«Кашель, кашель!»

Внутри моей груди что-то защекотало, а изо рта вырвался кашель. От всего этого моя голова начала сильно кружиться.

"Я обречена."

Это была первая посетившая меня мысль с тех пор, как я попала в этот роман.

"Я должна сыграть эту роль…"

Я играю роль Ларии Роуз Ростри в романе «Величайшее дело Империи».

У Ларии светло-розовые волосы, блестящие пурпурные глаза и милое лицо.

Она была невысокого роста, а круглые глаза выражающие особую нежность делали её внешность похожей на щеночка.

Но все, что в ней могло бы понравиться, это был ее внешний вид.

Она второстепенный персонаж, время которой было сильно ограничено. Она, то есть уже я, должна умереть в возрасте двадцати одного года.

Я уже умирала однажды в этом же возрасте, в моей предыдущей жизни, и теперь, переродившись, я снова обречена на смерть в двадцать один год.

«Кашель, кашель!»

Мне пришлось прикрыть рот полотенцем, так как я кашляла кровью.

"Какого черта, я единственная, на кого повесели всю работу Ростри?"

Мне четырнадцать, и прямо сейчас я иду на похороны графа Ростри и его жены, моих так-называемых родителей.

После попадания в это тело, мою голову естественным образом наполнили воспоминания из прошлого.

Ее отец и мать имели много долгов из-за многочисленных расточительных расходов. Они погибли в катастрофе, не оставив своей дочери ничего, кроме огромных долгов.

"В этом графстве у неня нет ни гроша. Первым делом я должна найти деньги!"

Я никогда не была рада жить в округе Рости.

Мои родители были ужасны, в их доме всегда было шумно. Отец отправил меня на Восток, чтобы я училась за границей, так как была излишне упряма и постоянно твердила, что мне, это все уже надоело.

"Это ведь похороны, но куда делись все мои родственники?"

- Мои деньги! Неужели только эта уродливая девочка сможет загребсти себе все их состояние?

На похоронах отсутствовали все мои родственники и даже друзья, поэтому меня быстро смогли окружить те, кому задолжали мои родители.

Я то и делала, что поглядывала на калитку из кладбища, пропуская слова присутствующих вокруг меня людей, мимо ушей. Все было из-за того, что сейчас должен был появится человек который полностью сожжет меня дотла

В оригинальной книге Лария не знала, что у нее был срок до дня ее смерти, об этом знали только два человека в мире.

Первым человеком была моя мать, жена графа Ростри, а вторым…

-А? Это, он…?

- Что здесь делает герцог Акард…?

Приподняв глаза я увидела высокий силуэт мужчины с темными волосами и ужасно красными глазами, который ступил на землю кладбища.

"Настоящая походка злодея…"

Ему было достаточно немного пройтись рядом, как его присутствие сделало атмосферу просто невыносимой.

"Герцог Акардский"

Герцог Карудин Иван Акардский.

Когда-то он был человеком чести, он спокойно проживал на своих землях, но все изменилось после смерти его жены. Потеряв её, он полностью сошел с ума.

Акард также был злодеем в оригинальной книге, у которого не было другого выбора, кроме как взять под контроль дворянство и императорскую семью.

Хотя с самого начала он не обладал огромной властью из-за своего запоздалого прихода в политику. Он много работал в фоновом режиме и, в конце концов, через несколько лет стал лидером аристократов.

"Ему даже удалось заключить помолвку для своего сына с принцессой".

Он думал, что заручившись поддержкой аристократов и императорских семьей он достигнет своей целей...

Но когда героиня, принцесса Элейн, влюбляется в главного мужчину Империи, а не в его сына, его мечта становится лишь пылью под ногами.

"В оригинальной книге никогда не упоминалось о его величайшей цели, ради которой он пошел на все свои преступления…"

Автор написал, что продолжение выйдет, когда он решит вопросы обмена иностранной валюты, но у меня так и не появилось возможности прочесть концовку, прежде чем я попала в это тело.

С его присутствием шумные похороны мгновенно стихли.

Все вокруг перестали болтать и вскоре красиво выстроились в очередь перед герцогом Акардом.

"Вот, что делают власть и деньги!"

Я была просто поражена.

"Моя роль не в том, чтобы стать злодейкой, но это было бы так круто… Я тоже хочу быть злодеем!

Не каждый смог бы сыграть роль злодея. Если же кто-либо рискнул утверждать обратное, то он был бы не более, чем самым глупым человеком на Земле.

Подумав об этом я не заметила, как передо мной без каких-либо колебаний предстал герцог Акард спросив меня:

- Тебе есть куда пойти?

На похороны мои родственники не пришли, оставив всю ответственность на ребенка. Графство было заложено и передано, а все слуги бежали.

- У меня нет… кашль!

Его глаза сузились, когда я закашлялась.

Я уже знала, что он собирался сказать мне.

- Тогда станешь ли ты моей дочерью, в качестве жены Эвана?

Это событие меня очень удивило, хотя я знала, что оно должно было произойти. Шокировало то, что он пришел ко мне так внезапно.

Таким образом, он предлагал мне преждевременно свадьбу ради политических интересов.

— Кха, кха!

Внутри моей груди что-то защекотало, а изо рта вырвался кашель. От всего этого моя голова начала сильно кружиться.Я обречена.

Это была первая посетившая меня мысль с тех пор, как я попала в этот роман.Я должна сыграть эту роль…

Я играю роль "Ларии Роуз Ростри" в романе «Величайшее дело Империи».

У Ларии светло-розовые волосы, блестящие пурпурные глаза и милое лицо.

Она была невысокого роста, а круглые глаза выражающие особую нежность делали её внешность похожей на щеночка.

Но всё, что в ней могло бы вам понравиться, было её внешним видос.Она второстепенный персонаж, время которой было сильно ограничено. Она, то есть уже я, должна умереть в возрасте двадцати одного года.Я уже умирала однажды в этом же возрасте, в моей предыдущей жизни, и теперь, переродившись, я снова обречена на смерть в двадцать один год.

— Кха, кхах!

Мне пришлось прикрыть рот полотенцем, так как я кашляла кровью.

— Какого чёрта я единственная, на кого повесили всю работу Ростри?Мне четырнадцать, и прямо сейчас я иду на похороны Графа Ростри и его жены, моих так называемых родителей.После попадания в это тело, мою голову естественным образом наполнили воспоминания из прошлого.Её отец и мать имели много долгов из-за многочисленных расточительных расходов. Они погибли в катастрофе, не оставив своей дочери ничего, кроме огромных долгов.

— В этом Графстве у меня нет ни гроша. Первым делом я должна найти деньги!

Я никогда не была рада жить здесь.

Мои родители были ужасны, в их доме всегда было шумно. Отец отправил меня на восток, чтобы я училась за границей, так как я была излишне упряма и постоянно твердила, что мне, это всё уже надоело.

— Это ведь похороны, но куда делись все мои родственники?

— Мои деньги! Неужели только эта уродливая девочка сможет загребсти себе всё их состояние?

На похоронах отсутствовали все мои родственники и даже друзья, поэтому меня быстро смогли окружить те, кому задолжали мои родители.

Я то и делала, что поглядывала на калитку из кладбища, пропуская слова присутствующих вокруг меня людей, мимо ушей. Всё было из-за того, что сейчас должен был появится человек который "сожжёт меня дотла".В оригинальной книге Лария не знала, что у нее был срок до дня её смерти, об этом знали только два человека в мире.Первым человеком была моя мать, жена Графа Ростри, а вторым…

— Ах? Это, он?..

— Что здесь делает Герцог Акард?..

Приподняв глаза я увидела высокий силуэт мужчины с тёмными волосами и ужасно красными глазами, который ступил на землю кладбища.Настоящая походка злодея…

Ему было достаточно немного пройтись рядом, как его присутствие сделало атмосферу просто невыносимой.Герцог Акардский.

Герцог Карудин, Иван Акардский.

Когда-то он был человеком чести, он спокойно проживал на своих землях, но всё изменилось после смерти его жены. Потеряв её, он полностью сошёл с ума.

Акард был злодеем в оригинальной книге, у которого не было другого выбора, кроме как взять под контроль дворянство и Императорскую семью.

Хотя с самого начала он не обладал огромной властью из-за своего запоздалого прихода в политику. Он много работал и, в конце концов, через несколько лет стал лидером аристократов.Ему даже удалось жениться на ней.

Он думал, что заручившись поддержкой аристократов и Императорской семьи он достигнет своей целей...

Но когда главная героиня, Принцесса Элейн, влюбляется в главного мужчину Империи, а не в его сына, его мечта становится лишь пылью под ногами.В оригинальной книге никогда не упоминалось о его величайшей цели, ради которой он пошёл на все свои преступления…

Автор написал, что продолжение выйдет, когда он решит вопросы обмена иностранной валюты, но у меня так и не появилось возможности прочесть концовку, прежде чем я попала в это тело.

С его присутствием шумные похороны мгновенно стихли.

Все вокруг перестали болтать и вскоре красиво выстроились в очередь перед Герцогом Акардом.Вот, что делают власть и деньги!

Я была просто поражена.Моя роль не в том, чтобы стать злодейкой, но это было бы так круто… Я тоже хочу быть злодейкой!

Не каждый смог бы сыграть роль злодея. Если же кто-либо рискнул утверждать обратное, то он был бы не более, чем самым глупым человеком на Земле.

Подумав об этом я не заметила, как передо мной без каких-либо колебаний предстал Герцог Акард спросив меня:

— Тебе есть куда пойти?

На похороны мои родственники не пришли, оставив всю ответственность на ребёнка. Графство было заложено и передано, а все слуги бежали.

— Нет… Кха!

Его глаза сузились, когда я закашлялась.

Я уже знала, что он собирался сказать мне.

— Тогда станешь ли ты моей дочерью, в качестве жены Эвана?

Это событие меня очень удивило, хотя я знала, что оно должно было произойти.

Шокировало то, что он пришёл ко мне так внезапно.

Он предлагал мне преждевременно свадьбу ради политических интересов.

Ранние браки не так уж редки в аристократическом обществе. По обычаю, малолетний ребёнок моего возраста не мог долго оставаться в благородной семье, потому что, взяв на себя малолетнего ребёнка и взяв на себя ответственность, члены семьи должны были дать ему или ей право наследования.

— Матильда была очень близка с твоей матерью.

— Матильда…

Так звали Герцогиню Акард, которая умерла при рождении сына.

— Если бы Матильда была жива, она бы обязательно привела тебя в наш дом. Вот почему я пришёл за тобой.

Моргнув пару раз я подумала про себя.

Враньё.Герцог Акардский – человек, которого привлекала только власть. Он не был таким чутким человеком, чтобы принять меня в память о своей любимой жене. Нет. Не настолько.

Согласно оригинальной книге, он случайно узнал о моей болезни и пытался заставить меня выйти замуж за его сына, чтобы воспользоваться моей запланированной смертью.Я знаю, как протекает оригинальная история! Я знаю обо всех тёмных событиях, которые могут произойти, и я хорошо знаю твои скрытые мотивы...

— Я отплачу все долги твоих родителей и обеспечу тебе достойную жизнь.

— Тогда, я с нетерпением жду свадьбы, отец, – быстро ответила я.

Хоть я и знала, как всё было в оригинальной истории, я не пыталась нарушить порядок, который изначально был заложен в книге.Не лучше ли умереть рано, но живя в роскоши, как в оригинале, чем умереть среди должников?

— …Отец?

Глаза Герцога Акардского смотрели на меня пронзительным взглядом.Забавно, что такой второстепенный герой второго плана, как я, не боится стоять перед таким огромным злодеем.

Я испуганно ответила:

— Извините, мне очень жаль. Я-я подумала, что теперь мы семья...

Наступила минута молчания.

— Всё в порядке, – сказал он тихим и холодным голосом, который заставил всех весьма понервничать.

— Пошли.

Я пошла за Герцогом Акардским.

По пути в Герцогство Герцог Акард остановился в Императорском Дворце, чтобы подать заявление о браке. В этом документе меня записали как Лария Роуз Акард.Как и ожидалось – всё это лишь для свадьбы или чего-то подобного

Мой муж Эван, который на год младше меня, учится в Академии, поэтому я его даже ни разу не видела.У Эвана была второстепенная роль в «Величайшем деле Империи», его описали всего несколькими строками.

И я, – будущая жена этого второстепенного персонажа.Зная мои способности, я должна была стать злодейкой… но вместо этого я получила это тело. Эх, как не повезло. Такой талант пропадает зря...

Обычно у злодейки было много денег. Проблема в том, но что у людей с деньгами тоже случаются неприятности. Но ничего не поделаешь, я стала героем второго плана без денег, здорового тела или значимых характеристик.Я должна была стать богатой и сильной злодейкой.

Прибыв в поместье, мне сразу предложили большую комнату с горничной.

К сожалению для меня, которая уже умирала, идти по заданному сценарию – было единственно правильным решением. Хоть я и знала, что послужит лекарством для моей болезни.Плоды дерева Оклазии.

...У меня есть пятилетний брат Фред.

У него такие же розовые волосы и фиолетовые глаза, как у меня. Хотя сейчас он далеко

Блат учился за границей в восточной стране, куда пути для сообщений были полностью закрыты из-за военных действий соседних государств.

Фред вернулся домой только после того, как я умерла, он рыдал перед моей могилой, бормотав название лекарства и о том, что он не успел доставить его мне.

— Заболевание лёгких – распространённое заболевание на востоке... Его можно было бы вылечить. Если бы ты ела по десять ягод дерева Оклазии каждый день в течение пяти лет, то осталась бы жива...Так что моя болезнь классифицируется как неизлечимая в Империи, лишь потому что они не знают, как её лечить.Однако проблема ещё была в том... что дерево Оклазии встречается крайне редко.

...

Я уже практически завершила свои планы.Лучшая концовка моей жизни – умереть после комфортного отдыха в шикарном доме.

— В следующей жизни постараюсь переродиться в месте получше и окажусь в теле богатой злодейки, пожалуйста...

Но неожиданно одно событие внесло серьёзные коррективы в мои планы.

Когда я прогуливалась по оранжерее рядом с моей комнатой, я увидела нечто странное.

— Ой? Это?..

Я остановилась.

В гостевой комнате герцога было посажено много деревьев Оклазии. Я не могла поверить своим глазам.

— Что? Мне это кажется? Это иллюзия?Как будто это кто-то специально подстроил.Это Божий знак, чтобы я продолжала стремиться к жизни, или это дар дьявола, который хочет заманить меня в ловушку?

Ха... Не уверена, что автор шутит надо мной, помещая лекарство прямо у меня на виду... и перемещая меня в эту несчастную девушку.

— Спасибо.Если это всё-таки не шутка, то это самый ценный и любезный подарок, который я когда-либо получала в своей жизни.

Будь, то Бог или Дьявол, в тот момент, я действительно поверила в чудо, и может всё не на столько плохо, как я ожидала. На мгновение я сложила руки и даже помолилась, чтобы выразить свою благодарность.

Тем не менее, было ошибкой думать, что я легко смогу сорвать эти ягоды и съесть.

— Я не могу съесть их все, говоря, что не сделав это умру...

Лёгкими движениями руки я аккуратно сорвала с дерева десять спелых ягод.Сейчас, или никогда, – подумала я с сияющими глазами.

Эти пухлые плоды размером с ноготь большого пальца, были очень мягкими.Хорошо. А теперь мне нужно прожить дольше двадцати одного года!

Ранние браки - не такая уж редкость в аристократическом обществе. По общепринятому мнению, маленький ребенок моего возраста не мог оставаться в благородной семье надолго, потому что принятие маленького ребенка и принятие на себя ответственности потребовало бы, чтобы члены семьи предоставили ему или ей право на наследство.

- Матильда была очень близка с твоей матерью.

"Матильда…"

Так звали герцогиню Акард, которая умерла при рождении сына.

- Если бы Матильда была жива, она бы обязательно привела тебя в наш дом. Вот почему я пришел за тобой.

"Вранье."

Моргнув пару раз я подумала про себя.

Герцог Акардский - человек, которого привлекала только власть. Он не был таким чутким человеком, чтобы принять меня в память о своей любимой жене. Нет. Не настолько.

Согласно оригинальной книге, он случайно узнал о моей болезни и пытался заставить меня выйти замуж за его сына, чтобы воспользоваться моей запланированной смертью.

"Я знаю, как протекает оригинальная история! Я знаю обо всех темных событиях, которые могут произойти, и я хорошо знаю ваши скрытые мотивы..."

- Я отплачу все долги твоих родителей и обеспечу тебе достойную жизнь.

- Тогда, я с нетерпением жду свадьбы, отец, - быстро ответила я.

Хоть я и знала, как все было в оригинальной истории, я не пыталась нарушить порядок, который изначально был заложен в книге.

"Не лучше ли умереть рано, но живя в роскоши, как в оригинале, чем умереть среди должников?"

- …Отец?

Глаза герцога Акардского смотрели на меня пронзительным взглядом.

"Забавно, такой второстепенный герой второго плана, как я, боится стоять перед таким огромным злодеем."

Я испуганно ответила:

- Извините, мне очень жаль. Я-я подумала, что теперь мы семья ...

Наступила минута молчания.

- Все в порядке.

Сказал он тихим и холодным голосом, который заставил всех весьма понервничать.

- Пошли.

Вот как мне удалось последовать за герцогом Акардом.

По пути в герцогство герцог Акард остановился в Императорском дворце, чтобы подать заявление о браке. В этом документе меня записали как Лария Роуз Акард.

" Как и ожидалось - все это лишь для свадьбы или чего-то подобного".

Мой муж Эван, который на год младше меня, учится в академии, поэтому я его даже ни разу не видела.

У Эвана была второстепенная роль в «Величайшем деле Империи», его описали всего несколькими строками.

И я, - будущая жена этого второстепенного персонажа.

"Зная мои способности, я опреленно должна была стать злодейкой… но вместо этого я получила это тело.

Эх, как не повезло. Такой талант пропадает зря..."

Обычно у злодейки было много денег. Проблема в том, но что у людей с деньгами тоже случаются неприятности. Но ничего не поделаешь, я стала героем второго плана без денег, здорового тела или значимых характеристик.

"Я должна была стать богатой и сильной злодейкой".

Прибыв в поместье, мне сразу предложили большую комнату с горничной.

К сожалению для меня, которая уже умирает, идти по заданному сценарию - было единственно правильным решением. Хоть я и знала, что послужит лекарством для моей болезни.

"Плоды дерева оклазии".

...

У меня есть пятилетний брат Фред.

У него такие же розовые волосы и фиолетовые глаза, как у меня. Хотя сейчас он далеко

Блат учился за границей в Восточной стране, куда пути для сообщений были полностью закрыты из-за военных действий соседних государств.

Фред вернулся домой только после того, как я умерла, он рыдал перед моей могилой, бормотав название лекарства и о том, что он не успел доставить их мне.

- Варварское заболевание легких - распространенное заболевание на Востоке ... Его можно было вылечить. Если бы ты ела по десять ягод дуба Окласии каждый день в течение пяти лет, то осталась бы жива...

Так что моя болезнь классифицируется как неизлечимая в Империи, лишь потому что они не знают, как ее лечить.

Однако проблема ещё была в том ...что окласийское дерево встречается крайне редко.

...

Я уже практически завершила свои планы.

Лучшая концовка моей жизни - умереть после комфортного отдыха в шикарном доме .

" Давай в следующей жизни постараемся переродиться в месте получше и окажемся в теле богатой злодейки, пожалуйста..."

Но неожиданно одно событие внесло серьёзные коррективы в мои планы.

Когда я прогуливалась по оранжерее рядом с моей комнатой, я увидела нечто странное.

- Ой? Это…?

Я остановилась.

В гостевой комнате герцога было посажено много деревьев окласии. Я не могла поверить своим глазам.

"Что? Мне это кажется? Это иллюзия?"

Как будто это кто-то специально подстроил.

"Это Божий знак, чтобы я продолжала стремиться к жизни, или это дар дьявола, который хочет заманить меня в ловушку?"

"Ха ... Не уверена, что автор шутит надо мной, помещая лекарство прямо у меня на виду...и перемещая меня в эту несчастную героиню."

- Спасибо.

Если это всё-таки не шутка, то это самый ценный и любезный подарок, который я когда-либо получала в своей жизни.

Будь, то Бог или демон, в тот момент, я действительно поверила в чудо, и может все не на столько плохо, как я ожидала. На мгновение я сложила руки и даже помолилась, чтобы выразить свою благодарность.

Тем не менее, было ошибкой думать, что я легко смогу сорвать эти ягоды и съесть.

"Я не могу съесть их все, говоря, что не сделав это умиру...."

Я лёгкими движениями руки, аккуратно сорвала с дерева десять спелых плодов.

"Сейчас, или никогда." - думала я с сияющими глазами.

Этот пухлый плод размером с ноготь большого пальца, был очень мягким.

"Хорошо. А теперь, давай поживём дольше двадцати одного года!"

Я больна.

Герцог Акардский ни разу не навестил меня за те три месяца, что я провела в Герцогстве.

Всё это время я постоянно ходила в оранжерею и ела плоды Оклазии. Благодаря этому моё головокружение полностью исчезло, а кровяное давление значительно снизилось.

Но я ещё не совсем оправилась.

— Кха!

Я закашлялась и пролила кровь.

— Ох, опять кровь!

Моя горничная Лиза удивилась и быстро вытерла мне рот носовым платком.

Она брюнетка с карими глазами. Ей чуть за двадцать, но она относительно спокойная и способная горничная.

— Я-я в порядке, – ответила я, касаясь лба руками. — Что у нас сегодня на повестке дня? Давай начнём с самого начала.

— Но…

— Быстро.

Сегодня я покидаю Герцогство Акард. Сегодня я должна поехать в Академию с моим тестем, чтобы забрать Эвана.

Это будет моя первая личная встреча с Герцогом Акардом после похорон.

— Я принесу вам новый носовой платок.

Лиза зашагала вниз по лестнице.

Я не должна расстраивать Герцога Акарда, величайшего злодея в этом мире...

Так как Герцог Акардский занят тёмным бизнесом, он остался равнодушен к сыну.

Мало того, что он отправил Эвана в Академию, как только ему исполнилось шесть, Герцог даже женил меня на нём, пока он ещё был в Академии.

Женится в возрасте тринадцати с девушкой, с которой он никогда не встречался...

Мой брак с Эваном вызвал большой переполох в аристократии.

Внешне причина нашего брака была проста. Обе наши матери были очень близки друг другу, так что, если бы Герцогиня Акардская была жива, она приняла бы меня безоговорочно.

Так как все знали, что Герцог Акард заботится о своей жене, никто не почувствовал бы подозрений.

Хотя, конечно, это был всего лишь предлог. Настоящая причина, по которой он вдруг взял меня в качестве своей невестки, заключается в том, что…

Герцог Акардский знает, когда я умру.

То, что у меня смертельная болезнь, – это полная тайна, которую знала только моя мать.

Однако Герцог Акардский подслушал слова моей матери, которая пришла на могилу матери Эвана и высказалась по поводу моей болезни.

Вот почему меня привезли сюда вскоре после того, как мои родители погибли.

Теперь Герцог Акардский находится под политическим контролем, поскольку его власть начала пугающе расти.

— Герцог Акардский пытается контролировать даже брак Императорской четы.

Некоторые уверены, что он наступил на "бутон на золотом поле". Отсюда и начали распространяться такого рода злонамеренные слухи.

И слухи эти правдивы.

Однако из-за разногласий он остаётся Герцогом Акардским. Ему ещё предстоит развить свою силу как злодей.

Поэтому Герцог Акард решил использовать меня, чтобы избежать этого, пока не вырастет его сын.

После того, как Эван женился на мне, другие люди вздохнули с облегчением, сказав:

— Акард не собирался влиять на Императорскую семью.

Основываясь на этом плане, Герцог Акардский смог получить достаточно власти, чтобы его сердце было удовлетворено до дня моей смерти.

Примерно через семнадцать лет Акарды соберут небольшое и мощное войско, и не будет причин опасаться их.

Последней невесткой, которую он имел в виду, была не я, а Элани. Она – единственный человек, который имеет прямое влияние на Императорскую семью, и это будет национальным браком.

Если я умру, он собирается заставить Принцессу и Эвана пожениться.

На самом деле, в книге Эван и Элани поженились сразу после моей смерти, и она стала Принцессой Акард.

Но проблема в том, что… Я не собираюсь умирать.

Я далека от первоначальных планов злодея.

Но… что, если я не умру к двадцати одному году?

Согласно Имперскому закону, развод недопустим. Так что я окажусь в таком положении, что не смогу развестись. Так что, если я всё ещё буду жива, должна ли я буду заставить Эвана и Элани быть друг с другом?

Как поведёт себя Герцогиня Акардская?

Я стала его невесткой, потому что он думал, что Эван овдовеет...

Не имеет значения, пойдёт ли оригинальная история по-другому, но довольно страшно видеть, как злодей сходит с ума.

Если я не умру к тому времени, возможно, тогда он сам убьёт меня.

У меня пересохло во рту от всех этих рациональных мыслей.

***

— Прошу прощения за опоздание.

Сбегая вниз по лестнице, я заметила Герцога Акарда.

Ох, он просто ужасен.

Герцог Акардский испускает пугающую ауру.

— Всё в порядке.

Он говорил коротко, смотря на меня сверху вниз своими холодными глазами.

Даже в оригинальной истории про меня мало писали, словно я уже была трупом... И, по иронии судьбы, я умерла вскоре после этого.

Я всего лишь способ описать, как Герцог-злодей использовал брак своего ребёнка, чтобы жаждать власти.

Персонаж, который умирает тихо, без какого-либо повествования или характеристик.

— Ты выглядишь лучше, чем когда я видел тебя в последний раз.

Я была поражена, услышав слова Герцога Акарда.

Я предположила самое худшее, что меня убьют, если всё пойдёт не по его плану.

Я должна держать это при себе.

Нельзя позволять никому узнать, что я лечу свою болезнь сама!

К счастью, плоды Оклазии действуют очень хорошо и помогают быстро улучшить моё здоровье.

Еда здесь очень вкусная, поэтому я хорошо питаюсь. Сад тоже красивый, поэтому я часто в нём гуляю…

Если бы он знал, что я не собираюсь умирать, он мог бы убить меня прямо сейчас и выставить всё как несчастный случай.

Моё легкомысленное воображение о подготовке к худшему становилось всё более пугающим.

И пока я дрожала внутри, Герцог Акардский небрежно произнёс:

— Такое чувство, что ты немного прибавила в весе.

Я в заднице.

Он повернулся, чтобы приготовить лошадей, не слушая моего ответа.

— О-отец!

Я отчаянно позвала его.

Он медленно оглянулся, посмотрев на меня.

— ...Отец?

Я всегда называла его по титулу.

— Да, отец! – сказала я с отчаянно вымученной улыбкой. — Е-если тебе не нравится…

— Нет.

Я едва смогла вздохнуть с облегчением, когда он сказал "Нет", беспокоясь о возможном унижении.

— Что ты хотела?

Его красные глаза горели яростью, когда он смотрел прямо на меня.

Я никогда не должна отступать, иначе он начнёт сомневаться, что я на самом деле не больна.

Поскольку мы всё равно не часто виделись, я решила, что способ избежать подозрений – показать свою уязвимость. Мне кажется, что я вот-вот выкашляю кровь.

— Я... я хотела бы поехать с тобой в карете.

— ...Что?

— Я хочу поехать с тобой в карете, отец.

— Почему?

Почему… Мне нужно, чтобы он подумал, что моё время ограничено.

Хотя я не мог сказать правду.

— Позже пойдёт дождь, так что, боюсь, ты простудишься, если поедешь верхом...

— Пойдёт дождь? Небо чистое.

— Ха-ха-ха, ты прав. Но завтра наверняка пойдёт дождь…

И всё же он не сдвинулся с места. Можно даже сказать, что он сейчас ошеломлён.

Ах, разве использовать погоду в качестве оправдания - плохая идея?

— Правда в том, что...

Поэтому я решила продать ему свою душу.

— Просто... Теперь, когда мы семья, я хочу, чтобы мы были ближе.

...Сработало?

Пока я ждала его ответа с бьющимся сердцем, он сам подошёл к дверце кареты.

— Пойдём.

— Что?

— Садись первой.

Ох, это успех.

Немного страшно ехать в карете наедине с самым страшным злодеем, но это лучше, чем быть заподозренной в том, что ты становишься здоровее.

Поэтому я села напротив него и отправилась в Академию.

Он скрестил руки на груди, и на его лице застыло страшное выражение.

Он не должен закрывать глаза. Мне нужно показать ему, что меня тошнит.

Ему не стоило ехать в карете с такими неловкими звуками.

В конце концов, я начала болтать, так что он не закрывал глаза.

— Я никогда раньше не видела Эвана. А Эван знает, что он женат?

— Не знает.Какой замечательный отец.Привет, я впервые вижу тебя перед зданием Академии. Меня зовут Лария, и я на год старше тебя. Да, кстати, я ещё и твоя жена, – он потерял дар речи.

— Понимаю. И вот однажды, в возрасте тринадцати лет, он заканчивал Академию и внезапно обзавёлся женой...

— ...Верно.

Ранние браки не редкость у аристократов, но никогда не было таких случаев, когда дети вступали в брак, без их же согласия.

Для абсолютной власти сын использует любые средства... Но если всё пойдёт вразрез с его целями, мне будет легко, верно?

В оригинальной работе Герцог Акардский делал всё для достижения своей цели.

Чем больше я думала об этом, тем больше убеждалась, что меня не поймают на отклонении от плана злодея.

— Надеюсь, я понравлюсь Эвану.

Я посмотрела в жуткие красные глаза Герцога Акарда и быстро добавила:

— Я хочу поладить с Эваном.

— Почему?

Я ответила ему с широкой улыбкой, потому что хотела произвести на него впечатление.

— Я думаю, если он будет похож на тебя, то будет очень красивым.

Ты ведь улыбаешься, да? Правда?

И в это же время.

Я почувствовала что сейчас закашляю.

— Я буду счастлива с тобой и Эваном... кха, кха, кха!

Потрясающе.

Кровь выступила на носовом платке, прикрывавшем мне рот.

Я всё ещё больна! Он сказал, что я выгляжу лучше, чем в первый раз, когда он увидел меня, и набрала вес, но видишь, всё плохо! Поторопись и посмотри на меня!

Когда кашель прекратился, я подняла глаза на Герцога Акарда и пристально посмотрел на него.

— Кха…

Я нарочно повернула носовой платок и вздохнула.

— Ничего страшного, это происходит с тех пор, как я была ребёнком...

Герцог Акардский ничего не ответил.

— Прошу прощения, – тихо пробормотала я, опуская глаза.

Последние несколько дней я практиковалась в этом перед зеркалом. Я выглядела мило, но когда я делала угрюмое выражение, оно показывало мою грустную и жалкую сторону.

Нет... нет...

Я уже приготовилась ответить, но он произнёс совсем другое.

— Скажи мне...

Нет, разве он не должен спросить меня, больна я или нет?

— Что?

— Ты думаешь, что "будешь счастлива со мной и Эваном"?Хм-м...

— Ну, думаю, это зависит от нас...

Однако слишком страшно сказать, что это было простым вежливым вопросом без особых раздумий.

Я продолжила.

— Но... Кхах.

Кашель был лучшим способом убить тишину.

— Кек, кхе-кхе.

Немного позже я начала перечислять вещи, которые делает гармоничная семья.

— Мы будем кушать, говорить о том, что произошло в конце дня, гулять, устраивать пикники…

— …

Я отчаянно придумывала, что же ещё сказать, чтобы не слушать тишину.

— Если будет повод, мы можем организовать праздники, а если будут трудные времена, мы можем утешать друг друга. Если будет что-то весёлое, мы можем посмеяться вместе. Мы можем позаботиться друг о друге...

Я не могла думать ни о чём, кроме этого.

Но после этих слов я кое-что поняла.

Несмотря на то, что я всё это придумывала, пытаясь приспособиться к ситуации, я поняла, что это было то, что я действительно хотела делать.

В прошлой жизни у меня не было семьи, и я никогда ни с кем не делала ничего подобного.

Я была несчастлива в прошлой жизни.

— Так вот чем ты занималась в семье Ростри?

Конечно, Ростри – семья далеко не любящая.

Мой отец, Граф Ростри, был хулиганом. Он был неверен и заводил романы с другими дамами.

Даже мой брат, который уехал учиться на восток вопреки своему отцу, сказал: "Учиться за границей – это всё равно что депортация. Они просто выгнали меня и отправили в государственную Академию, где обучение бесплатное, а проживание дешёвое".

Морской путь был перекрыт три года назад с появлением зверя.

До возобновления морского пути ещё более шести лет. В то время главный герой оригинального романа быстро двигался и зарабатывал на торговле большие деньги. А потом он услышит (брат) о смерти всей своей семьи.

В любом случае, я должна был считать своего старшего брата кем-то, кто не существовал в этой истории.

Мой отец увлекался всеми видами азартных игр и никогда не давал мне никакого наследства.

Единственное, что у меня осталось, – это долги, а не наследство. Именно Герцог Акардский расплатился со всеми долгами.

Это может быть ещё одной схемой, которая была заранее спланирована.

Тем не менее, он был благодетелем, который сделал меня Принцессой, от кого-то, кто чуть не умер в сиротском приюте.

Даже если бы я сбежалп из Герцогства Акард прямо сейчас, мне некуда было бы пойти, и у меня не было ни пенни.

— Нет…

Я медленно покачала головой.

— Знаешь, я с ними не ладила... потому что мой отец редко приезжал домой.

— Понимаю.

— Поэтому я хотела начать жить по-другому со своей новой семьёй.

Я ухмыльнулась, держа в руке окровавленный носовой платок.

— Когда я впервые встретила тебя, я думала, что хочу выглядеть максимально прилично. Ты заплатил все мои долги... и стал моим благодетелем. Так что я сделаю всё, что в моих силах.

Герцог Акардский ничего не сказал, просто уставился в окно и тихо вздохнул.

Потом он достал что-то и протянул мне.

— Отец?

Я растерянно заморгала, когда он протянул мне чистый носовой платок.

— Выброси этот платок. Он весь в крови.

Ох... но разве ты не ужасный человек.

Но тут уж ничего не поделаешь. Лучший способ показать, что я больна, – это кашлять кровью.

— Спасибо, отец!

Я ничего не могу с этим поделать.

Я здесь самый слабый человек, поэтому мне пришлось умолять о том, чтобы выжить. Поэтому я должна быть смиренной личностью.

— Я им воспользуюсь. Большое спасибо!

— Это всего лишь носовой платок...

— И всё же, – сказала я, складывая полученный платок и держа его в руках. — Мой отец никогда так обо мне не заботился.

— ...Хм-м.

Герцог Акардский больше ничего не говорил, пока мы не прибыли в Академию.

Я тоже молчала и больше не кашляла.

— Герцог, Маленькая Госпожа.

Подошёл слуга и открыл дверцу кареты.

— Мы приехали.

Ох, мне было немного неловко слышать титул "Маленькая Госпожа", ведь мне всего четырнадцать.

Отныне они всё равно будут звать меня просто Лария.

Услышав вежливые слова слуги, мы вышли из кареты.

Академия Эвана более нормальная и немного меньше Герцогства.

Ну, на западе богатые и влиятельные дети обычно получают образование дома.

Дети низших аристократов не могли позволить себе домашних учителей и просто ходили в Академию.

Герцог Акардский безответственно поставил своего единственного сына в такое положение.

— Я уже много лет не видел его.

Затем Герцог резко обратился к своему слуге:

— Закажи сотню высококачественных носовых платков.

Ты хочешь, чтобы я постоянно кашляла кровью?

Глава 4.

Эван Рино Акард.

Единственный наследник злодея Герцога Акардского.

Он вырос как один из тех людей, которые привыкли к равнодушию отца, и он странный человек, у которого нет эмоций.

Конечно, он симпатичный парень, как и его отец, но он всего лишь кукла с тонкой внешней оболочкой и пустой душой.

Человек, который безразличен ко всем человеческим контактам, который даже не интересуется своим окружением.

Когда умерла его смертельно больная жена, он не проронил ни слезинки!

С тех пор, даже если его снова женили, у него не было нормального брака, что приводило к тому, что ему открыто изменяли.

После обладания этим телом, я не думаю, что оригинальная история была такой уж замечательной...

Оригинальная история была в основном о Элани, главной героине, ведущей главного героя-мужчину, который является её истинной любовью во время её политического брака с Эваном.

В то время, Эван…

Хотя он и знал всё, он был бесчувственным. Как будто у него не было ни надежд, ни ожиданий. Проблема заключалась в том, что Империя предчувствовала их развод.

Это было огромным препятствием для мужчины и женщины. Так главная героиня Элани создала свой собственный закон о разводе.

Концовка была такова, что Элани заставила злодея расправиться с противником, а затем сбежала с главным героем мужского пола.

Значит, великим мечтам Герцога Акардского не суждено сбыться.

Эван и Элани не могли продолжать свой брак и быстро расстались, поэтому они не могли взять под контроль Королевскую семью.

Интересно, чего он хочет? Почему ты так одержим властью, что хочешь захватить Императорский двор? Я не знаю, что случилось с Герцогом Акардским после его смерти.

Если бы я знала, что стану членом общества Герцога Акарда, я бы читала книгу более внимательно.

Перед главным входом в Академию, семьи, празднующие окончание Академии, раздавали букеты.

Среди этих людей был и Эван, стоявший неподвижно, без всякого выражения на лице. Конечно, Герцог Акардский не приготовил никаких букетов.

Он подтолкнул меня к Эвану и коротко сказал:

— Это твоя жена.

Кто бы не был в шоке, если бы кто-то вдруг подошёл к парню, который только что закончил школу, толкнул перед собой девушку и представил её как "твою жену"?

— Понятно.

Ох… Я думаю, он этого ожидал.

— Всё в порядке, – ответил он, не меняя выражения лица.

Эван был очень похож на Герцога.

Чёрные волосы, его рост был довольно высок для тринадцати лет, и равнодушные красные глаза были полностью развиты, несмотря на то, что он всё ещё был ребёнком.

Несмотря на то, что он на год младше меня, он похож на моего старшего брата.

Он действительно красив, но не производит хорошего впечатления...

В оригинальной книге было сказано, что у него красивая и соблазнительная внешность.

В отличие от главного героя, который может похвастаться освежающим и лукавым обаянием, у Эвана внешность была мрачная и упадническая.

Он выглядит старым для своего возраста...

Но есть миф, что человек, который выглядит старым, когда он ребёнок, в конечном счёте будет выглядеть моложе, когда он станет старше.

Было также упомянуто, что его лицо не менялось с течением времени с самого раннего возраста. Я улыбнулась, утешая себя тем, что когда-нибудь настанет время, когда я буду выглядеть моложе своих сверстников.

— Лария Роуз Ростри... нет – Лария Роуз Акард.

Я вежливо представилась.

— Поздравляю с окончанием Академии.

Я сказала, что поздравляю его с окончанием Академии, так как Герцог Акард даже не потрудился этого сделать.

— Приятно познакомиться.

— Да.

Его ответ был коротким.

Что и следовало ожидать, он мальчик без эмоций.

Понятно, что он даже не ожидал, что отец поздравит его с окончанием Академии.

Конечно, он человек, которому всё равно, умерла его жена или у неё роман...

Трудно назвать его переменным в моей будущей жизни, потому что мне было бы неинтересно, что он будет делать.

Но…

— Два месяца назад я получил письмо от твоего учителя. Почему ты ударил своего одноклассника?

Он кого-то ударил?

Я навострила уши.

Эван на год младше меня, но он намного выше и имеет лучшее телосложение, чем его сверстники.

Думаю, будет очень больно, если он ударит кого-то.

— Прошло уже три недели с тех пор, как меня отстранили от занятий.

Боже. Три недели.

Я спокойно выслушала вопрос Герцога и промолчала.

— Он солгал мне.

— Что?

— Он называл меня другом, а потом ругался и критиковал меня за моей спиной.

Ой. Ты, должно быть, расстроился.

Сначала я думала, что он не заботится о других, но, похоже, у него всё ещё есть какие-то эмоции, так как он ещё молод.

Эван спокойно продолжал:

— Я ударил его на глазах у всех, потому что не хотел быть таким же, как он.

Он добавил: — Я не выношу лжи.

— Понятно.

— Особенно мне не хотелось притворяться, что мы знакомы.

— Ага.

Я с изумлением посмотрела на Герцога Акарда.

Ты… ты же не собираешься его ругать?

Во всяком случае, он его ударил! Три недели – это мелочь для детей!

Но Герцог Акардский лишь коротко ответил:

— Ребёнка, который плохо обращается с дружбой, следует наказать.

Как и ожидалось, трёхнедельное отстранение оказалось пустяком.

Тогда моя маленькая жизнь ничего бы не значила.

Должно быть, разговор окончен, раз Герцог Акард указал на меня и сказал:

— Держись поближе к ней.

Почему ты вдруг это говоришь?

— Она хочет поладить с тобой.

Н... ну…

— Она сказала, что семья должна заботиться друг о друге.

Пот струился по моей спине.

Даже если он сказал, что Эван легко со мной поладит, что, если мы не поладим? Меня он тоже ударит?

Мы с Эваном такие разные.

Почему он меня так представляет?

Не думаю, что он отпустит меня только потому, что я женщина.

Особенно теперь, когда моё тело слабое, как лист бумаги, я уверена, что мне будет очень больно, если меня ударят.

Если это когда-нибудь случится… Мне придётся полежать три месяца, как Барону Герриогу, который три недели не мог встать.

У меня нет другого выбора.

— Да, давай поладим.

Я улыбнулась и ласково сказала.

— Ты даже не представляешь, как я хотела с тобой познакомиться, Эван.

Так как он безразличен ко мне, лучше всего сказать это прямо сейчас.

— Давай станем любящей парой.

Зрачки Эвана на мгновение удивлённо уставились на меня.

— Да, давай.

Хм-м, а у него сзади шея немного покраснела…

Или мне это показалось?

Глава 5.

Уже смеркалось, когда я вернулась в Герцогство Акард.

Я должна съесть ягоды дерева Оклазии!

Я не собиралась умирать.

Как только я вернулась в Герцогство, я улизнула и съела несколько ягод Оклазии.

Если я буду есть их регулярно, то вылечусь, верно?

Когда я только начала есть Оклазию, моему телу определённо стало лучше. Всё это происходило так быстро, что я не знала, действительно ли всё было так замечательно.

Но если я уйду прямо сейчас, то кончу тем, что умру чуть позже. Я ещё не совсем исцелилась.

Я должна зарабатывать много денег, чтобы у меня было всё самое лучшее, что есть здесь.

Я останусь здесь как можно дольше.

Кроме того, я не могу поверить, что здесь так много деревьев Оклазии, которые помогают поддерживать моё здоровье.

Оранжерея была даже рядом с моей комнатой. Это было лучшим решением, так как мне не нужно было искать лекарство.

Самое лучшее, что я могу сделать, – это вылечиться и тайно сбежать.

Мой тесть и мой совершенно равнодушный ко мне муж.

Это единственные два человека, которые не должны знать правду.

Конечно, мне придётся быть осторожнее рядом с Герцогом, поскольку у Герцога Ричарда повсюду есть глаза и уши.

Лиза, служанка, которая привязана ко мне, тоже может быть пешкой Герцога Акарда, так что пока я должна быть настороже.

Я смогу это сделать. В актёрском мастерстве я достигла десятитысячного уровня.

Решив выжить, я составила конкретный план.

План А.

Я должна как-то выжить здесь, тайно накопить кучу денег и сбежать. Слишком трудно убежать без денег.

Это был аккуратный и безопасный план, но очень долгий.

И План Б.

Я застряну здесь.

Меня полюбит Герцог Акардский, и он решит: Эй, я лучше буду жить с Ларией, чем стану править Императорской семьёй!

Если я не справлюсь, разве все меня не возненавидят? Они вынут у меня печень и желчный пузырь.

Герцог Акардский хотел взять под свой контроль аристократию и Императорскую семью. Она знала его мечту стать злодеем…

Разве "План Б" не будет успешным, если я всё сделаю правильно?

Я хочу знать, чего хочет Герцог Акардский, но у меня нет никакого способа узнать это.

Вместо того чтобы бежать одной и жить, прячась.

Вместо этого я хотела жить хорошо, даже если это была семья, у которой с самого начала были злые намерения.

Честно… когда он предложил оплатить мои долги на похоронах, я была потрясена.

Он мой спаситель.

Однако я не могла исключить возможности, что Ричард изменится к лучшему для своей невестки в обмен на свои амбиции.

Я должна быть осторожна. Пока что я буду готовиться к "Плану А".

"План Б", казалось, было хорошей идеей, чтобы сохранить как далёкую мечту. Трудность заключалась в выигрыше в лотерею.

"План А" и "План Б" – это как если бы наёмный работник, работающий в компании, играл в лотерею.

Поэтому я пришла к выводу, что сделаю всё возможное с "Планом А" на данный момент.

К счастью, главный герой Сеймур из романа "Великая сделка Империи" чрезвычайно капиталистичен и трудолюбив, чтобы собрать деньги.

Я думала, что смогу легко заработать деньги, используя эту информацию.

Когда я поднялась в свою комнату после того, как съела ягоды, книги, которые я никогда не видела, были сложены в комнате.

...Что это?

Первоначально в моей комнате не было книг.

Теперь, когда мой муж здесь, они хотят, чтобы я училась?

За все время моего пребывания здесь я ничего не делала.

Герцог Ричард не дал мне денег на образование, в котором я нуждалась.

Конечно, он не играл никакой роли в обществе

Он просто оставил меня в покое. Как будто это моя роль – тихо умереть.

Ну, может быть, для него это слишком. Может быть, это выглядит так, будто мне очень весёло.

С лёгким уколом я открыла верхнюю книгу.

...А?

Я сердито прикусила нижнюю губу. То, что я открыла, не было книгой.

Читать сказки, пока не уснёшь, гладить тебя по голове, делать комплименты, делить с тобой любимую еду, гулять и говорить обо всём вместе, выбирать одежду для важных случаев.

Это был дневник.

Даже дневник был озаглавлен: "Если бы у меня была мать". Я поспешно закрыла дневник и положила его на место.

Нет, нет. Почему дневник Эвана лежит здесь?

Я подумала, что сделала что-то очень плохое, поэтому бросилась к кровати и закрыла глаза.

Да, каким бы бесчувственным ни был этот человек, когда вырастет, Эван всё ещё ребёнок.

Эван, которым пренебрегали из-за равнодушия отца, поступил в Академию, когда ему было ещё шесть лет.

Он не был бесчувственным к людям с самого начала.

Мне было бы жаль, если бы я стояла там одна среди детей, которых поздравляли родители.

Возможно, я была более обеспокоена, потому что в прошлой жизни была сиротой.

Обычно безразличие родителей терпимо, но в особых случаях оно становится ещё более одиноким.

После того как я стала взрослой, мне стало лучше, но ребёнок, который думает, что его не любят, всегда жалок.

Но... – подумала я, успокаивая колотящееся сердце.

...Это именно то, чего я хотела раньше.

Единственный, кто был достаточно слепо добр, чтобы защитить его, был хорошо осведомлён о чувстве, которого он отчаянно хотел.

Пока я лежала неподвижно с бьющимся сердцем, дверь внезапно открылась.

— Лиза? Ты должна была постучать.

Лиза была единственной, кто вошёл в мою комнату, поэтому я сказала это довольно небрежно.

— А почему в моей комнате куча книг?..

Хотя после этого я уже не могла продолжать.

— Я иду в свою комнату. Мне обязательно стучать?

Я широко раскрыла глаза.

Это был резкий голос Эвана.

— И все эти книги мои. Я позабочусь о них, так что ничего не трогай.

Невозможно. Я медленно поднялась с ужасным чувством в груди.

— Свою... комнату?

— Значит, ты думала, что это твоя собственная комната?

Я небрежно ответила:

— Это моя комната.

Ну, эта комната слишком просторная и роскошная, чтобы я могла пользоваться ею в одиночку.

Каким-то образом кровать оказалась шире, чем нужно, половина шкафа была пуста, а книжная полка была пуста. Однако никто не объяснял мне почему.

— Мы пара, поэтому нам нужно жить в одной комнате.

Ну, мы уже были официально женаты, так что у нас нет никаких причин пользоваться отдельными комнатами.

— Но я не готова делить комнату с мужчиной...

Эван продолжал без всякого выражения:

— Ох, и давай обсудим кое-что.

— Да. Что?

Я рассмеялась так сладко, как только могла, потому что была виновата в том, что заглянула в его дневник.

Тем не менее, даже я не могла контролировать выражение своего лица при его последующих замечаниях и широко открыла рот.

— Даже если мы и будем спать на одной кровати, я пока не хочу детей.

— ...Что?

— Я пока не хочу иметь детей.

Я ничуть не смутилась, но то, что услышала, лишило меня дара речи.

— Я думаю, что мы должны, по крайней мере, стать взрослыми, если хотим взять на себя полную ответственность за ребёнка.

Ты с ума сошёл? В тринадцать лет?

Пока я слушала всё, что он говорил, мои уши покраснели.

— Значит, в постели мы не будем держаться за руки.

— ...Хм?

Я моргнула.

— Ты не знала? Что ж… Я тоже только что это узнал.

Он вздёрнул подбородок и заговорил с лёгким самодовольством:

— Если мы будем спать рука об руку после свадьбы, у нас появится ребёнок.

— ...Ох.

Я моргнула, смотря на его зрелое лицо.

Конечно, не имеет значения, сколько нам лет.…

— Я был немного шокирован, когда впервые услышал это. Но я должен был сказать тебе это, потому что мы не останемся детьми навсегда.

Его глаза, смотревшие на меня сверху вниз, заставили меня почувствовать лёгкое покалывание.

— Тебе четырнадцать лет.

— Э-э, да… – ответила я как в тумане.

Внезапно я почувствовала, что готова делить комнату с Эваном.

Глава 6.

— Приятно это слышать.

Его речь была такой торжественной. Они пожали друг другу руки, рассматривая это как соглашение.

— Умойся, а потом ложись на кровать. Ты же теперь не единственная, кто пользуется ванной.

Обычно я умываюсь перед тем, как лечь... Но я не могла сказать ему, что прыгнула в постель, потому что была удивлена записям в его дневнике, поэтому тихо кивнула.

— Да, я пойду умоюсь и переоденусь.

Хотя Эван и был на год младше меня, он был крупнее, так что совсем не походил на младшего брата.

Я достала из шкафа своё домашнее платье.

Он выбрал одну из стопок книг и сел за стол. Ему было довольно неудобно, когда я взглянула на него через плечо.

Но ты сказал, что тебя это устраивает...

Кроме того, после того, как я ненароком заглянула в дневник, мне захотелось быть с ним по-настоящему милой.

Мы в одной лодке, учитывая, что у него тоже не было выбора в браке.

Я хотела хорошо поладить с ним, чтобы его не считали плохим и равнодушным ребёнком.

Я подкралась к нему и спросила:

— Ты только сегодня закончил Академию. И опять учишься?

— Да.

— Ты так искренен.

Затем я медленно подняла руку и погладила его по чёрным волосам. Его мягкие, гладкие волосы обвились вокруг моей руки.

[Гладить тебя по голове, делать комплименты.]

— Ты моложе меня, но такой удивительный.

Эван ничего не сказал, лишь приподнял книгу.

— Ох, тебе не понравилось?

Он даже не оглянулся.

— Прости...

— Нет, – пробормотал он, закрывая лицо книгой, которую держал в руках.

— Тогда хорошо. Я рада.

Сказав это, я пошла в ванную.

Когда я взглянула на него в последний раз, его шея тоже немного покраснела.

***

— Съешь ещё вот это.

Мы с Эваном оставались в одной комнате до завтрака.

Это привело к…

[Делить с тобой любимую еду.]

Поначалу я не хотела с ним ладить, поэтому решила, что просто должна быть с ним поласковее. Однако, увидев дневник, я передумала.

Это было потому, что он не был безразличен с самого начала, он был одиноким ребёнком, который скрывал свои желания.

Не имея семьи, я понимала, что он чувствует, поэтому хотела немного позаботиться о его детстве.

Даже если в конце концов он вырастет совершенно равнодушным человеком.

Итак, я показывала ему своё искреннее желание поладить с ним.

— Этого достаточно.

Эван вернул пирог, который я ему дала.

— Я не люблю сладкое.

— Правда?

— Я не ребёнок.

Враньё. Твои глаза сияли, когда ты увидел сладости, – подумала я, бросив на него быстрый взгляд.

— Если тебе не нравится сладкое, то ничего не поделаешь.

Хотя мне не пришлось повторять дважды, я забрала пирог.

Пока я ела пирог, Эван читал газету, которую принёс слуга.

Я бездумно колола вилкой и случайно увидела одну из статей газеты, которую читал Эван.

[500-ое самое большое событие в истории (Скачка на лошадях)! Эксперты предсказывают самые большие доходы за всю историю.]

Пятисотое!

500-е ежегодное соревнование по скачкам – это первое событие, в котором появился мужской главный герой.

Скачки были одним из многих развлечений аристократии, но минимальная сумма ставок была довольно высока, так что простые люди не могли в них участвовать. Я знала, что главный герой заработал здесь свои первые деньги.

— …

Я проглотила кусок пирога.

Я думала о том, как заработать деньги, чтобы жить в комфорте, когда я сбегу.

Ага. Думаю, мне придётся как-то попасть туда и получить деньги. У меня ещё много времени, но я не могу упустить такую возможность.

В тот год, когда мне исполнится двадцать один год.

До моей смерти осталось ещё семь лет, и Эван женится на Императрице, как и планировал мой тесть.

Но я хочу стать пропавшей без вести, а не умершей. Если официально исчезну только я, Эван сможет на ней жениться.

После этого история о том, что я пропала, не будет иметь никакого значения.

Я буду тратить деньги по-тихому и жить припеваючи.

Было бы немного скучно жить, постоянно скрываясь, но это лучше, чем смерть.

Мне придется скрываться, пока Эллани и Эван не разведутся...

План грубо нарисовался в моей голове.

Я была глубоко погружена в свои мысли, когда Эван вдруг спросил меня:

— Ты хочешь пойти?

— А?

— Ты уже давно смотришь на эту статью.

— Ах.

Должно быть, он заметил, что я просматриваю статью о скачках.

— Да, я хочу сходить туда. Думаю, это весело.

Конечно, ещё это возможность хорошо заработать.

Я невестка Герцога, но сейчас у меня нет денег.

Все виды элитной еды и одежды у меня были, но мой бюджет ещё не был определён, потому что я всё ещё несовершеннолетняя.

Когда Эван пошёл в Академию он получил бюджет на карманные расходы…

В прошлый раз я тайком спросила об этом дворецкого, и он сказал, что может составить мой бюджет лишь с того момента, как я стану взрослой.

Так что, если мне что-нибудь понадобится, я могу спросить его…

— Твой официальный бюджет ещё не составлен. Конечно, есть приказ от Герцога закупить всё необходимое. Если тебе что-нибудь понадобится, просто скажи.

Я не могла сказать, что мне нужны "Наличные, которые не будут отслежены".

В этих условиях подобное было практически невозможно.

Тем не менее я не могла попросить у Герцога, который оплатил мои долги, составить для меня новый бюджет.

— Можно мне сходить туда?

— Ну, раз ты этого хочешь, кто тебя остановит?

Он говорил угрюмо.

— Через два дня.

Это означало, что через два дня у меня будут наличные.

А теперь насчёт денег.

— С кем мне поговорить? Сказать дворецкому? Горничной? Но могу ли я поставить свои собственные деньги? Нужен ли мне взрослый опекун? – взволнованно завалила я его вопросами.

Было много вещей, которых я не знала, потому что это был мой первый выход в общество после приезда в Герцогство.

Но чем больше вопросов я задавала, тем более странно выглядел Эван.

— Что…

Он похлопал по тарелке с готовым десертом и пробормотал:

— В последнее время мне действительно нечего делать.

— А-а?

— Было бы неплохо, если бы я ходил на подобные мероприятия и всё такое, но...

— Я не ненавижу людные места.

— !..

— Ты умеешь выражать свои мысли.

Я уставилась на него и мысленно вздохнула.

Может быть, потому, что он вырос без всяких эмоций, но я не была уверена, почему он сказал что-то подобное.

Я ничего не могу сделать. Да и я старше него на год, так что...

— Ну, тогда, Эван… – спросила я с широкой улыбкой. — Ты хочешь пойти со мной?

Глава 7.

***

Эван решил сказать дворецкому, чтобы тот готовился к выходу. Всё, что мне нужно сделать, это просто уйти. И это здорово.

Ну, если Эван поедет со мной, это не значит, что я не смогу заработать деньги.

Наоборот, я подумала, что будет лучше просто пойти за ним.

Эван заперся в библиотеке, сказав, что ему нужно кое-что изучить.

Он только недавно вернулся из Академии, а теперь ходит в библиотеку...

Вот почему Лария и Эван не могли быть хорошей парой, они почти не виделись.

Я не видела его с самого завтрака, так что у меня был спокойный день.

Но в тот же день на моё имя были доставлены сотня роскошных носовых платков.

— Вот носовые платки, которые вы заказали.

Их было сто штук, но каждый был роскошным, и выглядел довольно дорого.

— Жаль, что вместо этого я не получила деньги, потраченные на них…

Я почувствовала, что меня вот-вот вырвет кровью, как только я получила их.

Поэтому я решила пойти и лично поблагодарить Герцога Акарда.

Носовой платок, который он дал мне несколько дней назад, был чистым, как будто меня ещё не рвало кровью, поэтому я взяла его, чтобы вернуть ему.

Но я не хочу просто отдать ему его.

Я попросила Лизу сделать мне визитку. Я довольно усердно работала над визиткой и пошла к Герцогу Акарда.

Найти его было легко, потому что он сидел в своём кабинете.

Тук-тук.

— Отец, это Лария.

Я постучала в дверь кабинета и немного подождала.

— Ты занят? Мне нужно тебе кое-что сказать.

— Входи.

Я быстро открыла дверь и вошла.

Герцог Акард сидел за своим столом, рассматривая документы.

Ух ты, он так похож на Эвана. Сидит в прямой позе со страшным выражением лица, точно таким же, как у Эвана прошлой ночью.

— Ты занят?

Герцог Акард ответил без колебаний:

— Да. Мне нужно сделать заранее кое-какую работу, чтобы взять выходной.

Куда он направляется? Зачем ему брать выходной?

Ну, это не моё дело.

Я уверена, что он замышляет что-то, что точно соответствует его роли.

На самом деле он очень занят. С тех пор как Герцогиня скончалась, кабинет Акарда славился тем, что в нём всегда горел свет.

— Я получила платки, которые ты мне заказал. Большое спасибо.

Я вежливо поклонилась и протянула ему карточку вместе с носовым платком, который он дал мне вчера.

— Я возвращаю это тебе. А ещё я сделала вот это.

— А-а?

Герцог Акард тут же посмотрел на карточку

Там было написано, что я ему благодарна, и ещё я нарисовала рисунок.

— Что это?

Герцог Акард нахмурился, смотря на мой рисунок.

— Ты нарисовала трёх детёнышей?

Я не могу в это поверить.

— Ох, нет…

Я дёрнулась и показала ему пальцем:

— Ум, это отец, это Эван, а это я. Три человека, которые хорошо ладят.

Только не говори мне, что я так плохо рисую...

В такие моменты можно было как-то замаскироваться.

— Кха.

— Кха-кха.

Из-за того, что меня вырвало кровью после обеда, рвать кровью в ближайшее время я не собиралась.

Он может что-то заподозрить.

Я не могла вырвать кровью, так как она не выходила, поэтому я положила руку на лоб и некоторое время шаталась.

— Прости, отец. На мгновение у меня закружилась голова.

Я быстро сменила тему, моргнув своими круглыми глазами.

— Я пойдую..

— Что?

— Ты, похоже, тоже занят.

Когда я отошла назад, брови Герцога Акарда слегка приподнялись.

— Ты закончила говорить?

— Да.

— В самом деле?

— ...Да.

— Неужели?

Я чувствовала, что не должна была снова отвечать "да".

— Ты что-то забыла, потому что у тебя закружилась голова?

Я на мгновение задумалась.

Я поблагодарила его и вернула ему платок. То, что я забыла, хм-м…

— ...Извиняешься, что не умеешь рисовать?

Он подлый и хитрый, но у слабых не было другого выбора, кроме как склониться перед сильными.

— Отныне я не буду рисовать...

— Вот этот.

Я чуть не икнула, увидев, как Герцог выпятил бровь.

— Этот рисунок, на котором три человека ладят друг с другом.

— ...Да.

— Ты же сказала, что хочешь поладить со мной, не так ли?

Не так ли?

Я быстро закатила глаза.

— Ты всё ещё ничего не можешь придумать?

Он отпустил ручку и вздохнул.

—  Разве не ты говорила, что хочешь поехать вместе на пикник?

Невозможно.

— Я не знал, что вы задумали...

Перед ним лежала стопка бумаг.

Я вижу их. Ты ведь не возьмёшь выходной, правда...

— Папа!

Точно! Вот оно!

Как только я это заметила, я быстро сказала:

— Я забыла, потому что у меня кружилась голова и меня тошнило. Вообще-то, мне нужно было сказать тебе ещё кое-что.

— Хм-м?

— Через два дня мы с Эваном едем на скачки.

Он быстро ответил:

— Мгм.

Его слегка наморщенный лоб расслабился.

— Я хочу, чтобы ты поехал с нами!

Я старалась изо всех сил, потому что думала, что, если меня "поймают", мне конец.

— Я действительно с нетерпением жду возможности отправиться вместе на пикник. Папа, я знаю, что ты занят, но не мог бы ты поехать с нами?

Когда я в отчаянии спросила его, сложив вместе руки, он громко откашлялся.

— Всё в порядке.

Он снова взялся за ручку.

— Я не интересуюсь скачками, но, наверное, ничего не могу поделать, потому что меня попросил об этом больной ребёнок.

— Ура, спасибо!

Я была счастлива.

— Отец, ты поедешь с нами, ура!

— Какая же ты суетная.

— Согласна… Кха, кха.

На этот раз хлынула настоящая кровь.

Время подходящее.

Я посмотрела на него и закашлялась ещё сильнее, но крови больше не было.

Я выздоравливаю.

Количество крови уменьшается.

— Ну, я пойду.

Я быстро вышла из кабинета, опасаясь, что меня застукают с небольшим количеством крови.

Я не могла видеть Эвана весь этот день и весь следующий день, потому что он был заперт в библиотеке.

Эван пришёл посреди ночи, когда я уже спала, и ушёл до того, как я проснулась. Я и не знала, что у него есть такое хобби.

Как будто мы вообще не женаты.

Мы ничего не ели вместе, кроме того первого завтрака.

Он хотел поехать со мной на скачки, так что мне было интересно, нравится ли ему это, но я так не думала.

— Я правда хотела поехать на скачки. А ты?

Во всяком случае, только утром, когда мы все вместе отправились на скачки, я смогла как следует разглядеть лицо Эвана.

Лицо Эвана было немного сухим, и, как только он сел в карету, он начал дремать.

Думаю, ты не хотел никуда ехать. Похоже, ты предпочитаешь библиотеку.

Я не могла этого знать.

Ну, в конце концов, он вырастет бесчувственным ребёнком, который не понимает обычных людей.

Пока Эван прислонился к окну, меня вырвало ещё одним потоком крови.

Хорошо. В последнее время меня не так часто рвёт кровью, но это было очень вовремя.

Герцог посмотрел на меня бесстрастными красными глазами и отвернулся к окну.

Глава 8.

***

— В последнее время мне нечего делать.

— М-м?

— Ты очень хорошо умеешь уговаривать.

Эван не верил сам себе. Ему было сложно понять самого себя.

Он умел ездить верхом, так как его подчинённые приводили ему лучшую лошадь. Он знал, какая из них будет лучше, но это отличалось от наблюдения за скачками. Кроме того, скачки – область, которой он никогда не интересовался.

— Я не выношу лжи.

Разве он не сказал этого в тот момент, когда впервые увидел её? Если мы пойдём на скачки и Лария спросит меня о лошади... может быть, я отвечу на один или два вопроса.

Он лицемер, который не выносит чужой лжи, но он сам был лжецом.

Или хвастуном, который ничего не знал.

Судя по внешнему виду, он был лучшим выпускником Академии, и никто не сообщил об этом Ларии.

Досадно, почему он не рассказал Ларии о такой важной вещи.

В конце концов, был всего один вывод.

Если она солгала, что не может быть доказано, он может сделать это правдой через два дня.

Поэтому он проводил время в библиотеке.

Основные знания о скачках, история скачек, породы лошадей, понимание лошадей, введение…

Несмотря на то, что он был не очень хорош в практических навыках, казалось, что его не поймают на лжи, если он притворится, что что-то знает.

Когда он сидел в библиотеке с едой, Эван вдруг вздохнул, удивляясь, почему он ест трюфели.

Почему, чёрт возьми, он должен это делать?..

На самом деле, когда он увидел девушку, стоящую перед Академией с его отцом, которого он не видел уже долгое время, Эван подумал, что она великолепна.

Пушистые розовые волосы, круглые фиолетовые глаза, красные щёки и прекрасное выражение лица.

Её маленькая фигурка и нежное выражение глаз, как у щенка. Конечно, в Академии тоже было много симпатичных девушек.

Однако все продолжали задавать ему вопросы: "Почему сын Герцога Акарда здесь?" И половина из них отвечала: "Слишком жуткий и мрачный".

Но как только жена увидела его, она ласково сказала:"Поздравляю с окончанием Академии".

В этот момент Эван вдруг понял, что именно этого он и хотел. Все остальные говорили, но он не слышал их, как будто она была единственной, кого он мог слышать.

Обычно эти слабо выглядящие дети избегали меня, просто завидев меня.

Вдобавок ко всему, он был немного взволнован, когда она даже упомянула, что они "пара".

Он этого не ожидал.

Если бы я сделал ЭТО с этим ребёнком, как бы всё обернулось?

Её прикосновение к его волосам тоже было таким мягким и нежным. Вот почему он не хотел выглядеть перед ней "уродом".

Целых два дня он изучал всё, что касалось лошадей.

Эван уже закончил обдумывать, что он посоветует ей по дороге к карете.

Однако по дороге он заснул. Они уже подъехали к ипподрому, когда он открыл глаза.

— Эван, Эван! Просыпайся. Мы приехали.

Лария легонько взяла его за руку, разбудила и сказала это, на случай, если он забыл, куда они ехали.

— Мы не спали вместе по ночам, поэтому, сколько бы мы ни держались за руки, у нас не будет детей. Не волнуйся.

Её фиолетовые глаза, слегка ласковые, как у щенка, смеялись.

— Я знаю.

Он вышел из кареты и взял её за руку.

***

Атмосфера на ипподроме была оживлённой, как во время праздника.

Я отвлеклась, начав оглядываться. Небо было голубое, погода  стояла хорошая, и тут было на что посмотреть.

Каждый раз, когда я видела лошадей, Эван говорил и объяснял мне разные вещи.

Что хорошо, что самое известное, какой дивиденд на что, какова...

Его последнее замечание о том, что он многое знает, не было похоже на блеф.

Даже Герцог Акард сказал:

— Ты изучал лошадей в Академии?

Любовь Эвана к лошадям – это то, о чём я не знала, хотя и знала оригинальную историю.

— Я и не знала, ты молодец.

Прогуливаясь и оглядываясь по сторонам, бесчисленное множество людей приветствовали нас.

— Это новая жена сына Акарда?

— Да, но она выглядит довольно обычно.

Все взгляды были направлены на Герцога Акарда, Эвана и Ларию. Естественно, ведь герцог, известный как жестокий и отвратительный человек, появился на таком мероприятии. Но в то время, как большинство людей думали, что герцог просто компетентный, некоторые, кто знал его получше, относились к нему с подозрением.

Складывалось ощущение, словно он пытался сотрясти Империю за их спинами… Не знаю почему, но можно предположить, что его влияние намного больше ожидаемого. Все информационные гильдии считают, что императорская семья – единственная, кто может держать его в узде какое-то время. И если бы его единственный сын поженился на королевской особе, то герцога Акарда уже никто бы не смог остановить.

— Странно.

Свен Вестиан, глава Вестианской тёмной информационной гильдии, наклонил голову.

— Зачем он привел её?

Лария не была полезной невесткой. Граф и его жена погибли в аварии, и они не смогли ничего завещать детям, поскольку всё имущество было распродано. Но Герцог Акард сразу же взял её в невестки из-за того, что ей было некуда идти. Он принял её в семью и подал документы на регистрацию брака в Императорский дворец, никому не рассказав. Он даже погасил долг, оставленный графом. Разумеется, для Акарда эта сумма была ничтожной.

— Это не имеет смысла. Такого человека, как Герцог Акард, не трогают чужие сложности.

В то же время большинство людей, которые участвовали в политических спорах, видели пару в Элейн и Эване.

Элейн была достаточно взрослой для Эвана, и она была той, кто унаследует трон. Потребуется некоторое время, чтобы стать императором, но в конце концов это произошло бы.

Однако, он разрушил всеобщие ожидания, поженив Эвана на Ларии.

— Должна быть причина.

Использовать брак единственного сына подобным образом было неэффективно. Даже Эван, скорее всего, не знает истинного замысла.

— Более того, они втроём пришли на скачки.

Свен цокнул. Конечно, никто не знал, что Герцог Акард воспитывал своего сына, пренебрегая им. Но было странно видеть, что они ведут себя как дружная семья.

— На это есть причина…

Взгляд главы гильдии обратился к девочке с волосами цвета вишни. Ребёнок, шагающий довольно мило и улыбающийся, словно птичка, притягивал взгляд. Это четырнадцатилетний подросток без выдающийся биографии, без каких-то достоинств.

— Нужно подождать и понаблюдать.

Седые волосы Свена слегка развевались на ветру.

— Нужно узнать о Ларии Роуз Акард побольше, чтобы предугадать дальнейшие действия герцога.

Свен – умный торговец информацией, поэтому он уже нарисовал в голове картину происходящего.

Независимо от того, удалось бы ему продать информацию или нет, он умирал от желания узнать, почему же герцог выбрал Ларию в качестве пары для Эвана.

Свен Вестиан скрыл своё присутствие и спрятался поближе к герцогу Акарду.

***

Специальное место, которое показал мне Орди, было замечательным. Отсюда было хорошо видно лошадей.

Эван размышлял над таблицей дивидендов, которую принёс чиновник. Хоть он серьёзно отнёсся к этому, я беспокоилась лишь об одном.

— Прости… — со вздохом я обратилась к Эвану, — Не мог бы ты одолжить мне немного денег?

— Что?

— Я хочу сделать ставку ради развлечения, но у меня нет денег.

Растеряв всю свою гордость, я умоляюще взглянула на него.

Мне казалось, что герцог даст мне карманные деньги, если я приду на скачки. Но он ничего не сказал и мне пришлось прилипнуть к Эвану.

— Я верну тебе их.

Ужасное чувство. Не иметь денег очень грустно.

— Я никогда не забуду этот момент и никогда не буду тратить деньги, даже если заработаю их в будущем.

— У тебя нет денег?

— Да…

Когда я пробормотала это, Герцог Акард вмешался в разговор, скрестив руки.

— Думаю, дворецкий не составил бюджет из-за того, что ты несовершеннолетняя.

— Да.

Я подняла глаза на герцога, сидящего рядом со мной, и сказала как можно жалостливее.

— Конечно, ничего страшного в этом нет, но у меня нет денег на ставку…

— Иди сюда.

Герцог достал из кармана монету и протянул её мне. Это была золотая монета. Я удивилась, но быстро забрала её.

— Это оплата за рисунок.

Рисунок? Мне казалось, ему он не понравился.

— Спасибо.

О боже. Я так счастлива.

Эван прошептал: «Серьезно», когда увидел радостную меня.

— Мне придётся поговорить с дворецким о твоём бюджете. Даже если ты несовершеннолетняя, разве у тебя не должны быть наличные? Ты же Акард.

Однако герцог промолчал. После долгой паузы я произнесла.

— Почему ты даёшь мне так много денег за рисунок?

— … Почему? — он продолжил, — Если тебе нужны деньги, то рисуй.

Значит ли это… что ты заплатишь мне за любой рисунок, который я нарисую?

«На эти каракули уходит меньше десяти минут. Я заработаю золотых монет за них?»

Ну, на рисунках много не заработаешь.

В любом случае, это уже не важно. Скоро я не буду нуждаться в ваших деньгах!

Я отдала золотую монетку чиновнику. Хоть это была всего одна монета, но она являлась довольно крупной денежной единицей.

— Я ставлю всё.

Я проверила бумажку для ставок, которую мне дал чиновник. Когда Эван, герцог и этот чиновник увидели мою бумажку, то их глаза расширились.

— Лария, ты серьёзно собираешься поставить всё? — спросил Эван, наклонив голову набок.

— Да, я ставлю всё.

— Ты слишком беспечно тратишь чужие деньги.

Герцог усмехнулся и пробормотал.

— Ну, это просто детская шалость.

Золотая монета – это шалость…

Вскоре после этого раздались выстрелы и скаковые лошади пустились вперёд.

***

В сегодняшнем событии принимал участие главный мужской персонаж – Сеймур Летиция. Он является простолюдином, который хотел стать аристократом, поэтому он нацелился на покупку титула.

«Он – монстр, порождённый капитализмом»

И человек, благодаря которому я сделала ставку.

В оригинальной новелле 『Величайшая сделка Империи』было кое-что необычное. Все действия главного героя были описаны довольно подробно. Поэтому, несмотря на романтику, было интересно наблюдать за процессом увеличения богатства Сеймура.

Он зарабатывал непостижимые суммы денег, продавая земли и делая инвестиции, а также отслеживая древние магические артефакты на континенте, которых было всего три.

В любом случае, важно то, что именно здесь он сорвал свой первый куш. Теперь Сеймур – мой пример для подражания. Часть, которая послужит для него возможностью заложить основу для получения титула, он получил именно на этих скачках.

«Извини, Сеймур. Но давай разделим этот выигрыш… мне он тоже нужен»

Я поставила на лошадь, от которой никто не ожидал победы. Уже зная развитие событий, я не стала ни о чём раздумывать и быстро проверила бумажку со ставками.

[1-е место – чёрная лошадь].

Чёрная лошадь неожиданно появилась и заняла первое место. Никто не ожидал подобного и это принесло огромные дивиденды.

Послужной список это лошади был не очень хорош. У неё даже не было достаточно опыта в скачках.

«Но сегодня мы займём первое место»

Сеймур случайно увидел чёрную лошадь перед скачками и уверенно сделал свою ставку. Независимо от того, насколько Эван заинтересован лошадьми, он не смог бы превзойти главного героя.

Все смотрели на меня, думая, что я выбросила деньги на ветер. Но я была спокойна, как огурец.

А потом, когда пистолет выстрелил и гонка закончилась… Ипподром был в полном беспорядке. Лошадь, от которой никто не ожидал. Она заняла первое место.

Мой дивиденд составил 34 012.

«Изначальный дивиденд Сеймура составлял 68 024. Поставив вместе с ним на одну лошадь, я разделила с ним половину»

— Ла-Ла-Лария?

Эван посмотрел на меня с нелепым выражением лица. Он получил 19 дивидендов, что уже является большим достижением, но никто не обратил на это внимание. Даже Герцог Акард, скрестивший руки на груди, окинул меня озадаченным взглядом.

— О боже!

Орди пришёл лично и попытался вручить чек на 34 012 золотых, но, по моей просьбе, мне выдали чек на сумму 34 011 золотых и одну золотую монету.

Я вернула эту монету герцогу.

— Отец, это всё благодаря тебе.

— Что…

— Спасибо за счастливую монету. Возвращаю её тебе. Надеюсь, она принесет тебе удачу.

Герцог взял монетку, которую я дала и слегка улыбнулся, кладя её в карман.

«Он же улыбнулся? Правда?»

Тем временем, Эван, казалось, был заинтересован в чём-то другом.

— Двое? — спросил он, наклонив голову, удивлённый тем, что был кто-то ещё, — И кто другой?

— Простолюдин, ему 18 лет.

Орди почесал подбородок.

«Прости, Сеймур… Но у тебя всё будет хорошо с Элейн. Всё же будет хорошо, верно?»

Если опираться на оригинал, то, независимо от материального положения Сеймура, Элейн заведёт роман с ним. Вместо того, чтобы помогать главным героям, у которых и так всё будет хорошо, я лучше позабочусь о своей жизни.

— Это будет сенсацией в завтрашней газете. Учитывая результаты… Имя вашей жены может появиться в газете.

— Ох, это немного обременительно.

Я застенчиво покраснела, но мне было радостно, когда я подумала об этом, как о необходимой жертве ради будущего.

34 011 золотых – это большие деньги, но после покупки титула останется не так уж много…

«Мне нужно хорошо спрятаться. Если полностью на затаиться, то герцог убьёт меня. Я должна тщательно подготовиться»

Итак, вместо того чтобы умереть, как в оригинале, я решила создать своё будущее, пропав без вести. В любом случае результат будет тем же!

«Только после моего исчезновения Эван сможет жениться на Элейн»

А после, ну… будь, что будет. Но я не собираюсь дальше мучаться.

«Я уже осознала, насколько комфортно жить дворянину с титулом и землёй»

Трудно упустить возможность, которая выпадает редко.

Мне бы хотелось продолжить жить в роскоши, но сомневаюсь, что это будет возможно в будущем. Если бы только у меня был какой-нибудь богатый негодяй… Я бы мечтала о большем, но моя голова занята выживанием.

«Мне нужно обзавестись землёй, чтобы продолжать спокойно есть и играть, а для этого мне необходим титул»

Титул стоит дороговато, но я могу его купить. А когда я получу титулом, то смогу купить и территорию.

Главный герой, Сеймур, тоже сначала купил себе титул.

Но есть проблема. Чтобы приобрести титул, мне должно быть не менее восемнадцати лет, а мне всего четырнадцать.

Если я буду ждать, пока мне исполнится восемнадцать, то будет уже слишком поздно. После покупки титула мне необходимо сделать ещё столько всего… Но это не значит, что нет другого варианта.

«Создание личности!»

Речь идёт о создании вымышленного человека.

«Я создам личность, чтобы купить титул и территорию…»

Это было бы идеальным преступлением. И ещё кое-что.

«Мне четырнадцать лет, и я не могу свободно передвигаться из-за того, что нахожусь в герцогстве»

Другими словами, мне просто необходимо подделать личность.

«Хотелось бы, чтобы у меня был кто-то, кто работал на меня из тени. Одарённый человек»

Пока я размышляла об этом, Орди продолжал суетиться.

— Какая замечательная молодая леди. Вы говорили, что сами выбрали её?

— Ну, их матери близко общались.

— Но это всё равно нелёгкое решение – выйти замуж.

Он потирал руки и продолжал льстить.

— У вас зоркий глаз. Все удивлялись, что ещё слишком рано для брака, но вы почувствовали, что она ангел, который принесёт удачу герцогству.

Но… Я привела их сюда не с добрыми намерениями.

Герцог Акард выглядел странно гордым и тщательно откашлялся. Это я выиграла деньги, так почему у тебя такое гордое лицо?

— Лария, ты хорошо приспособилась к герцогству?

Я ответила вежливо, потому что необходимость делать слабый вид не отпала.

— Конечно. Я люблю всех вас. Прошло совсем немного времени, но я хочу, чтобы мы были ближе!

Ты не единственный, кто знает, как со мной шутить.

— Я так горжусь тем, что нахожусь здесь с вами. Мне больше повезло жить в семье Акард, чем выиграть скачки.

Я улыбнулась.

Орди ответил сразу же, словно не хотел мне проигрывать.

— Верно. У Герцога Акарда отличное чувство юмора, так что с ним будет весело.

Подождите, чувство юмора? Это уже слишком. Думаю, что тебе не стоило говорить что-то столь нелепое.

— Я не шучу.

Орди выглядел удивлённый резкими словами герцога.

— Но почему бы вам не пошутить?

— Шутят ртом, а не ногами*

(*П/П: это какая-то слишком остроумная шутка для кого-то столь тупого, как я, простите. Сделайте вид, что вы поняли и вам смешно).

Я застыла.

«Ставишь ноги на кон?»

Ха, это неправильно.

«Это действительно неправильно. Что с тобой такое?»

— Хахахахахаха!

Орди схватился за живот и засмеялся.

— Ещё! Хахахаха! Вы лучший!

Это какие-то остроумные шутки для пожилых людей. У меня было серьёзное выражение лица.

Почему такой молодой человек шутит подобным образом?

— Не думаю, что вам нужно засовывать ноги в рот перед герцогом, — произнёс Эван, не нуждающийся в проявлении лести.

— Почему? Мне так весело!

— Отец, пожалуйста, шутите почаще! Это полностью в моём вкусе.

Вдруг моё сердце сдавило.

«Это…!»

Это было признаком кашля с кровью. Я вскочила на ноги. Хорошо было бы показать это герцогу, но у меня будут неприятности, если расползутся слухи. Особенно в присутствии человека, у которого язык без костей.

Герцог выбрал меня, поскольку я ограничена во времени. Если бы все узнали об этом, то моя ценность исчезла бы, потому что от меня немедленно избавились бы.

— Извините меня…

Я прикрыла рот платком. Разумеется, я наклонила платок так, чтобы его мог увидеть только герцог.

В последнее время у меня редко шла кровь. Поэтому мне приходилось пользоваться любой возможностью.

Выражение лица герцога снова стало странным.

После возвращения в герцогство с чеком, слухи о моём выигрыше распространились, как лесной пожар. Лиза, которая пришла рассортировать украшения, заколола мне волосы и лучезарно улыбнулась.

— Ох, леди Лария…! Слышала, что вы выиграли огромную сумму.

— Да, мне повезло.

Лиза была опытной горничной и работала в герцогстве с юных лет. Она спокойная девушка, а её действия всегда точны и тверды. Когда Лиза принималась складывать одежду, можно было ощутить её профессионализм.

— Спасибо тебе, Лиза. Благодаря тебе моё фото в газете вышло замечательным.

Она упорно трудилась, чтобы создавать для меня комбинации одежды и аксессуаров. У Лизы был настолько спокойный характер, что она могла показаться суровой, но она просто была трудолюбивым человеком.

— Все, кого мы встретили на скачках, сказали, что я выгляжу красиво.

Конечно, то могла быть просто лесть, но меня это не сильно волновало.

— Да, леди Лария хорошо смотрится в красном.

— Эван подарил мне красный платок на шею, и все говорят, что он мне идёт. Может они считают это милым из-за того, что мы женатая пара?

— Нужно будет поговорить с дворецким на счёт вашего бюджета. Закажем ещё красных платьев. Красные глаза молодого господина будут отлично сочетаться с платьями.

Лиза посмотрела на меня через зеркало и сменила тему.

— Но на что вы собираетесь потратить все эти деньги?

— Ну…

Я не могла терять бдительность, поскольку Лиза могла быть шпионом герцога.

— Деньги достались мне так легко, так что я потрачу их на что-нибудь хорошее.

Очевидно, что мои траты будет легко отследить. Поэтому не стоит уточнять, куда я их потрачу.

— Думаю пожертвовать их.

— Ох, куда?

— Не уверена. Понадобится время, чтобы подумать.

Лиза заговорила с восхищённым выражением лица, но затем начала путаться в словах.

— Ну… больной сироте, у которой нет денег…

Вообще, бедной больной сироткой являюсь и я. Если подумать, в прошлой жизни всё было точно так же. Родителей у меня не было, денег тоже, и болела я часто.

Я сочувствовала Эвану по той причине, что он рассеяно стоял на выпускной церемонии. Мой выпускной тоже был не самым счастливым, потому что меня никто не поздравил.

— Маленькая госпожа, вы такая милая.

— Зови меня просто Лария. Маленькая госпожа звучит немного неловко.

Лиза рассмеялась, расстегивая моё платье после того, как закончила укладывать мои волосы.

— … Мадам Матильда была таким добрым человеком.

Подруга моей матери, Герцогиня Матильда.

Лиза грустно продолжила.

— Раньше она делала много пожертвований.

— Понятно.

— Вам так повезло. В каком-то смысле, вы с ней схожи.

— Правда?

— Она тоже говорила, что ей неудобно слышать обращение «госпожа» и просила называть её Матильдой.

На первый взгляд мы с Матильдой были совершенно разными людьми. Но, видимо, для других всё было иначе.

— Если бы госпожа Матильда была с нами, она бы… — произнесла Лиза с печальной улыбкой, — Она бы хорошо позаботилась о вас, мисс Лария.

— Думаешь?

— Конечно. Герцог сильно изменился после того, как госпожа нас покинула… О боже.

Лиза почувствовала чьё-то присутствие. Она прошептала.

— Он здесь?

Комната, которую мы делили с Эваном, была довольно просторной. В ней не было преграждений, но она была разделена на внешнюю и внутреннюю часть.

— Да, но я сказала Эвану не заходить к нам, поскольку я переодеваюсь.

— А…

— А что?

Лиза поджала нижнюю губу, словно она не хотела этого говорить.

— Просто… я бы не хотела говорить о покойной госпоже в его присутствии.

Но она говорила не что иное, как комплимент его матери. Странно, но люди здесь много говорят о Матильде. Наверное, из-за того, что атмосфера в доме герцога разительно изменилась, после того как её не стало.

Когда я тайком ела плоды Оклазии в оранжерее, слуги и горничные часто не замечали моего присутствия и говорили: «Когда госпожа Матильда была с нами…».

— Эван не виноват, что миссис Матильда умерла…

Герцог Акард, единственный, кто мог нормально поговорить с сыном, избегал Эвана.

— Теперь вы можете умыться и переодеться.

Лиза вздохнула, не в силах скрыть своё смущение.

Эван читал книгу с отсутствующим выражением лица, когда я, умывшись и переодевшись в домашнее платье, зашла в комнату. Уверена, что он слышал нашу беседу. Но он ничего не сказал.

— Опять читаешь? Ты читаешь только сложные книги.

Я заговорила с ним первой. Эван кивнул, но даже не одарил меня взглядом. Я первая легла на кровать и боковым зрением наблюдала за Эваном.

На самом деле, у меня слишком мало информации об Эване Акарде. В оригинале он был вторым мужским персонажем. С другой стороны, я вообще несущественная второстепенная героиня.

Но у Эвана было слишком мало строк. Возможно, это было из-за того, что он всегда был безразличен.

«Он скорее эпизодический герой, чем второй мужской персонаж»

Его брак с Ларией закончился всего лишь одной фразой. Он даже слезинки не проронил.

Как же Сеймуру удалось подняться так высоко? В него влюбилась даже принцесса, хотя он был обычным простолюдином.

— Ты моложе меня, но такой удивительный.

— Я читал эту книгу, когда был младше, — спокойно ответил Эван, — Она не сильно сложная.

— Неужели?

Я приподнялась на кровати и сказала.

— Хорошо, пора бы уже ложиться.

Хоть моё состояние улучшилось, нельзя было сказать, что я полностью здорова, ибо я так сильно устала. Не стоило идти на скачки с телом, которое напоминает лист бумаги.

Эван пробормотал, зевая и укрываясь одеялом.

— … Тебе не стоит быть такой упрямой.

Я моргнула.

— Ты довольно бессердечная.

Он был таким милым, что я кое-как сдерживала смех. Видимо, в детстве Эван пытался казаться холодным, вместо того чтобы выразить своё мнение прямо.

— Ну… не думаю, что смогу привязаться к герцогу, когда все скучают по миссис Матильде.

Никто не был виноват в сложившийся ситуации.

Я хотела быть милой с Эваном, который через многое проходил.

— Скачки сегодня были великолепны. 19 монет! — сказала я, зевая, — Мне просто повезло. А твои исследования были хороши.

— Ну…

Я усмехнулась, увидев, как покраснела его шея. Он был таким милым, когда вёл себя подобным образом.

— Тебе было сегодня весело?

Не сумев побороть нахлынувшую сонливость, я пробормотала из последних сил.

— Я бы хотела, чтобы мы почаще ходили куда-нибудь вместе.

Это было весело. Меня привели к VIP-местам. Все были дружелюбными и хвалили меня, называя маленькой хозяйкой. Хоть мне и нравился вкус денег, вкус власти тоже был неплох. Также было весело общаться с герцогом, который обычно вёл себя как приведение, но при выходе в свет он красиво одевался.

Всё потому что в прошлой жизни я не могла проводить время подобным образом. Хорошо, когда у тебя кто-то есть. Даже если это Герцог Акард, который может тебя убить, и Эван, которому плевать на твоё существование.

Сначала я планировала пойти одна, но попросить Эвана и герцога пойти вместе оказалось хорошим решением.

Мне было приятно слышать, как другие говорили, что мы выглядим дружной семьёй.

Эван, на которого я взглянула перед тем, как заснуть, кажется, кивнул.

На следующий день в утренней газете Эван читал статью о Ларии. Точнее, это была статься о Ларии и Сеймуре, выигравших большую сумму на скачках. Их сфотографировали со спины, но к Ларии, принцессе Акардов, было приковано больше внимания, чем к простолюдину Сеймуру.

— Эван, ты всегда читаешь газеты во время завтрака? — игриво спросила Лария.

— Да. Хочу знать, что происходит в мире.

— Вау, это так здорово. А ты ведь ещё так молод.

— Я не так уж и молод, — ответил Эван, закрыв газету с сердитым выражением лица.

Лария обращалась с ним как с ребёнком, хотя была старше всего на год. Он не понимал, почему она пытается вести себя как его старшая сестра.

— Эван, куда ты идёшь?

— В библиотеку.

Как только завтрак закончился, Эван отправился в библиотеку. Он подумал, что стоило ответить Ларии более любезно, но парень никогда не общался с ровесницами, поэтому чувствовал себя неловко.

— Раздражает… — ворчал он, листая толстую книгу, — Но я ничего не могу поделать.

Книга называлась «События Империи».

— Хотелось бы почаще с ней общаться.

Он достал принесённый с собой календарь и начал скрупулёзно записывать события, которые будут происходить в течение этого года. Через неделю в поместье Ридохартов будет фестиваль цветов, а затем праздник в честь основания Империи.

— Ещё будет королевское чаепитие, но сомневаюсь, что Лария хотела бы пойти туда.

Записав все мелкие праздники в календарь, он с гордым лицом покинул библиотеку.

Все жители герцогства говорили о прошлом, в котором была его мать, Матильда. Говорили о том, какой доброй и милой она была. Но Лария – единственная, кто говорил о будущем. Эван хотел прислушиваться к её пожеланиям, потому что мечтал хорошо ладить с людьми. Все были несчастны из-за него, но он считал, что одна лишь Лария не была такой. Она – его единственная суженная.

— Она хочет поладить, значит, мы сможем этого добиться.

И он с готовностью ответил на слова Ларии: «Да, давай».

Выходя из библиотеки, в коридоре он столкнулся с дворецким.

— О, Моранд, — он позвал дворецкого и, откашлявшись, сказал, — У меня есть просьба.

Обычно Эван не обращал особого внимания на то, во что одевался. Он знал, что его хорошей внешности достаточно.

Однако он ничего не мог с собой поделать после того, как другие сказали, что он хорошо смотрится в красном, когда они были вместе с Ларией. Она тоже собиралась заказать несколько нарядов…

— Пожалуйста, закажи ещё красных галстуков.

— Сколько?

— Думаю, около сотни разных оттенков?

— Что?

Эван развернулся прежде, чем увидел недоумённое выражение лица Моранда.

***

После того, как я побывала на скачках, у меня появилось хобби. Оно заключалось в том, что я ходила в оранжерею и ела плоды Оклазии в одиночестве, наблюдая за обстановкой.

«Не могу поверить, что здесь так спокойно»

Душевное спокойствие приходило от денег. Но с тех пор, как я пришла в этот мир, мне хотелось жить лучше. Я мечтала жить лучше, иметь какую-то цель…

Я поняла, насколько хорошо богатство, даже если прожила в достатке совсем немного. Просторный дом, хороший повар, роскошные предметы первой необходимости и занятия, при которых не нужно использовать физический труд.

«Мне нужно больше»

Чтобы преуспеть в плане «А» нужно больше денег.

Но проблема заключается в том, что мне всё ещё четырнадцать лет и передвигаться без наблюдения было затруднительно. Но я не могу сидеть сложа руки.

Усмехнувшись, я побежала со всех ног, когда заметила приближающегося Герцога Акарда.

— Что ты здесь делаешь?

Думаю, он случайно пришёл сюда, прогуливаясь.

— Я отдыхала, отец.

Улыбнувшись, я спрятала кое-что в карман платья.

— И размышляла.

«О чём же?»

Конечно, о деньгах, но так отвечать нельзя. Поэтому я произнесла другое.

— Я думала о скачках.

— Ты, должно быть, повеселилась.

— Конечно!

Я же получила столько денег!

— Тебе так понравилась наша прогулка?

Я ответила без промедления, поскольку наша вылазка и правда была потрясающей.

— Да, я прекрасно провела время с семьёй. Мы постоянно находились в герцогстве, так что это была хорошая возможность создать совместные воспоминания, — и, конечно, я не забыла про лесть, — Жаль, что отец не сделал ставку. У тебя хорошее чутьё, поэтому отец бы выиграл больше всех.

Раз уж я начала, то надо доводить всё до конца.

— Конечно, мне не составило бы труда выиграть.

Я – слабейшая, а герцог – сильнейший. Я словно слабый кролик перед могущественным львом.

— Ахахха! Ты и правда хорошо шутишь.

Кажется, Герцог Акард скорее прислушается ко мне, чем к разумным доводам Эвана. Не могу поверить, что у него такой юмор!

— Забавно!

Теперь я копирую Орди. Смеяться над тупым юмором с тупым лицом было очень сложно.

— Хм… — он скрестил руки и заговорил низким тоном, — Ты неважно себя чувствуешь, поэтому тебе будет лучше оставаться в герцогстве.

Он впервые высказал мнение о моём самочувствии. Он всё знал, но притворялся, что не замечает.

— Это правда, но…

Да! Супер! Я действительно плохо себя чувствую!

Я слегка наклонила голову, пытаясь сделать мрачное выражение лица.

— Но иногда мне душно…

Тихо вздохнув, я спросила.

— Ничего, если завтра я поеду в центр города?

Я пыталась получить разрешение от герцога, хотя непонятно, стоит ли игра свеч.

— Я очень хочу пойти.

— Да? У меня завтра есть дела, так что иди с Эваном.

Как связаны твои дела и мои прогулки…?

Тем не менее, я хотела сказать другое.

— Это… Я не планировала идти с Эваном…

Когда я заколебалась, взгляд герцога стал пристальным.

Я же не могу сказать: «Я собираюсь создать фальшивое имя, а потом сбежать».

— Я хочу пойти одна по некоторым причинам…

— По каким? — произнёс он холодным голосом, словно это был допрос.

Как бы мы не притворялись, что близки, герцог всё равно был жесток, как и полагается злодею.

Конечно, я уже придумала как сбежать.

— Могу я рассказать тебе после того, как вернусь? — спросила я тоненьким голосом.

Приготовься развеять свои подозрения на мой счёт, отец.

Губы Эвана дрогнули, когда он увидел, что я готовлюсь к утреннему выходу, но промолчал.

Мог хотя бы для приличия поинтересоваться, куда я иду, но он этого не сделал.

«Ну, он всегда равнодушен».

В конце концов он был персонажем, которому все равно, чем занимается его жена.

— Эван, чем планируешь заняться сегодня?

Тем не менее, я не намерена делать вид, что мы не знаем друг друга. Поэтому попыталась завязать разговор, пока выбирала одежду в шкафу.

— Ты проводил в библиотеке почти все свое время, и сегодня снова пойдешь туда?

Какие бы вопросы я ни задавала, было совершенно ясно, что мне следует сохранять спокойствие, чтобы не давить на него.

— Я собираюсь на встречу с рыцарем-командором.

— А?

— Завтра я еду в военную гимназию.

Мне кажется, я не посещала в гимназию с тех пор, как мне исполнилось пятнадцать.

— Зачем?

— Просто мне нравится фехтование.

— В самом деле?

Равнодушный мальчик выглядел по-настоящему счастливым, когда говорил о том, что ему что-то «нравится». Он всегда качал головой, когда его спрашивали, любит ли он сладости, когда каждое утро опустошал свою тарелку с десертом.

— Я не знаю, но должен ли хорошо выглядеть для этой встречи?

— Эмм...? Ну... Оденься, что ли, поприличней. Как насчет этого жилета? — я ухмыльнулась, доставая серый жилет из шкафа.

Подбор одежды для важных событий.

Быть милой с Эваном дается мне очень даже легко. Я думаю, мы должны рассуждать в таком ключе! Он все равно вырастет безразличным к своей жене, но пока что с ним довольно весело.

Эван, который четко уверен, что его не любят, в свою очередь был добр к ней, потому что ему было ее жаль. Хоть недавно он и показал, что не испытывал к ней ненависти, все же был довольно любезен.

Я рассмеялось про себя от гордости, увидев, как он без единого слова взял в руки жилет, который я выбрала.

— Это мило...

А потом мы покинули герцогство, одевшись подобающим образом, с двумя рыцарями-сопровождающими и Лизой, служанкой, последовавшей за нами в город.

«Ну, мне пока нет смысла ходить одной».

Я не знала, каким будет мой следующий шаг, но знаю, что нужно осмотреться.

Я обошла магазины с платьями, магазин игрушек, канцелярских товаров, ювелирный и ничего не купила. Для Лизы и охранников это было довольно утомительно, и они начали скучать.

К тому времени, когда я устала, направилась в магазин, известный своими десертами. Ганаш был настолько популярен, что его можно было купить только один в одни руки. Тем не менее, очередь была настолько длинной, что мне пришлось бы стоять еще около часа.

— Я очень даже люблю сладкое, так что давайте купим это, — сказала я, стоя в конце очереди.

— Поскольку мы можем получить только по одному на человека, каждый купит одно, ладно?

— Может, вы просто скажете, что являетесь леди Акардской? Вас могли бы пропустить без очереди.

— Если мы не станем в очередь, люди могут начать нас критиковать за использование привилегий. А я не хочу создавать повод для сплетен о герцоге.

Лиза прикоснулась к подбородку, как бы раздумывая, и согласилась, не в силах опровергнуть мое благородное решение.

«Интересно, я уже минут двадцать стою в этой очереди?».

Кхе-кхе!

Закашлявшись, я быстро поднесла платок ко рту. Лиза, прекрасно осведомленная о периодическом кровавом кашле, поспешила мне на помощь.

— Маленькая госпожа! С вами все в порядке?

— Кхе, кхе, кхе! Я... Я! Кхе! В порядке...

Я схватила Лизу за руку и попробовала отдышаться.

— Я... Мне нужно… в уборную...

— Я иду с вами!

— Н-нет! Кхе, кхе! Если я не успею вернуться... Кхе! Пожалуйста, купите три штуки.

Лиза беспомощно топнула ногой, в то время как я уставилась на охранников.

— Мне нужно в ванную. А вы должны их купить.

— Н-но...

— Если я куплю только одну порцию для Эвана, он не захочет его есть. Нам нужно три, чтобы мы могли все вместе выпить чаю.

Я перестала кашлять и заговорила четко, очень рассудительным тоном.

— Даже если одному из нас не хватит, это нарушит наше чаепитие. Итак, вы все еще хотите пойти со мной?

— Н-но...

— Если мы не будем чаевничать, наша семья, которая стала немного ближе с тех пор, как мы были на скачках, снова отдалится. Это очень важно для наших отношений!

— Эм...

— Вы что, хотите, чтобы мы отдалились друг от друга и стали совсем чужими? Эван, мой муж, откажется от меня.

— А...

— Эван не унаследует герцогство и у него отберут титул. История герцогства Акард исчезнет. И это все случится потому, что вы не купили Ганаш? Потому что решили сходить со мной в уборную?!

— Н-но...

— Кхе! Ку-у-у-гх! Кхе, кхе, кхе!

Двое охранников и Лиза переглянулись и вздохнули.

— Кхе, кхе, кхе! Так что я... Кхе! Пойду в уборную и буду ждать вас там. Кхе! Встретимся там... — я указала пальцем в начало толпящейся очереди и быстро зашагала прочь.

Оказавшись вне их поля зрения, быстро свернула в переулок и начала оглядываться по сторонам. Я еле сдерживала желание начать прыгать от радости, а здесь подходящее для этого место.

«Темное кафе без вывески и статуя отвратительной лошади перед ним... О, вот же оно!».

К счастью, я нашла его раньше, чем заблудилась, без колебаний толкнула дверь и вошла внутрь.

—//—

— Кто там?

Я уселась за столик без посетителей. Ко мне подошел старик. Глядя на мое важное надутое лицо, он спросил, что я тут делаю.

— Я здесь, чтобы повидаться со Свеном Вестианом.

Я взяла со стола газету. На первой странице были размещены две фотографии с надписью: «Синдром темной лошадки: кто главный герой этого удивительного сюжета?».

Указав на свою фотографию в газете и невинно улыбаясь, я наклонила свое лицо вперед, как бы намекая.

«Скажите ему, что это я. Пожалуйста, попросите его встретиться со мной прямо сейчас».

Старик сразу же встал, направился на кухню и вежливо пригласил меня пройти.

***

Эван вел приватную беседу с Людвой Ди Карто, главой рыцарей.

Акардийская униформа имела две расцветки: черную или синюю. Однако дизайн синей был настолько уродлив, что все рыцари, крове Людвы, носили черную.

Его называли «Людва — синий мундир», так как он носил только синее. У него были каштановые волосы и черные глаза. Людва уже довольно долгое время был на посту главы Акардийского ордена.

Эван узнал о нем многое, когда учился в академии. Синяя униформа Людва выделяла его среди остальных, когда он стал рыцарем-главнокомандующим. Никто, кроме него, ее больше не носил.

— Хм, вон оно что. Ты хочешь начать упражняться с мечом.

Людва уставился на Эвана своими черными глазами.

— Все верно, я, как следующий герцог, должен хорошо постараться и приложить максимум усилий, — Эван слегка нахмурился.

Он был победителем юношеских соревнований по фехтованию. Его желание попробовать поупражняться было естественным, так как рыцари герцогства Акард рано или поздно будут подчиняться ему, и у них не будет повода говорить, что Эван — плохой фехтовальщик.

— Мда, герцогство еще не видало такого наследника, который бы убил герцогиню.

Эти слова заставили Эвана напрячься.

— И сказать, что герцог Акард был очень не рад таким новостям — это ничего не сказать. Герцог был просто убит горем.

Конечно, он знал, что за его спиной все шептались об этом, но впервые кто-то высказывал ему это прямо в лицо.

— Это все твоя вина.

Эван вдруг почувствовал, что у него перехватило дыхание. Ему будто сдавило сердце.

— Ты ведь это понимаешь, не так ли?

Когда он думал о Матильде, своей матери, которая умерла при его рождении, он становился холодным и жестким. Он слышал, что когда та была еще жива, атмосфера в герцогстве была совершенно иной, чем сейчас. Говорили, что она была такой же теплой, как весеннее солнце. Он слышал некоторые разговоры о ней.

Не только его отец, герцог Акард, но и все в герцогстве глубоко любили ее.

Однако после ее смерти все изменилось. Обстановка в герцогстве стала гнетуще мрачной, а герцог Акард начал цепляться за власть как сумасшедший. И все же, это не принесло ему счастье. По крайней мере, он не выглядел удовлетворенным. Раньше он говорил: «У меня нет склонности рисковать жизнью ради богатства и власти».

Эван вырос в обстановке пренебрежения со стороны отца, с детства слыша, как слуги шепчутся за его спиной. Когда его отправили в академию, этого было достаточно, чтобы понять, что он значил для особняка и герцога Акарда.

Людва продолжил говорить.

— Поэтому ты никогда не должен быть счастлив. Ты просто этого не заслуживаешь.

Рука Эвана замерла, когда он, сам того не осознавая, попытался расстегнуть свой серый жилет.

— Ты приговорил своего отца к одиночеству.

Вообще-то он был немного рад, когда Лария выбирала ему одежду, но вдруг почувствовал себя виноватым, вспомнив, как она хлопотала.

— Нет ничего лучше фехтования для избавления от заблуждений и тренировки своего тела. С этого момента приходи прямо перед завтраком и вместо ужина.

Он же завтракал с Ларией. Ему это нравилось, но…

Эван медленно кивнул, думая о герцоге, который с самого его рождения каждый день завтракал в одиночестве.

— ... Я понял.

Эвану нравилось фехтовать, но не настолько, чтобы заниматься этим практически весь день. Тем не менее, у него не было другого выбора, кроме как ответить ему согласием. Каким бы высокопоставленным он ни был, ему было всего тринадцать лет.

Между тем, никто открыто не говорил, что нечто подобное случилось с герцогом. Все же, Эван и сам об этом думал, вменяя себе вину за смерть матери, хотя услышать это напрямую от других оказалось огромным ударом.

Впервые в жизни он был вынужден сжаться от стыда перед кем-то, кто ударил его в самое больное место.

— Мне понадобится твоя помощь, когда ты вырастешь. Это все, что тебе нужно делать, — слова Людвы заставили его взгляд опуститься в пол. — Если ты нашел смирение, тебе не следует искать себе другое место в этой жизни.

Эван, который проводил больше времени в академии, чем в герцогстве, не мог отрицать это замечание. Это был факт, который он очень хорошо знал.

Когда он впервые увидел Ларию, она сразу же улыбнулась и сказала: «Давай постараемся поладить», — поэтому он подумал, что герцог хоть немного изменился. Очевидно, его повседневная жизнь с ней была приятной, хотя и не должна быть таковой.

Из-за него его отец и мать были разлучены навсегда, и даже если бы он хорошо ужился с Ларией, все равно все винили бы его, как и Людва.

— Принц.

Эван сжал меч.

— Всю оставшуюся жизнь ты должен быть таким же несчастным, как и сейчас, даже находясь в тени.

***

Моё сердце колотилось, когда я проследовала за стариком.

«Это то самое место!»

Кухня, прикрытая грязной тканью, была на удивление красочной. Я кашлянула и стала ждать Свена, скрестив ноги.

На самом деле это штаб-квартира Вестианской тёмной информационной гильдии. Мне известно об этом месте, поскольку в оригинале сюда приходил главный герой. Точнее, он выпрашивал здесь скидку на покупку титула после того, как выиграл деньги на скачках. Вестианская тёмная информационная гильдия собирает информацию, но их нелегальный развлекательный бизнес тоже был чрезвычайно популярен.

— Кто же вы такая?

Вскоре передо мной с улыбкой появился мужчина лет тридцати. У него были седые волосы и голубые глаза, а в руках он держал чёрного кота.

— Я Свен Вестиан. Удивлён, что вам известно моё настоящее имя, леди Лария Роуз Акард.

Чёрный кот, которого он держал, спрыгнул с его рук и сел мне на колени.

— Ах…

Жёлтые глаза кота смотрели на меня. Меня не интересовало животное Свена, но его глаза расширились, когда он увидел кота, сидящего на мне.

— Ох, это… Ох, боже мой.

— А…

Теперь я не могла не обратить на это внимания. Взяв кота на руки, я вернула его Свену.

— Мяу?

Котик посмотрел на меня, словно говоря: «Как ты смеешь не обращать на меня внимания, когда я такой милашка?».

Но, к сожалению, я оказалась в ситуации, когда мне нет дела до милых котов.

— У нас не так много времени, так что буду откровенна.

Я положила чек на стол.

— Оставьте мне десять золотых. Я хочу, чтобы ты сделал три вещи с оставшимися деньгами.

Свен, всё ещё попеременно глядя то на черного кота, то на меня, медленно ответил.

— Да, госпожа… Говорите.

— Во-первых, я хочу купить титул.

— Что?

— Во-вторых, я хочу купить территорию.

Сеймур тоже купил территорию. Я не могу купить всю землю, потому что мне не хватает денег, поэтому я куплю только половину. И это должна быть именно эта территория. Потому что на этой земле Сеймур зарабатывал деньги, поскольку позже там позже будут добывать железную руду.

Так что в некотором смысле я отбирала у Сеймура то, что он делал. Но ничего не поделать. В новелле акцент делался только на действиях главного героя, поэтому я могла следовать только его планам.

— Конечно, держите это в тайне.

Меня не мучила совесть.

— Герцог Акард не должен об этом узнать.

Как только мы с ними разойдемся, я позабочусь о чистоте своей совести.

— Если говорить о титуле… Маленькая леди Акард ещё слишком молода. Разве вам не четырнадцать?

— Титул маленькой леди не очень мне подходит. Пожалуйста, зовите меня просто Лария. Суть в том, что…

Как и ожидалась от главы информационной гильдии… Он уже знал мой возраст.

— Мне нужно альтернативное имя, — быстро проговорила я, — Сделай фальшивую личность. Территория находится в Ханэу, но я не могу купить всё сразу.

Свен нахмурился, ища на карте названное мной место.

— Она не дорогая, но вскоре территория будет иметь большую ценность, поскольку там станут добывать железную руду. Я не могу купить всю землю, потому что у меня недостаточно денег, но могу купить половину.

Сеймур сможет получить только половину выручки, раз уж я куплю эту землю. Плюс мне придётся купить титул барона.

«Если ты настоящий мужчина, то попробуй преодолеть те трудности, через которые прохожу я»

Я обдумала всё и сказала.

— Может быть, стоит купить титул барона после того, как ты приобретешь территорию?

— Конечно. Какой псевдоним вы хотите?

Я задумалась на мгновение и сказала то, что пришло в голову.

— Кайл Дарт Равонис.

Я специально выбрала мужское имя, поскольку мне нужна совершенно противоположная личность. Раз уж Ханэу находится далеко отсюда, я решила, что можно выбрать любое имя.

— Ну, половину я услышал. Что в-третьих?

— В-третьих… — быстро проговорила я, — Через какое-то время Герцог Акард будет искать врача.

Это было в оригинальной истории.

Герцог постоянно проверял моё здоровье, в соответствии с записями врача. Он был дотошным злодеем, поэтому для него было в порядке вещей следить, не собирается ли человек, за которым он присматривает, умереть.

— Я хочу назначить на эту должность другого врача. Уверена, что найду хорошего специалиста, но было бы лучше, если бы вы сами привезли его сюда. Поэтому первое, что я должна сделать – это найти нужного врача.

— Если вы поручите эту работу Вестианской гильдии, результат будет удовлетворительным.

— Хорошо. Если сможете, то попроси женщину. И, пожалуйста, доверь эту работу правильному человеку.

— Не знаю, есть ли у меня выбор… ну, надеюсь на это. Сделаю всё, что в моих силах.

— Имя моего врача – Серена Морристо. Ищите человека с этой фамилией, возможно, вы быстро найдёте её.

Мне нравилось, как он со мной разговаривал.

Когда кот ходил рядом, Свен стал выглядел как дурак, но быстро пришёл в себя. Я хотела спросить, почему он постоянно смотрит на котика, но, похоже, он был обычным домашним животным.

«Ну, если это его кот, то было бы неплохо встретиться с ним ещё раз»

— Хорошо, спасибо.

— Это большое дело, поэтому я его беру.

Я облегчённо вздохнула. Преимущество Вестианской информационной гильдии заключалось в абсолютной защите секретов клиентов. В оригинале он держал рот на замке, несмотря на угрозы Герцога Акарда.

Он взял мой чек и вернул сто золотых.

— Я просила оставить мне только десять золотых…

— Знаю. Остальное я даю, потому что хочу иметь с вами дело.

— Со мной?

— Да.

— Что тебе от меня нужно?

Он улыбнулся, сложив пальцы.

— Информация.

— Я ничего не знаю о герцоге. Это касается моего отца?

— Нет, меня интересует не он.

Я моргнула.

— Я хочу получить информацию о Ларии Роуз Акард, леди Лария.

Я поняла, что от моего ответа будет зависеть то, запомнят ли меня как «долгосрочного клиента» или я останусь «подростком, который ничего не знает».

Ну, сомневаюсь, что это большая проблема – копать информацию обо мне, потому что он способен самостоятельно всё разузнать.

Если мы собираемся сохранить сделку, мне придется дать ему возможность разузнать что-нибудь обо мне. Но сомневаюсь, что Свену обо мне ничего неизвестно. Так что это испытание для меня.

В тёмной информационной гильдии для меня уже подготовлен ледяной трон.

— Хорошо.

Я передала ему чек на сто золотых обратно и сказала:

— Но я не продам информацию за деньги.

— Что?

— Я обменяю её на другую информацию.

Свен рассмеялся, словно ему стало интересно.

Я, с колотящимся сердцем, последовала за стариком.

— Мы на месте.

За темной и мрачной кухней, забросанной кучей каких-то грязных тряпок, была комната — удивительно светлая и уютная.

Я немного закашлялась и сев за столик, стала ждать Свена.

Фактически, я находилась непосредственно в штаб-квартире Вестианской гильдии темных сведений.

Конечно, я знаю это место, потому что главный герой посещал его в оригинальной книге. Точнее говоря, он здесь выпрашивал скидку на приобретение своего титула после того, как выиграл много денег на скачках.

Гильдия владела огромным объемом информации, но это не единственное, чем они занимались.

Их нелегальный игорный бизнес тоже приносил свои плоды.

— Кто это тут у нас?

Вскоре появился человек в возрасте около тридцати с небольшим и сел напротив меня с яркой улыбкой. У него были седые волосы и голубые глаза. На его руках гордо восседал черный кот.

— Свен Вестиан. Сказать по правде, я удивлен, что вы знаете мое настоящее имя, мисс Лария Роуз Акард.

Вдруг черный кот, которого он держал на руках, прыгнул мне на колени.

— Ах... — от неожиданности я вскрикнула.

Желтоглазый котяра принялся сверлить меня взглядом.

Меня не очень интересовал этот шерстяной комок, но глаза Свена расширились от удивления, когда он увидел, что его кот сидит у меня на коленках.

— О, это... О, боже мой. О!

Кот так вылупился на меня, что я просто не могла сосредоточиться на деле. Поэтому подняла его и протянула Свену.

— Мяу?

Кот посмотрел на меня с выражением: «Да как ты смеешь так себя вести, я ведь такой милашка!».

Но к сожалению, я находилась в таком положении, что даже эта милая пушистая мордашка не могла меня порадовать.

— У нас не так много времени. Так что сразу перейду к делу.

Я вытащила из кармана платья чек и положила его на стол.

— Выдайте мне с этого чека десять золотых. Остальные деньги нужно кое-как вложить. У меня есть три просьбы.

Свен, все еще поглядывая то на кота, то на меня, неспешно ответил.

— Да, мисс... Слушаю вас.

— Первое: я хочу купить титул.

— Э-эм, что простите?

— Второе: мне также нужны земельные угодья.

Сеймур, главный герой романа, тоже разделил выигрыш со скачек пополам, чтобы купить титул и территорию.

У меня не было возможности купить целый надел земли из-за того, что я немного стеснена в финансах, поэтому намереваюсь купить лишь половину.

Мне нужен тот конкретный кусок земли.

Потому что это была именно та земля, на которой книжный Сеймур зарабатывал деньги — впоследствии там будет добываться железная руда.

Так что, в каком-то смысле ему придется поделиться со мной.

Я ничего не могла с этим поделать.

В романе описаны не все возможные линии развития сюжета, но в основном все было сконцентрировано вокруг действий главного героя. Поэтому у меня не было выбора, кроме как следовать чужим шагам.

— Конечно, все это нужно сделать тайно.

Я такая бессовестная, к тому же.

— Герцог Акард не должен узнать.

Как только моя жизнь перестанет зависеть от него, я что-нибудь придумаю со своими угрызениями совести.

— Что касается титула... Юная леди Акард еще слишком молода для его приобретения. Разве вам не четырнадцать?

— Юная леди — не самое лучшее обращение. Пожалуйста, зовите меня просто Лария. И проблема в том, что...

Как и ожидалось от главы Гильдии информации... Он уже был осведомлен о моем возрасте.

— ... Мне нужно фальшивое имя, — выпалила я на одном дыхании. — Сделайте мне поддельную личность. Земля, которую я хочу, находится в Ханеу, хотя я и не могу купить ее всю.

Свен нахмурился, ища место на карте, которая висела на стене.

— Цена мне подходит. Сейчас она в продаже, насколько я знаю, и позже будет иметь бо́льшую ценность, когда там начнут добывать железную руду. Я не могу купить весь участок, потому как у меня сейчас не так много денег, но точно могу позволить себе половину.

Сеймур потратит лишь половину выигрыша, потому как я куплю землю, которую он хотел купить сам. Конечно, я не смогу купить себе приличный дворянский титул, поэтому начну с титула баронессы.

«Если ты — настоящий мужчина, постарайся преодолеть те трудности, которые выпали на мою долю».

Я все обосновала честно и без прикрас.

— Может, я смогу купить титул баронессы после того, как вы купите землю?

— Да, можно. Как же будут звать вашу вторую личность?

Я на мгновение задумалась и сказала первое, что взбрело в голову.

— Кайл Дарт Равонис.

Я специально назвала мужское имя на всякий случай, так как мне нужно было придумать кого-то, совершенно противоположного мне. Поскольку Ханеу все равно очень далеко отсюда, я подумала, почему бы и не выбрать любое другое имя.

— С двумя просьбами разобрались. О чем же третья?

— Хм, что касается третьей... — быстро заговорила я, — в скором времени герцог Акард, мой отец, начнет поиски врача.

Это я тоже знаю из книги.

Герцог Акард будет сверяться с моим состоянием согласно отчету врача. Он был отъявленным злодеем, поэтому для него было в порядке вещей убедиться на деле, действительно ли умирает человек, смерти которого он ожидал.

— Мне нужен свой человек на этой должности. Мне нужен тот, на кого я могу положиться, лучший из лучших, и я хочу, чтобы подбором занялись вы.

Выбор лекаря напрямую влиял на мою безопасность, поэтому был задачей первоочередной важности.

— Вы останетесь довольны услугами Вестианской Гильдии, если доверитесь нам.

— Отлично! Если можно, я бы хотела, чтобы это была женщина. И пожалуйста, очень вас прошу, выберите подходящего человека, — многозначительно подчеркнула я.

— Я даже не знаю, что и сказать... Но кажется, понял, о чем вы. Я сделаю все, что в моих силах.... Моего семейного врача зовут Серена Морристо. Она такая одна в нашем городе, так что, если будете ее искать, она сразу бросится вам в глаза.

Я отметила про себя, что мне нравится, как он ведет дела.

В это время кот кругами ходил вокруг меня, и я даже почувствовала себя неловко под таким пристальным наблюдением, но встряхнув головой, быстро пришла в себя.

Я хотела спросить Свена, почему он так часто смотрит на кота. Мне даже показалось, что он обменивается с ним взглядами, хотя с виду тот выглядел как обычный домашний кот.

— Если это ваш кот, то будет приятно увидеться с ним снова.

— О, благодарю.

— Должна признать, ваша работа очень важна для меня.

Я подавила легкий вздох удовлетворения.

Преимущество Вестианской Гильдии сведений заключалось в абсолютной защите секретов клиента.

В последующем сюжете он будет держать рот на замке, даже когда герцог Акард придет угрожать ему, пытаясь выпытать информацию о главном герое, Сеймуре, который был связан с принцессой.

Он взял в руки мой чек и, немного погодя, выдал мне сто золотых.

— Я ведь просила оставить мне лишь десять...

— Да, я знаю. Разницу я доплачиваю за то, что хочу получить от вас взамен.

— От меня?

— Угу.

— И чего же вам нужно?

Он усмехнулся, переплетя пальцы рук.

— Информация.

— Но я ничего не знаю о герцоге Акарде. Если, конечно, речь о нем.

— Нет, не о нем.

Я вопросительно моргнула глазами, не понимая.

— Мне бы хотелось узнать кое-что о Ларии Роуз Акард, мисс Лария.

В тот момент у меня было явное предчувствие, что в зависимости от моего ответа будет решено, стану ли я «долгосрочным клиентом» или останусь «подростком, который ничего не знает».

Ну, не думаю, что это было большой проблемой — накопать информацию обо мне, потому что он в любом случае будет иметь хоть приблизительное представление.

Если я хочу сохранить сделку, мне придется сообщить ему кое-что обо мне. Однако Свен никак не мог этого не знать.

Он меня испытывает.

И в Гильдии темных сведений для меня был уготован холодный стул для допросов.

— Идет, — громко сказала я, возвращая ему сто золотых. — Но я не продам информацию за деньги.

— Ч-что?

— Я тоже буду брать информацию взамен.

Услышав это, Свен рассмеялся так, будто ситуация его заинтриговала.

— Давай обменяемся информацией по очереди.

Я сложила руки и подняла подбородок.

— Хорошо, Лария. Что тебя интересует?

— Я бы хотела узнать о покойной жене герцога.

В оригинальной истории не было описания герцогини. Герцог Акард был злодеем, поэтому предыстория не была достаточно подробной, потому что она была второстепенным персонажем. Всё, что мне было известно, это то, что она умерла при родах.

«Было много историй о главных героях, но я не видела ничего о других»

— Ты имеешь в виду Матильду Ларилаш Акард.

Свен почесал подбородок.

— Как и у тебя, Лария, у неё был политический брак с Герцогом Акардом. Он был заключён с тех пор, как они были детьми. Но она была добрым и светлым человеком, поэтому они хорошо ладили.

— Правда?

Герцог Акард с кем-то ладил?

Я наклонила голову.

— Матильда была прекрасной женщиной. Она была хорошей и добросердечной. Она была человеком, который не мог не нравится.

Он продолжил.

— Ей очень нравились шутки герцога, поэтому она всегда смеялась.

Я вздохнула. Мне пришлось признать, что это была настоящая любовь.

Их отношения были печальнее, чем у Сеймура с Элейн.

— Было известно, что Герцог Акард счастлив со своей женой, по крайней мере, с политической точки зрения.

Я наклонила голову. Сложно было представить себе лицо герцога, счастливо проводящего своё время с женой. Он же всегда суров.

Почему-то мне стало тяжело на сердце.

— Он был одержим. Герцог не мог спокойно жить без жены, он хотел, чтобы она всегда была в поле его зрения. Герцог хотел всё контролировать, также он ненавидел её встречи другими мужчинами…

— … А?

— Мне сообщили, что Матильда отправилась в город с «Людвом в синей форме», вице-капитаном рыцарей в то время. Они слонялись по улицам течение некоторого времени.

— Людва в синей форме?

— Его так прозвали из-за того, что он всегда носил синюю форму. Синие мундиры Акардов были слегка уродливыми, поэтому их никто не носил, кроме него.

— Ах, почему у него такой странный вкус?

— Поговаривали, что это из-за того, что у Матильды были синие глаза, но сложно сказать, правда это или нет. В любом случае, тогда герцог Акард сказал, что вырвет ему глаза.

Одержимость и ревность обычно не настолько сильны. Мне необходимо было выслушать эту информацию, чтобы понять, действительно ли она была счастлива.

— Было множество людей, которым нравилась Матильда, если я правильно понимаю.

— Верно.

Я кивнула.

— Она была довольно слабой здоровьем, но после того, как она забеременела Эваном, ей стало ещё хуже.

— Ох, она была слаба?

— Герцог очень нервничал на протяжении всей её беременности. И по итогу она умерла во время родов.

Я задумалась, сильно ли расстроится Эван, если услышит это.

«Нет, думаю, он уже всё знает»

— Леди Ларии тоже следует быть осторожной.

— Хм? Почему?

— Потому что вы с герцогиней очень похожи.

Мы немного схожи во внешности. Хотя, думаю, Свен имел в виду не это.

— Они могут быть дружелюбными, но, если что-то пойдёт не так, неизвестно, как всё обернётся. Это за пределами нашего воображения.

Ну… В оригинале Эван был безразличен ко всему, что делает Лария.

Я задумалась. Даже когда его первая жена умерла, а вторая изменила ему, Эван не страдал. Даже если он сейчас со мной довольно мил, его сердце мне не откроется.

— Люди думают, что герцог отправил его в академию, потому что он слишком похож на него. Сын не был похож на Матильду, поэтому ему было трудно привязаться к нему.

Несмотря на то, что Свен дал мне информацию о Матильде, в ней не было ничего примечательного. В конце концов, герцогиня была добрым и милым человеком, заботившимся о других.

— Леди Лария, пожалуйста, ответь на мой вопрос.

— Хорошо.

Вопрос Свена был совершенно неожиданным.

— Что ты думаешь о Герцоге Акарде?

На мгновение я погрузилась в раздумья. Стоит ли мне сказать: «Он хороший человек», или рассказать правду?

Свен – талантливый лидер гильдии и он человек, который поможет в любой ситуации, если будет на моей стороне.

Поэтому я осторожно ответила.

— Думаю, у него есть потенциал, чтобы сотрясти императорскую семью.

Свен уставился на меня. Он больше не задавал вопросов.

Ну, мои слова могут иметь большое значение.

— Это хороший ответ.

По крайней мере, когда мы со Свеном встретимся в следующий раз, он не будет думать обо мне только как о ребёнке.

— Думаю, мне пора идти.

Прошло меньше часа, но мне стоило вернуться обратно. Протянув руку, я сказала:

— Теперь десять золотых.

Я бы не забыла об этом.

Честно говоря, я была готова принять и сто золотых монет. Но я немного разочаровалась в Свене, когда он засмеялся и протянул мне десять золотых.

— Тогда до встречи.

— Не забудь про доктора, — сказала я ещё раз и быстро вышла из кафе.

***

— Вы всё купили?

Пока я ждала со сложенными руками перед магазином десертов и улыбнулась, увидев, что Лиза и рыцари купили ганаш.

— Вау, спасибо.

Я подарила им цветы, которые продавались в магазине напротив.

— Вам было тяжело долго стоять в очереди. Это подарок.

Они приняли цветы с озадаченным выражением лица. Такой подарок не имел большого значения. Я просто хотела поделиться радостью, которую ощущаю при любовании красивыми цветами.

— Что-то не так? Вы ненавидите цветы?

— Нет, дело не в этом. Спасибо, леди Лария.

— Давайте вернёмся сейчас.

— Но, леди Лария.

Лиза посмотрела на конверт в моей руки и сказала:

— Что это такое?

— Ох, это, — я крепко сжала конверт и улыбнулась, — Секрет.

На самом деле, в конверте была бумажка с названием магазина, поэтому я решила немного повредничать.

Так мы закончили нашу короткую поездку в город. Я подумала, что было бы идеально выпить чаю, когда вернусь домой.

Всё прошло хорошо, за исключением того, что лидер тёмной гильдии, Свен, заинтересовался мной больше, чем я думала.

— Давайте договоримся так: ответ за ответ, — сказав это, я скрестила руки на груди и вздернула подбородок.

— Согласен. Что же вас интересует?

— Я бы хотела побольше узнать о покойной жене герцога.

Так как в оригинальной книге она никогда не описывалась, мне нужно было знать, что собой представляла эта женщина.

Герцог Акард был злодеем в романе, и причины его поведения не объяснялись подробно. К тому же, герцогиня была всего лишь второстепенным персонажем. Если подытожить, всё, что я знала о ней, это то, что Матильда умерла при родах Эвана.

«В основном там были истории о главном герое, и я больше ничего не помню об остальных...».

— Вы имеете в виду Матильду Ларилаш Акард? — Свен почесал подбородок. — Так же, как и вы, Лария, она заключила политический союз с герцогом, когда они были еще детьми. Как ты уже, наверное, знаешь, она была очень светлым и добрым человеком. Они очень хорошо поладили друг с другом.

— В самом деле?

Был ли герцог Акард человеком, который способен поладить хоть с кем-либо?

Я склонила голову, продолжая слушать.

— Матильда была очаровательной женщиной. Очень доброй и отзывчивой. Это был человек, который просто не мог не понравиться, — продолжал говорить Свен. — Матильде нравилось чувство юмора герцога Акарда, и она всегда так звонко смеялась над его шутками.

Я благоговейно вздохнула. Нужно было признать...

«Это была настоящая любовь».

И даже более роковая, чем любовь Сеймура и Элейн.

— В то время было известно, что герцог Акард счастлив со своей женой, по крайней мере, с политической точки зрения.

Я никак не могла представить себе лицо герцога, проводящего счастливые деньки вместе с женой. Он всегда так бесстрастен и груб.

У меня вдруг стало тяжело на сердце.

— Нужно признать, что он был немного одержим ею. Герцогу было неспокойно всякий раз, когда ее не было в поле его зрения. Он пытался все контролировать и терпеть не мог, когда видел ее в обществе другого мужчины...

— ... А? Вы о чем?

— Мне однажды доложили, что Матильда отправилась в город с Людвой «Синим Мундиром», на тот момент вице-капитаном рыцарей. Она провела в его сопровождении несколько дней.

— Людва «Синий Мундир»?

— Это прозвище он получил потому, что всегда носил только синюю униформу. Синяя форменная одежда рыцарей герцога Акарда была немного... Э-э... Некрасивой, поэтому никто не хотел ее надевать. Но Людва был единственным, кто носил ее.

— Ох, с чем же связан его странный эстетический вкус?

— Некоторые говорят, это все потому, что у Матильды были пронзительно голубые глаза, но трудно сказать наверняка. В общем, узнав об этом, герцог Акард в ярости сказал, что выколет глаза Людве.

Одержимость и ревность обычно не бывают настолько серьезными.

Интересно было бы послушать версию Матильды: действительно ли она была счастлива в этом браке?

— Ну, получается, было много людей, которым она нравилась. Как я понимаю.

— Так и есть, — кивнул Свен. — Но здоровье у нее было довольно слабое, и беременность лишь усугубила ее состояние.

— О, она была слаба?

— Из-за этого герцог очень нервничал и пережевал на протяжении всей беременности. В конце концов она умерла во время родов.

Я вдруг подумала, не станет ли легче на сердце у Эвана, если он услышит это.

«Нет, думаю, он и так знает достаточно».

— Мисс Ларии тоже следует быть осторожной.

— Что? Почему?

— Вы очень похожи на герцогиню.

Они, безусловно, немного похожи внешне. Но вряд ли Свен имел в виду это.

— Вы — довольно милая особа, и если с вами что-то случится, вы даже не представляете, что с ними может произойти. Это просто за пределами воображения.

Ну... В оригинальной истории Эван был безразличен ко всему, что она делает.

Я призадумалась.

Даже когда его первая жена умерла, а вторая изменила ему, Эван не был ранен.

Сейчас он — довольно милый мальчик, но даже сам не подозревает, насколько у него доброе сердце, поэтому вряд ли сильно будет переживать.

— Возможно, причина, по которой герцог взял вас с собой в академию... Потому, что вы так похожи на нее. Он не встречал на своем жизненном пути никого, кто был бы так похож на его жену, поэтому ему было трудно не привязаться к вам.

Хотя Свен дал мне достаточно сведений о Матильде, ничего примечательного я для себя не почерпнула. Все снова сводилось к тому, что она была светлым и добрым человеком, которого заботят чужие беды, что я и без того знала.

— Ну, мисс Лария, теперь ваша очередь отвечать на мой вопрос.

— Слушаю вас.

Тот вопрос, который он задал, оказался очень неожиданным для меня.

— Что вы думаете о герцоге Акарде?

На мгновение я погрузилась в раздумья. Что бы на моем месте сказала книжная Лария? Что он — хороший человек? Или сказала бы правду?

Если бы Свен Вестиан, могущественный лидер темной гильдии, был на моей стороне, это было бы очень кстати.

Я решила осторожно подбирать слова.

— Я думаю, что в будущем у него есть потенциал, чтобы взять в ежовые рукавицы всю императорскую семью.

Свен прищурился и уставился на меня своим пронзительным взглядом.

Он больше на задавал никаких уточняющих вопросов, видимо, посчитав мой ответ удовлетворительным.

Что ж, это дорогого стоило.

— Мне нравится ваш ответ.

По крайней мере, при следующей нашей встрече Свен перестанет воспринимать меня как ребенка.

— Думаю, мне пора.

Прошло меньше часа, но я решила, что на сегодня мы достаточно пообщались.

Я протянула руку:

— А сейчас, верните мне десять золотых, как я и просила.

Я никогда не забываю о таких вещах.

Нужно сказать, он дал бы ей сто золотых в обмен на значительную информацию о герцоге. Но она отвергла его предложение, так как чувствовала, что принимая его условия, уже проигрывает ему.

Так или иначе, Свен был немного разочарован. Помедлив, он рассмеялся и протянул ей золотые.

— До встречи.

— Не забудьте о враче, — напомнила я еще раз и быстро покинула кафе.

***

— Вы все купили?

Я, скрестив руки, ждала перед магазином и хихикнула, увидев, как Лиза и сопровождающие бросились покупать ганаш один за другим.

— Вот это да, спасибо!

Я протянула каждому из них цветы с желтыми лепестками, которые купила в цветочной лавке через дорогу.

— Вам было нудно стоять столько времени в очереди. Вот вам небольшой подарок за ваше терпение.

Они выглядели сбитыми с толку, принимая от меня цветы.

Дарить цветы не было чем-то сверхъестественным. Я просто хотела выразить им свою благодарность, к тому же, я чувствую себя намного лучше в окружении красивых ухоженных цветов.

«Но... У них какая-то странная реакция. Я что-то сделала не так?».

Я никак не могла это объяснить, но все взяли цветы со смущенным выражением лица.

— Что-то не так? Вы не любите цветы?

— О нет, дело не в этом. Спасибо вам, мисс Лария.

— Ну, тогда давайте возвращаться.

— Но, мисс... — Лиза посмотрела на конверт в моей руке. — А что это у вас в руках?

— О, это... — Я крепко сжала конверт и ухмыльнулась.

— Это секрет, — сказала я таким драматичным тоном, будто в нем было нечто очень важное.

Но на самом деле, название лавки было указано прямо на конверте, и я специально не спрятала его.

Вот так мы и закончили нашу недолгую поездку в город.

Похоже, сейчас — самое подходящее время вернуться и сразу же выпить чаю.

Я была удовлетворена итогами своей вылазки, за исключением очень неожиданного факта, что лидер Темной Гильдии, Свен, выглядел более заинтересованным во мне, чем я думала.

«Как только мы приняли Ларию в качестве невестки, пожар потух»

Герцог Карудин Иван Акард погрузился в раздумья, затягиваясь сигаретой. Потеряв любимую жену в возрасте двадцати с небольшим лет, сейчас он был красивым мужчиной лет тридцати пяти.

«Ещё слишком рано встречаться лицом к лицу с Герцогом Орландо»

Герцог Орландо был насторожен. Однако стоило относиться к нему осторожнее, даже если его власть не столь обширна.

«Если люди желают большего, их необходимо раздавить…»

Женив Эвана на Ларии, как только она стала сиротой, он смог избежать подозрений на счёт захвата власти над императорской семьёй. Конечно, чтобы заполучить эту власть, он должен заполучить Элейн.

Пока Лария потихоньку умирает, он сможет набраться сил и аккуратно устранить своих политических противников, а также сделать Элейн второй женой Эвана.

Как ему было известно, Лария больна, так что она умрёт в нужный момент.

Возможно, она не хотела, чтобы кто-то видел симптомы, но он довольно часто замечал её кровавый кашель. Лиза, которую он отправил для слежки, тоже сообщала об этом.

[— Раз мы теперь семья, я хочу, чтобы мы стали ближе].

Однако, когда её рвало кровью, он чувствовал себя неожиданно странно. Каждый раз, когда Лария вытирала следы крови со рта, мужчина ощущал себя слегка несчастным.

Было жалко наблюдать, как такая хрупкая девушка кашляет кровью. Когда она зашлась в приступе на ипподроме, она отошла, извиняясь.

Герцог вздохнул и посмотрел на угол своего стола. Будет ложью, если он скажет, что она хорошо рисует, но при взгляде на рисунок Ларии появлялось странное чувство.

[— Прошло совсем немного времени, но я хочу, чтобы мы были ближе!].

Иван привёл её, зная, что девочка скоро умрёт, но никак не мог понять, почему он ей так сильно нравится. Лария была достаточно умной и весёлой, чтобы понять его чувство юмора. Герцог Акард впервые шутил с тех пор, как у мерла Матильда.

Было душераздирающе наблюдать, как Лария смеётся над его шутками.

Она определённо было хорошим ребёнком, но довериться ей до сих пор было сложно, поэтому сегодня к ней приставили охрану. Он волновался из-за того, что она выиграла большую сумму на скачках. Осторожность не помешает.

Он привёз её в особняк, чтобы она тихо умерла, прожив остаток жизни в комфорте. Настороженность и сострадание к Ларии смешались.

— Отец!

Он услышал в стук дверь, словно она пришла, прочитав его мысли.

— Это Лария.

Прозвучал бодрый голос девочки.

Она говорила, что собирается в центр города, но, видимо, вернулась раньше.

Он затушил сигарету.

— Ты занят?

— Нет.

После моего короткого ответа, дверь осторожно открылась и Лария зашла в кабинет.

— Не хочешь выпить со мной чашечку чая, если у тебя нет дел?

— Хорошо.

Он разложил документы, которые просматривал, и сел за стол. Лиза, стоящая позади Ларии, принесла чай и прохладительные напитки.

— Я купила знаменитый ганаш в центре города, — она улыбнулась и протянула тарелку, которую передала горничная, — Лизе и рыцарям было трудно простоять в очереди. Разве он не выглядит красиво?

Карудин съел немного, не проронив ни слова. Умеренный сладкий вкус появился на кончике его языка. Честно говоря, это восхитительно. Он действительно любил сладости.

— Я хотела прийти с Эваном, но он не вернулся из гимназии. Я спрашивала, но мне сообщили, что он не придёт. Мне казалось, что он присоединится, поскольку любит сладкое.

Лария глубоко вздохнула.

Герцог съел ещё кусочек и сказал:

— Ты ходила покупать это?

— Ну, я хотела выпить чаю с семьёй…

Лария держала что-то в своей маленькой руке. Когда он присмотрелся, этим предметом оказалась книга.

— Что это?

— Это подарок, отец!

Она улыбнулась.

— Это новая книга. Она сейчас довольно популярна. Мне посчастливилось купить последний экземпляр.

Книга называлась «Рождение семьи». Иван холодно принял книгу.

— Эван любит читать. Мне показалось, что тебе тоже нравятся книги, поскольку их много в кабинете.

— И где мальчик в этой книге?

Отличная шутка – воспользоваться словом «мальчик»*.

(*П/П: господи прости, что же это за юмор, я ничего не понимаю).

Лария моргнула и засмеялась. Герцог был доволен её чувством юмора.

Однако он не мог долго ощущать восхищение из-за того, что она внезапно прикрыла рот платком и улыбнулась. Лария несколько раз кашлянула и вскочила на ноги, не в силах сдержать кровь.

— Ох, отец. Кхе, тогда я… Кха… пойду.

Она ушла в мгновение ока.

Тем временем, тарелка из-под ганаша была пуста.

***

Вскоре после ухода Ларии вернулась Лиза. Она пришла, чтобы отчитаться о том, чем сегодня занималась Лария, поскольку горничная следила за её действиями.

— Маленькая госпожа гуляла по городу…

Лиза смотрела в пол и робко продолжила отчёт. После смерти Матильды все сотрудники боялись находиться с герцогом.

— Она прошлась по магазинам и посмотрела некоторые платья и аксессуары, но в итоге ничего не купила.

— … Правда?

— Но она сказала, что собирается выпить чаю с герцогом и молодым господином, и сообщила, что должна купить ганаш, так как молодому господину нравятся сладости.

— Хм.

— Пока мы покупали ганаш, она отлучилась на некоторое время, а затем вернулась с конвертом, на котором было название книжного магазина. Вот и всё.

— Убирайся.

Иван бросил короткий взгляд на книгу «Рождение семьи». Когда Лария решила пойти в город без сопровождения Эвана или его самого, он заинтересовался, что же она хочет купить.

[— Могу я рассказать тебе после того, как вернусь?].

Вот почему она сказала, что хочет пойти одна, хотя её трясло. Он не догадывался об этом и продолжал распросы. Даже взрослые служанки дрожали перед ним, а Лария вообще была больным ребёнком.

Герцог почувствовал странное чувство вины впервые за долгое время.

«Она купила мне подарок и пригласила выпить чай»

— Герцог, — Лиза вежливо сменила тему, — Вы просили меня вызвать врача, чтобы узнать о состоянии здоровья маленькой госпожи. Может, нам дать объявление?

На самом деле, он планировал нанять врача, чтобы узнать, когда именно она умрёт. Если Лиза наблюдала за её действиями, то врач будет наблюдать за её здоровьем.

— Да, дай объявление.

Герцог был погружён в раздумья. Он задумчиво почесал подбородок и позвал Лизу.

— Лиза.

— Да?

— Купи всё, к чему прикасалась Лария.

Лиза вздрогнула, поскольку голос Акарда звучал так, словно он злился.

— …Прошу прощения?

— Разве не позорно наблюдать, как юная леди герцогства просто смотрит на вещи, словно у неё нет денег?

— Эм… да.

— Что же тогда будет с репутацией герцогства. Да, кстати, купи ещё пару этих сладостей и принеси сюда.

«Приняв Ларию в невестки, я потушил назревший пожар».

Герцог Акардский, Каллаудин Эйберн Акард, погрузился в раздумья, затягиваясь сигаретой.

Он был довольно красивым мужчиной в свои тридцать с лишним лет. Прошло уже больше десяти лет с тех пор, как он потерял свою любимую жену.

«Еще слишком рано встречаться с герцогом Орландо лицом к лицу».

Герцог Орландо проявлял к нему открытую настороженность. И все же, в свою очередь ему тоже следовало проявлять осторожность, потому как он был еще недостаточно силен.

«Хочешь развиваться — ступай по головам...».

Он женил Эвана на Ларии, как только та стала сиротой без средств к существованию. Таким образом ему удалось избежать подозрений в том, что он собирается захватить власть над императорской семьей. Но, безусловно, для того чтобы взять их в ежовые рукавицы, в его распоряжении должна быть принцесса Элейн.

При условии, что Лария скоро закончит свой земной путь, о чем больше никто кроме Акарда не подозревает, и умрет в нужное время... План был просто идеален.

До тех пор, пока Лария оставалась женой Эвана, он мог наращивать свои силы, тайно устраняя своих политических противников, а позже добиться того, чтобы Элейн стала второй женой Эвана.

Из того, что он подслушивал, было ясно, что Лария медленно, но верно двигается к тому, чтобы умереть к назначенному сроку.

Он не хотел быть уличенным в желании ее смерти, но часто видел, как ее рвало кровью, а Лиза, которую он приставил на наблюдение, также сообщала об этих симптомах.

«При первой встрече с отцом я подумала, что хочу с ним хорошо поладить».

Однако всякий раз, когда Ларию накрывал приступ кровавой рвоты, он чувствовал себя необычайно странно.

Разумеется, герцог Акард знал об этом, но всякий раз, когда эта кроха с несчастным видом тайком вытирала кровь со рта, он чувствовал себя несколько несчастным.

Ему было до глубины души жаль видеть, как ее хрупкое тельце содрогается от болезненных позывов. Лария даже покинула свое место тогда на ипподроме, чтобы не показывать герцогу своей слабости.

Он вздохнул и посмотрел на угол своего стола, где лежал ее рисунок.

Герцог даже с большой натяжкой не мог сказать, что она хорошо рисует, но чувствовал себя непривычно, рассматривая нарисованные Ларией рисунки с изображением их троих.

«Прошло еще не так много времени, но я хочу, чтобы мы стали ближе!».

Он взял ее к себе, зная, что она умрет, но не мог понять, почему она ему настолько небезразлична.

Девочка была достаточно смышленой и веселой, чтобы понять его чувство юмора. С Ларией он шутил впервые после смерти Матильды.

При виде того, как девочка смеется над его шутками, его сердце начинало биться быстрее.

Она однозначно оказалась намного лучше, чем ожидалось, но он еще не мог полностью доверять ей, поэтому сегодня отправил ее в сопровождении нескольких стражей. Герцога Акарда беспокоило, что она выиграла такую огромную сумму денег на скачках.

Как он считал, в излишней осторожности не было ничего плохого.

Он рассчитывал, что привезет ее в свой замок и покроет все ее финансовые траты, пока она будет доживать свои дни.

Его рассудок смущала странная смесь бдительности и сострадания по отношению к Ларии.

— Отец!

Словно в ответ на его мысли раздался стук в дверь кабинета.

«Лария».

Это был ее мягкий голосок.

Она говорила, что собирается в город и, похоже, вернулась раньше, чем он ожидал.

Герцог затушил сигарету в пепельнице.

— Ты занят?

— Нет. Что ты хотела?

Услышав его краткий ответ, Лария осторожно приоткрыла дверь и вошла.

— Если ты не занят, можно пригласить тебя выпить со мной чашечку чая?

— Конечно.

Он привел в порядок документы, которые просматривал, и сел за стол. Лиза, горничная, приставленная к Ларии, принесла чай и прохладительные напитки.

— Сегодня в городе я купила знаменитый ганаш, — Лария улыбнулась и протянула тарелку герцогу, которую служанка подала ей.

— Лиза со стражей простояли в очереди около часа. Не правда ли, он выглядит восхитительно?

Каллаудин, не произнося ни слова, подцепил вилкой небольшой кусочек ганаша.

На кончике его языка застыл умеренно сладкий вкус. Честно говоря, вкус и правда был изумительный.

Он действительно наслаждался этим лакомством.

— Я хотела прийти с Эваном, но он до сих пор не вернулся. Я послала за ним, но он отказался. Мне казалось, ему понравится моя мысль, и он сразу вернется.

Лария говорила погрустневшим голосом и тяжело вздохнула.

— Неужели...

Каллаудин откусил еще кусочек ганаша и спросил:

— Так ты специально ездила в город за этим?

— Ну, я хотела провести время со своей семьей за чаепитием, но...

Лария протянула ему что-то в своей маленькой ручке. Присмотревшись, он понял, что это книга.

— Что это?

— Это мой тебе подарок, отец.

Лария в этот момент выглядела очень смущенно.

«…».

— В последнее время эта книга пользуется большой популярностью. Знаешь, мне посчастливилось заполучить последний экземпляр, который у них остался.

— Всем оставаться на своих листах — это оглавление! — внезапно сказал герцог Акард.

Лария на мгновение застыла, а затем рассмеялась, когда до нее дошло, что это шутка.

Герцог был восхищен ее чувством юмора.

Однако вспышка его счастья длилась недолго — до момента, как только он увидел, что девочка снова прикрыла рот платком.

Она несколько раз кашлянула, затем вскочила на ноги, не в силах остановить поток крови.

— Ох, отец, кхе, я... Кхе-кхе, пожалуй пойду.

Так же внезапно, как и появилась, Лария ушла в мгновение ока, кашляя и пошатываясь.

Между тем ее порция ганаша, видимо была съедена, так как тарелка оказалась совершенно пуста.

***

Вскоре после того как Лария ушла, вернулась Лиза.

Она пришла отчитаться в проделанной работе, так как была служанкой, специально нанятой, чтобы следить за действиями Ларии.

— Наша маленькая госпожа сегодня гуляла по городу... — боязливо сказала Лиза, опуская взгляд.

После кончины Матильды все служащие боялись разговаривать с холодным как лед Каллаудином.

— В основном она только присматривала платья и аксессуары, но в итоге ничего не купила.

— ... Правда?

— Чуть позже она сказала, что собирается выпить чаю с герцогом и поэтому нужно купить знаменитый десерт ганаш, который продается с ограничением в одни руки.

— Хм.

— Пока мы стояли в очереди за ганашем, она тайком улизнула, а когда вернулась, в ее руках был конверт с печатью книжного магазина. Вот и все.

— ... Убирайся.

Каллаудин какое-то время рассматривал оставшиеся на столе кусочки ганаша и книгу с говорящим названием «Зарождение семьи».

Во время ее отсутствия во дворце он задавался вопросом, что она задумала. Но никак не ожидал, что она привезет подарки для своей семьи.

«Я не просто так хочу поехать одна».

Так вот почему она хотела отправиться одна! Она просила этого, несмотря на то, что ей, очевидно, было боязно это делать.

Он настаивал назвать причину поездки. Даже взрослые фрейлины испуганно дрожали перед ним... Как же, должно быть, испугался маленький больной ребенок!

По прошествии очень долгого времени Каллаудин наконец испытывал чувство вины.

«Она купила мне подарок и пригласила выпить с ней чаю».

— Господин, — Лиза осторожно попыталась сменить тему. — Кажется, вы просили меня пригласить врача, чтобы осведомиться о состоянии маленькой госпожи? Может, стоит повесить объявление?

В действительности, он намеревался найти врача, чтобы, узнав точное состояние Ларии, предсказать день, когда она умрет.

Если Лиза ежедневно следила за ее образом жизни, то новый доктор будет следить за ее состоянием здоровья.

— Да, размести объявление.

По его виду можно было сказать, что герцог погрузился глубоко в свои мысли. Он задумчиво почесал подбородок и окликнул служанку, которая как уже выходила за дверь.

— Лиза.

— Да, господин?

— Купи все, к чему сегодня прикасалась Лария.

Лиза вздрогнула, поскольку голос Каллаудина зазвучал так, словно он был зол.

— ... Прошу прощения?

— Разве не стыдно видеть, как юная леди герцогства возится с вещами, как будто у нее нет денег на их покупку?

— Эм... Э-э... Да.

— Что остальные могут подумать о герцогстве? От таких вещей в конце концов может пострадать наша репутация. И да, кстати, распорядись, чтобы купили еще несколько порций ганаша и принесли их сюда.

Я потеряла много времени из-за прогулки в центр города. Только поздно вечером, сбежав из-под наблюдения Лизы, я смогла стащить немного плодов Оклазии. Выскользнув из комнаты, я съела фрукт, затем наспех умылась и зевнула. Затем вернулся Эван.

— Эван? — спросила я, потирая глаза, — Почему ты так поздно?

Он посмотрел на меня и на мгновение замолчал. Затем вздохнул и спросил.

— … Ты меня ждала?

Это было не совсем так, но я же не могла ответить, что не спала из-за того, что тайком ела фрукты. Поэтому я кивнула с полуоткрытыми глазами.

— Конечно. Как я могла лечь спать без тебя? — Если лгать, так по полной, — Как прошла твоя поездка к рыцарям? Ты тренировался весь день?

— Эм, — Эван расстегнул жилет и сказал, не глядя мне в глаза, — С этого момента не жди меня и просто ложись спать. Я буду поздно возвращаться.

Правда?

— И я больше не смогу с тобой завтракать. Это всё, что тебе стоит знать.

— Ты будешь уходить рано утром?

— Эм…

Ого… Да такими темпами он станет чемпионом мира по фехтованию. Какой смысл рисковать жизнью, если даже войны нет.

Я забралась в постель и легла. В будущем, если он будет уходить рано утром тренироваться и приходить поздно вечером…

«Тогда я даже не смогу с ним нормально видеться»

Итак, в оригинале Эван и Лария прожили вместе несколько лет, но они даже не смогли наладить адекватные взаимоотношения. Меч ему был куда интереснее, чем собственная жена. Мне хотелось поладить с ним, но теперь я была немного разочарована.

— Что это?

Засыпая, я услышала голос Эвана после умывания.

— О… Ганаш. Я купила для тебя в центре города. Ты же любишь сладости. Ой, нет, ты их просто хорошо ешь, — полусонно ответила я.

Уверена, что он обожает сладкое, но как только я говорила подобное, он отвечал: «Я не ребёнок».

— Я отправляла Лизу за тобой, но она сказала, что ты не вернулся.

— … А?

— Ты весь день усердно тренировался, да? Съешь и ложись спать. Это вкусно. Я уже поужинала с отцом.

Конечно, я не хотела оставаться наедине с герцогом слишком долго, поэтому после того, как быстро съела ганаш, ушла из-за кашля. На вкус десерт был потрясающим. Теперь я понимала, почему люди стояли в таких очередях ради него.

— Мы простояли в очереди целый час, чтобы купить ганаш…

Не то чтобы я стояла в очереди самостоятельно.

Моё тело, ещё не полностью оправившееся от болезни, слишком сильно устало. Не могу поверить, что так долго пробыла в городе.

«Ох, надо сказать, что на столе подарок»

Но мне так хотелось спать, что я не услышала, как Эван что-то пробормотал. Я думала, что не смогу увидеть его сегодня, поэтому написала небольшое письмо с объяснениями. Эван взял в руки книгу, лежавшую на столе.

<Эван! Ты сегодня хорошо постарался на тренировке? Я выиграла много денег на скачках, поэтому сегодня посетила центр города, чтобы купить подарки своей семье.С уважением, Лария Роуз Акард>.

Хотя сейчас это кажется столь незначительным на фоне смертельной болезни.

Я совмещала миловидность с актёрским мастерством. Также я цеплялась за герцога, ожидающего дня моей смерти, и была милой с моим маленьким мужем. Эван был довольно привязан ко мне, поскольку наше детство было схоже.

<Я зашла в книжный магазин и купила книгу, поскольку ты любишь читать. Я выбрала лёгкую книгу, потому что мне показалось, что ты читаешь только сложные. Это книга сказок с картинками. Разве она не прекрасна? Я буду читать тебе её, пока не заснёшь>.

Уверена, что его тронуло моё письмо.

「 Читать сказки, пока не усну 」.

Сказка была не сильно длинной, так что я действительно должна ему её прочитать как-нибудь.

Даже Герцог Акард выглядел впечатлённым моим подарком. Следующим утром он пожалеет, что подозревал меня в чём-то.

Я снова заснула.

Когда проснулась на рассвете, я заметила, что Эван сидел за столом и смотрел на мою записку.

«Что случилось?»

Эван снова и снова перечитывал письмо.

«Что с ним не так?»

Я моргнула и задумалась. Что-то случилось с Эваном. Иначе как может тринадцатилетний ребёнок всю ночь просто сидеть, уставившись на бумажку?

Даже если я попытаюсь не обращать на это внимания, то, как он крепко держит моё письмо, заставляет меня чувствовать какую-то слабость.

«Что-то случилось на уроке фехтования?»

Единственное отличие от вчерашнего дня заключалось в тренировке. Мне это не нравится. Думаю, стоит внимательно наблюдать.

***

Из-за того, что ела много плодов Оклазии, я заметила, как быстро улучшается моё состояние. Когда я только приехала, у меня постоянно кружилась голова, я плохо ела и пошаливало зрение. Но сейчас всё было не так плохо. Восточная медицина, должно быть, чрезвычайно развита. Как имперская медицинская академия не может знать столь простого лечения?

Частота кровавого кашля тоже значительно уменьшилась, поэтому я иногда заставляла себя закашливаться в ванной на случай, если Лиза что-то рассказывает герцогу. Я размышляла на счёт того, что же случилось с Эваном, как вдруг раздался стук и дверь открылась.

— Лиза? Что происходит?

Лиза зашла в комнату в компании нескольких горничных.

— Герцог велел мне скупить всё, чем вчера заинтересовалась маленькая леди.

Решительные слова служанки были настолько абсурдными, что я не знала, что ответить.

— А?

— Вы должны носить одежду и аксессуары, соответствующие вашей комплекции… Поэтому мы пришли, чтобы сделать замеры перед заказом.

Что это всё значит?

Пока я была в замешательстве, девицы подошли ко мне и начали снимать с меня мерки.

— Почему он сказал нечто подобное?

— Герцог считает, что если маленькая госпожа будет просто смотреть и перебирать вещи, то это негативно скажется на его репутации.

Я вздохнула и осознала, что Лиза и в самом деле была шпионкой, иначе бы Герцог Акард не узнал, что я ничего не купила.

— О боже!

Мне следовало потрогать бриллиантовое ожерелье, а не маленькое рубиновое…

— Герцог такой заботливый…

Отдай эти вещи своему дорогому герцогу, Лиза.

— Я так тронута. Я надену самые красивые вещи и отблагодарю его.

Если он скажет что-то резкое, и атмосфера станет неловкой, или он снова начнёт рассказывать старпёрские шутки, то я должна буду вызвать приступ кашля…

— Я сообщила герцогу, что маленькая леди уехала в город и не купила ничего для себя, взяла лишь подарки для семьи.

Нет, зачем ты сказала это при других, Лиза. Хотя, может это даже полезно.

— Понятно…

Я не теряла бдительности, но, меня это и правда тронуло. Перед дорогими подарками моё ледяное сердце подтаяло.

«Может, я слишком простая…»

Или герцог немного открыл мне своё сердце, раз уж я так активно действовала? Но он умный злодей. Разве нельзя взять контроль над императорской семьёй другими способами? Тогда бы мы смогли жить вместе, как дружная семья?

«Не знаю, почему герцог так желает заполучить власть, но, если это мне каким-то образом поможет… План «Б»? Возможен ли он?»

Пока я думала, Лиза улыбнулась и сказала:

— Ох, маленькая госпожа.

— Да?

— Герцог наймёт врача, чтобы позаботиться о вашем здоровье. Он так беспокоится о вашей болезни.

Я улыбнулась, чтобы не показаться Лизе подозрительной.

— Хм? Правда?

— Да, я уже дала объявление, и он ищет кого-то, кто позаботится о маленькой леди. Когда его наймут, то врач будет присматривать за вами каждый день.

Только сейчас я пришла в себя.

«Я чуть не продала свою жизнь за парочку подарков»

Герцог Акард действовал в соответствии с оригиналом. Может, он так отплачивает мне, чтобы не оставаться в долгу? Или жалеет меня из-за того, что я скоро умру?

Словно он поиграл с щеночком, прежде чем выбросить его из дома.

— Что ж… большое спасибо. Кстати, а можно выбрать женщину? — спросила я с мрачным видом, — Думаю, будет неловко… говорить врачу-мужчине о симптомах.

— Я сообщу.

— Пожалуйста. Я боюсь всех взрослых мужчин, кроме моего отца.

— О, обычно всё наоборот, — Лиза засмеялась, — Даже дети, которые не боятся взрослых, страшатся герцога. Ларию не пугает его взгляд?

— Всё в порядке, он же такой красивый.

Затем я лучезарно улыбнулась.

Из-за долгой поездки в город утро и день пролетели незаметно. Поэтому я смогла съесть пару плодов Оклазии только поздно вечером, предварительно ускользнув от наблюдения Лизы.

Я тайком выбралась из комнаты, съела фрукт, затем вернулась к себе и торопливо умылась. И тут на меня накатила усталость.

В этот момент в комнату вошел Эван.

— Эван? — я потерла сонные глаза. — Почему ты так поздно?

Он посмотрел на меня, сделав паузу на мгновение, и со вздохом спросил:

— ... А ты ждала меня раньше?

Ну не то чтобы я его ждала. Просто долго не ложилась спать, потому что нужно было выбраться в оранжерею, к плодам Окразии, а Лиза все никак не хотела покидать ее. Но не могла же я сказать ему это.

Вместо этого кивнула с возмущенным видом.

— Ну конечно! Я не могу заснуть, когда тебя нет рядом.

Народная мудрость гласит: если вы собираетесь лгать, убедитесь, что не выглядите подозрительно.

— Ты, кажется, говорил, что собираешься к рыцарям или что-то вроде того? Неужели ты так долго упражнялся? Весь день?

— Ну...

Эван расстегнул свой жилет и ответил, не глядя мне в глаза.

— С этого момента не жди меня. Просто иди спать. Теперь я буду возвращаться поздно.

Вот как? Ну ладно.

— Кроме того, мы больше не сможем вместе завтракать.

— Значит, ты уезжаешь рано утром?

— Угу.

Хм... Он что, собирается завоевать мир, занимаясь фехтованием столько времени? Поскольку сейчас нет никакой угрозы войны, стоит ли посвящать свою жизнь тренировкам?

Как бы то ни было, я быстренько забралась в постель и легла.

С этого дня твердо решила, что буду ходить в город каждое утро и возвращаться домой поздно вечером.

«Что ж, похоже, мы теперь совсем не будем видеться».

Именно так в оригинальном произведении Эван и Лария жили вместе годами, но у них не было другого выбора, в отличие от нас.

Владение мечом было важнее жены, ясно.

Я ведь хотела наладить наши отношения, и такой отклик оказался немного разочаровывающим.

— Что это?

Я уже засыпала, когда вдруг услышала голос Эвана, который только что вышел из ванной.

Я ответила полусонно, даже не открывая глаз.

— О... Это ганаш. Я купила его сегодня в городе специально для тебя. Ты ведь любишь сладкое... Или нет?

Было совершенно очевидно, что он любит сладкое, но когда я говорила что-то подобное, он отвечал что-то вроде: «Я не ребенок», — поэтому я срочно исправлялась.

— Я отправила к тебе Лизу с посланием, но ты сказал нет.

— ... А?

— Неужели целый день тренироваться — это не пустая трата времени? Давай, ешь и ложись спать. Он очень неплох. Мы с отцом его уже попробовали.

Я не хотела слишком долго задерживаться там, поэтому быстро съела десерт и вышла, сымитировав приступ кашля.

У этого блюда был отличный вкус. На самом деле, я чуть не проглотила язык. И поняла, почему куча людей выстраивалась в очередь за ним.

— Я отстояла часовую очередь, чтобы купить его, — ну может и не я стояла в очереди, но какая разница?

Мое тело, еще не полностью оправившееся от болезни, было очень осунувшимся. Это тело безумно слабое. Не могу поверить, что я перенесла эту поездку в город.

«О, нужно сказать, что на столе его ждет подарок».

Но мне так хотелось спать, что я не услышала, как Эван что-то пробормотал.

Я уже было решила, что не увижусь с ним сегодня, поэтому написала все на открытке, как раз на такой случай.

Как и ожидалось, Эван взял в руки книгу, которая лежала на столе.

[Эван, как прошли твои сегодняшние занятия по фехтованию? Поскольку я выиграла много денег на скачках, я решила отправиться в центр города и купить небольшие подарки для своей семьи.

Искренне твоя, Лария Роуз Акард.]

Даже если мой персонаж выглядел ничтожно из-за болезни, и, кроме того, его происхождение еще не было раскрыто, в него было заложено коварное притворство — величайший актерский навык.

Это отлично сыгранная роль для герцога, пребывающего в ожидании моей смерти, да и для моего милого мужа тоже. Кроме того, Эван был весьма привязан ко мне, потому что в детстве у нас были похожие воспоминания.

[Я отправилась в книжную лавки и выбрала книгу, которая, по моему мнению, тебе бы понравилась. Мне показалось, было бы неплохо разбавить твои тяжелые взрослые книги каким-нибудь легким чтивом. Правда, она очень красивая? Это — книга со сказками, и я могу читать их тебе, пока ты не уснешь.]

Я уверена, что он был очень тронут. Читать сказки, пока не заснешь, хех.

[Как только ты попросишь, я сделаю это для тебя.]

Герцог Акард, взяв в руки свою книгу, тоже выглядел очень растроганным.

Ей кое-что привиделось, когда она на секунду открыла глаза.

Я вновь погрузилась в сон, а когда проснулась на рассвете, Эван сидел за столом и рассматривал открытку, похоже, совсем не ложась в постель.

Хм?

Эван снова и снова перечитывал оставленную ему записку.

«Что это с ним такое?».

Я заморгала, отгоняя остатки сонливости.

С ним определенно что-то произошло. Иначе зачем тринадцатилетнему мальчишке сидеть всю ночь без сна, уставившись в обычную открытку?

Я просто постараюсь не обращать на это внимания.

Единственное, что изменилось по сравнению со вчерашним днем, это начало занятий по фехтованию.

«Что-то произошло там, на тренировке?».

Мне это совсем не нравится. Думаю, следует внимательно понаблюдать за ним.

***

Может быть потому, что я съела уже слишком много плодов Окразии, мое состояние наконец заметно улучшилось.

Когда я впервые обрела это тело, у меня постоянно кружилась голова, отсутствовал аппетит, зрение было нечетким. Но в данный момент все было совершенно иначе. Храни господи восточную медицину!

Имперская медицинская академия еще не скоро узнает о таком простом лечении моей болезни.

Сгустки крови изо рта появлялись довольно редко, и мне пришлось заставлять себя кашлять в ванной, на случай если внезапно войдет Лиза.

Я размышляла о том, что вдруг случилось с Эваном, как вдруг дверь открылась.

— Лиза, чего тебе?

Она вошла в сопровождении еще нескольких служанок.

Выражение решимости на их лицах было непривычным, поэтому я на мгновение замерла.

— Герцог вчера велел мне купить все, чем интересовалась маленькая леди.

— А?

— Вы должны носить такую одежду и аксессуары, которые соответствуют вашему статусу, так что... Мы здесь, чтобы сделать необходимые замеры, прежде чем отправиться в город и сделать заказ на пошив.

Что она только что сказала?

Пока на моем лице застыло озадаченное выражение, служанки уже вовсю прилипли ко мне, измеряя чуть ли не каждый сантиметр моего тела.

— Что это, черт побери, на него нашло?

— Он сказал, что примерка вещей без последующей их покупки плохо влияет на репутацию герцогства.

Я мысленно вздохнула. Нужно было пойти в более дорогой магазин и там повыбирать что-нибудь по-настоящему роскошное.

В этот момент Лиза сообразила, что проболталась. Она сейчас сама рассказала, что приставлена за мной наблюдать. Герцог никак не узнал бы о том, чем я занималась в городе, если бы ему некому было сообщить.

«Эх...».

Мне следовало облапать огромные бриллиантовые ожерелья, а не эти детские рубиновые цацки.

— Это очень мило со стороны герцога...

Можешь ему так и передать, шпионка.

— Я тронута его заботой. Я надену самый лучший наряд и отправлюсь отблагодарить его лично.

Атмосфера стала несколько неловкой.

— По правде говоря, я сообщила ему, что маленькая госпожа ездила в город не для того, чтобы выбирать себе наряды, а за подарками для своих близких людей. Он был очень растроган этим.

Зачем Лиза сказала это вслух? Пытается оправдаться? Было бы неплохо воспользоваться этим.

— Ясно...

Конечно, она не теряла бдительности, но нельзя было сказать, что такой знак внимания герцога ей был неприятен. Как знать, может, дорогие подарки смогут растопить лед в ее сердце.

«Должно быть, он легко расстается с деньгами...».

Но может ли быть, что герцог сдался под моим натиском и проникся ко мне чувствами?

Он ведь довольно талантливый злодей, так что не мог ли он придумать другой план по захвату власти над имперской семьей?

Тогда разве мы не смогли бы вечно жить вместе как дружная семья?

Я не знаю, почему герцог Акард хочет захватить контроль над императорской семьей, но если он каким-то образом осуществит то, чего я хочу...

«План Б? Неужели это возможно?».

Пока я размышляла над этим, Лиза с улыбкой обратилась ко мне.

— О, совсем забыла, маленькая госпожа.

— Да?

— Герцог решил нанять вам личного врача, который будет следить за вашим здоровьем, так как он обеспокоен болезнью маленькой леди.

Я улыбнулась чуть шире, чтобы не показаться Лизе подозрительной.

— Хм? Правда?

— Да, и я уже повесила объявление о найме. Сейчас мы в поисках кого-нибудь, кто сможет за вами присматривать. Когда человек будет нанят, я уверена, он станет заботиться о нашей маленькой леди каждый божий день.

Вдруг мне в голову пришла мысль.

«Я буквально продала свою жизнь за несколько подарочков».

Герцог Акард пока действует согласно оригиналу.

Может быть, он тратит на меня столько денег, потому что не хочет оставаться в долгу из-за моего подарка? Может, ему меня жаль из-за того, что я все равно умру?

Это как зарубить корову, которая росла на твоих глазах.

— Ну, спасибо тебе за это. А ты не могла бы подобрать мне врача-женщину? — спросила я с серьезным выражением лица. — Мне было бы неловко разговаривать с мужчиной-врачом о своих симптомах.

— Пожалуй, вы правы. Я позабочусь об этом.

— Прошу тебя, Лиза. Мне неприятна даже сама мысль, что меня будет лечить мужчина, такой как отец, например.

— О, все совсем наоборот, — Лиза рассмеялась, как будто видела в этом что-то смешное.

— Даже дети, которые не боятся других взрослых, все равно пугаются нашего герцога. Полагаю, Лария страшится его необычной наружности?

— Нет, конечно! Он ведь все равно красивый, — сказала я ей и одарила ее лучезарной улыбкой.

Прошло три дня. Три дня Эван занимался с мечом и уходил из комнаты ещё до того, как я просыпалась, и приходил только после того, как я засыпала. Я стала редко видеть его.

Как ни странно, выражение его лица стало мрачным. Поэтому я твёрдо решила, что сегодня вечером мне следует с ним поговорить.

— Здравствуйте.

Молодая женщина с распущенными рыжими волосами вошла в мою комнату и весело поприветствовала меня.

— Меня зовут Серена Морристо. С сегодняшнего дня я буду лечить маленькую леди.

[— Имя моего врача – Серена Морристо. Ищите человека с этой фамилией, возможно, вы быстро найдёте её.].

Свен… Ты хорошо знаешь своё дело.

— Спасибо, Серена.

Из-за того, что всё так отлично сложилось, Лиза ничего не поняла. Эван каждый день уходил на тренировку, поэтому в комнате были только мы с Сереной.

— Глава гильдии попросил меня. Я слышала, что ты ВИП-клиент, поэтому я позабочусь о тебе.

Конечно. Сколько денег я там оставила?

— Серена, ты настоящий врач?

— Нет.

Серена гордо взглянула на меня.

— Я не так много знаю о медицине. Я видела парочку простых книг по этой теме.

— Но как ты прошла собеседование?

— Герцог тоже не разбирается в медицине… а я прошла, потому что обладаю дипломом престижной медицинской академии, лицензией и горой рекомендаций.

— О боже.

— Разумеется, это всё подделка.

— Э-это… вообще нормально?

— Для лидера гильдии довольно необычно заходить настолько далеко… думаю, ты ему действительно понравилась, Лария.

Сомневаюсь, что ему так сильно нравлюсь я, скорее мой ответ в прошлый раз. Логичнее было бы узнать о Герцоге Акарде, но вместо этого он решил хорошенько воспользоваться мной.

— Итак, что мне делать, леди Лария?

Серена мило спросила, глядя своими зелёными глазами.

— Герцог будет постоянно спрашивать о моём состоянии.

— Ну, это логично, — задумчиво ответила Серена, — он выдвинул условие, что никто не должен узнать о состоянии леди Ларии.

Разумно. Ведь у меня смертельная болезнь, о которой никто не должен узнать.

— Он сказал, что вскроет мне горло, если пойдут слухи. Ох, как страшно… думаю, он не шутит.

— Уверяю, он не шутит.

— Что?

— Его шутки страшнее.

— … Ясно.

Серена вздохнула и продолжила.

— Ещё он сказал, чтобы я не сообщала ни о чём леди Ларии, а докладывала ему.

Всё так, как я и ожидала.

«Я не могу так легко довериться герцогу Акарду…»

В конце концов, герцог нанял врача не для того, чтобы лечить мою болезнь, а просто следить за моим состоянием.

— О, он попросил меня проверить леди Ларию и сегодня сообщить ему результаты.

Я усмехнулась, скрестив руки на груди.

— Иди и скажи ему, что у меня редкая болезнь под названием «Гарбикская болезнь лёгких» и я покину этот мир через шесть или семь лет из-за осложнений.

— Что?

— Скажи, что будет трудно найти лекарство, но ты сделаешь всё возможное. Но сделай акцент на том, что это будет нелегко.

— Ох, разве это не гигантская ложь?

— Он не удивится. И обязательно расскажи мне, как он отреагирует.

Думаю, что он ответит: «Не пытайся её вылечить, просто сообщай мне о её состоянии».

— Кстати, Лария, ты правда больна?

Спросила Серена, наклонив голову поближе.

— Хм?

— Если ты больна, то нет смысла покупать территорию под чужим именем…

— Мне немного больно, но скоро станет получше. Не удивляйся, если я закашляю или меня вырвет кровью.

— Значит, мне действительно ничего не надо будет делать? Просто притворюсь, что стараюсь.

— Да.

— Боже, — Серена захлопала в ладоши, словно ей это очень понравилось, — Это самая лучшая миссия.

Затем она улыбнулась и откинула волосы назад.

— Тогда ничего страшного, если я заведу здесь с кем-нибудь отношения? Тут довольно много красавчиков.

— Если ты этого хочешь.

Я ответила мягко, но слегка нервно, потому что это было не то, чего я ожидала.

— Моё хобби – это свидания.

— Ох… Понятно.

Серена была красавицей. Её одежда была довольно яркой и отлично подчеркивала фигуру.

— Если у тебя есть парень, который тебе нравится, скажи мне об этом. Я помогу тебе с тайным свиданием.

— Пардон?

— Это моя специализация. Не медицина, а тайные встречи. Поручи это мне.

Серена подмигнула.

Нет, какой бы она не была, не думала, что у Серены будет такой характер.

— Я… я замужем…

— Но это же политический брак? — она говорила спокойно, — Все аристократы, находящиеся в политическом браке, изменяют друг другу. Ну, 99% так точно.

Ну… Эван не был хорошим мужем, однако Элейн всё равно была замужней женщиной.

«Какой-то ужас. Что за человек этот писатель?»

Псевдонимом писателя был «Дьявольский кот». Как бы я об этом не думала, такой ник был довольно странным для подобной истории.

Конечно, никто из читателей не критиковал Элейн, поскольку Эван был всего лишь препятствием на пути истинной любви. Плюс, они даже не могли развестись из-за императорского закона. Нужно помнить, что это совершенно иной мир, отличающийся от современного общества, в котором я жила в прошлой жизни. Тут родители насильно выдают дочерей замуж, поэтому мой здравый смысл сказал «пока-пока».

— Если у тебя будут какие-то вопросы в плане мужчин, то не стесняйся спрашивать. Я профессионал в таких делах.

Серена уверенно улыбнулась мне.

Свен… ты нашел подходящего человека для работы, верно? В любом случае, я не могла свободно передвигаться, поэтому чувствовала себя комфортно только тогда, когда со мной был человек из Вестианской информационной гильдии.

— Эй, Серена.

— Слушаю.

— У меня есть информация для Свена. В последний раз, когда я гуляла по городу, то почувствовала запах чего-то горящего в здании за кафе.

— Что? Запах гари? За кафе?

Выражение лица Серены стало серьёзным.

— Да. Скажи ему, чтобы присмотрелся.

— Ох, конечно!

— Поскольку у нас хорошие отношения, я беспокоюсь, что может случиться что-то плохое, — сказала я, придав лицу мягкое выражение.

Этот сюжет происходил между Сеймуром и Свеном. Ничего страшного, если я позаимствую информацию.

— Он может не обращать на это внимания, но осторожность лишней не будет. Как видишь, я не могу свободно передвигаться, поэтому каждый из вас мне дорог.

— Боже…

Серена бросила на меня слегка растроганный взгляд. Пришло время застенчиво улыбнуться и нанести решающий удар.

— Это значит, что Свен и ты… очень дороги мне.

Извините, вы можете обновить мой профайл? «Лария, 14 лет, посланница из другого мира, превосходит всех в актёрском мастерстве».

Как и ожидалось, Серена взяла меня за руку и серьёзно ответила.

— О боже… большое спасибо за заботу.

Мать Свена жила в здании позади кафе. А недавно там поселился странный маг, помешанный на экспериментах. Поэтому выражение лица Серены было оправдано.

На самом деле, в оригинале здание действительно взорвалось из-за этого мага. Свен, потерявший из-за этого свою мать, был описан как ненадолго впавший в летаргию*.

(*П/П: летаргия – похожее на длительный сон болезненное состояние с почти неощутимым в тяжёлых случаях дыханием и пульсом).

«Возможно, Сеймур уже идёт к Свену»

Итак, Сеймур, связавшийся со Свеном, чтобы купить землю в Ханэу, немного страдал в оригинале из-за сложившийся ситуации. Но теперь ему будет легко приобрести землю без каких-либо проблем.

«Ну… этого не было в моих планах, но это будет неплохо для Сеймура»

Мне было не по себе, потому что я чувствовала, что забираю часть богатства Сеймура, но теперь же я вернула долг. В принципе, это было правильно – предупредить, поскольку нужно спасти человека. А также ещё немного похвастаться.

«Скоро он будет считать меня благодетельницей»

Сделаю всё возможное и даже больше, чтобы переманить Свена на мою сторону. Если получу в своё распоряжение информационную гильдию, то у меня появятся огромные возможности.

Я приехала сюда в плохом самочувствии, со слабым телом и без каких-либо способностей.

«Выживаем любым способом!»

***

С тех пор прошло три дня.

В течение этого времени Эван посещал занятия по фехтованию и выходил из комнаты еще до того, как я просыпалась, а возвращался уже тогда, когда я крепко спала. Нужно сказать, я практически не видела его в эти дни.

На первый взгляд, ничего не изменилось, но как ни странно, выражение его лица стало каким-то мрачным. Поэтому я твердо решила сегодня вечером поговорить с ним как следует.

– Добрый день, – молодая женщина с ниспадающими рыжими волосами вошла в мою комнату и весело поприветствовала меня. – Мое имя Серена Морристо. С сегодняшнего дня я буду следить за состоянием здоровья юной леди. Сейчас проведем осмотр.

«Свен... А на вас можно положиться».

– Спасибо, Серена.

Обстоятельства сложились вполне удачно и Лиза ничего не заподозрила, нанимая эту женщину.

Эван каждый день уходил на свои тренировки, поэтому в комнате были только мы с Сереной.

Рыжеволосая девушка прильнула ко мне, засмеялась и сказала, понизив голос.

– Глава гильдии обратился ко мне с конкретной просьбой. Я слышала, что вы ВИП-клиент, поэтому я должна позаботиться о вас.

Конечно. Я ведь потратила кучу денег, верно?

– А вы настоящий врач?

– Нет, – улыбнувшись, подмигнула Серена. – Я мало что смыслю в медицине. Просмотрела несколько простых книг по первой медицинской помощи, хех.

– Но как вы прошли собеседование?

— Герцог разбирается в этих делах похуже меня... А прошла я, имея диплом престижной медицинской академии, лицензию и гору рекомендаций.

– О боже!

– Естественно, все – подделка.

– А-а, это вообще так можно?

– Очень необычно, что лидер нашей гильдии зашел так далеко... Но я действительно не думаю, что могу чем-то помочь мисс Ларии, если дело коснется настоящего лечения.

Не факт, что я нравлюсь Свену, но должно быть, ему понравился ответ, который я озвучила в прошлый раз. Если он следил за политическими новостями, то его интерес в отношении герцога Акарда был вполне оправдан. Поэтому воспользоваться случаем внедрить своего человека в его поместье было хорошей подвернувшейся возможностью.

– Ну так что прикажете делать, мисс Лария? – в то же время мило спросила меня Серена, распахнув свои зеленые глаза.

– Герцог будет постоянно спрашивать о моем состоянии.

— Ну, это логично, – задумчиво ответила она. – На данный момент он выдвинул мне условие, при котором никто не должен знать о реальном состоянии мисс Ларии.

Это будет единственное условие, потому что я должна уложиться в срок, о котором никто не знал.

– Он сказал, что вскроет мне горло, если слухи распространятся. О, и я боюсь что... Это совсем не было похоже на шутку.

– Я не сомневаюсь, что он не шутил.

– Ч-что?

– Его шутки намного ужаснее.

– ... Ясненько, – Серена вздохнула и продолжила. – И еще он сказал: «Не смей обсуждать это с ней, но регулярно ходи к ней, а затем докладывай мне о ее состоянии».

Все так, как и ожидалось.

«Не так просто завоевать сердце герцога Акарда...»

В конце концов он все же воспользовался врачебной помощью, чтобы присматривать за мной, а не лечить мою болезнь.

– О, кроме того, он просил осмотреть мисс Ларию и сообщить ему результаты обследования.

«Наверное, он хочет проверить ее способности как врача».

Я улыбнулась, скрестив руки на груди.

– Скажете, что у меня редкое заболевание под названием «Гарбикская болезнь легких», и я покину этот мир через шесть или семь лет из-за осложнений.

– Что, простите?

– Использовать какие-либо медицинские термины довольно сложно, но сделайте все возможное. Хоть это будет не так легко.

– О, неужели нужно действительно наврать с три короба?

– Он не удивится, поверьте. Ах да, не забудьте сообщить мне, какой была его реакция.

Я думаю, скорее всего, он скажет что-то типа: «Не пытайтесь исправить это, просто наблюдайте за ней».

– Но разве мисс Лария действительно настолько больна? – склонив голову набок, спросила Серена.

– Хм?

– Если вы и правда смертельно больны, то какой смысл покупать титул да еще на поддельное имя...

– Все немного запутанно, но вы привыкнете. И еще, не пугайтесь, если я иногда буду кашлять или блевать кровью.

– Получается, по факту мне практически ничего не нужно делать? Все, что от меня требуется, это притворяться?

– Угу.

– Ух божечки! – Серена захлопала в ладоши, будто находила ситуацию забавной. – Это весьма приятная обязанность.

Она улыбнулась и откинула свои огненные волосы назад.

– Так-с, уверена, что смогу завести здесь отношения. Я видела довольно много симпатичных молодых людей в особняке, это выглядит многообещающе...

– Как пожелаете, – я ответила мягко, но несколько нервно.

Ее заявление было для меня неожиданным.

– Мое хобби – свидания.

– О... Понятно.

Что сказать? Эта девушка была довольно привлекательной и чувственной особой. Ее одежда была яркой и соответствующе подчеркивала аппетитные части ее тела.

– Если вам понравится какой-нибудь мужчина, пожалуйста, скажите мне об этом тайком. А уж я организую вам тайную встречу.

– П-простите?

– В этом и заключается моя специализация. Проведение тайных встреч. Положитесь на меня, – игриво подмигнула Серена.

Нет, я и подумать не могла, насколько этот персонаж пронырливый.

– Я... я замужем.

– Это ведь фиктивный брак, не так ли? – спокойно ответила Серена. – Согласно проведенным исследованиям, аристократы, вступившие в супружескую связь, будут изменять друг другу. Девяносто девять процентов представителей светского общества ответили именно так.

Да... История в оригинале в некотором смысле прискорбная. Эван не был хорошим мужем, но Элейн все равно вышла за него замуж.

«Это полнейший бардак. Что вообще за человек этот писатель?»

Создатель произведения творил под псевдонимом Дьявольский Кот.

Сколько бы я ни думала об этом, он однозначно казался немного странным.

Разумеется, никто из читателей не критиковал Элейн, потому что Эван был как бы побочным персонажем, что не шло ей на пользу. Однако устроенные браки – обычное явление, а развод невозможен по имперскому законодательству.

Нужно было иметь в виду, что это совершенно другой мир, а не то современное общество, в котором я привыкла жить в прошлой жизни. Поэтому похождения не соответствовали моим представлениям о здоровых отношениях. Хотя мои родители заставили бы меня выйти замуж, как бы я этого не хотела.

– Всегда пожалуйста, если у вас есть вопросы о мужчинах. Я профессионал в таких темах, – Серена уверенно улыбнулась мне.

«Свен... Вы правильно подобрали человека для этой работы, верно?»

В любом случае, я не могла самостоятельно предпринимать шаги, поэтому чувствовала себя комфортно во многом, когда грязную работу за меня делала Вестианская гильдия.

– М-м, Серена?

– Слушаю вас.

– У меня есть сообщение для Свена, – я произнесла это с ударением. – Когда я в последний раз была в городе, покидая гильдию, почувствовала запах чего-то паленого в здании за кафе.

– Хм? Запах гари? За кафе? – выражение ее лица резко стало серьезным.

– Да. Скажи ему, пусть осмотрится.

– О, конечно!

– Поскольку мы в хороших отношениях, я беспокоюсь, что может случиться что-то плохое, – робко сказала я и тихонько продолжила.

Это касалось Сеймура и Свена. Кое-что личное, произошедшее между ними, но ничего страшного, если я позаимствую это.

– Можно просто пустить все на самотек, но нет ничего плохого в том, чтобы быть осторожным. Как видите, я не свободна от судьбы, поэтому каждый из вас мне дорог.

– О... – Серена выглядела слегка растроганной.

После этого для нее настало время застенчиво улыбнуться и произвести свой решительный выпад.

– Значит, вы дорожите... мной и Свеном.

«Простите, не могли бы вы разместить субтитры?

"Лария (четырнадцать лет), прибывшая из другого мира, превосходит всех в актерском мастерстве"».

Как и ожидалось, Серена ответила серьезно, взяв меня за руку.

– О боже... Большое вам спасибо за заботу.

На самом деле в доме за кафе жила мать Свена. А внизу недавно поселился странный волшебник, помешанный на экспериментах. Поэтому благодарное лицо Серены было вполне объяснимо.

В книге здание действительно взлетело на воздух из-за того колдуна.

Свен, в результате случившегося потерявший свою мать, упоминался как впавший в кратковременную апатию.

«Возможно, Сеймур уже идет к Вестиану».

Сеймур, общаясь со Свеном, обнаружит, что поместье в Ханеу уже куплено. Зато землю он сможет купить без каких-либо проблем.

«Ну... Я сделала это не нарочно, но обстоятельства для Сеймура складываются не так уж и плохо».

Она чувствовала себя неловко. Ей казалось, что она оттяпала часть имущества у этого человека, поэтому хотела отплатить ему за предоставленные неудобства.

В принципе, неужели это было неправильным – предупредить кого-то об опасности? Мать Свена останется жива, а Ларии удастся немного покрасоваться своим советом.

«Скоро ты будешь считать меня своим благодетелем».

Я сделаю все возможное, даже если мне придется предпринять нечто большее, чем требуется. Так или иначе мне нужно было создать крепкую связь со Свеном.

Если я смогу привлечь в свое распоряжение его гильдию, это будет то же самое, что отрастить себе крылья.

Меня отправили сюда в очень плохом состоянии, с ограниченным запасом удачи, слабым телом и без суперспособностей.

Поэтому я буду выживать так, как считаю нужным – пользуясь совестью и немного наглостью!

***

—//—

Читайте также наш проект «Нет пощады»

Промокод на 5 бесплатных глав — INUP5C4OZ

«Виноват тот, кто по глупости потерял, а не тот, кто нашел. Разве не так?»

Я – Сьерра, потерявшая мужа и семью из-за подруги. В конце концов я потеряла и свою жизнь, но когда снова открыла глаза, поняла, что вернулась на 7 лет назад.

Я приняла решение.

Я заберу все, что было у Вельетты.

Жениха Вельетты – Адена Риплтона.

Будь моим мужчиной, Аден Риплтон.

Все, что останется для Вельетты, – это отчаяние и смерть.

Пощады ни за что не будет.

—//—

— Серена, как прошла поездка? — сразу же поинтересовался Свен.

— Всё прошло хорошо, — весело ответила Серена, расчёсывая пальцами свои вьющиеся рыжие волосы, — Девочка просто прелесть.

Пока Свен гладил чёрную кошку, девушка начала рассказывать о том, что произошло.

— Но она велела мне солгать герцогу Акарду о том, что больна и умрёт в возрасте двадцати лет.

— О?

Серена моргнула и продолжила.

— Герцог, услышав это, не был удивлён. Он знал об этом. Что, чёрт возьми, там происходит?

Свен почесал подбородок и рассмеялся.

[—Думаю, у него есть потенциал, чтобы сотрясти императорскую семью.].

Когда он впервые услышал это, то задался вопросом, понимает ли ребёнок вес сказанных слов. Женитьба была самым простым способом пошатнуть императорскую семью. Мнения разделились на два лагеря, когда герцог заключил брак между Ларией и Эваном. Большинство считало, что он жадный не до такой степени, чтобы влиять не императорскую семью, а другие думали, что у него есть определённые замыслы.

Но теперь всё прояснилось. Лария считала, что герцог бросит её. Поэтому она подумывала о побеге, притворяясь, что скоро умрёт. Развод в империи не признаётся. Самый простой способ для герцога Акарда избавиться от Ларии, это…

Удивительно, что в таком возрасте она задумалась об этом и попыталась придумать решение. Кажется, у неё выдающиеся актёрские способности, раз Лария смогла водить за нос герцога.

Девушка, которую он видел на ипподроме, была так мила с герцогом Акардом и Эваном.

«Необычно»

— Нужно понаблюдать, — задумчиво пробормотал Свен, — Ты должна быть начеку.

Серена закончила свой отчёт и подняла голову.

— За чем именно мне наблюдать?

— Возможно, она связанна с нашим хозяином.

— Что?

Свен взглянул на чёрного кота, сидящего на его коленях, и сказал.

— Нео отреагировал.

По выражению лица девушки было понятно, что она шокирована.

— П-правда?

— Да, — проговорил Свен с задумчивым лицом, — Он сел к ней на колени.

Хоть он и выглядел как милый котёнок, Нео – воплощение дьявола, находящегося в мире людей. Реакция Нео означала, что дьявольская энергия и энергия Ларии были схожи. Этот факт говорил о том, что девочка каким-то образом связана с чёрной магией.

— Придётся внимательно наблюдать. Но не слишком ли она молода?

— Не так уж она и мала.

— Трудно видеть… кого-то в таком состоянии. Особенно того, на кого реагирует Нео.

Свен погладил чёрного кота по спине. Нео зевнул и прикрыл глаза.

— Способность видеть ситуацию, способность справляться с ней в течение длительного времени… Хватит ли у неё смелости изменить суть?

— Я присмотрю за ней, — Серена сверкнула глазами и покраснела, — Я останусь с ней рядом.

— Да. Будь внимательна. Я бы не задействовал такого важного человека, как ты, без причины.

На самом деле, Серена являлась заместителем лидера гильдии. Сначала она была заинтересована в герцоге Акарде, поэтому было неплохо, что они смогли внедриться к нему в особняк. Однако, сейчас девушку гораздо больше интересовала Лария, чем сокровенные мысли Акарда.

— Ах, точно. Свен, Лария попросила рассказать тебе кое-что.

— Что именно?

— В прошлый раз, когда она приходила в кафе, то почувствовала запах гари в соседнем здании… Надо найти источник.

— Что? — Свен нахмурился.

Именно в этот момент ему вспомнился подозрительный маг, арендовавший помещение на нижнем этаже здания, где проживала его мать.

— Мы запретили эксперименты с огнём, но, на всякий случай, стоит проверить.

— Да… Ты можешь оставить всё, как есть, но Лария сказала, что мы ей дороги и она забоится о нас.

— … Правда? Дороги?

— Да, так как герцог Акард в какой-то степени запер её в особняке… Поэтому она говорит, что каждый из нас ей дорог.

— Ясно.

Свен погладил Нео и задумался. Лария казалась ему холодным и бессердечным ребёнком, но, оказывается, у неё было доброе сердце. Поэтому он почувствовал, что хочет продолжить с ней общение.

— Хм, но я беспокоюсь за леди Ларию… — прошептала Серена, — Думаешь, она скоро сбежит?

Определённо… Создание фальшивой личности, покупка земли и имитирование болезни. Она что-то запланировала.

Уверен, она построила тщательные планы на будущее.

— Возможно?

— Тогда… Она в итоге расстанется с Эваном?

— Может быть?

— О, неплохо, — Серена хлопнула в ладоши, — Выйти замуж за человека, которого до этого не видела, так ещё и в 14 лет… Самое худшее, что можно представить. Думаю, что она порвёт с ним. В будущем у неё будет возможность познакомиться с кучей парней.

— Не будь такой грубой. Какие парни?

— Извиняюсь, она же может оказаться хозяйкой.

Но лицо Серены оставалось оживлённым.

— Зачем им связывать себя узами политического брака, если по итогу они всё равно разойдутся? Возможно, ты сможешь выяснить это.

— Постараюсь.

— Если Эван действительно что-то чувствует к Ларии, то для него это будет настоящим ударом.

— Ой, да ну, это же политический брак.

— Герцог Акард тоже состоял в политическом браке, — голос Свена стал серьёзным, — Но если здесь как-то замешана Матильда… Не хочу даже думать об этом.

— Я слышала, что Эван целыми днями тренируется с мечом. Сомневаюсь, что они с Ларией близки.

— Стоит следить за ними. Кстати, говоря о мужчинах, произошло кое-что странное.

— Что случилось?

— Меня посетил простолюдин и сказал, что выиграл деньги на скачках. Он ставил на чёрную лошадь.

— Хм?

— И на эти деньги он хочет купить титул и территорию Ханэу.

— Боже.

— У него всё равно не хватало денег, поэтому он смог купить только ту землю, которую не купила Лария. Он был удивлён, что половина уже продана.

— Он красивый?

— Он был довольно спокойным.

Серена перестала перебирать волосы и нахмурилась. Два человека, выигравшие крупную сумму на скачках, проворачивали абсолютно одинаковые действия.

— … Может, у неё очень способный преследователь? Кто-то, у кого такие же планы.

— Ну… это возможно, но нам стоит подождать. Сообщи об этом Ларии, но не знаю, как она на это отреагирует.

— Хорошо, посмотрим на её реакцию, — медленно сказала Серена и её зелёные глаза сверкнули, — Не знаю, тот ли она человек, которого так ждал Свен.

– Ну, Серена, как прошло встреча? – едва девушка вернулась из поместья герцога Акарда, Свен с нетерпением задал вопрос, который мучил его целый день.

– Ах, все прошло замечательно. Мне все понравилось, – весело ответила она, накручивая на палец локон своих рыжих волос. – А она милашка. Мисс Лария.

Серена пустилась в детальный рассказ о том, что сегодня произошло, пока Свен поглаживал своего черного кота, как обычно сидящего у него на коленях.

– Из ее рассказа я поняла, что герцог Акард уверен в том, что у нее смертельная болезнь, от которой она вроде как с большой вероятностью может умереть в возрасте около двадцати лет. И она велела мне солгать, с целью убедить его в этом на сто процентов.

– У-у-у?

Серена растерянно моргнула и неуверенно продолжила.

– Знаешь, герцог Акард не был удивлен моему «врачебному заключению»... Получается, он, зная, что она больна, выдал ее за своего малолетнего сына. Еще она упоминала что-то о государственной службе своего маленького мужа, и тут я подумала: «Что, черт возьми, здесь происходит?»

Чем больше Серена выдавала подробностей, тем больше заинтересовывался Свен. В конце концов он почесал подбородок и улыбнулся такой улыбкой, словно что-то ему стало чуть яснее.

– Полагаю, у герцога есть реальная возможность, чтобы в дальнейшем прижать императорскую семью к ногтю.

При первой их встрече он задался вопросом, хорошо ли этот ребенок понимает вес собственных слов.

Брак сильных мира сего является самым простым способом для укрепления или, наоборот, раскачивания положения императорской семьи.

Когда стало известно, что герцог Акард поженил Ларию и Эвана, мнения людей разделились.

Светское большинство утверждало, что герцог Акард не будет тянуть свои руки к власти над империей, мол, он не так уж и амбициозен. Но представители меньшинства судачили о том, что он вероятнее всего придумал более изощренный план, чем кто-либо способен даже предположить.

Впрочем, ситуация более-менее прояснилась.

Лария, человек, который в действительности был ключевым, держалась в тени.

Похоже, она считала, что герцог собирается использовать ее, а затем избавиться. Именно поэтому решила сбежать, притворяясь, что все идет согласно его плану.

Как известно, разводы в империи невозможны. Поэтому единственный способ, с помощью которого герцог может избавиться от Ларии – это...

Свену показалось поразительным, что в таком юном возрасте она уже многое понимала и даже начала предпринимать какие-то меры.

Создавалось впечатление, что она способна действовать достаточно грамотно, чтобы обмануть герцога Акарда, который в народе слыл грозным, неподкупным и непримиримым человеком.

Свен вспомнил, что видел Ларию чуть раньше, на ипподроме. Она выглядела очень счастливой в компании герцога и его сына Эвана. Хороша актриса...

– Как необычно, учитывая ее возраст... – задумчиво пробормотал Свен. – Будь начеку.

Серена, закончив отчитываться, встряхнула своей шевелюрой и подняла глаза, в которых явно застыл вопрос.

– Я ведь буду присматривать за ней, где по-твоему мне нужно копать, чтобы что-то выяснить?

– Вообще, даже наш хозяин может дать тебе кое-какую подсказку.

– ... А?

Свен опустил взгляд на черного кота, спокойно сидевшего у него на коленях, и сказал:

– Нео что-то почувствовал.

По выражению ее лица было видно, что она шокирована.

– П-правда?

– Да, – произнес Свен с задумчивым лицом.

Внешне Нео выглядел как очаровательный котик, но на самом деле был настоящим демоном, который уже какое-то время жил в мире людей.

Из реакции Нео следовало, что его аура и аура Ларии были в одинаковом диапазоне. Этот факт означал, что Лария каким-то образом связана с черной магией.

– Придется мне глядеть в оба, чтобы ничего не упустить. Но... не слишком ли она мала для таких занятий?

– Ну, на самом деле, она не такой уж ребенок.

– С чего бы это?

– Довольно сложно найти обладателя такой ауры. Учитывая, что даже Нео откликнулся на нее, – сказал Свен, продолжая гладить спинку черного кота.

Нео в свою очередь томно зевнул и прикрыл глаза.

– Я считаю себя человеком с врожденной способностью видеть некоторые вещи, предугадывать некоторые события заранее, а также справляться с ними... Ну посмотрим, хватит ли у меня сил и мужества вмешаться в это дело и что-то изменить.

– Я буду присматривать за тобой, Серена.

У девушки промелькнул загадочный огонек в глазах.

– Конечно! Я ведь не собираюсь покидать тебя.

– Ладно, не спускай с нее глаз. Я не просто так приставил к ней такое доверенное лицо, как ты.

Собственно, кроме всего прочего, Серена занимала должность заместителя лидера Вестианской гильдии темных сведений.

– Сначала она подумала, что было бы неплохо присматривать непосредственно и за герцогом. Но ей пришло в голову, что в особняке она могла бы вербовать новых членов гильдии, расширяя свое влияние.

Однако сейчас Серену больше интересовала сама Лария, чем намерения герцога Акарда.

– О, кстати! Лария просила меня кое-что тебе передать.

– В каком смысле?

– Она сказала, что когда приходила в наше кафе в последний раз, почувствовала запах чего-то горящего в заднем здании... и намекнула, чтобы ты там все проверил.

– Ч-что? – Свен нахмурил лоб, пытаясь понять, что все это значит.

В это самое мгновение он вспомнил о подозрительном волшебнике, который арендовал комнату на нижнем этаже жилого дома, где поселилась его мать.

– Мы запретили ему экспериментировать с огнем, но на всякий случай нужно это проверить.

– Ах да... Тебе может показаться это странным и незначительным, но Лария сказала, что дорожит нашими отношениями. Мне в целом показалось, будто ей действительно есть до нас дело.

– ... В самом деле? Дорожит нашими отношениями?

– Угу. Она уточнила, что так как в некотором роде сидит в золотой клетке у герцога Акарда, любые связи с внешним миром очень ценны для нее.

– Ясно...

Свен машинально продолжал гладить мягкую шерстку Нео, глубоко погрузившись в раздумья.

Он считал ее жестким и бессердечным ребенком, но на деле оказалось, что она обладает добрым сердцем, и ее волнуют такие незначительные мелочи, как мимолетный запах гари. По этой причине он, естественно, почувствовал некую привязанность к ней и желание продолжать с ней общение.

– Хм, однако я почему-то беспокоюсь за мисс Ларию, – прищурившись, прошептала Серена. – Как думаешь, у нее получится сбежать?

– Ты думаешь о том, что ее могут раскрыть? – спросил Свен, задумчиво коснувшись подбородка указательным и большим пальцами.

Безусловно... Создание поддельной личности, покупка земли и притворство смертельно больной следует по праву считать темным умыслом.

Она обезопасила себя выдуманными временны́ми рамками.

«Я уверен, ее план на будущее составлен более тщательно, чем она позволила мне узнать. И все же, насколько она дальновидна...»

– А если нет?

– Ну тогда... Она в конечном итоге уйдет от Эвана, верно?

– Так оно и выглядит на самом деле.

– О, ну и хорошо, – Серена весело хлопнула в ладоши и продолжила. – В четырнадцать лет выйти замуж за человека, которого она в жизни никогда не видела... Что может быть хуже? Полагаю, она действительно порвет с ним. Мир полон других парней, с которыми она сможет познакомиться.

– Не будь такой мелочной. С чего бы ей думать о парнях?

– Она вполне может быть ведущей в отношениях... Ох, простите.

Лицо Серены оживилось от такого разговора, но она поняла, что ее немного занесло.

– Для чего ей связывать себя узами политического брака, если они в любом случае расстанутся? Вполне возможно, что ты сможешь выяснить это по ходу дела, налаживая связи в особняке.

– Ух, какая интересная работенка!

Свен взмахнул рукой.

– Думаю, если бы Эван узнал о планах Ларии расстаться с ним, его бы хватил удар.

– Эй, что тут сравнивать, это же всего лишь политический брак.

– Но герцог Акард тоже состоял в таком браке, – голос Свена при его последующих словах стал каким-то серьезным. – Однако брак с Матильдой был для него чем-то другим... Он сам был совсем другим человеком рядом с ней. Об этом наверное весь континент знал.

– А я думаю, что он отправился бы на ее поиски и не успокоился, пока не нашел ее.

– Насколько я слышала, Эван полностью погружен в свои тренировки по фехтованию, его целыми днями не видно и не слышно. Не думаю, что он чувствует с ней особую близость...

– За этим тоже стоит приглядывать. О... Если подумать, этот парень навел меня на кое-какие другие мысли. Тут на днях произошло нечто необычное.

– Необычное, говоришь?

– Приходил сюда один простолюдин, сказал, что выиграл кучу денег на последних скачках. Он тоже ставил на Черного.

– Хм?

— В общем, он хотел купить титул и землю в Ханеу.

– О боже...

– У него все равно не хватало денег, поэтому он смог купить только ту землю, которую не купила Лария. Он был в некотором замешательстве, услышав, что вторую половину уже кто-то приобрел.

– Красавчик?

– Ага... Могу сказать, он не воротил нос и взял то, что ему осталось.

Серена перестала крутить волосы пальцем и задумчиво нахмурилась.

Два человека, выигравшие деньги на тех скачках, шли по одному пути, предпринимая одни и те же самые шаги.

– ... А может, он ее преследует? Кто-то следит за ее планами и действует в точности, как и она.

– Ну... Так оно и выглядит, но нам придется выждать и понаблюдать, что будет происходить дальше. Сообщи об этом факте Ларии – интересно, как она это воспримет.

– Хорошо, можешь на меня положиться, – блеснув своими зелеными глазами, Серена медленно произнесла, – Не знаю, тот ли она человек, которого ты так ждал, Свен.

Я подавила желание поспать, чтобы поговорить с Эваном с глазу на глаз.

Он вернулся с измученным видом в полночь.

— … Ты не спишь?

— Я ждала тебя, — сказала я, одарив его широкой улыбкой.

— И зачем?

Эван бросил пару слов и скрылся в ванной. Это всё странно. Он не стал бы так со мной разговаривать.

Умывшись и переодевшись в домашнюю одежду, он сказал мне:

— Повзрослей уже.

Ох, так вот как мы заговорили.

«Этой ночью я выясню, что с тобой происходит»

Я нахмурилась, глядя на длинные рукава рубашки Эвана. Сейчас уже начало лета, становится всё жарче. Разве он не носил подобное только зимой? Необычно.

Я вскочила и достала книгу сказок, которую купила в подарок.

— Эван, хочешь я почитаю тебе сказку на ночь?

「 Читать сказки, пока не усну 」. Так было написано в его дневнике.

Он выглядел таким обеспокоенным, что все его лицевые мышцы дёрнулись.

— Что-то не так?

Я почувствовала облегчение, когда он вздохнул. Эван такой милашка, что я не могу сдержать улыбку.

Я подошла к нему. Он был слишком милым, когда пытался вести себя по-взрослому.

— Ты не хочешь читать?

— … Да.

Он сел на стул, избегая моего взгляда.

— Ты не обязана этого делать.

Он произнёс это так резко. Никогда раньше не слышала, чтобы Эван так разговаривал.

— И впредь не покупай ничего подобного.

Почему он такой суровый? Сам же писал, что любит читать сказки. Конечно, мне не стоило заглядывать в его записи.

«Эта книга…»

Прошло три дня с тех пор, как я подарила ему её, а не обложке уже были потёртости. Должно быть, он читал её несколько раз, пока я спала. Почему ты такой грустный?

Эван продолжал ворчать, пока я держала сказку.

— Ложись спать первой. Не жди меня.

Он всё ещё ведёт себя необычно.

— Давай почитаем вместе. Я купила книгу, потому что хотела почитать её с тобой.

Я схватила его за руку с коварной улыбкой.

— … Ай.

Удивительно, что он айкнул из-за того, что я его схватила. Ему определённо больно.

«Но я взяла его за руку аккуратно»

Его тело было напряжено.

— Что случилось?

Я приподняла длинные рукава, которые беспокоили меня уже некоторое время. Эван попытался остановить меня, но не смог сдвинуть мою цепкую руку даже на миллиметр и одарил меня разочарованным взглядом.

— … Эван.

Когда я приехала сюда, то ощущала себя достаточно храброй, поскольку моей единственной угрозой – была смерть от болезни. Впервые в моем голосе проскользнула дрожь.

— Что это?

Вся рука была покрыта синяками и серьёзными ранами. Раньше у него не было ничего подобного.

— Не обращай внимания.

Эван ответил коротко, не глядя мне в глаза.

— Как это не обращать внимания? Я же твоя жена! Мы самые близкие друг другу люди!

Эти слова привлекли его внимание.

— Посмотри.

Я заставила себя осмотреть его вторую руку. Раны были видны только там, где их прикрывала одежда.

Не может быть. Нигде не упоминалось, что Эван подвергался насилию! Кто, чёрт возьми, ударил моего мужа!?

— Что это значит? — спросила я дрожащим голосом, — Кто? Кто, чёрт возьми, совершил эти ужасные вещи?

Не похоже, что это произошло случайно.

— Сначала ляг в постель.

Эван опустил рукава.

— Может ты не знаешь, но такое происходит, когда тренируешься на мечах.

Это правда, что я раньше не тренировалась с мечом, однако… Это не означает, что он должен подвергаться насилию со стороны других.

[— Просто мне нравятся мечи].

Как и ожидалось, всё это было очень подозрительно. Он не смотрел мне в глаза.

— Спасибо за книгу. Но ты не обязана мне читать её. Я не ребёнок.

Ты веришь, что если спать, держась за руки, то я забеременею… но продолжаешь отрицать, что ты ребёнок.

Он вскочил и сел за стол, достав другую книгу.

— Впредь не покупай для меня ничего. Мне это не нужно.

Я потеряла суть нашего разговора.

— И не жди целый час, чтобы купить мне что-то вроде ганаша.

— А?

— Зачем тебе стоять в очереди так долго? Я даже не люблю сладости.

Ну-ну, а кто три дня назад ночью выскребал остатки ганаша с тарелки, чтобы ничего не осталось?

«Неужели у него пубертатный период? Что с ним такое?»

В такие моменты оставалось только отступить.

— Хорошо…

Я расправила плечи и легла на кровать, укрывшись одеялом.

— Я просто…

И, повернувшись спиной к Эвану, тихонько пробормотала.

— Просто хотела увидеть тебя…

И в заключение я пару раз вздохнула. Моя милая внешность идеально подходит для того, чтобы вызывать жалость. Притворяться бедняжкой – моя специальность.

Я захныкала, обняв себя за плечи. Через некоторое время послышался вздох Эвана.

— … Прости.

Я услышала едва различимый шепот.

«Ууу, божечки»

Я мысленно цокнула. Честно говоря, мне показалось, что он вот-вот станет окончательной версией «равнодушного героя», которым являлся в новелле. Однако Эван всё ещё казался невинным ребёнком.

В любом случае, я собираюсь накопить денег и сбежать. Какое имеет значение то, что его бьют? Но мне было жаль его израненные руки. Неважно, насколько важна моя безопасность, я не могла притворяться, что не замечаю этого.

Странно… Мне становилось грустно всякий раз, когда видела Эвана. Я постоянно вспоминала, как он смотрел на моё письмо всю ночь или читал подаренную книгу сказок.

«Я не обязана быть его опорой, но мне необходимо знать, что происходит»

Раны Эвана. О них не упоминалось в оригинальной истории. Его в принципе особо не описывали, поскольку он был персонажем второго плана. Но какой смысл тогда был описывать абсолютно бесполезную информацию о главных героях?

«Новелла действительно отвратительна…»

Так я и заснула. Утром я почувствовала, что Эван, лежащий рядом со мной, проснулся ещё до рассвета. Он погладил мои волосы, переоделся, взял меч и ушёл. Эван даже не позавтракал и сразу отправился на тренировку.

К тому же, почему он погладил волосы своей спящей жены?

Я проснулась, потирая глаза.

«Да что с ним такое? На этот раз я всё так не оставлю»

Я найду того, кто сотворил это с моим мужем.

Я немного поспала днем, чтобы вечером иметь возможность не ложиться спать допоздна. Мне хотелось поговорить с Эваном с глазу на глаз.

Только в полночь в комнату отворилась дверь, и вошел Эван. Его лицо было измученным, а плечи поникшими.

– ... Ты что, еще не спишь?

– Ох, я так долго ждала тебя, – произнесла я с широкой улыбкой.

– Зачем это? – Эван бросил пару слов и быстро проскользнул в ванную.

Его поведение определенно было странным. Эван никогда не стал бы грубить и уходить от разговора со мной, даже если бы действительно испытывал дискомфорт.

Он умылся и переоделся в пижаму. Выйдя из ванной, он увидел, что я все еще его жду.

– Повзрослей уже.

Ничего себе разговорчики пошли.

«Я сегодня же выясню, что с тобой происходит».

Заметив, что Эван нацепил на себя пижаму с длинными рукавами, я нахмурилась. Хоть сейчас и было только начало лета, жара уже давала о себе знать.

«Такое носят только в холодное время года, что за цирк?»

Это показалось мне очень подозрительным.

Я вскочила с постели и сняла с полки книгу со сказками, которую купила ему в подарок.

– Эван, хочешь, я почитаю тебе, пока ты не уснешь?

«Читать сказки, пока я не усну».

Я неуклонно следовала его записям в дневнике.

Он вдруг встревожился, даже мышцы на его лице вздрогнули.

«Что это с ним?»

Я тихонько улыбнулась, увидев, как он вздохнул. Эван сделал это так тяжко, словно столкнулся с величайшей проблемой во вселенной.

Он такой милый, что я была не в состоянии сдержать улыбку.

Эван так забавно выглядел, когда пытался вести себя по-взрослому, на самом деле будучи таким ребенком.

Я подошла к нему, держа в руках книгу.

– Что? Ты не хочешь, чтобы я читала тебе?

– ... Ну, – он сел на стул, продолжая избегать моего взгляда. По его виду можно было сказать, что он решается что-то сказать. – Ты не обязана это делать.

Его голос прозвучал резко и холодно. Раньше он никогда так со мной не разговаривал.

– И впредь не покупай ничего подобного.

Что за категоричность?

Он ведь сам писал в своем дневнике, что любит читать сказки. Вообще, мне, конечно, не следовало заглядывать в его личные записи.

«Но эта книга...»

С тех пор как я подарила ему эту книгу сказок, прошло всего три дня, но на ее обложке уже появились потертости.

Судя по всему, он читал ее, пока я спала. И не один раз. Так почему же сейчас так сопротивляется?

Эван продолжил ворчать, пока я стояла в размышлениях.

– Ложись спать первой. Не нужно меня ждать.

Посмотрите-ка, он все еще продолжает гнуть эту линию.

– Ты чего, давай почитаем вместе. Именно для этого я ее и купила.

Коварно усмехнувшись, я схватила его за руку.

– ... Ай!

Я оторопела от его вскрика. Его голос был полон боли.

«Не может быть, что это я сделала ему больно. Я же легонько взяла его за руку...»

Кроме того, прикоснувшись к нему, я почувствовала необычную твердость его тела. Он будто был напряжен.

– Что такое?

Я осторожно взяла его за руку и закатала длинный рукав его рубашки до самого локтя.

Эван явно хотел отпрянуть, но не решился даже пошевелиться. Единственное, что ему оставалось – это бросить на меня смущенный и в то же время раздосадованный взгляд.

– ... Эван.

Когда меня привезли в это поместье, я была достаточно храброй и решительной из-за того, что передо мной маячила перспектива умереть. Но это был первый раз, когда в моем голосе проступила искренняя дрожь.

– Ч-что это такое?

Вся его рука была покрыта не только багровыми синяками, но и глубокими ранами.

Так вот что он скрывал за длинными рукавами.

– Не обращай внимания, – буркнул Эван, даже не глядя на меня.

Это меня так взбесило, что я закричала.

– С какой это стати я не должна обращать на это внимания?! Я твоя жена! Мы теперь самые близкие друг другу люди!

Эти слова похоже привлекли внимание Эвана.

– Взгляни на другую руку.

Я заставила себя оголить его левую руку. Дрожь, поднявшаяся в моем теле, никак не унималась. Я заметила, что раны были нанесены четко в тех местах, которые можно было скрыть под одеждой.

Не может быть.

В книге нигде не упоминалось, что Эван подвергался насилию!

Кто, мать вашу, избил моего мужа?!

– Что это значит? – спросила я дрожащим голосом. – Кто это сделал? Кто, черт возьми, посмел сделать это с тобой?!

Совершенно точно нельзя было сказать, что эти увечья были нанесены по какой-то случайности.

– Давай уже ляжем спать, – тихо произнес Эван, неуклюже опуская рукава. – Ты, конечно, можешь этого не знать, но такое происходит во время тренировки с мечом.

Естественно, я никогда не упражнялась с мечом, но...

Разве это нормально – приходить с тренировок как с войны?

– Просто мне нравится фехтование. Вот и все...

Что и требовалось доказать. Он самого начала вел себя подозрительно. Особенно то, что он всячески избегал моего взгляда, привлекло мое внимание.

– Спасибо тебе за книгу. Но ты не обязана мне читать. Я не ребенок.

Ага, значит, ты веришь, что если мы будем спать, держась за руки, я забеременею, но продолжаешь решительно отрицать, что ты не ребенок.

Он отстранился от меня, достал случайную книгу с полки и сел за свой стол, делая вид, что собирается ее читать.

– И впредь не покупай мне ничего. Мне это не нужно.

Я была совсем сбита с толку.

– И еще, не нужно выстаивать часовую очередь ради того, чтобы принести мне что-то вроде ганаша.

– .. А?

– Нет необходимости столько времени потеть в очереди, поскольку я даже не люблю сладкое.

Хех, это говорит мне человек, который до дна выскребал тарелку с десертом? Тарелка была настолько чистая, что никто бы и не подумал, что там что-то лежало.

«Неужели он уже вошел в период подросткового протеста? Какая муха его укусила?»

Похоже, мне оставалось только замолчать и уступить. Скорее всего, дальнейший разговор не принесет никаких результатов.

– Ну, хорошо...

Я расправила плечи, потихоньку пошла к кровати и, улегшись, укрылась одеялом.

– Я просто... – повернувшись спиной к Эвану, я пробормотала тихим голосом. – Я просто хотела увидеть тебя...

Сказав это, я несколько раз всхлипнула.

Моя милая внешность вполне подходила для того, чтобы пробуждать жалость. Притворяться несчастной – моя специальность.

Я плакала, сгорбив плечи, а спустя какое-то время притворилась спящей. В этот момент в полной тишине я услышала тяжелый вздох Эвана.

– ... Прости, – прошептал он.

«О-о-о божечки!»

Я мысленно цокнула языком.

Честно говоря, в последнее время он стал таким дерзким. Я уж подумала, что он окончательно превратился в ту равнодушную версию себя, которая была описана в романе. Однако он все еще оставался невинным ребенком.

«В любом случае, я собираюсь накопить денег и смыться. Так почему меня должно волновать то, что кто-то колотит Эвана?»

После этих мыслей мне вдруг стало жаль его израненные руки.

Несмотря на то, что мне была важна моя безопасность, я не могла притворяться, что не замечаю происходящего.

И как ни странно... Каждый раз, когда я видела Эвана, мне делалось грустно. Я не могла избавиться от воспоминаний, когда он всю ночь смотрел на мою открытку и читал книгу сказок, которую я ему подарила.

Тогда он выглядел очень растроганным.

«Я не обязана быть тем человеком, которому он захочет излить душу, но по крайней мере мне необходимо знать, что с ним происходит».

Раны Эвана. В романе совершенно ничего об этом не было написано.

Он был второстепенным персонажем. Вероятно, поэтому его не стали подробно описывать. В таком случае, зачем нужно было детально мусолить каждую ерунду, касающуюся главных персонажей?

«Роман просто отвратителен...»

С этими мыслями я погрузилась в сон.

Эван проснулся еще до рассвета. Я услышала, как он беспокойно ворочается в нашей постели.

Он слегка погладил мои волосы, встал, переоделся, взял меч и ушел. Похоже, Эван даже не завтракал перед тем, как пойти на тренировку.

И вообще, почему он коснулся волос своей спящей жены?

Я проснулась, потерев полусонные глаза.

«Что вообще творится в его голове? На сей раз я это так не оставлю».

Я выясню, кто так обошелся с моим мужем.

С тех пор прошло ещё два дня. Эван не проявлял ко мне особого интереса, хоть и не сказал ничего по поводу моих слов. Поэтому я не понимала, сработала ли моя новая тактика или нет.

Я притворялась, что ворочаюсь во сне и обнимала Эвана. По итогу он ничего не мог сказать, поэтому вздыхал и снова засыпал. Затем я приподнимала одежду и, внимательно прислушиваясь к его дыханию, осматривала его. Ткань закрывала синяки и раны.

«Увечья только там, где их можно прикрыть одеждой…»

Слишком сложно. Тот человек, должно быть, очень умён, раз выбирает такие места для нанесения ран.

«Скорее всего, над ним издеваются и морально. Он и раньше не сиял счастьем, но сейчас Эван выглядит всё мрачнее и мрачнее»

Сначала я подозревала герцога Акарда, но поняла, что это кто-то другой, когда увидела новые раны в день, когда герцог отсутствовал.

«Очевидно, что это связано с тренировками рыцарей»

Было сложно копать самой, поскольку у меня не хватает информации.

«И… если я зайду слишком далеко, герцог что-то заподозрит»

Если меня раскроют, то ничего полезного это не принесёт.

«Акарду нужна невестка, которое тихо живёт, а затем спокойно умрёт, а не умная девчонка»

Эван есть Эван. Даже если моя безопасность – главный приоритет, я не могу оставить это без внимания. Нельзя дальше затягивать. Раны становятся всё страшнее с каждым днём.

«Как бы он не старался вести себя по-взрослому, он всё ещё ребёнок…»

Он ребёнок, которому долгое время было больно.

Наконец-то наступил удобный момент.

Серена пришла, чтобы осмотреть меня. На самом же деле она просто болтала. Девушка сообщила герцогу то, что я попросила, но он не сказал ей ничего существенного.

«Я думала, что он скажет даже не пытаться лечить меня. Серена же сообщила, что выздоровление маловероятно. Так почему он промолчал?»

Я склонила голову. Серена взяла меня за руку.

— Лария, Свен передал, что он в большом долгу перед тобой.

— В долгу? Свен так сказал?

Я открыла рот, словно не понимала, что происходит.

— На самом деле, мать Свена живёт в том здании.

— О, правда?

— Но сумасшедший маг, который недавно туда переехал, проводил незаконные эксперименты, — Серена вздохнула и продолжила, — Он чуть не подорвал здание. В любом случае, благодаря Ларии, Свен смог спасти свою мать. Так что большое тебе спасибо.

— Рада за него.

— А это подарок от Свена. Он попросил тебя не отказываться и принять его.

Серена протянула браслет с огромными бриллиантами.

— Боже.

— Я приму подарок, раз Свен попросил не отказываться, но я ничего такого не сделала, чтобы заслужить его.

Пока я надевала браслет, Серена начала говорить серьёзным тоном.

— Кстати, Лария, появился человек, который копирует твои действия.

— А?

— Это простолюдин по имени Сеймур Летиция… Он тоже выиграл деньги, поставив на чёрную лошадку.

— Ну…

Это не Сеймур копирует мои действия, а я.

— Боже, он купил титул барона и остальные земли Ханэу. Разве это не подозрительно?

Со стороны это выглядит и правда подозрительно.

— Уверена, что он… — серьёзно произнесла Серена, — … Он преследователь?

— Эй, нет.

Я медленно покачала головой. Из-за того, что знаю оригинальную историю, я провернула все эти махинации первой. Если бы я решила реализовать свои планы после Сеймура, преследователем считали бы уже меня.

«Хорошо, что я сделала всё первой. Мне всегда нужно быть на шаг впереди»

Я просто бессовестная. Конечно, я бы ничего такого не сделала, если бы попала в тело какой-нибудь богатой дрянной девчонки, но ничего поделать, раз я персонаж с ограниченным количеством времени. Мне остаётся только паразитировать на главном герое.

«Извини, но я бедный человек… а ты всё равно будешь шиковать»

— Маленькая леди, это Лиза.

— Да, заходи!

Показалась не только Лиза, но и мужчины, которые сопровождали меня в городе. Каждый из рыцарей нёс по большой коробке. Кажется, это подарки. Я буду плакать, если они не для меня.

— Это то… о чем ты говорила?

Лиза широко улыбнулась, когда я задала вопрос.

— Да! Одежду подогнали под ваши мерки.

Мужчины открыли коробки. Они действительно были заполнены одеждой, аксессуарами и другими вещами, к которым я прикасалась.

— Но почему так много?

— Мне сказали купить побольше вещей.

Я снова вздохнула. Мне стоило пойти в более дорогие магазины.

Пока я тайком пыталась найти самые дорогие вещи, Лиза поприветствовала Серену.

— Полагаю, вы новый врач. Очень приятно с вами познакомиться. Я Лиза Алония, горничная Ларии.

— Да, я Серена Морристо.

После того, как Серена улыбнулась и поприветствовала Лизу, я посмотрела на заколку, которую взяла из коробки.

— Лария, эта заколка выглядит устарело. Как насчёт этой?

Я взяла в руки заколку и неловко рассмеялась. Эту мне посоветовала Лиза, сказав, что она красивая.

— С ней вы выглядите взрослее. Вам очень идёт.

Лиза надела заколку, которую я держала.

Серена взяла другое украшение и надела на меня с другой стороны.

— О, так лучше.

— Серена? Я была с Ларией всё время и знаю, что ей будет лучше.

— Ох, какое отношение имеет время, которое вы провели вместе? Лария такая милая. Эта заколка идёт ей больше

Независимо от того, является ли она шпионкой герцога, глаза Лизы, которая всегда оставалась дружелюбной, наполнились агрессией.

— Вы думаете, что глаз доктора более утончённый, чем глаз горничной, которая работает на свою хозяйку?

Серена была расслаблена, в то время как Лиза отвечала резко.

— Я – человек, который наблюдает только за ней одной. Я лучше, чем горничная, обслуживающая всех подряд.

— Нет, доктор считает себя лучше горничной хозяйки? Что вы такое говорите?

— Мы с Ларией ближе, поскольку часто находимся наедине!

Пока эти двое вели странную перепалку, я ещё раз осмотрела подарки, но там было не так много вещей, которые можно было бы легко продать.

Мне следовало зайти в дорогие ювелирные магазины, а не возиться с безделушками для детей. Возьму на заметку.

Вот и подвернулся удобный момент. Раз уж рыцари пришли ко мне, надо этим воспользоваться. Только вот герцог сегодня находится в особняке. Сомневаюсь, конечно, что он будет следить за мной, так что просто буду вести себя естественно.

— Ох, кстати.

Пытаясь быть как можно более естественной, я взглянула на мужчину и сделала вид, словно только что вспомнила.

— Как думаете, я стану сильнее, если возьму уроки фехтования или что-то в этом роде?

— Что?

Рыцарь выглядел озадаченно.

— Уроки владения мечом? Маленькая леди?

Это казалось абсурдным. Моя выносливость почти на нуле.

— Да. Может, если я начну тренироваться, то стану выносливее.

Думаю, если кто-то с таким телосложением, как у меня, будет заниматься фехтованием – люди разразятся смехом. Но вместо того, чтобы ответить: «У вас же есть рыцари, зачем вам тренироваться?», мужчина мягко произнёс.

— Ну… почему бы вам не обсудить это со своим врачом?

«Ого, звучит забавно»

Я невинно моргнула. Серена, спорившая с Лизой, посмотрела на меня.

— Тебе нужно моё мнение? Умеренные физические нагрузки – это хорошо. Так. А теперь посмотрим платья.

На этот раз они с Лизой начали спорить о выборе платья. Я снова задала вопрос рыцарям, которые были обескуражены словами Серены.

— Много ли таких новичков, как я? Они получают травмы на занятиях по фехтованию? Например, ранения или что-то подобное?

— Что? Ранения?

— Ну, синяки или порезы… Это было бы проблемой. Мне же надо носить платья.

— Ох… не совсем, — ответил эскорт, почёсывая затылок, — Это не сражение, а просто учение. Могут немного болеть мышцы.

Значит, Эван солгал, когда сказал: «такое происходит, когда тренируешься на мечах».

Рыцари продолжали тревожно переглядываться, опасаясь, что я действительно захочу научиться фехтованию.

— Думаю, в случае маленькой леди, ваши мышцы будут болеть очень сильно.

— Не думаю, что маленькой леди стоит сейчас заниматься.

Конечно, я и не планировала учиться фехтованию.

— Не хочу, чтобы у меня появились шрамы.

Изучая фехтование с моим телом, я не смогла бы победить даже Серену, не говоря уже о завоевании титула чемпиона по фехтованию.

— Ну, я просто говорю подумать об этом.

Затем, широко улыбнувшись, я сказала.

— Эван в последнее время ходит к рыцарям. Я спросила, потому что подумала, что было бы здорово заниматься вместе.

— Ах.

Рыцарь улыбнулся моим невинным словам.

— Вам было бы трудно учиться вместе. У вас большая разница в умениях, и его специально обучает главнокомандующий рыцарей…

— Главнокомандующий рыцарей?

Я прикусила губу. Должно быть, моего маленького мужа избивает не кто иной, как главнокомандующий.

С момента того разговора прошло два дня.

Эван не обращал на меня практически никакого внимания, а по поводу произошедшего между нами больше не было разговоров. Из-за того, что мы не общались, я никак не могла оценить, сработала ли хоть каким-либо образом моя новая тактика. Во время сна я начала притворяться, что беспокойно ворочаюсь в кровати, а затем невзначай обнимать его.

Эван не мог выразить свое недовольство «спящей» мне. Поэтому все, что ему оставалось – немного повздыхать и спать дальше.

Его домашняя одежда стала напрягать мои глаза – она скрывала все его синяки и небольшие, уже заживающие раны.

«Я ведь знаю, что под ней он скрывает свои увечья... К тому же, они нанесены только там, где их можно спрятать».

Очень изощренно.

Должно быть, этот «кто-то» неплохо соображает, раз выбирает такие места для нанесения ударов.

«К тому же, над ним еще и морально издеваются. Эван, конечно, не всегда был жизнерадостным, но в последнее время он выглядит совсем мрачным».

Сначала я грешила на герцога Акарда, его отца, но, увидев новые отметины на теле Эвана в тот день, когда герцог отсутствовал в поместье, я поняла, что это кто-то другой.

«По всей видимости, это связано с его тренировками».

Было неловко спрашивать кого-либо, пытаясь нарыть необходимую информацию, потому что у меня не было должных знаний обо всем этом.

«И кроме того... Если я выйду за некоторые рамки, герцог может что-то заподозрить».

В данный момент использовать мои таланты – не самая лучшая стратегия, ведь меня могут раскрыть.

«Герцогу не нужна сообразительная невестка, ему нужна такая как я – спокойно доживающая свой срок».

Эван есть Эван. Хотя моя безопасность является для меня наивысшим приоритетом, я не могу оставить без внимания происходящее с ним. Нельзя больше с этим затягивать. Эван каждый день приходит с новыми ранами. Не хватало еще, чтобы тот человек серьезно его покалечил.

«Сколько бы он не играл во взрослого, все же он ребенок...»

Ребенок, который вытерпел уже столько боли...

Наконец подвернулась удобная возможность, которую я так долго ждала, чтобы начать действовать.

Серена заглянула ко мне, якобы чтобы провести очередной осмотр, а на самом деле – поболтать о всякой всячине. Девушка рассказала мне, что герцог Акард никак не отреагировал на ту ложь, которую она сообщила ему по моей просьбе.

«А я предполагала, что он скажет даже не пытаться меня лечить. Странно, что он вообще не отдал никаких распоряжений на мой счет».

Я склонила голову, задумавшись.

Вдруг Серена подошла ко мне и мягко взяла за руку, сказав:

– Лария, Свен просил передать, что он в неоплатном долгу перед тобой.

– В долгу? О чем ты?

Я удивленно приоткрыла рот, будто не понимала, что происходит.

Какая же я все-таки актриса!

– Дело в том, что мать Свена жила в том здании позади кафе.

– О, правда?

– Ага. Но слетевший с катушек маг, который арендовал подвальное помещение, похоже, проводил незаконные эксперименты, – Серена вздохнула и продолжила. – Из-за него все здание чуть не взлетело на воздух. В любом случае, благодаря тебе Свен смог спасти свою маму... И очень просил передать тебе огромное спасибо.

– Как хорошо, что все обошлось! Искренне за него рада.

– Вот держи. Это подарок от Свена в знак его благодарности. Он просил ни в коем случае не отказываться от него.

Серена протянула мне браслет, усыпанный огромными бриллиантами.

– О боже... – сказала я, широко вытаращив глаза. – Если он просит не отказываться, я, конечно, приму это, но все же – я ведь не сделала ничего сверхъестественного.

Пока я вертела браслет в руках, Серена вдруг сменила тон на серьезный и произнесла:

– Кстати, Лария, думаю, тебе нужно знать, что появился какой-то человек, который полностью скопировал твои действия.

– ... А?

– Им оказался простолюдин по имени Сеймур Летициа... И он, так же как и ты, поставил на черную лошадь, выиграв кучу денег.

– Э-э, ну...

Хех, это ведь не Сеймур подражает мне, а я ему.

– О боже мой! На эти деньги он купил себе титул барона и приобрел оставшуюся часть земель в Ханеу? Как же так?!

Ну, на самом деле, в глазах окружающих все это и правда выглядит весьма подозрительно.

Серена продолжила говорить серьезным тоном:

– Я практически уверена в том, что он... – образовалась пауза и от волнения я сжала свою юбку. – ... Он твой тайный преследователь?

– Оу, да что за вздор!

Я с облегчением вздохнула, услышав это предположение.

Благодаря тому, что знала сюжет романа, я и смогла провернуть все эти действия раньше него. Если бы я сделала это после Сеймура, то преследователем считали бы именно меня. Как забавно выходит. Если бы не стоял вопрос выживания, мне было бы даже немножко стыдно перед Сеймуром за все это.

«Но все же хорошо, что я решила действовать по этому плану. Отныне мне всегда нужно быть на шаг впереди».

Получается, я просто вынуждена действовать бессовестно.

Вот если бы я переселилась в тело какой-нибудь дрянной девки из богатенькой семьи, то конечно не стала бы ничего такого проворачивать. Но что тут поделаешь, если я всего лишь второстепенный персонаж, да еще и с ограниченным временем?

Придется паразитировать на главном герое.

«Прости, я просто сильный человек в теле слабого... С тобой в любом случае все будет хорошо».

Вот как-то так.

Вдруг послышался стук в дверь.

– Маленькая госпожа, это Лиза.

– О, заходи конечно!

Она была не одна, а с теми охранниками, которые сопровождали меня во время поездки в город. Каждый из них нес по большой коробке.

Ох, неужели там подарки?

Если нет, то я просто разрыдаюсь.

– А это... то, о чем ты говорила? – спросила я, не в состоянии больше скрывать своего волнения.

В ответ Лиза одарила меня широкой улыбкой.

– Да! Мы забрали всю одежду, как только ее подогнали под ваши мерки.

Мужчины поставили коробки передо мной и открыли их.

Там и в самом деле оказалось полным-полно платьев, украшений и всяких разных безделушек, к которым я прикасалась в тот день.

«Но... кажется здесь намного больше, чем следует. Наверное, он сказал ей выбрать что-то еще».

Я снова горько вздохнула про себя. Следовало пройтись по более роскошным магазинам.

Пока я тайком высматривала, что из этих вещей выглядит подороже, Лиза поприветствовала Серену.

– Здравствуйте! Полагаю, вы новый врач. Очень приятно с вами познакомиться. Меня зовут Лиза Алония, я – горничная нашей маленькой госпожи.

– Серена Морристо.

Обменявшись любезностями, Серена наклонилась ко мне, взглянув на заколку, которую я вынула из коробки.

– Лария, эта заколка... добавит тебе лишних лет пятьдесят. Она старомодна. Как насчет этой?

Повертев в руках ту заколку, я неловко рассмеялась. Ее мне посоветовала Лиза, сказав, что она выглядит очень красиво.

– Она выглядит не старомодной, а взрослой! Она вам очень идет, мисс Лария.

Как и ожидалось, комментарий Серены привел Лизу в бешенство, и она, надув губы, воткнула мне ее в волосы.

– Хм, эта гораздо лучше, – мягко произнесла Серена, взяв другую заколку из коробки и надев мне ее в волосы с другой стороны.

– Мисс Серена? Я долгое время пробыла у Ларии горничной и, конечно же, больше вашего знаю, что для нее будет лучше.

– О, причем же здесь это? Лария такая милая, нечего портить ее бабскими украшениями.

Несмотря на то, что Лиза была всего лишь шпионкой герцога Акарда, в ее взгляде, обычно сохраняющем дружелюбие в любой ситуации, мелькнула ярость.

– Хм, неужели вы думаете, что глаз врача более восприимчив, чем глаз горничной, которая ухаживала за своей хозяйкой?

Лиза разговаривала с раздражением в голосе, в то время как Серена не теряла самообладания.

– Я – человек, который проводит время только с ней. Следовательно, я лучше, чем служанка, прислуживающая всем подряд.

– Нет, ну вы посмотрите! Врач пытается подвинуть горничную, которая знает свою леди намного дольше? Не кажется ли вам это немного нелогичным?

– Связь между людьми определяет не только длительность знакомства. Мы с Ларией более близки, потому что в наших отношениях присутствуют только двое!

Пока эти двое вели словесную перепалку, я еще раз просмотрела вещи в коробках, но там было не так много предметов, которые можно было продать за хорошую цену.

В следующий раз нужно прошвырнуться по ювелирным лавкам вместо всяких магазинчиков с безделушками. Придется пользоваться этими вещичками только лишь для того, чтобы разнообразить свой внешний вид.

Ох! Как же я сразу не сообразила!

Это ведь та возможность, которую я так ждала.

Раз уж здесь присутствовали рыцари, было бы глупо этим не воспользоваться. Однако... Герцог Акард сегодня остался в особняке.

Эх, была не была, не станет же он ходить за мной хвостом!

Главное, вести себя естественно.

– О, кстати.

Моя актерская игра – выше всяких похвал.

Я взглянула на одного из стражников и спросила, сделав вид, будто вспомнила об этом только что:

– Вот мне интересно, могу ли я стать немного крепче, если стану посещать уроки фехтования или что-то в этом роде?

– Что, простите? – рыцарь выглядел озадаченно. – Уроки фехтования? Для юной леди?

Ясное дело, что это звучало абсолютно абсурдно.

Моя низкая выносливость могла сравниться только с тонкими хрупкими платьями, которые я только что доставала из коробки.

Но я так просто не сдамся.

– Да. Может, я так слаба, потому что мне не хватает настоящей физической активности?

Заниматься фехтованием с моим хилым телосложением сродни самоубийству.

Однако вместо того, чтобы ответить: «Фехтование? Ваша слабая рука даже меч не сможет удержать», – рыцарь призадумался и мягко произнес:

– Ну... Обсудите этот вопрос с вашим врачом. И если она будет не против...

«Хех. Звучит забавно», – подумала я, невинно моргнув.

Серена, которая до сих пор о чем-то спорила с Лизой, повернулась и взглянула на меня.

– Вам нужно мое мнение? Умеренные физические нагрузки – это хорошо. Так-с. Давайте теперь взглянем на платья.

На этот раз они с Лизой снова начали спорить относительно выбора платья.

Я взглянула на стражников, которые все еще были ошарашены словами Серены.

– На тренировках я часто буду получать травмы? Поэтому вы останавливаете меня от этой затеи?

– Хм? О чем это вы говорите? Травмы?

– Мне не очень хотелось бы, чтобы моя нежная кожа была усыпана синяками и порезами... Я ведь все-таки леди.

– О... Вообще-то все не так, – ответил мужчина, почесывая в затылке. – Это ведь не настоящее сражение, а всего лишь учения. Поэтому подобные моменты совершенно исключены. Разве что мышцы могут слегка побаливать.

Ага! Значит, Эван все-таки соврал, когда сказал, что такое случается во время практики в фехтовании.

Рыцари тревожно переглядывались, беспокоясь, что я действительно решу, что мне необходимы такие тренировки.

– Я, конечно, не специалист, но говорят, что мышцы у леди болят гораздо больше, чем у мужчин.

– Это займет много времени. Нужно будет еще научиться правильно держать меч, прежде чем начнется настоящая практика...

Разумеется, у меня не было намерения учиться искусству владения мечом.

– Да уж, мне не очень импонирует работать на износ...

В любом случае, если заниматься фехтованием с таким слабым здоровьем, это не приведет ни к чему, кроме зря потраченного времени. В итоге я не смогу победить даже безоружный манекен, не говоря уже о завоевании мирового господства.

– Угу, но я вас ни в коем случае не отговариваю. Просто пища для размышлений.

И тогда, широко улыбнувшись, я произнесла:

– Эван в последнее время день и ночь проводит на этих ваших тренировках. На самом деле я спрашиваю, потому что подумала, что было бы неплохо чему-то учиться вместе.

– О... – Рыцарь улыбнулся, услышав мои мечтательные слова. – С этим могли бы возникнуть некоторые трудности. Разница между мужчиной и женщиной довольно заметная, поэтому стандарты их обучения отличаются. К тому же, ваш муж занимается лично с главнокомандующим...

– С главнокомандующим, говорите?

Я слегка прикусила нижнюю губу, наконец нащупав нужную мне информацию.

Судя по всему, над моим маленьким мужем издевается ни кто иной как главнокомандующий рыцарей...

– О да! Поскольку его ученик – наследник герцога, наш главнокомандующий решил лично заняться его обучением. Уверен, он души в нем не чает!

– Ох, тысяча моих благодарностей ему! Его разве не Свен зовут?

На самом деле я не знала имени рыцаря, но мне крайне необходимо было это узнать. Услышав имя «Свен», Серена отвлеклась от своего спора с Лизой и взглянула на меня с озорным огоньком в глазах.

Самый простой способ ослабить бдительность другого человека при выяснении конкретных сведений – это озвучить заведомо ошибочную версию.

Как я и рассчитывала, рыцарь любезно поправил меня.

– Нет-нет, его имя Людва ди Карто. Какое-то время он был заместителем, но пять лет назад стал генералом.

Людва?

Где-то я уже слышала это имя.

«Мне однажды доложили, что Матильда отправилась в город с Людвой «Синим Мундиром», на тот момент — вице-капитаном рыцарей. Она провела в его сопровождении несколько дней.»

Это его тогда упомянул Свен Вестиан.

Неужели это я однажды сказала герцогу Акарду, что у него «зоркий глаз»? Он ведь совершенно не разбирается в людях! К тому же, этот человек имел виды на его жену, зачем нужно было делать его генералом?

– Если вы захотите взять частный урок, я найду для вас кого-нибудь! Граф Ростри научил меня всему, что я знаю.

– Кажется, кто-то говорил мне, что частные занятия проводятся за оранжереей, верно? В таком случае мне не стоит там гулять, чтобы я ненароком не помешала.

– О, что вы, вовсе нет! Эван занимается за розарием.

Сила неверной информации была великолепной, слишком великолепной. Людям присущ инстинкт исправлять ошибки других и сразу же выдавать требуемые сведения.

– Мм, буду знать. Наверное, новичкам не нравится, когда за ними наблюдают. Поэтому не буду смущать их своим присутствием.

Как я слышала, розовый сад располагался тут неподалеку, сразу за углом.

Иногда Лиза сопровождала меня во время прогулки, но как ни странно, никогда не водила меня туда.

Как только рыцари ушли, я спросила Лизу как бы невзначай:

– Хм, а почему никто не ходит в розовый сад? Название звучит завлекающе, так почему же там нет посетителей?

– Ну...

Лиза рассказывала, прерываясь на сортировку платьев и украшений, которые я получила в подарок.

Серена в свою очередь вворачивала свои комментарии по поводу вещей, оказывающихся в руках горничной.

– Ужасные оборки... А это не подойдет для выхода в свет... На этом мало драгоценных камней...

Лиза устала спорить с Сереной, так что просто метала в нее молнии взглядом.

– Покойная леди сама ухаживала за розовым садом.

– В самом деле?

– Да. Она очень любила цветы.

– ... О.

– Честно говоря... Я на мгновение вспомнила о герцогине, когда мы с вами посещали город. Тогда мисс Лария подарила по цветку мне и двум сопровождавших нас рыцарям.

Я подарила им эти цветы, потому что мне было стыдно, что продержала их в очереди целый час. Но я никак не могла знать, что они будут думать о таких грустных вещах.

«Неудивительно, что в тот момент на их лицах было такое отсутствующее выражение».

Клянусь, я сделала это не специально. Я всего лишь хотела немного загладить свою вину.

И все же, это было в стиле Матильды. Своим бездумным поступком она всколыхнула воспоминания об их доброй госпоже. Как и говорил Свен, в резиденции герцога Матильду любили все.

– Когда я смотрю на Ларию, я часто думаю... о Матильде. Вы обе излучаете такую чистую ауру, – Лиза слегка прикусила нижнюю губу, затем вздохнула и продолжила, – С тех пор как сердце герцога было разбито, он не сделал ни шагу в розовый сад. Вот почему мы тоже туда не ходим.

– Вот оно что... Что ж, переоденусь-ка я в одно из моих новых платьев. Хочу сходить и поблагодарить отца лично.

Когда я быстро сменила тему, Лиза машинально начала примерять ко мне то один, то другой наряд.

– В последнее время кашель участился, вы плохо себя чувствуете?

– О... да, есть немного...

Я сделала еще несколько движений, притворяясь, будто подавляю кашель.

– Если все узнают, что я настолько больна... Не почувствуют ли они себя тягостно? Как думаешь?

Полагаю, все что я говорю, доходит до ушей герцога Акарда.

Я вздохнула так тяжело, как только могла, напустив на свое лицо выражение отчаяния.

– Я совсем не хочу быть обузой для отца или Эвана.

– Что вы такое говорите?

– Я вышла замуж за Эвана, не имея никаких полезных для него связей, да к тому же с такими огромными долгами. Приданого у меня совсем не было... И еще я такая слабая. Как же мне жаль отца, который взял меня под свое крыло.

– Мисс Лария, не говорите таких глупостей, – глаза Лизы, казалось, немного заслезились.

Меня часто посещают мысли о том, что я должна была переселиться в тело какой-нибудь богатой злодейки. Конечно, мало кому нравится быть засранцем, но эта роль подходила для меня идеально.

«В том случае я бы захватила весь мир, используя все средства – родственные связи, деньги, шантаж... Эх, мечты».

Но, к сожалению, все что мне досталось – слабое тело, разрушенная семья и остатки совести. Придется пользоваться тем, что есть...

– Вот самый лучший вариант, Лария. Пуговицы выглядят очень стильно.

– Прошу прощения? – сказала Лиза, украдкой вытирая слезы.

Она бросила на Серену неодобрительный взгляд, когда та поднесла к Ларии другое платье.

– Вы же врач! Она тут кашляет, а вы платье выбираете? Почему вы не обращаете никакого внимания на ее кашель?

Серена пожала плечами и непринужденно произнесла:

– К нарядам я отношусь так же серьезно, как и к медицине.

Понимая, что сейчас может вспыхнуть новая ссора, я быстренько указала на третье платье, не отдавая предпочтение ни одному из вариантов, предложенных Лизой и Сереной.

– Мне нравится это. Я надену его и пойду в нем к отцу. О, подождите минутку, я хочу подготовить небольшой подарочек в знак благодарности.

«Куй железо, пока горячо».

Собрав всю нужную информацию, нужно было действовать незамедлительно.

Я прямо сейчас пойду к своему отцу, и человек, который посмел поднять руку на моего мужа, тут же отправится с вещами к воротам!

***

– Вот так, молодой господин. Ты должен вытерпеть эту боль до конца.

Людва уставился на Эвана своими холодными глазенками.

Он не воспринимал Эвана как тринадцатилетнего мальчишку, но все же был немного удивлен, так как его навыки оказались на порядок выше, чем он думал.

Он показал потрясающие результаты, учась в Академии. Безусловно, мальчик был сыном своего отца, который также с детства славился как выдающийся фехтовальщик.

Людва даже не был уверен в том, что смог бы легко его победить, если бы в руках у Эвана был такой же меч, как и у него самого.

Именно поэтому Эван тренировался с коротким деревянным мечом, в то время как главнокомандующий использовал настоящий.

– С тех пор как Матильда умерла...

Услышав имя матери, Эван метнул на него полный негодования взгляд и сжал губы.

– Многие люди живут в страданиях.

К этому моменту уже совсем вымотавшись, Эван должен был рухнуть в обморок, но упрямо держался на ногах, невзирая на свои горящие раны. Он был совсем не похож на свою мать. Этот устрашающий взгляд... совсем как у его отца.

Людва много лет любил Матильду, наблюдая за ней со стороны, но безумно ненавидел ее сына.

Именно так он воспринимал происходящее. Двое мужчин. Двое Акардов отняли у него его любовь.

– Ты никогда, слышишь?.. Ты никогда не должен быть счастлив!

Второй человек, которого он ненавидел всей душой, Каллаудин, выглядел совершенно разбитым и сломленным после смерти Матильды. Но ему было так жаль, что он никаким образом не мог издеваться и над ним тоже.

– Наследник герцога – зерно, несущее несчастья.

Не имея рычагов влияния на герцога, он хотел сгубить мальчика, который, как Людва считал, убил его любимую. Он хотел уничтожить его своими собственными руками.

Шаг за шагом, начиная с самого детства.

Эван затаил дыхание, противостоя Людве с оружием, не идущим ни в какое сравнение с его собственным, которое попросту было бесполезным. От одного взгляда на его синий мундир ему становилось дурно.

Эван вдруг подумал о Ларии.

Она была единственным человеком в его жизни, который относился к нему с теплотой и заботой.

Лария была его светлым лучиком в этом бесконечном непроглядном мраке.

Она была добра к нему. К нему – зерну, несущему несчастья!

Казалось, она светилась от счастья, просто находясь рядом...

Однако, по словам Людвы, он заставил страдать множество людей. Эван поверил в это настолько, что сам решил, что не достоин жить и радоваться жизни.

Они все как один.

Никто не осмеливался сказать ему это в лицо, но он уверен, они думали о том же, о чем и Людва.

Раньше он лишь догадывался об этом, но теперь все предельно ясно.

Такой мерзкий ребенок как он – не пара Ларии.

Крутанув меч в руке, он вспомнил, как несколько дней назад Лария плакала из-за него, сказав, что просто хотела повидаться с ним.

Пока Эван подвергался насилию под видом обучения, все, о чем он мог думать, была Лария.

Если бы он только знал, чем она сейчас была занята...

Карудин торопился в свой кабинет. Он пытался управлять не только герцогством, но и изменить политический курс всей Империи. Хоть он ещё немного слаб, но если станет немного сильнее, то через пять лет никто не посмеет его остановить.

Аристократия исчезнет.

Проблема заключалась в императорской семье, но герцог не мог придумать, как сотрясти их, кроме как женить Эвана на принцессе.

«Вот насколько важна Элейн важна для Империи»

Император ещё молод, поэтому не обладает большим влиянием, но все ожидали, что он вырастет во влиятельную фигуру.

Затем послышался стук.

— Отец, это я, Лария.

— Входи.

Дверь приоткрылась и вошла девочка.

— Спасибо за подарок, отец, — Лария улыбнулась и поклонилась, — на мне платье, заколка и ожерелье, которые ты подарил!

Карудин не разбирался в женской одежде, поэтому он просто кивнул. Её одежда не сильно отличалось от той, что была на ней вчера.

Лария производила впечатление милой и безобидной девушки, несмотря на то, что надевала. Она закатывала глаза и часто бродила вокруг, словно белка.

Возможно, причина заключалась в том, что она больна, но, кажется, Лария намного ниже, чем должна быть. По сравнению с Эваном, который был на год младше, она довольно маленькая. Неважно, насколько высокий Эван, разница в их телосложении очень велика.

— Итак, я думала о том, что мне следует сделать, чтобы выразить свою благодарность.

После слов Ларии, Карудин ухмыльнулся и сказал.

— Этого достаточно. Можешь сказать это шеф-повару, а не мне*.

(*П/П: господи прости, ребята, чтобы понять юмор герцога – надо родиться герцогом. Можете написать свою шутку в комментариях, может хоть так посмеёмся).

— … Что?

— Ты сказала спасибо.

— Ах!

Лария на мгновение опустила глаза, а затем рассмеялась.

— Ахахаха! Отец, это так смешно. Хахаха!

Лария долго смеялась, а затем протянула ему лист бумаги.

— Он не идеальный, но я подготовила это для тебя.

Сначала Карудин не понимал, что рисовала Лария, но может в этот раз он угадает?

— Папа, большое тебе спасибо.

Ни один из трёх человечков не был похож на него…

— Это я?

— … Нет, это Эван.

— Тогда, это я?

— Ох… ты снова ошибся.

Плечи Ларии опустились.

— Я нарисовала это, потому что думала, что отцу понравится.

Когда он впервые увидел её, то подумал, что это даже хорошо, что она слабая и ничтожная девчонка, у которой нет никаких талантов. Но она был необычно милой.

«Если подумать, я встретился с Эваном благодаря Ларии. И с тех пор я с ним не виделся»

Эван – сложный человек. И он не хотел сильно размышлять о нём.

Сначала герцог был не в состоянии уделять внимание сыну из-за потери жены. А после ему было неловко рядом с Эваном, который так резко вырос. Но это не значило, что сын ему не дорог. Именно ради него он так усердно работал. Но, в любом случае, с тех пор как ушла Матильда, он даже не задумывался о создании гармонии в семье.

Дружные и тёплые семейные отношения, как ему казалось, невозможны без Матильды. Но удивительно, очень удивительно, что невестка смогла создать подобную атмосферу…

— Папочка! — Лария взглянула на него, — Знаешь что? Если подумать, мы давно не собирались втроём.

— … Обычно я не провожу время с Эваном.

— Но мы же семья.

Это слово решило всё. Лария наклонила голову и сказала: «Всё будет хорошо».

— Мы провели слишком много времени в одиночестве, что теперь не чувствуем необходимости общаться друг с другом. Было бы хорошо, если бы мы поддерживали друг друга!

Лария хлопнула в ладоши, словное ей пришла в голову отличная идея, и взволнованно спросила.

— Эван очень усердно тренируется. Думаю, он хорошо справляется. Хочешь пойти посмотреть на него вместе?

— Достаточно, — Карудин сразу остановил её.

Он знал, что Эван тренируется фехтованию у рыцарей, но не обращал на это особого внимания. Герцог лишь думал, что сын проходит через тот же процесс взросления, что и он когда-то. Ему в детстве тоже нравились мечи.

Иван слышал, что Эван занимал первые места в каждом соревновании, в котором принимал участие. Поскольку он был его ребёнком, то Эвану было бы неловко слышать комплименты. Но, в любом случае, сын очень похож на него.

— Но я очень хочу его увидеть… После того, как Эван стал встречаться с главнокомандующим, он приходит поздно ночью и уходит рано утром. Я даже не могу увидеть его лица…

— Тогда иди и повидайся с ним. Я занят и у меня нет времени смотреть на то, как ребёнок машет мечом.

— Эван не ребёнок!

— Тринадцать лет – это ребёнок.

— Конечно, это правда, но… — Лария прикоснулась к рисунку и пробормотала, — Мы же семья из трёх человек…

— …

— Когда я жила у графа Ростри, моя семья не ладила. Но я очень хотела поладить со всеми здесь, чтобы создать много хороших совместных воспоминаний.

— …

— Мне так грустно, что Эвана не было на нашем чаепитии… Кхе-Кхе!

Её голос, становившийся всё менее энергичным и ,в конце концов, был заглушен кашлем. Лария некоторое время прикрывала рот платком и ужасно кашляла.

— Лиза сказала, кхе! Что она даже не видела Эвана с рыцарями, кха! Она сказала, чтобы я не искала его, кхе-кхе! Так что, кха! Я не могу пойти одна…

Торопливо прижимая платок ко рту, часть её платья, казалось, испачкалась в крови.

— Я больна и большую часть времени лежу, поэтому я хочу создать много хороших воспоминаний.

Иван взял рисунок из рук Ларии и посмотрел на неё. Затем он положил его на стол, вздохнул и кинул головой.

— Кхе-кхе-кхе!!! Я… я говорю, Эван и отец… КХА!

Лария яростно закашлялась, едва не упав.

Он вспомнил, как принял решения принять Ларию в семью.

— Матильда, я пришла, потому что мне тяжело.

Герцог пошёл на могилу Матильду, но там уже стояла женщина. Она плакала и что-то бормотала. Это была графиня Ростри.

— Мой муж занят тем, что изменяет мне. Сын, который спорил с ним, был изгнан на Восток. А ты, моя лучшая подруга, умерла так рано.

Она назвала Матильду свой близкой подругой.

— И моя дочь, Лария, тоже может скоро умереть. У неё многочисленные осложнения болезни лёгких. Она сможет прожить только до двадцати лет. Я никому не могу рассказать об этом. Я очень напугана…

Он молча ждал, пока подруга его жены выскажет все свои мысли.

— Что же мне делать… моё сердце разрывается всякий раз, как она кашляет кровью.

Затем графиня Ростри со своим мужем внезапно погибла в результате несчастного случая. Услышав эту новость, Карудин сразу же забрал Ларию и выдал её замуж за Эвана. Ей всё равно некуда было идти, и вместо того, чтобы оставить её скитаться и умирать от горя, он приютил девушку.

Иван считал, что так будет лучше.

Эван был в академии. Нельзя было сыграть нормальную свадьбу, поэтому он просто подал документы на брак.

Он думал, что было бы идеально, умри она в нужный момент.

— Хорошо, пойдём.

Лария – ребёнок, который умрёт молодой. Он не мог закрыть глаза на подобную просьбу. Всякий раз, когда он видел её лицо, герцог чувствовал непонятное чувство вины. Нет, может, это не вина, но…

— Пойдём и создадим эти чёртовы хорошие воспоминания.

Кашель Ларии медленно прекратился, словно всё это было ложью. Иван посмотрел в сверкающие глаза девочки и пробормотал, словно разговаривал сам с собой.

— Дело не в том, что я этого хочу.

Его план заключался в том, чтобы сделать Элейн Императрицей. Без её содействия его тайные планы не могли осуществиться. Поэтому он не мог позволить себе проявлять слабость.

Карудин никогда не задумывался о том, чтобы понаблюдать за сыном на тренировках. Он считал, что Эван прекрасно справится со всем самостоятельно, ведь он, в конце концов, его ребёнок.

— Да, отец! Пойдём!

Будучи ниже в два раза, Лария взволнованно схватила отца за руку. Она вела его вперёд.

Вдруг девочка повела его в другую сторону.

— Лария? Нам не сюда.

Естественно, мужчина нахмурился, но Лария покачала головой.

— Нет, говорят, что Эван берёт частные уроки у Людвы!

— … Здесь?

— Да. Я уверена, что это за розовым садом.

Лария улыбнулась так, словно ничего не знала. Карудин был вынужден следовать за ней.

«Розовый сад – это место, о котором заботилась Матильда. Его не трогали с тех пор, как она умерла».

Ему было больно смотреть на розы, потерявших свою заботливую хозяйку.

«Людва…»

Ему не нравилось, как Людва смотрел на Матильду.

Когда герцогиня сказала, что уезжает из города, её должны были сопровождать три человека. Но двое из них внезапно уехали.

Итак, Людва и Матильда уехали вместе, поэтому Иван чувствовал себя отвратительно. Ему казалось, что Людва всё спланировал.

Если бы Матильда не остановила его, то он бы избавился от этого мужчины. Конечно же, всё шептались, что он одержим женой. Он и правда был помешан на Матильде.

После её смерти, герцог перестал интересоваться Людвой. Когда рыцари порекомендовали его в качестве следующего командира, он одобрил это предложение без особых раздумий.

С тех пор Людва не доставлял никаких хлопот. Кроме того, он не предпринимал никаких действий против Ивана.

Но он впервые услышал, что Людва обучает Эвана.

Люди герцога знали, что он не особо интересуется Эваном, поэтому говорили о нём очень мало. У него было много более важных дел.

Но почему-то было не по себе оттого, что частные занятия проводил Людва.

Когда он получил отчёт о том, что Эван занимается фехтованием, следовало узнать побольше вместо того, чтобы забыть об этом.

— Папа, — прошептала Лария, — Давай тихонько понаблюдаем. Я хочу посмотреть, действительно ли Эван так хорош. Если он узнает, что мы здесь, то не сможет сосредоточиться на тренировке.

В любом случае, он пришёл не потому что хотел этого. Поэтому просто кивнул головой.

Действительно, издалека было видно, как Людва и Эван орудовали мечами. Мы сбавили шаг и медленно подкрадывались.

В нескольких шагах стояли Лиза и Серена, ссорившиеся у кабинета герцога. Однако, заметив, чем занимались Лария с Карудином, обе замолчали.

Каллаудин торопился в кабинет.

Он не только управлял герцогством, но и рвался изменить политический курс всей империи. И хотя у него сейчас недостаточно политического влияния – через пять лет никто не посмеет его остановить.

Аристократия исчезнет как понятие.

Основная проблема заключалась в императорской семье, и он не мог придумать другого плана, кроме как женить Эвана на принцессе.

«Элейн – слишком важная стратегическая единица».

Поскольку действующий император еще очень молод, его влияние было довольно шатким. Но все ожидали, что рано или поздно он вырастет во влиятельную фигуру.

Пока герцог Акард размышлял над планом действий, в дверь послышался стук.

– Отец, ты здесь? Это я – Лария.

– Входи.

Девочка приоткрыла дверь и вошла.

– Я пришла, чтобы сказать спасибо за подарки, – Лария улыбнулась и склонилась в глубоком реверансе. – Сейчас на мне платье, заколка и ожерелье, подаренные тобой, отец!

Калаудин не был знатоком женской одежды, поэтому просто тупо кивнул. По его мнению, ее наряд не очень-то отличался от того, что был на ней вчера.

Что бы ни надела Лария, она производила безобидное и милое впечатление. Может быть, это из-за ее болезни, но герцогу казалось, что ее рост ниже нормы.

По сравнению с Эваном, который был всего на год младше нее, она довольно миниатюрная. И это касалось не только роста – разница в их телосложении была просто колоссальна.

– Я тут думала, каким образом могу передать тебе свою благодарность…

Герцог Акард, услышав слова Ларии, ухмыльнулся и сказал:

– Передай деньгами.

– ... Что?

– Ну, благодарность.

– О! – до Ларии наконец дошло, что это была очередная шутка, и она вежливо рассмеялась. – А-ха-ха-ха! Отец, ты такой уморительный. Ха-ха-ха-ха!

Лария закончила свое актерское выступление и с гордостью протянула ему лист бумаги.

– Это, конечно, далеко от идеала, но я старалась.

С самого начала Каллаудин не был в состоянии различить, что рисовала Лария, но может, в этот раз у него наконец получится.

На рисунке было написано: «Папа, огромное тебе спасибо». Из трех изображенных человечков ни один не был похож на него.

– Это я? – ткнул он пальцем в каракулю.

– ... Нет, это Эван.

– Тогда это я?

– О... Ты снова ошибся.

Плечи Ларии поникли.

– Я нарисовала это в надежде, что тебе понравится…

Впервые увидев ее, он подумал, что это даже хорошо, что она – слабая ничтожная девчонка, у которой похоже не было никаких выдающихся способностей. Однако она на удивление оказалась восхитительно милой.

«Если подумать, я впервые куда-то ходил с Эваном лишь благодаря Ларии. И с тех пор, как мы побывали на ипподроме, у меня не было с сыном никаких контактов».

Эван вызывал у него смешанные чувства. Сначала Каллаудин был не в том состоянии, чтобы уделять внимание сыну после потери Матильды. А потом ему стало неловко рядом с сыном, который так неожиданно вырос. Но это вовсе не говорило о том, что Эван для него ничего не значил.

Безусловно, мальчик был для него самым главным мотиватором всего, что герцог делал.

После смерти Матильды он даже не думал о какой-то гармонии в семье. Дружеская семейная атмосфера, как ему казалось, была невозможной без нее. Но, к удивлению, к величайшему удивлению, его невестке удалось этого добиться...

– Папочка? – Лария обратила к нему свои круглые глаза. – Я тут подумала, что мы давно не собирались втроем, с тех пор как побывали на ипподроме.

– … Я обычно не провожу время с Эваном.

– Но мы же семья.

Одно это слово решало все.

Лария наклонила голову и сказала:

– Все будет хорошо.

– Мы так много времени провели порознь, что теперь даже не чувствуем необходимости общаться друг с другом.

– Но ты только представь себе, как было бы здорово, если бы мы поддерживали друг друга! Наши семейные узы очень важны!

Лария хлопнула в ладоши, как будто ей пришла в голову отличная идея, и взволнованно спросила.

– Эван уже долгое время усердно тренируется. Я думаю, у него хорошо получается. Может, сходим вместе посмотрим на него?

– Я занят, – Каллаудин сразу же отверг ее предложение.

Он знал, что Эван обучается фехтованию в рыцарском корпусе, но не обращал на это особого внимания. Каллаудин полагал, что сейчас Эван проходит через те же этапы взросления, что и он сам когда-то. В детстве герцогу тоже нравилось махать мечом.

Каллаудину докладывали, что его сын занимал первое место в любом соревновании, в котором участвовал. Но поскольку герцог считал, что Эван во многом похож на него, то предполагал, что ему было бы неловко слушать комплименты в свою сторону.

– Но я очень хочу увидеть его... После того как Эван начал брать уроки, он стал приходить очень поздно и уходить еще до того, как я проснусь. Мы с ним практически не видимся…

– Ну вот иди и повидайся с ним. У меня куча дел и нет времени смотреть, как ребенок машет мечом.

– Эван не просто ребенок! Проявить интерес к занятиям своего сына – хороший поступок.

– Ему всего тринадцать, и он постоянно будет чем-то увлекаться.

– Это, конечно, правда, но... – Лария взглянула на свой рисунок и в отчаянии пробормотала, – мы ведь семья, все трое…

– …

– Когда граф Ростри был еще жив, нашу семью нельзя было назвать дружной и любящей. Поэтому я хотела все исправить и ужиться здесь, чтобы у нас троих была масса совместных воспоминаний…

– ...

– Эвана даже не было на нашем последнем чаепитии. Это так печально... Кхе-кхе!

Ее голос, становившийся все менее бодрым по мере того, как она говорила, в итоге заглушил сильный кашель. Через мгновение Лария зашлась безумным кашлем, прикрывая рот платком.

– Лиза говорит... кхе!.. что она даже не видела Эвана на общей тренировке, кхе-кхе. Я ей сказала, что сама схожу к нему, но, – тут она всхлипнула, – я не могу пойти туда одна...

Несмотря на то, что Лария крепко прижимала платок ко рту, Каллаудин заметил несколько капель крови на ее новом платье.

– Я больна и большую часть времени провожу в постели, но в то время, когда мне все-таки становится лучше, я хочу сблизить всех нас.

Герцог все-таки взял рисунок из рук Ларии и взглянул на него. Затем, положив его на свой стол, вздохнул и кивнул, соглашаясь.

– КХЕ-КХЕ-КХЕ!!! Я… фух… я говорю, что Эван и ты, отец… кхе!

Лария снова яростно закашлялась, содрогаясь всем своим хрупким телом.

Он вдруг вспомнил, как ему в голову пришло решение принять Ларию в качестве своей невестки.

***

– О, Матильда, мне так тяжело...

Когда герцог пришел навестить могилу своей жены, там уже стояла женщина. Она горько плакала и что-то бормотала.

– Мой муж так занят тем, что изменяет мне, а сын, ослушавшийся его, был изгнан далеко на восток, а ты, моя лучшая подруга, умерла так рано.

Каллаудин сразу вспомнил, кто перед ним стоял. Это была графиня Ростри.

– Моя дочь, Лария, тоже может скоро умереть. Ее болезнь легких имеет многочисленные осложнения. У нее времени максимум до двадцати лет. Мне не с кем поделиться этим и от этого мне так страшно…

Герцог тихо ждал, пока подруга его жены выскажет все, что у нее было на душе.

– Что же мне делать?.. Мое сердце разрывается всякий раз, когда я вижу платок, пропитанный ее кровью.

***

Вскоре после этого графиня Ростри погибла в результате несчастного случая в карете вместе со своим мужем. Услышав эту новость, Каллаудин немедленно привез Ларию в свое поместье и выдал ее замуж за Эвана. Ларии все равно некуда было идти и, вместо того, чтобы оставить ее скитаться и умирать, Каллаудин взял ее к себе.

Он считал, что принял правильное решение.

Поскольку Эван на тот момент учился в Академии, возможности сыграть полноценную свадьбу не было, поэтому он просто подал документы на заключение брака.

Его изначальный план состоял в том, чтобы она умерла в очень удобный для него момент. Но теперь…

– Ладно, идем.

Лария – ребенок, которому суждено умереть в очень молодом возрасте, поэтому он не мог закрыть глаза на такую простую просьбу. В последнее время всякий раз, когда герцог видел ее лицо, он начинал испытывать неведомое чувство вины.

Нет, может быть, это не вина, но...

– Пойдем и создадим эти чертовски приятные воспоминания, – пробурчал он.

Кашель Ларии потихоньку прекратился, словно это был обманный маневр.

Он взглянул в сверкающие глаза девушки и пробормотал, словно разговаривая сам с собой.

– Не то чтобы я хотел это сделать… Но если ты просишь.

Его план состоял в том, чтобы сделать Элейн императрицей. Без ее содействия его тайным желаниям, которые он лелеял уже долгое время, было не суждено осуществиться. Поэтому он не мог позволить себе проявлять слабость.

Каллаудину ни разу не пришла мысль посетить занятия своего сына. Он считал, что Эван прекрасно справится сам, ведь его сын, в конце концов, такой же, как и он.

– Да, отец! Пойдем!

Едва доставая макушкой ему до пояса, Лария взволнованно схватила его за руку. Она с победоносным видом потащила его по коридорам.

Выйдя на улицу, Лария повела его в неверном направлении.

– Лария? Не сюда, – нахмурился герцог, но она лишь покачала головой, широко распахнув глаза.

– Нет, я слышала, что Эван берет частные уроки у Людвы!

– Так нам ... сюда?

– Да. Я уверена, что это за розарием, – Лария улыбнулась как ни в чем не бывало.

Каллаудину ничего не оставалось, кроме как беспомощно следовать за ней.

«За розарием ухаживала Матильда и никто не трогал его с тех пор, как она умерла».

Ему было больно смотреть на розы, потерявшие свою заботливую хозяйку.

«Она сказала… Людва?»

Ему не нравилось, как этот человек в свое время смотрел на Матильду.

Когда герцогиня сказала, что едет в город, ее сопровождали три человека, но двое из них вдруг ни с того ни с сего куда-то испарились.

Итак, когда Людва и Матильда покинули поместье вместе, он почувствовал себя просто отвратительно. Он считал, что Людва специально все подстроил, лишь бы остаться с его женой наедине.

Если бы Матильда тогда его не отговорила, он бы немедленно избавился от этого человека.

Конечно, все шептались о его одержимости. Каллаудин и правда был одержим Матильдой, так что тут скрывать нечего...

Позже, после смерти любимой жены, он совершенно забыл о существовании Людвы. И когда рыцари рекомендовали его в качестве следующего командира, он одобрил это предложение без особых раздумий.

С тех пор Людва не доставлял никаких хлопот. Кроме того, он не предпринимал никаких действий, которые могли навредить герцогу. Однако Каллаудин впервые слышал, что тот обучает Эвана индивидуально.

Люди, работающие на герцога, знали, что господин не очень-то интересуется Эваном, и в свою очередь тоже не проявляли к нему практически никакого интереса.

Однако, хотя его не очень волновало, чем занимался Эван, Каллаудину было не по себе от того, что Людва давал его сыну частные уроки.

Теперь он подумал, что когда ему доложили, что Эван начал заниматься фехтованием, следовало бы расспросить об этом поподробнее, а не пропустить эту информацию мимо ушей.

– Папочка, – прошептала Лария, – не выдавай, что мы здесь – давай чуть-чуть понаблюдаем тайком. Я хочу посмотреть, действительно ли Эван так хорош, как о нем говорят. Если он будет знать, что мы смотрим, это может помешать его концентрации.

В любом случае, он присутствовал здесь потому, что этого хотела Лария, поэтому ничего не ответил и только глубокомысленно кивнул головой.

Издалека было видно, как Людва и Эван орудовали мечами.

Они даже сбавили шаг и стали медленно подкрадываться. В нескольких метрах от них стояли Лиза и Серена, как обычно о чем-то спорившие. Однако, как только они заметили подозрительные движения Ларии и герцога Акарда, обе тут же умолкли.

Если бы я была злодейкой, то сразу же побежала бы и дала ему пару раз по щеке. Но, к сожалению, я ничтожный персонаж с нулевой физической подготовкой. Так что, скорее всего, ничего хорошего не произойдёт, если я подбегу к Людве одна. Моя сила заключается в том, чтобы паразитировать за счёт других, да и у герцога силы больше, чем у меня.

Конечно, я хороша в роли паразита.

— Отец, смотри внимательно.

Я могла бы делать всё более очевидно, но собственная безопасность тоже важна.

«Если поймают на том, что я умею шевелить извилинами, то придётся туго»

Мне кое-как удалось создать возможность для побега. И то, благодаря деталям, которые вспомнила из новеллы. Даже несмотря на плохое здоровье, всё шло гладко.

Похоже, время пришло. Эван и взрослый мужчина в синей форме противостоят друг другу за садом. Можно заметить… что их мечи совершенно разные.

Кажется, они ещё не заметили наше присутствие. Подойдя ближе, я отчётливо услышала голос.

— Видишь этот розовый сад?

Человек с резкими чертами лица грубо атаковал Эвана. Возможно, это и есть Людва.

— Об этом месте она заботилась всем сердцем и душой.

Лицо герцога застыло, когда он услышал эти слова.

— А теперь этот сад разрушен. Как и герцог.

Я наблюдала за этой сценой, затаив дыхание. Эван стоял к нам спиной, так что его лица не было видно.

— Это всё из-за тебя.

Герцог Акард, как и я, был так удивлён, что испустил вздох.

«Нет, о чём он говорит? У него проблемы с головой?»

— Значит и твоя жизнь должна быть разрушена.

Я не могла видеть выражение лица моего мужа, вызванное этими резкими словами, но Эван смотрел на меч. Он держал в руках короткий деревянный меч, в то время как Людва стоял с настоящим.

— Думаю, ты забыл об этом, потому что тебе никто не говорил.

Хоть я ничего не знаю о фехтовании, мне было ясно, что бой не честный. Взрослый против ребёнка. Каким бы высоким ни был Эван по сравнению со своими сверстниками, он всё равно ниже Людвы.

Когда мужчина резко ударил Эвана мечом по животу, тот упал.

Я чуть не закричала, хотя мне даже и не нужно было сдерживаться, поскольку к ним двинулся герцог Акард. Он выхватил меч Людвы и отбросил его в сторону, а затем схватил его за воротник и повалил на землю.

— Как ты смеешь! — зазвучал голос, полный гнева, — Порочишь имя Матильды перед моим сыном?

Я подбежала и обняла Эвана.

— Эван!

Он смотрел на меня с озадаченным выражением лица.

Я приподняла его одежду дрожащими руками. На его теле было больше ран, чем вчера. Если бы я тогда это не заметила или продолжала бы засыпать одна, то он дальше бы терпел эти мучения?

Нет, неужели в оригинальной истории Эван всегда был таким высоким?

— Что случилось? — спокойно спросил Эван и я сразу же ответила.

— Я умоляла отца пойти посмотреть, как ты тренируешься. Но что это…

Внезапно Эван притянул меня к своей груди и обнял. Затем он закрыл мне уши и прошептал:

— Не смотри и не слушай.

— Что?

— Это ужасно.

Я здесь как раз для того, чтобы увидеть ужасные вещи!

Но я была прикована к Эвану, с закрытыми глазами и ушами. Однако, как бы он не старался закрыть мне уши, я отчётливо слышала крики.

Нет, я хочу увидеть, как герцог преподаёт ему урок!

— Ты не должна на это смотреть.

Но я хочу увидеть…

Однако Эван был сильнее, чем ожидалось, поэтому я не смогла бы даже головы поднять при всём желании.

На крики Людвы сбежались слуги. Только тогда Эван слегка расслабил свои объятия. Я быстро вырвалась из его рук.

— Посадите этого в темницу. Скоро я посещу его.

Голос герцога звучал ужасно холодно. Окровавленную фигуру оттащили слуги.

«Точно. Нельзя на этом закончить! Накажем его ещё!»

Я внутренне ликовала, когда герцог Акард медленно повернулся к нам.

— Ты.

После того, как человека, которым, судя по всему, был Людва, увели, герцог заговорил, жёстко глядя на Эвана.

— Ты тупица, раз слушаешь такую чушь?

Отец! Ты что мелешь? Разве время говорить подобное?

Мне захотелось ударить его. Хотя, на удивление, мальчик был спокоен.

— … Если вдуматься, то все его слова – правда.

— Что?

— Мне не следовало рождаться…

Герцог не ответил на это. Вместо этого он заговорил низким голосом.

— Ты – наследник герцогства Акард.

Почему ты заговорил об этом именно сейчас? Неужели кто-то не знает об этом?

— Впредь не позволяй простому подчинённому обращаться с тобой бесцеремонно.

Посмотрев на Эвана пару минут, он развернулся и долго смотрел на розовый сад. И, оставив нас позади, зашагал прочь.

Нет, неужели это всё? Всё закончилось на том, что герцог просто побил Людву? Знаешь ли, врезав негодяю, ситуация не разрешится.

В конце концов, я посмотрела Эвану в глаза и сказала:

— Это всё неправда. В чём твоя вина?

Единственный, кто причинил боль, ушёл, но лучше не стало.

— Как ты можешь так говорить, Эван? Ты не виноват в смерти своей матери.

— Но я – причина этого.

— И всё же…

— Я сделал всех несчастными. Я даже не смог контролировать слуг из-за своей недальновидности… но всё, что сказал Людва, является правдой.

Нет, нет, это неправда… Почему герцог так сказал?

Мне стало так жалко Эвана, что я крепко обняла его.

— Ты тоже… Держись от меня подальше, потому что я этого не стою.

— Нет, Эван, — я нежно погладила его чёрные волосы, — Не говори так. Я рада, что могу проводить с тобой время.

— Почему?

— Потому что ты миленький.

Это правда. Я знала, что он равнодушный человек, но Эван был милее, чем казалось. Хоть его внешность была далека от миловидной, но обладал очаровательностью, которую чувствовала только я.

Когда он видит что-то, что ему нравится, он кусает губы в попытке сдержать улыбку. Поэтому мне и нравилось выбирать ему одежду. В прошлый раз он очень мило бормотал: «Прости меня». Но тогда я даже не представляла, что сложилась такая ужасная ситуация.

Я чувствовала странную грусть, когда смотрела на Эвана, и на сердце стало тяжелее. Это ощущение отличалось от тех, которые я испытывала, борясь за выживание. Мои чувства к нему были искренними.

Конечно, сейчас он выглядит старше меня, но в будущем он определённо будет выглядеть моложе других.

Честно говоря, я не могла сказать, что все слова Людвы не соответствуют действительности, поскольку не знала мыслей герцога Акарда. Тем не менее, я похлопала по его плечу и прошептала.

— Твоя мама не хотела бы, чтобы ты жил прошлым.

— Но…

— Отец, эм… То, что твоя мама умерла, а отец ничего не делает, не означает, что он хочет, чтобы ты жил, как живой мертвец.

Фактически, герцог был занят больше всех. Он не спал и замышлял поглотить аристократию.

— Не думаешь, что тебе лучше начать жить по полной?

Кажется, я не смогу спокойно провести оставшееся время, учитывая, что отношения между отцом и Эваном стали ещё хуже после этой ситуации… Ну… у них длинная и сложная семейная история. Я не могу решить всё сразу.

— Серьёзно?

— Абсолютно.

— … Лария, — Эван тихо назвал моё имя, — Мне жаль. Я ошибся.

— В чём ты ошибся?

— Я говорил резкие вещи... игнорировал твою искренность…

— Не говори так. Всё в порядке.

— Как всё может быть в порядке?

Красные глаза Эвана задрожали.

Я по-взрослому похлопала его по плечу.

— Пары проходят через трудные времена, но со временем всё наладится.

— Тогда…

— А?

Он задержал дыхание на некоторое время и нерешительно произнёс.

— … Никогда не бросай меня.

— Эван?

— Прости меня…

Ох, видимо ему совсем плохо. Должно быть, он эмоционально нестабилен из-за пережитого насилия со стороны того плохого парня.

Никто не успокаивал Эвана, и он подвергался насилию в одиночку.

Я посмотрела прямо на него.

— Давай с этого момента будем хорошо ладить, ладно?

— Да, хорошо.

Я сделала это не для того, чтобы улучшить наши с ним отношения. Я сказала это из-за моей симпатии.

Казалось, ему было больно меня обнимать.

— Эван, тебе тяжело ходить?

Я обеспокоенно убрала его руку.

Что же это была за сверхчеловеческая сила, с которой он зажимал мне уши?

— Немного…

— Давай воспользуемся лекарствами. Почему тебя избили, как какого-то дурака… ты же говорил, что хорошо владеешь мечом.

Когда Эван попытался что-то сказать, у меня в груди защекотало. Проклятье, я должна была кашлять в присутствии герцога! Почему этого не произошло, когда это было нужно. Моё горло болело, потому что я задыхалась, как сумасшедшая.

Я взглянула на Эвана.

«Нет… сейчас не время для кровавого кашля»

Человеком, которого нужно было утешить, был Эван.

«Однажды ты узнаешь об этом, но не сейчас»

Людва уже создал достаточно проблем. Я не могу заставлять других беспокоиться.

— Пойдем, вылечим тебя поскорее… Давай, давай! Эван, идём.

Позвав слугу, мы покинули розовый сад вместе с Эваном.

Если бы я переселилась в тело какой-нибудь злодейки, сразу бы бросилась к Людве и вмазала ему хорошенькую пощечину. Но к сожалению, я была слабым персонажем с нулевой физической подготовкой. Так что скорее всего ничем хорошим это не закончится, если я кинусь на него своим слабым тельцем.

Моя настоящая сила – в слабости. Я паразитирую за счет других людей, а у герцога силы гораздо больше, чем у меня.

Я просто великолепна в роли манипулятора!

– Отец, нам нужно быть тише, мы же не хотим помешать Эвану.

Я бы могла не ходить вокруг да около и сделать все гораздо проще, если бы сказала, что обо всем знаю, но мне нужно было думать о собственной безопасности.

«Если станет ясно, что мои шестеренки неплохо так крутятся, то герцог насторожится, и мне придется туго».

Мне постоянно приходится выдумывать лазейки и пути для отхода. Хорошо хоть, что я помню некоторые детали из прочитанного романа. Даже несмотря на мое слабое здоровье, для меня пока что все складывалось довольно гладко.

Похоже, мы попали в самый удачный момент.

Эван и взрослый мужчина в синей униформе стояли друг напротив друга в боевой позе. Хотя... Можно заметить, что их мечи имели существенную разницу.

Фух, кажется, они еще не обнаружили нашего присутствия.

Подойдя ближе, я отчетливо услышала холодный голос.

– Видишь этот неухоженный розовый сад?

Мужчина с резкими чертами лица надвигался на Эвана. Похоже, это и есть Людва.

– Это место, о котором она заботилась всем сердцем и душой.

Герцог Акард заскрипел зубами, услышав слова Людвы.

– А теперь этот сад разбит и уничтожен. Собственно, как и твой отец.

Я наблюдала за этой сценой, затаив дыхание.

Эван стоял к нам спиной, поэтому я не могла видеть его лица.

– И все это из-за тебя.

Герцог Акард, так же как и я, был настолько удивлен, что испустил резкий вздох.

«О чем болтает этот идиот? Он с ума сошел?»

– Значит, твоя жизнь тоже должна быть разрушена.

Я не могла видеть выражения лица Эвана, вызванного такими мерзкими словами, однако обратила внимание на меч и оказалось, что сражаются они в поистине неравных условиях.

У Эвана в руке был короткий деревянный меч, предназначенный исключительно для тренировок, в то время как Людва стоял с настоящим.

– Наверное, ты забыл об этом, и я любезно решил тебе напомнить.

Я, конечно, совсем ничего не смыслю в фехтовании, но не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, что происходит.

Этот взрослый человек дрался против ребенка, заведомо используя преимущество. Каким бы высоким ни был Эван по сравнению со своими сверстниками, он все равно ниже Людвы.

– Не смей даже мечтать о счастье. Живи с чувством вины ради искупления.

Людва сделал резкий выпад и ударил Эвана в область живота, свалив его с ног.

Я чуть не закричала, хотя технически мне не нужно было сдерживаться, поскольку герцог Акард уже со всех ног мчался к ним. Он выхватил меч у этого мерзавца и отбросил его в сторону, затем схватил за воротник и грубо повалил на землю.

– Да как ты смеешь! – прозвучал голос, полный гнева. – Порочишь имя Матильды перед моим сыном?

Я подбежала и обняла Эвана, в то время как герцог принялся отрабатывать удары на лице главнокомандующего.

– Эван!

Мальчик смотрел на меня с неподдельным удивлением.

Я приподняла край его рубашки дрожащими руками.

На его теле оказалось больше ран, чем вчера. Страшно подумать, чем это все могло закончиться, если бы я вовремя этого не заметила и продолжила засыпать как ни в чем не бывало.

Господи, неужели даже в оригинальной истории Эван терпел все эти унижения и издевательства?

– Что происходит?.. – спросил Эван.

– Я кое-как уговорила отца прийти сюда со мной, чтобы взглянуть, как ты тренируешься. Но как это вообще понимать?..

Внезапно Эван притянул меня к своей груди и обнял. Затем он закрыл мне уши и прошептал:

– Не смотри. Не слушай.

– Что? Почему?

– Это довольно неприятное зрелище.

Эй, я здесь только для того, чтобы увидеть это неприятное зрелище!

Но он приковал меня к своему телу, продолжая закрывать мои уши. Однако как бы он ни старался, я все равно отчетливо слышала крики.

Нет, я хочу увидеть, как герцог преподает Людве урок!

– Ты не должна на это смотреть.

Но я правда хочу увидеть...

Однако Эван был гораздо сильнее, чем мне казалось – я даже не могла поднять голову, не говоря уже о полноценном сопротивлении.

На отчаянные крики Людвы сбежались чуть ли не все слуги. Обескураженный происходящим, Эван слегка расслабил руки, закрывавшие мои уши. Не упуская возможности, я быстро вырвала голову из его рук.

– Бросьте его в темницу. Нам предстоит серьезный разговор.

От голоса герцога сквозило могильным холодом. В это время подоспела стража, взяв под руки окровавленную фигуру Людвы.

«Все верно. Нельзя так просто спускать ему это с рук! Нужно наказать его по полной программе!»

Во мне взыграло внутреннее ликование, но мой настрой омрачился, когда герцог Акард медленно повернулся к нам с яростью во взгляде.

– Ты…

После того как человека, который, судя по всему, был главнокомандующим, увели, герцог Акард заговорил, с возмущением глядя на Эвана.

– Какой же ты тупица, раз позволил себе выслушивать весь этот бред!

Черт! О чем он говорит? Разве сейчас время говорить такие вещи?

Мне захотелось треснуть его по башке. Хотя Эван на удивление сохранял спокойствие.

– ... Если разобраться – то, что он сказал – правда.

– Что ты мелешь!?

– Мне не следовало рождаться...

Герцог ничего на это не ответил, лишь вперил свой стеклянный взгляд куда-то вдаль. Спустя какое-то время он заговорил низким спокойным голосом.

– Ты – наследник герцогства Акард.

К чему эти слова? Неужели кто-то здесь не знает, что Эван – его наследник?

– Впредь не позволяй простому подчиненному обращаться с тобой настолько … опрометчиво.

Он многозначительно взглянул Эвану прямо в глаза, затем развернулся, долго смотрел на розовый сад и, оставив нас позади, зашагал прочь.

Нет, неужели этим все и закончится? Он разукрасил ему лицо – это, конечно, хорошо, но закончить все вот так просто? Знаете ли, такие дела не решаются одним мордобоем!

Разве он не должен был сказать Эвану что-то типа: «Это все наглая ложь»? Или: «На самом деле никто так не думает»?

В конце концов, я посмотрела в глаза своему мужу и сказала:

– Это все чушь. В чем тут твоя вина?

Что ж, единственный, кто причинял ему боль, ушел, но это не значит, что в сознании мальчика что-то изменилось.

– Как ты можешь так говорить, Эван? Ты никак не можешь быть виноват в смерти твоей матери.

– Я – причина.

– Но…

– Я сделал всех несчастными. Я не мог поумерить пыл в высказываниях своих же подчиненных, поскольку считаю, что... все, что сказал Людва, правда.

Нет, нет, это неправда...

Почему герцог ничего ему не сказал?

Мне стало так жалко Эвана, что я крепко обняла его.

– И ты тоже... Держись от меня подальше, потому что я этого не стою.

– Нет, Эван, – я нежно погладила его черные волосы. – Не говори так. Я рада, что ты есть в моей жизни.

– Н-но… почему?

– Ты такой миленький, я просто не могу устоять.

Тут я не врала.

По сюжету романа я знала, что он – равнодушный человек, но он оказался довольно умилительным персонажем. Хотя его внешность определенно была далека от идеальной, но в ней проскальзывала тонкая очаровательность, которую похоже чувствовала только я.

А еще я заметила, что когда он видел что-то, что ему нравилось, он начинал кусать губы в попытке сдержать улыбку. Поэтому мне так нравилось выбирать ему наряды, наблюдая за выражением его лица.

В тот вечер он еле слышно прошептал: «Прости меня», – и это было очень трогательно.

Однако в тот момент я даже представить не могла, через что ему приходилось проходить.

Я почувствовала странную грусть, глядя на эмоционально разбитого Эвана, и мое сердце будто упало.

Это ощущение разительно отличалось от тех, которые я испытывала, борясь за собственную жизнь.

Мои чувства к Эвану были искренними.

Конечно, сейчас он выглядит немного старше меня, но в будущем он точно будет выглядеть моложе всех своих сверстников.

Честно говоря, я не могла утверждать, что гадкие слова Людвы совсем не соответствовали действительности, потому что мысли герцога были скрыты под маской безразличия.

Тем не менее, я погладила Эвана по плечу и прошептала на ушко:

– Твоя мама не хотела бы, чтобы ты проходил такой тяжелый путь.

– Но...

– Твой отец... Э-э, ну, то, что твоя мама умерла, не означает, что ты во всем виноват и всю жизнь должен прожить во мраке.

Фактически, в случившемся была огромнейшая доля вины герцога. Насколько я знаю, он спит и видит, как бы захватить власть над императорской семьей, хотя разумнее было бы обратить внимание на своего собственного ребенка.

– По-моему, тебе нужно начать новую жизнь, без оглядки на прошлое.

Похоже, спокойно отсидеться здесь все оставшееся мне время никак не удастся, учитывая, что отношения между герцогом и Эваном ухудшились после этого инцидента.

Ну что сказать...

У них длинная извилистая семейная история, чтобы все исправить, понадобится немало времени.

– Правда?

– Да. Абсолютно.

– ... Лария, – Эван тихо назвал мое имя. – Мне жаль, что я настолько ошибался.

– Ты о чем?

– Я говорил тебе такие неприятные вещи… Игнорировал твою искренность и заботу…

– Забудь об этом. Теперь все будет хорошо.

– Но как все может быть хорошо? – веки над раскрасневшимися глазами Эвана предательски задрожали.

Я снова ласково похлопала его по плечу, успокаивая.

– Все пары проходят через трудные времена, но со временем всё всегда налаживается.

– Тогда...

– М?

Он задержал дыхание на некоторое время и нерешительно произнес.

– ... Никогда не бросай меня.

– Эван?

– О, прости меня...

Ох, да он же совсем расклеился.

Должно быть, его эмоциональная стабильность была нарушена моральным насилием того здоровенного плохого парня. Этому мальчику довольно продолжительное время приходилось переживать все в одиночку.

Я взглянула прямо ему в глаза и произнесла:

– Давай с этого момента постараемся сблизиться?

– О, конечно!

Я сказала это не для того, чтобы улучшить наши с ним отношения – просто не могла устоять перед его милой мордашкой. Мне хотелось хоть как-то его успокоить, чтобы он позабыл все, что ему пришлось пережить из-за действий Людвы.

Эван все еще обнимал меня, и мне показалось, что он с трудом стоял на ногах.

– Эван, тебе тяжело двигаться?

Я обеспокоенно схватила его за руку.

Что же это была за сверхчеловеческая сила, когда он прижимал меня к себе буквально несколько минут назад?

– Да, совсем немного….

– Пойдем. Нужно немедленно обработать и залечить твои раны. Тебя отделали как мешок с картошкой, хотя ты вроде говорил, что хорошо владеешь мечом.

Едва Эван открыл рот, чтобы что-то ответить, у меня в груди вдруг защекотало.

Проклятье, этот кашель предназначался для глаз герцога! Почему этого не случилось, пока он был здесь?

Горло горело огнем, но я приложила все усилия, чтобы подавить эту вспышку.

«Нет... Сейчас совсем неподходящее время для кровавого фонтана из моего горла».

Эван нуждался в моем утешении.

«Когда-нибудь ты узнаешь об этом, но не сейчас».

Людва и без этого создал достаточно проблем, так что мне не хотелось добавлять Эвану еще один повод для беспокойства.

– Ну-ка, обними меня за шею и идем обработаем твои раны… Вот, вот, идем.

Подозвав на помощь слугу, мы с Эваном быстро покинули розарий.

— Принц, с вами всё в порядке?

Слуга по имени Кобб подошёл к Ларии. Он попытался помочь Эвану, но тот поднялся самостоятельно несмотря на то, что ранее падал. Беспокойство прислуги отошло на второй план, и он вежливо ждал.

Эван небрежно смахнул грязь с одежды и пригладил волосы. Кобб, который по просьбе девушки уже приготовился нести молодого господина на спине, смутился.

Казалось, Лария и Эван о чём-то шептались, но поскольку они были слишком далеко, Кобб не мог нормально услышать их разговор.

— Всё в порядке.

Мальчик поднял лежащий на земле деревянный меч, подошёл к Коббу и заговорил.

— Как тебя зовут?

— Кобб Йохансон, милорд.

— Ты женат?

— Нет, не женат.

— Тогда иди. Не тебе давать советы.

— Ну, у меня были долгие отношения. Я расстался не так давно.

Эван слегка нахмурился, услышав, что Кобб недавно расстался.

Слуга быстро продолжил.

— Тем не менее, кажется, она в порядке.

И тихонько добавил: «В любом случае, мы встречались всего два раза…»

Эван на мгновение задумался и спросил голосом, похожим на голос его отца.

— Я милый?

Кобб пришёл в замешательство.

Он не считает Эвана «милым», но Кобб понимал, что честность – не всегда хорошо.

— Будь честен. Это приказ.

И Кобб ответил честно… ведь это приказ.

— Вы вовсе не милый.

— Правда? Вообще, я тоже так думаю.

Возможно, в случае Эвана, честность – не так уж и плохо?

— Я вообще не обладаю миловидностью, да?

— Да, если честно, вы скорее производите впечатление злобного человека, чем милого.

— … Это было очень прямолинейно, — Эван закатил глаза и снова спросил, — Тогда зачем называть кого-то милым, если он совсем не милый?

— Не знаю. Я обычно не употребляю подобное слово…

— Мне неимоверно интересно, что значит, если девушка описывает мужчину подобным образом.

Кобб вспомнил, что последняя возлюбленная называла его «милым». Его бывшая девушка было очень доброй и однажды, когда он надел странную одежду, она сказала: «Знаешь, ты выглядишь мило, но…».

— Ну, если девушка прямолинейная…

— Она очень хорошая.

Это был неоспоримый факт. Если бы она не была доброй, то не смеялась бы над нелепыми шутками герцога.

Кобб быстро ответил.

— Возможно, она хотела сказать что-то приятное, но не было за что вас похвалить?

— …Ох.

С самого рождения Эван был окружён людьми, скорбящими по Матильде. Карудин был разгневан тем, что подчинённые относились к нему подобным образом, не говоря уже о словах Людвы. Он впервые получил столько ненависти в свой адрес.

Все нуждались в Матильде, а не Эване. Поэтому он не считал слова Людвы ложью.

Особенно с учётом того, что герцог отправил его в академию. С ранних лет Эван думал, что должен жить, искупая свой грех. Поскольку Матильда многое значила для Ивана. После её смерти он стал совершенно другим человеком. Поэтому мальчик спокойно женился на девушке, которую никогда не видел. Он воспринял это решение безоговорочно.

Эван не ожидал ничего от этого брака… Однако, когда он увидел фиолетовые глаза Ларии, ему показалось, что он стал обычным мальчиком. Были вещи, которые он хотел сделать. Или вещи, которые ему нравились.

Например, ему было приятно обнимать её, когда Лария прижималась к нему во сне или ему нравилось прикасаться к ней.

Сначала он хотел исполнить желание Ларии быть вместе. В его глазах Лария – яркий, жизнерадостный и счастливый ребёнок.

[— Мне просто повезло. А твои исследования были хороши].

Он приносил несчастья своему отцу с самого рождения.

Эван говорил вещи, которые не хотел. А всё из-за слов Людвы о том, что он не должен сходиться с девушкой.

В какой-то степени он всё ещё считал, что не подходит такому ангелу, как Лария. Но теперь Эван наконец-то понял.

Она – первый человек, который обнял его, утешил, когда Эван был несчастен и сказал: «Ты не виноват».

Она была той, кто дарил ему тёплые объятия несмотря на то, как сильно он её отталкивал. Девочка говорила, что в конце концов всё будет хорошо.

Лария – единственная, кто был с ним рядом. И возможно… она единственная, кто видит в нём не тень Матильды, а Эвана Ринио Акарда.

«Чувствую себя дураком из-за того, что отталкивал её»

Даже если Лария потеряла к нему интерес из-за его прошлых действий, он будет стараться всё исправить.

Пусть кто-то и скажет, что он не сможет этого сделать, Эван будет стараться изо всех сил. Даже если Лария – солнце, которое не подходит такому, как он…

Эван знал, что ошибся, поэтому ему придётся начать всё с самого начала. Необходимо вернуться к моменту их первой встречи.

Покрасневшие глаза Эвана вспыхнули.

— Кобб.

— Да, милорд.

— Что делают мужчины, если хотят поладить с девушкой?

Идея следовать всем желаниям отца, ставшего несчастным по его вине, осталась неизменной. Тем не менее, теперь Лария стоит на первом месте, потому что она сказала, что у них всё наладится.

Приняв такое решение, он почувствовал досаду от того, что причинил боль первому дорогому человеку.

Кобб слегка наклонил голову, глядя на серьёзное лицо тринадцатилетнего молодого господина.

«Тринадцать… он ещё слишком молод, чтобы задумываться о подобном»

Кобб был в растерянности. Что ему следует сказать?

— Объясни побыстрее.

— Во-первых, вы должны следить за собой.

Эван кивнул.

— Потому что вы должны выглядеть привлекательно для девушки.

— Понял.

— А когда вы станете ближе, то вы можете вместе трапезничать или гулять.

— Хм…

— Затем, если вы чувствуете, что это ваш человек – вы связываете себя узами брака. После этого вы начинаете жить вместе и делить одну постель.

— Хорошо.

— А потом у вас появляется ребёнок.

Эван осознал, что его отношения с Ларией далеки от нормальных. Они уже были женаты, они вместе ели и жили в одном доме.

[— Думаю, что нам следует повзрослеть, прежде чем брать на себя такую ответственность].

В конце концов, из всего сказанного Коббом он выбрал то, что ещё не было сделано должным образом…

И всё же…

[— Потому что ты миленький].

Ответ Ларии…

[— Возможно, она хотела сказать что-то приятное, но не было за что вас похвалить?].

В её глазах он был мужем, которого не за что было хвалить… Он ожидал этого, но всё равно почувствовал грусть. Ведь он притворялся, что не знает, что она плачет, и раздражался из-за того, что она сделала ему подарок.

«Я вёл себя безрассудно. И у меня нет никакого очарования…»

При таком раскладе она могла перехотеть ладить с ним.

[— Ты тупица, раз слушаешь такую чушь?].

Отец назвал его тупицей в её присутствии…

[— Не думаешь, что тебе лучше начать жить по полной?].

Ей даже не кажется, что он живёт полной жизнью.

Эван немного расстроился.

Когда он учился в академии, дети говорили ему: «Ты никогда не играешь!», «Посмотрите на него! Разве он не скучный?».

Видимо, он был жалким ребёнком, который только читал и ел в присутствии Ларии.

[— Почему тебя избили, как какого-то дурака… ты же говорил, что хорошо владеешь мечом].

Он говорил, что ему нравятся мечи, но дал Ларии увидеть, как его избивают. А ведь Эван действительно хорошо обращался с мечом…

Сейчас он должен восстановить свой имидж, который, казалось, упал ниже плинтуса.

— Кобб.

— В чём дело, сэр?

— Ты должен кое-что сделать.

Эван приказал Коббу тайно сделать кое-что. Кобб слушал приказ с широко раскрытыми глазами и кивал, понимая, что от него требуется.

Взволнованная Серена вошла в кафе Свена.

— Пока что у неё всё в порядке.

Свен рассеяно посмотрел на девушку, упорядочивая огромное количество информации, поступившей сегодня.

— У неё отличные результаты. Я хочу присматривать за ней.

— О чём ты говоришь?

— Я говорю о Ларии. Не так-то просто разработать подобную схему, находясь в герцогстве.

Другие считали всё простым стечением обстоятельств, но Серена знала, что это уловки Ларии. Она знала имя главнокомандующего.

— У меня хорошее предчувствие. Она мне очень нравится.

Серена попыталась аргументировать свою точку зрения, повысив голос.

— Она направила герцога Акарда прямиком к бесспорному завершению ситуации.

Слушая болтовню Серены, Свен сидел на диване и счастливо улыбался. Он погладил Нео, забравшегося к нему на колени.

«Как и ожидалось, увидев её на ипподроме, он не мог поверить, что искал именно её»

— Она та, кого мы искали, — Серена сцепила руки и продолжила, — Внешне она совершенно иная. Лария умеет строить интриги и действовать.

— Что ж, нам придётся подождать и посмотреть, что она будет делать далее, — сказал он, сверкнув глазами.

— Уверена, что она планирует покинуть герцогство. И я сделаю всё возможное, чтобы ей помочь.

— Конечно! Она должна быть свободна. В герцогстве она просто зря теряет время, — Свен медленно кивнул.

— Это хорошо.

Лария упоминала императорскую семью. Казалось, что она сбежит, когда Эван сойдётся с Элейн, будущей Императрицей.

«Возможно, это план герцога Акарда»

Я узнаю точно, когда встречусь с Ларией.

— Может быть…

— Может быть?

— Не знаю, планирует ли герцог Акард убить Ларию. Тогда, когда его сила возрастёт, он сможет свести сына с Элейн.

— Боже.

— Если Лария отойдёт в мир иной, то некому будет предъявлять претензии.

— Боже, он привёл её для этого? Что за кусок дерьма! Неудивительно, что она сообщила, что умирает.

— Не знал, что он такой человек. Герцог зашёл слишком далеко.

— Поэтому она и планирует сбежать!

Серена и Свен, не знавшие, что изначально Лария была смертельно больна, быстро просекли истинные намерения Карудина.

Серена, не в силах сдержать своё волнение, сказала.

— Значит ей не обязательно быть верной герцогству Акард!

— Верной?

— Мне было жаль её, поскольку она так рано вышла замуж. Надеюсь, что Ларию будут окружать сотни мужчин. Я буду постепенно учить её тому, как стать желанной женщиной.

— Лария теперь замужняя девушка. Не забывай.

— Но она всё равно порвёт с Эваном, верно же? Это обычное дело – завести роман на стороне, пока она замужем.

Свен проигнорировал слова Серены и указал на карту деревянной палкой.

— Послушай, Серена. Если Лария согласится, то вот наш план на будущее.

— Хорошо.

— Когда приблизится время свадьбы Элейн, ты поможешь Ларии сбежать. Конечно, ей стоит отправиться в Ханэу, раз уж она купила там территорию.

— Да.

— Тогда герцог Акард объявит, что Лария пропала, и женит Эвана на принцессе Элейн.

— Хм? — Серена, слушавшая Свена, закатила глаза и наклонила голову, — Но что, если Эван не захочет жениться на Элейн?

— Это невозможно.

— А вдруг Эвану нравится Лария? — она вспомнила, как Эван смотрел на девочку, — То, как он сегодня на неё смотрел – это вам не шутки.

— Тогда это плохо, — Свен объяснил ситуацию, — Герцогу плевать на любовь принца. Что ей делать в таком случае? Если Лария не сможет сбежать, то её сразу же убьют.

— Эх…

— Так что она должна быть очень осторожна. Если Эван станет похож на герцога, то он никогда не отпустит любимую женщину.

— Да, ей придётся быть осторожнее.

— Будет тяжко, если она будет беспечна. Он никогда не позволит ей уйти. Так что не будь легкомысленной.

Свен нахмурился. Чёрный кот, сидевший на его коленях, лениво зевнул.

— То, что ты рекомендуешь Ларии других мужчин, может привести к потенциальным интрижкам. Не делай этого.

— Раннее воспитание – важная штука… — вырвалось ворчание из уст Серены.

— Не позволяй Эвану влюбиться в неё, иначе всё закончится плохо. Ты понимаешь?

Не зная, что уже поздно что-то предпринимать, Серена решительно кивнула.

— Ох, если подумать, то Лария передала просьбу. Пора заработать немного денег…

— А? Что она сказала?

— Она велела мне найти мальчика и привести его к ней.

***

— Эван, почему бы нам не пойти спать? Я сонная.

Я специально пыталась говорить радостно. Хоть Эван больше не говорил ничего странного, это ничего не значит.

— Да… Я сейчас лягу.

Эван возился с книжкой сказок, решая, стоит что-то говорить или нет.

Боже, я буду снисходительной, потому что ему нелегко.

— Хочешь я почитаю тебе сказку? До тех пор, пока мы не уснём.

— Это для детей…

— Ты не хочешь?

— Мы дети.

Эван был прямолинейным, но его шея краснела всякий раз, когда мы делали что-то, чего он хотел.

— Иди сюда, я почитаю тебе, — и я похлопала по месту рядом со мной.

Эван сел рядом и передал мне книгу. Затем он осторожно положил свою голову на моё плечо.

«Ась? Я сказала, что почитаю ему сказку, но такого не ожидала»

Однако, в последние дни его часто били, и я решила оставить всё как есть, потому что мне было жаль Эвана. Людва разрушал его разум, а его отец даже не попытался исправить ситуацию. Значит, я должна быть добренькой.

Я погладила волосы Эвана и начала читать. На обложке был нарисован очаровательный медвежонок.

— Медвежонок любил смотреть на звёзды в ночном небе.

Эван, прильнувший ко мне, слушал мой голос с милым выражением лица.

— Но однажды звезда упала с неба.

На самом деле, я купила книгу только из-за красивой обложки. Содержания я не знала.

— Тогда медвежонок пересёк гору и поле. Он думал, что ему нужно взобраться на гору, чтобы найти упавшую звезду. Итак, медвежонок с выпученными глазами судорожно искал её.

«А? Что это ещё за сказка?»

Медвежонок какой-то слишком настойчивый? На обложке он кажется другим…

— Медвежонок добрался до моря и нашёл звезду. Он сохранил её в своём сердце.

Что это вообще такое? Звезде хорошо жилось в море!

Эван медленно заговорил.

— Хорошая история, да?

— А? Эм…

Учитывая, что я купила её, нельзя сказать, что эта сказка – странная. Я нервно закрыла книгу.

— Давай уже пойдём спать.

— Эван, подожди. Разве мы спим так?

Он обнял меня и похлопывал по спине.

— Ты всё время обнимаешь меня во сне.

Потому что я хотела осмотреть твои раны. Это плохо?

— Я был груб, поэтому сделаю всё, что ты захочешь.

Ну, немного неловко обнимать Эвана, но…

— Не волнуйся, у тебя не будет ребёнка, если мы не будем держаться за руки.

— Да?

Эван говорил спокойно. Он звучал так убедительно.

— На самом деле, я чуть не взял тебя за руку во сне, но…

Когда я увидела серьёзное лицо Эвана, то подумала:

«Он кажется взрослым, но на деле такой ребёнок»

— Я буду осторожен, так что доверься мне.

— Ага…

У меня не было выбора, кроме как медленно кивнуть.

Эван на год младше меня, но он гораздо крупнее своих сверстников, поэтому выглядел на 15-16 лет. Моё же телосложение намного меньше, чем у моих сверстников, поэтому я вся утонула в его объятиях.

Тем не менее, я чувствовала, что должна заботиться о нём, особенно после произошедшего.

Я вздохнула и начала разговор первой.

— Эван.

— Да?

— Не придавай большого значения словам Людвы.

— Я не буду об этом думать, — тихо ответил он, — Мне и раньше говорили, что не должен с тобой сближаться, но я больше не буду слушать подобное.

— Нет, дело не в этом.

Я подняла голову и посмотрела в его красные глаза.

— Я хочу сказать, что ты не делаешь всех несчастными…

— Но… Лария, это правда.

— …А?

— Разве ты не чувствуешь? Все скучают по ней.

Я не могла этого отрицать. Даже спокойная Лиза иногда скучала по Матильде. Герцог тоже сильно изменился. Я просто не могу отрицать этого.

— Пока я жив, мне придётся нести эту ношу.

— Но это не твоя вина, понимаешь? Если ты не преодолеешь это, то будешь несчастен.

— Это неизбежно, Лария, — Эван слабо улыбнулся.

Что ж, не стоит пытаться решить травму всей жизни за секунду, едва прибыв в этот дом.

— И всё же, Лария, когда я вижу тебя… — тихо прошептал он, — Семья должна поддерживать друг друга. Посещение ипподрома – моя первая семейная прогулка. Тогда мы выглядели как обычная семья.

Я зарылась лицом в объятия Эвана, ничего не ответив.

Мне стало грустно от того, что мы с Эваном думали об одном и том же.

На следующий день начались занятия по подготовке преемника. Изначально планировалось, что они начнутся осенью, но герцог приказал начать их немедленно.

Поскольку занятия начались внезапно, Эван целый день беседовал с преподавателями.

«Боже… Разве сейчас время для воспитания наследника?»

Герцог аргументировал это так:

— Принц, который в будущем унаследует герцогство, находился под влиянием подчинённых, поэтому его необходимо правильно воспитать.

И в разгар этих событий моя комната неожиданно наполнилась подарками.

— Что это?

— Это прислал герцог, — осторожно ответила озадаченная Лиза.

— А?

— Может… Герцог отправил всё это из-за того, что произошло на тренировке?

Такова была догадка Лизы. Ну, звучит довольно правдоподобно.

— Он скупил весь ассортимент ювелирного магазина, в котором вы находились больше всего.

Нет. Эх… Отправлять столько подарков, не задумываясь о настроении получателя…

— Я отблагодарю его прямо сейчас.

Сердечно отблагодарю.

Лиза выглядела обеспокоенной, когда выбирала мне заколку.

— Боюсь, встретиться с герцогом сейчас будет довольно затруднительно.

— А? Почему?

— Он пытает того человека в темнице…

— …Ах.

— Почему бы вам не встретиться с ним позже?

Я собиралась навестить его вместе с Эваном, чтобы выразить благодарность.

— И когда будет возможно с ним увидеться?

Такими темпами мы потеряем кучу времени!

— Думаю, через несколько дней?

Но догадка Лизы оказалась ошибочной. В тот же вечер я столкнулась с герцогом Акардом.

***

— Боже, он ему даже глотка воды не даёт, — суетливо произнесла Серена, — Людва просить убить его, но герцог этого не делает.

— Ох, Серена, — спросила я, наклонив голову, — Откуда тебе это известно?

Даже если Серена получила комнату, она была врачом, который ходил только на работу и домой. Но мне интересно, откуда она знает больше, чем я, живя в общежитии.

— Ах, — Серена рассмеялась, словно это не столь важно, — Я немного близка со слугой, который работает в темнице…

А я даже не знаю, где она находится…

— Вы с ним так близки, что он тебе рассказывает подобное?

— Ну, мы… близки, потому что немного привязаны друг к другу.

Серена неловко улыбнулась. Почему-то я сомневаюсь, что у неё есть к нему «привязанность».

— Кстати…

История, которую мне рассказала Серена, была довольно печальной. Людва был давно влюблён в Матильду, именно поэтому он так поступал.

— Принц Эван не виноват. Просто Людва трус, который плохо себя ведёт. Ему совсем нечем было заняться, раз он ребёнка…

— …Тебе известно об Эване.

— Да. В герцогстве нет никого, кто бы не знал этого. Так что и мне известно, — Серена тревожно добавила, — Но на принца, видимо, это сильно повлияло.

— Повлияло?

— Да. Новый главнокомандующий надел синюю форму для удобства, и Эвану сразу стало трудно дышать.

— Что?

— Тогда Эван решил провести несколько экспериментов… Когда он сталкивается с людьми в синей форме, то принц потеет и начинает задыхаться.

— Боже.

От удивления я схватилась за подол юбки. Конечно, его так били, что у него могла появиться психологическая травма.

— Герцог приказал, чтобы никто не надевал синюю форму в присутствии Эвана. В любом случае, мундир такого цвета носил только Людва.

Эван не говорил мне этого. И я могла понять почему. Он не хотел показывать свою слабость.

— Но как до тебя дошли такие слухи? Даже я не знаю об этом, а я его жена…

— Ну, я близка с одним из рыцарей…

Похоже, Серена не просто так была заместителем лидера гильдии.

Как бы то ни было, в тот вечер Эван снова отправился практиковаться в фехтовании. Как только он вернулся, то сказал, что уже слишком поздно просить встречи с наставниками. Это была хорошая возможность для того, чтобы съесть плод Оклазии.

Была середина ночи. Я тайком выбралась из комнаты и направилась в оранжерею.

Быстро сорвав плод Оклазии, я съела его и уже хотела вернуться в комнату, когда увидела вдалеке спину герцога.

«Ох? Это…»

Он стоял около розового сада, куда обычно не ходил.

«Почему он тут в такое время?»

На мгновения я засомневалась. Преодолею ли я своё любопытство и спокойно пойду спать или буду тайком наблюдать за происходящим? А если я не смогу побороть любопытство и тайком пойду за герцогом? А если меня поймают?

Я слышала, что герцог тоже хорошо владеет мечом, поэтому не могу не задумываться о плохом исходе…

«Но…»

Немного подумав, я выбрала третий вариант.

— Папа!

Герцог Акард, направлявшийся в розовый сад, медленно оглянулся на меня.

— Лария?

— Куда ты идёшь посреди ночи?

— А ты что тут делаешь посреди ночи?

— Когда я проснулась, то Эвана не было рядом, — я улыбнулась, — Я не смогла заснуть, поэтому вышла поискать его, а потом увидела папу! Рада тебя видеть!

— О чём ты…

— Папа, ты не рад меня видеть?

Я щебетала, как могла.

— Ты, как всегда, красив! Думаю, было бы замечательно, если бы Эван вырос похожим на папу.

После того, как ты впервые говоришь подобную чушь, неловкость потихоньку отступает.

Лицо герцога Акарда расслабилось после моих слов.

— Я получила твой подарок. Спасибо.

— Хорошо.

— Но почему ты не послал что-нибудь и Эвану?

— У Эвана и так много денег, которые он может потратить. Ты же в другом положении.

— Но всё же…

— Если ты будешь так нервничать, то я увеличу ему бюджет.

Странно. Этот разговор вообще не в тему. Сейчас деньги не имеют никакого значения.

— Я слышала, что Эван паникует, когда видит людей в синей форме… Я переживаю, что у него осталась травма после того случая.

— Я сказал никому не надевать синюю форму в присутствии Эвана, — герцог говорил спокойно, — Единственные рыцари, носящие синюю форму в столице – это рыцари графа Алии. Я послал письмо, чтобы они сменили форму.

Но это не правильное решение проблемы.

— Я всё чаще вспоминаю Матильду.

Я уставилась на него и сказала:

— Эван… чувствует себя слишком виноватым.

— Он просто растёт, — он равнодушно продолжил, — Я слышал, что он хорошо учился в академии, отлично владеет мечом и берёт уроки преемственности.

— Но Эван растёт с разбитым сердцем.

«Он держится за меня, потому что эмоционально неустойчив»

Я попыталась намекнуть, чтобы он попытался найти общий язык с сыном.

— Он думает, что по его вине герцогу плохо. Но это не вина Эвана. Мы не должны просто так его оставлять…

— Знаю.

Ты бы так не поступал, если бы знал!

— Я знаю, что не прав, и поступаю неправильно по отношению к Эвану, — он несчастно пробормотал, — …Я бы хотел вернуться в прошлое, чтобы стать хорошим отцом для него.

Его голос был явно искренним, поэтому я быстро вмешалась.

— Тогда, сейчас…

Но герцог прервал меня.

— Это не решить несколькими словами. Прошло слишком много времени.

Это правда.

— Даже если ты думаешь, что уже поздно, но…

— В любом случае, всё в конце концов решится.

— Что?

— Я смогу всё исправить, если стану лучше.

Казалось, он говорил сам с собой.

— Эван и я, в конце концов, будем счастливы.

— Как?

— Лария, тебе не обязательно знать.

Я уставилась на него.

Люди задают вопросы, чтобы услышать ответ. Однако, раз герцог Акард так ответил, то, должно быть, это был какой-то невероятный способ.

Я мысленно вздохнула. Печально, что я не знаю всех его планов.

«Я должна была прочитать дополнительную историю»

Мне было известно о герцоге Акарде не так много, как мне казалось. Единственное, что я хорошо запомнила, так это действия главного героя.

— …Если все мои планы реализуются.

— …

— Тогда всё вернётся на свои места. Поэтому я не могу остановиться.

Он неудержим. Злодей, контролирующий всё. Когда его планы осуществятся, герцог Акард полностью поглотит аристократию и королевскую семью.

Стоять. Он хочет сказать, что знает, как можно решить проблемы Эвана? Как-то помимо парочки слов?

«Но возможно ли это?»

Чем больше я думала об этом, тем больше чувствовала себя запутанной. Если подумать, в этот раз он даже не шутил. Значит, он действительно серьёзен.

Мне было так любопытно узнать о планах герцога, но я молчала, потому атмосфера была слегка неудачной.

Я уже знала, что в «план» включена моя смерть. И это сделает герцога и Эвана счастливыми…

***

Эван стал немного странным. С ним было легко найти общий язык… но сейчас он немного изменился.

Мы снова завтракали вместе, и Эван, как и раньше, участвовал в моей трапезе, но теперь он не читал газету.

Он разрезал мясо, почистил фрукты, налил мне воды, когда стакан опустел.

Я серьёзно задумалась. Почему Эван так изменился?

— Что это с тобой? Я могу сделать это сама, Эван.

— Мне очень жаль.

— Опять…

— Я не хотел… — сказал Эван, не глядя мне в глаза.

Это единственное, что он мне говорил.

Но как он может быть таким милым?

— Поэтому я буду делать для тебя всё.

Ты занимаешься этим из-за того, что не обращал на меня внимания до этого?

Серьёзно, он заслуживает награду за то, как в прошлый раз подкрался ко мне и заснул.

— Если ты закончила, то почему бы нам не прогуляться?

Ох, как сладко…

— Эм… разве ты не идёшь на тренировку?

Мне сказали, что Людва всё ещё в темнице, а главнокомандующим назначили другого человека. С тех пор Эвана не заставляли ходить в тренировочный зал ранним утром.

Он берёт уроки преемственности, и из-за этого казался занятым, но Эван постоянно заходил ко мне.

— У меня есть время для утренней прогулки с тобой.

— Нет, ну…

— Я слышал, что ты любишь ходить в оранжерею, так что давай пойдём вместе.

В оранжерее растёт Оклазия…

Когда я шла с Эваном, странное чувство осталось со мной. По пути он отодвигал листья и создавал мне тень, деловито двигаясь навстречу солнечному свету. Конечно, при этом он ничего не говорил. Да и я не хотела спрашивать причину.

«Ч-что с тобой не так? У тебя же не такой характер»

Оригинал изменился настолько, насколько это возможно. И меня это очень смущало, поскольку я верила в то, что люди не меняются.

«Сложно»

Мне не понравилась красивая улыбка Эвана, которую я увидела, когда он обмахивался рукой, спрашивая, не жарко ли мне.

«Чёрт возьми, почему мальчик, про которого говорилось, что он не плакал, когда умерла его жена, ведёт себя подобным образом»

Изначально он не был особо дружелюбным, поэтому эта ситуация ненормальна.

Более того, именно в это время отношения Эвана с отцом ухудшились. Герцог отказался общаться с Эваном.

«Нельзя так обращаться со своими детьми»

Какой смысл говорить: «Не позволяй простому подчинённому обращаться с тобой бесцеремонно»?

Каким бы не был план герцога, мне было обидно, поскольку я не знала разрешения ситуации. Возможно, Эван никак не может избавиться от мысли о том, что он является виновником этого несчастья.

«Он так старается из-за того, что было ранее?»

И тогда.

— О? Вы решили прогуляться?

Это был слуга, с которым я виделась в прошлый раз.

— А, Кобб. Доброе утро.

Его зовут Кобб? Но обычно слуги не приходят в оранжерею.

— Я хотел вас увидеть.

Кобб улыбнулся и подошёл к нам.

И тут меня осенило. Рыбак рыбака видит из далека*. Он всё спланировал.

(*П/П: тут было сказано: «Актриса узнала актёра». Лария поняла, что Кобб пришёл не просто так, сейчас он тоже будет использовать свои актёрские навыки, как и Лария).

— Родственника моей сестры приняли академию, откуда вы выпустились!

— Правда?

— Я слышал, что вы закончили академию раньше, чем планировалось?

— Ну, это правда.

— Ещё я слышал, что вы заняли первое место на последнем юношеском соревновании по фехтованию. Вам было тогда 12 лет.

— Ничего особенного.

— Ничего особенного! Возраст участия – минимум 17 лет, так что это было очень сложно.

Слуга, которому было всё прекрасно известно, решил поболтать об академии.

Я мысленно рассмеялась.

«Вы прямо как открытая книга»

Хоть я всё поняла, я решила подыграть им.

— Ого, Эван! Потрясающе. Я не знала об этом.

— Ну, это было давно.

— Удивительно, что ты занял первое место. Должно быть, в академии много способных студентов.

Эван удовлетворённо ухмыльнулся, глядя на меня.

Кобб высказал хвалебные слава и ушёл.

— Я никогда не жил впустую. И я собираюсь жить полной жизнью и в будущем.

— О… Правда?

— Ты сказала, что моя мама хотела бы этого.

У меня мелькнула одна мысль. Может быть, Эван проецирует образ Матильды на меня? Он же ещё так мал. Тем более, он эмоционально нестабилен из-за Людвы.

«Всё, что я делала для Эвана – это то, чего он хотел получить от своей матери».

Я же ему сказала: «Твоя мама не хотела бы…». Может, он и правда видит во мне её.

«Это звучит правдоподобно. Эван не дружит ни с одной женщиной… возможно он скучает по материнскому образу»

Поэтому я подумала, что он рассказал мне то, чем хотел похвастаться перед матерью.

Да и не он один видел во мне Матильду. Даже Лиза говорила, что я напоминаю ей её.

Кажется, я всё верно истолковала, поэтому почувствовала облегчение.

— Ты разговаривал с отцом после того дня?

— Нет.

— Лучше поговорить с ним и разрешить ситуацию…

— Я в любом случае буду следовать воле отца, — сказал Эван, собирая цветы с клумбы, — Так что нам необязательно разговаривать.

Ничего не изменилось. Как и ожидалось.

«Воля твоего заключается в том, чтобы убить меня, а затем женить тебя на принцессе»

— В любом случае, он даже не шутит при мне.

Внешне Эван выглядел нормально.

Он брал уроки преемственности и фехтования, хорошо ел и спал, а Людва был наказан. Однако он не мог был быть в порядке из-за эмоционального насилия. Эван, скорее всего, просто не испытывал привязанности, чем был равнодушным человеком.

«Ощущение, что он не знает, как общаться с людьми»

Я погладила Эвана по волосам. Глядя на улыбающегося Эвана, я решила занять роль его «матери», пока он не отправиться от поведения Людвы. Потому что я всегда была неравнодушна к Эвану.

Я смутно надеялась, что Эван будет счастлив. Кажется, до сих пор он проживал несчастную жизнь.

Эван ушёл на тренировку по фехтованию, а я встретилась с Сереной под предлогом медицинского осмотра.

— Серена, ты разузнала о человеке, о котором я говорила в прошлый раз?

Недавно я попросила Серену тайно найти одного человека и привести его в особняк.

Серена улыбнулась и кивнула.

— Да, он придёт замаскированным под торговца лекарствами.

— Спасибо.

Территория есть, значит пришло время заработать денег. Я могу занять некоторую сумму для добычи железной руды, но время ещё не пришло. Цена на железную руду взлетит только через несколько лет.

Я размышляла о способах заработка, но Серена внезапно заговорила.

— Лария.

— Что?

— Ты уйдёшь в определённый момент, да?

Я удивлённо посмотрела на Серену. Естественно, она заподозрила подобное, раз уж я купила землю под фальшивым именем, но не ожидала, что она заговорит об этом сейчас.

— Да, это так.

Мне показалось, что она спросит, почему я собираюсь сбежать, но Серена схватила меня за руку.

— Мы поможем тебе сбежать.

— А?

— Мы не можем позволить тебе здесь остаться.

Я моргнула.

— Объясни нормально. Сомневаюсь, что Вестианская тёмная информационная гильдия столь сентиментальна.

— Я расскажу обо всём позже… когда встретимся со Свеном.

Причин для отказа от помощи не было, но ситуация довольно неожиданная…

В этот момент вошёл слуга с милым мальчиком.

— Госпожа Серена, я привёл мальчика-травника. Мне сказали, что вы поймёте.

— Да, рада, что ты пришёл. Я пригласила его.

Слуга поклонился и ушёл, а пятнадцатилетний мальчик нервно поклонился.

— Здравствуйте. Меня зовут Редиан Карэрс, принцесса.

Редиан был симпатичным мальчиком с тёмными волосами и чёрными глазами. Я поручила Серене привести мне этого мальчика, поскольку сама была ограничена в передвижениях.

— Да.

Я усмехнулась, взглянув на него. Его назвали травником, чтобы обмануть людей герцога, но Редиан не имел никакого отношения к травам.

— Не волнуйся, я просто хочу купить парочку твоих картин.

Редиан был неизвестным художником. Сейчас он продавал несколько уникальных картин в небольшой студии в центре города, но популярностью парень не пользовался. Но в будущем он станет очень знаменит.

Картины – лучшее, во что можно вложиться!

У меня было несколько десятков золотых монет, которые я получила от Свена.

Конечно, это тоже было одно из действий Сеймура. Сеймур случайно увидел картины Редиана и почувствовал, что они станут известными. Поэтому он купил несколько картин, а затем организовал выставку, увеличив их стоимость. Вместе с этим выросла и стоимость его активов.

Сеймур в любом случае найдёт его. Ничего страшного, если я заработаю немного денег.

— М-моих картин?

— Да. Около пяти штук? Как думаешь, по одной золотой монете за каждую будет достаточно?

— Это слишком много…

Руки Редиана дрожали. После представления твоих картин Сеймуром, ты будешь получать по сто золотых за каждую… Из-за того, что последующие работы имели другой стиль, первые работы повысились в цене.

— Тогда я куплю десять. По одной золотой монете за две?

Не было причин понижать цену. Редиану не стоит говорить что-то наподобие: «Нет, мои картины не стоят этого».

Он быстро кивнул, поняв, что отказываться не стоит.

— Да, мэм. Спасибо…

— Тогда, пожалуйста, подготовь десять картин с цветами. Отдай их Серене.

Я позвала его на личную встречу по одной причине. Он был упрямым и не продавал картины тем, кого никогда не встречал. Настойчивость художника подняла цены ещё выше.

— Да…

С точки зрения Редиана сложившаяся ситуация была удивительной. Он был бедным неизвестным художником, и вдруг молодая принцесса из знатной семьи тайно позвала его и предложила купить картины по высокой цене.

— Но откуда вы знаете о моих картинах…

— Я была в городе несколько дней назад и случайно увидела их. Они не выходили из моей головы.

— Ах.

На его лице появился румянец. Естественно, если бы я была художником, то меня бы привлёк кто-то, кто заметил мои работы.

— В частности, меня привлекли цвета. Они уникальны, мне нравится.

Это было мнение Сеймура, но как бы то ни было…

— Думаю, ты понимаешь, почему я пригласила тебя тайно. Я не хочу, чтобы ты рассказывал об этом герцогу.

— Да, я понимаю, — Редиан немедленно кивнул, — Слышал, что его покойная жена любила живопись и вызывала много художников… Должно быть, делать то же самое довольно обременительно.

Правда? Я не знала…

Я собиралась отпустить его, раз уж мы закончили, но мальчик заколебался и произнёс.

— Извините…

— Да?

— Госпожа, если не возражаете, могу ли я нарисовать ваш портрет и подарить его вам?

Мой портрет? Что за… Портрет, написанный в раннем стиле Редиана… В будущем он будет бесценен.

— Спасибо за признание моих картин и за столь высокую оценку, госпожа. Это мой первый оптовый заказ… поэтому я хотел бы нарисовать хотя бы…

Скоро должен появится Сеймур. Но Редиан не рисовал его портрет.

— Но разве ты принёс с собой принадлежности?

— Если я буду долго на вас смотреть, то позже смогу нарисовать по памяти.

«Он гениальный художник?»

Серена улыбнулась и предложила:

— Тогда как насчёт того, чтобы пойти в сад и посидеть там?

Так мы втроём вышли в сад и просидели там весь день. Я ела плоды Оклазии и болтала с Сереной, а Редиан просто смотрел на меня со стороны. Поначалу я немного смущалась, но вскоре привыкла к этому.

Когда портрет будет закончен, то спрячу его вместо того, чтобы продавать.

Это был обычный, мирный день.

Внезапно Серена ушла, сказав, что спешит в ванную. Но неожиданно появился Эван с закусками.

***

— Что?

Сеймур нахмурился, глядя на обшарпанную студию Редиана.

— Редиана Карэрса… вызвали?

Старушка по соседству, присматривающая за студией, кивнула.

— Я просто держала картину, а тут появился молодой человек. Ну, он и последовал за парнем, которого послала принцесса Акард.

— Что?

— Как видишь, заказ будет очень большой. Хорошо, что он сможет заработать денег. В прошлый раз он, бедняжка, голодал, чтобы купить краски.

— Принцесса Акард…

Сеймур кусал ногти. Они не имели ничего общего, но их действия странным образом пересекались. Сначала было немного обидно, что они разделили выигрыш со скачек пополам. Без неё он смог бы выиграть гораздо больше. Нет, даже если она увидела чёрную лошадь, как принцесса могла принять такое смелое решение?

«Неужели это совпадение?»

Даже когда он отправился Вестианскую тёмную информационную гильдию, ему пришлось ещё раз услышать имя принцессы Акард. Как только поднял газету перед стариком, охранявшим кафе, и сказал: «Я – человек, про которого написано в газете», он резко произнес.

— Не прикидывайся. Этот человек уже приходил.

Тогда Сеймур ещё раз указал на свою спину в газете, а старик удивился и сказал Свену: «Я думал, что на скачках выиграл только один…».

Другими словами, Лария Роуз Акард, которая занимала большую часть фотографии, уже была здесь. Кроме того, когда он встретил Свена, тот кисло ответил, услышав, что Сеймур хочет купить титул и приобрести территорию Ханэу.

— Мне жаль, но отсюда и досюда земли Ханэу уже куплены. Может вы приобретёте всё остальное?

У Сеймура возникло странное предчувствие, что «кто-то», кто купил территорию, это принцесса Акард. Но Свен не раскрыл имя человека, который купил землю раньше него.

Поэтому он был в состоянии глубокой печали. Ханэу была неизвестной и дешёвой землёй. Она находилась далеко от столицы и там не было развитой промышленности.

«Если бы она не планировала там заработать деньги, то её бы не заинтересовала эта территория»

Однако, купить отдалённую землю было для неё недостаточно, и она… позвала Редиана Карэрса. Редиан был неогранённым алмазом, который он отыскал, рассматривая различные студии. Хоть он был молод и не продавал активно свои картины, выразительность его творений была превосходна. Трудно забыть, насколько уникальными были цвета.

Искусство изменчиво, поэтому его план мог принести неплохие деньги. Он пришёл сюда, чтобы реализовать свои замыслы… но принцесса не отставала.

«Странно»

Сеймур сидел перед статуей и думал: «Подожду, пока он вернётся».

«Но как она может думать так же, как и я?»

Не кто-нибудь другой, а принцесса Акард…

Благородная особа, которую не сравнить с простолюдином. Несмотря на то, что ей всего 14 лет, она была женой единственного наследника семьи Акард.

У них была такая разница в статусе, что трудно было подобрать слова.

Но разве его это волновало? Его заинтересовала эта ситуация. Сеймуру было интересно, как далеко он сможет зайти.

«Не может быть…»

Кроме того, теперь, когда он купил титул, он уже не считался простолюдином. Он думал, что сможет приобрести нормальный титул, но ему хватило лишь на барона.

«Неужели это судьба?»

Сеймур осторожно достал газету и раскрыл её.

«Моя родственная душа, которую я даже не надеялся встретить?»

В статье была фотография Ларии со спины, сделанная в месте проведения скачек. А рядом с ней виднелась маленькая фигура его самого.

Они вместе выиграли деньги, но поскольку Лария была аристократкой, ей уделялось больше внимания, чем ему.

«Я хочу узнать больше»

Его блестящие светлые волосы сияли на солнце, а зелёные глаза блестели в раздумьях. Из-за его красивой внешности женщины, проходящие мимо, тайком поглядывали на него.

Сеймур Летиция.

Восемнадцатилетний простолюдин без капли знатной крови, слёз, совести и морали, сверкающий амбициями и чутьём на вещи, приносящими деньги.

Теперь он стал бароном и получил имя Сеймур Голд Летиция. Добавление «Голд» к имени показывало его страсть к деньгам. Хоть Сеймур и начал как барон, он собирался работать ещё усерднее, чтобы получить более высокий статус, требующий астрономических сумм денег.

Если ему что-то нравилось, то он становился упорным и желал сохранить это рядом. Даже если бы его соперницей была принцесса Элейн, которая, как говорят, является центром императорской семьи, он бы не сдался. Но принцесса Акард…

«Мне нужно её увидеть»

Сеймур покачал головой.

«Любым способом»

— Эван?

Он принёс что-то удивительно похожее на ганаш.

— Что… это?

— То, что ты дала мне в прошлый раз, — медленно ответил Эван, — Я слышал, ты простояла в очереди целый час, чтобы поесть со мной.

— Ну, это правда…

— Поэтому мы должны сделать то, что не смогли тогда.

Он хотел проделать то же самое, что и я, поэтому поехал в город и простоял час в очереди, чтобы купить десерт. Честно говоря, я почувствовала вину, поскольку покупка ганаша была отговоркой, чтобы провернуть кое-что другое… Ох уж эти угрызения совести.

— Ох, конечно. Молодец. Но ты не обязан этого делать.

— Давай в следующий раз вместе пойдём в центр города. Сегодня я поехал туда, потому что хотел расплатиться за прошлые ошибки.

Эван поставил ганаш на стол и тихо произнёс.

— И, конечно, в те разы рыцари отправляли Лизу обратно, не сообщая мне.

Оказалось, что Людва приказывал отправлять её обратно, как только она придёт искать Эвана.

«Фух…».

— Если получится так… что ты придёшь в комнату позже меня, то я обязательно буду дожидаться тебя.

— Ага, как скажешь…

Он всё равно возвращался довольно рано, поскольку ещё не полностью восстановился.

— Кстати.

Эван медленно повернул голову в сторону Редиана и спросил.

— Кто ты?

Его голос звучал довольно жутко.

— Почему неотрывно смотришь на Ларию?

Редиан взглянул на него дрожащими глазами. Какой бы актрисой я не была, на мгновение я смутилась. Не хотелось сообщать, что он художник, потому что Эван мог догадаться, что я собираюсь на этом заработать. Кроме того, Матильда часто приглашала художников, а я не хотела затрагивать эту тему. Уверена, он вспоминает о матери, глядя на меня. Однако, я не могла ответить, что этот мальчик — травник, поскольку он так долго смотрел на меня.

— Оставь нас.

Я сказала Редиану уйти, чтобы придумать нормальное оправдание, но Эван вдруг крепко схватил меня за руку.

— Лария — моя жена.

Неужели кто-то об этом ещё не знает?

Я недоумённо взглянула на него, а он продолжал говорить, убийственно глядя на Редиана.

— Она не тот человек, на которого можно так смотреть.

Как же художнику рисовать чей-то портрет, если он не будет смотреть на человека? Конечно, я не могла сказать этого вслух.

— Я-я-я сожалею.

Невинный Редиан несколько раз поклонился, а затем поспешил прочь.

— Кто это? — Эван натянуто улыбнулся, смотря на меня, — Почему он смотрел на тебя, словно одержимый?

Его голос звучал очень устрашающе. Если бы я не отпустила Редиана, то он бы ударил его.

У меня нет слов.

«Лучший вариант… это устроить небольшой переполох!».

Чтобы выиграть немного времени в подобной ситуации, надо атаковать первой!

«Начали!».

— Эван, — сказала я, нахмурившись.

— А?

— Божечки… Ты хулиган?

— Что?

— Неважно, насколько высокий у нас статус, но не позволять простолюдинам даже взглянуть на меня…

Эван не сказал ничего оскорбительного, в отличие от других аристократов, унижающих Сеймура из-за покупки титула. Поэтому я считала его справедливым и доброжелательным.

— Ты учился в академии, поэтому казался мне более добрым по отношению к другим…

Я разочарованно вздохнула.

— Я имею в виду, что нельзя плохо относиться к простолюдинам только из-за того, что они не аристократы.

Я попыталась вырвать свою руку из его крепкой хватки, но он был неожиданно силён.

— Лария.

Эван, казалось, отпустил меня, но он снова схватил мою ладонь и сплёл наши пальцы.

— Я знаю, что ты хорошая. Мне не важно, простолюдин он или нет. Главное то, что…

Я не позволила ему договорить, поскольку почувствовала першение. В последние дни я часто кашляла. Не хватало мне ещё закашляться в саду, где некуда спрятаться!

— Э-эван, подожди секунду.

— Почему?

— Я хочу в туалет… Кха!

В конце концов из моих уст вырвался сильный кашель, и в глазах Эвана отразился шок, когда он увидел кровь, текущую из моего рта.

— …Лария?

Обычно Эван выглядел равнодушным, поэтому не ожидала, что у него может быть такое выражение лица.

— Тут есть кто-нибудь? Немедленно позовите всех кухонных служанок! Пытаться отравить…

— Эван! Это не яд!

— Кто-то, чёрт возьми, пытается навредить принцессе!

«Этот кто-то – твой отец!»

Хотелось так ответить, но я сдержалась.

Эван схватил меня за руку со слезящимися глазами. Казалось, что он в бешенстве.

— Я… Я и правда в порядке, Эван. Это не так уж и важно.

На самом деле, это довольно важно, но выражение лица Эвана было таким серьёзным, что я не знала, что сказать.

— Эван, успокойся. Ты, наверное, не знал, но я в таком состоянии уже давно.

— Что?

Эван дрожал. Вытирая кровь с моих губ, он медленно заговорил.

— Уже давно? Что, чёрт возьми, с тобой произошло?

— Эван, подожди минутку. Давай сначала успокоимся…

Он выглядел так, словно заплачет в любой момент, поэтому я смутилась. Он шокирован сильнее, чем я ожидала.

Стоит ли сказать ему, что я смертельно больна? Должна ли я сообщать ребёнку, раненному поведением Людвы, что его жена скоро умрёт?

Слишком жестоко говорить мальчику, который тяжело пережил смерть матери, о том, что жена, напоминающая его маму, может умереть.

«Я, как обычно, оказалась в сложной ситуации…».

— Эван, сначала мне нужно сходить в туалет. Это не яд, так что не отвлекай невинных людей по пустякам и дождись объяснений от отца.

Перекинуть объяснение на другого – лучший способ.

— Я ещё мала, поэтому точно не знаю. Уверена, что после того, как нанял мне врача, отец узнал подробнее о моём недуге.

Сработает ли это?

Эван не отпускал мою руку, поэтому пришлось использовать единственный возможный способ для выхода из этой ситуации.

— …Кхе!

— Лария!

— Кха-кха… Э-эван… отпусти… мне тяжело. Кхе.

Я начала кашлять, и Эван поддерживал меня, говоря, что отведёт меня в ванную. Очевидно, что он очень шокирован увиденным, так как его руки, поддерживающие меня, дрожали.

«Узнай всё необходимое у отца».

Отведя меня в ванную, он позвал Лизу.

— Подожди, Лария. Я всё улажу. Даже если герцогу придётся потратить все свои деньги.

Он увеличит мой бюджет, но…

Когда я вышла из ванной, Серена и Лиза ссорились.

— Ну уж нет, как вы можете быть её врачом и позволять случаться подобным ситуациям?

— Единственное, что я могу – это быть рядом во время приступа кашля.

— А если произойдёт чрезвычайная ситуация? Почему вы не выполняете свою работу должным образом?

— Хорошо. Я постоянно буду рядом с ней, так что занимайтесь своими делами.

— У неё, наверное, кровь на одежде, поэтому я помогу ей переодеться.

— А? Я сама помогу. Я видела платья в шкафу.

— Почему врач выбирает одежду? Это уже перебор!

Я покачала головой, вздохнув. К счастью, мне не пришлось останавливать ссору самостоятельно.

— Лиза, тебя зовут герцог и принц.

Не знаю, почему они зовут Лизу, но это даже к лучшему.

После действий Людвы, герцог с Эваном даже не смотрели друг на друга. Думаю, неплохо, что они наконец-то поговорят.

Поэтому я направилась с Сереной в свою комнату.

Войдя в комнату, меня охватили переживания. Не ожидала, что Эван так скоро узнает о моей болезни.

Вскоре пришёл слуга, который ранее звал Лизу. Теперь он позвал в кабинет герцога и меня.

— Нужно пойти туда как можно скорее.

— Это произошло из-за того, что Эван узнал о твоей болезни. Естественно, он примет соответствующие меры.

Когда я увидела лицо Эвана, после того как меня вырвало кровью, мне показалось, что мир рухнул. Только родившись, он потерял мать. Как же он потрясён новостью о том, что человек, который является для него материнской фигурой, заболел? Герцог с сыном уже в плохих отношениях. Как-то всё плохо сложилось…

Я беспокоилась, что он может разбушеваться из-за подобных новостей. Для меня это не имело большого значения, но атмосфера в кабинете будет ужасной.

Нет… Он сказал, что сделает всё, что захочет его отец. Но не будет ли тот против?

— Может стоит воспользоваться этой возможностью? — серьёзно заговорила Серена, — Он же купил ганаш. Захотел выпить с тобой чаю. Это немного опасно.

— Что?

— Вдруг ты нравишься принцу, Лария?

Я скрестила руки.

— Ему всего 13… Не думаю, что он способен кого-то полюбить. Да и не произошло ничего особенного, чтобы я ему понравилась.

— О? Тринадцать – достаточно зрелый возраст. Подходящее время для первой любви.

— Относительно окружения – Эван довольно молод. Да и не похоже это всё на первую любовь…

Конечно, из-за ситуации с Людвой казалось, что он ищет во мне отголоски своей матери. Но с возрастом это пройдёт.

— Может это из-за того, что мы с ним довольно близки? Точнее, он просто хочет найти со мной общий язык…

— Думаю, лучше перестраховаться, — сурово сказала Серена, — Когда люди находятся рядом, их привязанность увеличивается.

— Правда?

Это так. Тут есть такая поговорка: «Привязанность – самая страшная на свете вещь».

Эван милашка, но я не хочу сложностей.

— Ну, почему бы нам не сделать это?

Услышав её предложение, я поразмыслила, а затем ответила.

— Хорошо. Но чтобы побег был идеальным, надо кое-что провернуть.

***

Когда мы вошли в кабинет, то ощутили гнетущую атмосферу.

— Этот парень ворвался сюда, — холодно произнёс герцог, — Я сказал ему, чтобы он не волновался, потому что Лария не смертельно больна.

Последние слова были предупреждением, чтобы мы молчали.

Ну, если бы ты сказал ему правду, то это было бы уже слишком. Сейчас Эван эмоционально нестабилен…

Мы с Сереной кивнули в знак согласия.

— Почему ты привела с собой своего врача?

Серена улыбнулась и мягко произнесла.

— Я должна вам кое-что сообщить!

Я села рядом с ней с самым жалким в мире выражением лица.

— Благодаря мне, Ларии стало немного лучше в последние несколько дней…

— Это правда?

Герцог Акард прервал Серену, а Лиза, нервно стоя у двери, поспешно кивнула.

— Да, частота кашля уменьшилась.

В последнее время я заботилась об Эване, поэтому старалась не кашлять.

— Почему ты не позволил объявлению висеть подольше? Не могу поверить, что её наняли так быстро…

Брови герцога поползли вверх от этих слов.

— Я сам её выбрал. Она окончила медицинскую академию с отличными оценками, а все её рекомендации достойны похвалы.

Ого, гильдия действительно обманула злодея…

— Я тебе столько раз это говорил, но…

Чего? Вы разговаривали всё это время? Эти двое не общались после того инцидента, поэтому я рада, что они хоть что-то друг другу сказали…

Поговори с ним по душам и избавь нашего Эвана от травмы!

— Ты действительно нанял лучшего врача на континенте? — резко спросил Эван. Его глаза так горели, что я не осмелилась вмешаться.

— Ты даже не знал о симптомах своей жены, хотя вы находитесь в одной комнате, а теперь поднимаешь шум и сомневаешься в моём решении, — герцог говорил, высокомерно подняв подбородок, — Кроме того, она точно диагностировала болезнь Ларии.

Ох, надо поставить пятерку информационной гильдии.

— Ты настолько беспечен, что даже не знал, что твою жену рвёт кровью?

— А мой отец знал об этом?

— Конечно. Я даже заказал ей носовые платки.

Это немного нечестно. Ты же сам меня сюда привёз и знал о моей болезни с самого начала.

Когда Эван потерял дар речи, герцог триумфально продолжил.

— Ещё я получил открытку.

— Я тоже получил открытку.

— На ней был рисунок?

— На ней не было… рисунка.

— А на моей был.

— …Но зато у меня было длинное письмо.

— И что там было написано?

Я смотрела на них в изумлении. Я надеялась на более существенный разговор, но они спорили из-за какой-то ерунды. Неужели они действительно хотят обсудить открытки?

— Эм, Эван… — я прикрыла глаза, — Если ты расстроен из-за того, что я больная жена…

— Это не так, Лария.

Эван сразу же опроверг это. Как и ожидалось, как бы они ни ссорились, он следовал воле отца, поэтому не имело значения, больна я или нет.

— Тогда, не напоминаю ли я тебе Матильду…

— Почему я должен думать о своей матери, когда вижу тебя?

О, разве не так? Я думала, что ты считаешь меня похожей на неё.

— В любом случае, я немного поправилась благодаря лечению, так что…

Серена быстро вмешалась.

— Думаю, было бы неплохо отправиться на полноценное лечение.

— Лечение?

— Да! Герцогство так близко к столице, поэтому зелени здесь не так много… Думаю, более тёплое место с густыми лесами будет лучше. У неё плохие лёгкие, поэтому хороший воздух максимально повысит эффективность лечения.

Не знаю, есть ли в этом смысл, но…

После слов Серены лица Эвана и герцога одновременно застыли. Моё сердце бешено колотилось.

— Похоже, герцог владеет виллой в Боротне. Почему бы ей не поехать туда?

Боротна расположена рядом с землями Ханэу, которые я купила под чужим именем. То, что предложила Серена, было планом отстранения от Эвана под видом выздоровления. Она сказала, что если я буду далеко, то Эван не будет чувствовать привязанность ко мне, и я смогу предотвратить возможную одержимость. Кроме того…

[— Давай поедем и хорошо проведём время с парнями! Ты должна познакомиться со многими людьми, а у меня глаз намётан на мужчин!].

Конечно, я была заинтересована не в мужчинах, а в землях Ханэу.

— Тогда она сможет полностью исцелиться?

Эван смотрел на Серену.

— Полного исцеления не бывает… Но это пойдёт ей на пользу.

— Ты.

Я была удивлена тем, как свирепо он смотрел на Серену. Как и ожидалось, люди не могут внезапно измениться.

— Ты уверена, что ей станет лучше, если она поедет в Боротну?

Эван снова мрачно смотрел на неё. Рыжеволосая твёрдо ответила.

— Да, клянусь своей лицензией врача.

Серена, у тебя нет лицензии… Бедная моя совесть.

— Если возникнут какие-то проблемы во время лечения, то можете уничтожить мою репутацию.

Серена продолжала бесстыдно говорить.

Конечно, ничего страшного, если её репутация будет испорчена… она же не врач. Её бессовестное поведение напоминает мне меня. Серена, мы что, родственные души?

Я быстро подошла к ней.

— Я хочу поехать. После встречи с Сереной мне определённо стало лучше. Я… хочу прожить долгую-долгую жизнь с отцом и Эваном... Кхе-кхе.

Герцог медленно сложил руки, глядя на Серену.

— Ты уверена, что сможешь полностью вылечить Ларию?

— Нет… То есть я постараюсь сделать всё возможное? Чтобы увеличить вероятность выздоровления, хаха…

— Постарайся.

После его слов я была в замешательстве.

«Это актёрская игра или всё по-настоящему?»

Естественно, это всё ложь, но я почему-то чувствовала его серьёзность. Но для этого же нет причин…

«Ох, должно быть он делает это из-за Эвана»

Я придумала самую подходящую причину и успокоилась.

Скорее всего, все вокруг беспокоятся из-за произошедшего. Поэтому герцог делал вид, что хочет моего выздоровления, чтобы не расстраивать Эвана.

Я вздохнула, глядя на жуткого мужчину.

— Да, я сделаю всё возможное, — спокойно ответила Серена, — Значит, Лария отправляется в Боротну.

Ох, Серена, ты хорошо читаешь атмосферу.

— Тогда я поеду с ней, — немедленно заявил Эван, — Моя жена поедет, значит и я с ней.

…Серена сразу же прервала его, потому что подумала, что он планирует за мной следить.

— Вы говорите, что принц, который должен принять титул, надолго покинет герцогство? Вы же учитесь. Разве сейчас не проходят уроки преемственности?

Я сразу же продолжила.

— Да, Эван. Не хочу, чтобы тебе из-за меня было тяжело!

— …Не хочешь, чтобы мне было тяжело?

— Да, ты должен стать великим герцогом. Почему ты играешь со мной и трапезничаешь в моей компании? Я хочу быть женой выдающегося герцога.

Эван вздохнул и замолчал. Герцог Акард же сжал губы так, словно ему что-то не нравилось.

Он что-то заподозрил? Почему я не могу получить разрешение побыстрее? Думаешь, что я не смогу выздороветь?

— Тогда… едь.

Именно Эван заварил эту кашу.

— Если сможешь выздороветь.

Хорошо-хорошо, конечно.

— Тебе должно стать лучше.

Я мельком взглянула на Карудина.

— Если ты меня покинешь… Я…

— Не покину! Я хочу выздороветь и хорошо с тобой жить. И с отцом, конечно! Было бы здорово, если бы после выздоровления мы снова сходили на скачки. Но нам нужно слушаться Серену и делать то, что она говорит.

После моих слов выражение лица герцога окончательно стало странным. Ему, наверное, не казалось хорошей идеей позволять мне уехать так далеко. Герцогу было достаточно того, что никто не знал о моей скорой кончине. Но если я отправлюсь на лечение – это будет то же самое, что заявить всем о болезни принцессы.

— Это может навредить репутации семьи. Пусть другие считают, что это лишь лёгкий случай пневмонии. Не хочу, чтобы люди считали меня больной.

Герцог медленно ответил.

— …Хорошо.

Теперь ему нельзя было игнорировать мнение сына без каких-либо оснований.

— Конечно, я тоже буду держать это в секрете. И сделаю всё, что смогу, хорошо? Ладно? — взволнованно добавила Серена.

После долгих раздумий герцог произнёс.

— Я отправлю своих людей.

Я поблагодарила его и улыбнулась, но мысленно выругалась. Как же сильно он хочет за мной следить…

— Я сейчас же начну ремонт виллы, чтобы тебе было легче там ужиться. Вызову дворецкого и определю бюджет.

Ась? Это немного неожиданно.

— В этом месте остановится принцесса Акард. Конечно, оно должно быть в идеальном состоянии.

Ох… Всё это из-за репутации герцога?

— Оранжерея, в которой ты любишь гулять… Я передам, чтобы они построили такую же. На юге почти все растения хорошо растут.

— Ох, спасибо!

Я ярко улыбнулась. Ранее я беспокоилась о том, что мой бюджет будет ограничен и его не хватит на покупку дерева Оклазии.

— Я буду часто приезжать, Лария.

***

Подготовка к моему побегу под видом лечения была закончена. И спустя всего два дня в столице начали расползаться слухи о моём лечении.

«Вот дерьмо»

Я ела плоды Оклазии в оранжерее, но выбросила их, когда заметила герцога Акарда, читающего письмо.

— Попрошайки начали продавать бога, как только появилась возможность вытянуть деньги.

Поняв, что «попрошайки» – это священники и храм в целом, я чуть не выплюнула фрукт.

«Герцог… Ты не попадёшь на небеса»

Так вот, храм. Храм хочет вмешаться лишь по одной причине. Они хотят благословить меня, считая, что я сильно больна, раз мне приходится отправляться на лечение.

В оригинале Лария умерла в одиночестве. Конечно, меня никогда не посещали священники. Но сейчас, когда я уезжаю на юг, везде начали судачить о моей болезни. Мне надо было притворяться, что я достаточно слаба. Поэтому храм и связался с герцогом.

«Они просят денег»

Священники приглашали дворян в храм и получали пожертвования под предлогом того, что дадут им полное благословление, если они заболеют.

Внезапно я забеспокоилась. Пожертвования, конечно же, тратились на благосостояние храма, а не на бедных.

В отличие от оригинала, здесь и там уже было известно о том, что я больна.

«Что, если герцог Акарда начнёт волноваться?»

Он не мог быть доволен тем, что невестка, которая должна была тихонько умереть, афиширует свою болезнь. К тому же, сейчас храм тянет с нас деньги. Сомневаюсь, что они попросили скромную сумму за благословление принцессы семьи Акард.

Мне вдруг стало не по себе.

«Не заставят ли они его заплатить слишком много денег? Даже ремонт виллы обойдётся в кругленькую сумму…»

Он уже потратил деньги, чтобы выплатить долги моего отца. Что, если он убьёт меня раньше? Меня всё это пугает.

«В любом случае, у него не очень хороший цвет лица из-за работы…»

Мне казалось, что он чувствует себя одиноким.

«Тебе тоже стоит заботиться о себе…»

Я закрыла глаза и задумалась.

«Может, мне сделать что-нибудь миленькое?»

Не думаю, что он так быстро избавится от своей невестки. До того, как это произойдёт, мне нужно сделать ещё парочку дел. Поэтому я с пользой использую этот визит в храм. Кроме того, мне пришла в голову очень хорошая идея, которая поможет мне спастись в будущем.

***

Герцог не был верующим человеком. Тем не менее, был предмет, который он очень хотел заполучить. Это был священный предмет, которым обладал каждый священник.

При входе в храм священники получали от служителя одно серебряное украшение – древнюю реликвию. Кроме того, украшение наделяли небольшой долей святой силы и постоянно носили на своём теле. Люди называли это священной реликвией. Её роль заключалась в поддержании и усилении божественной силы.

Неизвестно, зачем герцогу понадобилась эта реликвия.

Однако, священники никогда не продавали их. Это объясняется тем, что в библии говорилось: «Не назначайте цену за святыню».

Кроме того, святая сила – это сила священника, а подобную реликвию можно было создать лишь раз в жизни. Так что, по сути, никто не хотел её отдавать. Многие даже не показывали реликвии другим.

Герцог Акард пытался заполучить реликвию тайно, но ему это не удалось.

«Так… Он даже похитил священника, чтобы заполучить реликвию»

Похищения священника – настоящее безумие. Они же даже не покидают стены храма, если на то нет особой причины.

«Он никогда не задумывается о других. Герцога волнуют лишь собственные цели»

Но к другим относилась и я.

«Может это как-то связано с его планом?»

Как бы то ни было, храм в одностороннем порядке уведомил его о дате визита, сказав, что они благословят меня. Игнорировать храм было трудно даже императорской семье. Поэтому герцог Акард стиснул зубы и приготовился отправиться в храм в указанный день.

Храм послал за нами карету.

— Они не находили себе места из-за того, что я не хотел давать им деньги, — тихо пробормотал герцог Акард, смотря на процессию, которую организовал храм. Чтобы получить такое великолепие, надо было сделать огромное пожертвование.

Я поклонилась, заметив недовольное выражение лица герцога.

— Прости, отец… Из-за меня….

Эван вмешался.

— Отец, почему ты так давишь на Ларию?

Я схватила Эвана за руку, чтобы предотвратить возможный спор, но активно действовать не стала.

— Она же не виновата в том, что больна.

Герцог на мгновение нахмурился.

— О чём ты? Я имел в виду, что не так уж и плохо посетить этих попрошаек.

Мы с Эваном замолчали от смущения.

— Я хотел съездить в храм, а благодаря Ларии представилась такая возможность.

— Разве ты не говорил, что они не находили себе места из-за того, что ты не хотел делать пожертвование?

— Это суровая правда.

Разговор продлился не долго. Герцог и я сели в карету, а Эван – нет.

— Эван, ты не поедешь со мной?

— Ах…

— Эван не может посетить храм, — равнодушно произнёс герцог Акард.

— Почему?

Я смотрела на Эвана, гадая, в чём дело.

— Я некрещённый.

Я широко открыла рот от удивления.

Даже простолюдинов крестит низший по статусу священник, когда рождаются их дети. В детских домах детей крестит доброволец-священник. Как может единственный наследник герцогства не быть крещённым? Стоило им только захотеть, его посетил бы сам первосвященник!

Быть некрещёным в этом мире – довольно плохо. Эван не получил первого божьего благословления. Это означало не только то, что он никогда в жизни не сможет быть благословлён священником, но и то, что он не может посетить храм.

— Об этом никто не знает. Ты должна хранить это в секрете.

Конечно, никто об этом не знает… Но какой в этом смысл?

— Эван…

У меня не было слов.

В итоге, я ехала до храма с герцогом. Если подумать, мы впервые наедине после поездки в академию за Эваном.

Не выдержав тишины, я улыбнулась и заговорила.

— Карета, отправленная храмом, великолепна, но не думаю, что она лучше кареты отца. Мне кажется, эта более шумная.

— Теперь они найдут карету получше, раз уж получат от нас деньги.

Зная, что деньги тратятся на меня, я улыбнулась. Герцог заговорил, как только я прикрыла глаза.

— Тебе определённо лучше.

— Что?

— Выглядишь лучше. Ты стала меньше кашлять?

— О, эм… Да.

Моё худенькое тело приходило в норму, поскольку я хорошо питалась последние дни.

— Думаю, Серена – опытный врач!

— …Понятно.

Серена рассказывала, что герцога постоянно информируют о моём состоянии.

«Он разрешил мне отправиться на лечение, потому что я в любом случае умру»

— Но, эм, Серена сказала, что лечение может не помочь.

Я произнесла это из-за боязни того, что он может приставить ко мне ещё одного врача, ведь Серена слишком хороша.

— Она сказала, что не стоит зря надеяться.

— …Понимаю.

— Отец, — я сменила тему разговора, — Ты сказал, что хотел съездить в храм… Что-то случилось?

— Ничего особенного.

— Я волнуюсь. Да и Эван беспокоится из-за того, что он не крещён… Он будет ещё сильнее обеспокоен этим в будущем.

— Это уже железно*.

(*П/П: простите, я не могу придумать, как это обыграть на русском. Имеется в виду, что ничего не поделать с этой ситуацией).

— В человеческом теле есть определенное количество железа*.

(*П/П: дед опять пытается в каламбуры).

— …

Я не смогла сдержаться и вздохнула.

— Это смешно, но я не могу посмеяться. Я волнуюсь за Эвана.

Ну, это почти правда. То, что это смешно – ложь, а то, что я волнуюсь за Эвана – правда.

После моей скудной реакции, герцог Акард прикоснулся к своему горлу и сказал.

— Это не имеет к Эвану никакого отношения, так что не волнуйся.

— Значит, это личные дела?

— …Да.

— Думаю, это нелегко, — я изо всех сил старалась льстить, — Но, кажется, отец может всё.

— Лария, — герцог рассмеялся, — Тебе так кажется?

— Да! — я охотно кивнула, — Ты так упорно работаешь, что в кабинете никогда не гаснет свет. Что бы ни случилось, как бы ты ни устал, ты работаешь до рассвета…

Это правда. В его кабинете горит свет до поздней ночи.

После смерти Матильды он упорно работал. Даже в ту ночь, когда пытали Людву, свет в кабинете не погас.

Об этом было известно всем в столице.

— Ты добиваешься желаемого! Я тебя уважаю!

— …

Герцог Акард не ответил мне и просто отвернулся к окну.

— Такой великий человек, как мой отец… Есть ли у тебя что-нибудь, чем бы ты хотел овладеть?

— Конечно. В мире нет никого, у кого было бы всё, чего он желал. Например… — он медленно моргнул и пробормотал, — Что-то вроде святого предмета.

Наконец-то он упомянул реликвию.

«Теперь всё гораздо проще»

— Священники относятся к этой вещи, как к своей собственной жизни. Поэтому нет священника, который мог бы отказаться от этого предмета.

— Понятно…

Я кивнула и больше не беспокоила герцога.

Добравшись до храма, я застыла.

«Вау…»

Герцог Акард ухмыльнулся.

«Их так много»

Чтобы поприветствовать нас, вышли целых двадцать священников. Серебряные волосы, символ верующих, наделённых святой силой, переливались на солнце.

— Доброе утро, герцог.

Одетый в самые красочные одежды, первосвященник стоял перед герцогом и грациозно поприветствовал его.

— Благодарю вас за гостеприимство.

— Единственная невестка герцога больна. Наш храм не мог остаться в стороне.

— Вы, должно быть, хотели помочь, — жёстко ответил герцог Акард, — Кстати, то, о чём я просил в прошлый раз…

— Ох, герцог, — первосвященник покачал головой, — Вы не можете её купить. Такие вещи не продаются.

Первосвященник не уточнил, о чём они говорили, потому что это была тайная просьба. Но я поняла, что речь идёт о реликвии.

Прозвучало ещё несколько вежливых слов. Пока разговор продолжался, я наблюдала за священниками. У каждого был разный цвет глаз, но поскольку они были священниками, у всех были серебряные волосы.

Однажды появляются люди, чьи волосы внезапно окрашиваются в серебряный цвет. Это было проявлением врождённых сил. Те, кто не хотел становиться священниками, ждали, пока их святая сила не сходила на нет. Затем к ним возвращался первоначальный цвет волос, и они жили обычной жизнью. Однако те, кто принимал дар, получали вещь от первосвященника и становились священниками.

Один взгляд на серебряные волосы очищал сердце.

Я начала рассматривать собравшихся.

«Кольцо из золота на безымянном пальце… Кольцо из золота… Это, должно быть, он!»

Мне без труда удалось найти ребёнка моего возраста в третьем ряду.

— Позвольте представить вам священников.

В конце концов, первосвященник, до последнего отказывавшийся от просьбы герцога, начал представлять стоящих позади него людей.

Они отреклись от обычной жизни, поэтому обладали лишь именем.

— Меня зовут Марсель.

Черноглазый священник, на которого я всё время смотрела, мягко поприветствовал меня. На его безымянном пальце сверкнуло кольцо из чистого золота.

— Я пришёл, сделаю всё, что в моих силах, моё благословление*.

(*П/П: не пугайтесь, переводчик не забыл построение предложений. Марсель плохо знает имперский язык, поэтому говорит как Рейзор).

— Вы не знаете имперского языка? — произнёс герцог Акард, нахмурившись.

Марсель кивнул.

— Это всё ещё сложно, имперский язык. Я учился за границей, в Каровантесе. Я не владею имперским языком.

Каровантес – священная страна на краю континента. Это единственная страна, где говорят на древнем языке.

Марсель, казалось, расставлял слова в порядке, соответствующему древнему языку.

— Поскольку вы священник, который входит в двадцатку лучших, то, должно быть, обладаете огромной святой силой. Возможно, причина этому ваше обучение в Каровантесе, — герцог Акард пробормотал, — Я был в Каровантесе в молодости.

Первосвященник добавил с улыбкой.

— Он входит в двадцатку лучших, потому что обладает невероятным талантом. Возможно, через несколько лет он станет моим ближайшим помощником.

— Спасибо, комплимент.

Марсель застенчиво улыбнулся.

— Тогда давайте начнём с подготовительной трапезы.

Мы будем есть? Когда я с любопытством взглянула на них, герцог прошептал.

— Они не кормят за бесплатно.

Я забеспокоилась. Вдруг у меня будет несварение?

«Но это отличная возможность»

В столовой было много роскошной еды.

Герцог Акард что-то прошептал слуге, который следовал за ним, и он тут же открыл коробку. В ней лежало на вид очень дорогое вино. Собравшиеся не смогли промолчать.

— Благодарим за доброту.

В семьях аристократов было принято подготавливать вино в подарок, когда их приглашали на трапезу. Глаза священников заблестели, словно в храме это правило тоже работает.

— Это… вино я привёз из региона Олодна, — герцог произнёс с долью цинизма, — Укусите меня, если для благословления нужен острый ум.

Первосвященник начал возиться с бокалом.

— Максимальное благословление можно получить только при хорошем настроении. Не говорите так, никто вас не укусит.

— Конечно, кто бы посмел.

— Хахахах!

— Эхахахах!

За столом стало шумно. Первосвященник хлопнул в ладоши, откинул голову назад и, вытирая слёзы, сказал, что у него болит живот.

Всё стало предельно ясно. Храм прогнил.

Юмор герцога действовал слишком хорошо. Можно было запросто понять кто искренен, а кто нет.

— Хахаха…

Я тоже посмеялась, но в душе мне хотелось убежать.

Возможно, эти священники смотрели на меня и думали: «Столько лишней работы».

— Как и ожидалось, вы великолепны! До меня доходили слухи, что вы шутник!

Думаю, они мысленно отругали его.

В этот момент я ощутила силу богатства и власти герцога Акарда.

Я наблюдала за хихикающими людьми, но как только атмосфера стала спокойнее, быстро вмешалась.

— Отец, можно я налью вина священникам?

— Лария, ты?

— Да. Они приготовили для меня еду, и я хочу отблагодарить их.

Налить вино хозяевам – своеобразное проявление вежливости. Я носила фамилию Акард, поэтому мне следовало сделать это.

Улыбнувшись, я продолжила.

— Я тронута… подумать только, это всё для меня.

— …Но ты всё ещё несовершеннолетняя, и это всего лишь…

— И моему отцу тоже… Мне очень жаль…

— Что?

— Я хотела выразить свою признательность, сделав что-то подобное, отец.

Выражение лица герцога всё ещё было суровым, поэтому я покачала головой.

— Мне нельзя?

— Лария?

— Я слишком дерзка?

— …

— Я прошу слишком многого?

— Нет, нет, Лария, делай, что хочешь.

Герцог Акард передал мне бутылку вина, боясь, что я расстроюсь.

— Я не против.

Собираясь наполнить первым бокал герцога, меня остановили.

— Обычно я не пью.

— Почему?

Священник мягко вмешался.

— Герцог легко пьянеет, поэтому никогда не пьет. Он знаменит тем, что отказывается от алкоголя даже в присутствии Его Величества.

Похоже, это общеизвестный факт. Поэтому я налила вина всем собравшимся, кроме герцога. Наконец, я подошла к Марселю и наполнила его бокал…

— Ох, точно! Вы же несовершеннолетний! — наигранно удивившись, я воскликнула. Резко убрав бутылку, я пролила вино на белые одеяния парня.

Марсель вскочил на ноги.

— О, Боже!

— Боже! Простите!

Когда я засуетилась, он сказал, что всё хорошо.

— Всё в порядке. Я иду, сейчас, очистить, в ванную.

После того как Марсель встал и вышел из обеденного зала, отряхиваясь, я озадаченно посмотрела на бутылку вина.

— Что же делать? Кажется, он очень зол…

— С чего бы ему злиться? — равнодушно сказал герцог, — Просто забудь.

— Но…

— Он не умрёт из-за того, что на него попало немного вина. Не обращай внимания.

Что значит «не обращай внимания»? Это должен говорить пострадавший, а не виновник.

Я покачала головой.

— Думаю, мне стоит последовать за ним и извиниться ещё раз.

На эти слова первосвященник улыбнулся.

— Всё в порядке, принцесса, вам не обязательно это делать.

— Нет, но… Ах… Почему же я совершила что-то подобное.

— Всё в порядке, садитесь. Вы так милы. Но…

Самое время пойти за ним.

— Ничего страшного. Тебе не нужно извиняться. Незачем волноваться.

Хм. Почему герцог так решительно настроен?

«Вот это поворот»

В итоге…

— Кхе.

— Лария?

— Кха-кха, я, кхе, отлучусь в туалет.

Я вышла из столовой. Оглядевшись, я обнаружила Марселя, направляющегося в конец коридора.

— Сэр Марсель!

Я быстро подбежала к нему.

— В чём дело?

Оглядевшись вокруг, я поняла, что в коридорах храма никого нет. Я заговорила максимально тихо, чтобы меня не услышали в столовой.

— Привет.

Это было немного грубо, но, чтобы нейтрализовать врага, надо действовать быстро. Особенно если этот враг – шарлатан.

Вскоре Марсель нахмурился.

— Ты шарлатан, да?

Его чёрные глаза дрогнули.

— О-о чём ты говоришь…

Я резко схватила его за руку и сняла кольцо с безымянного пальца парня. Его волосы стали синими.

— Э-это…!

Марсель поспешно накрыл волосы мантией.

— Да уж, с таким магическим предметом можно быть очень полезным… — прищёлкнув языком, я отдала ему кольцо, — Особенно в качестве священника.

Марсель торопливо забрал свою вещицу. Кольцо было древним магическим предметом, обладавшим способностью наделять святой силой тех, кто ей не обладал.

«Надев кольцо, святая сила наполняет тело, а волосы приобретают серебряный цвет. Идеальная афера».

Согласно оригиналу, Марсель, который случайно купил древний предмет, решил стать священником, вместо того чтобы отдать кольцо храму.

— Но какого чёрта? Чем тебя привлекла роль священника?

— Не знаю, — он обиженно посмотрел на меня, — Если ты их кормишь, укладываешь спать, делаешь комплименты и говоришь приятные вещи, то ешь вкусную еду.

Это гениально.

В новелле роль Сеймура заключалась в том, чтобы вычислить фальшивых священников. В конце концов он начал разыскивать три древних магических предмета. Впоследствии, личность Марселя была раскрыта. Разумеется, Сеймур попросил у Марселя денег.

— Я буду молчать, — улыбнувшись, я скрестила руки, — Но есть одно условие.

Выражение лица Марселя мгновенно ожесточилось.

— Сколько тебе надо? У меня нет денег. Я не так давно вошёл в храм.

Я была удивлена его знанию имперского языка.

— Деньги… Это не…

— Если собираешься использовать это для шантажа, то я не буду бездействовать.

— Ты… — я рассмеялась от потрясения, — Зачем ты притворяешься, что плохо говоришь на имперском?

— Я собираюсь притворяться и дальше. Это поможет предотвратить вопросы на счёт моей святой силы.

— Ты когда-нибудь учился за границей?

— Да, в детстве я провёл там некоторое время.

— И как долго?

— …Три недели?

— Разве это не просто поездка, а не учёба за границей?

— Для меня это одно и то же.

Ну, раз ему так угодно…

— В любом случае, в обмен на моё молчание, — я протянула руку, — Дай мне священную реликвию.

— Нет, она не продаётся.

— А кто тебе заплатит? Я просто прошу её.

Марсель раскрыл рот от шока.

— Нет, для обычных людей священные предметы бесполезны. Зачем…

— Тогда и для тебя реликвия бесполезна. Ты – шарлатан.

— Давай не будем обсуждать это. В любом случае, я обладаю святой силой, когда ношу кольцо.

— Тогда… Ты – подделка?

Марсель был раздражён, но у него не было выбора, кроме как выслушать меня.

— Одно моё слово и тебе конец. Но если дашь мне свою священную реликвию, то можешь жить так, как и раньше.

— …

— Выбор очевиден.

Без реликвии сила священников не поддерживается должным образом. Однако, святая сила Марселя поддерживалась не реликвией, а исходила от кольца, поэтому если он откажется от реликвии – ничего не изменится.

Я усмехнулась, беря реликвию из его рук.

— И ещё кое-что.

— …Что?

— Давай заключим сделку.

— Не хочу иметь дел с принцессой.

— Я отплачу тебе. Сделка не будет тебе в убыток.

Выражение лица Марселя, которое ещё секунду назад было кислым, стало более мягким.

— Оплата… Тогда, конечно, ты говоришь о деньгах. Благодарность на словах не принимается. Сколько заплатишь?

Сейчас он столь свободно говорил на имперском языке.

Перебросившись парой предложений, сделка была согласована.

«Отец, подожди».

Отправив Марселя в ванную и вернувшись в столовую, я едва удержалась от того, чтобы присвистнуть.

«Я отплачу за пожертвование храму. Не ненавидь меня слишком сильно».

***

Отлучившийся Марсель вскоре вернулся. После трапезы мы перешли в молитвенную комнату.

Священники собирались по очереди благословить меня. Перед этим, разумеется, первосвященник очень тихо попросил у герцога Акарда пожертвование. Кажется, будет потрачена огромная сумма.

— Говорят, вы прислушались к своей невестке, — первосвященник говорил мягко, — Как бы то ни было, надеюсь, вы проявите преданность храму и в дальнейшем.

Не сдержавшись, я еле слышно пробормотала: «Нищие ублюдки…».

— Воспользуйтесь этой возможностью, чтобы показать свою симпатию к невестке.

Нет, зачем показывать симпатию ко мне перед богом? Если эта симпатия выражается в деньгах – то просто дайте их мне в руки.

Как бы то ни было, герцог отдал чек без лишних слов.

— Надеюсь, что в будущем герцога Акарда ждёт только счастье.

Получив чек, первосвященник посмотрел на меня и улыбнулся «капиталистической» улыбкой. Его рука опустилась на мою голову. И тогда…

«Ай!».

Я со всё силы прикусила нижнюю губу, дабы проконтролировать выражение своего лица. По телу пронеслась жгучая боль.

«Уверена, что благословение не имеет никакого смысла. Идеальное мошенничество…».

Но такая реакция появилась не только на первосвященника. Всякий раз, как другие священники благословляли меня, я чувствовала себя так, словно меня поразила молния.

«Что-то не так?».

Я аккуратно пошевелила кончиками пальцев.

«Кажется, что благословение имеет плохой эффект. Это не очень хороший знак?».

Я была бы дурой, если бы не поняла, что так быть не должно.

Связанные с храмом вопросы нужно решать тайно, потому что если ты сделаешь что-то не так, то тебя назовут еретиком и выгонят из столицы.

— Хороший человек, — Марсель, благословивший меня, говорил, не останавливаясь, — Я тронут. Тем, что последовали за мной.

— Это ничего… Простите.

— Я выслушаю, если у вас есть желание. За смиренного раба божьего.

Марсель произносил те фразы, которые я попросила его сказать.

Я подняла на него взгляд и спросила.

— Что угодно?

— …Да?

— Тогда…

Я застенчиво улыбнулась.

— Я очень хочу выздороветь, поэтому могли бы вы приходить и благословлять меня?

Увидев моё улыбающееся лицо, Марсель ошарашенно посмотрел на меня. Всё идёт по плану.

— Вы мой ровесник, поэтому мне было бы комфортно с вами.

Один из священников вмешался в разговор.

— Но для священника важно находиться в храме…

— Я буду делать пожертвования Марселю за посещение. На самом деле, я недавно выиграла много денег, поэтому искала подходящего священника…

Мужчина тут же замолчал. Все уже знали о том, что я получила огромную сумму на скачках, ведь статья об этом была в каждой газете.

— Кроме того, после того как я пришла в храм, то заинтересовалась теологией*… Пожалуйста, время от времени отвечайте на мои вопросы. Думаю, вы много знаете, потому что учились за границей.

(*П/П: теология – учение о боге).

Я чувствовала, что должна выяснить, почему моё тело так отреагировало на благословение. Кроме того, Марсель использовался для другой очень важной задачи в моём плане. Поэтому необходимо поддерживать с ним связь.

— Хорошо. Я буду ходить часто, как обещал.

— Вы ведь ответите на мои вопросы?

— Отвечать… Я сделаю это. Я отвечу.

Это было то ещё зрелище. Не было такого, чтобы кто-то регулярно вызывал священника из храма для получения благословения. Обычно они не покидают храм.

Казалось, первосвященник хотел что-то сказать, но, покрутив в руках чек, вздохнул. Он понял, что деньги важнее, чем молодой священник.

Мы без задержек покинули храм.

Как только мы сели в карету, я с гордым выражением лица протянула руку герцогу.

— Папочка.

— Что?

— У меня есть кое-что для тебя.

Затем я показала подарок.

— …Это?

Герцог Акард выглядел ошарашено.

— Ты же хотел это получить.

— Лария, как ты…

— Я получила это от священника по имени Марсель.

— Как, чёрт возьми?

— Марсель – очень могущественный человек, так что ничего страшного в том, что у него нет реликвии.

— Это… возможно?

— Ну, он дал её мне, потому что это возможно, правильно? Он же настолько талантливый, что его признал первосвященник!

— Но…

— Я хочу отплатить отцу, — сказала я, вкладывая священную реликвию в руку герцога.

Мужчина отпрянул, словно не хотел, чтобы кто-то узнал, что он хотел заполучить реликвию. Но я знала, как надавить на человека.

— Хм… Разве ты не хотел получить её? — я затараторила, — Тогда отдай её мне. Я верну её Марселю.

— Нет.

Как и ожидалось, он не вернул мне реликвию.

— Я и правда… хотел заполучить её с давних пор.

— Рада слышать.

— Но я не ожидал…

Была одна проблемка. Я не могла придумать правдоподобный ответ на возможный вопрос о том, как мне удалось заполучить реликвию.

— Я сильно упрашивала Марселя. Возможно, я выглядела довольно жалко из-за болезни. Он решил сохранить это в тайне от других.

Я сомневалась, поверит ли он мне, но герцог Акард медленно кивнул.

— Ты… Да. Ты выглядишь жалко. Я бы хотел послушать как… Да.

Хм. Что значит, что я выгляжу жалко?

— …Да, если это ты… Я бы тоже хотел дать тебе всё. Ты кашляла или что?

Я незамедлительно ответила.

— Да, кашляла…

Затем герцог Акард вздохнул, словно был полностью убеждён.

«Н-н-не молчи».

— Ну тогда… Ты правда смогла.

Он заговорил!

— Но ты не должна была…

Я никогда не видела герцога таким удивлённым. Как и ожидалось, подарок куда более действенный способ растрогать его сердце, чем сотни слов.

— Ты отправляешь меня на лечение, а ещё дал возможность получить благословение. Я так много получила от отца. Прости, что из-за меня пришлось потратить так много денег.

— …Я забрал тебя. Это само собой разумеющееся.

— И всё же, — я положила руки на колени и продолжила, — Мне бы хотелось отплатить тебе хоть немного. Вот что я чувствую.

Герцог слегка вздохнул, сжимая священную реликвию, которую я ему подарила. Он пробормотал, глядя на меня с улыбкой.

— Наверное, было нелегко просить что-то у других, ты же так мягкосердечна.

— Но… для меня куда важнее то, чтобы отец был счастлив.

Разумное притворство куда лучше обычной лести.

— Конечно, священник сказал, что всё в порядке, но мне было так неудобно, потому что я хотела получить чужую вещь… Но я вытерпела это ради тебя.

— Хорошая девочка, — герцог Акард усмехнулся моим словам, — Я стал главой семьи Акард… чтобы не испытывать дискомфорта. Я посвящу себя тебе, чтобы ты больше никогда не чувствовала подобного.

Не уверена, что слово «посвятить» здесь уместно.

— Конечно, если тебе некомфортно, то можешь вернуть его в храм. Как пожелаешь, отец.

— Ни за что.

Карудин убрал реликвию и погладил меня по голове.

— Даже не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как я получал подарок от чистого сердца.

Прости… Это не совсем искренний подарок…

— …Спасибо, Лария.

«Если ты благодарен, то, пожалуйста, позволь мне жить до поры до времени, даже если это будет стоить тебе больших денег…».

Кстати, зачем ему вообще эта реликвия? Она бесполезна для обычных людей. Но я знаю, что не должна расспрашивать о подробностях. Возможно, это было частью его великого плана, о котором я не знала.

Как только мы подъехали к особняку и вышли из кареты, то столкнулись с Эваном, который стоял на дороге.

Герцог нахмурился.

— Ты случайно не ждал нас здесь всё это время?

— Нет, я просто проходил мимо. Я шел в кузницу.

— Правда?

— Конечно.

— Тогда иди, а нам с Ларией нужно выпить чаю.

Что? Отец? Какой чай? Я не знала, что мы устроим чаепитие.

— Хм…

Эван неподвижно стоял на месте, а затем произнёс.

— На самом деле, я не в том состоянии, чтобы носить меч. Думаю, чашка хорошего чая была бы идеальна для хорошего сна.

Он говорил, не моргая.

— В последнее время солнечный свет так сильно освещает комнату, что я не могу нормально поспать.

— Ты поднимаешь шум из-за пустяков. Просто иди заниматься с мечом.

Казалось, мужчину не интересовали такие детали.

— Но…

Герцог проигнорировал слова Эвана и уже собирался уходить, но остановился, как только услышал мой голос.

— Этим утром было так солнечно. Я тоже проснулась намного раньше.

— Правда? — герцог заговорил серьёзно, — Может, мне стоит попросить переставить кровать.

— Что?

— Или немедленно сказать дворецкому, чтобы тот повесил плотные шторы.

— Но тебя же не волнуют такие мелочи…

— Нет. Но не повредят ли плотные шторы обстановке комнаты? Почему бы мне не поменять твою комнату?

— О-отец?

— Да, было бы неплохо выделить комнату в восточной, западной, северной и южной части дома, чтобы ты переезжала каждый сезон.

— Эм…

— Завтра утром я проведу совещание, чтобы принять наилучшее решение.

Боже, почему такое разное отношение…

***

После посещения храма моё выздоровление было оформлено. Всё стало идти своим чередом. Во-первых, вилла в Боротне была капитально отремонтирована. Мне пришлось оставаться в герцогстве до окончания ремонта. И примерно в это же время в резиденцию герцога пришли два важных письма.

Первое письмо пришло из академии на имя Эвана. В нём содержалась просьба принять участие в предстоящем юношеском соревновании по фехтованию.

— А… почему именно ты?

— Потому что я занял первое место на последнем соревновании, — Эван говорил спокойно, — Победитель последнего соревнования берёт на себя обязанности судьи и раздает трофеи на церемонии награждения.

— Ох, понятно. Но тебе 13 лет, и ты входишь в состав жюри?

— Обычно принимают участие с 17 лет.

— Значит, ты будешь судить людей старше тебя. Звучит забавно.

Эван сразу же ответил на мои слова.

— О, этого не будет. Я не пойду.

— Почему?

Он непринуждённо ответил.

— Если начать наблюдать с предварительных соревнований, то на это уйдёт неделя.

— И?

— Я даже не могу встречаться с теми, кто не имеет отношения к соревнованиям.

— В чём проблема?

— Я должен буду уехать из резиденции.

— Это… имеет значение?

Так как же ты ранее покинул резиденцию герцога и до сих пор жил в общежитии при академии?

Эван слегка нахмурился, услышав мои слова.

— Мне придётся быть вдали от тебя.

— …Эван, ты родился и был вдали от меня 13 лет.

— …

— Если судья – последний победитель, то в этом году только ты можешь судить. Почему бы тебе не поехать?

— …Ты болеешь и скоро уедешь…

— То, что ты здесь, меня не излечит. Мне грустно, что ты не посетишь такое важное мероприятия из-за меня.

Эван, казалось, даже не слушал меня. Но я очень хотела отправить его в академию. Он, должно быть, всё ещё волновался из-за Людвы, но, если Эван поедет на соревнования и сменит обстановку, может его самооценка немного восстановится?

В доме герцога он всё время думал о Матильде. Казалось, что парень скоро впадёт в депрессию. Поэтому мне хотелось, чтобы он немного повеселился с теми, кто его хвалит.

— Знаешь что? — я решила бросить наживку, — А не появится ли в газете статья о вручении трофеев на юношеском соревновании по фехтованию?

— Появится. Она выходит каждый год.

— Тогда твоя фотография тоже будет там?

— Не будет. Я не поеду.

— Но она появится в статье, если ты поедешь, — я говорила медленно, словно пела песню, — Если мы оба в этом году появимся в газете, то это будет очень значимое событие.

— О чём ты?

— Просто, это потрясающе, когда пара появляется в год своей свадьбы в газетах.

— Что ты имеешь в виду…

— Я думаю, что мне будет прият приятно увидеть фотографию своего мужа в газете. Особенно если ты будешь в одежде, которую подберу тебе я.

— …

— Я собираюсь вырезать свою фотографию с ипподрома и поместить её в альбом.

— …

— О, а когда я уеду, то возьму газету с твоей фотографией. Буду смотреть и думать: «Ох, мой муж такой замечательный».

Эван вскочил, сел за свой стол и достал бумагу для письма.

— Эван? Что ты делаешь?

— …Пишу, что приму участие.

Он звучал довольно резко, но, как ни странно, одновременно мило. Возможно, именно из-за этого я хотела быть добра к Эвану, заботившемуся обо мне.

Другое важное письмо пришло герцогу Акарду от Оливии Боннет Ливьен.

«Кто такая Оливия…».

Оказалось, что это была тётя герцога. Также она была единственной оставшейся родственницей.

В молодости она вышла замуж за знатного дворянина с юго-востока, графа Ливьена. И хотя сейчас она проживает со своим сыном, потеряв мужа и унаследовав графство, Оливия никогда не забывала, что в ней течёт кровь Акардов. Поэтому женщина ненавидела, когда люди герцога Акарда называли её «мадам Ливьен». Она заставляла их называть её «госпожа Ливьен».

Никто не мог указать ей на отсутствие хороших манер, потому что она была довольно резкой.

«Госпожа Ливьен появлялась в оригинале…».

Для меня она была подобием бабушки, но доброты от неё ждать не стоило.

«Божечки, она же злая женщина!».

В новелле госпожа Оливия играла роль злодейки для принцессы Элейн. Женщина постоянно вмешивалась в отношения принцессы.

На это была лишь одна причина.

[— Последний из рода Акардов не может быть так унижен!].

Оливия очень любила герцога Акарда, но сомневаюсь, что ей было дело до Эвана.

Она была злой женщиной, которая издевалась над принцессой Элейн весьма эксцентричными способами.

Как только герцог прочитал письмо от госпожи Оливии, он приложил руку ко лбу.

— Ах…

Он выглядел очень обеспокоенным.

— Написано, что она собирается посетить нас лично.

Пока Эван находился в академии, дата её визита уже была назначена.

Госпожа Оливия вырастила герцога Акарда, рано потерявшего родителей. Поэтому в день её приезда все люди герцога были взволнованы. Даже Лиза, которая всегда была спокойна, сглотнула слюну и несколько раз коснулась моих волос.

— Не должно быть никаких изъянов… Выглядит немного старомодно?

— Моя причёска так важна?

— Конечно.

Лиза прикрепила несколько украшений к моим волосам и сказала.

— Госпожа Оливия ненавидит то, что не соответствует стандартам.

Это было правдой. Когда я впервые увидела госпожу Оливию, то у меня чуть не отпала челюсть.

«Потрясающая. Она такая красивая…».

Её седые волосы бы завиты, на ней была большая шляпа, а макияж был выполнен в тёмных оттенках. Блестящие украшения и тщательно проработанное платье были ослепительны.

«Я хочу так же выглядеть в старости».

Сглотнув, я задумалась.

«Хочу быть бабушкой, которая разбрасывает деньги на каждом шагу».

Красные глаза госпожи Оливии некоторое время не отрывались от меня, стоящей рядом с герцогом.

— Давно не виделись, тётя.

Как только герцог Акард поприветствовал её, заговорила уже я.

— Здравствуйте, дорогая тётя. Я очень рада познакомиться с вами. Я Лария Роуз Акард.

Госпожа Оливия поприветствовала меня, цокнув.

— Ты привёз кого-то похожего на свою покойную жену.

Съязвив, Оливия открыла веер и замахала им вверх-вниз.

«Вау, это потрясающе…».

На нём был вышит большой тигр с обнажёнными зубами. Веер напоминал оружие.

«Видимо, это предмет, который обязательно нужно взять по возвращению в родной дом…».

— Кого-то похожего на маленькую белку.

Конечно, какая-то ничтожная белка. Вы же обо мне говорите, да?

— Вы слегка суровы.

Госпожа Оливия посмотрела на герцога.

— Не перебор ли это? Ты действительно сошёл с ума?

Она выглядела так, словно больше не даст сказать ни слова.

— Привел больного ребёнка в качестве партнёра Эвана? Неужели богатые люди хотят состариться вдовцами?

Только сейчас я поняла, почему госпожа Оливия приехала в герцогство. Должно быть, она примчалась сразу, как услышала, что я собираюсь отправиться на лечение. У нас с Эваном был поспешный брак, но ей, наверное, не понравилось именно то, что я больна.

— Это было нелепостью с самого начала.

Сложив веер, она указала на меня.

— Нет, ты привёз дочь падшего аристократа и даже не устроил свадьбу? Ты с своём уме?

Герцог молча стоял с задумчивым видом, а затем пробормотал.

— Ох, ну, теперь, когда я задумался об этом, это было слишком.

И, оглянувшись на меня, сказал.

— Я не устроил свадьбу. Если ты расстроилась, то я подарю тебе свадебное платье.

Свадебное платье мне не нужно…

Госпожа Оливия моргнула и снова закричала.

— Я слышала, что ты даже не даешь должного образования принцессе! Привёл ребёнка, который даже не готов к свадьбе!

Герцог молча кивнул.

— Вы правы. Она определённо не была готова к браку.

И, снова оглянувшись на меня, произнёс.

— Наверное, я был слишком равнодушен. Когда Эван вернётся, я попрошу его сделать тебе предложение.

Какое предложение? Оно мне нужно ещё меньше, чем свадебное платье.

— И ты даже не представил её должным образом обществу! Недостаточно было пренебречь Эваном, так ты собрался сделать из неё никудышную принцессу?

Герцог Акард согласился с этими словами.

— Да… Я не задумывался об этом. Я не подумал о светской жизни Ларии.

Он опять посмотрел на меня…

— Я должен попросить твоих сверстников прислать свадебные подарки.

Отец, что за чушь ты несешь?

Госпожа Оливия вздохнула так, словно была в шоке. Я тоже была ошарашена.

— Я должна была понять, что ты не в своём уме с тех пор, как начал нелепо шутить!

У меня отвисла челюсть. Кажется, выдержка герцога скоро закончится. Аплодирую госпоже Оливии.

— …Тётя уже не молода. В наши дни людям нравится подобное. И Ларии тоже.

Женщина фыркнула.

— Похоже, он немного не в себе, раз поддался твоим чарам.

Вот те раз. Немного не в себе. Я продала душу ради нормального отношения.

— По моему опыту, такие дети рано или поздно воткнут нож в спину

Откуда вы это знаете? Вы экстрасенс?

Я искренне восхищалась её проницательностью

— Такое невинное личико никак не поможет герцогству!

Как несправедливо. Я же не совсем бесполезная.

— И ты называешь это примерной принцессой Акард? А?

Я не собираюсь льстить герцогу вечно. План «Б» – всего лишь мечта, поэтому я следую плану «А».

— Дорогая тётя, — я взглянула на неё, делая несчастный вид, — Я знаю, что недостаточно хороша… Мне жаль, что я беспокою вас.

Затем я изобразила самое печальное в мире выражение лица. Увидев меня такой, герцог определённо будет на моей стороне…

«Посмотри на меня! Посмотри!».

…Ничего. Госпожа Ливьен закричала.

— Вот поэтому я приехала лично! Здесь не хватает твёрдой руки! Она очень похожа на Матильду, особенно этой бессмысленной добротой!

Герцог Акард не смог вмешаться.

— Ты! — она посмотрела на меня и крикнула, — За мной! Сейчас же!

— Ч-что?

«Тётя, что за глупости? Сколько бы ты ни кричала, это не изменит того, что я принцесса Акард».

— Следуй за мной!

— …Пардон?

— Не открывай глаза так широко! И подбородок выше!

— …

— Не хочешь мне ответить? Поторопись и скажи, что у тебя на уме!

Я быстро ответила, выплескивая свои сокровенные мысли.

— Мои глаза были большими с самого рождения… Простите.

— Ха. У тебя что, нет гордости? Неужели можно так легко извиняться?

— Я уже давно живу без гордости…

— И что же будет дальше? Ты будешь пресмыкаться перед теми, кто сильнее?

— Наверное…

— Ты, — её глаза пылали, — Нет. Ты не поедешь в Боротну.

— Что?

Подождите-ка. Что происходит?

— Ливьен находится на юге. Поедешь со мной, чтобы получить достойное образование.

Ливьен находился на юго-востоке, поэтому располагался довольно далеко от Ханэу, расположенного на юго-западе. Тот факт, что меня заберут в Ливьен, означал, что все планы пойдут насмарку.

«Какой бы крутой не была госпожа Оливия, она не может этого сделать!».

Я мысленно закричала.

— Я ничего не могу с этим поделать, — Серена вздохнула, — Есть только один способ.

Она отправилась к госпоже Оливии, чтобы сказать: «Позвольте Ларии отправиться в Боротну». Однако Ливьен закричала, перечисляя причины, по которым это было невозможно, а затем выгнала Серену.

— Остаётся… лишь один вариант. У меня нет другого выбора, кроме как понравиться госпоже Оливии.

— А она тебе нравится?

— Да, потому что она знает о своём плохом характере, поэтому госпожа Оливия не ладит со своими любимыми.

— Вау.

Я восхищалась ей, сама того не осознавая. Оливия прекрасно осознаёт своё ужасное поведение. Герцогу стоило бы поучиться у неё.

— Если ты ей понравишься, то она не заберёт тебя в Ливьен. Ты хорошо сходишься с другими людьми. Но… — Серена взглянула на меня, — Она из тех, кто говорит неприятные вещи… Ты тоже человек, поэтому сложно будет выслушивать подобное.

— …Гав?*

(*П/П: надеюсь, все поняли, что тут за шутка. Серена сказала, что Лария является обычным человеком, поэтому её заденут слова Оливии, А Лария решила показать, что она не обычный человек (а собака, лол). Я не знаю, какой в этом смысл. Видимо, проживание с герцогом даёт свои плоды).

Когда я слегка гавкнула, Серена едва сдержала смех.

Я была погружена в свои мысли, поэтому легко отказалась от своего человеческого достоинства.

Требовалось довольно много времени, чтобы понравиться другому.

Оливия поклялась не оставаться надолго с герцогом Акардом. Она очень его любит. Поэтому в оригинале она подняла шум из-за Элейн, сказав, что принцесса осквернит род Акардов.

«Поэтому госпожа Ливьен не задержится в герцогстве надолго. Какая же она упрямая злодейка».

Хоть я и сказала, что налажу с ней отношения, сделать это за такой промежуток времени было довольно сложно. Тогда… У меня не остаётся выбора, кроме как украсть ещё один из источников дохода Сеймура. Из-за меня его жизнь постоянно усложнялась.

— Серена, мне нужна услуга. Когда в следующий раз придёшь в резиденцию…

***

В резиденции герцога Акарда находилась комната Оливии. Это была большая комната на втором этаже, которой она пользовалась до замужества.

Это произошло спустя два часа после обеда…

— Дорогая тётя!

После её приезда в дом герцога, появился ребёнок, который приходил в одно и то же время каждый божий день. Говорят, что ей 14 лет, но она бы скорее поверила, что та младшая сестра Эвана. Конечно, Эван выглядел старше своего возраста.

Розоволосая Лария выглянула из-за двери.

— Вы не заняты?

— На что тебе глаза? — Оливия говорила ледяным тоном, — Думаешь, я сейчас занята?

— Тогда не хотите ли выпить со мной чашечку чая?

— Зачем мне тратить своё время? — женщина фыркнула, глядя в круглые фиолетовые глаза, — Но в основном моё время тратит герцог Акард.

Лария улыбнулась и села напротив Оливии. В комнату тихо вошла Лиза и начала подготовку к чаепитию.

— Я попросила об этом Серену.

На столе стоял небольшой торт из пекарни, которую Оливия очень любила посещать в молодости.

— Слышала, что ваш сын унаследовал пекарню 13 лет назад.

Оливия взяла вилку и попробовала кусочек торта. Как и герцог Акард, она очень любила сладости. Лария обычно приходила с десертами из знаменитых столичных пекарен, которые Оливия посещала в юности. Она ощутила вкус детства, который давно позабылся. Поэтому женщина не могла запретить Ларии приходить в её комнату. Она даже с нетерпением ждала, что же та купит ей сегодня.

— Ты, — холодно произнесла Оливия, — О чём, чёрт возьми, ты думаешь, принося мне это?

— Ах, — Лария нежно улыбнулась, — Мне часто хотелось поесть то, что я попробовала в детстве. То, что я ела в резиденции графа Ростри. Моя мама любила готовить, поэтому она часто готовила еду для меня.

— Хм.

— Мне было интересно, вдруг дорогая тётя тоже скучает по еде из своего детства.

Она доже не подозревала, что скучает по этим десертам. Ливьен был довольно богатой территорией, поэтому Оливия всегда ела то, чего хотела. Но женщина даже не задумывалась о том, что она ела в детстве. В этих десертах содержалась какая-то странная сила. Например, даже Лария сейчас казалась какой-то особенной.

— Мне бы хотелось поладить с вами.

— О чём ты?

— Отец расплатился с моими долгами, а Эван добр ко мне. Поэтому мне хотелось бы быть милой со своей тётей.

Лария покачала головой с лёгкой улыбкой, но маленькая девочка источала одиночество.

— У меня… даже нет родственников, которые могли бы навещать меня… и я больна…

У Ларии был талант к жалостливым репликам.

— Ты хорошо всё понимаешь.

Произнесла Оливия, взяв кусочек торта, который Лария уже попробовала.

— Вы хотите сказать, что я хорошо вас понимаю? Спасибо!

Она могла понять, почему её племянник, Карудин, был благосклонен к этому ребёнку. У этой девочки не было другого выбора, кроме как привязаться к тому, что её окружает сейчас. Но слышать, как она смеётся над этими ужасными шутками – довольно душераздирающе.

Лария настолько добра, что искренне смеялась над шутками, услышав которые, хотелось уехать далеко-далеко. Если ты добр, то становишься лёгкой добычей для других. Если для неё это по-настоящему смешно, то это настоящая проблема. Если необычное чувство юмора передастся следующим поколениям, то репутация Акардов будет испорчена. Кстати, она случайно не… Если же она притворяется, что это смешно, тогда Лария действительно интересный ребёнок.

Когда Оливия прочитала статью о том, что она выиграла большие деньги на скачках, то подумала, что ей просто повезло.

Сейчас же она жалеет, что не пришла посмотреть на девочку раньше.

— Я просто… Кхе!

Это произошло тогда.

— Кха! Кха!

— Ч-что с тобой?

— Кхе!

Вместо того, чтобы помочь Ларии, Оливия подскочила от удивления.

— Что мне делать? Горничная! Горничная! Кто-нибудь!

— КХА!

В конце концов Лария упала на пол.

— Не умирай! Не умирай здесь! Нет! Я на самом деле та ещё трусиха!

— Кха! Я… не волнуйтесь, кхе!

— Если ты умрёшь на моих глазах и явишься ко мне во сне, то я ударю тебя по голове!

— П-простите? Кха! О-о боже!

Лария остановилась, а затем начала бить кулаком по полу.

— Ч-что ты делаешь?!

Она была так ошеломлена, что задумалась, нет ли у Ларии психического расстройства, но девочка резко вскочила на ноги.

— Дорогая тётя? У этой части пола странный звук.

— …Что?

— Мне кажется, что здесь какая-то пустота. Разве это не ваша комната? Вы не знаете, что это?

Определённо, звук немного отличался.

— Что… это?

— Думаю, стоит попросить слуг вскрыть пол.

Лария позвонила в колокольчик, чтобы вызвать слуг.

Оливия была так удивлена, что не заметила, как кашель Ларии внезапно прекратился.

Когда деревянный пол был разобран, открылось не загромождённое пространство, в котором находилась небольшая коробка.

— Может, откроем её?

— А вдруг там какая-то магия?

— Это может доставить неприятности герцогу Акарду, поэтому я не позволю открыть её прислуге… Я сама открою её.

Поставив на пол коробку, я осторожно открыла её. Внутри лежало несколько очень старых книг, сохранённых с помощью магии.

— Это…

Рассмотрев книгу, я взглянула на госпожу Оливию.

— Похоже, они лежат здесь очень давно. Здесь сказано, что её написал Ллойд Карди Акард. Разве это не первый герцог?

— Что?

Госпожа Оливия вскочила на ноги.

— Господин Ллойд?

Ллойд был первым герцогом из рода Акардов. Он жил более чем тысячу лет назад. В этой книге очень подробно описывалась жизнь того периода, что представляло большую академическую ценность.

«Она должна была быть обнаружена Сеймуром позже, но…».

Разыскивая информацию о древнем магическом предмете, Сеймур обнаружил подсказку о том, что эта книга хранится в доме Акардов. После этого он пришёл на переговоры с герцогом, попросив денег за информацию…

[— Сколько вы можете заплатить за книгу, написанную Ллойдом Карди Акардом, первой главой дома Акардов?].

[— Наглый ублюдок. Господин Ллойд был осторожен. Он бы не оставил ни одной книги].

[— А если я помогу её найти?].

[— Тогда я отдам тебе все его деньги. У него была одна золотая жила.].

Таким образом, герцог Акард отдал шахту Сеймуру. Его состояние удвоилось.

«Сеймур будет жить богато даже без одного прииска. Он же главный мужской персонаж».

Вместо того, чтобы искать подсказки, как Сеймур, я воспользовалась информацией и актёрским мастерством.

«Надо уметь приспосабливаться».

— Н-но откуда это здесь…

— Не знаю.

— Ты… Как, чёрт возьми, эту драгоценную вещь…

Должно быть, для неё было важно узнать, как мне удалось найти книгу.

Я широко улыбнулась.

— Возможно, из-за моей болезни мне везёт намного больше, чем другим. То же самое было и на скачках.

Оливия погладила коробку с пустым взглядом.

— Боже мой… Что же делать? Сообщите Карудину. Это дело семьи герцога Акарда.

Она вдруг обняла меня.

— Ты.

— Дорогая тётя?

— …Это благословение.

Как и ожидалось, даже если она немного злая, Оливия всё равно могла изменить своё отношение.

— Я просто быстро соображаю.

Я знала, что госпожа Ливьен довольно понимающая. Она старая, но в моём вкусе!

(П/П: ой, а что это значит?)0)0)

— Неважно, смеёшься ты над его шутками или нет. Если это хорошо для герцога Акарда, то хорошо и для меня.

«Ещё не всё».

Я моргнула.

«Остался решающий удар».

Этим ударом было не что иное, как право на распоряжение книгами Ллойда.

Естественно, после обнаружения этой коробки герцог был в шоке.

— В любом случае, Лария нашла книги.

Герцог Акард сохранял спокойствие в этом беспорядке.

— Лария.

Госпожа Оливия ходила туда-сюда, не в силах контролировать своё беспокойство.

— Что ты хочешь сделать?

— Карудин!

Оливия резко вмешалась.

— Кто бы не нашёл её, это невероятная удача для рода. Как можно позволить распоряжаться книгой четырнадцатилетнему ребёнку?

— Если бы не этот четырнадцатилетний ребёнок, книга навсегда бы осталась под полом моей тёти.

Герцог Акард снова посмотрел на меня.

— Необходимо дать ей достаточное вознаграждение. Мы должны пересмотреть решение…

— Я… — Я прервала госпожу Оливия и застенчиво заговорила, — Я хочу пожертвовать.

— Я знала, что так будет! Какой ужасный ответ! — Госпожа Ливьен подпрыгнула, — С ума сойти! Зачем её жертвовать? Пожертвования прямо противоположны философии моей жизни!

Я тихо продолжила.

— В академию.

На самом деле, я решила сделать то же, что и в оригинале.

— Академию?

Женщина нахмурилась.

— Да.

Даже герцог Акард удивился.

— Расскажи подробнее.

— Я… не очень хорошо в этом разбираюсь.

Изначально это предложение было высказано Эваном в новелле.

— Это очень старая книга, и я думаю, что она имееют большую академическую ценность. Думаю, что люди, которые изучают это профессионально, будут более чем счастливы получить её… — я осторожно продолжила, — В будущем всё книги, используемые в академии, будут использоваться в качестве справочников, поэтому я думаю, что это повысит репутацию герцога.

— Хм.

— И, конечно же, хранение осуществляется профессионально.

Дыхание госпожи Оливии, выражавшее абсолютное непринятие слова «пожертвование», начало успокаиваться.

— Говорят, что знатные дворяне не ходят в академию, но всё учёные находятся там. Кроме того, именно записи учёных останутся в истории.

— Хм.

— И поскольку Эван выпускник академии, всё будет в нашу пользу.

Герцог Акард и Оливия смотрели на меня с восхищением.

— Лария, — герцог Акард сказал с улыбкой, — Как, чёрт возьми, ты это придумала?

— Просто… — робко ответила я, — Я много думаю об Эване. Он сейчас в академии, поэтому мне пришло это на ум.

Госпожа Ливьен смотрела на меня, сложив руки.

Я предполагала, что её мнение обо мне изменится. Ведь больше всего в мире она ценит герцога Акарда. Куда эффективнее помочь герцогу, чем быть с ней любезной.

— …Я отказываюсь от идеи отвезти тебя в Ливьен, — Оливия опустилась на стул, — Если со мной будет благословение рода Акардов, то ты сбежишь.

— Нет, тётушка!

Мне не нужно быть под наблюдением госпожи Оливии, чтобы планировать побег.

— Такой нежный ребёнок, как ты, задохнётся рядом со мной. Пожертвование – это слово, о котором я никогда раньше не думала.

Я делаю пожертвование, потому что эта вещь не моя. Но сказать это я не решилась.

— Вместо этого, — мрачно произнесла госпожа Оливия, разворачивая веер с вышитым на нём большим тигром, — Я позабочусь о твоём социальном положении, про которое Карудин позабыл.

— Ох… Я скоро отправлюсь на лечение.

— Однажды ты вернёшься.

Я не смогла сказать, что когда-нибудь не вернусь обратно.

— Во-первых, у тебя нет крёстной матери?

— …Нет.

С самого детства мой отец, граф Ростри, был в долгах. У меня не было крёстного отца или крёстной матери, в отличие от других детей аристократов, потому что никто не хотел связываться с нашей семьёй. Поэтому, когда мои родители погибли, мне было некуда идти.

— Связи важны… Я скажу Карудину, чтобы он прямо сейчас занялся поиском крёстной.

У меня не было на это никаких надежд.

— …Хорошо.

— И пока я здесь, тебе нужно пройти краткосрочное обучение.

— Простите?

Я вдруг почувствовала беспокойство, задаваясь вопросом, о каком обучении она говорит.

— Начнём сегодня вечером. Жди меня в своей комнате.

Этого не было в планах.

Вечером Оливия посетила мою комнату.

— У тебя нет родителей, ты болеешь.

Она села на стул, подняв подбородок. Очертания её ног вырисовывались через ткань юбки.

«Невообразимо роскошная бабушка… Смогу ли я в таком возрасте носить каблуки? Как она заботилась о своём здоровье? Тётя, ты потрясающая!».

— Не хватало мне ещё того, чтобы люди тебя обсуждали.

Мы с Лизой стояли перед ней, застыв.

— Сделай макияж ярче. Подними уголки глаз.

— Л-л-л-ларии т-такой макияж не подходит…

— Разве она красится, чтобы хорошо выглядеть перед другими? Она уже замужем!

Оливия прервала заикание Лизы.

— Ты собираешься делать её похожей на Матильду?

Что это значит…

В итоге меня переодели. Я выглядела как мини-копия Оливии.

— Тц…

Оливия улыбалась так, словно ей не понравился мой внешний вид.

— Она выглядит как хулиганка.

Я – хулиганка… Было бы не плохо, будь я такой на самом деле.

— Ответь мне!

— Что?

— Например: «Что значит хулиганка?», «Вы закончили нести чушь?» или «Как красива моя дорогая тётя». Давай же!

Лиза посмотрела на меня, вид у неё был смущённый.

— Я постоянно думаю о том, что люди сделали с Матильдой! Я до сих пор не могу уснуть!

Оливия отбросила веер, который держала в руках, словно не могла совладать с гневом.

— Когда пошли слухи, что она больна, все начали плести интриги! Женщины мечтали стать новой герцогиней Акард! Даже когда она была беременна Эваном…

Казалось, в её глазах появилось несколько слезинок.

— Было множество ужасных женщин, которые тайно желали, чтобы она умерла при родах.

Я поняла, что всё это время ошибалась. Дело не в том, что я ей не нравилась. Когда она услышала новость о том, что жена Эвана заболела, она бросилась в герцогство, вспоминая Матильду.

— У меня голова болит, когда я вспоминаю о том, как люди смеялись над ней, а она не могла вымолвить ни слова!

Я уставилась на женщину.

— Добрая, — пробормотала она, — Матильда всегда была с таким милым и нежным выражением лица, поэтому я заботилась о ней. Но она лишь отпечаталась в моей памяти.

«Понятно».

Она тоже была одной из тех, кто жил воспоминаниями о герцогине. Я чувствовала себя немного запутавшейся.

— Дом Акардов был разрушен из-за одного невинного дитя!

Вот почему она сказала, что я воткну нож в спину, ведь в прошлый раз не произошло ничего хорошего.

— Все думали, что она покинет мир раньше этой старухи.

— Дорогая тётя…

— Вот почему она умерла так рано, — сказала Оливия, протирая налитые кровью глаза, — Матильда прожила так мало. Конечно, я не говорю, что всё это было бессмысленно.

В конце концов Лиза отвернула голову и вытерла слёзы. Должно быть, она тоже думала о Матильде. Я рада, что Эван уехал на соревнования по фехтования.

— Так что не стоит зря уподобляться Матильде. Проживи долгую жизнь. Не будь похожей на меня.

Её логика была странной. Я знала, что во мне она видит почившую герцогиню.

— Так что повторяй за мной, давай!

Лиза достала носовой платок и высморкалась.

Я не стала ей потакать, а тихо подошла и взяла её за руку.

— Дорогая тётя, — я слегка улыбнулась, — Уверена, матушка не жалеет, что не смогла задать трёпку этим плохим людям.

— Что?

— Не сомневаюсь, что тётя уже позаботилась о них.

— …Это так.

— Дорогая тётя была рядом. Разве она могла думать обо всём плохом, что произошло?

— Хм, — она нахмурилась, — Ты прямо как она, только ты красноречивее…

— Поэтому я надеюсь, что дорогая тётя проживёт долго и будет на моей стороне.

— Как ты смеешь пользоваться мной?

Ох… Я попалась.

— И Карудин купился на это.

Как я и думала, у неё отличная интуиция…

— Но тётушка такая замечательная.

Я сказала это искренне, потому что долгое время восхищалась богатыми злодейками. Я была хороша в простенькой лести, но не было причин, по которым я не могла хвалить её всерьёз.

— Я бы ничего не боялась, если бы дорогая тётушка была на моей стороне.

— Сладкие слова вредны для здоровья.

Боже, какое здоровье? Ты же видела меня лежащей на полу!

Посмотрев на меня застывшим взглядом, Оливия лукаво продолжила.

— Но в мои годы уже нет сил думать о здоровье. Так что делай это чаще.

В течение нескольких дней госпожа Оливия испробовала на мне множество различных стилей, но все они оказались неудачными.

Лиза вздохнула и тихо пробормотала:

— Ларии это не идёт.

— Нечего не поделать, — решительно сказала Оливия, — Создадим образ девушки, которая на людях смеётся, а в душе хитрая лисица.

…Это про меня!

— Она слишком похожа на Матильду. Нельзя её так воспитывать.

Лиза слегка кивнула.

— Она действительно похожа на неё.

— Вот почему я должна дать тебе урок. Теперь слушай внимательно. Начнём с интерпретаций.

— Интерпретаций?

Оливия посмотрела на меня и резко произнесла.

— Допустим, тебе сказали: «Принц, кажется, удачно женился. Правда, мне жаль вашего отца из-за приданного».

Её красные глаза вспыхнули, и я сглотнула. Я ничего не могла сказать, словно меня сдавили.

— Вот как бы я интерпретировала эти слова: «Ваша семья распалась, и вы вышли замуж без приданного?». Понимаешь?

— Да.

— Тогда попробуй интерпретировать: «Следить за светской жизнью в столице, должно быть, довольно сложно. Думаю, новости доходят медленно, так как вы не можете выходить из дома из-за плохого самочувствия».

Я немедленно ответила, сложив руки вместе.

— «Я знаю, что вам неизвестно то, что происходит в обществе. Поэтому не мешайтесь под ногами и исчезните».

— Ты очень умна.

Оливия продолжала задавать подобные вопросы, а я каждый раз придумывала подходящий ответ.

— Ты талантлива.

В конце концов Оливия гордо улыбнулась и кивнула.

— Я должна была дать Матильде такой же урок.

Мне стало очень жаль Матильду. Она была такой хорошей, что не смогла бы быстро понять посыл негативных слов.

— Ты собираешься приезжать в столицу?

— Мы будем приезжать каждый раз, когда будет важное событие, — вежливо ответила Лиза, — Если Лария почувствует себя лучше, то, конечно, стоит заняться социальной активностью.

— Тогда мне придётся приезжать в столицу и давать ей уроки. А сейчас давай поужинаем.

Так я оставалась с Оливией до самого вечера. Когда мы закончили трапезу, я взглянула на неё и предложила своё пирожное.

— Хотите и моё, тётя?

Скорость, с которой опустели тарелки с десертами, была невероятной. Герцог Акард и Эван очень любили сладкое, поэтому аппетит Оливии был вполне объясним. Именно поэтому я начала со сладостей.

— Думаешь, что в таком возрасте я без ума от сладостей?

Никто из этих троих не хотел признаваться в том, что у них пристрастие к сладкому.

— Нет, просто я не очень люблю сладкое… Простите, если я была невежлива.

— Ты была невежлива. Но нельзя растрачивать еду, так что я съем.

Оливия высокомерно придвинула мою тарелку с десертом к себе.

— Ты, — произнесла она, громко ударив вилкой, — Мне всё в тебе нравится, однако…

— Да?

— Мне трудно верить тебе, ведь ты смеёшься над шутками Карудина. Они слишком вульгарные.

Те, кто процветают благодаря лести, погибают от неё же. В конце концов, не мне одной ясно, что по реакции на юмор герцога можно судить об искренности человека.

Она сменила тему.

— Ты сказала, что часто думаешь об Эване.

Похоже, госпожа Ливьен вспомнила, что я упоминала его во время разговора о книге.

— Это политический брак, которого никто не ожидал. Эван хорошо подходит на роль мужа?

Я сразу же кивнула.

— Конечно. Я бы хотела узнать его получше.

— Хочешь узнать его получше… Конечно.

Оливия медленно кивнула.

— Трудно по-настоящему полюбить ребёнка, которому всего тринадцать лет.

— Ну, это…

— Обычно аристократкам твоего возраста нравятся парни постарше. Те, кто выглядят достаточно зрелыми. Мне тоже.

Я пыталась отрицать это из вежливости, но следующий вопрос поверг меня в шок.

— Тем не менее, внешне Эван выглядит хорошо. Что тебе в нём нравится больше всего?

«Что-то, что мне в нём нравится…».

Я терялась в мыслях. Что ж, у Эвана было много преимуществ. Он был первым по успеваемости в академии, победителем соревнований по фехтованию, красивым, несмотря на возраст, хорошо одетым и наследником герцога Акарда.

Но из моего рта вырвалось кое-что совершенно неожиданное.

— …Он милый.

В этом с ним никто не сравнится.

Эван не был обаятельным, выражение его лица каждый божий день было жёстким, и он редко улыбался. Объективно говоря, он был красив, как герцог Акард, но для ребёнка у него был довольно пугающий вид.

Поэтому я сказала это, совершенно не думая, а потом пожалела об этом. Оливия испытывала глубокую привязанность к герцогу, но разве можно так легкомысленно отзываться о единственном наследнике?

— Правда?

Как и ожидалось, госпожа Ливьен выглядела удивлённой. Она не сказала ни слова, пока не опустела тарелка с пирожным.

«И зачем я сказала это. Следовало просто похвалить герцога Акарда».

Стоит исправить свои слова.

— В конце концов, ты полюбишь его.

— …Простите?

— Когда объективно не милый человек выглядит милым, это о чём-то да говорит.

Оливия улыбнулась.

— Я могу быть спокойна. Кажется, в конце концов ты сделаешь выбор в пользу Эвана.

— …

Я замолчала от неожиданных слов.

«Нет, это не так. Я выберу себя».

Эван не был болен, он был богат и состоятелен. Если бы в критический момент мне и пришлось выбрать Эвана, то только из-за необходимости.

— Думаю, это проницательность, которая пришла ко мне в старости. Единственное, что с возрастом стало лучше, так это мои чувства.

Конечно, её мнение совершенно не соответствовало моим истинным чувствам. И всё же я ощутила странное покалывание в груди.

— Давай посмотрим на полученные письма.

— Письма?

— Да. Принеси всё, что у тебя есть.

Я протянула небольшое количество писем.

— Есть письма от детей, которые были близки с тобой детстве и поддерживали с тобой связь, даже когда твой отец погряз в долгах?

С юных лет я была довольно слаба и ни с кем не дружила. Дети, с которыми я несколько раз виделась, не общались со мной, поскольку положение нашей семьи было шатким.

— Нет.

— Тогда избавься от этого. Они бросят тебя в трудную минуту.

Половина писем разлетелась в разные стороны.

— Только после благословения стали ходить слухи, что Карудин заботится о тебе. Есть ли письма, пришедшие до этого?

— Нет.

Так улетела вторая половина писем.

— Стоит начать всё с начала.

— Да, хорошо… Вы правы.

Затем к нам подошла Лиза.

— Ну, только что пришло несколько писем, которые герцог попросил передать.

— Что там?

— Герцог выбрал несколько кандидатур на роль крёстной матери и получил несколько ответов.

— Хм, Карудин так равнодушен. Дай это мне. Я посмотрю на кандидаток.

Я тайком посмотрела на письма, которые Оливия держала в руках.

— Ха, какая же чушь.

— …Да?

— Они все как минимум раз встречались со мной. Отправляй обратно!

Когда госпожа Оливия снова передала Лизе письма, горничная с большим трудом произнесла.

— Герцог… сказал, что, поскольку в столице нет никого, кто бы противился госпоже Оливии, он хотел бы, чтобы Лария приняла решение самостоятельно.

Я поражена. Даже этот злодей обладает острым чутьём.

— О чём, чёрт возьми, он говорит? Есть же… Мм… Например…

Думаю, его слова означали, что наше окружение слишком умно.

— Эй, Лиза, — осторожно сказала я, — Отец действительно сказал, что я могу принять решение сама?

Лиза с тревогой посмотрела на Оливию.

— Да.

— Нет! — как и ожидалось, Оливия возмущалась, — О чём ты? Я учительница Ларии! Я! Я! Но он хочет, чтобы она выбрала крёстную без моего участия? Возмутительно!

— Дорогая тётя.

Я уже приняла решение.

— Я – Акард! Кто, чёрт возьми, такая Карла Вудин! Не игнорируй меня! Я кажусь простушкой?

— Я уже решила.

— Что? — Оливия фыркнула и её глаза засверкали, — Кто? Что за чертовку…

— Будь моей крёстной матерью, дорогая тётя.

Она на мгновение замолчала, моргая.

Лиза мягко вмешалась.

— Леди Лария, «крёстная мать» подразумевает наличие связей, поэтому обычно не выбирают женщину из того же дома.

Оливия ответила.

— Моя фамилия Ливьен.

Недавно она кричала, что принадлежит семье Акард, а сейчас так быстро изменила свои слова.

— …Ах…Мм…

Лиза не посмела вмешаться, но посмотрела на меня. Сделать и без того довольно близкую мне Оливию крёстной матерью означало потерять бразды правления обществом. Я понимала это, но не хотела становится крестницей кого-то из другого дома. Не хотелось лишних проблем в моём плане.

— Боже мой! — закричала госпожа Ливьен, сцепив руки, — Меня впервые просят стать крёстной матерью.

Несмотря на её социально положение и прекрасную родословную, из-за характера Оливии никто не просил её быть чьей-то крёстной.

— Госпожа Оливия, ради Ларии… Эм…

— О чём ты говоришь? Я идеальный вариант! Я делаю это, потому что хочу! Уйди с дороги! Лария, я твоя крёстная!

Оливия гордо улыбнулась.

— Только у меня не было крестницы… Не могу поверить, что я стала крёстной матерью!

Ох…

«Не ожидала, что она будет так счастлива, но… Если я сбегу, она будет сильно разочарована…».

Почему-то я испытала лёгкое чувство сожаления.

***

Оливия отправилась в Ливьен следующим утром. Не было необходимости и дальше оставаться в герцогстве.

Беспокоясь о том, что она уедет до возвращения Эвана, я сказала.

— Но Эван – дорогой племянник госпожи Оливии. Он ждал вас. Пожалуйста, сначала встретьтесь с ним, а потом уезжайте…

— Он мне дорог, но не настолько.

Странное заявление.

— Белочка, — перед отъездом она протянула мне веер с изображённым на нём страшным тигром, — Это мой тебе подарок.

Я взяла веер дрожащими руками. Раз этот веер принадлежал Оливии, я не смогу избавиться от него…

— Если в Боротне кто-нибудь посмеет игнорировать тебя, то просто раскрой его. Любой, кто слышал о «Злодейке из Ливьена», перекрестится.

Сердце бешено билось.

— Увидимся в следующий раз. Когда-нибудь тебе понадобится моя помощь.

Вскоре после ухода Оливии вернулся Эван. Однако в его руках было много бумаг.

— Эван? Что это?

— Это газеты.

В Империи было всего пять издательств газет. Эван, вручающий трофей на церемонии награждения, был сфотографирован с разных ракурсов. Но он принёс не пять газет…

— …Почему так много? Здесь много копий.

— Печать отличается.

Где-то была слишком яркая краска, где-то была линия, проведённая по ошибке, где-то фотография была размазана…

— Возьми те, которые тебе больше всего нравятся.

— Ах? Ладно…

— Но что это?

— А.

Я усмехнулась, разворачивая веер, который дала мне Оливия.

— Тётушка подарила мне его. Что думаешь? Мне подходит?

— Да. Он напоминает картину, — Эван отвечал серьёзно, — Реалистичное изображение травоядных, съеденных хищниками. Можно почувствовать жесткость и ужас дикой природы.

Он говорил так, словно тигр на веере собрался меня съесть.

— И тётя стала моей крёстной!

— Ты сделала ужасный выбор, Лария.

Эван покачал головой, говоря то же самое, что и герцог.

— Ну не кусайся, Эван.

В общем, я получила пять экземпляров газет и веер с тигром на память.

За несколько дней до моего отъезда произошло кое-что неожиданное.

— Лария, ты сегодня неважно себя чувствуешь? Ты в порядке?

С тех пор как Эван вернулся из академии, он почти всё время проводил со мной.

— Я в порядке. Это не опасная болезнь. Я не умру, так что не волнуйся.

— Могу ли я что-нибудь сделать для тебя?

Что ж, я решила воспользоваться этим предложением.

— Я хочу, чтобы моё окружение было заполнено дорогими и приятными вещами. Тогда моё сердце будет счастливо.

— …Д-да, хорошо.

— И обязательно заполучи деревья Оклазии. Их трудно достать, но я хочу видеть их в Боротне.

— Они тебе так нравятся? Не могу поверить, что тебе приглянулось самое высокое и редкое из деревьев.

Как бы то ни было, Эван продолжал преследовать меня, за исключением времени тренировок с мечом и уроков.

— Мне очень жаль, Лария.

Эван крепко обнял меня и похлопал по спине, пока я засыпала.

— В тот день, наверное, было так больно… Ты не могла уснуть, дожидаясь меня.

— Это было очень давно.

— О чём ты? Я никогда этого не забуду.

Это было всего однажды. И то, из-за того, что я тогда ела плоды Оклазии.

— Ты целый час простояла в очереди, чтобы подарить мне ганаш, а я наговорил гадостей.

Я не могла сказать, что это не так.

— Но в такое далёкое место… Я хочу поехать вместе, тебе же будет одиноко.

— Серена поедет со мной, всё в порядке.

— Ты уверена, что этот врач хороший человек? Она похожа на преступницу…

Боже мой, никогда бы не подумала, что и у Эвана такое хорошее чутьё.

— О чём ты?

Я отчаянно мотала головой, отрицая это.

— Серена – хороший человек. У неё есть чему поучиться, есть чему подражать. Она лучший врач!

— …

— Так что не волнуйся. Я хочу, чтобы ты шёл по стопам своего отца и стал замечательным человеком, который проживёт хорошую жизнь.

— …Хорошо, я так и сделаю.

Я мысленно кивнула, притворяясь спящей.

Да, прими власть своего отца и сделай герцогство Акард известным. Поглоти императорскую семью и делай, что душе угодно.

После того как Лария уснула, Эван тайком вышел из комнаты. Проводя время с Ларией, у него совершенно не оставалось времени на тренировки с мечом, поэтому он выходил заниматься самостоятельно ночью.

Парень всё ещё не мог поверить, что Лария уедет. Эван собирался проводить с ней своё время, но…

По пути в пустой тренировочный зал он услышал, как из леса доносятся всхлипы.

— Кто там? — спросил Эван, и слуга вскочил от удивления, — Кобб?

Он увидел рыдающего навзрыд Кобба.

— Что происходит?

Слуга всхлипнул и замешкался с ответом, но в конце концов заговорил.

— Это… со мной… одна женщина играла со мной.

— Играла с тобой?

— Да… Я думал, что у нас с ней всё хорошо, но она встречалась с несколькими слугами герцога… Моя невинность была растоптана.

— Ох, нет.

Если подумать, Кобб недавно говорил, что у него всё хорошо в отношениях.

— Роб, который работает в тюрьме, Айвэн, который работает на кухне, и Кейбёрн, который работает в саду, она со всеми игралась…

— Это ужасно.

Сказав сухие слова утешения, Эван решил, что пора идти дальше. Похоже, в резиденции герцога расположилась одна очень кокетливая женщина, но к нему это не имело никакого отношения. Его волновало только состояние Ларии. Эван не хотел, чтобы она страдала…

— Серена… Эта грешница… Я должен был понять, что она прекрасна не только в моих глазах…

Эван, который вот-вот должен был пустить слезу от мыслей о Ларии, застыл.

[— Серена – хороший человек. У неё есть чему поучиться, есть чему подражать. Она лучший врач!].

И чему же Лария у неё учится?

***

Однажды Эван стал вести себя странно.

— Лария, не хочешь ли сменить врача?

Он спрашивал меня об этом по несколько раз в день.

— Почему?

— …Мне просто кое-что не нравится.

Эван выглядел очень серьёзным.

«Боже, не думала, что чутьё у него даже лучше, чем у отца…».

Конечно, я легко могла разрешить эту ситуацию.

— Ни один врач не помог мне так, как Серена. Я чувствую, как моя болезнь, от которой я не могла избавиться всю жизнь, постепенно отступает. Всё благодаря ей.

— Но…

— Ты не хочешь… чтобы я выздоровела?

В конце концов, Эван перестал говорить об этом, когда заметил, как опустились мои плечи.

— …Эх.

Однако он с каждым разом все чаще откидывал волосы назад и тихонько бормотал.

— Мне следовало пойти в медицинскую академию.

— А?

— Если бы я занимался, как сумасшедший, то сейчас у меня была бы лицензия.

— …

— Уверен, что смог бы закончить учёбу лучше всех…

В медицинскую академию обычно ходят простолюдины, о чём ты вообще говоришь…

Когда он понял, что не сможет держать Серену подальше от меня, Эван начал давить другим способом.

— Я кое-чему научился у Людвы.

Чего? Пожалуйста, пойми, что всё, что говорил Людва – полная чушь!

— Правда? Чему же?

Эван ответил на мой вопрос.

— Нельзя оставлять жену с другим мужчиной наедине.

— …А?

— Возникнет много проблем.

— Хм… Это так, но…

— Нельзя пускать всё на самотёк.

Похоже, случай с Людвой оставил ещё одно странное последствие. Он стал слишком настороженно относиться к окружающим меня мужчинам.

Возможно, поэтому он был таким суровым с Редианом?

Я кивнула сама себе. Как и думала, смотря на меня, он вспоминал Матильду.

«Ну… здесь все такие. Даже тётушка смотрела на меня и вспоминала герцогиню».

Красные глаза Эвана грозно сверкнули. Серена была права. Мне стоит уехать подальше.

— Лария.

— Да?

— Я заказал дополнительные постельные принадлежности высшего класса, украшения и так далее. Их отправят на виллу. Я хочу, чтобы ты окружила себя хорошими вещами. Деревья Оклазии было трудно достать, но я смог.

Он сказал это вскользь, но не могу поверить, что Эван это запомнил. Что с ним? Такой милый.

— Ох, спасибо.

— Я буду часто приезжать.

Тебе не обязательно это делать.

— Никогда не будь милой с другими мужчинами. Не улыбайся и не говори им, что хочешь поладить. Хорошо?

— Хорошо.

— Тебе нельзя читать им сказки. Не гладь их по голове. И не покупай им ганаш.

— Почему?

— Даже если ты замужем, кто-то может влюбиться тебя. Как Людва.

— Эван.

Я глубоко вздохнула. Влияние Людвы было слишком сильным. Не так легко это исправить.

— Не вспоминай о Людве. Если человек адекватный, то он не влюбится в меня.

— А?

— Разве не так? Насколько легкомысленным надо быть, чтобы заигрывать с замужней девушкой? Не волнуйся.

— …

— Опять же, это глупо. Если это, конечно, не ловелас, который влюбляется в каждую встречную.

— …

— Согласен?

— …Да.

Эван нервно кивнул, но выглядел он опечалено. Похоже, он сильно волнуется.

Парень бормотал про себя, кусая ногти.

— Беспокойство сводит меня с ума.

Я пришла к определённому выводу. Кажется, эмоционально потрёпанный Эван привязался ко мне, ведь в тяжёлый момент я его утешила.

«Ну, он ещё ребёнок».

Но стоит держаться от него подальше. На всякий случай.

С глаз долой, из сердца вон. Из сердца вон, с глаз долой. Если я уеду, то он будет продолжать жить с герцогом Акардом и всё вернётся на круги своя.

Чтобы избежать смерти, я даже всерьёз подумывала соблазнить Эвана, но он чувствовал вину перед герцогом, и я решила, что в решающий момент он встанет на сторону отца.

И самое главное… такая любовная драма между отцом и сыном была не в моём стиле. За этим было бы интересно понаблюдать, но, естественно, принимать в этом участие – другое дело.

— Хм-хм…

Хотя, странным был скорее герцог Акард, а не Эван. Я была удивлена, когда он позвал меня к себе в кабинет.

— Тебе не нужны карманные деньги?

— Что?

— Если ты уедешь, то, возможно, в какой-то момент тебе понадобятся деньги, но ни меня, ни Эвана там не будет, поэтому могут возникнуть сложности.

Эй, пап… ты забыл, сколько денег я получила на скачках?

Однако, чем больше денег, тем лучше, поэтому я подумала о том, что неплохо было бы получить их побольше. Герцог вдруг достал альбом для рисования и цветные карандаши.

Альбом…

Ясно. Я всё поняла.

«Ну и дела. Не то чтобы у меня не было денег…».

Рисовать слащавую фигню за деньги тому, кто может меня убить – совсем себя не уважать.

— Отец!

А я как раз была ребёнком, который терял чувство собственного достоинства, завидев деньги.

— Ты сказал, что дашь мне карманные деньги, если я нарисую что-нибудь для тебя, да?

Я хлопнула в ладоши и забрала альбом с цветными карандашами, делая вид, что мне это очень нравится.

Пока я рисовала, герцог нахмурился, поглаживая подбородок.

— Думаю, у тебя талант к рисованию. Не нанять ли мне тебе… учителя…

— Правда?

Я указала на один из рисунков и улыбнулась.

— И что это, по-твоему, такое?

— Я вижу какие-то мрачные штуки… Солнечный свет в аду?

— Это дерево, отец. А это?

— Кто-то держит косу… Это мрачный жнец?

— …Это отец, держащий меч.

Что ж, в некотором смысле, цепляться за жизнь – не так уж и плохо. Теперь теория о том, что я гений-художник, была опровергнута.

Пока я собирала карандаши, мысленно крича о том, что количество важнее качества, герцог Акард вдруг заговорил.

— Если ты поедешь в Боротну.

— Да?

— Чтобы объявить о твоём приезде, необходимо устроить банкет.

— Ах… да.

— Ничего не поделать, если ты плохо себя чувствуешь. Поскольку ты планируешь остаться там надолго, я должен обратить внимание на местную светскую жизнь.

Светская жизнь! Из того, что я видела в книгах, это целое поле битвы со всевозможными историями, а также разделением на друзей и врагов! Дети знатных семей соревнуются в борьбе за власть над чем-то!

«Думаю, мне это подходит».

Это было бы довольно интересно. Тем более, госпожа Оливия дала мне небольшой урок. Может стоит попробовать?

— Ты нежная и мягкая, поэтому я не знаю, хорошо ли ты приспособишься… Если ты устанешь, просто поздоровайся и скажи, что заболела.

— Что?

— Пока ты носишь фамилию Акард – никто не посмеет сказать тебе и слова, — герцог говорил прямо, — Не заставляй себя, потому что эти неотёсанные дети могу воспользоваться твоей слабостью.

Что это значит?

— Боюсь, я не смогу присутствовать на банкете, потому что слишком занят… Я отправлю Эвана. С ним тебе будет комфортнее.

Тебе не обязательно отправлять Эвана.

— Я… не хочу мешать Эвану своей болезнью, — я опустила взгляд и заговорила грустным голосом, — Я была так счастлива стать семьёй с отцом и Эваном, но теперь беспокоюсь, что моя болезнь может стать для вас помехой. Эван занят уроками…

Так что не отправляй его ко мне слишком часто.

Герцог Акард тихо пробормотал.

— …Добросердечная.

Затем он очень долго молчал. Мрачно взглянув на меня, герцог вздохнул и несколько раз посмотрел в окно. Затем отец достал из ящика священную реликвию и стал возиться с ней.

Он не задавал никаких вопросов и не обсуждал моё состояние. Тот факт, что герцог продолжал скрывать, что я смертельно больна, означал, что он продолжал действовать в соответствии с оригинальной историей.

«Я ни в чём не уверена, но сомневаюсь, что я ему настолько дорога, чтобы он отказался от желанной цели…».

Закончив рисовать, я взяла мешочек с золотыми монетами и вышла из кабинета.

Сеймур осматривал своё поместье Ханэу, когда обнаружил, что в  Боротне ведётся активное строительство.

— О, принцесса Акард скоро приедет на лечение.

Теперь барон Летиция мог без труда узнавать слухи, циркулирующие в округе.

— Лечение? Почему?

— Не знаю. Должно быть, она чувствует себя неважно. Тем не менее, я бы не сказал, что это неизлечимо. Говорят, лёгкий случай пневмонии.

— Как же она сможет проделать такой путь?

— Ну, ходят слухи, что герцог Акард очень заботится о своей невестке. Когда она стала сиротой, он лично забрал её.

Сеймур прищурился, глядя на большую строительную площадку. Слуга, рассказывавший слухи, улыбнулся и добавил.

— Мы предполагаем, что он слишком драматизирует, хотя она даже не сильно больна.

— Правда?

— Вот почему они ремонтируют виллу.

— Хм.

— По её приезду будет большой банкет, поэтому жители очень заняты в последние дни.

— Банкет…

— Тем не менее, она из семьи павшего графа, поэтому многие над ней насмехаются, но сам банкет, по крайней мере, будет шикарным. В любом случае, она принцесса Акард.

— Мы так далеко от столицы, здешняя светская жизнь довольно сомнительная.

— Здесь легче общаться.

Сеймур усмехнулся, его глаза заблестели.

Да, именно так. Он просто хотел познакомиться с принцессой Акард. Был не один и не два вопроса, которые он хотел задать.

— Разве вы не говорили, что скоро отправитесь в столицу? Уверен, вам будет трудно присутствовать на этом мероприятии, барон? Это всего лишь формальное приветствие.

Сеймур сразу же покачал головой на слова слуги.

— Нет, я должен присутствовать.

Банкет был прекрасной возможностью для встречи.

— Теперь я местный житель.

У него всё равно были дела в этом районе, поэтому он планировал остаться на некоторое время. Не было причин, по которым Сеймур не мог подождать приезда Ларии.

***

Вестианская тёмная информационная гильдия.

— Свен, это твой шанс, — произнесла Серена, любуясь своими ногтями, — Наконец-то ты сможешь встретиться с Ларией.

Свен метался в поисках встречи с девочкой. Однако, Ларии было трудно выбраться из резиденции герцога, да и он сам не мог навестить её. Художник по имени Редиан, который на днях посетил Ларию, едва спасся.

Но затем произошло нечто очень странное. Как сказала Лария, она купила десять картин Редиана, но по мере того, как репутация художника росла, цена картин стала удваиваться. Видимо, после того как его работы представили в нескольких салонах, количество покупателей внезапно увеличилось.

— Ты не пробовала поговорить с ней о картинах?

Свен приказал Серене узнать мнение Ларии. Девушка ответила, медленно кивнув.

— Но… Она сказала, что ещё не время и нужно подождать немного.

— Как и ожидалось, за ней стоит присматривать.

— Свен, ты не выяснил, почему художник стал такой важной фигурой? Он долгое время был неизвестен, и вдруг…

— Это… — Свен резко нахмурился, — …Работа Сеймура Летиции.

— Что?

Серена было удивлена неожиданным упоминанием этого имени и раздражённо пробормотала.

— Вау, этот преследователь. Он действительно задумал что-то нехорошее…

— Лария случайно заметила Редиана… В любом случае, похоже, что этот человек водит его по разным салонам.

— И как Лария оказалась в такой ситуации? — Серена покачала головой.

— В любом случае, давай встретимся и поговорим с ней. Думаю, мы наконец-то сможем увидиться.

Ларии приходилось быть осторожной в своих действиях, потому что герцог отправит с ней всех своих слуг, когда она отправиться в Боротну на лечение. Герцог Акард грозный противник.

Но впереди их ожидала очень хорошая возможность.

— Как мы и ожидали, они устроят банкет.

Если такой великий аристократ, как герцог Акард, не устроит банкет для единственной принцессы, то она станет лёгкой жертвой в светском обществе. Чем грандиознее будет банкет, тем сильнее возрастёт влияние принцессы Акард на территории.

— Банкеты идеально подходят для того, чтобы скрыться от лишних глаз, — сказала Серена, поднимая чёрного кота, сидящего на коленях Свена, — Тогда мы сможем рассказать о нашем заветном желании.

Свен довольно рассмеялся.

— Надеюсь она согласиться без возражений.

***

— Я слышала, что это последняя тенденция. Думаю, будет очень красиво, если вы попросите вставить сюда бриллиант, — Лиза раскладывала передо мной каталоги, — И тиара такой формы…

— Мне кажется, что тиара довольно безвкусная. Не лучше ли найти другое украшение?

Лиза уставилась на подошедшую к нам Серену.

— Не стоит ли врачу исполнять свои обязанности?

Хм, интересно, всегда ли Лиза была такой… Обычно Лиза была довольно спокойной и сдержанной, но в присутствии Серены она была слишком раздражительной.

— Мы выбираем платье для первого банкета госпожи Ларии, — раздражённо проговорила горничная, — Уверена, что в другом регионе мода может отличаться, но… Она должна надеть самое дорогое, модное, изысканное платье в столице и сиять ярче всех!

Её глаза яростно сверкнули.

— Это важная работа, так что не вмешивайтесь. Зачем врачу влезать в это?

— Нет, если это такое важное событие, то, конечно, я должна вмешаться. Ради психического здоровья Ларии.

Мнения Лизы и Серены всегда разнились, поэтому у меня не было другого выбора, кроме как найти компромисс. Мир наступил только после того, как мы сошлись на том, что Лиза выбирает платье, а Серена – аксессуары.

— Госпожа Лария, у вас есть другие идеи? Я немного разочарована…

Я хотела выбрать одежду сама, но до этого момента я не посещала банкеты, поэтому стандарты красоты мне были неизвестны.

— Ну… мне всё нравится.

— Герцог сказал, чтобы вы не обращали внимания на затраты. Он не установил ограничений, так что можно не советоваться с дворецким. Просто тратьте деньги.

Да? Тогда мой вкус на одежду будет довольно дорогостоящим.

— Давай добавим к платью побольше украшений. Самых лучших бриллиантов. Расположим камни даже там, где их не будет видно.

— Тогда… — после размышлений Лиза продолжила, — Мне придётся поговорить с дворецким и попросить его пригласить ювелиров. Существует ограничение на количество драгоценностей, которые мы можем хранить в гардеробной.

— Ох, Лиза… ты собираешься зайти так далеко? Если дело примет такой оборот, я… — я вздохнула, — …Буду так взволнована.

Однако был один момент, который я упустила. Фраза «Просто трать деньги» оказалась гораздо грандиознее, чем предполагалось.

Вскоре после того, как Лиза попросила дворецкого пригласить ювелиров, в резиденцию герцога были вызваны три самых известных столичных ювелира. В зале были выстроены в ряд все самые известные драгоценности.

— Это ожерелье из зелёных бриллиантов под названием «Слёзы зелени», которого не было в продаже почти 300 лет.

Я осторожно прикоснулась к нему, думая, что это слегка бликующий изумруд, и тут же получила объяснение.

— Всё, что продаётся на рынке – это подделки из изумрудов, но цены на них очень высоки. Для тех, кто не разбирается в ювелирных изделиях, я рекомендую именно их.

И тогда…

— Ох, к вам пришёл гость.

Очень не вовремя появился один человек.

Батлер Моранд смущённо произнёс.

— Она не успела связаться с госпожой Ларией, потому что должна была прибыть перед вашим отъездом.

— Лария, боже мой, Лария!

В зал вошла женщина, которая обняла меня ещё до того, как я успела что-то сказать.

— Прости, я только приехала! Мне так жаль!

Я заметила, как её взгляд сразу же устремился на разложенные драгоценности.

— Я услышала новости!

— К-кто…

— Ох, Лария. Тётушка! Я твоя тётушка! Разве твой отец никогда не рассказывал обо мне?

Насколько мне известно, у моего отца не было сестёр.

— Я двоюродная сестра твоего отца, Карен Мария Ростри. Мы виделись однажды, когда тебе было три года!

На вид Карен было около тридцати лет. На ней была довольно красивая одежда и аксессуары. Голубые глаза женщины были наполнены слезами, а её розовые волосы, похожие на мои, выглядели более тусклыми.

Забавно было то, что на её шее находилась точная копия ожерелья «Слёзы зелени».

После гибели моих родителей ни один родственник со стороны отца не пришёл на похороны. Потому что всё знали, что от моего отца не осталось ничего, кроме долгов.

Конечно, всем было известно, что мне некуда идти.

Двоюродная сестра моего отца, которую я встречала единожды в жизни, была мне совершенно чужим человеком.

Появление Карен вызвало огромный переполох в резиденции герцога.

— Ты уже вышла замуж, — произнесла женщина, приобнимая меня, — Но тебе всего четырнадцать.

— Так… — герцог Акард заговорил спокойным голосом, — Чего вы хотите?

— Я не могу оставить её одну в этом особняке.

Я погрузилась в свои мысли, когда её рука легла на моё плечо.

Если бы я не заметила, как глаза Карен заблестели от вида драгоценностей, то можно было бы даже поверить её словам.

«Но её глаза были такими искренними».

Рыбак рыбака видит издалека…

«Она смотрела на драгоценности, а не на меня».

Кажется, Карен не очень-то и спешила ко мне, раз услышала новости только сейчас.

— Разве у этого бедного ребёнка не должен быть хоть один кровный родственник, на которого можно положиться?

Хм. Не похоже, что она хочет получить деньги единожды.

Конечно, если бы я хотела получить небольшое состояние, мой отец уже приехал бы к герцогу Акарду, когда я выходила замуж. Или я пришла бы самостоятельно, сказав, что мой отец в долгах.

Герцог и правда покрыл все задолженности…

— Может… Мой отец был вам что-то должен?

— Конечно, нет! Посмотри на меня! — сказала Карен, рьяно отрицая мои слова, — Разве похоже, что мне чего-то не хватает? Я пришла исключительно потому, что беспокоилась о тебе. Как я могу оставить тебя одну?

Как и ожидалось, она хотела получить деньги не один раз.

«Если ей не нужны деньги сейчас…».

Подумала я.

«Она хочет получить много денег в будущем».

Карен ещё раз обняла меня и сладким голосом произнесла.

— Не правда ли, Лария? Как тебе было одиноко, пока ты была здесь…

Я была единственной, кто мог сказать Карен что-то дерзкое. Герцог Акард и Эван не могли относиться к членам моей семьи без уважения.

Я невинно ответила.

— Мне вовсе не было одиноко. Мой отец и Эван так добры ко мне. Я гораздо счастливее, чем была с графом Ростри.

Герцог закашлял, пытаясь сдержать смех. Эван покраснел и сжал губы, чтобы тоже не рассмеяться. Они гордились моими словами, но я находилась в сложном положении. Из-за того, что герцог перестраивает для меня виллу, пошли слухи о том, что меня здесь очень любят.

«Да. Она пришла, чтобы что-нибудь выведать».

Карен слишком много на себя берёт.

«Ну, наверное, она думает, что я отдам ей часть того, что у меня есть. Из-за кровных уз».

Но…

«Я человек не склонный делиться».

Я думала о кое-чём ещё.

«Нельзя позволить герцогу дать ей деньги. Он и так уже много потратил на меня».

Если Карен реализует свои планы, то даже двоюродные братья родственников приедут навестить меня.

Герцог, возможно, сначала и даст мне некоторую сумму, но потом, наверное, захочет избавиться от меня.

«Нужно контролировать ситуацию, чтобы в будущем высокомерные родственники, желающие нажиться, даже близко не подходили».

Проблема заключается в том, что я не могу выгнать её отсюда без веской причины.

И тогда…

— Кхе-кхе-кхе!

Я внезапно закашлялась, обняв Карен.

«Как и ожидалось».

Я почувствовала запах новенькой одежды. Уверена, что она купила новое платье специально для посещения нашего особняка. И, как сказал ювелир ранее, подделку «Слёз зелени» покупают люди, не особо разбирающиеся в драгоценностях, но желающие произвести впечатление.

Она подготовилась.

— Ох, дорогая?

— Кхе-кхе! Кха!

Я не обладала хорошей репутацией или богатством, поэтому всё, что я могла сделать – это кашлять. Но в моих руках это было невероятным оружием.

— Л-лария? Что с тобой?

— Госпожа К-карен… Кхе! Пожалуйста, поддержите меня… Я иду к Серене.

Карен была вынуждена встать, чтобы придержать меня. Женщина, конечно, не могла отказаться, ведь она так долго говорила о том, что я нуждаюсь в кровном родственнике под боком.

— И… отец… кхе! — я тихо произнесла, — Не думаю, что смогу продолжить просмотр драгоценностей… Но ожерелье «Слёзы зелени» такое красивое. Кхе-кхе! Думаю, мне его будет достаточно… Кха!

— Хорошо, я куплю его и передам Лизе, — быстро ответил герцог Акард и я вышла из зала вместе с Карен.

Поддерживая меня, она настороженно спросила.

— Лечение… Я слышала, что ты поедешь на лечение. У тебя сильные боли? Говорили, что это несерьёзная болезнь.

— Я в порядке, госпожа Карен. Просто мне нужен рядом родной человек, как вы и сказали. Моя родословная – это единственное, на что я могу положиться.

Она сказала, что пришла сюда, потому что хотела, чтобы я положилась на неё, и я покажу ей, как сильно я буду на неё полагаться.

Как только я вошла в комнату, нас встретила удивлённая Лиза.

— Госпожа Лария! Вы в порядке? Вы, наверное, опять сильно кашляли.

— Лиза, — я прильнула к Карен и тихо произнесла, — Почему бы тебе не взять пять дней отпуска?

— Простите? Почему?

— Это Карен Мария Ростри, двоюродная сестра моего отца.

— О боже, здравствуйте.

Прежде чем Лиза успела сказать что-то ещё, я с нежной улыбкой произнесла.

— Ради меня вы хотите остаться в резиденции герцога… Даже если вы падшая дворянка, я не могу нанять вас в качестве горничной, да?

— Лария? Горничная? О чем ты…

— Тогда… — спросила я, невинно прикрыв глаза, — Как мы можем остаться вместе?

— А?

— Если не в качестве горничной… Вы хотели бы стать герцогиней?

Карен слегка застенчиво склонила голову.

— …Ну, я подумала, что было бы неплохо остаться с тобой подольше.

Боже.

«Это уже слишком».

Я догадывалась, что она планирует отхапать много денег, но не знала, что она будет настолько бесстыдной.

— Кхе-кхе! Кха!

Я снова обняла Карен и закашлялась.

Ситуация не предвещала ничего хорошо. Нельзя молча стоять и смотреть.

Выгнать её, сказав: «Ты пришла сюда за деньгами!» – нереально. Карен, казалось, делала всё возможное, чтобы угодить мне.

Однако, я успела создать нежный и добрый образ Ларии, изгоняющей зло. Поэтому мне удалось найти выход из этой ситуации.

— Пожалуйста, позовите Серену… Кхе-кхе!

Если всё пойдёт по плану, то я предстану перед людьми герцога как самая бедная сиротка в мире.

«Может, это вызовет больше сочувствия».

— Ох, и… — я неожиданно сказала Лизе, — Отец собирается купить мне подлинное ожерелье «Слёзы зелени». Он сказал, что отправит его тебе, так что положи его в первый ящик моей тумбочки.

— Поняла. Удивительно, что на рынке появилось подлинное ожерелье. Стоит приберечь его и впервые надеть ожерелье на банкете.

Лиза, будучи талантливой горничной, услышав название, сразу же осознала важность драгоценности. Конечно, она была не единственной, кто это понял.

Внутри Карен разразилась буря. Ей было плевать на своего двоюродного брата, жившего и умершего бесполезным человеком. Последнее, что она помнила, это то, что он однажды пришёл к ней, прося взаймы, но она ему отказала.

Однако она узнала, что его дочь стала частью великой семьи Империи, частью Акардов.

Сначала она колебалась, потому что Лария казалась довольно замкнутой, но всё изменилось. Девочка начала страдать лёгким заболеванием лёгких и пошли слухи, что герцог Акард потратил огромные деньги на перестройку виллы для неё.

«Не знаю как, но я должна использовать её. Я смогу жить в достатке».

Карен была изгоем из павшей знатной семьи. Её положение было не лучше, чем у простолюдина.

Её двоюродный брат, носивший высокий титул, умер с позором, не оставив денег. Несмотря на это, Ростри были благородной и добродетельной семьёй, и она не собиралась зарабатывать деньги трудом.

«Самое время сорвать куш!».

Она прекрасно понимала, что если подходить к делу так, словно ей необходимы деньги, то не сможет заработать ни гроша. Карен даже заложила свой маленький домик, чтобы купить одежду и безделушки. Женщина ворвалась в особняк герцога Акарда, притворившись весьма состоятельной.

«Не может быть, чтобы он отказал мне, я ведь единственная кровная родственница, которая приехала к Ларии, верно?».

Карен была ещё той мечтательницей, и лучшее, что она смогла придумать, так это то, что ей удастся стать любовницей герцога. Тогда Лария будет заботиться о ней, как о своей матери.

У герцога уже был достойный наследник, но даже статус любовницы – это уже что-то.

И… если у неё появится ребёнок, возможно…

Даже если план не сработает, она думала, что могла бы стать, по крайней мере, учительницей Ларии. Карен ничему не могла научить, но было бы неплохо получать высокою зарплату за репетиторство.

Конечно, раз она родственница Ларии, ей выделят собственную горничную и лучшую комнату.

Женщина не хотела ехать за ней на виллу, она любым способом останется в резиденции герцога.

Комната для гостей, отведённая ей, привлекала внимание.

«Но почему она так больна? Это правда незначительное заболевание?».

Когда Карен пыталась немного поговорить с ней, Лария начинала кашлять и обнимала её.

— Когда я кашляла, мама всегда меня обнимала.

Как же жалко выглядит эта больная девочка.

— Если госпожа Карен обнимет меня, думаю, я буду чувствовать себя лучше…

Ничего плохого в том, чтобы держать её в объятиях. Однако…

— Извините меня, госпожа Карен.

Серена, врач Ларии, завела серьёзный разговор. Это произошло днём, когда Лария ушла на прогулку с Эваном. В это время Карен медленно поедала все самые изысканные угощения, которая она могла самостоятельно заказать в комнату.

— Мне сказали, что вы родственница госпожи Ларии.

— Да, это так, — триумфально ответила Карен, — Если бы я узнала о сложившейся ситуации немного раньше, то забрала бы Ларию и не позволила ей так рано выйти замуж.

— Я вас об этом не спрашивала, — сказала Серена, — Недавно вышла статья, посвящённая болезни госпожи Ларии…

Карен чуть не выплюнула чай после следующих слов Серены.

— Там что-то говорилось о заразности между членами семьи.

— Ч-что?

— Если болезнь проявилась в возрасте госпожи Ларии, то её можно излечить. Но если инфекция проявится в возрасте госпожи Карен, то может произойти необратимое повреждение лёгких.

— …Вы уверены? Я никогда не слышала о подобной инфекции.

— Я врач госпожи Ларии. Меня лично нанял герцог Акард.

Серена отреагировала так, словно разозлилась за то, что в её способностях усомнились.

— Ради этой работы я поставила на кон всю свою карьеру.

— Значит, Ларии нельзя обнимать меня во время кашля?

— Конечно. Подобное увеличивает шансы заразиться.

— Тогда вы должны были остановить её!

— Я врач госпожи Ларии, а не кого-то другого, — Серена пожала плечами, — Я решила, что объятия во время кашля будут полезны для её психологического здоровья.

Карен почувствовала, как земля уходит из-под ног. Как и сказала Серена, её лично нанял герцог Акард. Он даже купил настоящие «Слёзы зелени»!

Она не могла не поверить.

— Я не собираюсь сообщать об этом госпоже Ларии. Но я пришла сюда, чтобы проинформировать заинтересованные стороны, я же всё-таки врач. Тогда…

Серена отвернулась, а Карен выронила чашку с чаем.

Вскоре после этого, вернувшись с прогулки, Лария подбежала и обняла Карен.

— Кхе-кхе-кхе!

— Лария, ты в порядке?

Но на этот раз рядом был Эван.

— Если ты хотела обняться, то должна была сказать мне… Я бы обнял тебя.

— Д-да, Лария, я не хочу мешать молодой паре.

Лария лишь покачала головой.

— Нет, Эван. Я хочу, чтобы меня обняла моя кровная родственница, кхе!

Она не могла внезапно оттолкнуть Ларию, поскольку за ними наблюдал Эван. Лария сказала, что хочет обниматься с родственницей, поэтому ей было невозможно придумать оправдание.

Но…

— Кхе-кхе-кхе!

…Она не хотела заразиться болезнью лёгких.

— Лария, прости. Вдруг это заразная болезнь, ну, я думаю…

— Кхе! Серена сказала, кха-кха, что всё в порядке.

Стать герцогиней большой знатной семьи – хорошая идея, изнеженная воспитательница – тоже неплохо, но… Все же нет ничего важнее жизни.

Поэтому Карен пришла к выводу. Вместо денег когда-нибудь в будущем, она выбирает получить деньги прямо сейчас.

Если её поймают за посягательством на вещи герцога, её сразу поймают. Но если это будет просто подмена, то…

Та горничная сказала, что Лария впервые наденет его на банкете, поэтому пройдёт немало времени, прежде чем кто-нибудь заметит подмену. За это время она успеет спрятаться в другой стране.

И она нашла хорошее оправдание. Приближался день, когда Лария должна уехать в Боротну.

***

Это произошло за день до моего отъезда.

— Мне неожиданно сообщили, — Карен разочарованно вздохнула, — Мой друг находится в критическом состоянии… Так что сомневаюсь, что смогу поехать в Боротну вместе с Ларией, мне очень жаль.

Я изначально не собиралась ехать вместе с ней, но мне неизвестно, как далеко она продумала свои действия.

— Я хорошо провела с Ларией несколько дней, мне этого достаточно.

Должно быть, было приятно поедать всевозможные угощения, проживая в особняке герцога в течение пяти день.

— До свидания…

Карен вежливо попрощалась, стоя в том же платье, что было на ней в день приезда.

— Что ж… — герцог Акард заговорил, — Жаль, что вы не сможете присмотреть за Ларией, но так тому и быть.

Я вздохнула.

— Ах… Как жаль, мы ведь стали так близки.

— Ничего не поделаешь. Прощай…

Она уже собралась уходить.

— Госпожа Лария!

Дверь распахнулась и вошла Лиза. Она только сегодня вернулась из отпуска.

— Лиза? Без стука…

— «Слёзы зелени» какие-то странные!

— А?

Когда я удивленно воскликнула, Лиза протянула коробку едва сдерживая слёзы.

— Серена хотела посмотреть на ожерелье и уронила его. На нём появилась царапина.

Серена, ты проделала большую работу.

— Но бриллианты не царапаются, если падают с такой высоты. Это скорее похоже на изумруд, их легко повредить.

Я задрожала и прикрыла рот руками.

— Кроме того, цвет определённо отличается от того, который был в день приобретения…

Я быстро вклинилась.

— …Не так ли, госпожа Карен?

Лицо женщины было ужасно бледным.

— Когда вы пришли в особняк, на вас была точно такая же подделка из изумрудов.

Эван и герцог Акард, казалось, уже всё поняли, но ничего не сказали.

Я продолжила дрожащим голосом.

— Вы знали, куда я положила «Слёзы зелени».

Если быть точным, я специально ей сказала, куда положат ожерелье.

— Л-л-лария, это…

— Лиза была в отпуске, поэтому моя комната часто пустовала. Идеальный момент для подмены.

Я создала этот идеальный момент, и она повела себя так, как и ожидалось.

Карен нервно огляделась, но бежать было некуда.

— Ожерелье на вашей шее сияет ярче, чем раньше… — я продолжила, вытирая слёзы, — Но я не думала, что родственница, которая проделала такой путь сюда, предаст меня.

Не в силах слушать этот разговор, Эван вздохнул. Затем он медленно произнёс.

— Верните ожерелье и убирайтесь.

Все в этой комнате уже осознали сложившуюся ситуацию.

— Из-за того, что Лария слишком добрая, мы не можем грубо обходиться с её родственниками.

— Э-это…

Карен начала заикаться.

Герцог раздражённо произнес, проходя руками по своим волосам.

— Либо вас отведут в темницу, либо вы отдаёте «Слёзы зелени». Моранд, проверь ожерелье на всякий случай.

— Хорошо.

Я и не подозревала, что господин Моранд, дворецкий, умеет оценивать драгоценности.

Мне наконец улыбнулась удача. Ожерелье, из-за которого так тряслась Карен, конечно же оказалось подлинным. Её прогнали. Но кое-что герцог и Эван не заметили. Она ушла, не забрав своей подделки. Конечно, если бы она сказала: «Пожалуйста, верните моё ожерелье…», её бы действительно бросили в темницу. Эти двое не знают, что такое бедность, поэтому даже не задумались о местонахождении подделки.

«Но для Карен это были почти все её деньги».

Возможно, она даже заложила свой дом. Карен пришла в особняк, но не смогла ничего получить.

И тут пошёл второй акт нашей пьесы.

— Ах… — я склонила голову, — Я… верила ей… она же… моя родственница…

— Я не хотел говорить тебе, потому что ты выглядела счастливой, — Эван говорил начистоту, — На самом деле, это довольно распространённое явление, когда родственники хотят извлечь выгоду. Особенно если они появляются неожиданно.

Герцог Акард и Эван, похоже, раскусили её с того самого момента, как она появилась в особняке, но ничего не сказали из уважения ко мне.

— Я… Ах… Отец, у меня нет родственников, которые были добры ко мне, когда я была в беде. С этого момента, если кто-то приходит и говорит, что он мой родственник, пожалуйста, просто прогони его. Прошу.

— Лария.

— Просто мне… больно.

На мгновение в зале воцарилась тишина. Даже Моранд посмотрел на меня с жалостью и пробормотал.

— Вот так и становятся взрослыми, принцесса…

Теперь я могу спокойно сказать: «Я не хочу с вами встречаться, потому что в прошлый раз случилось кое-что неприятное», даже если родственники будут кружить у особняка, как мухи. Герцог сможет выгнать их без всякого чувства вины.

— Всё в порядке.

Затем герцог Акард положил руку мне на голову и сказал.

— Ты же говорила, что здесь ты гораздо счастливее, чем с графом Ростри. Не стоит зацикливаться на кровных узах.

— …Что?

— Именно так, Лария, — Эван тоже решительно произнёс, — Не грусти.

Я была слегка удивлена, увидев красные глаза, полные искренности.

— Я буду гораздо лучшей семьёй, чем все твои родственники вместе взятые.

Эм… Что? Я не ожидала такой реакции.

— Я буду лучше всех.

Честно говоря, я думаю, что нет ничего удивительного в том, что Карен так сбежала. Кто в здравом уме мог стать моей настоящей семьёй? Все просто пользовались мной. Конечно, герцог такой же…

— По крайней мере, для меня ты важный член семьи. Так что не волнуйся слишком сильно.

Когда я услышала слова Эвана, моё сердце пропустило удар.

«Что это?».

Неожиданно тёплые слова дошли до меня.

«Я тронута?».

Я стояла с пустым взглядом, а герцог вздохнул.

— Должно быть, тебе очень больно. Ты и так неважно себя чувствуешь.

— Тебе даже приходится оставить нас, чтобы восстановить силы…

Эван тоскливо сжал мою руку.

— Я заполню кареты подарками, чтобы ты не чувствовала себя одинокой. Я не могу заменить твою семью, но надеюсь, что это будет для тебя утешением.

— Спасибо, Эван…

Это был достаточно хороший исход. Я получу много подарков и мне больше не придётся встречаться с родственниками, а Лиза получила пятидневный отпуск. И…

— Боже мой, оно такое дорогое несмотря на то, что это подделка! Царапину уберут за пару дней. Мне нравится!

Поддельное ожерелье Карен досталось Серене. Это была награда за то, что она следовала сценарию, который я написала от начала до конца.

***

В день моего отъезда была целая колонна карет с моим багажом. Марсель пришёл из храма, чтобы дать мне своё благословение на отъезд.

Когда работники особняка герцога увидели сверкающие серебряные волосы Марселя, аккуратно ниспадающие вниз, все воскликнули.

— Боже, чувствую, что очищаюсь, просто глядя на него.

— Он выглядит так благородно…

На самом деле, он шарлатан…

— Спасибо всем. Этого недостаточно, но всё равно много.

— Ох? Вы не говорите по-имперски?

Марсель кивнул на наивный вопрос Серены.

— Я долгое время учился в Каровантесе.

Его слова снова взбудоражили всех.

— Почему… Такой удивительный священник…

Я поняла, почему Марсель притворялся священником. Он наслаждался тем, что его хвалят.

«Шарлатан, которому нравится, когда его узнают…».

Как бы то ни было, Марсель благословил меня, и жгучая боль снова распространилась по всему моему телу.

«Уверена».

Подумала я, нахмурившись.

«Моё тело не воспринимает благословение».

Марсель улыбнулся, а я миленько произнесла.

— Ты же будешь приезжать в Бортну время от времени, да?

— Ох… Это немного далеко… Это место…

— Ты обещал.

Марсель сразу же кивнул, когда ему передали конверт с пожертвованием.

— Да, конечно, я буду часто приезжать, чтобы благословить принцессу.

Получив конверт, он забыл, что должен притворяться, что не умеет говорить по-имперски?

Он положил его в карман.

— Иногда я буду посылать письма с вопросами о теологии. Пожалуйста, отвечай.

Я недоумевала моей реакцией на благословение.

— Хорошо.

Марсель кивнул. Сказав, что у него плотный график, он вернулся в храм, не дожидаясь моего отъезда.

— Лария.

Как только он ушёл, Эван, наблюдавший за всем этим, произнёс.

— Священники не могу жениться.

— А?

— Конечно, девушкам тоже не следует приближаться к ним.

— Я знаю, но почему ты вдруг заговорил об этом?

— Просто говорю.

— …Зануда.

Я была готова ухмыльнуться и уехать прямо сейчас. Моя карета была настолько высока, что мест там хватало только на двоих, поэтому Лиза с Сереной долго боролись за оставшееся место. В конце концов, Серена победила, потому что слуги, которые начинали рыдать, как только видели её, стояли тут и там.

Моранд, не в силах смотреть на это, пробормотал: «Нельзя позволить этому продолжаться», и заставил меня посадить её в мою карету.

Не думала, что её вопрос про отношения приведёт к таким последствиям.

Эван отвёл меня в сторону и напоминал снова и снова.

— Лария, ты моя жена. Хоть мы и молоды.

— Да, я знаю.

— Я буду часто приезжать.

— Сколько времени ты потратишь на дорогу туда и обратно? Это пустая трата времени, так что, пожалуйста, воздержись.

— Лария, ты не должна быть такой внимательной ко мне.

Я всерьёз задумалась, не попросить ли мне Свена перерубить мост на дороге в Боротну.

Герцог Акард, который молча стоял со скрещёнными руками, произнёс.

— Если ты станешь изгоем в светских кругах Боротны, напиши мне незамедлительно.

— Что?

— Невинные и слабые люди вроде тебя – идеальная добыча для общества.

Если кто-то в Боротне не будет со мной играть, то он пришлёт мне друга?

— Если ты плохо адаптируешься, то я просто перекрою местные источники средств.

Ах… В конце концов, он злодей, который может разом перекрыть поток местной экономики!

— Тогда ты сможешь купить дружбу за деньги.

— …

Разве такой совет надо давать ребёнку?

Настроение Эвана было не таким уж и плохим.

— Скоро увидимся, — сказал Эван, крепко держа меня за руку и не отпуская до того момента, пока я не села в карету, — Я приеду на твой банкет.

— Да, хорошо.

— Выздоравливай.

— Хорошо. А ты… выполняй свою работу добросовестно. Усердно занимайся и продолжай обучение фехтованию.

— Тогда что ты сделаешь для меня?

— …Буду восхищаться тобой?

Я сказала это, но такая награда казалась бесполезной. Повезло, что Эван не рассмеялся.

— Я сделаю всё, что в моих силах, Лария.

Неожиданно, но Эван выглядел довольно решительно.

Серена, сидевшая передо мной, посмотрела на Эвана и выглядела очень обеспокоенной. В конце концов, мы смогли отправиться в путь только после того, как Серена сурово предупредила, что если я буду медлить, то сильно устану.

Как только карета отъехала, Серена начала нервно кусать ногти.

— Это было опасно. Так и знала, что нам нужно уехать.

— Но… Он ещё ребёнок, с ним всё будет в порядке.

История немного исказилась после того, как я начала жить вместе с ними, но если я оставлю Эвана одного, то он вернётся к своему первоначальному характеру.

В оригинале Эван не проронил ни слезинки, когда я умерла. Несмотря на то, что я провела долги годы в качестве его жены. И буквально на следующий день он пошёл на банкет, словно ничего и не случилось. Да если бы обычное растение, за которым я ухаживала, погибло, я бы по нему грустила.

Чувства меняются, а люди – нет.

Тем не менее, на всякий случай я уйду пораньше.

— Свен придёт на банкет. Он не дворянин, поэтому не сможет присутствовать официально, так что он нарядится садовником

— Правда? А зачем он придёт?

— Ему есть что сказать госпоже Ларии.

Я молча кивнула. Сомневаюсь, что они помогают мне сбежать по доброте душевной.

«Уверена, что ему что-то от меня нужно».

Я вздохнула.

«Надо было стать злодейкой…».

У злодеек обычно есть всё, кроме хорошей личности и репутации. Я бы исправила эти два аспекта своими актёрскими способностями и жила бы, как душе угодно. Реальность же такова, что я – слабая второстепенная героиня, которой приходиться вести переговоры с лидером тёмной гильдии.

— Кстати, я получила портрет госпожи Ларии от Редиана! Очень красивый портрет.

— Пока оставь его в Вестианской гильдии.Картины Редиана продаются по 100 золотых за штуку.

— Хорошо, поняла!

— Серена, мне нужно кое-что сделать по приезду в Боротну.

Насколько я помню, примерно в это время Сеймур будет в этих краях.

— Да? Что именно?

— Во-первых, надо отправить письмо. В храм.

В письме будет вопрос: «Можно ли почувствовать боль при получении благословения?». Естественно, это письмо отправится Марселю. У меня есть другие планы, поэтому мне необходимо поддерживать общение с ним.

— И ещё, эти деньги…

Я утратила свою гордость в кабинете герцога. Я вытащила мешочек с золотыми монетами, которые получила за рисунки.

— Мне нужно, чтобы ты кое о чём позаботилась.

Мне следует вернуть потерянную гордость.

***

Особняк герцога Акарда, после отъезда Ларии.

Карудин, как обычно, заперся в своём кабинете, составляя отчёты. Он проживал с Матильдой довольно беззаботную жизнь, поэтому в политику вступил поздновато.

Именно герцог Орландо теперь полностью контролировал аристократию. Он пресекал на корню любого дворянина, которого считал более влиятельным, чем он сам. И тем, кого герцог Орландо пытался контролировать больше всего, был герцог Акард. Он не знал, в какую передрягу может ввязаться, если привлечёт к себе внимание.

«Я недостаточно силён, чтобы напрямую бороться с герцогом Орландо».

Думая, что власть Акарда растёт, он внезапно начал распространять слухи о браке Эвана, заставив всех насторожиться. Ему удалось унять слухи, но стоит быть осторожным.

Поэтому Карудин тайно собирал информацию обо всех дворянах и использовал её, чтобы склонить их на свою сторону. Пока никто не знает об этом.

Конечно, для этого требовалось много денег. Каким бы богатым ни был герцог, ему нужно постоянно проверять прибыльность шахт и спонсировать разные отрасли.

Поэтому свет в его кабинете не гас до поздней ночи.

Такими темпами через несколько лет у него будет гораздо большее влияние, чем у герцога Орландо.

Только после полуночи он остался один, дав все необходимые указания и инструкции.

Он начал просматривать бумаги и вдруг взглянул на дверь.

[— Отец, это Лария! Можно войти?].

Подумать только, он какое-то время не сможет увидеть Ларию, хотя недавно она стучалась в дверь кабинета и радостно что-то щебетала.

Она пробыла здесь совсем недолго, но в особняке герцога чувствовалось одиночество.

[— Мне вовсе не было одиноко. Мой отец и Эван так добры ко мне. Я гораздо счастливее, чем была с графом Ростри].

Она была нежным и милым ребёнком, любившим проводить время со своей семьей. Лария могла даже заплакать из-за того, что ей было одиноко.

Очевидно, что она будет угрюмой всю дорогу в карете.

Получилось так, что родственница, которую он считала самым близким человеком, украла её ожерелье и попыталась сбежать…

Вообще, с момента появления Карен стало понятно, что что-то не так, но он не ожидал, что она так быстро себя проявит. Невинная Лария, должно быть, сильно страдает.

«Мне не следовало говорить ей о светской жизни».

А что, если она была так расстроена, что боялась уезжать?

Карудин смотрел на рисунок, нарисованный Ларией, кусая губы.

[— Я хочу отплатить отцу].

Лария подарила ему священную реликвию, которую он так сильно хотел заполучить.

Реликвия реликвией, но Лария, вынесшая взгляды священников, запечатлелась в его памяти.

Теперь, когда она уехала, он подумал, что больше не сможет рассказать ни одной шутки в герцогстве. Слуги были так напуганы, что даже не понимали, что он шутит, а с Эваном они почти не общались. Эван, похоже, ненавидит его юмор…

Казалось, что особняк погрузился во мрак, хотя ушла всего лишь одна маленькая девочка.

Не только Карудин бедствовал посреди ночи.

Эван продолжал ворочаться в постели.

Кровать была слишком широкой. Нет, комната была слишком просторной.

«До приезда Ларии, когда я был дома, комната не казалась мне такой большой».

Половина шкафа была пуста, и половина ящиков опустела.

«К чему мне эти уроки и тренировки на мечах… Но Лария сказала стараться…».

Разве Кобб не говорил, что в первую очередь нужно заботиться о себе, если он хочет найти общий язык с девушкой?

Он собирается поехать на банкет, но до него ещё слишком долго.

В конце концов, Эван продолжал ворочаться. Ему нестерпимо захотелось встать. Он достал свою любимую сказку, которую подарила ему Лария, и перечитывал её снова и снова.

***

Особняк герцога, расположенный в столице, был довольно далеко от Боротны.

— Ух ты, как красиво.

Вилла в Боротне была настолько большой, что её вряд ли можно было называть виллой. Хотя я слышала, что она подверглась масштабному строительству.

— Хм… — я осмотрелась, — Деньги потрачены не зря.

Лиза кивнула, довольная моим комплементов. Позже я узнала, что её мнение было учтено при перестройке виллы.

— На самом деле, самым дорогим был сад!

— А?

— Принц сказал мне, что, поскольку госпожа Лария любит гулять в оранжерее, необходимо оформить точно так же и сад.

Придя в сад, я обнаружила, что всё было сделано идеально. Он был точной копией оранжереи, вплоть до расположения растений в резиденции герцога.

— Всё остальное можно было легко найти, но заполучить деревья Оклазии было довольно трудно.

— Правда?

— Да, это редкий вид деревьев, который сложно найти, но принц несколько раз подчеркнул это и приказал мне достать их.

Я мысленно поблагодарила Эвана.

Лиза продолжила.

— Честно говоря, обычно Оклазию не используют как декоративное дерево. За ним трудно ухаживать. Но я рада, что юго-запад – это регион, где почти все растения хорошо растут.

— Это… так? Тогда как оно оказалось в особняке герцога?

— Герцог неожиданно приказал посадить это дерево несколько лет назад.

— Понятно. Это невероятно.

— В конце концов, он читал всевозможные книги… Должна быть какая-то причина. Может это дерево является символом удачи где-нибудь на континенте или что-то подобное.

Я лишь кивнула.

Действительно, говорили, что после смерти Матильды, герцог какое-то время был безумно одержим книгами. После этого он отправил Эвана в академию и начал создание схемы взятия под контроль аристократии.

Так началась моя жизнь на вилле.

Жизнь на вилле протекала довольно спокойно. Никто не мельтешил перед глазами, поэтому мне было очень комфортно.

Вид из комнаты тоже был хорош, из окна я могла видеть лес Олта. Это был широколиственный лес в юго-западной части континента. Говорят, что в глубине Олты находятся таинственные растения, недосягаемые для людей, благодаря которым воздух в этом районе чистый и свежий.

— «Лечение» – это, конечно, хорошо, но воздух здесь и правда хороший.

Серена тоже осталась довольна нашим приездом.

— Лес Олта выглядит потрясающе. Говорят, что люди, которые уезжают отсюда, всё равно возвращаются.

Всего в лесу было пять территорий, две из них – Ханэу и Боротна. Они располагались не слишком близко и не слишком далеко друг от друга. Среди них Ханэу была самой отдалённой территорией от столицы и там придерживались традиционного образа жизни.

Можно было подумать, что Сеймур, главный герой новеллы, купил неизвестное поместье Ханэу по одной причине – обнаружение железной руды в будущем. Но он даже не догадывался об этом. Похоже, что Сеймур является обладателем какого-то баффа*, полученного по случайному стечению обстоятельств.

(*П/П: Бафф — понятие в компьютерных играх, обозначающее временное усиление игрока).

Сеймур приобрёл эту территорию по другим причинам.

— Я позаботилась обо всём, о чём ты сказала, с помощью других членов гильдии… — сказала Серена, протягивая пакет, — А это я купила из любопытства.

— Правда?

Я взяла бумажный пакет и почувствовала прекрасный запах.

— Может позовём Лизу и поедим все вместе?

— Конечно, хорошо.

Отношения между Лизой и Сереной было немного запутанными. Лиза, конечно, настороженно относилась к Серене, испытывая странное чувство соперничества.

— Эй, Серена.

— Да?

— Мне кажется, что вы с Лизой не ладите?

— Дело не в том, что мы не ладим…

Рыжеволосая Серена небрежно ответила.

— Я просто не особо интересуюсь Лизой. Конечно, иногда она действует мне на нервы, но я быстро забываю о ней.

— Да?

— У меня иногда нет сил интересоваться даже мужчинами…

Не знаю даже, что сказать. Очевидно, что у неё странные отношения со всеми мужчинами в особняке герцога, но подумав о том, что произошло перед отъездом в Боротну, я поняла – это было что-то с чем-то.

Слуги, которые не могли поехать с нами, рыдали, а те, кто всё же отправился с нами, заливались слезами ещё сильнее…

— Серена, встречаться с таким количество мужчин – это немного…

— Что ты имеешь в виду под «встречаться»? — твёрдо произнесла Серена, — Я просто общаюсь с ними.

— …

— Нужно узнать их получше, прежде чем решать, стоит ли идти на свидание или нет, верно? Пока ты не определилась, можно знакомиться со многими.

Мне было сложно опровергнуть её слова.

— Д-думаю, да. Что ж… Что бы я ни сказала, решать тебе. Я не особо разбираюсь в этом.

— Насчёт этого, — Серена прилипла ко мне, сверкая глазами, — Не думаешь, что стоит выяснить, какие мужчины тебе подходят, госпожа Лария?

— А? Меня это не волнует. Кроме того, я не хочу заводить интрижку.

— Это не интрижка… Просто расследование. Ваш разрыв с Эваном всего лишь вопрос времени. Ты собираешься быть одна всю оставшуюся жизнь?

— Ну… я ещё молода, да и мужчины меня пока не интересуют.

— Чтобы понять себя, нужно общаться с разными мужчинами, госпожа Лария.

Серена, казавшаяся бесконечно легкомысленной, говорила очень серьёзно.

— Ты не узнаешь, кто в твоём вкусе, а кто нет, пока не попробуешь. Только имея большой опыт, можно выбрать идеального партнёра. Например…

Серена улыбнулась, глядя на пакет, который принесла.

— Нужно попробовать мадлен*, чтобы понять, нравятся он тебе или нет.

(*П/П: Мадлен — французское бисквитное печенье небольшого размера из Коммерси, обычно в форме морских гребешков).

В пакете лежали мадлены, тесно связанные с моим предстоящим планом.

— Суть заключается не в том, чтобы узнать, что это за мадлен, а в том, чтобы узнать, понравится ли он госпоже Ларии.

— Ладно.

— Итак, госпожа Лария, тебе придётся провести много исследований. Я не прошу ничего делать, просто изучай, хорошо? Я имею в виду, свой вкус. У вас с Эваном не совсем нормальные отношения, и ты собираешься с ним расстаться…

Не важно, что она говорит, я не собираюсь флиртовать ни с кем, кроме Эвана, даже если мы с ним разойдёмся.

Возможно, из-за того, что она часто видела, как аристократы, связанные политическим браком, наслаждались встречами с другими людьми, но наши ценности немного отличались.

— Достаточно, давай просто поедим.

Я взяла бумажный пакет, купленный Сереной. В нём лежали довольно необычные мадлены, продающиеся только в районе Ханэу.

Я пригласила Лизу присоединиться к нам за чаем. Очевидно, что вкус печенья отличается от столичных. Даже моя горничная выглядела удивлённой и спросила Серену, где она их купила.

«Как и ожидалось…».

Уверена, что у меня скоро появятся денюжки.

«Очень вкусно и сладко».

Поедая ещё одну печеньку, я пробормотала.

— Придётся купить ещё немного, раз уж на банкет приедет Эван.

Мысль об угрюмом выражении лица Эвана, который будет говорить, что он уже не ребёнок, поедая целый пакет печенья, заставила меня улыбнуться.

***

Поместье Ханэу долгое время оставалось без присмотра. Хозяин Ханэу был некомпетентен, поскольку имел пристрастие к азартным играм. Поэтому, услышав, что Ханэу продано другому человеку, землевладельцы не удивились.

Однако некоторым было довольно грустно. Через середину территории протекала река Морфэ. Правую сторону реки Морфэ купил барон по имени Кайл Дарт Равонис, а левую сторону реки – барон по имени Сеймур Голд Летиция.

— Значит, мы… будем жить на разных территориях?

Поскольку территорию разделили два хозяина, жители для удобства называли земли Кайл-Ханэу и Сеймур-Ханэу. Но вскоре жители поняли, что их жизнь почти не изменилась.

Всё осталось как прежде, включая самое важное – налоги.

Прошло совсем немного времени, прежде чем Сеймур Голд Летиция вышел в свет. Он жил в особняке в Сеймур-Ханэу, где проживал изначальный владелец Ханэу.

Затем он сказал нечто странное.

— Я скуплю всю муку в Ханэу.

Прошлый год был урожайным на пшеницу, поэтому в каждом доме её было много. Он выкупил всю пшеницу, уничтожив рыночную цену.

Тогда все были в растерянности, не понимая причины странного поведения нового хозяина.

Но внезапно стали приезжать туристы, хотя Ханэу был непопулярным местом из-за своей географической изоляции. Поскольку эти территории не славились туристами, все жители были удивлены. Даже если стояло лето, а это означало сезон путешествий, такого ещё не случалось…

Кроме того, все туристы заходили в пекарни Ханэу, чтобы купить мадлен.

— Я приехал, чтобы попробовать мадлены из Ханэу!

— Простите?

Появилась толпа, желающая купить мадлены, поэтому в пекарне быстро закончилась мука. Из-за постоянно растущего спроса владельцам пекарни в конце концов пришлось снова покупать муку в три-четыре раза дороже, чем они продали Сеймуру. Тем не менее, это было в их интересах, поскольку прибыль продолжала расти.

Жители Ханэу, особенно пекари, день ото дня пребывали в недоумении.

Конечно… Были и те, кто извлёк выгоду из беспорядков в Кайл-Ханэу…

Это была я.

— Это действительно потрясающе, — Серена восхитилась, — Прибыль очень хорошая. Как ты предвидела эту ситуацию?

— Ну…

Я отпила чай и опустила взгляд.

Зная действия Сеймура, я просто извлекла немного выгоды…

— Я прочитала одну книгу, она была очень интересной.

— Ты читала книгу на такую тему?

— Да, когда я была в столице.

Причина, по которой Сеймур приобрел поместье Ханэу, заключалась в следующем. Он максимально погружался в работу, дабы заработать много денег. Сеймур особенно интересовался искусством. Именно в своей художественной «чуйке» он был уверен больше всего.

Сеймур случайно нашёл книгу, которая представляла собой путевой очерк, темой для которого послужил Ханэу. Книга была лёгкой и в то же время остроумной, само изложение было искусным, но, самое главное, описания были просто превосходными.

Книга называлась «После полудня в Ханэу», то была тонкая, великолепно написанные книга, вызывавшая желание посетить Ханэу хотя бы раз.

Однако, самой интересной частью в книге был «Мадлен из Ханэу». Медлены, сделанные в Ханэу, вкусом действительно немного отличались от других мадленов.

Во-первых, пшеница в Ханэу сама по себе источала уникальный аромат из-за воздействия леса Олта.Во-вторых, традиционный метод выпечки немного отличался от столичного, поэтому все эти факторы в совокупности делали мадлены из Ханэу отличными от остальной страны.

Автору книги нравились эти печенья, а может, он просто пристрастился к ним и использовал более трёх страниц для их описания.

Когда Сеймур прочитал это описание, ему показалось, что он не может позволить себе обсуждать даже хлеб, не попробовав мадлен из Ханэу.

Поэтому на заработанные на скачках деньги Сеймур купил титул, приобрёл поместье Ханэу и начал распространять путевой очерк среди путешественников.

— В этой книге я прочитала, что мадлены из Ханэу очень вкусные.

Стояло лето, сезон отпусков. Ханэу располагался на пути к побережью Морбороса, лучшему курорту на континенте. У каждого столичного дворянина была вилла на этом побережье.

В самом Ханэу смотреть было не на что, поэтому все достопримечательности осматривались за полдня. Поэтому те, кто путешествовал, заезжали в Ханэу по пути на побережье Морбороса. И они покупали мадлены. Их можно было съесть в качестве перекуса, когда ты проголодался во время короткой поездки.

Этим летом Ханэу будет переполнен туристами, бродящими в поисках пекарни с мадленами.

— Поэтому я подумала, что это будет прибыльное дело.

Сеймур предвидел ситуацию и использовал стратегию: заранее скупить муку по низкой цене и продавать её по высокой.

А я выбрала другой путь. Я посоветовала нескольким членам Вестианской гильдии, работавшим в этом районе, открыть пекарню, специализирующуюся только на мадленах. Естественно, работали только те, кто любит печь.

Сначала я купила бесхозный дом по низкой цене на деньги, полученные от герцога Акарда. После этого домик переделали в простую пекарню. Членам гильдии, отправленным с нами, было велено научиться печь мадлены у владельца пекарни. После создания нескольких пекарен, в которых пекли только мадлены, жителям территории запретили продавать запасы пшеницы в Сеймур-Ханэу.

— Все члены гильдии в восторге, — сказала Серена, взмахнув рукой, — Они всегда любили печь. Похоже, когда ребята выйдут на пенсию, то откроют свои пекарни.

Туристы, посещавшие этот район, естественно, покупали мадлены в Кайл-Ханэу.

Прошло три для после того, как туристы начали стекаться в Ханэу. Продажи были хорошими, но я уверена, они станут ещё больше.

«Конечно, после лета прибыль исчезнет».

Я решила взять часть чистой прибыли от продаж пекарни, которую создали члены Вестианской гильдии. Остальное будет их платой за работу.

— Но знаешь что? — спросила Серена, моргнув, — У другого барона, Сеймура Голд Летиции, довольно дурная слава.

— Почему?

— Он скупал пшеницу по низкой цене, а затем продавал по высокой цене местным жителям.

Что ж, это правда, что местные жители тоже наживались на мадленах, но они бы даже не вспомнили об этом, если бы знали правду. Им не было известно, что благодаря Сеймуру люди заинтересовались здешними печеньями.

— Мы должны просто тихо зарабатывать деньги, а затем незаметно уехать.

Я предложила прекратить это дело в конце лета.

Благодаря этой стратегии я смогла мобилизовать множество людей из гильдии.

— Все удивятся, когда заметят, что приезжие открыли столько пекарен из-за популярности мадлена, но… — Серена продолжила, — Здесь такая суматоха из-за туристов, так что никто ничего не заподозрит.

Я молча кивнула.

Очевидно, что Сеймур будет с интересом наблюдать за происходящим, даже если всё это будет происходить на фоне. Ведь именно он давным-давно придумал эту схему с мадленами.

К счастью, он не знал, что я Кайл Равонис, так что мне оставалось только не высовываться. Даже если он заподозрит меня, я просто надавлю на него актёрскими способностями.

«Я была той, кто сказал Эвану, что нельзя плохо относиться к людям из-за их статуса…».

Я дала себе объективную оценку.

«Я – мусор».

Когда другие знакомились с Сеймуром, они начинали тайно помогать главному герою, но я лишь продолжала пожинать его труды, вместо того чтобы содействовать.

Мне было довольно трудно и хлопотно зарабатывать деньги самостоятельно.

«Кусок мусора, который даже не пытается…».

Моя совесть, которая до сих пор спала, проявилась.

«Но в оригинале Сеймур зарабатывал астрономические суммы… Если я позаимствую немного, он заработает ещё…».

Я пыталась быть объективной к себе, но оказалась слишком мягкосердечной. Пойдя на компромисс со своей совестью, я вновь обрела самообладание.

— Благодаря тебе наша гильдия заработала много денег, госпожа Лария.

— Это взаимовыгодно.

— Пожалуйста, не стесняйся просить меня о чём-либо в будущем.

Серена продолжила с долей сомнения.

— Ты ведь собираешься сделать что-то с этими деньгами?

— Да, — ответила я, уперевшись подбородком на руку, — Я собираюсь потратить их на строительство дома.

Я собиралась построить особняк, который стал бы моим убежищем после побега. Когда я купила половину Ханэу, то присмотрела местечко, где не было особняков. Я хотела построить новый дом, который будет мне по вкусу.

— А… ты будешь баронессой Кайла Дарт Равониса?

Серена усмехнулась.

— Если позволишь, то мы позаботимся о незначительных расходах.

У меня не было достаточного количества денег. Думаю, мне едва ли хватит на постройку нормального экстерьера.

«Мечта о покупке собственного дома скоро исполнится!».

Я задумалась о том, какой дом мы построим с Сереной. Но вдруг послышался стук и прозвучал голос Лизы.

— Юная госпожа, мне нужно кое-что обсудить с вами насчёт предстоящего банкета.

— Да, заходи.

Лиза бросила взгляд на Серену и жестом велела ей уйти, но рыжеволосая сделала вид, что не заметила. В конце концов, ей пришлось уйти после того, как Лиза резко сказала, что это «важное дело герцога, посторонние должны уйти».

Мне тоже не хотелось впутывать её в дела герцога, поэтому я не стала удерживать Серену.

Когда Лиза наконец осталась со мной наедине, она вздохнула и заговорила.

— Юная госпожа, я не хочу обсуждать слухи, но…

— Да, этого не стоит делать.

— Я так волнуюсь, что ничего не могу с этим поделать.

— Что?

— Знаете, как все в Боротне называют «врача с виллы»?

— Как?

— Великой обманщицей.

Забавно. Если бы Серена услышала это, то не стала бы отрицать или обижаться, настолько всё было очевидно.

— Она хороший врач.

Вообще-то, её познания о медицине ужасны, но…

— Принц попросил меня об этом. Поскольку она очень подозрительная, он хотел, чтобы я никогда не оставляла вас наедине с ней.

Я не могла перестать восхищаться невероятным чутьём Эвана. Он подозревает Серену, которая сумела обмануть даже герцога Акарда.

— Он сказал мне не оставлять вас двоих наедине как можно чаще.

Боже мой. Он никак не мог заметить, что мы разрабатываем план побега. Эван просто невероятен.

«Мне стоит быть осторожнее. Он, вероятно, куда внимательнее герцога».

Я быстро сменила тему.

— В любом случае, дата… моего первого банкета назначена.

Прошло около месяца с тех пор, как я приехала в Боротну. За это время я не выходила в свет, говоря, что хочу отдохнуть после путешествия.

Проведение банкета давало понять, что я собираюсь адаптироваться в этой местности.

— Я узнала, что здесь, на юге, принято вешать картину хозяина у входа в монастырь. Я предлагаю вам нарисовать картину самостоятельно.

Я надулась. Если бы я знала, что такое произойдёт, то бесстыдно бы сказала: «Да, я будущая художница!», когда герцог Акард сообщил, что наймёт для меня учителя рисования.

«Я должна заполучить всё. Никогда не знаешь, что и когда пригодится».

Не догадываясь, о чём я думаю, Лиза продолжила.

— Это список здешних дворян. Чтобы проявить вежливость, необходимо написать приглашения лично, даже если будет всего пару строк. Думаю, вам стоит заняться этим в ближайшее время. А также нужно запомнить имена.

— Да, хорошо. Но список очень длинный?

— Многие всё равно не придут. Они знают, что мы посылаем приглашения из вежливости. Здесь довольно мало молодых аристократов. Например…

Лиза нахмурилась, просмотрела список и выделила одно имя.

— Барон Сеймур Голд Летиция?

Страница книги Поскольку она была больна, она стала невесткой злодея в интернете

Table of Contents

1 - 1

1 - 1.1

1 - 1.2

1 - 2

1 - 2.2

1 - 3

1 - 4

1 - 5

1 - 6

1 - 7

1 - 8

1 - 9

1 - 10

1 - 11

1 - 12

1 - 13.1

1 - 13.2

1 - 14

1 - 14.1

1 - 14.2

1 - 15

1 - 15.1

1 - 15.2

1 - 16

1 - 16.1

1 - 16.2

1 - 17

1 - 17.1

1 - 17.2

1 - 18

1 - 18.1

1 - 18.2

1 - 19

1 - 19.1

1 - 19.2

1 - 20

1 - 20.1

1 - 20.2

1 - 21

1 - 21.1

1 - 21.2

1 - 21.3

1 - 22.1

1 - 22.2

1 - 23

1 - 23.1

1 - 23.2

1 - 23.3

1 - 24

1 - 24.1

1 - 24.2

1 - 24.3

1 - 25

1 - 26

1 - 27

1 - 28

1 - 29

1 - 30

1 - 31

1 - 32

1 - 33

1 - 34

1 - 35

1 - 36

1 - 37

1 - 38

1 - 39

1 - 40

1 - 41

1 - 42

1 - 43

1 - 44

1 - 45

1 - 46

1 - 47

1 - 48

1 - 49

О книге