс Гу Хэншенг больше не был удовлетворен робким поддразниванием, и уже сладостно сосал его маленький язычок.

Линь Лян, который не знал как ему реагировать, наконец, начал обиженно плакать. Когда Гу Хэншенг почувствовал слезы с другой стороны, он отпустил его и заключил в объятия, чтобы утешить: "Прости, я был слишком взволнован, кто сказал тебе соблазнять меня, надув губы."

"Чушь собачья! Ты типичный буржуазный волк с большим хвостом!" Линь Лян выругался в душе, но его рот был мягким, как у маленького белого кролика, который пережил большие обиды: "Я не соблазнял тебя, еда была острой."

"Хорошо, ты меня не соблазнял. Даже если тебе это нравится, не ешь такую острую пищу в будущем, хорошо?" Волк Гу, который съел сладость и остался доволен, похлопал Линь Ляна по плечу и мягко утешил его.

"Это ты любишь острую пищу, вся твоя семья любит острую пищу!" Линь Лян был так зол, что плакал, вытирая нос и слезы о дорогой костюм Гу Хэншенга.

Гу Хэншенг ни в малейшей степени не замечал мстительного поведения Линь Ляна, он уже привык к этому и подумал, что Линь Лян дуется на него из-за застенчивости.

"Мой брат сказал, что если тебя поцелуют, ты родишь ребенка." Линь Лян тоже не знал, какое безумие нарисовал его мозг, вдруг лукаво подкинув такое предложение.

Вероятно, это самое серьезное обвинение, которое он выдвинул, в конце концов, первый поцелуй был так безжалостно отнят длиннохвостым волком, и тот должен понести полную ответственность за свое поведение.

Гу Хэншенг был удивлен. Ему действительно хотелось смеяться, он уже много лет редко это делал. Он отпустил Линь Ляна, и его пальцы нежно поиграли с его, похожими на лепестки, губами: "Это хорошо! Я хочу пару близнецов, ты их родишь!"

Гу Хэншенг красиво улыбнулся, полный соблазна, как цветущее стальное дерево, больше похожее на голубую розу в полном цвету, холодную и кокетливую. Линь Лян выглядел ошарашенным, он вдруг почувствовал от всего сердца, что, будучи насильно поцелованным таким человеком, он на самом деле не проиграл.

К тому времени, как он отреагировал снова, Гу Хэншенг уже снова пробовал его губы на вкус.

"Крестьянин снова попал в ловушку буржуазного волка с большим хвостом. Революция еще не увенчалась успехом. Товарищи в следующий раз будут работать усерднее."

Подумав об этом, Линь Лян сунул свой язык в рот Гу Хэншенгу: "Хм, это нельзя брать даром, я должен вернуть свое право. Угнетение не прекратится, и сопротивление не остановится."

Эта драма угнетения и сопротивления длилась долго, пока Линь Лян не запыхался, не потерпел поражение и не упал в объятия Гу Хэншенга, как ватный шарик.

Гу Хэншенг отправил Линь Ляна в здание МС, и как только он вышел из машины, сразу побежал в сторону компании. Гу Хэншенг посмотрел ему в спину, и уголки его рта невольно приподнялись.

Он подождал пока Линь Лян скроется в здании, прежде чем позволить водителю ехать.

В это время большинство сотрудников MS уже ушли, но несколько человек остались работать сверхурочно. Линь Лян вошел в кабинет и подождал, пока его секретарь Фан Яо последует за ним.

Фан Яо закончил свой отчет о сегодняшней работе и важных вопросах, прежде чем закрыть дверь и уйти.

После того, как он ушёл, Линь Лян глубоко вздохнул, отбросил в сторону все те плохие вещи, которые произошли в машине, и начал погружаться с головой в изучение документов.

Хотя MS выполняет только высококачественное производство в небольших масштабах, в последние годы она очень хорошо развилась, имея филиалы в важных городах по всему миру. Он очень популярен среди знаменитостей и представителей высшего общества разных стран. Это уже зарекомендовавшая себя компания, внутренние и внешние дела которой идут хорошо, рабочая нагрузка не маленькая. Линь Лян должен был ходить на учебу днем и мог приходить в компанию только ночью, чтобы закончить работу.

Примерно через полчаса в кармане брюк Линь Ляна зазвонила незнакомая мелодия. Вспомнив, что это был телефон, который дал ему Гу Хэншенг, он достал его. На нем было сообщение от Гу Хэншенга: "Я прибыл в офис и буду сопровождать тебя, чтобы зарабатывать деньги и растить нашего будущего ребенка."

Когда Линь Лян увидел слово "ребенок", ему захотелось умереть. Он долго смотрел на телефон и не знал, как ответить. Через некоторое время телефон зазвонил снова, и на нем появилось сообщение: "Почему ты игнорируешь меня, ты злишься?"

Линь Лян затаил дыхание и ответил двумя словами: "Нет, занят."

Затем он бросил телефон на стол и начал думать о том, что Гу Хэншенг сделал сегодня. Отбросив отвлекающие мысли в своем сердце и посмотрев на отношения между ними сегодня, он пришел к сомнению: нравлюсь ли я Гу Хэншенгу?

Как только эта мысль появилась у него в голове, она была немедленно уничтожена Линь Ляном. Гу Хэншенг редко появлялся в романе, и большинство контактов, установленных с Вэнь Юцином, были через его секретаря Шу Ронга. В книге он - легендарная фигура, которая живет в рассказах различных персонажей.

Думая о том, как Гу Хэншенгу нужно было только пошевелить мизинцем в оригинальной книге, чтобы одолеть семью Линь, и Линь Лян начал чувствовать меланхолию.

Подумав некоторое время и не придя к конкретному результату, Линь Лян решил не заботиться о Хэншенге, отбросил телефон в сторону и продолжил работать.

Пролистав некоторое время документы, он снова нахмурился. Это был план для конкурса дизайна, присланный Отделом планирования. Они сравнили данные нескольких видеоплатформ и, наконец, пришли к выводу, что лучшим партнером для сотрудничества является Pineapple video.

Pineapple Video - это видеоплатформа, принадлежащая семье Гу. Это проект, инвестированный Гу Хэншенгом после того как он взял власть в свои руки. Pineapple Video поддерживается сильным капиталом и стабильными поставками Гу. Одно за другим развивались эстрадные шоу, сжигающие деньги, и вспыхивали домашние веб-драмы. Каждый год появляются горячие стили, и он уже стал лидером нескольких видеоплатформ. Неудивительно, что Отдел планирования пришёл к такому выводу.

Полагаясь на собственное положение MS в индустрии моды, Лин Лян был уверен, что, даже если бы это было Pineapple Video, он мог бы договориться об этом проекте. Однако трудно получить наилучшие условия сотрудничества. В конце концов, конкурс дизайна слишком профессиональный, даже если он станет эстрадным шоу, он не будет популярным.

Для непопулярных шоу платформа не будет давать много рекламы и продвижения. Это может пагубно сказаться на последующем продвижении MS "Luxury SL".

Подумав и поразмыслив об этом, Линь Лян поднял трубку красного телефона, который был отложен в сторону, и отправил сообщение Гу Хэншенгу: "Мне очень любопытно, как выглядит ваш офис?"

Гу Хэншенг просматривал документ. Услышав звук сообщения, он поднял трубку и улыбнулся, увидев сообщение Линь Ляна: "Ты хочешь посмотреть? Я попрошу водителя забрать тебя."

Увидев сообщение от Гу Хэншенга, Линь Лян уставился на свой мобильный телефон и выругался: "Кто снова хочет сесть в твою машину? Ты, старый извращенец, разве ты не воспользовался мной сегодня? Он даже хочет прислать за мной машину, чтобы забрать меня. Подними голову, ты должен думать о хорошем!"

Линь Лян ответил: "Нет, я не буду беспокоить дядю-водителя. Очень утомительно работать сверхурочно по ночам."

После того, как Гу Хэншенг увидел это сообщение, его сердце стало мягким и мутным. Линь Лян был так добр и заботлив к другим. Что, если в будущем над ним будут издеваться?

Глядя на телефон, Гу Хэншенг начал проклинать свое отеческое сердце, и его разум был полон безумных мыслей о том, как отправить с Линь Ляном группу телохранителей куда бы он ни отправился в будущем.

Линь Лян посмотрел на папку и вдруг почувствовал, как его пробирает озноб. Взглянув на свой телефон и обнаружив, что Гу Хэншенг не ответил ему, он удивленно встал и закрыл окно.

Глава 15. Дитя Женьшеня

В этот день был только один урок во второй половине дня, Линь Лян вернулся в семью Линь после окончания занятий, и когда он спустился вниз с двумя картинами, которые он принес с аукциона в прошлый раз, он столкнулся на лестнице с Линь Хао, который собирался подняться наверх.

"Эй, эти дни не прошли даром, ах! Такой белый и пухлый, похож на красивую куклу из женьшеня." Линь Лян смеялся и шутил.

Линь Хао сердито ответил: "Линь Лян, не гордись, ветер и вода изменчивы, однажды я заставлю тебя встать на колени и назвать меня дедушкой."

"Дедушка." Линь Лян воскликнул весьма просто: "Ты слишком стар, так что не поднимайся по лестнице. Это будет выглядеть странно. Тебе будет легче лечь сразу на землю и ничего не делать."

Линь Хао разозлился и хотел прыгнуть на него, чтобы ударить, но из-за того, что он был слишком толстым, не смог удержать равновесие и скатился с лестницы. К счастью, он поднялся всего на несколько ступеней, к тому же его жирное тело смягчило падение и он не пострадал.

Но это не помешало ему лежа на полу плакать и кричать. Линь Лян увидел, что ветер дует не в ту сторону. Он сбежал по лестнице и перепрыгнул прямо через Линь Хао, который лежал на верхней площадке, но тот отреагировал быстро, он перевернулся и обнял ногу Линь Ляна обеими руками: "Черт возьми, ты столкнул меня вниз и хочешь убежать? Ни в коем случае." Он сказал это, когда его нос и слезы терлись о штанины Линь Ляна, что вызвало у него отвращение.

Когда Линь Лян уже собирался стряхнуть Линь Хао, Линь Литин и Чжоу Пин, услышавшие крик, наконец-то бросились к нему. Чжоу Пин воскликнула и хлопнула себя по бедрам: "Сын мой! Что с тобой случилось? Почему ты так лежишь на полу? Как ты пострадал? Чья чертова совесть была съедена собакой, чтобы причинить тебе вред вот так."

"Это Линь Лян!" Когда он выкрикнул эти три слова, Линь Хао был полон энергии, он совсем не был похож на человека, который скатился по лестнице и больше не мог подняться.

"Линь Лян, как ты мог так обращаться со своим двоюродным братом? В прошлый раз ты с готовностью избил его, и в то время он не мог подняться и ходить. Я пожалела тебя за то, что ты ребенок без отца, и не переживала из-за этого, но я не ожидала, что ты станешь все более и более злобным." Чжоу Пин сердито указала на Линь Ляна и отругала его.

Новый дворецкий семьи Линь, Цзи Хун, подошел и сказал: "Мадам, пожалуйста, будьте осторожны, когда говорите. Если вы думаете, что наш молодой мастер издевается над Молодым Мастером Линь Хао, вы можете взять его и вернуться на свою маленькую виллу в Дунъюань."

"Сколько тебе лет, новый дворецкий, и ты смеешь говорить мне, первой жене, чтобы я уходила? Ты? Хотите верьте, хотите нет, но я уволю тебя прямо сейчас", - сердито сказала Чжоу Пин, глядя на Цзи Хуна.

Цзи Хун изящно улыбнулся: "Я дворецкий семейного особняка Линь, а не управляющий вашей виллы Дунъюань. Только владелец и молодой мастер особняка семьи Линь имеют право уволить меня, Старый мастер уже выгнал вас из особняка в порыве гнева, потому что молодой мастер потерял всю ветвь. Теперь, когда вы прожили здесь достаточно долго, два молодых мастера достаточно великодушны, чтобы позволить вам остаться здесь, вы сами также должны быть благодарны за это."

Чжоу Пин вся дрожала от гнева, указывая на Цзи Хуна: "Ты, ты, ты..."

В это время Линь Лян, наконец, оторвал от себя руку Линь Хао, пнув его, а затем ушел. У него были дела, и не было времени оставаться с ними здесь.

Чжоу Пин увидела, что он пнул её маленького сына, и хотел убежать, поэтому она разозлилась и пошла за ним, но была остановлена Цзи Хунем. Поэтому она села на задницу и заплакала: "Я больше не могу жить этой жизнью. Я старшая леди семьи Линь, но надо мной так издеваются, есть ли вообще Божья справедливость? Линь Лян, чёрт тебя побери, он просто заставит нас умереть!"

Цзи Хун беспомощно почесал уши и повернулся, чтобы заняться своими делами. Линь Литин посмотрела на эту сцену и слабо напомнила: "Что толку плакать здесь? Позвони Линь И. Линь Хао в прошлый раз был избит Линь Ляном, так что тот парень, которого зовут Ян Тяньюй, вероятно, сделал фотографии, правильно? Отправь фотографии своим друзьям, а затем старым директорам компании Лина, ах! Пусть они увидят, как двое детей второго издеваются над старшим внуком семьи Линь!"

Чжоу Пин притворно плакала, она робко посмотрела на Линь Литин: "Мой муж не позволил мне огласить это, потому что он сказал, что у него свои собственные планы."

Линь Литин презрительно усмехнулась: "Значит, старший брат просто слишком слабый, вот почему на него давил второй брат, теперь, когда второй брат наконец мертв, неужели эти мальчишки будут давить на тебя всю оставшуюся жизнь?" Она посмотрела на Линь Хао, который сидел на земле с озадаченным лицом: "Не думай только о себе, ты так же должна думать о Линь Хао, ты хочешь, чтобы Линь Лян бил твоего сына в течение целого поколения?"

После того, как Линь Лян сел в машину, водитель Цзэн отвёз его в музей Хунвэнь. Сегодня он собирается встретиться со старым другом дедушки первоначального мастера, Цао Ихуанем, известным коллекционером в стране. Цао Ихуань - не только крупный частный коллекционер, но и ключевая фигура в "Круге Будзи" пекинского культурного круга. Членами этого круга являются все самые влиятельные элиты страны, проникающие во все сферы жизни страны, а также широта их связей невообразима.

Можно сказать, что если вы хотите что-то изменить в столице, необходимо посетить Цао Ихуань.

Линь Лян вошел в музей Хунвэнь. Музей не очень большой, а дизайн простой и элегантный. Сегодня был праздник, поэтому в музее не было людей, он был пуст и торжественен.

Сотрудники привели Линь Ляна в сад за музеем, Цао Ихуань пил чай в саду за домом, а рядом с ним сидел человек, которого Линь Лян тоже знал, это был главный герой книги Вэнь Юцин.

Линь Лян был неприятно удивлен, когда увидел Вэнь Юцина, потому что в оригинальной книге тот не вошел в "Круг Будзи" даже после того, как стал актером. Он только слышал, что такой круг существует, и очень завидовал людям, входящим в него. Линь И как бы невзначай сказал ему (Вэнь) раньше, что не так уж и сложно позволить ему присоедениться к этому кругу, и он может познакомить его с лучшим другом своего дедушки, Цао Ихуанем. Но потом, из-за предательства Вэнь Юцина, Линь И был слишком занят, и в итоге спрыгнул со здания.

Это потому, что он переселился в этот мир и изменил сюжет таким образом? Или это из-за его переселения и изменения сюжета мир активировал функцию самовосстановления и тайно открыл плагин для главного героя оригинальной книги? Или Вэнь Юцин, как и он сам, также является человеком, который переселился и знает сюжет? Любой из них означал, что путь к изменению его судьбы пушечного мяса станет более трудным, чем сейчас.

Его настроение в одно мгновение стало тяжелым.

Глава 16. Дети мучений

"Лян`эр, иди сюда." Цао Ихуань сел на каменную скамью и, улыбнувшись, помахал Линь Ляну.

Линь Лян ускорил шаг и подошел к Цао Ихуаню: "Давно не виделись, дедушка Цао."

Цао Ихуань встал и похлопал его по плечу: "Хороший мальчик, неплохо, ты, наконец, решил навестить своего дедушку Цао. Я думал, вы, два брата, забыли обо мне после того, как ушел ваш дедушка."

Линь Лян подумал про себя: "Первоначальный владелец повёл себя совсем не хорошо, давным-давно забыв тебя у подножия восточной стены", но он хитро улыбнулся. "Моя учеба в средней школе была слишком напряженной, и было трудно привыкнуть к ритму студенческой жизни. К тому же кое-что случилось дома, поэтому я так и не пришел навестить тебя, на самом деле, я всегда вспоминал тебя в своем сердце."

Думая о Линь Хае и его жене, Цао Ихуань был очень взволнован и похлопал Линь Ляна по плечу: "Твои родители были любящей парой, так много людей завидовали им, но кто бы мог подумать, что произойдет что-то подобное?"

Линь Лян приподнял уголки рта и горько улыбнулся, ничего не сказав.

"Пойдем, Лян`эр, позволь мне представить тебе моего нового друга, актера Вэнь Юцина."

Вэнь Юцин встал с улыбкой и протянул руку: "Приятно снова встретиться с вами, мастер Линь."

Линь Лян вежливо улыбнулся и дружески пожал ему руку: "В прошлый раз на аукционе мой друг говорил не слишком дружелюбно, не принимайте это близко к сердцу. На самом деле у него нет никаких дурных намерений, просто он избалован своей семьей и немного импульсивен."

Если бы он был в другом месте, Линь Лян никогда бы не был так вежлив с Вэнь Юцином, но теперь, когда главный герой появился там, где ему не следовало, у него больше не было преимущества в виде знания сюжета оригинальной книги. Он должен был сдержаться и прощупать врага, прежде чем сможет скорректировать свой следующий шаг.

"Конечно, мне всё равно", - Вэнь Юцин отпустил его руку.

"Вы знакомы?" - растерянно спросил Цао Ихуань.

Линь Лян улыбнулся и задал интересующий его вопрос: "Дедушка Цао, мне любопытно, откуда вы двое знаете друг друга?"

Важно знать, что Вэнь Юцин теперь был всего лишь актером третьего или четвертого уровня, а богатый и влиятельный крупный коллекционер Цао Ихуань был на совсем ином уровне. Должно быть, его представил ему друг, и у этого друга совершенно нет глаз, иначе он бы не совершил подобную глупость.

"О, в эти дни мистер Вэнь каждый день приходит в наш музей и подолгу стоит неподвижно перед картиной Мо Фаньчжи. Я видел его несколько раз и из любопытства подошел узнать об этом. Он много занимался исследованиями древних картин. В итоге мы заговорили о династии Джокханг и династии Дадун, и, к удивлению, сами того не подозревая проговорили несколько часов, не заметив как пролетело время. Позже я пригласил его посидеть немного в саду, поэтому он здесь. А как вы познакомились?" - спросил Цао Ихуань, глядя на Линь Ляна и Вэнь Юцина.

Вэнь Юцин засмеялся: "Мы тоже встретились из-за картины. Разве я не говорил вам, что у меня забрали одну из картин Мо Фаньчжи, которая мне нравится? Человеком, который забрал картину, был молодой мастер Линь. Я был расстроен и хотел купить картину у Молодого мастера Линя, но его друг отказался."

Сердце Линь Ляна наконец немного успокоилось, по крайней мере, из той поверхностной информации, что он услышал, текущая сцена появилась вследствии изменения первоначального сюжета. В будущем надо быть более осторожным в своих поступках.

"Я как раз принес ее." Сказал Линь Лян, ставя две длинные коробки с картинами в своих руках на каменный стол: "Я собирался сегодня прийти навестить дедушку Цао, поэтому принес две картины, которые приобрёл на прошлой неделе. Одна из них принадлежит Мо Фаньчжи, а другая - Сюй Яньциню. На какую вы посмотрите в первую очередь?"

Цао Ихуань нахмурился: "Я слышал от своего друга, что на прошлой неделе кто-то спекулировал одной из картин Сюй Яньциня на 55 миллионов, это не мог быть ты!"

Линь Лян почесал в затылке и смущенно сказал: "Я также знаю, что эта картина дорогая. Но в то время у меня были красные глаза, и я не смог вовремя остановиться."

Цао Ихуань указал на него и вздохнул: "Ты..., позволь мне сказать тебе, если бы твой дедушка был ещё с нами, он определенно отшлепал бы тебя по заднице. Почему ты не попросил меня сходить с тобой?"

Затем он добавил: "Но все в порядке, ты ещё молод, поэтому для тебя нормально потратить в аукционном доме немного денег, как будто это плата за учебу. Позже зайди ко мне в офис и возьми что-нибудь себе в качестве компенсации."

Стоявший рядом Вэнь Юцин застыл на секунду. Хоть он и улыбался, но выражение его лица все еще оставалось слегка непроницаемым.

В тот день он встретил Цао Ихуаня в музее Хунвэнь, и они долго разговаривали, потому что им обоим нравились древние картины. Вернувшись в тот день, он радостно рассказал об этом Лян Яню и понял, что у этого старого джентльмена был необычный статус.

Лян Янь предложил ему правильно воспользоваться этой возможностью, чтобы сблизиться со стариком. Если он поддержит его, то ему никогда не придется беспокоиться о ресурсах в будущем. Вот почему он бегал сюда каждый день, чтобы встретиться с ним в последние несколько дней.

Но Цао Ихуань был очень осторожен. Каждый раз когда они виделись он говорил только о древних артефактах, никогда не касаясь своей личной жизни и никогда не упоминал о своей работе. На поверхности он выглядит гармонично, но на самом деле будто собирается помешать вору.

Вэнь Юцин уже был расстроен, но он не ожидал, что Линь Лян загладит это: "Дедушка Цао, не смейся надо мной, я потерял 20 миллионов ни за что, мне и так стыдно. Так как же я могу пойти в твой офис за компенсацией? В вашем заведении не проводят сделки, и любой представленный антиквариат стоит более 20 миллионов. Я потратился на аукционе и пришёл к вам, чтобы наверстать упущенное. Если мой брат узнает сколько денег я потерял, я думаю, он сойдет с ума."

Цао Ихуань громко рассмеялся: "Ты не видел своего дедушку Цао много лет, так что я счастлив сегодня. Если этот ребенок Линь И осмелится ругать тебя, пусть он придет ко мне."

Неосознанно, проведя несколько часов в саду за музеем, Линь Лян очень полюбил Цао Ихуаня. Цао Ихуань был знающим человеком, и, вероятно, потому, что он был внуком старого умершего друга, или потому, что его родители умерли не так давно, Цао Ихуань был особенно добр к Линь Ляну из сострадания.

Опасаясь, что Линь Лян не поймет, Цао Ихуань рассказал о работе кисти и стиле двух картин с точки зрения династий двух художников, окружающей среды, в которой они находились, и их жизненных историй. Как старый профессор в классе, он разобрал всё содержимое, не теряя чувство юмора.

Линь Лян наконец понял, почему Цао Ихуань стал основной фигурой элитного класса. Знания этого человека настолько глубоки, что им нельзя не восхищаться. Несколько часов прошло под разговоры и смех Цао Ихуаня.

Когда Цао Ихуань закончил говорить и спросил их, что они хотели бы на ужин, Линь Лян и Вэнь Юцин пришли в себя и поняли, что уже наступил вечер.

Итак, они втроем поужинали в ресторане рядом с музеем.

За обеденным столом Вэнь Юцин взял на себя инициативу спросить Линь Ляна его аккаунт в WeChat. Линь Лян не хотел давать его, потому что приблизиться к нему было равносильно приближению к Линь И. Он вряд ли позволит этому человеку иметь хоть какой-то шанс.

Поэтому он притворился, что не слышит его, и продолжил говорить с Цао Ихуанем: "Дедушка Цао, помнишь антикварный магазин открытый моим дедушкой, в который вы ходили с друзьями пока он был жив? "

Цао Ихуань кивнул: "Помню! Что-то не так?"

Линь Лян сжал губы, энергично заморгал глазами и, наконец, выдавил две капли, хоть какоё-то физиологической жидкости. "Мой дедушка оставил магазин мне после того, как ушёл. Я был молод и не мог позаботиться об этом. Поэтому он отдал магазин сыну нашей экономки. Я не знаю когда этот парень ввязался в азартные игры. Он тайно украл все ценные предметы антиквариата в магазине и продал их. После несколько лет наш магазин потерял сто миллионов."

Закончив говорить, Линь Лян поднял руку, чтобы прикрыть глаза с разбитым сердцем: "Меня не волнуют деньги, я просто чувствую себя очень неловко. Мой дедушка любил все эти вещи, и он лично собирал их одну за другой. Мне очень жаль". Пока говорил, Линь Лян растрогался и, наконец, искренне пролил две слезы. Он также не закрыл лицо и опустил обе руки, представ перед Цао Ихуанем и Вэнь Юцином своё заплаканное жесткое лицо с виноватыми глазами.

Поскольку зрительные способности Линь Ляна были настолько хороши, Вэнь Юцин, который был актером, вошел в ритм и забыл спросить у Линь Ляна его контактную информацию.

"Малыш, разве это не всего лишь сто миллионов? Не стоит плакать, конечно, я помогу тебе, иначе не смогу больше выйти на улиу. Твой дедушка ушел рано, отныне я твой родной дедушка." Говоря и думая о своем умершем друге, глаза Цао Ихуаня затуманились слезами: "Послушай меня, дитя, жизнь трудна."

Нет ни одного богатого старого друга умерших родственников на которого можно было бы положиться, и нет ни одного миллиарда, который можно было бы потерять. Вэнь Юцин может полагаться только на свои собственные усилия в индустрии развлечений, нащупывая покровителя. Услышав эти слова, ему почти захотелось бросить тарелку и уйти.

Глава 17. Резка капиталистического лука-порея

Но Вэнь Юцин согласился: "Да, в наши дни сотрудники не понимают, что делают. Они не смеют дышать, когда сталкиваются с плохим боссом. Но, встретив такого маленького и доброго молодого мастера, как Линь Лян, их будет трудно контролировать, верно?"

Линь Лян не заботился о словах Вэнь Юцина, его целью всегда был Цао Ихуань. Он знал, что Цао Ихуань был добр к нему, стоит ему попросить и он определенно поможет.

Но все же есть разница между тем, чтобы просто заботиться о нем и любить как настоящего внука. Сначала он должен избавиться от своей судьбы пушечного мяса, а затем он будет усердно работать, чтобы заработать огромную сумму денег, сэкономив до 670 миллиардов, чтобы спасти компанию Линь, и для достижения этого он должен использовать все доступные ресурсы.

"Дедушка Цао, я хочу открыть выставочный зал". Сдерживая слёзы, Линь Лян рассказал о своей идее.

Цао Ихуань был ошеломлен, не был ли такой поворот событий слишком быстрым?

"Как тебе вдруг пришла в голову мысль открыть выставочный зал? Эта уловка ведь не поможет заработать денег!" - спросил Вэнь Юцин.

Хотя Цао Ихуань не занимался бизнесом, он привык видеть взлеты и падения бизнеса. Когда Линь Лян сказал это, он понял его мысли. Если старые предметы антиквариата в антикварном магазине будут украдены, то ему придется использовать другие произведения искусства, чтобы заменить их. Хотя выставочные залы, похоже, не приносят денег, но все произведения искусства, которые в них представлены, являются ценными вещами. Таким образом, картина, выполненная современным художником, становится популярной, и она ничуть не дешевле картины, выполненной древним художником.

В настоящее время мастеров становится все меньше и меньше, и многие из существующих изысканных ремесел быстро теряются, поэтому пространство для маневрирования не мало.

Он знал, но не сказал бы этого при Вэнь Юцине, поэтому улыбнулся и ответил Линь Ляну: "Что бы ты ни делал, твой дедушка это поддержит. Если ты хочешь построить дирижабль, то дедушка полетит с тобой в небо".

Линь Лян улыбнулся, поднял рюмки с вином и чокнулся с Цао Ихуанем: "Дедушка Цао, я действительно так сильно тебя люблю". Он действительно чувствовал, что первоначальный владелец был глуп, он сохранил так много ресурсов и при этом не использовал их должным образом. У него есть сторонник и хорошо связанное второе поколение, которого у Вэнь Юцина никогда не было. Обладание таким количеством ресурсов и власти может плохо сказаться на главном герое, поэтому неудивительно, что изначально он должен был стать пушечным мясом истории.

Поев и вернувшись домой, было уже больше девяти часов, Линь Лян принял душ, открыл компьютер и начал проверять информацию. Он проверил общедоступные данные всех проектов, за которые отвечал Линь Ван, и обнаружил множество необоснованных замечаний.

В оригинальной книге мало что было написано о Линь Ване, и не было необходимости писать о нем, так как любой, кто читает или читал эту историю, может понять, что он за человек. Линь Лян также знал, что руки Линь Вана определенно не чистые. Как хозяин семьи Линь, он не мог позволить семье попасть под его контроль. Пока Линь Ван осуществляет свои дела незаконно, подсказки обязательно найдутся.

Если рука Гу Хэншенга была внешней причиной крушения Линь, то Линь Ван был главным виновником, разрушившим основание изнутри.

Было двенадцать часов, когда Линь Лян закончил проверять данные, он потянулся, затем включил телефон и увидел два сообщения от Гу Хэншенга.

Одно было отправлено после девяти часов: "Я дома".

Другое было отправлено после двенадцати часов: "Я иду спать, спокойной ночи".

С тех пор как Гу Хэншенг дал ему свой мобильный телефон в тот день, он начал простой и прямой режим ежедневных отчетов. Например, встав утром, "Я проснулся". "Я поел". "Я пошел на работу".

На работе: "Я иду в офис". "Я иду на встречу". "Я закончил совещание".

Независимо от того, отвечает ли Линь Лян или нет, он будет регулярно сообщать ему о том, что он делает. Там не было лишних слов, не говоря уже о двусмысленных выражениях. Прямой, простой и сухой. Совсем как он, холодный и несколько безразличный. Однако через несколько дней Линь Лян привык к этому образу и почувствовал, что в этом человеке есть какая-то неописуемая привлекательность.

В этом мире, который хорошо умеет маскироваться, лицо можно подровнять, грудь можно увеличить, мужчин можно трансгендерить, даже о мертвых можно сказать, что они живые... но кто-то готов прямо, без всяких прикрас открыть ему свою жизнь. Это нельзя не назвать драгоценным моментом.

Хотя он (Гу) был немного властным. Однако у него хорошее лицо и превосходная фигура. Конечно, вспомнив талию и ягодицы большого босса, Линь Лян неосознанно присвистнул.

Написав сообщение, он бросил телефон на прикроватный столик и лег на кровать: "Я тоже сплю, но я просто не хочу тебе говорить, я зол на тебя".

Свет был приглушен, и в темноте Линь Лян все еще насвистывал. Думая об этом человеке, думая о его ледяном облике, думая о поцелуе, Линь Лян схватил одеяло и с улыбкой заснул.

На следующее утро Линь Лян подождал, пока Линь И уйдет на работу, прежде чем позвать Цзи Хуна в свою комнату и вручить ему документы, на которые он указал вчера вечером: "Помогите мне проверить эти компании, мне нужны убедительные доказательства. Это не сложно для такого талантливого студента, окончившего престижный университет с финансовой степенью, как у вас".

Цзи Хун не стал долго раздумывать над этим и взял папку. Перед уходом Линь Лян снова позвал его: "Об этом никто не должен знать, включая моего брата".

Хотя Цзи Хун был немного смущен, он кивнул.

После того, как Цзи Хун ушел, Линь Лян взял свой рюкзак и вышел. Он не пошел прямо в университет, а отправился в антикварный магазин и отнес картину Сюй Яньциня управляющему, попросив его выставить её на самом видном месте.

Вернувшись к машине, он заглянул в соседнюю кофейню и решил купить ее и переоборудовать в чайный домик.

Он, конечно, не открывал чайный домик в расчёте получить прибыль только от него. Он открыл выставочный зал, чтобы заставить людей размышлять о современном искусстве. Целью реорганизации антикварного магазина была продажа антиквариата, ключ к этому лежит в чайном домике.

Не думайте, что богатые люди любят пить кофе и красное вино. Богатые люди просто любят притворяться, что им это нравится, особенно те боссы, которые находятся на самом верху, но на самом деле они совсем не такие. Им нравятся старые способы пить чай, это похоже на то, как обычные люди притворяются, чтобы удовлетворить свое великое тщеславие, будучи культурным человеком.

Особенно в наши дни, когда древний стиль свирепствует, и различные интернет-знаменитости повсюду носят древние костюмы, чтобы сфотографироваться. Невозможно, чтобы одинокие сердца боссов не были готовы к движению.

Зарабатывая деньги для богатого и крупного капиталиста, эта работа особенно подходит для его рабочего класса, и главное, что ему особенно нравится это делать, поэтому он готовится и готов к работе!

С тех пор как Линь Ляна признали боссом, Гуань Юй и другие особенно остро осознали, что они младшие братья. Сегодня утром на факультатив по истории они втроем не записались на него, но они не только активно пришли, чтобы занять Линь Ляну место, но и ответили за него, когда профессор проверял посещение, так как Линь Ляна все еще не было.

Когда урок прошёл наполовину, Линь Лян прокрался через заднюю дверь. Все трое уже находились под гипнозом профессора истории и давно лежали на столе.

Во время обеда четыре человека сидели вместе, разговаривали и смеялись, что сделало Гу Цзиньфаня, сидевшего за соседним столом, очень несчастным. Почему несколько кривых дынь могут сидеть с Линь Ляном, но он не мог, он не примет этого! Но ему некуда было протестовать! Поэтому он сделал снимок и отправил его Гу Хэншенгу.

Он подписал фотографию: "Линь Лян очень популярен в нашем университете, посмотри на всех этих людей, которые смотрят на него".

На фотографии Линь Лян склонил голову, чтобы поесть, Гуань Юй произносил веселую речь, Ли Чжэ вторил ему, а Мэн Тао с улыбкой наблюдал за Линь Ляном. Проницательный человек с первого взгляда поймет, что эти три человека ухаживают за Линь Ляном.

Гу Хэншенг, получивший фотографию, тоже ел. Он был в ресторане для персонала Гу, обедал с менеджерами, которые только что закончили совещание. Увидев фотографию, он сразу же отправил сообщение Линь Ляну: "Я голоден".

Линь Лян, который ел и слушал глупые шутки Гуань Ю, почувствовал себя сбитым с толку, когда увидел сообщение, и подумал: "Это не мое дело, если ты голоден. Неужели большой босс Гу из тех людей, у которых нет еды, чтобы поесть?"

Прежде чем Линь Лян успел ответить, снова пришло следующее сообщение: "Ты должен поесть со мной".

Линь Лян хотел послать ему два слова: "Хе-хе". Похоже, этот волк не только безжалостен, но и высокомерен.

Но он действительно нуждался в его помощи, хм, и тот так много раз пользовался им, как он мог не вернуть ему долг? Линь Лян не тот, над кем можно издеваться!

Поэтому он ответил: "Недавно я засиделся допоздна, чтобы написать план программы. Я впервые пишу что-то подобное, и я очень боюсь, что надо мной будут смеяться подчиненные, если я ошибусь".

Гу Хэншенг быстро ответил двумя словами: "Пришли его".

Линь Лян ответил: "Я еще не закончил, ты свободен в эту субботу? Я приеду в твою компанию, чтобы повидаться с тобой, и приглашу тебя на ужин".

Гу Хэншенг посмотрел на телефон и улыбнулся. Руководители семьи Гу, которые ели с ним, все были напуганы. Гу Хэншенг редко смеялся в течение всего года.

Руководители были шокированы, опасаясь, что непреднамеренное поведение разозлит их большого босса. Они неподвижно уставились на Гу Хэншенга, только чтобы увидеть, как он улыбается и несколько раз постукивает по своему мобильному телефону, словно набирая несколько слов.

Линь Лян в ответ получил только одно слово: "Хорошо".

Примечание автора: Да, наш бычий ~ ледяной ~ диковатый большой босс Гу Хэншенг также колеблется при отправке сообщений Линь Ляну, обдумывая, удаляя и сокращая слова. Дело не в том, что он не хочет быть лицемерным, он не лицемерен.

Глава 18. Будь братом! Брат! Чувство собственного я.

Вернувшись в общежитие, Линь Лян уставился на трех своих соседей по комнате. Гуань Юй посмотрел на него и крепко обнял за плечи: "Я тебе на самом деле не нравлюсь, и ты собираешься держать меня лишь в качестве наложницы! Я говорю тебе, не смотри на меня так, я слишком силен и не согнусь под искушением богатства, ты не сможешь меня сломить".

Линь Лян закатил глаза: "Неужели ваш Господин такой недальновидный человек? Ты не настолько красив, так что не думай об этом, ладно?"

Гуань Юй улыбнулся: "Я не красавец, но моя мама говорила, что когда я был ребенком, гадалка предсказала мне удачное замужество с человеком из богатой семьи".

Ли Чжэ поднял голову на кровати: "Твоя мать дала гадалке неправильный пол, когда предсказывала тебе судьбу!!"

Мэнг Тао рассмеялся и добавил: "Нет, должно быть, гадалка была немного глуховата из-за своего преклонного возраста".

Гуань Юй сердито указал на них двоих: "Только подождите, сейчас вы холодны ко мне, но когда я выйду замуж в богатую семью, посмотрим буду ли я заботиться о вас тогда?"

Ли Чжэ улыбнулся: "Удачи, не встреть лжеца, притворяющегося богатым молодым господином второго поколения, который обманет тебя, иначе ты, в конце концов, вернешься к нам и заплачешь".

"У тебя вороний рот, неудивительно, что даже подонки смотрят на тебя свысока и держатся подальше. Это не называется быть обманутым, это называется венчурным капиталом или рискованными инвестициями. Дорога к успеху всегда полна трудностей и опасностей, и ты хочешь сказать, что я должен отступить из-за этого?" Гуань Юй не проявил никакой слабости.

Линь Лян прервал их с улыбкой: "Хорошо, перестаньте создавать проблемы, я должен сказать вам кое-что важное. Мне нужен помощник, у кого есть время поработать неполный рабочий день?"

"Я". Гуань Юй первым поднял руку, а за ним сразу же Ли Чжэ и Мэнг Тао. Линь Лян улыбнулся: "Не думайте, что работать со мной будет просто. Вне стен университета я буду вашим боссом, и вам не только придется принять эту личность в дополнение к тяжелой работе, но и столкнуться со всевозможными искушениями. Деньги, красавицы, ах! Бизнесмены ради прибыли бескомпромиссны, если вы не будете осторожны, то можете попасть в ловушку других".

В общежитии внезапно стало тихо. Три человека смотрели друг на друга некоторое время, а затем Мэнг Тао улыбнулся: "Осталось всего несколько лет до нашего вступления в общество. Не так уж и плохо попрактиковаться заранее. Вы наш старший, и мы с уверенностью последуем за вами".

"Да, я согласен. Разве это не просто выйти на улицу и быть избитым обществом? Не то чтобы меня раньше не били, я уже начал учиться получать от этого удовольствие", - сказал Гуань Юй.

Ли Чжэ почесал в затылке и спросил: "Тебе нужен только один человек, верно? Если так, то я уйду первым! В любом случае, в будущем ты будешь нашим боссом, я не тороплюсь."

Линь Лян посмотрел на Гуань Юя и Мэнг Тао и сказал: "Тогда вы двое! Отныне вы будете приходить на работу в 8 утра и уходить в 9 вечера каждую субботу и воскресенье."

"Хорошо, босс". - взволнованно воскликнул Гуань Юй. Глядя на него Ли Чжэ почувствовал легкое сожаление. Он посмотрел на Линь Ляна и тихо пробормотал: "Я бы не отступил, если бы знал, что тебе нужны два человека".

Линь Лян улыбнулся: "Даже если есть только одна возможность, ты должен бороться за нее. В этой жизни, сколько возможностей вы могли упустить вот так? И вы не вправе выбирать, так почему вы беспокоитесь о лицах, принимающих решения, но игнорируете свои собственные потребности? Разве это не значит поставить телегу перед лошадью?"

Ли Чжэ пристыженно опустил голову, и Гуань Юй взмолился за него: "Разве ты не можешь взять еще одного человека? Наше общежитие - единое целое, какой смысл оставлять его одного? Мы вчетвером отправимся вместе в наступление, и вместе в отступление, чтобы в будущем войти на поле боя, уничтожить тысячу армий и быть непобедимыми".

Линь Лян улыбнулся: "Да! Но готовы ли вы отдать ему половину своей зарплаты?"

Гуань Юй сразу же широко открыл глаза от волнения: "Значит, будет еще и зарплата!"

Мэнг Тао и Ли Чжэ одновременно бросили на него косой взгляд, и он тут же решительно закрыл рот руками.

Конечно, Линь Лян не был настолько беден, чтобы им приходилось делиться своей зарплатой. Он сделал это только для того, чтобы преподать Ли Чжэ урок. Он выглядел высоким и большим, но его сердце было слабым, и ему было легче закрыть глаза на свои нужды и уступить. Понеси он утрату, другие не оценили бы его по достоинству, но втайне посмеялись бы над ним.

Вечером за ужином семья Линь собралась вместе. Все сидели за одним столом, чтобы поесть, но никто не разговаривал. В тишине каждый ел свою еду, и у каждого человека были свои мысли.

Линь И после еды положил палочки на стол, повернул голову, чтобы посмотреть на Линь Ляна, и сказал: "Позже зайди ко мне в кабинет."

Все остальные замерли и в унисон посмотрели на Линь Ляна.

"О", - слабо ответил Линь Лян, очищая креветку.

Видя, что его рот был полон масла, Линь И не мог удержаться, чтобы не взять салфетку и не вытереть его: "Тебе так нравится есть креветки. В следующий раз пусть кухня очистит их. Это избавит тебя от лишних хлопот."

"Брат, почему бы тебе не почистить их для меня?"

Как только Линь Лян сказал это, все в гостиной странно посмотрели на него. В конце концов, Линь Лян теперь настоящий глава семьи Линь.

Линь Лян не осознавал, что ведет себя как избалованный младший брат. В прошлой жизни, стоило на него подуть холодному ветру, как его брат тут же взволновано покрывался холодным потом, конечно, это также было связано с его слабым телом в предыдущей жизни.

"Видишь ли, днем ты на работе, а я на учебе; а вечером ты ходишь на встречи, в то время как я играю с друзьями. Мы видимся только во время ужина. Разве в это время ты не должен проявить инициативу и позаботиться обо мне?"

Как раз в тот момент, когда все, включая самого Линь И, почувствовали, что слова Линь Ляна были немного разумными, он добавил: "Сейчас ты относишься ко мне холодно, и если кто-то со скрытыми мотивами будет относиться ко мне с любовью, как к младшему брату, и я буду похищен, что ты тогда собираешься делать?"

"А потом, когда у тебя появится девушка, ты будешь относиться к ней лучше, чем к собственному брату, как ты считаешь, что я буду думать тогда? Говорю тебе, когда придет время, я не вернусь в этот дом, потому что всякий раз, когда я буду смотреть на твою девушку, она будет бельмом для меня, так что лучше держаться подальше."

Выслушав слова Линь Ляна Линь И показалось, словно он весь покрылся мурашками. Неужели младший брат и его жена должны будут конфликтовать? Он слышал о том, что теща и невестка борются за благосклонность, так почему же роли поменялись на шурина и невестку? Или он был слишком невежественным?

Впервые за столько лет, Линь Литин и другие узнали новую функцию Линь Ляна: девушка. Да, это большое подозрительное красное слово одновременно появилось в сознании нескольких из сидящих за обеденным столом .

Линь И, беспомощный от слов Линь Ляна, прямо ударил его по лбу: "Чему ты учишься весь день напролет, что за дерьмо у тебя в голове?"

Линь Лян прижал тыльную сторону ладони ко лбу и пожаловался: "Хм, у тебя нет самосознания хорошего брата."

Линь И посмотрел на него: "Когда у тебя хватит самосознания быть хорошим братом, тогда сможешь прийти и обвинить меня."

Линь Лян продолжал чистить креветки с безразличным лицом: "Разве быть хорошим братом не значит позволить своему брату чувствовать любовь, наслаждаться счастьем быть нужным и с радостью обнимать его в процессе?"

С резким голосом Линь Ляна всем в комнате, включая слуг, захотелось пригладить мурашки по телу обеими руками.

Линь Лян, который удовлетворенно продолжал есть вкусные креветки, не заметил, что Линь И приложил ладонь ко лбу. Говорят, что дети-подростки очень переменчивы, теперь он, наконец, понял чувства своей матери, когда она гналась за Линь Ляном с кухонным ножом.

Тьфу! Нелегко быть родителем! Еще труднее быть родителем ребенка, чей подростковый мозг отличается от мозга обычных людей!

Глава 19. Я смотрю на тебя

Поев, Линь Лян отнес тарелку с фруктами в кабинет на третьем этаже. В дверях он встретил телохранителя Линь И, Цзо Линя, который был с ним с самого детства. Линь И в возрасте шести лет был похищен, и человеком, сделавшим это, был отец Вэнь Юцина, Вэнь Шэн.

Когда Вэнь Шэн был окружен полицией, он приставил нож к шее Линь И и угрожал им. У полиции не было другого выбора, кроме как застрелить его с помощью снайпера. Мать Вэнь Юцина всегда обвиняла семью Линь в убийстве мужа и во всех своих несчастьях, а ее сын, Вэнь Юцин, был для нее лишь инструментом мести.

Цзо Линь увидел Линь Ляна, с улыбкой кивнул ему и открыл вперед дверь. Линь Лян улыбнулся в ответ, но на душе у него было очень неуютно. Линь И ни в чем не ошибался, его собирались похитить и угрожали смертью, когда ему было всего шесть лет. Очевидно, он был просто жертвой. Он изо всех сил старался любить Вэнь Юцина и поставил на кон все свое богатство, но Вэнь Юцин все равно предал его.

Когда он прочитал ту часть в книге, где Линь И в отчаянии спрыгнул с крыши, он был так зол, что прямо кинул чашку, которую держал в руке, на пол.

После переселения он стал братом Линь И, пушечным мясом. Столкнувшись лицом к лицу с настоящим Линь И, Линь Лян почувствовал себя еще более расстроенным. Оба его родителя умерли, его младший брат был убит, и человек, которого он любил больше всего, на самом деле оказался его врагом, и в итоге он стал банкротом и умер. Нет более неудачливого ведущего мужчины, чем он.

Поставив тарелку с фруктами на стол, Линь Лян с жалостью посмотрел на Линь И, который подписывал документ.

Закончив с делами, Линь И поднял глаза и посмотрел на Линь Ляна. Он действительно почувствовал материнскую заботу в глазах своего младшего брата. Он закрыл глаза, глубоко вздохнул и надавил на вздувшиеся вены на лбу.

"Ты видел новости в Сocoas Мedia?" - спросил Линь И, открыв глаза.

"Нет, я был занят."

Линь И был в ярости: "Как президент компании Линь, я тоже не праздный человек!"

Линь Лян подтолкнул тарелку с фруктами к Линь И: "Не волнуйся, съешь немного фруктов и говори как следует."

Голова Линь И, который чувствовал, что уже говорит правильно, была полна вопросительных знаков и многоточий. Между ним и его братом было всего десять лет разницы, был ли разрыв между поколениями уже настолько велик, что они не могли общаться на одной волне?

"Сейчас все публикуют фотографии, на которых ты избиваешь Линь Хао. Ты такой жестокий, и ты даже привязал его к дереву после того, как избил, почему ты такой? Ты знаешь, в каком я был настроении, когда эти старые директора компании позвонили, чтобы допросить меня?" После паузы Линь И сердито заключил: "Теперь я действительно разочарован в тебе."

Но Линь Лян все еще смотрел на Линь И отеческим взглядом: "И что такого с непревзойденным видом Линь Хао, разве это не нормально, что я его избиваю? Он был избитым всякий раз, когда оказывался в моих руках с тех пор, как был ребенком."

Линь И был так зол, что почти лишился дыхания, и ударил кулаками по столу: "Как это можно сравнивать? Раньше ты был маленьким ребенком, но теперь тебе восемнадцать, и ты должен нести юридическую ответственность за свои собственные действия".

Линь Лян был обижен до смерти. Черт возьми, в своей прошлой жизни он прожил более десяти лет и никто в семье не осмеливался повышать на него голос! Он никогда больше не захочет быть любящим отцом и матерью для своего брата, иди к своей проклятой сердечной боли. Ты заслуживаешь того, чтобы тебя оскорбил Вэнь Юцин!

Чем больше Линь Лян думал об этом, тем больше он обижался, и мгновение спустя он разрыдался: "Как ты можешь быть таким, обвиняя здесь своего собственного брата, ты попросил своего секретаря расследовать это дело? Ты знаешь, что в то время Линь Хао привел более дюжины бандитов с палками, чтобы напасть на меня? Если бы не безжалостность и способность твоего младшего брата сражаться, неизвестно, смог бы ты все еще видеть меня здесь."

Сказав это Линь Лян встал и сердито посмотрел на Линь И со слезами на глазах: "Теперь это я разочарован в тебе. У меня нет такого неразборчивого брата, как ты." После резких слов Линь Лян развернулся и ушел.

Линь И понял что, был неправ обвиняя Линь Ляна и почувствовал себя еще более неловко. Конечно, он хотел быть хорошим братом. После смерти родителей Линь Лян остался его единственным родственником в этом мире.

"Стой, я еще не съел фрукты, которые ты мне дал."

Линь Лян подумал про себя: "Ешь, ешь, в это время это все, что ты можешь, будь осторожен, иначе желудочные спазмы убьют тебя."

Хотя Линь Лян был зол, он все равно остановился. Линь И вздохнул и подошел к нему, протянув руку, чтобы коснуться его головы, но Линь Лян уклонился. Линь И беспомощно сказал: "Я ошибался. Я не должен был слушать слова других людей и расспрашивать тебя, не расследуя четко. Я обещаю, что следующего раза не будет, так что больше не сердись на меня, хорошо?"

Линь Лян сердито поднял глаза: "Ты, что ты за родитель? Разве ты не должен был вознаградить своего ребенка, который выйграл бой? Или ты хотел, чтобы меня избили и принесли домой, как Линь Хао? Тогда ты бы почувствовал удовлетворение?"

Говоря об этом, Линь Лян плакал все больше: "Это правда, что детей любят только матери. Когда мои родители были живы, в прошлом, каждый раз, когда я выигрывал бой, они давали мне награду. Но теперь здесь ты, и, несмотря на мои добрые намерения, не упоминая даже о легкой похвале, я получаю от тебя только лекцию".

Линь И больше не мог жаловаться на воспитание родителей своему младшему брату. Он беспомощно убеждал: "Теперь ты другой. Тебе восемнадцать лет. Сегодня мой дядя пришел ко мне в офис с фотографией, на которой ты кого-то бьешь, и сказал, что хочет позвонить в полицию и отправить тебя в тюрьму. Что ты мне прикажешь делать? Эта дело может показаться маленьким, но в итоге окажет большое влияние, и цена наших акций упадет в несколько раз".

Линь Лян подумал, что он ещё не ходил лично к Линь Вану, он был довольно хорош в составлении своих дьявольских планов. Он спросил с холодным лицом: "Что ты ему пообещал?"

"Я обещал пустить его обратно в особняк" - спокойно сказал Линь И.

Линь Лян усмехнулся: "Их семья изначально не хотела покидать особняк, но теперь, с твоего разрешения, они наконец-то могут вернуться. Следующим этапом, полагаю, Линь Ван попытается убить нас и проглотить всю семью Линь."

Линь И коснулся его головы и серьезно сказал: "Тебе не нужно беспокоиться об этих вещах. У тебя здесь есть твой брат, я не позволю им добиться успеха".

Линь Лян поднял глаза и посмотрел на Линь И: "Брат, ты можешь пообещать мне одну вещь?"

"Какую?"

"В будущем, что бы ни случилось, как бы тебя ни провоцировали другие, ты должен доверять мне". Линь Лян искренне посмотрел на Линь И: "Ты мой брат, моя единственная семья в этом мире, моя самая большая опора, я никогда не причиню тебе боль. И я не настолько глуп, поэтому неважно, кто будет говорить обо мне плохие вещи в будущем, ты не поверишь в это, хорошо?" Линь И улыбнулся и коснулся головы Линь Ляна: "Хорошо".

Линь Лян гордо поджал свой маленький ротик: "Помни, каждый день, прежде чем ложиться спать, ты должен в течении дня задать себе как минимум три вопроса: люблю ли я своего брата сегодня больше? Что я сделал сегодня для своего младшего брата? Сделал ли я сегодня своего брата счастливее?"

После этого Линь Лян поднял руку и похлопал Линь И по плечу: "Не гордись, ты все еще далёк от того, чтобы быть хорошим братом, но ты умный человек, и я очень оптимистично отношусь к тебе".

Через несколько секунд после этих слов Линь И чуть не скончался на месте от гнева. Он сердито пнул Линь Ляна: "Давай, давай, убирайся отсюда, пока не разозлил меня до смерти! Три вопроса в день? Не разозлиться три раза в день уже хорошо, Амитабха Будда, с твоим темпераментом и дня не проходит в спокойствии."

Линь Лян, которого ударили ногой, наконец остановился. Уходя, он повернулся, улыбнулся Линь И и, прежде чем открыть дверь, показал руками форму сердца: "Брат, люблю тебя!"

Линь И счастливо улыбнулся и снова выругался: "Убирайся!" Но на этот раз его голос был намного тише.

Линь Лян подмигнул: "Брат, будь храбрым, о любви нужно говорить смело. Любой, у кого есть такой идеальный брат, как я, будет ... " На середине слов он уже увидел, как Линь И поднял ноги, чтобы снять обувь. Он поспешно ускользнул.

После того, как Линь Лян вышел из кабинета, он увидел Цзо Линя, стоящего в дверях, и серьезно похлопал его по плечу: "Брат Цзо, нелегко следовать за моим братом столько лет!"

Цзо Линь чуть не расплакался. Все завидовали его положению телохранителя Линь И и заработку миллионов долларов в год. Но что толку? У тебя даже нет времени найти себе девушку, и совсем нет времени потратить эти деньги. Люди не могут понять его трудностей.

С тех пор этот простой человек ростом 1,9 метра считал Линь Ляна своим доверенным лицом.

Глава 20. Господин Лян, вы понимаете?

Когда Цзи Хун распечатал найденные улики и сложил бумаги в папку, была уже полночь.

Он был в очень сложном настроении. На самом деле, Линь Ван всегда был на плохом счету в семье Линь, поэтому его власть невелика, но он очень хорошо умеет угождать людям. На протяжении многих лет он побывал во всех филиалах компании, налаживая работу. Неоправданные проекты, что он создал, отняли миллиарды у компании Линь.

Цзи Хун не был удивлен, что Линь Ван сделал такое. Как беспокойный старший сын семьи Линь, было бы странно, не занимаясь он какой-нибудь грязной работой.

Причина, по которой он сейчас чувствовал себя так противоречиво, заключается в том, что человеком, который попросил его проверить эти вещи, был Линь Лян, а не Линь И. Как одноклассник Линь И по колледжу, он был причислен к его фракции с того дня, как присоединился к нему.

Он узнал о таком важном деле, но вместо того, чтобы немедленно сообщить об этом Линь И, сначала связался с Линь Ляном. Как близкий друг, он, очевидно, предал Линь И.

Линь Лян на самом деле хотел использовать это дело, чтобы заставить Цзи Хуна встать на его сторону и остаться в его команде. Если бы он не послушался совета Линь Ляна и решил сообщить об этом Линь И, тогда он запомнил бы это, и у него определенно не было бы хороших плодов, которые можно съесть в будущем.

Когда Цзи Хун примкнет к Линь Ляну, тот, естественно, сообщит о найденных данных Линь И, и можно сказать, что он сам это проверил или попросил кого-нибудь проверить. Но кем был тот человек, которого он попросил? С их статусом многие люди пытаются завоевать их расположение, поэтому Линь И не будет беспокоиться об этом.

Цзи Хун стоял у окна, покачивая красное вино в бокале и глядя на пустой и одинокий сад семьи Линь под ночным небом. В своем сердце он безмолвно молился, чтобы два брата не восстали друг против друга в этой жизни. Он и Линь И знали друг друга много лет, и тот довольно хорошо относился к нему во время его учебы в компании Линь, поэтому он не хотел причинять ему боль.

На следующее утро Цзи Хун постучался в комнату Линь Ляна. Линь Лян открыл перед ним дверь, затем вернулся на кровать и обнял одеяло. "Лао-цзы еще не проснулся, но этот Лао-цзы только что словно ходил во сне, продолжая спать с закрытыми глазами".

Цзи Хун осторожно положил папку на прикроватный столик: "Все доказательства и данные находятся в этом файле. Я положил пакет с документами на прикроватный столик. Мастер, не забудь прочитать это".

Линь Лян по-прежнему с закрытыми глазами лежал на боку, укрывшись одеялом. Цзи Хун некоторое время ждал, но так и не услышал ответа. Как раз когда он собирался повернуться и уйти, он увидел Линь Ляна, лениво бормочущего что-то себе под нос с закрытыми глазами. "Мне здесь не хватает секретаря, с этого момента ты можешь быть моим секретарем!"

Как раз когда Цзи Хун собирался заговорить, он сказал: "Также мы все еще не нашли подходящую домработницу, так что ты еще и домработник семьи Линь. Выполнение двух заданий не должно быть для тебя проблемой! Себастьян* тоже дворецкий, но он может всё. Мне всегда хотелось иметь такого превосходного дворецкого. Но если ты будешь выполнять две работы, я не буду платить две зарплаты, потому что это слишком дорого, и я стану бедным".

Затем он повернулся и жалобно посмотрел на Цзи Хуна: "На самом деле, я не хочу быть плохим боссом, и если тебе это не нравится, то ты должен вернуться и следовать за моим братом!"

Не дожидаясь, пока Цзи Хун заговорит, он снова моргнул: "На самом деле, в идеале - это чтобы ты работал на меня и позволял моему брату платить тебе зарплату".

Цзи Хун уже был полон черных линий. Он чувствовал, что прошлой ночью решив встать в ряд с Линь Ляном, он принял величайшее решение. Он не ожидал, что он, доктор наук из всемирно известного университета, будет работать на ребенка, которому только что исполнилось 18 лет, и вдобавок ко всему ему фактически не заплатят.

Под пристальным взглядом Линь Ляна Цзи Хун слабо улыбнулся: "Это не имеет значения, Мастер, просто наблюдайте и отдавайте приказы. Мечта моего детства - стать талантом, который может служить людям во всех аспектах. Я рад, что молодой мастер дал мне шанс осуществить мою мечту".

Линь Лян наконец улыбнулся ослепительной улыбкой, похожей на тюльпан, который только что открылся утром: "Чтобы служить людям? Ты хочешь сказать, что хочешь служить мне? Так вот как я должен это воспринимать?"

Цзи Хун не понимал и не хотел понимать, почему он должен обслуживать несовершеннолетнего ребенка, который вдобавок ко всему не планирует ему платить.

Линь Лян перевернулся на другой бок и закрыл глаза: "Скажи Линь Вану, чтобы он пришел в мою комнату".

"Хорошо, мастер Лян". Цзи Хун повернулся и вышел.

Линь Лян прищурил глаза и улыбнулся, подумав, что этот человек не глуп, у него довольно сладкий рот, а его коэффициент интеллекта весьма хорош. Почему Вэнь Юцин выгнал его из дома Линь в оригинальной книге? Кажется, что умственная сила любви безгранична! Поэтому Линь И и Вэнь Юцину нельзя позволять встречаться, втайне решил Линь Лян.

Когда Линь Ван услышал от Цзи Хуна, что Линь Лян ищет его, то подумал, что Линь И прочитал лекцию Линь Ляну, и тот был слишком смущен, чтобы извиниться перед всеми, поэтому он позвал его одного.

Когда он вошел в комнату Линь Ляна, тот уже встал и только что закончил умываться.

"Ты для чего-то искал дядю?" - спросил Линь Ван, глядя на Линь Ляна, выходящего из ванной.

"Присаживайся". Линь Лян указал на диван и сказал с улыбкой: "Приношу извинения, мне не нужно сегодня на учебу, поэтому я задержался и встал поздно".

Линь Ван сел на диван и скрестил ноги: "Ты уже намного лучше своего двоюродного брата, он до сих пор в постели".

Линь Лян улыбнулся, вытащил один из документов из папки на прикроватном столике и протянул ему: "Взгляни, мой секретарь дал мне его вчера. Ему потребовалось много времени, чтобы выяснить все, что здесь написано, тебе должно понравиться".

Линь Ван воспринял это подозрительно, с первого взгляда он увидел названия компаний под своим именем. Он быстро просмотрел первую страницу и поспешно перевернул ее, вся информация, написанная в этих бумагах, была данными нескольких компаний под его именем, даже компании, в которых он косвенно участвовал, не пощадили. От данных до бизнес-анализа, ничего не пропустили.

Линь Ван действительно человек, который работает в этом бизнесе уже несколько десятилетий. Он быстро успокоился, затем сердито встал и бросил бумаги на кофейный столик: "Линь Лян, ты позвал меня в свою комнату рано утром, просто чтобы сказать, что проверяешь меня? Отлично, ты увидел это! Я старший сын семьи Линь, что плохого в том, что я взял немного денег у семьи?"

Линь Лян присел на край кровати и посмотрел на него со слабой улыбкой: "Линь..., у тебя всего 8% акций, что меньше, чем у меня с точки зрения доли. Ты всего лишь мелкий акционер "Линь". Не стоит думать, что я неопытен, и ничего тебе не сделаю. Я уважаю тебя как своего дядю и даю тебе лицо, поэтому я встретился с тобой, прежде чем отправить это моему брату".

Глядя на Линь Ляна, Линь Ван опустил глаза и усмехнулся: "Я уже понял, что в эти дни тебе нелегко, я видел фотографии, на которых ты бьешь Линь Хао. В первый раз я не нападал на тебя с ними и решил погасить события. Вместо извинений ты решаешь подавить этот вопрос этим. Теперь, когда ты сделал выстрел, мы должны обсудить условия, чтобы ты был готов отпустить это, ты можешь сказать это прямо!"

Линь Лян удовлетворенно улыбнулся: "Дядя - умный человек, если бы только твой драгоценный сын был хотя бы наполовину так же умён, как ты".

Линь Ван был так зол, ведь у него тоже двое детей, один сын и одна дочь. Его дочь не интересуется бизнесом. Она любит фотографировать и путешествовать. Она проводит весь год, заводя друзей по всему миру, и приезжает домой всего на несколько дней. Поэтому он возлагал все свои надежды на сына. В результате он сам был раздавлен своим братом большую часть своей жизни, а его сын был избит Линь Ляном дважды за три дня.

"Если ты хочешь, чтобы юридический отдел Линь не подал на тебя в суд и не посадил в тюрьму, тебе просто придется пообещать мне две вещи. Во-первых, переведи все акции со своего имени на мое. Это включает: акции Линь и акции в других компаниях. Во-вторых, забери свою жену и детей из семейного особняка Линь навсегда".

Линь Ван сжал кулак и холодно посмотрел на Линь Ляна: "Невозможно".

Линь Лян посмотрел на него с кривой улыбкой: "Когда ты окажешься в тюрьме, я заставлю тебя исчезнуть. Не думай, что это невозможно. Мало кто в этом мире может устоять перед соблазном денег. Это не займет много времени. На самом деле, ничего особо делать не нужно, пока преступники внутри заботятся о тебе, менее чем через шесть месяцев ты сам подумаешь о самоубийстве".

Линь Ван посмотрел на слишком красивое лицо Линь Ляна и не смог сдержать дрожь. Он наконец понял, что с Линь Ляном не только трудно иметь дело, но и он более безжалостен, чем его брат Линь И.

Линь Лян открыл ящик прикроватного столика, достал два контракта, которые юридический отдел MS дал ему вчера, и положил их на журнальный столик перед Линь Ванем: "Два контракта, один из которых - контракт на передачу акций, а другой - контракт на то, чтобы навсегда отказаться от лица семьи Линь. Ты выбираешь смерть? Или деньги? Подумай об этом сам! Но у меня осталось не так много времени, меня ждет Гу Хэншенг, чтобы поговорить о сотрудничестве".

Линь Ван плюхнулся на диван и посмотрел на два контракта, лежащие перед ним. Несколько минут спустя он дрожащей рукой взял ручку и написал свое имя.

Выйдя из комнаты Линь Ляна, Линь Ван оглянулся и усмехнулся про себя: "Ищешь Гу Хэншенга, чтобы сотрудничать. Компания Гу Хэншенга в последнее время покупает акции Линь. Сотрудничай с ним, чтобы привести волков в дом". На этот раз он проиграл, но если он сохранит зеленые холмы, он не боится, что не останется дров. Однажды он убьет его и вернется в семью Линь.

* Такого помощника он себе хочет))

Глава 21. Высоко! Это действительно высоко!

Линь Лян спустился на кухню и позавтракал, прежде чем неспешно сесть в автомобиль. Услышав знакомый звук, Линь Лян достал свой телефон и увидел три сообщения одного и того же содержания от Гу Хэншенга: "Ты уже здесь?"

Линь Лян закатил глаза, прежде чем лениво ответить голосовым сообщением: "Уже в пути".

Семья Гу очень большая, и целый небоскреб в процветающем районе принадлежит им. Когда Линь Лян вышел из машины, секретарь Гу Хэншенга Шу Ронг уже ждал внизу.

Шу Ронг улыбнулся и нажал на кнопку, открывающую эксклюзивный лифт управления для Линь Ляна, "У господина Гу всё ещё встреча на 18-м этаже. Он попросил меня отвести вас в его кабинет наверху и подождать его, он придет, как только встреча закончится".

Линь Лян пробормотал с несчастным лицом: "К чему такая спешка, когда ты на совещании?"

Шу Ронг действительно слышал это. Это был первый раз, когда кого-то осмелился пожаловаться на босса в его присутствии.

Офис Гу Хэншенга на самом деле так же неинтересен, как и его хозяин - очень простой и очень большой, выглядит высоким и роскошным, но на самом деле внутри пусто.

Секретарь пригласил Линь Ляна на диван в его кабинете и спросил: "Что бы молодой мастер Линь хотел выпить?"

Линь Лян осмотрел офис Гу Хэншенга, с отвращением говоря: "Есть много богатых людей по фамилии Линь и все мастера, вы секретарь Гу Хэншенга, вы должны быть творческим, когда обращаетесь к другим, понимаете? Давай сделаем так, отныне ты будешь звать меня мастер Лян!"

Линь Лян был очень доволен своим именем, и после того, как он закончил, он посмотрел на Шу Ронга блестящими глазами с выражением ожидания.

Хотя Шу Ронг не понимал, почему современные дети любят называть себя взрослыми, он был квалифицированным работником, поэтому под выжидающим взглядом Линь Ляна он снова спросил: "Мастер Лян, что бы вы хотели выпить?"

Линь Лян улыбнулся и удовлетворенно ответил: "Чай с пузырьками".*

Шу Ронг был ошеломлен, убедившись, что не ослышался, затем кивнул и вышел из кабинета.

После того, как Шу Ронг ушел, Линь Лян внезапно вспомнил, что, похоже, чего-то не хватает, и позвонил Линь И. Линь И проверял фондовый рынок. В последнее время цена акций Линь росла, и он чувствовал, что это было немного странно. Когда он услышал телефонный звонок, он поднял трубку рядом с собой: "Алло? В чём дело?"

Линь Лян надул губы: "Брат, ты обидел меня вчера, разве ты не должен дать мне что-нибудь в качестве компенсации?"

Линь И улыбнулся: "Чего ты хочешь?"

"Купи кофейню по соседству с антикварным магазином, который подарил мне дедушка, и переоборудуй её в чайный домик, и найми хороших сотрудников, а затем подари её мне!" Закончив говорить, Линь Лян начал самодовольно бормотать себе под нос, не дожидаясь, пока Линь И заговорит: "Видишь, какой разумный твой брат, никогда не позволяющий тебе тратить деньги случайным образом? Посмотрите на богатых и расточительных других людей, которые покупают спортивные автомобили на каждом шагу. Твой брат другой, целеустремленно думающий только о том, чтобы заработать денег для семьи Линь. С таким хорошим братом как я ты должен ложиться спать с улыбкой и просыпаться со смехом!"

Линь И потер брови от головной боли и напомнил: "Магазин в Пекине не дешевле спортивного автомобиля. В отличие от этого, я бы предпочёл, чтобы у тебя была спортивная машина".

Линь Лян улыбнулся: "Брат, не волнуйся! Твой брат определённо не такой уж дурак. О да, у меня здесь не хватает персонала. Я думаю, что твой бывший одноклассник, временный дворецкий нашего дома, неплох. Пусть он работает моим секретарём неполный рабочий день. В любом случае, дома всего несколько слуг, и слишком расточительно позволять престижному доктору каждый день заниматься этими пустяками."

Линь И сердито перебил его: "Разве ты не предлагал ему приехать в наш дом в качестве временного дворецкого? Линь Лян, Линь Лян, ты очень умён! Продвигая дела вот так своими руками и напрямую вмешиваясь в большую группу наших менеджеров, чтобы он так же был секретарём. Мой секретарь тоже довольно могущественный, хочешь собрать их вместе для себя?"

"Ах! Брат, мне нужно присутствовать на собрании, я не буду с тобой разговаривать. Ты можешь позвонить Цзи Хуну напрямую по поводу кофейни!" Затем он повесил трубку.

Линь И прислушался к деловитому звуку коротких гудков, разозлился и рассмеялся: "Сопляк, подожди меня! Посмотрим, не защипаю ли я тебя до смерти, когда вернусь".

Когда Гу Хэншенг вернулся в офис, Линь Лян держал в руках свой мобильный телефон и болтал с людьми в общежитии. Сегодня Гуань Юй и другие отправились на работу в свой первый рабочий день. Прибыв в MS для отчетности, они последовали за нынешним помощником Линь Ляна Лан Си в выбранный выставочный зал.

Когда Гу Хэншенг подошел к Линь Ляну, тот посмотрел на него и улыбнулся: "Встреча закончена?"

Гу Хэншенг погладил его по голове: "С кем ты разговаривал?"

Линь Лян был подавлен, почему президенту так нравится трогать его голову? Он такой молодой и красивый, от прикосновения этих лап он может больше не вырасти, в таком случае, кто будет отвечать за это?

Неподвижное лицо Гу Хэншенга осталось неизменным: "Я слышал, что ты очень популярен в школе".

"Разве это не нормально? Я такой красивый и ослепительный". Линь Лян торжествующе улыбнулся.

Гу Хэншенг серьезно посмотрел на Линь Ляна, мальчик перед ним был очень ослепителен, как будто золотой свет прыгал по его лицу, да, кто бы не хотел иметь такую ослепительную жемчужину.

Гу Хэншенг убрал руку и сел на диван рядом с Линь Ляном: "Почему ты планируешь устроить шоу?"

Линь Лян сделал глоток чая с пузырьками и сказал: "MS делает заказы высокого уровня и работает так уже много лет. На рынке мало возможностей для роста, поэтому я хочу создать легкий люксовый бренд, который смогли бы покупать обычные люди, а не только богатые. С тех пор, как умерла моя мать, в MS не было притока новых дизайнеров. Вместо того чтобы повсюду копаться в поисках людей, я мог бы с таким же успехом провести соревнование, чтобы увеличить импульс, и позволить им самим прийти и услышать об этом. Таким образом, мы сможем рекламировать наш новый бренд и одновременно привлечь способных людей".

Гу Хэншенг кивнул: "Это хорошая идея, ты принес план программы?"

Линь Лян протянул Гу Хэншенгу папку из своего рюкзака. Гу Хэншенг взял её и серьёзно посмотрел.

Линь Лян нервно пролистал Weibo, это был его первый раз, когда он занимался планированием программы, он нашел шаблон макета в Интернете, а затем записал свои идеи. Хотя у него очень низкие требования к себе, до тех пор, пока над ним не посмеётся Гу Хэншенг, он пройдет. Но он всё ещё очень нервничал.

В офисе было очень тихо, слышно только дыхание двух человек. Вошёл Шу Ронг, нарушив эту напряженную тишину, и принес две чашки зелёного чая.

"Да, идея довольно смелая, но её немного сложно реализовать". - сказал Гу Хэншенг, дочитав, закрывая папку.

"Сначала я хотел записать свои мысли, и независимо от того, могут ли они быть реализована или нет, детали можно обсудить, когда будет достигнуто конкретное сотрудничество. Если я с самого начала уберу свои собственные идеи, будет жаль, если удастся реализовать только сотрудничество". Объяснил Линь Лян.

Гу Хэншенг улыбнулся, очень слабой улыбкой, как распускающийся жасмин утром, воздух вокруг него был похож на горный источник, капающий на чистую белую простыню со слабым цветочным ароматом жасмина. У Линь Ляна немного закружилась голова.

Линь Лян вынужден был признать, что ему нравится улыбка Гу Хэншенга, и улыбнулся в ответ, бессознательно его сердце забилось быстрее.

"Ты очень хорошо справился, учитывая, что это твой первый раз. Ты действительно волшебник". Гу Хэншенг спросил после комплимента Линь Ляну: "С какой платформой ты планируешь работать?"

Линь Лян покраснел от такого комплимента, его кожа уже была белой, и в белом был слабый красный цвет, словно облака, окрашенные вечерним солнцем, что было исключительно красиво. Гу Хэншенг скрестил ноги и сдержался, думая о порыве протянуть руку и коснуться лица Линь Ляна.

"Не думал об этом, меня интересует текущая видеоплатформа, ах! Или телевизионные станции! Я мало что знаю о них, и не могу решить какой подходит, у тебя есть какие-либо предложения?" Линь Лян - умный человек, он не скажет "Рineapple video" в начале. Это было бы слишком целеустремленно и создавало бы впечатление, что всё дело в прибыли. Хотя это действительно так.

"Pineapple Video! Я лично позвоню президенту Pineapple Video, и пусть они постараются в полной мере сотрудничать с тобой".

Увидев удивлённое выражение лица Линь Ляна, он испугался, что тот не поймёт. Гу Хэншенг объяснил: "Pineapple Video обладает самыми сильными маркетинговыми возможностями среди нескольких видеоплатформ, а также самой большой базой пользователей. Тип твоей программы немного непопулярен, и если только сторона платформы не приложит никаких усилий для её продвижения, будет очень трудно привлечь людей. Отсутствие предварительной рекламы для шоу является препятствием для привлечения талантов, а также для того, чтобы твой новый бренд стал первым хитом. Pineapple Video является дочерней компанией Гу, и когда я дам слово, они будут полностью сотрудничать с тобой".

Линь Лян был потрясен, когда капиталистический большехвостый волк стал так добр к нему. Он думал, что ему придётся некоторое время сражаться и, наконец, использовать свой блестящий трехдюймовый язык, чтобы убедить длиннохвостого волка, но он не ожидал, что тот напрямую поможет ему.

Он не ожидал, что длиннохвостый волк преподнесёт такой сюрприз, и стратегия, которую он обдумывал прошлой ночью, даже не понадобится, высоко, действительно высоко, ах.

Линь Лян смущенно посмотрел на Гу Хэншенга и сказал: "Спасибо, почему ты так добр ко мне? Я даже не знаю, как отблагодарить тебя за то, что ты был так доброжелателен." В глубине души он ждал великодушного ответа Гу Хэншенга.

Но Гу Хэншенг не нормальный человек, он отхлебнул чаю и сказал: "Если ты действительно хочешь отплатить мне, то делай то, что я делаю каждый день, и сообщай мне о своём распорядке дня!"

Линь Лян, который притворился, что отплатит Гу Хэншенгу, в глубине души сто раз закатил глаза, он знал, что этот хвостатый волк не из таких.

* Он же Жемчужный молочный чай / Пузырьковый чай с молоком / Боба - напиток на основе чая , происходящий из Токио, Япония в начале 1980-х, который включает жевательные шарики тапиоки («боба» или «жемчуг») или широкий спектр других начинок. Существует множество разновидностей напитка с широким спектром вкусов. Двумя наиболее популярными разновидностями являются чай с молоком с черным жемчугом и чай с молоком с зеленым жемчугом.

Глава 22. Поцелуй десяти миллиардов

"На самом деле, моё ежедневное расписание состоит в том, чтобы ходить на занятия, выходить из класса и идти в офис, боюсь, вам будет слишком скучно читать об этом". Линь Лян повернулся и отказался.

"Нет". Гу Хэншенг положил свою руку на руку Линь Ляна, сжал его палец и сказал: "Сначала я хотел, чтобы кто-то защитил тебя, но побоялся, что ты будешь несчастен, поэтому тебе лучше каждый день сообщать мне о своём расписании! Таким образом, я также буду чувствовать себя более непринуждённо".

Линь Лян снова закатил глаза в своём сердце. Да мастер Лян разделался в одиночку с двадцатью бандитами, и ему нужен кто-то, чтобы защитить его? Должен ли он попросить хлыст в своей сумке ответить на этот вопрос?

"Хорошо, я буду отчитываться перед тобой с завтрашнего дня". Линь Лян изобразил улыбку и засунул документы обратно в сумку, затем вихрем повернулся: "На самом деле, запуск нового бренда стоит больших денег. Я самодостаточен и не хочу полагаться на семью Линь, но мне 18 лет, и я всё ещё должен полагаться на нее. Это действительно возмутительно. Ты знаешь какие-нибудь надежные инвестиционные институты?"

Мир знает, что основной причиной силы Гу Хэншенга является не семья Гу, а капитал Хэнши, в который он вложил деньги за кулисами и управлял бесчисленными крупными компаниями по всему миру.

В то время как Гу базируется в Ся, столица Хэнши охватывает весь мир. Самая важная причина, по которой Гу Хэншенг выделялся в кровожадной семейной игре семьи Гу, заключалась в том, что он и его друг Ронг Юаньдун основали столицу Хэнши, когда ему было 18 лет. Капитал Хэнши на 90% принадлежал Гу Хэншенгу, а на 10% - Рон Юаньдуну. В то время все думали, что они просто двое богатых детей, играющих на свободные деньги, поэтому их не принимали во внимание. Но чего они не ожидали, так это того, что небольшая компания, в которую они тогда инвестировали, в мгновение ока превратится в промышленного гиганта.

"Хэнши может инвестировать в твой новый бренд. Как ты думаешь, сколько акций вы сможете продать, исходя из текущей ситуации в компании?"

Линь Лян подумал: "Пока деньги не отданы на акции, всё ведь в порядке?" Мысль о том, что в будущем Гу Хэншенг может вмешаться в деятельность его компании в качестве акционера, заставила его почувствовать потерю.

Линь Лян, который только что унаследовал большое наследство от своей матери, не испытывал недостатка в деньгах. Но если он может тратить деньги других людей на бизнес, зачем ему тратить свои собственные? Он тот человек, которому в будущем придётся выплатить Лину 670 миллиардов долларов долга.

"У меня нет недостатка в нескольких десятках миллионов, в противном случае, я просто позвоню другу, чтобы занять. Если ты хочешь купить 1% акций, это будет стоить 100 миллионов долларов. Сколько ты купишь?" Когда дело доходит до денег, Линь Лян не притворяется, у большого босса много денег, и это редкая возможность убить нож ножом. Проехав эту деревню, трудно сказать, будет ли доступен следующий магазин.

Гу Хэншенг притянул руку Линь Ляна к своей ладони, склонил голову, чтобы полюбоваться его пальцами, и с интересом заиграл: "Хэнши вложит 10 миллиардов, чтобы купить 10% акций SL, а взамен ты должен подарить мне десять поцелуев". Затем Гу Хэншенг поднял глаза, чтобы посмотреть на Линь Ляна, и уголки его губ приподнялись в улыбке, которая казалась ни на что не похожей. "Всякий раз, когда я читаю документ должны быть условия, о которых я расскажу тебе позже, ты должен проявить инициативу и поцеловать меня. Если ты не поцелуешь меня, пока я не буду удовлетворен, я не остановлюсь."

Линь Лян действительно хотел убрать свою руку и прямо дать этой вселенной непобедимое зло ~ гигантская ледяная скульптура ~ титанический древний страж ада и звериный волк, удар, чтобы прямо побудить его задушить систему и сделать невозможным вернуться в мир людей, чтобы причинить вред такому чистому и доброму белому кролику, как он!

Его поцелуй стоит один миллиард, хорошо, почему он должен подарить ему еще девять поцелуев плюс 10% акций новой компании?! Он что, сумасшедший?

Не исключено, что он не согласился бы, Линь Лян нахмурился, но он не мог отказаться от этого миллиарда. Просто шучу, меньше мяса - это тоже мясо, неужели Мастер Хэ Лян похож на человека, который расправит орлов, когда увидит мясо?

"Один миллиард обменной валюты".

Линь Лян опустил брови и удвоил сумму в 10 раз, Если бы это был обычный человек, он бы давно испугался, и он бы отругал Линь Ляна за то, что он был больным сумасшедшим человеком, убегая. Компания еще не открылась, а она уже стоит 10 миллиардов, даже грабители не такие сумасшедшие, как он.

Но Гу Хэншенг-не обычный человек. Он просто рассмеялся, когда услышал цену Линь Ляна. Он улыбнулся и посмотрел на Линь Ляна, у которого от этой улыбки закружилась голова, и он чуть не выпалил: "Красивый мужчина, я подарю тебе десять поцелуев, ты их хочешь?"

"Да, но подарок - это сто поцелуев". - неторопливо сказал Гу Хэншенг.

Между десятью миллиардами и сотней поцелуев Линь Лян решительно выбрал десять миллиардов. Как человеку, который видит деньги, ему потребовалось упорство, чтобы не согласиться сразу, и это упорство было вызвано немыми потерями, которые он понес в своих многочисленных встречах с Гу Хэншенгом.

Эти глупые потери сказали ему, что небо чистое, дождь прекратился, радуга погасла, и вы не должны верить Гу Хэншенгу .

Как раз в тот момент, когда Линь Лян задумчиво опустил брови, Гу Хэншенг ткнул его в лицо: "Не считается, если я взял на себя инициативу поцеловать тебя, и не считается, если ты взял на себя инициативу поцеловать меня. Только после того, как я закончу читать документы, ты должен целовать меня, пока я не буду удовлетворен".

Линь Лян, наконец, понял суть: "В чем заключается условие?"

"Молодой мастер Лян не может прожить и дня без того, чтобы не увидеть своего мужа Хэншенга, что ты думаешь об этом?"

Душа мастера Ляна извергла в небо десять метров застарелой крови. Он такой бесстыдный, что ему действительно следует ударить его по непобедимому старому железному лицу, отойти на миллион миль и избавиться от него, в таком месте, о котором не может подумать Гу Хэншенг.

"Не можешь ли ты сменить его на другое?" - осторожно спросил Линь Лян.

Гу Хэншенг некоторое время думал: "Малыш Лян просто должен быть смертельно влюблен в Гу Хэншенга, это действительно раздражает, если этого не будет".

Душу мастера Линь Ляна снова вырвало кровью столетней давности. Ему действительно хотелось наступить Гу Хэншенгу на грудь и выругаться: "Почему твое гребаное лицо такое большое? Вселенная вся окутана тобой, ты всё ещё можешь позволить нам, нормальным людям, взглянуть на то, как она выглядит днём?"

"О, мистер Гу действительно забавный". Хотя это 10 миллиардов, но Линь Лян мог смириться с их потерей. Он все еще мастер Лян, который не может расправить орла, когда видит мясо. Он совсем не заметил, что в это время Гу Хэншенг больше не удовлетворялся вознёй с его рукой, он поднес её ко рту и поцеловал.

Почувствовав влажное и мягкое прикосновение к своим пальцам, Линь Лян понял небольшое действие Гу Хэншенга, мгновенно покраснел и отдернул руку. Гу Хэншенгу это нравилось, но его выражение лица не изменилось.

"Я... Я... Я возвращаюсь." Линь Лян поднял свой рюкзак и собрался уходить.

Когда он встал, он понял, что Гу Хэншенг тянет его за пальто, он беспомощно обернулся, его глаза блестели от слёз: "Почему ты всегда такой нечестный, как я могу всё ещё дружить с тобой вот так?"

Гу Хэншенг, который вообще не хотел дружить с Линь Ляном и хотел только найти жену, рассмеялся. Затем Линь Лян рефлекторно откинулся на спинку дивана, он вообще не хотел признаваться, что был невыгодным фейс-контролем.

Красивый, по какой небесной справедливости? Ключ - десять миллиардов, Линь Лян солгал себе, он сел за эти десять миллиардов. Он, мастер Лян, такой реальный человек, голова может быть разбита, кровь может течь, но деньги Лао-цзы нельзя отпускать.

"Ты не сказал, какой из них тебе нравится". Сказал Гу Хэншенг, глядя на Линь Ляна.

Линь Лян покраснел и опустил голову: "Ты сам можешь это понять!"

Гу Хэншенг немедленно вернулся к столу и сел, набрав на компьютере и записав основное содержание контракта.

Линь Лян с любопытством подошёл к нему и захотел посмотреть, что там написано. В середине письма Гу Хэншенг обернулся, посмотрел на Линь Ляна и спросил: "Тебе нравится, когда я называю тебя малышкой или женой?"

"Мастер Лян, спасибо".

После того, как Гу Хэншенг услышал это, он некоторое время думал: "Давай назовём тебя женой!" Затем он продолжил печатать на компьютере.

Линь Лян разозлился и сжал своё сердце, ты, чёрт возьми, уже придумал, как меня называть, так зачем спрашиваешь?

На самом деле, Гу Хэншенг не печатал много слов. Он - босс. Пока основное содержание чётко написано, многие люди в юридическом отделе Гу, естественно, составят контракт в соответствии с его пожеланиями, поэтому он быстро закончил. После того, как документ был оформлен, Гу Хэншенг повернул свой стул и посмотрел на Линь Ляна: "Еда в нашей компании хорошая. Давай пообедаем в кафетерии в полдень!"

"Хорошо." У Линь Ляна слегка закружилась голова. Он ещё не оправился от удара, оттого что Гу Хэншенг сто раз назвал бы его женой.

Поэтому босс Гу повел Линь Ляна в кафетерий на десятом этаже. Это было время ужина после окончания работы. Все руководители были там. Все, как и прежде, как только увидели, что вошёл босс, пошли поздороваться.

В прошлом Гу Хэншенг кивнул бы в ответ, но сейчас он тянул Линь Ляна рядом с собой, полностью игнорируя этих людей, что привело руководителей в замешательство. Гу Хэншенг почувствовал, что его сердце очень обновилось, и ему захотелось обнять Линь Ляна и снова пройтись перед этими людьми, чтобы все они увидели, что их большой босс Гу тоже человек с женой.

Глава 23. Родить ребёнка , чтобы расплатиться с долгом

Линь Лян не знал мыслей Гу Хэншенга и всё ещё думал о том, как заставить его передумать и называть его Мастером, На самом деле, нельзя быть снисходительным, называть его братом Лян было бы нормально, просто называй как угодно, но не женой. Он крупный мужчина, но когда его называют женой, это так неловко.

Но когда он подошёл к столу, то понял, что у него не было возможности заговорить. Гу Хэншенг не отвел Линь Ляна в отдельную комнату, а вместо этого втиснулся в зал с руководителями.

"Что ты хочешь съесть? Если тебе не нравятся эти блюда, ты можешь заказать что угодно, они приготовят для тебя".

Линь Лян посмотрел на богатые блюда на столе и обнаружил, что еда Гу действительно была хорошей: "Суп из корня лотоса".

Гу Хэншенг поднес кусочек корня лотоса ко рту Линь Ляна: "Ах! Открой рот."

Линь Лян взглянул на потрясенные лица руководителей Гу и беспомощно открыл рот. После этого у него больше никогда не было возможности взять в руки палочки для еды. Гу Хэншенг просто кормил его кусочек за кусочком до отвала, прежде чем поесть в одиночестве.

После еды руководители Гу чувствовали себя крайне неловко. Их челюсти были опущены, и казалось, что их глаза вот-вот вылезут из орбит. После того, что они увидели, ни у кого из них не было аппетита есть. Группа людей отложила палочки для еды, достала мобильные телефоны и набрала под столом.

В группе сплетен Гу бушевали новости.

Директор А: "Я только что видел, что произошло. Я не ожидал, что нашему боссу нравятся нежные люди, я действительно заблуждался. Если бы я знал об этом раньше, я бы попросил своего двоюродного брата прийти в компанию, чтобы больше работать".

Менеджер отдела В: "Я все еще не видел, как выглядит тендер. Подходит ли ваша кузина к туфлям этой маленькой неженки?"

Женщина-менеджер отдела C прислала кричащий смайлик с текстом: "Аааааааааааааааа..."

Другая женщина-директор сказала: "Они оба такие привлекательные! Так мило, что мне делать? С этих пор я их фанат СР. Босс, борись! Борись с молодым неженкой!"

"............."

Гу Хэншенг случайно накормил Линь Ляна большим количеством еды. Закончив трапезу, Линь Лян неподвижно сидел на диване в его кабинете. Гу Хэншенг протянул руку, чтобы потереть живот, но Линь Лян быстро остановил его: "Всё в порядке, я просто прилягу ненадолго, это всегда работает после того, как съел слишком много".

Гу Хэншенг разочарованно сказал: "Ты слишком худой, тебе следует есть больше".

Линь Лян мог только горько улыбнуться, он не хотел становиться большим и толстым человеком, влияя на его представление о величии мастера Ляна в глазах его сотрудников и работников.

Гу Хэншенг попросил Шу Ронга перенести все документы на журнальный столик, и, читая их, он схватил Линь Ляна за руку и не отпускал.

Когда Линь Лян почти закончил отдыхать, он сказал: "У меня тоже осталась куча работы. Когда контракт будет готов, я должен вернуться в MS после его подписания".

"Пусть твой помощник перенесет все документы ко мне. Мой офис большой, так что нет проблем поставить рядом с моим другой стол, отныне ты можешь работать вместе со мной!" Сказал Гу Хэншенг, переводя взгляд с документов на Линь Ляна.

Линь Лян в шоке посмотрел на Гу Хэншенга, дорога от МS до Гу заняла два часа, и это заняло бы ещё больше времени, если бы была пробка, а офис Гу Хэншенга находился на 38-м этаже. В случае отключения электроэнергии его помощнику, вероятно, пришлось бы плакать до смерти.

"Мистер Гу становится все более и более забавным".

Сегодня Гу Хэншенг, которого Линь Лян дважды с юмором похвалил, был немного смущён. Он признан королем холодного каменного лица в деловом кругу. Похоже, что Линь Лян отличается от других. Он всегда может найти в нём какие-то преимущества.

Линь Лян, который был не таким толстым, как Гу Хэншенг, спокойно достал свой мобильный телефон и отправил сообщение Цзи Хуну.

Час спустя Цзи Хун стоял в кабинете Гу Хэншенга, обливаясь холодным потом под ледяным взглядом, крича в агонии. Боже! О земля! Он просто бедный свободный наёмник без денег. Он такой скромный. Почему ему приходится сталкиваться с пытками президента Гу?

Гу Хэншенг был полон враждебности, когда увидел первый взгляд Цзи Хуна. Другой причины нет. Цзи Хун очень хорош, с лазурным темпераментом, высокий и красивый, стоит там со слабой улыбкой, скромный и не сопротивляющийся.

"Я секретарь господина Ляна, Цзи Хун, я здесь, чтобы забрать его обратно в МS для встречи. Сегодняшняя встреча очень важна, господин Лян должен присутствовать", - Цзи Хун прикусил язык и сказал.

Линь Лян сопротивлялся и пытался отдёрнуть руку, но Гу Хэншенг не желал её отпускать. Когда два взгляда столкнулись и полетели искры, Гу Хэншенг беспомощно вздохнул и коснулся губ пальцем.

Линь Лян повернул голову к Цзи Хуну и сказал: "Сначала выйди и подожди меня, мне нужно кое-что обсудить с мистером Гу".

Прежде чем Цзи Хун смог сделать хоть какой-то шаг, Гу Хэншенг прямо бросился к Линь Ляну и нетерпеливо поцеловал его в губы, а затем начал грабить. Есть некоторые вещи, которые нельзя попробовать. До встречи с Линь Ляном Гу Хэншенг никогда никого не целовал. Когда он смотрел фильмы и телешоу, ему становилось скучно, и он пропускал сцены поцелуев. Но с тех пор, как он поцеловал Линь Ляна в последний раз, он думал об этом день и ночь.

Раньше он больше воздерживался, но теперь он такой свирепый!

Просто Цзи Хун, который до сих пор не вышел из комнаты, был шокирован и смущён. Он сделал паузу, видя, что Линь Лян не хотел его отталкивать, вытер холодный пот со лба и тихо вышел из кабинета.

Способ Линь Ляна справиться с сильным поцелуем Гу Хэншенга также был очень простым и грубым, и это заключалось в том, чтобы поцеловать его в ответ более властным действием.

Они долго обнимались и целовались, пока Линь Лян не задохнулся и не ударил Гу Хэншенга по плечу так сильно, что Гу Хэншенг отпустил его.

Линь Лян упал прямо на спинку дивана и тяжело дышал, с красными и опухшими губами, со слезами на глазах цвета Персика, которые были особенно соблазнительны в глазах Гу Хэншенга. Он потёр волосы и неловко объяснил: "Если кто-то посмеет запугивать тебя в будущем, ты должен сказать мне, я уберу его".

Линь Лян разозлился и проигнорировал его. Почему он должен проигрывать каждый раз, когда целует его? Не имеет значения, если этот парень будет давить на него повсюду и целовать его. Но его поцелуи могут длиться дольше, чем его, что слишком раздражает.

Линь Лян проигнорировал его, и Гу Хэншенг не рассердился, потирая волосы Линь Ляна и продолжая ворчать: "Не будь слишком беспечным, не обращай внимания на тех, кто проявляет инициативу, чтобы приблизиться к тебе, эти люди нехорошие, они либо жадны до денег, либо похотливы, особенно те, у кого толстый рот, от них тебе следует держаться как можно дальше".

Линь Лян усмехнулся в глубине души. Я даже не боюсь тебя, длиннохвостого волка вселенной. Кого ещё я могу бояться?

Гу Хэншенг попросил Шу Ронга прислать контракт после того, как стал ворчать, как старая мать. После подписания контракта Гу Хэншенг напрямую перевёл деньги на счет Линь Ляна.

Получив банковскую информацию, Линь Лян несколько раз сосчитал 0 за 1 и, убедившись, что это правильно, рассмеялся.

Конечно, каждое движение Линь Ляна не может ускользнуть от глаз Гу Хэншенга. Губы Гу Хэншенга слегка приподнялись: "Когда я получил первые заработанные деньги, я был так же счастлив, как и ты. После стольких лет я зарабатываю всё больше и больше денег. Это стало обыденным, так что было трудно стать счастливым".

Линь Лян получил деньги, посмотрел на Гу Хэншенга, который издевался над ним, и он стал приятнее для его глаз. Он улыбнулся и сказал Гу Хэншенгу: "Не волнуйся! Господин Лян никогда не будет вести бизнес в убыток, и я не позволю, чтобы твои инвестиции остались незамеченными".

"Это деньги на моём личном счете, а не от Хэнши. Ты можешь потратить их с уверенностью!" Гу Хэншенг обнял Линь Ляна сзади и сказал: "Всё будет хорошо, пока деньги, что ты потеряешь, не превысят деньги, которые я зарабатываю. Иначе нам придётся пить северо-западный ветер после рождения нашего маленького ребенка". Сказав это, он также намеренно коснулся живота Линь Ляна.

Линь Лян был шокирован, что? Это значит, что если я потеряю деньги, мне придется родить ребёнка, чтобы погасить долг? Линь Лян больше не был счастлив, когда думал об этом. Он почти забыл, что мужчины в этом мире могут забеременеть, но эта сцена в оригинальном романе была отложена из-за сюжета! Однополые браки легальны, и мальчики-мужчины являются основной темой этого романа.

«Хмм? Не хочешь родить для меня ребёнка?" Видя, что Линь Лян ничего не говорит, Гу Хэншенг потёрся лицом о его уши.

Линь Лян чувствовал, что Гу Хэншенг становится всё более и более нелепым, так что давайте убежим! Если он задержится ещё немного, есть риск, что он свалится в канаву.

Линь Лян оторвал руку Гу Хэншенга и сказал: "Я должен идти сейчас. Так много людей в MS ждут меня на встрече".

На этот раз Гу Хэншенг не задержал его и сказал, чтобы он не забывал сообщать о своём расписании каждый день, а затем отпустил его.

Глава 24. Зелёный лук

Линь Лян сел в свою машину, прежде чем полностью расслабиться. Он развалился на сиденье и сказал Цзи Хуну напротив: "Твой босс потрясающий, ты знаешь? Я впервые вышел, чтобы обсудить бизнес, и получил 10 миллиардов инвестиций, 10 миллиардов!"

Линь Лян очень гордо улыбнулся, подчеркнув "10 миллиардов". Цзи Хун, привыкший быть умным, знающим свое лицо и умеющим льстить, не стал хвалить его.

По сравнению с десятью миллиардами, Цзи Хун больше беспокоится о другом: "Гу Хэншенг не тот, кого ты можешь спровоцировать, и он не лучший выбор в качестве любовника".

Улыбка Линь Ляна застыла на его лице, он почти забыл, что Цзи Хун - крепкий орешек. В оригинальной книге, независимо от его личности, он много раз убеждал Линь И и Вэнь Юцина расстаться. В конце концов, Линь И был так сильно обеспокоен им, что каждый раз завидев его, он делал крюк.

"Я знаю." Линь Лян лениво повернул голову, чтобы посмотреть в окно.

"Если это только ради прибыли, то действительно выгодно обратиться к Гу Хэншенгу, иначе не было бы так много людей, думающих о том, как к нему подойти. Но, говоря о чувствах, вы не можете приблизиться к нему, он слишком силен, вы будете очень пассивны. Я не думаю, что ваш брат согласится на ваши с ним отношения."

Линь Лян раньше не задумывался об этом. Может быть, он был немного осведомлен о чувствах Гу Хэншенга к нему, но тогда, в машине, он не стал задумываться об этом.

Однако сегодняшнее поведение Гу Хэншенга настолько очевидно, что он не может этого отрицать. Даже если он не хочет смотреть правде в глаза, он должен подумать об этом. После тщательного размышления он вдруг почувствовал, что держать в руках эти десять миллиардов довольно горячо.

Конечно же, Цзи Хун немедленно вылил на него ведро холодной воды, вылил её всю до конца и заставил его похолодеть: "Мастер Лян, вам не следует просить эти 10 миллиардов, у вас нет недостатка в деньгах. С силой MS вы можете найти инвестиции, и хотя денег будет не так много, их более чем достаточно. Но не должно быть никакой эмоциональной вовлеченности во время работы с ним, по крайней мере, вы сможете избежать неловкости от необходимости улыбаться на заседании совета директоров после расставания".

"Что за человек Гу Хэншенг? Вы знаете, сколько старых лис в деловом мире стали его побежденными людьми. Все дяди, тёти, двоюродные братья Гу Хэншенга были не такими уж безжалостными людьми на работе, но в конце концов он отправил их в тюрьму одного за другим. С таким человеком, если вы взяли его 10 миллиардов, то вы не сможете выбраться из его рук".

Линь Лян сердито сел из-за последних слов: "Ба, пусть у других будут стремления разрушить чей-то престиж". Он тут же указал на водителя и крикнул: "Разворачивайся и едь в фонд Шэнхуй, ха, не можешь выкинуть свои десять миллиардов, верно! Он очень хорош в бизнесе и хорошо разбирается в инвестициях, да? Тогда я возьму его деньги и вложу их обратно в его компанию, чтобы он мог зарабатывать деньги на мне, а я съем проценты, верно? Проценты в год от десяти миллиардов, довольно неплохо, не брать - это для глупых людей".

Цзи Хун был удивлен им: "Ты берёшь так много денег, чтобы блеснуть, стоит тебе сделать шаг одной ногой, и он узнает об этом в тот момент, когда ты поставишь другую ногу".

Линь Лян был совершенно равнодушен: "Если он уже знает, то зачем беспокоиться". Он указал на свои слегка припухшие губы: "Я вот так потерял деньги, разве ты не хочешь, чтобы я получил немного процентов, чтобы компенсировать это?"

Цзи Хун посмотрел на губы Линь Ляна, и слегка улыбнулся. Он и Линь И дружат уже много лет, и, естественно, он заботится о Линь Ляне как о младшем брате. Конечно, Линь Лян не должен страдать. "Поэтому мастер Лян должен редко видеться с Гу Хэншенгом в будущем, иначе ты всегда будешь страдать".

Линь Лян рассердился, надул губы, повернул голову и посмотрел в окно: "Ты такой раздражающий, даже более раздражающий, чем мой брат". Через некоторое время он повернул голову, чтобы посмотреть на Цзи Хуна: "Почему только я, мастер Лян, страдаю, разве Гу Хэншенг не красив? Он такой красивый и стильный. Одним своим внешним видом он может поразить весь круг развлечений. Не говоря уже о том, чтобы целоваться с ним без потери денег, и иметь возможность спать с ним в одной постели! Это здорово, и терять нам нечего".

Линь Лян был в ярости и заговорил немного громче, заставив старого Цзэн Лао, который был за рулем, остолбенеть.

Конечно, Цзи Хун увидел, что Линь Лян рассердился, поэтому он последовал за Линь Ляном и сказал: "Да, да, это просто брак, заключенный на небесах. Я просто боюсь, что он играет, а ты серьёзен, или это ты просто играешь, а он нет".

Линь Лян заинтересовался и спросил: "Ну и что?"

"Ты серьёзно, но ему не нравишься и осмеливаешься держаться за него, это все равно что копать себе могилу. Если он говорит серьезно, что, если тебе надоест играть, сможешь ли ты вырваться из его рук? Он слишком силен, умён, и у него серьёзное прошлое, под ним весь преступный мир, и если только вы двое не любите друг друга на всю жизнь, то пострадаешь только ты, так что Гу Хэншенг тебе не подходит".

Линь Лян неловко закрыл рот, полулежа на сиденье, повернувшись спиной к Цзи Хуну и глядя на шумную улицу за окном, но не замечая ничего вокруг из-за слез, застилавших глаза.

Линь Лян отправился в Шэнхуй, купил фонд на 8 миллиардов долларов и оставил 2 миллиарда в качестве стартового капитала для новых проектов. Вернувшись в MS, Линь Лян сразу же поручил Фан Яо уведомить руководителей о встрече. Основное содержание этой встречи состояло в том, чтобы всеми силами отправиться на чужую территорию и переманить людей.

Интересы некоторых дизайнеров, получивших награды на международных конкурсах, и некоторых владельцев брендов с богатым опытом и стажем работы часто связаны с компанией, в которой они работают. Если у них недостаточно заинтересованности, они, как правило, не будут подвижными. Поэтому Линь Лян должен был найти способ подглядывать за некоторыми, и не только подглядывать, но и затянуть их на конкурсы дизайна, шоу честных боев, и зрителям это понравится.

Кроме того, теперь, когда мистер Лян богат, он будет делать то, что должны делать богатые. Конечно, это оскорбит большую группу коллег, но он не боится. Гу Хэншенг является их акционером и имеет деньги, чтобы поддержать Линь Ляна, которого поддерживают другие. На этот раз он будет крабом и пойдет боком.

Ронг Юаньдун потел рекой на боксерском ринге в жилете. У него была крепкая фигура и сильные мышцы. Он был одним из немногих мужчин во всем боксерском клубе, обладающих мускулатурой и отличными качествами.

После одного раунда тренер попросил его сделать перерыв, поэтому он сошел с ринга, снял боксерские перчатки и сел на сиденье трибуны, чтобы выпить воды.

Неожиданно, как только он спустился, на боксерский ринг взобрался мальчик. Ему было лет семнадцать или восемнадцать, одет в белую толстовку с желтыми ободками, а на руках у него были красные перчатки. "Эй, мастер протирать пол, иди и потренируйся со мной".

Мастер на все руки Ян Тяньюй поднял голову и увидел, что человек, который его звал, был хорошим приятелем Линь Ляна Цинь Цзямином.

Тренер по боксу, который только что обучал Ронг Юаньдуна, увидел, что Цинь Цзямин - богатое второе поколение, с которым нелегко связываться, а тот, кто мыл пол, был всего лишь разнорабочим на полставки, нанятым вчера клубом, который вообще не умел боксировать. Из опасения, что он обидит клиентов, тренер по боксу поспешно вышел на ринг. "Он не умеет боксировать, так что позволь мне попрактиковаться с вами!"

Цинь Цзямин посмотрел на него и уставился: "Какого черта ты достоин сопровождать своего дедушку Циня на тренировку? Я сказал, что хочу его."

Ронг Юаньдун, который только что сделал глоток минеральной воды, услышал эти слова и не смог удержаться, чтобы не откашляться от выпитой воды. Тренер дважды брал чемпиона мира с золотым поясом, и это первый раз, когда кто-то осмелился спросить его на боксерском ринге, сколько ему лет.

Ронг Юаньдун посмотрел на сцену, на Цинь Цзямина, который был ростом с зеленую луковицу, и не мог не улыбнуться. Он давно не встречал такого интересного мальчика.

Ян Тяньюй был очень зол. Он поставил швабру вертикально перед собой и посмотрел на боксерский ринг: "Цинь Цзямин, не заблуждайся слишком сильно. Наша компания закрылась. Я уже превратился из богатого человека в уборщика. Чего ещё ты хочешь?"

Люди вокруг, видя, как высокомерно Цинь Цзямин разговаривал с главным тренером, сразу произвел на них плохое впечатление. Услышав это от Ян Тяньюя, они посмотрели на Цинь Цзямина с чуть большим презрением.

Конечно, никто не осмеливался посмотреть Цинь Цзямину прямо в глаза такими взглядами. Он усмехнулся: "Если бы не помощь Линь Ляна, ваша разорённая компания обанкротилась бы ещё десять лет назад, и была закрыта. Ты просто незрелый волк, ты не оценил того, что он сделал для вас. Когда ты видишь, как другие осаждают Линь Ляна, то прячешься быстрее, чем кто-либо другой, а если он не поможет, ты будешь тем, кто первый посмеется над его неудачами. Линь Лян заботился не о тебе, он заботился о твоем дедушке Цине, если бы не он, я бы определенно не отнесся к этому легкомысленно. Вот почему я просто отпустил тебя. Позволь мне спросить тебя в последний раз, что ты сделал для скрепления ваших уз?"

Ян Тяньюй неподвижно сжимал в руке шест для швабры. После стольких лет, проведенных с Линь Ляном, он знал, что бои Цинь Цзямина всегда безжалостны, он просто не его противник. Он уже прикинул, как отсюда сбежать.

Глава 25. Дети! Младший брат, младший брат! Младший

Фэн Чжэн не только пообещал продвигать программу в соответствии с требованиями, но и не упомянул о спонсорском гонораре бренда. Когда Линь Лян собрался уходить, он даже хотел проводить его лично, но Линь Лян отказался.

Все шло хорошо и Линь Лян, естественно, пребывал в отличном настроении. Когда он услышал звук нового сообщение, Линь Лян подумал, что оно от Гу Хэншенга, но он неожиданно увидел несколько фотографий Ронг Юаньдуна от Цинь Цзямина.

В последний раз, когда семья Ронг устраивала вечеринку, Линь Лян видел Ронг Юаньдуна, поэтому он сразу узнал человека на фотографии. Он задавался вопросом, как тот связался с Цинь Цзямином, когда раздался телефонный звонок.

Цинь Цзямин жалобно закричал на другом конце провода: "Приди и помоги мне, над твоим братом издеваются!"

Линь Лян сразу же разозлился. Гу Хэншенг всегда издевается надо мной, а теперь ещё и его приятель хочет запугать моего хорошего друга, ни за что!

"Где ты? Не действуй опрометчиво, я скоро буду!"

Когда Линь Лян бросился к дверям Королевского Боксерского клуба, он увидел машину скорой помощи, припаркованную рядом. Медицинский персонал нёс человека в машину. Линь Лян приблизился и узнал в нем Ян Тяньюя.

Когда Цинь Цзямин увидел Линь Ляна, он поспешил к нему, указал на Ронг Юаньдуна напротив, и крикнул: "Линь Лян, наконец-то ты здесь! Это он, этот старый подонок издевается надо мной!"

Ронг Юандун, которого в 28 лет назвали старым подонком, не знал смеяться ему или плакать. Этот парень угрожал медицинскому персоналу сломать ноги, если кто-то из них посмеет забрать Ян Тяньюя.

Секунду назад он был воплощением Аида, но стоило появиться Линь Ляну, как он сразу начал вести себя жалко. Скорости этой смены лица позавидуют даже в Сычуаньской опере.

Линь Лян осмотрел Цинь Цзямина сверху донизу и, убедившись, что тот в порядке, посмотрел на Ронг Юаньдуна: "Мой приятель не очень благоразумен. Президент Ронг не должен воспринимать это всерьез. Я приношу вам свои извинения за его поведение".

Цинь Цзямин расстроился увидев, что Линь Лян, вместо того чтобы обругать этого большого извращенца, извиняется перед ним: "Черт, он посмел отправить Ян Тяньюя в больницу без моего разрешения, будь я здесь со своими людьми, то однозначно поставил бы его на колени и заставил называть меня дедушкой".

Линь Лян сердито рассмеялся и посмотрел на Цинь Цзямина: "Ты победил Ян Тяньюя?"

Цинь Цзямин с гордостью похвастался: "Конечно, рано или поздно он умрет у меня на руках".

Линь Лян был так зол, что у него заболела голова: "Пусть он умрет у тебя на руках, но разве это не испачкает их? На этот раз мистер Ронг поступил правильно, в будущем ты должен быть более сдержанным. Ты можешь избить его, но нет необходимости делать это самостоятельно, и уж тем более сообщать всем об этом. Если твой отец узнает, то будет преследовать тебя по всему дому с кнутом."

Ронг Юаньдун представил себе эту картину, подумав, что это забавно, а затем громко рассмеялся. Лицо Цинь Цзямина покраснело, когда он услышал его смех. "Только посмей снова смеяться так громко, и я буду бить тебя до тех пор, пока у тебя не выпадут все зубы".

Ронг Юаньдун чувствовал, как поднялось его настроении, и не ожидал, что его всё ещё будут ругать: "Нет, младший брат! Я смеялся не над тобой. Рано или поздно ты будешь страдать из-за своего плохого характера. Сегодня я встретил тебя в хорошем настроении, но будь ты кем-то другим, я бы давно проучил тебя".

Цинь Цзямин покраснел и сердито сказал: "Какого чёрта, младший брат? Не смей называть меня младшим! У меня никогда не будет такого брата как ты".

Линь Лян посмотрел на высокомерного Цинь Цзямина, и ему было трудно представить, что кто-то издевается над ним.

"Конечно, наверху есть моя эксклюзивная гостиная, мы можем пойти туда и посоревноваться, у кого брат меньше". Ронг Юаньдун улыбнулся, с этой точки зрения Цинь Цзямин может быть только младшим братом в его глазах.

"Ля-ян, посмотри, он снова издевается надо мной! Давай побьем его, разденем догола и повесим на дереве перед дверью, чтобы все люди смогли оценить, какой его брат на самом деле маленький!"

Линь Лян посмотрел на телохранителя в чёрном костюме позади Ронг Юаньдуна и еле сдержался, чтобы не закатить глаза к небу. Что за человек Ронг Юаньдун? Вся семья Ронг - чёрная! До сих пор он тайно управляет крупнейшим рынком в мире и общественными организациями! Семьи Ронг и Цяо, являются правой рукой Гу Хэншенга. С ними действительно лучше не связываться.

"Цзямин! Позволь мне угостить тебя ужином в западном ресторане, чтобы отпраздновать твою победу над Ян Тяньюем!" Линь Лян не мог позволить Цинь Цзямину и дальше нервировать Ронг Юаньдуна, лучше увести его подальше.

Ронг Юаньдун подпер голову одной рукой, облокотившись на стойку регистрации, и неторопливо сказал: "Разве вы не должны пригласить и меня? Ваш друг избил кого-то в моем клубе и при этом не хотел, чтобы его лечили. Это я вызвал скорую помощь и он много раз был груб и оскорблял меня. Вам не кажется, что это неразумно?"

"Чёрт возьми, как ты смеешь, я забью тебя до смерти!" Цинь Цзямин собирался ударить его, но его оттащили быстрые руки Линь Ляна.

"Маленький предок, перестань создавать проблемы, я не возьму тебя играть, если ты сделаешь это снова."

Цинь Цзямин сразу замолчал, наблюдая, как Ронг Юаньдун ругается: "Старый извращенец, ну подожди, твой дедушка Цинь завтра подаст заявку на членскую карточку в этот клуб, я не верю, что не смогу позаботиться о тебе в будущем".

Ронг Юаньдун улыбнулся с легким сердцем: "Добро пожаловать, младший брат! Пожалуйста, приходи почаще. Как тебя зовут, младший брат? Я попрошу менеджеров на стойке регистрации записать твое имя и уведомлять меня когда ты появишься здесь".

"Твоего дедушку зовут Цинь Цзямин".

У Линь Ляна все лицо покрылось чёрными линиями. Он действительно не знает, невиновен ли Цинь Цзямин? До сих пор он был милым и домашним.

Линь Лян беспомощно потянул Цинь Цзямина, повернулся и сказал Ронг Юаньдуну: "Я когда-нибудь приглашу мистера Ронга на ужин с мистером Гу. У моего друга скверный характер. Я боюсь, что он снова обидит тебя, поэтому я не буду его приглашать".

Услышав, как Линь Лян взял на себя инициативу упомянуть его хорошего друга Гу Хэншенга, Ронг Юаньдун поднял брови и улыбнулся: "Я не ожидал, что Гу будет выглядеть очень честным и дружелюбным перед вами, он весьма ловко погнался за своей женой". (Примечание: поскольку все видели, как Гу ведет себя с Линем, что, конечно, отличается от того, как он ведет себя с другими, поэтому он сказал "выглядеть очень честным и дружелюбным перед вами")

Глава 26. Ревность

Ресторан, в который Линь Лян повёл Цинь Цзямина, назывался Вэй Муксицин. Это очень стильный западный ресторан высокого класса, блюда изысканные и вкусные, но очень дорогие. Но хотя это дорого, множество пар приходят сюда.

Линь И однажды пригласил Линь Ляна пообедать в нём, потому что помнил, что ему очень нравился этот ресторан. На этот раз он привёл Цинь Цзямина, чтобы попробовать приготовленную здесь еду, но не ожидал, что любимое место у окна уже будет занято.

И он также не ожидал увидеть здесь Гу Хэншенга, сидящего на лучшем месте у окон от пола до потолка. Этот ресторан находится на 20-м этаже, так что оттуда открывается большая часть ночного вида на город.

Напротив Гу Хэншенга сидела длинноволосая красавица в белой вуали. Красавица разговаривала и смеялась с Гу Хэншенгом. Она была элегантна и выглядела как знаменитая леди.

Хорошее настроение Линь Ляна мгновенно упало, как жёлтые листья, оставляя лишь пустоту. Он тупо нашёл место по диагонали напротив Гу Хэншенга и сел.

"Заказывай всё, что захочешь! Не будь вежлив", - сказал Линь Лян Цинь Цзямину с улыбкой.

Цинь Цзямин заказал много блюд, а затем, просматривая меню, он дважды спросил Линь Ляна, хочет ли он выпить сок или красное вино, но тот не ответил. Цинь Цзямин протянул руку и потряс ею перед глазами Линь Ляна: "А? Что?"

Цинь Цзямин снова беспомощно спросил: "Ты хочешь сок или красное вино?"

Линь Лян немного подумал: "Сок манго".

Цинь Цзямин улыбнулся: "Тогда я буду стакан апельсинового сока".

После того, как официант ушёл с заказом, Линь Лян снова посмотрел на Гу Хэншэна и обнаружил, что тот улыбается. Его улыбка была очень красивой. Уголки его рта слегка приподнялись, как розовые цветы, распускающиеся в тающем льду и снегу ранней весной, но эта улыбка была не для него, а для красавицы, сидящей напротив.

Линь Лян почувствовал боль в сердце и невольно встал: "Посиди здесь немного, а я поздороваюсь со своими друзьями".

Он уже собирался подойти к столику Гу Хэншэна, как тот заметил его. Он поднял глаза, посмотрел на Линь Ляна и спросил: "Почему ты здесь?"

Линь Лян вежливо улыбнулся: "Я привел друга на ужин, и когда увидел тебя подошёл поздороваться".

Говоря это Линь Лян, естественно, сел рядом с Гу Хэншенгом. Гу Хэншенг привычно потянулся под столом, пытаясь взять Линь Ляна за руку, но тот без колебаний отбросил её. Когда он расстроен, то никогда не сделает счастливыми окружающих его людей.

"Здравствуйте, я друг мистера Гу, Линь Лян". Линь Лян улыбнулся и вежливо поздоровался с красивой женщиной на противоположной стороне.

Красавица ослепительно улыбнулась: "Привет, брат Хэншенг упомянул о тебе, сказав, что ты хороший ребенок".

Линь Лян улыбнулся Гу Хэншенгу и спросил: "Я хороший ребенок?"

Гу Хэншенг воспользовался возможностью, чтобы снова коснуться руки Линь Ляна: "Ты хорош во всём!"

Линь Лян улыбнулся и спросил: "Кто эта прекрасная сестра? Не мог бы ты представить меня ей?"

Гу Хэншенг оглянулся на красавицу напротив, и та великодушно улыбнулась: "Меня зовут Цяо Яньран, я двоюродная сестра Гу Хэншенга".

Услышав это имя, Линь Лян, наконец, вспомнил, что в оригинальной книге рядом с невидимым боссом Гу Хэншенгом была девушка, которая, как говорили, идеально подходит ему, и этой идеальной кандидатурой была внучка господина Цяо Цяо Яньран.

Узнав собеседника, Линь Лян был в крайне плохом настроении. Он вдруг почувствовал скуку, встал и сказал: "Вы, ребята, говорите медленно, я не буду лампочкой. Мой друг всё ещё ждет меня".

Линь Лян собрался уходить, но Гу Хэншенг схватил его за руку и удержал: "Кто этот человек?"

Линь Лян подумал про себя: "Почему тебя это волнует?" Но он не хотел быть грубым в присутствии Цяо Яньран, поэтому терпеливо объяснил: "Я пришел сюда с Цинь Цзямином. О, кстати, он только что был немного груб с твоим другом Ронг Юандуном. Я приглашу вас с мистером Ронгом как-нибудь поужинать вместе."

Гу Хэншенг сказал: "Хорошо", но его рука продолжала удерживать Линь Ляна.

Цяо Яньран удивилась, увидев действия этих двух людей. Это был первый раз, когда Гу Хэншенг проявил инициативу, чтобы прикоснуться к человеку, и он не только прикасался, но и не хотел убирать свою руку. Она спрятала недовольство в своем сердце и улыбнулась: "Брат Хэншенг, ты должен отпустить его! В будущем будет много возможностей встретиться, так что спешить некуда".

Гу Хэншенг подумал об этом, он ненавидит, когда Линь Лян покидает его. Как только он покинет его, то невольно будет скучать по нему.

"Ты иди вперед! Когда вернёшься, я позвоню тебе снова".

Линь Лян кивнул с натянутой улыбкой и повернулся, чтобы вернуться к своему столику.

Цинь Цзямин с любопытством спросил: "Кто они? Кто тот человек, что схватил тебя за руку? Если бы он не отпустил тебя через минуту, я бы взял бутылку вина и бросил её в него".

Линь Лян потерял дар речи: "Сколько тебе лет, разве ты не можешь использовать свой разум? Ты  хоть знаешь, кто это? Ты осмеливаешься провоцировать любого, кого нельзя обидеть, можешь ли ты не создавать мне и твоему отцу ещё больше проблем?"

Поскольку Линь Лян был зол в своем сердце, то, что он сказал, было немного жестоко, и Цинь Цзямин был очень обижен: "Мне всё равно, мне всё равно, стальной он или коровий, если кто-нибудь посмеет обидеть тебя, то я буду бороться с ним".

Линь Лян был беспомощен. Он посмотрел на мальчика напротив себя и вспомнил первоначального владельца, который несчастно умер в оригинальной книге. Внезапно он почувствовал слабость и печаль. Он протянул руку и коснулся головы Цинь Цзямина: "Прости, я не имею права быть грубым с тобой. Но ты когда-нибудь думал о том, как бы я расстроился, если бы тебе было больно из-за меня? Так что, продолжая отвечать на несправедливость по отношению ко мне, ты также должен научиться защищать себя, понимаешь?"

"И то что случилось сегодня с президентом Ронгом в боксерском зале. На другой стороне так много людей. Тебе больше не следует с ним связываться. Ты должен был позволить отправить Ян Тяньюя в больницу. Самое главное - дождаться, когда его выпишут, и тогда ты сможешь найти безлюдное место и сделать с ним все, что захочешь. От Ян Тяньюя можно избавиться в любое время, но нет необходимости ради этого создавать ненужные неприятности, ты понимаешь?"

Цинь Цзямин надул губы и кивнул, Линь Лян был удивлен этим: "Давай вкусно поедим и снимем напряжение, после еды я немного пройдусь с тобой по магазинам".

Цинь Цзямин улыбнулся: "Линь Лян, как ты можешь быть таким хорошим? Если ты будешь относиться ко мне ещё лучше, я влюблюсь в тебя".

Линь Лян был удивлен им. "Цинь Цзямин, как ты можешь быть таким милым? Ты мне нравишься таким, какой есть".

С тех пор как Линь Лян ушел, глаза Гу Хэншенга время от времени поглядывали в его сторону. Наблюдая, как Линь Лян прикасается к голове Цинь Цзямина, видя, как он и Цинь Цзямин так счастливо смеются, его сердце было чрезвычайно расстроено, весь айсберг был наполнен кислотой изнутри и снаружи, так что даже Цяо Яньрань смогла почувствовать её запах. (Примечание: кислость - это ревность)

"Брат Хэншенг, тебе нравится этот мальчик?" Она сделала глоток красного вина и поставила свой высокий бокал: "Он симпатичный, но не похож на хорошего человека. Просто поиграй с ним, не нужно быть таким серьёзным".

"О". С тех пор, как Линь Лян коснулся головы Цинь Цзямина, мысли Гу Хэншенга были там,  и он совершенно не слушал, что говорит Цяо Яньран.

Цяо Яньран также заметила рассеянность Гу Хэншенга, поэтому она рискнула и сказала: "Он подошел поздороваться с нами, поэтому если тебе не по себе, ты также можешь подойти и поговорить с его друзьями".

Как только слова Цяо Яньран слетели с ее губ, Гу Хэншенг встал: "Ты посиди немного, я пойду поздороваюсь с его друзьями". Цяо Яньран закатила глаза в своем сердце и ничего не сказала, на самом деле, ей было нечего сказать, потому что Гу Хэншенг ушёл после того, как закончил говорить.

Глава 27. Будь моим парнем!

"Привет, Цинь Цзямин, верно? Линь Лян часто упоминал о тебе при мне, говоря, что ты его лучший друг". Сказал Гу Хэншенг, сидя рядом с Линь Ляном.

Цинь Цзямин поднял голову и внезапно увидел рядом с Линь Ляном постороннего человека. Ему хотелось выругаться: "Кто ты такой, черт возьми?"

Но только что Линь Лян сделал ему замечание. Цинь Цзямин испугался, что он станет несчастен из-за этого, и не посмел выражаться, не глядя на Гу Хэншенга он спросил Линь Ляна: "Кто он?"

Линь Лян шлепнул Гу Хэншэнга по руке под столом и легко объяснил: "Инвестор нового проекта нашей компании, мистер Гу".

Услышав представление Линь Ляна, Гу Хэншенгу на мгновение стало плохо, и все его тело похолодело изнутри. Линь Лян чувствовал, что Гу Хэншенг разозлился, но разве он сам не был также зол? Поэтому он все равно сделал так как захотел.

Застыв на некоторое время, Гу Хэншенг встал: "Вы, ребята, продолжайте разговаривать, моя двоюродная сестра ждет меня, я возвращаюсь".

После того, как Гу Хэншенг ушел с холодным лицом, на сердце у Линь Ляна стало еще более неуютно, а во рту ощущался кислый привкус.

Гу Хэншенг был таким же. После возвращения все его тело источало холод, словно в ледяном погребе. Он поспешно поел и ушел с Цяо Яньран, даже не попрощавшись с Линь Ляном.

Цяо Яньран расплылась в улыбке, она не могла быть счастливее. Уходя, она оглянулась на Линь Ляна и подумала: "Похоже, эта маленькая сучка ни на что не годна! Я думала, кто же осмелился появиться перед моим братом Хэншенгом, но в итоге он сам покончил со всем из-за своей ревности, мне даже не пришлось ничего делать, вот здорово!"

После еды Линь Лян и Цинь Цзямин прогулялись по берегу реки. Сейчас поздняя осень, ивы вдоль берега немного пожелтели, осенний ветерок нёс ощущение прохлады, загорелись уличные фонари вдоль побережья, освещая две мужские фигуры.

Цинь Цзямин видел, что Линь Лян был не в лучшем настроении, и не осмеливался говорить глупости, опасаясь, что тот будет недоволен.

После того, как они вдвоем прошагали полчаса, Цинь Цзямин, наконец, не смог удержаться и спросил: "Ты в плохом настроении из-за этого человека? Он тебе нравится?"

Линь Лян был ошеломлен. По дороге его мысли были заняты Гу Хэншенгом, улыбающимся Цяо Яньран. Он не думал, что ему будет так грустно, когда он узнает, что эта улыбка принадлежит не только ему.

"Нравится ли мне Гу Хэншенг?" - спросил он себя.

Звонок телефона прервал его размышления, звонил Гу Хэншенг.

"Не ответишь?" Цинь Цзямин посмотрел на Линь Ляна, который уставился на телефон, не спеша отвечать, и спросил с подозрением.

Линь Лян со вздохом повесил трубку, выключил телефон и сунул его обратно в карман.

Сидя в машине, Гу Хэншенг разозлился еще больше, когда услышал протяжный тон в своих ушах. Он повесил трубку и позвонил снова, но не смог дозвониться. Он был так зол, что прямо откинул телефон.

Линь Лян вернулся в дом Линь после того, как отправил Цинь Цзямина домой. Приняв душ, он сел на кровать и в оцепенении уставился на выключенный красный мобильный телефон, который дал ему Гу Хэншенг. Спустя долгое время он бросил его в ящик стола, достал телефон, которым пользовался раньше, и включил его.

Внезапно он почувствал, что что-то не так, он закрыл глаза, тщательно вспомнил, что произошло за это время, а затем снова открыл их. Сюжет оригинальной книги снова был изменен. На следующей неделе день рождения старика семьи Цяо, но Гу Хэншенг ни разу не упомянул ему о покупке картины. Изначально к настоящему времени он уже должен был купить картину у Вэнь Юцина.

Столкнувшись с изменением сюжета оригинальной книги, Линь Лян почувствовал себя сложно. Он надеялся, что сюжет останется прежним, чтобы он мог контролировать будущее, но в то же время хотел изменить его, а следом и собственную концовку пушечного мяса.

Гу Хэншенг в последнее время был в очень плохом настроении. У него каждый день было ледяное лицо, дающее людям иллюзию лавины в любое время. Когда его подчиненные видели его, они не смели дышать, даже Шу Ронг, выполняя свою работу, старался находится как можно дальше.

Линь Лян не отчитывался перед ним в течение нескольких дней. Изначально Гу Хэншенг был просто немного зол, через два дня он ощутил беспокойство, но ради своего лица он не стал искать Линь Ляна. Каждые пять минут он доставал свой телефон, а потом приходил в плохое настроение, когда видел, что от Линь Ляна нет ни одного сообщения.

Переодически он в оцепенении смотрел на фотографию Линь Ляна на своем телефоне. Гу Хэншенг был крайне обижен. Это был первый раз, когда ему так сильно нравился человек. Он думал, что когда двое целуются, они полны решимости быть в романтических отношениях, но он не знал, что некоторые люди будут считать это отношениями только в постели, и никак не связывать это с любовью.

Он не понимал, почему Линь Лян сказал, что он просто инвестор, или почему Линь Лян вдруг перестал отвечать на звонки, выключил телефон и игнорировал его. Босс Гу никогда не беспокоился так, как сейчас, даже о крупных проектах стоимостью в сотни миллиардов долларов.

Когда Линь Лян вышел из западных ворот университета, он увидел черную первоклассную машину, припаркованную через дорогу, и Гу Хэншэнга, стоящего под деревом. Два человека просто смотрели друг на друга и после того, как они не виделись несколько дней, не могли отвести взгляд.

Линь Лян подошел к Гу Хэншенгу, поднял голову и спросил: "Почему ты здесь?"

Гу Хэншенг протянул руку и коснулся его головы: "Ты все ещё злишься?"

Линь Лян посмотрел на него и ничего не сказал, через некоторое время слезы затуманили его глаза, Гу Хэншенг сердечно обнял Линь Ляна за лицо и наклонил голову, чтобы поцеловать его в глаза: "Прости, это моя вина, я не должен был делать тебя несчастным".

Линь Лян протянул руку и оттолкнул его: "Мистер Гу, пожалуйста, ведите себя прилично, мы просто партнеры, как я могу сердиться на вас?"

Гу Хэншенг схватил Линь Ляна за руку и не отпускал: "Можешь, ты единственный человек, который мне нравится в этой жизни". Он обнял Линь Ляна за талию и серьезно посмотрел ему в глаза: "Линь Лян, будь моим парнем! Я больше не хочу так жить, я хочу быть с тобой каждую минуту и каждую секунду".

Линь Лян был в его объятиях, и его сердце было в большей безопасности, чем когда-либо. На самом деле, в эти дни он чувствовал себя не очень хорошо, он не мог смеяться и все время сохранял серьезное выражение лица. В его голове всегда было бесчисленное множество мыслей о Гу Хэншенге, и о попытках забыть его.

"Разве тебе не нравятся девушки?" - неторопливо сказал Линь Лян, постояв некоторое время в объятиях Гу Хэншенга.

Гу Хэншенг был необъясним, он посмотрел на Линь Ляна: "Ты хочешь сделать операцию по смене пола?"

"Ты хочешь, чтобы я был трансгендером? Я крутой и красивый, как я могу это сделать".

Гу Хэншенг улыбнулся: "Тогда у меня никогда не будет девушки, только ты - мой парень. Ты единственный, кто мне нравится".

Линь Лян улыбнулся в глубине души, но на его лице ничего не отразилось: "Тогда почему ты был так добр к Цяо Яньран?"

Почему он был добр к Цяо Яньран? И как он сразу не подумал об этом! (Примечание: теперь он знает, почему Линь Лян игнорировал его). "В конце концов, это семья Цяо. Она пригласила меня на ужин, и я не смог отказаться". Он улыбнулся и посмотрел на Линь Ляна: "Я понял, почему ты вдруг разозлился и игнорировал меня в эти дни, ты ревнуешь, верно?"

Лицо Линь Ляна сразу покраснело, когда его ткнули в сердце, и он с досадой откинул руку Гу Хэншенга: "Мистер Гу, я еще не согласился быть вашим парнем? Не прикасайся ко мне своими руками".

Босс Гу снова перехватил руку Линь Ляна и поцеловал его: "Ты мне так нравишься, я ничего не могу с этим поделать".

Линь Лян поспешно отступил, но Гу Хэншенг сделал шаг ближе и поднял его. Быстроглазый водитель тут же подошел и открыл дверцу. В машине Гу Хэншенг сразу же обнял Линь Ляна. Линь Лян, который в мгновение ока сидел у кого-то на коленях, был пристыжен и зол, и его маленький кулак стремительно ударил Гу Хэншенга в грудь.

Гу Хэншенг схватил его за руку и поцеловал его тонкие брови и красивые глаза: "Я так скучал по тебе в эти дни, Линь Лян, нравлюсь я тебе или нет, в моем сердце ты мой".

Дыхание Гу Хэншенга опалило лицо Линь Ляна, и его длинные ресницы мягко скользнули по боковому профилю Гу Хэншенга: "Если однажды я перестану тебе нравится, то ты выбросишь меня, словно куклу?"

"Нет, такого никогда не случиться, ты всегда будешь нравиться мне."

"Жизнь долгая и чувства могут измениться."

Глава 28. Дикий человек

Гу Хэншенг погрузился в глубокую задумчивость. На самом деле, он не так уж много думал об этом. Ему просто нравился Линь Лян, и он хотел быть с ним. Он никогда не предполагал, что в будущем это может измениться.

Линь Лян хотел использовать эту возможность, чтобы слезть с Гу Хэншенга, но когда он пошевелился, тот обнял его еще крепче. Линь Лян бросил на него сердитый взгляд, но Гу Хэншенг улыбнулся и поцеловал его в губы.

Они долго обнимались и целовались, пока Линь Лян не начал задыхаться из-за недостатка кислорода и не потерпел поражение. Линь Лян лежал в объятиях Гу Хэншенга и не мог понять, почему он всегда проигрывал.

Гу Хэншенг коснулся его головы и целовал в лоб снова и снова, пребывая в прекрасном настроении.

"Я думаю, что больше ни в кого не влюблюсь, потому что в этом мире нет никого лучше тебя?" Гу Хэншенг наконец дал ответ.

"А что, если есть?"

"Тогда они мне все равно не понравятся. Потому что мне нравишься только ты."

Линь Лян совсем не был удовлетворен ответом, но если бы ему задали тот же вопрос, он на самом деле не смог бы ответить на него, и он необъяснимо надулся с суровым лицом.

Гу Хэншенг увидел его несчастье, коснулся руки и сказал: "Прости, если ты спросишь меня сейчас, то будущее, которое вижу я - это картина жизни с тобой, любящими друг друга. Я не могу думать о том, что мое будущее закончится тем, что ты мне больше не будешь нравиться. Я все еще хочу, чтобы у нас было много детей, но после родов я отдам их няне, чтобы они не нарушали мир нашей семьи, состоящий из двух человек".

Линь Лян был полон чёрных линий. Этот большехвостый волк снова говорит о том, чтобы завести детей, как сильно он в действительности хочет их?

Большехвостый волк сказал, что многие мужчины хотели бы иметь обезьянок. У него не было секса в течение 28 лет в его жизни (!), заимев того, кто тебе нравится, конечно же захочется с ним маленьких обезьянок.

Он тоже нуждается в этом.

"Если в будущем я тебе больше не понравлюсь, я отрежу твоего брата". Линь Лян посмотрел на Гу Хэншенга, думая о том, чем ещё можно пригрозить.

Гу Хэншенг схватил Линь Ляна за руку и улыбнулся: "Если тебе понравится кто-то другой, я запру тебя и позволю сопровождать меня, чтобы делать обезьян каждый день".

Линь Лян вздрогнул, похлопал Гу Хэншенга по плечу и рассмеялся: "Мистер Гу, я просто шучу, как я посмею сделать это?"

Гу Хэншенг коснулся талии Линь Ляна: "Всё в порядке, я верю, что этот день не наступит. Но ты должен помнить, что с этого момента ты можешь любить только меня, ах."

Линь Лян тысячу раз закатил глаза в своем сердце. Эй, разве я сейчас не говорю о твоей будущей проблеме с изменой? Это не имеет ко мне никакого отношения.

Ненавистный большехвостый волк очень злобен, зловещ, хитёр и коварен.

Видя, что Линь Лян молчит, Гу Хэншенг нахмурился и сказал: "Я внезапно обнаружил, что твои шансы понравиться другим в будущем выше, чем мои. Как ты думаешь, что я должен сделать, чтобы мой драгоценный малыш не попался на крючок кому-то другому?"

Линь Лян поспешно сменил тему: "Ах! Ты ещё не был в моем антикварном магазине! Как насчет того, чтобы я провел тебя по окрестностям? Также в магазине есть чайная комната, если тебе понравится, то в будущем ты можешь обсудить там дела со своими друзьями. Место тихое, и повсюду есть предметы старины, это очень стильно".

Гу Хэншенг погладил Линь Ляна по голове: "Маленький умный дух, я приведу туда кого-нибудь позже, и я отправлю Ронг Юаньдуна завтра в твой антикварный магазин, чтобы купить картину. Старику Цяо исполняется 80 лет, и он не знает, что подарить. Просто продай ему картину Сюй Яньциня за 80 миллионов! Он даже не может найти себе жену, так что зачем ему ещё столько денег?"

Линь Лян улыбнулся и поцеловал Гу Хэншенга в лоб: "Ты действительно профессиональный друг-питчер, ха-ха, здорово, разве он не запугивал Цинь Цзямина? Будет весьма забавно позволить ему потратить 80 миллионов на картину, которую купил Цинь Цзямин. На эти деньги пусть Цинь Цзямин купит мне ещё пару булавок для воротника".

"Никаких подарков от чужих людей, скажи мне, что ты хочешь, и я куплю это для тебя", - сказал Гу Хэншенг с некоторым недовольством.

Линь Лян вздернул подбородок: "Цинь Цзямин - мой близкий друг, а ты пока ещё не мой парень, так почему я должен что-то принимать от тебя?! Хотя я, мастер Лян, люблю деньги, но у меня также есть самоуважение".

У Гу Хэншенга разболелась голова, он взъерошил волосы Линь Ляну и сдался: "Ну, хорошо, я не твой парень, я твой дикий мужчина! В любом случае, любому кто посягнет на тебя определенно не поздоровится. Просто будь спокоен".

Линь Лян не мог быть спокоен. Когда Гу Хэншенг сказал эти слова, он действительно почувствовал, что тот способен на это. Что если действительно однажды встретится мужчина, более красивый и привлекательный, чем Гу и он будет соблазнен? Что ему делать, если он не сможет уйти?

Линь Лян представил себе картину, как Гу слизывает кровь с кончика ножа, закидывая себе на спину мужчину (который флиртовал с Линь Ляном), и действительно взволновался!

Линь Лян нервно рассмеялся. Гу Хэншенг был раздражен, он ущипнул его за подбородок, а затем поцеловал в губы.

Линь Лян привел Гу Хэншенга в антикварный магазин, но обнаружил, что перед витриной с картинами Мо Фаньчжи стоял красивый мужчина в стильной одежде и с высокой фигурой. Линь Лян узнал его с первого взгляда. Этот человек сейчас самый популярный певец страны Хань Си.

Второе трагическое пушечное мясо, погибшее в оригинальной книге. Он и актер Лян Янь - соперники, поэтому Вэнь Юцин, которого любил Лян Янь, раздражал его не меньше. Человеком, который доставил неприятности Вэнь Юцину на семейном банкете Ронг в прошлый раз, был его двоюродный брат Хань Си. До того, как Вэнь Юцин стал популярным, Хань Си использовал разные способы, чтобы досадить Вэнь Юцину, ведь он был камнем преткновения, что заставило того ненавидеть Хань Си.

После того, как Вэнь Юцин пришел к власти с помощью Гу и Линь, Хань Си был уничтожен, и семья Хань также была разрушена двумя командами. В конце концов, Хань Си превратился в низкопробного барного певца, из-за его приятной внешности он часто занимался сексом за деньги! В конце концов, он не смог этого выносить и кончил тем, что порезал себе запястье, совершив самоубийство.

Из-за принципа "враг моего врага - мой друг", Линь Лян всё ещё сочувствовал Хань Си.

"Мистеру нравится эта картина?" Лин Лян подошёл и спросил.

"Ну, работы Мо Фаньчжи редки. Я искал их в течение долгого времени. Мой двоюродный брат сказал, что вы забрали эту картину у Вэнь Юцина и Лян Яня, поэтому я пришел взглянуть". Хань Си повернул голову, чтобы посмотреть на Линь Ляна, и спросил: "Сколько стоит эта картина? Вы можете назначить любую цену!"

Линь Лян почувствовал себя немного странно: "Мы знакомы?" Будучи одним из лучших актеров, Хань Си всюду мелькает на телевидении и в рекламе, поэтому неудивительно, что он смог легко узнать его, но в его памяти первоначальный владелец никогда не встречался и даже не видел Хань Си, поэтому было странно, что тот знал его.

Хань Си многозначительно улыбнулся: "Фотографии, на которых ты бьёшь своего двоюродного брата, разошлись в кругу богатых друзей. Трудно не узнать тебя."

Гу Хэншенг положил руку на плечи Линь Ляна и подозрительно посмотрел на Хань Си: "У нас нет недостатка в деньгах, эта картина не продается, уходи!"

Хань Си не собирался отступать. Он показал четыре пальца и сказал: "Я куплю эту картину за двойную цену в 40 миллионов юаней".

Линь Лян был немного тронут. Он любил деньги больше, чем эту картину, но Гу Хэншенг был другим. В присутствии Линь Ляна он никому не позволил бы бросить вызов его власти. У него было холодное лицо, и он протыкал Хань Си острым взглядом. "Человеческих слов не понимаешь? У нас нет недостатка в деньгах, поэтому проваливай."

Глава 29. Будущий муж

Хань Си поднял голову и рассмеялся. Он работает в индустрии развлечений уже столько лет, и никто не смеет прогонять его, он никогда не поверит в это: "40 миллионов плюс я даю этому магазину бесплатную рекламу в течение года".

Хань Си - актер высшего класса, за год бесплатной рекламы оборот может составить гораздо больше 50 миллионов. Глаза Линь Ляна загорелись, как будто он увидел белое серебро, падающее с неба.

"Не продается". Гу Хэншенг чуть не взорвался от гнева, когда увидел бесспорное выражение лица Линь Ляна. Старому Мастеру понравилась картина Мо Фаньчжи, он знал, что она здесь у Линь Ляна, но он решил не просить его о ней, и сказал Шу Ронгу подумать о другом подарке. Так как Линь Ляну нравится эта картина, он никогда не отдаст её другим, независимо от того, кто был другой стороной.

"Не продается". Гу Хэншенг повторил отказ.

Линь Лян протянул сотню эргономичных рук в своем сердце, он жалобно посмотрел на Гу Хэншенга: "Его годовой гонорар за рекламу кажется довольно дорогим". Затем он потянул за угол пальто Гу Хэншенга и встряхнул его: "Не хочешь подумать об этом ещё раз?"

Гу Хэншенг беспомощно коснулся его головы и спросил: "Разве тебе не нравится эта картина? У нас нет недостатка в деньгах, нет необходимости отказываться от любимой вещи ради этой небольшой прибыли, я, Гу Хэншенг, не беден".

Хань Си поднял брови, услышав имя Гу Хэншенга, но ничего не сказал.

Линь Лян вцепился в край одежды Гу Хэншенга и пробормотал: "У тебя нет недостатка в деньгах, но у меня их мало! Я амбициозен, куй железо пока горячо, как можно просто положиться на......" Он посмотрел на Хань Си, неохотно проглатывая "дикого человека" позади себя, и заменил на "кого-то другого".

Хань Си громко рассмеялся: "Глядя на фотографии, где ты бьёшься, я только подумал что ты, парень, хорош в драке. Я не ожидал, что ты ещё и окажешься таким забавным."

Глаза Линь Ляна загорелись: "Я тоже думаю, что ты довольно интересный, как насчет того, чтобы мы стали друзьями?! Это мой антикварный магазин, и здесь много хороших картин, Мо Фаньчжи - это ничто! У меня также есть картина Сюй Яньциня, которая уже была заказана за 80 миллионов".

Линь Лян указал на картину Сюй Яньциня недалеко от себя и взмахнул бровями: "Я думаю, вы хороший человек, картина Сюй Яньциня будет продана вам всего за 60 миллионов, вы просто должны пообещать бесплатную рекламу моего нового бренда в течение одного года".

Хань Си уже видел картину Сюй Яньциня, это не вершина его творчества, цена более шести тысяч уже завышена, он не глуп: "Нет, я не люблю Сюй Яньциня, я предложил свою цену за картину Мо Фаньчжи, ты её продашь?"

"Нет". Гу Хэншенг холодным голосом отказался.

Хань Си засмеялся: "Я спросил Линь Шао, а не вас. Если я правильно помню, фамилия этого магазина Линь, а не Гу."

Темные глаза Гу Хэншенга холодно смотрели на Хань Си, как зверь, нацелившийся на свою добычу. Хань Си не отступил и с гордостью встретил его пристальный взгляд. Хотя семья Хань была просто обычной богатой семьей, гораздо меньше, чем семья Гу, но он привык в индустрии развлечений, что может потерять все, кроме импульса.

Глядя на двух людей, которые, казалось, подерутся в следующую секунду, у Линь Ляна разболелась голова, он посмотрел на эту картину Мо Фаньчжи и колебался, что делать, когда раздался голос.

"Мастер Лян, благовония в чайной комнате зажжены, заварен лучший чай, пожалуйста, проводите двух гостей в чайную комнату для дальнейшего обсуждения".

Линь Лян оглянулся и увидел улыбку Цзи Хуна: "Почему ты здесь?" Подумав об этом, он спросил: "Чайный домик по соседству был отремонтирован?"

"Ремонт начнется завтра. Сегодня я здесь, чтобы  окончательно перепроверить план с дизайнером и сотрудниками из компании по отделке. Есть много деталей, на которые необходимо обратить внимание. Если я не объясню это лично, то не буду чувствовать себя уверенно". Объяснил Цзи Хун.

Линь Лян не просил слишком многого и испытывал облегчение, переложив это дело на способного Цзи Хуна.

Цзи Хун подготовил для них самую большую чайную комнату. На трех стенах были развешаны старинные картины. В курильнице на прилавке горели благовония. Ваза в центре круглого стола была наполнена дикими хризантемами. Чай уже был заварен, а рядом стояли изысканные закуски и тарелки с фруктами.

Как только они втроём сели, Хань Си посмотрел на одну из картин на стене и спросил: "Это картина Ю Ваньчжэнь?" Он встал, прошел несколько шагов и некоторое время смотрел на неё, затем повернул голову, взглянул на Линь Ляна и сказал: "Я не ожидал, что у вас здесь и правда будет много хороших вещей. Как талантливая актриса, Ю Ванчжэнь оставила много стихов, но ее картины редки. Хотя её навыки рисования не так хороши, как у Мо Фаньчжи, это тоже красиво".

Линь Лян улыбнулся: "Похоже, что Хань Си очень много изучал древние картины".

Цзи Хун передал Линь Ляну план программы конкурса дизайнеров, Линь Лян взял его, посмотрел на Цзи Хуна и сразу понял, что он имел в виду. Конечно, Гу Хэншенг тоже это увидел, и схватил Линь Ляна за руку, чтобы поиграть с ним. Ему не хотелось, чтобы Линь Лян отдавал то, что ему нравится, ради прибыли.

"Эта картина, за сколько вы её продаете?" - спросил Хань Си, указывая на картину Ю Ваньчжэнь.

Линь Лян сделал глоток чая и улыбнулся: "Нисколько. Я не собираюсь её продавать".

Хань Си сердито рассмеялся: "Для чего ты открываешь антикварный магазин, если ничего здесь не продаешь?"

"Притворяюсь". Ответ Линь Ляна был четким и ясным. Гу Хэншенг раскрыл его руку, чтобы снова поиграть с ней, но Линь Лян быстро убрал её и бросил взгляд на этого нарушителя спокойствия.

У Гу Хэншенга было толстое лицо, он слегка приподнял уголок рта, и улыбнулся совершенно уникально.

Не в силах купить куртину, Хань Си вернулся к круглому столу и сел недовольный: "Это действительно скучно, ваша картина Мо Фаньчжи продается или нет? Дай мне ответ, у меня всё ещё есть кое-какие дела, я должен спешить".

"Нет, разве у тебя нет ушей?" - холодно сказал Гу Хэншенг.

Эти двое снова начали борьбу. У Линь Ляна не было другого выбора, кроме как передать план программы Хань Си: "Это новая программа, которой совместно управляют наша компания и Pineapple Video. Если вы захотите помочь нам с рекламой, - Линь Лян указал на стену и сказал: "картина Ю Ваньчжэнь будет отдана вам в качестве подарка за сотрудничество".

Хань Си открыл папку с планом, быстро просмотрел его и согласился. Pineapple Video принадлежит Гу, и, глядя на отношения между Линь Ляном и Гу Хэншенгом, это, без сомнения, должно быть их приоритетным направлением.

Хотя он был очень занят во второй половине года, у него всё ещё было время, чтобы сняться в ещё одном шоу. Хань Си принял звонок от агента и в спешке уехал. Перед отъездом он обменялся номерами мобильных телефонов с Линь Ляном под носом у Гу Хэншенга.

После того, как Хань Си ушел, Линь Лян повернулся и сказал Цзи Хуну: "Завтра ты пойдешь в Fengyi Media и обсудишь приобретение, я дам тебе резервный фонд в 5 миллионов. Если ты договоришься ниже этой цены, то разница будет составлять твою зарплату в этом месяце, так что её размер напрямую зависит от твоих способностей".

Линь Лян посмотрел на Цзи Хуна и улыбнулся: "Не говори после, что я скупой и не плачу тебе зарплату".

Цзи Хун улыбнулся: "Мастер Лян собирается купить несколько компаний в этом месяце, так что позвольте мне позаботиться о них! Все будет сделано качественно и дёшево".

Гу Хэншенг взял Линь Ляна за руку и холодно сказал: "Пока ты хорошо заботишься о Лян-эре, мы не будем плохо с тобой обращаться. Продолжай заниматься своими делами!"

Цзи Хун оставался невозмутимым, его вежливая улыбка была подобна осеннему ветру, нежному и прямому.

Глаза Гу Хэншенга были холодны, как нож, но Цзи Хун оставался неподвижным, как будто не замечал этого.

Линь Лян в своем сердце похвалил своего помошника, но тихо сказал: "Иди вниз и делай свою работу! Я скажу тебе, если мне что-то понадобится".

Цзи Хун развернулся и ушёл. Гу Хэншенг посмотрел ему в спину и был крайне расстроен: "Пусть он вернется на работу в семью Линь! Если тебе не хватает людей, у меня есть несколько хороших талантов, я отдам их тебе и заставлю должным образом заботиться о твоих делах".

Линь Лян ещё не влюбился в него. За ним следили 24 часа в сутки, и он больше не мог делать что хочет. Поскольку Гу Хэншенг утверждает, что он его дикий мужчина, найти праведный дворец, чтобы наставить рога Гу Хэншенгу, стало его конечной целью!

В наши дни люди, которые не знают волн, не являются хорошими людьми. Круто красть людей каждый день и тайно быть крутым каждый день. Конечно, предпосылка состоит в том, чтобы не быть пойманным его диким человеком во ~ Вселенной Большого Хвостатого Волка.

"Он очень хороший и темпераментный по отношению ко мне. Он много лет дружит с моим братом и абсолютно предан нашей семье".

Гу Хэншенг взял Линь Ляна за руку и вздохнул: "Ты слишком невинен. Ты не знаешь, какие зловещие могут быть люди. Как может быть абсолютная преданность в этом мире? Братья и сестры часто идут друг против друга ради выгоды, не говоря уже о друзьях".

Линь Лян посмотрел на него: "В таком случае почему я должен доверять твоим людям?"

"Я твой будущий муж!"

Линь Лян мягко улыбнулся Гу Хэншенгу: "Ты также можешь быть моим будущим бывшим парнем или бывшим мужем".

Гу Хэншенг посмотрел на многозначительную улыбку Линь Ляна и подумал: "Как можно было выплюнуть мясо из волчьей пасти? Его малыш все еще слишком невинен."

Глава 30. Таблицы

Чэн Роу зашла в кабинет президента MS и увидела Линь Ляна, сидящего за своим столом и внимательно изучающего документы. Она была потрясена, хотя она мало что знала о семье Линь, но подумала, что второй сын семьи Линь был весьма хорош.

"Президент Линь, вы что-то хотели от меня?"

Линь Лян поднял глаза и увидел Чэн Роу перед своим столом, он слегка улыбнулся: "Я искал вас, потому что хотел поговорить о сотрудничестве".

Линь Лян открыл ящик рядом с собой, достал план шоу и передал его Чэн Роу, которая озадачено открыла его. Просмотрев общее содержание программы, она закрыла файл и сказала: "Вы хотите, чтобы я участвовала в этой программе? Каковы условия?"

Линь Лян улыбнулся и прищурился: "Мне нравится разговаривать с умными людьми".

Чэн Роу - маленькая актриса четвёртого и пятого плана, и она также была любовницей, тайно воспитанной мужем Линь Литин Чжан Янем. Когда Линь Чан и Линь Хай были ещё живы, Чжан Янь боялся своей жены, поэтому всегда скрывал свои отношения с Чэн Роу.

"Тебе просто нужно сделать одну вещь, и тогда эта возможность твоя. Я хочу, чтобы завтра ты взяла свои вещи, поехал в дом Чжан и подняла шум. На самом деле это полезно и для вас. Вы были с Чжан Янем так много лет, и если вы не покажете себя, то семья Чжан так никогда и не узнают о вашем существовании, а иначе как вы собираетесь подняться на вершину в будущем?"

"Ты хочешь быть невидимой любовницей до конца своей жизни? Ресурсы, которые предоставил Чжан Янь, не так хороши, как то, что осталось в зубах у других людей. Ты была с ним столько лет, а он даже не дал тебе главную женскую роль, так сколько ещё ты планируешь тратить время на этого бесполезного мужчину, не устраивая сцен?!"

Чэн Роу подозрительно посмотрела на Линь Ляна: "Ты из семьи Линь, Линь Литин - твоя тётя, но ты поможешь мне?"

"Она больше месяца полагается на мою семью, я до смерти раздражен, и при этом она все ещё моя тётя? Она не воспринимает меня как племянника, у неё в глазах только деньги, поэтому, пожалуйста, не говори при мне снова, что она моя тётя, она мне противна".

Чэн Роу счастливо улыбнулась: "Тогда я готова сотрудничать с вами. Все эти годы я задыхалась до смерти, и мне хотелось поднять шум и выпустить всё это из своего сердца, но я боялась, что всё в конечном итоге станет большим событием и повлияет на мою актёрскую карьеру".

"Не волнуйтесь, семейный скандал не может быть предан огласке, семья Чжан не допустит распространения информации в Интернете, так как это повлияет на стоимость акций их семьи". - равнодушно сказал Линь Лян.

"Хорошо, я вернусь и подготовлюсь, ждите хороших новостей!"

После того, как Чэн Роу взволнованно ушла, Цзи Хун вошёл в кабинет Линь Ляна.

"Мастер Лян".

Линь Лян улыбнулся и спросил: "Как дела? Как прошла встреча с Feng Yi Media?"

"Кто-то уже купил Feng Yi Media раньше нас".

"Кто?" Линь Лян был немного удивлен.

"Это подставная компания. Я проследил за информацией в Интернете и поднял несколько связей, чтобы узнать настоящего покупателя, это Цяо Яньран".

"Цяо Яньран?" Линь Лян погрузился в раздумья. В оригинальной книге Цяо Яньран и Гу Хэншенг были легендарными персонажами, но о них было написано не так много информации, поэтому он мало что знает о ней.

"Забудь об этом, так как Feng Yi был захвачен, то просто заменим его на другую компанию! Taihe Media, условия те же - 5 миллионов и остаток твой. Taihe немного мал, поэтому найди ещё несколько целей, а когда закончишь, составь отчет и отправь его мне". Линь Лян откинулся на спинку стула и сказал, немного подумав.

"Мастер Лян, вы хотите войти в индустрию развлечений?" - спросил Цзи Хун.

"Ну, ты должен понимать, что наша основная цель - просто зарабатывать деньги, пока это приносит доход, мы можем пойти по любой дороге". Линь Лян объяснил, подперев рукой подбородок.

Цзи Хун улыбнулся: "Мастер Лян прав, тогда я пойду".

После ухода Цзи Хуна Линь Лян погрузился в глубокую задумчивость. В оригинальной книге, Вэнь Юцин, получив 20 миллионов от Гу Хэншенга за продажу картины, купил Taihe Media и сделал её своей собственной студией. Хотя Taihe Media - небольшая компания, это позволило ему завершить переход от специалиста по инструментам к закулисному игроку.

Также, после покупки Taihe, Вэнь Юцин узнал, что у Feng Yi Media были финансовые проблемы, и компания продается. Вэнь Юцин немного пожалел, узнав об этом, потому что ресурсы, которыми располагали Fеng Yi Media, были лучше, чем у Taihe.

Линь Лян хотел взять и то, и другое вместе, но он не ожидал, что будет слишком поздно. В оригинальной книге не упоминалось о вхождении Цяо Яньран в индустрию развлечений. С её личностью и происхождением маловероятно, что она войдет в круг развлечений, так как занимается политикой! Она работает в правительстве, поэтому для неё не так уж и сложно незаметно купить развлекательную компанию. Её цель, конечно, не проста.

Пока Линь Лян размышлял, дверь кабинета снова открылась, и вошел его помощник Лань Си.

"Президент, это магазины, которые я выбрал, они наиболее соответствуют нашим требованиям". Лань Си положил отсортированную информацию на стол.

Линь Лян внимательно просмотрел отчёт и сказал: "Завтра утром ты отведёшь меня в эти места, чтобы я мог их проверить".

"Хорошо."

"Ты присматривал за Гуань Юем и другими некоторое время, что ты о них думаешь?" - спросил Линь Лян.

Лань Си слабо улыбнулся: "Эти трое довольно умны, если будут продолжать усердно учаться, то в итоге преуспеют."

"Если я правильно помню, ты тоже был принят на работу в эту компанию недавно, в этом году, после окончания колледжа! Не боишься, что после того, как обучишь их всему, я тебя уволю? В конце концов, мне не обязательно нужно так много помощников".

"Я не боюсь. Они всего лишь первокурсники, им потребуется несколько лет, прежде чем они смогут официально работать. И я верю, что мои способности не хуже, чем у них". Лань Си уверенно посмотрел на Линь Ляна.

"Иногда сравнивают с другими не из-за отсутствия способностей, а из-за того, что им не доверяют". Линь Лян многозначительно посмотрел на Лань Си: "Я слышал, что у тебя есть двоюродный брат по имени Вэнь Юцин?"

Лань Си был немного удивлен. Он не знал, почему Линь Лян вдруг упомянул Вэнь Юцина. После смерти Вэнь Шэна мать Вэнь Юцина Бай Сиси ни с кем не связывалась, и она уже давно не общалась с другими родственниками.

Видя, что Лань Си ничего не говорит, Линь Лян продолжил: "Я не верю, что ты совершенно не осведомлен о вражде между семьей Линь и семьей Вэнь. Поскольку ты выбрал меня своим боссом, то должен работать усерднее других, иначе как ты завоюешь мое доверие и успокоишь меня, верно?"

Когда Лань Си был ребенком, он слышал, как Бай Сиси ругала семью Линь, но тогда он был маленьким и не воспринимал слова взрослых. Он не ожидал, что после стольких лет этот вопрос всё ещё повлияет на его работу. Он поспешно выразил свои искренние слова: "Президент, будьте уверены, наша семья и семья Вэнь давно разлучены, и я никогда не предам вас из-за них".

Линь Лян улыбнулся, посмотрел на Лань Си и сказал: "Я надеюсь, ты понимаешь, что в противном случае все может стать куда больше, чем просто моя месть. Ся Юньхань и другие являются примером. Пока ты верен мне, естественно, твое будущее безгранично".

"Президент, будьте уверены, я никогда не предам вас". Лань Си снова выразил свое искреннее сердце.

Линь Лян встал, подошел к нему и положил руку на плечо: "Верность основана не на словах, а на действиях. Я дам тебе задание, чтобы ты смог проявить себя, я хочу, чтобы ты случайно встретился с Вэнь Юцином, а затем подружился с ним".

Лань Си с подозрением посмотрел на нежное лицо Линь Ляна. Линь Лян хорошо выглядит издалека, но его красота вблизи захватывает дух, заставляя бессознательно краснеть.

Глава 31. Вошла Тигрица и разорвала Лисицу

На следующее утро, около 8 часов, Чэн Роу взяла такси до входа на виллу семьи Чжан, вышла из машины, взяла багаж и направилась к дому. Охранник семьи Чжан остановил её: "Могу я спросить молодую леди, кого вы ищете?"

Чэн Роу остановилась и сказала с улыбкой: "Я молодая леди из вашей семьи Чжан. Это первый раз, когда я прихожу сюда. Я не буду винить тебя за то, что ты не узнал меня, просто запомни меня в будущем".

Охранник усмехнулся: "В наши дни так много людей хотят быть любовницами в богатых семьях, вам лучше попытать счастья в другом месте! Наш молодой хозяин женат уже более десяти лет."

Чэн Роу изначально пришла, чтобы создать проблемы, и как только она услышала слова охранника, то сразу рассердилась: "И что, что он женат более десяти лет, разве он не может развестись? Позволь мне сказать тебе кое-что, если ты меня не впустишь, тебе лучше забыть об этой работе и убираться отсюда. Нашей семье Чжан не нужен сторожевой пёс вроде тебя."

Конечно, охранник не стал терпеть её ругань. Две стороны начали спорить у входа. Семья Чжан завтракала в комнате на втором этаже. Когда старик услышал шум, он попросил экономку выйти и посмотреть, но, прежде чем она ушла, зазвонил телефон Чжан Яня, и он услышал, как Чэн Роу горько плачет.

Чжан Янь взял телефон и поспешно вышел: "Малыш, что ты делаешь в моём доме? Я говорил тебе, что у компании сейчас проблемы, и как только я разберусь с ними, то приду через несколько дней".

Чэн Роу закричала: "Твой дом - не мой дом?! Почему я не могу прийти? Я была с тобой столько лет, и ты никогда не приводил меня в дом своей семьи. Как ты можешь так поступать со мной?"

"Разве ты не знаешь, что в моем доме тигрица?"

"И что с ней? Она тигрица, и я тоже тигрица. Говорю тебе, Чжан, я сегодня же перееду в наш настоящий дом, я уже собрала весь свой багаж". Чэн Роу, с поддержкой Линь Ляна, нападала на него, не давая заговорить.

Чжан Янь обнял Чэн Роу, уговаривая её: "Моя дорогая, перестань создавать проблемы. Если тигрица узнает, ни у кого из нас не будет хорошей жизни".

"У меня и так не очень хорошая жизнь. В любом случае, в твоем сердце живет только она. Я была слепа, когда следовала за тобой столько лет". Чэн Роу надулась и плакала.

Чжан Янь не мог не беспокоиться о ней, и не мог оставаться у дверей. Район, где находится вилла его семьи, был заполнен богатыми людьми, и если их спор продолжится, об этом станет известно в кругу через несколько дней. Он должен был привести Чэн Роу в семью Чжан.

Старейшина Чжан спросил, кто она такая, и когда он узнал, то сердито бросил чашку на землю.

Линь Литин, которая завтракала в семье Линь, получила отчет от слуги и сердито бросила свои палочки для еды на стол. Она плакала, проклиная Чжан Яня.

Линь Лян продолжал пить свою кашу, как будто не слышал происходящего. Линь И попросил слугу подготовить машину, чтобы отправить мать и дочь обратно в дом семьи Чжан. Он не сказал, что поддержит её лично, но сказал Линь Литин позвонить ему, если у неё возникнут трудности.

Хотя Лин Литин была немного разочарована отъездом, но промолчала. Она в ярости бросилась домой, чтобы разорвать лисицу.

Чэн Роу пробыла в доме Чжан целый день и в конце концов подралась с Линь Литин. Две женщины схватили друг друга за волосы и рвали друг друга. У Линь Литин были длинные ногти, и она оставила несколько красных отметин на шее Чэн Роу, что было действительно шокирующим для глаз.

Чэн Роу бросилась в объятия Чжан Яня и горько заплакала. Чжан Янь за эти годы устал от высокомерия Линь Литин, защищая Чэн Роу он дал ей пощечину. Линь Литин не могла поверить, что её муж, который был послушен ей столько лет, на самом деле осмелился ударить её.

Она как сумасшедшая бросилась к Чжан Яню, который заслонил собой Чэн Роу и позволил ей избить себя. Для двух старейшин семьи Чжан Чжан Янь был драгоценным сыном, как они могли это вынести, в конце концов мать Чжан Яня упала в обморок на месте.

Семья Чжан снова отвезла старую женщину в больницу. После Линь Литин увидела, что Чэн Роу всё ещё здесь, и снова начала ссориться с ней.

После целого дня метаний и ворчаний Линь Литин не хотела возвращаться в дом Линь. Она попросила горничную Чжан забрать её и вещи Чжан Шусюэ в доме Линь и отправить их обратно в дом Чжан.

Линь Лян попросил Хань Си снова встретиться в Гу Баочжае. На этот раз Хань Си пришёл не один, а в сопровождении своего менеджера Ван Ши. Ван Ши - золотой менеджер компании Han's Tianqi Media.

Компания является особым бизнесом, открытой Хань для развития Хань Си в индустрии развлечений. В последние годы из-за  ее быстрого роста рыночная стоимость Tianqi Media также возросла, и сейчас она входит в пятерку крупнейших компаний индустрии развлечений в стране.

На этот раз они пришли, чтобы поговорить о подписании программы, в то время как Pineapple Video отвечала за производство шоу.

Они вчетвером сидели в чайной комнате антикварного магазина. Ван Ши читал контракт, Хань Си потягивал чай, смотрел на Линь Ляна и загадочно улыбался: "Вы так молоды и не испытываете недостатка в деньгах, почему вам нужно так рано искать себе покровителя?"

"О каком покровителе речь?" - со знанием дела спросил Линь Лян.

Хань Си моргнул: "Не говорите мне, что Гу Хэншенг не твой парень".

У главного продюсера Сюй Цзяна, который сидел рядом с Линь Ляном, на лице не было никакого выражения, но на самом деле его сердце сплетника шевелилось. Однако эта проблема беспокоила Линь Ляна. Гу Хэншенг сказал, что он его дикий человек, но он не может так ответить другим! Если он скажет, что Гу Хэншенг - его парень, то разве это не дёшево для большехвостого волка?

Видя, что Линь Лян опустил брови и ничего не говорит, Хань Си сердито сказал: "Эта старая корова ест нежную траву и не планирует давать тебе имя? Даже для него это слишком".

Лин Лян сделал глоток чая и улыбнулся: "Раз ты так сочувствуешь мне, почему бы тебе не снизить плату за гостей. Наш представитель по SL ещё не определён. Я хотел выбрать вас, но ваш гонорар за одобрение слишком дорог, наш новый бренд, только что вышедший на рынок, нуждается в деньгах во всех аспектах, я действительно борюсь за наличные ".

Хань Си не получил набор, поэтому он взял печенье с десертной тарелки и откусил кусочек. "Ты можешь использовать картину, чтобы компенсировать свою нехватку денег! Если ты готов продать мне картину Мо Фаньчжи, я бесплатно поддержу ваш новый бренд в течение одного года".

Линь Лян немедленно достал свой телефон и позвонил Гу Хэншенгу. Гу Хэншенг проводил видеоконференцию с некоторыми руководителями высшего звена за рубежом.

Когда он услышал звонящую фонему, то понял, что она принадлежит Линь Ляну, он немедленно прервал встречу, поднял трубку и ответил на звонок.

Лин Лян: "Старина Гу, давай продадим картину Мо Фаньчжи! На самом деле, мне она не настолько сильно нравится."

Лицо Гу Хэншенга было холодным: "Даже если она тебе нравиться совсем немного, ты не можешь её продать".

Линь Лян был недоволен: "Гу Хэншенг, это моя картина, хорошо? Это мое право продать картину, спрашивать тебя - значит дать тебе лицо".

Гу Хэншенг нахмурился, подумал об этом, а затем сказал: "Я куплю картину, назови цену, я позвоню тебе после встречи".

Линь Лян молчал, Гу Хэншенг ждал и не услышал его ответа, а затем сказал: "Для меня в моём сердце то, что тебе нравится, является самым ценным, никто не имеет права иметь это кроме тебя, независимо от того, сколько заплатит другая сторона".

Спустя долгое время Линь Лян храбро сказал: "Мистер Гу, мне больше всего нравится твоя улыбка. Итак, начиная с сегодняшнего дня, ты должен запомнить, что тебе не разрешается смеяться ни с кем, кроме меня, или я забью тебя до смерти".

Одинокий пёс Хань Си, который необъяснимым образом был набит собачьим кормом, похлопал себя по лбу и почувствовал, что сегодня действительно плохой день.

Гу Хэншенг поджал губы, чтобы сдержать смех, и тихо сказал в ответ: "Хорошо".

Линь Лян радостно повесил трубку и посмотрел на Хань Си со смущённым лицом: "Что делать? Мистер Гу, неохотно позволяет мне продавать тебе то, что мне нравится. Я не могу позволить тебе страдать, так что давай поговорим о поддержке позже! Давай сначала определим стоимость гостей шоу".

Ван Шилань выступил перед Хань Си: "Гонорар для наших постоянных гостей составляет 500 миллионов на первом этапе. На самом деле, как артист высшего уровня, гонорар за одобрение Хань Си невелик, он составляет всего 20 миллионов в год ".

Лин Лян в глубине души закатил глаза. Это не дорого? Одобрение других семей начинается через два года, в то время как вашей семье всего один год. Вы получили в два раза больше денег, чем другие топовые потоки, и все еще имеете наглость говорить, что это дёшево.

Лин Лян постучал пальцем по столу: "Первый этап программы составляет 3 миллиона, а плата за одобрение составляет 20 миллионов в течение двух лет".

Ван Ши прямо отбросил в сторону контракт, который он читал: "Мистер Лян, это бессмысленно. Цена настолько низкая, что мы не можем ее принять. Мы не сможем объяснить другим брендам и программам, с которыми мы работаем, если об этом станет известно".

Линь Лян засмеялся: "Что тут объяснять, если кто-нибудь осмелится спросить, просто скажите, что Хань Си - мой друг. Разве нет цены за дружбу между друзьями?"

Он подмигнул Хань Си: "Ну? Ты готов сделать меня своим другом?"

Хань Си - прямой человек. Он указал на картину Юаньчжан на стене и сказал с улыбкой: "Ради этой картины я сделаю тебя другом! За ту цену, которую ты назвал." Он взял контракт, не глядя на него, и сразу перелистнул на оборотную сторону и расписался своим именем.

Линь Лян быстро и вдумчиво открыл для него глиняную печатку. После подписания Хань Си посмотрел на Ван Ши, который сидел в стороне, и Ван Ши неохотно достал печать из своей сумки и поставил её.

Глава 32. Господин Лян пьёт

После того, как Линь И отпросился с работы, он отправился в магазин пирожных "Айюмо". Он помнил, что Лин Лян больше всего любил есть пирожные из этого магазина.

"Я буду это пирожное".

"Пожалуйста, дайте мне этот торт, спасибо".

Линь И, указывая на последний фруктовый мини-кекс в стеклянной витрине, оглянулся на мужчину, который сказал то же самое одновременно с ним.

Этот мужчина был чист и красив, и выглядел немного знакомым, как будто он его где-то видел.

"Мистер Линь? Вы помните меня? На банкете семьи Рон я случайно столкнулся с вами". Вэнь Юйцин шагнул вперед и объяснил.

"Простите. Количество тортов, продающихся в нашем магазине, ограничено. Этот торт - последний. Я вижу, что оба клиента знают друг друга. Вы можете обсудить, кто возьмет его?" Официант посмотрела на двух красивых мужчин перед ней и с красным лицом осторожно спросила.

"Господин Линь купил торт в подарок для Линь Ляна, верно! Если это для Линь Ляна, я могу позволить вам взять торт, я был занят в последнее время и не видел его долгое время, поэтому я приглашу его на ужин, когда освобожусь." с улыбкой сказал Вэнь Юйцин.

Услышав имя брата, лицо Линь И стало менее серьезным: "Ты знаешь моего брата?".

"Конечно, мы с Линь Ляном друзья, это господин Цао познакомил нас друг с другом".

Как только Линь И услышал, что Цао Ихуань представил кого-то Линь Ляну, он стал опасаться Вэнь Юйцина: "Наш милашка любит есть здешние пирожные, я видел, что он недавно был занят, поэтому зашел купить кекс, чтобы развлечь его. Вы можете выбрать один из других ароматных кексов, и я заплачу за него по своему счету".

"Отлично! Тогда я не буду вежливым, я возьму кекс рядом с ним". Вэнь Юйцин указал на шоколадный кекс рядом с фруктовым и сказал.

Оба взяли по пирожному и ушли довольные. Когда они расставались у двери, по улице вдруг пронесся мотоцикл и выскочил из-за спины Линь И. Вэнь Юцин быстро обнял Линь И и отступил назад. Мотоцикл задел Вэнь Юцина, отчего он чуть не упал, но быстрые глаза и руки Линь И удержали его, и он упал в его объятия

Через несколько секунд Вэнь Юцин неловко отстранился от Линь И: "Извини, просто сейчас ситуация была слишком срочной. Я не знаю, что не так с этим курьером, и почему он так спешил".

Линь И слегка улыбнулся: "Спасибо, это нормально, что я получил небольшую травму в такой ситуации, было бы жаль испортить торт для Линь Ляна".

Вэнь Юйцин неловко улыбнулся: "Я действительно завидую Линь Ляну, что у него есть старший брат, который так его любит".

Линь И улыбнулся еще более счастливо: "Хмпф, этот маленький дьявол, если я буду плохо с ним обращаться, он может выложить факты и причины и поднять шум, так что я могу быть добрым к нему, чтобы избавить себя от шума и проблем, которые он создает, когда расстроен". Линь И красив, его улыбка солнечная и ослепительная, и все его слова - это баловство и демонстрация младшего брата.

Проследив за тем, как черная машина Линь И уехала, Вэнь Юйцин отнес торт и свернул в переулок рядом с ним. Там его уже ждал младший брат, который только что врезался в Линь И на электрическом мотоцикле.

Вэнь Юйцин дал собеседнику двести юаней и, сказав несколько слов, повернулся и ушел.

Линь И вернулся домой. Линь Лян еще не вернулся. Он поставил торт на обеденный стол и принял душ. Когда пришло время ужинать, Линь Лян еще не вернулся, отчего Линь И был немного недоволен. Он позвал Линь Ляна. В это время Линь Лян был в личной комнате Юй Юнь Сюаня, он пригласил Хань Си поесть.

Хань Си был так добр, что сэкономил ему много денег, и хотя он, хотя мастер Лян скуп, он все равно пригласил бы его поесть.

"Брат, в чем дело?"

"Когда ты вернешься?"

Линь Лян знал, что брат расстроен, услышав его тон, но он не мог привыкнуть к его плохому настроению. Он попадет в рай, если привыкнет к нему в будущем. "Я не вернусь поесть сегодня. Я договорился пообедать с другом сегодня".

Лицо Линь И сразу же потемнело: "Почему ты не позвонил мне или не позвонил домой, если не собираешься приходить. На кухне приготовили столько твоих любимых блюд, разве это не пустая трата времени?".

Линь Лян надул губы: "Вижу, ты сам сказал, что я заставлю тебя дорожить тем временем, когда мы едим вместе, когда бы я тебе это ни сказал, ты не слушаешь, теперь ты знаешь, что чувствовал твой младший брат, когда ел один, так что теперь видишь, как тебе некомфортно одному стоять перед столом с едой! Ты все еще имеешь наглость быть грубым со мной, я никогда не видел, чтобы ты поступал так неразумно!"

Линь И посмотрел на стоящую рядом коробку с тортом и вздохнул: "Если ты не вернешься, не возвращайся! Не делай безумных вещей на улице. Если ты не вернешься домой после десяти часов, я возьму Цзуо Лина, чтобы лично поймать тебя".

У Линь Ляна разболелась голова: "Брат, ты должен помнить, что у тебя есть младший брат, а не младшая сестра, поэтому нет необходимости так строго за мной присматривать."

Линь И усмехнулся: "Ты просто такой младший брат, что мне делать, если тебя кто-то похитит, если я не забочусь о тебе?".

Положив трубку, братья посмотрели на стол с блюдами перед собой, каждый в меланхолии. Линь И попросил людей убрать торт в холодильник, сел за стол и торопливо закончил трапезу, а затем вернулся в кабинет, чтобы поработать.

Сюй Цзян налил бокал белого вина для Линь Ляна и поднял бокал за него: "Господин Линь, мы будем работать вместе в будущем, позаботься обо мне".

Линь Лян посмотрел на бокал с вином и был потрясен. В прошлой жизни он был больным человеком. У него было слабое здоровье, и он никогда не пил спиртного. До сих пор он в основном ел с Линь И. В глазах Линь И он был ребенком, как он мог пить?

Для Линь Ляна стили распития напитков были чуждыми вещами, он только читал о них в романах. Сюй Цзян увидел, что Линь Лянь смотрит на бокал с вином и не двигается, подумал, что Линь Лянь недостаточно заботлив, поэтому поднял голову и выпил свой бокал вина. Выпив, он вытер подбородок, нахмурился и сказал Линь Ляну: "Господин Линь, я произнесу первый тост, и вы будете свободны".

Линь Лян увидел, что вино надо выпить, осторожно взял бокал и сделал маленький глоток. Острый вкус, он тут же выплюнул и опустил бокал, но потом сделал еще глоток.

Его вид позабавил Хань Си: "Хахаха..., Линь Лян, почему ты такой милый, не говори мне, что ты вырос, ведь это твой первый раз, когда ты пьешь".

Линь Лян, который пил впервые, покраснел, его голова закружилась. Он неубедительно похлопал по столу: "Кто сказал, что я не пил, однажды я украл рисовое вино на кухне, когда был ребенком, но эту вещь гораздо труднее пить, чем рисовое вино, рисовое вино сладкое, эта вещь острая и неприятная на вкус."

Сюй Цзян и Хань Си засмеялись. Хань Си намеренно поднял бокал с вином: "Давайте, давайте, давайте, президент Линь, я тоже выпью за вас бокал, и давайте будем хорошо сотрудничать в будущем. Вино хорошо тем, что нужно пить больше, чтобы медленно ощутить его".

Линь Лян не мог больше пить, поэтому он сделал еще один глоток из бокала с вином. Когда несколько человек поднимали бокал слева направо, Линь Лян нахмурился и делал глоток за глотком, и вот так бокал белого вина был допит.

Когда он вышел, Линь Лян был явно пьян, Хань Се подошел к нему, чтобы помочь, но Линь Лян сразу же ударил его, к счастью, на нем была толстая одежда, поэтому он не пострадал.

"Ты становишься собакой после выпивки? Напился и кусаешься". сказал Хань Си в плохом настроении.

"Я змея, ты, фермер". Линь Лян, у которого кружилась голова и было красное лицо, указал на Хань Си: "Так что я собираюсь укусить тебя".

Чтобы обмануть Линь Ляна, Хань Си много пил. У него тоже кружилась голова, он прижал палец ко лбу Линь Ляна: "Как же так! Разве я не могу быть палкой, специализирующейся на избиении змей?"

Линьь Лян положил руки под подбородок, придав своему лицу форму маленького цветка, с плоским ртом: "Я такой милый и красивый, почему ты хочешь меня ударить?"

Хань Си посмотрел вниз на вздернутое лицо Линь Ляна. Его кожа была нежной и белой, на щеках красовались два румянца, похожие на два горящих облака, что делало красоту Линь Ляна еще более захватывающей.

Сердцебиение Хань Си бессознательно ускорилось. Он протянул руку, чтобы коснуться лица Линь Ляна. В это время, поговорив с другим, Цзи Хун поспешил к ним, толкнул дверь в личную комнату и вошел.

Цзи Хун присел на корточки рядом с Линь Ляном и поднял на него глаза: "Мастер Лян, пойдемте!".

Линь Лян долго смотрел на него, прежде чем невинно спросить: "Я змея, а кто дворецкий?".

Чжи Хун улыбнулся: "Мастер Лян, я ваш дворецкий".

Линь Лян поднял руку: "Вставай и возвращайся в свой дом".

Цзи Хун беспомощно отвернулся, Линь Лян лег на спину Цзи Хуна и почувствовал, что он змея, поэтому он укусил Цзи Хуна за плечо

Ряд действий Линь Ляна позабавил Хань Се, на что он с улыбкой сказал: "В будущем я должен найти способ заставить Линь Ляна еще раз выпить с нами. Его пьяный вид слишком мил".

Цзи Хун обернулся и бросил на него взгляд, но ничего не сказал. В любом случае, когда он был рядом, он не позволил бы их хозяину Ляну прикасаться к алкоголю без них.

Глава 33. После того как Линь Лян напился

Цзи Хун отвез Линь Ляна обратно в дом Линя, где его ждали все слуги, так как их молодой господин впервые был пьян.

Как только Чжи Хун вышел из машины, Линь И поприветствовал его вместе со слугами семьи, Линь Лян увидел Линь И и раскрыл объятия: "Брат, мой добрый брат, наконец-то ты здесь, тут большая растерзанная змея, которая пыталась издеваться надо мной".

Линь И вынес его из машины с черными линиями, "в следующий раз еще раз посмеешь напиться на улице, и я переломаю тебе ноги".

Линь Лян потрогал свои ноги и невинно посмотрел вверх: "Ребенок без ног будет змеей".

Линь И сердито рассмеялся: "Тогда кто ты - белая змея или зеленая змея". (Примечание: зеленая и белая змеи - мифические существа в Китае)

Пьяный Линь Лян отказался отвечать на этот изматывающий мозг вопрос. Он махнул рукой: "Брат, иди к мерзкой большой змее и отомсти за своего младшего брата!".

Линь И с суровым лицом занес его в лифт, а после выхода из лифта отнес в его комнату, увидев кровать, Линь Лян в панике обнял Линь И за шею и не хотел спускаться: "Я не хочу уходить, брат, не оставляй меня, с этого момента я буду вести себя хорошо и слушаться тебя".

Дом семьи Линь большой, Линь Е отнес его в свою комнату снизу, его руки болели, он посмотрел на Линь Ляна с суровым лицом и сказал: "Ложись."

Линь Лян разинул рот и прижался лицом к груди Лин Е: "Мой добрый брат, разве ты не можешь быть добрее к своему единственному младшему брату?"

Сердце Линь И было переполнено эмоциями, у них с Линь Ляном была большая разница в возрасте, Линь Лян никогда не был так близок с ним в детстве, но его руки не могли больше держаться, ему пришлось положить Линь Ляна на кровать и мягко сказать: "Лян'эр хорошо, брат не уйдет, брат будет сидеть рядом с тобой и наблюдать за тобой."

Линь Лян отпустил его руку и отпустил Линь И: "Тебе нельзя лгать мне, если ты солжешь мне, то ты - зеленая змея".

Линь И, который никогда не хотел быть змеей, был беспомощен: "Я не буду тебе лгать".

Цзи Хун принес из кухни трезвый суп Линь Ляну, а Линь Лян взял одеяло, чтобы накрыть голову: "Я не хочу пить лекарство, я змея, змеи не пьют лекарства".

Цзи Хун и Линь Лянь полдня ворочались, прежде чем Цзи Хун смог накормить его похмельным супом, вытер его тело, надел пижаму и уговорил его заснуть.

Когда Линь И и Чжи Хун устали и вспотели, они закрыли дверь и ушли. Линь Лянь снова открыл глаза в темноте, улыбнулся, достал из одеяла мобильный телефон и набрал номер Гу Хэншэна. (T/N: этот парень действительно нечто)

Гу Хэншэн уже собирался ложиться спать и улыбнулся, увидев звонок Линь Ляна.

"Шшшш, шшшш, шшшш..." (Примечание: это голос змеи)

Гу Хэншэн спросил с озадаченным видом: "Ребенок спит?".

"Шшшш, шшшш, шшшш ......, черная змея, черная змея, я белая змея, я белая змея".

Гу Хэншэн рассмеялся: "Ты - белая змея, а я - Сюй Сянь?" (Примечание: Сюй Сянь - полумифологическая фигура, ученый (в некоторых версиях - врач). Он является главным героем "Легенды о белой змее", одной из четырех величайших китайских народных сказок. Она была много раз адаптирована, в том числе в китайских операх, фильмах, телесериалах и других средствах массовой информации. Есть драма, которую вы можете посмотреть, она называется "Легенда о белой змее", в ней рассказывается история Сюй Сяня (мужа) и белой змеи (жены).

Линь Лянь задумался на некоторое время: "Если ты Сюй Сянь, думаешь, я назову тебя мужем? Красиво мыслишь".

"Ты моя жена, почему я не могу об этом думать?"

"Дух сороконожки, все еще смеешь нести чушь, посмотрим, не забью ли я тебя до смерти". (Примечание: Дух-сороконожка - это ядовитый оборотень, который часто исполняет наказания от имени Небесной бюрократии. Это существо напоминает огромную сороконожку длиной около 4 футов, с сегментированным телом, множеством ног и двумя длинными щупальцами).

Затем Гу Хэншэн услышал звук "бамс", как будто его ребенок прямо бросил телефон и разбил его обо что-то. Гу Хэншэн сидел на кровати с телефоном в руке и был ошеломлен.

Он взял телефон и снова позвонил Линь Ляну, но ему уже никто не ответил. Он снова положил трубку и снова позвонил. Прошло много времени, прежде чем Линь Лян ответил на звонок. Он высокомерно спросил: "Ты усвоил урок, сороконожка? Ты посмеешь еще раз говорить глупости?"

Гу Хэншэн не мог ни смеяться, ни плакать: "Не смей, не смей, ты босс, что ты скажешь, то я и буду делать".

"Нет, я белая змея, а не босс".

Гу Хэншэн, который держал в руках телефон, наконец понял, что с его женой сегодня что-то не так.

Он взял свой телефон и отправил сообщение Шу Руну. Через десять минут он получил результаты расследования Шу Руна и узнал, что его ребенок был пьян.

Пьяный Линь Лян звонил Гу Хэншэну три или четыре раза за ночь, и роль Гу Хэншэна в устах Линь Ляна неоднократно перескакивала через несколько вариантов, таких как дух черной змеи, дух сороконожки и дух черного медведя.

На следующий день Гу Хэншэн наконец-то встал поздно, руководители Гу, ожидавшие в зале заседаний на 20-м этаже семьи Гу, были удивлены, увидев, что их обычно пунктуальный и строгий президент впервые опоздал на полчаса. Через полчаса появилось холодное лицо их босса, но его увенчивала пара черных глаз.

На следующий день Линь Лян проснулся только в девять часов. Когда он открыл глаза, то вспомнил, что произошло прошлой ночью, и все, что с ним произошло, было похоже на сон, совсем не реальный.

Он сел, протянул руку и достал телефон из одеяла. Телефон был в порядке, но на углу экрана ЖК-телевизора на противоположной стене была трещина. Он должен был признать, что качество телефона, подаренного Гу Хэншэном, было действительно хорошим.

Цзи Хун толкнул дверь: "Молодой господин, пора вставать и есть, для желудка вредно, если вы позавтракаете слишком поздно".

Линь Лян кивнул, а затем спросил: "Мой брат ушел на работу?".

Цзи Хун улыбнулся: "Учитель сказал, чтобы вы перезвонили ему, когда проснетесь".

Линь Лян встал с кровати с горьким лицом: "Вино такое странное, я больше никогда не буду пить".

Цзи Хун улыбнулся: "Мастер Лянь очень милый, когда он пьян, единственное, что не очень хорошо, это то, что вы кусаетесь, но вы можете изменить эту привычку."

Линь Лян бессильно пошел в сторону ванной комнаты: "Если я буду знать, как это изменить, меня все равно будут называть пьяным?" Сейчас, вспоминая слова невротика средних лет, которые он сказал Гу Хэншэну по телефону вчера вечером, ему очень хотелось вырыть яму в земле и похоронить себя."

Доев миску просяной похлебки в столовой внизу, Линь Лян позвонил Линь И.

"Йо, мой младший брат наконец-то проснулся".

Линь Лян с горьким лицом признал свою ошибку: "Мой добрый брат, я больше не буду пить".

Линь И усмехнулся: "Пей! В следующий раз я сам подниму тебя, когда ты будешь пьян. Ты же говорил, что ты змея? Когда придет время, я принесу мешок, положу тебя в него и отнесу домой".

.............

Цинь Цзямин действительно сделал то, что сказал, как и ожидалось, он получил золотую (Vip) карту в боксерский зал. После завершения карты, пошел драться с Рон Юаньдуном, но он не касался его одежды в течение нескольких раундов.

Это заставило Цинь Цзямина, который с детства был школьным тираном, почувствовал себя очень стыдно. Он со злостью бросил свои перчатки на землю: "Я не хочу больше играть, что за глупости, это не весело, я презираю этот простой и жестокий способ борьбы".

Рон Юаньдун улыбнулся и спросил, "Тогда в каком виде спорта с высоким IQ ты хочешь сравниться? Я буду сопровождать тебя до конца".

Цинь Цзямин задумался и понял, что больше всего за последние несколько лет он следовал за Линь Ляном на бои, он нахмурился и с кривой улыбкой посмотрел на Рон Юаньдуна: "Говори, не думай, что я над тобой издеваюсь, сейчас самая востребованная игра среди молодежи, "Qunarang Brawl", ты знаешь, как в нее играть? "

Ронг Юань кивнул головой и улыбнулся: "Хорошо, это лучше, чем это."

Через несколько минут двое мужчин сидели, скрестив ноги, на боксерском ринге и заходили в игру со своих мобильных телефонов. Когда Цинь Цзямин вышел на поле боя, он с удивлением увидел игрового персонажа Рон Юаньдуна, который пришел в назначенное место. Персонаж Рон Юаньдуна был самого высокого ранга в этой игре, "Небесный король", а он был всего лишь "мастером партии". Как будет проходить такая игра?

В этот критический момент Цинь Цзямин решительно предложил командный бой. Система автоматически подобрала членов команды, но хотя если ты выиграл два раза в трех партиях, ты выиграл, Цинь Цзямин проиграл все три партии подряд.

После проигрыша в третьей партии Цинь Цзямин бросил свой мобильный телефон: "Что за сломанная игра, что за дерьмовые товарищи подобраны мне в команду".

Рон Юаньдун улыбнулся: "Эта игра сломана. После того, как я получил высший ранг, мало кто смог меня победить. Поэтому я не играл в нее долгое время".

Цинь Цзямин уставился на гордого Рон Юаньдуна, который улыбался на противоположной стороне, и чем больше он смотрел на него, тем больше злился: "Черт, ты старый, не думаешь о заработке, каждый день либо сражаешься, либо играешь в игры, нет никакого самосознания бизнесмена, а?".

Ронг Юаньдун посмотрел на него с улыбкой: "Ты знаешь, куда я ходил вчера?".

"Почему я должен знать, куда ты, старый извращенец, ходил? И наверняка с кем-то дрался".

"Я ходил в магазин твоего приятеля Линь Ляна и купил картину Сюй Яньциня, которую ты случайно приобрел. Угадай, сколько я потратил".

Цинь Цзямин закатил глаза и сказал: "Кто сказал, что я купил ее наугад, она была подарена моим приятелем. Я готов потратить столько денег, сколько захочет мой приятель".

Рон Юаньдун был в ярости: "Да, ты потратил 50 миллионов, чтобы купить что-то, мой приятель хочет, чтобы я потратил 80 миллионов, чтобы купить это. И он насмехался надо мной за то, что у меня нет жены, на которую можно потратить деньги, так что же мне делать с такой кучей денег?"

Гу Хэншэн, у которого была жена, везде насмехался, он урезонивал его за то, что тот не тратит деньги на что-то, и смеялся над ним за то, что он не может жениться, поэтому он был зол на последние слова Гу Хэншэна в течение нескольких дней.

Цинь Цзямин не стал заглаживать вину гневом: "Разве ты не знаешь, что короли одиноки и вдовствуют? Ты так стар, почему ты не заботишься о престарелых, зачем ты вообще тренируешься, чтобы быть в таком высоком звании? Ты заслуживаешь того, чтобы всю жизнь быть одиноким".

"Кто, по-твоему, заслуживает одиночества?" спросил Рон Юаньдун, вставая и делая шаг ближе, снисходительно глядя на Цинь Цзямина.

Цинь Цзямин поднял голову, не показывая слабости: "Ты".

Ронг Юаньдун лукаво улыбнулся: "Как только ты прекратишь говорить, ты уже не будешь в порядке".

Цинь Цзямин недоуменно произнес: "Что ты делаешь?"

Не говоря ни слова, Рон Юаньдун опустился на колени и поцеловал Цинь Цзямина в губы.

Цинь Цзямин изо всех сил пытался оттолкнуть его: "Что ты делаешь? Ты ненормальный!" Отругав его, он встал и убежал.

Рон Юаньдун обнял его сзади и захихикал: "Чтобы мне не было одиноко до конца жизни, я должен попросить тебя сопровождать меня некоторое время. Кто тебе сказал, что ты сможешь меня победить?".

Глава 34. Семейный ужин Цяо

После дневных занятий Линь Лян отправился в компанию Гу, чтобы повидаться с Гу Хэншэном. Линь Лянь толкнул дверь в кабинет Гу Хэншэна, прошел прямо к дивану, бросил рюкзак на диван и лениво лег на диван.

Гу Хэншэн разговаривал в кабинете с несколькими руководителями, и, увидев пришедшего Линь Ляна, прекратил разговор и позволил руководителям уйти первыми.

Он подошел к дивану, посмотрел на Линь Ляна и спросил: "Что случилось? Кто тебя разозлил?"

Линь Лян улыбнулся, увидев темные круги под глазами Гу Хэншэна, лицо которого было похоже на айсберг: "Почему ты превратился в гигантскую панду?"

Гу Хэншэн беспомощно сел рядом с ним: "Не ты ли вчера звонил и ругался, кричал, что поймаешь сороконожку, а потом сказал, что собираешься убить духа черного медведя? Я действительно боюсь тебя, такого резкого духа белой змеи". беспомощно сказал он, ущипнув Линь Ляна за белое и нежное лицо.

Линь Лянь поднял половину своего тела, чтобы посмотреть на Гу Хэншэна, затем улыбнулся: "Я знаю, что был неправ, поэтому и пришел к тебе, а. Я впервые пью белое вино, и я не знал, что буду таким, когда напьюсь".

Он пробормотал и надулся: "Я встал утром и получил лекцию от брата, это было достаточно тяжело, так что не говори обо мне больше".

Гу Хэншэн беспомощно погладил его по голове: "В будущем, когда меня не будет рядом с тобой, тебе больше не разрешается прикасаться к спиртному. Ты сказал, что ты такой красавчик, поэтому представь, как опасно тебе напиваться на улице".

Линь Лянь подумал: "Он опасная птица, даже если он пьян, мастер Лянь не тот, кого можно провоцировать", но он умирающе сказал: "Я знаю".

Затем он снова лег на диван с ленивым видом: "Я плохо спал прошлой ночью, и сейчас у меня немного кружится голова".

Затем он снова лег на диван с ленивым видом: "Я тоже плохо спал прошлой ночью, и у меня все еще немного кружится голова".

Гу Хэншэн потер ему виски: "Может быть, мне позвонить медицинским работникам нашей компании, чтобы они пришли и посмотрели тебя?"

Линь Лян закрыл глаза и покачал головой: "Господин Гу, запомните, я ненавижу врачей и медицину, в будущем не упоминайте эти две вещи при мне, я рассержусь".

Гу Хэншэн взял его на руки, посадил к себе на колени, улыбнулся и подцепил пальцами его подбородок: "Я запомню, но в будущем ты должен изменить свой способ называть меня по имени - Хэншэн, не называй меня больше господином Гу, и не называй меня больше Гу Хэншэном".

Линь Лян улыбнулся и сузил глаза: "На самом деле, Хэншэн - это нехорошо, и люди, которые с тобой знакомы, тоже будут тебя так называть, как насчет того, чтобы назвать друг друга прозвищем, которое только мы можем использовать, чтобы называть друг друга!"

"Хорошо." Гу Хэншэн немного подумал: "В присутствии других я буду называть тебя Лян'эр. Когда нас будет только двое, я буду называть тебя маленьким сердечком."

У Лин Ляна побежали мурашки по коже, он никак не мог понять, почему этот большой хвостатый волк уводит разговор в сторону каждый раз, когда он задает вопрос в серьезной форме.

"У тебя вообще есть хоть какая-то креативность! Люди во всем мире называют своих любимых "малышка" и "маленькое сердечко", ясно? Неужели ты не можешь придумать что-то новое? Или ты вообще не имеешь меня в виду, а говоришь это просто так, чтобы обвести меня вокруг пальца". Линь Лянь не скрывал своей неприязни.

Это плохо для президента Гу. Для Линь Ляна также очень трудно подобрать прозвище, "холодный ледяной айсберг", "холодный парень" и "холодная лапша" - не самые лучшие слова, чтобы называть его.

Глядя на то, как Гу Хэншэн ссутулил брови, Линь Лянь был так счастлив, он обнаружил, что у него теперь есть хобби, то есть ему особенно нравится издеваться над своим дикарем.

Когда время почти подошло, Линь Лян сказал: "Ты такой глупый, похоже, я не могу на тебя рассчитывать, так что давай сделаем это! Ты зовешь меня "Лян Синь", я буду звать тебя "Шэн Шэн"!". (Примечание: Синь (心) относится к физическому сердцу).

"Лян Синь?" Гу Хэншэн улыбнулся: "Это хорошо, это похоже на то, как если бы я пил лед летом, чтобы охладить свое сердце. Но я бы хотел называть тебя Лянь Бао. Моя Лян'эр означает мое сердце и душу". (Примечание: Бао; китайская булочка на пару с начинкой из мяса или овощей./ он хочет назвать его так, потому что Линь Лян похож на булочку на пару, такую белую и нежную и, конечно, вкусную )

"Лянь Бао просто звучит немного банально, но ты можешь называть меня так, как тебе нравится!" ответил Линь Лянь.

Гу Хэншэн улыбнулся и поцеловал его в лоб: "Лянь Бао, завтра 80-летие Цяо Лао, мы с тобой вместе пойдем на ужин в дом Цяо!". (Примечание: Лао - обращение к пожилым людям).

Линь Лянь был поражен, неужели Гу Хэншэн собирался так скоро объявить всем об их отношениях? С точки зрения эмоций, он восхищался способностью Гу Хэншэна сделать шаг, когда он видел, что он приближается, без колебаний.

Отношения между семьей Цяо и семьей Гу, взвешивая интересы всех аспектов, для Гу Хэншэна выбор быть с Цяо Янрань, конечно, самый подходящий. Честно говоря, если бы он был на месте Гу Хэншэна, он не смог бы сразу передать 10 миллиардов тому, кто ему просто нравится, не говоря уже о том, чтобы просто откровенно привести этого человека в семью Цяо и похвастаться перед своими родственниками.

Независимо от того, насколько силен Гу Хэншэн сейчас, если он покажет, что его положение ухудшается, бесчисленные гиганты бизнеса придут и загрызут его, как голодные волки.

"Хорошо." Линь Лян сказал и прислонился к груди Гу Хэншэна, обняв его за талию.

На следующий день Линь Лянь специально попросил у директора школы выходной. Он надел официальный черный костюм и сел в черный лимузин Гу Хэншэна.

"Старик Цяо не стал устраивать банкет по случаю дня рождения публично. Туда пришло не так много людей, приглашенные там - только родственники и друзья. Можешь не бояться, у меня все есть".

Линь Лян не из тех, кто боится чего-то. Гу Хэншэн осмелился отвести его туда. Так чего же бояться? Он увидел на столе красиво завернутую коробку с подарком и спросил: "Это подарок на день рождения, который ты приготовил для Цяо Лао? Он похож на картину".

Гу Хэншэн улыбнулся: "Это картина Мо Фаньчжи. Я купил ее в музее Цао Ихуана".

Линь Лян озадачился: "Сколько она стоила? Почему ты не сказал мне, когда просил дедушку Цао купить картину, я его хорошо знаю, может быть, я смог бы купить ее для тебя дешевле?"

Гу Хэншэн коснулся его руки и сказал: "20 миллионов, деньги не главное, я также пообещал ему, что окажу ему небольшую услугу, прежде чем он согласится продать мне картину. Если я могу решить проблему сам, зачем делать кому-то одолжение. "

"20 миллионов - не так уж дорого, это примерно та же цена, которую я заплатил за картину Мо Фаньчжи на аукционе. Но какую услугу хочет от тебя дедушка Цао?" Ему было трудно представить, что еще нужно Цао Ихуаню, чтобы попросить Гу Хэншэна о помощи.

Гу Хэншэн улыбнулся: "Его сын потерял несколько сотен миллионов долларов в бизнесе, он хочет пригласить меня пообедать с его сыном, чтобы немного подтолкнуть его".

Услышав это, Линь Лян надулся: "Я тоже занимаюсь бизнесом, и я не видел, чтобы ты мне звонил".

Гу Хэншэн пальцем потрепал его подбородок: "Ты умник, ни гроша в кармане, а все еще можешь вычитать деньги из рук".

Линь Лянь подумал про себя: "Черт, я такой скупой из-за тебя. Если ты в будущем не разоришь семью Линь, неужели мне придется выплачивать 670 миллиардов внешних долгов за семью Линь?"

Дом семьи Цяо - это очень большой особняк. Он слышал, что в этом особняке раньше жил офицер третьего ранга. В начале становления страны господин Цяо купил этот особняк по низкой цене.

Лин Ляну очень понравился этот дом, с резными балками и расписными зданиями, длинными коридорами, небольшими озерами и рокариями, источающими неповторимое очарование старинных зданий повсюду. Единственное, что портило пейзаж, так это то, что в саду стояли и охраняли его солдаты в военной форме.

Цяо Янрань разговаривала с гостем под карнизом и была очень недовольна, когда увидела, что Гу Хэншэн привел с собой Линь Ляна в дом Цяо.

Мужчину, стоявшего рядом с ней и разговаривавшего с ней, звали Сунь Инь, он был новым гигантом интернет-бизнеса, который составлял большую конкуренцию бизнесу Гу. Но сам он не из богатой семьи, его связи нестабильны, и ему нужна помощь такой опоры, как семья Цяо, поэтому все это время Сунь Инь пытался всеми способами преследовать Цяо Янран.

Когда он увидел Линь Ляна, в его глазах вспыхнул яркий свет, он быстро прикрыл глаза и, нарочито улыбнувшись, сказал Цяо Янрань: "Молодой парень рядом с господином Гу очень хорош собой, господин Гу выглядит холодным, но у него хороший глаз на людей".

Лицо Цяо Янрань тут же осунулось: "Разве он не просто маленький росток фасоли без зубов? Он просто мелочь, которую считают кузеном".

После этого она улыбнулась и поприветствовала Гу Хэншэна: "Кузен, наконец-то ты здесь, мой дедушка уже полдня пилит тебя, спрашивая, почему ты до сих пор не пришел, но оказалось, что ты занят тем, что забираешь Сяо Ляня".

"Здравствуй, сестра Янрань". с улыбкой поприветствовал Линь Лян.

Цяо Янран, которая только что отругала Линь Ляна перед Сун Инем за то, что он был маленьким ростком фасоли, очень расстроилась, услышав слово "сестра", и почувствовала, что Линь Лян намеренно дразнит ее из-за возраста.

"Сначала я пойду к дяде, поговорим позже". сказал Гу Хэншэн и потащил Линь Ляна прочь.

После ухода Гу Хэншэна улыбающееся лицо Цяо Янрань сразу же испортилось. Когда они подошли к Сунь Иню, Сунь Инь улыбнулся и протянул руку: "Господин Гу, давно не виделись".

"Давно не виделись". Гу Хэншэн слегка кивнул Сунь Иню, а затем потянул Линь Ляна в гостиную.

Сунь Инь неловко отдернул руку и улыбнулся Цяо Янрань, которой там не было, выражая свою беспомощность.

Глава 35. Талисман

Семья Цяо относительно большая, старший сын семьи Цяо, Цяо Сянь, живет в главном доме. Остальные сыновья и дочери были распределены по другим домам/особнякам в округе в соответствии с их статусом в семье.

Гу Хэншэн протащил Линь Ляна через главный зал и пришел в комнату старика семьи Цяо. В комнате несколько младших разговаривали с господином Цяо, он выглядел вполне довольным беседой. Когда он увидел Гу Хэншэна, который втащил Линь Ляна, он улыбнулся и сказал: "Я думал, что ты опоздал сегодня без причины, но ты принес мне такую милую маленькую куклу".

Гу Хэншэн подтащил Линь Ляна к старому мастеру Цяо: "Дядя, его зовут Линь Лян, он мой новый парень".

Услышав слова Гу Хэншэна, у других людей в комнате изменились лица, некоторые ели дыни, некоторые были тайно счастливы, а некоторые были несчастны в душе. В этой большой семье у каждого есть своя маленькая ниша и мотивы в сердце.

Единственным, чье лицо оставалось неизменным, был старейшина Цяо, который взял руку Линь Ляна и улыбнулся: "Какой милый малыш! Я не думал, что ему кто-то понравится, мне всегда было жаль его, когда я видел, что он все еще одинок, но теперь, когда он наконец нашел себе спутника, я почувствовал облегчение".

Линь Лян улыбнулся и поздравил старшего Цяо: "С днем рождения, дедушка Цяо, я очень рад прийти на ваш банкет. Это первый раз, когда я пришел к вам, поэтому я не знаю, что вам нравится. Дома я вспомнил о талисмане в виде тигра из желтого нефрита периода Ваньнин, подумал, что он может вам понравиться, и принес его сюда".

Как только Линь Лян заговорил, вся комната была потрясена, в том числе и Гу Хэншэн, который думал, что Линь Лян не принес подарок, в конце концов, он пришел как его парень, так что не принести подарок было вполне нормально.

Гу Хэншэн не ожидал, что Линь Лян не только специально подготовился, но и приготовил такой значимый подарок.

Само собой разумеется, что Талисман Тигра является редким, но главное, что старейшина Цяо - тигр, и до выхода на пенсию он был генералом страны. Этот подарок действительно тронул сердце старейшины, по сравнению со всеми подарками других людей в доме.

Улыбающиеся глаза старейшины Цяо уже почти скрылись из виду, он похлопал Лин Ляня по руке: "Мальчик, я очень рад, что ты смог прийти, так зачем ты принес подарок?"

Линь Лян достал из кармана пальто красную коробочку с финиками и передал ее старейшине Цяо, тот открыл ее прямо при всех и взял в руку талисман тигра, желтый нефрит был нежным и прозрачным, на талисмане тигра была выгравирована надпись, нефритовый талисман можно было разбить на две целые части, что редкость, в древние времена два талисмана тигра должны были быть целыми вместе, за исключением случаев, когда нужно было перебросить войска.

Поэтому большинство сохранившихся талисманов с тигром - меньше половины. Изначально нефритовые талисманы очень редки, но иметь два полных экземпляра - еще большая ценность.

Молодые люди в комнате с любопытством смотрели на талисман в руках старика. Они могли с первого взгляда сказать, что этот нефрит был хорошим, и было очевидно, что уровень этого талисмана был определенно не из низкого класса.

Удовлетворенный, старейшина Цяо положил талисман обратно в шкатулку и передал ее дворецкому, стоявшему позади него. Линь Лян улыбнулся и сказал: "Мой дедушка оставил мне антикварный магазин, внутри нет ничего хорошего, но есть еще несколько мелочей, дедушка Цяо может осмотреть их, когда у него будет время".

"Хорошо, хорошо, хорошо, дедушка будет искать тебя, чтобы поговорить, когда мне нечего будет делать."

Когда Цяо Янран и ее отец, Цяо Ци, вошли в комнату, они очень расстроились, увидев, что старший Цяо держит Гу Хэншэна левой рукой, а Линь Ляна - правой, разговаривая и смеясь.

Цяо Ци подошел к Гу Хэншэну: "Папа, нам с Хэншэном нужно обсудить важные вещи, давай выйдем ненадолго, а после того, как мы закончим разговор, я позволю ему пойти с тобой".

Старик махнул рукой: "Все идите! Вам есть что сказать, а нам с Линь Ляном еще есть о чем поболтать".

Цяо Янрань улыбнулась и сказала: "Дедушка, ты слишком предвзят, с Линь Ляном ты больше не видишь в нас внуков".

Гу Хэншэн прошептал на ухо Линь Ляну: "Оставайся здесь и поговори с дядей. Я скоро вернусь".

После ухода Гу Хэншэна и Цяо Ци, младшие члены семьи Цяо также ушли один за другим. Старый дедушка Цяо посмотрел на Линь Ляна: "Ты умный парень, жаль, что ты не подходишь нашему Хэншэну".

Линь Лян слабо улыбнулся: "Жаль, что сестра Янрань и Гу Хэншэн вместе".

Мастер Цяо заинтересовался: "О? Почему ты так говоришь".

"Гу Хэншэн - родственник семьи Цяо, и он давно связан с интересами семьи Цяо. Брак сестры Янрань с Гу Хэншэном только укрепил эту связь. С точки зрения интересов и расширения сети, на самом деле прогресс невелик. Если бы сестра Янрань вышла замуж в другую богатую или политическую семью, результат был бы другим".

Старейшина Цяо резко убрал свои улыбающиеся глаза, он серьезно посмотрел на Линь Ляна: "Ты не боишься, что я откажусь от Гу Хэншэна после того, как Янрань выйдет замуж в другую влиятельную семью?"

Линь Лян слабо улыбнулся: "Зачем отказываться? Как может генерал осмелиться уйти, когда набираются рекруты. Разве генералам и новобранцам не полезно использовать его вместе?"

Мастера Цяо это позабавило: "А если генерал плохой и не слушается? Разве не будет нормально, если я заменю его и наберу послушного генерала?"

Линь Лян похлопал по руке мастера Цяо и улыбнулся: "Непослушных генералов не бывает, в теле Гу Хэншэна есть родословная семьи Цяо, поэтому он лучше, чем демон снаружи, и в его сердце тоже есть семья Цяо. Когда дети обычно не слушаются, в моем случае я часто так злю своего брата, что он начинает кидать в меня ботинки, хотя мы и злимся друг на друга, мы все еще семья, которая любит друг друга."

Мастер Цяо улыбнулся и погладил пальцем лоб Линь Ляна, "слушая твой умный маленький ротик, ты стал мне нравиться все больше и больше, малыш".

Линь Лян засмеялся: "Это значит, что у меня с дедушкой судьба, ты не обращай внимания на мои слова, дедушка".

Для банкета по случаю дня рождения было всего пять столов, и по традиции в зале поставили несколько больших круглых столов. Мастеру Цяо нравился Линь Лянь, и на этот раз Линь Лянь затмил всех внуков семьи Цяо, поэтому его перетянули на сторону старшего Цяо, чтобы усадить за главный стол.

Даже Гу Хэншэну не повезло, он сел за соседний стол вместе с детьми семьи Цяо. (п.п.: бедный Гу, наверняка он сейчас умирает )

Линь Лянь не боялся. Когда старейшина Цяо попросил его сесть, он действительно сел. Как всем известно, люди за столом с ним - все коллеги господина Цяо, и все они - важные персоны страны.

Старейшина Цяо не представил его, сказав, что семейный банкет есть семейный банкет, нет разницы в статусе, только в поколении. Большинству старейшин нравятся молодые дети, а Линь Ляну, красивому и со сладким ртом, он определенно нравился. Он сидел за столом во время ужина и весело смеялся со старшими. Он более активен, чем другие представители молодого поколения, которых они встречали. Гу Хэншэн, который не принимал участия в разговоре, время от времени оглядывался на Линь Ляна.

После окончания трапезы старейшина Цяо захотел поговорить с гостями, и Гу Хэншэн снова оказался в окружении семьи Цяо. Линь Ляну стало скучно, и он нашел повод покинуть главную резиденцию и побродить по саду.

Линь Ляну понравился сад, он прошел по коридору, обогнул каменистый холм и по каменной дорожке подошел к озеру, встал в павильоне у озера и с умилением смотрел на увядшие листья лотоса на полпути к озеру.

Был ноябрь, и ветер был холодноват. Линь Лян постоял в павильоне некоторое время, и когда он уже собирался уходить, вдруг кто-то протянул руку, чтобы обнять его, Линь Лян подсознательно подумал, что это Гу Хэншэн, но когда собеседник подошел ближе, он почувствовал запах духов собеседника. Нет, это был не он.

Глава 36. Линь Сяочэнь выходит в интернет

С помощью своей ловкости он ударил противнику по ноге, вывернул руку и прижал ее к спине.

Сунь Инь вскрикнул от боли: «Ах! Я был неправ, я был неправ, я хотел просто пошутить над тобой. Я не хотел тебя обидеть».

Линь Лян читал интервью Сунь Иня в финансовом журнале и знал об этом человеке, но в книге «Любимая боль» такого персонажа не было.

«Не отпускай такую опасную шутку в следующий раз, иначе я не могу гарантировать, что в следующий раз я не отрежу тебе руку».

После разговора Линь Лян сердито отпустил его и повернулся, чтобы уйти. Сунь Ин в это время потер больную руку, вывернутую Линь Лянем, посмотрел на его спину и сказал: «Если тебе нужны ресурсы, то я могу их дать, так что зачем следовать за Гу Хэншэном? Этот большой кубик льда - пустая трата молодости." Он увидел, что Линь Лян красив, и подумал, что это он только что дебютировал в качестве звезды.

Линь Лян остановился и холодно посмотрел на него: «Гу Хэншэн перевел мне 10 миллиардов на прошлой неделе, прежде чем он получил номерной знак, который я выставил здесь. Если ты хочешь такое же обращение к себе, ты также можешь перевести мне 10 миллиардов и я позволю моему дворецкому договориться на определенное время, чтобы пообедать с тобой».

После разговора Линь Лян проигнорировал Сунь Иня, вышел из павильона и пошел обратно. Сунь Инь посмотрел на спину Линь Ляна и улыбнулся еще сильнее: "Десять миллиардов?" Он думал, что Линь Лян просто издевается над ним. Сначала он подумал, что Линь Лян просто хорош собой, но, связавшись с ним, он обнаружил, что этот мальчик более интересен.

Линь Лян пошел обратно по коридору и встретил в коридоре Цяо Янрань, Линь Лян кивнул ей и собирался уйти, но Цяо Янрань остановила его.

«Не думай, что сможешь выйти замуж за моего брата Хэншэна, если умеешь быть очаровательным. Брат Хэншэн просто играет с тобой.

Линь Лян повернулся и усмехнулся: «Что же тогда? Чего ты хочешь? Выкинуть миллион передо мной, ослепить меня, а затем сказать мне не появляться перед твоим братом Хэншэном с этого момента?»

Цяо Яньрань была так зла, что их семья определенно смогла бы прижать Линь Ляна к земле и просто распластать его на ней, но по бюджету она была недостаточно хороша, чтобы сравниться с Линь Ляном.

"Что же такого великого в том, сколько у тебя вонючих денег, и ты их не сам заработал, ты просто бездарный белолицый богатенький во втором поколении, что ты передо мной хвастаешься! Предупреждаю последний раз, поторопись и оставь меня и Хэншена, держись подальше от нас и потом не обвиняй меня в том, что я предприняла действия против тебя, Линь».

Когда Линь Лян услышал, что Цяо Яньрань собирается напасть на нег, его лицо сразу же помрачнело, он сделал шаг ближе с угрюмым лицом, а Цяо Яньрань подсознательно отступила назад: «Чего ты хочешь? Если ты только дотронешься до моих волос, я вызову полицию».

Линь Лян усмехнулся: «Если ты посмеешь выкинуть что-то подобное, я осмелюсь подать на тебя в суд перед мистером Цяо. В любом случае, мистер Цяо меня очень любит, и он тайно дал мне твой номер телефона. Я хочу подать на тебя в суд."

Цяо Яньрань была так зла, что упрямо сказала: «Мой дедушка причинял мне боль больше всего, когда я была ребенком. Конечно, он помогал мне. Какое ему дело до того, что сказал посторонний».

Линь Лян посмотрел на цветы и растения за пределами коридора и вздохнул: «Кто сказал моей семье быть богатой? Мой дед тоже коллекционер антиквариата, и у моей семьи есть несколько картин Мо Фаньчжи. В последнее время я очень полюбил Мо Фаньчжи. Если у меня будет возможность, я должен обсудить это с его стариком».

Цяо Яньрань сердито сжала кулаки: «Линь Лян, ты…»

"Что со мной не так? Ты можешь перестать быть таким наивной, очевидно, дама из большой семьи должна сделать себя порочной партнершей из-за мужчины, которому ты не нравишься. Это интересно? Это потому что у богатых людей не хватает талантов, чтобы их можно было увидеть, поэтому вы вынуждены висеть на дереве с кривой шеей, как Гу Хэншэн."

Прежде чем Линь Лян закончил говорить, Цяо Яньрань была настолько зла, что глазами начала искать кого бы избить, но посмотрев налево и направо не нашла никого. Она просто подняла ноги и сняла высокие каблуки.

Когда Линь Лян увидел, что ситуация выходит из под контроля, он быстро побежал, и, прежде чем он сделал несколько шагов, красная туфля едва не задела его ухо.

«Линь Лян, ты ублюдок! Мне не нужно никаких других средств, чтобы уничтожить тебя! Тетушка, я сделаю это сама. ."

Линь Лян не знал, смеяться ему или плакать, он наконец понял, почему женщины были ужасным существом в глазах многих мужчин. Линь Лян, не боявшийся неба и земли, испугался туфельки на высоком каблуке, и решил в будущем обходить женщин стороной.

После того, как Цзи Хун купил Taihe Media, Линь Лян нашел время, чтобы посетить компанию. Это была небольшая компания, а место которое они арендует - это двухэтажное офисное здание за Пятым транспортным кольцом столицы.

За последние два года закрылось довольно много кино- и телекомпаний, и Тайхэ — лишь одна из них. Причина, по которой Вэнь Юйцин в оригинальной книге решил купить эту компанию, заключается в том, что в эта компания, которая похожа на него и имеет более низкую репутацию, чем он. Немного, но Сяо Янь, актер высокого уровня с лучшими актерскими способностями, чем он.

Вэнь Юйцин и Сяо Янь оба играли в уличной костюмированной драме, Вэнь Юйцин сыграл третьего мужчину, а Сяо Янь был пятым мужчиной с очень небольшим количеством ролей. Но Сяо Янь играл хорошо, каждая сцена с ним была очень захватывающей, режиссер каждый раз хвалил его, и, поскольку он хотел увидеть, как он играет, он добавил для него еще две сцены.

В то время Вэнь Юйцин понял, что если Сяо Янь продолжит развиваться таким образом, этот человек обязательно засияет и не даст возможность засиять ему.

Поэтому он тайно следил за новостями Taihe Media. Зная, что у Taihe Media финансовые проблемы, и что у него в руках была лишь небольшая сумма денег, он без колебаний купил бы компанию.

После покупки компании он напрямую изменил бы ее название. После того, как Вэнь Юйцин купил компанию, он вообще не дал бы Сяо Яню никаких ресурсов, и даже помощника Сяо Яня уволили. Сяо Янь подписал контракт с этой компанией, потому что его уговорил его агент во время учебы в колледже. Однажды подписанный, он подписан на пятнадцать лет.

После более чем десяти лет давления Сяо Яня, у которого могло быть блестящее будущее, был вынужден уйти из индустрии развлечений из-за личной жизни.

Когда Линь Лян пришел в офис, Сяо Янь еще не пришел. Линь Лян пошел в тренировочную комнату. Эта компания имеет в общей сложности две тренировочные комнаты. Сейчас шоу талантов айдол-группы относительно жаркое, поэтому компания наняла несколько новых стажеров, чтобы сформировать мужскую и женскую команды. После обучения в течение определенного периода времени они будут отправлены на шоу талантов, чтобы подзаработать денег.

Однако на поверхности такого рода программы игроки соревнуются, грубо говоря, это результат капитальной игры различных компаний. Стажерам небольших компаний почти невозможно продвинуться вперед, и большинство из них могут только сопровождать стажеров крупных компаний.

Линь Лян стоял за окном и наблюдал за тренировкой двух команд. Результат был похож на то, что он себе представлял. Тренера двух команд были просто средними в индустрии развлечений, и их тренировки были не то чтобы эффективными.

Линь Лян ничего не сказал, развернулся и пошел в офис генерального директора, где на некоторое время сел, чтобы посмотреть на недавние приобретения нескольких развлекательных компаний, в которых разбирался Цзи Хун.

Глава 37. Предупреждение

Услышав стук в дверь снаружи, Линь Лян крикнул: "Войдите".

Дверь открылась, и вошел двадцатилетний, худощавый и красивый джентльмен. Одетый в обычную одежду, он совсем не выглядел так, будто смешался с кругом развлечений, а его темперамент был элегантным. Если бы на нем не было современной одежды, любой бы подумал, что он сошел со старинных картин.

"Здравствуйте, господин Линь, я Сяо Янь, что вы мне прикажете?"

Линь Лян поднял голову и был поражен, увидев собеседника, он наконец понял, почему Вэнь Юйцин в оригинальной книге должен был придушить Сяо Яня до смерти и держать его подальше от съемок, темпераменты этих двух людей были так похожи, но Сяо Янь был просто прав. Да, в нем все немного лучше, чем в Вэнь Юйцине, как во внешности, так и в темпераменте.

Если Вэнь Юйцин и Сяо Янь появятся перед камерой одновременно, глаза других людей всегда будут сосредоточены сначала на Сяо Яне.

"Садись." сказал Линь Лян, посмотрев на стул напротив своего стола.

После того, как Сяо Янь сел, Линь Лян передал Сяо Яню папку, которую он читал, Сяо Янь увидел на ней названия нескольких развлекательных компаний и смущенно поднял глаза, на что Линь Лян улыбнулся: "Я не знаю, сказать ли, что ты глуп? Это медиакомпании, которые я приобретал одну за другой в течение этого периода времени. Я ищу офисное здание, и когда место будет определено, эти компании переедут туда и объединятся в одну большую медиакомпанию."

"Если не я, а кто-то другой купит эту компанию, только представь, как ты будешь несчастен после подписания 15-летнего контракта. Но я думаю, ты должен понимать в глубине души, насколько несчастен ты будешь после того, как провел столько времени в индустрии развлечений. Артисты этих компаний все глупые, но ты самый глупый из всех. Если ты босс, как ты думаешь, кого ты будешь продвигать?".

Сяо Янь улыбнулся и промолчал, Линь Лян продолжил, "Если другие покупатели купят эту компанию, они увидят в тебе дурака, и будут использовать все самые изощренные способы, чтобы ты не смог подняться в сфере развлечений. Но я другой". Линь Лян посмотрел на Сяо Яня и улыбнулся: "У меня есть ресурсы, причем лучшие, самые лучшие ресурсы в индустрии развлечений, когда я говорю, что буду продвигать тебя, это значит, что я действительно хочу этого".

Сяо Янь, услышав эти слова, не показал особого волнения, как обычные люди, а очень спокойно и свободно спросил, "Мне нужно заплатить?".

Линь Лян подпер его подбородок одной рукой: "Нет, тебе просто нужно серьезно работать и не быть таким глупым, как при подписании контракта. Мне любопытно, о чем ты тогда думал? Как ты мог подписать такой длинный контракт на пятнадцать лет? Ты не похож на глупого человека".

Сяо Янь неловко улыбнулся: "Когда мой агент Ву Пэн подошел ко мне, чтобы подписать контракт, у моей матери обнаружили раннюю стадию рака, и ей нужны были деньги на операцию. Он сказал, что если я подпишу контракт, то он сможет выплатить мне зарплату за год вперед, для меня в то время пятьдесят тысяч долларов были спасительными деньгами, не говоря уже о пятнадцати годах, даже если бы это было двадцать лет, я бы все равно подписал контракт."

"Хотя Ву Пэн позже устроил мне много неприятностей на пути, операция моей матери прошла успешно, и за это я благодарен ему даже сейчас".

Линь Лян многозначительно посмотрел на Сяо Яня, подумав: "О, если бы ты знал, что из-за этого бумажного контракта ты напрямую разрушил карьеру и будущее своей жизни, ты бы не был благодарен этому дерьмовому агенту".

"В будущем Ву Пэн больше не будет твоим агентом. Я все еще ищу агента и сообщу тебе, когда все будет готово". Через несколько дней Хань Се будет снимать рекламный ролик для первого "SL Cup-Imagine Space" - конкурса моды и ювелирного дизайна. Ты тоже пойдешь! Мы потратим много денег на эту рекламу на различных платформах, и она будет полностью раскручена онлайн и оффлайн. Хотя у тебя будет не так много сцен, это все равно значительно повысит твою известность в кругах индустрии развлечений. Все только началось, не спеши и не торопись".

"Снимать рекламу с Хань Си и Хань Тяньванем?" Сяо Янь не мог поверить своим ушам. Раньше, когда Линь Лян говорил ему, что у него в руках лучшие ресурсы, он ничего не чувствовал от него, но теперь он глубоко понял, что значит "лучшие ресурсы".

Когда Сяо Янь вышел из кабинета Линь Ляна, все его лицо словно плыло. Как маленький актер, находящийся на краю круга развлечений, он вдруг почувствовал себя так, как будто его ударил по голове Бог Судьбы. Прежде чем он успел сделать несколько шагов, Линь Лян окликнул его: "Я слышал, что у вас с Вэнь Юйцинь довольно хорошие отношения".

Сяо Янь обернулся и недоверчиво кивнул, Линь Лян туманно сказал: "Если бы Вэнь Юйцинь купил эти компании, он бы немедленно отвернул все ваши ресурсы и успокоил тебя, потому что вы двое действительно похожи друг на друга, находитесь в конфликте друг с другом, и ваше существование напрямую блокирует ваш звездный путь."

Сердце Сяо Яня заколотилось от необъяснимого холода, он открыл рот и сказал: "Не может быть, Вэнь Юйцин не похож на такого злобного человека".

Линь Лянь подумал про себя, что это называется порочностью? Человек, который даже заставит своего любимого человека умереть, на что только не способен.

"Ты уже не первый день в кругу развлечений. Я лишь напомню тебе о некоторых вещах. Не будь таким наивным. Я говорю эти вещи, чтобы предупредить тебя. Не будь глупыми перед Вэнь Юйцинем, и говорите все, что не должно быть сказано, отрасти глаза (п.п.: это поговорка, я думаю, вы понимаете, что она означает). Если ты проиграешь из-за своей глупости, для меня будет большой проблемой найти кого-то другого. Даже если Вэнь Юйцин проиграет тебе в кругу развлечений, найдутся другие, у кого есть средства. Понял?"

Сяо Ян, который обычно считал себя довольно умным, тупо кивнул. Только после этого Линь Лян отпустил его.

В эту субботу Линь Лянь специально попросил кухню собрать еду, а сам лично поехал на машине к Линь.

Это был первый раз, когда Линь Лянь приехал в компанию Линь с тех пор, как он трансмутировал в книгу. Когда он вошел в здание офиса Линь, у него возникло странное чувство дежавю. Знакомое, вероятно, потому, что первоначальный владелец бывал здесь раньше, а незнакомое - потому, что он был здесь впервые.

Офис Линь И находится на 23-м этаже. Линь Лянь не понимал, почему все президенты любят работать на последнем этаже, они не боятся высоты? А если в компании однажды отключат электричество?

Линь Лян зашел в кабинет Линь И, Линь И просматривал документы. Линь Лян вошел и отнес свои вещи на стол рядом с кабинетом.

Войдя снова, он не стал беспокоить Линь И, а сел на диван напротив и молча играл в свой телефон.

Линь И поднял голову и увидел его после того, как закончил классифицировать документы: "Почему ты сегодня так любезен и принес мне обед? Тебе опять приглянулось что-то хорошее, и ты хочешь, чтобы я это купил?"

Линь Лян отложил телефон и подошел к столу: "Брат, ты так говоришь, если я не буду хорошо относиться к тебе, то к кому еще я смогу хорошо относиться? Я пришел, чтобы составить тебе компанию, потому что мне скучно есть одному дома".

Линь И отложил папку и встал: "Я слышал, что вы с Гу Хэншэном недавно сблизились". Он сказал, глядя на Линь Ляна: "Брат не против того, чтобы ты заводил друзей, но все же не сближайся с Гу Хэншэном, ты молод, в этом кругу развлечений много махинаций, боюсь, что тобой воспользуются".

Линь Лян улыбнулся: "Он только что инвестировал в наш новый бренд MS, и я просто хочу использовать видео с ананасами Гу для продвижения нашего нового бренда."

Линь Е подошел к соседней комнате и сказал на ходу: "В любом случае, будь осторожен. Мы тоже сотрудничаем с Гу, Гу Хэншэн очень серьезный человек, я немного ошеломлен перед ним, не говоря уже о тебе."

Глава 38. Знойный Линь И

Линь Лян, не отвечая, потрогал свой нос, подошел к раковине, чтобы вымыть руки, и открыл все коробки с обедом на столе. Там были все их любимые блюда. Точнее, все два их любимых блюда, и наконец он открыл контейнер с супом и передал Линь И порцию: "Брат, попробуй, я его приготовил."

Глаза Линь И загорелись: "Да, ты все еще умеешь готовить суп? Я надеюсь я не отравлюсь!"

Линь Лян поднял лицо: "Тебе нравится этот суп, я приготовил его под руководством шеф-повара Ву, ты не отравишься, не бойся".

Линь И сделал глоток супа со скептическим отношением, он почти выплюнул его, но проглотил с усилием. После глотка его лицо побледнело. В любом случае, вкус был неописуемо горьким, соленым, кислым и острым, целых пять вкусов были у него во рту.

Наблюдая за тем, как Линь И глотает суп, который он специально сделал плохим, Линь Лян был доволен тем, что первый уровень теста "хороший брат" Линь И прошел с хорошей оценкой. Он намеренно спросил с беспокойством: "Ну как, вкусно?".

Съев ложку, Линь И поспешно взял полный рот овощей, чтобы подавить вкус во рту: "Да, вкусно."

"Хорошо, тогда кушай еще". Линь Лян радостно улыбнулся и поднял ложку для супа, чтобы добавить еще одну большую кость в миску Линь И.

Линь Е поспешно открыл коробку с рисом: "Я голоден, лучше сначала съесть немного риса".

Линь Лян был немного разочарован тем, что Лин И провалил второй уровень "теста хорошего брата", революция еще не удалась, его брату еще нужно много работать.

Линь И опустил голову, чтобы взять риса, делая вид, что не замечает недовольства Линь Ляна. Между спасением своей жизни и счастьем брата, он решительно выбрал спасение своей жизни. Если бы он был отравлен и оставил брата одного в этом мире, как бы он мог чувствовать себя спокойно?

"Брат, я хочу создать небольшую компанию". Линь Лян сделал вид, что сказал это случайно, беря овощи.

"Я не одобряю. Ты еще молод, только поступил в университет, учеба должна быть для тебя главным приоритетом. Нет необходимости так спешить в бизнес. Ты можешь сначала получить компьютер от мамы и управлять им по мере практики, подожди некоторое время после школы, я найду для тебя профессионального менеджера, который поможет тебе заботиться о компании." Линь Е остановил свои палочки для еды и серьезно сказал.

"Брат, ты знаешь, почему я основал компанию и не попросил тебя купить акции?"

Линь И покачал головой. После смерти родителей он понял, что Линь Лян сильно вырос, и у него есть своя логика в делах.

"Моя компания - это запасное колесо Линь Ляна. Поэтому она должна обрести самостоятельное существование. Даже если однажды с Линем произойдет несчастный случай, я могу использовать свою компанию как гарантию, чтобы привлечь капитал по разным каналам, чтобы закрыть этот пробел для Линя. Компании нужно расти, и мне тоже нужно заниматься спортом, поэтому не должно быть слишком поздно". Уже слишком поздно, компания недостаточно велика, и моих способностей будет не хватать, чтобы спасти компанию, если что-то случится. А если что-то случится с тобой, я не смогу ничего сделать".

"В то же время, я не могу сказать людям, что из-за того, что моя компания находится в стадии развития уже несколько лет, она будет выглядеть бесполезной, верно?" Линь Лян прямо сказал Линь И причину создания компании. Он чувствовал, что в оригинальной книге у первоначального владельца и его старшего брата были такие глубокие противоречия и конфликты. Основная причина, по которой Вэнь Юйцин наконец-то получил возможность воспользоваться этим, заключалась в том, что два брата были настолько разными по возрасту, из-за разницы поколений и недостатка общения.

Линь Лян всегда знал в своем сердце, что если он захочет повернуть против ветра и переписать свою судьбу пушечного мяса, то Линь И будет самой надежной опорой за ним. Ведь они самые близкие друг другу люди.

Линь И замер. Он посмотрел на Линь Ляна, и ему вдруг стало немного грустно. Ему показалось, что он недостаточно хорош или силен, чтобы его младший брат так о нем беспокоился.

Линь И взял крылышко и положил его в миску Линь Ляна, сдерживая слезы, сказал: "Если ты хочешь открыть компанию, то открывай! Я переведу тебе деньги со своего личного счета, если их будет недостаточно, скажи мне, но есть одно условие: ты не можешь откладывать учебу".

Линь Лян радостно улыбнулся: "Понятно, брат, как насчет того, чтобы назвать свою компанию LingYi Group?".

Линь И улыбнулся: "Просто возьми половину наших имен и назови ее LingYi Group! И если что, я не издеваюсь".

Линь Лян гордо поднял подбородок: "Мой брат не будет издеваться надо мной, мой брат относится ко мне лучше всех".

Линь И не был обманут внешне: "Кушай! В блюдах нет сахара, а во рту так сладко". Но его сердце размякло, превратившись в ватный шарик.

Закончив трапезу, братья вместе прибрались, один мыл посуду, другой ее вытирал.

Линь Лян спросил: "Брат, тебе есть чем заняться после обеда? Давненько мы, не ходили вместе на прогулку".

Линь И на мгновение замешкался и сказал: "У меня после обеда встреча, она закончится около четырех часов, ты сможешь подождать так долго?"

Линь Лян немного подумал: "Тогда я не уйду сегодня днем, я попрошу своего помощника отправить все документы, которые мне нужно утвердить сегодня днем. Я и так набрал столько помощников, так что они мне даром не нужны".

Временный помощник Гуань Юй чихнул, как только закончил есть в столовой для персонала MS, и сказал: "Ли Чжи, почему у меня плохое предчувствие, что что-то случилось?".

Ли Чжи сочувственно погладил его по голове: "Нет, мы можем учиться медленно, тебе не нужно так напрягаться".

Покончив с посудой, Линь И спросил Линь Ляна: "Ты наверное устал, тебе нужно немного отдохнуть в моей комнате отдыха."

Линь Лянь не стал отказываться, кивнул головой и толкнул дверь комнаты отдыха, погода становилась все холоднее и холоднее, в последнее время ему все чаще хотелось спать. Он всегда чувствовал, что он змея и что ему нужно впасть в спячку. (п.п.: оставалось только это, когда он был пьян)

Только после четырех часов дня братья вышли на улицу и в пять часов прибыли на съемочную площадку за пределами столицы. Съемки уже были в завершающей стадии.

Лин Лян помахал рукой Хань Си, тот сделал жест паузы и с улыбкой подошел к Линь Ляну, которого сопровождал Сяо Ян. Линь И был поражен, увидев Сяо Яна, и все его тело притянулось к нему.

Линь Лян увидел реакцию брата и в душе обрадовался. Сегодня он специально привел Линь И к Сяо Яну. Всегда невозможно помешать Вэнь Юйцину сделать что-то с братом, а он не может следить за Линь И 24 часа в сутки!

Лучше было бы позволить брату иметь в сердце другого человека, и с его помощью Вэнь Юйцину было бы безнадежно бросить его.

"Почему ты здесь? В пустыне довольно холодно". спросил Хань Си, подойдя к нему.

(п.п. наверное это какая-то китайская пословица, но я не знаю что она означает :(

Линь Лян представил обоих: "Это мой брат, Линь И, президент компании Линь, это Хань Си, а это художник моей компании Сяо Ян".

"Приветствую двух президентов Линь". Сяо Ян вежливо поприветствовал.

Хань Си просто кивнул Линь И. Он не был в восторге от того, кто его не слишком интересовал.

Линь И протянул руку Сяо Яну, и когда они пожали друг другу руки, Линь Е сказал: "У нашей компании будет новый продукт на рынке, и я вижу, что ваш образ вполне подходит".

Линь Лян поднял брови, Линь И выглядел довольно консервативным в обычное время, но он не ожидал, что он будет довольно преуспевающим, когда гоняется за людьми.

Сяо Ян улыбнулся: "Спасибо, господин Линь, я обязательно постараюсь сделать все возможное, чтобы завоевать ваше доверие".

Линь И добавил: "Давая тебе эту возможность, мой брат не имеет к тебе никакого отношения".

Сяо Ян повернул голову и посмотрел на Линь Ляна, который стоял сбоку, и неловко улыбнулся. Ведь Линь И не отпускал его руку.

Глава 39. Укушенный змеей

Четверо стояли вместе, обменялись несколькими любезностями, и съемка продолжилась. Хань Си стояла под деревом и пела, а Сяо Янь играл на гитаре. Однако звук, издаваемый ими обоими, был не похож на что-то коммерческое, в то время как саундтрек мог полагаться только на постобработку.

Линь Лян почувствовал скуку и подсознательно посмотрел в сторону, и случайно увидел силуэт, проходящий между деревьями недалеко. Как только он с сомнением повернул голову назад, он увидел двух змей на ветке над головами Хань Си и Сяо Яня.

На ветке над головой Хань Си была черная змея, а на ветке над головой Сяо Яна - красная. Была почти зима, поэтому в это время змеи должны были находиться в спячке. Раз они внезапно появились здесь, значит, кто-то сделал это специально.

Директор и окружающие сотрудники были ошарашены, когда увидели этих двух змей, потому что змея на ветке над головой Сяо Яня уже высунулась более чем на половину расстояния, и она была всего в нескольких сантиметрах от того, чтобы укусить его.

Прежде чем все поняли, что делать, Линь И схватил шест, который использовался для съемки , и помчался к нему, как порыв ветра. В тот момент, когда красная змея вытянула голову, чтобы укусить Сяо Яня за шею, Линь И ударил змею камерой и притянул Сяо Яня к себе, чтобы защитить его.

Красная змея упала с дерева и со свирепым видом укусила Линь И прямо в икры. Когда Линь Лянь подоспел со своим длинным хлыстом, было уже поздно. Красная змея уже прокусила икру его брата Линь И, и в следующую секунду хлыст Линь Ляна разнес голову красной змеи.

Линь Лян повернул голову и бросил на черную змею свирепый взгляд, и черная змея, которая только что вытянула голову, чтобы укусить Хань Си, испуганно сжалась и откинула голову назад. (п.п.: конечно, она испугается, ведь он - белая змея )

Линь Лянь потянул Хань Си на себя, чтобы защитить его, он выучил язык змей и произнес "шшш, шшшш, шшш...", прокричав это несколько раз. Черная змея развернулась и уползла прочь, как будто получила приказ. (п.п.: правильно ли я читаю или не, омг, он сделал это нет, я не могу, это перебор)

Линь Лянь присел на корточки и поднял брюки Линь И, чтобы посмотреть на укус. Следы от укуса змеи на ногах Линь И были опухшими и фиолетовыми.

Линь Лян был в ярости и закричал на персонал, который все еще был в оцепенении: "Что вы все еще смотрите, скорее несите моего брата в больницу!"

"Я помогу ". Виновато сказал Сяо Ян.

Линь И сказал белыми губами: "Все в порядке".

Несколько операторов по очереди выносили Линь И с горы. Сев в машину, водитель семьи Линь повез их до ближайшей больницы.

В машине Линь Лян позвонил Хань Си и попросил его сообщить в СМИ, что его укусила змея во время съемок промо-ролика шоу. Поскольку его брата уже укусила змея, он не мог быть укушен змеей просто так.

После того, как Линь И отправили в больницу, ему плавно ввели сыворотку и другие лекарства. После перевязки раны и отправки Линь И в палату, Линь Лян вытащил Сяо Яня на улицу и сердито спросил: "Ты открыл Вэнь Юйциню, что собираешься снимать рекламу с Хань Се?".

"Он попросил меня пойти в бар выпить. Я выпил слишком много и случайно проговорилась". Сяо Ян объяснил: "Вэнь Юйцинь - хороший человек, он не похож на человека, который мог бы сделать такое."

Линь Лянь был в ярости: "Ты идиот, продолжай в том же духе и умрешь. Говорю тебе, если ты сделаешь это в следующий раз, ты больше не сможешь увидеть своего брата в этой жизни, и ты также больше не сможешь работать в индустрии развлечений."

Он наконец-то понял, почему в оригинальной книге было ясно, что Сяо Янь был лучше Вэнь Юйциня во всех аспектах, но все равно был убит Вэнь Юцинем вот так. Перед тем, как Сяо Янь уехал в прошлый раз, он специально напомнил ему, чтобы он был осторожен с Вэнь Юйцинем. Но этот глупый парень даже посмел проговориться ему.

Как только новость о том, что Хань Си укусила змея, была опубликована, она быстро разлетелась среди его поклонников. Эта тема быстро поднялась на вершину горячих поисковых запросов на всех основных платформах.

Разгневанные и убитые горем фанаты заходили в микроблоги, в которые только что подала заявку команда программы "1st SL Cup - Imagine- Costume and Jewelry Design Competition".

Хайп шел целый день, многие интернет-юзеры вспомнили название "Конкурс дизайна" и стали обсуждать, есть ли люди, которые смотрят такую профессиональную программу о дизайне.

Хань Си написал пост на Weibo: "Спасибо поклонникам, что беспокоитесь обо мне. Я все еще не отошел от вчерашнего шока. Со мной все в порядке, спасибо господину Линю за спасение меня и Сяо Яня. Надеюсь, господин Линь скоро поправится".

В твите были опубликованы Weibo Линя, Weibo шоу и Weibo Сяо Яня. Приложенные фотографии представляли собой восемь рекламных снимков, которые он сделал для шоу, а посередине - безлюдная фотография больничной палаты.

Как только эти фотографии были опубликованы на Weibo, они сразу же потеснили горячие поиски об укусе змеи, который произошел вчера, и стали горячим поиском номер один на всех платформах.

Все поклонники Хань Си и многие прохожие добровольно отправились на официальный Weibo Линя, чтобы выстроиться в очередь, чтобы поблагодарить и благословить. Имидж корпорации Линя значительно улучшился после этого происшествия. Официальные СМИ также похвалили его, сказав, что в стране должно быть больше молодых и перспективных предпринимателей, таких как Линь И.

Акции Линь И выросли на десять процентных пунктов, потому что фотографии Линь И раскопали некоторые плохие СМИ, что поразило всех, а резюме Линь И действительно хорошее. Линь И необъяснимым образом окутала волна поклонников. Бесчисленные люди выстроились в очередь, чтобы назвать его мужем в официальном здании.

После того, как Цзо Линь отнес Линь И домой, он так и не дал Линь Ляну спокойствия. Цзо Лин собирался пойти с ними в тот день, но Линь Лян не любил его и мог только раззадорить ситуацию и отказался отпустить его.

Теперь в глазах Цзо Линя Линь Лян перестал быть тем доверенным лицом, которое его понимает, а превратился обратно в маленького ребенка, который любит устраивать неприятности и не знает, что делать.

Маленький мальчик был обучен своим дикарем: "В будущем тебе не разрешается ходить в дикую местность". сердито сказал Гу Хэншэн по телефону.

"Почему! Меня не кусала змея". Линь Лян отказался.

"А если тебя укусит змея, а меня не будет с тобой?" Гу Хэншэн нервно сжал кулак, эта мысль была слишком страшной для него.

"Я - король змей, кто посмеет меня укусить? Я выколю им глаза".

Гу Хэншэн был огорчен этим звонком, его ребенок не хотел быть сыном богатой семьи, а хотел быть змеей, как теперь это можно исправить?

С тех пор как Линь И укусила змея, Линь Лян каждый день возвращался домой вовремя, и как можно скорее шел домой, чтобы увидеть своего доброго брата, но в последнее время его добрый брат не ждал его.

Когда он вошел в комнату Линь И, Линь И либо звонил Сяо Яню, либо посылал ему [Сяо Яню] голосовое сообщение. Он выглядел как глупый человек, который только что влюбился. Увидев это, Линь Лян расстроился и позавидовал.

Из-за чувства вины и благодарности за спасительную милость Линь И, Сяо Янь, можно сказать, относился к Линь И довольно терпимо, в основном он не отказывался от любой просьбы другой стороны. Конечно, самое главное, чтобы они смотрели друг другу в глаза.

В течение двух дней, когда Линь И был в больнице, Сяо Янь охранял его. После того как Линь И вернулся домой, они начали разговаривать по телефону и каждый день общаться в чате. Через несколько дней их чувства разгорелись с новой силой.

В тот день Вэнь Юйцинь нашел повод и пригласил Сяо Яня пообедать в ресторане, который недавно открыл император Лян.

Вэнь Юйциьн, увидев, что Сяо Янь сидит, держа в руках свой телефон и отправляет сообщения с милым лицом, заметил это и воспользовался случаем, чтобы спросить: "Ты влюблен? Кто он? Дай угадаю, это человек, который спас тебя это президент Линь И!"

Глава 40. Самое ненавистное

Сяо Ян улыбнулся и отрекся: "Не говори ерунды, что президент Линь думает обо мне?".

Вэнь Юйцинm наконец-то почувствовал облегчение: "Ты слишком невинен и можешь быть легко использован другими. Я могу быть уверен, что эти богатые парни используют тебя в своих целях. Так что я просто не люблю богатых парней. Эти чуваки привыкли играть с людьми. Каких людей они не могут заполучить? "

Сяо Янь был немного недоволен. Когда он спросил Линь И о его жизни. Линь И сказал, что у него никогда не было отношений. Когда он ходил в школу, он только усердно учился. После окончания учебы за границей он вернулся и возглавил компанию. Когда он только начинал знакомиться с бизнесом, его родители попали в аварию. Поэтому у него совсем не было времени, чтобы влюбиться.

"Не все такие, ведь у богатых людей тоже бывают сильные чувства. Многие наши артисты вышли замуж в богатые семьи. Разве они не были счастливы?" ответил Сяо Янь, сделав глоток красного вина.

"На самом деле это очень печально. Те, кто внешне выглядят счастливыми, кажутся неплохими людьми, но на самом деле тепло и холод внутри знают только они. Я говорю тебе, ты не должен влюбляться ни в кого из семьи Линь".

Видя сомнения Сяо Яня, Вэнь Юйцин продолжил объяснять: "Твой нынешний контракт все еще находится в руках семьи Линь. После того, как ты и семья Линь будете вместе, смогут ли два человека ужиться на равных? Как только вы поссоритесь, они расстроятся, расторгнут контракт и закроют тебе доступ к индустрии".

Сяо Янь подумал, что услышал что-то разумное, его разум сразу же вспомнил сцену, где Линь Лян угрожал ему, когда его брат был в больнице, он чувствовал, что даже если он не влюбится в Линь И, люди семьи Линь могут заблокировать его одним движением пальцев, и он не сможет поднять голову в этой жизни. Это не имеет никакого отношения к тому, влюбится он или нет. Вэнь Юйцинь неосознанно изменил логические отношения между ними.

В конце концов, он положился на свою способность воспринимать, что Вэнь Юйцин ошибается. Он рассмеялся, поняв, что не так глуп, как говорил его начальник Линь Лян.

"Не смейся, если ты не воспринимаешь мои слова всерьез. Не приходи потом ко мне плакаться, когда ваши отношения испортятся".

Сяо Янь улыбнулся еще ярче: "Я тут подумал, что Линь И такой красивый, такой аскетичный, да еще и такой хороший, если я действительно смогу завести бурные отношения с таким человеком, как он, то не пропаду, если на сто лет закроюсь в кругу развлечений."

Вэнь Юйцин взял вишню в тарелке с фруктами и бросил ему: "Посмотри, как ты управляешь собой".

Сяо Янь подобрал вишни, упавшие на стол и бросил их в рот,: "Не может быть, когда люди видят президента Линя, у них у всех начинается зуд и они не могут пошевелить ногами."

Вэнь Юйцинь рассмеялся, но в душе его глаза были убийственными по отношению к Сяо Яню. Даже если бы человек, в которого он влюбился, был разыгран им до смерти, он не был бы желанным для других.

_________

Цзи Хун и Цзо Линь сидели за столом и чистили виноград, виноград был очищен от кожуры и косточек, а мякоть была помещена в миску. Линь Лян нес небольшую миску с виноградной мякотью, и ложка за ложкой кормил Линь И.

Линь И сидел на кровати и читал документы, время от времени он брал телефон, чтобы отправить сообщение Сяо Яню, и иногда радостно улыбался, как дурак. Линь Лян все больше злился, глядя на него, и, кормя Линь И ложкой винограда, сказал ему: "Посмотри, как хорошо к тебе относится твой брат".

Линь И посмотрел на двух людей, сидящих за столом и чистящих виноград, и подумал: "Разве не кто-то другой чистил этот виноград? Какое отношение это имеет к тебе?" Хотя в душе он не был с ним согласен, он промолчал, слова брата нельзя было воспринимать несерьезно, иначе бы появились мотыльки.

Но Линь Лян, который видел, что его молчание не может позволить ему избежать существования, не получив удовлетворительного ответа, Линь Лян выкинул высшую пытку, от которой может болеть голова у всех мужчин, кроме Гу Хэншэна: "Если я и Сяо Янь упадем в воду, кого ты спасешь первым?"

"Спасу тебя. Потому что мои чувства к Сяо Яню сейчас не так глубоки". Линь Е ответил без колебаний.

"То есть, когда у вас будут более глубокие отношения, ты будешь ценить его больше, чем своего младшего брата, верно?" с грустью спросил Линь Лян.

Линь Лян хорошо знал, что Линь И в оригинальном романе был любовником, и его любовь к Вэнь Юйциню настолько велика, что он разорился ради нее, не говоря уже о Сяо Яне, который был немного лучше Вэнь Юйциня во всех отношениях.

Он вдруг пожалел, что познакомил Сяо Яня с Линь И. Изначально у него не было времени на общение со своим хорошим братом, но теперь он засунул своего хорошего брата в пасть овце.

Видя, что Линь И больше не отвечает на его слова, Линь Лян угрюмо пожаловался: "Конечно, все мужчины - большие свиньи, кроме меня, никто из них не хорош."

"Значит, ты должен запомнить свои слова, ни один мужчина не достоин тебя, никогда не доверяй этим вонючим мужикам, легко и просто складывай себя в канаву". Линь И немедленно просветил своего брата.

Закончив говорить, он добавил еще одно предложение: "С женщинами тоже самое, ты еще молод, влюбленность может затянуться, ты сейчас зарабатываешь деньги, не заблуждайся".

Линь Лян усмехнулся: "У тебя еще есть время заботиться обо мне? Я скоро стану нежеланным ребенком, если я не потороплюсь и не найду себе следующий дом, я так и буду болтаться у тебя перед глазами каждый день, как лампочка?"

Линь И потерял дар речи и послушно ел виноград, которым его кормил Лин Лян.

Линь Лянь повернулся и сказал Цзи Хуну и Цзо Линю: "Ладно, когда закончится эта миска, я дам вам дуриан, чтобы порезать его на кубики".

Линь И нахмурился и возразил: "Я не люблю дуриан".

Линь Лян усмехнулся: "Ты больной человек, так какая у тебя квалификация, чтобы сопротивляться. Такой способный, такой героический, ах, ты даже со змеей не можешь бороться".

В этот момент Линь И внезапно почувствовал, что, возможно, было бы неплохо выдать брата замуж, его рот определенно убьет врага и заставит его потерять свои доспехи. Главное, что у него будет брат, который будет жаловаться на своего драгоценного брата вместе с ним.

"Нет, ты кормишь меня всякими фруктами, разве ты не спрашивал доктора? Что, если это повредит мою рану?

"Так будет лучше. Я могу кормить тебя еще несколько дней. Кто сказал тебе любить героическое спасение? Сейчас я заставлю тебя вспомнить, что герои - это не просто случайность, за тобой стоит брат. Прежде чем что-то делать, нужно сначала взвесить, что ты собираешься делать, нельзя бросаться в омут с головой".

Пока Линь Лян говорил, Цзо Лин уже нес большой дуриан. Линь И с отчаянием посмотрел на Линь Ляна: "Брат знает, что он не прав, в следующий раз он не посмеет так поступить. Твой старший брат скорее останется холостяком на всю жизнь, чем съест такой большой дуриан".

Линь Лянь подумал про себя, что, как и ожидалось, все мужчины - большие свиньи. Чтобы не есть то, что он ненавидит больше всего, он скажет все, что угодно.

Поэтому Линь Лян сразу же поставил миску и послал сообщение Гу Хэншэну: "Что ты ненавидишь есть больше всего?". (T/N: Не могу поверить, что он это делает )

Гу Хэншэн немного подумал: "Лянбао, не волнуйся, твой мужчина очень прост в воспитании, я не привередливый едок, мне нравится есть все, что ты приготовишь."

Однако в ближайшем будущем, когда он действительно съест суп, который Линь Лян лично приготовил для него, он сможет глубоко оценить, что на самом деле быть привередливым едоком.

Здание штаб-квартиры группы Линь Ляна было окончательно выбрано - это было 18-этажное офисное здание на Четвертом кольце Пекина. Это здание было куплено матерью Линь Ляна перед ее смертью.

Компания Линь Ляна только начинала свою деятельность и не нуждалась в таком количестве этажей, поэтому были освобождены только 1-10 этажи, а 8 верхних этажей по-прежнему сдавались в аренду другим компаниям.

Глава 41. Королевские пески

С первого по третий этаж были отведены под вновь созданные медиакомпании. В конце концов, Цзихонг приобрел 8 малых медиакомпаний, 3 средних медиакомпании, трех золотых брокеров и хорошую команду менеджеров из нескольких крупных медиакомпаний. И Чжи Хун сыграл очень хорошую игру, после того, как все было улажено, стоимость была жестко ограничена 50 миллионами.

Медиакомпания в итоге была названа Hongliang Media, что также было своего рода похвалой Линь Ляна способностям Чжи Хуна. В кабинете нового президента Линь Лян подмигнул Цзи Хуну: "Сколько денег ты заработал на этих приобретениях?".

Цзи Хун стоял напротив Линь Ляна и слегка улыбался: "Не много, всего десять миллионов".

Линь Лян улыбнулся и поманил Цзи Хуна большим пальцем вверх: "Отлично, цена, которую я предложил, была рыночной, но ты все равно смог выжать из нее 10 миллионов, как и ожидалось от двойного мастера в области брокерского дела и финансов, плюс скрытого мастера хакинга."

Цзи Хун улыбнулся: "Я хочу вложить деньги, заработанные в этот раз, обратно в нашу Hongliang Media".

Линь Лян постучал по столу: "Да! У компании есть твое имя, как она может не иметь твоих акций? Позже ты можешь попросить юридический отдел составить договор о передаче тебе пяти процентов акций Hongliang Media. Если ты будешь усердно работать и копить деньги, ты также сможешь купить акции нашей группы и стать нашим акционером в будущем."

Цзи Хун посмотрел на Линь Ляна и искренне улыбнулся: "Спасибо, господин Лян". Он был высокообразованным и мог найти хорошую работу в любом месте, но было нелегко найти начальника, который доверял бы ему так же сильно, как Линь Лян, главное, что Линь Ляну только что исполнилось восемнадцать лет, а компания только что открылась, поэтому у него было много возможностей для того, чтобы заявить о себе.

В душе он знал, что у Линь Ляна есть деньги, способности, смелость и многообещающее будущее. С древних времен было редкостью, когда хорошие министры встречали Минцзюня, и ему повезло встретить Линь Ляна.

Реклама "Конкурса дизайна" начала распространяться в интернете и за его пределами, в метро, на автобусных станциях, на экранах торговых площадей, на крупных сайтах и в приложениях транслировалась реклама программы, снятой Хань Се и Сяо Яном.

Хань Се разместил на своем Weibo объявление "Хань Се - конкурс дизайна времени и пространства", и его поддержали восторженные поклонники Хань Се, включая компании Ханя, Гу и Линь Ляна. Художники начали выстраиваться в очередь, чтобы поставить лайк и отправить комментарии на Weibo Хань Се.

Продвижение шоу мгновенно стало главным событием в индустрии развлечений, и даже прохожие стали любопытными и не могли не догадаться, что это за волшебное шоу.

Это время также было самым напряженным для Линь Ляна. Команда программы пригласила многих дизайнеров-участников из крупных дизайнерских колледжей и крупных компаний по производству одежды. Перед началом программы магазины компании SL должны были быть разбросаны в крупных городах по всей стране. От дизайна до производства, от оформления магазина до выбора места, Линь Лян лично проверял каждый шаг.

Но посреди своего напряженного графика Линь Лян все же нашел время, чтобы связаться с богатым представителем второго поколения по имени Су Хуань, чтобы подготовиться к следующему сюжету оригинальной книги.

Су Хуань - брат невестки богатой семьи Го. А компания Вэнь Юйциня, Dongsheng Media, является компанией, принадлежащей семье Го.

В оригинале книги Су Хуань, которого сестра привела в Dongsheng Media, влюбился в Вэнь Юйциня, и после того, как Вэнь Юйцинь отверг его несколько попыток, Су Хуань решил сначала заполучить Вэнь Юйциня, а потом завоевать его сердце.

Он пригласил Вэнь Юйциня в известный столичный ночной клуб, и пока он отошел в туалет, он налил в его чашку афродизиак! После употребления препарата тело Вэнь Юйциня постепенно стало горячим, и он почувствовал, что что-то не так. Он притворился, что хочет позвонить, и вышел из комнаты.

Су Хуань, попытавшись избавиться от людей, пошел искать его, но Вэнь Юйцин поспешно спрятался в лифте и отправился на верхний этаж здания.

Попытавшись избавиться от людей, Су Хуань отправился на поиски, а в это время Вэнь Юйцин поспешно скрылся в лифте и поднялся на верхний этаж здания.

На верхнем этаже было только два больших номера, один из которых принадлежал единственному акционеру ночного клуба Ронгу Юаньдуну, а другой - Гу Хэншэну, закулисному владельцу этого ночного клуба.

У Вэнь Юйциня не было ясности в голове, его тело было горячим, и он чувствовал жажду, он хотел зайти в комнату, чтобы выпить немного воды, поэтому он поплелся в номер Гу Хэншэна.

Гу Хэншэн принимал душ. Обычно он здесь не живет, но сегодня он случайно оказался в ночном клубе. Выйдя из душа, Гу Хэншэн увидел лежащего на кровати красивого мужчину, который показывал половину своих белых и нежных плеч, был весь красный, извиваясь на кровати, как длинный червяк.

Если бы другие люди увидели такую шикарную сцену, то, по оценкам, они бы сразу же отправились туда, невзирая ни на что, и набросились бы на него. Однако Гу Хэншэн - не обычный человек. Он сохранял выдержку Кинг-Конга на протяжении двадцати восьми лет. Увидев эту сцену, его первой реакцией было не благоухание, а чувство отвращения.

Он сразу же позвонил менеджеру ночного клуба, и тот быстро привел кого-то, чтобы отнести Вэнь Юйциня в VIP-комнату внизу.

Таким образом, в оригинальной книге Вэнь Юйцинь на самом деле встретилась с боссом-злодеем Гу Хэншэном, но Вэнь Юйцинь в то время была в замешательстве.

Гу Хэншэн тоже очень хорош. Он не только вытащил Вэнь Юйциня, но и протер весь номер спиртом, распылил дезинфицирующее средство на каждый угол комнаты и сменил постельное белье, прежде чем тот смог спокойно спать.

Сюжет оригинальной книги в основном призван подчеркнуть, насколько хладнокровен и бесчеловечен Гу Хэншэн, со-начальник главного героя Вэнь Юйциня.

Но Линь Лян беспокоится, что его появление изменило многое из сюжета оригинальной книги, вдруг этот сюжет тоже изменится. Что если этот сюжет тоже изменится, и Гу Хэншэн тоже окажется под действием наркотиков? Или если произойдет еще какая-нибудь случайность, что если два человека случайно возьмутся за оружие и начнут стрелять? Он не хотел, чтобы его чистая первая любовь в один миг превратилась в любовный треугольник, изображаемый в романах о собачьей крови. Поэтому он должен был проверить все сам.

В тот день Су Хуань наконец-то позвонил Линь Ляну, чтобы тот пошел в "Юй Цзиньша" поиграть ночью. Когда он услышал два слова "Юй Цзиньша", Линь Лян понял, что сейчас будет сюжет оригинальной книги.

"Юй Цзиньша" - это элитный ночной клуб, инвестированный компанией Hengsi Capital. Это система членства. Вы не можете тратить деньги в нем без VIP-карты. Проверка VIP-карт очень строгая, и обычно они выдаются только членам крупных семей, успешным людям из всех слоев общества и звездам первой величины в индустрии развлечений. Поэтому наличие VIP-карты "Юй Цзиньша" стало символом статуса в социальном кругу высшего класса.

VIP-карта в руке Су Хуаня, конечно же, принадлежала его сестре. Чтобы облегчить действие, Линь Лян намеренно отослал Цзи Хун. Боясь, что Линь И будет ругать его, он даже не взял машину дома. Он вызвал такси и поехал в клуб.

Охранник "Юй Цзиньша" увидел, что он приехал на такси, и не впустил его. Ему пришлось позвать Су Хуана.

Проводив Линь Ляна в "Королевские Золотые Пески", Су Хуань естественно положил руку ему на плечо и сказал: "Все эти сторожевые псы - реальные собаки, так что не обращай на них внимания".

Лин Лян - злодейское пушечное мясо из-за роли, которую он играет в книге, поэтому он не испытал особого отвращения к своим коллегам по пушечному мясу, наоборот, он считал Су Хуаня неплохим человеком, по крайней мере, лучше, чем Ян Тянъюй и Чжан Шусюэ, которые на стороне злодеев.

Глава 42. Линь Лян заменяет вино

Су Хуань был избалован своей семьей и имел немного игривый характер. В оригинальном романе он также сильно пострадал от Вэнь Юйциня. Вэнь Юцинь заманил его в комнату и напоил, его избила группа людей, а после избиения его посадили в мешок и отправили на необитаемую гору, где сбросили со скалы.

Он действительно должен сказать, что Вэнь Юйцинь - настоящий волшебник, когда дело доходит до мести людям.

Когда Линь Лян вошел в комнату президента, Вэнь Юйцинь сидел у музыкального автомата и заказывал песни, увидев Линь Ляна и Су Хуаня, он вздрогнул, а затем поприветствовал его: "Давно не виделись, господин Линь".

Линь Лян слабо улыбнулся: "Зови меня просто Линь Лян, не нужно быть таким вежливым".

"Вы двое знаете друг друга?" Су Хуань улыбнулся. "Раз мы все знакомы, так что давайте раскрепостимся и поиграем сегодня".

Многие из друзей Су Хуаня, также являются бывшими друзьями первоначального владельца. Круг богатых семей в столице настолько велик, что все слышали имена друг друга, даже если они не знали друг друга.

После нескольких песен и игр все быстро стали одним целым. Другие богатые дети пришли с женщинами или маленькими мужчинами, а Линь Лян пришел один, без водителя, и он даже не пил. Вместо этого он медленно кушал йогурт, из-за чего выглядел как маленький ребенок, что особенно вызывало у других желание защитить его.

Через некоторое время Линь Ляна окружили женщины, переполненные материнской любовью. Вэнь Юйцинь пошутил: "Линь Лян просто другой. Его любят везде, куда бы он ни пошел".

"А разве ты не такой же? Посмотри на глаза нашего брата Су Хуаня, они не покидали тебя всю ночь". Линь Лян подмигнул Су Хуаню, который нервно улыбнулся.

Вэнь Юйцинь неловко встал: "Ребята, играйте, я пойду в ванную". Затем он встал и ушел.

Линь Лянь подумал, что наконец-то, после столь долгого сидения, наступил ключевой момент. Когда Су Хуань увидел, что Вэнь Юйцин вошел в ванную, он подошел, достал пакет с порошком, насыпал его в бокал с вином Вэнь Юйциня и взял соломинку Линь Ляна, чтобы размешать. Помешав, он выбросил соломинку в мусорное ведро.

Все знали это наизусть, только несколько девушек вокруг Линь Ляна выглядели немного испуганными и пошли к своим мужчинам, чтобы утешить их.

После возвращения Вэнь Юйциня Су Хуань поднял бокал и крикнул всем: "Братья, идите и выпейте с нами. Если вы не напьетесь сегодня, то не вернетесь домой". Кроме Линь Ляна, так как он трус, все остальные, если вы сегодня не напьетесь, то вам не разрешается выходить за эту дверь". Сказав это, он наклонил голову, сделал два глотка, а после того как он закончил пить, он бросил стакан на землю, указал на всех и сказал: "Пейте, если вы не допьете вино в стакане, значит вы не настоящие братья Су Хуаня".

Все, кроме Вэнь Юйциня, поняли, зачем он затеял эту игру, поэтому ради перепихона своего приятеля все подняли бокалы с вином и выпили его. Допив его, они с восхищением смотрели на Линь Ляна, который просто попивал йогурт из трубочки.

Видя, что все закончили, Вэнь Юйцинь неохотно поднял бокал с вином. Когда он уже собирался налить его в рот, на бокале появилась красивая рука. Вэнь Юйцинь с сомнением посмотрел на Линь Ляна, стоявшего рядом с ним.

Линь Лян мило улыбнулся: "Я вижу, как все пьют, и мне кажется, что это очень вкусно. Я еще не пил, так что дай мне попробовать". После этих слов он взял чашку Вэнь Юйциня и выпил бокал иностранного вина под удивленными взглядами всех присутствующих.

Су Хуань был прямо ошарашен: "Линь, Линь Лян, ты с ума сошел! Разве ты не говорил, что у тебя аллергия на алкоголь и ты не можешь пить спиртное?"

Линь Лян закончил пить, вытер подбородок тыльной стороной ладони и сказал: "У меня немного кружится голова, я пойду наверх в комнату, чтобы отдохнуть".

В это время вино еще не поднялось, Линь Лян был все еще трезв, он поставил бокал и вышел, когда он уже почти дошел до двери, Су Хуань подошел и прижал его плечи к своему уху, и мягко спросил: "Что с тобой? Ты не хочешь видеть меня с Вэнь Юйцинем! Теперь ты не хочешь, чтобы я прикасался к тебе. Почему ты не сказал мне об этом раньше! Какой смысл играть в игры?"

Линь Лянь икнул: "Чушь, я просто хочу выпить, и что?"

Су Хуань был зол на него за то, что он не сказал правду и отпустил его, но в вине, которое пил Линь Лян, было лекарство, поэтому он все еще не чувствовал себя комфортно и предупредил: "Иди наверх и сними комнату, чтобы отдохнуть, если будешь чувствовать себя некомфортно, сразу же позвони в бюро обслуживания и попроси прислать врача, чтобы он тебя осмотрел".

По мнению Су Хуаня, Линь Лян видел, как он наливал что-то в бокал с вином, поэтому он не был бы настолько глуп, чтобы не знать, что лучше вызвать врача со стороны, так как не хочет, чтобы о нем узнали. В конце концов, "Юй Цзиньша" - элитный ночной клуб, и в нем есть лазарет.

На самом деле, Линь Лян изначально планировал пойти прямо к стойке регистрации, чтобы найти врача после выхода. Но когда он вышел из комнаты и стоял в коридоре, он почувствовал, что снова стал белой змеей.

Белая змея собиралась найти своего Хэншэна, поэтому он прошел через служебное помещение и вошел в лифт, не поворачивая головы. Войдя в лифт, он сразу нажал на последний этаж. Он знал, что его человек находится на самом верху, поэтому хотел подняться и допросить его. Почему он должен быть заперт под пагодой Лэй Фэна один, бесчеловечный подонок!

Поднявшись на верхний этаж, Линь Лянь, шатаясь, толкнул дверь номера Гу Хэншэна и вошел внутрь. Гу Хэншэн принимал душ, и когда он вышел из душа, то увидел Линь Ляна, который возился перед зеркалом.

"Шшшш~ шшш~, белая змея, привет красавчик, ах, ты самый красивый из всех змей, которых я когда-либо видел".

"О, ты тоже так думаешь? Отлично, раз мы так одинаково думаем, почему бы нам не завязать узел!".

(п.п. оу май O_O)

.......

Гу Хэншэн, глядя на Линь Ляна, который в одиночестве стоял перед зеркалом, да еще и терпеливо учился вилять задом, как змея, не мог не рассмеяться.

Услышав смех, Линь Лян свирепо повернул голову: "Ты, бессовестный дух черной змеи, как ты смеешь смеяться над своим дедушкой Баем, посмотрим, не забью ли я тебя до смерти!" Он действительно крутил задницей, чтобы подойти и ударить Гу Хэншэна.

Гу Хэншэн услышал, что тот снова назвал себя "Духом Черной Змеи", и понял, что Линь Лян снова пьян, и начал пугаться. Этот маленький парень был пьян и нес чушь. Что бы он сделал, если бы случайно зашел в чужую комнату?

Он сердито схватил Линь Ляна за руку: "С кем ты пришел, кто заставил тебя снова пить?"

"Ба, теперь понятно, что ты беспокоишься о своем дедушке Бае. Почему же ты не волновался, когда запер меня под пагодой Лейфэн? Вонючий Фахай, ты бесчеловечный подонок". Щеки Линь Ляна раскраснелись, и он выругался, продолжая крутиться на месте.

Гу Хэншэн наконец понял, что не так с Линь Ляном. Сначала он увидел, как Линь Лян крутит задницей перед зеркалом, и подумал, что тот изучает змей, пока не схватил Линь Ляна за руку и не обнаружил, что его рука очень горячая, а кожа на ключице сильно покраснела.

В его голове возникла ужасная догадка, он обнял Линь Ляна и обнаружил, что его тело горячее. Он схватил его настолько крепко, что Линь Лян не мог пошевелиться, наконец, он с трудом выплюнул слово: "Чешется".

Гу Хэншэн был так зол, что если он узнает, кто осмелился накачать наркотиками его маленького ребенка, он точно сделает жизнь этого человека хуже смерти.

Он отпустил Линь Ляна, чтобы позвонить, и через несколько минут пришел менеджер "Королевских песков" с дежурным врачом, который нес коробку с лекарствами.

Гу Хэншэн был в ночной рубашке и держал Линь Ляна на диване в гостиной с угрюмым выражением лица. Линь Лян извивался и ворочался в его руках.

Глава 43. Поиски брата

Линь Лян выругался: "Черный змей Цзин, черносердечный негодяй, если ты не выдашь мне этого бессердечного человека в Фахае, я проломлю твою собачью голову...".

"У тебя есть десять минут, чтобы отправить все видеозаписи молодого мастера Линя в "Юйцзинша" (клуб) сегодня на мой мобильный телефон". Гу Хэншэн посмотрел на менеджера клуба и холодно сказал.

"Да, господин Гу, я сделаю это прямо сейчас". Сказав это, менеджер поспешил убраться прочь.

"Молодой мастер Линь, его, должно быть, кто-то опоил, и это был любовный наркотик. Есть много видов таких лекарств, и от них нелегко избавиться, более безопасный способ - сделать молодому мастеру Линю снотворный укол, пусть он спокойно спит, а когда проснется, эффект от этого лекарства почти исчезнет". сказал доктор, выслушав описание Гу Хэншэном симптомов Линь Ляна.

"Хм."

"Тогда мы должны сделать молодому мастеру Лину укол в задницу? Или поставить ему капельницу?" с трудом спросил доктор.

Конечно, Гу Хэншэн не хотел, чтобы другие смотрели на задницу его жены, он и сам не видел задницу Линь Ляна, но, глядя на то, как Линь Ляна корчился и был беспокойным, он не был похож на человека, который может лечь и успокоиться.

"Укол в задницу!" Гу Хэншэн скрипнул зубами.

Как только Линь Лян увидел иглу, он начал устраивать сцену: "Я не хочу укол, я не хочу укол, Фахай, у тебя нет совести. Ты хочешь убить меня, поэтому ты хочешь сделать это со мной? ..."

Гу Хэншэн взял его за руку и уговаривал: "Лян Баобэй хороший и послушный. После инъекции малыш Лянь не будет чувствовать зуда."

Как только Гу Хэншэн произнес нежное "малыш Лянь", рука доктора, державшая шприц, неконтролируемо задрожала. Он изо всех сил старался держать себя в руках, чтобы выражение его лица не выглядело таким смешных.

Но Гу Хэншэн, который перевернул Линь Ляна и расстегнул штаны, открыв половину белых ягодиц Линь Ляна, все еще свирепо смотрел на него: "Почему вы стоите? Что вы делаете?"

У доктора от испуга задрожали ноги, и он поспешно подошел, чтобы уколоть Линь Ляна иглой. Линь Лянь вскрикнул, а потом горестно воскликнул: "Фа Хай, бессердечный человек без совести, я больше никогда не хочу быть с тобой, я хочу порвать с тобой Ууууууууууууууууу .......".

После того, как доктор закончил инъекцию, он дал несколько указаний и пошел ждать за дверью с аптечкой на спине. Как только он вышел за дверь комнаты, все его тело было необузданным. Проклятье, это был самый захватывающий укол за всю историю его профессии.

"Ты, бессердечный, ты должен отвечать за меня. Ты сделал это со мной, и ты не заботишься обо мне должным образом и не любишь меня должным образом, и ты все еще считаешь себя человеком?" Лин Лян заплакал и погрозил Гу Хэншэну кулаком.

Гу Хэншэн обнял его и уговаривал: "Малыш хороший, малыш, ну не плачь, это все потому, что доктор плохой, я убью этого плохого доктора .......".

Врач, стоявший в дверях, мгновенно напрягся всем телом, он думал, что после укола он будет в порядке, но он не ожидал, худшее было еще впереди.

Линь Лян некоторое время суетился, пока усыпляющая игла не подействовала, и наконец со стоном медленно закрыл глаза. Гу Хэншэн осторожно положил его на кровать. Он сел на край кровати, достал телефон и нажал на видео, присланное ему менеджером клуба.

С того момента, как Линь Лянь вышел из машины, до того, как Линь Лянь оказался в VIP-комнате Су Хуана, и до того, как Линь Лянь вошел в лифт, все видео, связанные с Линь Лянем, были отправлены.

Гу Хэншэн увидел, что Линь Лянь схватил вино с ингредиентами с рук Вэнь Юйциня и выпил его одним глотком. Его трясло от гнева. Раньше он считал Линь Ляна добрым, но не ожидал, что его малыш будет настолько добр, что пожертвует собой ради других.

В гневе он встал и зашагал взад-вперед по комнате. Он не мог дождаться момента, когда сможет "привязать" своего малыша к себе и не позволить, чтобы ему причинили вред те плохие люди снаружи.

---

В одиннадцать часов Линь И увидел, что Линь Ляна все еще нет дома, и, спросив слуг, никто не знал, куда он ушел, и он не воспользовался семейной машиной, поэтому Линь И запаниковал и приказал Цзи Хуну как можно скорее узнать о местонахождении Линь Ляна.

Цзи Хун знал, что Линь Лянь недавно был относительно близко к Су Хуаню, поэтому он выяснил местонахождение Линь Ляня в течение десяти минут. Линь И прибыл в "Юй Цзиньша" в инвалидном кресле с телохранителем рядом.

Телохранитель толкнул дверь комнаты, включил белый свет в VIP-зале и выключил музыку, пройдя к платформе караоке. Вся группа человек в VIP-зале, которые танцевали дикие танцы, резко остановилась. Под подозрительными взглядами всех присутствующих, Цзи Хун толкнул Линь И, который был в инвалидном кресле, и вошел внутрь.

Линь И был покрыт торжественной аурой, его ледяной взгляд прошелся по лицам всех, не найдя Линь Ляна, его настроение стало еще более подавленным, наконец его взгляд упал на лицо Су Хуаня: "Где мой брат?"

Су Хуань почувствовал себя немного виноватым: "Он выпил немного вина и почувствовал себя неловко, поэтому он сказал, что пойдет наверх в комнату для гостей, чтобы немного отдохнуть."

Цзо Линь сразу же ушел и вернулся через несколько минут: "Портье сказал, что молодой господин не заказывал здесь комнату." (п.п.: кто-нибудь помнит, кто этот парень, дворецкий или телохранитель?)

Услышав это, Су Хуань тоже был поражен, Линь Лян наверняка вышел после того, как выпил лекарство. Если что-то случится, было бы странно, если бы Линь И не содрал с него кожу. Теперь он пожалел, что хотел отправиться в прошлое во времени и пространстве, чтобы самому выпить тот бокал вина.

"Где мой брат?" Глаза Линь И как лезвия бритвы царапали Су Хуаня, Су Хуань вскрикнул, но не мог сказать причину.

Вэнь Юйцинь жестко вышел, чтобы успокоить ситуацию: "Количество алкоголя в бокале вина было не велико, так что молодой мастер Линь должен быть в порядке, возможно, он встретил друга на полпути и пошел играть в другое место."

После его слов, лица остальных в комнате мгновенно потемнели на несколько пунктов, все, кроме Вэнь Юйцинь, знали, что Линь Лян выпил афродизиак. Они не могли сказать, что все будет хорошо, из-за того, что Линь Лян встретил кого-то плохого на своем пути, произойдут плохие вещи.

На этот раз к Линь Е подбежал менеджер клуба и сказал: "Молодой мастер Линь в порядке, он напился и его вырвало в туалете, его видел наш президент Гу, потом его отправили в лазарет. Сейчас он уже в VIP-люксе на верхнем этаже, спит".

Услышав его слова, у всех, особенно у Су Хуаня, упали сердца.

Линь И достал свой мобильный телефон и позвонил Гу Хэншэну. Когда телефон зазвонил, Гу Хэншэн поспешил вынести телефон из спальни и аккуратно закрыл дверь, после чего взял трубку.

Линь И: "Большое спасибо, что позаботились о моем брате сегодня вечером, но когда мой брат пьян, он довольно хлопотлив, нехорошо снова беспокоить вас из-за него, поэтому я сначала заберу брата и отвезу его домой, а когда он протрезвеет, я попрошу его прийти поблагодарить вас лично".

Гу Хэншэн: "Линь Лян уже спит. Сегодня ночью ему уже было не по себе. Не позволяйте ему больше так развлекаться. На улице холодно, он простудится."

Линь И все еще беспокоился: "Могу ли я навестить брата?"

Гу Хэншэн не хотел, чтобы другие беспокоили Линь Ляна, хотя Линь Лян очень хорошо спал под уколом, но в душе его малыш был нежным кусочком тофу, который заболел.

"Ты разбудишь его, если придешь, а если он снова устроит сцену? Не волнуйся, я обещаю тебе, что завтра я верну твоего брата таким же хорошим, как всегда".

Зная, каким трудным становится его брат, когда он пьян, Линь Е больше ничего не сказал. Он положил трубку и оставил "Юй Цзиньша" со своими людьми.

Глава 44. Что происходит?

Линь Лян проснулся на следующее утро и обнаружил, что лежит в объятиях Гу Хэншэна. вспомнив, что произошло прошлой ночью, он не мог не пощупать свою задницу! Она не болит! Неужели его дикарь не трогал его прошлой ночью? Это точно не потому, что он недостаточно ароматен и сексуален после выпитого, и не может быть, чтобы этот дикий мужчина не смог поднять его!

Но если это так, то как же секс до конца его жизни! Что насчет остальной части его жизни? Кажется, что безопаснее все же найти себе жену. Пока он размышлял об этом, дикий Гу Хэншэн с улыбкой открыл глаза. На самом деле, он уже давно не спал, прошлой ночью он держал Линь Ляна и не мог не думать о том, что он собирается делать, поэтому он встал посреди ночи и пошел в ванную, чтобы принять холодный душ.

Он забрался в кровать только после того, как проснулся утром. Как только Гу лег, он прищурил глаза, тайно наблюдая за Линь Ляном.

"Не волнуйся, я в порядке! Если ты мне не веришь, мы можем попробовать сейчас?"

Линь Лян тут же сдался с улыбкой: "Что в порядке? О чем ты говоришь?"

"Я не трогал тебя, потому что не хочу пользоваться слабостью людей, Гу Хэншэн хочет, чтобы ты добровольно родил моих обезьян, а не через непонятную боль".

Линь Лян потрогал свой нос, нехорошо, как это похоже на то, что он немного необъяснимо тронут?

"Как и ожидалось от человека, который мне нравится, твое остроумие на высоте". В объятиях других людей приходится склонять голову, разве это не просто несколько предложений похвалы? Бизнес не терпит убытков, когда вы хвалите большехвостого волка, то также случайно хвалите себя.

"Хочешь ли ты, чтобы семья Су обанкротилась, или хочешь, чтобы Су Хуан жил хуже, чем если бы он был мертв, выбор за тобой". равнодушно сказал Гу Хэншэн.

Линь Лян на мгновение застыл: "Ничего не делай! Я сам выпил эту дрянь, я просто хотел испытать, каково это, когда я выпивший, я знал, что здесь есть медицинский кабинет, так что все будет в порядке."

Гу Хэншэн увидел, что Линь Лян не хочет, чтобы он обвинял Су Хуана, поэтому он сдержал свой гнев и повернулся: "Тебе нравится этот Вэнь Юйцинь?"

"Чушь! Неужели по твоему я настолько слеп? Чем ты хуже его? Ты выше, сильнее его и лучше его во всем! Твои бедра круглые и сильные, ты богаче его, и я не слепой. Как это возможно, чтобы мне нравился такой, как он?"

Гу Хэншэн посмотрел на Линь Ляна, убедился, что тот не обманывает его, затем удовлетворенно улыбнулся и гордо коснулся маленькой головы Линь Ляна: "Вот оно что, где ты найдешь такого хорошего мужчину, как я, я единственный, с кем ты заслуживаешь быть в этом мире".

Линь Лян прикрыл рот рукой: "Есть некоторые вещи, которые ты должен знать в своем сердце, поэтому если ты скажешь их вслух, это будет звучать слишком самовлюбленно".

Гу Хэншэн улыбнулся и поцеловал его палец: "Где тут самолюбование, я просто говорю правду, в наше время честным людям не разрешается говорить правду?"

Линь Лян подумал про себя, что если ты честный человек, то все люди в мире умственно отсталые.

"Шэншэн, давай вставать! Я хочу есть."

"Нет, я хочу еще немного тебя пообнимать".

Отлично! На твоем месте ты - босс, а Линь Лян, у которого нет другого выбора, кроме как обниматься с другими, трогает Гу Хэншэна за задницу!

Затем он обнаружил, что лицо Гу Хэншэна все еще холодное, и его выражение не изменилось, поэтому он снова неконтролируемо прикоснулся к попе Гу Хэншэна! Затем Гу Хэншэн внезапно перевернулся и прижал его к себе.

Линь Лян был потрясен, его удивило то, что Гу Хэншэн перевернулся, а также то, что к его животу прижималась горячая палка , которую он отчетливо ощущал. Еще больше его удивило то, что размер палки был не обычным, а величественным. (п.п.: вы понимаете о чем речь)

Линь Лянь не успел подумать о том, как пройдет секунда в его жизни, потому что поцелуи Гу Хэншэна сыпались на него так густо, что он едва мог дышать.

Они яростно целовались на кровати, руки Гу Хэншэна блуждали по телу Линь Ляна, и когда Линь Лян был наиболее опьянен, Гу Хэншэн вдруг протянул руку, чтобы поднять брюки Линь Ляна, а Лиьн Лян внезапно протрезвел и поспешно схватился за пояс.

После того, как двое валялись на кровати, Гу Хэншэн был сброшен Линь Лянем с кровати, Гу Хэншэн сел на пол, а Линь Лян сел на кровать, у обоих на теле были какие-то пятна.

"Что тебе нужно?" со знанием дела спросил Линь Лян с распухшими губами.

Гу Хэншэн сел на пол, его мозг сильно прояснился, беспомощно вздохнул и пошел в ванную. Услышав звук журчащей воды, доносящийся из ванной, Линь Лян лег на кровать и зарылся головой в одеяло.

Все говорят, что это зад тигра, а оказывается, что это зад большехвостого волка! Зад тигра трогать нельзя, а зад волка - тем более.

Гу Хэншэн вышел из ванной, покрытый водяным паром, голый, на нем было только белое банное полотенце вокруг талии, светлая кожа, сильные мышцы, очевидный пресс и сильные длинные ноги.

Столкнувшись с таким ярким соблазном, Линь Лян не мог не сглотнуть слюну.

Гу Хэншэн подошел и поднял подбородок Линь Ляна: "Не испытывай мой самоконтроль в будущем, ты будешь разочарован, понял? В следующий раз тебе так не повезет".

Линь Лян посмотрел ему в глаза и вдруг улыбнулся, обняв его за шею: "Шэн Шэн, почему ты такой милый! Я просто не могу удержаться от желания потрогать твою задницу! Что мне делать?"

Гу Хэншэн поцеловал его в лицо: "Роди для меня обезьянку! Тогда ты сможешь это сделать".

Линь Лян почувствовал, что с его дикарем становится все труднее и труднее иметь дело, он не может сказать и трех предложений без упоминания о рождении обезьянки, что ты имеешь в виду? Первое, что тебе нужно сделать, это иметь чистую любовь.

"Шэншэн, я хочу есть".

Гу Хэншэн беспомощно понес его в ванную. Потом он вышел позвонить, а когда Линь Лян закончил мыть посуду, в гостиной уже был накрыт завтрак.

Когда Гу Хэншэн понес его в столовую, Линь Лян воспользовался случаем, чтобы снова потрогать Гу Хэншэна за попу. Гу Хэншэн беспомощно посадил его на колени и, подавая пшенную кашу в миске, спросил: "Если тебе не нравится Вэнь Юйцинь, зачем ты ему помогал?".

Линь Лян не ожидал, что после того, как Гу Хэншэн весь день ворочался, он все еще будет держаться за вчерашний вопрос: "Я делаю это не ради него, мне просто не нравится такое поведение. Если тебе кто-то нравится, добивайся этого человека! Но если ты не можешь получить этого человека, ты будешь использовать его в своих интересах, в чем проблема?".

"Так что Су Хуань должен быть проклят". Гу Хэншэн подвел краткий итог.

"Это нехорошо, Су Хуань - мой друг, я разрушил его доброе дело, даже если я убью его, я буду чувствовать себя виноватым до конца жизни". Линь Лян виновато отхлебнул из ложки пшенную кашу, которой его накормил Гу Хэншэн.

Гу Хэншэн замолчал. Линь Лян подумал, что он действительно собирается убить Су Хуаня, и стал тереться телом о Гу Хэншэна, пока не уперся в большую палку, горячую и твердую. Тогда Линь Лян замер, осознав это.

Гу Хэншэн решил преподать этому неугомонному малышу из своей семьи хороший урок, поэтому взвалил его на плечи и понес прямо обратно в комнату.

Линь Лян испуганно закричал: "Шэншэн, отпусти меня, я голоден, я хочу есть".

Гу Хэншэн прорычал: "Я тоже голоден, я хочу съесть тебя!".

После того, как двое сражались на кровати в течение 300 раундов, Гу Хэншэн снова был сброшен Линь Ляном с кровати, Линь Лян со злостью схватил его за пояс брюк и снисходительно посмотрел на Гу Хэншэна: "Мне только что исполнилось 18 лет, ты хочешь заставить меня завести обезьяну, есть ли у тебя хоть капля человечности!".

Гу Хэншэн, которому нужен был только секс, а не человечность, посмотрел на Линь Ляна со сложным выражением лица.

Глава 45. Месть Линь Ляна

Лин Лян пробрался домой, когда было уже почти полдень, он рассчитал, что в это время его брат должен быть в компании. Хотя нога Линь Е еще не зажила, он был занятым человеком и не мог оставаться без дела. Отдохнув дома два дня, он отправился на работу в своем инвалидном кресле.

Когда Линь Лян только вошел в зал, он услышал кашель Линь Е. Линь Лян повернулся и попытался убежать, но Линь Е окрикнул его: "Куда ты? Опять хочешь напиться и гулять всю ночь?".

Лин Лян обернулся и ухмыльнулся: "Ни за что! Я просто вспомнил, что у меня еще остались нерешенные дела в компании".

"Кто обещал мне, что в следующий раз он больше не будет пить?" Линь Е, который наконец-то поймал Лин Ляна на месте преступления, решил прочитать младшему брату хорошую лекцию и выместить на нем свою злость за последние несколько дней.

Но он ошибся. Мастер Лян всегда будет тем же самым Мастером Ляном. Он никогда не ошибался, даже если он ошибался, он все равно был прав.

"Неужели я так хочу выпить? Алкоголь так вреден, разве ты не знаешь, как мне некомфортно, меня ведь даже тошнит от него!"

Линь И холодно фыркнул: "Разве ты не пьешь его, как бы тяжело тебе ни было?"

"Если бы ты не потерял свою душу, увидев красивого мужчину, я бы не грустил и не пил, чтобы утопить свои печали. Когда я был ребенком, ты обещал мне, что будешь хорошо относиться ко мне до конца жизни и что будешь любить меня до конца жизни, а теперь что? Ты потерял свою душу при виде этого Сяо Яня". Линь Лян гневно указал на Линь Е, в его глазах блестели слезы. (п.п.: и Оскар достается....)

"Когда это я говорил что-то настолько отвратительное?" Линь Е был озадачен.

"Говорил! Когда ты играл со мной дома, когда я был маленьким."

У Линь Е начала болеть голова. Он играл с Линь Ляном в домик один раз в жизни, его затащила туда Чжан Шусюэ. Его брат действительно достоин быть его младшим братом, такую черную историю можно пустить на самотек.

Из-за своей ограниченной силы он не мог ссориться с Линь Ляном, поэтому Линь Е, который всю ночь задерживал дыхание, мог только сдаться. С тех пор они с Сяо Янем стали осторожнее звонить друг другу и разговаривать, стараясь не попадаться Линь Ляну на глаза, боясь, что младший брат снова ударит его ножом! Если Линь Лян, раздражаясь, снова побежит пить, это будет беда.

Линь И недавно сидел в одиночестве на верхнем этаже офиса Линя, курил и смотрел на небоскребы перед собой, часто вздыхая в душе, потому что он оказался между Сяо Янем и Линь Ляном и должен выжить, это было действительно нелегко. Но после того, как он вздохнул, в его памяти всплыла милая внешность брата, и он не смог удержаться от громкого смеха.

-------

Гу Хэншэн в конце концов наказал Су Хуаня, но вместо того, чтобы напрямую напасть на семью Су, маленькая фабрика Су была для него всего лишь кунжутным семенем, издевательства над ней не вызвали бы у него чувства превосходства.

Итак, семье Го не повезло, потеряв несколько крупных заказов подряд, потеряв 10 миллиардов менее чем за неделю, старик семьи Го лично позвонил нескольким партнерам и поднял шум по поводу расторжения контракта, только узнав причину, оказалось, что за его несчастьями стоят Гу.

Подумав об этом, он захотел разобраться в происходящем, поэтому сразу же попросил людей выяснить, чем семья Го обидела Гу Хэншэна. В результате выяснилось, что виноватым оказался ребенок Су Хуаня, поэтому он тут же вызвал сына и невестку в кабинет и отругал их.

Более того, как только старик сделал свой ход, он уменьшил их зарплату до самого дна и напрямую прекратил расходы на жизнь этих двоих. У каждого была вычтена половина его доли, и смогут ли они вернуть эту половину в будущем, зависело от их производительности.

Когда Го Бинь вернулся домой, он сильно поругался с женой: "Твой младший брат либо ничтожество, либо смутьян, который ничем не может тебе помочь, что он может сделать, кроме как каждый день просить у тебя деньги? После того, как он доставил столько хлопот, тебе лучше позволить ему вернуться на маленькую фабрику твоей семьи Су! Наш храм семьи Го не может позволить себе платить за него".

До замужества Су Юйтун была актрисой первой линии. Выйдя замуж в богатую семью, она редко принимала участие в драматических спектаклях, но свекры были к ней более благосклонны, чем ее муж. Кроме того, она была лучше знакома с индустрией развлечений. Поэтому именно она заботится о развлекательной компании семьи Су. Можно сказать, что она - персонаж, который может полностью превзойти своего мужа во всех аспектах, из-за чего она не смогла сдержать свой гнев.

"Разве Су Хуань потерял свою семью ради того, чтобы я так поступил? Ты намного хуже его. Что касается этих сыновей богатой семьи, который никогда не был в баре или ночном клубе, у вас, вонючих мужчин из богатой семьи, нет этики одурманивания людей, даже мой брат, будучи ребенком, может это знать. Просто ему немного не повезло, и его друзья немного недружелюбны? Ты должен его так ругать?".

После ответа мужа, она убрала руки и начала плакать: "Я знала, что ты недолюбливаешь меня, потому что я дочь владельца маленькой фабрики. Обычно ты держал это в своем сердце, но теперь, когда что-то случилось с моим братом, ты наконец-то высказал свое мнение".

Го Бинь был загрызен своей женой до смерти, и когда он увидел, что жена плачет, он пошел ее успокаивать. Су Юйтун была умной женщиной, и она знала, почему ее муж сердится. "Наша семья Су готова взять на себя все хлопоты, так что даже если отец прекратит твои расходы на жизнь, наша семья Су будет тебя обеспечивать".

"Отец злится только потому, что Су Хуань спровоцировала Гу Хэншэна. Су Хуань не провоцировал Гу Хэншэна напрямую, но это было из-за Линь Ляна, который сейчас все еще друг Су Хуаня, и ситуация не дошла до такой степени, чтобы не было возможности для маневра. Мне просто нужно, чтобы Су Хуань искренне извинился перед Линь Ляном, и дело будет закончено".

"В будущем ты сможешь попасть в большую лодку Гу Хэншэна через Линь Ляна, и ты все еще боишься, что акции, забранные отцом, не будут возвращены?"

Глаза Го Бинь тут же загорелись, и он протянул Су Юйтун большой палец вверх: "Замечательно! Дорогая, ты действительно ценный человек Го Биня, звезда мудрости нашей семьи Го".

После того, как Су Хуань был отруган сестрой плаща и кинжала, он отправился в группу Цзин Ю, чтобы найти Линь Ляна и извиниться. На самом деле, сестра не ругала его, он тоже хотел пойти. Потому что ему стало страшно, когда он вспомнил, что произошло той ночью.

Когда он вышел из автобуса у ворот Jingyu Group, он посмотрел на офисное здание на 18-м этаже и все еще был потрясен. Линь Ляну было всего 18 лет, он был на четыре года моложе его, но он все еще ковырялся в заднице Вэнь Юйциня! К радости близких, Линь Лян уже самостоятельно управлял такой большой компанией.

Он был взволнован! Особенно после того, как он вошел внутрь, он долго стоял перед металлическим логотипом, и женщина из службы поддержки здания подошла и спросила, "Сэр, вам нужна помощь?".

Он отрицательно покачал головой, чтобы уйти, так как тоже работал в медиа-компании, но только висел на холостом ходу, ему не нужно было думать, потому что он знал, что если Линь Лянь и он вместе пойдут флиртовать с Вэнь Юйцинем, Вэнь Юйцин явно выберет кого?

Впервые он, избалованный и воспитанный в сердце, ясно осознал, что ему, по сути, нечего предложить, кроме своего семейного происхождения.

Когда он вошел в кабинет Линь Ляна, Линь Лян разговаривал по телефону со своим помощником, а когда он вошел, то быстро положил трубку.

"Неплохо! Офис в несколько раз больше моего". с улыбкой сказал Су Хуань.

Линь Лян с улыбкой встал и пригласил его на диван сбоку. Секретарь Фан Яо принесла заваренный чай и прохладительные напитки и поставила их на журнальный столик.

"Почему ты здесь сегодня?" осведомился Линь Лян.

Су Хуань неловко ответил: "Прости меня за тот вечер, я не должен был сердиться, потому что ты испортил мое доброе дело, я должен был сам отправить тебя в лазарет".

Линь Лянь улыбнулся: "Я тоже был виноват в ту ночь, все это в прошлом, я не принял это близко к сердцу. Со слов моего секретаря, мой брат привел кого-то искать меня той ночью, он напугал вас, ребята?"

"Твой брат действительно свиреп и страшен". У Су Хуаня покалывало кожу головы, когда он вспоминал внешность Лин Е в то время.

"Су Хуань, ты когда-нибудь думал о том, что было бы с вами двумя, если бы я не выпил тот бокал вина той ночью. Твое доброе дело было бы сделано, и ты усыпил бы Вэнь Юйциня, но думал ли ты о том, что будет после этого?"

Если бы это было раньше, Су Хуань уверенно сказал бы, что Вэнь Юйцинь обязательно сдастся и станет его парнем. Но сейчас он не был уверен.

Линь Лян увидел, что он не отвечает, затем сказал: "Той ночью он совершил попытку трахнуть меня. Я бы точно связал его, бросил в черный клуб и смотрел, как его обходят тысячи трезвых людей".

Су Хуань не мог не сжать свою хризантему, не смея представить себе эту трагическую картину.

Линь Лян посмотрел на него и мягко улыбнулся: "И он никогда не захочет выйти из этой дыры в этой жизни, я попрошу людей сфотографировать его и продать эти фотки. Я буду использовать его тело и продавать его, чтобы заработать деньги, а на деньги, полученные с видео, я куплю больше плетей и игрушек, чтобы издеваться над ним!"

"Возможно, у Вэнь Юциня нет такой силы, как у меня. Сначала он будет пытаться доставить тебе удовольствие на поверхности, а потом будет ждать, когда у него появятся силы. Что скажешь?"

Как Су Хуань мог осмелиться ответить, у него мурашки бегали по всему телу, и он вообще не смел об этом думать.

Глава 46. Шоу начинается

Линь Лян улыбнулся и похлопал Су Хуаня по плечу: «В конце концов, любовь может быть стерта со временем, но ненависть со временем только усилится».

Во рту у Су Хуаня пересохло. Он неосознанно взял чашку и сделал глоток. Он посмотрел на Линь Ляна и искренне поблагодарил его: «Спасибо, ты пришел и спас меня той ночью».

Линь Лян улыбнулся и положил руку ему на плечо: «Су Хуань, ты не так уж молод, ты должен понять, что друзья и только друзья толкнут тебя в пропасть, а настоящие друзья молча вытащат тебя из пропасти».

"Спроси себя, интересно ли есть и ждать, пока ты умрешь? Следуй за Вэнь Юем! Интересно ли быть презираемым им за твоей задницей? Если нет, то найди себе какое-нибудь осмысленное занятие!"

Су Хуань посмотрел на Линь Ляна, и ему вдруг захотелось обнять его и заплакать. Любой, кто встречал его в компании, называл мистером Су. Среди его друзей все были счастливы и развлекались, и никого не заботило его будущее. Никто не верил, что он может делать что-то хорошо, включая его сестру, иначе она не дала бы ему такую праздную работу.

Впервые он почувствовал, что для него сделал настоящий друг. Он был одновременно взволнован и тронут.

«Воображаемое время и пространство» официально вступило в стадию записи. Среди более чем 2000 конкурсантов по всему миру были отобраны 100 выдающихся художников по костюмам, а 100 дизайнеров украшений вышли на начальный этап показа.

За несколько дней до начала шоу почти вся индустрия развлечений продвигала запуск «Воображаемого времени и пространства». Даже горячие запросы на Weibo, связанные с шоу, были связаны с семью или восемью.

"Воображаемое время и пространство" будет транслироваться на Pineapple Video в 20:00 в субботу. Поклонники и прохожие, чье любопытство подогрето разной пропагандой, будут ждать у экрана вовремя.

После нескольких минут композиции Хань Си и исполнения музыкальной темы программы, а также пилотного фильма из сценок с актерами на экране появилась большая сцена в форме веера.

Когда первая модель вышла на сцену в платье MS Haute Couture, публика была ошеломлена. Прилетел первый комментарий: "Вау! Какая красота!"

«Это слишком красиво, не так ли? Разве это не игра? Я думал, что буду смотреть на группу танцующих демонов, почему сюда пришла холодная фея».

«Это платье такое нежное и красивое, это легендарная высокая мода?»

"Вау, второе еще красивее. Я сейчас тупо заплачу. Чтобы моей маме купить такое платье ей нужно целый год не есть и не пить."

«Если мой парень не купит мне такое платье, я не женюсь на нем».

«Хахахаха, вы, ребята, не знаете друг друга»

«Разве вы не видели надпись MS Haute Couture в правом верхнем углу шоу? MS не может купить это даже за деньги».

«Что, черт возьми, такое рассеянный склероз? Я слышал только о S!M».

…….

По мере того как модели выходили одна за другой, изысканные наряды, шаг за шагом, приближались к зрителям на сцене, а затем стильно разворачивались, как один и тот же прекрасный сон, снова и снова воздействуя на их голодные глаза, на их пульсирующие сердца перед экраном.

Постепенно в шквале не было ссоры, и все выражали свои желания и потребности слаженно и единообразно: «Ух ты, какая красота, хочу каждый из этих наборов одежды, а еще я впервые узнал, что я отморозок».

«Этот тоже красивый!»

«Подонок +1, я очень хочу забрать домой все эти наряды».

«Я должен знать, какой великий бог их сотворил».

…….

Когда показ от-кутюр подходил к концу, Вэй Кэ, известный ведущий Orange Terrace, взял модель за руку и вышел на сцену.

«Привет всем, я Вэй Кэ, приветствую всех на «Первом кубке SL — Imagination Space — Ювелирном конкурсе». SL — это доступный люксовый бренд, созданный высококлассным индивидуальным брендом MS. SL стремится дать каждому , создать уникальный темперамент. Войдите в SL и станьте самым уникальным принцем и принцессой в своем сценарии». Прочитав рекламу, она оглянулась: «Пожалуйста, спросите наставников Вэнь Си и Вэнь Юэ».

Вэнь Си вытащил Вэнь Юэ на сцену. На более позднем этапе картины для двоих был сделан отдельный стоп-кадр, а рядом с ними были представлены достижения и личности двоих. Вэнь Юэ (Wen Yue) — дизайнер ювелирных украшений, недавно нанятый MS из других компаний, завоевавший множество наград за рубежом. Теперь и Вэнь Си, один главный художник по костюмам MS, а также главный дизайнер украшений MS.

Вэй Ке кратко представил двух дизайнеров, поболтал с ними немного и попросил их сесть на место инструктора напротив сцены.

«Давайте пригласим Хань Си и Линь Ляна, оценщиков бренда».

Хань Си вышел на сцену и станцевал танец в новом MV, комментарии заняли поклонники Си, и в чате можно было увидеть только «Добро пожаловать, брат Си!» единым синим шрифтом.

После того, как Хань Си спел и энергично станцевал, Линь Лян надел наполовину черное, наполовину белое платье-смокинг и медленно поднялся с середины сцены со скрипкой Музыка началась раньше, чем кто-либо ее увидел.

Линь Лян сыграл самую высокую скрипичную пьесу! В самой оживленной части музыка стала резвой, как будто тысячи воинов сражались и скакали на поле боя.

Такая музыка очень требовательна к исполнителю. Как любитель, исполняющий соло на скрипке, чтобы исполнить роль небесного короля Хань Си, он на самом деле был немного подавлен. И это также могло поразить людей.

В тот момент, когда Линь Лян появился на сцене, комментарии были уже полны восторженных «Вау, вау, вау…».

«Вау, какой красивый младший брат».

«Ах! Я умер, меня будто избили».

«Вау, эта скрипка такая властная!»

«Вау, скрипичный принц в моих снах. Любовь, большая любовь!».

…….

После их выступления две темы «Хань Си Воображаемое время и пространство» и «Принц-скрипки Линь Лян» быстро стали самыми популярными в поиске. И быстро занял первое и второе место в горячих поисковых рейтингах основных платформ с искрометной скоростью. Число недавно открытых поклонников Линь Ляна на Weibo также начало стремительно расти.

После выступления они подошли к Вэй Кэ, Хань Си стоял посередине, а Линь Лян стоял рядом с ним.

Вэй Кэ спросил Хань Си: «Каково выступление Линь Ляна?»

Хань Си повернул голову и взглянул на Линь Ляна: «Все в порядке, немного хуже, чем я».

Вэй Кэ спросил Линь Ляна: «Почему Линь Лян выбрал Хань Си в качестве посла бренда нового бренда SL?»

Линь Лян взглянул на Хань Си: «Посмотрите, как искренне он говорит, похоже, он действительно хочет, чтобы я дал ему пощечину, он, кажется, сожалеет, даже если я этого не делаю».

Вэй Кэ рассмеялся: «Кажется, у вас двоих хорошие отношения, и вы начинаете ненавидеть друг друга, как только встречаетесь».

Хань Си взглянул на скрипку в руке Линь Ляна: «Струны порвались».

Линь Лян был поражен и поспешно опустил голову, чтобы проверить. Эта скрипка была из колекционного издания, которое он принес из комнаты своего деда. Она стоила несколько миллионов. После проверки выяснилось, что она в порядке.

Хань Си был в восторге: «Ты видишь с первого взгляда, кому из нас двоих легко попасть лоб?»

Линь Лян поднял голову с кинжалом, и улыбка Хань Си тут же застыла: «Я подхожу для этого!»

На заграждении раздался смех:

«Хахаха, эти двое слишком влюблены».

«Это слишком хорошо для CP».

«Оказывается, этот брат — забавный парень».

«Меня убил бог Линь Лян».

«Хахахаха… Линь Лян такой хороший! Король Хань так напуган».

…….

Глава 47. Искушение босса

Двое вернулись на место инструктора перед сценой. Последней появилась гостья предварительного конкурса шоу Джин Ли, одна из четырех самых популярных актрис Ся Го.

Джин Ли медленно подошла и нежно упала на качели. Она спела песню, финальную песню сериала, в котором она снималась. Оригинальная песня была спета ею, и это не составило для нее труда. И эта драма — ее знаменитая драма, которая может пробудить у каждого воспоминания о прошлом.

Популярность Джин Ли была далеко не низкой, хотя пела она довольно средне, но в процессе ее пения в комментариях был просто шквал положительных слов, написанных ее поклонниками.

«Маленькая Лизи, она прекрасна».

«Наша богиня бессмертна!»

"Маленькая Лизи, красавица!"

………….

Джин Ли села слева от Линь Ляна после пения. Джин Ли — глава HiSilicon Gu Media. На первый взгляд все пятеро судей из трех разных компаний, но на самом деле они все свои люди.

По прибытии инструктора соревнования официально начались. Перед выходом участников на сцену Вэй Кэ объяснил правила конкурса: «У оценщика в руке двадцать очков, а у остальных наставников по десять очков. На сцене перед оценщиком четыре лампочки, а две остальные на сцене перед другими преподавателями. , зажженный свет означает 5 баллов».

«Каждый игрок должен показать серию из трех или более комплектов одежды, разработанных им самим. Игроки должны набрать 30 или более очков и получить «Счастливые звезды SL» от наставников, чтобы успешно перейти на раунд".

Из более чем 2000 участников, те, кто протиснулся в первую сотню, были очень неправильными дизайнерами. Однако это все-таки конкурс дизайнеров, с точки зрения сценического представления он не может быть таким взрывным, как шоу талантов, но в самом дизайне есть свое очарование, и красивые вещи, естественно, будут восхищать людей, а люди будут восхищаться ими и хвалить их от души.

Кроме того, Хань Си действительно участвовал во многих развлекательных шоу. Он знает, чего хочет публика. После того, как два профессиональных главных дизайнера закончат комментировать это шоу, он пойдет шутить с Линь Ляном. Зрители точно не заскучают.

Четыре игрока выбыли, как только подошли к сцене, и многие зрители начали не соглашаться, а комментарии на действия жюри были заполнены негативом:

«Что это за шоу призраков! Требования такие высокие».

«Очевидно, это красиво, даже красивее, чем то, что в моем шкафу».

«Мне это так нравится, почему его убрали?»

………….

Пятая группа — четыре комплекта одежды на звериную тематику в двухмерном стиле. Дизайн одежды также добавил старинные элементы Ся Го. Как только модель вышла на сцену, в комментариях разразился шквал комплиментов, типа «Красиво», «Мне нравится», «Как красиво!».. .....

После того, как модель была показана, дизайнер вышел в последнем комплекте одежды. Дизайнер был милой и симпатичной маленькой девушкой лет двадцати. Хотя она была невысокой, но с хорошей фигурой. Она была одета в одежду из шкуры лисы., что вполне гармонировало с ее темпераментом. Это как милый маленький лисенок-демон, который вышел из мультфильма.

«Всем привет, меня зовут Мэн Цинь. Я дизайнер этих четырех наборов тем животных», — Мэн Цинь вышел на сцену и представился, стоя рядом с тремя моделями.

После того, как Мэн Цинь закончил объяснять свою концепцию дизайна и вдохновение, Хань Си взглянул на Линь Ляна с улыбкой и сказал Мэн Цинь: «Я думаю, что костюм, который вы сделали, вполне подходит для Линь Ляна».

Затем он повернул голову и снова улыбнулся Линь Ляну: «Мне очень любопытно, как ты будешь выглядеть в этом костюме, это должно быть очень очаровательно».

Линь Лян держался и смотрел на него с улыбкой: «Ты умрешь! Это невозможно».

Затем Линь Лян указал на наряд маленькой белой собачки на модели и сказал: "Если ты наденешь этот наряд сегодня вечером и подаришь мне энергичный танец, я клянусь, что больше никогда в жизни не буду задирать тебя, и буду драться с любым, кто будет задирать тебя в будущем".

Хань Си посмотрел на одежду маленькой белой собачки, с сожалением посмотрел на Мэн Циня и спросил: «Ты умеешь шить мужскую одежду?»

Мэн Цинь кивнул: «Да».

Поэтому он радостно сказал Линь Ляну: «Когда он сделает похожий комплект одежды, я станцую, хорошо?»

Линь Лян посмотрел на него смущенным взглядом и вздохнул: «Что мне делать? Я просто хочу увидеть, как ты танцуешь в такой одежде».

Когда шоу транслировало Сифэня и Лянпи, которые только что вошли на сцену, зрители сошли с ума. На экране было полно комментариев: "Я тоже хочу посмотреть..."

Могущественная армия фанатов CP "Лянь Си" не могли сдержать своих пылких сердец. Шоу еще не закончило трансляцию, все фанаты разных фанклубов уже делали клипы и скриншоты шоу. Самыми популярными запросами в интернете стали «Маленькая белая собачка Хань Си» и «Маленький лис-демон Линь Лян».

После того, как они обменялись еще несколькими словами, последние несколько наставников зажгли огоньки. Мэн Цинь, наконец, стал первым игроком, набравшим 50 очков. Это не вселяло уверенность в соперников позади.

Премьера «Воображаемое время и пространство» прошла очень успешно, и один за другим появилось восемь горячих поисков. Количество зрителей в ту ночь превысило 200 миллионов. После премьеры почти все маркетинговые аккаунты и работники селф-медиа в одночасье спешили набрасывать черновики своих стартапов подобных шоу.

Из-за дальнейшей эскалации общественного мнения почти весь интернет обсуждал этот показ, особенно показ от кутюр MS в начале. Это классические дизайны MS за последние два года, можно сказать, что это лучшие работы лучших дизайнеров индустрии моды.

Почти каждое платье от кутюр на моделях, от ткани до дизайна, до отечественных и зарубежных звезд, которые носили эти платья, были просто великолепными.

После того, как шоу вышло в эфир, у дизайнеров также появилось много фанатов. Конкурсанты более или менее привлекли группу поклонников, которым понравился их дизайн. Среди них Мэн Цинь являлся самым популярным из-за его милой внешности.

Конечно, Гу Хэншэн остался перед телевизором, чтобы вовремя посмотреть премьеру, но, в отличие от радости пользователей сети, чем больше он смотрел, тем больше злился, особенно когда Линь Лян взаимодействовал с Хань Си. Но они снова сидели вместе, и в кадрах Линь Лян всегда был с Хань Си, от чего ему было очень неловко.

После просмотра он сразу же позвонил Фэн Чжэну, президенту Pineapple Video: «Слишком мало кадров Линь Ляна».

Фэн Чжэн выглядел смущенным и подумал про себя: объектива камеры стало меньше? Это конкурсная программа, конечно, в основном для будут показывать только моделей.

Но чтобы добиться своего положения, он должен быть самым умным из-за Гу Хэншэна. Этот тривиальный вопрос не может его беспокоить: «Президент, у нас есть еще одна программа с очень высокими рейтингами, которая начнет транслироваться на следующей неделе, под названием «Искушение босса», особенно подходит для участия президента Линя».

Гу Хэншэн нахмурился: «Мне нужно записать две программы одновременно, неужели мой маленький Лянбао слишком устанет!»

У Фэн Чжэна побежали мурашки по телу: «Это жизненная программа, мистеру Линю не нужно сотрудничать, ему просто нужно быть самим собой, фотограф будет молча следовать за ним рядом, а затем фотографировать мистера Линя. Ролики из его жизни должны выпускаться для зрителей».

Гу Хэншэн подумал, что это хорошо, хотя он не мог следить за Линь Ляном весь день, но он мог видеть, что тот делал каждый день, и все равно фотографировал это открыто для него: «Все в порядке. Все кадры, которые я снял, были отправлено на твой телефон. Я также хочу, чтобы они не редактировались».

Фэн Чжэн: «Хорошо».

Глава 48. Братская любовь

На следующий день Фэн Чжэн лично приехал в Jingyu Group, чтобы пригласить Линь Ляна для участия в шоу «Искушение босса». Линь Лян выглядел озадаченным, увидев план программы: «Эта программа будет транслироваться на следующей неделе! Могу ли я записаться сейчас?»

Фэн Чжэн по-собачьи рассмеялся: «Это не имеет значения, пока ты согласен, мы можем начать хоть сегодня. Я позволю редактору работать сверхурочно, чтобы сделать много кадров за одну ночь. Ты можешь быть уверен, что это никак не повлияет на трансляцию». Если его не отредактируют в одночасье, на что смотрит его босс? Чтобы польстить большому боссу, Фэн Чжэн никогда не опаздывал.

Фэн Чжэн боялся, что Линь Лян не согласится с ним, и сказал: «Благодаря популярности «Воображаемого времени и пространства» и большему количеству хайпа, возможно, ты самая популярная звезда наших СМИ. Ты так хорош и молод, так что это должно принести много денег. Тебе лучше быть популярным в первую очередь, чтобы продвигать новых людей, это принесет пользу и компании, и тебе».

Линь Лян тоже думал об этом, это все равно были деньги, независимо от того, кто их заработал, пока все они текли в его карман. И что сложного в том, чтобы просто позволить парочке людей фотографировать свою повседневную жизнь?

Увидев кивок Линь Ляна, Фэн Чжэн немедленно передал контракт. Увидев, как Линь Лян подписывает свое имя на контракте, он улыбнулся и любезно напомнил: «Если ты хочешь сниматься в этом шоу, оно неизбежно будет там, где ты живешь. Установлено, если семья слишком богата, это может вызвать у некоторых зрителей ненависть к богатым, хотя говорят, что гости, приглашенные на это шоу, все боссы, но разница между боссами и богатыми все же есть».

Линь Лянь беспокоился, он и его брат были единственными в их семье, и его брат был достаточно зол, чтобы не спать всю ночь, если он осмелится не возвращаться в течение месяца, он был уверен, что его брат соберет вещи и приедет за ним.

После того, как Фэн Чжэн ушел, Линь Лян позвонил Линь И: «Брат, я помню, что в цветочном доме матери было трехэтажное здание в западном стиле. Когда отец был в командировке, мать переезжала туда на несколько дней.».

Линь И теперь хорошо знал тон Линь Ляна и прямо спросил: «И что дальше?»

«Pineapple Video» предложило мне записать передачу, заснять мою жизнь и установить дома камеру. Боюсь, что это слишком сильно раскроет обстановку дома, что плохо скажется на нашей семье. Я просто хочу пожить какое-то время в здании Сяоян в цветочном домике нашей матери».

Линь И сердито спросил: «Поскольку все знают, что сниматься в таком шоу это не очень, почему ты согласился?»

«Брат, я до сих пор живу в нашем доме, просто переехал на другую сторону сада».

«Что ты сказал? Наш сад занимает десятки акров. Ты живешь во середине, а я в конце деревни. Это называется жить вместе?»

«Брат, если ты соскучишься по мне, после работы ты можешь пойти пообедать прямо в Сяоянлоу. Если ты не хочешь уезжать, ты можешь остаться здесь. Я попрошу Цзи Хун убрать для тебя комнату. Хорошо?"

…….

Линь Лян даже вел себя кокетливо и уговаривал, и потребовалось много времени, чтобы получить разрешение Линь И на переезд в Сяоянлоу.

Уговорив Линь И, Линь Лян снова позвонил Цзи Хуну и попросил его пригласить домой слугу для уборки Сяоянлоу. Мебель следует поменять, но не покупать слишком дорогую.

Той ночью он и Цзи Хун переехали в здание Сяоян. После работы Линь И повернулся и везде чувствовал отвращение: «Посмотрите на эту узкую гостиную, можете ли вы свободно дышать, находясь в ней?»

«Посмотрите, какой маленький этот ресторан, он совсем не атмосферный».

«Посмотрите, какой жесткий этот диван, он из натуральной кожи?»

В любом случае, это не приятно для глаз, подумал Линь Лян, раз тебе так противно, ты должен уйти! Разве посреди сада не находится самое большое и просторное здание?

В конце концов, Линь И поел в Сяоянлоу, а Цзи Хун приготовил ему. Линь И сел, и Линь Лян налил ему бокал красного вина. Линь И взял несколько кусочков разных блюд Цзи Хуна палочками для еды, затем повернулся к Цзи Хуну и сказал: «Я не ожидал, что ты умеешь готовить». .Уровень не хуже, чем у повара."

Цзи Хун смиренно улыбнулся: «Когда я учился за границей, мне было трудно есть национальные блюда, которые не соответствовали бы моему вкусу. У меня не было другого выбора, кроме как научиться готовить их самостоятельно. Позже, когда я вернулся в Китай во время летних каникул, я пошел к повару, чтобы научиться этому. Это заняло у меня два месяца».

Вскоре после еды Линь Лян получил звонок от швейцара в доме и сказал, что люди из Pineapple Video хотят прийти, чтобы установить камеры. Линь Лян попросил швейцара впустить их, и Линь И недовольно поддразнил: " Вы тоже можете переехать сюда. Что ж, в будущем я могу сделать видеозвонок со своей семьей Янъян открытым и честным способом».

Линь Лян посмотрел на своего брата сверху и снизу: «Тебе не нужно постоянно напоминать мне, что я несчастный ребенок без отца или матери, который тоже хочет иметь брата. Нет, меня заставили пойти на телевидение, чтобы жениться, когда шоу выйдет в эфир, у тебя точно будет зять на несколько миллионов, не волнуйся! В будущем, если я тебе стану не нужен, я все равно буду жить хорошо».

После разговора Линь Лян притворился, что пальцами вытирает слезы, которых не было в его глазах.

«Я не хотел тебя, женитьба не повлияет на твое положение в моем сердце», — объяснил Линь И.

"Да, именно так мерзавцы лгут своим женам дома, говоря, что то, что я держу любовницу на улице, не влияет на твое место в моем сердце", - Линь Лянь сказал, изображая свою неприязнь.

«Мы семья, другие — любовь, можем ли мы быть такими же?» — беспомощно возразил Линь И.

Линь Лян слегка улыбнулся: «Разве ты не говорил, что после долгого брака отношения становятся семейными? Какая разница? Другое дело, что я младший брат, так что, возможно, это не так хорошо, как чей-то главный дом».

…….

Братья начали спорить друг с другом, и когда Цзи Хун пришел с людьми из Pineapple Video, люди из Pineapple Video подумали, что Лин Лян спорит со своим парнем.

Цзи Хун больше не удивляется тому, что с господином Ляном возятся, и его больше нельзя считать талантом, он гений. Он не остался в гостиной и повел людей прямо в здание.

Столкнувшись с Лин Ляном, Лин И вскинул голову: "Ты ожидаешь, что я буду держать тебя в холостяках до конца жизни?"

"Кто хочет, чтобы ты был холостяком, моя просьба так проста, почему бы тебе просто не понять? Ты заботишься обо мне, замужем ты или нет, твой брат - самое главное в твоем сердце, а ты даже этого не можешь сделать? Неужели тебе так трудно любить меня больше от их имени, когда мамы и папы больше нет?".

На этот раз Лин Лян действительно плакал, его слезы падали, как жемчужины. Он был непобедим в плане умения кричать, иначе бы его не любили все в его последней жизни в большой, влиятельной семье.

Сердце Линь И сжалось, он хотел обнять брата, но его нога еще не зажила, поэтому он протянул руку, чтобы погладить Линь Ляна по голове, но Линь Лян наклонил голову и намеренно избежал этого. Рука Линь И замерла в воздухе и отдернулась.

"Прости, я не должен был тебя провоцировать! Я спровоцировал тебя, я просто .......".

"Что?" спросил Линь Лян со слезами на глазах..

"Просто не хотел жить один в таком большом доме. Чем больше дом, тем более одиноко становится без семейного очага".

Линь Лян подошел и обнял своего брата, вытирая слезы о свой костюм: «Тогда ты тоже можешь переехать сюда! Разве мы не жили здесь, когда были молоды? Когда мы снова были вместе, когда мы были молоды, когда ты был молод , я еще не родился, ты вырос, когда я был маленьким, теперь, когда у нас есть такая хорошая возможность, мы вернемся в наше детство вместе?»

Линь И коснулся его головы и тихо сказал: «Хорошо».

Линь Лян наконец расхохотался. Он не чувствовал, что создает проблемы необоснованно. Он считал, что каждые отношения он выигрывал сам. В этом мире есть родственные связи, где кровь гуще воды, а есть и такие, где кровь легче воды. То, какая у человека привязанность, полностью зависит от того, как он ею распоряжается.

То же самое и с любовью. Если вы не скажете другому человеку, он никогда не узнает, насколько он вам важен.

Той ночью Линь Лян и Линь И сидели лицом к лицу, Линь Лян читал книгу, наверстывая упущенные уроки из-за компании и программы звукозаписи. Линь И сидел напротив него, открывая записную книжку и просматривая электронные письма, отправленные зарубежными филиалами.

Двое мужчин, один из которых выглядел молодым, красивым и мягким, а другой зрелым, красивым и смелым, представляли собой красивую и гармоничную картину, и Цзи Хун не мог не спрятаться в углу, молча доставая свой мобильный телефон, чтобы запечатлеть эту сцену.

Глава 49. Человек, который любил своего брата

На следующее утро у Цзи Хуна заболела голова, а г-н Лян не встал в восемь часов. Сегодня открылся выставочный зал, и утром состоится важная церемония перерезания ленточки.

В прошлом Линь Лян всегда ставил свой собственный будильник на мобильном телефоне, и когда он срабатывал, он просыпался, пролежав в постели некоторое время, но сегодня Линь Ляна разбудил будильник, и он, как обычно, выключил его, затем не стал вставать и дальше лег спать.

У Цзи Хуна не было другого выбора, кроме как использовать ключ, чтобы открыть дверь своей комнаты. Он подошел к кровати Линь Ляна и осторожно потряс его за плечо: «Мастер Лян, пора вставать».

Линь Лян погладил его по руке, повернулся и заснул. Цзи Хун снова позвонил, но Линь Лян все еще крепко спал. Он полностью его проигнорировал.

Цзо Линь толкнул Линь И, отчего Цзи Хун отступил в сторону, а Линь И подошел к кровати: "Если ты не встанешь, я тебя отшлепаю! Я ударю тебя по заднице!".

Линь Лян никак не среагировал на его слова, отчего Линь И беспомощно протянул руку и потряс его. Линь Лян сердито нахмурился: "Не мешай мне, я хочу впасть в спячку"

Линь И улыбнулся: "Ты действительно считаешь себя змеей, если ты не встанешь, я прикажу сварить тебя в котле".

Линь Лян все еще крепко спал с закрытыми глазами, Линь И продолжал трясти его, а Линь Лян продолжал спать, Линь И нахмурился: «Разве ты не пригласил дедушку Цао сегодня перерезать ленточку? Есть много других артистов, которые придут поддержать, ты считаешь нормальным вот так относиться к ним?".

Линь Лянь разозлился на шум брата и просто накрыл одеялом всю голову. У Линь Е не было выбора, кроме как поставить одну ногу на землю, и Цзо Линь собрался помочь ему, но тот бросил на него взгляд и убрал руку.

Нога, которую не укусила змея, ступила на пол, Линь И держался одной рукой за край кровати и повернулся, чтобы сесть на край. Он стянул одеяло с головы Линь Ляна, поднял его и положил себе на колени: "Ты ведь уже не спишь. Ты скучаешь по маме? Открой глаза, все хорошо, мама никогда нас не бросала, она не должна беспокоиться о нас, просто мы ее не видим".

Слезы текли из глаз Линь Ляна. На самом деле это не имело к нему никакого отношения. Он просто был сонным и хотел впасть в спячку. Он должен был потерять сознание, но из-за эмоций он поднял голову. Когда слезы пересекли его лицо, у Линь Ляна снова сработал будильник, и он немедленно открыл глаза.

Линь И мягко вытер слезы: «Почему бы тебе не сменить комнату на ночь, я знаю, что тебе здесь нравится, но это также напомнит тебе о многих вещах из твоего детства».

Линь Лян энергично покачал головой: «Я не хочу этого. Маме здесь так нравилось, что она обязательно вернется. Может быть, я смогу снова встретить ее здесь. Я не хочу уезжать. Я так по ней скучаю. " . Это была самая глубокая эмоция, и ему даже не нужно было ничего делать, чтобы высвободить ее.

Линь Е тоже заикался и крепко обнял его, сдерживая слезы: «Хорошо, если ты увидишь мать, ты должен сказать ей, я тоже по ней скучаю».

После долгих утренних метаний и ворочаний, они, наконец, выбрались из дома до 9:30. Когда они подошли ко входу в выставочный зал, было уже половина десятого, и все гости ждали по обе стороны импровизированной сцены, установленной на площади у входа.

Лин Лян подтолкнул Лин И, который был в инвалидном кресле, и поблагодарил всех гостей, затем подошел к Цао Ихуану и искренне извинился: "Простите, дедушка Цао, мне нужно было позаботиться кое о чем дома, поэтому я заставил вас ждать".

Цао Ихуань покачал головой: «Все в порядке, опаздывать — это нормально, мы с друзьями давно не виделись, мы могли просто поболтать еще немного, даже если бы вы и опоздали».

Затем он сказал Линь И: «Не будь таким опрометчивым в следующий раз, я видел, как тебя укусила змея в прошлый раз в новостях, это действительно напугало меня до смерти. Ты ведь такой молодой, зачем ты ему позволяешь так поступать с тобой?"

Линь Лян отказался принять его слова: «Я не слишком молод, мне восемнадцать».

Цао Ихуань надулся: «Тебе восемнадцать? Ведешь ты себя так, будто тебе всего лишь восемь».

Люди вокруг засмеялись, и Линь И тоже засмеялся, и похлопал Линь Ляна по руке и добавил: «Правильно, чем старше ты становишься, тем моложе и тем более капризным и неразумным ты становишься».

Все были здесь, и ведущий объявил, что началось перерезание ленточки. Красная шафрановая шелковая ткань была натянута в центре сцены, Цао Ихуань стоял посередине, Линь И и Линь Лян стояли по обеим сторонам, официант принес ножницы и по команде трое людей вместе разрезали ленту.

Когда была перерезана красная ленточка, зазвучали фейерверки. Выставочный зал официально был открыт. Выставленные сегодня работы — это работы, написанные в последние годы хорошим другом Цао Ихуаня и современным великим художником Хэ Ючэном. Картина тушью Хэ Ючэна является шедевром пейзажной живописи, даже если он хорошо пишет иероглифы, его картины очень хороши на аукционах, и теперь он может показать свою собственность на выставке, что можно считать достаточным, чтобы дать Цао Ихуаню и Линь Ляну репутации.

Перерезав ленточку, Линь Лян сопровождал своего брата и гостей, чтобы посмотреть выставку. Линь И действительно очень любил младшего брата Линь Ляна. Чтобы помочь Линь Ляну развлечь этих культурных людей, он специально пожертвовал одно утро.

Услышав шум у двери, Линь Лян сказал гостям и стоявшему рядом с ним Цао Ихуаню: «Я пойду посмотрю». Затем он поспешно направился к воротам выставочного зала. Он был полон людей, и персонал кричал в громкоговорители: «Чтобы увидеть выставку, пожалуйста, встаньте в очередь у стойки слева, чтобы купить билеты». Потому что все они пришли из-за одного человека, короля Хань Си.

Как только Хань Си обернулся, толпа взволнованно закричала. Хань Си ничего не оставалось делать, как взять у персонала громкоговоритель и ласково сказать всем: «Все, если вы хотите увидеть выставку, молчите и выстраивайтесь в очередь, чтобы купить билеты. Хорош? Не позволяйте другим смеяться над нашими маленькими поклонниками из-за отсутствия качества, ладно?»

«Хорошо.» Фанаты ответили в один голос, а затем толпа снова закричала, увидев Лин Ляна стоящего позади Хань Си.

Хань Си повернул голову и увидел Линь Ляна, который стоял недалеко. Он улыбнулся ему. Линь Лян помахал ему, но сказал: «Привет, милые маленькие поклонники!»

Поклонники кричали, держась за сердце: на самом деле Линь Лян слишком красив и мил! Им казалось, что они умерли сотни раз от одной только его улыбки.

Хань Си подошел, встал перед Линь Ляном, гордо поднял подбородок: «Они мои поклонники, тебе не разрешено их соблазнять».

Линь Лян укоризненно посмотрел на него: «Если я не соблазню их, то должен ли я соблазнить тебя?»

Хань Си рассмеялся: "Это надо обдумать".

Линь Лян сердито обернулся: "Спасибо за смелость, прежде чем тебя до смерти изругает мой брат, я куплю тебе самый дорогой хрустальный гроб, а когда ты умрешь, я подниму твои останки и положу их внутрь, положу их под кровать и буду доставать каждое утро, чтобы посмотреть на них еще раз".

Затем он повернулся, чтобы посмотреть на Хань Си, и многозначительно похлопал его по плечу: "Вот видишь, твоя смерть вовсе не лишена смысла, по крайней мере, она может каждый день напоминать мне, что человеку, который является живым братом, лучше не быть слишком расточительным, чтобы не навредить невинным".

Благодаря благословениям Хань Си и его фанатам тема «Хань Си отправился в недавно открывшийся выставочный зал Линь Ляна» быстро стала популярной, и ее считали бесплатной рекламой выставочного зала Линь Ляна. Все виды необработанных фотографий, сделанных фанатами, разлетелись по всему Интернету, не говоря уже о Си Фэне и ЛяньПи, но многие прохожие знали, что недавно открытый выставочный зал Линь Ляна называется «Wanhai Art Exhibition Hall».

Глава 50. Давай родим обезьянку

Гу Хэншэн находился в середине совещания, когда его секретарь Су Рун подошла и прошептала ему на ухо несколько слов. Гу Хэншэн немедленно опустил лицо и сказал руководителям Гу в конференц-зале: "Подумайте об этих вопросах, которые были сказаны сегодня, когда вы вернетесь, и каждый из вас вернется и напишет решение, чтобы сдать его завтра. Заседание закрыто".

Сказав это, Гу Хэншэн поспешно покинул конференц-зал, а когда вышел из конференц-зала, достал свой телефон и нажал на горячий поиск Weibo.

Когда он увидел фотографию Лин Ляна, улыбающегося Хань Си, его сердце сжалось, а затем он прочитал текст, опубликованный поклонником Си: "Все кончено, все кончено, эта пара слишком влюблена, они так хорошо смотрятся вместе, с какой бы стороны они ни были! Я не могу, это слишком сладко, я был фанатом другой пары три года и превращаюсь в фаната CP".

Увидев это, Гу Хэншэн так разозлился, что чуть не выбросил телефон. Он знал, что сегодня открывается выставочный зал Лин Ляна, и собирался пойти, но Лин Лян отказался, сказав, что достаточно того, что его брат и Цао Ихуань там, велев ему вести себя хорошо и зарабатывать деньги, а не слоняться без дела.

Маленький белый пес был очень старательным, когда ему сказали не бродить вокруг.

После того как Гу Хэншэн сел в машину, его телефон зазвонил, и когда он открыл чат, это было видео, отправленное Фэн Чжэном о том, что Лин Лян не встал сегодня утром.

Когда он впервые увидел это видео, его сердце превратилось в вату, и он был так растерян, что не мог осознать, насколько сильно у него текут слезы из глаз. Он не мог не смотреть на Линь И и хотел отпихнуть его. Если бы только он держал на руках своего маленького ребенка, он бы утешил его и не дал ему так сильно плакать.

Чем больше Гу Хэншэн думал об этом, тем грустнее ему становилось. Как только он вспоминал образ Линь Ляна, одиноко лежащего в гнезде посреди ночи и думающего о своей матери, ему хотелось взять своего малыша на руки и погладить его.

Когда машина подъехала к выставочному залу Wanhai Art Exhibition Hall, он больше не сердился, он просто хотел увидеть своего бедного маленького котеночка, обнять его, поцеловать и любить его.

Линь Лян был немного удивлен внезапным появлением Гу Хэншэна: "Почему ты здесь?".

Гу Хэншэн увидел, что Линь Ляна в основном окружают старейшины, поэтому он проглотил слова, которые были на грани того, чтобы вырваться из его рта: "Я скучал по тебе!". Он проглотил слова, которые должны были вырваться из его рта, и заменил их словами: "Я просто случайно проходил мимо и зашел посмотреть".

Линь Лян увидел, что его глаза немного покраснели и опухли, поэтому он подошел и спросил с беспокойством: "Что случилось? Ты в порядке?"

Гу Хэншэн вежливо улыбнулся всем: "Мне нужно кое-что обсудить с генералом Сяо Линем, после того, как мы закончим разговор, я вместе с ним сопровожу всех на выставку".

Линь И нахмурился, но ничего не сказал, в конце концов, все они были людьми с головой и репутацией, а с силой Гу Хэншэна эту репутацию мог дать только он.

Лин Лян отвел Гу Хэншена в свой кабинет наверху, но как только он вошел в комнату, его прижали к обратной стороне двери и насильно поцеловали. Это был самый сильный поцелуй Гу Хэншэна за все время их знакомства, и он почувствовал, что из него высасывают всю душу.

Только после того, как его поцеловали так сильно, что ему показалось, что он умрет, Гу Хэншэн отпустил его, затем он крепко обнял и стал теребить его волосы, превращая его прическу в куриное гнездо, а куриное гнездо в сковороду.

Линь Лян чувствовал, что Гу Хэншэн, вероятно, всю жизнь был в обиде на его волосы, и если он однажды рано облысеет, то непременно первым сделает Гу Хэншэна лысым и напишет на его макушке слово "Лян". Он никогда не сможет убежать от своей горы из пяти букв, куда бы он ни пошел.

"Линь Лян, давай поженимся! Я буду любить тебя, любить тебя и заботиться о тебе, чтобы твои отец и мать на небесах увидели, как ты станешь самым счастливым человеком в этом мире".

Линь Лян коснулся его лба: "Шэн Шэн, ты ведь не заболел?".

Гу Хэншэн взял его руку и поцеловал ее: "Нет, я просто очень хочу подарить тебе счастье и сделать тебя самым счастливым мальчиком на свете".

Линь Лян похлопал его по плечу: "Шэнбао! Это хорошая идея, и ее стоит поддержать, но это должно произойти через десять лет". Линь Лян думал, что через десять лет ему будет всего двадцать восемь лет, и к тому времени еще не поздно будет подумать о женитьбе.

Но Гу Хэншэн был в ярости и сразу же поднял его: "Ты что шутишь, малыш? Через десять лет в нашей семье уже будет второй ребенок".

Линь Лян, которого подхватили на руки, обхватил ногами его талию, он обхватил лицо Гу Хэншэна и поцеловал его в лоб: "Дикарь, о чем ты думаешь? Я твой мужчина, а не курица, родившая ребенка и следящая за гнездом".

"Первое, что тебе нужно сделать, это сделать ребеночка. Если ты не выйдешь за меня замуж раньше, то в следующем году над тобой будут смеяться, когда у тебя будет большой живот".

Некоторое время они дурачились в офисе, пока Гу Хэншэн не просунул руку в брюки Лин Ляна, и Лин Ляна охватила тревога. Он был человеком, который будет упорно бороться за своих детей, если у него будет такая возможность.

Лин Лян укусил Гу Хэншэна прямо за шею, в конце концов, это был его собственный человек, Лин Лян укусил не очень сильно, но не ожидал, что Гу Хэншэн не воспримет это всерьез,

его чертова рука коснулась его ягодиц.

Все тело Лин Ляна было в плохом состоянии, это была его невинность, которую он защищал две жизни, и он был только что запятнан этим диким человеком! Он схватил Гу Хэншэна за руку и пригрозил: "Если ты посмеешь пошевелиться, я тебя кастрирую, так что до конца жизни ты сможешь сделать со мной ни одну обезьянку".

Гу Хэншэну пришлось отнять руку и облизать языком пальцы в том месте, где он только что касался его задницы, с жалким видом: "Дорогой, я так голоден, я хочу съесть тебя".

Лин Лян со злостью схватился за пояс брюк: "Старый извращенец, если ты будешь продолжать в том же духе, я попрошу ювелира MS сделать мне металлические трусики на заказ, посмотрим, как ты сможешь съесть меня в следующий раз".

Гу Хэншэн мгновенно подумал не о том и улыбнулся, обнимая Лин Ляна: "Секунду! У меня есть ключ, посмотрим, как ты потом будешь искать подходящую женщину за моей спиной".

Линь Лян протянул руку, чтобы оттолкнуть Гу Хэншэна, а Гу Хэншэн схватил его руку и облизал пальцы языком, а потом засунул пальцы в рот и стал сосать их! Линь Лян выглядел ошеломленным: "Ты так сильно хочешь меня?".

Гу Хэншэн обнял Линь Ляна за талию, обидевшись: "Я хочу съесть тебя, я хочу сделать обезьянок с тобой". Он сказал и бессознательно провёл рукой по ягодицам Лин Ляна.

Линь Лян убежал, сдерживая кровь из носа: "Ребенок еще маленький, ребенок боится, ребенок не хочет иметь обезьянку".

Гу Хэншэн подошел к нему и снова прижал Лин Ляна к стене, используя свое тело! Раскаленная и толстая дубинка под ним прижалась к Лин Ляну со смертельной силой, пугая Лин Ляна.

Гу Хэншэн улыбнулся и сексуальным голосом нежно прошептал ему на ухо: "Маленький Лянбао не бойся, потом ты будешь умолять подарить мне обезьянок".

После некоторого ворочания Линь Лян, наконец, вырвался из офиса и побежал в ванную, чтобы поправить одежду и брюки. Перед выходом он также причесался. Когда он вернулся вниз, Гу Хэншэн уже стоял в толпе, смеясь и шутя с Цао Ихуанем. Конечно, Гу Хэншэн не улыбался, смеялись все остальные, а он строго выполнял свое обещание Линь Лянь, что в будущем будет улыбаться только ему.

Даже если Гу Хэншэн не улыбался, Линь Лянь чувствовал, что этот человек перед ним необычайно ослепителен, необычайно привлекателен, даже больше, чем при первой встрече. Что делать? Чем больше он смотрел на него, тем больше ему хотелось подарить этому человеку обезьянку, но как его сломать?

Глава 51. Объединение музыкального мира

В холле выставочного зала сидели лицом друг к другу два крупногабаритных мужчины.

Гу Хэншен сказал после минутного раздумья: "Я пришел к тебе, потому что хочу кое-что обсудить с тобой".

Линь И слегка улыбнулся: "Что это?".

"Я хочу на время переехать в дом, в котором вы сейчас живете".

Линь Е улыбнулся: "Нет".

"Я готов предложить два процента акций Hengshi Capital Линь Ляну".

Линь Е с опаской присматривался к Гу Хэншэну, зная, что Ронг Юань Дун из семьи Ронг имеет только пять процентов акций Hengshi Capital. Линь Лян ничего не сделал, а Гу Хэншэн напрямую предлагал ему два процента акций, поэтому Лин И пришлось пересмотреть отношения между Лин Ляном и Гу Хэншэном.

Столкнувшись с денежным искушением, Линь И покачал головой: "Что хорошего в том, что посторонний человек будет жить в семье Линь без видимой причины? Кроме того, Линь Лян сейчас записывает шоу, и все, что он делает, будет снято на камеру. Это уже не вопрос денег, это плохо скажется на репутации Лин Ляна, поэтому я не согласен".

"Но Линь Лян согласится, он твой родной брат, ты должен хорошо знать его темперамент. Я не стал говорить с Лин Ляном напрямую, вместо этого я обратился к тебе , чтобы обсудить это, потому что я уважаю твой статус главы семьи Лин".

В этом вопросе Линь И все еще восхищался Гу Хэншэном за его продуманность в делах. Он мог обратиться к Линь Ляну, чтобы обсудить те же условия, и Линь Лян сразу бы согласился. Но потом он будет очень недоволен, когда узнает об этом, и может снова поссориться с братом.

Но Гу Хэншэн прямо избежал этой возможности и выбрал другой путь с теми же условиями. Даже если бы переговоры не удались, это не оставило бы у него слишком плохого впечатления, которое могло бы повлиять на дальнейшее развитие его отношений с Линь Ляном.

Чем более задумчивым и осторожным был Гу Хэншэн, тем больше Линь И волновался в своем сердце; его младшему брату было всего восемнадцать лет, и сейчас было время, когда они вдвоем были на высоте, и никто не должен был прийти и украсть у них это.

"Будет то же самое если ты поговоришь с ним. Если он не согласен, больше нет необходимости говорить об этом". Линь И отказался наотрез и жестко пресек возможность переговоров.

"Пять процентов, я отдам пять процентов акций Hengshi Capital в обмен на право для меня жить в вашей семье Лин, этого разве мало?". Гу Хэншэн снова отступил, отчаянно желая, чтобы он был тем человеком, который обнимет Лин Ляна и утешит его, когда он будет в самом уязвимом положении.

Hengshi Capital заботился о сотнях миллиардов долларов богатства по всему миру, и бесчисленные магнаты сжали свои головы, чтобы отдать свои деньги Гу Хэншэну на попечение, но перед лицом такого огромного искушения Линь Е все же стиснул зубы и безжалостно отказался: "В моем сердце мой брат бесценен, мне жаль, что я не могу согласиться на твою просьбу".

Сказав это, Линь И жестом приказал Цзуо Линю выйти. Гу Хэншэн сидел один в гостиной, сжав кулаки. Ему потребовалось много времени, чтобы успокоить волнение в своем сердце, он хотел Линь Ляна, он не допустит никаких случайностей. Линь Лянь мог быть только его.

Он достал свой мобильный телефон и позвонил Ронг Юаньдуну: "Ускорь план по получению Линя".

Ронг Юаньдун на мгновение вздрогнул и ответил: "Хорошо".

Началась запись второй половины предварительного раунда "Воображаемого времени и пространства", и все проходило в том же порядке, что и в прошлый раз: два наставника-дизайнера судили профессионально, а Хань Си присматривал за приколами Линь Ляна и иногда высказывал свое мнение. Специальный гость, Цзинь Ли, отвечал за то, чтобы хорошо выглядеть и время от времени вступать в разговор между Хань Си и Линь Ляном, оставляя достаточно материала для послеэфирных спекуляций и CP.

Первоначально Линь Лян думал, что показ пройдет гладко, но к его удивлению, на полпути записи, после того, как модели продемонстрировали три комплекта современной мужской одежды с использованием элементов древнего стиля Ся, дизайнером, вышедшим из-за кулис, оказался Вэнь Юйцинь.

Линь Лян также был в замешательстве: команда программы не сообщила ему заранее, что Вэнь Юйцинь участвует в программе, и, согласно сюжету оригинальной книги, Вэнь Юйцинь также не изучал дизайн одежды. Было очевидно, что Вэнь Юйцинь, должно быть, нашел стрелка.

Все в отрасли были единодушны в том, что Хань Си ненавидел императора Лян Яня, и он также не испытывал особой привязанности к Вэнь Юйциню, который был особенно близок к императору Ляну.

После того, как Вэнь Юйцинь представился, Линь Лян боялся, что Хань Си не сможет сдержать своих слов, что вызовет недовольство зрителей, а главное, что Вэнь Юйцинь воспользуется случаем и поднимет шум. Поэтому он заговорил перед Хань Си: "Я не ожидал, что учитель Вэнь будет не только действовать, но и шить одежду, вот это сюрприз".

Только тогда Вэнь Ши и Вэнь Юэ поняли, что собеседник оказался актером. Хотя Вэнь Юйцинь теперь пользовался поддержкой императора Ляна, сам он все еще был актером третьего или четвертого уровня с небольшим количеством работ, и в глазах публики она попадал в категорию тех, кто вроде бы видел это лицо в какой-то драме, но не мог вспомнить, как его зовут.

"Мне интересно, как актеру, почему вы приняли участие в конкурсе дизайнеров, или ваша компания получила информацию и решила, что это шоу может сделать вас популярным, и поэтому вы подписались?". Хань Си все еще не мог сдержаться, чтобы не задать этот острый вопрос.

Не дожидаясь ответа Вэнь Юйциня, Линь Лян повернул голову и посмотрел на Хань Си: "Как актер, который не хочет быть популярным, что плохого в желании быть популярным. И почему только потому, что ты хочешь быть популярным как дизайнер, ты не можешь участвовать в этом конкурсе, потому что тебе нравится дизайн?".

Лин Лян намеренно перехватил слова Вэнь Юйциня, превратив то, что должно было быть праведным опровержением Вэнь Юйциня, в ежедневную перебранку между ним и Хань Си. Он не дал Вэнь Юйциню шанса показать себя, а также обратил в ничто резкость Хань Си.

Как и ожидалось, Хань Си пришлось сдаться перед лицом Линь Ляна, с вызывающим лицом: "Ты великий, ты во всем прав, ясно? Мне кажется, я избаловал тебя за эти дни, теперь ты начинаешь спорить со мной по каждому моему слову".

Линь Лянь посмотрел на него с таким смущенным видом, и в свое время вернул ему поле, в конце концов, его целью было не подавить Хань Си, а подавить Вэнь Юйциня, "Я знаю, что вы имеете в виду, вы смотрите на господина Вэня очень заинтересованным взглядом, все аспекты условий все еще хорошие и очень подходят для того, чтобы быть актером. Если его сердце тревожно и не может выдержать индустрию развлечений ему стоит бросит быть актером. "

Хань Си прорычал в сердцах: "Я просто хочу, чтобы он убрался с дороги, не ослепляй меня перед глазами Лао-цзы!". Но на лице его была улыбка, не выражавшая ни слова. Как будто Линь Лян был прав, или как будто он имел в виду что-то другое, но нетизены и папарацци могли интерпретировать эту улыбку в течение трех дней и ночей в любом случае.

Вэнь Юйцинь - умный человек, поэтому он воспользовался ситуацией и отвесил неглубокий поклон Хань Си: "Спасибо за вашу доброту, я люблю придумывать разные диазйны, но еще больше я люблю играть. Я люблю дизайн, но еще больше я люблю актерскую игру. Не волнуйтесь, я буду продолжать, даже если путь актера будет трудным. Быть актером - это моя карьера, а создание костюмов - мое хобби, я считаю, что эти два понятия не противоречат друг другу".

"Значит, вы не собираетесь делать карьеру на дизайне, а просто хотите приехать сюда для развлечения". Хань Си снова резко уловил лазейку в речи Вэнь Юйциня. Но с учетом того, что Линь Лян понимал Вэнь Юйциня, эта лазейка была предоставлена ему по инициативе самого Вэнь Юйциня, и чем больше времени он проведет здесь, тем больше обсуждений и зрителей он привлечет, когда это выйдет в эфир. Хань Си не то чтобы не понимал этой истины, но ничего не мог с собой поделать.

"Эй, где тот женский образ, который я так долго создавал для тебя, можешь ли ты больше правильно поддерживать мое сердце и душу? Разве вам пристало задавать такой пустяковый вопрос?". Линь Лянь ударил Хань Си по руке и спросил в отчаянии.

Хань Си выглядел растерянным: "Тогда что еще спрашивать?".

Линь Лянь презрительно посмотрел: "Я знал, что ты немотивирован, разве ты не должен сосредоточиться на таком слове как "образ"?"

Все остальные в комнате, включая персонал, не могли удержаться от смеха, Хань Си схватился за лоб: "До встречи с тобой я был богом-мужчиной, Линь Лян ты вернул мне мой идеальный образ бога-мужчины".

Линь Лян погладил свои волосы: "Поэтому, пожалуйста, попросите финансовый отдел вашей компании как можно скорее зачислить на мой счет деньги за восстановление хорошего кадра. Вы видите, за такое короткое время мое положение после государственного гимна Ся находится в опасности. Когда поступят деньги, трон королевы Ся Гогэ будет вашим". Затем он похлопал Хань Си по плечу: "Брат, твой день царствования над миром певцов уже не за горами.

Затем он посмотрел на Вэнь Ши: "Так, моя речь окончена, вы, ребята, поторопитесь и просмотрите костюмы! Не заставляйте участников позади вас ждать слишком долго".

Глава 52. Хобби Сунь Иня

После этого Вэнь Ши должен был начать свою критику. В итоге Вэнь Юйцинь получил проходной балл в 30 очков и вышел в следующий раунд. Из-за шквала речей Лин Ляна, Хань Си, который был полностью опустошен и склонился над столом, не проявил никакого интереса к тому, чтобы показать свои очки, но Линь Лян схватил его за руку и поднял 10 очков. Вместе с 10 очками Лин Ляна, 5 очками Вэнь Ши и Цзинь Ли было ровно 30 очков.

Конечно, Лин Лян не хотел оставлять Вэнь Юйциня, но оценку Хань Си нужно было дать, иначе маркетологи и зрители подумают, что он нацелился на Вэнь Юйциня. Он должен был дать 10 очков, чтобы поддержать 10 очков Хань Си. Кроме того, наряды, которые демонстрировал Вэнь Юйцинь, были неплохими, поэтому справедливо было дать 30 баллов.

После выхода эпизода в эфир, когда его передали Вэнь Юйциню, зрители были вне себя от радости, а нетизены коллективно бросали сочувственные взгляды на Хань Си. А фанаты заполнили экран словами: "Брат, ты можешь это сделать". , "Брат, правящий миром певцов, твой успех не за горами". ..........

После того, как инцидент попал на сайт микроблогов, "Лю Минь Чжэнь", дива певческой индустрии летней страны, написала в Твиттере Хань Си: "Я с оптимизмом смотрю на тебя".

С тех пор фраза "Хан Тянь Ван объединяет мир певцов" стала основной в шутках каждого. Вэнь Юйцинь, который хотел рассчитывать на массовый трафик шоу и который привел в восторг зрителей, как только появился на сцене, полностью превратился в фон для Хань Си и Линь Ляна.

Даже если компания купила ему "горячий поиск", он был обойден в течение двух часов, и обсуждение было намного меньше, чем у Линь Ляна, который занимал первое и второе места в "горячем поиске". Линь Лян, опираясь на насмешки Хань Си, привлек еще одну волну поклонников, и после всего лишь двух серий "Воображаемого времени и пространства" Линь Лян увеличил число своих поклонников на два миллиона. Он стал самым обсуждаемым персонажем на всех основных платформах.

В очень большой высококлассной вилле Сунь Инь сидел в просторной гостиной и смотрел на жидкокристаллический телевизор, по которому показывали "Воображаемое время и пространство". На его коленях сидел стройный, красивый парень, которому еще нет двадцати лет, одетый в модный наряд с дизайнерскими лейблами, прикусив губу и склонившись в объятиях Сунь Иня, одной рукой крепко стягивая его рубашку.

Он выглядел немного смущенным, хмурился с немного страдальческим выражением лица, как будто пытался что-то сдержать.

Держась одной рукой за тонкую талию, Сунь Инь полез в расстегнутые брюки и несколько раз потер два "шарика" о свое тело, как будто какой-то старик, который любит играть с грецкими орехами, смотрел телевизор, а его руки продолжали двигаться.

Это один из фетишей Сунь Иня, за свою успешную карьеру он менял своих плеймейлов неизвестное количество раз, и даже открыл развлекательную компанию, чтобы облегчить их поиск. Эту новую игрушку в его руках звали Си Ю. После того, как Линь обратил на него внимание в доме Цяо в тот день, он выбрал Си Ю после Линь Ляна, когда вернулся в компанию.

Хотя внешне Си Ю и Линь Лян совсем не походили друг на друга, их спины были очень похожи, они были примерно одного возраста и примерно одного роста. Главное, что Линь Лян был настолько хорош собой, что в их компании не было никого столь же красивого, поэтому им пришлось искать похожего, чтобы обойтись одним.

Сун Инь вздохнул, смотря телевизор: "Где по твоему я могу найти людей в этом мире, подходящих моим запросам? Ты думаешь, что этот Линь Лянь, этот "небесный мужчина" специально создан для меня?"

Си Ю прикусил губу и сузил глаза, выдавив сквозь зубы слово: "Да". Он задавал этот вопрос сегодня восемьсот раз, и как умная игрушка, он разгадал нрав Сунь Иня, и в этот раз он мог ответить только: "Да".

Он капризно ответил "нет", когда только приехал. В результате он мучился в ту ночь. Опыт подсказывал ему, что в данный момент Сунь Инь не хотел общаться с ним, ему просто нужно было, чтобы кто-то подтвердил его слова.

"Это хорошее шоу, позволь мне отправить тебя на него!". Сун Инь потрепал яйца Си Юя и сказал: "Иди и устраивай хаос, развлекайся как можешь, лучше всего заставить всех называть это шоу мусором и называть Линь Ляна не человеком, нужно уничтожить весь хайп этого шоу".

Затем он опустил голову и поцеловал лоб Си Ю: "Я хочу, чтобы мой ангел упал в болото, тогда я замаскируюсь под героя и спасу его из безграничной тьмы и стану единственным светом в его жизни с тех пор, так что он будет следовать за мной с мертвым сердцем."

Сказав это, Су Инь, поднял руку вверх и схватив член Си Ю! Он перемещал его вверх и вниз. Си Ю был совершенно не в состоянии больше думать, он закрыл глаза и сказал: "Хорошо".

"Ты говоришь, если бы человек, лежащий сейчас в моих объятиях, был Линь Ляном, как было бы хорошо, он должен выглядеть еще более очаровательным, чем ты сейчас". Сун Инь поцеловала его в щеку и предупредил на ухо: "Я еще недостаточно наигрался".

Си Ю мог только открыть глаза и продолжать кусать губы, чтобы сдержаться. Сун Инь теребил его часами, и его промежность не оттягивалась с того момента, как Сун Инь вернулся домой. Кроме как сходить в туалет, Сун Инь и не думал его отпускать.

Однажды он спросил Сунь Иня, почему у него такое хобби, на что Сунь Инь ответил, что ему нравился один мальчик, когда он учился в младшей школе, и однажды на уроке плавания он спрятался в шкафу и подглядывал за ним, когда он переодевался, потому что он был длинным и высоким, он присел на корточки в шкафу и посмотрел вверх, и больше всего его поразило то, что перед его глазами болтались два его яичка.

Это был первый раз в его жизни! Э то были его сексуальные фантазии, и он так хотел прикоснуться к этим двум яйцам. Но он не решился, и это сожаление оставалось с ним до тех пор, пока он не стал взрослым и богатым человеком, когда он решился удвоить это подавление внутри себя.

Когда программа на телевизоре была почти закончена, Сунь Инь нажал кнопку паузы на пульте дистанционного управления, и изображение остановилось на одном из кадров с Линь Лянем.

Сунь Инь сняла с Си Ю брюки, оставив Си Ю голым! С ногами на диване и руками на журнальном столике из массива дерева, Сунь Инь держал Си Ю за талию, наблюдая, как изображение Лин Ляна на экране телевизора входит в тело Си Ю. Он закрыл глаза от удовольствия, в его голове пронеслись воспоминания о том, что он видел по телевизору, об игривой манере Лин Ляна говорить.

На следующее утро, когда Си Ю проснулся, рука Сун Иня уже теребила его яйца под ним. Он потирал одной рукой половину тела, прислоненного к кровати, другой рукой держал сигарету, время от времени он вставлял ее в рот и делал затяжку. Очевидно, он размышлял о чем-то.

Си Ю не мог понять, что происходит. Люди, которые служили Сунь Иню, большому боссу их компании, собрали группу, и он хотел перенять опыт, но он не ожидал, что все в ней не могли выбросить Сунь Иня из головы, и были люди, которые после службы Сунь Иню заразились странной проблемой - им нравилось, когда их трогают за яйца.

Примерно через полчаса Си Ю, наконец, не удержался и сказал Сунь Иню: "Босс, мне нужно в туалет".

Сун Инь наконец отпустил его руку и равнодушно сказал: "Кстати, помой посуду!".

Как только он закрыл дверь, он наконец-то вздохнул с облегчением, аура Сунь Иня была действительно большой, находясь рядом с ним в течение длительного времени, даже дышать было бы немного трудно, но его сердце было таким противоречивым.

Глава 53. Инцидент с избиением Линь Ляна

В тот момент, когда он закрыл дверь, он наконец-то почувствовал облегчение, аура Сунь Иня была очень большой. Долгое пребывание рядом с ним затруднило бы даже дыхание, но его сердце было таким противоречивым. Чем сильнее они становятся, тем больше они не могут сомкнуть свои ноги.

Утром за обедом он сидел рядом с Сан Шейдом, который по-прежнему привычно теребил одной рукой яйца через брюки. Слуга на этой вилле давно это видел, и когда он только приехал, то немного стеснялся, но теперь он привык к этому.

Сунь Инь очень хорошо ел пока его растирали. Он наконец-то понял, почему те, кого бросила Солнечная Тень, впали в привычку наслаждаться тем, как им трут яйца, потому что, когда подобное происходит в течение долгого времени, это буквально входит в привычку.

И когда вы привыкаете к этому, вы не можете найти никого, как Сунь Инь, кто был бы готов тереть их для вас таким невротическим способом.

После ужина он сел в лимузин Sun Shade. Он сознательно снял брюки и пошел с голой задницей! Его ягодицы уместились на коленях Sun Shade и лежали поперек машины, чтобы Sun Shadow мог их "поласкать".

Он смотрел в окно, стараясь не издавать ни звука, стараясь не концентрироваться на своем теле, потому что дорога от виллы до офиса была довольно длинной, заняв два часа, и ему приходилось сдерживаться до тех последних получасов, когда Сунь Инь сможет наслаждаться любимым делом. Только тогда он сможет расслабиться!

Если он не подчинится, Сунь Инь будет недоволен, а если Сунь Инь будет недоволен, он не войдет в дом до конца дня! Его нужно было бы постоянно трогать его и никогда не отпускать!

После муторного и напряженного занятия машина проехала до подземного гаража химической группы "Shadow". Сун Инь вылез с нее и вытер кресло салфеткой. Погладив Си Ю по спине, он сказал: "Водитель отвезет тебя в Pineapple Video через некоторое время, иди и встреться с продюсером "Воображаемого времени", мой секретарь отправит номер продюсера на твой телефон позже. Когда ты доберешься до Pineapple Video, ты можешь просто позвонить ему напрямую".

Затем он застегнул брюки: "Когда ты увидишь Линь Ляна, ты должен приложить усилия, чтобы подружиться с ним, неважно, какую тактику ты используешь за кулисами, на поверхности у тебя должны быть хорошие отношения с ним, лучшее, что ты можешь сделать, это пригласить его пообедать со мной. Если ты хорошо справишься, я буду держать тебя рядом с собой, пока не получу Линь Ляна".

С этими словами он вышел из машины, а его телохранители быстро вышли из машины позади него и собрались вокруг него. Си Ю откинулся на спинку кресла, полностью голый! Его тело было в беспорядке, и он наблюдал за спиной Сунь Иня, когда его обошли телохранители и исчезли, как кадр из какого-то фильма.

Он внезапно возненавидел Лин Ляна, потому что Сунь Инь был человеком, который мог просто обладать им, а он никогда в жизни не сможет этого сделать. И единственным человеком, которого этот возвышающийся и могущественный человек хотел заполучить, был Линь Лян.

В понедельник Дун И, который известен как папарацци номер один в индустрии развлечений, неожиданно опубликовал в своем личном микроблоге набор фотографий, всего девять, на всех из которых Лин Лян избивает Лин Хао в лесу. Было хорошо видно, что Линь Лян бил очень безжалостно. Линь Хао был растоптан им и избит.

Надпись Дун И: Даже на своего кузена ты смог поднять свою тяжелую руку. Как вы думаете, заслуживаете ли вы того, чтобы нравиться стольким людям? @ЛиньЛян.

Фотография быстро взорвалась в Интернете, за ней последовали новые маркетинговые номера, взорвались связанные с ней фотографии, даже была откопана та, где Лин Лян повесил Линь Хао на дереве и раздел его догола.

Тема "Лин Лян избивает Лин Хао" быстро поднялась на вершину горячих поисковых запросов на всех основных платформах, и нетизены яростно ругались, увидев это.

"Линь Лян не человек, он так сильно избил своего двоюродного брата".

"Первое, что тебе нужно сделать, это уйти из индустрии развлечений. Такой отброс не должен быть на телевидении, ты плохой пример для подрастающего поколения".

"Тц, тц ......, этот богатый капиталист, избивающий людей таким образом? Разве он не должен отправиться в трудовой лагерь? Я не могу поверить, что это все еще показывают по телевизору".

"Извини, раньше я был твоим поклонником, но теперь я не в теме. Я ненавижу насилие и отвергаю жестоких идолов".

.............

Некоторое время интернет был полон ругани в адрес Линь Ляна. Некоторые нетизены даже опубликовали официальный аккаунт полицейского управления в надежде привлечь Линь Ляна к ответственности. Им достаточно было привести одно слово "Линь Лян", как следовали тысячи ответов, ругающих его и заставляющих сомневаться в его жизни.

Они только-только создали фан-клуб и еще не успели создать официальную группу поддержки фанатов, а уже столкнулись с такой ситуацией.

Как только Линь Лян вышел из школы, его окружил рой репортеров, словно пчелы. К счастью, телохранители, посланные Линь Е ждали его у школы, и они защищали Линь Ляна, проталкиваясь сквозь толпу и ведя его к машине.

Су Рун поспешно вбежал в кабинет Гу Хэншэна, который только что закончил видеоконференцию с руководителями нескольких иностранных инвестиционных проектов. Увидев вбегающего Су Руна, он недовольно спросил "Что случилось?".

"Фотография Линь Ляна, избивающего кого-то, была откопана Дун И и выложена в интернет, она уже возглавила горячий поиск, и теперь весь интернет ругает Ляна".

Гу Хэншэн сразу же включил телефон, зашел на Weibo, нажал на горячий поиск Лин Ляна, после случайного прочтения нескольких комментариев, его охватила ярость, он посмотрел на Су Руна: "Найди кого-нибудь, чтобы расследовать, кто на самом деле заказал этот пост".

После того как Су Рун кивнул и вышел, Гу Хэншэн сел в кресло, подумал и позвонил своему двоюродному брату Гу Цзиньфану.

"Брат?"

"Разве ты не президент студенческого союза университета "А"? Ты должен мобилизовать свой студенческий профсоюз, чтобы помочь найти полную видеозапись и фотографии инцидента с избиением Линь Ляна. Если ты их найдешь, студенческий союз наградит каждого тысячей долларов. Десять тысяч для тех, кто нашел полное видео, и пять тысяч для тех, кто нашел фотографии всего процесса".

Гу Цзиньфань хотел спросить Гу Хэншэна, почему он вдруг стал заботиться о Линь Ляне, но, прочитав комментарии в Интернете, он также был зол, и он спешил найти доказательства для Линь Ляна, поэтому он не стал спрашивать больше.

Было 5:30 вечера, время, когда многие люди заканчивают школу и идут домой с работы, и бесчисленное множество людей едут в автобусе и метро, залипая в своих телефонах, чтобы скоротать время. Внезапно тема "Невинность Лин Ляна" стала второй по количеству поисковых запросов, проскакивая в глазах бесчисленного количества людей.

Видео было опубликовано в официальном микроблоге компании Линь Ляна Hongliang Media с текстом: "Спасибо паре из Университета А, которая предоставила нам полное видео того, что произошло в тот день.

Затем кликнул на видео и у него отпала челюсть от драки в нем, которая была сравнима с отличной последовательностью боевых искусств в боевике.

"Черт возьми, неужели я потерял зрение? Тот парень, который в одиночку избил дюжину панков, это Линь Лян?"

"Блин, если бы камера не тряслась, я бы подумал, что смотрю промо-ролик к фильму! Это слишком круто, он слишком хорош в драках!".

"Ах ......! Линь Лян очень крут! Нет, я не могу уйти после просмотра этого видео, я хочу подарить ему обезьянку".

Затем армия "готовых родить обезьян" на заднем плане приняла извинения тех пользователей сети, которые ругали Линь Ляна, и отстала от сотен комментаторов.

Глава 54. Беспокойство

В 19:30, в самое подходящее для этого время, Лин Лян лично зашел на Weibo, чтобы написать Дун И: "Как журналист, вы обязаны говорить людям правду, а не создавать дезинформацию и использовать общественное мнение для принуждения других и причинения им вреда в обмен на прибыль."

После того, как твит был отправлен, Дун И так и не решился ответить, но Хань Си не позволил пистолету Лин Ляна сделать холостой выстрел, и через десять минут он также отправил твит с обращением к Дун И: "Если бы не выдающиеся способности Лин Ляна, во что бы он превратился, если бы дюжина сопляков взяла в руки палки? Если мой двоюродный брат так ко мне относится, какая разница между таким двоюродным братом и врагом?".

Сопровождающая картинка представляла собой сумку с эмодзи, сделанную его и Линь Ляна поклонниками CP, на которой рука Линь Ляна лежала на плече, его лицо было отвратительным, он улыбался особенно льстивой улыбкой, а слова под ней гласили: "Целуйтесь как семья".

Итак, "Лин Лян побеждает Линь Хао", "Линь Лян занимается боевыми искусствами", "Линь Лян возвращается к Дун И", "Линь Лян и Хань Си близки, как семья". Несколько тем сейчас висели в горячем поиске, выстроившись в ряд, находясь прямо на вершине хайпа.

В этот вечер люди из Лянпи были самыми оживленными и счастливыми, они строчили комментарии в разных темах, и в то же время на повестке дня фан-группы стоял вопрос о создании "Глобальной ассоциации официальной поддержки фанатов Линь Ляна". Сегодняшний инцидент напомнил им, что они не должны пренебрегать защитой Линь Ляна только потому, что он еще не артист.

Горячий поиск этого инцидента висел на всех основных платформах в течение трех дней: маркетологи анализировали его, создатели видео объясняли его, и даже смонтировали видео борьбы Линь Ляна. Толпа елозила от одной платформы к другой, переходя от одной волны к другой.

Они оставили то же сообщение, что и всегда: "Линь Лян, он чертовски красив".

Первая звезда компании - это тот, кто станет красной звездой номер один в их компании.

По дороге домой с работы Дун И был необъяснимо блокирован группой людей, избит, после чего он не мог подняться с земли. Когда он очнулся, семья отвезла его в больницу.

Когда Вэнь Юйцинь узнал новости, он пришел в больницу, чтобы навестить его. Увидев синяки и опухшее лицо Дун И, он немного пожалел его: "Брат Дун, почему ты должен был обижать его ради меня? Ты знаешь, что не можешь позволить себе обидеть его".

Дун И усмехнулся: "Хороший бой, я подожду, пока они сразятся. Не волнуйтесь, я так долго работаю в индустрии развлечений, что еще никого не боялся. Индустрия развлечений играет на общественном мнении, пока репутация Линь Ляна испорчена, куда бы он ни пошел, он оставит пятно и будет оплеван".

Вэнь Юйцинь в душе смеялся, но его лицо было обеспокоенным: "Брат Дун, тебе лучше остановиться, не стоит обижать семью Линь из-за такого маленького актера третьего или четвертого уровня, как я".

"Я люблю тебя, я сделаю для тебя все. Ты такой добрый и такой талантливый, рано или поздно ты станешь популярным, я хочу убрать препятствия перед тобой, помочь тебе добиться успеха, а потом сделать тебе предложение на церемонии награжения".

Вэнь Юйцинь посмотрел на Дун И с тяжелым лицом: "Брат Дун, сколько раз я тебе говорил, я просто хочу вести себя правильно сейчас, я не хочу влюбляться, зачем ты снова это говоришь. Ты так много сделал для меня, я даже не знаю, как тебя отблагодарить".

Подразумевается, что если ты сделаешь для меня достаточно, если ты не сможешь отблагодарить меня позже, тебе придется отдать свое тело взамен. Вэнь Юйцинь был очень щепетилен в своих словах. Сейчас он был лишь незначительной фигурой в индустрии развлечений, и он старался наилучшим образом использовать окружающих его людей.

Конечно же, Дун И заглотил наживку и сказал Вэнь Юйциню: "Сделай для меня несколько фотографий!".

Вэнь Юйцинь намеренно оттолкнул его: "Чего ты хочешь, разве я не говорил тебе больше не связываться с Лин Ляном?"

Дун И улыбнулся и успокоил: "Не надо с этим возиться, я сделаю несколько фотографий и скину их своим друзьям".

Только тогда Вэнь Юйцинь достал свой телефон, чтобы сфотографировать его, он специально искал ракурсы, которые выглядели сильно травмированными, и после того, как он сделал несколько снимков, он также использовал приложение для ретуширования фотографий, чтобы подкорректировать их, прежде чем отправить их Дун И. После отправки фотографий они с Дун И немного поболтали и ушли.

Выйдя из больницы и сев в машину, он не спешил заводить машину, а достал свой телефон и нажал на Weibo, Дун И действительно разместил эти фотографии на своем Weibo.

Содержание Weibo: По дороге домой меня заблокировали в переулке и избили до вот такого состояния, я лежу в больнице весь в синяках. Я наконец понял, что оказался использован капиталистической системой. Кто-то намеренно передал половину фотографий мне, чтобы я мог задать им жару. Затем они опубликовали все фотографии и сделали большой реверанс, получив все тепло и признание. А меня, идиота, которого перестали использовать, успешно уложили в больницу. Блестяще! Замечательно! Эта шумиха не стоила ни копейки.

Прочитав микроблог Дун И, Вэнь Юйцинь наконец-то почувствовал облегчение: Дун И оказался достойным ветераном индустрии развлечений, очень хорошо умеющим пользоваться любовью публики к теориям заговора.

Он завел машину. После такого поста Дун И может снова оказаться в горячем поиске.

Что касается широкой публики, то ее никогда не волнует, что есть черное и белое, она просто любит есть дыни. Затем они используют это, чтобы выплеснуть свою внутреннюю неудовлетворенность жизнью.

С точки зрения игры с общественным мнением, Дун И определенно находился на стадии короля, поэтому ему не нужно было беспокоиться об этом. Сейчас у него на уме было только одно - во что бы то ни стало завалить Линь и заполучить его.

Он не хотел влюбляться в сына своего врага, но Линь И был слишком хорош, слишком совершенен. Это был самый совершенный мужчина, которого он когда-либо видел за всю свою жизнь, и он дважды специально падал в его объятия, его объятия были такими теплыми и крепкими, что он безумно хотел заполучить этого человека. Особенно после того, как узнал, что Сяо Яню тоже нравится Линь И.

Сообщение Дун И в Weibo попало в горячий поиск менее чем через десять минут после того, как оно было отправлено. Прочитав его, толпа нетизенов заподозрила, что весь этот инцидент был спровоцирован самим Лин Лянем.

"Я говорил тебе, это видео слишком жестоко, избиение дюжины людей одним, ты думаешь, что снимаешь фильм о боевых искусствах? Это фальшивка".

"Дун И так жалок, его использовали и избили вот так, Линь Лян был в горячем поиске бесплатно столько дней, почему он нанял кого-то, чтобы избить его!"

"У капитализма всегда было такое лицо. Линь Лян такой порочный в столь юном возрасте, если мы позволим ему продолжать, будет ли у честных людей возможность жить в будущем?".

..........

Все разгорелось, и топ-100 в разделе комментариев под этой темой был полон злобных комментариев. Фанаты были в ярости и пошли делать замечания, но это была капля в море, потому что люди в интернете особо ничего не значили.

Однако на этом история не закончилась, через десять минут, не успела утихнуть одна волна, как началась другая. Новостные порталы выдал результат вступительных экзаменов Лин Ляна, всего 470 баллов, в то время как проходной балл в Университет А, где учился Линь Лян, составлял 610 баллов.

"Как Линь Лян поступил в Университет А?". Сейчас Линь Лян буквально унизил всех студентов, которые так усердно трудились ради своего образования. Таким образом, это сомнение плавно перешло в список горячего поиска номер один на всех основных платформах.

Снова пострадал аккаунт Линь Ляна в Weibo, и даже официальный микроблог "Воображаемого времени и пространства". Микроблог Hongliang Media Management также пострадал.

Глава 55. Горячий поиск

К счастью, сторона Линь Ляна быстро разобралась в ситуации, и рекламный отдел Ронга нашел человека, который выпустил видео, где Линь Лян играет на пианино, и нашел кучу маркетинговых номеров, чтобы распространить новость о том, что Линь Лян был принят в университет А в качестве специального студента-пианиста.

Видео также было отправлено в группу поддержки поклонников Линь Ляна, которая быстро переслала его поклонникам CP "Лянь Си", которые также последовали этому примеру. Менее чем за 20 минут "способность Лин Ляна поступить в университет А" стала темой номер один в трендах.

С другой стороны, Гу Хэншэн также позвонил руководителям нескольких крупных онлайн-платформ, чтобы ограничить поток негативных новостей о Линь Ляне.

В результате темы "Как Лин Лян поступил в университет А" и "Дун И используют" выпали из топ-10 горячих запросов.

Первоначально, тема Дун И была бы подавлена через некоторое время, но Су Хуань, который сидел в баре и дурачился со своими приятелями, вдруг почувствовал скуку и пролистал свой телефон, чтобы увидеть этот горячий поиск, и первым пунктом, на который он нажал, был Weibo Дун И.

Су Хуань славится в индустрии развлечений тем, что является грязным человеком, поэтому мало кто в индустрии развлечений осмеливается связываться с HIS Media. Хотя Су Хуань и является праздным человеком, но в Интернете он - полноценный боец и смеет говорить все, что угодно. Так что молодой мастер Су не зря получает зарплату от компании, по крайней мере, по боевой мощи с ним не сравнятся и десять PR-отделов.

"Вы совершили столько неэтичных поступков и стали причиной развода стольких знаменитых пар из-за вызванных вами скандалов, разве это нормально, что вас избивают за такое? Почему это мой приятель должен вас избивать. Мой приятель - президент компании, и каждую минуту в его руках находятся проекты стоимостью в сотни миллионов долларов. Его не волнует такой червяк, как ты! Даже смотреть на тебя неприятно. Если у тебя сотрясение мозга, обратись к врачу, а если будешь думать об этом, получишь психическое заболевание!".

Сопровождающая картинка - это эмодзи красивого мужчины, который бьет ногой в стену, а у неудачливого парня, который был в роли стены написаны два больших слова "Дун И".

Убивая людей и недолюбливая мир, Су Хуань также является крупным нетизеном с миллионами последователей. Как только он написал твит, его поклонники тут же вскочили от радости.

"Ууу! Мой король снова стреляет!".

"Так бедный Дун И, кто велел ему обижать брата моего Неприязненного Короля".

"Мастер Нелюбовь, как всегда крут!".

"Молча дайте Дун И немного воска .......".

"Дайте Дун И немного воска +1 .......".

..........

Микроблог был только что опубликован и еще не успел разлететься, только фанаты упивались в разделе комментариев. После того, как Су Хуань опубликовал сообщение, он с удовольствием читал комментарии, как вдруг получил сообщение о том, что Хань Си понравился его пост в Weibo. Это взорвало маркетинговые показатели, и все они начали действовать.

Вместе с Hongliang Media и Hai Si Media, "Хань Си понравился пост в Weibo Су Хуаня" быстро поднялся на вершину горячего поиска, оттеснив "Линь Лян поступил в университет A" на второе место.

В конце концов, первоначальный владелец поступил в университет "А" благодаря Линю, а особый студент был лишь причиной, которую они вытащили для прикрытия. Компания уже смогла развеять эти слухи, поэтому лучше не говорить об этом слишком громко.

Крутые фанаты, которые ранее были подавлены "армией воды", наконец, нашли свое поле боя и начали высмеивать Дун И в комментариях различными способами.

Нетизены также находили твиты Су Хуаня забавными и присоединялись к армии поклонников Су Хуаня, которые заказывали воск.

С добавлением нескольких волн общественного мнения, почти не осталось пользователей Интернета, которые не знали бы о Линь Ляне. Линь Лянь сделал себе имя и стал самой популярной фигурой в индустрии развлечений.

В мгновение ока наступила пятница, и "Искушение босса" официально началось в 8 вечера. Остальные три босса, приглашенные на шоу были звездами индустрии развлечений. Среди них был рэпер Пан Цзялян, который основал свой собственный бренд одежды, актер Тань Чжэнь Чжэнь, который создал свою студию и ведет хороший бизнес, и чемпион мира по гимнастике Ло Бинь, который создал свой собственный спортивный бренд.

В первом эпизоде предполагалось, что четыре гостя встретятся вместе, посмотрят видео первого эпизода, отредактированное командой программы под руководством ведущего, а затем ответят на различные вопросы ведущего и специальных гостей.

Но Линь Лян был временно потеснен остальными, чтобы присоединиться к ним, поэтому он не пришел записывать фрагмент просмотра видео.

Поскольку это шоу является одним из популярных у Pineapple Video, оно уже транслируется второй сезон в этом году, и его смотрят многие старые фанаты, а также поклонники различных знаменитостей, которые вовремя подкарауливают его. Это шоу стало горячим с самого первого эпизода.

Клипы других гостей были размещены на переднем плане, и во время просмотра видео ведущий и гости шутили, а за неправильные ответы гостям приходилось играть в игру-наказание, что было постоянным источником смеха. Зрители отлично проводили время за просмотром.

Когда транслировался фрагмент о Линь Ляне, многие зрители плакали, наблюдая за тем, как Линь Лян остается в постели по утрам, потому что скучает по своей матери.

В комментариях некоторые из них рассказали, что родители Линь Ляна погибли в автокатастрофе за несколько месяцев до этого. Это даже заставило многих нетизенов почувствовать себя убитыми горем.

Позже, когда он перерезал ленточку для открытого им выставочного зала, некоторые люди в поп-апах "объяснили", что название выставочного зала было взято из фамилии родителей Линь Ляна.

По мере того, как зрители узнавали больше о Линь Ляне, они все больше жалели его. Люди вдруг поняли, что Линь Ляну было всего 18 лет, но он был таким сильным и выдающимся.

После выхода шоу в эфир число поклонников Линь Ляна увеличилось еще на два миллиона, а количество подписчиков успешно перевалило за восемь миллионов.

В день шоу поклонники Линь Ляна выразили свою любовь к его маме, разместив миллионы сообщений "Мама любит тебя" в разделе комментариев. Две темы "Линь Лян скучает по маме" и "Мама любит тебя" стали горячими темами вместе в тот вечер.

По мере того, как Линь Лян становился все более влиятельным, постепенно появились черные фанаты, которые не привыкли к Линь Ляну.

В этот период времени Линь Е начал переживать не лучшие времена, и несколько крупных проектов, находившихся в его руках, партнеры и инвесторы, с которыми он вел переговоры, призвали отозвать свои инвестиции. Линь И был очень недоволен, поэтому он пригрозил другой стороне, что они уже подписали контракт, и что им придется заплатить за нарушение контракта, но, к его удивлению, они скорее разорвут контракт, чем продолжат сотрудничество с Линь.

Линь И почувствовал, что что-то не так, и положил трубку, чтобы кто-нибудь выяснил, в чем дело. Оказалось, что в последние дни эти компании сблизились с несколькими компаниями, инвестированными Hengsheng Capital.

Очевидно, что из-за его противодействия в прошлый раз Гу Хэншэн сделал ход.

Главный режиссер "Искушения босса" Линь Лян: "Причина высокого рейтинга "Искушения босса" в том, что помимо возможности заглянуть в личную жизнь боссов, другая часть программы заключается в том, что она организует стажировку знаменитых гостей вместе с боссами".

"Вы опоздали на вечеринку, мистер Линь, другие боссы уже подтвердили своих гостей на стажировку задолго до записи шоу. Я хотел бы спросить у мистера Линя, когда вы планируете пригласить гостей на стажировку?".

"Кто тот человек, с которым вы договорились о стажировке?" спросил Линь Лян.

"Си Ю из San Jing Media, он художник, который дебютировал в прошлогоднем шоу талантов и очень популярен".

Линь Лян на мгновение задумался, а затем сказал: "Ты можешь впихнуть его в другие шоу! Я хочу зарезервировать это место стажировки для Сяо Яня из нашей компании".

"Сяо Янь хорош, но он чуть менее популярен". Главный режиссер немного пожаловался, в конце концов, и он, и главный продюсер получили от San Jing Media выгоду, а это были немалые деньги, и он все еще не мог смириться с тем, что отдаст их, пока они не нагрелись в его кармане.

Подумав немного, режиссер добавил: "Контракт с Си Ю был подписан еще до начала записи шоу, и он уже давно вытеснил другие шоу из своего расписания, поэтому не стоит внезапно отказываться от него сейчас. Если другие гости не удовлетворены, они также могут добавить артиста из своей компании в качестве стажера, но команда программы имеет ограниченный бюджет и не будет оплачивать эту часть объявленных гостей. Как вы думаете, господин Линь, это нормально?".

"Хорошо, я вас услышал, директор". Сказав это, Линь Лянь повесил трубку.

Не только он согласится, но и другие начальники.

Глава 56. Помощник по стажировке

Линь Лян позвонил своему помощнику Лань Си: "Позови Сяо Яня, мне нужно с ним поговорить".

Сегодня Сяо Янь был в офисе своего агента и подбирал сценарий, после звонка от Лань Си, он с опаской поднялся наверх. Если честно, Сяо Янь немного боялся Линь Ляна, не смотрите, что Линь Лян моложе его, но его проницательность была острой, его глаза были острыми, и у него была властная аура.

Сяо Янь вошел в кабинет Линь Ляна и подошел к широкому столу: "Господин Линь, вы хотели меня видеть?".

Линь Лян поднял глаза от своих бумаг и улыбнулся: "Присаживайся! Мне нужно с тобой кое о чем поговорить".

После того, как Сяо Янь сел, Линь Лян отложил ручку, откинулся в кресле, посмотрел на него и спросил: "Ты ведь не принимал в последнее время участие в драмах?"

"Я только два дня назад прошел прослушивание на мужскую четвертую роль, жду новостей, но это большая постановка, шансов пройти отбор немного, я просто выбирал сценарий у сестры Хуэй". Сестру Хуэй звали Линь Хуэй, она была агентом с золотой медалью, за которую Hongliang Media заплатила большие деньги. Линь Лян отдал Сяо Яня Линь Хуэй, поэтому было ясно, что Линь Лян придавал большое значение Сяо Яню.

"Не смотри на это, с завтрашнего дня ты поступаешь ко мне в качестве ассистента-стажера!".

Сяо Янь был ошеломлен этой новостью: "А? Нет, боюсь, я не справлюсь с этой задачей, я только снимался в кино и не работал в большой компании. Я боюсь, что буду неуклюжим и заторможу ваше развитие".

Линь Лян серьезно посмотрел ему в глаза и спросил: "Как ты думаешь, когда ты сможешь взять на себя роль жены президента группы Линь?".

Сяо Янь вообще не думал об этом вопросе, он был только в отношениях с Линь И и еще не достиг стадии брака.

Линь Лянь посмотрел на его выражение лица и понял, что он не думал об этом, затем сказал: "Мой брат - тот, кто стоит на вершине пирамиды, независимо от его силы, внешности, таланта, характера или богатства, эти достоинства видишь не только ты, все лисицы, которые его жаждут, могут видеть это, понятно?"

"Ты не хочешь этого сейчас, ты не хочешь этого завтра, ты не хочешь этого послезавтра, но более чем несколько лисиц думают об этом день и ночь, тысячи девушек думают об этом, маленькие артисты из индустрии думают об этом, у тебя нет никакого плана, тебя обманывают, кто может тебя винить?".

Сяо Янь был обескуражен его словами и хмуро сказал: "Тогда я вернусь и подумаю об этом".

Линь Лян покачал головой: "Дело не в том, что ты не хочешь, ты слишком большой буддист. Мир бизнеса похож на поле боя, вы с мужем каждый день выходите на битву в доспехах, ты должен думать о том, что ты можешь сделать для него, чтобы он до конца жизни держался подальше от этих лис и любил тебя искренне и честно."

"Любовь - это растение, которое регулярно поливают, это не две лампочки, которые будут гореть до конца жизни по щелчку выключателя, пожалуйста, не надо таких несбыточных мечтаний, хорошо? Жизнь - это долгий срок, и без денег, чтобы оплатить счет за электричество, электричество закончится".

Сяо Янь кивнул: "Похоже, это правда". Он с благодарностью посмотрел на Линь Ляна: "Вы собираетесь лично научить меня, как стать женой президента?"

Линь Лян сделал глоток фруктового чая, который стоял в стороне: "В любом случае, тебя я также рекомендовал моему брату, если в будущем ты будешь слишком глуп и твое место займет другая знойная сучка, мне не будет стыдно. Побудь со мной немного! Мастер ведет практику в индивидуальном порядке, если что, скажи мне прямо, не будь как дурак! Не уподобляйся глупцу, который терпит обиды и жалуется, когда другие придираются к нему. Ты должен относиться ко мне как к родному брату, эта компания принадлежит твоему брату и твоей семье, ты работаешь на себя, а другие не такие, понимаешь?".

Сяо Янь потер нос: "Понял".

На следующий день Сяо Янь пришел на работу вовремя, в это же время у кабинета Линь Ляна ждал еще один человек, он не выглядел старым, но хорошо выглядел и был одет по моде, на его лице был тонкий макияж, а несколько камер вокруг них были направлены на них двоих.

Сяо Янь работал в индустрии развлечений и с первого взгляда понял, что собеседник - артист, но обычно он обращал внимание только на актеров и не мог вспомнить имя мальчика, стоящего перед ним. Из вежливости он взял на себя инициативу подойти и поприветствовать его: "Здравствуйте, могу я узнать, не пришли ли вы к нашему генеральному директору Линю?".

Си Ю кивнул и улыбнулся: "Здравствуйте, меня зовут Си Ю, я новый помощник-стажер, а вы?".

Си Ю сделал это специально, после того как главный директор вчера поговорил с Линь Ляном по телефону, он сообщил ему, что есть еще один художник, который пришел на стажировку вместе с ним. Его агент также отправил ему информацию о Сяо Яне для ознакомления.

Он специально притворился, что не узнал Сяо Яня, чтобы подчеркнуть тот факт, что он не был популярен, и он даже не узнал его как человека, работающего в индустрии развлечений.

"Здравствуйте, я Сяо Янь. Вы тоже приехали на стажировку?". Сяо Янь был очень удивлен, ведь вчера Линь Лян просто позвал его к себе и не сказал ему, что вместе с ним проходят практику другие люди.

Они стояли у дверей кабинета президента и неловко болтали несколько минут, а потом простояли, ничего не говоря, более получаса, пока Линь Лян, впавший в спячку из-за того, что был прикован к постели, наконец не пришел в кабинет.

И Цзи Хун понес его наверх. Впавший в спячку Лу Ран снова заснул в машине, и Цзи Хун взял его на руки, не желая будить и понес наверх.

Лань Си поспешил открыть им дверь, Цзи Хун уложил Линь Ляна на диван в кабинете. Линь Лян все еще крепко спал. Лань Си решил принести одеяло и накрыть им Линя

Си Ю наконец-то увидел Линь Ляна, которого он втайне ненавидел, но, глядя на спящую красавицу перед ним, он вдруг почувствовал нотку веселья.

Цзи Хун повернулся и посмотрел на Си Ю и Сяо Яня: "Вы двое - новые помощники стажеров, не так ли?".

Си Ю и Сяо Янь кивнули. Затем Цзи Хун сказал: "Я - генеральный секретарь генерального директора Линя. Я не прошу вас заботиться о генеральном директоре Лине так же тщательно, как я, но постарайтесь хорошо выполнять поручения и не злить генерального директора Линя".

"Вы двое были посланы программой, поэтому вы будете отвечать за программы "Воображаемое время" и "Искушение президента"! Конечно, в последнее время он был довольно занят, и, возможно, есть какие-то мелочи, на которые другие помощники не могут выделить время и которые нуждаются в вашей помощи".

Когда Цзи Хун закончил раздавать работу, Линь Лян наконец открыл глаза, в утомительной манере, он коснулся своего живота: "Цзи Хун, я хочу съесть пельменей и голубиный суп от Юй Юнь Сюаня, и тесто из яичного желтка и пирог из красных бобов от Вкусного двора".

Цзи Хун понял, что он имел в виду, повернул голову к двоим позади него и сказал: "Кто из вас двоих пойдет и купит их, только быстро, после того, как он закончит есть, господину Линю нужно работать".

Си Ю и Сяо Янь посмотрели друг на друга, и Си Ю смущенно сказал: "Я никогда не был ни в одном из этих мест".

Сяо Янь был в Юй Юнь Сюане один раз с Линь И, но он никогда не был в павильоне Вкуса, но он мог спросить Линь И. Поэтому ему пришлось сказать: "Я пойду!".

Он повернулся и уже собирался уходить, когда Линь Лян окликнул его: "Спустись вниз и попроси Лао Цзэна отвести тебя туда!".

Старый Цзэн был водителем Линь Ляна, и Линь Ляну было хорошо известно положение Сяо Яня. Сяо Янь подписал пятнадцатилетний контракт со своей предыдущей компанией, и его вознаграждение делилось на тридцать семь, так что после нескольких лет тяжелой работы в индустрии развлечений его можно было считать голодающим, и у него почти не было денег на руках.

После того, как компания была куплена Линь Лянем, Линь Лян скорректировал свое вознаграждение до 50/50, но в настоящее время он взял на себя промоушн шоу с Хань Си, и как актеру второго плана при кумовстве было выплачено всего несколько десятков тысяч долларов, которых не хватило на покупку автомобиля.

После ухода Сяо Яня, Линь Лян сказал Си Ю: "Сегодня твой первый рабочий день, пусть Лань Си покажет тебе компанию!".

После того как Лань Си увел Си Ю, Линь Лян протянул руки, а Цзи Хун ловко подхватил его и понес к креслу перед столом, чтобы усадить.

Глава 57. Смертельный приговор

"Лорд Лян, очевидно, уже позавтракал, почему вы хотите, чтобы Сяо Янь получил его?"

Линь Лян слегка улыбнулся: "Чтобы любить своего маленького дядю, нужно тренироваться с того момента, как ты вошел в дверь. Неужели вы думаете, что я позволю человеку, который недостаточно меня любит и каждый день за моей спиной разговаривает с моим братом по подушке, стать моей невесткой? Я не только хочу, чтобы он помнил, что я люблю есть, но хочу, чтобы он любил меня от всей души, как будто я его родной брат".

"Господин Рю не любит Си Ю?". Цзи Хун снова спросил.

"Его аура не правильная. Интуиция подсказывает мне, что у него аура, которую я ненавижу".

Цзи Хун улыбнулся: "У господина Рю очень острое чутье, я вчера проверил, и этот Си Ю теперь молодой возлюбленный, воспитанный Сунь Инем".

"О?" Линь Лян глубоко задумался, Сунь Инь был неплох, его состояние уже входило в первую пятерку списка богачей Ся в возрасте менее сорока лет. Группа Shadowing Group была большой группой, которая охватывала многие аспекты инвестиций, такие как кино и телевидение, игры, развлечения и культура.

И она уже занимает монопольное положение в игровой индустрии в Ся. Хотя ее Plum Video не так хороша, как Pineapple Video. Разработанное ими программное обеспечение для коротких видеороликов JOJO не только имеет высокую долю рынка в стране Ся, но и очень популярно за рубежом.

Хотя Сунь Инь не происходил из влиятельной семьи, с ним действительно было трудно иметь дело.

"Тогда пусть Лань Си присмотрит за ним! Вы спокойно инструктируете людей ниже вас, чтобы они не поручали ему никакой важной работы, а просто позволяли ему выполнять символическую работу".

Час или около того спустя, когда Сяо Янь поспешил обратно в офис Лин Ляна с упакованным Сяо Лонг Бао, дим-самом и супом, Фан Яо сказал Сяо Яню, что Линь Лян уже спешит на запись шоу в Pineapple Video.

Сяо Яню ничего не оставалось, как нести свои вещи вниз. Когда он спустился вниз, первоначально хмурая погода вдруг начала проливаться дождем. Сяо Яню ничего не оставалось, как снова позвонить Лао Цзэну, но Лао Цзэн уже проехал полпути.

У него не было другого выбора, кроме как взять такси, но это было далеко от Pineapple Video, к тому же шел дождь, поэтому, глядя на номер, указанный в приложении такси, Сяо Янь почувствовал боль.

Сумма, которую он нес, составляла всего несколько десятков долларов в обычном магазине, но в таком месте, как Юйюньсуань, это было бы несколько тысяч долларов. Линь Лян не дал ему ни копейки и когда он уходил, он потратил свою зарплату за предыдущий месяц. И это было даже не то, что он купил для себя, чтобы поесть. В этот момент Сяо Янь, стоявший перед зданием компании в ожидании автобуса, испытывал сильные эмоции.

Когда Линь И водил его обедать в Юйюньсуань, он думал, что еда там особенно изысканная, но теперь, когда настала его очередь тратить собственные деньги, он понял, что вся эта изысканность была сделана на деньги.

Он снова подумал о том, что Линь Лян спросил его вчера: "Готов ли ты стать женой президента Линя?". Теперь ответ был очевиден - нет. Не только нет, но и прежний он не испытывал ни малейшего стеснения от того, что находится в отношениях с президентом Линем.

Сяо Янь прибыл в студию Pineapple Video "Воображаемое время" в небольшом беспорядке, его волосы и пиджак были немного мокрыми, а брюки забрызганы грязью. Он совсем не был похож на звезду.

Увидев, что Си Ю сидит в зале и играет со своим мобильным телефоном, он подошел и спросил: "Где господин Линь?". Подбородок Си Ю поднялся: "Вот, вон там болтает с директором, Хань Тянь Ванем и остальными".

Сяо Янь подошел к Линь Ляну и подождал, пока между ними не останется промежутка, прежде чем осторожно сказать: "Господин Линь, я купил Сяо Лонг Бао, суп, яичный крем и торт из красных бобов, хотите ли вы съесть их сейчас?".

Линь Лян оглянулся на него и равнодушно сказал: "Так долго их доставлять, уже почти полдень, пойди и спроси у персонала, где есть микроволновая печь, ты можешь разогреть в ней Сяо Лонг Бао и суп, а потом принести их мне на обед!

Сяо Янь был ошеломлен на мгновение и кивнул: "Хорошо".

Когда он уходил, он увидел, что Си Ю снова играет со своим телефоном, поэтому он подошел, положил яичный крем и торт из красных бобов на место Си Ю, дал ему несколько указаний и ушел.

Но Си Ю играл в игру на своем телефоне и даже не слушал, он просто кивнул головой. Когда Сяо Янь ушел, Си Юю закончил играть и увидел рядом с собой две красивые коробки. Только тогда он вспомнил, что они были отданы ему Сяо Янем.

Когда он открыл коробку, то увидел четыре пирожных с яичным кремом и торт с красными бобами. Вещи в "Вкусном дворе" были дорогими, и Сяо Янь подумал, что у Лин Ляна небольшой аппетит и он очень занят, так что он не должен быть в состоянии много есть, поэтому он не стал покупать больше.

По мнению Си Ю, который не слушал внимательно объяснения Сяо Яня, такая мелочь должна была быть принесена ему Сяо Янем мимоходом, и так получилось, что он тоже был голоден, поэтому он просто взял и съел все.

Сяо Янь встретил Вэнь Юйциня, который шел на репетицию. В коридоре столовой, Вэнь Юйцинь удивленно посмотрел на Сяо Яня: "Ты мучаешься от чего-то? Я едва могу тебя узнать, ты потерял свою любовь?".

Сяо Янь улыбнулся: "Сейчас я работаю стажером-ассистентом рядом с Лин Лянем. На улице шел дождь, я пошел купить ему еды и немного промок".

Вэнь Юйцинь взглянул на брата с камерой, следящего за Сяо Янем, и понял, что происходит, но он намеренно сделал вид, что не заметил, и сердито выругался на Сяо Яня: "Как Линь Лян может так поступать, ты же художник, в конце концов, ты не популярный и честный, но ты не можешь ловить честных людей и сильно издеваться над ними".

"Фу! Сколько раз я говорил тебе, что в таком месте, как индустрия развлечений, где хурма подбирается мягкотелая, нужно научиться отказывать. Только потому, что ты хороший и послушный, ты не можешь не относиться к себе как к миллиону баксов. Посмотри, какой беспорядок ты устроил, разве кто-то может тебе сочувствовать, кроме меня?".

В душе Сяо Янь тоже не чувствовал себя хорошо, но внешне он все равно улыбался: "Наш босс оттачивает меня, страдания - это благословение".

Вэнь Юйцинь беспомощно покачал головой и ушел, договорившись как-нибудь сходить с ним на кофе.

Линь Лян и Хань Си репетировали вступительный танец на сцене. После репетиции Линь Лян немного устал и решил сделать перерыв, чтобы попить воды.

Прямо напротив места, где стоял Линь Лян, стояла железная подставка, на ней были два больших цветных фонаря, которые висели прямо над головой Линь Ляна. Когда Хань Си огляделся, то почувствовал, что фонари слегка дрожат. Хань Си поспешно бросился к нему и повалил на землю Лин Ляна, обняв его. В следующую секунду раздался громкий взрыв: две большие цветные лампы на подставке упали и разбились вместе на сцене, отчего осколки стекла разлетелись повсюду.

Как громом пораженные, танцоры на сцене были застигнуты врасплох и с криками бросились в укрытие, наступаю на разлетевшиеся повсюду осколки больших лампочек.

Хань Си крепко обнял Лин Ляна и прижался лицом к его телу, чтобы защитить его. Линь Лян тоже был ошеломлен, когда услышал громкий звук, он был бы шокирован, если бы на него упала вся эта конструкция. После такой ситуация его репутация была бы испорчена. В его голове быстро всплыли имена нескольких людей: Линь Ван, Линь Литин, Линь Хао, Ян Тянюй, Бай Си Си и Вэнь Юйцинь........

Впервые Линь Лян осознал, что у него так много врагов. Было так много людей, которые хотели подписать ему смертельный приговор.

Когда Хань Си увидел это в первый раз, он понял, что больше не сможет этого избежать, ему действительно нравился Линь Лян. В этот момент, поняв, что Линь Ляну грозит опасность, он бросился к нему, даже не задумываясь. Даже если бы он сам пострадал, он не хотел бы, чтобы этот милый человек пострадал хоть немного.

Глава 58. Благословения

Хань Си хотел, чтобы время остановилось навсегда, и он мог бы держать этого человека до скончания веков. Но этот инцидент напугал главного директора "Best Seller Time", и он поспешил к ним, чтобы подтвердить: "Хань Си, Лин, вы в порядке?".

Хань Си пришлось осторожно встать, затем он помог Линь Ляну подняться, оглядел его с ног до головы, чтобы проверить, не ранен ли он, и спросил с беспокойством: "Ты ранен?"

Линь Лян покачал головой: "Я в порядке, просто ты немного тяжеловат, не забывай в будущем есть больше овощей и меньше мяса".

Хань Си беспомощно рассмеялся: "Вот так, у тебя все еще есть сердце, чтобы шутить".

Сцена была засыпана осколками стекла, и это было очень небезопасно.

Линь Лян и Хань Си вернулись в раздевалку как раз в тот момент, когда булочки Сяо Яня разогревались. Хань Си с любопытством подбежал и спросил, "Что ты опять принес поесть?".

Когда он подошел, Линь Лян взял палочки для еды и взял маленький пельмень, он прямо наклонил голову и откусил кусочек.

Линь Лян смотрел на пельмень и колебался, когда Хань Си сделал еще один укус, более двусмысленный, когда его губы коснулись палочек. Линь Ляну ничего не оставалось, как положить оставшиеся пельмени вместе с палочками на крышку упаковочной коробки. Он опустил голову и немного отхлебнул супа.

Хань Си нахально сел рядом с ним, подобрал кусочек сяолунбао, который он оставил на крышке, и продолжил есть, говоря во время еды: "Еда Юйюньсюаня не очень хороша, но сяолунбао все равно довольно вкусный, я еще в детстве думал, что Юйюньсюань должен стать магазином подобной еды".

Линь Лян беспомощно поправил его: "Насколько я знаю, прошло меньше десяти лет с тех пор, как Юйюньсюань открыли свой магазин, какое у тебя было детство?"

Хань Си запихнул маленький пельмень в рот Лин Ляна: "Ты такой вредный, разве я могу помнить неправильно? Почему ты такой серьезный?"

Главное было то, что если он выплюнет, что если Хань Си, парень, у которого не было мозга, решит, что это пустая трата пищи, подберет и съест этот выплюнутый кусочек?

У Лин Ляна не было выбора, кроме как съесть его, и когда он закончил, он сделал несколько глотков супа.

Гу Хэншэн стоял в комнате, как айсберг, готовый в любой момент обрушиться, и от его тела исходила холодная аура.

Другие люди в комнате увидели, что атмосфера накаляется и решили уйти. Хань Си неохотно встал: "Вы тут поговорите, а мне пора возвращаться в гримерку на ужин".

Уходя, он намеренно прихватил с собой дверь, но оставил ее открытой, оставив щель, и прислонился к стене у щели, прислушиваясь к разговору двух людей внутри.

"Что привело вас сюда?" спросил Линь Лян, отложив ложку.

Гу Хэншэн усмехнулся: "Я очень волновался, поэтому прямо из офиса помчался сюда. Ты сам довольно великодушен, так часто ссоришься и ругаешься со своим младшим братом".

Когда Линь Лян услышал его слова, у него пропало желание говорить, он ничего не ответил и продолжал пить свой суп, только он уже не чувствовал прежнего вкуса, и ему казалось, что в сердце замирает дыхание, которое не поднималось и не опускалось.

Гу Хэншэн сел на стул напротив него и, не мигая, смотрел, как он ест.

Прошла минута, Линь Лян, наконец, не смог больше есть, положил ложку, подошел к Гу и сел на колени. Гу Хэншэн беспомощно обнял его за талию, Лин Лян склонил голову на грудь Гу Хэншэна: "Не сердись, я буду осторожен в будущем и больше не допущу такого несчастного случая".

Лицо Гу Хэншэна оставалось холодным и непоколебимым: "Не записывай это шоу, пойдем домой со мной!".

Линь Лян обнял его за шею, прижался половиной лица к его шее: "Не будь таким, я попрошу своего помощника проверить все углы перед работой в следующие разы, обещаю, что больше такого не случится".

Гу Хэншэн крепко обнял Линь Ляна и закрыл глаза, отчаянно пытаясь контролировать свои эмоции: "Я не могу позволить себе играть в азартные игры, в этом мире есть только один Линь Лян, если с тобой что-то случится, что ты позволишь мне сделать?"

"Лян Бао, давай завтра пойдем и зарегистрируем наш брак, хорошо? Теперь я могу чувствовать себя спокойно, только если смогу держать тебя рядом с собой и наблюдать за тобой каждый день".

Линь Лян взял в руки его лицо и поцеловал в щеку, чтобы утешить его: "Я в порядке, я действительно в порядке, разве ты не видишь, что я в порядке?".

"Знаешь ли ты, что я чувствовал, когда смотрел видеозапись твоего несчастного случая и наблюдал, как эта большая лампа, раскачиваясь, вот-вот упадет тебе на голову? Я был до смерти напуган, понимаешь? Единственной моей мыслью после просмотра видео было немедленно, немедленно перейти на твою сторону и никогда больше не позволять тебе покидать меня".

В словах Гу Хэншэна было сильное желание, Лин Лян посмотрел ему в глаза и понял, что он еще не вышел из шока от того видео, он обнял его и погладил по затылку, чтобы успокоить: "Шэншэн, ты должен доверять мне, если я говорю, что могу защитить себя, я могу защитить себя, если ты действительно не уверен, ты можешь послать двух телохранителей, чтобы они следили за мной каждый день. "

Гу Хэншэн все еще не соглашался: "После того, что произошло, как я могу чувствовать себя комфортно, оставляя тебя в руках других? Если ты согласишься завтра пойти в Бюро по гражданским делам и зарегистрировать свой брак со мной, я соглашусь продолжить запись этой передачи. В конце концов, я пришлю тебе сотню телохранителей, которые будут следить за тобой каждый день".

Линь Лян был действительно бессилен плюнуть, и похлопал Гу Хэншэна по лицу: "Шэншэн, очнись, не говори ерунды средь бела дня, хорошо? Я только начал к тебе присматриваться, а ты уже гонишь меня в ЗАГС."

Гу Хэншэн посмотрел на Линь Ляна с несчастным лицом: "Как долго ты хочешь присматриваться ко мне? У меня есть деньги, красивая внешность и талант, где ты можешь найти кого-то такого же хорошего, как я? Просто женись! Я даже не знаю, в чем тебе придется сомневаться после этого".

У Гу Хэншэна было деловое выражение лица, но то, что он говорил, было теми же словами, которые три тети и шесть бабушек использовали, чтобы дурачить людей. "Дай себе немного времени, на случай, если в будущем ты встретишь кого-то лучше меня. Для нас обоих будет лучше, если мы проведем еще небольшое расследование".

Гу Хэншэн спросил себя: "Есть ли в этом мире кто-то лучше, чем его маленький Лян Бао? Нет, абсолютно нет!

Но он знал, что не может говорить с Линь Ляном, поэтому он должен был пропустить это мимо ушей и упомянуть об этом позже: "Тогда я выберу сотню телохранителей, которые придут завтра, чтобы защитить тебя".

Он сказал, но уже с другим акцентом: "Отказ не принимается. Иначе я попрошу Pineapple Video отменить завтрашнее шоу".

Лин Лян в сердцах закатил глаза, похлопал Гу Хэншэна по плечу и спросил: "Шэншэн, как ты думаешь, я хорош?"

Гу Хэншэн не раздумывая ответил: "Конечно, да".

"Тогда что ты имеешь в виду, когда говоришь, что поставишь вокруг меня сто телохранителей? Что, если я найду среди них подходящего мужчину? Что, если я влюблюсь в кого-то из них, а он будет безумно влюблен в меня и вынужден будет взять меня с собой, чтобы сбежать?".

Чем больше Гу Хэншэн смотрел на милое личико Линь Ляна перед собой, чем больше он думал об этом, тем больше понимал, что это вполне реально. Даже если бы он выбрал сотню кривоногих девушек, при поддержке своих сверстников он все равно не смог бы проследить, чтобы хотя бы одна из них выглядела хорошо.

Если бы он каждый день следовал за Лян Бао, что бы случилось, если бы он со временем влюбился в нее? Еще хуже то, что ему даже не посчастливилось следить за своим малышом каждый день, и никому другому, получается, тоже нельзя.

Глава 59. Ты сильный, и я сильный

"Два, значит! Я выберу двух самых уродливых и женатых со своей стороны, чтобы они ходили за тобой по пятам".

Линь Лян улыбнулся: "Это прекрасно". Затем снова спросил: "Ты ел? Хочешь покушать что-нибудь вместе?"

Гу Хэншэн погладил Линь Ляна по волосам и сказал без юмора: "Ты пугаешь меня до смерти, как я могу быть в настроении есть. Когда я вошел, Су Ронг уже ушел за покупками и должен был прийти через некоторое время. "

Только что Гу Хэншэн видел, как он и Хань Си вместе ели сяолунбао, теперь было явно неуместно, чтобы Гу Хэншэн снова ел их с ним, поэтому Линь Лян повернул голову к двери и крикнул: "Сяо Янь, Сяо Янь.......".

Сяо Янь поспешно толкнул дверь: "Господин Линь, по какому поводу вы хотели меня видеть?"

Линь Лян улыбнулся: "Где яичный крем и торт с красными бобами? Принесите их сюда, а мы с Шэншэноми набьем желудки".

Сяо Янь повернул голову и посмотрел на Си Ю, который прислонился к стене и играл со своим телефоном за дверью: "Си Ю, где яичный крем и торт с красными бобами, которые я оставил у тебя?".

Си Ю поднял голову и вздрогнул, вспомнив о двух коробках с закусками, которые он съел, он поспешно вошел в раздевалку и посмотрел на Сяо Яня с озадаченным выражением лица: "Что за яичный крем и торт с красными бобами, я их не видел! Когда ты хоть раз давал мне что-то подобное?".

Сяо Янь немного рассердился: "Очевидно, я дал их тебе в студии, позволь взглянуть, пока я пойду в столовую, чтобы разогреть сяолунбао и суп".

"Тебя принимают за кого-то другого! Ты ничего не давал мне в студии только что!" Си Ю сказал с недоуменным выражением лица.

Сяо Янь собирался сказать что-то еще, когда Линь Лян прервал его, нахмурившись: "Если не сказал, значит не сказал! Сяо Янь, ты сегодня много работал. Еда из Нефритового Облака Суань и Павильона Вкуса стоят недешево".

Как только он это сказал, он потянулся во внутренний карман пиджака Гу Хэншэна и вытащил бумажник. Линь Лянь открыл его и обнаружил, что в нем было не так много денег, но в нем также были карты. Линь Лян посмотрел с отвращением: "Как же так, это все деньги, их не хватит даже на еду".

Гу Хэншэн улыбнулся: "Я редко трачу наличные, поэтому я собрал немного на всякий случай. А что случилось? Тебе нужны наличные?"

Линь Лян отщипнула взял одну из карт в кошельке: "На какой карте у тебя меньше всего денег?".

Гу Хэншэн небрежно вытащил одну из них: "В этой, кажется, больше десяти миллионов. Это деньги, которые я выиграл вчера в споре с Ронг Юаньдуном. Хватит ли их, чтобы купить тебе перекусить?"

Лин Лян взял карту и удовлетворенно улыбнулся: "Тогда поблагодари Ронг Юаньдуна за меня, я надеюсь, что в будущем он будет делать ставки с тобой каждый день, тогда у меня будут карманные деньги в будущем".

Затем он повернул голову и передал карту прямо Сяо Яню: "Купи мне что-нибудь прямо с этой карты. Деньги, которые ты потратил сегодня, ты можешь не возвращать, понял?".

Сяо Янь смотрел на банковскую карту и стоял в тупике, не зная, брать ее или нет, Си Ю рядом с ним смотрел на банковскую карту в руке Линь Ляна и страстно ненавидел его. Если бы он знал, что Лин Лян такой щедрый и такой глупый, он бы сам пошел покупать завтрак.

"На что ты уставился? Один мой обед стоит для тебя месячной зарплаты, будешь ли ты с этого момента сам каждый день давать деньги?".

У Сяо Яня не было выбора, кроме как принять карту, Лин Лян увидел, как Сяо Янь убрал карту и сказал: "Теперь, когда ты не работаешь, выйди и попроси Лао Цзэна отвезти тебя в магазин 4S, принадлежащий Линю, чтобы выбрать машину. Выбери дорогую и позже ты станешь популярным. Слишком унизительно ездить на плохой машине. Просто попроси менеджера позвонить мне после того, как выберешь".

Сяо Янь был немного смущен: "Это неправильно!".

"Что неправильного, ты хочешь устроить такой беспорядок в будущем, покупая мне такие вещи, как сегодня? Я так занят, как я могу все время находиться на одном месте и ждать, когда ты вернешься? Кроме того, ты забыл все, что я сказал тебе вчера?".

Сяо Янь посмотрел на Линь Ляна, и в его сердце поднялось теплое чувство, он знал, что Линь Лян так доверял ему и так хорошо к нему относился только потому, что относился к нему как к своему близкому.

"Тогда я ухожу, если тебе что-нибудь понадобится, ты можешь позвонить мне снова".

"Мм."

После ухода Сяо Яня, взгляд Линь Ляна наконец упал на Си Ю, он слегка посмотрел на него: "Ты, иди ешь! Я позвоню тебе, если что-то случится".

Си Ю был в ярости, этот глупый Сяо Янь получил десятки миллионов долларов только за то, что угостил Линь Ляна завтраком сегодня утром, а на самом деле он ничего не потратил. Как у него могло быть желание кушать сейчас, он был так зол, что его переполнял гнев.

После того как Си Ю вышел, Линь Лян положила кошелек во внутренний карман на груди Гу Хэншэна, который был немного расстроен: "Почему ты так мил с помощником, неужели ты влюбился в него и хочешь его усыновить? Говорю тебе, избавься от этой идеи, пока не поздно, или я переломаю ноги этому маленькому помощнику".

Линь Лян засмеялся и двумя руками обхватил свое лицо: "Шэншэн, ты можешь перестать быть таким смешным, с таким скупым характером, как у меня, как я могу давать кому-то деньги. Это моя будущая невестка, на которую положил глаз мой брат. Мой брат, этот дурак, просто умеет влюблять в себя людей и нравиться им. Они даже не замечают этого, когда каждый день ездят на такси или на метро на свидания с ним. Поэтому я должен был это сделать!"

Сказав это, он также выглядел удрученным: "Наблюдая, как эти два дурака влюбляются, я действительно беспокоюсь за них. Ты говоришь, что они оба такие старые, но они знают друг друга больше месяца. До сих пор они все еще находятся на начальной стадии отношений".

"Посмотри на себя, что у тебя на уме каждый день? Либо завести обезьянку, либо выйти замуж".

Гу Хэншэн выглядел гордым: "Это потому, что я люблю тебя. Лянь Бао, как насчет того, что если в будущем ты подаришь мне обезьянку, я вознагражу тебя сотней миллионов долларов?".

"Нехорошо. Я могу зарабатывать на работе более миллиарда в год, зачем мне эти сто миллионов?".

В это время дверь снова толкнули, и вошел Су Рун, неся упакованную еду: "Господин Гу, господин Лян, обед для вас здесь, вы будете есть здесь?"

Линь Лян хотел встать с Гу Хэншэна, но был удержан им: "Не двигайся".

Линь Ляну пришлось слушать его, пока Су Ронг открывал упакованные блюда, одно за другим, на столике перед ними, а затем вышел и аккуратно закрыл за собой дверь. Хань Си спокойно ушел, когда увидел приближающегося Су Ронга.

Гу Хэншэн взял палочки и кормил Лин Ляна по одному кусочку за раз, а Лин Лян время от времени откусывал один конец блюда и передавал его Гу Хэншэну. Они вдвоем ели это блюдо очень медленно, потому что оно было густым и сытным.

После того, как они закончили есть, Гу Хэншэн не ушел, он отложил все свои дневные дела и остался с Лин Ляном на всю вторую половину дня репетировать. Затем они вместе покинули Pineapple Video и отправились на ужин к Юй Юнь Сюаню.

После игривой трапезы они некоторое время прогуливались, пока Гу Хэншэн с нежностью не отправил Линь Ляна обратно в семью Линь.

Им двоим пришлось вернуться к себе домой, чтобы увидеть спину Линь Ляна, и Гу Хэншэн, сидевший в машине, постепенно сжимал уголки рта.

Как кто-то посмел обидеть его маленького Лянь Бао?

Гу Хэншэн достал свой мобильный телефон и позвонил капитану своей охраны Си Сонгу.

"Что случилось? Ты узнал? Кто на самом деле это сделал?"

"Мы выяснили, что это бывший одноклассник господина Линя, и это тот человек, который в прошлый раз фотографировал господина Лина".

Гу Хэншэн задумался на некоторое время, но не вспомнил имя этого человека, он был так занят делами Линя в этот период времени, что у него не было времени, чтобы убрать этих "миньонов", но неожиданно, "миньоны" вылезли сами по себе.

"Этот человек был схвачен?" холодно спросил Гу Хэншэн.

"Да, он во всем признался".

..........

Глава 60. Альянс Хань Синя

В подвале самого роскошного ночного клуба Royal Sands в столице был приглушенный свет, Ян Тянъюй лежал на земле в синяках и крови. Он катался по земле от боли и продолжал кричать, но никто не спас его, вместо этого он был встречен новой волной жестоких побоев.

Гу Хэншэн спустился по лестнице, и телохранители тут же разбежались, опустив головы и крича в один голос: "Босс".

Ян Тянъюй поднял голову и в дымке слез увидел Гу Хэншэна, стоящего на последних ступеньках, высокого и прямого.

"Кто поручил тебе причинить вред Линь Ляну?" Гу Хэншэн спросил холодным голосом.

Ян Тянъюй облегченно рассмеялся: "Я говорил это много раз - никто. Я ненавижу Линь Ляна, из-за него закрылась фабрика моей семьи, из-за него я превратился из богатого ребенка в бедняка, которому приходится повсюду скрываться от долгов. Я живу несчастной жизнью, так почему же он должен жить такой хорошей жизнью?"

Си Сун ударил его ногой в плечо, отчего тот вскрикнул от боли: "Кто ты такой, чтобы ругать Линя, если бы не его список, фабрика твоей семьи закрылась бы более десяти лет назад. Вместо того чтобы поблагодарить Линь Ляна, ты хочешь убить его, ублюдок с волчьим сердцем".

"Скажи кто приказал тебе это сделать, или я прикажу ростовщикам прийти к тебе домой и продать твою старую мать в подпольное казино за пределами страны". Гу Хэншэн сказал, глядя на Ян Тянъюя с опущенными бровями.

Ян Тянъюй был в ужасе, он с ужасом посмотрел на Гу Хэншэна: "Мои дела не имеют ничего общего с моей семьей, это низко приплетать ее к этому делу". Говоря это, он изо всех сил старался подползти к Гу Хэншэну, протягивая руку, чтобы схватить его, но был отброшен Си Суном.

Телохранитель, стоявший рядом с Гу Хэншэном, снова поднял его, взял палку и избил его так сильно, что он больше не мог встать.

"Отец виноват, что не воспитал тебя. Твои родители несут ответственность за то, что ты стал такой собакой. Я даю тебе пять секунд, чтобы сказать кто приказал тебе это сделать!".

Ян Тянъюй в отчаянии закрыл глаза: "Линь Ван".

Он сглотнул и продолжил: "Линь Ван сказал, что если Линь Лян умрет внезапно, как родственник, без завещания, он получит долю акций, которыми владел Линь Лян, и как только он воссоединится с Линем, он найдет способ снова передать заказ Линя на фабрику моего отца. Наша семья сможет воскреснуть из мертвых".

Гу Хэншэн скривил уголки рта, под его глазами была нескрываемая насмешка и презрение, он не посмотрел на Ян Тянъюя, но повернул голову, чтобы посмотреть на Си Суна: "Это то, что ты сказал про все ходы? Вычтите месячную премию".

Си Сун почесал голову: "Кто бы мог подумать, что у этого парня такой крепкий язык, его так избили, а он все еще врет". Затем он похлопал Гу Хэншэна по спине: "Все-таки господин Гу настолько силен, что заставил его признаться, не пошевелив и пальцем".

Гу Хэншэн проигнорировал его и повернулся, чтобы подняться наверх: "Отправьте его в подпольное казино в Юго-Восточной Азии, помните о чистоте и не позволяйте его семье сообщать о деле".

"Да". Си Сун ответил. Ему всего лишь назначили премию, а его настроение уже поднялось.

Через два дня в офис по академическим вопросам Университета А поступило электронное письмо, открыв которое, первокурсник по имени Ян Тянъюй попросил приостановить его обучение на том основании, что у него проблемы с психикой и ему необходимо выехать за границу на лечение.

В то же время семья Ян Тянъюя также получила электронное письмо, письмо от его сына, в котором говорилось, что он знает, что его семье нужны деньги, чтобы свести концы с концами, и так получилось, что его одноклассник представил ему возможность сделать перерыв в учебе и уехать за границу, чтобы заняться бизнесом.

Письмо написал сам Ян Тянъюй, поэтому его родители не сомневались и могли только надеяться, что он заработает большие деньги за границей и вернет их семью на прежние рельсы.

После глубоких раздумий Хань Си отправился к Ханю, чтобы поговорить с его отцом, Хань Синем, в течение нескольких часов, и суметь убедить отца в необходимости союза с Линем.

У Хань Синя было три сына, рожденных от трех разных жен. Старшая жена рано погибла в автокатастрофе, а старший сын также получил в аварии травмы обеих ног и стал инвалидом. Вторая жена стала матерью семьи Хань. Второй сын очень смышленый, он присоединился к Ханям, чтобы помочь после окончания школы, и был как наиболее вероятный человек, который унаследует семью Хань.

Хань Си - незаконнорожденный сын и любимый сын Хань Синя. Когда он учился в колледже, он играл в группе, но был вынужден бросить ее, когда начал работать. Поэтому он воспитал его музыкантом. Хан Си был также очень талантлив в музыке и постепенно стал признанным певцом в Сиа.

Хань Си был гордостью и радостью Хань Синя, и когда он пришел его уговаривать, Хань Синь послушался.

Линь Исинь сидел в своей машине, как вдруг ему позвонил Хань Синь, сказал, что хочет поговорить с ним о сотрудничестве и спросил, когда он свободен. В этот период Линь Исинь был очень занят из-за внезапного отказа его партнеров от инвестиций в несколько проектов.

Он планировал поехать к Гу, чтобы поговорить с Гу Хэншэном, но он не ожидал, что машина будет на полдороге, когда снова появится надежда.

Он поспешно попросил водителя развернуться и поехать к Ханю. Переговоры прошли успешно, и во второй половине дня стороны подписали несколько контрактов.

Хань занимается продажей минеральной воды и имеет много денег, поэтому безопаснее инвестировать в проект Линя. Это сотрудничество можно назвать беспроигрышным, только из-за существования Гу Хэншэна. Другие люди будут ждать и смотреть, не смея инвестировать в Линя, но Хань Синь прислушался к анализу своего сына и решил рискнуть.

Линь Лян и Хань Си сидели в кафе возле университета А и пили кофе. Линь Лян скучал, подперев голову рукой, его глаза были полуоткрыты. Хань Си посмотрел на него и улыбнулся: "Уже полдень, а ты все еще хочешь спать?"

"Люди-животные впадают в спячку на всю зиму, поэтому если они хотят спать, они спят, какое это имеет значение?".

"Ты хочешь найти старого китайского врача, чтобы он посмотрел тебя? Я слышал, как моя мать говорила, что люди, которые постоянно хотят спать, могут страдать от почечной недостаточности, мой отец был таким же, как ты, какое-то время, он нашел старого китайского врача, который прописал ему лекарство и пил его".

Линь Лян мгновенно воспрянул духом и тут же сел прямо: "Это у тебя почечная недостаточность. Твой отец стар и имеет несколько жен, конечно, его почки слабы, мне всего восемнадцать лет, а мои почки в порядке".

Хань Си увидел его реакцию и рассмеялся: "Я думаю, что ты просто слишком занят, ты так молод и все еще растешь. Ты ходишь в школу и на работу, и ты снимаешься в шоу, даже железный человек не выдержит такого".

Линь Лян сделал медленный глоток кофе: "Думаешь, я согласен на это? Я ничего не могу с этим поделать, я должен заработать свои 700 миллиардов".

Хань Си потерял дар речи: "Зачем тебе столько денег?".

Линь Лян рассмеялся: "У меня есть желание, я хочу построить свой собственный космический корабль, чтобы путешествовать по космосу, чтобы исследовать новое направление для будущего человечества, не хочешь ли ты присоединиться к моей команде и вместе путешествовать по Вселенной?"

Хань Си кивнул: "Я готов, и не только готов, для того чтобы мы могли осуществить нашу мечту в ближайшее время, я также планирую влить капитал в Jing Yu Group и стать новым акционером твоей компании".

Линь Лян был в замешательстве: "Я просто пошутил! Ты же мне не веришь?".

Хань Си рассмеялся: "Я действительно планирую присоединиться к твоей компании, мне не рады?".

"Конечно, нет проблем, но почему ты вдруг решил влить капитал в Jing Yu Group?".

Хань Си слегка улыбнулся: "Я не только хочу влить капитал в Jing Yu Group, я также планирую участвовать в гонке наследников семьи Хань".

Он искренне посмотрел на Линь Ляна и спросил: "Ты поможешь мне?".

Линь Лянь был очень удивлен, в оригинальной книге основной причиной падения семьи Хань были внутренние распри. Старший сын хотел использовать руку Линь И, чтобы избавиться от второго сына, а тот, в свою очередь, хотел использовать руку Гу Хэншэна, чтобы избавиться от старшего сына. В результате Хань Синь был так зол, что у него случился сердечный приступ.

Когда Хань Синь умер, некому было взять бразды правления семьей Хань, ни старшему, ни старшей! В конце концов, бизнес семьи Хань закрылся, а самый старший и второй по возрасту его ребенок убежали с деньгами. В итоге Хань Си снял все свои сбережения, чтобы расплатиться с долгами семьи Хань, чтобы его мать могла ухаживать за отцом в больнице.

В конце концов, Хань Си не выдержал и решил покончить жизнь самоубийством.

Линь Лянь считал, что, учитывая положение семьи Хань, для них было бы лучше, если бы она была в руках Хань Си. По крайней мере, он не был бы таким грубияном, как два его брата, которые сами попали в беду и бессовестно сбежали с деньгами, даже не заботясь о собственном отце, лежащем в больнице.

Глава 61. Принятие Цинь Цзямина

"Как брат, конечно, я помогу тебе. Я просто недоумеваю, что заставило тебя, изначально равнодушного к миру, вдруг передумать и решить бороться за наследство?". спросил Линь Лян.

Хань Си многозначительно посмотрел на Линь Ляна: "Из-за тебя".

После паузы он объяснил: "Ты так много работал, так какая у меня причина убегать".

Линь Лян поднял кофейную чашку в руке и поставил ее перед Хань Си: "Я согласен с твоим решением, несмотря ни на что. Выпьем за будущего президента Ханя".

Хань Си также улыбнулся и поднял свою чашку с кофе: "Твое здоровье".

Хотя они кричали "ура", оба сделали лишь маленький глоток своего кофе.

"Президент Гу, компания Ханя влила капитал в компанию Линя и заключила с ним партнерство по тем нескольким проектам, которые мы уничтожили". сказала Су Рун, выпрямившись в просторном кабинете Гу Хэншэна.

Гу Хэншэн откинулся в кресле, слегка приподняв уголки рта, и улыбнулся: "У семьи Хань несколько сыновей, похоже, что только у этого старшего есть мозги, нам не сложно справиться с Линем и Ханем по отдельности, но если эти двое будут вместе, то справиться будет намного сложнее. У Линя есть технологии, у Ханя есть деньги, это просто идеальная комбинация".

Су Рун нахмурился: "Тогда что нам делать? Будем ли мы просто наблюдать, как они поддерживают друг друга и становятся все сильнее и сильнее?"

Гу Хэншэн холодно рассмеялся: "Даже у братьев есть свои разногласия, не говоря уже о партнерах. Разве у семьи Хань до сих пор нет двух глупых сыновей? У них же есть старейший и самый старший из рода Хань! Во-вторых, если бы они знали, что Хань Си, незаконнорожденный сын, на самом деле хочет конкурировать с ними за наследство, что бы они сделали?"

Су Рун рассмеялся: "Учитывая отношения лорда Ляня с Хань Си, они определенно будут рассматривать Линя как помощника Хань Си и попытаются всеми способами сорвать проект сотрудничества двух семей".

"Ты можешь позже найти несколько человек, более знакомых с семьей Ханя, выпустить новость и немного раздуть пламя, а мы просто подождем и будем сидеть и наблюдать за схваткой тигров". Гу Хэншэн сказал, постучав пальцем по ручке своего кресла, и спросил: "Сколько акций Линя мы взяли?" .

"Мы уже приобрели пятнадцать процентов акций его компании. У Линь Литин в руках все еще пять процентов акций, но она попросила у нас пять миллиардов, и я не согласился". После паузы Су Ронг добавил: "Но, увидев наш отказ, они выдвинули другое условие".

"Какое?"

"Они хотели, чтобы вы, господин Гу, согласились жениться на их дочери, и они сказали, что если вы женитесь на их дочери, они переведут акции компании Линь, которые у них есть, на имя их дочери".

Гу Хэншэн холодно фыркнул: "Она так громко играет в свои расчеты, неужели она принимает меня за дурака? Я хочу посмотреть, как долго она сможет удерживать эти пять процентов акций".

То, что Лин Лян с трудом вставал по утрам, каждый день становилось первоочередной задачей для всей семьи Линь. Каждый день Чжи Хун тратил целый час, чтобы разбудить его.

Изначально Цзи Хун и Линь И думали, что по мере того, как погода становилась все холоднее и холоднее, задача вытащить Линь Ляна из постели будет становиться все сложнее и сложнее, но, к их удивлению, в этот день "свирепый" человек с небес решил проблему напрямую.

Линь Лян крепко спал, как вдруг почувствовал, что к нему что-то приближается, а затем что-то влажное коснулось его лица, отчего его щека зачесалась.

Слегка открыв глаза он увидел маленького серо-белого котенка, который смотрел на него большими, водянистыми, невинными глазами. Рядом с котенком было красивое, солнечное лицо, смотревшее на него с улыбкой.

"Разве это не мило? Они - пара, один для тебя, другой для меня". сказал Цинь Цзямин, сев на ковер рядом с кроватью, лег на спину и с улыбкой посмотрел на Линь Ляна.

Линь Лян долго смотрел на него, пока не пришел в себя: "Что ты здесь делаешь, Цзямин?".

Цинь Цзямин нахмурился: "Посмотри, как ты занят, если бы я не пришел, ты бы проявил инициативу, чтобы поиграть со мной?".

Линь Лян улыбнулся и погладил котенка по голове: "Этот котенок очень милый, где ты его взял?".

Цинь Цзямин выглядел несчастным: "Ронг Юаньдун дал его мне. В последнее время он часто приходит ко мне домой. Я говорю тебе, я больше не могу видеть лицо моего отца, он обычно так груб со мной, если я делаю малейшую ошибку, он гоняется за мной по дому с кнутом".

"Перед Ронг Юаньдуном у него было совершенно другое лицо, льстивое и полное подхалимства, всякий раз, когда Ронг Юаньдун приходил ко мне домой, он звал меня развлекать его, продавая своего сына без всякого чувства вины".

Цинь подумал: "Я же не вернусь в школьное общежитие? В результате этот парень, Ронг Юаньдун, купил всех моих соседей по общежитию, 500 юаней за видео, 200 юаней за набор обычных фотографий и 100 юаней за откровенное фото".

Линь Лян рассмеялся: "Как же так, Рун Юаньдун ведь занимается такой же добродетелью, как Гу Хэншэн. Если все действительно так, это кажется простым и грубым, но в каком-то роде довольно практично".

Цинь Цзямин в гневе ударил кулаком по кровати, напугав котенка рядом с собой, и спрятался прямо от Линь Ляна: "Это непрактично! Мои соседи по комнате сумасшедшие, они каждый день ходят за мной со своими телефонами, не останавливаясь ни на минуту, разве только когда я хожу в туалет. Нет, они не останавливаются даже когда я хожу в туалет, если я забываю закрыть дверь, они вбегают и фотографируют. Более того, они сломали замок в ванной, чтобы заработать деньги на "черное сердце" Ронг Пай Пи. Это меня очень разозлило".

Высказавшись, Цинь Цзямин снова жалостливо посмотрел на Линь Ляна: "Мой милый Лян'эр, я могу прийти к тебе только сейчас, ради того, что меня так жалко угнетает Ронг Пай Пи, ты можешь взять меня к себе на некоторое время".

В это время вошел Линь Е, и Цзи Хун последовал за ним, держа в руках одежду, которую Линь Е выбрал для Линь Ляна в гардеробной.

Нога Линь Е почти зажила, не полностью, но он мог ходить самостоятельно, без инвалидного кресла.

Он увидел Цинь Цзямина и слегка кивнул, Цинь Цзямин поспешно поднял котенка и послушно встал: "Доброе утро, брат Линь Е".

Линь Е сразу же поднял одеяло Линь Ляна, стащил Линь Ляна с кровати, затем сел на кровать, посадил Линь Ляна к себе на колени, расстегнул пижаму Линь Ляна и начал одевать его.

Эта захватывающая сцена поразила Цинь Цзямина, который стоял в стороне и держал на руках своего котенка.

Линь Лян немного смутился, посмотрел на Лин Е и сказал: "Брат, я могу одеться сам".

Когда Линь Е одевал Линь Ляна, он сказал: "К тому времени, как ты встанешь сам, уже стемнеет, а стемнеет так, что у тебя будет только повод снова заснуть, так что ожидать, что ты встанешь и оденешься сам, не приходится".

Линь Лян испытывал неприязнь к Линь Е и чувствовал, что так оно и есть, поэтому он принял это со спокойной душой.

"Ты можешь оставаться у меня дома столько, сколько захочешь". Лин Лян сказал, одеваясь и слезая с Линь Е, затем указал пальцем через комнату и сказал: "Ты можешь остаться в той комнате, это была комната моего детства, она немного меньше, чем моя, тебе этого будет достаточно".

Цинь Цзямин счастливо улыбнулся: "Лян'эр, ты действительно замечательный ты лучший Лян'эр в этом мире". Он сказал и хотел броситься обнимать Линь Ляна, но сдержался, увидев холодный взгляд Линь И позади Линь Ляна.

Линь Лянь улыбнулся и погладил его по голове: "Ты мой хороший брат! Как я могу смотреть, как над тобой издеваются". Линь Лян, которого каждый день трогали другие, был в особенно веселом настроении, когда ему наконец удалось прикоснуться к чьей-то голове. Поэтому он с удовольствием размышлял о том, когда же он предложит Гу Хэншэну и Ронг Юаньдуну заключить несколько пари или что-то в этом роде.

Глава 62. Генерация кристаллов

Гу Хэншэн и Ронг Юаньдун только что закончили встречу в Hengsheng Capital, они получили видео от Фэн Чжэна, он и Ронг Юаньдун сидели вместе на офисном диване, чтобы отдохнуть. Ронг Юаньдун увидел, что он смотрит так серьезно и задрал голову, он не ожидал увидеть маленькую Цзяминаиз своей семьи в телефоне Гу Хэншэна, "Как получилось, что у тебя есть видео моей жены в твоем телефоне! "

Основной деятельностью компании является предоставление широкого спектра продуктов и услуг на рынке.

"Основной деятельностью компании является предоставление широкого спектра продуктов и услуг на рынке. Какой смысл нам смеяться друг над другом на расстоянии ста шагов?".

Гу Хэншэн выглядел отвратительно: "Не подступая на пятьдесят шагов ближе, чем ты, как я могу показать свое превосходство?".

Ронг Юаньдун скрипел зубами от злости и тихо молился в своем сердце, надеясь, что Линь Лян в будущем накормит его брата еще несколькими бутылками выдержанного уксуса, чтобы посмотреть, будет ли он по-прежнему унывать.

После того, как они увидели, как Линь И поднял Линь Ляна, камера в комнате Линь Ляна была накрыта Цзи Хуном скатертью, поэтому на видео больше не было изображения, и они могли только слышать звук.

Но Гу Хэншэн не глядя понял, что происходит, потому что это была та самая операция, которую Линь Е делал все это время, когда одевал Линь Ляна. В душе Гу Хэншэн ненавидел Линь Е и Цзи Хуна, которые теперь были двумя самыми ненавистными людьми в его списке ненависти. По мнению Гу Хэншэна, отказ Линь Е позволить ему жить в семье Линь был проявлением ревности и желанием лишить его возможности иметь Линь Ляна в своем распоряжении.

Хмф! Если бы он жил сейчас с Лин Ляном, то именно он одевал бы его каждый день, а не Лин И. Он должен был не только одевать маленького Лянбао, но и кормить его, спать с ним и позволить Маленькому Лянбао родить для него несколько обезьянок.

Когда Ронг Юаньдун услышал, что Цинь Цзямин хочет переехать в семью Линь, он встревожился, потянул Гу Хэншэна за рукав и сказал: "Ты не можешь позволить моей жене жить в семье Линь, они выросли вместе, эта зима будет холодной и долгой, что если они будут счастливы и спать вместе?".

Гу Хэншэн тут же скорчил гримасу: "Так, может, ты будешь лучше и придумаешь, как избавиться от своей жены как можно скорее? Мало того, что ты не в состоянии сделать это сам, так еще и постоянно создаешь мне проблемы. Раньше я думал, что ты нежеланный, но теперь я думаю, что ты просто отвратителен".

Ронг Юаньдун был в ярости, никто в этом мире, кроме Гу Хэншэна, не имел смелости сказать при нем, что он не только нежелателен, но и отвратителен.

"Да, только ты способен на это. Ты способен научить меня, что делать, чтобы я не был неприятен?". Сколько весит Гу Хэншэн и сколько он не знает? Он любитель любви, и теперь, когда он влюбился, это была полная задница! Он хотел посмотреть, какие трюки он сможет придумать.

"Первое, что вы можете сделать, это попросить мать Цинь Цзямина притвориться больной, или отца и жену притвориться, что они спорят о разводе, неважно, какую причину вы используете, лишь бы обманом вернуть Цинь Цзямина".

Глаза Ронг Юаньдуна загорелись, и он поднял большой палец вверх: "Брат, я не ожидал этого! Ты выглядишь холодным, как большая льдинка, сбежавшая с Северного полюса, но когда дело доходит до любви, у тебя это неплохо получается".

"Я никогда не двигаюсь, но когда я наношу удар, гремит гром и молния".

"Это мой приятель!" Ронг Юаньдун всегда умел ворковать и растягиваться перед Гу Хэншэном, и он никогда никому не проиграет под началом Гу Хэншэна.

"Помни, после того, как ты обманом вернешь Цинь Цзямина на этот раз, не ходи к нему домой, чтобы не спровоцировать его в это время. Единственное, что тебе нужно знать, это то, что ты не сможешь добраться туда достаточно быстро. "

Он был экспертом в любовных делах, и главной причиной этой неразберихи было то, что его переполняла любовь. Ему слишком сильно нравился Цинь Цзямин, и он так скучал по нему, что не хотел видеть его какое-то время, поэтому он не обращал внимания на тактику.

Лин Лян сегодня должен был пойти в Plum Video на шоу талантов "Кристальное поколение", которое транслируется уже два эпизода, а группа стажеров "Mint Girls", которую прислали из Hongliang Media, довольно популярна. Они также попали в первую десятку чартов, заняв пятое место, и, скорее всего, дебютируют как группа.

Лин Лян нашел время и сам отправился в Plum Video, якобы чтобы позаботиться о своих артистах, но на самом деле он хотел использовать "искушение босса" для привлечения трафика к "Mint Girls", чтобы хотя бы поклонники Ляна помогли проголосовать после просмотра шоу.

Поскольку группа стала хитом в Поколении Кристаллов, Линь Лян считал, что если Мэн Я Си не глупа, и у нее есть ресурсы для последующих действий, то не исключено, что она станет большим хитом.

Линь Лянь взял Цинь Цзямина и Сяо Яня в торговый центр, чтобы купить любимые закуски и средства по уходу за кожей, и отвез их в Plum Video.

В конференц-зале Plum Video девушки были очень рады увидеть стол, полный подарков, купленных для них.

"Если вам, ребята, что-нибудь понадобится, просто дайте знать сотрудникам программы, я попросил своего помощника разослать телефонные визитки тем, кто здесь работает". Линь Лян объяснил.

Девушки кивнули, демонстрируя сдержанность, Линь Лян рассмеялся: "Хотя я, очевидно, ваш босс, на самом деле я примерно одного возраста с вами, считая, что мы все еще известны публике примерно одинаковое количество времени, мы ровесники по мнению артистов, так что просто говорите все, что хотите, не нужно быть слишком сдержанными".

Одна девушка была более смелой, она положила чипсы в руку и с любопытством спросила: "Вы действительно двоюродный брат Чжан Шусюэ?".

Чжан Шусюэ также участвовала в шоу, а Линь Лян узнал об этом только после выхода в эфир "Кристального поколения", потому что она использовала титул "двоюродная сестра Линь Ляна", чтобы привлечь внимание как во время интервью за кулисами, так и когда ей задавали вопросы учителя на сцене.

Тема "двоюродная сестра Лин Ляна Чжан Шусюэ" даже попала в топ поисковых запросов после выхода шоу в эфир. Чжан Шусюэ использовала титул двоюродной сестры Лин Ляна, чтобы привлечь к себе внимание, и ее популярность взлетела на вершину чартов.

"Да, она дочь моей тети". безразлично сказал Линь Лян.

"Тогда она тоже из богатой семьи, почему бы ей не записаться в нашу компанию и не дебютировать напрямую, вместо этого ей приходится участвовать в таком шоу". Мэн Я Си спросила в замешательстве.

Линь Лян нахмурился, он чувствовал, что Мэн Я Си была немного слишком встревожена, слишком хотела сдать империю Чжан Шусюэ, но не мог скрыть своего желания устроить неприятности. Это было не в стиле великого полководца.

"Именно потому, что она происходит из богатой семьи, выбор у нее будет больше, чем у вас. Тот факт, что она сделала такой выбор, должен быть в ее интересах". Линь Лян холодно ответил.

Девушка, которая первой начала вопрос, рассмеялась: "У каждой девочки есть мечта стать принцессой, нам просто немного интересно, что думает настоящая принцесса".

Линь Лян улыбнулся, он понял, что эта девушка была очень умна и разрядила остроту Мэн Я Си одним предложением: "Как тебя зовут?".

Девочка засмеялась: "Босс, вы слишком высокомерны, хотя я в классе Б, я девятая по популярности, а вы меня даже не знаете".

"Поскольку у меня несносный кузен, из-за которого я теперь держусь подальше от женщин, когда их вижу, неудивительно, что я не знаю вашего имени".

Девушка не ожидала, что Линь Лян откроет рот и бросит тяжелую бомбу, она выплюнула язык: "Меня зовут Сюй Цзысюань".

Линь Лян говорил это не для того, чтобы очернить Чжан Шусюэ, а чтобы сказать "мятной девчонке", что хотя Чжан Шусюэ - его двоюродная сестра, он не обязательно будет ей помогать.

Снова встретившись с девушками и поболтав с ними за едой, Линь Лян увидел, что уже почти пора уходить, и дал несколько слов объяснения.

"Линь, господин Линь, я хочу вам кое-что сообщить". Мэн Я Си встала и немного робко сказала.

"Что такое?" спросил Линь Лянь, обернувшись.

Мэн Я Си оглядела людей, ее глаза мерцали, когда Лин Лян подозвал ее к боковой стене: "Что такое? Ты скажи мне!"

Мэн Я Си закатала рукав, на ее руке был очень заметный синяк, она со слезами на глазах посмотрела на Лин Ляна и сказала: "Чжан Шусюэ сделала это, у меня синяки по всей талии и на спине".

Глава 63. Свет справедливости

Линь Лян повернул голову и бросил взгляд на двух братьев, стоявших в стороне с камерами, один из них был из Plum Video, а другой из Pineapple Video, эти двое снимали здесь почти весь день и наконец получили хороший кадр, из-за чего они не могли скрыть своего внутреннего волнения.

Линь Лян ни секунды не думал, что Чжан Шусюэ настолько глупа, чтобы сделать такое. Чжан Шусюэ редко опускалась до того, чтобы иметь дело с ним, не говоря уже о таком персонаже, как Мэн Я Си, на которого она вообще не смотрела.

"Пусть ты страдаешь, у тебя в руках есть доказательства, что она причинила тебе боль? Без доказательств, даже если я приду на шоу, чтобы отреагировать, люди подумают, что мы намеренно клевещем на людей ради шумихи".

Линь Лян чувствовал, что Мэн Я Си была слишком нервной, такой человек не мог терпеть одиночество в индустрии развлечений и тратил все свои мысли на борьбу за ресурсы, и у него не хватало терпения, чтобы отточить до блеска свои работы. Даже если она станет популярной, она будет лишь быстро угасающей звездочкой и не сможет долго продержаться.

Но он не мог помочь Чжан Шусюэ, и раз уж ему выпала такая возможность, то лучше всего превратить ее в надежную.

Мэн Я Си покачала головой: "Нет, каждый раз, когда она издевалась надо мной, это было в ванной, там не было камер, чтобы оставить улики".

Линь Лян утешительно похлопал ее по плечу: "Все хорошо, с этого момента, когда пойдешь в туалет, позови других стажеров, не ходи туда одна. Я также пойду поговорю с режиссером и продюсером этого шоу позже, чтобы они уделили этому больше внимания" сказал он и достал из бумажника еще одну визитную карточку. У Лин Ляна было два вида визитных карточек, обе они были специально заказаны для него Гу Хэншэном: одна из золота с бриллиантами для важных клиентов, а другая из серебра для простых друзей.

Линь Лянь на мгновение замешкался и достал для Мэн Я Си золотую, инкрустированную бриллиантами, и напомнил ей: "Это золотая, инкрустированный бриллиантами карта, береги ее, и смотри не потеряй!". Он считал, что с характером Мэн Я Си, она определенно примет это за удар! Это была хорошая возможность спровоцировать Чжан Шусюэ.

Если Чжан Шусюэ на мгновение потеряет контроль над собой или сболтнет лишнее, в таком месте, где повсюду были камеры, у нее будет много пространства для маневра.

Покинув зал заседаний, Лин Лян пошел поговорить с директором и главным продюсером Crystal Generation и вручил им подарки, которые принес с собой, а затем ушел.

Линь Лян спустился на лифте вниз. Рядом с ним стояли остальные, Цинь Цзямину было любопытно: "О чем эта девушка позвала тебя поговорить?

Линь Лян улыбнулся и пошутил: "Ты ничуть не изменился, ты все так же хорош для женщин. Только что в зале заседаний, ты бы видел глаза тех девушек, их глаза постоянно смотрели на тебя".

Цинь Цзямин был поражен: "Неужели? Я так не думаю! Но когда ты отошел в сторону, чтобы поговорить с той девушкой, подошел Сюй Цзысюань и попросил меня добавить мой WeChat".

"Ты добавил его тогда?" с улыбкой спросил Линь Лян.

"Нет, я сказал, что в моем WeChat нет никого, кого бы я плохо знал".

"Пфф." Линь Лян засмеялся и погладил Цинь Цзямина по голове: "Отчасти я понимаю, над тобой издевался Ронг Юаньдун, основываясь на твоей силе".

Цинь Цзямин был озадачен: "Какое отношение это имеет к Ронг Юаньдуну?"

"Ты не добавляешь того, кого плохо знаешь, как ты можешь знать кого-то лучше, чем Ронг Юаньдуна! Даже идиоты умеют делать покупки и продавать себя по хорошей цене".

"Ты хочешь сказать, что я не хуже чем тупые люди?" Цинь Цзямин посмотрел на Линь Ляна с обиженным выражением лица.

Линь Лян не мог не рассмеяться: "Почему ты такой милый, Цзямин".

Цинь Цзямин положил руки на подбородок в форме маленького цветка: "Я такой милый, просто возьми меня домой!".

Они смеялись и шутили, выходя из лифта и направляясь к главному входу, как вдруг впереди их окликнул голос. Лин Лян поднял голову, а затем его руки инстинктивно поправили холодные волосы.

Человеку, который кричал ему, на вид было около шестидесяти лет, он был одет в прямой костюм, а его брови выглядели немного непристойно.

Этот человек был тем самым извращенцем, который купил владелицу оригинальной книги и держал ее в подвале, чтобы надругаться над ней. Он был тем, кто был виновен в ее смерти.

Линь Лян холодно улыбнулся. Он думал, что никогда его не найдет, а тут он сам как на блюдечке появился перед ним.

"Мистер Линь, мистер Линь, приятно познакомиться, я ваш фанат!". Фан Сянь бросился к нему и протянул руки, чтобы пожать руку Лин Ляну.

Линь Лян сделал шаг назад и холодно посмотрел на свои руки: "Кто ты?".

Фан Сянь был поражен на мгновение и тут же улыбнулся снова: "Я президент Hongwei Real Estate, я пришел в Plum Video сегодня, чтобы поговорить о рекламном сотрудничестве, но я не ожидал встретить вас, как только вошел. Я смотрел оба ваших шоу на Pineapple Video, я ваш ярый фанат".

Линь Лян кивнул: "Мм, я знаю". В оригинальной книге не объяснялось происхождение Фан Сяня, а только писалось о том, как Фан Сянь издевался и довел до смерти мастера Юань. Если бы этот человек не появился по собственной воле, Линь Ляну было бы очень трудно найти его, если бы он сам отправился на его поиски.

"Как тебя зовут?" Линь Лян снова спросил.

"Фан Сянь!" Фан Сянь хлопнул себя по голове: "Посмотрите на меня, я так счастлив увидеть вас, что забыл даже сообщить свое имя ......".

"Эй, мистер Линь, почему вы уходите? Я еще не закончил свой приговор."

Куда уж Линь Ляну обращать на него внимание, он сейчас хотел лишь разбить этого старого бессмертного извращенца на куски и бросить его тело в пустыне, чтобы отомстить за первоначального владельца, который умер трагической смертью в оригинальной книге.

Сев в машину, Лин Лян сказал водителю с холодным лицом: "Поезжай к Гу".

Цинь Цзямин наконец не удержался и подозрительно спросил: "Кто этот человек, почему ты злишься, когда видишь его?".

Лин Лян посмотрел на Цинь Цзямина и Сяо Яня, которые сидели друг напротив друга, и торжественно предупредил: "Запомните этого человека, он скрытый извращенец с жестокими наклонностями, больше всего любит бить и мучить людей. Не смотрите, что он одет как обычный мужчина, он уже отправил на тот свет неизвестное количество молодых парней своими руками".

"Черт!" Цинь Цзямин не мог не выругаться: "Почему ты не сказал этого раньше? Если этот извращенец посмеет приблизиться к тебе на полшага, и я забью его до смерти".

Сяо Янь задрожал: "Это слишком страшно, я не могу представить, что мы были всего в нескольких шагах от извращенца".

Линь Лян наставлял: "В будущем, когда встретите таких опасных персонажей, убегайте, зовите на помощь человека, которому больше всего доверяете, и поспешно уходите. Что бы он ни говорил, вы не должны его слушать, он может забить до смерти стольких людей и при этом так хорошо жить в человеческом облике. Он не тот персонаж, с которым стоит иметь дело".

Цинь Цзямин наклонил подбородок: "Пусть только осмелится тронуть меня пальцем".

Линь Лян бросил на него острый взгляд, и Цинь Цзямин мгновенно отступил, "Я понял, хорошо".

Линь Лянь вздохнул: "Он убил человека, а ты можешь убить хотя бы курицу? В плане жестокости вы оба не на одном уровне".

сказал Линь Лян, глядя в окно: "Но я постараюсь как можно скорее посадить его в тюрьму".

Цинь Цзямин немного беспокоился за Лин Ляна: "Раз уж он такой опасный персонаж, ты не должен попасть в беду".

"Если тебе все равно, а мне все равно, то такой человек всегда будет свободен, чтобы создавать проблемы для других людей". Линь Лян погладил Цинь Цзямина по голове: "Можешь не беспокоиться обо мне, я не буду настолько глуп, чтобы сражаться в одиночку, я не буду действовать сам, пусть Гу Хэншэн позаботится о нем".

В глазах Сяо Яня в этот момент Линь Лян светился, сияя ослепительным светом справедливости. Он действительно восхищался Линь Ляном, он был не только умен, способен и щедр, но и полон чувства справедливости.

Чем дольше он находился рядом с ним, тем больше его впечатлял его характер.

Глава 64. Фан Сянь

Перед тем, как Линь Лян пошел в кабинет Гу Хэншэна, он зашел в соседний кабинет Су Руна, Су Рун увидел, что Линь Лян вошел, и поспешно встал: "Лорд Лян, какие у вас распоряжения?"

Линь Лян слабо улыбнулся: "Ты поможешь для меня проверить Фан Сяня из "Hongwei Real Estate". Тебе не нужно проверять слишком тщательно, змей легко напугать излишней осторожностью, ты можешь просто сообщить мне общую ситуацию через минуту."

"Хорошо, я немедленно проверю". Су Рун ушел.

Когда Лин Лян вошел в кабинет Гу Хэншэна, он просматривал финансовые отчеты нескольких компаний Гу. Когда Линь Лян вошел с нарисованным лицом, Гу Хэншэн поднял голову, увидел его и рассмеялся: "Кто из неблагодарных сегодня поиздевался над нашим маленьким Лян Бао?".

Линь Лян подошел и сел к нему на колени: "Я встретил отвратительного человека".

Гу Хэншэн погладил его по лицу и спросил: "Кто настолько неблагодарен и отвратителен и все еще настаивает на переходе на твою сторону?".

"Ты знаешь о компании "Hongwei Real Estate"?". спросил Линь Лян, серьезно глядя на Гу Хэншэна.

"Да, я знаю! Это ведущая компания в сфере недвижимости, а ее президент, Фан Сянь, - большая шишка с непростой биографией. Он даже пытался украсть у меня участок земли два года назад, но его остановил Цяо Лао, почему ты вдруг упоминаешь этого человека?"

Линь Лян кивнул: "Если ты хочешь поиздеваться над ним, хорошо ли это делать?"

Гу Хэншэн серьезно посмотрел на Лин Ляна: "Ему нужно время, он давно вошел в индустрию недвижимости, и люди за ним тоже очень непростые, с ним не так-то просто связаться".

Линь Лян серьезно посмотрел в глаза Гу Хэншэну: "Но ты должен отложить все дела и свалить этого человека. Угадай, где я сегодня встретил его?".

Фэн Чжэн каждый день отправлял Гу Хэншэну необработанное, неотредактированное видео, и он все еще был в курсе распорядка дня Линь Ляна.

Гу Хэншэн на мгновение задумался: "Plum Video?".

"Да. Я подозреваю, что Сунь Инь мог объединиться с Фан Сянем. Фан Сянь сказал мне, что он поехал в Plum Video, чтобы поговорить о рекламном сотрудничестве, но для разговора о рекламном сотрудничестве не нужен сам босс!".

"Вдвоем они не сравнятся с тобой, но как только они объединят свои силы, это болото станет дурно пахнущим, и если ты не будешь осторожен, ты погибнешь".

Линь Лян торжественно подчеркнул: "Поэтому ты должен устранить их до того, как они станут угрозой, иначе люди, которых они устранят, возможно, будут нами".

На самом деле, это был самый большой страх Линь Ляна, он сидел в машине во время этого путешествия и много думал об этом. Чем больше он думал об этом, тем больше чувствовал, что все не так просто, как кажется, он сделал много вещей после проникновения в сюжет этой книги и изменил многое.

Он смутно чувствовал, что в этом мире существует могущественная сила, которая молча восстанавливает сюжет оригинальной книги.

Он боялся, что эта сила восстановит оригинальный сюжет с Фан Сянем, и Сунь Иня вместе, а затем втиснет его обратно в сюжет оригинальной книги живым, подвергнет жалким издевательствам и в конце концов умертвит трагической смертью.

Оригинальная книга была похожа на систему, которая автоматически настраивала более мощную силу, чтобы победить его, как инопланетный вирус, если оригинальная программа не может одолеть его.

Он не должен допустить этого, у него еще не было обезьянки с Гу Хэншэном, он не хотел умирать, тем более умирать жалкой смертью в этом жалком костюме.

Линь Лян склонил голову на руки Гу Хэншэна: "Шэншэн, мы не можем позволить себе играть в азартные игры, поэтому Фан Сянь должен умереть".

Гу Хэншэн нахмурился, хотя было верно, что совместная работа Сун Иня и Фан Сяня будет иметь некоторое влияние на Гу, это было далеко не то, что они должны были убить друг друга, но если Линь Лян хотел этого, то он пойдет на все, чтобы сделать это.

"Хорошо, я позволю Фан Сяню умереть, не бойся". Гу Хэншэн нежно погладил волосы Линь Ляна, чтобы успокоить его.

Надо сказать, что предсказание Лин Ляна оказалось очень точным. В этот момент Фан Сянь встречался с Сунь Инем в пентхаусе офиса Plum Video.

Двое мужчин сидели лицом к лицу на диване, рядом с ними стоял мальчик. Если бы Си Ю был там, он бы заметил их обоих с первого взгляда - оба мужчины были членами той же группы, что и он, и оба были намного популярнее его.

Оба были красивы, одеты в модную одежду и изысканно накрашены, только вот брюки у обоих были спущены, и они стояли с голыми ногами.

Оба жевали во рту матерчатые шарики и наклоняли головы, изо всех сил стараясь не издавать странных звуков, которые могли бы помешать разговору Фан Сяня и Сунь Иня.

Надо сказать, что Фан Сянь и Сунь Инь действительно испытывали друг к другу неприязнь. Сунь Инь одной рукой играл с яйцами Фан Сяня и разговаривал с ним. С другой стороны, Фан Сянь держал одну руку на члене мальчика рядом с ним! Фан Сянь держал одну руку на член мальчика рядом с собой, двигая ею вверх-вниз, пока он болтал с Сунь Инем.

Поговорив о делах, Фан Сянь сделал глоток чая, а затем внезапно повернул свои слова вспять: "Когда я только что приехал, я встретил Линь Ляна в холле на первом этаже".

Взгляд Сунь Иня замерцал, но его лицо осталось неподвижным: "Тогда тебе повезло, мне даже не посчастливилось столкнуться с ним, когда я пришел сюда, о чем вы двое говорили?".

Фан, казалось, улыбался, но когда он подумал о том, что Линь Лян убежал, не сказав ему ни слова, улыбка на его лице снова померкла: "Ты думаешь, я выгляжу настолько уродливо? Почему мой кумир убежал, не сказав ни слова, когда увидел меня?".

Сун Инь не мог удержаться от громкого смеха: "Возможно, это потому, что его уже пугали фанатичные поклонники, поэтому он очень насторожен".

Фан Сянь был в ярости: "Разве я только что это сказал? Я выгляжу таким приветливым, как я могу его отпугнуть? Это все из-за этих проклятых фанаток, которые пристают к моему кумиру целыми днями, это слишком раздражает, и тянет меня вниз вместе с ними".

Сунь Ин улыбнулся: "Что можно с этим поделать? Твой кумир так хорош собой, и ты не единственный, кто жаждет его, разве Гу Хэншэн не сделал первый шаг?".

"Разве Гу Хэншэн не пользуется поддержкой семьи Цяо? Как только мастер Цяо умрет, я посмотрю, как он будет дурачиться". Фан Сянь сердито сказал, затем взглянул на Сунь Иня: "Я слышал, что Гу Хэншэн, чтобы заполучить моего идола, принуждал Линь Е и незаметно собрал довольно много акций Линь. Мне интересно, почему вы не воспользовались возможностью, когда Линь Е повсюду искал инвестиции. Эти несколько проектов Линя явно приносят доход".

Сунь Инь облегченно рассмеялся: "Разве ты тоже не двигался?".

Фан Сянь не был похож на Сунь Иня, который все скрывает, он откровенно улыбнулся: "Моя цель та же, что и у Гу Хэншэна, заставить Линя выпустить больше акций, когда у них нет денежного потока, и когда акции семьи Линь будут размыты, мы сможем воспользоваться ситуацией и стать их акционерами. По крайней мере в конце концов, основная ценность семьи Линь - это не те несколько совместных проектов, а десятки сжигающих деньги научно-исследовательских институтов по всему миру, которые породили несколько основных проектов."

Сунь Инь улыбнулся, сделав глоток чая: "Семья Линь держит золотой ключ к открытию новых технологий в будущем, кто бы не упустил его, и только семья Хань настолько глупа, что делает друзей из бизнеса".

В этот момент мальчик, стоявший рядом с Фан Сянем, не смог сдержать свой гнев и облил Фан Сяня молоком. Фан Сянь в этот момент был похож на пушечное ядро, которое мгновенно взорвалось, он встал и отвесил пощечину человеку напротив.

Мальчик был ошеломлен, и прежде чем он успел заплакать, Фан Сянь снова ударил его ногой, а затем последовал шквал ударов и пинков.

Мальчик, стоявший рядом с Сунь Инем, был ошеломлен этим, и Сунь Ин спокойно взял его на руки, чтобы успокоить: "Теперь ты знаешь, как хорошо я обычно к тебе отношусь! Я не только балую тебя, но и даю тебе лучшие ресурсы, чтобы ты стал популярным".

Глава 65. Плагиат

Когда Линь Лян вернулся в офис, он позвал к себе Цзи Хуна.

Цзи Хун стоял перед своим столом и, увидев угрюмое лицо Лин Ляна, подозрительно спросил: "Что случилось? Что-то неожиданное?"

Линь Лян передал Цзи Хуну информацию, которую он принес от Су Руна, и сказал пониженным голосом: "Я ищу свидетельства о мальчиках, над которыми надругался этот человек, но у этого человека должна быть очень надежная система безопасности, установленная в его компьютере. Я хочу знать, сможете ли вы взломать его компьютер и украсть информацию, не включив охранную сигнализацию на его компьютере".

Цзи Хун проверил файл и нахмурился: "Нужно знать его точный адрес, такой человек, как он, скорее всего, живет в менее постоянном месте, а если место жительства менее постоянное, есть большая вероятность, что он не будет использовать тот же компьютер при переезде, в конце концов, для богатых людей компьютеры есть на каждой вилле".

"То есть, скорее всего, важной информации не будет даже на компьютере, где он живет, а вместо этого все будет на жестком диске?". Линь Ляна беспокоило, что если вся информация о жертвах хранилась на жестких дисках, то где они могли украсть эти жесткие диски. Это было гораздо сложнее, чем хранить их на компьютере.

"Это не имеет значения, пока данные находятся в компьютере, я могу их восстановить. Просто это немного утомительно проверять, нужно просмотреть все места, где жил человек, и все компьютеры, которыми он пользовался".

Линь Лян кивнул: "Иди и проверь, будь осторожен и не насторожь змею. Лучше немного помедлить, чем подвергать себя опасности".

"Хорошо". Закончив говорить, Цзи Хун развернулся и ушел с документами.

Прослушивание "Воображаемого времени" было скоро, чтобы принять участие в конкурсе "30 на 20". Все финалисты находились в мастерской, подготовленной Pineapple Video, работая со своими командами над созданием своих работ для следующего тура.

В то время, когда все дизайнеры, вошедшие в Топ-30, были наиболее заняты, Вэнь Юйцинь забеспокоился, потому что стрелок, которого нашел для него Лян Янь, начал поднимать свою цену, когда вошел в Топ-50. Дизайны, попавшие в Топ-30, были еще более львиными и совершенно не по карману ему.

Чем больше он думал об этом, тем больше злился, поэтому ему захотелось нарисовать свой собственный дизайн. Несколько лет он изучал живопись и немного учился ей, но его навыки рисования были лишь средними, не говоря уже о дизайне одежды.

Весь день он просидел в своей рабочей комнате и выбросил целую корзину бумаги. Чуть позже он решил отвлечься, повернул голову, чтобы выглянуть в окно, и увидел, что уже наступил вечер.

Выйдя из мастерской, он увидел Мэн Цинь, выходящую из своей мастерской с папкой в руках.

Когда Мэн Цинь повернула голову и увидела его, она радостно улыбнулась: "Брат Вэнь, ты тоже уходишь!".

Вэнь Юйцинь улыбнулся и кивнул, бросил взгляд на свои бумаги и спросил, "Ты закончила все проекты для конкурса?".

Мэн Цинь была в очень хорошем настроении, потому что она закончила рисовать все дизайны для этого конкурса, поэтому она улыбнулась: "Да, я только сегодня закончила, а как насчет тебя, ты закончил дизайн?"

Вэнь Юйцинь улыбнулся: "Я тоже почти закончил, завтра еще немного пересмотрю".

"Хорошо, тогда до завтра. Действуйте!" Мэн Цинь улыбнулась и попрощалась с Вэнь Юйцинем.

Вэнь Юйцинь улыбнулся: "Давай!".

Вэнь Юйцинь стоял на том же месте и звала Дун И, наблюдая, как спина Мэн Цинь становится все дальше и дальше.

"Выясни для меня, в каком ателье или на какой государственной фабрике поколения шьют одежду Мэн Цинь?"

Дун И был озадачен: "Почему ты проверяешь ее как следует? Ты ведь не влюбился в нее!".

Вэнь Юйцинь нашел угол, прикрыл телефон и прошептал: "Она украла мои разработки, я должна найти способ вернуть плоды своего труда".

"Хорошо, не волнуйтесь, предоставьте это мне, я позабочусь о том, чтобы вернуть вашу работу к началу съемок шоу". Дун И был в ярости, услышав это, и немедленно взялся за дело.

На следующий день в полдень Дун И и Вэнь Юйцинь встретились в кафе, куда они часто ходили, Дун И передал Вэнь Юйцинь пакет с файлами дизайна: "Это твой дизайн, посмотри, нет ли ошибок".

Вэнь Юйцинь открыл его и посмотрел на него, спросив: "Ты ведь не привлек внимание персонала?".

"Нет, как я смею не обращать внимания на то, что вы объяснили, просто не беспокойтесь об участии в конкурсе!".

Только тогда Вэнь Юйцинь успокоился.

Мэн Цинь получила одежду от студии-партнера всего за день до начала шоу. Хотя он был художником по костюмам, он действительно не умел шить одежду, а поскольку ателье принадлежало ее старшему брату, она испытала огромное облегчение от того, что сдала эскиз и пошла искать ткань, поэтому она не стала особо расспрашивать о производстве.

Когда доставили одежду, Мэн Цинь была ошеломлена. Она просмотрела доставленные вещи одну за другой и обнаружила, что ни одна из них не была ее дизайна.

"Это сделано в соответствии с проектом, который я вам дала?". спросила Мэн Цинь.

Сотрудник, доставивший одежду, кивнул: "Да, это все сделано по присланному вами дизайну! Ткань также была прислана вами".

Мэн Цинь была озадачена, ткань была ее, но дизайн был не ее! Она несколько раз звонила брату, чтобы подтвердить, но он сказал, что не ошибся ни в ее дизайне, ни в чьем-либо другом.

Положив трубку, Мэн Цинь посмотрела на моделей, ожидающих в стороне, готовых к репетиции, и с безжалостным сердцем приказала им одеться и отправиться на сцену для репетиции.

Где она могла найти свой первоначальный проект теперь, когда шоу должно было быть записано завтра? У нее не было другого выбора, кроме как закончить конкурс твердой рукой.

В день конкурса Мэн Цинь смотрела, как участники выходят на сцену, и необъяснимо нервничала. Благодаря своей внешности и ауре одежды, которую она создавала, Мэн Цинь была самой популярной из всех дизайнеров на конкурсе.

Она не только стала самым популярным дизайнером на конкурсе, но и прошла путь от посредственной студентки факультета дизайна одежды до дизайнера с более чем 5 миллионами подписчиков и любимого многими людьми.

Она с опаской наблюдала, как ее модели выходят на сцену в своих прекрасных платьях, и зрители и профессиональные судьи облегченно вздыхали. Она знала, что коллекция слишком хороша, чтобы быть правдой, и поскольку она была настолько хороша и настолько профессиональна, она очень боялась.

Наконец, после ухода моделей она нервно взяла микрофон и вышла на авансцену, как сомнамбула, спотыкаясь о презентацию дизайна, которую она записала только вчера вечером и зачитала.

Вэнь Си прервал ее с суровым лицом: "Мэн Цинь, ты слишком сильно меня подвела".

Все тело Мэн Цинь дрожало, она заставила себя посмотреть на Вэнь Си, но Вэнь Си не позволил ее жалкому виду отпугнуть ее.

"Вы не разрабатывали дизайн одежды в этой коллекции, это дизайн, который был выпущен на прошлой неделе всемирно известным и знаменитым модельером Лу Айси на ее большом сольном показе. Вы просто изменили ткань ее дизайна, и он стал вашим?"

"А как дизайнер, разве вы не замечали, что одежда стала уродливой после того, как вы поменяли ткань? Разрушило ли оно первоначальное очарование оригинального дизайна?".

Услышав это, все тело Мэн Цинь погрузилось в транс. В этот период времени она была так занята подготовкой к конкурсу, как у нее могло найтись время на просмотр личного шоу известного дизайнера? Она только подумала, что этот набор дизайнов был более мощным, чем ее собственный оригинальный, поэтому она хотела сначала использовать его, а после конкурса связаться со старшим братом, чтобы найти оригинального дизайнера и купить набор. У нее действительно не было другого выбора, кроме как сделать это, но она никогда не думала о копировании чужих работ.

Глава 66. Почему ты держишь ее

Услышав слова Вэнь Си, Хань Си тоже нахмурился: "Плагиат бросит тень на всю твою карьеру, ты такая молодая и так выдающаяся, зачем тебе ставить клеймо на своей карьере таким позорным образом только ради конкурса?".

Мэн Цинь была так обижена, что не могла удержаться от слез. Линь Лян сетовал: "Сначала иди и подожди в зоне ожидания, как другие дизайнеры! Мы, инструкторы, пока не будем ставить вам оценки, оставим голоса зрителей и профессиональных судей".

У Мэн Цинь не было другого выбора, кроме как пойти в зону ожидания справа от сцены и ждать. Она не решилась сесть с другими дизайнерами и сидела одна в последнем ряду.

Вэнь Юйцинь был предпоследним дизайнером, вышедшим на сцену. Мэн Цинь была ошеломлена все это время, ей казалось, что она видит сон, пока она не увидела моделей, выходящих на сцену в одном из ее дизайнов, она не могла поверить своим глазам, и только когда она наконец увидела Вэнь Юйцинь, выходящего на сцену с улыбкой на лице, она в трансе поняла, что произошло, ее дизайн, каким-то образом, был тайно изменен Вэнь Юйцинем.

"Вэнь Юцинь, ваш дизайн в этот раз действительно произвел на меня впечатление, хотя он не так уж совершенен, но он очень подвижен, и мне он очень нравится". Вэнь Си сделал комплимент, посмотрев всю серию дизайнов.

"Он изменил мой дизайн! Я нарисовала его, а не Вэнь Юйцинь". Когда все сосредоточили свое внимание на Вэнь Юйцинь, Мэн Цинь схватила микрофон ведущего в зоне ожидания и закричала.

Все в студии удивленно оглянулись на нее, а она все еще смело показывала на платье на модели на сцене и говорила: "Дизайн этого синего платья был вдохновлен фотографией поверхности Земли, сделанной в космосе, а эти черные точки на самом деле символизируют острова на Земле ......".

Мэн Цинь плакала, описывая каждое платье на сцене. Это были проекты, которые она изучала день и ночь и не спала допоздна, чтобы нарисовать, для нее они были как дети, которых она создавала один за другим своими руками.

Теперь, когда ее детей украл кто-то другой, она даже не может представить доказательства того, что они принадлежат ей. Потому что чертежи проекта, которые она хранила в своей рабочей комнате, тоже исчезли.

Услышав с какими эмоциями говорит Мэн Цинь, многие в зале были тронуты и начали смотреть на Вэнь Юйциня с подозрением.

Вэнь Юйцинь не сердился, а сочувственно посмотрел на Мэн Цинь и улыбнулся: "Мэн Цинь, я думаю, что после шоу вам нужно как можно скорее обратиться к психиатру. Фантазировать о том, что вы не можете получить или полюбить, как о чем-то своем собственном, - это раздвоение личности! По крайней мере, предвестник раздвоения личности".

"Что ты говоришь? Я, очевидно, разработала эту коллекцию, ты украл мой дизайн, ты вор". Мэн Цинь взволнованно крикнула.

Эмоции зрителей также были приведены в ярость, они начали смешиваться и разговаривать.

Лин Лян повернул голову к главному режиссеру и сказал: "Шоу приостановлено от записи".

Это шоу было спланировано Линь Ляном от начала и до конца, поэтому, конечно, последнее слово было за Линь Ляном.

Линь Лян спустился с места наставника, даже не взглянув на Вэнь Юйциня, когда тот проходил мимо, и направился прямо к Мэн Цинь, в душе он знал, что Вэнь Юйцинь совсем не разбирается в дизайне одежды, и, судя по тому, как Мэн Цинь была взволнована, он поверил ее словам.

Более того, дизайн этой коллекции был выполнен в ее стиле, что сильно расходилось со стилем, который Вэнь Юйцинь демонстрировал на прошлом конкурсе.

Линь Лян подошел к Мэн Цинь и посмотрел ей в глаза: "У тебя есть доказательства того, что одежда, которую носили те модели на сцене, была разработана тобой?"

Мэн Цинь заплакала и покачала головой: "Проекты находятся в рабочей комнате, но я не могу их найти".

Линь Лян вздохнул: "Послушай меня, не плачь и не устраивай сцен. Прими этот инцидент как урок и помни, что в будущем ты должна следить за своими идеями".

Мэн Цинь вытерла слезы и сказала: "Я действительно не плагиатила, мои проекты были подменены. У меня не было выбора, кроме как использовать эту коллекцию. Я хотела купить дизайн после записи шоу, правда, я не делала этого специально".

Линь Лян шагнул вперед и обнял ее, поглаживая по спине, чтобы успокоить: "Все в порядке, ты можешь доверять мне, я не позволю тебе нести клеймо плагиата. Но ты также не можешь продолжать участвовать в конкурсе, несмотря ни на что, ты все равно использовала чужой дизайн, верно? Это противоречит правилам нашего соревнования".

Мэн Цинь очень сильно плакала, этот этап дал ей так много, она действительно любила его [свой дизайн], поэтому она очень усердно работала в каждом выпуске, только чтобы попытаться остаться на этом этапе.

Линь Лян продолжал утешать: "Это всего лишь одно соревнование, в твоей жизни будет еще много подобных. Все в порядке, даже если ты откажешься от участия в конкурсе, я решил подписать с тобой контракт на должность старшего дизайнера для нашего бренда SL".

После этих слов Линь Лян отпустил ее, отошел и улыбнулся ей: "Не плачь, ты такая красивая, ты не будешь хорошо смотреться на камере, если будешь плакать".

После ухода Линь Ляна Мэн Цинь послушно села на диван и запись передачи продолжилась.

В итоге Вэнь Юйцинь получил высокий балл за свой дизайн для этой серии и вошел в двадцатку лучших. Хотя Мэн Цинь было тяжело, она сдержала слезы и сидела, не издавая больше ни звука.

Как только передача была записана, раздался телефонный звонок Гу Хэншэна, и он очень строгим голосом спросил Линь Ляна: "Почему ты обнял ее?".

"В то время она эмоционально вышла из-под контроля, и для того, чтобы запись шоу прошла гладко, мне нужно было успокоить ее". Линь Лян беспомощно объяснил.

"Почему ты обнял ее?" Гу Хэншэн спросил, очевидно, этот инцидент задел его!

"Разве я не сказал тебе? Для того чтобы запись шоу прошла гладко. Милый, не сердись, я обещаю, что с завтрашнего дня буду обнимать только тебя".

"Почему ты обнял ее?" Очевидно, что гнев в сердце Гу Хэншэна еще не утих.

"Умница, не сердись! Ты в офисе или уже ушел домой?".

"Почему ты обнял ее?" На этот раз Гу Хэншэн спросил с обидой и раздражением.

Линь Лян окончательно разозлился: "Ты закончил? Разве я не объяснил тебе все? Спроси меня еще раз, и я просто выключу телефон".

После нескольких секунд молчания голос Гу Хэншэна снова прозвучал в трубке: "Крикни еще раз".

"Что?" Линь Лян намеренно сделал вид, что не понимает.

"Это имя, как его там, крикни его еще раз".

Линь Лян рассмеялся: "Ты, умница, уже пришел с работы, ибо я хочу кушать?".

"Подожди меня, я лично принесу его тебе позже". После этих слов Гу Хэншэн улыбнулся и положил трубку.

На следующий день Мэн Цинь написала в Твиттере, что не может продолжить участие в конкурсе из-за семейного происшествия, а затем пожурила команду шоу и нескольких наставников, сказав, что ценит их комментарии и поддержку, ей очень нравится шоу и она благодарна каждому поклоннику за то, что они ее поддерживают.

К фотографиям прилагались девять снимков, на которых она запечатлена на сцене шоу. Видно, как сильно ей было грустно прощаться со сценой в своем сердце.

Когда шоу вышло в эфир, все кадры о Мэн Цинь были вырезаны, и, конечно, Вэнь Юйцинь не был допрошен, он вызвал волну похвал с дизайном этой серии и возглавил горячий поиск.

Hongliang Media позвонили заранее, а Weibo наложил полное ограничение на плагиатные тексты Мэн Цинь. Поэтому несколько маркетинговых номеров разослали несколько фотографий уходящей съемочной площадки шоу, что не вызвало особого ажиотажа. Мэн Цинь также не пострадала от всего этого, и после нескольких дней отдыха она явилась на службу в Пекинскую группу Юй.

Глава 67. Общественное мнение

После того, как Лин Ван был смещен со своего поста Лин Вином, он сделал своим домом крупнейшее подпольное казино в столице. Проиграв девять из десяти ставок, он начал занимать деньги у казино, а проценты набегали. Чем больше он занимал, тем больше становился заем, и ростовщики стали приходить к нему домой, чтобы забрать долг.

Он был загнан в угол, и так случилось, что в тот день, когда Ян Тянъюй пришел искать Линь Хао, он отозвал Ян Тянъюя в сторону и предложил ему убить Линь Ляна.

Он не был уверен, подействовали ли его слова на Ян Тянъюя, но прошло уже много времени с тех пор, как Ян Тянъюй приходил к нему домой, а Линь Лян все еще дурачился на телевидении, как обычно. Чем больше он думал об этом, тем больше ошибался, и долгое время не решался выйти на улицу.

В этот день он не смог больше сдерживаться и снова пошел в казино. Он проиграл все деньги, которые потратил, заложив свое бриллиантовое кольцо, не сыграв несколько партий за одну ночь, и когда он выходил из казино, ругаясь, он столкнулся с модной женщиной у входа в казино, которая протянула ему сигарету: "Босс, у вас есть время выпить со мной?".

С тех пор, как его выгнали из компании Линь, Линь Ван уже давно не слышал, чтобы кто-то называл его боссом. Линь Ван увидел, что эта женщина довольно хорошо выглядит и носит дизайнерские марки, она не похожа на тех грязных женщин, что есть на свете, улыбнулся и положил руку на ее плечо: "Это потому, что у тебя сегодня плохое настроение и ты хочешь найти человека, с которым можно развеять свою скуку?"

Женщина рассмеялась: "Да? Я весь день проигрывала. Я не хочу возвращаться и оставаться одна, мне до смерти скучно".

"Давай, в каком отеле ты остановилась? Я пойду с тобой поболтать, и тебе не будет одиноко". На лице Линь Вана появилась улыбка, он не мог дождаться, так как у него не было денег, он уже давно не прикасался к женщинам, кроме своей жены. После того, как он ел слишком много вегетарианской пищи, он наконец увидел мясо и почувствовал тягу к нему.

Женщина вызвала такси, и они вдвоем сели в него. Выйдя из машины, Линь Ван осмотрелся, это был звездный отель. Он последовал за женщиной наверх, она остановилась в VIP-комнате, после чего он полностью потерял бдительность по отношению к ней.

Они вдвоем пили вино и болтали, и в конце концов не смогли удержаться, чтобы не поцеловаться, все выглядело так мило, приятно и немного нереально.

На следующий день Линь Ван был разбужен болью. Проснувшись, он обнаружил, что лежит в ванной с тяжелым кубиком льда, прижатым к животу. Он чувствовал себя так, словно кто-то разрезал ножом левую сторону живота, и это причиняло острую боль. Он был в ужасе и не смел пошевелить лед на своем теле.

Он нашел свой мобильный телефон на полке рядом с ванной, поспешно взял его и позвонил по номеру 120. Вскоре его доставили в больницу, где врач осмотрел его и обнаружил, что у него вырезана левая почка. Эта женщина знала кое-что о медицине, и рану просто зашили, иначе он бы истек кровью до смерти.

Когда его жена узнала новости и помчалась в больницу, он не посмел сказать, что стал таким, потому что гулял с женщиной, но что его вырубили возле казино, и он очнулся в таком состоянии.

Его жена была в ярости, подняла его саквояж и бросила в него, ругая его при этом: "Я так старалась чтобы вернуться на работу в компанию моей матери, чтобы оплатить твои игорные долги, но у тебя все еще хватает наглости играть. Зачем я позволила тебе играть в азартные игры, зачем.......".

Линь Ван взвыл от боли, плача и моля о пощаде: "Не бей, не бей, в случае моей смерти ты останешься вдовой".

"Быть вдовой лучше, чем быть с лудоманом .......". Его жена бросила сумку и села на землю, похлопывая себя по бедрам и плача.

У Лин Вана теперь не было денег, и он жил в обычной палате, поэтому при таком переполохе люди из соседних палат пришли посмотреть, что происходит, и в мгновение ока весь этаж узнал, что на этот этаж по у которого нет денег, поэтому он заложил свою почку.пал азартный игрок,

"Господин Гу, почка Линь Вана была анонимно пожертвована бедному пациенту с почечной недостаточностью в соответствии с вашими пожеланиями". Су Рун стоял в кабинете Гу Хэншэна и говорил.

Гу Хэншэн стоял перед окном от пола до потолка, смотрел на серый город перед собой и улыбался: "Для него это тоже считается хорошим поступком."

Су Рун был озадачен: "Мы что, собираемся просто спустить его с крючка? Что если в будущем он снова выступит против лорда Ляна?".

Гу Хэншэн повернул голову и улыбнулся ему: "Как это возможно? Все только начинается, узнайте, какие мужчины нравятся его жене, пришлите мужчину, который соответствует ее вкусу, и соблазните ее, чтобы она влюбилась. Это называется достать из бочки дно, без жены и преследуемый ростовщиками, плюс с его слабым здоровьем, в будущем он будет хуже собаки."

В прошлый раз, когда Линь Лян посетил "Mint Girl" на Plum Video, "Crystal Generation" ничего не передали о Линь Ляне, но "The President's Temptation" на Pineapple Video передали, и показали его. Частный разговор между Лин Ляном и Мэн Я Си также транслировался.

Травма на руке Мэн Я Си мгновенно взорвала интернет, а разгневанные фанаты и люди, увидевшие несправедливость, быстро вывели тему "Мэн Я Си избили" на первое место в горячем поиске. В комментариях Чжан Шусюэ ругали за ее некомпетентность

Поклонники Чжан Шусюэ, которые не могли этого вынести, разорвали ее. Брань продолжалась, и это напрямую вывело горячий поиск на первое место.

Поклонники Мэн Я Си даже зашли на аккаунт Чжан Шусюэ в Weibo, чтобы потребовать извинений. Поскольку Чжан Шусюэ является двоюродной сестрой Линь Ляна, аккаунт Линь Ляна в Weibo также пострадал, и поклонники Мэн Я Си усомнились в том, что Линь Лян прикрывает своего двоюродного брата.

Ситуация продолжала нагнетаться, и даже "Чжан Шусюэ попросила извинения" оказалась на вершине поиска. История была настолько плохой, что Чжан Шусюэ отрицала, что она побила Мэн Я Си. Она отрицала, что избила ее, и спросила, почему та оклеветала ее таким образом.

Но ее отрицание не успокоило инцидент, а лишь подлило масла в огонь и было воспринято поклонниками Мэн Я Си как неприкрытая угроза.

На следующий день жара продолжала спадать, и в отчаянии Чжан Шусюэ вызвала Лин Ляна прогуляться.

"Стажер вашей компании раздул конфликт из ничего и ложно обвинил своего товарища по команде, а вы, как босс, даже не вышли, чтобы разобраться?"

Когда Лин Лян увидел это, ему показалось это смешным, поэтому он написал в Твиттере: "Ты ложно обвиняешь людей? Почему бы тебе не стать полицейским, если ты так хорошо владеешь языком?". В словах этого легендарного кузена не было ни капли серьезности.

Чжан Шусюэ начала плакать, прочитав это, а Линь Литин, которая внимательно следила за каждым шагом своей дочери, так разозлилась, прочитав ответ Линь Ляна, что чуть не уронила телефон. Она позвонила своему мужу Чжан Яню и отругала его. Чжан Янь не решился связываться с Лин Ляном, но ему было жаль свою дочь, и он снова позвонил Линь И, попросив его убедить Линь Ляна, который, в конце концов, был членом семьи, в том, что будет неприятно быть на виду.

Линь И также чувствовал, что Линь Лян зашел слишком далеко, но он не мог контролировать своего брата, а с его характером, если он посмеет сказать что-то одно, Линь Лян обязательно посмеет сказать десять.

Поэтому он отправил твит со своего нового аккаунта в Weibo и вывел в эфир Линь Ляна и Чжан Шусюэ: "Шусюэ выросла под хорошим благородным воспитанием, она бы не сделала такого, мы приветствуем вмешательство полиции в расследование, если расследование покажет, что Шусюэ действительно сделала это, его отец и я готовы привести ее к нам, чтобы извиниться и выплатить компенсацию. "

Как только Линь И опубликовал свой пост в Weibo, агентство Чжан Яня и Чжан Шусюэ немедленно купило маркетинговые номера, чтобы раздуть эту историю, в сочетании с властной аутентификацией Линь И. Вскоре "Лин Е" стало именем номер один в тренде.

Поклонники Чжан Шусюэ и маркетинговые номера начали судорожно мыть руки.

"Верно, Сюэ Сюэ из богатой семьи, она даже не взглянула на нее, как она могла так поступить, эта стерва полна драматизма".

"Если вы хотите ложно обвинить кого-то, покажите мне доказательства! Звоните в полицию! Ты сумасшедшая, если хочешь быть популярной!".

"Первые кузены - это первые кузены, они говорят авторитетно и справедливо. В отличие от некоторых людей, которые даже за деньги не хотят видеть своих родственников".

Глава 68. Переход к семье Гу

Линь Лян, давая понять Линь Е, не испытывал неприязни к своему брату. Отсутствие ответа Линь Ляна дало многим маркетинговым номерам возможность использовать ситуацию и предположить, что братья Линь не ладят друг с другом, что также непосредственно привело к тому, что цена акций Линь немного упала.

Благодаря ажиотажным приобретениям на вторичном рынке, цена акций компании Линь держалась на высоком уровне, и небольшое падение не сильно повлияло на нее.

После публикации твита Линь И испугался, что Линь Лян рассердится, и позвонил повару домой, чтобы тот приготовил больше блюд, которые Линь Лян любил есть по вечерам.

Во время вечерней трапезы Линь Лян беспомощно улыбался, глядя на стол, заставленный его любимыми блюдами.

Линь Е протянул ему миску куриного супа: "Шусюэ - внучка семьи Линь, дедушка больше всех любил вас двоих, когда был рядом, ради дедушки мы не можем смотреть, как ее оклеветали, иначе посторонние будут думать, что наша семья такая хорошая".

"Брат, если ты относишься к другим как к семье, они могут не относиться к тебе как к семье". Линь Лян не хотел расстраивать брата из-за матери и дочери Линь Литина, но он действительно не мог смириться с тем, что Линь И и сейчас относился к матери и дочери Линь Литина как к семье.

"Лян'эр, тетя - дочь дедушки и самая любимая сестра отца, даже если она сделала много плохого, она все равно, по крайней мере, член семьи Линь, мы должны жить в соответствии с этим". Линь И пытался убедить Линь Ляна, накладывая еду в ее миску.

"Это потому, что дедушка и папа так баловали ее, что она стала такой, какая она есть сейчас. Сейчас я планирую забрать пять процентов акций, которыми она владеет".

После того, как Линь Лян сделал глоток супа, он посмотрел на Линь И и сказал: "Не беспокойся об этом, маленькие акции в ее руках должны быть перетащены в руки наших братьев. Текущие инвестиции Линь в исследования и разработки велики, как только цепочка капитала окажется в беде, нам придется выпустить больше акций. Чем больше акций в руках наших братьев, тем лучше, так что после нескольких раундов финансирования акции "разбавятся", а акции наших братьев вместе взятые, все еще будут более пятидесяти процентов.".

Линь Вин не возражал против этого вопроса, "Линь" постепенно превратилась в технологическую компанию, и ежегодные инвестиции в исследования и разработки составляли шестьдесят процентов прибыли. Если бы Хан не влил капитал в прошлый раз, у него не было бы другого выбора, кроме как выпустить дополнительные акции.

"Просто следи за тем, что ты делаешь! Пока все проходит гладко, я не буду вмешиваться". безразлично сказал Линь И.

На следующий день Гу Хэншэн лично заехал за Линь Ляном к воротам школы.

Когда Линь Лян издалека увидел Гу Хэншэна, стоящего под деревом, он радостно побежал, за ним следовали несколько старших братьев с фотоаппаратами. Впервые Гу Хэншэн официально предстал перед камерой в качестве бойфренда Линь Ляна.

Хотя он был невидимым самым богатым человеком в Сиа, он обычно держался в тени и практически не давал интервью СМИ. Кроме участия в некоторых официальных переговорах, организованных предпринимателями, он в основном редко показывался на людях.

Он со страхом и трепетом наблюдал, как Линь Лян благополучно перебежал улицу, а Гу Хэншэн улыбнулся. Лин Лян радостно подбежал к Гу Хэншэну, прыгнул на него сверху, обхватил ногами его талию, обнял за шею и спросил с улыбкой: "Что ты здесь делаешь?".

Гу Хэншэн обнял его за задницу и сказал: "Я пришел забрать тебя из школы, ты так счастлив?".

"Это точно, ты уже давно не заезжал за мной после школы". пожаловался Линь Лян.

"Тогда, может быть, я буду приезжать и забирать тебя каждый день с этого момента?"

Линь Лян покачал головой, забирать его каждый день явно не стоило, но время от времени это поднимало бы его настроение. Линь Лян засмеялся и спрыгнул с тела Гу Хэншэна.

Но Гу Хэншэн снова подхватил его: "Делай что хочешь, я разрешаю тебе это делать".

Два красивых мужчины обнимались на улице, а Лин Лян был знаменитостью, за ним следовал фотограф, что заставило многих студентов и пешеходов остановиться и посмотреть. Многие девушки в стороне уже возбужденно щелкали фотографиями, которые через некоторое время не удержались и выложили в Интернет.

Лин Лян, которого Гу Хэншэн нес к машине, смотрел на толпу за окном, которые шли за ними и щелкали мобильными телефонами, чтобы сфотографировать их, в душе он немного стеснялся: "Не слишком ли мы пафосно себя ведем?".

"Ты моя жена, разве тебе нужно смотреть в глаза другим людям, если ты хочешь обнять меня?". Основной деятельностью компании является предоставление широкого спектра продуктов и услуг населению. Настоящий парень даже не один из них. Он так зол, что хочет довести Weibo до остановки, а всех фанатов CP взорвать на их месте, чтобы проверить, все ли они еще под кайфом.

Причина ограничения заключается в том, что Гу Хэншэн раньше был слишком скромным. Гу уже давно обратился к различным платформам, чтобы запретить частное размещение фотографий Гу Хэншэна в интернете и не дать людям загружать их.

Руководителям Weibo не оставалось ничего другого, как найти фотографии Гу Хэншэна и Линь Ляна, обнимающих друг друга. Они были шокированы и поспешили позвонить программистам, чтобы ограничить выкладывание подобного рода фотографий. Бедный Гу Хэншэн попал в беду.

"У тебя есть какие-нибудь планы на сегодня?" спросил Линь Лянь, прислонившись к груди Гу Хэншэна.

Гу Хэншэн погладил маленькое лицо Линь Ляна и нежно улыбнулся: "Сегодня я отвезу тебя домой, мы так долго были вместе, а ты еще не был в доме Гу, я чувствую себя неудачником".

"А что я там не видел, ты мне не по чину, ты просто дикарь, зачем мне идти к дикарю? Мне что, нечего делать?". Линь Лян недоброжелательно воткнул свой нож.

"Ваш надлежащий суд был приговорен к смерти мной, диким человеком, поэтому у тебя нет выбора, кроме как быть только моим". Гу Хэншэн взял Линь Ляна за подбородок и пригрозил.

Линь Лян улыбнулся и поцеловал его в губы, сам не зная почему. Чем ближе он смотрел на Гу Хэншэна, тем красивее он выглядел, и он не мог удержаться от желания поцеловать его. Линь Лян хотел было поступить бесцеремонно и уйти, поступившись, но Гу Хэншэн снова догнал его, обнял за голову и страстно поцеловал.

Линь Лян думал, что семья Гу имеет большую вилла, занимающую большую территорию, как и семья Линь, но потом машина въехала на территорию семьи Гу, и он понял, что, как и семья Цяо, семья Гу живет в большом старинном особняке. Но сад семьи Гу был еще больше и гораздо внушительнее, чем у семьи Цяо. В середине сада было очень большое искусственное озеро, с островом в центре озера, на котором были построены атмосферные древние здания. На бетонной дороге, ведущей к центру озера, через равные промежутки стояли внушительные каменные пагоды.

Линь Лян указал на пагоды за окном и рассмеялся: "Неужели в вашей семье Гу так много целомудренных и мученических женщин?"

"Эти пагоды стоят здесь уже сотни лет, они были здесь, когда семья Гу купила это место, наша семья просто заботилась о них". Гу Хэншэн сказал с заботливой улыбкой.

Машина подъехала к древнему зданию, прежде чем Гу Хэншэн вывел Линь Ляна из машины, слуги в здании стояли в два ряда, почтительно приветствуя их.

На улице было по-зимнему холодно, поэтому Гу Хэншэн не разрешал Линь Ляну долго находиться на улице. В здании было включено отопление, поэтому, когда они вошли внутрь, стало намного теплее.

Белая длинношерстная собака радостно подбежала и залаяла, увидев Линь Ляна рядом с Гу Хэншэном. Линь Лян только что закончил менять тапочки, но когда он поднял голову и с удивлением увидел большую собаку, он пригнулся за Гу Хэншэном: "Почему ты не сказал мне, что у тебя такая большая собака?".

Гу Хэншэн горько улыбнулся: "Я не владелец этой собаки, это собака моего двоюродного брата Гу Цзиньфана. Он редко возвращается, большую часть времени он живет с матерью в доме Гу, ее мать ненавидит маленьких животных, поэтому он оставляет собаку здесь. Этот пес видит меня каждый день, вместо этого он относится ко мне как к своему хозяину, он подходит поприветствовать меня каждый день, когда я прихожу с работы, боится, что я забуду о нем и потеряю его. Это на самом деле очень мило."

Глава 69. Ты скоро вырастешь

Гу Хэншэн погладил большую собаку по голове и приказал серьезным голосом: "Не лаять, это моя жена. Если она напугает ее, отруби собаке голову и сделай из нее суп".

Большая собака, казалось, поняла и тут же испуганно замолчала.

Линь Лян пробормотал: "Я не хочу есть суп из собачьих голов, меня пугает, когда я слышу это".

Гу Хэншэн обнял его за плечи и утешил: "Я пугаю его, это наш собственный дом, здесь нечего бояться. Пойдем, ты первый раз здесь, я тебе все покажу".

Хотя это было старинное здание, но убранство внутри было вполне современным, за исключением того, что мебель была сделана в основном из дерева. Красное дерево, нанму, хуанхуали, палисандр, все, расположенное в разных комнатах в соответствии с различными узорами и цветами, очень сильно создает ощущение древнего благородства. Повсюду были резные балки, древние постройки соединенные между собой, и горячий источник, бурлящий под скалой в центре.

Гу Хэншэн указал на горячий источник и сказал: "Этот горячий источник сделан искусственно. Когда у меня хорошее настроение, я купаюсь в нем, пью немного вина и думаю о тебе, наслаждаясь луной".

Линь Лян посмотрел на небольшой холм за рокарием, где также стояла большая беседка: "Летом на нем хорошо играть в шахматы".

(п.п. Одним из красивых приемов художественного обустройства земельного участка стал рокарий, каменный цветник на ровном грунте.)

"Любит ли Лян'эр играть в шахматы?".

"Нет, я просто так подумал. Разве ты не говорил, что этому саду сотни лет? Я могу представить себе древние времена, когда хозяин этого сада сидел в этом павильоне и играл в шахматы со своими друзьями, это должно быть очень приятно". Линь Лян сказал, глядя на павильон.

Первым владельцем этого сада был больной и криворукий императорский сын, который игнорировал весь мир. Он хотел спрятаться в этом саду, чтобы восстановить силы после придворных разборок и жить мирной и спокойной жизнью. Но через несколько лет после того, как он скрывался здесь, ему объявили импичмент! Ему объявили импичмент, заявив, что он намерен восстать, и посадили в тюрьму.

Только попав в тюрьму, он обнаружил, что, поскольку он столько лет жил в глубине страны и не общался с миром, то, попав в беду, он не мог найти ни одного человека, который бы возместил его обиду. На самом деле он был просто козлом отпущения, а настоящим бунтарем был его брат. Но что поделать, к тому времени, когда все прояснилось, он уже был белым скелетом".

Линь Лян вспоминал себя в прошлой жизни, он был больным человеком, "жонглировал" между братом и родственниками, и, мягко говоря, вся семья его любила. Но подумайте об этом с другой стороны, как трудно было понравиться всем в большой семье, не говоря уже о многочисленных переплетениях интересов. Есть даже некоторые сомнения в том, почему он болен и просто нездоров.

"Знаешь ли ты, почему мой дедушка и дядя Цяо любят жить в старом саду?". интимно спросил Гу Хэншэн, обняв Линь Ляна сзади и положив голову на его плечо.

"Почему?"

"Потому что в старом саду есть истории! Сколько людей и сколько семей поднялось и упало за сотни лет существования великого сада? Древние люди говорят, что история - это урок, а старый сад - это живая история, и в высоком положении в богатой семье легче всего быть ослепленным окружающими, а этот сад - живой предупреждающий колокол."

"Но теперь ты один живешь в таком большом саду, разве тебе не одиноко?". спросил Линь Лянь, прислонившись к Гу Хэншэну.

"Ты говоришь о том, что у тебя нет семьи?" Гу Хэншэн облегченно рассмеялся: "Вот почему мы должны усердно работать! Ты видишь, что только на этом острове так много пустых комнат, а этот сад просто огромен? Домов много, нам двоим придется потрудиться и сделать детей, чтобы заполнить их".

Линь Лян сердито хлопнул его по руке: "У тебя есть хоть какой-то талант, почему ты не можешь перестать говорить о детях, я не свиноматка."

"Конечно, нет, мы не торопимся, мы не будем торопиться делать их, неважно, если мы не сможем их сделать, но усилия - это ключ, делать детей - это на самом деле так прекрасно". Гу Хэншэн нетерпеливо поцеловал Линь Ляна в шею.

Линь Лян холодно фыркнул в своем сердце, неужели он просто не хочет вести себя более ответственно в этом вопросе? Он сказал это в такой величественной манере.

Но поцелуи Гу Хэншэна становились все более и более интенсивными, он целовал шею и плечи Линь Ляна а в середине расстегнул пуговицу на его воротнике.

Лин Лян тяжело дышал и схватился за пояс брюк, целоваться было хорошо, но не по-настоящему, ведь он знал, какой сильный и длинный член у Гу Хэншэна. Он решил защищаться до смерти с тех пор, как узнал, насколько сильным и длинным был член Гу Хэншэна. Он держался только за пояс брюк, что бы он ни говорил. Не давая малышке Шэншэну ни единого шанса воспользоваться ситуацией.

Пока Гу Хэншэн целовал его одежду, он залез в его жилет и расстегнул рубашку внутри. Как только пуговицы были расстегнуты, его рука проникла внутрь рубашки и схватила грудь Линь Ляна! Все тело Лин Ляна слегка задрожало, зазвенели тревожные колокольчики, он зарычал тонким, мягким голосом: "Шэншэн, не делай этого, здесь не удобно".

Там, где они стояли, была единственная чайная комната на первом этаже с окнами от пола до потолка, обе стены чайной комнаты были стеклянными, чтобы лучше видеть внешний вид. Время от времени, стоя внутри, они могли наблюдать за слугами, спешащими на улицу и обратно.

"Это нормально, они не видят". Гу Хэншэн стянул с Лин Ляна одежду, обнажив его красивый позвоночник, он зарылся лицом в гладкую спину Лин Ляна и нежно поцеловал его: "Кроме того, не думаешь ли ты, что это более возбуждающе! Разве это не захватывающе?"

Линь Лян потерял дар речи, что в этом плохого, паранойя вуайериста?

"Ам......."

Палец Гу Хэншэна легко дотронулся до его соска! Когда Гу положил сосок в рот, Линь Лян почувствовал мгновенное покалывание в центре ступней, сжигающее последние остатки его рассудка.

Он никогда не испытывал подобного за две свои жизни и чувствовал, как постепенно превращается в огонь под легкими поцелуями и поглаживаниями Гу Хэншэна. Огонь манил каждый сантиметр его тела.

Это успокаивает Успокаивает, так успокаивает! Так приятно, что он неосознанно закрыл глаза.

Но несмотря на это, он крепко дернул за пояс брюк и не отпускал.

"Отпусти, будь умницей, не волнуйся, я буду осторожен, я не сделаю тебе больно". Гу Хэншэн похлопал Линь Ляна по руке, который держался за пояс его брюк, и пробормотал.

Только тогда Линь Лян открыл свои мокрые глаза из состояния сна и жалобно покачал головой: "Я не знаю".

Сердце Гу Хэншэна смягчилось, и он поцеловал его лицо: "Ты мне нужен, я буду любить тебя всю жизнь, детка".

Линь Лян разинул рот и моргнул глазами, прежде чем слезы потекли по его лицу: "Я боюсь".

Лин Лян действительно испугался, член Гу Хэншэна был горячо прижат к его ягодицам прямо через брюки! Размер его члена был не таким, который мог выдержать обычный человек.

Гу Хэншэн поцеловал слезы на лице Линь Ляна: "Не бойся, не бойся, я не войду, я буду снаружи". Его член прижался к заднице Линь Ляна! Его член шевелился, горячо скрежеща за ним.

Линь Лян мгновенно сдержал слезы, а мозг начал кипеть, что его сознание почти остановилось. Это нормально?

Но он уже не смел сопротивляться, разум подсказывал ему, что с этим человеком в данный момент совершенно нельзя связываться.

Прошло полчаса, Линь Лян прислонился к окну от пола до потолка, а человек позади него, после получаса перемалывания железных пестиков в иголки, наконец, издал низкий рык. Он был прижат к спине, его лоб покрывали мелкие бисеринки пота. Он взял подбородок Линь Ляна в руку и нежно попробовал его губы.

"Маленький Лянбао, расти быстрее! Когда ты вырастешь, ты не будешь бояться".

Лин Лян не ответил, он не знал, как ответить, Гу Хэншэн подумал, что он боится, потому что слишком мал. Но на самом деле это было потому, что член Гу Хэншэна был слишком мужественным, как это сказать, сказать было невозможно, поэтому Лин Лян мог только молчать и позволять Гу Хэншэну целовать его губы.

Глава 70. Любовь и убийство

"Детка, будь хорошим мальчиком и жди меня здесь, я вернусь после того, как приму душ". Гу Хэншэн неохотно оторвался от губ Линь Ляна и, уходя, легонько ущипнул его за талию.

Только после того, как Гу Хэншэн покинул его, Линь Лян наконец не смог удержаться от громкого смеха. Трудно было представить, что большой босс из оригинальной книги сам окажется в такой неловкой ситуации, но главное, что он уже был таким и все еще притворялся лихим.

Линь Лян засмеялся, собирая свою одежду. В чайной комнате на прилавке стояло несколько горшков с магнолией и лавром, от цветов исходил легкий аромат, Линь Лян открыл шкаф и взял оттуда чистую керамическую чашку, открыл ящик, внутри были всевозможные хорошие чайные изделия. Там также было несколько коробок с таблетками женьшеня, волчьей ягодой и другими вещами.

Взгляд Лин Ляна пробежался по нескольким изысканным коробкам и наконец остановился на черном чае.

Затем он насыпал в чашку немного черного чая, подошел к автомату с водой и набрал кипятка, первый раз промыл чай, затем вылил воду, и только после того, как второй раз закончил набирать воду, он отнес чашку к круглому столу в центре и сел.

Расположение чайной комнаты было очень удачным; прямо за углом, откуда открывается очень широкий вид не только на сад за окнами от пола до потолка слева, но и на искусственное озеро за островом справа.

Линь Лян потягивал чай и в глубокой задумчивости смотрел на озеро. Через некоторое время за дверью раздался звук шагов, и большая белая собака встала на пороге, уставившись на Лин Ляна.

Лин Лян обернулся и увидел ее, и в тот момент, когда их глаза встретились, большая белая собака сделала шаг вперед, Лин Лян вдруг улыбнулся и поднял подбородок на собаку: "Я сейчас позову папу и он тебя выгонит".

Большая собака сделала шаг назад, открыла пасть и гавкнула - он угрожал ему! Этот лай привлек к нему пожилого мужчину средних лет. Этот мужчина был высоким и худым, в стандартной белой рубашке и смокинге, высокий, с бородой, красивый в своей зрелости и безудержный в своей привлекательности.

"Да Цинь, не груби господину, ты забыл, что объяснял мастер?" сказал дядя, поглаживая голову большой собаки.

"Как зовут эту собаку?" спросил Линь Лян.

"Да Цинь, Цинь из Цинь Шихуанди. Молодой мастер Конфан сказал, что это первая его собака, и что имя должно быть сильным". Дядя объяснил.

"Тогда как зовут вас?"

"Меня зовут Ван Хэ, я дворецкий особняка Гу. В будущем, если господину что-то понадобится, он может обращаться непосредственно ко мне". Ван Хэ ответил с уважением.

Линь Лян оценил Ван Хэ, дворецкий семьи Гу был, конечно, не простым человеком. Цзи Хун сказал, что вакансия дворецкого не была слишком свободной в плане свободного времени, что он также отвечал за более чем сотню слуг в семье Линь. Сад семьи Гу был большим и полным старых предметов, поэтому для его поддержания требовалось довольно много людей.

Оценив Ван Хэ, Лин Лян улыбнулся: "Я думаю, что вы и дворецкий Цзи Хун из нашей семьи Линь вполне подходите друг другу, интересно, вы уже женаты, сэр?"

Ван Хэ чуть не вырвало кровью от этого вопроса, как десятитысячелетний холостяк, он больше всего ненавидел две вещи: когда его заставляли идти на свидание вслепую и спрашивали о его семейном положении, этот господин был нетактичным!

Но у него как у домработника был очень высокий уровень профессионализма, и он все же улыбнулся и скромно ответил: "Я слишком занят работой, чтобы говорить об этом".

"Наш Цзи Хун тоже занят, ничего не поделаешь, такова судьба сильных, в будущем я найду возможность для вас двоих работать вместе, у вас будет шанс полюбить друг друга". Линь Лян улыбнулся фальшивой улыбкой, и чтобы скрыть ее, он сделал глоток чая.

Ему не терпелось связать их вместе. Эти два человека, один хитрый и необузданный, другой прямолинейный, оба высокоинтеллектуальные, не умеющие никому подчиняться, не умеющие никого подавить, обязательно влюбились бы и убили друг друга (своей любовью), а взлеты и падения сюжета были бы определенно намного лучше тех мыльных опер, которые пишут сценаристы.

В первый раз он увидел его в середине дня.

"Спасибо за заботу, мне очень любопытно узнать, что из себя представляет этот стюард Цзи Хун". Ван Хэ скрипнул зубами и фальшиво улыбнулся. Черт возьми, он никогда в жизни никого не любил, и если бы он когда-нибудь встретил такого человека, он бы просто заставил его встать перед ним на колени и назвать его дедушкой.

"Он красив, нежен и внимателен". сказал Линь Лян с улыбкой . Да, в свободное время он бы был нежным и внимательным к нему. В остальное же время - он бы был железной рукой.

И это сразу же подытожило три больших слова в его голове, когда он услышал их в ушах Вань Хэ: мертвая киска. Так что убирайся от меня как можно дальше, а еще лучше - не приходи и не пачкай ему глаза.

Инцидент с избиением Мэн Я Си, после нескольких онлайн-поисков, которая должна была быть на высоте и играть образ несчастной жертвы, не только не смогла одолеть Чжан Шусюэ, чтобы поживиться за счет голоса Линь И, но и была подавлена командой программы и переведена в класс B.

Мэн Я Си была очень зла в эти дни и ломала голову над тем, как переломить ситуацию. После тренировки во второй половине дня она вернулась в свою комнату и, открыв сумку, вдруг заметила, что инкрустированная золотом и бриллиантами визитная карточка пропала. Она начала рыться на своей кровати, и Сюй Цзысюань, который жил с ней в одном общежитии, увидел это и спросил: "Что ты ищешь, Сиси?".

С красными глазами Мэн Я Си сказала: "Карточка с именем, которую дал мне мой босс, пропала. Очевидно, я спрятала ее в сумку, но только что заглянула в нее, а ее уже нет".

Остальная часть общежития была поражена, Мэн Я Си смотрела на эту золотую карту полдня каждый день, и все в их общежитии знали об этом.

"Снаружи общежития есть камеры, никто не посмеет ничего украсть. Осмотрись еще раз, ты, должно быть, положила ее куда-то и забыла". сказали другие соседи по комнате в общежитии.

Мэн Я Си снова просмотрела все свои вещи и снова начала искать карту, но так и не нашла, что вызвало у нее беспокойство, и она побежала к команде директора, чтобы спросить у них. Мэн Я Си была не на шутку напугана, в конце концов, карта была инкрустирована бриллиантами, и невозможно было сказать, сколько она стоит.

Никто не мог сказать, сколько она стоит. Рядовые сотрудники ничего не могли с этим поделать, поэтому им пришлось пойти и спросить у генерального директора. В итоге главному директору пришлось лично водить Мэн Я Си из общежития в общежитие для проверки.

Мэн Я Си предложила им начать с класса А, потому что он был ближе всего к их общежитию. Проработав так долго в индустрии развлечений, главный директор с первого взгляда понял намерения Мэн Я Си, но ничего не сказал. Шоу талантов - это, прямо говоря, реалити-шоу.

У реалити-шоу есть сценарий, а у сценария есть сюжет, так какой же тут сюжет, если каждый день все тихо и спокойно. Режиссерская команда хотела бы, чтобы между участниками что-то произошло. Чем взрывоопаснее, тем лучше, чтобы была шумиха, чтобы люди смотрели.

Они могут оставить это за рамками основной истории, как Мэн Я Си отреагировала на Лин Ляна в прошлый раз, когда Чжан Шусюэ ударила ее. То, что они не вставляют ее, не означает, что они не будут использовать другие каналы для распространения новостей.

Всего в классе А было семь учеников, по двое в комнате, а у Чжан Шусюэ, занявшей первое место, была одна комната. Остальные три комнаты были проверены, и золотая карта не была найдена.

Поэтому Мэн Я Си отвела команду директора и несколько любопытных зрителей к двери Чжан Шусюэ. Мэн Я Си трижды постучала в дверь Чжан Шусюэ, и прошло некоторое время, прежде чем она открыла дверь.

Чжан Шусюэ была немного удивлена, увидев так много людей у двери, она бросила взгляд на Мэн Я Си и посмотрела прямо на главного директора, стоявшего позади него: "Главный директор, что происходит? Зачем вы пришли ко мне?".

Глава 71. Ты достоин?

"Визитная карточка, инкрустированная золотом и бриллиантами, которую мне дал наш босс, пропала, мы проверили все остальные общежития класса А. Нам как раз не хватает вас здесь, пожалуйста, сотрудничайте". Мэн Я Си ответила прежде, чем главный директор успел заговорить.

Линь Шусюэ бросила презрительный взгляд на Мэн Я Си: "В моей комнате много ценных вещей, не всякий может войти, в случае если их будут стучать и трогать, не простые люди могут позволить себе заплатить за них".

Намерение Чжан Шусюэ очевидно, исследовать можно, если не боишься потерять все свои деньги. Остальные, конечно, не осмеливались двигаться, Мэн Я Си очень беспокоилась, но это ее провокация, нельзя терять темп в критический момент, иначе дело будет проиграно.

"Хорошо, тогда остальные снаружи, а я пойду внутрь и найду ее". Мэн Я Си сказала перекрестившись.

Чжан Шусюэ мило улыбнулась главному директору и сотрудникам снаружи, а также зрителям: "Тогда извините, что мне придется заставить всех подождать снаружи некоторое время".

Главный директор в ответ улыбнулся: "Все в порядке, раз владелец проверил, мы не возражаем".

Как только слова покинули ее рот, Чжан Шусюэ посторонилась и впустила Мэн Я Си в комнату, а затем дверь с треском закрылась перед множеством людей.

Толпа не могла не выплюнуть языки в сердцах, мисс действительно была мисс, она была вежлива, но когда она не подавала виду, даже главный директор мог только стоять снаружи и кусать локти.

Комната Чжан Шусюэ была немного больше, чем в других общежитиях: большая кровать, письменный стол, шкаф, подоконник, а на столе в некотором беспорядке были свалены косметика и украшения. Комната в целом выглядела нормально, так как была временной и вещей было немного, поэтому не считалась сильно запущенной.

Как только Мэн Я Си вошла в комнату, ей не терпелось порыться на столе, Чжан Шусюэ посмотрела на нее с презрением и усмехнулась: "Не трогай мои вещи, я ненавижу когда так делают, разве тебе не нужна визитная карточка, которую дал тебе Лин Лян?".

Она открыла ящик прикроватной тумбочки и достала оттуда визитную карточку, инкрустированную золотом и бриллиантами, Мэн Я Си увидела карточку и попыталась схватить ее, но в следующий момент Чжан Шусюэ бросила карточку на пол и наступила на нее одной ногой: "Кто ты такая, чтобы играть со мной? Линь Лян дал тебе визитную карточку, и ты думаешь, что ты достаточно озолотилась, чтобы конкурировать со мной?"

"Чжан Шусюэ, не заходи слишком далеко, верни мне мою визитную карточку, иначе я открою дверь и впущу главного директора для начала правосудия". Мэн Я Се посмотрела на ногу Чжан Шусюэ, которая наступила на визитную карточку, и задрожала от гнева.

Чжан Шусюэ улыбнулась еще более причудливо: "Я выросла под "Законами Великолепной Борьбы" моей бабушки, неужели ты думаешь, что достойна сражаться со мной?". Чжан Шусюэ сняла заколку и кожаную ленту с головы и почесала волосы руками: "Сегодня я дам тебе попробовать последствия того, что ты со мной шутишь, черт возьми, если тигр не покажет себя, то ты так и будешь меня считать злой кошкой!"

С этими словами она дала себе пощечину, и на половине ее лица тут же появился красный отпечаток руки.

Мэн Я Си сразу почувствовала себя плохо: из уважения к девочкам команда программы не установила камеры в женском общежитии.

Она инстинктивно сделала несколько шагов назад: "Ты, что ты хочешь?".

Чжан Шусюэ бросила на нее жалостливый взгляд: "Как жалко, тебе придется бросить свою семью, чтобы до конца жизни быть для меня собакой, возвращающей долги".

Затем она закричала как сумасшедшая: "Помогите! Пожалуйста, отпусти меня .......". При этом сметая все со стола на пол.

Люди снаружи были шокированы, услышав суматоху внутри и крики "помогите", и подумали, что две женщины дерутся в комнате. Главный директор поспешно протянул руку, чтобы открыть дверь, но обнаружил, что она не заперта, и поспешно крикнул окружавшим его сотрудникам: "Ключ, где ключ от этой комнаты?".

Но прежде чем сотрудники смогли найти ключ, Мэн Я Си, напуганная серией извращенных действий Чжан Шусюэ, наконец, торопливо открыла дверь комнаты.

Мэн Я Си торопливо открыла дверь, в комнате царил беспорядок, по всему полу валялись бутылки и банки, а Чжан Шусюэ, дочь богатой семьи, упала на пол в обморок, на ее белоснежном лице были видны следы от пощечин того, кто ее бил.

Каждый, кто видел это изображение, чувствовал прилив жалости и гнева из глубины души.

Когда главный директор промчался мимо нее, подхватив Чжан Шусюэ на руки, он встревоженно крикнул: "Вызывайте 120".

Только тогда Мэн Я Си повернула голову назад и поняла, что Чжан Шусюэ, которая в последние несколько секунд была в ярости, разбрасывая вещи по всей комнате и крича, теперь лежит на полу с закрытыми глазами.

Она вдруг что-то поняла и посмотрела на запаниковавших сотрудников, качая головой один за другим: "Это не я, это не я, я не била ее, она сама это сделала .......".

Но опять же, кто бы ей поверил. Все взгляды были устремлены на лежащую на земле Чжан Шусюэ, и никто даже не удостоил ее взглядом.

Когда Чжан Шусюэ перенесли на носилки и вынесли, круг репортеров Plum Video окружил ворота, и как только Чжан Шусюэ вынесли, они порхали над ней, как мотыльки, фотографируя Чжан Шусюэ на носилках.

Только после того, как главный директор и сотрудники программы постарались сделать все возможное, чтобы скрыть место происшествия, Чжан Шусюэ удалось попасть в машину скорой помощи.

В этот момент Линь Лян находился в кабинете Гу Хэншэна и с любопытством рылся там. У Гу Хэншэна было несколько официальных дел в кабинете, и когда он поднял голову после просмотра документов и увидел Линь Ляна, стоящего у книжного шкафа, он очаровательно улыбнулся: "Скажи мне, что ты ищешь, я принесу это для тебя".

"Просто оглянись вокруг и посмотри, какие ценные секреты бизнеса существуют". Линь Лян ответил равнодушно, внимательно перелистывая документы. Как будто кража чьих-то коммерческих секретов - это такая же редкость, как и употребление дынных семечек.

Гу Хэншэн улыбнулся: "Тогда не спеши искать что-то. Дай мне знать, когда найдешь, и я проверю подлинность".

Линь Лян с любопытством посмотрел на него: "У тебя все еще есть здесь поддельные документы?"

"Конечно, ты не единственный, кто хочет украсть мои деловые секреты, как ты думаешь, как этих моих надоедливых родственников выгнали из семьи Гу!".

"А как их выгнали из семьи Гу? Я весь внимание". Честно говоря, Линь Ляну было очень любопытно, в оригинальной книге у Гу Хэншэна не было много введения, а после того, как книга закончилась, он становился все более занятым с каждым днем, и у него не хватало духу искать родственников Гу Хэншэна, которые были помещены в трудовые лагеря и тюрьмы.

Гу Хэншэн нахмурился и не очень хотел говорить об этом, но он чувствовал, что Линь Лян был его женой, и необходимо было знать о семейных делах.

"Мой дедушка умер от внезапной болезни. Я должен был стать личным наследником деда, но мой старший дядя и остальные объединились с другими родственниками и отказались принять завещание, которое, по их словам, было поддельным, и обманом заставили меня и близких друзей деда отправиться на изолированный остров и запереть его там. Они хотели использовать жизнь приближенных моего деда, чтобы заставить меня отказаться от наследства. Позже это был мой третий дядя, который бросился на изолированный остров со своими людьми, чтобы спасти меня, но он погиб, получив пулю за меня, чтобы спасти".

"Это они убили моего третьего дядю, и я заставлю их всех заплатить кровью". На лице Гу Хэншэна отразился сильный гнев и слабая грусть.

Линь Лян задумался на мгновение и спросил: "Гу Цзиньфан - сын твоего третьего дяди, поэтому с ним все в порядке?"

"Ну, нас с Цзиньфанем воспитывал дедушка, поэтому он мне ближе, но третий дядя всегда был добр ко мне, это просто .......".

"Просто моя третья невестка никогда не любила меня, и она забрала Конфана к своей матери после смерти третьего дяди". После паузы Гу Хэншэн хмуро добавил: "Когда я был ребенком, я никогда не знал, почему моя третья невестка не любит меня, пока не услышал однажды разговор слуг".

"Что они сказали?"

"Кажется, они говорили, что давным-давно мой третий дядя и мой отец одновременно влюбились в мою мать. Позже моя мать решила выйти замуж за моего отца .......".

Гу Хэншэн больше ничего не сказал, а Линь Лян больше не задавал вопросов. В любом случае, этого было достаточно, чтобы объяснить, почему все в семье Гу хотели, чтобы Гу Хэншэн умер, и только третий дядя пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти его. Дети тех, кто их очень любит, думал Гу Хэншэн, всегда будут чем-то похожи на свою мать.

Глава 72. Решите это лично

Пока Гу Хэншэн был захвачен воспоминаниями о прошлом, Линь Лян подошел к нему, наклонился и поцеловал в щеку: "Не имеет значения, если твои близкие, которые любили тебя, умрут, я буду продолжать любить тебя и защищать ради них".

Гу Хэншэн посмотрел на его лицо и улыбнулся: "Ты спросил меня, не одиноко ли мне жить одной в таком большом саду, теперь я отвечаю тебе - конечно, одиноко. Иногда, когда я гуляю по саду в одиночестве, я вижу, как отец несет меня на руках в детстве, я радостно бегу по лужайке, мама сидит на скамейке и наблюдает за нами с нежной улыбкой. Павильон, где мой дедушка учил меня писать, радость моего дяди Сэма, когда он взял меня и Нирсейла покататься по озеру".

"Всякий раз, когда я вижу эти образы, а затем возвращаюсь в реальность, я чувствую, что воздух вокруг меня особенно холодный".

"Тогда почему бы тебе не найти кого-нибудь, в кого можно влюбиться, чтобы тебе было с кем составить компанию". с любопытством спросил Линь Лян, вспомнив, что Гу Хэншэн говорил, что не влюблялся ни в кого до встречи с ним.

Неожиданно Гу Хэншэн серьезно сказал: "До того, как я увидел тебя, я ни на кого особо не смотрел".

Линь Лян со вздохом погладил Гу Хэншэна по голове: "Похоже, ты совсем не ошибся, влюбившись в такое кривое дерево как я".

"Ну, ничего страшного, я очень доволен". Гу Хэншэн посмотрел в глаза Линь Ляну и поцеловал его в губы.

В самый приятный для них момент зазвонил телефон в кармане Лин Ляна. Он откинул голову назад, достал телефон и приложил его к уху. Встревоженный Гу Хэншэн на другой стороне был явно расстроен и слегка нахмурился.

"Алло? Что случилось?" спросил Линь Лян.

"Господин Линь, вы слышали что случилось с Мэн Я Си?" Сяо Янь, временный помощник Линь Ляна, сказал с некоторым беспокойством.

Линь Лян был озадачен: "Разве Мэн Я Си не участвует в конкурсе "Кристальное поколение"? Что могло случиться?"

"Чжан Шусюэ упала в обморок, а интернет полнится слухами, что это Мэн Я Си избила ее, теперь общественное мнение очень возмущено и повсюду ратует за то, чтобы Мэн Я Си ушла из индустрии развлечений .......". Сяо Янь ознакомил Линь Ляна с общей ситуацией.

Лин Лян нахмурился, он не ожидал, что Чжан Шусюэ затеет такое большое дело, чтобы отомстить Мэн Я Си, он вздохнул: "Ты должен приехать и забрать меня! Я собираюсь совершить поездку в Plum Video".

Положив трубку, Линь Лян отправил Сяо Яню местоположение, боясь, что это место будет нелегко найти, попросил Гу Хэншэна узнать название улицы у ворот семьи Гу и отправил его.

Гу Хэншэн был очень недоволен: "Что за глупый вопрос ты должен решать, неужели все люди ниже тебя едят сухой рис? Мне все равно, сегодня день, когда произойдет что-то важное, ты должен закончить свой ужин дома перед отъездом".

"Хорошо, но давай сейчас спустимся вниз! Уже пять часов вечера, пора ужинать, столица такая большая, что машине, которая меня заберет, понадобится не менее получаса, чтобы доехать. Этого достаточно, чтобы мы успели поужинать." Линь Лян погладил лицо Гу Хэншэна и улыбнулся.

Гу Хэншэн посмотрел на тонкие брови Линь Ляна и открыл рот, но сказать "нехорошо" было трудно.

В конце концов он вздохнул и сказал: "Как хочешь!".

Ужин семьи Гу был очень обильным, стол был полон блюд, которые обычно любил есть Линь Лян. Если у Большого Босса Гу и были какие-то увлечения, то кормление Лин Ляна определенно было одним из самых больших его увлечений.

Пока Гу Хэншэн кормил его едой, Линь Лян посмотрел вниз и пролистал свой телефон. История такова: "Чжан Шусюэ отправили в больницу", "родители Чжан Шусюэ поспешили навестить ее", "Мэн Я Си вырубила Чжан Шусюэ", "Чжан Шусюэ впала в кому" ........

Среди них "Мэн Я Си вырубила Чжан Шусюэ" уже была на вершине горячего поиска, Линь Лян кликнул на нее и посмотрел, все они были комментариями, проклинающими Мэн Я Си, поклонники Чжан Шусюэ были полны праведного негодования. Раздел комментариев был заполнен такими комментариями, как "Мэн Я Си убирайся из индустрии развлечений".

Он отбросил телефон в сторону и сделал глоток супа из морепродуктов, которым его накормил Гу Хэншэн: "Я не знаю, стоит ли мне дергать Мэн Я Си за ногу, она слишком стремится получить то, что хочет, но она не должна быть такой. Если бы все действительно вышло из-под контроля, то одних только больничных счетов и эмоционального ущерба Чжан Шусюэ было бы достаточно, чтобы Мэн Я Си расплачивалась всю оставшуюся жизнь, и ей было бы еще более невозможно стать популярной в индустрии развлечений".

"Я думаю, что Чжан Шусюэ не только пытается убить Мэн Я Си, но и хочет предупредить тебя, или, скорее, хочет использовать этот инцидент, чтобы объявить тебе войну. Не забывай, что в прошлый раз ты открыто встал на сторону Мэн Я Си". Гу Хэншэн напомнил Линь Ляну, выбирая для него еду.

"Тогда что ты скажешь, как должна быть решена эта игра?" Линь Лян спросил, с любопытством глядя на Гу Хэншэна.

Гу Хэншэн уже собирался заговорить, когда Линь Лян снова протянул руку и отказался: "Лучше я сам все решу! Если мне придется спрашивать тебя обо всем, я потеряю свою рассудительность. Эта задача не настолько сложна, чтобы я не мог ее решить, поэтому, когда я действительно столкнусь с чем-то, что не смогу решить самостоятельно в будущем, я вернусь к тебе за помощью!".

Гу Хэншэн мягко улыбнулся и ничего не сказал, отправив палочку с овощами в рот Лин Ляна.

Когда Сяо Янь отвез Линь Ляна в "Plum Video", было уже после семи вечера, и большинство сотрудников уже ушли с работы. "Многие из сотрудников Crystal Generation все еще были на работе, а руководители шоу только что закончили совещание, когда увидели Лин Ляна, который шел с Сяо Янем, двумя телохранителями и несколькими операторами "Искушения президента" во внушительном виде.

Все остальные остановились на месте и с улыбкой на лице приветствовали Лин Ляна, кроме главного директора и главного продюсера Crystal Generation, которые отступили назад в конференц-зал.

"Продюсер Янь, директор Ма, вы только что закончили встречу?" Лин Лян вошел в конференц-зал с широкой улыбкой на лице, как будто стажер, который достиг вершины горячего поиска и был бойкотирован нетизенами за "выход за рамки развлечений", не был одним из их стажеров.

"Господин Линь пришел в нужное время, наша команда программы только что провела экстренное совещание, как вы знаете, дело стало таким большим, наша команда программы также находится под большим давлением, Чжан Шусюэ все еще лежит в больнице?". Продюсер Янь потер руки и сказал со сложным лицом.

Ма Гао, главный режиссер, который видел, как Чжан Шусюэ упала в обморок, был не очень любезен, этот неожиданный инцидент нарушил его первоначальные планы съемок, он сдерживал свой гнев и не мог его выплеснуть: "Итак, мы решили снять вашу стажерку Мэн Я Си с конкурса, вы можете забрать ее обратно".

Линь Лян посмотрел на него и облегченно рассмеялся: "Что вы сказали? Я не понял, не могли бы вы повторить".

Ма Гао обычно был довольно спокойным, но сегодня он, вероятно, был уязвлен обмороком Чжан Шусюэ! Он действительно повторил то, что только что сказал Лин Ляну: "Я сказал, что храм нашей команды программы слишком мал, чтобы вместить Бодхисаттву Мэн Я Си, поэтому, пока мы сегодня заняты, вы должны поторопиться и забрать ее!"

В один момент Лин Лян улыбался, а в следующий момент он почернел: "Вы выгоняете Мэн Я Си за то, что она сделала что-то не так? Вы видели, как Мэн Я Си кого-то ударила? Почему так получается, что мой стажер ничего не сделал, и даже если его ругают эти менеджеры, маркетологи и нетизены, ее должны выкинуть из конкурса вашего шоу! Я говорю здесь сегодня свои слова, если вы хотите, чтобы мой стажер снялся с соревнований, вы можете, только сначала покажите мне доказательства".

Линь Лян уже примерно понимал ситуацию, когда приехал, и знал, что команда программы не может представить доказательств и может полагаться только на субъективные предположения.

Глава 73. Хороший пес никогда не мешает

Видя гнев Линm Ляна, продюсер Янь поспешил убедить его: "У нас нет выбора, нетизены протестуют на нашем официальном аккаунте Weibo, чтобы бойкотировать Мэн Я Си, мы должны дать нетизенам объяснение! Если наше шоу будет бойкотировано, все стажеры будут уничтожены. Ты же не хочешь разрушить будущее всех "Mint Girls" из-за одной Мэн Я Cи!".

Линm Лян холодно рассмеялся: "Не говори мне ерунды, если твое шоу отменят, я заставлю Mint Girls подождать некоторое время и принять участие в другом шоу талантов. Мэн Я Си ничего не сделала, почему она должна брать на себя вину за все твое шоу? Если Чжан Шусюэ потребует непомерно высокую плату за моральный ущерб, вы, ребята, поставите Мэн Я Си, молодую девушку, которой только что исполнилось 18 лет, на произвол судьбы, и вы смиритесь с этим?"

"Это она оставила ее без сознания, конечно, она должна нести ответственность, почему все остальные должны платить за это?". Ма Гао и так был не в духе, а когда ему возразил Линь Лян, он пришел в ярость.

"Кто из ваших видел, как она ударила Чжан Шусюэ? А?" Лин Лян сказал агрессивно, и он потерял дар речи.

"Нажмите на свои телефоны, чтобы убедиться в этом, наша компания выступила с заявлением, которое уже сейчас должно возглавить горячий поиск. Любая организация или частное лицо, оклеветавшее Мэн Я Си за избиение Чжан Шусюэ, наша компания имеет право привлечь его к юридической ответственности."

Когда Hongliang Media опубликовала заявление, команда программы проводила совещание в конференц-зале, поэтому они не знали об этом. Услышав слова Линь Ляна, Продюсер Янь и Ма Гао тут же достали свои телефоны и открыли Weibo.

Заявление Hongliang Media было опубликовано полчаса назад, Линь Лян ретвитнул его со своего аккаунта в Weibo, и теперь оно стало темой номер один в тренде, в то время как тема "Мэн Я Си нокаутировала Чжан Шусюэ", которая ранее была темой номер один в тренде, была снята.

Линь Лян посмотрел на ошеломленные лица продюсера Яня и Ма Гао и слегка улыбнулся: "Пожалуйста, не принимайте ничью сторону, пока все не прояснится. Другие начальники могут решить бросить своих жеребят, чтобы защитить других членов команды в таких вопросах, но я не буду. Чжан Шусюэ - моя кузина, я лучше вас знаю, каковы ее достоинства, она училась спаррингу с телохранителями нашей семьи в возрасте семи лет,

и вы говорите, что она может быть нокаутирована Мэн Я Си? Напоминаю, солнце встает с востока".

Ма Гао открыл рот и хотел сказать что-то еще, но Янь поспешно потянул его за рукав, посмотрел на Линь Ляна и улыбнулся: "Мы не знаем госпожу Чжан, и мы не ожидали, что вы отдадите Чжан ваша кузина, поэтому мы ошиблись, пожалуйста, не обижайтесь, господин Линь. Мы встретимся завтра, чтобы заново обсудить вопрос о Мэн Я Си".

Линь Лян опустил брови и подул на ногти правой руки: "В качестве компенсации за ваше опрометчивое решение, ваша команда программы также должна выпустить видео-фрагмент, в котором говорится, что никто из команды программы не видел, как Мэн Я Си ударила Чжан Шусюэ".

Ма Гао был в ярости: "Генерал Линь, не заходите слишком далеко".

Линь Лян легкомысленно рассмеялся: "Десять лучших конкурсантов вашего шоу подвергаются гонениям со стороны общественного мнения, не должны ли вы, как праведные сотрудники, встать и сказать несколько справедливых слов для бедной маленькой девочки в это время? Кроме того, ты этого не видел! Неужели так трудно изложить факты?".

Заявление Hongliang Media, поскольку они сами были на стороне Мэн Я Си, в лучшем случае послужило лишь сдерживающим фактором, чтобы маркетинговые номера не смели писать глупости. Чтобы действительно успокоить гнев общественного мнения, все еще требовалось разъяснение со стороны шоу, и такое разъяснение, которое благоприятствовало бы гневу на Мэн Я Си. Именно по этой причине Линь Лян пришел лично.

Как только Мэн Я Си была снята с соревнований, история "Мэн Я Си избила Чжан Шусюэ" стала гвоздем в крышку гроба в глазах общественности.

Как у девушки из простонародья, у нее практически не было шансов переломить ситуацию. Хотя семья Чжан была лишь третьесортной семьей, в глазах посторонних она все еще поддерживалась семьей Линь. Пока семья Линь не разрывала открыто отношения с Лин Литингом, кроме Линь Ляна, практически никто не мог обидеть Чжан Шусюэ из-за Мэн Я Си.

"Мы выпустим заявление, но сделаем это только на основании фактов, невозможно заставить нас отдать предпочтение Мэн Я Си". Ма Гао чувствовал, что Линь Лян умолял его и все же осмелился быть таким высокомерным перед ним, он был очень счастлив сейчас.

Линь Ляну было все равно, счастлив он или нет. Он все еще был расстроен тем, что сейчас он должен был быть в доме Гу, ужинать с Шэншэном при свечах, а вместо этого ему пришлось прийти в такое место и смотреть на зловонные лица двух блаженных дядек средних лет из-за такого дерьма.

"Я помню, что несколько титулованных участников вашего шоу, несколько из них довольно хорошо знакомы со мной, поэтому я бы не советовал возвращаться и звонить, чтобы поприветствовать этих моих старых друзей".

Линь Лян посмотрел через стол на улыбки продюсера Яня и Ма Гао, с их укоризненными глазами и безупречной кожей, похожей на фарфоровую чашу, выглядевшие на свету хорошо и ослепительно.

"Бизнесмены, это нормально, что в цепи капитала время от времени случаются перерывы, так что вы, ребята, тоже должны быть готовы в своих сердцах, возможно, в публичном выступлении внезапно закончатся деньги на счету, тогда будет нехорошо".

Это уже была неприкрытая угроза, плечи Ма Гао тряслись от гнева, он смотрел на красивое лицо Линь Ляна и хотел проделать в нем дыру, но он все еще не мог потерять самообладание, он должен был признать отца золотого мастера, даже если он был зол.

"Хорошо, я попрошу отдел рекламы выпустить заявление". Продюсер Янь, наконец, сдался. Говоря прямо, они только выступали, не было никакой необходимости обижать Линь Ляна и навлекать на себя кучу неприятностей.

В конце концов, команда программы выпустила заявление, чтобы прояснить ситуацию с полным подтверждением Линь Ляна. В заявлении говорилось только о том, что никто из команды программы не видел, как Мэн Я Си ударила Чжан Шусюэ, и ни слова не говорилось о том, что они двое были единственными в комнате в то время. Это было побочное заявление о том, что Мэн Я Си невиновна.

После того, как заявление было отправлено, Линь Лян позвал кого-то, чтобы снова привести Мэн Я Си. Она плакала, ее глаза опухли, после чего она видела Линь Ляна, как спасителя и сказала: "Босс, я не била Чжан Шусюэ, это она сама себя ударила .......".

Линь Лян прервал ее с холодным лицом: "Не нужно ничего говорить, я могу помочь тебе раз или два, но я не могу помогать тебе до конца твоей жизни, будь спокойна в будущем и совершенствуй свои способности, не делай этих вещей .......".

У Линь Ляна действительно болела голова, он сказал ей два предложения и ушел с людьми. Не знаю, сколько жизней ему не везло, но в холле первого этажа Plum Video он действительно столкнулся с Сунь Инем.

Линь Лян только что вышел из дверей лифта, и как раз оказался лицом к лицу с открывающейся дверью лифта, а внутри стоял Сунь Инь.

Сунь Инь изначально был очень недовольным, но, увидев Линь Ляна, сразу же расплылась в улыбке.

"Йо, мистер Лин, почему вы не сказали мне, что приедете в Plum Video, чтобы я мог вас забрать?". Сун Инь остановился перед Линь Ляном и приветливо поздоровался с ним.

Линь Лян в сердцах закатил глаза, подумав: "Кто ты такой, черт возьми, что мне нужно звонить тебе, когда я куда-то иду.

"Что-то случилось с одним из моих артистов, поэтому я заехал к нему на минутку". Линь Лян холодно ответил. Он лишь мельком взглянул на Сунь Иня, а затем перевел взгляд на маленького артиста, стоявшего рядом с ним.

На самом деле маленький артист был не маленьким, или, по крайней мере, старше Линь Ляна, и был первым братом Сань Цзин Медиа по имени Чэнь Тянь. Когда двери лифта открылись, Линь Лян увидел, что Чэнь Тянь держит Сун Иня за руку, интимно, как пара.

Линь Лянь не был заинтересован в том, чтобы лезть в чужие сплетни, он действительно не хотел смотреть на Сунь Иня еще раз, прежде чем опустить взгляд на Чэнь Тяня.

В этот момент Чэнь Тянь стоял рядом с Сунь Инем, но не делал с ним ничего более интимного. Когда он увидел, что Линь Лян смотрит на него, он милостиво улыбнулся: "Я слышал, что твоя кузина была отправлена в нокаут стажером. Ты здесь, чтобы разобраться с ней, так? Команда программы также достаточно беспечна, то, что мисс Чжан соблаговолила прийти на программу, уже достаточно, чтобы обратить на них внимание, и они не знают, как защитить их должным образом."

Его слова были действительно неуместны, вокруг Сунь Иня чувствовалась неприятная аура.

Линь Лян был очень расстроен сегодня, и когда он встретил Сунь Иня, он был в еще более расстроенном настроении: "Это правда? У Чжан Шусюэ с юности не было других увлечений, она просто любила давать себе пощечины, когда ей нечем было заняться, и в итоге она вырубилась, из-за чего мне пришлось прийти сюда ночью, чтобы все уладить".

«Так могут ли два бога изменить свои позиции, чтобы добрый пес не встал на пути».

Линь Лян пронзил Сунь Иня нетерпеливым взглядом, его взгляд был как нож.

Глава 74. Тошнота

По сравнению с нетерпением Линь Ляна, Сунь Инь был в хорошем настроении, всегда улыбался, даже когда Линь Ляна ругали в лицо: "В следующий раз, когда ты столкнешься с подобным раздражением, тебе не нужно приходить самому, просто позвони мне напрямую".

Его тон был мягким и знакомым, как будто он был старым другом Линь Ляна на протяжении многих лет.

Линь Лян не мог побороть отвращение и брезгливость в своем сердце и закатил глаза: "Кто ты такой, черт возьми! Это не твое дело, куда я иду, это не твое дело".

Чэнь Тянь, наконец, не мог больше слушать: "Линь Лян, не заходи слишком далеко, Plum Video принадлежит флагу Shadow Chemical Group, а не твоей компании Линь, оскорбление видеоплатформы не принесет ничего хорошего для твоей медиакомпании, абсолютно ничего хорошего".

"В чем дело?". Лин Лян свирепо взглянул на Чэнь Тяня: "Не думай, что ты достоин говорить со мной только потому, что ты в постели Сун Инем, я даже в глаза не вижу Сунь Иня, и не знаю кто ты такой".

После того, как Линь Лян задушил мужчину, он больше не хотел продолжать общаться с этими двумя людьми, его ноги повернулись под углом и обошли Сунь Иня и остальных, чтобы выйти на улицу.

В результате, Сунь Инь снова остановился перед ним, Линь Лян посмотрел на него: "Если ты хочешь что-то сказать, говори быстро, я очень сильно спешу домой и хочу поиграть со своей собакой".

Подразумевалось, что Сунь Инь в его глазах был даже хуже собаки.

Сунь Инь, наконец, убрал последний намек на улыбку в уголке рта, посмотрел на тонкое лицо Линь Ляна и нахмурился: "Почему ты смотришь на меня свысока?".

Он бросил взгляд на камеру позади Линь Ляна и облизал губы языком: "Это потому, что когда мы впервые встретились, я увидел в тебе свою первую любовь и случайно обнял тебя?"

Эти слова были подобны бомбе замедленного действия, которая взорвалась, заставив всех присутствующих в ужасе уставиться на него.

Чэнь Тянь даже усмехнулся от удивления, подумав, что Линь Лян просто вышел из себя из-за того, что завидует ему и ревнует.

Линь Лян удивленно посмотрел на Сунь Иня, внезапно осознав, что он все еще недооценивал, насколько отвратительным был этот человек.

Проклятье, пришло время того, что Шэншэн снова начнет его ревновать. Он действительно не знал, какие грехи он совершил в прошлой жизни, что ему пришлось встретиться с этими двумя отвратительными парнями, Сунь Инем и Фан Сянем, в этой жизни.

Рассерженный Линь Лян вместо этого рассмеялся. Это был легкий смех с легким презрением, и это выражение отразилось в глазах Сунь Иня, которые мгновенно разгорелись в два костра.

"Так любопытно узнать, почему я тебя презираю?"

Сунь Инь посмотрел на него и инстинктивно кивнул.

"Это потому, что от тебя воняет гнилью, и меня тошнит, когда я чувствую этот запах, так что, пожалуйста, держись от меня подальше в будущем, боюсь, я не смогу удержаться, чтобы не блевануть прямо на тебя".

Голос Линь Ляна был медленным и нарочитым, хрустящим и ленивым в пустом зале, приятным, как слегка зажатые клавиши фортепиано.

Чэнь Тянь взглянул на Сунь Иня и его лицо потемнело: "Линь Лян, кем ты себя возомнил! Разве ты не просто представитель богатого второго поколения? Наш генеральный директор Сунь - все еще из богатого поколения, которому небезразличен ваш внешний вид".

Линь Лян оскалился: "Если тебе все равно, то уходи, не мешай мне".

"Ты......" Чэнь Вэй не мог говорить, он хотел немедленно утащить Сунь Иня, но Сунь Инь в этот момент не двигался.

Когда его так ругали, Сунь Инь все еще смотрел на Линь Ляна, не двигаясь, как будто Линь Лян сейчас не ругал, а пел для него.

"Знаешь ли ты, что всего одно мое слово, и все твои сегодняшние усилия пойдут прахом?".

Сунь Инь посмотрела на Лин Ляна и слегка рассмеялся: "Кроме того, я уже приобрел два процента акций Линь, поэтому маленькому Линю будет трудно сдерживаться на ежеквартальных собраниях акционеров Линь, но не волнуйся, когда придет время, я напомню сотрудникам Линь, чтобы они поставили еще несколько корзин рядом с твоим местом".

"Блевать на глазах у стольких людей - это не то, что я бы предложил, я просто не знаю, выдержат ли это другие акционеры".

Надо сказать, что Сунь Инь был действительно талантлив и одарен, когда дело касалось отвратительных поступков.

Конечно, Линь Лян знал о последствиях оскорбления такого человека, как Сунь Инь, но он действительно не мог ничего поделать, хотя он встречался с Сунь Инем всего несколько раз, он инстинктивно отталкивал его.

"Нет, если ты решишься пойти, я бы не рекомендовал персоналу устанавливать несколько вентилей в потолке над твоей головой и распылять на тебя дезинфицирующее средство 84 раза, через регулярные промежутки времени".

Линь Ляну он решительно не нравился, Сунь Инь видел, что ему было противно, если он останется еще, этот малыш, вероятно, взорвется, а если взорвется, то это будет невесело.

Он мягко улыбнулся: "Просто шучу, малыш Линь, не злись, у меня есть дела, так что я не буду мешать".

Когда он уходил, не сделав и двух шагов, он обернулся и достал из бумажника инкрустированную золотом и бриллиантами карточку, подмигнув Линь Ляну: "Я получил карточку, я позвоню тебе, когда вернусь".

Линь Лян посмотрел ему в спину, когда он уходил, и чуть не удержался, чтобы не подбежать и не дать ему пинка под зад!.

Он не отправлял ему свои карточки, которые были сделаны не для него, и не знал, к каким уловкам прибег этот отвратительный тип, чтобы получить их.

Когда он вышел из вестибюля Plum Video, лицо Сунь Иня вытянулось длиннее, чем морда лошади. Почернев лицом, он пинком отправил Чэнь Тяня в свой лимузин ограниченной серии.

Через несколько секунд Сан Шейд забрался в машину с другой стороны, прислонился к спинке сиденья, не говоря ни слова. Давление воздуха в машине было пугающе низким, и Чэнь Тянь был слишком напуган, чтобы дышать.

Внезапно Сан Шейд поднялся и ударил его по лицу. После пощечины он сжал пальцами подбородок Чэн Тяня: "Кто ты, черт возьми, такой? Ты недостоин говорить с Линь Ляном. Я похож на гребаного труса? Разве твой рот не должен быть заткнутым пока я не разрешил тебе его открывать? Нужна ли мне твоя помощь? Неужели я так избаловал тебя, что ты стал творить вещи которые тебе делать запрещено?"

Чэнь Тянь был так обижен, что со слезами на глазах сказал: "Ты мне просто нравишься, я просто не могу видеть, как люди говорят о тебе плохо в моем присутствии. Давай, ударь меня! Избей меня до смерти, я сделаю то же самое".

Сунь Инь легко рассмеялся и холодно посмотрел на него, он похлопал по красивому лицу Чэнь Тяня и легко рассмеялся: "Не заставляй меня отдавать тебя Фан Сяню".

При упоминании Фан Сяня Чэнь Тянь вздрогнул и мгновенно успокоился. Сунь Инь легкомысленно рассмеялся: "Добыча, которая мне нравится, будет моей, как бы он ни боролся, я готова дразнить его и быть щекотанным им несколько раз, это мой любовный интерес, и Линь Лян этим меня не удивит, понимаешь?"

Чэнь Тянь спокойно кивнул. Только после этого Сунь Инь снова прислонился к спинке кресла. Чэнь Тянь прикусил губу и снял брюки, обнаживши ягодицы и сел к нему на колени.

Он знал нрав Сунь Иня лучше, чем окружающие его молодые новички, а также лучше умел читать по глазам.

Он знал, что хотя у Сунь Иня был жесткий язык, в душе ему все равно было тяжело, что Линь Лян отверг его. Никто не хотел, чтобы тот, кто ему нравится, смотрел на него свысока и в лицо называл отвратительным.

Конечно, он сидел на коленях Сунь Иня, и Сунь Инь не прикоснулся к его яйцам как обычно, а вместо этого засунул руку под его задницу

Вскоре после этого машина начала содрогаться, и по всему автомобилю раздались тяжелое пыхтение и шлепающие звуки. Сунь Инь держался за талию Чэнь Тяня и давал волю своему сердцу, а в голове у него крутились мысли о том, как Линь Лян презрительно улыбался ему.

Красивый, надменный, яркий...... Первое, что он сделал, это хорошо представил себе, чем он хочет заниматься.

Глава 75. Препятствия

Как и ожидалось, Линь Лян только что вернулся в семью Линь, когда раздался звонок Гу Хэншэна.

Гу Хэншэн: "........."

Линь Лян:"????"

После ответа на звонок Гу Хэншэн долго молчал, поэтому Линь Ляну ничего не оставалось, как заговорить, чтобы нарушить молчание.

"Шэншэн, послушай мои объяснения .......".

"Этот зверь действительно осмелился обнять тебя, и ты даже скрыл это от меня, почему ты скрыл это?". Гу Хэншэн подавил свои эмоции, хотя он был в ярости, он все еще не хотел рычать на Лин Ляна.

"Шэншэн, это был день рождения Цяо Лао, после ужина я пошел один прогуляться к озеру, и вдруг кто-то обнял меня сзади .......". Линь Лян объяснил Гу Хэншэну события того дня.

"Почему ты не сказал мне сразу?" Голос Гу Хэншэна был холодным.

У Лин Ляна разболелась голова: "Шэншэн, что говорить о таком пустяковом вопросе, который я уже решил самостоятельно?"

"В моих глазах в ситуациях связанных с тобой не существует такого понятия, как маленький вопрос, все это - большой вопрос". Гу Хэншэн был очень зол, зол на себя и на Линь Ляна.

"Шэншэн ......." Линь Лян на мгновение замолчал и понизил голос: "Прости, я буду внимательней в будущем".

Гу Хэншэн ничего не сказал, он знал, что не может винить Линь Ляна в этом, Линь Лян тоже был жертвой, но он все равно был очень зол, в его сердце горел огонь, который нельзя было выжечь, его можно было только затушить.

"Шэншэн ......." Линь Лян закатил глаза, чтобы найти способ сменить тему: "Шэншэн, не хочешь ли ты прибрать Сунь Иня".

"Хочу!" После паузы Гу Хэншэн сузил глаза: "Я также хочу отрубить ему руки, выколоть глаза и пронзить его собачьи кишки, чтобы посмотреть, посмеет ли он приставать к тебе в будущем".

Линь Лян наконец-то рассмеялся, а Гу Хэншэн равнодушно сказал: "Не беспокойся о том, чтобы отмыть его, я все равно не дам ему уйти".

Линь Лян боялся, что Гу Хэншэн вернется, поэтому он оправдался и повесил трубку. После того, как Линь Лян в спешке повесил трубку, Гу Хэншэн затаил злость, и ему некуда было ее выплеснуть, поэтому он позвонил Ронг Юаньдуну.

Двое мужчин без устали болтали до поздней ночи, в основном о том, как трахнуть Сунь Иня. Это всегда была любимая тема Ронг Юаньдуна. Они так много говорили, но даже после того, как прекратили разговор, не наговорились.

На следующее утро, до десяти часов, Линь Лян взял всех участниц группы "Mint Girls", чтобы навестить Чжан Шусюэ в больнице.

Как только он вышел из машины вместе с девушками, их окружили репортеры.

"Линь Лян, Линь Лян, это правда, что в интернете ходят слухи, что Мэн Я Си избила Чжан Шусюэ?". Журналист, спешивший на фронт, протянул микрофон в сторону Линь Ляна.

Репортер просто спросил вскользь, но он не ожидал, что Линь Лян остановится: "Не говорите ерунды о вещах, которые не доказаны, вы, репортеры, делаете на этом деньги, но заставляете какую-то маленькую девочку брать на себя вину и страдать от насилия в Интернете. Это даже более чрезмерно, чем бить ее по лицу".

"Вы говорите, что Мэн Я Си невиновна, тогда кто избил Чжан Шусюэ?". Еще один репортер неумолимо протиснулся внутрь.

Линь Лян снова проигнорировал их и повел участниц в больницу под охраной своих телохранителей.

Как только Линь Лян вышел из лифта, он услышал издалека смех Линь Литина и Чжан Шу. Эти двое смеялись от души, при этом они выглядели как люди, которых можно вырубить пощечиной.

При звуке голоса Чжан Шусюэ глаза девушек тоже расширились от удивления, и они смотрели друг на друга, не решаясь заговорить.

Подойдя к двери палаты, Линь Лян повернулся к ним и сказал: "Не уходите, ждите меня здесь".

Линь Лян привел их сюда, чтобы они прошли через все процедуры и сделали это для репортеров снаружи. Целью было развеять слухи о Мэн Я Си. Линь Лян не мог привести Мэн Я Си одну. Если бы он привел ее одну, все подумали бы, что он привел Мэн Я Си, чтобы извиниться, что укрепило бы версию о том, что Мэн Я Си избила Чжан Шусюэ.

Поэтому он привел с собой всю группу, превратив это мероприятие в визит друзей и противодействуя слухам о несоответствии из внешнего мира.

Как только Линь Лян вошел в палату, шутки и смех матери и дочери тут же прекратились. Чжан Шусюэ откинулась назад, затаив дыхание. Следы пальцев на ее лице сошли после ночи, и без макияжа она выглядела немного изможденной, полулежа на прикроватных подушках.

Линь Лян не стал их разоблачать, неся подарочную коробку и передавая ее Линь Литину с обеспокоенным лицом: "Это лучшие тонизирующие средства для мозга, мозг Шусюэ был дурным с юности. Этой осенью она, вероятно, получит повреждение мозга, так что она может немного компенсировать это!"

Чжан Шусюэ была так зла, что чуть не вскочила с кровати. Линь Литин даже закатила глаза на Линь Ляна: "Зачем ты притворяешься, зачем пришел сюда? Твоя артистка так избил твою кузину, разве этого мало?".

Линь Лян увидел, что Линь Литин не сразу подняла вещи, и две подарочные коробки разбились прямо об пол, поразив Линь Литина: "Ты, ты .......".

Линь Лян презрительно улыбнулся: "Я, что я. Мой дед и мой отец были слепы, любили тебя всю жизнь, они произвели на свет двух грешных людей".

Линь Литин окончательно лишилась чувств, она зарычала в гневе: "Линь Лян, не заходи слишком далеко, несмотря ни на что, я тоже твоя тетя!"

"Моя тетя?" Линь Лян бросил взгляд на Линь Литин: "Ты достойна ей быть? Когда мои родители умерли, когда компания Линь была в самом худшем положении, вы с Линь Ваном думали только о том, как собрать побольше прибыли для себя. Кроме издевательств надо мной, которому было всего восемнадцать лет, что еще ты мог сделать?".

"Если Линь падет, твоя дочь все еще будет первой леди семьи Чжан, в то время как ты, в следующий момент, будешь сметена семьей Чжан и окажешься хуже шлюхи! Я не знаю, что ты делаешь, у тебя что, в голове полно дерьма?". Линь Лян пришел, чтобы отругать Линь Литин, но это также был конец прошлой жизни Линь Литин.

Старик семьи Линь, Линь Чанг, и отец первоначального владельца, Линь Хай, слишком сильно любили Лин Литин, и в результате они испортили ее, превратив в человека с маленькими мозгами, недальновидного и эгоистичного. Оригинальная книга заканчивается падением семьи Линь, Линь Литин уходит от Чжан Яня, и вскоре она кончает жизнь самоубийством в комнате, которую снимает.

Богатый цветок, который слишком хорошо защищен, не может противостоять разрушительному воздействию мира.

Линь Литин тряслась от гнева, она сняла застежку с волос на голове и бросила ее в Линь Ляна: "Отвали, ты пришел навестить пациента? Ты здесь только для того, чтобы вызвать отвращение у нас, матери и дочери".

Видя, что мать сердится, Чжан Шусюэ нервно кашлянула, протянула руку и слабо позвала Линь Литин: "Мама, не слушай его, он пытается разлучить нас с матерью и дочерью".

Линь Литин сделала шаг назад и взяла дочь за руку, с отвращением глядя на Линь Ляна: "Верно, он пытается разделить нас, я не знаю, какие грехи сотворила наша семья Линь, чтобы породить такое чудовище".

Линь Лян почти закатил глаза, в этом мире был такой тип людей, какими бы зверями они ни были, они просто хотели любой ценой просить других быть добрыми к ним. А если же вы не будете добры к ним, они сделают из вас самых ужасных свиней или собак .......

Если бы не пять процентов акций "Линь" в руках Линь Литин, он бы не стал говорить ей столько глупостей.

Глава 76. Передача акций

"Я предупреждаю тебя, кто бы тебя ни искал, не продавай те акции, что у тебя в руках, не отдавай их даже своей дочери, если у тебя еще есть мозги, ты должна быть в состоянии понять, что лучше оставить свою судьбу в чужих руках, чем тащить ее в своих собственных".

Линь Лян отшвырнул подарочную коробку у своих ног и сделал шаг ближе, заставив Линь Литин посмотреть на него и предупредив: "Если ты посмеешь продать те небольшие акции, которые у тебя в руках, тем людям, за которых мы оба тебя принимаем, семья Линь не будет заботиться о тебе в будущем, независимо от того, жива ты или мертва".

Линь Литин оценила Линь Ляна и наконец улыбнулась: "Ты тоже положил глаз на небольшую долю акций Линь в моих руках? С тех пор как я узнала, что ты заставил старшего брата передать тебе принадлежащие ему акции, я знала, что однажды рано или поздно ты придешь за мной".

Она злобно посмотрела на Лин Ляна: "Это единственное, что оставил мне отец, никто из вас никогда не отнимет это у меня".

Линь Лян поднял глаза к окну, был пасмурный день, небо на улице было бледным, на мгновение ему показалось, что нет ничего невозможного в том, чтобы позволить Линь Литин оставить эту маленькую долю, если только она пообещает не продавать ее никому другому.

Он на мгновение опустил брови, быстро скрывая момент слабости: "А что если я возьму дедушкин антикварный магазин в обмен на тебя? Это тоже то, что оставил дедушка, там все еще есть антиквариат, который оставил дедушка. Акции - это просто пшик, антиквариат, который оставил дедушка, возможно, все еще хранит тепло дедушкиных прикосновений".

Линь Литин отпустила руку дочери и холодно фыркнула: "Прекрати, не думай, что я не знаю, что настоящая коллекция моего отца находится вовсе не в антикварном магазине, а в трех его тайных складах. Если ты хочешь искренне торговать со мной, ты можешь обменять весь антиквариат, который оставил тебе мой отец, иначе ты даже не подумаешь играть с этой моей маленькой долей".

Линь Лян поднял руку, и телохранитель, стоявший за ним, немедленно передал ему документ. Он посмотрел на Линь Литин с мягкой улыбкой и небрежно бросил документ на больничную койку: "Чэнь Ру беременна, это ее тест на беременность, уже прошло три месяца. Я отвез ее в частную больницу под зонтиком Линь на обследование, и это сын".

От этого неожиданного удара Линь Литин остолбенела всем телом. Пара ее горячих глаз уставилась на бумаги, она поспешно схватила брошенный на кровать документ и пролистала его, уставившись на ультразвуковую фотографию Чэн Ру смертоносным взглядом. Она будто смотрела сквозь фотографию, "Эта лиса осмеливается нести в себе греховное семя, я не буду называться Линь Литин, если не добьюсь их смерти".

Чжан Шусюэ поспешно протянула руку, чтобы потянуть Литин, но не смогла этого сделать. Только когда она была уже почти у двери, Линь Лян медленно и небрежно сказал: "Иди и найди ее! Ты все равно не сможешь ее найти, потому что я ее уже спрятал".

Линь Литин была так зла, что бросилась на Линь Ляна, почти задев его одежду, но телохранитель Линь Ляна схватил ее за руку и закричала на Линь Ляна: "Линь Лян, ты презренный человек, чего ты хочешь? Ты не остановишься, пока не доведешь нас обоих до смерти! Говорю тебе, я не продам свои акции, даже если умру".

Линь Лян подошел к кровати и сел на ее край, любуясь тем, как телохранитель несет Линь Литин. Она извивалась на его руках, как маленькая креветка, в руках этого телохранителя она выглядела жалко. Линь Литин привыкла к тому, что ее с раннего возраста

все вертят как хотят, она брыкалась и царапалась об него, к счастью, была зима и одежда была толстой, иначе рука телохранителя уже была бы исцарапана ею до крови.

"Я не только спрячу ее, но и возьму их в семью Линь, и попрошу твоего мужа Чжан Яня разослать приглашения всем богатым и влиятельным людям столицы, чтобы они пришли на праздник полнолуния в честь нового наследника семьи Чжан".

Все тело Линь Литин дрожало от гнева: "Линь Лян, не заходи слишком далеко!!!"

Линь Лян посмотрел на нее и слегка улыбнулся: "Я не могу перегнуть палку, если только ты подпишешь договор о передаче".

Линь Литин стиснула зубы со слезами на глазах: "Ты не хочешь".

"Я не могу не хотеть, в любом случае, мы вдвоем, я и мой брат, уже имеем более семидесяти процентов акций, более чем достаточно, чтобы контролировать всю компанию Линь".

"Но ты другой. Как только ребенок в животе Чэнь Ру родится, ты, жена семьи Чжан, будешь существовать на виду у всех. Когда придет время, вспомнит ли Чжан Янь, что у него была такая же дочь, как Чжан Шусюэ, - это уже другая история. Ты станешь посмешищем, и все дамы и дворянки будут смеяться над тобой за спиной и обращаться как с посмешищем".

Линь Лян знал, что Линь Литин выросла в роскошной семье, ни в чем не нуждалась и ничего не боялась, но она была самой достойной и высокомудрой, никогда не желая отставать от других роскошных дворянок.

Только посмотрите на все предметы роскоши, которые она постоянно покупает. Она никогда не испытывала недостатка в деньгах, но никогда не умела ими распоряжаться. Это также было причиной того, что в оригинальной книге она не смогла выжить, как только ее выгнали из семьи Чжан, вскоре после этого.

Линь Лян сказал, глядя на Линь Литин и улыбаясь, он был хорош собой, и когда он улыбался, между его бровями было неописуемое очарование, эта душераздирающая красота смотрела в глаза Линь Литин и чувствовала себя ужаснее демона.

Наконец она отпустила его: "Я переведу акции на тебя, а ты избавишься для меня от Чэнь и злого семени в ее животе".

В ее глазах горел яростный огонек, было видно, что она ненавидит Чэнь Ру до мозга костей.

"Мама, мы не можем отдать ему все акции, а вдруг он откажется от своих слов?". В решающий момент Чжан Шусюэ напомнила.

"Да, сначала я тебе переведу половину, а вторую половину после того, как я увижу труп". Линь Литин добавила, услышав предложение Чжан Шусюэ.

Линь Лян холодно улыбнулся матери и дочери: "Вы хотите, чтобы я убил кого-то ради этих шести процентов акций? У вас нет шансов".

"Я могу только сделать это, отправить ее за границу после получения ваших акций и с этого момента разорвать связи с Чжан Янем".

"Тогда как мы узнаем, действительно ли Чэнь Ру беременна". Чжан Шусюэ взглянула на папку, брошенную на кровать: "Больница принадлежит семье Линь, что если ты обманешь нас, подделав заключение теста на беременность?".

"Тогда вы можете не спешить передавать акции мне! Вы, ребята, можете не торопиться подтверждать это, когда я буду принимать роды, я же все равно не тороплюсь".

Линь Шусюэ в отчаянии закатила глаза и больше ничего не сказала. Хотя она была дочерью, она была единственным ребенком в семье Чжан, и пока у его отца не было посторонних детей, она была единственной наследницей семьи Чжан.

Взяв всего шесть процентов акций семьи Линь в обмен на всю семью Чжан, эта сделка фактически не была убыточной. Именно поэтому Чжан Шусюэ не стала возражать против решения Линь Литин.

Линь Лян небрежно встал: "Подпишешь ли ты контракт сейчас или подождешь после рождения ребенка, решать тебе, но сейчас Чжан Янь не знает о беременности Чэнь Ру, спустя долгое время я не могу гарантировать, что Чэн Ру ничего не скажет".

"Когда Чжан Янь узнает, я просто хочу спрятать Чэнь Ру. Чжан Янь тоже сделает все возможное, чтобы узнать мать и сына. К тому времени семья Чжан все еще будет состоять из матери и сына Чэнь Ру, и не будет иметь ничего общего с вами, матерью и дочерью".

"Она отдыхает! Эта лисица, рано или поздно я избавлюсь от нее, и грешное семя в ее животе, никто из них не спасется". Линь Литин выругалась: "Я хочу увидеть Чэн Ру и убедиться, что она действительно беременна, прежде чем подпишу договор о передаче".

Линь Лян удовлетворенно улыбнулся: "Хорошо, завтра днем я пришлю за вами машину".

Достигнув своей цели, Линь Лян сразу же развернулся и ушел, он больше никогда не хотел смотреть на этих мать и дочь.

Глава 77. Знакомство с директором

На следующий день, с утра, Линь Лян и Су Хуан вместе отправились в чайную по соседству Гу Бао Чжай, потому что деньги на покупку и ремонт кафе заплатил Линь И, который всегда помнил об этом, поэтому обычные общественные функции и внутренние мероприятия высокого уровня Линь, которые так или иначе, могли быть задействованы, будут поставлены здесь.

Благодаря эффекту знаменитости Линь Ляна и Хань Си, а также заботе Гу Хэншэна и Цао Ихуана, дела в чайном доме шли гораздо лучше, чем ожидал Линь Лян.

Личная комната располагалась на третьем этаже Двора Цин Я, который был высококлассным VIP-залом, а картины на стеклянной витрине на стене были подлинными произведениями искусства стоимостью более десяти миллионов долларов, так что если бы они не стоили миллиарды долларов, они не смогли бы войти сюда.

Тот факт, что они договорились встретиться здесь, ясно указывал на то, какое значение Линь Лян придает этой встрече. Когда они вошли в комнату, люди в ней уже давно ждали.

"Директор Цинь, извините за опоздание, я немного задержался из-за холодной погоды на улице". Линь Лян улыбнулся и пожал руку собеседнику.

Су Хуан, шедший позади него, тихо закрыл дверь в отдельную комнату. Отключив камеру у двери и двух личных телохранителей Линь Ляна.

Вскоре официант пригласил следующего фотографа на чай в зал внизу. Дверь охраняли только телохранители, стоявшие по одному с каждой стороны.

"Прошло много времени, брат Цинь Шэн, когда ты закончишь с этой сценой, я угощу всю твою команду выпивкой". Су Хуань подошел и дал Цинь Шэну привычное "пять".

Цинь Шэн рассмеялся: "Тебе следует поберечь дыхание! В последний раз ты пил до потери сознания, а когда я отправил тебя обратно, ты заблевал всю мою машину и чуть не убил меня".

Су Хуан положил руку на плечо Лин Ляна и махнул в его сторону: "В этот раз все по-другому, на этот раз у меня есть помощники".

Линь Лян поспешно махнул рукой: "Я не пью, если я посмею снова напиться, мой брат наверняка переломает мне ноги".

Су Хуан подмигнул ему: "Тебе не нужно пить, ты просто должен сидеть там и напоить этих людей одной своей красотой".

Чжоу Юань, стоявший рядом с Цинь Шэном, фыркнул со смехом: "Не надо дурачить господина Линя, думаю, вы просто хотите, чтобы он выпил".

Су Хуан покачал головой и убрал руку с плеча Линь Ляна: "Я не посмею, я боюсь его брата, с тех пор как я взял Линь Ляна в Королевские Пески в прошлый раз, его брат стал кошмаром для нашей банды друзей. Не буду врать, если бы Линь Лян осмелился сейчас выпить у нас на глазах, мы бы первыми бросились к нему и схватили его бокал с вином".

В это время несколько высоких официантов в форменных чонгамах, разносящих прохладительные напитки и заваренный чай, толкнули дверь и вошли в приватную комнату.

Только тогда все четверо встретились лицом к лицу и начали говорить о делах. Чжоу Юань осторожно передал сценарий Линь Ляну: "Я писал этот сценарий в течение трех лет, и я изменил более десяти его версий до и после, и я даже подал заявление на работу в полицейский участок на некоторое время. Когда сценарий был почти закончен, я отправил его старику Циню для прочтения, и он остался очень доволен.

Линь Лян открыл сценарий и внимательно прочитал его. На самом деле ему не нужно было его читать, фильм собрал более полумиллиона в оригинале, и сразу же продвинул Вэнь Юйциня, одного из исполнителей главной мужской роли, из маленького актера третьего уровня в актера первого уровня. Он также был номинирован на звание лучшего актера на нескольких кинофестивалях в стране и за рубежом. Это сделало его самым популярным актером первого эшелона в Китае.

Поэтому Линь Лян уже поприветствовал Су Хуана и попросил его присмотреть за Цинь Шэном, и как только ненадежный босс отзовет свои инвестиции, он попросит Цинь Шэна встретиться с ним.

Су Хуань - щедрый человек с прямолинейным характером. За годы его преднамеренного и непреднамеренного управления, его сеть связей распространилась по всей индустрии развлечений, но до встречи с Линь Лянем он никогда не использовал эти связи для чего-то серьезного, кроме выпивки и дурачества, он просто нашел несколько небольших ролей для Вэнь Юйциня.

Он не был глуп, Вэнь Юйцинь не мог даже смотреть на него, когда он не был популярен и плохо выглядел, так что если ему дадут главную роль и он станет популярным, он станет еще более недосягаемым.

"Этот сценарий выглядит хорошо, инвестор готов?". спросил Линь Лян, прочитав сценарий в притворной манере.

Цинь Шэн горько улыбнулся: "Касса моего последнего фильма была чуть выше проходной линии, а инвестиционный прилив в кино- и телеиндустрии в этом году отступил, поэтому найти инвестиции не очень легко. Был один человек, который был заинтересован, и наша команда была почти готова, просто ждала подписания контракта, но он позвонил снова и сказал, что не будет инвестировать. На этот раз менеджер Су помог связаться с вами снова".

Линь Лян оценил Цинь Шэна, которому было около сорока лет, и у него был обычный тип внешности, высокий, крепкий, не засаленный, в простой зеленой куртке и черных джинсах, с большой плоской головой, не выставляющей лицо напоказ, и простым взглядом между бровями.

Линь Лян очень восхищался Цинь Шэном. В кино- и телеиндустрии есть много режиссеров, которые могут говорить всякую ложь и раздувать все до неимоверных масштабов, чтобы привлечь деньги инвесторов, а режиссеры и продюсеры, которые могут честно рассказать инвесторам правду, считаются хорошими.

Цинь Шэн, с другой стороны, был с ним абсолютно честен. Он практичный режиссер, и не зря "Ломая рассвет" собрал в прокате 5 миллиардов.

"Сценарий хороший, я вполне доволен".

Как только Линь Лян заговорил, зависшие сердца Цинь Шэна и Чжоу Юаня окончательно упали на землю.

"Для этой драмы, сколько денег вы рассчитываете вложить?". равнодушно спросил Линь Лян, пролистывая сценарий.

Цинь Шэн посмотрел на Су Хуана и сжал керамическую чашку в руке: "Двести миллионов".

"Черт, наконец-то я понял, почему вы, ребята, не можете найти инвестиции, такая большая сумма денег, а вы новый директор, который осмеливается инвестировать. Уже хорошо, что этот человечек может так долго рассматривать его". Су Хуан бессердечно сплюнул.

"Я уже снял два фильма, так что я не режиссер-новичек. Я был актером в индустрии развлечений с подросткового возраста, у меня десятилетия опыта и связей, и я смею утверждать, что наша команда никогда не будет хуже команд других известных режиссеров." Цинь Шэн неубедительно ответил.

Лицо Лин Ляна не изменилось, он постучал пальцем по столу из красного дерева: "Актеры уже определены?".

Чжоу Юань взглянул на Цинь Шэна и сказал: "Мы с директором Цинем обсудили это, чтобы сэкономить бюджет, на роль Вэй Вэньши мы возьмем Лян Яня, а на роль Линь Кана мы выбрали Вэнь Юйциня".

Как только он услышал имя Вэнь Юйциня, глаза Су Хуана на мгновение загорелись, затем он посмотрел на Линь Ляна и его взгляд снова потемнел, он обещал Линь Ляну отказаться от отношений и никогда больше не быть лижущей собакой.

"Вам не нужно обращаться к другим инвесторам, мы оплатим деньги из Jing Yu Group, но актеров нужно поменять, Вэй Вэньши пусть сыграет роль Хань Си, а Линь Кан для Сяо Яня. А потом просто найдите мне небольшую роль, которая больше подходит моему темпераменту".

"Это ......."

Цинь Шэн и Юань Юань посмотрели друг на друга, у Цинь Шэна возникли некоторые трудности: "Хотя актерские способности Хань Си немного хуже, чем у Лян Яня, его темперамент действительно лучше подходит к персоне Вэй Вэньши, просто мы не осмеливались рассматривать его, потому что слышали, что его предложение выше, но этого Сяо Яня мы действительно не знаем ........ "

Линь Лян был готов достать свой телефон, нажал на видео, где Сяо Янь и Вэнь Юйцинь снимались в сопернической сцене, и передал его Цинь Шэну: "Не волнуйся! Мне не жаль денег, я определенно выбрал наиболее подходящего человека, и уж точно не позволю своим инвестициям пойти коту под хвост".

После просмотра видео Цинь Шэн и Юань Юань удовлетворенно кивнули головой.

Глава 78. Единственный родственник

Когда Су Хуан увидел, что Линь Лян собирается играть, он пошутил: "Тогда я тоже буду сниматься, брат Цинь не должен забывать обо мне".

Цинь Шэн рассмеялся и был полон надежд. Вчетвером они обсуждали фильм в отдельной комнате до полудня, когда Линь Лян подозвал официанта, чтобы заказать еду. Все повара здесь были непосредственно переведены Линь Е из звездных отелей Линь, и как блюда, так и выпечка были первоклассными и вкусными.

Все листали меню, когда раздался звонок Гу Хэншэна.

"Ты ешь в Мин Лан Сюань в полдень?" спросил Гу Хэншэн.

Линь Лян недовольно буркнул: "Когда же этот подглядывающий демон изменится? Мало того, что меня снимают камеры каждый день, ты даже посылаешь двух телохранителей, чтобы они следовали за мной, как два больших хвоста, каждый день".

"Это другое дело, телохранители там для защиты твоей безопасности, двое - это минимум".

Линь Лян надулся: "У меня совсем нет личной жизни, это несправедливо".

Гу Хэншэн был озадачен: "Где несправедливость, разве я не сообщил тебе о своем расписании уже давно?".

"Твоем расписании?" Линь Лян взял кусок закуски со своей тарелки и откусил, он сказал неприятным тоном: "Кроме встреч и офисов, это одно и то же в течение десяти дней, что тут такого скучного, чтобы знать."

Гу Хэншэн улыбнулся: "Значит, я здесь, чтобы найти тебя и добавить в свою жизнь немного другого? Жди меня в Мин Лан Сюань, я скоро приду".

Линь Лян улыбнулся и положил трубку, Су Хуан только что закончил заказывать еду и с любопытством посмотрел на Линь Ляня: "С кем ты разговариваешь по телефону? Так близко, это ведь не твой брат?".

Линь Лян подпер голову рукой и посмотрел на него с загадочной улыбкой: "Угадай!".

Глаза Су Хуана расширились: "Это ведь не твой брат приехал? Тогда я не буду есть, поспешу и уйду".

Когда Линь И отправился в Королевские Пески на поиски Линь Ляна, это напугало Су Хуаня до безумия. Он с детства был сумасшедшим, не боялся ни неба, ни земли, а теперь так легко испугался Линь И.

Линь Лян посмотрел на него и почувствовал себя забавно, Линь И был похож на белого кролика без агрессии по сравнению с Гу Хэншэном.

"Это не мой брат, это мой парень", - с улыбкой сказала Линь Лянь, притягивая его к себе.

"Черт, у тебя даже есть парень! Ты ведь так молод, кто посмеет похитить ребенка у меня на глазах? Я буду драться с ним до смерти".

Су Хуан так отреагировал, что даже Цинь Шэн и Чжоу Юань, которые рассматривали меню и заказывали еду, с любопытством посмотрели на Линь Ляна.

Линь Лян милостиво улыбнулась им: "Все в порядке, мой парень придет позже, он очень сдержанный. Просто относитесь к нему как к обычному другу".

Когда вошел очень сдержанный Гу Хэншэн, Су Хуан был поражен, и полусъеденное печенье, которое он держал в руках, упало на пол.

Он поспешно потянул Линь Ляна за рукав: "Лянцзы, мне сейчас кажется или это Гу Хэншэн".

Неожиданно Линь Лян встал в следующую секунду и подошел к Гу Хэншэну: "Как ты так быстро добрался сюда. Ты сто процентов уже был в пути когда звонил мне!"

Гу Хэншэн сделал шаг в сторону, поглаживая голову, и только тогда Линь Лян понял, что позади него стоит кто-то еще.

"Гу Цзиньфан?" Линь Лян удивленно выкрикнул имя другого человека.

Гу Цзиньфан тоже был удивлен, увидев Линь Ляна, они с двоюродным братом договорились вместе поужинать. Он не ожидал увидеть Линь Ляна здесь. Гго взгляд быстро упал на руку Гу Хэншэна, гладящую волосы Линь Ляна. От этого он стал чувствовать себя немного неуютно. Он не слишком задумывался о том, почему именно ему было не по себе.

Линь Лян потянул Гу Хэншэна, чтобы представить всех друг другу. Цинь Шэн и Чжоу Юань не знали Гу Хэншэна и сначала подумали, что этот человек хорошо выглядит и обладает сильной аурой, но, услышав представление Линь Ляна, поняли, что это президент Гу, поэтому немного сдержались. Они не принадлежали к высшему обществу и не знали, что означают слова "Гу Хэншэн", поэтому не отреагировали так сильно, как Су Хуан.

Когда Су Хуан узнал, что Гу Хэншэн был парнем Линь Ляна, он пересел на место рядом с Чжоу Юанем и уступил место рядом с Линь Лянем Гу Хэншэну.

Гу Хэншэн был очень доволен этим, и пока он играл с рукой Лин Ляна под столом, он посмотрел на Су Хуана и спросил, "Я слышал, что ты взял долю в Hongliang Media?".

Су Хуан застенчиво улыбнулся: "Сейчас вся моя семья с Линь Ляном. Если бы я знал о твоих отношениях с ним, я бы заставил отца вложить деньги в Jin Yu".

Гу Хэншэн поднял брови: "Еще не поздно, без моей помощи, наша семья Лян'эр также очень хорошо позаботилась о компании".

Все это время пока Гу Хэншэн говорил, он смотрел на Линь Ляна глазами, полными гордой нежности.

Глядя на то, как эти двое мужчин так близко общаются, Гу Цзиньфан недовольно нахмурился: "Брат, ты же не говоришь о друзьях? Ты намного старше Линь Ляна, можете ли вы разговаривать друг с другом?"

Гу Хэншэн посмотрел на Линь Ляна и улыбнулся, его глаза словно окунулись в мед: "Как это не о чем поговорить, у нас с ним бесконечное множество тем для разговора".

Су Хуан тоже улыбнулся и похлопал лошадь по спине: "Верно, Линь Лян любит деньги, Гу Хэншэн - лучший добытчик денег во всей стране Ся, так что они с Линь Лянем - идеальная пара".

Когда подали еду, Су Хуан продолжал хвалить вкусную еду: "Я не ожидал, что в чайхане еда будет лучше, чем в ресторане, Рюзи, как ты додумался открыть чайхану?". спросил Су Хуан, глядя на Линь Ляна во время еды.

Линь Лян слегка улыбнулся: "На самом деле, это не просто чайный дом, каждая частная комната здесь имеет свой уровень потребления, и в каждой частной комнате представлены работы художников, которые выставлялись в нашем выставочном зале, а также подлинные предметы старины из антикварного магазина по соседству."

Линь Лян указал на картины на стене и представил: "Смотри, все картины, выставленные на стене, имеют цену, и цена на них варьируется в зависимости от уровня отдельной комнаты."

Только тогда Су Хуань заметил строку цифр на конце металлической таблички внизу витрины: "Черт, эта картина выглядит как картина неизвестного художника, но она стоит 75 миллионов, думаю Я смогу нарисовать картину лучше, чем эта с закрытыми глазами".

"Это картина известного идеологического художника, это нормально, что ты не можешь ее понять. Картина называется "Мечта", кто-то уже зарезервировал ее, ты не сможешь увидеть ее завтра, когда придешь". Линь Лян посмотрел на картину и равнодушно сказал.

Затем он посмотрел на Цинь Шэна и улыбнулся: "Если вы не заняты, можете подняться наверх и осмотреться, на четвертом и пятом этажах есть залы для боулинга, бильярда, маджонга, стрельбы и тренировок по стрельбе. Все это бесплатно для VIP-клиентов, а обычные напитки и закуски в лобби - все бесплатно".

Глаза Су Хуана сразу расширились: "Линь Лян, ты будто не считаешь меня своим приятелем. Ты открыл такое веселое место, а позвал сюда, фактически, только сегодня".

Линь Лян горько рассмеялся: "Я просто слишком занят, меня даже не волнуют дела здесь, мой брат послал кого-то позаботиться обо всем. Теперь мой брат и Шэншэн проводят большую часть своих общественных мероприятий здесь."

Су Хуан нахмурился: "Я оставлю номер телефона администратора здесь, когда буду уходить, спрошу, нет ли твоего брата здесь, когда я захочу прийти, и если его не будет, то приду".

Линь Лян был беспомощен: "Почему ты так боишься моего брата, пока ты не заставляешь меня пить, мой брат не будет беспокоить тебя, он не беспричинный человек".

"Нет, когда я вижу твоего брата, у меня начинают дрожать ноги". Су Хуан забил рот едой и решительно согласился.

"Тогда я могу прийти?" Гу Цзиньфан посмотрел на Линь Ляна и неуверенно спросил. Он не знал, что с ним произошло, он рос в семье Гу, не боялся ни неба, ни земли, смешивался с со всеми, чтобы стать студенческим президентом самого первоклассного учебного заведения в Ся, но в результате каждый раз, когда он говорил с Линь Ляном, как только встречал его красивые глаза, его сердце не могло не биться без остановки.

"Я хочу привести на встречу с ними приятелей из моего студенческого союза". Он посмотрел на Линь Ляна и робко добавил.

Не дожидаясь, пока Линь Лян что-то скажет, Гу Хэншэн сразу же ответил: "Конечно, я дам вам свою VIP-карту позже, она мне все равно не нужна, я часто сюда прихожу, персонал меня знает".

Линь Лян оглянулся на Гу Хэншэна, который улыбнулся и протянул ему блюдо, и хотя оба не сказали ни слова, они оба поняли, что было на уме друг у друга.

Как бы Гу Хэншэн ни ненавидел членов семьи Гу в тюрьме, он относился к Гу Цзиньфану так хорошо, как только мог. Если Гу Цзиньфан хотел чего-то, он был готов это дать, и даже если у него этого не было, он нашел бы способ достать это и передать Гу Цзиньфану.

Его третий дядя погиб, потому что спас его, и он хотел загладить свою вину перед Гу Цзиньфаном. В его сердце Гу Цзиньфан был его единственным родственником.

Глава 79. Встреча

Линь Лян оглянулся на Гу Цзиньфана и мягко улыбнулся ему: "Но ты должен относиться к этому месту как к собственному дому, сдерживать своих друзей и уступать своим клиентам, в бизнесе зарабатывание денег - это самое главное, все остальное - это просто плывущее облако".

Лин Лян улыбнулся так красиво, что Гу Цзиньфан почувствовал, что его сердце вот-вот подскочит к горлу: "Конечно, конечно". Чтобы скрыть свою нервозность, он поспешно взял сок, который был поставлен в стороне, и сделал глоток.

После еды Су Хуань проявил любопытство и потащил Цинь Шэна и остальных наверх поиграть. У Линь Ляна были дела, и он не стал их сопровождать, ему нужно было после обеда съездить в частную больницу Линь.

Гу Цзиньфань стоял у окна на четвертом этаже и смотрел, как Гу Хэншэн тянет Линь Ляна за руку к парковке, его сердце было забито, как заблокированный камень. Су Хуан улыбнулся и подошел, положил руку ему на плечо и посмотрел вниз: "Не смотри, давай сыграем в нашу игру, тебя прикроет твой брат Хуан, не бойся".

Гу Хэншэн сказал, что будет сопровождать его. Линь Лян не возражал, и они вместе сели в машину Гу Хэншэна.

Сев в машину, Гу Хэншэн обнял его, поцеловал в голову и спросил с беспокойством: "Почему ты едешь в частную больницу Линь? Что-то случилось с твоим телом?".

Линь Лян лениво откинулся на руки и зевнул, погода становилась все холоднее и холоднее, и после сытного обеда он немного хотел спать, "Ничего, мне просто нужно кое с кем встретиться. Ты в порядке после обеда?"

Гу Хэншэн нежно погладил его по лицу: "Даже если я занят, у меня все равно есть время, чтобы сопроводить тебя к врачу. Если хочешь спать, вздремни, я разбужу тебя, когда мы приедем".

Линь Лян закрыл глаза и снова вспомнил о Фан Сяне, поэтому он спросил: "Ты уже предпринял какие-нибудь шаги против Фан Сяня?"

"Я поручаю людям расследовать доказательства взяточничества Фан Сяня. За эти годы он купил так много земельных участков по всей стране, в этом должно быть что-то подозрительное, но только если это затронет интересы некоторых чиновников, они захотят разобраться с этим".

Линь Лян нахмурился: "Хорошо бы найти доказательства, чтобы возместить обиды жертв. Но если это не сработает, можно использовать и коммерческие средства, чтобы заставить его потерять репутацию и искать собственной смерти.

Он совершил много плохих поступков и теперь думает, как перевести свои активы за границу. Мои люди заманивают его инвестировать в некоторые крупные компании за границей, которые мы готовы передать, в некоторые из более запутанных, которые выглядят хорошо, но на самом деле являются трясиной, и никакого количества денег, влитых в них, не будет достаточно."

"Пока все его зарубежные инвестиции будут терпеть неудачу, Hong Wei Real Estate будет в долгах, и к тому времени мне нужно будет только создать для него небольшой выигрыш, Фань Сянь скоро станет банкротом".

Гу Хэншэн говорил с большим интересом, когда он посмотрел вниз, то обнаружил, что Линь Лян уже заснул. Он посмотрел вниз и нежно поцеловал его губы, улыбаясь. Он обнял Линь Ляна чуть крепче.

Прибыв в больницу, Гу Хэншэн подождал некоторое время, прежде чем разбудить Лин Ляна. Они вышли из автобуса и вошли в больницу. Войдя в вестибюль больницы, Линь Лян увидел, что Гу Хэншэн еще не ушел, и был немного озадачен: "Почему ты еще не вернулся в офис? Я сказал, что я не болен, я пришел навестить друга".

Гу Хэншэн улыбнулся и погладил его по голове: "Я не могу оставить тебя, я хочу побыть рядом с тобой еще немного, разве мне нельзя?".

У Линь Ляна не было выбора: "Тогда ты можешь следовать за ним! Но я предупреждаю тебя, чтобы ты не портил мне настроение".

Гу Хэншэн был озадачен и на ходу потянулся к его плечу: "С кем именно ты здесь встречаешься?".

Линь Лян подмигнул ему: "Я тебе не скажу".

Линь Лян встретил Чэнь Ро, который сидел и ждал его, в холле отделения акушерства и гинекологии на шестом этаже.

С тех пор как в прошлый раз она устроила скандал в семье Чжан, потому что Линь Лян поддержал ее, Чэнь Ро выпрямила спину перед Линь Литин. Она ходила в дом семьи Чжан на прогулку, когда нечем было заняться, что приводило Линь Литин в ярость.

"Как долго вы ждали?" спросил Линь Лян, подойдя к ней.

Чэнь Ро листала Weibo в своем телефоне. Услышав слова Линь Ляна она подняла глаза и улыбнулась: "Недолго".

Линь Лян посмотрел на телефон в ее руке и напомнил: "Ты сейчас беременна, тебе нужно меньше сидеть в телефоне".

Гу Хэншэн настороженно смотрел на Чэнь Ро из-за спины Линь Ляна. Чэн Ро была высокой, в черных сапогах-трубах на плоской подошве с маленькой черной юбкой, в корейской версии твидового пиджака, длинные волосы, легкий макияж. Ее внешность и фигура были выдающимися, нельзя было сказать, что она беременна.

"Это?" спросила Чэнь Ро, увидев стоящего позади Линь Ляна человека, острого, как ледяная скульптура.

"Мой парень". Линь Лян с улыбкой сказал: "Давайте поговорим о нас, не обращайте на него внимания".

Линь Лян провел Чэнь и Гу Хэншэна в VIP-приемную больницы. Линь Лян и Гу Хэншэн сидели на длинном диване в VIP-приемной, а Чэнь Ро - на отдельном диване рядом с ними.

"Я делаю это для твоего же блага, Лин Литин знает, как сильно она тебя ненавидит, и если она узнает, что ты беременна, она никогда не позволит тебе без проблем родить ребенка. "

Чэнь Ро села на диван, взяла ее за руку и сказала: "Я знаю, у Чжан Яня тоже был кто-то на улице до того, как он встретил меня, эту женщину даже забрала в дом Чжан сама старушка Чжан после того, как она забеременела. Линь Литин попросила служанку нанести моющее средство на лестницу. В результате эта женщина не обратила внимания на ее слова. Когда она спускалась вниз, она поскользнулась и покатилась вниз по лестнице. Ребенок и она скончались после полуночи из-за внутреннего кровоизлияния".

"Как только я узнала, что беременна, я очень испугалась и сразу же позвонила вам. Я действительно не знала, кто еще мог бы спасти меня в это время, кроме вас".

Линь Лян слабо улыбнулся ему и утешительно сказал: "Не волнуйся! После того, как я подпишу с ней контракт, я немедленно использую частный самолет нашей семьи Линь, чтобы отправить тебя на остров отдыха под моим именем, и я пришлю Чжан Яня, чтобы он был с тобой, когда ребенок вот-вот родится".

Услышав слова Линь Ляна, Чэнь Ро была на грани! Она уже собиралась пожать руку Линь Ляну, сидящему на диване, но, подняв голову, встретила холодный взгляд Гу Хэншэна и отступила.

"Спасибо, господин Линь, вы действительно спасли жизнь нашей матери и сыну. Когда ребенок родится, я обязательно позволю ему признать вас своим крестным отцом".

Линь Ляну очень нравилась Чэн Ро, он считал ее очень понимающей и умной, "Я думал так же, я даже сказал Линь Литин, что когда ребенок в твоем животе родится, я устрою прием в полнолуние для ребенка в семье Линь. Она была так зла в тот момент, что ее лицо стало зеленым".

Оба рассмеялись. Гу Хэншэн был не глуп, и, услышав их слова, он мог догадаться, что Линь Лян на самом деле здесь делает.

Он встал в положенное время: "Я иду в ванную".

Сказав это, он направился к двери, но Линь Лян окликнул его и указал на маленькую дверь слева перед ним: "Здесь есть ванная, тебе не нужно выходить".

Гу Хэншэн неловко улыбнулся и повернулся, чтобы подойти к маленькой двери. Закрыв дверь ванной комнаты, Гу Хэншэн достал свой мобильный телефон, он не мог позволить Линь Ляну завладеть акциями в руке Линь Литин.

Сейчас у него уже было пятнадцать процентов акций Линь, плюс акции Линь Литин - более двадцати процентов. Если допустить, что с Линь что-то случится, и они начнут продавать дополнительные акции, то он купит большое их количество, и, скорее всего, он обгонит количество акций, находящихся в руках Линь И, и станет крупнейшим акционером Линь.

Гу Хэншэн как раз набирал номер Шу Рун, когда Линь Лян тайно использовал ключ, чтобы открыть дверь в ванную, и он только обернулся, услышав звук, когда Линь Лян выхватил у него телефон.

"Здравствуйте, господин Гу, вы хотите что-то заказать?". Голос Шу Рун раздался из мобильного телефона Гу Хэншэна.

"Никаких заказов, я случайно нажал на твой номер, когда сидел в телефоне, пока". После этих слов Лин Лян сразу же положил трубку.

Встретив вопросительный взгляд Линь Ляна, Гу Хэншэн неловко улыбнулся: "Я вдруг вспомнил кое-что по работе и хотел отдать несколько распоряжений, но не ожидал, что ты придешь как раз в тот момент, когда я говорил".

Затем он поднял бровь на Линь Ляна: "Почему ты так хочешь встретиться с моим мужем? Тебе не терпится с ним познакомиться?".

Линь Лян подумал про себя: "Призрак хочет встретиться с ним, как будто я не знаю, насколько величественен тот старик!"

Глава 80. Больница

Линь Лян положил телефон в карман куртки и поднял подбородок на Гу Хэншэна: "Я возьму этот телефон, я верну его тебе, когда мы выйдем из больницы".

Гу Хэншэн был встревожен, одной рукой он держал Линь Ляна за талию, а другой рукой тянулся в его карман, чтобы вернуть его телефон: "Дорогой, не устраивай сцен, сегодня в компании нужно сообщить очень важные вещи, я действительно не могу оставить свой телефон".

Линь Лян держался за телефон, поэтому Гу Хэншэн не мог его схватить. Он опустил голову и поцеловал губы Линь Ляна одну за другой: "Будь хорошим, будь хорошим, не устраивай сцен".

Он не забыл, что Гу Хэншэн был злодейским боссом в оригинальной книге, тем, кто обанкротил бизнес Линя и задолжал ему семьдесят миллиардов долларов.

Будь он проклят, если не сможет вернуть ему телефон в столь критический момент.

"Это хорошо, что я дал его тебе. С этого момента, как я понимаю, ты не хочешь, чтобы я снова заботился о тебе. Твой выбор!"

Гу Хэншэн посмотрел в проникновенные, похожие на бездну глаза Линь Ляна, которые глубоко завораживали его, и наконец отпустил его руку, крепко обхватив его руками: "Жена, ты знаешь, что в моем сердце нет ничего важнее тебя, поэтому никогда больше не угрожай мне этим, хорошо? Этот выбор слишком жесток для меня".

Линь Лянь озорно улыбнулся: "Посмотри, как ты себя ведешь, кто тебе сказал ослушаться, не слушать лорда Ляня и съесть трюмо перед моими словами".

"Я ем тебя у себя на глазах". Гу Хэншэн доминирующе целовал губы Линь Ляна, впиваясь и засовывая язык в его рот. Линь Лян сначала упрямился и отказывался отвечать взаимностью.

Они целовались все интенсивнее и интенсивнее, и их тела непроизвольно прижимались все ближе и ближе.

Когда они разошлись, Линь Лян был полностью измотан, лежал, как губка, на руках Гу Хэншэна, задыхаясь.

Гу Хэншэн уже забрал телефон из кармана Линь Ляна и положил его обратно в свой карман.

Снаружи холодный ветер свистел в высоких зданиях, слабый звук городского шума шептал на ветру, послеполуденный солнечный свет нежно и одиноко проникал в окно и падал на пол.

Линь Лян крепко обнимал Гу Хэншэна, их дыхание и сердцебиение переплетались. Линь Ляну потребовалось некоторое время, чтобы затормозить: "Как ты можешь так издеваться надо мной?"

Он наклонил голову, его глаза были наполнены бесконечной агрессией и печалью: "Если ты будешь продолжать в том же духе, мне действительно придется отправиться в главный дворец".

Большая рука Гу Хэншэна легла на затылок Линь Ляна, и он беспомощно вздохнул: "Я просто возвращаю свой телефон, обещаю, что сегодня я не причиню тебе никаких неприятностей или ущерба, хорошо?"

Линь Лян убрал руку Гу Хэншэна и отстранился от его объятий, он знал, что не может больше лежать в в нежным объятиях Гу, иначе он и семья Линь станут лягушкой, которую он сварил в теплой воде.

Одно дело - любить кого-то, другое дело - сохранять равновесие в рассуждениях, когда тебя любят.

Гу Хэншэн хотел полного обладания, он хотел равенства и свободы, а не стать подарком, который будет принадлежать кому-то.

Он посмотрел на хорошо очерченное лицо Гу Хэншэна, похожее на ледяную скульптуру, и язвительно улыбнулся: "Со мной я никогда не позволю, чтобы что-то случилось с Линь или твоим братом, ты поможешь мне вместе охранять семью Линь, верно?"

И верно и не верно. Он хотел не Линь, он хотел забрать Линь Ляна у Линь Е и крепко держать его в своих руках.

Но он был умным человеком, а умный человек не станет говорить то, что его жене неприятно слышать.

"Тогда, конечно, я буду охранять тебя до конца своих дней и не позволю причинить тебе никакого вреда".

Удовлетворенный, Линь Лян поправил одежду и вышел из ванной вместе с Гу Хэншэном, друг за другом.

Когда Линь Литин приехала, Чэнь Ро уже была на осмотре у акушера-гинеколога, она лежала на больничной кровати с перевернутым животом, а врач проверял сердцебиение ребенка в ее животе.

Линь Лян и Линь Литин стояли перед окном в соседней комнате. Линь Лян поднял занавеску стеклянного окна, которое выходило на больничную койку, где лежала Чэнь Ро.

Лин Литин посмотрела на выпуклый живот Чэнь Ро, и звук здорового сердцебиения ребенка, доносящийся из аппарата, все ее тело задрожало от гнева: "Бесстыжая сука, откуда у нее столько наглости, чтобы забеременеть. Если я сегодня не порву ей лицо, моя фамилия не будет Лин".

Она выругалась, подняла рукава и направилась к выходу, но у дверей ее остановили телохранители Линь Ляна.

"Вы все глупые? Давайте, разорвите для меня эту суку по соседству и грешное дитя в ее животе, я награжу любого из вас, кто ударит ее в живот, сотней тысяч". Линь Литин крикнула двум телохранителям, которых она привела за дверь. Но ее люди не успели сделать и двух шагов, как их остановили телохранители Линь Ляна.

На самом деле, Линь Литин привезла с собой несколько машин телохранителей, и даже если она была глупа, она выросла в высшем обществе, так что как она могла вести себя так как хотела. Она просто хотела воспользоваться этой возможностью, чтобы спровоцировать выкидыш у Чэнь Ро.

Только Линь Лян был готов к этому, и охранники больницы остановили другие машины прямо у дверей. Линь Литин приложила немало усилий, но в результате привела только двух телохранителей.

"Тебе показали человека, подписывай!". Линь Лян положил в рот леденец и поднял подбородок к документу, лежащему на столе.

Гу Хэншэн, который сидел на деревянном стуле в углу, скрестив ноги, смотрел на Линь Литин, его ум быстро вращался, думая, как он может остановить Линь Литин от подписания, не разозлив Линь Ляна.

Линь Литин не могла освободиться от телохранителя, поэтому она села на пол и закричала: "Ты, убийца, ты фактически помог госпоже причинить вред своей собственной тете! Твои родители мертвы, разве у тебя нет совести? Неужели твою совесть съели собаки? Какую ошибку совершила наша семья Линь, чтобы произвести на свет такого шестипалого неузнаваемого грешного ...... человека, как ты".

Голос Линь Литин был очень пронзительным, и ее проклятия эхом разносились по всему этажу больницы. Некоторые любопытные семьи пациентов и беременные женщины услышали звук и направились сюда, но их остановили телохранители Линь Ляна, и они могли только смотреть издалека.

Линь Литин долго ругалась, и чем больше она ругалась, тем хуже ей становилось.

Гу Хэншэн сделал несколько шагов назад и упал на стол, опрокинув одноразовый бумажный стаканчик, стоявший на столе, и намочив контракт в центре стола недопитой водой.

Линь Лянь поднял брови, откусывая леденец. Если он правильно помнил, эту чашку воды налил Гу Хэншэн, когда он только вошел, сказав, что хочет пить.

Увидев, что контракт намок от воды, Гу Хэншэн в смущении отпихнул Линь Литин и подошел к Линь Ляну, извиняясь, сказал: "Прости, я не хотел, это все моя вина, что я был слишком импульсивным, я просто не мог видеть, как другие говорят о тебе плохо, эта женщина посмела ругать тебя при мне, я просто не мог этого вынести".

Линь Лиьин увидела, что контракт намок, у нее не хватило духу ругаться или устраивать сцену, она встала, похлопала себя по попе, погладила волосы и снова стала гордой дворянкой: "Бог наконец-то открыл мне глаза! Похоже, что контракт не может быть подписан сегодня, так что мне тоже пора возвращаться".

Она холодно улыбнулась Линь Ляну: "Сегодня злое семя в животе этой лисицы умрет. Я просто не верю в это. Она не сможет избежать моего гнева!".

Глава 81. Будьте готовы

Линь Лян пододвинул стул рядом с собой и сел, глядя на них двоих, держа леденец во рту. Он медленно и небрежно поднял одну руку, после чего к нему подошел телохранитель, достал из сумки неповрежденный контракт и вложил его в руку Линь Ляна.

"К счастью, я знаю, что моя тётя привыкла быть сумасшедшей. Когда ты была ребёнком, у тебя была способность беспокоить всю семью Линь и семью Чжан. Сегодня ты устроила полный беспорядок, так что на всякий случай я попросил своего помощника распечатать еще несколько копий".

Линь Лян бросил контракт в руке на землю, сузив глаза на Линь Литин и Гу Хэншэна и слабо улыбнувшись, сказал: "Вы, ребята, продолжаете создавать проблемы.".

Затем он достал свой телефон и нажал на запись видео, направив камеру на этих двоих: "Такая замечательная драма, мне придется записать ее и хорошо сохранить. Мне будет достаточно этой записи чтобы смеяться круглый год".

Он положил телефон и посмотрел на Линь Литин: "Ах да, тетя, я забыл сказать вам, чтобы защитить мать и сына Чэнь Ро, я использовал семейный вертолет, припаркованный на верхнем этаже больницы, вам нужно подняться и навестить их?".

Линь Литин была так зла, что уставилась на лицо Линь Ляна, ненавидя настолько, что она могла проделать дыру в красивом лице Линь Ляна одним своим взглядом, но Линь Лян все еще спокойно улыбался, не обращая внимания на ее гнев.

Гу Хэншэн поспешно похлопал ее по спине: "Все-таки мой Лянбао силен и прозорлив".

Линь Лян подняла подбородок на Линь Литин: "Ну что, хватит? Если нет, то продолжайте! Я все равно видел мало, и я бы не советовал гнуть свою линию.".

Он сидел напротив Линь Литин, ниже Линь Литин и высокого, долговязого Гу Хэншэна с одной стороны, его верхняя часть тела была стройной, две длинные ноги были сложены вместе, когда он сидел, но его аура была совсем не слабой.

Холодное, тонко вылепленное лицо и снисходительные глаза человека, который смотрит свысока на всех людей, ужасают при свете.

Внезапно, от его волос и бровей до стройного тела, весь этот человек был ей знаком, но в этот момент, она вдруг почувствовала, что этот человек был несравненно странным, настолько странным, что она немного испугалась.

Парню было всего восемнадцать, но его дерзость, проницательное безразличие и безжалостность по отношению к ней, своей старшей родственнице, не казались тем, чего следовало ожидать от него в его возрасте.

Вышибала выбросил промокшую копию контракта и бумажный стаканчик на столе в мусорное ведро, вытер стол и поставил на него новый.

После того, как Линь Литин подписала, все ее тело словно внезапно опустело, и только в этот момент она поняла, что теперь у нее не осталось ничего, кроме дочери.

Она так сильно любила Чжан Яня, что вышла за него замуж по любви, несмотря на противодействие семьи. Но после свадьбы она поняла, что для нее их брак был поиском любви, а для Чжан Яня это был не более чем политический союз, чтобы вывести семью на новый уровень.

Поэтому она делала все возможное, чтобы собрать выгоду от семьи Линь для семьи Чжан, потому что она знала, что это единственная ценность, которую она имела в семье Чжан.

Это была смешная цена, но пути назад не было, она не могла быть нелюбимой в семье Чжан, не говоря уже о сравнении с окружающими ее женами.

Линь Лян наблюдал, как Линь Литин закончила подписывать контракт, взяла его и тщательно проверила, подтвердив правильность, после чего взяла ручку, подписала свое имя и поставила личную печать.

"Линь Лян ......" Линь Литин неожиданно тихо крикнула.

Линь Лянь в замешательстве поднял глаза, и только в этот момент он понял, что женщина напротив нее, которую он знал и ненавидел, вдруг стала немного приветливее.

Женщина открыла рот и сказала с некоторым колебанием: "Когда я была ребенком, я меняла тебе подгузник. Твоя мать говорила, что нехорошо постоянно закрывать подгузник, она хотела чтобы было небольшое проветривание, но я просто отнесла тебя вниз по лестнице в детский сад, и ты описался на меня. ."

Линь Лян плакал и смеялся, это был первый раз, когда Линь Литин разговаривала с ним нормально с тех пор, как он попал в этот мир. Вероятно, это было единственное, о чем могла думать Линь Литин, поскольку она была ребенком, принесшим маленькую жертву для первоначального владельца.

Она знала, что без акций семьи Линь все, что осталось между ней и семьей Линь, - это туманная связь привязанности. Семья Линь могла жить без нее, но она не могла жить без семьи Линь.

"Я знаю, о чем ты думаешь? Это потому, что ты думаешь, что без акций семьи Линь у тебя останется только твоя дочь?" Линь Лян посмотрел на несколько сдержанную Линь Литин, эти красивые глаза, казалось, могли видеть все насквозь.

На самом деле, дело было не в том, что Линь Лян мог видеть все насквозь, а в том, что у Линь Литин все эмоции были написаны на ее лице, ее жизнь была настолько гладкой, что все смотрели на ее лицо и делали вещи, так что как она могла нуждаться в том, чтобы скрывать свои эмоции.

"Но ты не должна забывать, что Чжан Шусюэ воспитывалась под опекой старушки Чжан. Без тебя она все еще была бы старшей леди семьи Чжан".

Линь Литин как раз собиралась открыть рот, чтобы возразить, когда Линь Лян прямо прервал ее: "Я не пытаюсь развести вас, мать и дочь, потому что я уже получил то, что хотел". Лин Лян потряс документом в руке: "Нет никакой необходимости разводиться с тобой, потому что нет такой ценности".

"Ты же не хочешь, чтобы тебя использовали Чжан Янь и семья Чжан, когда ты была молода, а потом Чжан Шусюэ, когда ты состаришься. Твоя ценность не в том, чтобы быть инструментом в руках других, ты должна научиться жить для себя".

"Это последний совет, который я могу дать тебе ради тех штанов, которые я намочил".

Гу Хэншэн, стоявший в стороне, не мог удержаться от громкого смеха, он хотел посмотреть, как выглядит маленький Лян Бао, которая намочил штаны, это было так забавно, что даже подумать об этом было смешно.

Линь Лян бросил на него пустой взгляд и встал с бумагами в руках: "Пока ты мирная, ты все еще член семьи Линь, и без семьи Чжан семья Линь все равно будет давать тебе пенсию. Ты пользовалась благами, которые семья Линь принесла тебе на протяжении целого поколения. Мы, два брата, не просим тебя делать что-то для семьи Линь, мы просто надеемся, что ты сможешь хотя бы не создавать проблем для семьи Линь".

После того, как Линь Лян покинул комнату, Линь Литин осталась тупо сидеть за столом, двое телохранителей, которых она привела к двери, просунули головы внутрь, не решаясь заговорить.

Линь Лян вошел в соседнюю комнату, куда мужчинам вход был запрещен, но доктор бросил взгляд на Линь Ляна и ничего не сказал.

Чэн Ро уже давно закончила возню, она сидела на стуле рядом и с опаской ждала Лин Ляна.

"Она подписала?" Увидев вошедшего Лин Ляна, Чэн Ро с беспокойством спросила.

Линь Лян кивнул и спросил: "Что ты думаешь о том, что она только что так долго ругалась?"

Он знал, что не должен задавать такие личные вопросы, к тому же рядом с ним был врач. Но Линь Литин была права в одном: Чэн Ро была любовницей, и какими бы плохими ни были отношения Линь Литин с Чжан Янем, брак по расчету все равно оставался браком, и, несмотря ни на что, с моральной точки зрения Чэн Ро не могла пройти мимо этого. Кроме того, Чжан Янь не обязательно является человеком, достойным пожизненного обязательства.

Неожиданно то, что Чэн Ро не смутилась, она легко улыбнулась: "Я родилась в маленькой отсталой горной деревне, я вышла на работу в возрасте четырнадцати лет, дни, когда я следовала за Чжан Янем, были лучшими днями в моей жизни. Он также помог мне осуществить мечту, которая была у меня с детства, позволив мне сниматься в кино, чтобы получить шанс стать звездой".

"Благородный характер и достоинство - это не то, на что имеет право каждый, и я родилась недостойным этого. Я знаю, что задолжала ей и верну долг позже, но ребенок невиновен".

Линь Лян нахмурился: в упрямых глазах женщины под светом фонаря блестели слезы.

Через несколько секунд Линь Лян сказал: "Вставай! Мы отвезем вас к семье Линь".

Когда Линь Лян вывел Чэн Ро из комнаты, Линь Литин ждала снаружи, и как только она увидела Чэн Ро, она набросилась на нее, несмотря ни на что: "Бесстыжая лисица, шлюха, разрушающая чужие семьи! Сука! Что с того, что если ты забеременеешь грешным ребенком, то родишь либо со сломанными руками и ногами, либо без рук! Глаза ......."

Телохранители Лин Ляна вовремя остановили ее, на помощь подоспели телохранители Лин Литин, несколько телохранителей боролись вместе, Лин Литин рвала телохранителей Лин Ляна, указывая на Чэн Ро и ругаясь, ее голос эхом разносился по всему этажу, привлекая любопытные взгляды всех людей.

Линь Лян и Гу Хэншэн проводили испуганную Чэн Ро до лифта и спустили на парковку на первом этаже.

Глава 82. Жалоба

Вэнь Юйцинь наконец-то решил не сидеть и не ждать смерти. После того как он попал в топ-20 в "Воображаемом времени", он нашел дизайнера, отчаянно нуждающегося в деньгах, чтобы тот стал его наводчиком, и теперь ему не нужно беспокоиться о конкуренции, а просто дурачиться перед камерой.

В оживленном районе с большим количеством транспорта он стоял перед офисным зданием-небоскребом и смотрел вверх. Солнце освещало стекло здания, отражая золотистый свет, который придавал слабую теплоту стали и бетону, пронизанным холодом.

Вздохнув на холодном ветру, он вошел в вестибюль первого этажа стоящего перед ним здания и направился прямо к широкой стойке: "Здравствуйте, я хотел бы видеть вашего президента, не могли бы вы меня проинформировать?".

Девушка за стойкой, которая тайком листала свой телефон, опустив голову, уже собиралась закатить глаза, когда подняла взгляд и увидела красивое лицо, которое врезалось ей в глаза, закатила глаза наполовину и сказала: "Сэр, у вас назначена встреча?".

Девушка смотрела на красивого мужчину перед собой, как она могла смотреть на это лицо и находить его знакомым. Она недавно смотрела "Воображаемое время". Все женщины любят красивую одежду и изысканные украшения и она не была исключением.

"Нет". Вэнь Юйцинь улыбнулся: "Но я дружу с вашим господином Линем, вы можете сказать господину Линю, что мне нужно с ним о чем-то поговорить, и он примет меня?".

Младшая сестра, похоже, поверила и взяла трубку, в любом случае, ради его красоты телефонный звонок - это ничто. Решение видеть или не видеть принимается там, наверху, ее это не касается.

"Как вас зовут, пожалуйста?"

"Вэнь Юйцинь".

Младшая сестра загорелась и подумала: "Конечно. Но она не была поклонницей Вэнь Юйциня, она была поклонницей их маленького Линь Генерала Лянши CP.

Младшая сестра набрала номер помощника Линь Е под пристальным вниманием Вэнь Юйциня и объяснила его просьбу. Вскоре помощник передал ответный звонок, и Линь Е согласился встретиться с Вэнь Юйцинем.

Девушка окликнула Вэнь Юйциня, когда уходила, покраснела, достала бумагу и ручку и попросила его расписаться, Вэньпа Юцинь улыбнулся и оставил свое имя на бумаге.

Когда Вэнь Юйцинь вошел в просторный кабинет Линь И, Линь И внимательно читал отчет по проекту. Послеполуденное солнце светило через окна от пола до потолка позади него, падая на него и прочерчивая золотой круг света на его теле.

Линь И был одет в темный костюм с высокой посадкой и белым воротником, с красивым, серьезным лицом. Говорят, что серьезные мужчины самые очаровательные, и в этот момент вся личность Линь И излучала ослепительный свет в глазах Вэнь Юйциня.

Его сердце, которое было спокойным, не могло не забиться быстрее при первом же взгляде на Линь И.

Линь И улыбнулся, подняв голову и увидев его: "Что опять случилось с этим моим непослушным братом? Ты так рассержен, что пришел ко мне жаловаться?".

На лице Вэнь Юйциня появилось смущение: "Я здесь не для того, чтобы судиться с Лин Ляном". Он опустил брови и понизил голос: "Как друг, я просто заметил изменения в нем в последнее время и немного волновался за него".

"Садись, не надо нервничать, ты друг Рю'эра, так что естественно ты и мой друг тоже, я тебя не съем". Линь И с улыбкой пошутил, жестом приглашая Вэнь Юйциня присесть на диван сбоку.

Он сам встал из-за стола на своих длинных ногах, взял чашку из шкафа рядом с автоматом для воды и повернул голову, чтобы улыбнуться Вэнь Юйциню, который сдержанно сидел на диване: "Что ты любишь пить? Чай или кофе?" После паузы он снова игриво улыбнулся: "Или это чай с молоком? Моя Лян'эр любит чай с молоком, поэтому я попросил кого-нибудь приготовить его".

Вэнь Юйцинь улыбнулся: "Я выпью чаю! Я предпочитаю что-то естественное и причудливое".

Линь И заварил две чашки чая пуэр, одну чашку поставил на журнальный столик перед Вэнь Юйцинем, а другую - перед собой.

Горячий пар от чая парил перед двумя людьми, создавая иллюзию, которая казалась реальной. Линь И сел и дважды посмотрел на Вэнь Юйциня, прежде чем спросить: "Что случилось с Лян'эр? В последнее время у меня много работы, и я могу быть не в курсе, что с ним происходит".

"Линь Лян, он ......, кажется, влюблен". Вэнь Юйцинь сказал осторожно, внимательно наблюдая за реакцией Линь Е, и, увидев, как рука Линь Е бессознательно сжимается в кулак, продолжил: "Когда мы вместе репетировали и записывали шоу, я часто видел человека по фамилии Гу, навещавшего его."

Он увидел, что Линь Е нахмурился, и после паузы добавил: "Тот человек по фамилии Гу тоже часто подкрадывался к Линь Ляну, когда тот не обращал внимания".

"Я видел это несколько раз, и чем больше я думал об этом, тем более неправильным это было. Лин Лян так молод, так что он определенно не так опытен, тактичен или что бы то ни было. Как друг, я действительно беспокоился о том, что Линь Лян пострадает, поэтому я не мог не прийти сюда, чтобы предупредить тебя. Ты - его семья, скажи что-нибудь, к чему он прислушается".

Глядя на ясного и элегантного Вэнь Юйциня через стол, Линь И был очень тронут: "Спасибо, что проделал такой путь, чтобы рассказать мне об этом. Честно говоря, я давно знал о любви Гу Хэншэна к Лян'эр, но не знал, что они дошли до того, что он стал целоваться с ним на людях. Не волнуйся, я найду возможность поговорить с Лян'эр как следует".

Вэнь Юйцинь с некоторым трудом потер руки: "Когда будешь говорить с Лин Ляном, можешь не рассказывать, что это я тебе все рассказал? Я боюсь, что Линь Лян подумает, что я предал его и потеряю его как друга".

Линь И кивнул головой в знак согласия: "Не волнуйся! Я ничего не скажу".

Сегодня днем Линь Ляна не было в компании, поэтому дел было немного, и Сяо Янь тоже ушел с работы пораньше. С тех пор, как Линь Лян попал на "Искушении босса", его популярность сильно возросла, и можно сказать, что он стал немного более популярным.

Си Ю была более популярна, чем он, когда приехала, но Линь Лян никогда не давал ей никакой работы, поэтому поначалу он был счастлив и часто язвительно называл Сяо Яня занятым, борющимся человеком. Но разница стала очевидной, когда шоу вышло в эфир: Сяо Яня снимали все больше и больше, а Си Ю появлялась в шоу все реже и реже.

Директор не мог помочь: "Мы должны иметь содержание для шоу, вы сидите там весь день и либо делаете маникюр, либо играете с телефоном. Кто будет смотреть такое шоу, кроме ваших фанатов? Даже фанаты не могут устоять перед тем, что вы периодически стрижете им ногти, какая разница между этим .......".

Си Ю была ошарашена такой неприязнью, но ничего не могла поделать, Линь Лян оставался холоден к ней. Помощники, окружающие Лин Ляна, способнее друг друга, и когда Лин Лян не высказывается, он остается самой бездеятельной праздной рыбой во всей компании, а несколькими выпусками ниже, он прямо-таки был раздавлен Сяо Янем в плане популярности.

Сяо Янь сейчас был в восхищении от Лин Ляна, и чем дольше он находился рядом с ним, тем больше он восхищался его способностями и тактикой.

Сегодня он ушел с работы пораньше и пришел к Линю с двумя чашками фруктового чая с молоком, который купил по дороге, с радостью разыскивая Линь И, планируя позже пойти с ним на романтический ужин при свечах.

Как только он открыл дверь кабинета, он увидел Линь И и Вэнь Юйциня, сидящих на диване, разговаривающих и смеющихся, и не мог поверить своим глазам.

Он никогда не знал, что эти два человека на самом деле знали друг друга, что Вэнь Юйцинь так хорошо знал Линь И, так что же насчет всего того плохого, что он сказал о Линь И перед ним в самом начале!

В сердце Сяо Яня поднялась волна гнева из-за того, что его обманули. Он изо всех сил старался контролировать свои эмоции и мысленно вспоминал, как бы Линь Лян поступил, окажись он в подобной ситуации.

Глава 83. Судьба

Линь И повернул голову, увидел Сяо Яня и улыбнулся: "Сегодня так рано уходишь с работы? Я планировал заехать за тобой позже"

Сяо Янь улыбнулся и подошел к нему, встряхивая чай в руке: "Ты пьешь манговый или клубничный?". Затем он извиняюще улыбнулся Вэнь Юйциню: "Извини, я не знал, что ты здесь, брат Вэнь, поэтому я не принес это для тебя".

Вэнь Юйцинь произнес с усмешкой: "Я не пью чай с молоком".

Сердце Сяо Яня рассмеялось, это не первый раз, когда они встретились, что притворяться. В то время, когда они были бедны и снимались вместе, были поклонники главного актера, которые приходили угощать молочным чаем всю съемочную группу, он все равно пил больше всех.

Линь И беспомощно покачал головой: "С тех пор как ты стал работать помощником рядом с Лян'эр, даже твои увлечения перешли к нему". Протягивая руку, чтобы взять чашку манго.

Сяо Янь отпил чай с молоком и сел рядом с Линь Е: "Когда я вошел, я увидел, что вы весело болтаете, о чем вы говорили?"

"Ничего, просто несколько интересных историй о Лян'эре, когда он был ребенком. Он выглядит так сейчас, но когда он был ребенком, он был таким медведем, что заставлял мою маму гоняться за ним по дому с палкой". Опасаясь непонимания со стороны Сяо Яя, Линь И поспешил объяснить.

"Это так? Я был похож на него в детстве, разве не все мальчики такие, когда они находятся в стадии бунтарства? Что скажешь, брат Вэнь?". Сяо Янь отпил свой чай с молоком и неопределенно сказал.

Не дожидаясь ответа Вэнь Юйциня, он снова легонько пнул ногу Линь Е: "Сегодня после хорошей утренней смены я собираюсь плотно поесть и сходить в кино".

Линь И погладил голову Сяо Яня: "Хорошо, хорошо, хорошо. Посмотри, как ты устал за эти дни, ты сильно похудел, почему бы мне не поговорить с Лян'эр и не попросить его давать тебе меньше работы. Вокруг него тоже много людей, так почему он может использовать только тебя".

Глаза Сяо Яня поспешно расширились: "Не надо, я не могу ждать, пока он использует меня как панацею, втирая ее везде, где есть проблема". Затем он стыдливо опустил голову и понизил голос: "Я должен воспользоваться этой возможностью и как следует потренироваться сейчас, чтобы в будущем я мог больше делиться для вас".

Линь И взял руку Сяо Яня и поднес ее к губам для поцелуя: "Я знаю, что ты делаешь это для меня, но мое сердце болит".

Для молодой пары людей разумно быть здесь милой и ласковой, Вэнь Юйцинь, как электрический пузырь, уже должен был замолчать, а потом встать и попрощаться.

Но у него хватило наглости остаться на месте, и не хватило ни малейшего сознания, как лампочки, чтобы спросить: "Куда вы планируете пойти, чтобы плотно поесть? Я знаю хороший западный ресторан, я давно там не был, почему бы нам не пойти вместе?".

Сяо Янь почти закатил глаза к небу в своем сердце, черт возьми, ты что, слепой? Я хочу романтический ужин при свечах на двоих, какой к черту совместный ужин?

"Основной деятельностью компании является предоставление широкого спектра продуктов и услуг на рынке. Потом я позвоню Лян'эр и попрошу его присоединиться к нам, и мы вместе посмотрим фильм после еды".

Затем, полностью игнорируя Сяо Яня, который сидел рядом с ним, яростно выпивая чай с молоком, он взял телефон и позвонил Линь Ляну.

В этот момент Линь Лян только что посадил Чэнь Ро на самолет, и, получив звонок Линь И, он повернул голову, посмотрел на Гу Хэншэна рядом с собой и с улыбкой согласился.

Ресторан Линь, высококлассный западный ресторан, был элегантно оформлен в европейском стиле, с ярким освещением и фортепианной музыкой, текущей, как струящаяся вода, по всему полу. Во всем пустом ресторане был только прямоугольный стол, по обе стороны которого сидели и ели пять человек.

Сяо Янь и так был в плохом настроении, но при виде изысканных блюд, поданных на стол, он снова выздоровел.

Пятеро сидели в интересных позах: Линь И, Линь Лян и Гу Хэншэн с одной стороны, а Сяо Янь и Вэнь Юйцинь - с противоположной.

Как только Линь Лян сел, два места рядом с ним были заняты в следующую секунду. Гу Хэншэн бросил холодный взгляд на Линь Исиня и холодно хмыкнул, что как нельзя лучше выражало его недовольство и презрение к Линь Исиню.

После того, как Гу Хэншэн закончил хрюкать, Линь И бросил на Гу Хэншэна косой взгляд и тоже хрюкнул, от этого хрюка исходила смертельная аура. Проницательный и способный генерал Линь сказал, что, избив его до смерти, он не позволит, чтобы его единственный младший брат был унесен большим хвостатым волком Гу.

"Откуда господин Вэнь знает моего брата?". Линь Лян разрезал свой стейк и задал тот же вопрос, который хотел задать Сяо Янь, как будто он не думал об этом. И при фразе "господин Вэнь" он выкрикнул с чувством отстраненности, как будто говорил всем присутствующим: "Я плохо знаю этого парня".

Вэнь Юйцин слегка улыбнулся, сидя прямо под золотым светом, его движения были спокойными и элегантными, как будто он даже не слышал отстраненности Линь Ляна по отношению к нему, или, возможно, в его глазах их отношения, которые уже были такими, не были знакомыми, а просто притворялись, чтобы использовать их при необходимости.

"Мы встретились на банкете семьи Ронг, я был тогда довольно жалок, мы просто встретились в спешке, может быть, это потому, что нам с Линем суждено встретиться!" Он перевел взгляд на Линь Е, умоляя, словно все его слова были адресованы не Линь Ляну, а только Линь Е.

"Мы двое встретились в топле людей, как будто все было предначертано, в самое замечательное время, ни шагом раньше, ни позже. И сейчас мы сидим и разговариваем, благодаря этому можем узнать друг друга получше. В данный момент я очень благодарен за эту честь, которую оказал мне Бог".

Он намеренно придал своим словам приятный и расплывчатый характер, создавая впечатление, что они с Линем уже много раз встречались.

На самом деле, они встречались всего три раза в спешке, и если бы он не использовал Линь Ляна в качестве предлога, Линь И не стал бы с ним возиться.

Для ушей Сяо Яня это прозвучало очень неприятно, как будто он был тем, с кем Линь И суждено было встретиться. Именно ему было суждено стать парнем Линь Е, но он не подходил Янь Ваню.

Зрачки Лин Ляна сузились, он уставился на стейк на своей тарелке, в голове его роились мысли. Он явно старался изо всех сил предотвратить встречу Лин Е и Вэнь Юйциня на вечеринке семьи Ронг, но он никак не ожидал, что они все же встретятся там.

Если бы он заранее не познакомил Сяо Яня с Линь Е, возможно, Вэнь Юйцинь уже был бы парнем его брата.

"Знать людей, по-хорошему, это встреча, по-плохому, это просто встреча лицом к лицу. Это суждено, и это скучно. Кто знает, что такое судьба, может быть, ты все-таки мой суженный прохожий?"

Линь Лян улыбнулся и рассеянно положил в рот нарезанный стейк: "Мне кажется, ты слишком много читаешь древней литературы, даже встречу ты можешь описать так, будто это свидание. В отличие от таких бизнесменов, как мы, нам приходится каждый день встречаться со множеством друзей в деловом мире, если они осмелятся заговорить со мной о судьбе, я точно не смогу удержаться и назову их больными."

Сяо Янь заставил себя сдержаться, чтобы не рассмеяться вслух. Это все еще были издевательства его босса, который загонял людей в угол и ругал их в лицо, делая сцену неловкой.

Линь И смотрел на Вэнь Юйциня, думая, что Линь Лян слишком много делает для своего друга. Люди так беспокоились о нем и даже специально приходили к Линю, чтобы приструнить его, но в результате Линь Лян насмехался над ними, что было совсем неоправданно.

"Как можно путать деловую игру с искренними словами друга? Трудно найти доверенное лицо в море людей, нелегко увидеть друг друга, не говоря уже о том, чтобы стать друзьями, поэтому то, что сказал Вэнь Юйцинь, не было слишком большим".

Линь И посмотрел на брата, а затем на Гу Хэншэна, который стоял рядом с ним, и чем больше он смотрел на него, тем недовольнее становился: "Это ты, когда это ты стал таким вульгарным среди окружающих тебя людей".

Линь И хотел помочь Вэнь Юйцинж, но Вэнь Юйцинь говорил о встрече между ними, и то, что он так сказал, создавало впечатление, что он действительно относится к Вэнь Юйциню как к доверенному лицу, которое невозможно найти.

С щелчком рука Сяо Яня отпустил вилку и уронил ее на фарфоровую тарелку, затем случайно опрокинул кубок, пролив красное вино на пол. Сяо Янь в панике поймал падающую чашку, поставил ее обратно на стол и посмотрел на Линь И, внезапно почувствовав в сердце неприятное ощущение.

Эта трапеза была такой бессмысленной, не была ни ужином, которого он хотел, ни гармоничной встречей друзей, и он не хотел слушать, как его парень ломает голову, чтобы защитить кого-то другого перед ним, еще больше.

Вэнь Юйцинь быстро отреагировал и ухватился за возможность извиниться перед Сяо Янем, прежде чем Линь И осознал свою ошибку: "Посмотрите на мой глупый рот, который не может замолчать. Брат И просто хотел немного помочь мне, это не то, о чем вы подумали.".

Суть этого заявления такова: "Брат просто пытается помочь мне, тебе совершенно нельзя злиться. Ты ведешь себя мелочно, если злишься".

Надо сказать, что Сяо Янь не зря провел все это время рядом с Линь Ляном, если бы это было раньше, он бы, наверное, разозлился, встал и ушел.

Но сейчас он поборол желание выругаться и улыбнулся: "О чем ты думаешь, я не сержусь на тебя, как мило с твоей стороны так говорить! Ты и Линь И - обычные друзья, которые встречаются по воле судьбы, если подумать, я - парень Линь И, разве это не небесная судьба, которая предназначена для нас? Может быть, наши имена еще выгравированы на том камне в небесном царстве".

"Если так подумать, посмотрите, как я счастлив, что не могу удержать вилку и даже пролил вино". Он с улыбкой посмотрел на Линь И: "Выкрой день на неделе, когда ты будешь свободен и обязательно отведи меня в самый известный храм в столице, чтобы поклониться, возможно, когда боги сойдут на землю, они позволят нам быть вместе навечно."

Только потом Линь И понял, что сказал что-то не то, к счастью, его жена была простой, Линь И посмотрел на улыбающегося Сяо Яня при свете и вдруг подумал, как его простая жена может быть такой милой?

"Хорошо, мы может туда сходить и помолиться богам".

Глава 84. Нежелание

Ужин был захватывающим, и никто из пяти присутствующих, кроме Линь Е, не мог быть счастлив, но в это время Линь Лян был впечатлен Сяо Янем. Перед лицом повторяющихся провокаций Вэнь Юйциня, Сяо Янь не рассердился и не стал расшаркиваться перед всеми, а улыбнулся и разрешил все неловкости одну за другой.

Закончив трапезу, они направились вниз, а Линь И спросил: "Мы все еще собираемся посмотреть фильм? Я позвоню туда сотрудникам, если мы поедем, и попрошу их организовать все".

Линь Лян чувствовал, что его брат - чудо, ужин уже был таким хорошим, а он еще и хотел посмотреть фильм вместе. Смотреть фильм с парнем в обнимку - разве это не хорошо для двоих?

"Нет, я еще не написал отчет о своем школьном проекте".

Линь И посмотрел на Сяо Яня, а затем на Линь Ляна. Его взгляд метался от Сяо Яня к Линь Ляну, показывая большую дилемму, потому что когда он пришел, Сяо Янь упомянул, что хочет пойти в кино.

Линь Лян беспомощно покачал головой, не желая больше смотреть на брата, и положил руку на плечо Сяо Яня: "Давай, невестка, пойдем домой и посмотрим фильм по домашнему кинотеатру. С нашими деньгами мы могли бы купить несколько упаковок китайской медицины и попарить ноги. Мы можем смотреть его дома, паря ноги, а можем ли мы сделать это в кинотеатре?".

Он говорил, не обращая внимания на взгляды зрителей. Но Сяо Яню было очень тяжело, так как черные глаза Гу Хэншэна из ледяной пещеры рядом с ним неотрывно смотрели на него, словно собирались в следующее мгновение засосать его в ледяную пещеру и заживо задушить.

"Я бы хотел вместо этого посмотреть новый фильм. Недавно вышел хороший романтический фильм, я пытался найти время, чтобы посмотреть его, но у меня никогда не было возможности". Вэнь Юйцинь внезапно сказал.

Линь И, который шел на шаг впереди него, остановился и оглянулся на него: "Это так? Янь Янь также несколько раз читал мне про него, но в последнее время он был занят больше меня, поэтому у него не было времени".

Он смотрел на спину Сяо Яня перед собой, внезапно почувствовав себя немного виноватым, и колебался, когда Линь Лян, который уже почти достиг ворот, нетерпеливо обернулся: "Брат, если ты не уйдешь, я отведу твою жену в дом Гу Хэншэна и попрошу Гу Хэншэна найти мужчину выше тебя, красивее тебя и богаче тебя, чтобы поиграть с ним в маджонг!".

Сяо Янь был потрясен и поспешил за ним. Смотреть или не смотреть кино - это все чепуха, его жена вот-вот будет похищена!

Вэнь Юйцинь посмотрел на спину Линь И, в его сердце была какая-то жалость, он еще не получил WeChat и номер мобильного телефона Линь И, в будущем, чтобы развиваться дальше, или найти предлог, чтобы пойти к Линь И или создать свой собственный шанс встретиться случайно.

На стоянке Линь Лян потянул Сяо Яня в машину. Гу Хэншэн стоял рядом с машиной у окна, его руки были протянуты в него, он помогал Линь Ляню завязать потуже шарф, при этом методично объясняя: "Я позвоню тебе, когда вернусь домой, какого черта ты решил писать отчет ночью, разве ты не нанял нескольких студентов в качестве ассистентов на практику? Пусть они напишут его".

"Тебе все еще нужно изучать деловое администрирование? Если ты хочешь научиться этому, я могу научить тебя этому, позже. Я сделаю это в разы более полезно и быстро, чем твои дерьмовые профессора."

Лин ьЛян потерял дар речи, наклонив лицо вверх, его ресницы с утиным пером мерцали на глазах, отражая свет: "Если я не буду учиться, как я смогу закончить школу, ты выдашь мне диплом?".

"Для чего тебе нужен диплом? Возьми его в качестве туалетной бумаги, я все еще думаю, что он бесполезен". То, что слова Гу Хэншэна были властными, его холодное лицо, создавало иллюзию, что он не может опровергнуть.

Когда Линь И услышал это, он так разозлился, что чуть не взлетел на небеса: "Можете ли вы учить людей лучше, мой брат - студент, если он не учится должным образом, должен ли он каждый день учиться тому, как влюбиться в вас?"

Гу Хэншэн убрал руку, посмотрел вверх и вытянул губы в сторону Линь Е, который стоял на противоположной стороне машины, улыбнувшись: "Нет, ему просто нужно быть счастливым со мной каждый день".

Кулак Линь И сжался в гневе: "Хочешь превратить моего брата в игрушку для тебя одного? Ни за что".

Линь Е открыл дверь машины и сел в нее, затем с грохотом захлопнул дверь. Семья Линь была водителем, заводившим машину. Линь Лян помахал рукой Гу Хэншэну из окна. Сделав движение рукой, он поднял стекло.

Давление воздуха в просторном лимузине было очень низким. Никто не был в очень хорошем настроении, и, кроме того, был еще один человек, который был зол, поэтому никто не говорил, каждый думая о своем.

Гу Хэншэн стоял один на парковке и смотрел, как машина семьи Линь тонет в дымке движения. На самом деле, сегодня он был не в лучшем настроении, сегодня Линь Лян получил акции Линь Литин..

"Фу! Как жаль, что его до сих пор нет".

Гу Хэншэн обернулся и увидел Вэнь Юйциня, который стоял недалеко позади него. Из-за спора Линь И и Гу Хэншэна все забыли о нем, который шел сзади.

На лице Гу Хэншэна появилось презрительное выражение: "Ну и что, пока это то, что я хочу, оно не сможет вырваться из моей хватки".

Вэнь Юйцинь слабо улыбнулся, даже перед лицом холодного и сурового взгляда Гу Хэншэна он оставался спокойным и собранным: "Да, конечно, я не буду этого отрицать, просто это затянется на годы или даже десятилетия".

"Но ......." Вэнь Юйцинь хотел что-то сказать, но остановился.

"Но что?" спросил Гу Хэншэн.

"Но это совсем другое дело, когда я ассистирую со стороны". Под глазами Вэнь Юйциня был отблеск желания, как у лисы, сидящей в засаде в тени и ждущей удобного случая.

"Если я стану парнем Линь Е, я смогу помочь тебе устранить Линь прямо изнутри. Братьям Линь все еще придется послушно полагаться на тебя, и когда ты захочешь выйти замуж за Линь Ляна, Линь Е не посмеет противиться, даже если в душе он этого не захочет".

Гу Хэншэн холодно осмотрел Вэнь Юйциня, его взгляд скользил по его телу, острый, как ледяной нож: "Почему ты хочешь сделать это? Все остальные пытаются найти способы жениться на богатой семье, а ты, наоборот, пытаешься найти способы развалить богатую семью, какова твоя цель?".

Вэнь Юйцинь смотрел в глаза Гу Хэншэна, он знал, что этот человек опасен, как только он соприкоснулся с его острым взглядом, его ноги подсознательно ослабли, но он все еще сопротивлялся желанию упасть на колени.

Многочисленные встречи с Линь Ляном заставили его понять, что с его нынешней силой и связями, не говоря уже о том, чтобы свалить Лина, ему будет трудно даже победить его, и ему придется сражаться до смерти с помощью мощных внешних сил.

"Потому что я такой же, как и ты, то, что тебе нужно, это Линь Лян, а то, что мне нужно, это Линь И. Только когда Линь упадет, у меня будет шанс быть с Линь И на равных".

Холодный ночной ветер обдувал ночной город, неон сверкал среди высоких зданий, недалеко от улиц проносились машины, пешеходы шли по двое и по трое, торопясь.

Гу Хэншэн несколько секунд рассматривал Вэнь Юйциня, затем достал из кармана визитную карточку из серебра и бросил ее на землю: "Это визитная карточка моего секретаря, ты можешь позвонить ему, если тебе будет нужна помощь".

Сказав это, он поднял руку, и черный автомобиль высокого класса проехал и остановился перед ним, а за черным автомобилем стояло несколько машин. Вэнь Юйцинь подсознательно взглянул на машины и по силуэтам на окнах догадался, что это телохранители, сопровождающие его.

Он стоял на ветру и беспомощно вздыхал, присев на корточки и подобрав серебряную визитную карточку, которую Гу Хэншэн бросил на землю.

В этот момент он завидовал Линь Ляну как никогда раньше. На каком основании? Даже если Линь был закончен, у него все равно был такой мощный сторонник. Несмотря на то, что он приложил все усилия, чтобы сбить Линь Ляна, он все еще не мог и на половину коснуться его, и он был очень недоволен.

Глава 85. Перемены! Государство!

После полумесяца исследований Цзи Хун наконец смог прийти к лорду Ляну со своими результатами. Когда он вошел в его кабинет, он чуть не расплакался, как только увидел его.

Если бы слуги семьи Линь могли слышать его сердце, они бы, наверное, закатили глаза в космос, из-за зимнего крепкого сна и отсутствия физических упражнений, их лорд Лянь явно набрал несколько фунтов, а его лицо даже немного округлилось. Он выглядел так, будто сильно поднабрал в весе!

Цзи Хун передал флешку Линь Ляну: "Эти фотографии были найдены после того, как я проверил компьютеры в нескольких резиденциях Фан Сяня".

Линь Лян взял флешку, посмотрел на красные глаза Цзи Хуна, синие и черные под глазами, его лицо было немного изможденным, его взгляд был извиняющимся, "Это было тяжелое время для тебя, если материал будет полезен, я дам тебе недельный отпуск, чтобы ты хорошо отдохнул и вернулся на работу."

С этим он вставил USB-накопитель! Когда Линь Лян собирался открыть одну из папок, Цзи Хун сбоку сделал ему "предупредительный укол": "Будь готов, Фан Сянь - извращенец, и в том, что я нашел на его компьютере нет ничего хорошего. Фан Сянь хранил их, вероятно, для удовлетворения своего тщеславия, обычному человеку было бы неприятно смотреть на такое".

Линь Лян кивнул и щелкнул по первой папке, первые две фотографии были относительно нормальными, 14-15-летний мальчик в помятой футболке и старых грязных брюках, его загорелое лицо все еще было покрыто грязью, как у ребенка, только что вышедшего из отдаленной горной деревни.

У него темные, чистые и светлые глаза, и обычная внешность не скрывает его юношеского задора. Он смотрит в камеру несколько застенчиво и робко, не вписываясь в изысканный, современный декор виллы.

Последующие фотографии постепенно становятся все более и более неприятными, всегда с темным, грязным домом на заднем плане и мальчиком, всегда голым! Голым! Уродливое лицо Фань Сяня и его перекормленное, пузатое тело время от времени появлялись в камере, он держал в руках кнут или различные орудия пыток, на его лице была извращенная улыбка.

Линь Ляну хотелось блевать, но он стиснул зубы и смотрел дальше, потому что в глубине души знал, что это, возможно, единственный след мальчика, оставшийся в этом мире, и хотя он был позорным и грязным, это, по крайней мере, позволит тем, кто видел фотографии, знать, что он жил.

На последующих фотографиях мальчик становился все бледнее и бледнее, его тело практически лишилось нормальной плоти, темные глаза перестали быть яркими и онемели, превратившись в бассейн с мертвой водой.

На последней фотографии в папке изображен мальчик, лежащий на холодном бетонном полу с закрытыми глазами, голый! Его обнаженное тело было покрыто шрамами, и больше не было видно ни малейшего признака жизни.

Линь Лян долго смотрел на эту фотографию, сдерживая слезы, он закрыл ее и перешел к следующей папке, затем к третьей, четвертой ........ Полчаса спустя он наконец не сдержался и закричал, уставившись на трупы подростков с тысячей дыр и мертвых тел на экране.

Эти мальчики, если бы они были еще живы, могли бы быть его ровесниками, и если бы они не встретили извращенца Фань Сяня, у них было бы безграничное будущее, но, к сожалению, Фань Сянь оборвал все это своими демоническими руками, затащив их прямо в самую темную из бездн.

Цзи Хун похлопал Лин Ляна по спине, достал несколько полотенец из бумажной коробки сбоку и протянул их Линь Ляну: "Лорд Лян". Он серьезно посмотрел на Линь Ляна и сказал: "Сначала, когда ты попросил меня провести расследование, я думал, что Фань Сянь просто купил несколько детей, чтобы держать их в подполье в качестве любовников, но когда расследование продолжилось, я понял, что на самом деле он долгое время держал вокруг себя группу преступников и разбойников".

"Люди, которых я послал установить его место жительства, несколько раз были близки к тому, чтобы быть убитыми им, и если бы я не нанял профессионального киллера, эти фотографии никогда бы не появились на вашем компьютере". Он присел на корточки, торжественно посмотрел в глаза Линь Ляну и сказал: "Ради безопасности лорда Ляна, давайте оставим эти фотографии полиции, а лорду Ляну лучше не вмешиваться в это дело".

Вытерев слезы салфеткой, Линь Лян бросил ее в мусорное ведро и равнодушно сказал: "Если такой отвратительный человек, как Фань Сянь, существует сегодня, за ним должен кто-то стоять. Передача этих фотографий случайным образом приведет к лучшему исходу, полиция поймает нескольких приспешников, чтобы взять вину на себя, а плохой исход будет в том, что это дело просто оставят нераскрытым и забудут".

Он серьезно посмотрел на Цзи Хуна: "Раньше я мог держаться в стороне, но после того, как я увидел эти фотографии, как я могу оставаться в стороне? Если я предпочту молчать, еще больше молодых жизней, как моя, будут отравлены Фань Сянем. Ты же не хочешь, чтобы в столь юном возрасте ты последовал за тем, кто так хладнокровен и бессердечен!"

Цзи Хун посмотрел на темные и настойчивые глаза Линь Ляна, открыл рот, но в конце концов закрыл его.

Линь Лян опустил взгляд на экран компьютера, его глаза стали холодными и суровыми, он достал флешку из компьютера и передал ее Цзи Хуну: "Сотри начальные фотографии этих детей из каждой папки, завтра я лично пойду в Бюро общественной безопасности и посмотрю, смогу ли я выяснить истинную личность этих детей".

Цзи Хун поспешно остановился: "Тебе не нужно идти туда самому, я найду способ узнать сам".

Линь Лян покачал головой: "Рано или поздно эти вещи придется передать в полицию, вместо того чтобы расследовать их в обход полиции, лучше найти надежного твердолобого человека в полицейском управлении. Когда мы убедимся, что все эти дети действительно мертвы, я отнесу доказательства в семью Цяо и попрошу Цяо Лао помочь блокировать сторонников за занавесом Фань Сяня."

Цзи Хун больше ничего не сказал, в конце концов, полиция была более профессиональна, чем он, в этом аспекте расследования дел, и было намного проще проверить внутреннюю сеть полиции на предмет пропавших людей и тому подобное.

В тот день Линь Лян обзвонил многих людей: Линь И, Су Хуаня, Цинь Цзя Мина, Цао И Хуана, Гу Хэншэна и так далее, спрашивая их, нет ли у них надежных людей в полицейском участке. Линь Лян записал на листе бумаги позиции кандидатов и каждого из них, размышлял снова и снова, и наконец провел несколько горизонтальных линий над именем Янь Чжэня.

Янь Чжэнь, с которым первоначальный владелец встречался несколько раз, был шурином Цинь Цзямина. В прошлом, когда первоначальный владелец и Цинь Цзямин проигрывали внешнюю схватку, он приводил своих людей и помогал им отомстить. Эти необразованные школьники младших классов, избитые до полусмерти, не могли понять, почему боевая группа, которая победила их, и вернулась, чтобы взять реванш, на самом деле была группой полицейских, которые, черт возьми, с таким же успехом могли быть их собственной стороной, проигравшей бой? Они проиграли бой только для того, чтобы нанести несколько ударов. Если их заберет полиция, им придется съесть папины брюки и мамину сушилку, когда они обернутся.

На следующий день Линь Лян не стал спать, а рано утром отправился в дом Цинь, затащил Цинь Цзямина, который до полуночи играл в игры в темноте, наверх и завернул его в пуховик.

....... Бедный Цинь Цзямин мог лишь неохотно вернуться в семью Цинь в компании Линь Ляна.

Бедный малыш был снова смущенно засунут Лин Ляном в машину, а мать Цинь Цзямина Янь Мэнфэй, которая на прошлой неделе со слезами на глазах звонила Цинь Цзямину и хлопотала о разводе с мужем, стояла у ворот виллы семьи Цинь, улыбаясь, как цветок, и говорила Линь Ляну: "Поторопись и отвези его повеселиться! Ты только и делаешь, что играешь в игры целыми днями, и ты даже не хочешь идти в школу, если ты будешь продолжать играть, ты просто пропадешь".

Глава 86. Ненадежный директор

В кабинете Янь Чжэня, главы Бюро общественной безопасности четвертого восточного округа столицы, Янь Чжэнь откусил булочку с мясом, набрал полный рот соевого молока из чашки и оглядел своего племянника, который сидел напротив, подперев голову одной рукой, щурясь и полусонно, и Линь Ляна, который сидел рядом с племянником с красными губами и белыми зубами, и который выглядел даже лучше, чем женщина.

В этот момент два темных глаза Линь Ляна, как два сканера, сканировали сидящего за столом молодого начальника в возрасте около тридцати лет, с модной стрижкой, с сильнопахнущим мужским парфюмом, с серьгами, светлыми бровями, красивого и безудержного, не как полицейский, а как гангстер, от головы до пят. Как будто он хотел просканировать этого человека от плоти до костей, чтобы найти след чего-то связанного с полицией.

Он потер лоб, удивляясь, как его вчера так ослепило, что он выбрал такого ненадежного хозяина вместо стольких хороших государственных служащих с хорошими корнями.

"Сегодня раннее утро, что со мной? Скажи мне........". Он тянул слова, и если бы вы не смотрели ему в лицо, просто прислушиваясь к звуку, вы бы никогда не догадались, что эта речь исходит от милиционера. Это выглядело так, как будто она [речь] исходит от евнуха, который смотрит на людей свысока в какой-то костюмированной драме.

Линь Лян посмотрел на него и через некоторое время сказал: "Я хочу поручить вам помочь мне проверить личности некоторых детей". Говоря это, Линь Лян подтолкнул сумку с документами, которую он держал в руках, к другой стороне.

Янь Чжэнь с сомнением взял пакет с документами, открыл его и достал дюжину или около того фотографий, содержащихся внутри, рассматривая их, он спросил: "Вы богатый президент, почему вы ищете этих сельских детей, когда вы не заняты учебой. Это чтобы заработать лишние деньги?"

Он поднял глаза и посмотрел на Линь Ляна, поджав уголки рта в язвительной улыбке: "Они все невесты, купленные для тебя твоим братом? Позволь мне сразу заявить, что покупка и продажа похищенных детей запрещена законом, если мы это проверим, нам не только придется отправить этих детей обратно, но мы также можем наказать вас".

Поскольку Линь Лян решил оставить это дело ему, он не собирался скрывать от него. Лян серьезно посмотрел в глаза Янь Чжэню и сказал: "Эти дети могли быть убиты, это большое дело, мне нужно, чтобы ты помог мне идентифицировать этих детей и попытаться определить, живы они сейчас или мертвы".

"И это еще не все". Линь Лян сделал паузу, а затем сказал: "Я надеюсь, что вы хорошо постараетесь сохранить это в тайне, если новости просочатся, в это дело могут вмешаться всевозможными способами, из-за чего мы не сможем провести расследование".

"Такое большое дело, с таким количеством погибших детей, будет ли моя жизнь в опасности, если я возьмусь за него?". Янь Чжэнь посмотрел на Линь Ляна и обеспокоенно спросил.

Убийца, которого Цзи Хун послал, чтобы определить место жительства Фань Сяня, чуть не погиб, когда люди Фань Сяня нацелились на него, не говоря уже о необходимости тщательно расследовать все дело и привлечь его к ответственности раз и навсегда.

"Конечно, вы имеете дело с тем, что может быть давно существующей преступной группировкой, и именно за эти фотографии я заплатил определенную цену".

Янь Чжэнь был шокирован и тут же столкнул фотографии и сумку с документами вместе: "Тогда я не буду это расследовать, найдите кого-нибудь другого! Я боролся с наркопреступниками своей жизнью, чтобы получить эту черную шляпу, я еще недостаточно ее носил, я не хочу, чтобы меня убили так рано".

Линь Лян потрясенно смотрел на молодого начальника в форме общественной безопасности, сидящего в другом конце комнаты. Он впервые слышал о полицейском, который даже не может взять дело, чтобы сохранить свою дурацкую шляпу.

"Нет, ты все еще слуга народа, как ты давал присягу на государственном гербе, когда поступал в полицейскую академию? Посмотрите на этих детей, разве они не несчастны в их юном возрасте? Как ты можешь, будучи народным полицейским, говорить такие вещи?".

Линь Лян сердито встал, поднял лежащие на столе фотографии и снова бросил их на стол, его глаза плевались огнем, а брови были сомкнуты, казалось, что он просто сошел с ума, схватив Цинь Цзямина и прибежав сюда рано утром.

Столкнувшись с гневом Линь Ляна, Янь Чжэнь поднял брови-мечи и небрежно положил две прямые длинные ноги на стол, оценив Линь Ляна, сказал: "Хорошо, если ты хочешь, чтобы я провел расследование, если ты обещаешь встречаться со мной каждую неделю для спарринга, я позабочусь о том, чтобы это дело было расследовано четко и ясно, и ни одно слово не вырвалось наружу".

Линь Лян посмотрел на него так, словно тот держался в стороне, даже наполовину не был похож на лидера, и совсем не хотел верить в его бредни.

"Зачем нам встречаться для спарринга?" спросил Линь Лян, сдерживая гнев в своем сердце.

Янь Чжэнь улыбнулся: "Потому что я видел видео с твоим боем в университете А, твои удары были ровными и точными, это заставило меня скучать по тому маленькому слабаку, который получил по заднице и прибежал ко мне с Цзямином, шмыгая сопливым носом и плача горькими слезами слезами.

Линь Лян хотел сказать ему только два слова, услышав это: "Больной!". По воспоминаниям первоначального владельца, когда они проиграли бой, они просто встретили Янь Чжэня, маленького гражданского полицейского, который отвечал за тот район и не делал ничего другого, кроме как курил сигарету и бродил вслепую.

Линь Лян посмотрел на Цинь Цзямина, который все еще спал рядом с ним, и ударил его по лицу. Он чувствовал, что причина, по которой он выбрал Янь Чжэня, заключалась в том, что Цинь Цзямин постоянно хвастался ему о том, как хорошо его шурин разбирается в делах и какое сложное дело он раскрыл. Это заставило его подсознательно поверить, что Янь Чжэнь был праведным и положительным существом. Он совсем забыл, что когда он помогал в драке, он выбил дерьмо из группы школьников младших классов, которые еще даже не выросли! Хулиганский взгляд, который был у него, когда он помогал в драке, преследуя ту группу волосатых школьников младших классов, мочивших свои задницы и взывавших к своим матерям.

"Что? Вы, ребята, закончили разговор!" Цинь Цзямин, которого разбудили шлепком, спросил, вытирая слюну с уголка рта.

Лин Лян бросил на него беспомощный взгляд и посмотрел на Янь Чжэня: "Хорошо! Обещаю, помни о своих словах и береги голову, это дело не шуточное". Линь Лян постучал по столу и торжественно объяснил.

Янь Чжэнь удовлетворенно улыбнулся, опустил ноги на стол и встал, положив руки на стол, он был на голову выше Лин Ляна и снисходительно посмотрел на него: "Не волнуйся! Как, по-твоему, я стал директором этого департамента? Ты можешь спросить себя, сколько крупных дел я раскрыл своими руками, сколько раз я сталкивался со смертью, если у меня не было азарта! Если бы не было какого-то волнения, мне было бы неинтересно его принимать".

Способность Янь Чжэня занять пост директора в молодом возрасте была связана с деятельностью семьи Цинь, но ключевым фактором была его собственная сила. Это также было причиной, по которой Линь Лян в конце концов стиснул зубы и решил передать это дело ему. Хотя этот человек выглядел очень ненадежным.

"Хорошо, тогда позвони мне, когда найдешь какие-нибудь улики". Линь Лян достал бумажник и протянул Янь Чжэню платиновую визитную карточку.

Янь Чжэнь посмотрел на визитную карточку и улыбнулся: "Ты действительно богатый человек! Не волнуйся! Я обязательно буду держать твою визитную карточку рядом с собой". Он подмигнул Линь Ляну и сказал: "Ты должен носить с собой такую ценную вещь, и когда у тебя закончатся деньги, ты сможешь использовать ее как сигарету".

Линь Лян схватился за лоб и, не оглядываясь, вытащил Цинь Цзямин.

Янь Чжэнь посмотрел на спину Линь Ляна, когда тот уходил, и крикнул с улыбкой: "Не забывай всегда держать при себе мобильный телефон, когда у меня начнется зуд и не будет денег на еду, я позвоню тебе, обязательно будь на связи, я не люблю быть голодным, это сводит меня с ума.......".

Линь Лян с грохотом захлопнул дверь, заглушая противный голос Янь Чжэня за дверью: "Только посмей прийти и попробовать, я снесу тебе голову кнутом! Буду бить твою туловище как мяч!

Глава 87. Требуемое возмещение

Выйдя из Бюро общественной безопасности, Линь Лян взял Цинь Цзямина позавтракать в ближайшем заведении. Линь Лян ушел из дома рано, и специально вышел до того, как оператор программы "Искушение президента" пришел в дом Линя, поэтому он тоже не завтракал.

Они сели лицом друг к другу, и Линь Лян заказал две миски просяной похлебки и два ящика булочек, а также пончики и пирожки.

Линь Лян поднял голову после двух глотков похлебки и увидел, что Цинь Цзямин все еще вялый и неподвижный, "Что с тобой? Ты потерял свою любовь?"

Изначально Линь Лян просто сделал случайное замечание, но, к его удивлению, Цинь Цзямин вздохнул.

Цинь Цзямин надулся: "Ты сказал, что я переехал домой на неделю, почему Ронг Юаньдун не пришел ко мне домой искать меня? И до сих пор не было ни одного звонка, как ты думаешь, у него появилась новая поклонница?".

Линь Лян закатил глаза в отвращении: "Он осмелился? Я выпущу ему кишки". Он сказал, демонстрирую как он это будет палочками для еды! Он передал булочку Цинь Цзямину и приказал: "Ешь, даже этот парень стоит того, чтобы ради него не спать всю ночь, играя в игры?".

Цинь Цзямин взял палочки для еды и откусил булочку, отвечая на вопрос: "Кто сказал, что я не думаю о нем, я просто спросил".

Линь Лян холодно рассмеялся: "Ты уже стар, нет ничего постыдного в том, чтобы влюбиться, посмотри на меня, когда я отрицал, что мне нравится Гу Хэншэн?"

Глаза Цинь Цзямин расширились от удивления: "Тебе действительно нравится Гу Хэншэн? Разве вы не говорили, что вы партнеры?"

"Партнерам легко развивать отношения, что тут странного". Линь Лян сделал глоток каши и смущенно сменил тему: "Ронг Юаньдун - старый пердун, не такой невинный, как ты, он, вероятно, увидел, что слишком сильно давил на тебя раньше, и теперь изменил свою политику на мягкую. Меньше чем через неделю он проявит инициативу и придет к тебе".

Цинь Цзямин посмотрел на Линь Ляна с опаской: "Откуда ты знаешь, вдруг ему действительно надоело гоняться за мной, и он погнался за кем-то другим?"

"Тогда я найду десятки таких лисиц и очарую его до изнеможения, так что в следующей жизни он перевоплотится в 800 миль от тебя и не посмеет приблизиться ни на шаг". Линь Лян откусил булочку и заговорил ароматным облаком.

Цинь Цзямин вдруг почувствовал озноб по телу и поспешно сделал глоток просяной похлебки, чтобы согреться.

Основная деятельность компании заключается в предоставлении широкого спектра продуктов и услуг на рынке. Он посмотрел на фотографию соседа Цинь Цзямина, которая стояла на его столе, принимая душ, и жалобно захрипел.

Он чувствовал, что пришло время пойти и увидеть свое маленькое сердечко Цзямина. Если он будет ждать дольше, он будет страдать от любовной тоски, и если вокруг него было какое-то движение, он чувствовал, что это, должно быть, его маленький любимый зовет его. Я обвиняю Гу Хэншэна в том, что он подал ему плохую идею, что это за человек? Он живет уже 28 лет, и впервые начинает выпендриваться и указывать на вещи.

После завтрака двое вернулись в машину, Линь Лян спросил Цинь Цзямина: "Ты сегодня возвращаешься в школу или едешь домой играть в игры?".

Цинь Цзямин подумал: "Давай вернемся в школу! Если я снова пропущу занятия, мне придется провалить выпускные экзамены, и тогда папин хлыст можно будет снова выставить напоказ".

Линь Лян улыбнулся и погладил его по голове: "Хорошо, тогда я отправлю тебя обратно в школу. Если Ронг Юаньдун будет искать тебя, не подавай виду, постарайся вернуть ему вдвое больше, чем ты выстрадал за это время от него, лучше всего мучить его так сильно, чтобы он думал о тебе днем и спать ночью, все его существо не могло делать ничего другого, кроме как думать о тебе."

Цинь Цзямин посмотрел на него с недоуменным выражением лица: "Это немного некрасиво, я не знаю, как это сделать".

На самом деле Линь Лян и сам не знал, как это сделать, он просто сказал, что его опыт отношений также ограничивался Гу Хэншэном: "Это когда он просит тебя что-то сделать, а ты делаешь наоборот, когда ты недоволен, пусть зовет меня за деньгами".

"Почему я должен позволять ему давать тебе деньги!" Цинь выглядел растерянным.

"Он разозлил тебя, я пришел быть миротворцем, чтобы сгладить твой гнев, конечно, я хочу, чтобы он заплатил мне, я не могу работать бесплатно!". Расчеты Линь Ляна оправдались.

"Но что, если я притворяюсь, что сержусь?".

"Тогда пусть он позвонит еще, и мы вместе пойдем за покупками, пока не будем довольны".

Линь Лян отправил Цинь Цзямина обратно в университет Би. Затем он немного поспал в машине, и к тому времени, когда его разбудил водитель, он уже был в Pineapple Video.

Линь только что зашел в Pineapple Video и получил текстовое сообщение от Гу Хэншэна: "Детка, почему ты так рано встала, куда ты пошел?".

Линь Лян слегка нахмурился, на самом деле, с тех пор как он участвовал в "Искушении президента", он обнаружил, что Гу Хэншэн знает все о его жизни, и даже некоторые вещи лучше, чем он сам.

Долгое время он закрывал на это глаза, пока не наступил день, когда он подписал с Линь Литин договор об обороте акций.

Именно в тот день он вдруг понял, что Гу Хэншэн так заботится об акциях Линь.

"Внезапно я соскучился по Цинь Цзямину, поэтому я поехал к нему в гости, чтобы взять его на прогулку". Линь Лян закончил отвечать. Он отправил улыбчивый смайлик и убрал телефон.

Разве он не интересовался Лин? Затем он играл с ним в ладушки и смотрел, кто из чьих пяти пальцев сможет вырваться.

Когда они закончили репетицию к обеду, Линь Лян специально попросил Сяо Яня принести еду для обеих команд.

Все блюда были привезены Сяо Янем из Мин Лань Сюань, и, начиная с упаковочных коробок и заканчивая изысканностью блюд, на первый взгляд они были несравнимы с обычными закусками на улице.

Когда две команды сидели вместе в маленькой столовой программы, люди из команды Хань Си открывали свои коробки с едой, возбужденно крича: "Да здравствует брат Лян". Это было потому, что еда была настолько подавляющей, что это ничем не отличалось от того, чтобы пригласить всех в звездный отель на большой ужин.

Аромат еды привлек съемочную группу "Воображаемого времени" к столу, и нахальный главный режиссер подошел и взял волосатого краба своими палочками, протестуя перед Линь Ляном: "Шеф Линь, вы слишком предвзяты, я протестую перед вами от имени всей съемочной группы. "

Линь Лян беспомощно улыбнулся: "Я ничего не могу поделать, наш магазин ведет слишком много дел, поэтому мы можем выделить время только на то, чтобы сделать столько. Давайте подождем следующего раза! Я устрою всем праздничный банкет в самом дорогом звездном отеле, когда шоу закончится".

"Хорошо, тогда я обязательно пропущу с вами пару стаканчиков". Главный директор сказал неопределенно, поедая свежее крабовое мясо.

"Скажи, почему ты вдруг пригласил мою команду на ужин? Ты уже давно положил на меня глаз и, наконец, не можешь больше терпеть и собираешься сделать шаг, чтобы затащить меня в сумку?" Хань Си сидел напротив Линь Ляна и шутил.

"Да! Я давно в тебя влюблен! У меня нет денег, чтобы заплатить за усыновление!". Линь Лян взял палочки для еды, положил креветку в рот и согласился.

Хань Си решительно отказался: "Это не сработает, как вы можете называться Баочжу, если у вас нет денег? Это унижение!.

Линь Лян выглядел отвратительно: "Тогда забудь об этом, это невозможно, я не могу позволить себе заплатить ни цента".

Хань Си потерял дар речи: "Так я говорю, Лорд Железный Петух, что сегодня случилось, что ты вдруг стал так добр к нашей команде?"

"Спасибо". Линь Лян убрал улыбку, серьезно посмотрел на Хань Си и сказал: "Те несколько проектов, над которыми сотрудничали Линь и Хань, я знаю, что это ты, должно быть, убедил своего отца решить насущные нужды Лина".

Сердцебиение Хань Си ускорилось под взглядом Лин Ляна, он слегка покраснел у основания ушей и взял полный рот овощей, "Не совсем ради Линь, я хочу быть наследником Хань, в будущем не будет недостатка в твоей помощи, в лучшем случае она будет взаимной."

Линь Лян улыбнулся: «Не говори ни слова о твоей помощи, мой брат — человек, который никогда не сообщает ни хороших новостей и не плохих. Если бы я не начал подозревать, что кто-то тайно покупает акции Линь, я послал бы кого-то проверить. Судя по недавней ситуации с Линь, я предполагаю, что ваша взаимность должна ударить собаку по желудку».

Хань Си опустил голову и ел свою еду, больше не разговаривая. Линь Лян чувствовал, что на самом деле он просто хотел помочь семье Линь и даже не думал просить его о чем-то взамен.

Хань Си ел, опустив голову, его сердце сильно колотилось, он не смел поднять глаза на Линь Ляна, потому что его мучила совесть, конечно, у него был план, он хотел не возврата денег Линь, он хотел Линь Ляна как человека.

Глава 88. Снова в плену

"У вас есть деньги на руках?" Линь Лян надел одноразовые перчатки и начал чистить раков.

"Что? Вам не хватает денег?" Хань Си поднял глаза на Линь Ляна, а затем остолбенел, его взгляд уперся в его острые, жирные, красные губы, не в силах больше отвести взгляд. Линь Лян не мог есть острую пищу, но ему нравились креветки, и хотя они были лишь слегка острыми, он даже не успел доесть первую порцию, как громко выдохнул с открытым ртом.

Он не смог удержаться, поднял голову и проглотил полный рот слюны. Ему потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя, отвинтить термос с волчьей ягодой, который он принес с собой, и передать его Линь Ляну.

Линь Лян торопился, и ему было все равно, поэтому он взял и несколько раз глотнул. К счастью, вода в чашке была теплой и смешивалась с прохладной белой водой, поэтому она не обжигала.

"Акции компании стоят дорого, поэтому если я буду собирать их один, то много не соберу, и это мало что даст".

Он сказал, оглядевшись вокруг и понизив голос: "Если вы с моим братом последуете за мной и соберетесь вместе, то мы втроем, вероятно, станем силой, с которой будут считаться акционеры Гу".

Вокруг команда программы хватала еду у Линь Ляна и Хань Си, и было много препирательств, очень похоже на то, как в первые дни основания страны они ели большой горшок риса. Никто не заметил бы, о чем говорили двое сидящих по другую сторону, которые спокойно ели.

После разговора Линь Лян надел одноразовые перчатки и продолжил есть раков. Они были немного острыми, но не съесть их было невозможно, перед едой все было плывущим облаком.

Хань Си улыбнулся, он уже давно смотрел на Гу Хэншэна с недовольством, если бы он мог сделать так, чтобы что-то произошло у него под носом, он бы с радостью это сделал.

"У меня много денег, я займу их у папы, если не хватит, у него и так больше чем достаточно денег для трат". Хань Си рассмеялся. Он посмотрел на Линь Ляна, выдыхая и продолжая есть раков, он не мог не нахмуриться: "Ты еще не съел и двух кусочков риса, а уже ешь омаров, и все еще боишься специй, через некоторое время ты не съешь и двух омаров, и будешь сыт только от питья воды".

Линь Лян держал омара в руке, пряно выдыхая и глядя на него слезящимися глазами: "Мне нравится, когда я вижу его, я не могу не хотеть его съесть".

Хотя в душе он понимал, что слезы в глазах Линь Ляна были пряными, он был так тронут, что в глубине его души мгновенно поднялось сильное желание защиты.

Он поспешно протянул руку и взял палочки из миски Линь Ляна, набрал полный рот риса из миски перед Линь Ляном и поднес их к его рту: "Все в порядке, можешь есть, если хочешь! Я накормлю тебя рисом".

Линь Лян незаметно поднял голову и увидел, что два оператора, которые следовали за ним, оба перед ним, хватают блюда, чтобы поесть вместе со всеми, два телохранителя Гу Хэншэна тоже ели молча, и они быстрее, чем кто-либо другой, зажимали блюда. Как и ожидалось от человека из джунглей, его рука была другой.

Сердце Лин ьЛяна обрадовалось, он открыл рот и взял полный рот риса, которым его кормил Хань Си, думая в душе: "Неудивительно, что многие мужчины, чьи жены красивы и элегантны, которые могут подняться в зал и спуститься на кухню, все еще изменяют своим женам. Оказалось, что они хотят острых ощущений от того, что тайком совершают плохие поступки!"

Когда Хань Си увидел, что Линь Лян поел, его сердце разорвалось от радости, и он скормил ему второй кусочек. Линь Лян только собирался открыть рот, как зазвонил знакомый телефон.

"Малыш Лянь Бао, ты уже поел?" Голос Гу Хэншэна прозвучал в телефонной трубке.

Линь Лян взял трубку и приложил ее к уху: "Я ем раков, а ты позвонил до того, как я успел откусить два кусочка". В его тоне прозвучал смутный намек на жалобу.

"Малыш Лянь Бао, повернись".

Линь Лян мгновенно почувствовал холодок по позвоночнику, он медленно повернул голову, выключил звук на телефону, и увидел Гу Хэншэна, который стоял у задней двери маленькой столовой, одной рукой прижимая телефон к уху, а другую держа в кармане, как бог двери, весь холодный.

Позади него Су Ронг стоял прямо с двумя большими пластиковыми пакетами, которые выглядели так, будто в них должны были быть упакованы продукты питания.

Затем Линь Лян увидел улыбающегося Гу Хэншэна, когда из его мобильного телефона раздался нежный и магнетический голос: "Детка, рис хороший?".

Линь Лян вздрогнул, и телефон упал на землю. Гу Хэншэн слегка нахмурился, положил трубку и подошел, наклонившись, чтобы помочь Линь Ляну взять трубку.

"Почему ты здесь?" спросил Линь Лян, взяв трубку телефона, который передал ему Гу Хэншэн.

Гу Хэншэн сел рядом с ним: "Ты сказал мне сегодня утром, что соскучился по другому мужчине и взял того мужчину на прогулку рано утром, если бы я не был чем-то занят в то время, я бы уже спешил к тебе".

Гу Хэншэн бросил взгляд на Хань Си, который чистил панцири креветок, как будто ничего не случилось, холодные стрелы в его глазах метнулись в сторону Хань Си, Линь Лян смутился на некоторое время: "Почему бы нам не поесть в другом месте?".

"Нет, прямо здесь". Как только слова Гу Хэншэна покинули его рот, Шу Ронг поставил пластиковый пакет, который он нес, на стол, достал из него все продукты и открыл его, чтобы расставить их.

Гу Хэншэн поднял палочки и поднес креветку ко рту Линь Ляна: "Просто съешь пару кусочков острого, чтобы прийти в себя, ты не выдержишь, если съешь слишком много, это и для желудка не полезно. "

Первым делом он взял их в палочки, а затем улыбнулся и отправить очищенные креветки в рот Линь Ляна, слегка улыбнувшись: "Все в порядке, если тебе нравится, съешь еще немного, они станут не острыми по ощущениям если ты съешь больше".

Линь Лян не смел пошевелиться, он посмотрел на Хань Си и Гу Хэншэна, открыл рот, чтобы откусить креветку, которую поймал Гу Хэншэн. Хань Си тоже не смутился, плавно положил очищенные креветки в миску перед Линь Ляном: "Подожди потом, захочешь поесть, а потом ешь в удовольствие!"

"Лянь Бао будет есть только то, чем я его кормлю". сказал Гу Хэншэн, окинув Хань Си холодным взглядом.

Хань Си взглянул на Линь Ляна и улыбнулся: "Хочет ли он есть то, чем его кормят другие, или нет, не зависит ни от кого, кроме него самого".

Линь Лян в сердцах схватился за лоб, почему ему было так трудно взять полный рот креветок в тишине и покое?

Гу Хэншэн несколько секунд смотрел на Хань Си, затем опустил голову и поцеловал Линь Ляна в щеку на глазах у Хань Си, нарочито издавая звук поцелуя, затем сладко посмотрел на Линь Ляна и улыбнулся: "Потому что я его единственный парень! Наш ребенок теперь владелец цветка, как он может просто есть то, что ему дают нечистые люди?"

Голова Хань Си была покрыта черными линиями, и он сдержал желание бросить панцирь креветки в своей руке прямо в лицо Гу Хэншэна, а очищенное мясо креветки бросил себе в рот. Он ел его, стиснув зубы, как будто то, что он ел, было не креветкой, а куском говяжьего сухожилия.

Страница книги Переродиться в богатой семье, чтобы дразнить злодея в интернете

Table of Contents

Глава 1. Борьба

Глава 2. Встреча

Глава 3. Свист

Глава 4. Первая любовь

Глава 5. Захват еды

Глава 6. Антикварный магазин

Глава 7. Большое свиное копыто

Глава 8. Аукцион

Глава 9. Люди

Глава 10. Чудесные края

Глава 11. Булавка для воротника

Глава 12. Золотое бедро

Глава 13. Буржуазный хвостик

Глава 14. Волк с большим хвостом

Глава 15. Дитя Женьшеня

Глава 16. Дети мучений

Глава 17. Резка капиталистического лука-порея

Глава 18. Будь братом! Брат! Чувство собственного я.

Глава 19. Я смотрю на тебя

Глава 20. Господин Лян, вы понимаете?

Глава 21. Высоко! Это действительно высоко!

Глава 22. Поцелуй десяти миллиардов

Глава 23. Родить ребёнка , чтобы расплатиться с долгом

Глава 24. Зелёный лук

Глава 25. Дети! Младший брат, младший брат! Младший

Глава 26. Ревность

Глава 27. Будь моим парнем!

Глава 28. Дикий человек

Глава 29. Будущий муж

Глава 30. Таблицы

Глава 31. Вошла Тигрица и разорвала Лисицу

Глава 32. Господин Лян пьёт

Глава 33. После того как Линь Лян напился

Глава 34. Семейный ужин Цяо

Глава 35. Талисман

Глава 36. Линь Сяочэнь выходит в интернет

Глава 37. Предупреждение

Глава 38. Знойный Линь И

Глава 39. Укушенный змеей

Глава 40. Самое ненавистное

Глава 41. Королевские пески

Глава 42. Линь Лян заменяет вино

Глава 43. Поиски брата

Глава 44. Что происходит?

Глава 45. Месть Линь Ляна

Глава 46. Шоу начинается

Глава 47. Искушение босса

Глава 48. Братская любовь

Глава 49. Человек, который любил своего брата

Глава 50. Давай родим обезьянку

Глава 51. Объединение музыкального мира

Глава 52. Хобби Сунь Иня

Глава 53. Инцидент с избиением Линь Ляна

Глава 54. Беспокойство

Глава 55. Горячий поиск

Глава 56. Помощник по стажировке

Глава 57. Смертельный приговор

Глава 58. Благословения

Глава 59. Ты сильный, и я сильный

Глава 60. Альянс Хань Синя

Глава 61. Принятие Цинь Цзямина

Глава 62. Генерация кристаллов

Глава 63. Свет справедливости

Глава 64. Фан Сянь

Глава 65. Плагиат

Глава 66. Почему ты держишь ее

Глава 67. Общественное мнение

Глава 68. Переход к семье Гу

Глава 69. Ты скоро вырастешь

Глава 70. Любовь и убийство

Глава 71. Ты достоин?

Глава 72. Решите это лично

Глава 73. Хороший пес никогда не мешает

Глава 74. Тошнота

Глава 75. Препятствия

Глава 76. Передача акций

Глава 77. Знакомство с директором

Глава 78. Единственный родственник

Глава 79. Встреча

Глава 80. Больница

Глава 81. Будьте готовы

Глава 82. Жалоба

Глава 83. Судьба

Глава 84. Нежелание

Глава 85. Перемены! Государство!

Глава 86. Ненадежный директор

Глава 87. Требуемое возмещение

Глава 88. Снова в плену

О книге