Глава 1 - Чэн Кэ отступил на шаг и со всей дури пнул мусорный бак

«Отброс!»

Сидя на бордюре, Чэн Кэ вытащил сигарету из кармана и отвернулся от ветра.

Это было последнее слово, которое он услышал перед тем, как уйти из дома. Должно быть отец… Нет, так о нем думали абсолютно все члены семьи.

Отброс. Мусор.

Чэн Кэ невольно кивнул, словно вторя собственным мыслям.

Ветер был сильным, и как бы он ни старался: отворачивался к подветренной стороне, наклонялся или прикрывал лицо капюшоном, — зажечь сигарету ему не удавалось.

— Блядская хрень, — выругался Чэн Кэ, кинув злополучную зажигалку куда-то на обочину тротуара.

Он был мусором, который не мог даже прикурить сигарету.

Но самобичевание не могло избавить мужчину от желания закурить. Да, он был отбросом и бесполезным мусором, который уже два года не мог бросить курить, и сделать это сейчас — в такой ситуации — было просто нереально.

Чэн Кэ покосился на обочину, на которую собственноручно зашвырнул единственную зажигалку.

Трава была сухой, но чертовски густой. А еще эти кусты…

Он как наяву представил ситуацию: сидит он на корточках, копошится в траве и касается рукой кое-чего…

Чэн Кэ замотал головой, отгоняя подальше неприятные мысли, и огляделся. На улице было полно людей, которые торопливо проходили мимо. Каждый их шаг сопровождался шуршанием желтых опавших листьев, гонимых бойким ветром.

Идти в спешке по улице и никого вокруг себя не замечать было чуждо для Чэн Кэ.

Через пять минут он наконец глазами с молодым человеком, который по пути бросил окурок на землю.

— Чувак, — подозвал его Чэн Кэ, — огоньку не найдется?

— Да, — парнишка достал зажигалку.

Щелк.

Щелк.

Щелк.

Молодой человек старательно нажимал на кнопку зажигалки, в то время как Чэн Кэ спокойно держал сигарету, затаив дыхание в предвкушении. Как только он почувствовал, что огонь вот-вот появится и край сигаретной бумаги опалится, кнопка зажигалки с очередным щелчком просто провалилась.

Чэн Кэ поднял на незнакомца озадаченный взгляд.

— Эм… мне очень жаль, — смутился молодой человек, — я только что прикуривал от нее, все было в порядке.

— Ладно, — Чэн Кэ кивнул и дважды вздохнул, — спасибо.

Молодой человек пошел дальше, а Чэн Кэ убрал сигарету обратно и похлопал по карманам еще раз, чтобы окончательно убедиться, что, кроме пачки сигарет, в них ничего нет.

Услышав слово «отброс», Чэн Кэ выскочил из дома, оставив телефон и бумажник. Туда он, вероятно, больше не вернется.

Мужчина подошел к обочине тротуара и встал на сухую траву, несколько минут вглядывался через ветки кустарников, но не увидел зажигалку, лишь несколько скомканных использованных салфеток. Он снова вздохнул и обернулся. Все это время за его спиной находился небольшой частный магазинчик.

Зависимость Чэн Кэ от сигарет не была такой уж сильной. Но люди странные создания: если сигареты и зажигалка под рукой, они могут вспомнить о курении всего несколько раз в день, но если их нет, то тяга становится нестерпимой и вскоре начинает походить на болезнь, которую может вылечить только одно лекарство.

— Добрый вечер, — поприветствовала его девушка за кассой.

— Добрый, — Чэн Кэ подошел к ней ближе и взял зажигалку с прилавка.

Прежде чем девушка отреагировала и спросила, будет ли гость ее покупать, Чэн Кэ выполнил серию быстрых движений: зажег зажигалку, прикурил сигарету, поставил зажигалку на место, толкнул ногой дверь магазина и вышел.

Вот и все.

Самая сложная операция в его жизни прошла необычайно гладко.

Он устроился на железной скамейке, одиноко стоящем на краю улицы, и неспешно выкурил сигарету. От холода по его спине пробежали мурашки: от шеи до промерзшей задницы.

Чэн Кэ лениво отодвинул манжет куртки и проверил время. Было уже больше девяти вечера.

У него не было привычки носить наручные часы, но в прошлом месяце эти «Цзицзя» [1] подарил ему Чэн И. Получив такой дорогой подарок, Чэн Кэ был удивлен и подумал, что часы стали символом некоего прогресса в отношениях двух братьев, поэтому, примерив однажды, больше не снимал.

(П/п: «积家» — (более известная русскоговорящим под названием «Jaeger-LeCoultre») — марка швейцарских часов класса «люкс»)

Но кто знал, что жизнь так повернется и через месяц отец вышвырнет Чэн Кэ из дома.

Выходит, его прошлые мысли были просто досадным недоразумением.

Был ли Чэн И причастен к произошедшему или нет, он понятия не имел и не хотел сейчас об этом думать. Чэн Кэ даже не знал, что вообще произошло.

После слов отца… ему не дали больше ни единого шанса заговорить!

Ах.

Дерьмо.

Чэн Кэ был плох в бизнесе и не умел вести дела, в отличие от Чэн И, и чувствовал себя простым офисным планктоном, который ничего не сможет добиться и до конца жизни будет пресмыкаться перед отцом, чтобы хоть как-то выжить.

Он действительно не знал, что следовало сказать и как было лучше разрешить недопонимание. В тот момент Чэн Кэ ощущал себя именно тем, кем назвал его отец — отбросом.

Уже прошло достаточно времени, и задетые чувства Чэн Кэ более или менее пришли в норму, поэтому сейчас как никогда ему хотелось получить ответы на вопросы, которые он не смог задать всего несколько часов назад.

Чэн Кэ пошел вперед по тротуару. Сейчас Лю Тянчэн должен быть в магазине, который, кажется, располагался не так далеко отсюда. Если идти пешком, то путь займет примерно… час.

Через некоторое время поднялся сильный ветер, и людей на улице стало еще меньше. По обеим сторонам дороги потихоньку начинали зажигаться фонари.

Внезапно позади раздался короткий гудок.

Чэн Кэ даже не обернулся и продолжил идти. Мимо проехала красная спортивная машина и остановилась в двух–трех метрах от него.

Это был «Майбах», любимый автомобиль Чэн И. В последнее время он сам садился за руль и почти лишил работы личного водителя. Чэн Кэ не нужно было слышать звук мотора или смотреть на номера: лишь учуяв запах выхлопов, Чэн Кэ понял — это «Майбах» Чэн И.

Окно со стороны переднего пассажирского сидения медленно опустилось, и Чэн И выглянул на улицу.

— Куда направляешься?

— На тот свет, — обронил Чэн Кэ и пошел дальше.

— Подвезти?

— Не будь таким беспечным, — остановился Чэн Кэ, — а то упадешь на самое дно вместе со мной.

— Это не имеет значения, — улыбнулся Чэн И и протянул бумажник. — Вот, ты забыл его дома…

Не сказав ни слова, Чэн Кэ взял его и осмотрел.

Только бумажник. Телефона нет.

— Твой мобильник остался в комнате. Я не стал туда заходить, — добавил Чэн И.

— О, — Чэн Кэ недоверчиво взглянул на брата, — так значит, бумажник сам вышел из комнаты?

— Его я вытащил из пальто, которое ты оставил в гостиной, — просто ответил Чэн И. — Скажи, если тебе понадобится что-то еще. Давай поедем домой вместе и соберем все необходимое, когда отца не будет.

Со стороны он и правда казался заботливым братом, но… Чэн Кэ едва удержался, чтобы не усмехнуться в ответ.

— А сейчас просто сними номер на ночь, — произнес Чэн И с улыбкой, но в следующее мгновение в его взгляде промелькнула жесткость и холодность: — Среди твоих собутыльников нет настоящих друзей, поэтому не думаю, что кто-то из них захочет тебя приютить.

Чэн Кэ по-прежнему молчал и смотрел на него, не выдавая своих эмоций.

— Начни с самого начала, — добавил Чэн И. — И больше не полагайся на семью.

Чэн Кэ все еще молчал, но в этот раз ему действительно нечего было сказать в ответ. Начать с начала и не полагаться на семью? Он не мог понять, что творилось в голове Чэн И, а самое главное — почему тот решил дать ему наставление, да еще столь серьезным тоном. Скрытая угроза?

— Езжай, — скомандовал Чэн И водителю и закрыл окно.

Чэн Кэ не мог понять чувств, которые зародились в его сердце после этой короткой беседы. Он проводил взглядом уезжающий автомобиль, опустил голову и открыл бумажник.

Удостоверение личности.

Чэн Кэ нахмурился.

Кроме него не было больше никаких карт [2]: ни членских, ни банковских, ни кредитных.

(П/п: удостоверения личности китайцев не похожи на наши паспорта (больше на водительские права), они имеют форму простой банковской карты)

— Просто охуенно, — недовольно пробубнил Чэн Кэ, заглядывая в каждый кармашек визитницы и попутно теряя надежду найти хоть что-то.

Когда Чэн И говорил о съеме номера в отеле, Чэн Кэ решил, что тот издевается, но внезапно обнаружил в одном из кармашков купюру.

Сто юаней… Обычно в его бумажнике не было налички. Выходит, Чэн И вложил ее специально? Но почему?

Этих денег должно было хватить на номер в старом отеле на краю города.

Чэн Кэ вытащил красную купюру и крепко сжал. Его руки задрожали от злости. Стоило ему увидеть эти злосчастные сто юаней, как клубок эмоций, тесно сплетенный в его сердце, стал медленно распускаться, и волна гнева и обиды прокатилась по всему телу до самых кончиков длинных пальцев.

Чэн Кэ сдержался, когда отец выгонял его из дома, когда брат говорил гадости о друзьях, когда эта гребаная зажигалка отказывалась работать, но сейчас… Эти сто юаней были ничем иным, как подачкой, победоносным жестом чемпиона, который всем сердцем хотел поглумиться и унизить проигравшего.

— Сука! — выругался Чэн Кэ сквозь стиснутые зубы, пихнул деньги в бумажник и швырнул его в ближайший мусорный бак.

Каждый раз, когда Чэн Кэ пытался что-то кинуть в урну с расстояния больше метра, то непременно промахивался и перекидывал. На этот раз мусорка стояла в двух или даже в трех метрах от точки броска, поэтому промах Чэн Кэ был неизбежен. Однако бумажник полетел точно в цель…

А купюра в сто юаней вылетела из кармашка и упала на землю.

Чэн Кэ подошел, чтобы забрать деньги, свирепо сжал их и бросил снова. Он напряг мышцы руки так сильно, что они заболели.

Затем он отвернулся и, как ни в чем не бывало, зашагал дальше по дороге. Он остановился только на перекрестке, увидев мигающий зеленый цвет пешеходного светофора.

Изначально он хотел пойти к Лю Тянчэну, но больше не мог этого сделать.

Игнорировать скрытую угрозу Чэн И было нельзя, ведь наверняка именно с его наводки отец вышвырнул Чэн Кэ из дома. Если он сумел так легко настроить отца против собственного сына, то что ему стоило уничтожить брата на улице, на которой тот был беззащитен и одининок?

У Чэн Кэ не было особенно близких друзей. Все его знакомства ограничивались хорошей компанией для развлечений и не выходили за эти рамки. На самом деле, Чэн Кэ был одним из тех, кто не подпускал людей слишком близко.

Таким образом, деваться ему было некуда. Как того и хотел Чэн И.

Вот так…

Чэн Кэ долго смотрел на сигнал светофора, который успел смениться на красный, затем обреченно вздохнул и пошел обратно.

Ему нужно было найти место, в котором можно остановиться сегодня ночью и придумать решение проблемы. Во всяком случае, сто юаней — гребаная подачка — могли не плохо помочь ему в этом.

Придется их забрать.

Мусорный бак, в который он выбросил бумажник, представлял собой не что иное как огромное зеленое ведро.

Которое стояло рядом с другим, точно таким же огромным зеленым ведром.

Крышка, открытая еще несколько минут назад, была закрыта неким добропорядочным гражданином. Увидев это, Чэн Кэ впал в ступор, поскольку не знал, в какой их этих двух мусорок покоились его драгоценные сто юаней.

В двух мусорных баках отражались неоновые огни бара, которые ярко светили с другой стороны улицы, и фигуру сердитого мужчины, который явно не собирался отступать.

Некоторое время Чэн Кэ стоял неподвижно, размышляя о неприятностях и пытаясь оправдать свою нерешительность.

Сейчас он столкнулся с несколькими проблемами.

Первая — кругом было много глаз, поэтому действовать открыто будет сложно.

Вторая — он никогда прежде не думал, что придется копаться в мусоре, поэтому не мог так просто это принять и нырнуть в бак.

Третье — он не знал, бросил ли бумажник и деньги в одну и ту же мусорку или же в разные.

Вот же гадство.

Наконец, Чэн Кэ случайным образом выбрал бак слева и подошел ближе, осторожно приподнял крышку кончиками пальцев и заглянул внутрь.

Мусорка оказалась полупустой, поэтому было сложно разглядеть ее содержимое. Но самое ужасное — бак, который выглядел довольно чистым снаружи, ужасно вонял изнутри.

Чэн Кэ опустил крышку, пытаясь заблокировать удушающее зловоние, затем снова ее поднял, поскольку поиски должны были продолжаться. Повторив действие несколько раз, он ощутил горечь в горле и резь в глазах.

Как он только до такого опустился?!

От напряжения на виске Чэн Кэ вздулся кровеносный сосуд, а гнев, который рассеялся из-за вонючей кучи мусора, в тот же момент хлынул прямо в голову.

Мужчина мгновенно рассвирепел и словно взорвался, отступил на шаг и со всей дури пнул мусорный бак.

Послышался глухой звук «бум», и мусорка, сверкнув содержимым, обреченно завалилась на бок. Теперь грязные пакеты, старые газеты, коробки быстрых обедов, залитые соусом, рекламные буклеты и все остальное было разбросано по тротуару… Чэн Кэ на мгновение даже обрадовался и решил рассмотреть содержимое бака со стороны. Но внезапно среди кучи мусора что-то зашевелилось, отчего волосы Чэн Кэ встали дыбом.

В жизни он не боялся ничего! Кроме крыс, пауков и змей.

И это была крыса?!

Прежде чем он успел убежать как можно дальше от отвратительного существа, из-за темного угла выскочила чья-то фигура. Чэн Кэ получил удар в лицо, даже не увидев нападавшего.

Ауч!

Что за нахрен?

Кулак, который внезапно его атаковал, оказался довольно тяжелым на удар, и Чэн Кэ, который совершенно не ожидал нападения со стороны, не мог прийти в себя не меньше, чем три секунды.

С самого детства он тренировался в спортзале, но впервые его ударили по лицу на улице и без защитного снаряжения.

— Ты больной? — закричал Чэн Кэ, подняв голову, чтобы отчетливо разглядеть физиономию нападавшего. Первой реакций на происходящее, конечно, была ругань.

— Ты больной? — крикнул мужчина одновременно с ним.

— А?

Неужели удар был настолько сильным, что у Чэн Кэ разыгрались звуковые галлюцинации?

— Какого черта ты пнул мусорный бак? — спросил незнакомец, злобно уставившись на него.

— Пнул… — Чэн Кэ, который наконец пришел в себя, снова ударил в голову взрывной приступ гнева. — Блять, я пнул твою мамочку? Ну прости!

Мужчина ничего не ответил и стремительно поднял ногу.

Чэн Кэ собирались нанести еще один удар, который по силе не шел ни в какое сравнение с первым. Но Чэн Кэ умел защищаться и сейчас, в отличие от первого раза, прекрасно видел своего противника, поэтому ловко уклонился и в ответ левым кулаком ударил нападавшего в челюсть.

Мужчина отшатнулся и замер.

Хорошо, значит, они были примерно в одной весовой категории.

Когда неоновые огни вывески бара вспыхнули зеленым цветом, Чэн Кэ наконец смог разглядеть этого сумасшедшего.

Мужчина был молодым и довольно высоким, в лыжной шапке, натянутой до самых бровей. Поскольку кожа окрашивалась то зеленым, то красным, то желтым от мигающих фонарей бара, различить черты его лица было сложно. Но Чэн Кэ сразу увидел огромный шрам на левом виске, тянущийся к самому уху.

Лишь один этот шрам обличал в незнакомце отпетого негодяя.

К тому же этот парень был определенно точно не в себе: в нынешнюю погоду люди стараются надеть теплые пуховики, а этот псих ходил в одной футболке.

Глядя на него, Чэн Кэ невольно вздрогнул от холода и оставил идею дальнейшей расправы.

Вот только Шрам был другого мнения. Он не отличался терпимостью, поэтому не стал ждать, пока незнакомый дебошир рассмотрит его в свое удовольствие. Шрам снова замахнулся и нацелился в лицо. Поскольку удар был резким, Чэн Кэ не успел увернуться, вместо этого он поставил блок и контратаковал точным ударом в ногу.

— Твою мать! — взревел Шрам.

— Что за нахуй? — нахмурился Чэн Кэ, не понимая, как этот парень смог остаться на ногах.

Когда Шрам снова захотел нанести удар ногой, Чэн Кэ спросил с вызовом:

— Чего так распсиховался? Только не говори, что в этом баке был твой ужин!

— Ты че, бля, мелешь? — Шрам кивнул в его сторону: — Это ты в нем копался, а не я.

— Сука! — процедил Чэн Кэ сквозь зубы, вспомнив о постыдной правде.

Еще секунду назад он думал остановить эту бессмысленную потасовку, но сейчас хотел только одного: выбить из Шрама все дерьмо!

Чэн Кэ замахнулся, но Шрам первым нанес удар.

В их драке не было тактики. Даже если бы Чэн Кэ знал, как правильно двигаться с технической точки зрения, то в этот момент все равно стал без разбору махать кулаками: когда эмоции берут верх, голова отключается. Тогда-то он и обнаружил, что зря недооценивал Шрама. Несмотря на то, что мужчина явно был любителем, он бил безжалостно, сильно, мощно, ставил блоки, практиковал обманки, делал заломы. Ни одно движение Шрама не было профессиональным, но каждый удар попадал в цель.

Чэн Кэ не мог понять, что именно воспламенило его боевой дух, но вскоре он, под стать Шраму, стал более агрессивным, и тогда их потасовка превратилась в безудержный кулачный бой.

Когда позади них раздались короткие гудки автомобиля, Чэн Кэ пришел в себя.

Ему было плевать на прохожих и зевак, плевать на полицию, которая могла арестовать его за драку. Единственное, что его волновало… лишь бы Чэн И не увидел эту сцену.

Поэтому он резко отстранился от Шрама и оглянулся.

На мгновение его сердце напряглось, но, когда Чэн Кэ увидел белый «Ленд Ровер», его тут же отпустило. Затем в его голове возникло внезапное озарение: «Что со мной стало за каких-то два часа?!»

Из машины выскочил мужчина с деревянной битой в руке и подошел к нему:

— Ты че нарываешься? Ты, бля, смерти ищешь?

— Че ты встреваешь не в свое дело? — грубо ответил Чэн Кэ.

— Так, стоп, — холодно скомандовал Шрам, стоящий рядом. — Где моя куртка?

— Да-да, — мужчина с битой угрожающе зыркнул в сторону Чэн Кэ, вытащил куртку через окно машины и кинул ее Шраму. — Что здесь произошло? Я позвоню нашим…

— Просто достань кота, — прервал его Шрам, кивнув в сторону мусорного бака.

— Бля! — Чэн Кэ посмотрел в ту же сторону и почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота.

Он пнул мусорный бак и опрокинул его на кота? Каким бы крепким ни было животное, после такого оно не могло остаться в живых. Чэн Кэ подумал о раздавленном маленьком тельце, и по его телу прокатилась дрожь, на коже выступили мурашки, а во рту появился кислый привкус.

— Кис-кис? — позвал котенка Шрам.

Его совсем не волновало психологическое состояние Чэн Кэ, он встал на колени и оперся рукой о землю, наклонился, заглянул в мусорный бак и снова повторил:

— Кис-кис? Мяу~ Мяу~

Чэн Кэ, прикрывая рот и подавляя приступ тошноты, удивленно посмотрел на него.

— Киса-киса… — тот мужчина с битой тоже склонился к земле и начал звать кота, но внезапно его прервал Шрам.

— Иди, поищи его в мусоре.

Без малейшего колебания мужчина кивнул в ответ, забрался в мусорный бак руками и стал разбирать мусор. Он возился так какое-то время, а затем замер.

Увидев его реакцию, Чэн Кэ снова почувствовал подкатывающую тошноту и зажмурился, а когда решился открыть глаза, увидел в руках мужчины совершенно невредимого грязного серого котенка.

Чэн Кэ удивился и, почувствовав облегчение, собрался уходить. Но он не прошел и двух шагов, как его окликнул задорный голос Шрама:

— Щенок, ты не это искал в мусоре?

Чэн Кэ обернулся, проследил за пальцем Шрама и увидел сотню юаней среди груды мусора. Его сердце сжалось от радости, но страх унижения был сильней.

В конце концов Чэн Кэ просто промолчал, отвернулся и пошел дальше, а пройдя несколько шагов, ощутил сильную усталость. Он был слаб физически и эмоционально и находился на грани…

Белый «Ленд Ровер» промчался мимо и остановился на перекрестке. Чэн Кэ на какое-то время уставился в зад автомобиля, а затем резко повернулся и пошел назад.

Сейчас ему не стоит притворяться сильным и гордым. У него есть выбор: подохнуть на улице без гроша в кармане или принять подачку — эти сто юаней…

— Поверни назад, — скомандовал Цзян Юйдо, продолжая вытирать влажной салфеткой грязную шерсть котенка.

— Что? — переспросил Чэнь Цин удивленно, но все же нажал на тормоз и развернулся. — Почему мы возвращаемся?

— Посмотри на того парня.

— На него? — снова удивился Чэнь Цин. — Зачем мне смотреть на бродягу, которого ты только что побил?

— Бродяги так не одеваются, — Цзян Юйдо протянул руку, стащил с заднего сиденья куртку Чэнь Цина и подложил под котенка. — У него часы «Цзицзя», неужели не заметил?

— «Цзицзя»? Серьезно?

— Да, — отрезал Цзян Юйдо, явно не желая и дальше мусолить эту тему.

— Понял, — кивнул Чэнь Цин. — Раз третий брат так говорит, я все сделаю. Возвращайся и предоставь остальное мне.

Цзян Юйдо недоверчиво посмотрел на него в ответ.

— Не волнуйся, — продолжил Чэнь Цин уверенно, — я покончу с этим сосунком одной левой…

— Заткнись уже.

Глава 2 - Два коротких слова, написанные синей шариковой ручкой: «Цзян Юйдо»

Еще около десяти секунд Чэн Кэ смотрел на мигающего человечка на сигнале светофора, затем стиснул зубы и повернул назад.

Когда он наклонился, чтобы забрать деньги, кто-то крикнул ему из-за спины:

— Эй, ты!

Чэн Кэ даже не оглянулся. По шуму мотора он узнал белый «Ленд Ровер», который принадлежал Шраму, и от мысли, что придется снова лицезреть рожу того придурка, у Чэн Кэ заболела голова.

Вероятно, он был слишком сосредоточен и погружен в свои мысли, поэтому совсем не обратил внимание, что к нему подъехала машина, но сейчас звук ее работающего двигателя смущал Чэн Кэ до крайности.

Голос Шрама был притягательным и веселым, и если бы Чэн Кэ осмелился обернуться, то непременно увидел его широкую улыбку:

— Неужели ты вернулся за этой сотней юаней? Скорее поднимай, пока кто-то другой ее не забрал.

Чэн Кэ выпрямился и подошел к раздражающему типу.

— Лучше оставлю деньги тому, кто в них нуждается.

— А? — Шрам выглянул в окно автомобиля и посмотрел на мужчину с удивлением.

— Я отдаю их тебе. Иди, возьми быстрей.

Шрам засмеялся, достал сигарету и щелкнул зажигалкой.

— Среди мусора лежал бумажник, он твой?

Чэн Кэ ничего не ответил.

— Я не думал, что ты и правда копался в баке, — Шрам пустил тонкую струйку сигаретного дыма. — Ладно, пора заканчивать разговоры.

— Дай мне ее, — внезапно потребовал Чэн Кэ.

— Что?

— Зажигалку.

Шрам удивился и вложил зажигалку в его протянутую руку.

— Сжигать деньги незаконно и аморально.

Чэн Кэ вынул сигарету, прикурил и сунул зажигалку в карман.

Шрам растерянно проводил ее взглядом.

— Спасибо, — кивнул Чэн Кэ.

Шрам ничего не ответил, похлопал себя по карману, достал из него карточку и протянул ее Чэн Кэ.

— Молодой господин, возьми мою визитку. Если у тебя возникнут проблемы, которые будет сложно решить в одиночку, просто позвони.

Чэн Кэ замер.

— Меня зовут Цзян Юйдо, — добавил Шрам. — Можешь называть меня просто третьим братом.

Цзян Юйдо? Третий брат?

Чэн Кэ не шелохнулся.

— Тебе предлагают помощь, может хоть притворишься благодарным? — из окна автомобиля выглянул водитель. — Это территория третьего брата! Третий брат лично дает тебе визитку, какого хрена ты выебываешься?

Территория?

Чэн Кэ невольно вспомнил их схватку один на один. Выходит, избиение бродяг, которые копаются в мусоре, — это защита территории? А его территория… это те семь–восемь мусорных баков на улице?

Чэн Кэ больше не мог воспринимать всерьез хваленого третьего брата по имени Цзян Юйдо.

Сейчас на Шраме не было той дурацкой лыжной шапки, поэтому Чэн Кэ смог разглядеть его чуть лучше. На вид Цзян Юйдо было чуть больше двадцати, он оказался совершенно обычным и довольно привлекательным мужчиной. Почему-то выражение его лица было жестоким и невольно заставляло насторожиться. Возможно, причиной этому был длинный шрам на левом виске.

— Возьми, — Цзян Юйдо потряс рукой, в которой все еще держал визитку. — Всегда нужно иметь при себе подушку безопасности.

Чэн Кэ помедлил секунду и взял карточку.

Цзян Юйдо усмехнулся, закрыл окно, и автомобиль уехал.

Чэн Кэ взглянул на визитку, внезапно поднял голову и долго смотрел в направлении, в котором исчез белый «Ленд Ровер».

Неужели этот придурок и правда ненормальный?

Чэн Кэ снова взглянул на только что полученную карточку.

Ему вручали бесчисленное количество визиток: изысканных и простых, выдержанных в строгом и вольном стиле, в общем, на любой вкус… но впервые он держал в руке карточку в стиле «Мальборо».

«Визитная карточка» Шрама была простым куском картона, вырезанным из пачки сигарет, на котором шариковой ручкой было выведено два слова: «Цзян Юйдо», а ниже — номер телефона.

Вот это воображение! Что за прекрасный дизайн!

***

— Третий брат, — Чэнь Цин оторвался от дороги и повернулся к Цзян Юйдо, — в чем дело? Если ты не собирался его грабить, тогда зачем вернулся?

— Просто кое-что проверил.

— … Проверил? — растерянно переспросил Чэнь Цин, а немного подумав, несколько раз кивнул. — Понятно-понятно. Ты решил подобраться к нему поближе и убедиться в том, что он не бедняк. А ты был прав, этот парень прилично одет и со стороны похож на молодого го…

— Следи за дорогой, — прервал его Цзян Юйдо.

— Хорошо, — Чэнь Цин послушно посмотрел вперед и в ту же секунду ударил по тормозам, чуть было не проехав на красный.

— Я дам тебе двадцать юаней, — Цзян Юйдо нахмурился и добавил сердито, — сходи в больницу и проверь голову.

— А разве двадцать юаней хватит?

— Для твоей больной башки, которая не может различить даже сигнал светофора, хватит и пятнадцати! — Цзян Юйдо дал ему оплеуху.

— Бля! — выругался Чэнь Цин и потер место ушиба. — Да я просто не заметил!

— Тогда я накину тебе еще пять юаней на завтрак, чтобы повысить концентрацию!

— Да похуй, — после небольшой паузы Чэнь Цин добавил: — Эта машина старого черта Яна — плевать на эти светофоры. Он каждый день нарушает и уже по уши закопался в штрафах, поэтому еще одного даже не заметит.

Цзян Юйдо вздохнул.

— Возвращаемся? — спросил Чэнь Цин. — Я отвезу тебя домой и сыграю несколько партеек в карты с твоей сестрой.

— Давай.

— А что насчет котенка? — спросил Чэнь Цин. — Нужно его вырастить, а то в таком крошечном теле мало мяса — есть нечего.

— Фу, бля, как я только могу общаться с таким уебком? — Цзян Юйдо грозно покосился в его сторону. — Нужно было позволить тебе подохнуть.

— Между нами особая связь, — засмеялся Чэнь Цин. — Если бы в тот раз ты не выловил меня из реки, то я точно откинул бы ласты.

Цзян Юйдо не сказал ни слова и отвернулся к окну.

— Эй, а тот молодой господин, — внезапно произнес Чэнь Цин, — ты пытаешься втереться к нему в доверие, чтобы потом обокрасть?

Цзян Юйдо снова ничего не ответил.

— В любом случае, он не похож на опасного типа, — Чэнь Цин совсем не нуждался в ответе и продолжил болтать. — Но ты даже не спросил его имя… Что теперь будешь делать? Может, возьмешь несколько человек и прикажешь проследить за ним?

— Это то же самое, что напрямую сообщить ему о слежке, — съязвил Цзян Юйдо.

Чэнь Цин засмеялся.

— Да-да, понимаю — слишком очевидно.

***

Чэн Кэ мало что знал о жизни, и его скудные знания были совершенно бесполезны.

Например, что делать человеку, если у него в кармане только сто юаней и даже нет удостоверения личности?

Кроме временного пристанища в «Макдоналдсе», он не мог придумать ничего лучше.

Но все оказалось не так плохо. В это время в ресторане быстрого питания было не так много посетителей: всего несколько людей с чемоданами, которые зашли по-быстрому перекусить, и небольшая группа учеников, что делали домашнее задание за столом. Никто не болтал и не задавал вопросов, здесь было тихо и тепло.

Чэн Кэ посмотрел на недопитый кофе в бумажном стаканчике и широко зевнул.

Как хочется спать.

Он умывался уже дважды: первый раз смывал грязь после драки с Цзян Юйдо, а второй — пытался взбодриться.

Чэн Кэ коснулся уголка глаза и нащупал небольшую, еще не затянувшуюся рану.

Однажды в детстве, во время очередной драки с Чэн И, он получил по голове стулом, который разбил ему голову. Чэн Кэ наложили несколько швов, и во время процесса мальчик даже не пикнул.

Но дело был не в том. Боялся он боли или мог ее вытерпеть, сейчас, трогая небольшую царапину, он совсем ничего не чувствовал: ни жжения, ни покалывания, ни чего-либо еще.

Неужели его тело все еще находилось под действием адреналина? Или, быть может, его парализовало от удара?

Чэн Кэ усмехнулся и подпер рукой о подбородок.

Невольно он задремал и даже увидел сон.

В его сознании промелькнуло несколько воспоминаний, которые наложились друг на друга и сформировали дурацкий фильм. Он начинался со слов «почтительный и дотошный — это значение имени «Кэ», а закончился двумя короткими словами, написанными синей шариковой ручкой: «Цзян Юйдо».

Обычно сны длинные и путанные, но вопреки этому Чэн Кэ увидел всего несколько кадров, которые резво показали добрую половину его жизни. Правда, в середине много чего не хватало, словно монтажер вырезал бессмысленные и повторяющиеся моменты… Наверное, именно поэтому сон Чэн Кэ вышел таким коротким.

Когда он открыл глаза, то не смог удержаться от глубокого вздоха. Если бы не этот сон, он бы никогда не подумал, что потратил впустую больше двадцати лет своей жизни.

Вокруг было много людей, снующих туда-сюда с подносами в руках. Когда Чэн Кэ поднял голову, то сразу же встретился с недовольными взглядами сотрудников ресторана.

Он опустил глаза на циферблат наручных часов и действительно удивился: в текущей ситуации, в такой обстановке и позе, как только ему удалось проспать до восьми часов утра? Просто невероятно.

Он встал из-за стола и пошел в туалет, но, даже умывшись, чувствовал себя сонным и усталым: его ноги заплетались, и немного клонило из стороны в сторону. На мгновение Чэн Кэ показалось, что все это не реально, и он все еще находится в объятиях того странного скучного сна.

Когда он вышел из ресторана, то направился в небольшой магазинчик, купил бутылку жидкости для полоскания рта и вернулся в «Макдоналдс».

Конечно, Чэн Кэ мог прополоскать рот прямо здесь, на улице, но не хотел походить на отчаявшегося бродягу. Когда он снова вышел из ресторана, то почувствовал себя намного лучше.

Шагая по тротуару, внезапно он ощутил прежнее замешательство, точно такое же, как и прошлой ночью.

Еще секунду назад он собирался оформить банковскую карту, снять деньги, купить мобильный телефон и все это, чтобы набрать один единственный номер… Но на самом деле он не знал, сколько средств осталось на его счету в банке. Во всяком случае, до тех пор пока Чэн Кэ не выгнали из дома, он особо не тратил деньги, только если на перекус в ресторане, новую одежду и всякое в этом роде.

Внезапно в его сознание закралась ужасная мысль, и он остановился. А что, если остатка на счете хватит только на пару носков и блядский нищий обед?

Нет-нет, такого просто не может быть. Пусть он был отбросом в глазах семьи и не стоил даже ногтя драгоценного Чэн И, но его счет все же регулярно пополняли.

Вот только на какую сумму…

Чэн Кэ развернулся и хотел снова пойти к перекрестку, у которого стоял ближайший банк, но прежде чем он сделал шаг, его плечо толкнуло проходящего мимо мужчину.

— Сука, ты слепой?! — выругался незнакомец.

— Прости, — сдержанно извинился Чэн Кэ в ответ на грубость.

Больше он не сказал ни слова, даже не взглянул на мужчину, который начинал медленно закипать, и просто пошел вперед.

Сейчас у него совсем не было настроения на разборки.

Да у него вообще ни на что не было настроения! Он не хотел быть грубым, не хотел распыляться, не хотел вести бессмысленные диалоги. Все, что ему было нужно, — сделать карту, снять деньги, купить телефон и по…

Кто-то сзади ударил его в плечо.

… позвонить одному человеку.

Прежде чем остановиться, Чэн Кэ сделал еще два–три шага.

Когда он оглянулся и поднял голову, то увидел четырех мужчин грубой наружности. Очевидно, все они были пьяны. Сочетание запахов перегара и вони из мусорных баков пробуждали не хуже чашки крепкого кофе.

Чэн Кэ потер плечо и принял оборонительную позу.

В тот же момент несколько человек бросились на него. Чэн Кэ был готов к удару, поэтому поставил блок и ударил одного из нападавших кулаком по лицу, отчего мужчина потерял равновесие и сделал несколько шагов назад, прежде чем прийти в себя.

Этот мужчина оказался очень крепким. Чэн Кэ потряс запястьем, расслабляя напряженные мышцы и убирая боль.

Он не был любителем уличных боев, да и вообще сторонился любых неприятностей, но все в жизни случается, и, опираясь на опыт прошлого, Чэн Кэ прекрасно понимал, что не сможет справиться в одиночку с этими «любителями выпить с самого утра».

За последние два дня в его спокойной жизни воцарился настоящий бардак: все перевернулось с ног на голову, и всюду, словно тень, его преследовало невезение. С каждой новой трудностью нервы Чэн Кэ сдавали, и вот только что он снова потерял контроль.

Этот удар… Ведь можно было обойтись без него и не идти на поводу у эмоций.

Вчера Чэн Кэ подрался с Цзян Юйдо, и сейчас у него не было преимущества перед шатающимися хулиганами, поскольку ушибы на его лице и теле все еще болели. Любой удар мог с легкостью стать роковым.

Но импульсивность Чэн Кэ принесла свои плоды: четверо мужчин пихнули руки в карманы, явно что-то выискивая. Это было плохим знаком.

Всего за долю секунды Чэн Кэ решил как поступить: он развернулся и рванул наутек.

В это время суток на улицах было полно людей, и чем ближе Чэн Кэ подбегал к перекрестку, тем гуще становилась толпа. Затесаться среди нее? Не вариант: если не сможешь пробиться в глубь, то попадешься. Поэтому Чэн Кэ решил повернуть и побежал в другую сторону, в которой прохожих было намного меньше. Четверо незнакомцев даже не думали сдаваться и продолжали гонку.

Выносливость Чэн Кэ была почти на нуле, поэтому совсем скоро его дыхание сбилось, а мышцы ослабли, отказываясь подчиняться. Он недооценил четверых преследователей: пусть они и были пьяны, но совсем ему не уступали, даже наоборот, воспрянули духом, заметив, что жертва замедляется на глазах.

Похоже, эти пьяницы хорошо знали район: когда Чэн Кэ завернул за угол и забежал в узкий переулок, чтобы стряхнуть хвост, путь ему преградили два рослых человека. Его решение было большой ошибкой.

— Бля, — раздраженно выругался Чэн Кэ, он даже не заметил, когда четверо мужчин разделились на две группы.

Чэн Кэ чувствовал себя безмозглым идиотом.

Наверное, каждый в один прекрасный момент понимает, что больше не хочет бороться.

Как же все это достало! Хватит…

Он больше не хотел убегать и решил просто позволить четверым проходимцам себя избить.

Но в последний момент краем глаза Чэн Кэ увидел небольшой проход между двумя жилыми домами буквально в трех метрах от него.

Его кулаки сжались. Еще рано сдаваться.

Чэн Кэ стиснул зубы и бросился в проход.

Он попал в настоящий лабиринт из верениц серых старых домов и продолжал настойчиво двигаться вперед, пока внезапно не оказался в просторном колодце со сквером, который бы идеально подошел для романтических прогулок днем и веселых посиделок ночью.

Но внезапная смена обстановки была не самым удивительным явлением.

В самом центре колодца стояла группа людей, которых было не меньше двадцати, а среди них, расположившись на краю вазона, сидел никто иной, как Цзян Юйдо!

Когда Чэн Кэ выскочил из прохода, все головы синхронно повернулись в его сторону. От одного взгляда на их лица становилось очевидно — бандиты.

Единственным, кто выделялся их этой толпы хулиганов, был Цзян Юйдо. Выражение его лица было спокойным, а взгляд — сдержанным. Чэн Кэ мог поклясться, что на мгновение на его губах промелькнула улыбка.

В этот момент из узкого прохода поочередно выбежали преследователи. Увидев впереди знакомое лицо, один из них тут же бросился в атаку, но из-за ловкого маневра Чэн Кэ, промахнулся и грохнулся на землю.

Цзян Юйдо, который до этого момента сидел совершенно неподвижно, поднял руки и лениво потянулся.

Каждый из членов шайки хулиганов, казалось, получил особый приказ, и тут же бросился в атаку на незваных гостей.

Мимо Чэн Кэ, словно ураган, пронеслась толпа людей, и через секунду он и Цзян Юйдо остались наедине.

— Какое совпадение, — Цзян Юйдо вынул сигарету изо рта и посмотрел на мужчину с улыбкой.

Чэн Кэ подумал, что днем лицо Шрама выглядит намного симпатичнее, ведь ночью, под лучами фонарей и пестрых вывесок, любое его выражение казалось угрожающим.

Чэн Кэ неловко закашлялся и оглянулся. Позади не было ни одной живой души, лишь из глубины каменного лабиринта доносились крики, ругань и звуки борьбы.

— Они… — Чэн Кэ кивнул в ту сторону.

— Не опасны, просто задиры, — закончил за него Цзян Юйдо. — Чем ты их так спровоцировал? Копался в их мусорном баке?

Чэн Кэ закатил глаза.

Эта шутка была так избита.

— Если бы не я, — Цзян Юйдо бросил сигарету на землю и затушил ногой, — ты не смог бы так просто от них отвязаться.

— … Спасибо, — после недолгой паузы выдавил Чэн Кэ.

Он всерьез задумался: шайка Цзян Юйдо так резво завязала драку из-за приказа главаря или же из-за личной неприязни к тем пьяницам?

— Разве я не говорил, что ты можешь связаться со мной, если возникнут проблемы? — внезапно спросил Цзян Юйдо.

— Кстати об этом…

Чэн Кэ похлопал по карманам и обнаружил, что кусок картона, вырезанный из пачки сигарет, куда-то пропал.

— Потерял мою визитку?

— … Как ты ее называешь? — насмешливо переспросил Чэн Кэ.

— Ничего, — Цзян Юйдо вынул из заднего кармана штанов точно такую же «визитную карточку», — я дам тебе еще одну.

— Нет, — Чэн Кэ поспешно махнул рукой. — Правда, не нужно.

Шрам заглянул ему в глаза и прищурился. Выражение его лица стало странным и несколько угрожающим. Чэн Кэ не мог сказать наверняка, о чем подумал Шрам в этот момент.

— Спасибо за заботу, — Чэн Кэ отступил на два шага, поспешно вышел из колодца и перешел улицу.

Его не интересовало, почему этот парень так настойчиво втюхивает незнакомцу клочки от пачки сигарет. Но Чэн Кэ знал наверняка, что улыбка слетела с лица Шрама в ту же секунду, когда тот услышал отказ.

Не важно, контролировал ли этот тип мусорные баки на улице или что-то другое, он был главарем, который простым движением руки мог заставить двадцать человек броситься в бой…

В общем, Чэн Кэ в очередной раз наказал себе не попадаться этому психу на глаза.

Сейчас ему нужно было лишь снять деньги и купить мобильник.

— Найди того, кто бы смог проследить за этим парнем, — наказал Цзян Юйдо только что подошедшему Чэнь Цину, достал сигарету и снова закурил.

— За каким парнем? — переспросил Чэнь Цин.

— Бля, за твоим отцом.

— Ясно-ясно, за «Цзицзя», — кивнул Чэнь Цин, — я пойду, будь осторожен.

— Направо, — вздохнул Цзян Юйдо.

— А?

— Иди направо, остолоп! — прорычал он.

— Я просто оставил машину в другой стороне… — оправдался Чэнь Цин и бросился направо.

Цзян Юйдо снова сел на край вазона и, закончив курить, вышел из сквера.

Каждый день готовить утром еду было ужасно хлопотно, поэтому Цзян Юйдо покупал готовые завтраки у уличных торговцев. Правда, сегодня он припозднился, и время завтрака прошло. Но Цзян Юйдо не очень расстроился: он ел почти одно и то же уже полмесяца, а однообразие быстро надоедало.

— Третий брат! — окликнул его кто-то сзади.

Ладонь Цзян Юйдо неосознанно сжала нож в кармане, а тело рефлекторно повернулось к незнакомцу.

— Ты уже завтракал? — к нему подбежал парень по имени Шоу Хоуэр. Он был настолько худым, что, казалось, мог улететь от малейшего дуновения ветра. — Поедим вместе?

— Оладьи с соевым молоком? — спросил Цзян Юйдо с отвращением.

— А почему нет? Неужели хочешь поесть говядины? Только третий брат ест мясо по утрам, — сказал Шоу Хоуэр с усмешкой. — Но если пойдешь со мной, то будет тебе мясо!

Цзян Юйдо последовал за Шоу Хоуэрем в только что открывшийся ресторанчик неподалеку, в котором все еще подавали завтраки, посмотрел на количество принесенных блюд и нахмурился.

— Кем, черт возьми, ты работаешь по ночам?

— Не подумай ничего такого, — забеспокоился юноша. — Я послушал тебя и устроился в интернет-кафе. Вчера мне выдали зарплату! Поэтому захотелось тебя угостить…

— Понятно, — Цзян Юйдо взял палочки для еды. — Больше ничего не заказывай, а то за раз потратишь всю зарплату за месяц.

— Не волнуйся, — Шоу Хоуэр радостно похлопал по карману. — У меня еще кое-что осталось.

Через несколько минут зазвонил телефон.

— Я ем, — ответил Цзян Юйдо, приняв вызов.

— Цзицзя вошел в банк, — доложил Чэнь Цин. — И долго общался с менеджером. Наверное, хочет снять крупную сумму денег. Мне позвать людей? Мы подкараулим его у выхода и…

— Сначала купи в ближайшем киоске пару булочек и съешь, — прервал его Цзян Юйдо.

— А? — удивился Чэнь Цин.

— Ты опять не позавтракал? Оно и видно, — сказав это, Цзян Юйдо повесил трубку.

У молодого господина, который по какой-то необъяснимой причине оказался на улице, действительно были проблемы. Вчера во время их потасовки Цзян Юйдо ощупал его карманы, и в них, кроме пачки сигарет, совершенно ничего не было.

Даже если бы у молодого господина остались те сто юаней, то что бы это изменило?

Зачем он пошел в банк, не имея при себе документов?

Цзян Юйдо нахмурился. Этот парень действительно был очень странным.

Глава 3 - Если что-то случится, просто позвони третьему брату

Быстрее закончив с завтраком, Цзян Юйдо заставил Шоу Хоуэра, который все еще важничал и притворялся богатым, взять с собой остатки еды.

— Всю эту кучу?.. — Шоу Хоуэр засопротивлялся. — Я хотел прогуляться. Может быть, третий брат…

— Нет, я на диете, — махнул рукой Цзян Юйдо. — Если не хочешь есть сам, отдай остатки нищим, бездомным кошкам и собакам или даже крысам. Всяко лучше, чем просто выбросить.

— Хорошо, — вздохнул Шоу Хоуэр, — тогда я пойду, третий брат.

— Вали.

Шоу Хоуэр ушел с большим пакетом еды, а Цзян Юйдо собрался посмотреть, что случилось с паршивцем, который совсем недавно чудом избежал драки. Но стоило ему сделать всего несколько шагов, как снова зазвонил телефон.

Чэнь Цин — хороший человек, даже несмотря на его крошечный и недалекий мозг и ярое желание о подчинении преступного мира. Каждый раз во время телефонного разговора с ним Цзян Юйдо жалел, что не может дотянуться и дать ему хорошего леща.

— Просто проследи за ним. Я позвоню позже, — с ходу сказал Цзян Юйдо, даже не выслушав собеседника.

— … Лаосан [1], не думаешь, что слишком борзо давать мне указания? — из трубки раздался голос, который явно не принадлежал Чэнь Цину.

Цзян Юйдо посмотрел на экран телефона и увидел имя звонящего — Чжан Даци.

(П/п: к Цзян Юйдо обращаются «老三», где «老» (Лао) выступает (в данном случае) в роли уважительного префикса, а «三» (Сан) в роли клички (третий). Таким образом «老三» нужно было бы перевести как «уважаемый/почтительный третий (брат)». Звучит странно, поэтому оставляю как в оригинале).

— Что надо? — спросил Цзян Юйдо.

— Бля, не притворяйся. Ты знаешь, почему я звоню, — сердито буркнул Чжан Даци.

— У меня приступ амнезии.

— Раз так, то я растолкую тебе, Лаосан! — крикнул Чжан Даци. — Ты, бля, приструни свою банду сосунков. Обещаю, если они еще раз сунутся на мою территорию, то найдут неприятности на свои тощие задницы, понял? Думаешь, если я обращаюсь к тебе с уважением, то уже все можно? Возомнил себя большой шишкой?

— Сколько еще можно повторять? — рявкнул Цзян Юйдо. — Засунь свое уважение куда подальше, оно мне не сдалось.

— Бля, иди нахуй…

Чжан Даци только собрался выругаться и сказать все, что думает, но его внезапно прервали:

— Дядя Даци, дела в твоем баре идут неплохо, — Цзян Юйдо вздохнул, успокаивая нервы и обрывая поток брани, который чуть было не сорвался с губ. — Странно, но каким-то образом тебе удалось задолжать три тысячи юаней за эти два месяца. Может быть, лучше поговорим об этом?

— Да какое твое гребаное дело? Ты кем, бля, себя возомнил? — выпалил Чжан Даци. — Я повторю еще раз: если твои люди придут ко мне завтра и снова станут качать права, то ты, сука, не отделаешься одним звонком!

— Хорошо, они не придут завтра, — Цзян Юйдо достал сигарету и закурил. — Я сам тебя навещу.

Прежде чем Чжан Даци успел что-то возразить, он повесил трубку.

***

— Чтобы сообщить о потере карты или подать заявление о перевыпуске, вам необходимо обратиться в банк, в котором открыт ваш счет, и предъявить удостоверение личности, — с улыбкой отчеканила менеджер в вестибюле банка.

— В банк, в котором открыт мой счет? — Чэн Кэ напряженно поразмыслил несколько минут. — Я не знаю, в каком банке он был открыт…

— Вы можете узнать его по номеру карты, — ответила менеджер.

— Я не знаю номера карты, — мрачно произнес Чэн Кэ. — Если я предоставлю удостоверение личности, вы сможете его найти?

— Боюсь, что нет, — ответила менеджер, — поскольку ваш счет открыт не в нашем банке. Но это сработает, если вы обратитесь в нужный вам банк.

Чэн Кэ открыл рот и хотел расспросить о других возможных вариантах решения проблемы, но не знал, что сказать, поэтому выдавил сухое «спасибо», отвернулся и направился к выходу.

— Еще вы можете войти в мобильный банк и получить информацию через него, — крикнула вдогонку менеджер.

«У меня, блять, нет телефона. А раз нет трубки, то и мобильного банка».

Чэн Кэ встал под деревом у входа в банк и внезапно осознал, что цель, которую он преследовал с самого начала, была обречена на провал.

Ему просто нужен телефон.

Не важно где, нужно найти ночлег или временное пристанище, а потом дело за малым: взять удостоверение личности, обойти все банки поблизости и найти тот, в котором мать открыла счет… А то сейчас ему не хватит даже на такси.

Чэн Кэ запустил руку в карман, сжал пачку сигарет и зажигалку, а когда вытаскивал их из кармана, на землю упала картонка.

Он поднял ее и увидел слова, написанные синей шариковой ручкой.

Цзян Юйдо.

«Если возникнут проблемы, которые будет сложно решить в одиночку, просто позвони».

Чэн Кэ уставился на номер телефона, а после того как запомнил все числа, поднял голову и огляделся.

Не многие люди в наше время знают, что такое общественный телефон. Жаль, что телефоны-автоматы уже давно исчезли с улиц города. Не имея мобильника под рукой, Чэн Кэ не знал, что делать с этим номером.

Когда он снова опустил голову, то увидел краем глаза фигуру, которая шмыгнула за дерево в нескольких шагах от него.

Чэн Кэ снова поднял взгляд и увидел знакомое лицо — того самого водителя, который помог Цзян Юйдо найти котенка прошлой ночью. Чэнь Цин немного смутился, когда осознал, что его раскрыли.

— Ты! — Чэн Кэ указал пальцем в сторону мужчины.

Чэнь Цин старательно изобразил удивление и притворился простым прохожим, он даже наигранно проследил за пальцем Чэн Кэ и оглянулся, словно ища виновника.

— Я говорил о тебе, — Чэн Кэ сделал несколько шагов к нему навстречу. — Ты водитель Цзян Юйдо?

— Защитник [2], — тут же ответил мужчина.

(П/п: здесь очень тонко. «护法» — это добрый бог-хранитель, который защищает и поддерживает Дхарму (праведный путь для разумных людей). То есть Чэнь Цин не только защищает Цзян Юйдо, но и разделяет его идеалы)

— … О, соратник или свита [3]? — переспросил Чэн Кэ.

— Я самый важный — главный защитник, — Чэнь Цин ткнул пальцем себе в грудь. — Я везде: и сверху, и снизу, и слева, и справа [3].

— А-а-а…

Чэн Кэ оглядел его с головы до ног. Этот странный парень оказался таким же сумасшедшим, как Цзян Юйдо. Яблоко от яблони, как говорится…

(П/п: сразу извиняюсь, будет сложно. Чэн Кэ говорит «左还是右», дословно: слева или справа. Здесь «лево» выступает в роли субъективного мышления, а «право» — объективного. То есть Чэн Кэ спрашивает, действует ли он по своей воли (соратник) или же бессознательно (свита). Именно поэтому Чэнь Цин шутит, что он якобы со всех сторон, в то время как Чэн Кэ кажется его прикол очень глупым.)

— У тебя есть мобильник? Одолжи ненадолго, — тут же попросил Чэн Кэ.

— Конечно, — дружелюбно отозвался главный защитник и передал свой телефон. — Кому будешь звонить?

— Не звонить, — Чэн Кэ взял телефон. — Хочу зайти в Вичат, чтобы связаться с другом.

— О-о, — протянул мужчина, — у меня закончился трафик.

— Что? — спросил Чэн Кэ и поднял на него удивленный взгляд.

— Почему бы нам не пойти к третьему брату? Наверняка у него есть интернет на телефоне, — махнул рукой главный защитник. — Пойдем.

— Куда? — Чэн Кэ явно был на стороже.

— Отыщем третьего брата, — просто ответил Чэнь Цин. — Его дом стоит за этим зданием. Наверняка сейчас он трется где-то поблизости.

— Нет, — Чэн Кэ наотрез отказался таскаться с незнакомым типом по неизвестным переулкам. Он нажал на журнал звонков и отыскал номер Цзян Юйдо. Оказывается, Чэнь Цин звонил ему всего пять минут назад. — Лучше я просто позвоню ему, — ответил Чэн Кэ и нажал на кнопку вызова.

— Что еще? — из динамика телефона послышался недовольный мужской голос.

— Алло, — бодро начал Чэн Кэ, — на проводе Цзян Юйдо?

— Кто ты? — голос мужчины тут же стал холоднее стали.

— Это Чэн Кэ, — внезапно смутился он, — прямо сейчас…

— Блять, а я водитель [4], — прервал его Цзян Юйдо. — Где Чэнь Цин?!

(П/п: имя Чэн Кэ (程恪) созвучно со словом «пассажир» (乘客))

Чэн Кэ даже не думал, что разговор выйдет настолько паршивым. Он нахмурился и передал трубку главному защитнику.

— Ему нужен Чэнь Цин.

— Это я, — кинул мужчина и взял трубку, — третий брат, я здесь. А тот, кто только что с тобой говорил, — это Цзицзя [5].

(П/п: из прошлой главы - кличка, которую Чэнь Цин дал Чэн Кэ из-за названия дорогих часов)

Чэн Кэ удивленно уставился на него.

— Ты… — Цзян Юйдо стиснул зубы.

Если бы Чэнь Цин был рядом, то точно получил бы пинок под зад. Цзян Юйдо глубоко вдохнул, медленно выдохнул и продолжил максимально спокойно:

— Пока ты с ним, не называй его Цзицзя.

— Но я не знаю, как его зовут, — прошептал Чэнь Цин.

— Разве он только что не представился как «пассажир»? Дай ему трубку! — выпалил Цзян Юйдо, не сдержавшись.

— Алло, — раздался голос «пассажира».

— Так значит, твоя фамилия Чэн? — спросил Цзян Юйдо совершенно спокойно.

— Да. Меня зовут Чэн Кэ. «Кэ» как в слове «придерживаться».

— Зачем ты меня искал?

— Я… я хотел одолжить твой мобильный. Мне нужно войти в сеть, — с трудом признался Чэн Кэ. — Твой главный защитник сказал, что у него закончился трафик.

Цзян Юйдо ничего не ответил.

Так он одолжит телефон или нет?

И вообще, причина для звонка казалась максимально дебильной.

Этот придурок совершенно точно сейчас что-то себе да надумает.

Цзян Юйдо приподнял уголок губ.

— Сейчас подойду. Чэнь Цин проведет тебя к перекрестку.

— Может, лучше ты подойдешь ко входу в банк? — предложил Чэн Кэ.

— Нет, — резко ответил Цзян Юйдо и повесил трубку.

Чэн Кэ послушно последовал за Чэнь Цином к месту встречи. Чем ближе они подходили, тем больше сомнений зарождалось в сознании Чэн Кэ. Даже стоя у перекрестка, он не переставал думать об этом и с каждой минутой все сильнее ощущал какую-то необъяснимую опасность.

Он всего лишь хотел одолжить телефон, чтобы связаться с несколькими друзьями… Так почему Чэн Кэ не отпускало чувство, будто он ввязывается во что-то неправильное, в нечто противозаконное?

Когда Цзян Юйдо и еще двое неизвестных мужчин вышли из соседнего переулка, сердце Чэн Кэ упало. Он развернулся, чтобы сбежать, но было уже слишком поздно.

Чэнь Цин предотвратил его попытку к бегству. Прежде чем Чэн Кэ отреагировал и оттолкнул его, двое мужчин, которые пришли с Цзян Юйдо, перекрыли путь к отступлению.

В такой ситуации Чэн Кэ даже не успел испугаться. Его тело задеревенело, а из головы вышибло все мысли. Он посмотрел на Цзян Юйдо и выпалил:

— Какого хрена?

— Следуй за мной, — Цзян Юйдо смерил его взглядом. — Если рискнешь сбежать, я пырну тебя ножом прямо на улице.

— Тогда можешь пырнуть прямо сейчас, — с вызовом сказал Чэн Кэ.

В ту же секунду Цзян Юйдо высунул руку из кармана. Чэн Кэ уловил металлический блеск ножа, но не успел среагировать — кончик лезвия проткнул ткань его пальто и уперся в правый бок.

Когда Цзян Юйдо убрал нож, Чэн Кэ ощутил резкое покалывание.

Во время вчерашней драки он даже не заметил, что Шрам был левшой.

Чэн Кэ с детства не сталкивался ни с чем подобным. Он встречался с друзьями, выпивал и иногда встревал в неприятности. Да, они не были паиньками, но и не являлись хулиганами, которые резали людей налево и направо! Чэн Кэ никогда не бежал от драки: уличные потасовки не были редкостью, вот только он никогда прежде не сталкивался с бандитом один на один.

Сейчас, стоя лицом к лицу с человеком, который только что приставил к нему нож, Чэн Кэ словно прозрел и осознал, во что вляпался.

Нож толком не задел его плоть, а это значит, что либо Цзян Юйдо просто позер, либо настоящий профессионал. Судя по его взгляду, Чэн Кэ склонялся ко второму варианту.

— Идем, — сказал Цзян Юйдо, — с тобой все в порядке.

Чэн Кэ не сказал ни слова, посмотрел на дыру в пальто и пошел по переулку, из которого только что вышел Цзян Юйдо.

Переулок оказался коротким, и, сделав всего несколько шагов, Чэн Кэ очутился в старом квартале. Несколько лет назад Чэн Кэ приезжал в бар неподалеку, но он и не догадывался, что позади небоскребов спрятаны старые жилые дома.

Проходя между зданиями, Чэн Кэ осмотрелся. Большинство помещений были сданы в аренду. На окнах висели вывески и светодиодные таблички, зазывающие клиентов в салоны красоты, шахматные и карточные залы и салоны традиционной медицины.

Цзян Юйдо открыл дверь подъезда, а Чэнь Цин с двумя головорезами остановились.

— Идем, — Цзян Юйдо обернулся и кивнул Чэн Кэ, призывая следовать за ним.

Чэн Кэ настороженно огляделся и вошел.

Честно говоря, несмотря на то, что в этом квартале стояли только старые дома, в целом, здесь не было грязно или убого. Да и не казалось, что в этом месте случаются беспорядочные убийства.

Цзян Юйдо открыл дверь на первом этаже и прошел в коридор.

Чэн Кэ заглянул внутрь. Это был самый обычный подъезд, без какой-либо отделки: с белой краской на стенах и плиткой на полу, с разнообразной мебелью, стоящей то тут, то там.

Но в сумме все это выглядело аккуратно и гармонично, и Чэн Кэ даже мог поклясться, что уловил в воздухе слабый аромат цветов.

— Заходи, — Цзян Юйдо открыл дверь.

Чэн Кэ зашел и мельком изучил планировку квартиры. Здесь было две спальни и небольшой задний двор.

— Неплохо, — отозвался он, — здесь даже есть задний двор.

— Хочешь посмотреть? — тут же спросил Цзян Юйдо.

— Ага.

Двор оказался маленьким, наверное, не больше десяти квадратных метров, бетонный забор — высоким, через него, определенно, не смог бы пробраться ни один вор. У стен были посажены неизвестные растения, их листья опали, отчего общий вид двора казался несколько унылым и подавленным.

Когда Чэн Кэ осматривался, что-то неизвестное коснулось его штанины.

«Крыса?!»

Тело среагировало само-собой: Чэн Кэ отскочил и поднял правую ногу, но прежде чем она успела коснуться земли и раздавить животное, была поймана крепким захватом Цзян Юйдо.

— Это мой кот, — он поднял на Чэн Кэ холодный взгляд, — сдохнешь, если наступишь на него.

Чэн Кэ посмотрел вниз: между его ног неуверенным и шатким шагом прошел котенок размером с ладонь, который ловко спустился по лестнице во двор.

Увидев этого котенка, Чэн Кэ внезапно вспомнил о своих отношениях с Цзян Юйдо и истинную причину своего прихода.

А еще он снова ощутил резкое покалывание в боку.

После всего что произошло между ними, Чэн Кэ действительно стоял с этим типом и осматривал задний двор?!

Было неизвестно, появились ли те же самые мысли в голове Цзян Юйдо, но мужчина внезапно замер, резко отпустил ногу Чэн Кэ и молча вошел внутрь.

— Давай поговорим, — он прошел в гостиную, сел на диван и облокотился на спинку.

Стоя посреди комнаты, Чэн Кэ воочию ощутил ауру третьего брата.

— О чем? — спросил он в ответ.

— Почему искал меня?

— Просто собирал рядом мусор, — ответил Чэн Кэ.

Цзян Юйдо ничего не ответил и поднял на незнакомца холодный взгляд.

— Третий брат, — Чэн Кэ придвинул стоящий рядом стул и сел напротив него. Чтобы разрядить обстановку, он обратился к Цзян Юйдо по титулу в банде, пытаясь выразить уважение. — Скажу честно, приходить я не хотел, просто шатался рядом. Не заблуждайся: именно ты не дал мне уйти. Мне нужно было просто одолжить телефон. Если сможешь — отлично, если нет — ну и ладно. Зачем нужно было все так усложнять?

— А где твой телефон? — спросил Цзян Юйдо.

— Оставил дома.

— О, — усмехнулся он, — тогда почему просто за ним не вернешься?

— Нет денег на такси.

— Сотни юаней недостаточно на такси до твоего дома? — продолжил спрашивать Цзян Юйдо.

— Я уже их потратил.

Цзян Юйдо ничего не сказал.

— У меня была всего сотня, — Чэн Кэ поднял палец вверх, — не тысяча же.

— Почему ты сразу не поехал домой, имея в кармане эти, чертовы, сто юаней? — Цзян Юйдо внезапно вскочил с дивана и бросился к Чэн Кэ, оперся руками о стену и остановился всего в нескольких миллиметрах от кончика его носа.

Чэн Кэ моментально отпрянул и немного увеличил расстояние между ними, но высокая спинка стула не позволяла ему сбежать далеко. От неловкости он опустил взгляд и невольно увидел шрам, который тянулся от ключицы Цзян Юйдо до места, скрытого под рубашкой.

Чэн Кэ нахмурился.

— Но если у тебя нет денег, то ты не смог бы взять такси, доехать до дома и заплатить водителю, верно? — Цзян Юйдо уставился на него и спросил в упор.

Чэн Кэ поднял взгляд.

Эти два дня были похожи на гребаный сон: он не мог найти место для ночлега и был вынужден попасть в заварушку с одним психом, который, кстати, стоит прямо перед ним.

Наблюдая за тем, как Цзян Юйдо медленно задает один вопрос за другим, как нарушает личные границы, Чэн Кэ внезапно словно проснулся.

— Говори! — рявкнул Цзян Юйдо прямо ему в ухо. — Кто тебя послал?

От этого дикого крика сердце Чэн Кэ бешено забарабанило, и если бы он вовремя не закрыл рот, то оно точно бы выскочило из груди.

Не думая о последствиях и действуя импульсивно, как обычно, он поднял локоть и яростно ударил по ребрам Цзян Юйдо, а когда мужчина скорчился от боли, врезал по лицу.

— … Бля, — Цзян Юйдо потер подбородок, схватился за грудь и, отступив на два шага, плюхнулся на прежнее место.

Чэн Кэ рванул к нему, схватил за плечо и прижал к спинке дивана, согнул ногу в колене и уперся ему между ног.

— Если рискнешь двинутся с места, то можешь попрощаться с бубенцами! — Чэн Кэ предупреждающе надавил коленом.

— Если не отпустишь меня через три секунды, — с угрозой посмотрел на него Цзян Юйдо, — то никогда не выйдешь за дверь.

— Один, два, три, — с вызовом посчитал Чэн Кэ.

Цзян Юйдо прищурился, затем опустил голову и посмотрел на его колено.

— Если не уберешь ногу, у меня встанет.

— Что?

— Один, два три, — посчитал Цзян Юйдо и бойко двинул бедрами.

— Иди на хуй! — Чэн Кэ тут же отскочил на несколько шагов.

Цзян Юйдо усмехнулся, расслабленно откинулся на спинку, медленно сунул сигарету в рот и закурил.

— И пусть наша беседа прошла не совсем гладко, можешь воспользоваться телефоном и валить.

Чэн Кэ с удивлением уставился на него.

— Но в будущем при отслеживании цели и приближении к ей будь внимательней и найди менее очевидную причину, — сказал Цзян Юйдо. — Если позволишь поймать себя в следующий раз, не отделаешь так просто.

Внезапно Чэн Кэ показалось, что этот парень говорил на каком-то иностранном языке, иначе почему он не понял ни единого слова?

— Ну что, воспользуешься телефоном? — Цзян Юйдо достал мобильник и положил его на журнальный столик.

Несмотря на то, что на этот раз Чэн Кэ понял смысл его слов, он решительно отказался:

— Нет.

— Послушай, — Цзян Юйдо вытащил сигарету из уголка рта, — позвонив, ты сказал, что хочешь телефон, но теперь, когда я тебе его даю, ты отказываешься. С нашей встречи прошло меньше двадцати минут, а ты уже так заврался.

Чэн Кэ снова был потрясен.

Через несколько секунд внутренней борьбы он подошел к журнальному столику и взял мобильник.

Телефон не был заблокирован. Легким нажатием Чэн Кэ открыл меню и вошел в Вичат. К счастью, учетная запись Цзян Юйдо была закрыта. Чэн Кэ боялся, что в ином случае этот идиот припишет ему попытку кражи персональных данных.

Вместо пароля Чэн Кэ поставил голосовую проверку. Ему нужно было просто удерживать кнопку и медленно назвать цифры внизу экрана. Повезло, что у Чэн Кэ не болело горло.

При посторонних проходить голосовую проверку было немного неловко… Чэн Кэ прочистил горло и нажал кнопку:

— Семь, четыре, один, девять, шесть, пять, восемь.

Цзян Юйдо вздохнул и беззвучно рассмеялся.

Чэн Кэ проигнорировал несколько непрочитанных сообщений в Вичат, открыл диалоговое окно с Лю Тянчэном, не стал тратить время на ввод текста и просто позвонил.

Но как бы долго он не ждал, Лю Тянчэн не ответил, и вскоре звонок завершился.

Чэн Кэ нахмурился и покосился в сторону Цзян Юйдо, который, лениво развалившись на диване, ухмылялся и с интересом наблюдал за происходящим.

Не то чтобы Чэн Кэ заботился о своей репутации и хотел сохранить лицо перед Цзян Юйдо, но такое отношение было недопустимо.

Чэн Кэ открыл диалоговое окно с Сюй Дином, который совсем недавно отправил ему сообщение.

Чэн Кэ: «Встретимся?»

Похоже, Сюй Дин не знал о том, что Чэн Кэ вчера выгнали из дома. Возможно, Чэн И пропустил его и не стал «удалять из друзей», поскольку они с Чэн Кэ редко общались.

Вместо ответного сообщения от Сюй Дина поступил звонок.

— Почему ты просто не позвонил?

— Я буду ждать тебя у входа в «Secret», — сказал Чэн Кэ. — Можешь прийти прямо сейчас?

— … Я не в городе. Только что вышел из машины, обратная дорога займет около трех дней.

— Ничего страшного, тогда я просто подожду тебя дома, поеду в квартиру в районе «Римских садов». У тебя есть запасной ключ?

Они были не очень близки, но сейчас Чэн Кэ не волновало, насколько его просьба казалась бестактной и наглой, — у него не было выхода.

— Да, — растерянно ответил Сюй Дин. — Я позвоню консьержу, и он передаст тебе ключ.

— Спасибо, — Чэн Кэ повесил трубку, вышел из учетной записи и положил телефон на журнальный столик.

После разговора с Сюй Дином он наконец немного расслабился. По крайней мере у Чэн Кэ появилось временное пристанище, в котором он мог привести мысли в порядок и разработать план дальнейших действий.

— Теперь я могу идти? — спросил он, не отрывая взгляда он насмешливого выражения на лице Цзян Юйдо.

— Вот так просто? — мужчина выпустил изо рта струйку сигаретного дыма. — Я спас тебя однажды, одолжил телефон и даже позволил отдохнуть в своем доме…

— Я просто спросил, — прервал его Чэн Кэ. — Я могу идти?

— Иди, — махнул рукой Цзян Юйдо, — но теперь ты мой должник.

— Вот уж нет, — Чэн Кэ сорвал с руки дорогие часы и швырнул на диван. — Этого будет достаточно? Теперь мы в расчете?

Цзян Юйдо посмотрел на него, ничего не сказал и просто улыбнулся.

Чэн Кэ молча открыл дверь и вышел.

Чэнь Цин и двое приспешников, которые все это время стояли у двери, увидели, как Чэн Кэ уходит и хором крикнули:

— Третий брат?!

— Отпустите его, — скомандовал Цзян Юйдо, сидя в комнате.

Чэнь Цин отступил в сторону.

Цзян Юйдо взял часы и присмотрелся. Они были новыми, казалось, что Чэн Кэ носил их совсем недолго. Но этот парень швырнул их, не моргнув и глазом, словно они для него ничего не стоили, словно были подделкой…

Цзян Юйдо прищурился.

— Ты так просто отпустишь его? — спросил Чэнь Цин, войдя в комнату.

— А что не так? — Цзян Юйдо ответил вопросом на вопрос.

— … Разве это не его часы? — Чэнь Цин наклонился, присмотрелся и спросил с удивлением: — Бля, ты их стащил?

Цзян Юйдо сжал кулаки, да так сильно, что все костяшки на его пальцах разом захрустели.

— Нет-нет, — мгновенно отреагировал Чэнь Цин. — Конечно, ты ничего не крал. Это оплата, верно?

Цзян Юйдо все не мог забыть о гневе и отвращении, которые застыли на лице Чэн Кэ в тот момент, когда он швырнул часы.

— Почти.

— Это же потрясно, — похвалил его Чэнь Цин.

— Найди кого-нибудь и узнай: оригинал это или подделка, — Цзян Юйдо протянул ему часы.

— А дальше?

— Спроси о цене.

— Хорошо, — Чэнь Цин взял часы и ушел.

Цзян Юйдо закрыл дверь, подошел к окну, приоткрыл угол занавески и выглянул наружу. На улице не было ничего необычного. Здесь всегда было довольно тихо и почти безлюдно, лишь несколько человек проходили мимо в рабочее время.

Он взял банку с кошачьи кормом и постучал по ней пальцем.

Котенок тут же забежал в дом. Подумать только, вчера Цзян Юйдо кормил его всего однажды, а порция была такой маленькой, что легко могла поместиться на кончике одного пальца. Но все равно котенок, услышав звук, бросился на поиски еды.

Цзян Юйдо держал ложку и терпеливо ждал, пока котенок слижет весь влажный корм, как вдруг зазвонил телефон.

— Третий брат, тот парень и правда не бродяга!

— Ага.

— Эти «Цзицзя» какие-то там двусторонние и вращающиеся, — неуверенно произнес Чэнь Цин. — В общем, они стоят от ста шестидесяти тысяч до семи миллионов юаней!

— Ага, — Цзян Юйдо погладил котенка по голове.

— Продать? — спросил Чэн Цин. — Да Бин сказал, что раз нет оригинальной коробки и чека, то заплатит за них только пятнадцать тысяч.

— Принеси обратно.

— Хорошо, хочешь носить их сам? — спросил Чэнь Цин. — Выглядят неплохо.

— Заткнись, — устало протянул Цзян Юйдо, — тот парень еще вернется.

Глава 4 - Этот псих Цзян Юйдо пырнул незнакомца ножом, не моргнув и глазом!

Чэн Кэ остановился перед картой метрополитена. Чтобы понять, на какую ветку ему сесть и где сделать пересадку, потребовалось несколько минут.

Сейчас ему впервые в жизни предстояло ехать в метро. Помимо того, что вокруг мельтешили раздражающие людишки, Чэн Кэ не знал, где именно находится дом Сюй Дина и как лучше до него добраться.

Когда толпа втиснулась в вагон, мужчину прижали к вертикальному поручню. Поскольку пресловутый поручень был единственной опорой, старшая сестра тоже ухватилась за него, и так вышло, что ее рука уперлась прямо в живот Чэн Кэ. Мужчина сурово посмотрел в глаза женщине и мысленно ее отругал: «Неужели не знаешь, что если двое схватились за поручень, то не должны соприкасаться, а если это правило нарушилось, то один из них должен отступить». Вот только мысленные упреки не повлияли на старшую сестру, поэтому отступить пришлось Чэн Кэ, поскольку казалось, что только его волновало нарушение «правил». Он втянул живот: только так в этой ужасной толкучке можно хоть немного отдалиться.

К тому времени, как объявили об остановке Чэн Кэ, пассажиров в вагоне стало намного меньше. Выйдя на нужной станции, он опустил голову и одернул пальто. Несколько белоснежных пушинок вылетели из подкладки и, поймав попутный ветер, исчезли в толпе.

Только тогда Чэн Кэ внезапно обнаружил, что все это время на его пальто красовалась огромная дыра. Пуховая прокладка в том месте совсем прохудилась. Эти две пушинки, вероятно, были последними.

Чэн Кэ сжал дыру на ткани пальто, и рана от ножа на его боку снова начала покалывать.

На самом деле Чэн Кэ только дважды был в доме Сюй Дина и то вместе с друзьями. Когда он зашел в здание и попросил у консьержа ключи, между ними возникла неловкая пауза. Возможно, из-за убого внешнего вида Чэн Кэ мужчина какое-то время смотрел на него с подозрением, затем позвонил Сюй Дину, чтобы подтвердить информацию, и только после этого отдал ключи.

Открыв дверь квартиры, Чэн Кэ снял пальто и рухнул на диван.

Больше двадцати лет, которые он прожил на этом свете, Чэн Кэ бездельничал каждый день, не волновался о еде и питье, никогда не испытывал нужду и даже не думал, что однажды останется без денег.

Другими словами, он и не подозревал, что может упасть на самое дно и стать нищим.

Сейчас он не мог позволить себе купить даже коробку готового обеда.

Блять!

Раньше он никогда не опускался до того, чтобы есть готовую еду из магазина.

Он подумал о своих дальнейших действиях и решил, что после короткого отдыха наденет пальто Сюй Дина, отыщет нужный банк, сделает карту и купит мобильный телефон.

Но теперь единственными доступными средствами передвижения для него стали автобусы и метро. Стоило ему вспомнить о сегодняшней поездке, как настроение тут же ухудшилось.

Что за дела… Почему вдруг все так обернулось?

Чэн Кэ не хотел думать об этом, но бессмысленные вопросы врывались в его голову снова и снова.

Пролежав на диване вплоть до обеда, он наконец встал, медленно прошел в ванную и посмотрел на себя в зеркало, наклонился, поднял правую руку и увидел порез на рубашке. Как и ожидалось, крови не было. Приподняв одежду и обнажив бок, он заметил темно-красный порез длиной два–три сантиметра.

Чэн Кэ открыл кран и потер место пореза мокрой рукой, а когда смыл засохшую кровь, рана вновь закровоточила. Но даже так повреждение не казалось серьезным. Чэн Кэ не был злопамятным, но этот псих Цзян Юйдо порезал незнакомца, не моргнув глазом!

Этого Чэн Кэ так просто оставить не мог.

***

Цзян Юйдо повернулся набок. На кровати прямо у его лица, свернувшись в клубочек, спал котенок. Это крошечное и слабое существо, возможно, не сможет выжить, поэтому мужчина не хотел слишком сильно привязываться, решил не давать ему кличку и называл просто «Мяу».

Не у многих бездомных животных, как Мяу, есть клички. Ведь им не нужны имена, им нужно просто выжить.

Имена…

Цзян Юйдо всегда придавал именам особый смысл.

Ведь если у человека нет имени, то он словно и не существует вовсе.

Нос Цзян Юйдо внезапно зачесался, вероятно из-за кошачьей шерсти. Мужчина не успел отвернуться и чихнул прямо на котенка.

Кот, который только что крепко спал, испугался, подскочил с места и юркнул под шкаф.

— Какой храбрец, — Цзян Юйдо потер нос, перевернулся на спину и закрыл глаза.

***

Лучи яркого солнца проникли в окно комнаты, осветили лицо спящего мужчины и разбудили ото сна. В его глазах запрыгали световые пятна желтых и ярко-красных цветов.

Цзян Юйдо лениво поднял руку и прикрыл лицо ладонью. Когда тень упала на глаза, пятна стали расплываться и темнеть и вскоре приобрели темно-красный цвет... напоминающий кровь.

Цзян Юйдо внезапно открыл глаза и быстро сел.

Мяу, который только что забрался на кровать по простыне, испугался из-за резкого движения, спрыгнул на пол и снова затаился под шкафом.

Цзян Юйдо присел на край в полном оцепенении. Внезапно его телефон зазвонил. Мелодия играла довольно долго, прежде чем мужчина принял звонок.

— Ты вообще собираешься брать оплату с квартирантов второго дома? Они должны были заплатить еще два дня назад, — из трубки послышался слегка раздраженный голос Лу Цянь. — А в первом доме арендаторы со второго, четвертого и пятого этажей снова задерживают оплату.

— Кажется, в прошлом месяце было то же самое, — Цзян Юйдо взял пачку сигарет и встал.

— Пара со второго этажа не платит уже второй месяц. Пригрози, что выселишь их, если не отдадут весь долг до конца месяца! — Лу Цянь поставила ультиматум. — Они так просили меня подождать, умоляли и чуть было не падали на колени. Я пошла навстречу, и что из этого вышло? Я всегда жалею других, но кто бы пожалел меня?

— Я всегда тебя жалею, — Цзян Юйдо зажег сигарету и бросил взгляд на будильник рядом с кроватью. — Я возьму кого-нибудь из ребят и посмотрю что к чему, но чуть позже.

— Не будь с ними очень жесток — мертвые не могут платить.

— Хорошо, мы просто поговорим.

— Это не сработает! — Лу Цянь повысила голос. — Пригрози, выбей у них деньги, но не доходи до крайности!

— Ясно-ясно.

— А после приходи ко мне на ужин. Я готовлю твои любимые свиные ребрышки в кисло-сладком соусе. Возьми с собой бутылочку вина.

— Хорошо, — без особого энтузиазма ответил Цзян Юйдо.

Он позвонил Чэнь Цину и попросил вызвать пару людей, и в четыре часа группа из четырех человек отправилась в дом № 1.

В собственности Лу Цянь находились четыре семиэтажных жилых дома. Большая часть квартирантов вносили арендную плату ежемесячно, за ее своевременный сбор отвечал Цзян Юйдо.

Он называл Лу Цянь старшей сестрой уже десять лет, поэтому именно на него возложили такую ответственность.

Несколько лет назад Цзян Юйдо и сам жил в доме № 1, но после того как Лу Цянь полностью его выкупила, мужчину добровольно-принудительно переселили в его нынешнюю квартиру в старом районе. Как же Цзян Юйдо не хотелось переезжать…

Поначалу, возвращаясь сюда каждый месяц для сбора арендной платы, он ощущал удушающую ностальгию, но теперь, спустя долгое время, больше не испытывал никаких эмоций.

— Действуем жестко или мягко? — амбициозно спросил Чэнь Цин, идя вслед за третьим братом.

Его резвый темп не сулил ничего, кроме неприятностей, поскольку каждый десятый шаг так или иначе приходился на ногу Цзян Юйдо.

— Прямо.

— Прямо? — Чэнь Цин похлопал по стальной балке, спрятанной в штанине джинсов. — Начать прямо с этой малышки?

— Иди прямо, — Цзян Юйдо обернулся и злобно на него зыркнул. Чтобы сохранить имидж Чэнь Цина в глазах младших братьев, он сдержался и не стал переходить на крик. — Просто иди прямо. Если еще раз наступишь мне на ногу, я переломаю твои отростки к чертовой матери.

— Я и не заметил, — растерянно признался Чэнь Цин.

— Не заметил? — гневно переспросил Цзян Юйдо. — Да ты мне все пятки оттоптал.

— У меня просто боевой настрой! Кулаки чешутся, понимаешь? Вот и не вижу дальше своего носа.

— Ладно, забей, — вздохнул Цзян Юйдо, — и расслабься. Мы идем за арендной платой, а не на стрелку.

Правда, через полчаса он подумал, что сегодня все-таки придется пустить в ход кулаки.

— Не заставляй меня вышибать дверь! — Чэнь Цин колотил в пятьсот вторую квартиру. — Открывай!

— Дай ключ, — Цзян Юйдо обернулся и, когда парнишка, стоявший позади, вложил в его ладонь ключ с брелоком «502», незамедлительно спросил: — Как тебя зовут?

— Третий брат, зови меня просто Да Бин, — улыбнулся паренек.

Цзян Юйдо вставил ключ в замочную скважину и повернул, но даже после двойного щелчка дверь не открылась.

Видимо, заперта изнутри.

— У тебя десять секунд, чтобы открыть, — Цзян Юйдо бросил ключ обратно Да Бину и порылся в кармане, вынул квитанцию, снял с нее две скрепки и медленно выпрямил. — Если я вскрою замок быстрее, чем ты решишь открыть по-хорошему, то пеняй на себя — простой оплатой аренды ты не отделаешься.

Но изнутри по-прежнему не донеслось ни звука. Цзян Юйдо нахмурился, вставил две скрепки в замочную скважину и подвигал ими так и эдак: меньше, чем через минуту, замок щелкнул, и Чэнь Цин выбил дверь ногой.

Когда дверь открылась, перед ними предстала довольно необычная сцена. Чэнь Цин так удивился, что разом позабыл все ругательства.

В квартире пятьсот два жила молодая пара: тощая женщина с худым лицом, наносившая тонну косметики, из-за которой Цзян Юйдо не знал ее настоящей внешности, и сильный на вид мужчина с густой бородой и татуировкой на теле, тянущейся от шеи до самого пояса, быть может, и ниже — Цзян Юйдо не проверял и не горел желанием это делать.

Сейчас мускулистый мужчина без рубашки сидел на стуле напротив двери с ножом, приставленном к своей шее, на кровати позади него лежала женщина и горько плакала…

— Жить надоело? — несмотря на растерянность, Чэнь Цин не позволил себе выйти из образа и добавил угрожающе: — Готовься к взбучке, сучонок!

— У нас нет денег! — воскликнул мужчины низким и твердым голосом. — Если вы войдете, то я покончу с собой, и у вас, ребята, будут большие неприятности!

Цзян Юйдо молча сделал несколько шагов вперед и, пока квартирант переключил внимание на Чэнь Цина, локтем нанес удар ему в грудь.

Мускулистый мужчина сложился пополам и свободной рукой схватился за место ушиба. От острой боли он забыл о своем первоначальном плане и убрал нож от горла, тогда Цзян Юйдо без труда выхватил оружие из его рук.

Это было слишком просто.

Цзян Юйдо всерьез усомнился в силе его мышц.

— Неужели твои мускулы — фальшивка? Не удивлюсь, если окажется, что они просто нарисованы тенями жены, — откровенно признался он, протянув нож Чэнь Цину.

— Нож настоящий, — уведомил его Чэнь Цин и отдал оружие обратно Цзян Юйдо.

— Я же говорил, у нас нет денег, — мужчина вскочил со стула и разъяренно закричал. — Не стыдно вам обирать нищих?! Шутка затянулась, уходите по-хорошему!

Цзян Юйдо приставил лезвие ножа к его шее, схватил за волосы и насильно снова усадил на стул.

— А похоже, что я шучу?

— Ты… — мускулистый мужчина попытался встать, но из-за крепкой хватки Цзян Юйдо не смог пошевелиться.

На самом деле не было нужды применять силу: как только лезвие ножа зашло в бороду чуть глубже, мужчина тут же трусливо замолчал.

— Найдите деньги, — скомандовал Цзян Юйдо.

— Ищите! — Чэнь Цин махнул рукой, и несколько человек принялись обыскивать комнату.

Женщина, которая все это время плакала, лежа на кровати, взмолилась со слезами на глазах:

— Откуда у нас деньги?! Разве можно так нагло запугивать нищих и злоупотреблять властью?!

— Ты что, пытаешься права качать? — выпалил Чэнь Цин, сверля женщину взглядом. — Вы, блять, жили в квартире два месяца и ни разу не заплатили за это время. Кто из нас более наглый, а?

— Но у нас правда нет денег! — женщина бесстыдно раздвинула ноги и крикнула Цзян Юйдо. — Просто переспи со мной! Я оплачу долг своим телом!

Все присутствующие в комнате на мгновение замерли. Даже Цзян Юйдо опешил, но его замешательство продлилось недолго.

— Фу, блять, мечтай — отделаться так просто не получится.

По сравнению с мускулистым мужчиной, который возмущался и угрожал, женщина оказалась настоящей занозой в заднице: пока Чэнь Цин и два других парня обыскивали квартиру, Цзян Юйдо приходилось вырываться от безумной женщины, которая хватала его за руки и умоляла взять себя здесь и сейчас.

В конце концов терпение Цзян Юйдо лопнуло, как мыльный пузырь. Он схватил тощую женщину за запястье и швырнул в объятия бородатого мужчины.

— Если отпустишь ее, кастрирую.

Почему-то мужчина ни на секунду не усомнился в его словах и сжал женщину в крепких объятиях.

Чэнь Цин старательно порылся в шкафу и внезапно обернулся.

— Третий брат!

Цзян Юйдо увидел в его руках небольшую бутылочку с чем-то неизвестным внутри, со стороны похожим на измельченные листья табака.

— Так этот парень еще и марихуану курит, — протянул Чэнь Цин.

— Вызывай копов, — скомандовал Цзян Юйдо.

Мускулистый мужчина все это время равнодушно наблюдавший за обыском в квартире, внезапно вскочил с места, кинул тощую подружку на кровать и бросился на Чэнь Цина.

Цзян Юйдо среагировал молниеносно: развернулся и ударил нападавшего ногой в грудь. Когда мускулистый мужчина скрючился и упал, Чэнь Цин и Да Бин прижали его к полу, а четвертый паренек взял с кровати чулки женщины и крепко связал ему руки.

— Третий брат, третий брат! — заволновался мускулистый мужчина, извиваясь на полу. — Это не мое. Не мое! Наверное, оставил арендатор, который жил до нас! Не нужно звонить в полицию, не нужно звонить в полицию!

Цзян Юйдо молчаливо поднял взгляд на Чэнь Цина, который тут же вынул телефон из кармана, развернулся и вышел из квартиры.

Как только они разобрались с делами, телефон Цзян Юйдо снова зазвонил. Увидев имя «Лу Цянь» на экране телефона, он тяжело вздохнул:

— Мне нужно звать ее не старшей сестрой, а матерью.

— Просто сестра Цянь заботится о тебе, — с улыбкой произнес Чэнь Цин.

— Как дела? — раздался голос Лу Цянь на другом конце провода.

— Я собираюсь к тебе на ужин, — просто ответил Цзян Юйдо, — все прошло гладко.

— Вдарь ему хорошенько! — Лу Цянь повысила голос. — Как он посмел курить наркотики в моей квартире?! Мразь!

— Он получил свое.

— Хорошо, — женщина заметно успокоилась. — Приходи скорее. Я уже купила вино, поэтому никуда не заходи по пути.

— Ладно, — Цзян Юйдо повесил трубку.

— Я бы тоже не отказался от ужина, — пытался навязаться Чэнь Цин.

— Сходите втроем в ресторанчик, — мужчина достал бумажник из кармана. — Сегодня все прошло далеко не гладко, но завтрашний день может оказаться еще более трудным.

— Не нужно, — Чэнь Цин придержал его руку, не позволяя достать кредитку.

— Я оплачу, — нахмурился Цзян Юйдо, — ты, похоже, совсем на мели, раз пару дней назад хотел обобрать до нитки бездомного, который копался в мусоре.

— … Цзицзя совсем не бездомный, — борясь с собой, Чэн Цин принял карточку. — Нищие не носят часы стоимостью в несколько сотен тысяч… Мы все еще можем выручить неплохую сумму с их продажи.

— Я сказал не трогать его часы, — Цзян Юйдо стиснул зубы, — убирайся отсюда.

Лу Цянь недавно купила большую квартиру, в которой сполна хватало места для нее и четырех крупных собак породы Хаски.

К тому времени, как Цзян Юйдо позвонил в дверь, женщина накрыла на стол и поставила шесть стульев, только один из которых был пуст.

— Держитесь от меня подальше, — Цзян Юйдо наказал двум псам, сидящим по бокам от него, и устроился на своем месте.

Обе собаки дружно спрыгнули с насиженных мест.

— Удалось забрать всю сумму долга у квартирантов пятого этажа? — Лу Цянь налила немного бульона в его пиалу и добавила вина в бокал.

— Да, — кивнул Цзян Юйдо.

— Сходи со мной завтра кое-куда. Я хочу купить квартиру.

— Купить? Еще одну? — Цзян Юйдо неодобрительно посмотрел на нее в ответ. — Тебе все мало.

— Я куплю ее не для себя, а на сдачу, — Лу Цянь положила ему ребрышко. — В любом случае, в течение двух дней после покупки нужно обратиться в агентство и сдать квартиру в аренду.

— Что ж, если ты уже все решила…

— Только скажи агенту, чтобы не сдавал ее кому-попало. Пусть найдет чистоплотного и порядочного человека, — Лу Цянь нахмурилась. — Я не хочу, чтобы сегодняшнее повторилось.

— Думаю, с такими требованиями ты будешь искать квартиранта очень долго, — усмехнулся Цзян Юйдо.

***

С тех пор, как Чэн Кэ обосновался в доме Сюй Дина, прошло три дня. Именно тогда тишину квартиры нарушил телефонный звонок.

Чэн Кэ уставился на экран телефона, увидел имя Лю Тянчэна и замешкался на несколько секунд, прежде чем поднять трубку.

— Алло.

— Ты где? — с ходу спросил Лю Тянчэн. — Как дела?

— Под мостом, — легкомысленно ответил Чэн Кэ, — нашел в мусоре очистки, собираюсь обедать.

— Да ладно, не гони, — рассмеялся Лю Тянчэн. — Просто уладь проблему с отцом и возвращайся к прежней беззаботной жизни.

Чэн Кэ улыбнулся, но ничего не сказал.

— Так где ты сейчас? Давай я заеду, устроим твоей семье полночный сюрприз, а потом развлечемся.

— Не думаю, что они обрадуются моему внезапному визиту, — зевнул Чэн Кэ. — Да и нет у меня настроения на ночные развлечения.

— Чувак, ты такой скучный, — Лю Тянчэн смущенно засмеялся и добавил: — В тот день я не слышал твоего звонка, а потом не смог дозвониться.

— Я забыл телефон дома и одолжил чужой, чтобы тебе позвонить, — Чэн Кэ не хотел, чтобы Лю Тянчэн знал его нынешнее местоположение, поэтому добавил: — Оттянись сегодня без меня.

— Эй, ты чего? Без тебя будет скучно.

— Я правда не поеду, — Чэн Кэ вздохнул. — Завтра мне нужно найти квартиру. За эти несколько дней много чего приключилось, поэтому я морально устал. Давай встретимся в другой раз.

— Хорошо… Видимо, ты и правда вымотан.

Лю Тянчэн больше не сказал ничего дельного: обронил несколько обыденных фраз и повесил трубку.

Сюй Дин вернулся посреди ночи. Когда он открыл дверь квартиры, Чэн Кэ все еще лежал на диване и бездумно смотрел в телевизор.

Два друга растерянно переглянулись.

— Почему не спишь так поздно? — удивленно спросил Сюй Дин.

— Боже, я так испугался, — Чэн Кэ сел, — подумал — воры.

— В моем доме нечего красть, — улыбнулся Сюй Дин. — А если бы кто-то и правда пробрался, думаю, ты бы без проблем с ним справился.

— Почему ты не вернулся домой?

— Решил заехать сюда, чтобы узнать, что с тобой приключилось, — легкомысленно ответил Сюй Дин. — Я даже не думал, что ты поссорился с семьей. Вчера мне позвонил Лю Тянчэн и обо всем рассказал.

— Ты говорил, что я остановился у тебя?

— Нет, — Сюй Дин бросил сумку с вещами и куртку на пол, налил стакан воды и сел на диван рядом с другом. — Наверняка все не так просто, как кажется на первый взгляд, поэтому я не стал ничего говорить.

— Спасибо, — Чэн Кэ вздохнул с облегчением.

— Ты поссорился с отцом или Сяои?

— Со всеми сразу.

— Если от меня потребуется помощь, то просто скажи, — Сюй Дин не стал лезть с расспросами.

— Последние два дня я ищу жилье, — Чэн Кэ откинулся на спинку дивана, — поэтому останусь у тебя еще на несколько дней.

— Хочешь купить квартиру?

— Снять, — с насмешкой ответил Чэн Кэ.

— О… Я могу чем-то помочь?

Чэн Кэ колебался несколько секунд, а потом просто покачал головой.

— Нет, не волнуйся. Я справлюсь сам.

— Хорошо. Тогда я пойду в душ, — сказал Сюй Дин и встал, — а потом сразу домой.

— Не нужно, — внезапно смутился Чэн Кэ. — Сейчас полночь, оставайся здесь. Я посплю на диване. Я спал на нем все это время.

Сюй Дин удивленно посмотрел на него.

— Ты…

А? Что он собирается сказать?

Но Сюй Дин замолчал на полуслове, а Чэн Кэ не стал спрашивать.

Вероятно, все друзья, близкие и не очень, думают, что Чэн Кэ совершенно бесполезен. Даже в таком простом деле как аренда квартиры Сюй Дин предложил свою помощь.

Неужели все считают Чэн Кэ настолько беспомощным?

— Ты купил все для ванной? — спросил Сюй Дин, выйдя из душа с голым торсом и вытирая волосы.

— Ага, — Чэн Кэ взглянул на него, а затем быстро повернулся к телевизору.

Он был не очень хорошо знаком с Сюй Дином и не часто с ним встречался. Их представил друг другу Лю Тянчэн, когда Чэн Кэ искал помощь с записью видео рисования песком.

— Я могу сдать тебе эту квартиру, — внезапно предложил Сюй Дин.

— Не могу себе позволить снять жилье такого высокого класса.

Сюй Дин рассмеялся.

— Так неловко слышать от тебя такое.

— Не беспокойся обо мне, я не пропаду.

— Хорошо, — Сюй Дин кивнул и пошел в спальню.

Чэн Кэ снова уставился в телевизор. Он не хотел оставаться в квартире Сюй Дина надолго. Вовсе не потому, что они были знакомы не так долго, просто Чэн Кэ не хотел вмешивать посторонних в свои проблемы.

Он проверил номер агентства, записанный в телефоне, и решил, что завтра во что бы то ни стало найдет новый дом.

Глава 5 - Во время действия договора в квартире можешь жить только ты один. Цветы, птицы, рыбы, собаки и кошки запрещены

Диван в доме Сюй Дина и правда очень удобный. Чэн Кэ проспал на нем несколько дней и невольно осознал, что даже дорогая кровать в родительском роскошном доме была не такой комфортной, как этот простой диван.

Быть может, Чэн Кэ так показалось, потому что за последние несколько дней его жизнь круто изменилась: до этого он вообще крепко спал на столе в «Макдоналдс» и был рад даже этой возможности.

Он сел, протер глаза, посмотрел в сторону спальни Сюй Дина и обнаружил заправленную кровать. Сумки с вещами, которую он вчера бросил в коридоре, тоже не было.

— Сюй Дин! — крикнул Чэн Кэ.

Удостоверившись, что Сюй Дина действительно нет в квартире, он встал, потянулся и медленно пошел принять душ.

Раньше в ванной комнате было пусто. В конце концов, в этой квартире никто не жил, лишь изредка приезжало несколько друзей, чтобы потусить, поэтому Чэн Кэ пришлось купить много разнообразных вещей.

До этого он редко покупал предметы первой необходимости. Каждый раз, когда что-то заканчивалось или ломалось, он просто говорил матери, и та все покупала сама. Поэтому Чэн Кэ смутно понимал, что закончится быстро, а чего хватит надолго: раньше для него это было совсем не важно. Поэтому, пойдя в ближайший магазин, он купил все сразу в большом объеме, даже если покупки могли оказаться не такими уж необходимыми.

Неудивительно, что Сюй Дин так удивился, увидев на полочках в ванной большую бутылку шампуня и несколько упаковок мыла. Возможно, в этот момент он мог подумать, что Чэн Кэ решил надолго у него остановиться.

Чэн Кэ взял телефон и проверил время, позвонил агенту по недвижимости и договорился о встрече через час, а потом решил поесть. Вчера он не ужинал, поэтому с самого утра ощущал зверский голод. Несмотря на агрессивные позывы желудка, он не мог придумать, что поесть.

Выйдя из дома и побродив по окрестностям, Чэн Кэ наконец зашел в небольшую пиццерию, заказал чашку кофе и пиццу с морепродуктами.

Раньше он редко завтракал вне дома. Последние несколько лет каждое утро начиналось одинаково: Чэн Кэ просыпался, шел прямиком в столовую и садился за стол, на котором уже стояли всевозможные блюда высокого качества. Но не смотря на разнообразие, меню менялось довольно редко, и приходилось есть одни и те же блюда на протяжении месяца. Однако среди приготовленных изысков не было любимой еды Чэн Кэ, поскольку почти все блюда принадлежали западной кухне. На самом деле ему нравились соевое молоко, хворост и тофу.

Чэн Кэ посмотрел на пустую чашку и на последний кусочек пиццы. Почему в итоге он съел именно это?

***

Рядом с Чэн Кэ остановился автомобиль агента по недвижимости.

— Господин Чэн? Я агент Сяо Чжан.

— Да, — кивнул Чэн Кэ.

Сяо Чжан оглядел его с ног до головы.

— Садись. У меня на примете есть три квартиры, которые могут тебе подойти.

— Спасибо, — Чэн Кэ открыл дверь и сел в машину.

В салоне стоял застоявшийся запашок, скорее, смешение нескольких резких запахов, среди которых явно ощущался перегар. Зловонный микс оказался настолько мощным, что у Чэн Кэ заслезились глаза. Ему не оставалось ничего, кроме как открыть окно. Скорее бы машина тронулась, и в салон проникло хоть немного свежего воздуха.

— Прежде всего я должен спросить, на какую сумму ты рассчитываешь арендовать жилье, — внезапно начал Сяо Чжан, нажав на педаль газа, — и узнать о критериях твоего выбора. Ценовой диапазон на эти три квартиры разный. Мы можем начать с квартиры похуже, но дешевле. Устроит?

— Нет, — честно ответил Чэн Кэ. — Цена не так важна, как состояние квартиры.

— Хорошо, — кивнул Сяо Чжан. — Тогда переходим сразу ко второму пункту. Какую квартиру ты ищешь?

— Большую, чистую и уютную. Да и район должен быть благополучным.

— Тогда цена точно будет высокой.

— Знаю.

Он не хотел признаваться Сяо Чжану в том, что никогда прежде не снимал жилье, а значит, совсем не знаком с ценами на рынке.

Первый вариант, который показал агент по недвижимости, — квартира с двумя спальнями. Район оказался довольно хорошим, а инфраструктура — развитой. Вот только в самой квартире было несколько… некомфортно. Расстояния между домами оказалось ужасно маленьким. Выглянув в окно, Чэн Кэ уперся взглядом в чью-то спальню. Угол обзора оказался настолько «удачным», что мужчина без труда увидел цвет подушек на двуспальной кровати… Бесстыдство. Да и сам дом был старой постройки, а стены в комнатах покрыты большим слоем старых обоев и покрашены белой краской.

— Как тебе? — спросил агент по недвижимости. — Эта квартира должна соответствовать твоему станда…

— Есть еще варианты? — перебил Чэн Кэ.

— Следующая квартира находится в доме, сданном чуть больше двух лет назад, — ответил Сяо Чжан. — Тебя отпугнуло старое здание? Два следующих варианта находятся в новых домах.

— Отлично, — Чэн Кэ направился к двери, — давай посмотрим.

— Хорошо, — кивнул Сяо Чжан. — А чем занимается господин Чэн?

Чэн Кэ замер на мгновение. Он не знал, что ответить, поскольку никто раньше не задавал ему этого вопроса.

Обычно его общение ограничивалось кругом друзей по выпивке. Даже если их компания пополнялась, то новые лица никогда не задавали такие вопросы. Возможно, не потому что не хотели узнать о друзьях больше, просто все они были бездельниками, что попусту прожигали жизнь и не имели ни работы, ни хобби.

Чэн Кэ все еще молчал, подбирая слова.

— Господин Чэн, не подумай ничего такого, — произнес Сяо Чжан, закрывая дверь квартиры и сопровождая клиента вниз по лестнице. — Я спрашиваю потому, что это важно для домовладельца. Арендодатель того дома предъявляет множество требований к жильцам.

— О, — отозвался Чэн Кэ и подумал о единственной «работе», которая ему удавалась, — я рисую песком [1].

— Продаешь диваны [1]? — переспросил Сяо Чжан.

(П/п: «沙画» — ша хуа (рисовать песком); «沙发» — шафа (диван))

— Нет, рисование песком, — повторил Чэн Кэ. — Рисую картины песком.

— А! Знаю такое, знаю, — Сяо Чжан кивнул. — Думаю, художник должен подойти под стандарты домовладельца.

Чэн Кэ улыбнулся и ничего не сказал.

— Жаль, — внезапно продолжил Сяо Чжан, — что такие картины недолговечны.

— Ага, — Чэн Кэ сел в машину и сменил тему: — Какие еще требования выдвигает домовладелец?

— Он ищет чистоплотного арендатора без вредных привычек и с постоянным доходом. Приличных людей, которые не ведут разгульный образ жизни. Животные запрещены. Так же не сдает квартиру неженатым парам и семьям с детьми.

— О, я как раз холост.

Чэн Кэ не знал, уникальны эти требования или нет, но, к большому счастью, он идеально под них подходил… Ну, почти.

Увидев вторую квартиру, он почувствовал облегчение. С какой стороны ни посмотри, она казалась отличным вариантом, поэтому Чэн Кэ был почти уверен, что третью смотреть не придется.

Квартира находилась на верхнем этаже. С террасы открывался отличный вид на сквер. Простое оформление квартиры также стало огромным плюсом: деревянные полы, светлые стены и скромная мебель.

Единственное, что немного смущало Чэн Кэ, — дом стоял всего в двух кварталах от того места, в котором еще несколько дней назад у него состоялась драка с одним психом.

Увидев, что клиент колеблется, Сяо Чжан сделал небольшую рекламу и кратко рассказал о районе с большим количеством торговых центров и магазинов, а также ресторанов, баров и ночных клубов.

— Здесь почти никогда не бывает пробок. Вход в метро находится в шаговой доступности. Транспортная инфраструктура хорошо развита, и до центра можно доехать почти на любом автобусе, — добавил Сяо Чжан, — А еще…

— Понятно, — прервал его Чэн Кэ.

Сяо Чжан говорил так много и так быстро, что у него заболела голова.

— Но я обязан обо всем рассказать, — не унимался мужчина. — Если ты захочешь приобрести новую мебель, технику и прочее, то нужно заранее уведомить домовладельца и обсудить все тонкости. Нельзя держать дома животных и птиц, даже самых мелких. Нельзя менять замки. Если из вещей что-то сломается, нельзя заниматься ремонтом самостоятельно, обязательно нужно уведомить домовладельца…

Чем больше говорил агент по недвижимости, тем тяжелее становилась голова Чэн Кэ. Мужчина плюхнулся на диван и откинулся на спинку. Он не мог понять: то ли Сяо Чжан до жути назойлив, то ли домовладелец раздражающе требователен.

— Что такое ставка один к трем? — внезапно переспросил Чэн Кэ, услышав неизвестный термин.

— Когда при заселении оплачиваешь квартиру на три месяца вперед, а затем вносишь залог за месяц, — объяснил Сяо Чжан.

— О-о, — протянул Чэн Кэ, — а можно заплатить вперед на несколько месяцев или полгода?

— Нет, домовладелец требует ежемесячную плату.

— Почему? — не понимал Чэн Кэ.

— Чтобы в любой момент поднять квартплату.

— Хитро. Но снимать жилье у таких домовладельцев совсем неудобно, — подметил Чэн Кэ.

— Да, — только и мог выдавить растерянный Сяо Чжан.

***

Цзян Юйдо с сигаретой во рту оперся о подоконник и снова взглянул на кости Лу Цянь. Женщина по очереди коснулась каждой кости, не зная, какую из них выдать в игру.

Когда она наконец определилась и бросила две тысячи [2], Цзян Юйдо яростно хлопнул по спинке стула:

— Это бессмысленно!

(П/п: название кости «二萬» — эрвань (двойка символов) созвучна со словом две тысячи «二万»)

— Лаосан [3], ты снова начинаешь? — брат Лю, старший брат Лу Цянь, сделал следующий ход и положил кость на стол. — Если хочешь играть, так давай. Нечего сидеть здесь и всем раздавать подсказки!

(П/п: уже говорила об этом ранее, но главы выходят редко, поэтому напомню: к Цзян Юйдо обратились «老三», где «老» (Лао) выступает (в данном случае) в роли уважительного префикса, а «三» (Сан) в роли клички (третий). Таким образом, «老三» нужно было бы перевести как «уважаемый/почтительный третий (брат)». Звучит странно, поэтому оставляю как в оригинале)

— Да разве я могу с вами соперничать? За все восемьдесят партий, которые я сыграл против вас за этим столом, мне не удалось выиграть ни одного гребаного раза, — буркнул Цзян Юйдо.

— Тогда ты должен понимать, что зритель, который видит все кости, не должен давать подсказок, — подметил брат Лю, глядя на него в упор.

— Не горячись, это же просто азартная игра, — усмехнулся Цзян Юйдо.

— Верно! «Азартная» — ключевое слово!

— Успокойся, — Лу Цянь похлопала брата Лю по плечу и махнула Цзян Юйдо: — А ты не влезай в игру. Иди уже.

— Ухожу-ухожу, — Цзян Юйдо закатил глаза, открыл дверь и вышел.

Он не любил играть в маджонг с Лу Цянь и братом Лю, потому что даже после множества партий, которые они отыгрывали на протяжении многих лет, ему так и не удалось добиться прогресса и хоть раз остаться победителем.

Сегодня Цзян Юйдо предстояло пойти в дом № 1. Та парочка со второго этажа снова ударилась в слезы и мольбы и выпросила еще один месяц для полного погашения долга. Цзян Юйдо согласился, но все равно решил заехать к ним и нанести предупреждающий визит.

На самом деле Цзян Юйдо совсем не сочувствовал этой паре. Ему было крайне неприятно видеть, как сброд, подобный им, пытается выжить. Но этот дом принадлежал Лу Цянь, поэтому приходилось мириться с ее желаниями. У старшей сестры острый язык, но доброе сердце.

Однажды кто-то из жильцов задолжал оплату за восемь месяцев, не отдал ни юаня и сбежал под покровом ночи, прихватив с собой складной обеденный столик. Лу Цянь три дня подряд рвала и метала, поливала вора грязью, клялась и божилась, что больше никогда не допустит такого: будет жесткой и непреклонной! Но даже после этого, если кто-то из жильцов просит об отсрочке, она проявляет добродушие и идет навстречу.

Телефонный звонок прервал мысли Цзян Юйдо. Он достал мобильник из кармана и взглянул на экран. Незнакомый номер. Он подозрительно огляделся, повернулся спиной к стене и принял вызов.

— Господин Цзян? — из трубки раздался мужской голос.

— Кто спрашивает?

— Агент по недвижимости Сяо Чжан. Ранее вы [4] приходили в наш офис и подали заявление на сдачу квартиры в аренду. Потенциальный арендатор уже согласился и хотел бы подписать договор сразу. Вы сможете сейчас приехать на встречу?

(П/п: обратите внимание, что Сяо Чжан обращается к Чэн Кэ на «ты», а к Цзян Юйдо на «вы». Все потому, что Цзян Юйдо сдает квартиру, а значит, гарантирует доход. Почти все агентства берут процент при заключении договора и с арендодателя, и с арендатора)

— Смогу только завтра, — просто ответил Цзян Юйдо.

— Это естественно, что арендатор не хочет спешить, но подумайте, может, все-таки получится приехать? Если не выходит сейчас, то, может, устроим встречу вечером? — принялся уговаривать его Сяо Чжан. — Видите ли, с вашей стороны много требований, да и цена не низкая. А этому мужчине все понравилось и …

— Этот человек подходит по всем параметрам? — спросил Цзян Юйдо, сдвинув брови.

— Да-да. Он художник. Холостой. Аккуратный на вид, — торжественно объявил Сяо Чжан. — Молодой мужчина чуть старше двадцати.

Ответ агента насторожил Цзян Юйдо и заставил его брови сойтись у переносицы.

«Хм… Все понравилось? Хочет подписать договор сразу? Неужели не может подождать до завтра? Что-то здесь не чисто…»

— Господин Цзян?

— Хорошо, подождите меня. Скоро буду, — Цзян Юйдо повесил трубку и набрал Чэнь Цина. — Ты на машине? Заедь за мной и отвези в новый дом сестры.

— Да, но я на «Кайенн». Тебе хватит места? — внезапно спросил Чэнь Цин. — Может, лучше взять грузовик?

Цзян Юйдо ничего не ответил. Прежде чем разозлиться и накричать на глупого Чэнь Цина, который опять говорит ерунду, он изо всех сил постарался понять смысл его слов. Но в конце концов потерпел неудачу.

Цзян Юйдо старательно подавил эмоции, успокоился и спросил максимально сдержанно:

— Что, блять, ты несешь?

— Разве ты не собираешься переезжать? В «Кайенн» не поместится много вещей.

Цзян Юйдо неистово захотелось схватить первого попавшегося прохожего, затеять драку и выпустить пар, но он снова сдержался и стиснул зубы.

— Нет. Садись в «Кайенн» и приезжай. Я в клубе маджонга.

— Хорошо, скоро буду, — просто ответил Чэнь Цин.

Быстрый «Кайенн» резво завернул на перекрестке и остановился на обочине рядом с Цзян Юйдо.

— Так значит, нашли арендатора? — спросил Чэнь Цин, снова выехав на дорогу.

— Ага, — Цзян Юйдо закурил. — Вроде как художник.

— Наверное, получает прилично, — кивнул Чэнь Цин, — а значит, не будет задерживать оплату.

Цзян Юйдо ничего не сказал.

— Хотя совсем не обязательно, — продолжил Чэнь Цин, решив реабилитироваться в глазах брата. — Бывают люди как, например, Цзицзя: хорошо одетые и с часами на запястье стоимостью в сто тысяч юаней, но при этом копошащиеся в мусорных баках.

— Захлопнись и смотри на дорогу, — рявкнул Цзян Юйдо и включил радио.

Чэнь Цин, вероятно, не мог избавиться от первого впечатления о Чэн Кэ. С тех пор как он увидел его у мусорного бака, стал считать простым бродягой. Цзян Юйдо видел намного больше и прекрасно понимал, что все не так просто, как кажется на первый взгляд.

Каждый раз, сталкиваясь с Чэн Кэ, он сбивался с толку: что делает этот парень? Чего он добивается?

В последнее время Цзян Юйдо не замечал за собой слежки. Единственный подозрительный тип, который попадался ему на пути, — это Чэн Кэ. Но этот парень не похож на человека, которого стоит опасаться.

Часто ли головорезы берут в свою банду красавчиков и неженок?

Однако сейчас загадочный арендатор казался Цзян Юйдо еще более подозрительным, чем Чэн Кэ.

— Слушай, — он задумчиво посмотрел на Чэнь Цина, — в последнее время у нас появились новые проблемы, о которых я не знаю?

— Нет, — Чэнь Цин покачал головой, — почти все идет гладко. Есть пара-тройка пустячков, как без этого. Еще Чжан Даци периодически тявкает.

— Я наведаюсь к нему завтра.

— Зачем тратить время на этого придурка? Я сам схожу. Чжан Даци не достоин того, чтобы ты приходил лично.

***

— Сколько времени это займет? — Чэн Кэ все еще сидел на диване и от скуки мучил мобильник: включал блокировку, отключал, включал и снова отключал…

Его телефон абсолютно пуст, в нем нет даже стандартных игр, которые помогли бы скоротать время. Он купил телефон, чтобы звонить и отправлять сообщения, потому до этого даже не думал скачивать что-то лишнее. В конце концов, в жизни бывает не так много случаев, когда тебе приходится оставаться наедине с таким скучным парнем.

— Недолго, — ответил Сяо Чжан. — Домовладелец живет недалеко отсюда.

Как только он договорил, лифт за входной дверью издал протяжный сигнал, и кто-то вошел в квартиру.

Чэн Кэ облегченно вздохнул, сунул телефон обратно в карман и встал. Когда он поднял глаза и увидел входящего, то потерял дар речи.

— Давайте живее со всем разберемся, у меня еще есть дела… — Цзян Юйдо вошел в гостиную, перевел взгляд с агента по недвижимости на потенциального арендатора и в ту же секунду замер от шока. — Ты.

— Какого хуя? Цзицзя?! — воскликнул Чэнь Цин, вошедший следом.

Видя Чэн Кэ, он всегда невольно вспоминал о дорогих часах, поэтому эта странная кличка вряд ли сможет отвязаться.

— Вы знакомы? — удивился Сяо Чжан.

— Нет, — одновременно ответили Чэн Кэ и Цзян Юйдо.

— Ха-ха-ха, — неловко рассмеялся Сяо Чжан и продолжил, потирая руки: — Тогда… Каждый из вас должен ознакомиться с контрактом и подписать.

— Хорошо, — ответил Цзян Юйдо, взял стул и сел за стол.

— … Хорошо, — Чэн Кэ принял договор из рук агента по недвижимости, желая поскорее с этим покончить.

Фактически, в тот момент, когда он увидел Цзян Юйдо, ему захотелось уйти с высоко поднятой головой. Как он мог так низко пасть и арендовать квартиру у этого… придурка?

Но этот вариант и правда оказался хорош, поэтому Чэн Кэ стиснул зубы и взял себя в руки. К тому же Цзян Юйдо был должен ему за тот порез на боку.

— Когда договор будет подписан двумя сторонами, я как посредник поставлю печать и свою подпись, — произнес Сяо Чжан. — У нас все по правилам и по закону, будьте уверены.

Чэн Кэ не проронил ни слова и с серьезным видом уставился в договор, но не понял в нем ни строчки.

— Ты рассказал обо всех требованиях? — внезапно спросил Цзян Юйдо.

— Да, — с улыбкой ответил агент по недвижимости.

— О каких требованиях? — переспросил Чэн Кэ.

Цзян Юйдо медленно повернул голову и посмотрел на Сяо Чжана.

— Го-господин Чэн, — заикнулся агент, — о тех, что я только что тебе рассказывал.

— О, — кивнул Чэн Кэ, — какие это?

— Во время действия договора в квартире можешь жить только ты один. Цветы, птицы, рыбы, собаки и кошки запрещены, — ответил Цзян Юйдо. — Если захочешь что-то поменять в квартире, сначала нужно связаться со мной. Все, что ты…

— Понял, — Чэн Кэ бросил договор на стол, взял ручку и поставил подпись, а потом откинулся на спинку стула. — У меня еще много дел.

Цзян Юйдо несколько секунд внимательно всматривался в его лицо, а затем обратился к Сяо Чжану:

— Мне нужно подписать от своего имени или от имени владельца?

— Можете от своего, — ответил Сяо Чжан с улыбкой. — Домовладелец предоставил на вас доверенность.

— Что ж, — Цзян Юйдо взял ручку, поставил подпись и отдал договор обратно Сяо Чжану, затем посмотрел на Чэн Кэ: — У тебя есть мой номер?

— Нет.

Цзян Юйдо оглянулся на Чэнь Цина, который все это время, словно преданный телохранитель, стоял позади него с угрюмым лицом, и в ту же секунду протянул Чэн Кэ визитку.

Точно такую же «визитку» Чэн Кэ уже видел дважды: кусок картона, вырезанный из пачки сигарет, с номером телефона и именем «Цзян Юйдо», выведенными синей шариковой ручкой. На несколько секунд он задержался взглядом на этом куске картона, стиснул зубы и молча убрал его в карман.

После подписания договора Чэн Кэ отдал сумму за три месяца вперед и залог за один месяц. Цзян Юйдо протянул ему ключ от замка, который «нельзя менять». Чэн Кэ предполагал, что следующим шагом все лишние люди должны будут покинуть его квартиру, вот только Цзян Юйдо не шелохнулся и как ни в сем не бывало остался сидеть за столом. А Чэнь Цин с таким же угрюмым выражением лица, не меняя позу, стоял за спиной третьего брата.

Чэн Кэ не хотел, чтобы Сяо Чжан, который все еще находился в квартире, думал, что его и этих двоих ненормальных что-то связывает. Поэтому Чэн Кэ откашлялся и хотел попрощаться, но Цзян Юйдо первым сказал свое слово.

— До свидания, — он махнул Сяо Чжану, явно намекая, что их встреча подошла к концу. — Спасибо.

— Но… — Сяо Чжан заколебался.

Чэнь Цин подошел к агенту по недвижимости, напористо сопроводил к выходу и захлопнул дверь.

— Скажу прямо, — Цзян Юйдо посмотрел на Чэн Кэ, — я не знаю, чего ты добиваешься, но если не уверен в выборе квартиры, то все еще в праве отказаться. Иначе можешь пожалеть.

— Тогда позволь и мне сказать прямо. Не понимаю в чем твоя проблема и даже не хочу знать, с какой дурки ты сбежал, но мне понравилась квартира, — Чэн Кэ невольно коснулся пореза на боку. — И я буду ее снимать.

Глава 6 - Уж прости, не знал, что у тебя так много жира на боках (1)

Чэн Кэ украдкой проследил за тем, как Цзян Юйдо высокомерно встал со стула и вышел из квартиры, а Чэнь Цин, словно виляющий хвостом верный песик, ушел вслед за ним. Не успел Чэн Кэ вздохнуть с облегчением, как дверь громко захлопнулась. Этот звук оказался настолько внезапным, что Чэн Кэ от испуга чуть было не свалился со стула. После того как все ушли, он еще долго сидел на месте и приходил в себя.

В последнее время в его жизни не было ни одной спокойной минуты: кругом разочарование и стресс. Показное спокойствие — это просто защитная оболочка, лишившись которой, больше не притворишься, что все хорошо, не сделаешь вид, что ты в безопасности.

С тех пор как Чэн Кэ узнал значение слова «безопасность», он сразу почувствовал, что этого в его жизни крайне не хватает. Особенно в те моменты, когда приходится лицом к лицу сталкиваться с превратностями судьбы или, лучше сказать, подлянками от одного единственного человека.

Когда Чэн Кэ сбегал из дома, то не прихватил с собой совсем никаких вещей. Тогда он полностью поддался эмоциям: просто открыл дверь и ушел. Однако в тот момент ему нужно было притормозить и подумать, отойти от ситуации и все хорошенько обмозговать, переждать несколько дней и остыть, а потом еще раз вернуться к этому вопросу и разрешить конфликт… Но в итоге Чэн Кэ поспешил и натворил дел с горяча. Все произошло так внезапно. Он не знал, как вести себя в критических ситуациях, впал в смятение и замешательство и не нашел другого выхода, кроме как сбежать.

Чэн Кэ и правда редко попадал в переделки. Самая большая неприятность, с которой он сталкивался за всю жизнь, — это драка с Чэн И. Тогда для Чэн Кэ все кончилось очень плохо. Чэн И завязал драку и, естественно, как человек, не умеющий постоять за себя, вышел из потасовки пострадавшим. Чэн Кэ разбил ему лицо. Естественно, Чэн И пожаловался отцу и, притворившись жертвой, получил утешение и внимание, а Чэн Кэ — наказание.

…Прошло столько лет, но ничего не изменилось.

Чэн Кэ встал со стула, подошел к двери и неторопливо посмотрел в глазок. В подъезде оказалось совершенно пусто. На ключе, отданном Цзян Юйдо, висел брелок в виде кошачьей головы. Выглядел он на удивление мило. Чэн Кэ вставил ключ в замочную скважину, провернул несколько раз, запирая и отпирая дверь. Проверив замок, он посмотрел на ключ и ненадолго растерялся, не зная, куда его следует деть.

Если подумать, то Чэн Кэ ни разу не приходилось брать ключи в руки. В доме они были совсем ни к чему: его спальня не запиралась, как и остальные комнаты, и, чтобы войти, нужно было просто постучаться. Даже на шкафах не висело замков.

В конце концов Чэн Кэ определил ключ в карман брюк. Сейчас ему нужно вернуться к Сюй Дину, чтобы отдать карточку от квартиры и перевести все купленные на днях товары. Но, приехав на место и увидев, сколько вещей предстояло забрать, он всерьез задумался о том, что проще плюнуть на эту затею. Чэн Кэ оперся на дверной косяк в ванной и прошелся взглядом по полкам, не понимая, как ему вообще удалось принести из магазина столько всего за раз. Простояв в дверях ванной несколько минут, Чэн Кэ все же начал упаковывать многочисленные баночки. У него почти нет одежды и вещей, чтобы набить сумку и соответствовать образу «начинаю новую независимую жизнь»… В общем, он решил прихватить баночки из ванны больше для виду, нежели из-за большой необходимости.

Когда Чэн Кэ вышел из квартиры с тяжелой сумкой в руке, его пальцы онемели от боли. Очень скоро он пожалел о своем решении, ведь нести этот хлам оказалось чертовски напряжно. Чэн Кэ пришлось спуститься к консьержу, чтобы отдать ключ-карту, затем покинуть жилой комплекс, дойти до края дороги, а потом еще пять минут безрезультатно ловить такси… И все это время не выпускать блядскую сумку из рук! Когда очередная машина без остановки пролетела мимо, Чэн Кэ бросил ненавистную сумку на землю и яростно пнул ногой, будто она была виновата во всех его бедах.

В этот момент напротив него остановилось такси. Чэн Кэ хотел открыть дверь и сесть, однако, откуда ни возьмись, появились две девушки. Одна из них с мобильным телефоном в руке обошла такси и проверила номерной знак.

— Угу, наше.

Чэн Кэ наблюдал за тем, как девушки садятся в машину и уезжают. А-а-а, так это ебаное такси нужно вызвать через приложение.

Чэн Кэ достал телефон. Раньше он никогда не пользовался приложениями для поиска такси, потому что в этом просто не было необходимости. Он даже денежные переводы делал редко. Скачав нужное приложение, он изучил руководство по использованию, и, как только нажал на клавишу вызова автомобиля, рядом с ним, как назло, остановилось пустое такси. Чэн Кэ окинул его взглядом и выпалил с чувством:

— Вот сука.

В приложении высветилось оповещение о том, что водитель принял заказ и направился в пункт назначения. Чэн Кэ боялся, что таксист увидит рядом с ним машину и прошмыгнет мимо, поэтому взмолился, чтобы пустой автомобиль поскорее уехал. Но вот неудача: он словно прирос к асфальту! Чэн Кэ взглянул на карту в приложении и обнаружил, что его такси уже подъехало к перекрестку, а эта блядская машина все еще не тронулась с места. Через считанные минуты у обочины припарковался черный Фольксваген, прогудел гудок, и окно у переднего пассажирского сидения плавно опустилось.

— Это ты? — спросил водитель, высунув голову из окна.

— А? — Чэн Кэ растерянно посмотрел на мужчину.

— Ты заказывал такси?

— Заказывал, — растерянно ответил Чэн Кэ.

— Ну так проверь номерной знак. Если совпадает, садись — погнали.

— О…

Чэн Кэ заглянул в приложение и отыскал информацию о такси. Там были указаны и модель автомобиля, и его номерной знак. Когда Чэн Кэ проверил данные и наконец сел в салон машины, водитель покосился в его сторону и спросил с усмешкой:

— Редко вызываешь такси через приложение?

— Сегодня впервые, — честно ответил Чэн Кэ.

— Правда? — удивился водитель. — Ведь это так удобно. Редко можно встретить молодого парня, который никогда его не использовал.

— Видимо, я не так молод, — буркнул в ответ Чэн Кэ.

…Вынув из кармана ключ от квартиры, Чэн Кэ вдруг почувствовал себя не в своей тарелке. Он заглянул в замочную скважину, нерешительно прислонился ухом к двери и прислушался к звукам внутри. Цзян Юйдо превратил его в чертового параноика. Несмотря на то, что Чэн Кэ снимал жилье и жил один, он все-равно не чувствовал себя в безопасности, потому что остро ощущал: эта квартира ему не принадлежит. Помимо перестановки, которая была категорически запрещена условиями договора, не разрешалось менять замки, потому что владелец, у которого остался дубликат ключа, должен иметь возможность при необходимости попасть в квартиру. Чэн Кэ боялся, что в один прекрасный день он откроет дверь и увидит Цзян Юйдо преспокойно сидящего на диване в гостиной.

Внутри было на удивление тихо и, кажется, на этот раз обошлось без незваных гостей. В глубине души Чэн Кэ посмеялся над собой, невротиком, который порой слишком много думает. Однако, когда пришло время зайти в квартиру, Чэн Кэ снова насторожился, отпер замок и заглянул в щель приоткрытой двери. Убедившись, что внутри никого, он резво развернулся и запер дверь на ключ. Только тогда он бросил тяжелую сумку, рухнул на диван и, закрыв глаза, вздохнул с облегчением. Он долго лежал без движения, и только когда спина отекла, лениво сел и посмотрел на часы. Прошло так много времени, неужели он задремал? С того момента как он перешагнул порог дома, прошло не меньше двух часов. Вот почему так хочется есть…

Чэн Кэ встал и прошел на кухню. В шкафчиках лежала кухонная утварь, однако он не знал, насколько она полезна и чего на самом деле не хватает. Затем Чэн Кэ открыл сумку, разложил пожитки в ванной. Полки оказались забитыми до отказа. На мгновение могло показаться, что Чэн Кэ стоял не дома, а в магазине в отделе ванных принадлежностей. То так, то эдак посмотрев на захламленные полки, Чэн Кэ вздохнул и убрал в комод большую часть баночек и флаконов. После чего он разложил оставшиеся вещи в спальне и гостиной, а закончив, окинул квартиру взглядом и почувствовал нарастающее раздражение.

Бесит. Он нашел квартиру и подписал договор аренды, получил ключ, въехал и перевез вещи, но это оказалось только началом на пути к самостоятельной жизни. Ему предстояло еще обставить дом, не говоря уже о покупке самого необходимого: одеяла, подушки и постельного белья. Да у него даже тапочек нет…

— Агр!

Чэн Кэ раздраженно завалился на диван и свирепо ударил ногой по подлокотнику.

— До чего же бесит!

***— Вкуснота! Эта соевая подлива выше всяких похвал. — Чэнь Цин положил упаковку подливы в тележку и двинулся вдоль длинной полки магазина. — Помимо специй, в нее добавлены крупно нарезанные кусочки мяса.

— Если захотел мясо, то почему бы просто его не купить? — подметил Цзян Юйдо. — И что ты собираешься делать с этой подливкой? Собрать все кусочки воедино и притвориться, что это стейк?

— Да ладно тебе, — усмехнулся Чэнь Цин, — у меня не такая хорошая фантазия.

— Дело вовсе не в этом, — вздохнул Цзян Юйдо. — Умоляю, давай поедим сегодня раздельно.

— Нет уж, я поужинаю с тобой. К нам приехала тетка. Такая надоедливая, — признался Чэнь Цин и глубоко нахмурился при мыслях о гостье. — Каждый раз, когда у нее возникают проблемы, она приходит к нам и начинает жаловаться на жизнь. Даже не знаю, откуда у нее взялась такая раздражающая привычка. Вижу ее, и настроение падает ниже плинтуса.

— А у меня каждый раз портится настроение при виде тебя.

— О, сухой кошачий корм. — Чэнь Цин указал на крайнюю полку. — Купишь немного для котенка?

— Он такой не ест.

— А какая коту разница? — удивился Чэнь Цин.

— Если он не будет его есть, так зачем покупать? Этот сухой корм — спрессованные отходы, которые тяжело усваиваются. Мяу еще маленький, поэтому ему нужно особое питание.

— О, так ты даешь ему консервы, — заключил Чэнь Цин.

— Ты… Просто шуруй к кассе и вставай в очередь.

— Ага, — Чэнь Цин кивнул и направился в сторону касс.

Цзян Юйдо толкнул тележку к полке с сухим молоком. Он слышал, что котятам нужно давать козье, поскольку ферменты в коровьем молоке могут негативно повлиять на пищеварение еще неокрепшего желудка, вызвать диарею и даже летальный исход.

— Бля, до чего же дорого.

Цзян Юйдо внимательно изучил все товары, представленные на полке, и наконец нашел идеальное по цене сухое козье молоко, взял две упаковки и положил в тележку. Проходы между стеллажами узкие, поэтому он решил не задерживаться и не устраивать затор, но напоследок прихватил еще одну упаковку молока. Не успел он завернуть за угол, как на него сзади налетел другой покупатель.

— Прошу прощения, — тут же извинился Цзян Юйдо, поскольку именно он был виноват в столкновении. Однако человек позади него ничего на это не ответил.

Серьезно, он не скажет даже «ничего страшного»? Что за манеры? Вот невежа! Цзян Юйдо и сам редко бывал вежлив, но такие элементарные нормы этикета соблюдал всегда! В конце концов, Цзян Юйдо не выдержал и обернулся, чтобы посмотреть на этого нахала.

Цзицзя? Нет-нет, Чэн Кэ.

Позади него стоял Чэн Кэ с корзиной в руках. На его лице отразились волнение и страх, смешанные с очевидным отвращением.

— Язык проглотил? Даже не можешь ответить на извинение как следует? — нахально спросил Цзян Юйдо.

Чэн Кэ по-прежнему не отрывал от него глаз. Выражение его лица снова изменилось, на этот раз это были замешательство и раздражение.

— Да-да, все в порядке. Извинения приняты. Ты пырнул меня ножом, а я налетел на тебя в магазине. Теперь мы квиты.

Цзян Юйдо хмыкнул и приблизился к нему. В тот раз он и правда допустил ошибку, но кто виноват в том, что пальто этого парня оказалось таким тонким? В любом случае, рана неглубокая, и, по мнению Цзян Юйдо, из-за такой мелочи зазорно устраивать сцену.

— Уж прости, не знал, что у тебя так много жира на боках, — съязвил он.

— Э?..

Чэн Кэ опешил, но в следующую секунду, казалось, потерял интерес к разговору, развернулся и ушел в противоположном направлении.

— У входа стоят тележки, — произнес Цзян Юйдо, заметив, сколько всего лежало в корзинке молодого господина. — Зачем таскаешь все в руках?

Тяжело следить за кем-то, когда везешь тележку, не правда ли? Если в руках корзинка, можно подслушивать и подсматривать сколько душе угодно, не боясь, что тебя обнаружат. Цзян Юйдо был уверен, что Чэн Кэ собрал с полок первое попавшееся, чтобы устроить с ним это «внезапное» столкновение. Хитрец.

Внезапно Чэн Кэ обернулся, подошел к нему и выпалил:

— Есть ручка и бумага?

— Есть.

— Дай сюда.

Цзян Юйдо недоверчиво прищурился, но все же сунул руку в карман и вытащил кусок картона, вырезанный из упаковки сигарет, а затем и ручку. Чэн Кэ наклонил голову и старательно вывел короткое слово, а затем вернул Цзян Юйдо ручку и картонку.

«Рисперидон»?

— Что за хрень? — удивился Цзян Юйдо.

— Таблетки. Купи в аптеке. Хорошо помогают от психоза.

— Бля, иди нахуй!

— Ага, обязательно, — буркнул Чэн Кэ, развернулся и ушел.

Глава 7 - Уж прости, не знал, что у тебя так много жира на боках (2)

Корзина для покупок была настолько тяжелой, что ручки больно врезались в пальцы. Однако из-за присутствия Цзян Юйдо, который продолжал сверлить его спину взглядом, Чэн Кэ не смел показать ни грамма неудобства. Дело не в том, что Чэн Кэ не хотел брать тележку, просто не увидел, где она стояла. Зайдя в магазин, он обнаружил лишь подставку с одной единственной корзиной.

Пройдя несколько рядов полок и завернув в дальний отдел, Чэн Кэ наконец перестал притворяться невозмутимым и бросил корзину на пол.

— Сука!

До чего же тяжелая эта ебучая корзина!

Чэн Кэ выглянул из-за стеллажей, огляделся и заметил стоящую недалеко от него девушку в фирменной униформе магазина. Она доставала товары из тележки и расставляла их на полки.

— Ты собираешься расставить все эти товары? — спросил он.

— Ага.

— Тогда можешь отдать мне тележку, когда закончишь?

— А? — девушка обомлела.

— У меня слишком много покупок, — Чэн Кэ кивнул в сторону небрежно брошенной корзины, — а чтобы в вашем магазине тележку найти, нужно так еще ухитриться.

— Так ведь они стоят у входа, — ответила девушка, смеясь. — Там, рядом с эскалатором, два длинных ряда тележек.

— Правда?

Чэн Кэ вдруг стало неловко. Неужели он настолько слеп?

— Вот, возьми мою, — предложила она, выложив последний товар.

— Большое спасибо.

Чэн Кэ толкнул тележку, поднял брошенную корзинку и нетерпеливо переложил ее содержимое. После чего он призадумался, пытаясь вспомнить, что же собирался купить дальше. Стоило Чэн Кэ заглянуть в тележку и перебрать сложенные товары, как его осенило: нижнее белье. Вот только где оно продается? Чэн Кэ довольно долго бродил по магазину, но не увидел ни одной полки с нижним бельем. Здесь бесчисленное количество стеллажей, похожих на витиеватые пути лабиринта. Но, несмотря на загроможденность, планировка магазина казалась стандартной. Покрутившись на месте и осмотревшись, Чэн Кэ наконец увидел таблички-указатели и быстро отыскал направление к нужному отделу, прошмыгнул между полками и… снова лицом к лицу столкнулся с Цзян Юйдо. Этот ебучий магазин проклят?

Цзян Юйдо, казалось, ни капли не удивился и, напротив, выглядел спокойным. Он посмотрел Чэн Кэ в глаза, облокотился на ручку продуктовой корзины и хитро усмехнулся. Уголки губ Чэн Кэ дернулись от напряжения.

— Что-то ищешь? — спросил Цзян Юйдо с легкой улыбкой.

— Нижнее белье, — буркнул Чэн Кэ.

— Оно там. — Цзян Юйдо указал на стеллаж за его спиной.

Чэн Кэ обернулся и уперся взглядом в длинный ряд лифчиков. Словно почувствовав, как стремительно в сердце Чэн Кэ поднимаются негодование и гнев, Цзян Юйдо поспешно добавил:

— И женское, и мужское нижнее белье находится в одном месте. Неужели вы не знали об этом?

— Хорошего вечера, — обронил Чэн Кэ, толкнул тележку и удалился.

Цзян Юйдо проводил его взглядом. Чем дольше он смотрел на этого мужчину, тем больше сомневался в своих первоначальных суждениях. Несмотря на то, что с момента появления Чэн Кэ до сегодняшнего дня возникало множество спорных мелочей, которым не нашлось разумного объяснения, Цзян Юйдо не мог отыскать ни одного доказательства, связывающего Чэн Кэ с теми людьми. Но если он и правда крот, то какой-то странный. До этого Цзян Юйдо никогда не сталкивался со шпионами, которые вели бы себя настолько непредсказуемо и чудно.

Когда фигура Чэн Кэ затерялась между стеллажами, Цзян Юйдо хмыкнул и толкнул тележку в сторону касс. Скоро он заметил Чэнь Цина. Тот стоял в очереди и размашисто махал другу.

— Ты долго, — буркнул Чэнь Цин. — Я пропустил вперед столько людей, что хватило бы на целую футбольную команду.

— Не мог определиться с выбором, — соврал Цзян Юйдо. — Я не такой как ты и не знаю наверняка, что хочу съесть.

— Просто я люблю поесть. — Чэнь Цин перехватил у него управление тележкой и подвез ее к кассовой ленте. — И многие блюда мне приходятся по душе. Проще говоря, я не привередлив.

— Подожду тебя снаружи. — Цзян Юйдо протянул другу кошелек и вышел из магазина.

В это время года темнеет рано, и по вечерам, еще до окончания рабочей смены, на улицах загораются фонари. Цзян Юйдо сунул руку в карман, вытащил упаковку сигарет и огляделся. Ему не нравятся темные вечера, пасмурное небо и густой стелющийся туман. Одним словом, он не любит темные места и пространства, потому что тьма… пугает. В такие моменты, даже если перед глазами снует куча народа, а вокруг стоит оглушительный шум, создаваемый смехом, болтовней, детским плачем и криками затевающих драку взрослых, Цзян Юйдо все-равно будет испытывать страх. Потому что не важно сколько вокруг будет людей, они останутся к нему абсолютно равнодушными. Даже если Цзян Юйдо расстегнет ширинку и станет мочиться на улице, никто и не заметит, а некоторые и вовсе не удосужатся отойти и попадут под «обстрел».

Цзян Юйдо достал сигарету и убрал пачку обратно в карман. Его пальцы невольно коснулись картонки, которую совсем недавно подпортил Чэн Кэ. Цзян Юйдо достал ее и прочел про себя: «Рисперидон».

Вот же сучок.

Цзян Юйдо поджег зажигалкой клочок бумаги и стал наблюдать, как языки пламени медленно съедают написанное Чэн Кэ столь раздражающее слово. Какая все-таки жестокая шутка судьбы.

— Третий брат, — окликнул его Чэнь Цин, — идем.

Цзян Юйдо потушил пламя, оглянулся и увидел друга с двумя большими пакетами в руках.

— Оказывается, мы много накупили.

Он взял из рук Чэнь Цина один пакет и проверил вес, после чего забрал и второй. Сравнив их, Цзян Юйдо обнаружил, что второй легче, поэтому отдал Чэнь Цину первый — тот, что тяжелее. Чэнь Цин покосился на пакет в его руках.

— Слишком очевидно, третий брат.

— Мы же на машине, так чего ноешь? Да и вообще, сегодняшний ужин оплатил я, — парировал Цзян Юйдо. — То, что я помогаю тебе с пакетами, уже идет в разрез с моими принципами. Ясно?

— Кстати! — Чэнь Цин украдкой обернулся на ходу и добавил взволнованно: — Только что, когда я оплачивал покупки, знаешь, кого я видел?!

— Ну и? — вздохнул Цзян Юйдо.

— Цзицзя! — выпалил Чэнь Цин. — Кто бы мог подумать, что здесь будет Цзицзя! Охереть!

Цзян Юйдо посмотрел на него в упор и ничего не ответил.

— Э! Так ты знал?! — обомлел Чэнь Цин. — Но откуда?

— Бля, оттуда! — рыкнул Цзян Юйдо во все горло и с чувством пнул друга под зад. — Ты чего при виде него скачешь, как сидорова коза? Сука, ведешь себя как влюбленный голубок!

— Ай! — Чэнь Цин отскочил в сторону. — Не пинайся.

— И вообще, — Цзян Юйдо тыкнул в него пальцем, — прекращай называть его Цзицзя!

— Почему? Ведь я не говорю ему это в лицо.

— Да, блять, в том то и дело. Ты не фильтруешь! — Цзян Юйдо притянул друга к себе и с силой хлопнул по плечу. — Видя его, ты так громко орешь «Цзицзя то», «Цзицзя это», что он уже сто раз слышал свою кличку!

— …А-а! — Чэнь Цин несколько раз кивнул, показывая, что осознал свою ошибку, но в следующую секунду о чем-то задумался и внезапно спросил: — Третий брат, но я не понимаю, почему нельзя называть его Цзицзя? Это ведь кликуха. Разве мы не называем собак собаками, так к чему сложности?

— Позорище.

Чэнь Цин ничего не ответил и долго оставался безмолвным, а когда Цзян Юйдо уже забыл, о чем они говорили, внезапно громко шлепнул себя по бедру.

— Я понял! Если будем называть его Цзицзя, то будем казаться бедняками, которые никогда прежде не видели люксовых часов!

Цзян Юйдо сдержал гнев и напряженно выдохнул.

— Однако, мы и правда раньше не видели часов ценой более ста тысяч юаней, — добавил Чэнь Цин.

Цзян Юйдо повернулся к другу и зыркнул гневным, полным раздражения взглядом. Увидев его таким, Чэнь Цин машинально отпрянул и прикрыл голову рукой.

— Отъебись, — рыкнул Цзян Юйдо. — Бля, неужели я так сильно задолжал тебе в прошлой жизни?

…Цзян Юйдо не очень-то любил заходить на кухню. Маленькое пространство душило и давило со всех сторон, поэтому в те дни, когда к нему в гости приходил Чэнь Цин и занимался готовкой, он отсиживался в гостиной. Правда, из Чэнь Цина повар не ахти. Как бы он ни старался, каждое его блюдо оборачивалось если не катастрофой, то однозначно надругательством над продуктами.

— Третий брат! — крикнул он с кухни. — Как насчет ребрышек в кисло-сладком соусе?

— Все равно. Сойдет все, что сможешь нормально приготовить. — Цзян Юйдо пролистнул договор и открыл последнюю страницу с копией удостоверения личности Чэн Кэ. — Хотя забей. Ребра слишком сложны для тебя.

Чэн Кэ действительно звали «Чэн Кэ». Цзян Юйдо обратил внимание на дату его рождения и подсчитал в уме возраст. Пиздец! Двадцать семь? Да в каком месте ему двадцать семь? Цзян Юйдо провел кончиком пальца по черно-белой фотографии. Даже у семнадцатилетних подростков больше навыков по выживанию, чем у него. Этот молодой господин даже трусы в магазине отыскать не в состоянии.

Через окно в гостиную проник запах острого перца, да такой насыщенный, что у Цзян Юйдо запершило в горле. Он встал, закрыл окно и, как только захотел вернуться на место, заметил на улице какое-то движение. Свет в гостиной не горел, а значит, снаружи нельзя было увидеть Цзян Юйдо, замершего напротив окна. Он не стал отодвигать шторы, слегка наклонился и заглянул в щель между ними. В этот момент черный силуэт, словно почувствовав, что его заметили, медленно отступил в переулок и исчез в тени между домами.

— Все готово, давай ужинать. — Чэнь Цин поставил кастрюлю с супом на стол.

— Можешь сегодня переночевать у меня? — внезапно спросил Цзян Юйдо.

— А? — удивился Чэнь Цин, но в следующую секунду, словно кое-что осознав, оглянулся на окно, а затем понимающе посмотрел на друга. — Заметил кого-то подозрительного?

— Не уверен.

— В таком случае я останусь. — Чэнь Цин достал телефон и добавил: — Я позову несколько человек, пусть покараулят снаружи.

— Ну да, — Цзян Юйдо недовольно сдвинул брови, — может, еще баннер на окно повесить с надписью: «Я тебя заметил»?

Чэнь Цин опешил и сунул телефон обратно в карман.

— Ты чего сразу заводишься?

— Перестану сразу же, как поумнеешь. — Цзян Юйдо встал с дивана и сел за стол.

— Третий брат. У меня есть одна незрелая мысль.

— Так подожди, пока созреет.

— Ты не доверяешь Цзицзя, верно? — продолжил Чэнь Цин. — У тебя же есть ключ от его квартиры. Зайди, пока никого не будет, и нарой информацию.

Цзян Юйдо ничего не ответил и молча уставился на Чэнь Цина.

— Так что скажешь?

— Не называй его «Цзицзя», — как отрезал Цзян Юйдо.

— …Угу, — кивнул Чэнь Цин.

Глава 8 - У тебя три секунды, чтобы повесить трубку. Бесишь (1)

Члены семьи часто называли Чэн Кэ отбросом. Раньше он никогда не обращал на это особого внимания и просто забивал. Однако сегодня в полной мере осознал, каким ничтожеством является на самом деле.

Чэн Кэ убил четверть часа на то, чтобы просто постелить свежее постельное белье. Если он тянул край простыни на левую сторону кровати, правый становился слишком коротким, а если тянул на правую, то коротким становился левый. Ко всему прочему ткань в самом центре каждый раз складывалась в раздражающую гармошку. Он стаскивал и стелил заново эту ебучую простынь уже по крайней мере три раза и вымотался настолько, что до нитки промок от пота. Согнувшись в три погибели, он все продолжал и продолжал… Все это время его поясница была напряжена до предела, отчего рана на боку снова начала ныть. В конце концов Чэн Кэ решил забить и оставить все так, как есть. Однако рано расслабляться: это еще не конец… Он бросил косой взгляд на пододеяльник, но тут же сдался. Эта битва обречена на провал. Чэн Кэ встряхнул пододеяльник, положил на кровать и сверху накинул одеяло. Идеально. С подушкой он провернул то же самое. Затем взял сменную одежду и с чувством выполненного долга пошел в ванную.

Живя у Сюй Дина, он принимал душ каждый день. Однако сейчас, сняв одежду, почему-то Чэн Кэ почувствовал себя настолько грязным, будто неделю не мылся: с того самого дня, как ушел от родителей. Кажется, сейчас, пусть и понемногу, он стал признавать эту квартиру своей территорией. Однако она все-равно полностью не принадлежала Чэн Кэ. Стоило подумать о невротике Цзян Юйдо, у которого все еще был ключ от квартиры, как чувство безопасности снова отступало. Ко всему прочему этот придурок не разрешал менять замок. Пусть Чэн Кэ и не знал, как можно его сменить, но этот запрет безумно угнетал.

А что, если забить и купить замок? Тогда сможет ли продавец его установить? Или лучше попросить об этом кого-то из домоуправления? А как с ними связаться? Где отыскать их телефон?..

Тск. Ебланский бок!

Чэн Кэ встал напротив зеркала и посмотрел на свой обнаженный торс. Ножевая рана на правом боку, что, казалось, почти зажила, воспалилась и заметно покраснела от обилия горячего пота. Но стоит признаться: полученная травма на самом деле несерьезна. Несмотря на то, что на коже Чэн Кэ остался длинный след, очевидно, что Цзян Юйдо приставил нож не ради убийства, а лишь для устрашения. Он не хотел навредить Чэн Кэ, и это очевидно. Бля, это лишний раз доказывает, что Цзян Юйдо мастерски владеет ножом!

Стоило Чэн Кэ вспомнить произошедшее тем вечером, как его горячее от пота тело тут же остыло, а по спине пробежали мурашки. Если бы он сделал хоть одно неверное движение, то кончик острого ножа мог войти прямо в живот. Цзян Юйдо однозначно псих. Как бы свободно он ни владел ножом, каким бы профессионалом ни был, как он посмел приставить лезвие к телу человека? Мельчайшая оплошность — и он мог оставить на тротуаре охладевший труп.

Чэн Кэ нахмурился, зажал рукой рану и трижды прочел про себя мантру. Он не знал, почему решил это сделать, просто мать каждый раз читала ее в слух. Тяжело вздохнув, он открутил кран и пропустил воду из душевой лейки, затем встал под струю и закрыл глаза. Нужно очистить не только грязное тело, но и угнетенное сердце…

Сука! Из душевой лейки ему в лицо ударил напор ледяной воды. Чэн Кэ подпрыгнул на месте, отскочил назад и смачно врезался в дверь. Почему холодная?! Он же пропустил воду, так почему она все еще не горячая?

Чэн Кэ сорвал с крючка банное полотенце, обмотал вокруг талии и огляделся. Водонагревателя в ванной не оказалось. Так, а он вообще есть? Чэн Кэ открыл дверь и выглянул. К счастью, на стене рядом с ванной устройство все же висело. На его крышке виднелась новенькая наклейка: «Мгновенный электрический водонагреватель». Тогда Чэн Кэ вернулся в ванную и снова повернул кран, однако из него все еще текла холодная вода. Может быть, водонагреватель не подключен? Чэн Кэ вышел и убедился, что вилка прочно воткнута в розетку. Тогда, быть может, газ перекрыт? Чэн Кэ внимательно изучил путь труб, идущих от водонагревателя, и обнаружил, что они и вовсе не соединены с газопроводом.

— Пиздец!

Чэн Кэ яростно подтянул полотенце, ворвался в гостиную, схватил мобильник и отыскал номер Цзян Юйдо. На экране высветилось имя абонента «Больной на голову Цзян», и из трубки послышались длинные гудки.

— Да? — раздался недовольный голос Цзян Юйдо.

— Это Чэн Кэ. Почему водонагреватель не подключен к газопроводу?

— Что не подключено и куда? — удивился Цзян Юйдо.

— Водонагреватель. К газопроводу! — нетерпеливо ответил Чэн Кэ, рванул к пресловутому водонагревателю и с силой хлопнул по металлической стенке. — Как я могу принять душ без горячей воды?! Твой водонагреватель не работает!

— Подключен он к газопроводу или нет, не имеет значения. — Цзян Юйдо затянулся сигаретой. — Даже срастись он с газовой трубой, не смог бы нагреть воду.

— Да что за хрень? Я говорю, что…

Чэн Кэ завелся, но не успел договорить. Его прервал напряженный голос Цзян Юйдо:

— Что написано на водонагревателе?

— Я…

Чэн Кэ почувствовал, что сейчас лучше заткнуться. Он стиснул зубы и со всех сторон рассмотрел корпус водонагревателя.

— Да не знаю! Здесь наклейка! Серийный номер! И… название: «Мгновенный электрический водонагреватель».

— Да! — рыкнул Цзян Юйдо во все горло. — Да, блять! Электрический водонагреватель! Электрический, сука! Так нахуя ему газопровод?!

От громкого рева у Чэн Кэ зазвенело в ушах. Ему пришлось отодвинуть трубку подальше и приглушить динамик. После этого, не обращая внимание на лишний шум, он еще раз взглянул на наклейку. «Электрический». Бля.

— Да похуй, электрический он или газовый! — выпалил Чэн Кэ, стараясь перекричать того психопата. — Он все равно не работает!

— Вилка в розетке? — внезапно голос Цзян Юйдо снова стал спокойным.

— Да.

— Предохранитель снят?

— Что? — удивился Чэн Кэ.

— На крышке есть маленький щиток, а внутри — рубильник. Открой крышку щитка и потяни рубильник вверх, — объяснил Цзян Юйдо.

Чэн Кэ послушно последовал инструкции, и экран на водонагревателе загорелся.

— Заработал?

— …Да, — смущенно ответил Чэн Кэ.

— Молодец. Теперь ты немного умнее трехлетнего малыша, что живет со мной по соседству. Хотя нет, тот уже давно знает, как включать водонагреватель, только до щитка дотянуться не может.

Чэн Кэ промолчал в ответ.

— У тебя три секунды, чтобы повесить трубку. Бесишь, — обронил Цзян Юйдо.

— Бля, сам повесить не можешь? Тебе переломали все ебучие пальцы? — выпалил Чэн Кэ и прервал разговор.

Он оцепенел от гнева на несколько секунд, а затем яростно кинул трубку на диван. Телефон отпружинил и шмякнулся на пол, а сам Чэн Кэ снова пошел в ванную, отпуская по пути ряд грязных ругательств. Он хлопнул дверью, швырнул полотенце в сторону и резко крутанул кран. Из душевой лейки хлынул сильный напор горячей воды, а ванную комнату мгновенно наполнил пар. Чэн Кэ встал под обжигающий душ и с силой зажмурил глаза. Отмокнув, он почувствовал, как тело расслабилось, а напряжение на сердце заметно ослабло. Вместе с этим появилась какая-то странная слабость. Чэн Кэ уперся лбом о стену, позволив воде свободно литься по коже, а пару мягко обволакивать тело.

…Чэнь Цин сидел на стуле, лениво положив ноги на стол, и неудержимо хохотал на протяжении нескольких минут. Цзян Юйдо недовольно покосился на друга.

— Еще не закончил?

— Нет. — Чэнь Цин посмотрел на него в ответ. — И с какой орбиты свалился этот Цзицзя, что не умеет даже водонагреватель включать?

Цзян Юйдо проигнорировал его насмешку и склонился над телефоном. Он сохранил номер Чэн Кэ в записной книжке и ненадолго задумался над именем, после чего усмехнулся и ввел: «Чэн Умственно отсталый Кэ».

— Итак, — Чэнь Цин принялся анализировать, — раз Цзицзя не знает даже таких элементарных бытовых вещей, то, может, он действительно молодой господин, что с детства утопал в роскоши? Наверняка богачи не пользуются водонагревателями и просто моются в горячих источниках.

Цзян Юйдо нагнулся, стянул тапок и швырнул им в Чэнь Цина.

— Когда ты уже заткнешься?

— Я спать, — зевнул Чэнь Цин. — Завтра утром нужно заглянуть в постоялый двор, а днем наведаться к Чжан Даци. Нагрянем к нему сразу после открытия бара.

— Хорошо, — протянул Цзян Юйдо. — Возьми с собой пару человек, будь спокоен и не конфликтуй. Старый хитрец злопамятен.

— Злопамятен? — удивился Чэнь Цин. — Он уже несколько лет как отошел от дел. Злобное лицо — единственное, что напоминает о его прошлой жизни. Да и то нас им не испугать.

— Глупцы не видят дальше своего носа. — Цзян Юйдо встал со стула и направился в спальню. — Иди уже спать. Разложи диван, так будет удобней.

— Я тощий, поэтому и так сойдет, — сказал Чэнь Цин и повалился на диван.

Цзян Юйдо закрыл дверь спальни.

Сегодня ему снова не спалось. Глубокой ночью он сел на край кровати и взял календарь с прикроватной тумбочки. В этом месяце бессонных ночей стало еще больше. Цзян Юйдо достал ручку и обвел сегодняшний день в кружок.

Странно, ведь в последнее время не случалось никаких непредвиденных происшествий, так с чего снова разыгралась бессонница? Он оглянулся на Мяу, который свернулся в клубок рядом с подушкой и сладко спал. Цзян Юйдо ткнул пальцем в его мягкий живот. До чего же он завидовал его крепкому и беззаботному сну.

Чэнь Цин проснулся в половину седьмого утра. Этот невероятный мужчина никогда не опаздывал на смену и был превосходным работником… Исключая тот факт, что он часто разъезжал на машинах заказчиков. Но это не так уж и страшно.

Услышав, как Чэнь Цин вышел из квартиры, Цзян Юйдо встал с кровати, подошел к окну и приоткрыл штору. Утреннее небо оставалось таким же темным, фонари вдоль улиц продолжали ярко гореть, а редкие ранние пташки спешили на работу.

Цзян Юйдо стоял напротив окна еще двадцать минут и, до тех пор пока Мяу не проснулся, молча наблюдал за обстановкой снаружи. Котенок взобрался вверх по одежде хозяина, сел ему на плечо и настойчиво мяукнул в ухо.

— Да-да, знаю. Ты проголодался. — Цзян Юйдо прошел в гостиную, снял котенка с плеча и посадил на диван. — Но лучше прекрати все это и не привязывайся ко мне. Когда-нибудь ты снова вернешься на улицу и будешь вынужден сам добывать себе еду.

Глава 9 - У тебя три секунды, чтобы повесить трубку. Бесишь (2)

Сначала Цзян Юйдо покормил котенка, а потом лениво развалился на диване и уставился в телевизор. Спустя час с небольшим он направился в лавку с завтраками, что находилась напротив дома. Сев на стул, он облокотился о стену и покосился в окно. Цзян Юйдо уже точно не помнил, с каких пор появилась привычка следить за окружением. Кажется, еще с самого детства. В такой позе неудобно есть, да и после бессонной ночи кусок в горло не лезет. Однако Цзян Юйдо заказал порцию супа с тофу и несколько булочек, приготовленных на пару, и заставил себя позавтракать. Что бы ни случилось, нужно есть утром, днем и вечером — эти три приема пищи ни за что нельзя пропускать. Даже если нет аппетита, нужно заставить себя, потому что организму для работы просто необходимо топливо.

Позавтракав, он сделал два круга по району, остановился рядом с одним из домов Лу Цянь и посмотрел на часы. Сегодня ему нужно собрать квартплату. Одна из семей уже знатно задолжала, а этого допускать никак нельзя: если один затянет, то за ним, так или иначе, последуют другие.

Когда Цзян Юйдо подошел к дому, то заметил мужчину-должника со второго этажа. По утрам мужчина продавал готовые завтраки и сейчас как раз возвращался с работы. Он с силой толкал тележку с едой [1], однако одно из колес основательно застряло в яме. Цзян Юйдо долгие годы ходил по этой дороге и ни разу не видел, чтобы ее ремонтировали. За все это время на асфальте образовалось огромное множество ям и ухабов разного размера, поэтому тележка с маленькими колесами с трудом могла проехать по дороге. Цзян Юйдо подошел ближе, взял мопед за руль и приподнял, а мужчина в этот момент сделал еще один толчок. Так тележка выбралась из ловушки.

(П/п: У тележек с едой много разных видов, но здесь это мопед с прицепом.)

— Спасибо! — выпалил мужчина, выглянув из-за прицепа.

— Не стоит благодарности.

Мужчина застыл от удивления. На его лице, что еще секунду назад светилось от благодарности, отразился испуг, затем паника, а через мгновение и вовсе всепоглощающий тлен. За короткое время абсолютное счастье сменилось смертельной печалью. Мужчина сел на мопед и включил зажигание.

— Третий брат.

Он наклонился вперед всем телом, намереваясь рвануть с места, однако колесо мопеда тут же застряло в следующей яме. Осознав, что от Цзян Юйдо никуда не скрыться, он поднял виноватый взгляд и обреченно добавил:

— Насчет квартплаты…

— Нужно заплатить сегодня. Каждый день оттягиваете время, сколько еще мне ждать?

— Но у меня сейчас нет денег, — объяснил мужчина. — Ты же знаешь, что сейчас эта тележка мой единственный способ заработка. В городе нынче столько проверок, так что сложно встать и торговать, как прежде. Сегодня удалось продать кое-что, но по мелочи, поэтому я почти ничего не заработал.

Цзян Юйдо снова дернул за руль, и мопед выбрался из ямы.

— Не беспокойтесь об этом месяце, и заплатите хотя бы за предыдущие.

— Третий брат… — добавил он жалобно, — ведь у меня дети. Они еще совсем маленькие и нуждаются в постоянном присмотре, поэтому жена сейчас не может выйти на работу. А еще в прошлом месяце в моем родном городе кое-что произошло…

— Я больше не могу ждать, — оборвал его Цзян Юйдо. — У вас три дня, чтобы найти новое жилье и съехать.

Мужчина не посмел возразить, молча завел мопед и тронулся. Цзян Юйдо тоже больше не произнес ни слова. Так они и добрались до подъезда в полной тишине: один на тележке, другой на своих двоих. После чего они вместе поднялись на второй этаж и зашли в квартиру. Как только дверь открылась, трое малышей с оглушительным «Папа!» подбежали ко выходу и весело запрыгали на месте. От детских криков у Цзян Юйдо заболела голова и появилось желание разобраться со всем этим поскорее. В глубине комнаты сидела женщина со вселенской печалью на лице и молча перебирала горох. Стоило ей увидеть Цзян Юйдо, как на глазах выступили слезы.

— Старшая сестра, держите себя в руках, — обронил Цзян Юйдо, пресекая ее попытку заплакать. — На меня не действуют женские слезы, а рыдания только раздражают.

Женщина опустила голову и вытерла мокрые глаза. Мужчина отрешенно присел рядом с ней и глубоко вздохнул, вытащил пачку сигарет и протянул одну Цзян Юйдо.

— Третий брат…

— Кури сам. — Цзян Юйдо достал пачку своих сигарет, закурил и усмехнулся. — Денег нет, но сигареты раздаешь?

Мужчина опустил голову, затянулся и выпустил белый дым, после чего стиснул зубы и произнес:

— Третий брат, дай нам три дня. Всего три дня и…

— Нет, сегодня, — возразил Цзян Юйдо. — Если сегодня оплата не поступит, то через три дня к вам придут мои люди и помогут собрать вещи.

Женщина расплакалась.

— Это не поможет. — Цзян Юйдо облокотился о спинку стула. — Вы же прекрасно понимаете: дам я вам три дня или три месяца, ничего не изменится.

— Но мы правда не можем расплатиться! Нам нужно растить детей. Мы уже несколько месяцев не доедаем, но дети не должны голодать, — умоляла женщина сквозь слезы. — Третий брат, ты хочешь обобрать нас до нитки? Ты хочешь, чтобы мы все умерли с голоду? Мы не можем заплатить тебе! Мы бедны! Помоги нам, и дай еще времени, чтобы собрать деньги в складчину.

— Что? В складчину? — очень медленно произнес Цзян Юйдо. — В складчину, значит? И кто же согласится оплатить ваш долг? Приди в себя, здесь каждый за себя. Никто не станет вам помогать. Оглянись, всем на вас плевать.

Мужчина и женщина разом повернулись и непонимающе посмотрели друг на друга. Если бы на их месте сидел Чэнь Цин, то Цзян Юйдо, наверное, сорвался и дал ему затрещину, но в этот момент он слишком устал и не чувствовал ни злобы, ни раздражения, только скуку и усталость.

— Вы собираете аренду со стольких домов. Наш долг не стоит даже десятой части от этой суммы, — осуждающе произнес мужчина. — Знаю, что у многих квартирантов в нашем доме большие долги. Так чем мы хуже? Почему вы не можете отсрочить оплату и нам?

— Потому что вы другое дело. Сколько времени не давай, вы не расплатитесь с долгами и через десять лет.

Мужчина не смог опровергнуть его слова.

— Наберите меня, если найдете всю сумму сегодня. — Цзян Юйдо встал со стула. — Но если до конца дня от вас не будет вестей, то ждите гостей через три дня. Они помогут вам собрать вещи и выехать из квартиры.

Как только Цзян Юйдо спустился на нижний этаж, из пресловутой квартиры послышались крики и вопли. Женщина начала вопить, дети расплакались, а мужчина что-то недовольно рыкнул. Тск, как раздражает. Цзян Юйдо выпустил дым и зажал сигарету зубами. До чего же хлопотно выбивать долги. Он достал телефон, набрал номер Да Бина и устало произнес в трубку:

— Эти несколько дней обрати внимание на ту семью из первого дома. Если они захотят сбежать, отпусти, но не позволяй забрать мебель и электроприборы.

— Хорошо, третий брат, но… — отозвался Да Бин. — Просто… отпустить их? Ты уверен?

— Да. У них все равно нет денег. Мы продадим их вещи, чтобы хоть немного покрыть долг. Если захотят смыться, то пусть уходят налегке. Проще найти новых квартирантов.

— Так может их выгнать прямо сейчас? Чего тянуть? — удивился Да Бин.

— Не надо.

— Ладно, как скажешь. Тогда понаблюдаю за ними, как ты и попросил.

…Чэн Кэ проснулся в три часа дня, проверил время на телефоне и ужасно удивился. Раньше ему никогда не приходилось так долго спать. Он сонно сел в кровати, натянул на голое тело все еще теплое одеяло и внезапно обнаружил пододеяльник, лежащий у подножья кровати. Чэн Кэ разочарованно вздохнул, поднялся и пошел в ванную умыться, а после остановился напротив переполненного холодильника и задумался.

Вчера он ходил в магазин и сделал немало покупок. Помимо товаров первой необходимости и предметов обихода, он забил продуктами добрую половину тележки, намереваясь сегодня приготовить домашнюю еду. Несмотря на то, что эта затея вряд ли могла увенчаться успехом, Чэн Кэ все же был настроен оптимистично. Не зная, с чего стоит начать свой кулинарный путь, он достал пачку лапши и две копченые колбаски. Сварить лапшу казалось легче легкого. Если представить, что запаривание быстрой лапши равно 0,1 по коэффициенту сложности, то варка должна быть не больше 0,5.

На кухонной тумбе стояла подставка с тремя ножами разной формы: широкой, узкой и длинной. Чэн Кэ не подозревал о их назначении, поэтому взял нож, который показался ему самым удобным: длинный. Покрутив копченую колбасу в руках, Чэн Кэ положил ее на разделочную доску и, прицелившись, резко разрезал на несколько больших кусков. Следующим шагом предстояло вскипятить воду, вот только… Что нужно кинуть сначала: колбасу или лапшу? В холодную или уже горячую воду? Ах, разберемся по ходу. Чэн Кэ взял железную миску, наполнил водой, поставил на конфорку и замер. А как ее включить?

Так, давайте по порядку. Во-первых, эта плита газовая, а не электрическая. Чэн Кэ наклонился и после небольшого осмотра убедился, что плита подключена к газопроводу, нашел клапан и открыл подачу газа. Следующий шаг — зажигание. Чэн Кэ коснулся ручки на панели управления плитой, покрутил и услышал серию быстрых щелчков. Этот знакомый звук заставил его гордо улыбнуться в знак своей маленькой победы. Однако… Пламя так и не появилось. Прошло какое-то время, и щелчки прекратились, а зажигания так и не произошло. Чэн Кэ вернул ручку в исходное положение и крутанул еще раз. Послышалось знакомое резкое та-та-та… Но на этом все. Чэн Кэ спокойно закрыл газовый клапан и вышел из кухни. Да пошла она, эта ебучая лапша! В общем, он решил отправиться в ближайший ресторан и поесть там, а заодно пройтись по району и осмотреть окрестности.

Ожидая лифт, который неторопливо поднимался с первого этажа, он не выдержал, достал телефон и ввел запрос в строку поиска: «Как зажечь газовую плиту». На самом деле Чэн Кэ подозревал, что с плитой что-то не так, но после вчерашнего инцидента с водонагревателем он не осмелился сразу же звонить Цзян Юйдо и жаловаться на поломку.

«Открыть клапан, нажать на ручку, повернуть налево и перевести ее в горизонтальное положение, после чего отрегулировать пламя».

Чэн Кэ еще раз внимательно перечитал инструкцию. Он производил те же операции, вот только ручка крутилась вправо, а не влево… Что это может значить?

Лифт звякнул. Чэн Кэ свернул страницу и убрал телефон обратно в карман, чтобы в будущем изучить этот вопрос еще раз. Створки лифта распахнулись, однако внутри уже кто-то стоял.

— Ты?..

Чэн Кэ удивленно уставился на совершенно безэмоциональное лицо Цзян Юйдо. Этот тип… неужели он пришел забрать квартплату? Но Чэн Кэ пробыл здесь всего день!

— А, так ты дома, — бесчувственно подметил Цзян Юйдо.

— Э? — опешил Чэн Кэ, а потом ни на шутку напрягся.

Каждый раз, когда им приходилось пересекаться, у Цзян Юйдо было такое же ничего не выражающее лицо с надменным, недовольным, но в тоже время несколько насмешливым взглядом. Но сейчас его взгляд ничего не выражал, и от этого на душе Чэн Кэ отчего-то стало тревожно. Он неосознанно покосился на пожарный топор, висящий на стене.

Внезапно Цзян Юйдо протянул руку, и только Чэн Кэ собрался отступить, как осознал: тот просто тянулся к панели управления лифтом. Скорее всего, Цзян Юйдо нажал на клавишу закрытия дверей, поскольку створки лифта, не дождавшись пассажира, тут же начали закрываться. Когда между дверьми остался узкий промежуток, Чэн Кэ заметил то, что не должен был видеть: кровь. Несколько темно-красных капель скатились по виску Цзян Юйдо, ненадолго задержались на шраме и рухнули вниз.

— Что произошло? — испуганно воскликнул Чэн Кэ.

Цзян Юйдо ничего не ответил, и двери лифта захлопнулись. Чэн Кэ снова нажал на кнопку, но тот уже начал спускаться.

— Блять!

На какое-то время Чэн Кэ оцепенел и не мог сдвинуться с места. Инстинктивно он хотел помочь Цзян Юйдо, но совсем скоро осознал: этот человек никто иной, как «третий брат», который наверняка просто нарвался на неприятности. Как бы то ни было, Чэн Кэ не хотел рисковать и вмешиваться в опасные передряги. Однако почему Цзян Юйдо, получив травму, пришел сюда? Неужели квартира Чэн Кэ раньше была его убежищем?

Чэн Кэ помедлил, а затем достал телефон, отыскал номер «Больного на голову Цзяна» и нажал на кнопку вызова. Однако сколько бы он ни ждал, Цзян Юйдо не ответил на звонок.

Глава 10 - Цзян Юйдо молча надавил его рукой на ручку плиты и усмехнулся (1)

Чэн Кэ все еще стоял напротив лифта и тупо следил за мигающими на дисплее цифрами. Он не знал, что делать дальше и как поступить. Подождать и, когда Цзян Юйдо выйдет из лифта, догнать его на улице? Или же сесть в соседний лифт и спуститься вниз? Или позвонить снова? А стоит ли вообще в это лезть? Может, просто забить и вернуться домой? И почему его вообще волнуют проблемы Цзян Юйдо? Ведь этот тип — третий брат. Он босс, что бы это ни значило. Человеку, способному завязать драку с первым встречным за перевернутый мусорный бак, дали по башке. Ну и что с того?.. Вот только почему Цзян Юйдо пришел сюда? Как бы долго Чэн Кэ ни думал, не смог ответить себе ни на один вопрос. В общем, он решил спуститься на первый этаж, убедиться, что Цзян Юйдо ушел, а потом со спокойной душой перекусить, как и планировал до этого.

Один из лифтов остановился на восьмом этаже и через несколько секунд продолжил опускаться. В это время второй также остановился на восьмом, однако затем почему-то снова стал подниматься. Что же произошло на том этаже?

Чэн Кэ внезапно напрягся и настороженно уставился на мигающие цифры. Немного подумав, он принял оборонительную позу: поставил блок руками и приподнял ногу, готовясь к удару. Скорее всего, Цзян Юйдо не вышел на восьмом и просто решил его запутать. Несомненно, он в лифте и снова поднимается к Чэн Кэ. Если двери откроются и этот тип решит напасть, то Чэн Кэ даст отпор: пнет Цзян Юйдо обратно лифт и, до тех пор пока тот не придет в себя, спокойно смоется.

Как и ожидалось, этот лифт без остановок добрался до этажа Чэн Кэ, двери открылись, и на площадку вышел Цзян Юйдо. Однако план по самообороне дал трещину. Кто в здравом уме станет атаковать ходячий труп? Цзян Юйдо выглядел просто ужасно. Он прижал рану рукой, но кровь продолжала сочиться, да настолько сильно, что окрасила левую часть его лица, полностью скрыв глаз. Сейчас Цзян Юйдо выглядел в сто раз хуже, чем всего пару минут назад.

— Ты чего катаешься туда-сюда? — возмутился Чэн Кэ.

— Женщина с восьмого этажа вызвала лифт. Мне пришлось снова подняться. Уверен, она не смогла бы проехать со мной наедине и пару минут.

— Но почему ты снова?.. — недоверчиво спросил Чэн Кэ.

— Открывай. — Цзян Юйдо посмотрел на него одним глазом. — Воспользуюсь твоей аптечкой.

— Но у меня ее нет...

— Есть. В ящике телевизионной тумбы.

Чэн Кэ опешил.

— Забей, — Цзян Юйдо лениво махнул рукой, — давай быстрей. У меня низкий уровень тромбоцитов в крови. Еще немного — и я истеку кровью, свалюсь прямо напротив твоей двери и умру. Когда Чэнь Цин найдет мой труп и позвонит в полицию, то совершенно точно повесит всю вину на тебя.

Чэн Кэ не проронил ни слова и не мигая смотрел на его лицо. Неужели рана Цзян Юйдо настолько глубокая? Из-за волос масштабы катастрофы оценить сложно. Но раз даже ладонь не в состоянии подавить кровотечение, все на самом деле очень серьезно.

— Почему не поехал в больницу? — спросил Чэн Кэ, скрепя сердце поворачивая ключ в замке и открывая дверь.

— Страшно.

Чэн Кэ не смог сдержаться и обернулся.

— Это так странно? — удивился Цзян Юйдо.

— Еще как.

— А ты боишься крыс. — Цзян Юйдо усмехнулся и сел на стул.

Чэн Кэ оцепенел. Да, он боится крыс, но откуда об этом узнал Цзян Юйдо?

— Выдвини ящик, — Цзян Юйдо указал на тумбу под телевизором, — и дай мне аптечку… Что стоишь? Не собираешься помогать потерпевшему?

На самом деле в этот момент Чэн Кэ уже наклонился и потянулся к ящику, но, услышав наглый тон Цзян Юйдо, снова выпрямился и сел на стул рядом.

— Нет, не собираюсь.

Цзян Юйдо ничего не сказал, молча выдвинул ящик и достал аптечку. Стоило ему оторвать руку от виска, как кровь хлынула с новой силой, и несколько капель упало на пол. Чэн Кэ не отрываясь смотрел на эту ужасающую картину и с каждой секундой убеждался сильней: эта травма не то, с чем можно справиться с помощью домашней аптечки. Однако он не стал делиться собственными переживаниями и продолжил наблюдать за тем, как Цзян Юйдо неторопливо достает спирт, ножницы, бинт и медицинскую клейкую ленту, затем снимает куртку и молча направляется в ванную.

— Нельзя промывать водой открытую рану, — не выдержав, крикнул ему вслед Чэн Кэ.

— Угу, я использую спирт. — Цзян Юйдо оглянулся и съязвил: — А я и не думал, что ты знаешь о таком.

— Может, утихомиритесь и перестанете трепать мне нервы хотя бы пару часов? Не удивлюсь, если вы действительно помрете от чрезмерной кровопотери.

Цзян Юйдо ничего не ответил, молча зашел в ванную и закрыл дверь. Чэн Кэ не на шутку напрягся. Сейчас это его квартира, его территория, и мысль о постороннем, который заперся в ванной, жутко претила. Помешкав несколько секунд, Чэн Кэ последовал за ним и распахнул дверь. Цзян Юйдо и не думал запираться. Стоя спиной к выходу, он стянул футболку и кинул ее на пол, а затем подошел к зеркалу и уставился на свое отражение. Чэн Кэ не успел ясно разглядеть его фигуру, так как первым делом в глаза бросилось огромное количество шрамов на спине. Не успев подумать, Чэн Кэ потрясенно выпалил:

— У тебя…

Кожа Цзян Юйдо вдоль и поперек была исполосована длинными шрамами, и один из них, самый глубокий, тянулся от плеча до поясницы. Тело молодого мужчины выглядело поистине ужасающе.

— Что? — спросил Цзян Юйдо. Он открутил крышку бутылки со спиртом и вылил жидкость на рану.

— Ничего… Блять.

Глядя на то, как Цзян Юйдо льет спирт на кровоточащую рану, у Чэн Кэ самого заболела голова. Да кто в здравом уме так обеззараживает? Легкое прикосновение даже к самой незначительной ранке приводит к ужасной боли, а здесь!.. Но на лице Цзян Юйдо не отразилось ни намека на дискомфорт. Он выглядел равнодушным и совершенно спокойным, будто лил не спирт, а простую воду.

На этом манипуляции Цзян Юйдо не закончились. Обработав рану, он с горкой посыпал на нее антисептик, наложил бинт и небрежно заклеил его медицинской клейкой лентой. Каждое движение Цзян Юйдо было резким и грубым, словно он латал не свою голову, а постороннего или даже ненавистного ему человека. Наспех закончив с раной, Цзян Юйдо открыл кран и смыл с лица и тела кровь, стянул с крючка махровое полотенце и насухо вытерся.

«Сука, мое полотенце для лица!»

Чэн Кэ с ненавистью вылупился на него, но ничего не сказал. Сдерживая ярость, он вернулся в гостиную, сел на диван и нервно закурил.

Тише, успокойся. Все хорошо…

Цзян Юйдо уже в футболке неторопливо вышел из ванной, положил неизрасходованные лекарства в аптечку и хотел убрать ее обратно в ящик, но Чэн Кэ внезапно возразил:

— Стой. Забери ее с собой.

Цзян Юйдо удивленно посмотрел на него, не понимая, почему нельзя оставить аптечку.

— Теперь я снимаю эту квартиру, — объяснил Чэн Кэ. — Ты не должен оставлять здесь свои вещи. Вот скажи, если бы меня не оказалось дома, то ты бы просто открыл дверь и вошел?

— Да, — прямо ответил Цзян Юйдо.

С их встречи в лифте до нынешнего момента лицо Цзян Юйдо оставался абсолютно беспристрастным. Но к большому удивлению Чэн Кэ, после столь откровенного признания этот тип внезапно смутился.

— Я уважаю условия договора и твои требования, поэтому не меняю замки, — продолжил Чэн Кэ. — Разве тебе в ответ не следует уважать арендатора и его личную жизнь?

— Простите, — извинился Цзян Юйдо. — Я торопился, а эта квартира оказалась ближе всех. Я не подумал и рванул сюда.

Чэн Кэ сжал сигарету в зубах. Изначально он готовился к словесной перепалке и даже заготовил несколько особенно колких фраз, но кто бы мог подумать, что Цзян Юйдо внезапно признает свою вину и искренне извинится. Чэн Кэ удивился и не знал, что сказать в ответ.

— Я пойду, — обронил Цзян Юйдо, накинул куртку, сунул аптечку подмышку и направился к выходу.

— Угу, — отозвался Чэн Кэ, но немного подумав, вдруг выпалил: — Погоди!

— Чего тебе? — Цзян Юйдо остановился и обернулся.

— Просто хотел спросить… — Чэн Кэ указал на плиту. — Она не сломана?

— Плита не только не сломана, она новая.

— Но… она не зажигается.

Цзян Юйдо положил аптечку, прошел на кухню и подозвал Чэн Кэ:

— Иди-ка сюда. Покажи, как ты пытался ее зажечь.

Чэн Кэ потушил сигарету и подошел к нему.

— Почему бы тебе просто не показать, как нужно?

— Нет, я хочу посмотреть, — возразил Цзян Юйдо. — Мне любопытно, что ты делаешь не так. Новый подогреватель в твоих руках не может разогреть воду, а плита — зажечься.

Чэн Кэ замешкался, услышав его слова, но уже через мгновение решительно протянул руку и открыл газовый клапан. Цзян Юйдо одобрительно хмыкнул. Чэн Кэ воодушевился, крутанул ручку плиты, и послышалось все то же «та-та-та»…

— Вот видишь. — Чэн Кэ кивнул в сторону конфорки.

Цзян Юйдо глубоко вдохнул и медленно выдохнул, после чего схватил Чэн Кэ за руку, прежде чем тот успел отпустить ручку плиты. Чэн Кэ поморщился и выпалил недовольно:

— Просто скажи и все…

Цзян Юйдо молча надавил его рукой на ручку плиты и усмехнулся:

— А до тебя дойдет?

Чэн Кэ почувствовал, как ручка вжалась.

— Теперь поверни, — произнес Цзян Юйдо.

Чэн Кэ послушно повернул.

Та-та-та… бах… Из конфорки вырвались голубые языки пламени и медленно соединились в кольцо.

— Твое удостоверение личности подделка? — спросил Цзян Юйдо, выходя из кухни.

— В каком это смысле? — переспросил Чэн Кэ, выключая газ.

— Тебе правда двадцать семь? — Цзян Юйдо прихватил аптечку и снова подошел к выходу. — Не удивлюсь, если родители все еще раздевают тебя перед сном.

— Иди на хуй, — прыснул Чэн Кэ.

— Все инструкции к электроприборам лежат в ящике телевизионной тумбы, — обронил Цзян Юйдо, открывая дверь. — Загляни туда, если появятся вопросы.

Чэн Кэ ничего не ответил, и Цзян Юйдо ушел. Дверь за ним закрылась тихо и легко. Этот короткий щелчок не шел ни в какое сравнение с диким и эгоистичным хлопком Чэнь Цина.

Чэн Кэ откинулся на спинку дивана и снова закурил. Почему-то его привлек выдвижной ящик телевизионной тумбы, от которого он еще долгое время не мог отвести взгляд.

Глава 11 - Цзян Юйдо молча надавил его рукой на ручку плиты и усмехнулся (2)

Когда Цзян Юйдо подошел к дому, то увидел на парковке заведенную «Ауди». Судя по опыту, внутри должен сидеть Чэнь Цин. И в самом деле, стоило Цзян Юйдо сделать еще несколько шагов и сократить расстояние, как дверь автомобиля открылась, изнутри выпрыгнул Чэнь Цин и преградил ему путь.

— Что за дела? — спросил он, не отводя пристальный взгляд от бинта на голове друга. — Кто посмел? Блять! Кто такой борзый?!

— Не видел, — легкомысленно ответил Цзян Юйдо.

— Где это произошло? Почему не позвонил мне сразу?!

— В том переулке. — Цзян Юйдо нахмурился. — Нападавшего не разглядел.

— Ты это серьезно?

— Серьезно. Здесь полно лишних глаз, прекращай наводить суету. Позже попрошу лекарство у тети Ван. А ты давай уже чини свою тачку с этой зарплаты.

Чэнь Цин вернулся на парковку, чтобы приглушить мотор автомобиля, а Цзян Юйдо сразу двинул домой.

Первым делом, зайдя в квартиру, он взглянул в зеркало и проверил, насколько плотно заклеена рана. Все то время, пока он накладывал повязку, Чэн Кэ пристально пялился на его голую спину. От подобного рода внимания Цзян Юйдо чувствовал себя неловко, поэтому пытался как можно скорее закончить обработку раны и сбежать. Именно поэтому его манипуляции со стороны выглядели столь небрежно.

Когда Чэнь Цин отогнал машину, то сразу зашел к Цзян Юйдо, поставил на стол пакет с неизвестным содержимым и обеспокоенно спросил:

— Рана серьезная? Может, в больницу? А чем тебя приложили?

— Кирпичом, — Цзян Юйдо подошел к столу, — или рукояткой ножа.

— Третий брат, это две совершенно разные вещи...

— Я не разобрал и даже не увидел нападавшего, только почувствовал адскую боль. На этом все. — Цзян Юйдо напряженно вздохнул и добавил: — У этого типа чертовски тяжелая рука.

— Прошло уже столько лет, — Чэнь Цин яростно пнул ножку стола, — столько воды утекло, а они все не угомонятся. Даже не представляю, что они еще могут выкинуть! Скажи, вот что им вообще от тебя нужно?!

— Не знаю наверняка, — ответил Цзян Юйдо, — но они точно пытаются меня вывести. Хотят, чтобы я не мог почувствовать себя в безопасности.

— Блять, — выругался Чэнь Цин, а затем, подумав немного, подошел к другу ближе и проверил повязку. — Ты ходил в травму?.. Перевязку делал не врач, да? Рану обрабатывали явно на скорую руку. Так где же ты был?

— У Цзи… У Чэн Кэ. Но повязку накладывал сам. — Цзян Юйдо открыл пакет и тут же учуял восхитительный аромат вяленой говядины. — Ты в самом деле слишком заботливый.

— Свояченица угостила, — без энтузиазма ответил Чэнь Цин. — Здесь только жевательные закуски, наслаждайся.

— Почему ты принес их сюда? А как же твоя мама? — удивился Цзян Юйдо.

— Она не ест такое, зубы уже не те. — Чэнь Цин покосился на друга и наконец спросил: — Ты и правда накладывал повязку у Цзицзя? Как объяснил свою рану?

— Никак. — Цзян Юйдо достал небольшое кусок вяленой говядины и принялся усиленно жевать. — В любом случае у меня не было другого выбора. Я боялся, что из-за крови кто-то может вызвать полицию или скорую, а это принесло бы лишь дополнительные хлопоты.

— Все потому, что у тебя плохая свертываемость крови. Даже от мелкой царапины будет хлестать во все стороны.

— Не преувеличивай, не так все плохо. К тому же я сразу зажал рану, поэтому кровило не сильно, — признался Цзян Юйдо. — Правда, когда я увидел Чэн Кэ, то вздрогнул от неожиданности и невольно убрал руку. Тогда кровь и хлынула.

— Неужели ты пробрался тайком в квартиру Цзицзя?

— Я считал, что в это время дома никого не будет, — признался Цзян Юйдо и добавил разочаровано: — Агент говорил, что Чэн Кэ художник. Не знал, что у деятелей искусства так много свободного времени. Кто бы мог подумать, что он окажется дома, а не в какой-нибудь мастерской.

— Я говорил не о том, третий брат. — Чэнь Цин пристально посмотрел на друга, а затем тяжело вздохнул.— То, что ты учудил, неуместно.

Цзян Юйдо не стал возражать и даже легко кивнул в знак согласия, полностью признавая свою вину. Этот упертый мужчина редко соглашался с кем-то, поэтому Чэнь Цин немного растрогался. Цзян Юйдо понимал, что допустил ошибку: без приглашения ворвался в чужой дом, доставил Чэн Кэ неудобства и заставил волноваться…

— Теперь он будет на стороже, — внезапно продолжил Чэнь Цин, — и в следующий раз прокрасться и поискать зацепки будет уже не так просто.

Цзян Юйдо поднял на друга растерянный и несколько раздраженный взгляд.

— Что такое? — удивился Чэнь Цин.

— Да блять, если бы я не боялся, что рана снова откроется, — рявкнул Цзян Юйдо, — то как следует напоил бы тебя водой из унитаза.

— Третий брат, — беспомощно произнес Чэнь Цин, — зачем сразу грубить?

— Замолкни! — Цзян Юйдо хлопнул друга по плечу и добавил с угрозой: — У тебя три секунды, чтобы свалить. А то забрызгаю кровью.

— Да-да, сваливаю. Я приходил-то только ради того, чтобы привезти тебе закуски. Мне нужно еще отвезти машину в постоялый двор. — Чэнь Цин подошел к выходу, но у двери внезапно остановился и обернулся. — А разве говядина не усугубляет воспаление? Уверен, что хочешь есть ее сейчас?

— Катись давай. — Цзян Юйдо откусил от закуски огромный кусок.

— О, еще в пакете лежит кошачий корм. Только кота не корми вяленым мясом. У животных от соленого начинается линька.

— Ты все еще не ушел? — Цзян Юйдо недовольно оглянулся на друга.

Когда Чэнь Цин наконец захлопнул за собой дверь, Цзян Юйдо, продолжая жевать говядину, подошел к столу, достал со дна пакета упаковку кошачьего корма и показал Мяу.

— Проголодался?

Котенок несколько раз громко мяукнул. Цзян Юйдо насыпал в его миску немного корма. Мяу недоверчиво посмотрел на гранулы и принюхался, после чего попятился, поднял на хозяина голову и недовольно мяукнул.

— Ешь давай, не привередничай. — Цзян Юйдо ткнул котенка в нос. — Бездомным кошкам выбирать не приходится.

Мяу снова посмотрел в миску, но есть не стал и даже не шелохнулся. Цзян Юйдо проигнорировал недовольство питомца и лениво развалился на диване. Голова раскалывалась. Неужели нападавший наградил его сотрясением? Цзян Юйдо закрыл глаза и коснулся бинта. Рана саднила и отдавала по мозгам тупой раздражающей болью.

Сегодня Цзян Юйдо все время витал в облаках… Так на него непохоже. Когда он вышел из дома должника, его настроение опустилось ниже плинтуса. Весь день Цзян Юйдо одолевали навязчивые мысли. Возможно, всему виной бессонница, но стоило ему о чем-то задуматься, как вернуться в реальность становилось сложно. Он ушел в себя настолько глубоко, что даже не понял, когда появился враг. Цзян Юйдо не почувствовал ничего странного, не услышал ни звука, не уловил ни малейшего движения. Он ощутил лишь боль, за которой последовала кромешная темнота. Такой позор.

В последний раз Цзян Юйдо чувствовал себя настолько жалким и униженным два года назад… Хотя нет, это случилось не так давно: во время драки с Чэн Кэ у мусорных баков…

Цзян Юйдо открыл глаза и посмотрел на Мяу. Котенок все так же неподвижно сидел на месте, всем видом показывая, что объявляет голодовку.

— Давай ешь и скорее набирай вес. Как только растолстеешь, отдам тебя Чэнь Цину, тот мигом сварганит из тебя хого… Ты когда-нибудь пробовал хого? Объедение. Только думаю о нем, как сразу появляется аппетит.

…Влажной салфеткой Чэн Кэ вытер с пола две капли крови. Он не страдал маниакальной чистоплотностью, однако сразу же заметил, что, помимо крови, на салфетке остались частички серой пыли. Честно признаться, это его несколько обескуражило. Пол, что выглядит совершенно чистым, оказался настолько грязным! Но если задуматься, то это совершенно нормально. В конце концов, пока Чэн Кэ не въехал, квартира долго пустовала, к тому же Цзян Юйдо зашел внутрь, не сняв обувь. Наверняка он не в первый раз заходил сюда, получив травму…

Подумав в этом ключе, Чэн Кэ осознал, что его квартира ужасно грязная. Он провел пальцем по столу, и на коже остался слой пыли. Стул оказался чистым, но лишь потому, что его часто использовался… Изголовье кровати также было в пыли. Диван выглядел как новенький, но вероятно потому, что обивка была серой.

Чэн Кэ ходил по квартире, беспорядочно подтирая то тут, то там. В конце концов он оценил все масштабы бедствия и подсчитал, что с нынешними навыками ему придется убираться целый день или даже два. Чэн Кэ замер в центре гостиной и глубоко задумался, а спустя несколько минут взял ключи и вышел за дверь. Отбросив мысли об уборке, он решил просто забить и наконец поесть.

До ужина еще оставалось время, поэтому Чэн Кэ решил пройтись по району и осмотреться. Побродив по округе, он не наткнулся ни на один магазин и, сам не зная как, вышел на улицу, на которой еще не так давно впервые столкнулся с Цзян Юйдо.

В прошлом Чэн Кэ часто бывал в этой части города. Он привык к оживленным улицам и снующим туда-сюда толпам людей. В последнее время его жизнь — сплошная суета. Но это не та активность, что он так любит. Сейчас его не покидают тревога и беспокойство, поэтому что-то знакомое: привычка, предмет или место — дарят ему немного комфорта и покоя. Правда, это место к таким не относится.

Дальше по улице стоял «Старбакс». Чэн Кэ решил заглянуть туда, чтобы выпить любимый кофе и протянуть время. Внутри оказалось немноголюдно. Оплачивая счет, Чэн Кэ впервые заметил ценник на напиток. Естественно, он и раньше обращал на это внимание, но теперь цена перестала быть простым числом. В этот момент комфорт от контакта с «чем-то знакомым» тут же испарился.

Чэн Кэ отыскал свободное место и сел на угловой диван. Он сделал несколько глотков кофе и достал телефон. Однако, покопавшись в нем немного, счел это занятие бесполезным и убрал мобильник обратно в карман. Несмотря на то, что Чэн Кэ проснулся во второй половине дня, из-за пережитого стресса подступала усталость. Он оперся о спинку дивана, поддался дреме и очень быстро заснул.

Когда Чэн Кэ пришел в себя, кофе уже остыл. Тогда он просто встал и ушел, безгранично восхищаясь самим собой. Неизвестно почему, но в последние дни он мог засыпать где угодно, лишь почувствовав легкую сонливость. А это довольно удобно. После непродолжительно отдыха он чувствовал себя прекрасно и незамедлительно направился на поиски места для ужина.

Чэн Кэ плохо ел последние несколько дней, поэтому стоило ему учуять запах еды, как в животе громко забурчало. Сегодня он жаждал отведать хого, и рядом как раз стоял ресторан «Старая пристань», в который они раньше часто приходили с Лю Тяньчэном.

Стоило Чэн Кэ подумать об этом типе, как брови невольно сошлись у переносицы. За годы юности, проведенные вместе, они с Лю Тяньчэном сблизились и стали хорошими друзьями. Вот только эта «дружба» в конце концов оказалась мнимой. Лю Тяньчэн при первой же возможности отвернулся от Чэн Кэ, словно время, которое они провели вместе, и правда ничего не значило. Однако Сюй Дин — единственный человек, что помог Чэн Кэ в трудную минуту, — на самом деле не был так ему близок. Даже не верится, но они познакомились всего два-три года назад и едва ли перешли порог простых знакомых.

Чэн Кэ достал телефон и отправил Сюй Дину сообщение.

Чэн Кэ: Давай завтра поедим вместе?

Ответ пришел мгновенно.

Сюй Дин: Завтра не могу, командировка. Как насчет сегодня?

Чэн Кэ опешил, проверил время и набрал следующее сообщение:

Чэн Кэ: «Старая пристань».

Сюй Дин: Буду через полчаса.

Чэн Кэ счастливо улыбнулся. Все-таки у него остался человек, с которым можно вот так просто договориться о встрече и поесть вместе. Мысль об этом заставила его ощутить необъяснимое волнение. Однако, как только Чэн Кэ дошел до двери «Старой пристани», приятное предвкушение от встречи тотчас рассеялось: вместе с ним к ресторану подошла компания из пяти человек. В тот же миг Чэн Кэ захотел развернуться и сбежать, но было уже поздно.

— Старший брат, — окликнул его Чэн И.

Чэн Кэ посмотрел на брата, натянуто улыбнулся и ничего не сказал в ответ. Чэн И пришел с Лю Тяньчэном и несколькими приятелями, с которыми Чэн Кэ не был знаком. Эта компания часто собиралась вместе, чтобы прожечь время в нескончаемых тусовках.

Что, черт возьми, вообще нужно сказать при встрече с этим сбродом?

Чэн Кэ не умел выходить из такого рода неловких ситуаций. В этом он отличался от брата, который мастерски владел навыками лицемерия и фальши. Брось Чэн Кэ даже заурядную фразу по типу «Какое совпадение!», не смог бы притвориться невозмутимым и удивленным. Настолько он был далек от Чэн И.

— Это же Сяокэ [1]! Какое совпадение! — усмехнулся Лю Тяньчэн и вышел вперед. — Давай поедим вместе?

(П/п: Если «сяо» стоит рядом с фамилией, то выступает в значении «младший на ряду с кем-то» (и при этом пишется раздельно), а если — с именем, то выступает в уменьшительно-ласкательном значении и указывает на близость говорящих (пишется слитно). Ну, это чтобы сноски про «сяо» больше не делать ^^)

— Я… уже поел, — сдавленно ответил Чэн Кэ.

— Разве? И сколько времени прошло с тех пор, как ты поел? — тут же спросил Чэн И.

Чэн Кэ ничего не ответил.

— Старший брат, — Чэн И мягко улыбнулся и продолжил ласковым и льстивым голосом: — Давай поедим вместе.

— Не хочу, — буркнул Чэн Кэ.

— Эй, ты, — цыкнул Лю Тяньчэн, — пытаешься у всех на глазах подмочить репутацию младшего брата?

Репутацию? Какого черта?

Чэн Кэ посмотрел на младшего брата. Несколько дней назад его собственная репутация разлетелась в клочья и сейчас покоилась на дне мусорного бака. Разве тогда о ней кто-то позаботился? Нет. Поэтому Чэн Кэ не видел смысла утруждаться и сохранять лицо брата.

— Старший брат, — Чэн И сделал несколько шагов вперед, — в противном случае мы…

— Эй, повежливей, — откуда-то сзади раздался знакомый голос.

Чэн Кэ невольно отступил на шаг и поравнялся с человеком, что встрял между ним и Чэн И. Одного взгляда хватило, чтобы понять, кто именно пришел на выручку. Вот только…

Нет, серьезно, человек, что совсем недавно нехило так получил по голове и едва не склеил ласты от потери крови, решил выйти на прогулку и полакомиться хого?

— Пришел поужинать? — спросил Цзян Юйдо.

— Да, а ты… — Чэн Кэ прочистил горло, — тоже решил поесть?

— Угу. — Цзян Юйдо оглянулся.

Только тогда Чэн Кэ заметил, что за его спиной стояло несколько парней, а точнее угрюмых отпетых бандитов, которым судьбой предписано сгнить за решеткой.

В этот момент лицо Чэн И изменилось, и в глазах отразились сложные смешанные чувства. На самом деле Чэн Кэ хорошо понимал его замешательство. С окровавленной повязкой на голове и с шайкой младших братьев за спиной Цзян Юйдо был похож на главаря хулиганов. Он один из тех людей, с которыми Чэн И никогда прежде не пересекался.

Цзян Юйдо глянул на Чэн И, затем перевел взгляд на Чэн Кэ и, поколебавшись немного, наконец спросил:

— Зайдем вместе?

— А? — Чэн Кэ удивился, но почти сразу кивнул в знак согласия. — Хорошо.

Цзян Юйдо оттолкнул Лю Тяньчэна, который еще не пришел в себя, и буркнул:

— Свали.

Дверь открылась, и Чэн Кэ вошел в ресторан.

Глава 12 - «Я против», — внезапно выдал Цзян Юйдо (1)

В сопровождении группы младших братьев-хулиганов Чэн Кэ последовал за Цзян Юйдо. Сейчас со стороны могло показаться, будто он присвоил место Чэнь Цина — главного защитника грозного третьего брата. При мысли об этом Чэн Кэ стало не по себе. Однако после нелепой встречи с Чэн И у ресторана и обменом неловкими взглядами Чэн Кэ был даже рад примкнуть к этой шайке.

Чэн И все еще растерян? Он до сих пор стоит у двери ресторана? Или уже зашел? Чэн Кэ не знал наверняка, как поступит младший брат, и не горел желанием даже обернуться, чтобы это выяснить.

— Господин, столик на сколько персон подготовить для вас?

— На шестерых, — ответил Цзян Юйдо. — На втором этаже еще остались места?

— Остались, — ответил официант.

Чэн Кэ быстро прикинул в уме, сколько человек в свите третьего брата, и обнаружил, что Цзян Юйдо посчитал и его. Чэн Кэ смутился и хотел возразить, но Цзян Юйдо не предоставил такой возможности, поскольку тут же направился в сторону лестницы. Стоило ему подняться и остановиться в поисках столика, как Чэн Кэ тут же его окликнул:

— Третий…

Третий брат? Разве Чэн Кэ мог называть его этим прозвищем? Когда они подписывали договор аренды, Чэн Кэ увидел копию удостоверения арендодателя. Оказалось, что этому «третьему брату» всего двадцать один год. Правильно ли называть человека младше себя «старшим братом»? Конечно, Чэн Кэ понимал, что этот позывной существует лишь для того, чтобы показать статус Цзян Юйдо, хозяина мира мусорных баков, но все же…

— Зови меня Лаосан [1], — предложил Цзян Юйдо.

(П/п: Лао (老) — уважаемый, почтенный; Сан (三) — третий (от «третий брат»). На русском звучит странно, поэтому оставляю оригинал.)

— Лаосан, — Чэн Кэ кивнул в ответ, — спасибо за то, что помог у входа в ресторан. На самом деле я договорился о встрече, поэтому, к сожалению, не смогу поужинать с вами.

— Ты всегда говоришь формально, когда чувствуешь неловкость? — Цзян Юйдо нахмурился. — Сказал бы просто, что уже договорился с кем-то и не сядешь с нами. К чему вся эта бесполезная вежливость? В следующий раз будь проще, лады?

Чэн Кэ ничего не произнес в ответ, но лишь потому, что не знал, что вообще следует сказать. Он хотел дать вежливый отказ, чтобы продемонстрировать свое уважение и хорошее отношение, однако Цзян Юйдо все так просто переиначил и перевернул его намерения с ног на голову, да еще и в столь грубой форме. Дружелюбная атмосфера между ними в миг испарилась, и повисло тяжелое напряжение.

— Лады? — переспросил Цзян Юйдо, еще ближе сдвинув брови к переносице.

— Лады. — Чэн Кэ нехотя кивнул в ответ.

— Я против, — внезапно выдал Цзян Юйдо.

— Э?..

— Когда я предложил поесть вместе, ты согласился. Нельзя нарушать обещания.

Цзян Юйдо приманил нескольких младших братьев и указал на большой стол у окна. Естественно, не один он положил глаз на лакомое место: прямо у них на глазах этот столик заняла влюбленная пара. Однако младшие братья оказались на так просты. Немедля ни секунды, они подошли к намеченной цели и плюхнулись на стулья прямо напротив пары. Мужчина и женщина испуганно переглянулись, встали и ушли. Чэн Кэ такое поведение посчитал беспринципным и крайне вопиющим.

— Со сколькими людьми ты договорился о встрече? — внезапно спросил Цзян Юйдо.

— С одним.

— С женщиной? — Цзян Юйдо озорно прищурился и сложил губы в глупой улыбке.

— С мужчиной.

— Хорошо, тогда сообщи другу номер столика, — ответил Цзян Юйдо, — поедим все вместе.

За двадцать семь лет жизни Чэн Кэ ни разу не сталкивался со столь принудительным приглашением поужинать. С начала он был благодарен Цзян Юйдо, который бескорыстно помог ему отделаться от компании лицемеров и навязчивого младшего брата. Однако теперь Чэн Кэ вовсе не был уверен, что помощь Цзян Юйдо на самом деле была помощью. Возможно, этот прямолинейный мужчина просто пытался устранить преграду на пути в ресторан и заодно взял арендатора для «допроса». Во всяком случае, сейчас Чэн Кэ чувствовал давление. Принуждение в любом случае будет принуждением, вне зависимости от мотивов Цзян Юйдо.

— Не стоит, — Чэн Кэ не оставлял попытку отказаться, — я…

— Ты, блять, что, девчонка? — выпалил Цзян Юйдо. — Чего ломаешься? Мне нужно что ли два месяца за тобой бегать, чтобы просто пригласить поесть?

А-а-а! Стены психиатрической лечебницы пали! Скорей ловите психов!

— Мне кусок в горло не лезет, если ужинаю не в отдельном кабинете, — Чэн Кэ отбросил тактичность, — в общем зале слишком шумно.

— В отдельном кабинете не та атмосфера. Если все замолкают, становится слишком тихо и неловко, — ответил Цзян Юйдо. Кто бы мог подумать, что этот тип может давать объяснения без вспышек гнева? — К тому же отдельных кабинетов уже не осталось.

Чэн Кэ посмотрел на него с недоверием, и тогда Цзян Юйдо подозвал к себе молоденького официанта, что стоял неподалеку. Официант тут же подбежал к нему и вежливо поздоровался:

— Третий брат.

— Скажи ему, что отдельных кабинетов не осталось, — попросил Цзян Юйдо.

— Здравствуйте, господин, — молодой официант неловко улыбнулся Чэн Кэ, — все отдельные кабинеты… уже забронированы.

Чэн Кэ опешил. Неужели сфера влияния Цзян Юйдо и правда превышает ту кучку мусорных баков. Но не успел он сказать об этом вслух, как вдруг увидел Чэн И на лестнице.

— Понял, — Чэн Кэ признал поражение и сдался.

Цзян Юйдо проследовал за его взглядом и довольно усмехнулся:

— Тогда идем.

Чэн Кэ подошел к столику, за котором уже расположились младшие братья-хулиганы, и сел спиной к залу. Сегодня ему не хотелось больше лицезреть физиономию Чэн И.

Самый младший из братьев Цзян Юйдо разлил чай по чашкам и внезапно спросил:

— Третий брат, как зовут твоего приятеля?

— Какая, к черту, разница? Зови его просто старшим братом.

Юноша, кажется, уже привык к характеру Цзян Юйдо, поскольку в ответ лишь улыбнулся и тут же радостно окликнул Чэн Кэ:

— Старший брат.

— Чэн Кэ, — произнес он, не желая мириться с больной логикой Цзян Юйдо. — Можешь звать меня по имени.

— Хорошо, брат Кэ, — кивнул младший из братьев.

— Угу... — Чэн Кэ взял чашку и отпил чай.

Чтобы сгладить неловкую атмосферу, он достал телефон и отправил Сюй Дину сообщение.

Чэн Кэ: Ты не против поужинать в компании? По пути в ресторан я столкнулся со старыми приятелями.

Сюй Дин: Ты о Сяои с прихвостнями?

Чэн Кэ опешил.

Сюй Дин: Совсем недавно Тяньчэн звал поесть вместе. Я отклонил предложение, сказав, что времени нет.

Чэн Кэ: Ясно. Нет, я не с ними.

Сюй Дин: Понял. Скоро буду.

Чэн Кэ скинул ему номер столика и растерянно убрал телефон в карман. Сюй Дин и Лю Тяньчэн довольно близко общаются, однако Лю Тяньчэн до этого никогда не звал его поесть вместе, да и связывался по телефону крайне редко. Чэн Кэ нахмурился. Блять, что за игру он затеял?

— Тот тип твой старший брат? — тихо спросил Цзян Юйдо, выбравший себе место рядом с Чэн Кэ. — А вы похожи.

— Младший.

— Младший? — удивился Цзян Юйдо.

— Угу.

— Он рожден от любовницы? — Цзян Юйдо продолжил допрос.

— Чего? — Чэн Кэ удивленно посмотрел на него.

— Внебрачный ребенок богатой семьи, который хочет завладеть имуществом на сотни миллионов, использует разного рода уловки, чтобы сместить наследника с пьедестала.

— Ха, аплодирую стоя.

Чэн Кэ окинул взглядом младших братьев, что все это время весело болтали и жадно перемывали кому-то косточки. Кажется, они не слышали историю, которую только что сочинил главарь банды.

— А что, если старший брат пытается вытеснить внебрачного ребенка, ну и дальше по сценарию?

— Вспомни о сотне юаней. Все еще спрашиваешь, кто от кого пытается избавиться? — усмехнулся Цзян Юйдо.

Если бы рана Цзян Юйдо не кровоточила, Чэн Кэ бы, наверное, в этот момент со всего маха зарядил ему стаканом по башке.

— Просто шучу. — Цзян Юйдо рассмеялся и откинулся на спинку стула. — Младший брат по сравнению с тобой на первый взгляд выглядит более вдумчивым и зрелым. Именно поэтому сначала я подумал, что он старший.

Чэн Кэ в ответ изо всех сил натянуто улыбнулся. После этого Цзян Юйдо больше ничего не говорил, лишь наблюдал за младшими братьями, что весело болтали и тряслись от смеха. Чэн Кэ поначалу тоже вслушивался в разговор, однако не нашел в нем ничего интересного или забавного. В конце концов, о чем за едой может болтать мелкая шпана?

В тот момент, когда Чэн Кэ решил снова написать другу и спросить, когда же тот наконец придет, Цзян Юйдо махнул кому-то рукой и крикнул во все горло:

— Дружище! Сюда!

Чэн Кэ обернулся и увидел Сюй Дина, идущего к их столику.

— Это он? — внезапно спросил Цзян Юйдо.

— А если нет? — удивился Чэн Кэ.

Разве сначала не нужно спросить, а потом звать?

— Если нет, то он бы не подошел к нам.

— Тогда зачем переспрашиваешь? — беспомощно спросил Чэн Кэ.

— На случай, если он кретин.

Услышав столь веский довод, Чэн Кэ больше не смел препираться, просто встал и улыбнулся Сюй Дину. Он хотел отодвинуть стул для друга, но его опередил один из младших братьев Цзян Юйдо.

— Старший брат, присаживайся.

— Спасибо. — Сюй Дин улыбнулся и мягко кивнул.

— Это мой друг Сюй Дин, — представил его Чэн Кэ.

— Брат Сюй, — один за другим поздоровались младшие братья.

Чэн Кэ не мог не заметить, что прихвостни назвали Сюй Дина «братом Сюй», а не «братом Дином», в то же время его самого они называли «братом Кэ», а не «братом Чэном»… Ладно, сейчас нет смысла заострять на этом внимание. В общем, Чэн Кэ решил продолжить знакомство.

— А это Цзян Юйдо, мой… арендодатель.

— Привет. — Сюй Дин кивнул в знак приветствия.

— Можешь звать меня Лаосан, — ответил Цзян Юйдо.

— А остальные… — Чэн Кэ оглядел младших братьев третьего брата и запнулся.

Если подумать, то он и сам не знал их имен… В этот момент Чэн Кэ позавидовал бесцеремонности Цзян Юйдо, который пренебрежительно относился к такого рода процедурам. Ах, нужно было просто проигноить этап знакомства!

— …Мои младшие братья, — закончил за ним Цзян Юйдо. — Нет нужды запоминать имена.

— Так и есть, — младшие браться закивали, — просто обратись к нам, если возникнут проблемы.

— Хорошо, — ответил Сюй Дин.

— Ты ешь острое? — спросил Цзян Юйдо и подозвал официанта. — Если все едят, то нет смысла заказывать двухсекционный хого.

— Мы с Сяокэ едим, — отозвался Сюй Дин.

Пока Цзян Юйдо делал заказ, Сюй Дин наклонился к другу и спросил украдкой:

— Арендодатель?

— Да, — кивнул Чэн Кэ, — верно.

— А выглядит как…

— Знаю. — Чэн Кэ рассмеялся.

Цзян Юйдо не похож на обычного арендодателя, скорее уж на ростовщика. Подумав немного, Чэн Кэ наконец решился задать вопрос, который уже долгое время не давал покоя:

— Когда Лю Тяньчэн звал тебя на ужин, то просил прийти сюда?

— Да, но я отказался, — ответил Сюй Дин. — Ты столкнулся с ним в ресторане?

— Можно и так сказать, — вздохнул Чэн Кэ. — Сказал бы об этом раньше, и мы бы поменяли место. Будет паршиво, если тебя увидят.

— Все в порядке, — шепнул Сюй Дин, — увидят так увидят. Я не хочу участвовать в распре между двумя братьями, да и не силен я в подобных темах. В общем, увидят, ну и пусть.

— Ты и Лю Тяньчэн… — Чэн Кэ запнулся.

Он знал, что их связывают не только дружеские, но и деловые отношения.

— Не волнуйся об этом. — Сюй Дин улыбнулся и отпил чай. — Перестань беспокоиться о пустяках. Лучше расскажи, где сейчас живешь.

— Не так далеко отсюда. Всего в двух улицах от реки Цзиньшуй. Район довольно хорош.

— Ну и славно, — сказал Сюй Дин. — Ты разобрался с жильем, а это самое главное. Каковы твои планы на будущее?

Этот внезапный вопрос привел Чэн Кэ в замешательство. Планы на будущее?

Глава 13 - «Я против», — внезапно выдал Цзян Юйдо (2)

У Чэн Кэ нет планов.

Последние несколько дней его мысли занимала куча насущных проблем, поэтому совершенно не оставалось времени, чтобы подумать о будущем. Однако даже если в ближайшее время не появится ни планов, ни стремлений, то жизнь Чэн Кэ не станет хуже, а мир уж точно не рухнет. И эта суровая истина, если честно, напрягала больше всего.

— Не знаю. — Чэн Кэ оперся о спинку стула и тяжело вздохнул. — Блять.

— Рано или поздно планы появятся, — Сюй Дин попытался его подбодрить. — В конце концов, ты и раньше особо ни к чему не стремился… Не бросай рисование песком, и этого пока будет достаточно. Я запланировал один проект, в котором мне будет нужна твоя помощь. В прошлом каждый раз, когда у тебя портилось настроение, ты просил найти для тебя занятие. Надеюсь, эта твоя черта не изменилась?

— Конечно нет, — рассмеялся Чэн Кэ. — Я в деле.

Когда принесли хого, Чэн Кэ внезапно осознал, что на столе совсем нет места. Даже тележка с блюдами, что привез официант, осталась нетронутой.

— Так много всего, — опешил Чэн Кэ.

— Не парься, — Цзян Юйдо окинул взглядом младших братьев за столом, — эти лбы сметут все подчистую. Думаю, даже придется делать дополнительный заказ.

Самый младший из братьев взял бутылку спиртного и хотел налить Цзян Юйдо и Сюй Дину, однако последний его остановил:

— Я за рулем, поэтому не буду пить.

В ответ юноша понимающе кивнул и направил горлышко бутылки к стакану Чэн Кэ.

У Чэн Кэ не было настроения для попойки, но он планировал выпить, чтобы не отбиваться от стада и не нарушать атмосферу. Однако, раз уж Сюй Дин возразил, у него не осталось причин для показной вежливости.

— Ты тоже за рулем? — усмехнулся Цзян Юйдо.

Честно говоря, Чэн Кэ восхищался этим типом. Такого рода прямолинейные вопросы, что бьют по репутации и не дают ни шанса выкрутиться, каждый раз застигали Чэн Кэ врасплох и оставляли в тупике.

Самый младший из братьев тут же плеснул ему алкоголь, а затем наполнил стакан Цзян Юйдо.

Чэн Кэ мельком глянул на повязку на голове третьего брата, небрежно скрывающую глубокую рану. В ресторане наверняка большая разновидность байцзю [1], которая не уступает по крепости алкоголю на столе. Однако, казалось, ни одного из младших братьев не волновали ни рацион заказных блюд, ни их влияние на травму Цзян Юйдо.

(П/п: Байцзю — традиционный китайский алкогольный напиток, наиболее близкий к русской водке. При небольших количествах способствует улучшению циркуляции крови и даже регенерации.)

— Говядина в этом ресторане особенно хороша. — Цзян Юйдо захватил палочками тонко нарезанный кусочек. — Вы часто здесь бываете?

— Да, — ответил Сюй Дин, — заглядываем…

Не успел он договорить, как Цзян Юйдо взял тарелку и разом погрузил всю говядину в кипящий бульон, а через несколько секунд без разбора выловил несколько уже готовых кусочков и съел. Увидев это, младшие братья тут же оживились и принялись за еду.

— Ешьте шустрее, — скомандовал Цзян Юйдо, — а то я состарюсь быстрее, чем закончится ужин.

— Хорошо. — Сюй Дин улыбнулся и взял палочки для еды.

Чэн Кэ не осталось ничего другого, кроме как последовать примеру большинства. Чего уж скрывать, ему нравился этот сорт говядины. Однако, стоило только ему потянуться к хого, как мяса уже и след простыл. Чэн Кэ опешил. Что за сверхчеловеческая скорость?

Так и продолжился ужин: неважно, мясо или овощи, Цзян Юйдо хватал целую тарелку и погружал ее содержимое в бульон, а затем младшие братья сметали все подчистую. Этот ужин вызывал у Чэн Кэ крайнее недоумение. До этого он никогда прежде не видел столь «активного» метода употребления пищи.

Сюй Дин довольно быстро приспособился и хорошо поладил с Цзян Юйдо и младшими братьями. Он не имел ничего общего с шайкой хулиганов, а та, в свою очередь, сильно отличалась от Сюй Дина. Однако это не помешало им сблизиться за короткое время. Наверное, все потому, что Сюй Дин по своей натуре не похож на обычных богачей. В отличие от выдающегося и талантливого Чэн И и отброса Чэн Кэ, которые всегда в той или иной степени полагались на связи и влияние семьи, с самого начала у Сюй Дина не было готового фундамента. Все, что он имеет сейчас, — это результат его собственных усилий. Он вырос стойким и простым человеком, не избалованным деньгами и властью. Именно поэтому Лю Тяньчэн, будучи деловым партнером и хорошим знакомым Сюй Дина, часто не мог понять его действий, порой относился к нему с пренебрежением и во многих аспектах глядел свысока.

Раньше при мысли о пути, который проделал Сюй Дин, Чэн Кэ не чувствовал ничего, кроме равнодушия, однако сейчас он восхищался другом и даже немного завидовал. Он больше не хотел полагаться на семью. Однако стоит учесть, что человек сам строит свою судьбу: если Сюй Дин стал успешным, не факт, что у другого тоже получится. Чэн Кэ усмехнулся. Лучше не обманываться, в его случае это не прокатит.

Когда битва голодных ртов поутихла, ужин плавно подошел к концу. Отложив палочки, Чэн Кэ внезапно осознал, что еще никогда так не объедался. Он не только под завязку набил брюхо, но и насытил мозг информацией. С самого начала ужина и до его завершения Чэн Кэ приходилось слушать болтовню младших братьев. Они говорили о произошедших с ними пикантных ситуациях и о всевозможных любопытных, непристойных и уму непостижимых вещах. Что-то казалось правдой, а что-то явно было приукрашено. В кругу друзей часто поднимаются подобные темы, и о многом Чэн Кэ уже слышал и не раз. Однако, в отличие от цивильных богачей, младшие братья не скупились на подробности, затрагивая пошлые и смущающие моменты. Как ни странно, выслушивая столько откровений, Чэн Кэ не чувствовал отвращения, лишь удивлялся, осознавая, насколько огромен и разнообразен наш мир. Сколько людей, столько и ситуаций.

— Тебя подбросить? — спросил Сюй Дин, выйдя из ресторана.

— Не нужно. Пройдусь по району и осмотрюсь, — ответил Чэн Кэ.

На самом деле на обратном пути Чэн Кэ хотел зайти в магазин. За шваброй. Как бы не хотелось признавать, в квартире было ужасно грязно.

— Тогда бывай, будем на связи, — Сюй Дин попрощался с другом, а затем крепко пожал руку Цзян Юйдо. — Третий брат, спасибо за ужин.

— Не стоит благодарности. — Цзян Юйдо махнул рукой. — Позвони, если надумаешь посидеть с нами.

— Обязательно, — кивнул в ответ Сюй Дин.

Как только автомобиль Сюй Дина затерялся в потоке машин, Чэн Кэ обернулся и мельком окинул взглядом ресторан.

— Они еще не закончили, — обронил Цзян Юйдо. — Я наблюдал за ними, никто не выходил.

Чэн Кэ ненадолго потерял дар речи.

— Зачем ты наблюдал за ними?

— Не знаю. — Цзян Юйдо пожал плечами. — Привык.

— Ясно. — Чэн Кэ кивнул. На самом деле он не знал, что следует добавить к этому исчерпывающему ответу, поэтому просто указал в сторону магазина и объявил: — Мне в ту сторону.

— И нам тоже. Идем вместе.

Как-никак сегодня они сидели за одним столом, сражались за самый лакомый кусок мяса, пили и болтали. К тому же до этого Цзян Юйдо вырвал его из осады старшего брата. Сегодня и правда много чего произошло, и отношение Чэн Кэ к шайке третьего брата в корне изменилось. Теперь он не гнушался провести с ними время и даже прогуляться по улице. Сказать по правде, идя вот так рядом с Цзян Юйдо и его младшими братьями, Чэн Кэ представлял, будто они все вместе патрулируют улицы района.

Когда они прошли половину пути, на телефон одного из братьев поступил звонок. Приняв вызов, он тут же взволнованно выпалил:

— Брат Цин!

Должно быть, это «главный защитник».

После этого младший брат какое-то время не издавал ни звука, но его лицо с каждой секундой становилось все мрачней и испуганней.

— Да, я с третьим… Хорошо, понял.

Обычно о проблемах на территории района Чэнь Цин докладывает напрямую Цзян Юйдо. Однако сегодня по какой-то причине этот звонок поступил Да Бину. Это лишь доказывает, что масштабы произошедшего ужасают.

— Третий брат, — Да Бин повесил трубку и прочистил горло, — тут такое дело… Брат Цин попросил меня о помощи. Но перед этим не помешает собрать немного людей…

— И зачем они нужны? — прервал его Цзян Юйдо.

— Не знаю. — Да Бин снова прочистил горло. — Просто…

Да Бин не из тех, кто теряется и волнуется. Для него придумать ложь на ходу — это сущий пустяк, а врать прямо в глаза с совершенно невозмутимым выражением лица нечто естественное и привычное, как утренняя эрекция. Тот факт, что Да Бин дважды замялся, да еще и с таким усилием подбирал слова, может означать только одно: с Чэнь Цином случилось что-то ужасное.

— Скажи, Чэнь Цин сегодня наведывался к Чжан Даци? — спросил Цзян Юйдо, грозно зыркнув на своего прихвостня по кличке Эрту.

Эрту еще не успел переговорить с Да Бином, поэтому ответил честно:

— Да.

— Бля, — выпалил Цзян Юйдо и тут же развернулся в сторону бара. — Да Бин, собери людей.

— Третий брат! Третий брат! — обеспокоился Да Бин. — Брат Цин попросил не впутывать тебя из-за травмы. Он беспокоился, поэтому сказал ни о чем не докладывать.

— Попросил не говорить? Не впутывать? — Цзян Юйдо испепелил его взглядом. — Если сегодня меня не будет рядом, скажи, сколько из вас после драки уйдет домой на своих двоих?!

Да Бин ничего не ответил, опустил голову и уткнулся в телефон в поисках нужных контактов. Цзян Юйдо ринулся вперед, однако сделав всего несколько шагов, внезапно вспомнил, что Чэн Кэ все еще рядом с ними. Тогда Цзян Юйдо остановился и резко обернулся.

Чэн Кэ выглядел озадаченным. С его лица не успело сойти растерянное выражение, но прощание прозвучало на удивление спокойно и крайне непоколебимо:

— Тогда до встречи.

Цзян Юйдо молча посмотрел на него в ответ, затем развернулся и рванул в другой конец улицы. Младшие братья стремглав бросились за ним, а пешеходы неосознанно расступались и с любопытством оглядывались. Если бы Чэн Кэ не знал правды, то непременно решил бы, что здесь снимают фильм.

Чэн Кэ не мог понять, то ли он опьянел после застолья, то ли просто тормозил от выпитого, но, так или иначе, не мог отвести взгляд от темной фигуры Цзян Юйдо, медленно растворяющейся в ночи. Кто бы мог подумать, что Чэн Кэ может так просто поддался влиянию зевак и, затаив дыхание, пялиться кому-то вслед.

Драки и другие подобные происшествия — обыденность. В прошлом он десятки раз заглядывал во второсортные бары и клубы и каждый восьмой раз становился свидетелем потасовок. Честно говоря, Чэн Кэ не участвовал ни в одной из них, но не потому, что трусил, просто не видел в этом смысла. Посетители бара не были ему ни знакомыми, ни друзьями, так к чему тратить силы? В общем, каждый раз Чэн Кэ отсиживался в сторонке и наблюдал за исходом битвы. Его отношение к дракам чем-то похоже на концепцию игры в вышибалы. Когда держишь ебучий мяч в руках, то тебе плевать, по чьей башке он прилетит. Ты не жалеешь одноклассников, наоборот, чувствуешь азарт и неосознанно гадаешь, кто останется в финале, а кто падет.

Чэн Кэ подумал немного и решил не упускать шанс и снова побыть наблюдателем, поэтому почти сразу пошел в конец улицы, по направлению, в котором исчез Цзян Юйдо. К сожалению, в этом месте оказалось множество разноплановых баров и ночных клубов. Всюду пестрили светодиодные вывески, и огни мигали, неистово завлекая к себе новые лица. В это время ночная жизнь здесь только закипала. Чэн Кэ огляделся и прислушался, однако не увидел ни одного дебошира и не услышал ни одной ссоры. Он дошел до самого перекрестка, но так и не заметил ни одного человека, который бы учинил беспорядки или затеял скандал. Но Чэн Кэ не отчаялся, продолжил идти и в конце концов услышал голос.

Внезапно кто-то заорал во всю глотку, затем взревел и тут же пронзительно взвизгнул. Затем последовали металлические звуки ударов, будто кто-то неистово дубасил в гонг. Через пару мгновений Чэн Кэ увидел, как несколько человек выбежали с противоположной стороны перекрестка и яростно вцепились друг в друга.

Только не говорите, что среди них те младшие братья, которых Цзян Юйдо позвал на подмогу. Он сам… тоже сейчас там дерется? Чэн Кэ взволнованно ускорил шаг, но тут же ощутил новый приступ тревоги и неосознанно достал телефон. Если в драке участвует человек, которого ты знаешь, то это в корне отличается от игры в вышибалы. Чэн Кэ подумал о Цзян Юйдо, небрежно накладывающем повязку, о крови, залившей половину его лица, о глубокой ране и о старом шраме на всю спину, который явно оставил человек…

Чэн Кэ опустил взгляд на экран телефона, не зная, стоит ли вызвать полицию или нет. В этот момент сзади послышался звук сирены, и Чэн Кэ вздохнул с облегчением. Раз все разрешилось, не пора ли убраться? А то еще задержат как соучастника.

Как только звук сирен пронесся по улице, группа дебоширов кинулась врассыпную: одна часть скрылась среди толпы, а другая перебежала в соседнюю подворотню. Чэн Кэ пришел сюда ради зрелища, поэтому просто не мог пропустить финал схватки. Однако стоило ему двинуться в сторону той самой подворотни, как кто-то крепко вцепился в его предплечье и резко потянул назад.

Чэн Кэ потерял равновесие, чуть не упал и, естественно, грязно ругнулся. К счастью, спина коснулась устойчивой ограды, и позорное падение было предотвращено. И тут сработали рефлексы — убийственный пинок Чэн Кэ, способный унести любого в нокаут. Однако этот человек уклонился и в ответ зарядил Чэн Кэ по больному боку.

— Бля, — выругался нападавший. — Какого хуя людей избиваешь?

— Цзян Юйдо?

— Что ты здесь вынюхиваешь? — недоверчиво спросил Цзян Юйдо, не отводя от него пристальный взгляд.

— Поглазеть пришел, — легкомысленно выдал Чэн Кэ.

— Надеялся поздороваться со мной и получить пару тумаков от тех громил?

Чэн Кэ хотел сказать, что и не думал здороваться с ним, однако вслух этого не произнес.

— Иди домой, — настоял Цзян Юйдо. — Нет ничего интересного в уличных драках. Все здесь теряют человеческий облик. Хочешь испытать новых ощущений? Сходи лучше на собачьи бои.

Чэн Кэ проводил взглядом Цзян Юйдо, который за секунду растворился в темной подворотне, и тяжело вздохнул. И правда, что он здесь забыл? Ведь у него есть дело, не терпящее отлагательств.

Нужно купить швабру. Какую лучше взять? Плоскую? Или что-то типа того?

Глава 14 - Я видел больше плохих парней, чем сперматозоидов в сперме, что ты надрочил за всю свою жизнь (1)

Чэн Кэ неторопливо вернулся на улицу, на которой все еще бушевала драка.

Интересно, как же обстоят дела у младших братьев…

Изначально Чэн Кэ пришел сюда, чтобы своими глазами увидеть, чем в итоге кончится их разборка. Однако стоило ему подумать об этом, как на ум пришли слова Цзян Юйдо и последние крохи любопытство мигом рассеялись.

«Все здесь теряют человеческий облик».

Цзян Юйдо тоже относится к этим «всем»? Чэн Кэ не знал наверняка и мог лишь гадать. Постойте, гадать? Бессмыслица какая-то. Да это вообще не имеет к нему никакого отношения. Чэн Кэ тут же стремительно развернулся и направился в сторону магазина. Однако, сделав всего несколько шагов, он снова замедлился и обернулся, ища взглядом подворотню, в которой исчез Цзян Юйдо. Только сейчас, изменив ракурс, он заметил, что это место нельзя назвать ни подворотней, ни переулком. Это узкое пространство между двумя домами, только и всего. Щель, скрытая от посторонних глаз, темная и таинственная снаружи и опасная внутри. Если бы Чэн Кэ не свернул туда, преследуя Цзян Юйдо, то наверняка никогда бы не обратил на нее внимание.

Цзян Юйдо и правда местный хулиган, в чьей памяти, вероятно, заложена карта этого района со всеми ходами отступления. Ведь в голове каждого человека сохраняются особо важные данные, помогающие в повседневной жизни. Чэн Кэ, например, надеялся, что со временем у него сохранятся все навыки по домашнему промыслу: не только процедуры готовки и уборки, но также информация о соответствующих им орудиях труда.

Зайдя в магазин, Чэн Кэ остановился напротив полки со швабрами и в очередной раз ощутил душевное томление. Вступление в новую жизнь такая морока… Швабру придумали, чтобы просто мыть пол, так зачем делать столько разновидностей и моделей? Раньше он полагал, что владеет всей необходимой информацией о швабрах. Несмотря на то, что лично Чэн Кэ никогда прежде ей не пользовался. Мытье полов не входило в ряд его обязанностей, но, по крайней мере, он знал, что уборщица дома убирается при помощи плоской швабры. Однако в магазине было представлено огромное количество разнообразных плоских швабр: с прямоугольной и круглой насадкой, с отжимом и с ведром… К тому же материалы каждой из них были совершенно разными. Таким образом дело, что казалось легким и простым, внезапно приобрело множество трудностей.

В итоге Чэн Кэ выбрал плоскую швабру с отжимом и прямоугольной насадкой, поскольку посчитал эту модель максимально удобной для мытья большой площади. Взвалив покупку на плечо, он наконец вернулся домой и тут же принялся за уборку: смочил швабру, выжал лишнюю воду и провел по полу. Сначала все шло хорошо, и Чэн Кэ удалось вымыть около двух квадратных метров, однако позже он заметил влажные катышки пыли, тянущиеся за шваброй. Тогда Чэн Кэ в очередной раз почувствовал, что кое-что упустил. Кажется, перед мытьем пола нужно подмести. В таком случае без метлы не обойтись. Почему он не подумал об этом раньше, в магазине? Наверное потому, что пол изначально не выглядел таким пыльным. Однако сейчас… С каждым новым движением шваброй он становится не чище, а наоборот грязнее.

Чэн Кэ порыскал по углам, но, вопреки ожиданиям, арендодатель не оставил ни одной метлы! Он установил новенькие водонагреватель и газовую плиту, но не позаботился о чем-то по-настоящему важном — инвентаре для уборки! Подумав об арендодателе, который сейчас, должно быть, только закончил драться, Чэн Кэ лишь нахмурился и тяжело вздохнул.

Спустя час мучений Чэн Кэ потный и изнуренный нехотя побрел в ванную. Как следует вымыть пол не удалось, к тому же всюду остались влажные разводы, а кое-где — лужи. Швабра оказалась неудобной в использовании и работала не так, как нужно. Если пользоваться отжимом, то швабра становилась слишком сухой, а если не пользоваться — слишком мокрой. И что остается? Выжимать вручную? У Чэн Кэ не было перчаток, а делать это голыми руками он просто не мог. Ко всему прочему эти волосы и пыль, что скапливались на насадке… В общем, проблем было много, и Чэн Кэ нашел лишь одно действенное решение: несколько раз проведя по полу, он просто снимал с насадки ткань, отправлял ее в утиль и надевал новую. К счастью, он купил тряпок с запасом.

Чэн Кэ разделся и встал под горячий душ. Будучи невеждой в бытовых вопросах, простое мытье пола оказалось для него равносильно битве. Как же он устал. Вымывшись, он остановился напротив зеркала и обратил внимание на ножевую рану на боку. Она довольно быстро заживала и уже хорошо зарубцевалась. Конечно, этот порез не шел ни в какое сравнение с глубокой и кровоточащей раной Цзян Юйдо.

Выйдя из ванной, Чэн Кэ не обратил внимание на время и сразу же рухнул на кровать. Пододеяльник и наволочка, которые он не удосужился поправить, во время сна совсем съехали. Утром Чэн Кэ знатно удивился, в очередной раз увидев их скомканными на полу. После этого случая он решил окончательно забить на постельное белье, ведь, когда подушка и одеяло испачкаются, их можно просто постирать. Ко всему прочему стиральная машина на балконе была в свободном доступе круглые сутки.

Провалявшись в постели около десяти минут, Чэн Кэ наконец окончательно проснулся, лениво встал и пошел умываться. Полоская рот, он в очередной раз осознал, что совершенно не знает, с чего стоит начать новую жизнь. Но череду мыслей вскоре прервал телефонный звонок из гостиной. Прежде чем принять вызов, Чэн Кэ посмотрел на номер абонента. Звонил Лю Тяньчэн.

Чэн Кэ тяжело вздохнул и ответил:

— Да?

— Уже проснулся?

— Проснулся, — кратко ответил Чэн Кэ.

Во время разговора он прошел на кухню, открыл холодильник и достал бутылку молока. Ему захотелось выпить немного, но тут же пришло осознание: в квартире нет ни одной чашки.

— Вчера ты рано ушел? Когда я вышел в главный зал, ваш стол уже опустел.

— Угу, мы поели и сразу разошлись.

Чэн Кэ отвинтил крышку и сделал глоток из горла. Однако молоко оказалось не таким вкусным и ароматным, как то, что он пил дома. К тому же оно было ужасно холодным. Ледяным настолько, что его тело мгновенно покрылось мурашками. Какое именно молоко в их доме покупала экономка, Чэн Кэ не знал. Он никогда прежде не обращал внимание на этикетку.

— Вчера ты не на шутку унизил Сяои. Зачем ты так? Ведь, так или иначе, он твой младший брат. — Лю Тяньчэн горько вздохнул. — Он расстроился: за весь ужин почти не притронулся к еде и совсем не разговаривал.

— Да он и обычно не особо-то разговорчив.

Чэн И и правда немногословен. С самого детства Чэн Кэ пытался разговорить младшего брата, но в ответ тот лишь злился. В результате любая «беседа» заканчивалась перепалками и ссорами.

— В прошлом, когда мы ели вместе, то постоянно болтали… — Лю Тяньчэн неловко засмеялся.

— И как часто вы едите вместе? — перебил его Чэн Кэ. — Последний раз, наверное, год назад был?

— Эй, ты на меня за что-то злишься? — замялся Лю Тяньчэн.

Чэн Кэ не то чтобы злился, скорее был раздражен. Во время вчерашнего столкновения он внимательно рассмотрел компанию Чэн И и обнаружил, что большая половина приходилась на его бывших друзей. Со стороны они не казались такими уж близкими друзьями Чэн И, максимум приятелями или просто знакомыми. Наверное, их отношения чем-то походили на связь между Чэн Кэ и Сюй Дином или даже Лю Тяньчэном и Сюй Дином, но не более… Однако сейчас Лю Тяньчэн пытается строить из себя хорошего друга и прямым текстом заявляет: «Теперь я друг и Чэн И тоже. Давайте, братья, нужно мириться». От этого лицемерия становится невыносимо душно и хочется блевать.

— Нет, просто не выспался, — буркнул Чэн Кэ.

— Плохо спал? — Лю Тяньчэн усмехнулся. — Неужели полночи по улицам шатался?

— Нет.

Чэн Кэ убрал молоко обратно в холодильник. Настолько холодное, что подкрадывалась тошнота.

— Правда? Я думал, ты пойдешь тусить с теми парнями. — Лю Тяньчэн прочистил горло. — Они… твои новые приятели?

— Ага.

— Неожиданно. Как ты только можешь водиться с такими? — усмехнулся Лю Тяньчэн.

— С какими «такими»? Разве до этого компания лучше была?

— Эх, — вздохнул Лю Тяньчэн, — не буду на это злиться. Знаю, что в последнее время тебе не просто пришлось.

— Ты по какому делу звонишь?

— Разве я не могу позвонить просто так? — обиженно спросил Лю Тяньчэн. — Разве раньше мы не часто созванивались.

— Раньше. Сейчас у меня нет времени для бессмысленного трепа.

— И чем же ты так сильно занят?

— Собираюсь в магазин за чашкой.

— Чего? — опешил Лю Тяньчэн.

— Вешаю трубку, — заключил Чэн Кэ и сбросил звонок.

Изначально Чэн Кэ планировал весь день бездельничать дома и наконец решить, что же делать дальше. В его кошельке все еще водились деньги. Не очень много, но достаточно, чтобы не задумываться о расходах. Вопрос «что же делать дальше» относился больше не к финансам, а к роду деятельности. Ведь теперь он не может жить так же беззаботно, как раньше.

До этого Чэн Кэ делал все, что хотел: если кто-то просил его о сотрудничестве, то он заключал договор и даже не смотрел на сумму гонорара. В то время он просто хотел развеять скуку и чем-нибудь заняться, только и всего. Сейчас все совсем иначе, поэтому Чэн Кэ планировал как следует подумать о предложении друга. На самом деле сотрудничество с Сюй Дином, наверное, единственное светлое пятно в его «карьере».

Чэн Кэ вздохнул и навернул несколько кругов по комнате. Раз уж он собрался в магазин за чашкой, то решил сразу посмотреть, что еще не хватает для удобства в новой жизни. Лучше сходить один раз и взять сразу несколько вещей, чем бегать туда-сюда. Однако сколько бы Чэн Кэ ни осматривался, так и не смог понять, чего в итоге еще не хватает, кроме метлы.

Через какое-то время он вернулся из магазина с красивым стеклянным стаканом и уродливой метлой с красной пластиковой ручкой. Однако стоило ему переступить порог дома, как Чэн Кэ снова разочарованно вздохнул. Он понял, чего не хватает, но снова сделал это слишком поздно. Нужны домашние тапочки, а еще полка для обуви. Сейчас все ботинки кучей свалены в углу прихожей, и это смотрится просто ужасно.

Чэн Кэ достал телефон, открыт блокнот и создал два пункта для покупки. Он решил сразу же делать заметки. Так не придется составлять список перед походом в магазин, да и шанс что-то забыть значительно падает. Однако вечером, когда он снова собрался в магазин, в его телефоне по-прежнему висело только два пункта. Ко всему прочему оказалось, что в обычных магазинах не продают полки для обуви. Следующие несколько дней он продолжал метаться между домом и магазином. Каждый раз когда он обнаруживал необходимую вещь, она оказывалась крайне нужной. Например, подметая пол, Чэн Кэ понимал, что в квартире нет ни одного мусорного ведра, когда хотел сварить лапшу, вспоминал о сотейнике, а когда планировал высушить белье, не мог отыскать ни одной вешалки… Обыденных вещей, к которым он привык, таких как компьютер или пепельница, теперь не было под рукой, как прежде. Чэн Кэ потребовался почти месяц, чтобы обустроить квартиру и наладить быт.

В тот момент, когда он вздохнул с облегчением и подумал, что сегодня наконец не потребуется бежать в магазин, тишину квартиры прорезал резкий звук дверного звонка. Именно он дал старт новой жизни Чэн Кэ.

Глава 15 - Я видел больше плохих парней, чем сперматозоидов в сперме, что ты надрочил за всю свою жизнь (2)

Чэн Кэ подошел к двери и посмотрел в глазок, однако не увидел ничего, кроме темноты. Неужели кто-то намеренно пытается скрыться и закрывает глазок рукой?

Звонок прозвучал снова.

Чэн Кэ нахмурился и похвалил себя за осмотрительность: как хорошо, что он привык запирать дверь на замок.

— Кто там? — спросил он недовольно.

— Я, — послышалось из-за двери.

Голос показался знакомым, но не настолько, чтобы определить личность гостя, услышав всего одно слово.

— А имя? — снова спросил Чэн Кэ.

— Чэнь Цин.

Чэн Кэ задумался и признал, что этот голос и правда принадлежит главному защитнику.

— Ты чего глазок закрываешь?

Чэн Кэ смутно ощущал, что Чэнь Цин похож на одного знакомого ему психа с манией преследования. Вслух он, конечно, этого не сказал. В любом случае Чэн Кэ решил, что дверь открывать не станет, пока не разглядит в глазок физиономию гостя.

— Это правило, — буркнул Чэнь Цин.

— Где, блять, скажи мне, стучать в дверь и закрывать глазок считается правилом?

— Открыл глазок, — сдался Чэнь Цин, — впусти меня!

Чэн Кэ неторопливо посмотрел в глазок, и тот действительно больше никто не закрывал. Чэнь Цин в солнцезащитных очках стоял в темном коридоре без окон. Рядом никого не было. Чэн Кэ повернул замок, приоткрыл дверь и сурово посмотрел на незваного гостя.

— По какому делу?

— За арендной платой.

— Заебись... — Он распахнул дверь, жестом пригласил Чэнь Цина войти и саркастично показал большой палец вверх. — Не боишься, что однажды твой рейд по квартирам закончится в тюряге? При встрече с таким гостем любой первым делом захочет позвонить в полицию.

Свет в гостиной не горел, и шторы были плотно задернуты. Чэнь Цин перешагнул через порог, сделал несколько шагов и тут же налетел на диван, но вместо чертыханий невозмутимо поправил солнцезащитные очки.

— Фактически месяц еще не прошел, и у тебя осталось несколько дней, — заговорил он, — однако по договору дата оплаты заявлена на двадцать восьмое число каждого месяца. Поэтому…

— Ладно. Мне сделать перевод?

— Зачем бы я пришел, если оплату можно просто перевести? — Чэнь Цин посмотрел на него как на дебила. — Только наличные. Сестра Цянь любит наличку.

— Лады.

Чэн Кэ достал кошелек и, отсчитывая деньги, подумал, что если налички не хватит, то придется идти в отделение банка.

— А ты вроде как уже обжился, — Чэнь Цин огляделся, — даже купил электрический стул.

— Электрический?.. — Чэн Кэ обомлел на несколько секунд, совершенно потеряв дар речи. — Это массажное кресло.

— Ну а кратко «электрический стул»! [1]

(П/п: 电动按摩椅 — (электрическое) массажное кресло; 电椅 — электрический стул.)

— Держи, — Чэн Кэ протянул ему стопку банкнот, — пересчитывай.

Чэнь Цин не стал брать деньги и вместо этого проникновенно посмотрел на Чэн Кэ.

— А третий брат оказался прав.

— В смысле?

— Ты олух, — признался Чэнь Цин.

Чэн Кэ опешил, не зная, что ответить и как вообще на это реагировать.

— Кто твой арендатор? Третий брат, — внезапно продолжил Чэнь Цин. — Тогда почему, когда я заявляюсь и прошу деньги за аренду, ты бездумно отдаешь их мне?

Чэн Кэ ничего не сказал.

— Только что, до того как подняться к тебе, я спрашивал третьего брата, что делать, если ты откажешься отдавать мне деньги, — продолжил Чэнь Цин, — третий брат заверил, что такого не случиться. Он сказал, что с виду ты похож на лошка, поэтому без вопросов сделаешь все, что я скажу. И, кто бы мог подумать, все действительно так и получилось!

Чэн Кэ, осмеянный парочкой психов, крепко стиснул зубы, убрал деньги обратно в кошелек и по-хозяйски сел на диван.

— Скажи Цзян Юйдо, если ему нужны деньги, пусть придет за ними лично.

— Третий брат как раз здесь, внизу. Можешь сам ему позвонить.

Чэн Кэ кивнул, взял телефон и набрал номер.

— Алло.

С другого конца провода тут же донесся равнодушный голос Цзян Юйдо. В отличие от главного защитника, Чэн Кэ узнал его сразу.

— Я хочу заплатить тебе за квартиру.

— Просто отдай деньги Чэнь Цину. Он и дальше будет приходить за арендой, — Цзян Юйдо оказался непреклонен. — Эта задача полностью лежит на нем.

— Нет, так не пойдет, — запротестовал Чэн Кэ. — А если в будущем возникнет какая-то проблема, кто понесет ответственность?

— Я. Во время сбора арендной платы мне приходится его сопровождать.

— Раз так, то поднимайся и пиши отказ от претензий, — выдал Чэн Кэ.

— Что за хрень?

— Если Чэнь Цин решит сбежать с деньгами, — неторопливо объяснил Чэн Кэ, — или его обворуют сразу при выходе из квартиры, или при передаче тебе все купюры внезапно унесет ветром, я не понесу материальной ответственности.

— Ты ебанутый?

— Нет, всего лишь олух.

— Сука, — тихо выругался Цзян Юйдо. — Чэнь Цин опять вякнул что-то странное?

— Поднимайся и либо забирай арендную плату, либо пиши отказ от претензий.

Чэн Кэ повесил трубку, уставился на Чэнь Цина и только тогда заметил странные отметины на его лице. Неужели это раны, полученные в той драке?

— Ты чего вспылил? — удивился Чэнь Цин.

— Спроси третьего брата, — буркнул в ответ Чэн Кэ.

Он щелкнул по выключателю и зажег лампу. Как только гостя озарил свет, Чэн Кэ убедился, что те отметины — раны и синяки. Они покрывали все лицо, на коже не осталось даже маленького нетронутого участка. На носу Чэнь Цина все так же сидели солнцезащитные очки, неумело скрывающие фингал под глазом. Скорее всего он надел их не для маскировки, а для солидности, ведь главный защитник должен оставаться невозмутимым и крутым при любых обстоятельствах.

— А я и не знал, — Чэнь Цин сел на стул, — что ты такой вспыльчивый.

— Ты каждый день таскаешься за Цзян Юйдо и все еще считаешь меня вспыльчивым? — прыснул Чэн Кэ. — Настолько одержим своим кумиром, что уже не его замечаешь недостатков?

— В обычное время он злится не так уж и часто.

Чэн Кэ не нашел, что сказать. Он встречался с Цзян Юйдо всего несколько раз, и, если не считать тот совместный ужин, этот мужчина постоянно впадал в ярость.

— На самом деле, ты никогда не видел его по-настоящему злым, — добавил Чэнь Цин, явно разглядев тень сомнения во взгляде Чэн Кэ. — Если бы третий брат каждый раз выходил из себя, то прикончил бы тебя на месте еще в тот день, когда ты пнул мусорный бак.

— Пошел ты, — не сдержался Чэн Кэ. — Ты вообще когда-нибудь сдавал тест на IQ?

— Нет.

Чэн Кэ фыркнул и стиснул зубы. В дальнейших вопросах больше нет смысла. Еще несколько минут они молча пялились друг на друга, и у Чэн Кэ появилась возможность получше рассмотреть раны и гематомы на лице главного защитника. Затем раздался звонок, Чэнь Цин подскочил с места и открыл дверь.

— Третий брат, я говорил, что он может отдать деньги мне, но…

— Свободен, — скомандовал Цзян Юйдо, прошел в гостиную, взял стул и сел напротив Чэн Кэ. — Решил надо мной прикольнуться?

Чэн Кэ уже давно подобрал ответ на этот вопрос, однако, увидев состояние Цзян Юйдо, вмиг позабыл, что хотел сказать.

— Неудачная попытка суицида? [2]

(П/п: Здесь «跳楼» — прыгнуть со здания в целях самоубийства.)

Макушку Цзян Юйдо все еще прикрывала повязка. Рана, полученная месяц назад, так и не затянулась и, ко всему прочему, продолжала кровоточить. На лице появилось больше порезов и ссадин, а на правой руке — бандаж. Подвернутая штанина левой ноги оголяла лангетку, тянущуюся по голени и до щиколотки. Чэн Кэ никак не ожидал увидеть такую сцену. Уличная драка или борьба за территорию — неважно, но разве не странно, что «босс» ранен сильнее приспешника?

— Все из-за меня… — Чэнь Цин нахмурился, скрывая досаду.

— Не драматизируй. — Цзян Юйдо устало махнул в его сторону и снова обратился к Чэн Кэ: — Где деньги?

— Выписывай квитанцию.

Чэнь Цин достал квитанцию и ручку и как только собрался что-то написать, Чэн Кэ кивнул в сторону Цзян Юйдо.

— Не ты, а он.

— У третьего брата ушиб руки! — с недовольством выпалил Чэнь Цин.

В ответ Чэн Кэ уставился на главного защитника и мгновенно парировал:

— Он левша.

Цзян Юйдо пристально посмотрел на Чэн Кэ, а затем протянул руку Чэнь Цину и забрал квитанцию и ручку. Положив документ на стол, он взялся за заполнение, попутно проговаривая, что собирается написать.

— Такого-то числа от Чэн Кэ получено…

— «Кэ» как в «соблюдать», а не как в «пассажир», — подметил Чэн Кэ, глядя как на листке появляются корявые иероглифы.

Цзян Юйдо оторвал взгляд от квитанции и посмотрел на него с замешательством. Чэн Кэ вздохнул, вынул ручку из его руки и написал свое имя на чистом листе лежащего рядом блокнота.

— Разве у тебя нет копии моего удостоверения личности?

— Есть, но разве кто-то запоминает такие мелочи?

Цзян Юйдо забрал ручку, зачирикал «гостя» и поставил рядом «полку», затем пригляделся к иероглифу, написанному Чэн Кэ, и подправил на «соблюдать».

— Вообще-то я обратил внимание только на снимок и возраст, — признался Цзян Юйдо.

Чэн Кэ убрал полученную квитанцию и отдал Цзян Юйдо деньги за аренду. Как только сделка завершилась, в комнате повисла странная атмосфера, вызвавшая у Чэн Кэ приступ дежавю. Три человека переглядывались в полной тишине, точно такой же, как при заключении договора. Прошел целый месяц. За это время они успели не раз пересечься и даже поужинать вместе, поэтому Чэн Кэ надеялся, что хоть немного, но они сблизились. Однако почему-то обстановка оставалась до жути напряженной. Видимо, для Цзян Юйдо и его прихвостня этого не хватило, чтобы ослабить бдительность.

Когда Чэн Кэ прочистил горло и был готов заговорить с целью выпроводить гостей, Цзян Юйдо кивнул Чэнь Цину, и тот мигом выскочил за дверь.

— Что за? — опешил Чэн Кэ.

— Майбах с номерным знаком «888»... — Цзян Юйдо неторопливо вынул сигарету и зажал губами, а затем не спеша достал зажигалку и прикурил, — имеет к тебе какое-то отношение?

— Ну да, — Чэн Кэ опешил, — это машина моего младшего брата.

— Что ты задумал? — Цзян Юйдо недобро прищурился.

— Я? — тупо переспросил Чэн Кэ, потеряв нить разговора.

— Чего ты пытаешься добиться этими уловками?

— …Сука, о чем ты вообще? — нахмурился Чэн Кэ, — Чем тебя задел этот блядский Майбах?

— Он все утро что-то вынюхивал в нашем районе. Накрутил несколько кругов и свинтил. Что ему было нужно? Твой брат еще и водителя за руль посадил. Это делают только в одном случае: чтобы самому зыркать по сторонам да ничего не упустить.

— Он никогда не садится за руль сам, — беспомощно ответил Чэн Кэ. — У него прав нет!

— Как нет? — опешил Цзян Юйдо.

— Он не умеет водить.

Чэн Кэ тяжело вздохнул. Ему плевать на подозрения Цзян Юйдо, его больше интересует, какого здесь забыл Чэн И.

— Он точно твой родной младший брат? — спросил Цзян Юйдо.

— Да, у нас общие родители.

Цзян Юйдо проникновенно посмотрел на него и через несколько мгновений переспросил снова:

— Уверен, что тебя не усыновили? Вы слишком разные!

— Отъебись.

Цзян Юйдо усмехнулся и отпил из стакана.

— Лучше держись подальше от своего младшего брата. В прошлом именно такие, как он, убивали старших братьев и сестер, чтобы занять место наследника и перенять престол.

Чэн Кэ нахмурился. Чэн И не настолько ужасный человек, однако слова Цзян Юйдо зародили в его сердце неприятное волнение.

— Я серьезно, это было видно с первого взгляда.

— Так ты еще и спец в физиогномике? — съязвил Чэн Кэ. — Удивлен.

— Я видел больше плохих парней, чем сперматозоидов в сперме, что ты надрочил за всю свою жизнь.

Чэн Кэ ничего не сказал в ответ. Взгляд Цзян Юйдо заставил напрочь проигнорировать дерзость высказывания.

Глава 16 - Перед ним предстал абсолютно голый Цзян Юйдо (1)

Как только Цзян Юйдо вышел из квартиры, Чэнь Цин нажал на кнопку лифта. Чэн Кэ остановился на пороге, прислонился к дверному косяку и не отрывал взгляда от уходящих гостей.

— Не нужно нас провожать, — обронил Чэнь Цин, — мы и сами можем спуститься.

— С чего решил, что я собираюсь с вами?

— Ты дверь не закрыл.

— Теперь закрыл, — прыснул Чэн Кэ и хлопнул дверью.

Лифт открылся, и Цзян Юйдо, опираясь на Чэнь Цина, зашел внутрь.

— Как думаешь, он и правда не собирался спускаться с нами? — спросил Чэнь Цин. — Тогда почему не закрыл дверь? Я все неправильно понял?

Цзян Юйдо прислонился к стене и уставился на цифровую панель, на которой по убывающей сменялись числа.

— Это часть этикета. До тех пор пока гость не покинет территорию лестничной клетки, хозяин не должен закрывать дверь.

— Реально? — опешил Чэнь Цин. — Тогда почему ты никогда не провожаешь меня? Если подумать, то каждый раз я сам закрываю за собой дверь.

— Потому что с тобой мы друзья, а с ним — нет! — взревел Цзян Юйдо и почувствовал, как рана на голове начала болезненно пульсировать. Такими темпами ей не суждено зажить.

В тот вечер, когда Цзян Юйдо собирал людей, чтобы вырвать Чэнь Цина из лап доверенных прихвостней Чжан Даци, все закончилось беспорядочной и ожесточенной уличной дракой. Естественно, Цзян Юйдо играл в ней не последнюю роль. По воле случая один из ударов атакующего хулигана пришелся по его макушке, и рана, что успела покрыться корочкой, снова раскрылась. Ко всему прочему, несколько дней назад сломанная дверца шкафа внезапно открылась и со всей силы приложила по голове…

— Значит, не друзья… — задумчиво повторил Чэнь Цин.

Цзян Юйдо схватился за повязку на голове, с силой прижал рану, что снова начала кровоточить, и напряженно улыбнулся Чэнь Цину.

— Люди, выросшие на улице, не могут сравниться с воспитанными и интеллигентными богачами. Поэтому не забивай себе голову и не позорься, усек?

Чэнь Цин собрался открыть рот и что-то сказать, но его грубо прервали:

— Если не дошло, то просто замолкни.

Чэнь Цин кивнул в знак согласия.

…В машине Цзян Юйдо повернул к себе зеркало заднего вида и взглянул на повязку.

— Третий брат, рана кажется серьезной. Лучше нам поехать в больницу, нужно наложить швы.

— Нет, — грубо отказал Цзян Юйдо, — никому не позволю тыкать себя иголками. Даже если брюхо вспорют, ни за что не доверюсь врачам.

— Тьфу-тьфу-тьфу!

Чэнь Цин три раза сплюнул, да так смачно, что часть слюны попала на руль автомобиля.

— Решил заняться влажной уборкой салона? — усмехнулся Цзян Юйдо.

Чэнь Цин ничего не ответил и лишь покосился на друга.

— Ладно, тьфу-тьфу-тьфу, — послушно сплюнул Цзян Юйдо. — Теперь доволен?

— В будущем не говори таких ужасных вещей: негативные предсказания приносят несчастья, — буркнул Чэнь Цин. — Больше не хочу слышать от тебя подобное… В тот раз ты не должен был приходить, ведь Чжан Даци в любом случае не смог бы мне ничего сделать: по району кружили легавые.

— При чем здесь вообще полиция? Речь не о том. Ты пошел выбить долг, но в итоге попал в ловушку.

— Тогда, по крайней мере, не нужно было ввязываться в драку! — вспылил Чэнь Цин. — Смотри, как сильно в результате ты пострадал! А что, если бы тебя задержали?!

— Зачем волноваться о том, чего не произошло? Ну загремел бы в обезьянник на несколько дней, и что с того? А вообще, это довольно неплохой вариант — побыть немного в тишине и спокойно поспать, не боясь, что они могут пробраться ко мне и напасть.

— В будущем, если захочешь отдохнуть, просто скажи мне: отдам тебе ключ от нашего старого деревенского дома. Можешь «побыть в тишине» сколько душе угодно. Я тебе хозяйство организую, куриц там, цыплят [1], чтоб от скуки не подох…

Цзян Юйдо удивленно посмотрел на друга.

— Реально куриц! — растерялся Чэнь Цин. — Куриц, которые кудахчут. Настоящих куриц!

— Бля, — Цзян Юйдо рассмеялся, — понял я, понял.

(П/п: «鸡» — курица; жаргон: проститутка.)

Автомобиль подъехал к дому и остановился напротив подъезда. Чэнь Цин посмотрел на часы.

— Уже время ужина. Слышал, ты запретил младшим братьям доставлять еду [2] к себе домой.

— Угу, — подтвердил Цзян Юйдо, — изо дня в день ко мне ходили толпы братьев, будто я уже подох [2].

(П/п: Здесь автор играет с выражением «送饭». В первом случае употребляет в значении «доставлять пищу», а во втором — «подносить пищу» (для покойника к храму местного божества, в течение двух-трех дней после смерти).)

— Что хочешь поесть? Я куплю несколько блюд, давай поедим вместе?

— Собираешься снова тусоваться у меня? — спросил Цзян Юйдо, открыв автомобильную дверь.

— Не могу же я заявиться домой в таком виде? Подожду, пока синяки и ссадины хоть немного заживут, — признался Чэнь Цин и вышел из машины, затем подошел к Цзян Юйдо, подхватил под руку и помог выбраться. — Эти несколько дней я спал то тут, то там, лишь бы не слышать бесконечных упреков матери.

Цзян Юйдо рассмеялся, и в этот момент телефон Чэнь Цина зазвонил. Мужчина достал трубку из кармана, глянул на экран и тут же принял вызов.

— Щенок? [3]

(П/п: Прозвище, которое показывает неопытность и незрелость человека. Не считается унизительным).

Цзян Юйдо шел рядом, поэтому хорошо слышал плаксивый голос Щенка, доносящегося из динамика телефона.

— Брат Цин! Брат Цин~~

— Почему ты ревешь? Тебя избили? — испугался Чэнь Цин. — Драпай скорей, нечего ныть.

— Чжан Даци… Он отдал мне долг! Брат Цин! Я получил от него деньги! — Щенок расплакался еще пуще.

— И это все? Ты поэтому нюни распустил? Это типа слезы радости?

Цзян Юйдо усмехнулся и покачал головой.

— Я не осмелился позвонить третьему брату, — признался Щенок. — Передай от меня благодарность! А еще передай, что я навсегда останусь человеком третьего брата: скажи он слово, и я сделаю все, что угодно!

Цзян Юйдо покосился на телефон в руках друга. Повезло, что Щенка в этот момент не было рядом, иначе Цзян Юйдо приказал главному защитнику выкинуть эту рохлю из шайки.

— Слишком громкие слова для того, кто ревет из-за пустяка. — Чэнь Цин вздохнул. — Хватит. Получил долг, поплакал, а теперь успокойся и возьми себя в руки. Ты должен подумать о том, как в будущем вести дела с Чжан Даци, ведь мы с третьим братом не всегда сможем прийти на выручку.

— Угу! Я понял, брат Цин. — Щенок, наконец успокоился и повесил трубку.

— Чжан Даци вернул всю сумму долга? — спросил Цзян Юйдо.

— Ага. — Чэнь Цин убрал телефон обратно в карман. — В конце концов, мы решили прижать Чжан Даци не ради грошей за пару просроченных месяцев.

— А то, я не стал бы подвергать своих людей риску ради трех тысяч юаней…

— Знаю, ведь не все они умеют махать кулаками, — подтвердил Чэнь Цин и зашел в подъезд, поддерживая друга под руку, — поэтому ты решил пожертвовать ногой, не стал разбираться и пошел напролом. Все это ради младших.

— Бля, завались! — рявкнул пристыженный Цзян Юйдо и хлопнул друга по спине. — Когда не надо ты слишком проницательный!

— Тц, — с досадой прыснул Чэнь Цин и потер место удара, — если бы только я не мешался у тебя под ногами…

— Прекращай. — Цзян Юйдо достал ключ и отпер дверь, опасливо заглянул внутрь и только потом вошел. — Заканчивай с этим нытьем.

— Я схожу за едой. Возьму что-нибудь вегетарианское. Думаю, твои раны заживают так долго, потому что ты ешь слишком много мяса и рыбы.

— Поступай как знаешь. — Цзян Юйдо махнул рукой.

Как только Чэнь Цин закрыл дверь, он рухнул на диван, головой лег на подлокотник и закрыл глаза. Цвет его лица не сулил ничего хорошего, но тому виной были не раны, а отсутствие сна. Цзян Юйдо боялся засыпать, потому что из ночи в ночь ему снились кошмары. В конце концов он решил, что уж лучше и вовсе не смыкать глаз до утра. Этот страх — заснуть и снова погрузиться в ужасающие воображения сны — преследовало его уже довольно долгое время. Он не делился этим ни с кем из близких: ни с Чэнь Цином, ни с Лу Цянь, — потому что не хотел волновать лишний раз и признаваться, что находится в не лучшей форме.

На самом деле сегодня Цзян Юйдо чувствовал себя более-менее сносно, поэтому поддался капризу Чэн Кэ и поднялся за арендой лично. Чэн Кэ… Этот человек так сильно отличается от него. Он не перестает удивлять и приносит с собой неуловимое чувство новизны: некую свежесть, способную рассеять повседневную скуку.

Чэн Кэ. Ключи «сердце» и «особенный»… Теперь Цзян Юйдо запомнил, как пишется его имя. И почему столь простой иероглиф в прошлом показался ему таким сложным? До этого он ни раз приставал к Чэнь Цину, прося провести анализ иероглифа, но тот говорил какой-то лютый бред, и в итоге Цзян Юйдо сдался. Неужели Чэнь Цин не мог распознать два несложных ключа?

В этот момент в памяти Цзян Юйдо всплыло давнее воспоминание:

— Слушай, а знаешь, что в моем имени означает «До» [4]? — спросил Цзян Юйдо и ответил максимально серьезно: — «Большой размер».

— Понял, — легковерный Чэнь Цин кивнул и добавил: — Верю, ведь видел его своими глазами.

(П/п: Иероглиф «夺» действительно можно разложить на ключи «大» (большой) и «寸» (размер). Однако это не значение имени Цзян Юйдо, а лишь разбивка иероглифа на составные. Значение имени дают ребенку родители, когда это самое имя ему подбирают, и оно может отличаться от значений иероглифов. Именно поэтому автор назвала Чэнь Цина легковерным.)

Цзян Юйдо не удержался от смеха. Однако веселье быстро испарилось, и ему на смену пришла нещадная скука. Цзян Юйдо тяжело вздохнул, повернулся на спину и уставился в потолок.

В это время оголодавший котенок, цепляясь когтями за обивку, взобрался на диван, по-хозяйски уселся на грудь Цзян Юйдо и требовательно мяукнул.

— Не хочу вставать, — ответил Цзян Юйдо, — подожди брата Цина. Он тебя покормит.

Мяу выпрямился и настойчиво мяукнул.

— Прекращай, — выпалил Цзян Юйдо. — Настроение ни к черту. Если продолжишь, вышвырну на улицу.

Однако котенок не сдвинулся с места и продолжил мяукать еще громче, протяжней и напористей. Цзян Юйдо тоже не сдался и продолжил пластом лежать на диване. Холодная война шла до тех пор, пока не вернулся Чэнь Цин.

— Давай шустрее, — буркнул Цзян Юйдо. — Сначала кота покорми. Он так громко разорался, задрал! Как же порой он меня выводит, а я даже закурить не могу, потому что этому комку лохматому опасно вдыхать сигаретный дым.

— Сам захотел его подобрать, чего уж теперь ворчать. — Чэнь Цин достал кошачий корм и отсыпал немного в миску. — Так что, выбросить его теперь на улицу? Если знал, что не сможешь ужиться с питомцем, зачем заводил?

— Я не говорил такого. Хватит болтать, давай лучше поедим, — буркнул Цзян Юйдо и встал с дивана.

Чэнь Цин говорил, что купит вегетарианские блюда, и сдержал свое слово. Не считая одинокой котлеты размером с ладошку, всюду были одни лишь овощи.

— Думаю, стоит подарить тебе благовоние. — Цзян Юйдо сел на стул и в очередной раз оценил обилие зелени на столе.

— Зачем? — Чэнь Цин поставил перед ним порцию жидкой постной каши.

— Чтоб ты нацепил его на голову и заделал несколько шрамов, — ответил он, — затем пошел в храм, отыскал настоятеля и попросил дать новое имя.

— А?

— Разве ты не следуешь учениям Будды и не отрекаешься от мяса? — съязвил Цзян Юйдо. — Хотя нет, ты скорее бы принял обет непросветленного обучения.

— Бля, к чему эти выебоны? Ешь овощи, если хочешь поправиться. Сегодня ужин без мяса.

— А как же быть с ней? — спросил Цзян Юйдо, украдкой кивая на одинокую котлетку. — До чего же крошечная — на один укус.

— Она моя, — Чэнь Цин шустро переложил котлету в свою пиалу, — тебе не дам.

— Че за хуйня? — взревел Цзян Юйдо, получив сильнейшее душевное потрясение.

— Я уже говорил: белки препятствуют заживлению ран, — непоколебимо ответил Чэнь Цин. — Я не хотел раздражать тебя лишний раз, поэтому взял только одну малышку-котлету.

— Скажи, кто с таким трудом в последние дни выбивал аренду у должников? И этот «кто-то» не достоин даже котлеты на ужин?

Цзян Юйдо был готов пойти на любые хитрости, лишь бы заполучить эту злосчастную котлету. Как же быть? От осознания, что сегодня он не получит ни кусочка мяса, внутри начинал разгораться пожар.

— Хорошо, отдам половину.

Чэнь Цин разломил котлету палочками и переложил кусок Цзян Юйдо.

— Чего застыл? — возмутился Цзян Юйдо и указал на пиалу друга. — Блять, ешь скорее свой кусок!

— Че?

— Давай, живей! — продолжил подгонять Цзян Юйдо.

Чэнь Цин растерянно посмотрел на друга, ухватил кусок котлеты палочками и резво запихнул в рот.

— Вот и славненько! — Цзян Юйдо удовлетворенно кивнул. — Теперь у тебя нет мяса, а у меня есть. Пришло твое время завидовать.

— Ты ребенок в детском саду, что ли? — рассмеялся Чэнь Цин.

— Отвали и ешь уже свою зелень.

Глава 17 - Перед ним предстал абсолютно голый Цзян Юйдо (2)

Закончив с едой, Чэнь Цин собрал со стола пустые контейнеры и другую одноразовую посуду и выбросил в ведро, а затем вернулся к другу и задал неожиданный вопрос:

— Третий брат, как думаешь, Цзицзя знает, что пищевые отходы нужно выкидывать в мусорный контейнер на первом этаже?

— Он ничего не смыслит в домашних делах, — Цзян Юйдо зажал сигарету зубами и прикурил, — но не полный же кретин.

— Ага, — Чэнь Цин кивнул, — заметил, что в квартире появилось много новых вещей? Мне даже захотелось приобрести несколько обновок для дома! Например, робот-пылесос. Сначала я подумал, что это весы и даже чуть было не встал на него… Хотя зачем робот-пылесос, когда есть метла? А еще тот электрический стул. Как бы я хотел сесть в него хоть ненадолго.

— Не стоит, — сказал как отрезал Цзян Юйдо. — Это выйдет в копеечку: место на кладбище нынче дорого стоит.

— Да я говорю о массажном кресле! Может быть, подгадаем время, когда Цзицзя не будет дома, и я присяду хоть на чуть-чуть?

Цзян Юйдо неодобрительно зыркнул на друга.

— Забудь! — Чэнь Цин огорченно вздохнул. — Такие кресла есть и в торговом центре по двадцать юаней за сессию. Тогда просто схожу туда.

— Лучше дуй уже в постоялый двор: боюсь, что не сдержусь и снова надаю тебе тумаков, а я все еще ранен и не хочу перенапрягаться.

— Да-да, — буркнул Чэнь Цин, достал телефон и проверил время. — Если завтра надумаешь выходить на улицу, звякни — тачку тебе организую.

— Угу. — Цзян Юйдо завалился на диван и махнул другу на прощание.

После того как Чэнь Цин ушел, Цзян Юйдо выключил свет в комнате, неторопливо подошел к окну и заглянул в щель между задернутых штор. Небо полностью потемнело, а ветер заметно усилился. Фонарь тускло освещал небольшой участок перед домом, оставляя остальное пространство в полной тьме. Чем дольше Цзян Юйдо вглядывался в темные переулки, тем больше нечто незримое цепляло его взгляд, пока в одном из малоосвещенных углов он не заметил черный замерший на месте силуэт. Подозрения снова оказались верными, и сердце Цзян Юйдо сильнее забилось от беспокойства.

Казалось, таинственный наблюдатель почувствовал, что его раскрыли: он тут же вышел из тени, пересек тускло освещенную улицу и снова исчез во тьме. Цзян Юйдо мгновенно отошел от окна и как ни в чем не бывало умылся, почистил зубы, а потом лег на кровать. Этой ночью у него не было бессонницы, и даже что-то снилось.

Каждый раз засыпая, он четко осознавал, что спит. Каким бы правдивым ни был сон, Цзян Юйдо продолжал убеждать себя в том, что он нереален. Он повторял, как мантру: «Это не на самом деле. Не на самом деле», и только так мог проснуться. Цзян Юйдо уже точно не помнил, с каких пор эта фраза стала эффективным оружием против страха: слишком уж долго использовал ее в деле. Действительно долго... За несколько лет до встречи с Чэнь Цином и Лу Цянь.

«Это не на самом деле». Звучит бесполезно и жалко, правда?

Цзян Юйдо устало вздохнул. Он совсем не удивится, если сегодня во сне увидит Чэн Кэ.

Уже довольно давно сны стали для него подобием памятной книги, в которой записаны особо важные и запоминающиеся события. На протяжении всей ночи они вспыхивают и быстро сменяются, как картинки в слайд-шоу: когда-то идут последовательно, а когда-то хаотично, но исход таких снов всегда один…

«Кэ» как в «соблюдать», а не как в «пассажир».

«Ты псих?»

«Когда вернешь мои часы?»

«Я здесь не просто так, и цель моего появления крайне проста...»

«Хочу, чтобы ты больше не мог почувствовать себя в безопасности».

В тот же миг Чэн Кэ оказался напротив него, сжал в руке длинный ржавый гвоздь и яростно замахнулся. Когда острие оказалось напротив глаз Цзян Юйдо, гвоздь превратился в нож. Лезвие полоснуло по лицу, тело обдало болью, а из раны хлынула кровь.

— Это не на самом деле, — произнес Цзян Юйдо во сне несколько раз.

Благодаря реакции и силе воли, ему удалось быстро взять сон под контроль и проснуться. Приходя в себя, он все еще слышал свой собственный сдавленный и хриплый голос:

— Это не на самом деле…

Цзян Юйдо широко распахнул глаза. В полнейшей темноте он наконец смог вернуться к реальности. Как только мысли собрались в кучу, он обнаружил нечто раздражающее: от затяжного кошмара его тело полностью покрылось испариной, а одежда промокла от пота.

— Блять.

Он гневно распахнул одеяло и прощупал ткань — хоть выжимай. Ему ничего не оставалось, кроме как стянуть мокрую одежду и запульнуть куда подальше. Поскольку трусы оказались такими же влажными, Цзян Юйдо избавился и от них.

Так-то лучше.

…Чэн Кэ достал телефон и даже отыскал номер арендатора, однако все не решался позвонить. Плита снова не фурычила, вернее он снова не мог ее зажечь.

До этого все работало исправно, и Чэн Кэ даже приноровился зажигать конфорку с первого раза. Он хорошо запомнил порядок действий, который прилежно выполнял уже не один день: открыть газовый клапан, надавить на ручку и повернуть, дождаться, пока огонь вспыхнет, и начать готовку. Вот только сегодня, когда Чэн Кэ задумал сварить два яйца, эта хрень почему-то перестала работать. Прокручивая шаги в голове, он мучил плиту снова и снова, но как бы долго ни возился, не смог увидеть заветные синие языки пламени. Кажется, эта «новая плита» теперь и правда сломалась. Однако, несмотря на неоспоримый факт, Чэн Кэ не покидала мысль, что дело вовсе не в плите, а в нем самом. Неужели он снова просто тупит? Оглядываясь назад и вспоминая предыдущие бытовые стычки с Цзян Юйдо, раз за разом Чэн Кэ задавал себе этот вопрос.

После продолжительной внутренней борьбы он все же свалил всю вину на плиту и решил позвонить арендатору с просьбой прислать кого-нибудь для ремонта. Поколебавшись еще немного, он нажал на кнопку вызова. Трубку долго не брали, и после нескольких продолжительных гудков связь наконец была установлена.

— Да? — послышалась с другого конца провода.

Знакомый голос Цзян Юйдо почему-то звучал сипло и слабо, и от этого Чэн Кэ даже ненадолго растерялся.

— Цзян Юйдо?..

— Да.

Голос оставался таким же странным, а ответы — односложными, но по тону Чэн Кэ определил, что говорящим определенно является Цзян Юйдо.

— Прошу прощения за беспокойство, — вежливо продолжил Чэн Кэ, решив, что арендатор все еще спит. — Тебе удобно разговаривать?

— А если неудобно, повесишь трубку?

Цзян Юйдо говорил настолько тихо и слабо, что Чэн Кэ едва мог различить слова.

— …И перезвоню позднее, — сдержанно добавил Чэн Кэ.

Теперь голос, который он изначально принял за заспанный, казался ему болезненным:

— Говори давай, по какому делу звонишь?

— Тут, это… плита, — замялся Чэн Кэ, — снова не зажигается. До этого хорошо работала, но сегодня внезапно вышла из строя.

— Тогда стукни по ней.

Такой ответ был ожидаем. Чэн Кэ осознал, что, вероятно, уже адаптировался к неординарной реакции Цзян Юйдо. Кто знает, возможно, в будущем он, как Чэнь Цин, ляпнет глупость по типу: «Характер Цзян Юйдо не так уж и плох».

— Наверное деньги кончились, — предположил Цзян Юйдо, с трудом выговаривая слова. — Молодой господин, проверь газовый счетчик.

— А где он? — спросил Чэн Кэ и вышел из кухни.

Чем дольше он слушал голос Цзян Юйдо, тем больше считал его каким-то ненормальным.

— Ты заболел? — не выдержав, спросил Чэн Кэ.

— Нет, просто подыхаю. Счетчик висит рядом с плитой. Поспеши. Могу кони двинуть в любой момент, и тогда никто не станет с тобой возиться.

— Нашел, — доложил Чэн Кэ — Куда смотреть?

— Там карта наверху, засунь ее в счетчик и взгляни на показатели.

— Сейчас.

Чэн Кэ сделал все, как сказал арендатор: отыскал IC-карту и вставил в слот счетчика. Вопреки ожиданиям, сегодня Цзян Юйдо не злился и не повышал голос, наоборот, говорил спокойно и объяснял весьма доходчиво. От этого Чэн Кэ чувствовал угрызения совести: больному человеку приходилось находить в себе силы, чтобы разжевать элементарные тонкости домашнего быта.

— Цифра появилась.

— И какая же? — спросил Цзян Юйдо.

— Ноль, — ответил Чэн Кэ, и в тот же момент понял, что газовый клапан просто-напросто перекрыли из-за отсутствия средств на счету. — Я…

— Денег нет, а значит нет и газа. Кретин, — вяло выругался Цзян Юйдо. — Сходи и пополни карту.

Угрызения совести, которые все это время испытывал Чэн Кэ, мгновенно испарились. Но злиться на больного идиота он не мог, поэтому стиснул зубы и спокойно спросил:

— Где ее пополнить?

— В любом банке. Можешь зайти в тот, где оформлял карту.

— Спасибо, — скрежеща зубами, вежливо ответил Чэн Кэ.

Он совсем не хотел благодарить Цзян Юйдо, но «хорошая привычка» — мерзкая вещь. Цзян Юйдо ничего не ответил, но и не повесил трубку. Чэн Кэ подождал несколько секунд, однако на другом конце провода оставалось тихо. Помедлив еще немного, он наконец разъединил звонок.

Банк, в который он ходил в прошлый раз, располагался недалеко от дома Цзян Юйдо. Откровенно говоря, от этого места у Чэн Кэ остались не самые хорошие воспоминания. В конце концов, здесь — на этом самом перекрестке — его внезапно пырнули ножом. И пусть рана уже хорошо затянулась, след остался. Потребуется еще какое-то время, чтобы он полностью зажил.

Пополнить IC-карту оказалось проще простого: в банке было установлено специальное устройство, в которое нужно вставить карту и перевести средства. Пополнение газового счета — один из базовых бытовых навыков, о которых Чэн Кэ раньше никогда не задумывался. Он знал о существовании IC-карты, которую в теории нужно пополнять, но никогда не углублялся в этот процесс.

Переведя необходимую сумму, Чэн Кэ вышел из банка, остановился и неосознанно посмотрел в сторону перекрестка. Он никогда не был добросердечным человеком. В прошлом, когда Лю Тяньчэна госпитализировали с аппендицитом, Чэн Кэ поленился прийти и проведать друга. Однако сейчас ему хотелось навестить Цзян Юйдо. Если с аппендицитом Лю Тяньчэна все было ясно, и после операции ему предстояло просто отлежаться, то с Цзян Юйдо все обстояло иначе. От воспоминаний о его тихом немощном голосе у Чэн Кэ разыгрывалось воображение. А что, если Цзян Юйдо и правда находился на пороге жизни и смерти? Что, если откинулся сразу после объяснения, где пополнить карту? Ведь если подумать, он даже не повесил трубку…

Чэн Кэ покачал головой. Плохие мысли притягивают несчастья. Раз уж он все равно рядом с домом Цзян Юйдо, так почему бы к нему не зайти?

Для Чэн Кэ, страдающего топографическим кретинизмом, сориентироваться в районе и отыскать ту самую улицу оказалось сложнее, чем выполнять работу по дому. Однако ему все же удалось выйти к нужному зданию. На протяжении всего пути он искренне надеялся натолкнуться на Чэнь Цина или младших братьев, патрулирующих улицы по приказу Цзян Юйдо. Последнее даже лучше: тогда бы Чэн Кэ мог просто расспросить парней и узнать о самочувствии их предводителя. Ведь, если подумать, без предупреждения заявиться к малознакомому человеку довольно неловко.

Чэн Кэ замер напротив входной двери. Сначала он придумал, как поступить, если Цзян Юйдо ответит насмешкой на его заботу и переживание, и только после этого неуверенно постучался. Из квартиры не послышалось ни звука. Тогда Чэн Кэ постучался еще несколько раз, но уже сильнее. Внутри оставалось так же тихо.

— Цзян Юйдо? — громко позвал Чэн Кэ, продолжая стучать в дверь. — Ты дома?

Никакого ответа.

Чэн Кэ напрягся, его удары стали интенсивнее, пока не переросли в барабанную дробь.

— Цзян Юйдо!

— Кто там? — из-за двери раздался слабый голос.

— Чэн Кэ.

Наконец он смог вздохнуть с облегчением. Вскоре послышались приближающиеся шаги, дверь распахнулась, и на пороге возник Цзян Юйдо.

— Ты не…

Чэн Кэ хотел объясниться, но от увиденного слова застряли в глотке. Цзян Юйдо предстал перед ним абсолютно обнаженным: сверху до низу, куда ни посмотри, не было ни кусочка ткани. Голый мужчина как ни в чем не бывало стоял в дверном проеме и безразлично смотрел на гостя, что так настойчиво ломился в квартиру.

Чэн Кэ впал в шок. Он никогда прежде не видел член за пределами бани, поэтому просто не мог сохранить хладнокровия. В это время Цзян Юйдо все еще находился в полном забвении, но всего через несколько секунд пришел в себя и тут же выпалил:

— Блять!

Дверь захлопнулась перед носом потрясенного Чэн Кэ.

Глава 18 - Я не человек (1)

Чэн Кэ замер напротив закрытой двери, не зная, как реагировать на произошедшее. Нужно объясниться или забить, молча развернуться и уйти?

— Подожди минутку, — послышалось изнутри.

— Ладно, — отозвался Чэн Кэ.

Голос Цзян Юйдо звучал так же, как и по телефону, только еще более слабо и сипло. Неужели он и правда заболел? Чэн Кэ попытался вспомнить, здоровым ли был цвет его лица, однако образ обнаженного тела по-прежнему настойчиво стоял перед глазами. Чэн Кэ помотал головой, но пытаться выкинуть эту картину из мыслей оказалось совершенно бесполезно. Впервые в жизни дверь ему открыл голый мужчина. Шок оказался настолько сильным, что как бы Чэн Кэ ни старался, из памяти не уходили очертания покачивающейся огромной дубины. В результате нескольких тщетных попыток поток мыслей уже нельзя было остановить.

«А он неплохо сложен…»

Заебись, докатился! Чэн Кэ нахмурился и собрался достать телефон, чтобы хоть как-то отвлечься, как дверь снова открылась. В целом, прошло меньше пяти секунд. Как человек с бандажом на руке и лангеткой на ноге — считай, с половиной работающих конечностей — мог так быстро одеться? Поразительно…

Стоп, какого?!

— Ты! — выпалил Чэн Кэ. На Цзян Юйдо по-прежнему не было ни лоскутка ткани.

Несмотря на то, что они снова оказались друг напротив друга, Чэн Кэ в очередной раз не смог различить цвет его лица. Ведь первое, на что он обратил внимание, — глубокий шрам, пересекающий грудь Цзян Юйдо… Сколько, в конце концов, шрамов у этого типа? И на спине, и на груди…

— Я собирался что-нибудь накинуть, как вдруг подумал... — начал Цзян Юйдо. — Блять, неужели ты не умеешь пополнять IC-карты?

— Умею! — Чэн Кэ молниеносно стянул пальто и кинул его в Цзян Юйдо. — И уже это сделал!

— Тогда зачем пришел? — Цзян Юйдо схватил одежду на лету и прикрыл обнаженный торс и то, что пониже.

— Решил проверить, окочурился ты или нет!

— Пока нет, — легкомысленно ответил Цзян Юйдо, отошел на пару шагов и широко распахнул дверь. — Входи.

Входить? Какого хуя?! Чэн Кэ изначально не собирался заходить, и тем более не хочет делать этого сейчас! С каждой секундой он все больше и больше жалеет, что поддался сочувствию к больному. От этой встречи он не получил ничего, кроме шока, разочарования и раздражения.

В этот момент из квартиры напротив внезапно раздались голоса. Кто-то подходил ко входной двери. От этого Чэн Кэ ни на шутку запаниковал, шагнул за порог квартиры Цзян Юйдо и резко захлопнул за собой дверь. Меньше всего ему сейчас хотелось получить лишнее внимание от соседей или стать причиной грязных слухов. Стоит людям очернить тебя, как вернуть доброе имя будет сложно. Чэн Кэ осознавал, что никто из соседей, скорее всего, его не знает, но все равно не мог ничего с собой поделать.

Цзян Юйдо кинул пальто на диван и медленно побрел в спальню. Сейчас его скорость была в пять тысяч семьсот раз ниже, чем до того, когда он открывал и закрывал дверь. Чэн Кэ понимал, что невозможно скакать на больной ноге, но отчего-то так и норовил хорошенько пнуть Цзян Юйдо, чтобы поддать ускорения.

— Я думал, что Чэнь Цин пришел, — сказал Цзян Юйдо, зайдя в спальню.

— Ты глухой? Я же назвался!

Чэн Кэ плюхнулся на диван. Что же в этой ситуации казалось более странным: то, что Цзян Юйдо спутал два совершенно разных имени, или то, что он встречал главного защитника в столь провокационном виде?

— Я тебя слышал, — ответил Цзян Юйдо, — но был уверен, что это Чэнь Цин. Догоняешь?

— Я…

Чэн Кэ хотел сказать, что не догоняет. Нет, правда, как можно было услышать «Чэн Кэ» и подумать «Чэнь Цин»? У Цзян Юйдо извилин не хватает? Или бобы в ушах? Одно из двух, не иначе. Однако Чэн Кэ не успел излить все накопившиеся мысли, потому что его руки коснулось нечто теплое и пушистое.

Крыса!

Чэн Кэ сорвался с места и вскочил на ноги. В тот же момент ему пришло осознание: это, должно быть, питомец, которого приютил Цзян Юйдо. Чэн Кэ тут же оглянулся на диван. И правда, там сидел котенок и смотрел в сторону гостя испуганным и в то же время удивленным взглядом. Наверняка его потрясла скорость, с которой незнакомец пересек комнату.

— Никогда прежде не встречал мужчин, которые настолько сильно боятся крыс, — усмехнулся Цзян Юйдо.

— Кто боится? — возмутился Чэн Кэ, повернулся к нему и в ту же секунду отвернулся снова.

Цзян Юйдо сидел на краю кровати и, вопреки ожиданиям, все еще был обнажен. За это время он натянул лишь трусы и сейчас одной ногой застрял в штанине. На самом деле Чэн Кэ так и норовило обернуться снова, и вскоре он не стерпел: как бы невзначай повернул голову и кивнул в сторону Цзян Юйдо.

— Вы уже оделись?

— Думаешь, я успел бы за это время натянуть штаны? — с удивлением спросил Цзян Юйдо, затем странно посмотрел на Чэн Кэ, хитро прищурился и добавил с усмешкой: — Или ты просто завидуешь и хочешь успеть глянуть разок-другой?

— Я домой.

Чэн Кэ тут же схватил пальто и двинулся в сторону двери. Однако оно оказалось неестественно тяжелым. Чэн Кэ опустил взгляд и увидел котенка, каким-то образом зацепившегося за ткань и повисшего на рукаве.

— Отцепись. — Чэн Кэ потряс пальто.

— Ты так и не ответил… — Цзян Юйдо не знал, почему его собственный голос прозвучал настолько тихо и слабо. Возможно, виной тому долгое молчание или першение в горле. — Так зачем приходил?

— Твой голос по телефону показался мне болезненным, — ответил Чэн Кэ, продолжая трясти пальто. — Ты не повесил трубку, но и ничего не сказал. Тогда я подумал: мало ли что случилось? Да и проходил здесь недалеко. Если бы ты и правда кони двинул, я хотя бы в полицию заявил.

Цзян Юйдо не знал, что на это ответить. Чэн Кэ продолжал трясти пальто, поэтому тоже ничего не говорил. В разы быстрее и эффективнее было бы просто снять котенка, но Чэн Кэ боялся, что тот взбесится или испугается и станет царапаться. Кто же знает, что у животных на уме?

После небольшой паузы Цзян Юйдо наконец отреагировал:

— Спасибо.

Это «Спасибо» прозвучало настолько искренне, что Чэн Кэ сначала не поверил своим ушам и невольно обернулся. В этот момент он совсем забыл о человеке, который мог все еще оставаться нагишом. К счастью, Цзян Юйдо уже влез в спортивные штаны. Несмотря на то, что ноги и пах наконец были скрыты от посторонних глаз, торс по-прежнему оставался голым. Однако это уже огромный прогресс, и Чэн Кэ наконец мог вздохнуть с облегчением.

Цзян Юйдо медленно пересек гостиную, отцепил котенка и бросил на диван, а затем спросил Чэн Кэ:

— Ты ведь еще не ел?

— Нет. Я не смог зажечь плиту, поэтому не отварил яйца.

Рассказав об этом, он тут же пожалел, потому что Цзян Юйдо достал телефон и поставил Чэн Кэ перед фактом:

— Тогда поедим вместе.

— Не стоит. — Во что бы то ни стало Чэн Кэ хотел отказаться. — У меня еще остались нерешенные дела. Я позже схожу в какой-нибудь ресторанчик и перекушу.

— В чем дело? — Цзян Юйдо поднял на него пристальный взгляд.

— Ни в чем…

Внезапно Чэн Кэ не смог придумать ни одной достойной причины. К тому же, он еще не до конца понял, что в таких ситуациях следует говорить Цзян Юйдо — человеку, который по своей натуре не приемлет привычные Чэн Кэ дежурные вежливые отказы и требует факты.

— Все твои так называемые дела — полнейшая чушь, — выдал Цзян Юйдо хриплым голосом, продолжая что-то искать в телефоне. — Ты каждый день выходишь в магазин, но не выбираешься за пределы района…

— Следишь за мной? — Чэн Кэ был так удивлен, что его глаза чуть было не вылезли из орбит.

— Нет, в этом нет необходимости. Я уже говорил: это мой район, и здесь всюду мои люди. Младшие братья ежедневно докладывают мне о подозрительных личностях… — Цзян Юйдо прочистил горло и добавил: — О личностях вроде тебя.

«О подозрительных, значит? Да пошел ты!»

Как бы сильно Чэн Кэ не хотелось выругаться, вслух он ничего не сказал.

— Да Бин, — сказал в телефон Цзян Юйдо, — сгоняй в тот ресторан, и купи две порции завтрака… Да, ничего не случилось. Я дома… Без разницы, возьми на свое усмотрение.

Закончив разговор, Цзян Юйдо закурил, сел в кресло и уставился на Чэн Кэ.

— Я не буду есть, — произнес Чэн Кэ.

— Тогда посмотришь, как ем я.

— Ты всегда такой?..

Чэн Кэ чуть было не задохнулся от возмущения. На этот раз он в полной мере оценил невроз этого парня, симптомы которого уже не в состоянии подавить ни один медикамент.

— Какой «такой»? — спросил Цзян Юйдо, однако из горла не вырвалось ни звука. Лишь по движениям губ можно было догадаться, что он хотел сказать.

— Забей, проехали. — Чэн Кэ тяжело вздохнул. — Чем дольше тебя слушаю, тем больше кулаки чешутся.

Цзян Юйдо рассмеялся. Он больше ничего не сказал, взял котенка, что пытался забраться на стол, посадил себе на колени и стал гладить. Чэн Кэ совсем не хотел пялиться, однако шрам на груди слишком выделялся и волей-неволей цеплял взгляд. В конце концов, Чэн Кэ не вытерпел и спросил в лоб:

— Ты всегда дерешься, как в последний раз?

— А? — Цзян Юйдо сначала опешил, а затем проследил за взглядом Чэн Кэ, посмотрел на свой шрам и усмехнулся.

— Выглядит жестко. Будто на тебя напали с сорокаметровым мечом. — Вздохнул Чэн Кэ, не понимая, как вообще можно насмехаться над таким шрамом.

— Просто царапина, — отшутился Цзян Юйдо. Прочистив горло, он добавил, однако голос все равно остался хриплым: — В драке никто не сможет нанести мне серьезный урон.

— Ну да, конечно, — ответил Чэн Кэ пренебрежительно. — Я мог бы поверить, если бы не видел бинты.

— Я о другом. Здесь нет никого, кто бы рискнул пойти на меня с ножом. — Цзян Юйдо потушил сигарету, взял футболку с кресла и принялся неуклюже натягивать на себя. — А эти шрамы я получил еще в детстве.

Чэн Кэ обомлел и не смог придумать ни слова в ответ. В это время Цзян Юйдо боролся с футболкой. С большим трудом ему удалось просунуть руку в рукав, но на этом все. Сколько бы он ни крутился, сколько бы ни пыхтел, результата не было. С тех пор как он травмировал руку, переодевание превратилось в ад, а все мучения заканчивались одинаково: одежда просто-напросто рвалась по швам. Цзян Юйдо сам не понял, как ему удалось вчера так ловко раздеться…

— Помоги-ка мне разок. — Он посмотрел на Чэн Кэ из выреза горловины. — Погоди, неужели ты решил воспользоваться возможностью и поглазеть на меня?

После этих слов Чэн Кэ, все еще пребывающий в замешательстве от предыдущего разговора, мигом пришел в себя и подошел к Цзян Юйдо, сжал край футболки и потянул вниз.

— Как ты одеваешься, когда нет никого поблизости?

— Скажи, что ты не человек, — ответил Цзян Юйдо, — и я оденусь сам.

Чэн Кэ замер на мгновение, а затем потянул футболку обратно вверх, вернув на прежнее место.

— Я не человек [1], — буркнул Чэн Кэ.

(П/п: Игра слов. Чэн Кэ спрашивает: «Когда нет никого поблизости» и произносит «没人» — нет никого, то есть нет человека (нет+человек). Поэтому Цзян Юйдо и говорит: «Скажи, что ты не человек», а Чэн Кэ ненадолго теряется.)

— Что за ребячество! Хуже трехлетнего ребенка, что живет за стенкой… — прорычал Цзян Юйдо, однако осипшее горло не смогло в полной мере передать его негодование.

— Ты простудился? — спросил Чэн Кэ. — Уже ходил в больницу?

— Не ходил, — ответил Цзян Юйдо, возясь и изгаляясь в попытке натянуть футболку.

Конечно, не ходил. Стоит подумать о больнице, как к горлу подступает тошнота. В последний раз он побывал там после драки: травмы оказались серьезными, поэтому забить никак не вышло. Стоило Цзян Юйдо посидеть немного в травмпункте, как следующие несколько ночей его стали мучить кошмары. Естественно, ни на какие перевязки и тому подобное он больше не ходил и забирал все необходимые лекарства из специального больничного пункта.

Надев футболку, он снова уставился на Чэн Кэ и, убедившись, что тот не собирается уходить, снова поджег сигарету.

— Ты слишком часто куришь, — подметил Чэн Кэ. — Если не притормозишь, придется учить язык жестов.

Цзян Юйдо хотел что-то сказать в ответ, но в этот момент заметил за окном промелькнувшую тень. Он резко вскочил с места и прижал палец к губам, прося Чэн Кэ сохранять тишину, затем бесшумно метнулся к окну и заглянул в щель между задернутых штор. Снаружи было довольно многолюдно: сегодня суббота, многие отдыхают после работы и выбираются на улицу. Цзян Юйдо напряг зрение и прочесал взглядом округу, однако заметил темный силуэт слишком поздно, когда тот забежал в один из переулков.

Снова там. Уже дважды.

Медленно отстранившись от окна, он услышал шепот Чэн Кэ:

— Лангетка у тебя для украшения, что ли?

— Вовсе нет.

Цзян Юйдо сел на прежнее место. Он подскочил так резко, что голень снова заныла. В любом случае, это пустяк — пройдет за несколько дней. На самом деле он носил бандаж и лангетку для собственного успокоения: снаряд в одну воронку не попадет, так и травму дважды на одном и том же месте получить сложно. Тот удар дверцей по голове не в счет…

Глава 19 - Я не человек (2)

Спустя какое-то время из-за входной двери раздался голос Да Бина:

— Третий брат, я здесь.

— Ага, — отозвался Цзян Юйдо.

Из всех младших братьев Да Бин самый смышленый: он единственный предупреждает о своем прибытии вместо стука или звонка.

До того как хозяин квартиры успел отреагировать, Чэн Кэ встал с дивана и открыл дверь.

— Брат Кэ? — удивился Да Бин. — А я-то думал, почему третий брат попросил две порции.

— Что купил? — вмешался Цзян Юйдо.

Да Бин приоткрыл рот, явно намереваясь спросить о чем-то в ответ, но, немного подумав, так и не решился заговорить об этом.

— Я просто взял все, что показалось аппетитным, — признался Да Бин, положив покупки на стол, — и особо не заботился о разделении на порции. Пакета два, но здесь все вперемешку.

— Похеру, — обронил Цзян Юйдо, не спеша достал кошелек и протянул несколько купюр.

— Третий брат, слишком много.

— В таком случае дашь сдачу? — спросил Цзян Юйдо. — Или скинешь QR-код счета?

— И то, и другое будет неудобно, — улыбнулся Да Бин, — я возьму, но угощу тебя ужином в следующий раз.

— Поешь с нами? — предложил Цзян Юйдо.

— Нет, я договорился позавтракать с братом Цином. Сейчас как раз собираюсь в их магазин.

— Тогда лучше поспеши.

Попрощавшись с младшим братом, Цзян Юйдо сел за стол и покосился на Чэн Кэ, что наблюдал за увлеченно играющим шуршащим пакетом Мяу.

— Есть иди. Или хочешь, чтобы я тебя покормил?

— Как зовут котенка? — спросил Чэн Кэ, сев за стол.

— Мяу.

Цзян Юйдо раскрыл пакет и вынул несколько пищевых контейнеров. Стоило ему открыть крышку, как в лицо ударил пар, и аппетитный запах распространился по комнате. Еда не только приятно пахла, но и выглядела вполне привлекательно. Чэн Кэ уставился на него, ничего не сказав в ответ.

— Мяу — его кличка, — повторил Цзян Юйдо.

— Ну да... — Чэн Кэ кивнул и добавил с сарказмом в голосе: — Самая обычная кошачья кличка.

— Но почему-то «Мими» [1] никого не смущает. — Цзян Юйдо взял контейнер горячих булочек с яйцом и придвинул к Чэн Кэ. — В этом ресторане они мелкие, но очень вкусные. Попробуй.

(П/п: Популярная кошачья кличка, звукоподражание мяуканью.)

— Двух хватит, не смогу осилить столько за раз.

— Да они не больше моего яйца, — выдал Цзян Юйдо, — а ты говоришь, что наешься двумя?

Рука Чэн Кэ, стремящаяся взять булочку, замерла в воздухе. Прошло несколько секунд, прежде чем его возмущенный взгляд устремился на Цзян Юйдо.

— Можешь воздержаться от употребления подобных аналогий во время еды?

— Вот же ханжа. — Цзян Юйдо еще раз взглянул на булочки с яйцом, подумал немного и исправился: — Они не больше мячика для пинг-понга.

— Без разницы, аппетит пропал.

— Тогда съешь что-нибудь другое. — Цзян Юйдо потянул на себя контейнер с булочками и подтолкнул Чэн Кэ следующий. — Пирожки со свининой тоже ничего.

Чэн Кэ взял один пирожок на пробу, а Цзян Юйдо потянулся к отвергнутому угощению. Как только булочка с яйцом почти оказалась у него во рту, Чэн Кэ выдал нечто совершенно невероятное:

— Разве теперь у тебя не возникает иллюзии, что ты собираешься съешь свое собственное яйцо?

Цзян Юйдо замер и покосился на Чэн Кэ, который в этот момент беззаботно откусил пирожок.

— Ого, неплохо. Кажется, я уже ел нечто подобное. Неужели этот завтрак был куплен в ресторане «Тинфу»?

— Нет, не возникает.

— А? — удивился Чэн Кэ.

— А ты? — Цзян Юйдо облокотился о стол, нагнулся к нему и понизил голос: — Неужто можешь отсосать самому себе [2]? Это впечатляет, молодой господин.

(П/п: ЦЮ заменил «吃自己蛋» — есть (свое собственное) яйцо, на «咬自己蛋» — укусить (свое собственное) яйцо, где «咬» можно перевести как оральный секс.)

Им уже приходилось драться друг с другом, и в той схватке у мусорных баков Цзян Юйдо признал мастерство молодого господина. Но едва ли опыт мог перекрыть силу. Каким бы ловким и шустрым Чэн Кэ не был в драке, в жизни он не силен. Именно так считал Цзян Юйдо, поэтому часто смахивал свой проигрыш на невезение. Однако кто бы мог подумать, что скоро произойдет нечто, что навсегда выбьет подобные мысли из его головы...

С немыслимой скоростью Чэн Кэ схватил его за волосы и прижал лицом к столу. Не было ни шанса на сопротивление или уклонение. Цзян Юйдо опешил: этот парень и правда сильный?

— Я предложил тебе вместе позавтракать, — половина лица Цзян Юйдо впечаталась в поверхность стола, — а ты со мной вот так, значит?

— А я разве просил об этом? — процедил Чэн Кэ, не ослабляя хватку.

— Но ты не ушел, — подметил Цзян Юйдо. — Если бы хотел, то в любой момент мог просто выйти за дверь. Подумай сам, как человек в моем состоянии может удерживать кого-то силой?

— Какого хуя?

Чэн Кэ потерял дар речи. Когда хватка ослабла, Цзян Юйдо сразу выпрямился, однако к этому времени Чэн Кэ с пальто в руке уже направлялся к входной двери.

— Погоди! — выпалил Цзян Юйдо.

Он не планировал подшучивать над Чэн Кэ и тем более злить, учитывая, что этот человек стал единственным, кто забеспокоился о нем и даже пришел проведать. Но что поделать, если Цзян Юйдо просто не умеет общаться «нормально»? Чэнь Цин давно привык к его манере, но Чэн Кэ — совсем другое дело.

Увидев мужчину, который повернулся к нему спиной и не собирался возвращаться, Цзян Юйдо запаниковал. Он подскочил с места и протянул руку, будто и правда мог дотянуться до Чэн Кэ. Несмотря на то, что этот подозрительный тип появился на пороге его дома совершенно внезапно, Цзян Юйдо хотел пообщаться больше. Нет, он хотел подружиться с ним.

В этот момент то ли из-за недосыпа, то ли из-за скопившегося за последнее время нервяка, то ли из-за удара о стол все вокруг закружилось, стоило Цзян Юйдо встать на ноги. Чэн Кэ почувствовал что-то неладное и обернулся. Он увидел, как бледный и болезненный Цзян Юйдо, шатаясь из стороны в сторону, делает несколько шагов и теряет равновесие. Чэн Кэ машинально подхватил тело мужчины, не дав рухнуть на пол.

— Что с тобой? — Чэн Кэ нахмурился.

— Просто резко встал — голова закружилась.

Чэн Кэ собирался разжать руки, как вдруг заметил испарину на лбу Цзян Юйдо. Множество крупных горошин пота… Чэн Кэ мог поклясться, что их не было всего десять секунд назад, до того как он развернулся в сторону выхода.

— Дело вовсе не в головокружении, я прав? — Чэн Кэ запаниковал. — Сядь для начала!

Цзян Юйдо сделал несколько шагов к дивану. Видя, насколько шаткой стала походка третьего брата, Чэн Кэ подхватил его под руку и, наполовину поддерживая, наполовину волоча, кое-как довел до дивана.

— Позвони Чэнь Цину, — попросил Цзян Юйдо, съедая половину слов, — не вызывай скорую.

— Что ты говоришь? — Чэн Кэ не смог ничего разобрать.

Цзян Юйдо взял волю в кулак и четко произнес слог за слогом:

— Чэнь. Цин.

— Понял.

Чэн Кэ коснулся его лба, и на ладони остался толстый слой пота. Он вытер руку об одежду Цзян Юйдо и с облегчением подметил, что лоб не горячий, а значит, температуры нет.

— Вот сучонок, — слабо выругался Цзян Юйдо.

— Пот же твой. — Чэн Кэ закатил глаза. — Обо что я должен был его вытереть? Об себя?

Он огляделся в поисках телефона Цзян Юйдо и обнаружил его на столике у дивана. На заставке красовалась фотография котенка, носящего самую обычную кошачью кличку. Круглая мохнатая мордочка казалась довольной, а большие глаза сверкали под солнечным светом. Однако сейчас не было времени предаваться сентиментальности и разглядывать фотографии чужого кота. Чэн Кэ нажал на журнал вызовов, но не нашел в нем имени «Чэнь Цин». Первое, на что он обратил внимание, — это «Чэн умственно отсталый Кэ», самый первый висящий в списке контакт.

— Сука, — прыснул Чэн Кэ и скользнул пальцем вниз, ища нужный номер. — Только не говори, что Чэнь Цин записан у тебя как «Небесный владыка, что покрывает землю тигра»? [3]

— Угу.

(П/п: Здесь символично. Небесный владыка (божество) — это лидер местных сил, который защищает территорию тигра (императора) и беспрекословно подчиняется его приказам, даже несмотря на то, что сам является более могущественным и сильным.)

Чэн Кэ набрал «Небесного владыку, что покрывает землю тигра», и после первого же звонка из динамика раздался голос Чэнь Цина:

— Третий брат?

— Это Чэн Кэ.

После этого на другом конце провода повисла пауза. Никакой реакции? Чэн Кэ тяжело вздохнул. Кажется, он понял, в чем дело.

— Это Цзицзя.

— А-а-а! — радостно протянул Чэнь Цин, но затем внезапно напрягся. — Погоди, откуда у тебя мобила третьего брата?

Чэн Кэ покосился в сторону Цзян Юйдо.

— Я сейчас в его квартире, кажется…

— Что ты с ним сделал?! — взревел в трубку Чэнь Цин.

— Да ничего я не делал, но он…

Чэн Кэ нахмурился, пытаясь подобрать слова, но и на этот раз попытку объясниться прервал гневный рык Чэнь Цина:

— Если ты ничего не делал, то почему его телефон сейчас у тебя?!

— Еб твою мать! — выпалил Чэн Кэ. — Я пырнул его ножом, поэтому быстрей тащи сюда свой зад! Если не придешь за пять минут, перережу ему глотку и оставлю истекать кровью!

На другом конце провода повисла тишина. Чэн Кэ мог лишь гадать, что повлияло на главного защитника: эта саркастическая шутка или что-то иное. Когда Чэнь Цин наконец вышел на связь, Чэн Кэ больше не услышал ни рева, ни рыка, ни дурацких предположений, лишь сбивчивое дыхание человека, который бежит на пределе своих сил.

— Что с третьим братом?

— Голова кружится и горло, кажется, болит, — ответил Чэн Кэ.

— Скоро буду на месте, — доложил Чэнь Цин. — Только не вызывай скорую и не отвози его в больницу, иначе будет только хуже. Никаких врачей.

— Ясно. Я могу чем-то помочь?

— Нет, не парься. Просто побудь рядом с ним. Эти головокружения — старая травма. Сестра Цянь предполагает, что это побочка от какого-то несчастного случая в детстве или что-то такого. Но никто не знает наверняка, ведь этот увалень ни под каким предлогом не идет в больницу. — Чэнь Цин продолжал бежать, и из динамика телефона доносился свист ветра. — Я скоро буду, уже почти в тачке.

Чэн Кэ не знал, что на такое сказать, поэтому выдал первое, что пришло в голову:

— Будь осторожен на дороге.

Оборвав звонок, Чэн Кэ положил телефон обратно на стол и на мгновение замер в нерешительности. Обстановка стала странной и крайне неловкой. Оглядевшись, он взял стул, приставил его к дивану, сел и посмотрел на мужчину, что неподвижно лежал на прежнем месте.

— Принести воды?

— Не, — ответил Цзян Юйдо, не открывая глаз.

— Ладно.

Чэн Кэ несколько раз прочистил горло, но это не помогло избавиться от стеснения. На самом деле он просто не знал, что следует делать с больным, ведь до этого ни за кем и никогда не ухаживал. Максимум из того, что ему приходилось делать, — это вызвать скорую, вверить пациента врачам и ждать его выздоровления за пределами палаты. Но в данном случае бездействие казалось Чэн Кэ равносильно халатному и небрежному отношению. И пусть сейчас было неловко и неудобно, но он хотел хоть что-то сделать для Цзян Юйдо.

— Тогда, может, хочешь поесть? — настойчиво продолжил Чэн Кэ.

Цзян Юйдо протяжно вздохнул.

— Не стоит напрягаться и пытаться поддержать разговор. Вот скажи, если у тебя будет кружиться голова, ты станешь думать о еде?

— Не-а, — честно ответил Чэн Кэ.

— Вот поэтому закрой рот и помолчи немного.

Чэн Кэ решил не спорить с больным и больше не проронил ни слова. Заметив, что на лбу Цзян Юйдо снова выступил пот, он взял полотенце с дивана и насухо вытер его кожу.

— Бля, этой тряпкой я кота вытираю после мытья, — буркнул Цзян Юйдо.

Чэн Кэ невольно кинул взгляд на Мяу и отчего-то громко рассмеялся. Подобное поведение в такой ситуации было неуместно, поэтому он быстро взял себя в руки и принес свои извинения больному. Уголки губ Цзян Юйдо слегка приподнялись. Еще немного — и это странное выражение лица можно было бы принять за улыбку.

— Я не хочу в больницу, — внезапно признался он.

— Ага, знаю, — легкомысленно ответил Чэн Кэ.

Глава 20 - «Вы двое», — Цзян Юйдо с трудом заговорил, — «Нечего здесь молча скорбеть» (1)

С того раза Цзян Юйдо больше ничего не говорил и продолжал лежать с закрытыми глазами, используя сложенные руки за головой как подушку. Могло показаться, что он заснул, однако Чэн Кэ видел, как его брови хмурились, глаза под веками бегали, ресницы дрожали, а выражение лица постоянно менялось. Таким образом, напрашивался вывод: Цзян Юйдо не только не спал, но и чувствовал себя все так же плохо.

Частые головокружения, значит? Чэн Кэ не особо понял, о чем говорил главный защитник, поэтому решил разобраться самостоятельно. Он взял телефон, открыл интернет и вбил «головокружение» в строку поиска. На экране появилось несколько сайтов с информацией о синдроме Меньера. Несмотря на то, что Чэн Кэ не был уверен, что Цзян Юйдо болеет именно этим синдромом, он все равно кликнул по ссылкам и пробежал глазами по тексту. Оказалось, что признаки заболевания и впрямь похожи: приступ наступает внезапно, после чего больному тяжело двигаться и даже открывать глаза… Чтобы улучшить состояние необходим постельный режим и легкоусвояемая пища с низким содержанием соли. Категорически нельзя волноваться и перенапрягаться, пить чай и алкоголь, а также… курить.

Прочтя всю доступную информацию, Чэн Кэ с прискорбием подметил, что из всех показаний сейчас Цзян Юйдо исполняет одно: постельный режим. Вот только он лежит лишь потому, что просто не может двигаться.

Вскарабкавшись по дивану, котенок забрался наверх и сел на грудь Цзян Юйдо. В этот момент брови мужчины сильнее сошлись у переносицы, а губы туго сжались. Заметив эти изменения, Чэн Кэ тут же взял котенка на руки и посадил на пол. Однако котенок оказался настойчив — снова забрался на диван и разместился на прежнем месте. Но Чэн Кэ был непреклонен и опять спустил малыша на пол. Как только лапы котенка коснулись земли, он в очередной раз повторил это действие и улегся на груди хозяина. Чэн Кэ вздохнул и подумал о компромиссе: взял дебошира на руки, посадил себе на колени и спросил Цзян Юйдо:

— У Мяу есть переноска?

В ответ послышалось что-то нечленораздельное. Чэн Кэ не стал переспрашивать и понапрасну перенапрягать больного, и вместо этого прошелся по комнате в поисках альтернативы. Почти сразу на глаза ему упала большая экосумка. Повесив сумку на спинку стула, он положил внутрь котенка. Чэн Кэ сам не знал, почему решил так кардинально усмирить питомца: было ли тому виной напряжение или банальная скука. К его большому удивлению, котенок не пытался выбраться из ловушки: покрутился немного, несколько раз выглянул наружу и снова спрятался, а потом и вовсе затих.

Чэн Кэ сел на диван и покосился в сторону Цзян Юйдо. Происходящее сейчас зарождало в нем необъяснимые чувства. До этого он никогда не заботился о больном человеке, да и с Цзян Юйдо они были не особо близки, поэтому сидеть вот так, еще и в тишине, до жути смущало. Однако Цзян Юйдо, обычно заносчивый и дерзкий хулиган, сейчас выглядел жалким. Чэн Кэ вздохнул, припоминая брошенное ранее «Спасибо». Эта фраза и искренность в голове вызывали еще больший контраст и создавали путаницу в его чувствах.

Чэн Кэ никогда серьезно не болел, а об осложнениях или хронических заболеваниях и говорить не стоит. Случалось, конечно, подхватить простуду, но симптомы отступали быстро, и Чэн Кэ почти сразу шел на поправку. Так или иначе, каким бы отбросом не считала его семья, Чэн Кэ в любой момент мог вызвать врача, если заболеет, и кого-то из прислуги, если захочет есть. Иными словами, чтобы не случилось, он не ощущал себя беспомощным. Однако Цзян Юйдо сейчас выглядел именно таким. Вспоминая те «Спасибо» и «Не хочу в больницу», на ум Чэн Кэ приходило только одно слово, ассоциирующиеся с ним — «Жалкий».

Подумав немного, он удивился самому себе: когда же он стал чувствительным и сострадательным? Неужели, он наконец адаптировался к изменениям, перевернувшим жизнь с ног на голову?

В дверь несколько раз тихо постучали. Должно быть, пришел Чэнь Цин. Чэн Кэ направился в сторону выхода, как вдруг услышал слабый голос больного:

— Проверь.

Цзян Юйдо продолжал хмуриться, по его лицу и телу все так же сочился пот, а слова с губ слетали с большим трудом.

— А? — Чэн Кэ опешил на мгновение, но почти сразу пришел в себя. — Хорошо.

И снова Чэн Кэ поймал себя на мысли, что совсем не понимает Цзян Юйдо. Условия их жизни отличаются — это неоспоримый факт, но чего может бояться главарь банды, находясь на своей территории? Неужели другие хулиганы посмеют завалиться в его квартиру? Если дело не в конфликте фракций, то в чем тогда? Естественно, Чэн Кэ не стал осыпать больного вопросами и послушно заглянул в дверной глазок.

— Это Чэнь Цин. — Убедившись, что за дверью стоит главный защитник, Чэн Кэ приоткрыл дверь и добавил: — Он один.

— Угу, — отозвался Цзян Юйдо.

Чэнь Цин не стал дожидаться, пока Чэн Кэ откроет дверь настежь и протиснулся в образовавшийся узкий зазор. Чэн Кэ и до этого замечал, что главный защитник очень худой, но не подозревал, что настолько.

— Третий брат. — Встревоженный Чэнь Цин бросился к дивану, даже не взглянув на Чэн Кэ. — Как ты?

— Голова кружится.

Главный защитник оглянулся на Чэн Кэ и спросил:

— Как давно это началось?

— Ну… — Чэн Кэ достал телефон и заглянул в журнал вызовов. — Я почти сразу набрал тебя, выходит, минут сорок назад.

— Тогда осталось недолго.

Чэнь Цин взял из ванной влажное полотенце и вытер пот с лица Цзян Юйдо.

— Как долго обычно длится это состояние? — шепотом спросил Чэн Кэ.

— По-разному. Порой он приходит в себя спустя полчаса, а иногда несколько часов не может двигаться.

— Понятно…

Чэн Кэ кивнул, но несмотря на это, в его голове возник логический вопрос: если время на восстановления варьируется, то отчего Чэнь Цин решил, что третий брат скоро придет в себя? Конечно, Чэн Кэ не стал говорить вслух о своих подозрениях, ведь все было и так ясно. Чэнь Цин — это человек с ветром в голове, слова которого вообще не стоит воспринимать всерьез.

После этого в комнате снова повисла тишина. Цзян Юйдо ничего не говорил, двое других тоже молчали. С каждой минутой неловкость росла, а вместе с ней — и желание Чэн Кэ поскорее свинтить. Фактически, он выполнил свои обязанности по уходу за больным и дождался Чэнь Цина — человека, знающего больше о недуге Цзян Юйдо, а значит, более полезного. Выходит, Чэн Кэ мог со спокойной совестью вернуться домой. Вот только обстановка давила и не позволяла ему и рта открыть. К тому же при таких обстоятельствах первому заговорить о том, чтобы уйти — крайне грубо.

— Вы двое, — Цзян Юйдо с трудом заговорил, — нечего здесь молча скорбеть.

— Чего? — удивился Чэн Кэ и покосился на Чэнь Цина.

— Вы на поминках что ли? Решили проститься с телом и провести минуту молчания? — Цзян Юйдо приоткрыл один глаз и бросил быстрый взгляд на двух мужин, прежде чем тяжелое веко снова закрылось.

— Хватит молоть чепуху! — взревел Чэнь Цин, до предела напрягая связки.

Он явно не ожидал такого и вздрогнул от неожиданности. Его рука дернулась, а сквозь стиснутые зубы вылетело короткое ругательство.

— Это, Цзи… Кэ… — Чэнь Цин повернулся и обратился к Чэн Кэ.

Лишь взглянув на лицо, напряженное от усиленной мозговой деятельности, становилось очевидно: мужчина снова забыл имя и сейчас перебирает варианты в головы в надежде его вспомнить.

— Чэн Кэ. Если так сложно запомнить, то зови меня как привык — «Цзицзя», я не против.

— Можешь идти, — произнес Чэнь Цин.

— …Хорошо.

Несмотря на то, что Чэнь Цин и Цзян Юйдо довольно близки, их манера общения так отличается.

Чэн Кэ взял пальто и двинулся в сторону двери. В этот момент Чэнь Цин внезапно опомнился и обронил на прощание:

— Спасибо за помощь!

— Да не за что.

— Завтрак… — Чэнь Цин подошел к столу и резво собрал контейнеры с едой в пакет, — Вы же совсем не успели поесть. Возьми с собой и разогрей дома.

— Не нужно…

Чэн Кэ в срочном порядке попытался придумать отговорку, чтобы не брать пакет, в котором лежали те самые булочки с яйцом, однако на ум совсем ничего не приходило.

— Почему не нужно? — удивился Чэнь Цин.

— Почему?

— Ты ведь не завтракал, так зачем отказываться?

— Я…

Чэн Кэ продолжал искать отмазку. И почему это настолько сложно?!

— Возьми и иди. Если есть не хочешь, то просто выкини, — выдавил Цзян Юйдо с большим трудом. — Не отказывай человеку на смертном одре.

Чэн Кэ недовольно покосился на Цзян Юйдо, взял пакет с едой и молча шагнул за порог. Выходя из дома, он прошел мимо мусорного бака и, не колеблясь, направился к себе. Он расточительный и принципиальный, а порой до смерти упрямый, но не тупой. Выкидывать еду, когда ты голоден — верх идиотизма. Ведь помимо ненавистных булочек с яйцом в пакете полно других закусок.

Стоило Чэн Кэ подойти к своему дому, как первое, что бросилось на глаза — это Ленд Ровер, стоящий у подъезда с заведенным мотором. С номерным знаком «888».

Оба автомобиля Чэн И имели номерной знак «888». Чэн Кэ никогда не понимал, почему младший брат так суеверен [1]. Кто знает, может, так на него повлияла обстановка в доме и ежедневные молитвы набожной матери…

(П/п: Цифра 8 — самая счастливая и популярная в современном Китае, поскольку она ассоциируется с богатством и удачей. Дело в том, что «Восемь» (八) по-китайски произносится почти так же, как «Становиться» (например, становиться богатым). Таким образом, 8, как говорят, приглашает в жизнь большое богатство).

Стоило ему подойти к машине, как передняя пассажирская дверь открылась, и из машины вышел Чэн И. В этот момент сумятица в мыслях Чэн Кэ вмиг прояснилась.

— Что ты здесь делаешь?

— Ты не связывался со мной и не искал встречи, — расслабленно ответил Чэн И. — Поэтому я решил нанести визит первым и заодно прихватил несколько забытых тобой вещей. Я взял только самое необходимое. Боюсь, что без этого твоя новая жизнь не сможет стать комфортной.

— Как ты узнал, где я?

— Ты — мой старший брат. Как я могу не знать, где ты живешь?

Водитель заглушил двигатель и вышел из машины, с каменным лицом подошел к Чэн Кэ и нехотя поклонился.

— Молодой господин.

Чэн Кэ ничего не ответил и даже не взглянул на него.

Водитель по имени Хэ Юань служит Чэн И на протяжении нескольких лет. Его нельзя назвать человеком Чэн И, поскольку Чэн И никому не доверяет и не подпускает слишком близко. Однако Хэ Юань — один из тех немногих, кто знает о позиции и планах своего господина и всесторонне их поддерживает. В отличие от Чэн И, который не может позволить себе снять непроницаемую маску лицемерия и показать истинное отношение к старшему брату, Хэ Юань в этом деле более честен и открыт.

— Разгружай, — скомандовал Чэн И.

Хэ Юань открыл багажник. Задние сидения автомобиля были сложены, и салон под завязку оказался забит вещами. Что-то лежало в коробках, а что-то — у всех на виду: компьютер, световой стол для рисования, несколько мешков с использованным песком, а еще любимое кресло Чэн Кэ…

Когда вещи с такой легкостью выставили на всеобщее обозрение, Чэн Кэ испытал смущение и стыд, будто с него самого сорвали одежду и нагим выставили напоказ. Пусть все это — общебытовые предметы, но они принадлежат Чэн Кэ. Они стояли в спальне и кабинете — на его неприкосновенной территории. А когда твое личное демонстрируются, да еще и таким образом, это воспринимается совсем иначе.

Чэн И переступил порог его спальни. Нет, скорее всего он был не один, наверняка Хэ Юань был с ним. В конце концов, Чэн И не стал бы марать руки и напрягаться, вытаскивая мебель из комнат и загружая в машину. А раз багажник забит до упора, наверняка одним помощником не ограничилось. Все эти люди ходили по его комнате, осматривали и трогали вещи…

— Мне они не нужны, — возразил Чэн Кэ.

— Уверен? Не спеши и подумай еще раз. — Чэн И проницательно посмотрел на брата и добавил, понизив голос: — Знаю, что они нужны тебе. Уверен, что сможешь снова купить все необходимое? Разве в нынешнем положении ты в состоянии себе это позволить? Ведь теперь все не так, как прежде, и ты не можешь бездумно сорить деньгами.

Чэн Кэ исподлобья уставился на младшего брата и ничего не произнес в ответ.

— Знаю, тебе не нравится, когда в спальню заходят посторонние, но вспомни, сколько лет я там не бывал, и не злись. А ведь ты не приходил и даже ни разу не позвонил, что еще оставалось делать? Если бы я не привез тебе вещи, то кто бы еще это сделал? Отец?

— Повторюсь, мне ничего не нужно, и я не просил ничего привозить, — Чэн Кэ оставался непреклонным. — Я ушел из дома и намеренно сжег мосты, если ты не в курсе.

Выражение лица Чэн И изменилось: взгляд стал настолько холодным, что пробирал до костей, а губы плотно сжались. Но уже через мгновение он снова нацепил ту самую ехидную улыбочку.

— Во всяком случае, не упрямься и возьми компьютер. Разве не хочешь забрать хотя бы такую личную вещь?

— Я не такой, как ты. — Чэн Кэ прищурился и недобро усмехнулся. — На моем компьютере не хранится информация, которую следует держать в секрете.

Чэн И замер. Уголки улыбающихся губ дрогнули и опустились, а угрожающий пронизывающий взгляд еще несколько секунд не отрывался от лица старшего брата. Потребовалось какое-то время, чтобы Чэн И вернул самообладание, развернулся кругом и скомандовал Хэ Юаню:

— Увези все на свалку.

Хэ Юань захлопнул багажник и открыл Чэн И дверь автомобиля. Видя, что брат наконец собирается уехать, Чэн Кэ зашагал в сторону подъезда.

— Чэн Кэ, — окликнул его младший брат. — А ты заметно вырос, больше не выглядишь как законченный неудачник. Буду болеть за тебя, надеюсь, ты не сдашься и сможешь начать новую жизнь… И никогда не вернешься домой, чтобы упасть отцу в ноги и молить о прощении.

Глава 21 - «Вы двое», — Цзян Юйдо с трудом заговорил, — «Нечего здесь молча скорбеть» (2)

Чэн Кэ не отреагировал на слова младшего брата и, не оборачиваясь, зашел в подъезд. Он не стал нажимать на кнопку лифта, и вместо этого направился в сторону лестницы.

Знает ли Чэн И номер его квартиры? Вряд ли. Охранник придерживается строгих правил: не сообщает посторонним личные данные жильцов и мимо себя никого не пропускает. Но даже понимая все это, Чэн Кэ все равно выбрал лестницу.

Неужели невроз заразителен? Немного пообщавшись с Цзян Юйдо, теперь он тоже сошел с ума?

Здесь оказалось ужасно душно. Несмотря на то, что лестницы подметают и моют раз в несколько дней, в воздухе стоит неприятный запах пыльного бетона. Шаг за шагом Чэн Кэ поднимался по ступеням. Впервые на пятнадцатый этаж он добирался пешком, да еще и с пакетом еды наперевес.

Тяжело. Мышцы ныли, и дыхание сбилось, но несмотря на это, Чэн Кэ продолжал идти. Он боялся, что если остановится передохнуть, то потом просто не сможет вернуть прежний темп. Но почему же он просто не воспользовался лифтом? Все просто. Если бы Чэн И все же удалось пройти мимо охранника, то он бы увидел, на каком этаже остановится лифт.

Чэн Кэ посмеялся над этой бредовой мыслью. Кажется, он и правда стал невротиком.

Остановившись напротив входной двери, он наконец смог вздохнуть с облегчением. Пришел, теперь можно расслабиться и развязать тугой нервный узел. Вытаскивая ключи из кармана, он почувствовал, что в теле совсем не осталось сил. Ему нужно только вставить ключ в замочную скважину и повернуть несколько раз, переступить через порог и рухнуть на диван, а после отдыха разогреть еду, накормить пустой желудок и снова спать. Однако, даже зная все это, Чэн Кэ оперся о входную дверь, отказываясь двигаться. Он до капли потратил оставшуюся энергию, и не мог ни пошевелить пальцем, ни сделать шаг.

До этого Чэн Кэ был уверен: если младший брат соберется снова строить козни, то, как бы не старался, больше не сможет на него повлиять. Однако сегодня, спустя месяц бездействия, Чэн И выкинул новый фокус… И вернул ненавистные воспоминания, а вместе с ними — и прежние чувства, которые Чэн Кэ только-только удалось подавить.

— Вот же сука, — выругался Чэн Кэ, упершись лбом в дверь.

Через какое-то время он все же зашел в квартиру.

Нужно взбодриться. Как бы херово ни началась новая жизнь, только тебе самому решать, какой она будет в дальнейшем. Ты — творец своей судьбы, возьми себя в руки!

Чэн Кэ достал газовую карту и вытащил из пакета остывший завтрак. Так… а как его разогреть? Он не знал. До этого Чэн Кэ хотел наесться до отвала и завалиться спать, но хрен там. В очередной раз столкнувшись с трудностями, он просто забил, решил сначала поспать, а уже потом на свежую голову заняться этим вопросом. Чэн Кэ развалился на диване и закрыл глаза. Сейчас он хотел забыть про газовые карты, про остывшую еду и просто заснуть.

Бля, отличная новая жизнь. Как же все заебало.

Чэн Кэ полагал, что из-за смертельной усталости, его сон будет долгим и крепким, но, увы, все оказалось иначе. Даже заснуть не удалось. Закрыв глаза, Чэн Кэ долго и неподвижно лежал, и когда шея и спина окончательно затекли, снова сел. Глянув на время, он с удивлением обнаружил, что прошло целых два часа.

Чэн Кэ открыл контакты и кликнул по номеру Сюй Дина.

— Давай выпьем сегодня вечером.

— Сегодня? — Сюй Дин задумался. — Идет. Где встретимся?

— Не знаю. Давай где-нибудь недалеко от моего дома? Не хочу париться с такси. Забронируешь столик?

— Хорошо. Позвоню, как подъеду к твоему району.

— Угу. А ты, случайно, не следи… — Чэн Кэ остановился на полу слове.

Нет, Сюй Дин не такой человек. Он не стал бы следить за Чэн Кэ и разыгрывать спектакль, чтобы выяснить, где он живет.

— Сяои узнал, в каком доме ты живешь? — проницательный Сюй Дин, как обычно, попал в точку.

— Поджидал меня у подъезда, — ответил Чэн Кэ и добавил извиняющимся тоном: — Я не в чем тебя не подозреваю, просто не могу понять, как Чэн И узнал.

— Если хочешь, могу выяснить. — Сюй Дин добавил с улыбкой: — Вы совсем не похожи на братьев.

— …И правда.

Повесив трубку, первым делом Чэн Кэ посмотрел в интернете, как разогревать еду. Одним из вариантов оказалась микроволновая печь. К счастью, завтраки лежали в упаковке с маркировкой «pp5», подходящей для микроволновки.

Чэн Кэ небрежно запихнул несколько контейнеров в камеру печи и захлопнул дверцу. Удивительно, но отчего-то руки двигались так естественно! Неужели он настолько привык к новой жизни? Если бы кто-то увидел Чэн Кэ со стороны, ни за что бы не признал в нем наследника богатой семьи!

Несмотря на то, что он пользовался микроволновкой впервые в жизни и изначально был уверен, что без штудирования инструкции не сможет разобраться, в действительности же все оказалось намного проще. Каждая кнопка подписана — так удобно! Изучив панель несколько минут, Чэн Кэ уверенно нажал на кнопку «Булочки». Еда, разогретая в микроволновке, не поджарилась и не пересушилась — красота!

Чэн Кэ включил телевизор, сел на диван и принялся за еду. Он давно ничего не покупал в «Тинфу», но все еще помнил вкус их блюд. Одного укуса хватило, чтобы погрузиться в воспоминания минувших дней… Однако у Чэн Кэ не осталось хороших воспоминаний о прошлом, только о восхитительной еде, которую он когда-то ел в этом ресторане. А вкус и правда остался прежним: такие же пряные куриные лапки, упругие вонтоны с креветками, сладкие булочки с яйцом… Булочки с яйцом?! Чэн Кэ опустил взгляд на полупустой контейнер.

— …Сука, — выпалил он и яростно швырнул половину булочки обратно.

Чэн Кэ — не ханжа, просто так воспитан. После аналогии Цзян Юйдо он и правда не может смотреть на эти булочки, потому что представляет уже совсем другое…

Подумав о Цзян Юйдо, он тяжело вздохнул. Интересно, как он сейчас? Голова все еще кружится? Или благодаря заботе Чэнь Цина ему удалось быстрее прийти в себя?

***

— Что сестра Цянь просила еще купить? — спросил Цзян Юйдо, разглядывая товары на полках.

— Кунжутный соус и сладкий соевый соус. — Чэнь Цин толкнул тележку для покупок. — Еще что-то… Густую бобовую пасту?

— Бля, да у нее и так куча разных бутылок. Сестра Цянь решила открыть магазин соусов? — недовольно буркнул Цзян Юйдо и потянулся к полке. — Возьмем и то, и то — все равно потом попросит.

— Ты говорил, что и я приду?

— Говорил. — Цзян Юйдо направился к кассе. — Не рассказывай ей о сегодняшнем.

— Угу, не парься об этом. Неужели то нападение так повлияло? Если не ошибаюсь, в последние дни тебя замучила бессонница.

— Возможно. Если честно, за столько лет я сам не разобрался, почему порой не могу заснуть. В любом случае, сейчас все уже нормально.

— Цзицзя не на шутку испугался, — протянул Чэнь Цин. — Наверное, он никогда прежде не сталкивался ни с чем подобным.

— А сам-то? Смотрел так, будто провожаешь в последний путь. Я боялся, что еще немного — и начнешь оплакивать.

Цзян Юйдо взял у кассы две упаковки мятных конфет. Головокружение прошло, но в горле продолжало першить.

— Вот не надо, я держался молодцом, — возразил Чэнь Цин и добавил: — …И даже не думал лить слезы.

Ужинать у Лу Цянь всегда приятно. А кто не любит халяву? В такие вечера не нужно ни о чем беспокоиться: ни о меню, ни об ингредиентах, ни тем более о готовке. Цзян Юйдо и Чэнь Цину с четырьмя псами остается только поудобней устроиться на диване перед телевизором и смиренно подождать час с небольшим, пока все блюда не будут готовы, и хозяйка дома не накроет на стол. А после еды можно не думать ни о посуде, ни об уборке — лишь вернуться обратно на диван да поболтать о том о сем.

В такие вечера с сестрой Цзян Юйдо чувствует себя особенно комфортно и умиротворенно. Он не переживает о том, что происходит снаружи, и совсем не думает о них. Сначала он планировал вернуться сразу после еды, однако расслабился настолько, что совсем не хотел уходить, и просидел в гостях еще два часа. Только после того, как Лу Цянь начала выгонять младших братьев, они нехотя покинули ее дом.

— Завтра у меня выходной. — Чэнь Цин крутанул руль. — Давай вместе сходим в травму и снимем лангетку? Врач сказал, что время уже пришло.

Цзян Юйдо ничего не сказал в ответ. Он не хотел идти в больницу и не хотел снимать. В такие моменты, ощущая, как все тело прожигает трусость, Цзян Юйдо ненавидел себя. Он отвернулся к окну и зацепился взглядом за вереницу горящих во тьме уличных фонарей, чтобы отогнать мысли и позабыть о первопричинах этого низменного чувства.

— Так мне заехать за тобой завтра? — переспросил Чэнь Цин.

— Угу.

Они почти доехали до дома, как вдруг телефон Цзян Юйдо зазвонил, и на экране высветилось имя абонента: «Чэн умственно отсталый Кэ».

— Кто там?

— Цзи… Чэн Кэ, — Цзян Юйдо ответил на звонок и приложил трубку к уху. — Алло.

— Ты не дома? — послышалось из динамика, отчего-то голос Чэн Кэ звучал разочарованно.

— Скоро буду. Что опять стряслось?

— Опять? — Чэн Кэ сделал паузу и выпалил: — Ничего!

— Э? Зачем тогда трезво..?

Но не успел Цзян Юйдо договорить, как связь оборвалась. Он посмотрел на потухший экран телефона и выразил искреннее негодование:

— Какого хуя?

— Что случилось? — удивился Чэнь Цин.

— Без понятия.

Цзян Юйдо нахмурился и убрал телефон обратно в карман. Когда машина свернула с дороги, он как обычно оглядел территорию у дома и обратил особое внимание на тротуары. Подозрительных личностей на горизонте не было… за исключением Чэн Кэ.

— Это Цзицзя?! — удивился Чэнь Цин и тыкнул пальцем в стекло.

— Да. — Цзян Юйдо, приоткрыл окно, нажал на гудок и выкрикнул: — Подойди-ка!

Однако Чэн Кэ так и продолжил идти по противоположному тротуару, совершенно не заметив ни гудка, ни крика Цзян Юйдо. Тогда Чэнь Цин развернул машину, остановился у бордюра и мигнул фарами. Свет ударил в лицо Чэн Кэ, но тот вместо того, чтобы посмотреть на ополоумевшего водителя, просто прикрыл глаза руками, не сбавляя темп.

— Хэй, что за дела? Не будь я с ним знаком, обчистил бы без зазрения совести, — признался Чэнь Цин. — Да у него бдительности меньше, чем у трехлетки, что живет с тобой по соседству.

— Погоди немного — и я дам тебе шанс исполнить мечту о грабеже на дорогах. Только учти, если облажаешься и за ночь не сможешь никого обчистить, то сам огребешь. — Он открыл дверь машины, и в этот момент мимо как раз проходил Чэн Кэ. — Молодой господин ходит во сне?

Чэн Кэ опустил руку и поднял голову. Цзян Юйдо подошел ближе и сразу же почувствовал запах алкоголя.

— Налакался?

— Вовсе нет.

— Зачем меня искал?

Чэн Кэ оперся о дверцу автомобиля и проницательно посмотрел на Цзян Юйдо. Он взвешивал все «за» и «против» и, наконец, стиснув зубы, признался:

— Я забыл ключ от дома.

Глава 22 - «Тебе тоже не спится? — Чэн Кэ втянул дым, — Поговорим?» (1)

— Как ты мог забыть ключи? — спросил Чэнь Цин, высунув голову из приоткрытого окна.

— Раньше мне не приходилось запирать дверь на замок. — Чэн Кэ недовольно нахмурился. — Поэтому до сих пор не привык к ключу.

— Ого, выходит твой прежний жилой комплекс охранялся настолько хорошо, что и квартиру можно было не запирать?

Цзян Юйдо дал другу звонкую оплеуху и обратился к Чэн Кэ:

— Для начала сядь в машину.

Чэн Кэ открыл заднюю дверь и скользнул на сидение. Он долго шел навстречу ледяному ветру и продрог до костей, поэтому с радостью принял предложение Цзян Юйдо. Наконец он мог согреться! Однако, как только машина тронулась, Чэн Кэ почувствовал головокружение и подходящую к горлу тошноту, и чтобы хоть немного уменьшить симптомы опьянения, ему пришлось приоткрыть окно и впустить в салон морозный воздух.

До этого, когда он ехал в такси, вызванном Сюй Дином, все было в порядке, однако сейчас выпитый алкоголь давал о себе знать, и то ли от тряски, то ли от духоты в салоне, с каждой минутой становилось все хуже.

— Напился? — спросил Чэнь Цин, покосившись в зеркало заднего вида.

— Угу.

— Алкоголем за версту несет, а по лицу и не скажешь, что пьян. — Чэнь Цин обернулся к нему и спросил с усмешкой: — Или ты в нем искупался?

— За дорогой следи, — буркнул Чэн Кэ.

— Вперед смотри, — рявкнул Цзян Юйдо.

Раньше, сколько бы Чэн Кэ не пил, у него не получалось опьянеть и тем более не возникало связанных с этим состоянием последствий. Но сегодня все вышло иначе, поскольку он проигнорировал самое главное правило попойки и выпил на пустой желудок.

Чэн Кэ вздохнул и уставился в окно. А ведь он сам позвал Сюй Дина выпить… Кто же знал, что перерыв в месяц окажет такое влияние? К тому же, как он мог забыть, что для людей, привыкших расслабляться в баре, выпить — это только алкоголь, без еды и плотных закусок? Чэн Кэ вспомнил об этом только накануне встречи. Как назло, сегодня он мало ел — утром опустошил несколько коробок с завтраками и проспал вплоть до вечера, поэтому не пообедал и не поужинал. Проснувшись, он собирался разогреть остатки, но не успел — Сюй Дин приехал. Чэн Кэ не оставалось ничего, кроме как отложить еду и поспешить на встречу. Рассказать Сюй Дину о том, что он идет пить на голодный желудок, было неловко, поэтому Чэн Кэ просто смолчал.

У него больше нет приятелей, с которыми можно расслабиться и поболтать по душам. Сюй Дин остался единственным человеком в новой жизни. Чэн Кэ пригласил его выпить, чтобы стать ближе, именно поэтому ему духу не хватило признаться в столь глупой ошибке! В результате, они выпивали два часа подряд, и только где-то в середине попойки Чэн Кэ удалось отправить в желудок пирожное, правда, только одно… А все из-за насмешки Сюй Дина: «Теперь закусываешь?»

Если бы только Чэн Кэ знал, что придется шляться по улицам в такой холод, то забил на слова Сюй Дина и съел бы не одно пирожное, а три или даже пять! Ах, такое упущение…

Чэн Кэ оперся локтями о колени и с силой помассировал виски. Голова продолжала жутко кружиться. Даже спустя время, когда они подъехали к дому Цзян Юйдо и остановились, ему все еще было плохо. Чэн Кэ боялся, что стоит выйти из машины как станет хуже — ноги подкосятся, мышцы совсем ослабнут, и тело позорно рухнет на землю. К счастью, он стоял на ногах довольно твердо.

Стоило зайти в теплую квартиру, как напряженные от холода мышцы Чэн Кэ расслабились, а голова закружилась еще сильнее, отчего, сделав несколько шагов, он врезался в диван. Мяу, сидевший на подлокотнике, испугался внезапного толчка, подскочил с места и юркнул под шкаф.

— Так что? — Чэнь Цин упер руки в боки. — Сегодня он поспит на диване?

— Угу, — легкомысленно ответил Цзян Юйдо.

Чэн Кэ опешил, услышав их разговор.

— Чего?

— Что удивляешься? Кто здесь забыл ключ? — спросил Чэнь Цин.

— Но разве Цзян Юйдо просто не может дать запасной?

— Все дубликаты хранятся у старшей сестры.

— А? — Чэн Кэ удивленно посмотрел на Цзян Юйдо.

— Сам же сказал мне забрать вещи и больше не появляться без приглашения, — объяснил Цзян Юйдо. — Я отдал ключ Лу Цянь.

А? Что это за логика?

— Как вообще это связно? Если у тебя будет ключ, то ты зайдешь в квартиру, а если не будет, то не зайдешь?

— Ну да. — Цзян Юйдо кивнул.

— Выходит, сейчас тебе нужно взять ключ у старшей сестры? — Вздохнул Чэн Кэ.

Цзян Юйдо молча достал телефон и проверил время.

— Почти полночь — уже слишком поздно для звонка.

— Почему?

— Сестра взбесится, — ответил Чэнь Цин. — Дело не в том, что мы не хотим идти… Просто не посмеем.

Телефон Чэнь Цина зазвонил, и он зашел в спальню, чтобы в тишине ответить на звонок.

— В любом случае, ты это… — Цзян Юйдо указал на диван. — Завтра утром я съезжу за ключом.

Чэн Кэ оцепенел. У него нет строгих установок и правил, которые нужно соблюдать для формирования крепкого сна. Однако заснуть на новом месте в квартире, в которую пришел второй раз в жизни, будет затруднительно.

Чэн Кэ облокотился о спинку дивана и лениво закрыл глаза.

— Забей, переночую в отеле.

— О. — Цзян Юйдо кивнул в сторону окна. — Здесь неподалеку как раз есть одно местечко…

— Я ухожу, — доложил Чэнь Цин, выйдя из спальни. — Начальник приехал с проверкой, а сегодня моя смена.

Цзян Юйдо махнул ему на прощание.

— Собираешься остановиться в отеле? — Чэнь Цин подошел к двери.

— Ага, — отозвался Чэн Кэ, не открывая глаз.

— Что за нищебродские понты, — усмехнулся Чэнь Цин. — В конце улицы есть хостел — хоть и маленький, но чистый.

— Ты называешь «это» хостелом? — Цзян Юйдо поднял брови. — Лучше тебе заткнуться и быстрее свалить.

— Ухожу-ухожу. Заберу тебя завтра утром — поедем снимать лангетку. — Чэнь Цин открыл дверь и добавил, прежде чем выйти: — Дай бедолаге ведро, а то кажется, что его может вывернуть в любой момент.

Даже после того, как Чэнь Цин ушел, и входная дверь закрылась, Чэн Кэ не открыл глаз. Он отчетливо услышал мягкие шаги и легкое шуршание одежды. Цзян Юйдо подошел ближе, но вместо того, чтобы хоть что-то сказать, молча уставился на незваного гостя.

Чэн Кэ открыл глаза и встретился с внимательным и несколько недовольным взглядом Цзян Юйдо, потер уставшее лицо и произнес:

— Меня не тошнит, только… немного мучает жажда. Можно выпить воды?

— Можно.

— Спасибо.

В комнате повисла тишина, но два человека по прежнему отрывали друг от друга взгляд. После паузы, тянущейся несколько минут, Цзян Юйдо наконец заговорил первым:

— Так вставай и бери или ждешь, что я стану за тобой ухаживать?

— …Прости. — Чэн Кэ направился к кулеру.

Он привык к молниеносному выполнению любой прихоти, и даже ради стакана воды, не задумываясь, звал прислугу. А если чувствовал себя плохо, то его тут же окружали заботой.

Цзян Юйдо взял на руки Мяу, прыгнувшего на кухонный стол, и почесал за ухом. Глаза мужчины с любопытством следили за растерянным Чэн Кэ.

— Можешь взять вон тот стакан.

— Угу. — Чэн Кэ повернулся к кухонной тумбе. — Погоди, предлагаешь мне пивной стакан?

— Хочешь, чтобы я достал бокал для вина?

Чэн Кэ ничего не ответил, взял стакан и нагнулся к кулеру. Голова снова закружилась, и чтобы не упасть, ему пришлось опереться о стену.

— Не знаешь, как пользоваться? — удивился Цзян Юйдо. — Надави на красный дозатор — польется горячая, на синий — холодная.

Чэн Кэ, не меняя позу, посмотрел на него и буркнул в ответ:

— Я умею пользоваться кулером.

— Правда? — Цзян Юйдо рассмеялся. — Я думал, что обычно ты пьешь только бутилированную воду. Когда приходил к тебе в прошлый раз, то видел кучу пустых бутылок.

— В то время я не успел установить фильтр для воды. — Чэн Кэ налил целый стакан и половину выпил залпом.

— Погоди, фильтр? — Цзян Юйдо приподнял брови. — Почему мне не сказал?

— Говорю сейчас.

— В договоре же прописано, что арендатор не может ничего менять в квартире без согласия арендодателя.

— Я ничего и не менял, — возразил Чэн Кэ невозмутимо. — Фильтр установили под раковиной и подсоединили к трубе.

Видя, как он оправдывается и с серьезным видом рассказывает об установке фильтра, Цзян Юйдо не смог сдержать смешок.

— Ты, блять, решил посмеяться надо мной? — выпалил Чэн Кэ.

— Вовсе нет. У меня нет фильтра, поэтому я и не знал, как работает вся эта система.

— Да похер. В общем, я ничего не менял в квартире. — Чэн Кэ вернулся к дивану. — Это полезная штука, единственное, что горячую воду не подает.

— Ясно.

Цзян Юйдо отпустил котенка на пол и направился в спальню, разделся по пояс и взял чистую одежду. Несмотря на то, что руку все еще поддерживал бандаж, а ногу — лангетка, раны зажили и не болели, а движения больше не были скованными. Из-за приступа сегодня он сильно пропотел, и кожа всего тела стала липкой и неприятной. Поскольку сразу, как ему стало лучше, они с Чэнь Цином отправились на ужин к старшей сестре, на который нельзя было опаздывать, Цзян Юйдо не смог принять душ. Он ходил грязным целый день и уже не мог терпеть.

— Я пойду. — Глядя на стопку чистой одежды в его руке, Чэн Кэ почувствовал себя несколько неловко. — Мне уже лучше, только голова немного кружится.

— Я тебя не гоню. Побудь здесь, пока головокружение окончательно не пройдет.

— Больше не кружится, — Чэн Кэ мигом "переобулся". — Позвони завтра, когда заберешь ключи.

— Ага, — усмехнулся Цзян Юйдо.

Чэн Кэ ушел. Дверь за ним закрылась легко и почти бесшумно. Звук удаляющихся шагов был неестественно тихим. Цзян Юйдо достал мобильник и подошел к краю окна, приоткрыл штору и выглянул на улицу. Сначала он хотел удостовериться, что Чэн Кэ двинется в нужном направлении, но внезапно вспомнил кое о чем важном: в любом отеле и хостеле, даже в «том», снять комнату можно только предъявив удостоверение личности.

Чуть больше, чем через минуту, Чэн Кэ наконец вышел из подъезда. Он сделал пару шагов, вздрогнул от холода, чихнул и согнулся в три погибели, пытаясь натянуть на шею короткий воротник пальто. После этого ускорил шаг и направился к выходу.

Цзян Юйдо вздохнул и набрал его номер.

— Что надо?

— Ты взял с собой удостоверение личности?

— Нет, — ответил Чэн Кэ. — А зачем? Я лишь вышел выпить с другом.

— …Ты когда-нибудь останавливался в отелях? — Цзян Юйдо тяжело вздохнул.

— Конечно! — возмутился Чэн Кэ. — Бля, ты опять общаешься со мной как с дегенератом?

— Ха-а, тогда ответьте, господин умник: до этого ты сам бронировал номера? — голос Цзян Юйдо звучал все так же невозмутимо. — Если так, то ты наверняка знаешь, что сделать это можно только при предъявлении удостоверения личности.

Когда из трубки послышались короткие гудки, ярость Чэн Кэ тут же утихла. Цзян Юйдо все так же стоял у окна и не отрывал взгляда от темной высокой фигуры. Что же на этот раз предпримет господин умник?

Через несколько секунд Чэн Кэ пришло осознание, и он повернул назад. Добежав до подъезда, он вдруг остановился в нерешительности.

Неужели нуровиш во втором поколении всерьез задумался о том, как сохранить лицо?! Подумав об этом, Цзян Юйдо издал едкий смешок.

Внезапно Чэн Кэ оглянулся. Цзян Юйдо машинально проследил за его взглядом и уловил на горизонте исчезающую черную тень. Только не говорите, что они принялись за старое?! А вдруг они все же как-то связаны с Чэн Кэ? Сердце Цзян Юйдо вновь наполнилось едким подозрением, а брови недовольно сошлись у переносицы.

В это время Чэн Кэ еще немного потоптался у подъезда, но все же вошел и через несколько минут постучал в дверь квартиры.

Цзян Юйдо не шелохнулся, продолжая всматриваться в темноту за окном. Когда постучали снова, он наконец отреагировал и открыл дверь. На пороге стоял дрожащий от холода Чэн Кэ.

— Прошу прощения за неудобства. Могу я переночевать у тебя?

— Угу. — Цзян Юйдо кивнул и жестом предложил войти.

Глава 23 - «Тебе тоже не спится? — Чэн Кэ втянул дым, — Поговорим?» (2)

Голова все еще кружилась, но Чэн Кэ был этому только рад. Кто бы мог подумать, что найдется хотя бы один человек в здравом уме, который станет радоваться последствиям алкогольного опьянения? Но в данном случае от головокружения и правда только польза. Затуманенный ум изрядно блокировал стыд и неловкость, которые в данный момент одолевали Чэн Кэ.

Совсем недавно он упирался рогом и возражал, говоря, что не станет оставаться здесь и переночует в отеле. Однако сейчас, когда ему пришлось приползти обратно, Чэн Кэ больше не смел раскидываться громкими словами и в одночасье стал кротким и тихим.

— Ты это… Не обращай на меня внимание. — Чэн Кэ опустился на диван, взял сонного Мяу и погладил по взъерошенной шерстке. — Собираешься в душ? Иди, не волнуйся обо мне.

— Ладно.

Цзян Юйдо кивнул в знак согласия, взял оставленную на кресле стопку одежды и направился в ванну. Однако прежде чем войти, он остановился и снова оглянулся на незваного гостя. Чэн Кэ посмотрел на него в ответ, затем скользнул взглядом по бандажу и лангетке и внезапно кое-что понял.

— Помочь?..

— Не нужно. — Немного подумав, Цзян Юйдо добавил: — Правда, если ты действительно этого хочешь, возражать не стану…

— Воздержусь.

— Чего стесняешься? Ты уже и так все там видел. — Цзян Юйдо усмехнулся и захлопнул за собой дверь ванной комнаты.

Просто слов нет… Чэн Кэ откинулся на спинку дивана, тяжело вздохнул и закрыл глаза, продолжая гладить котенка. Отчего-то стоило провести ладонью по его мягкой теплой шерсти, как на сердце становилось спокойней. Даже хвост, виляющий из стороны в сторону и то и дело касающийся запястья Чэн Кэ, не вызывал раздражения, а напротив становился частью дурманящей релаксации.

Когда Цзян Юйдо закончил принимать душ и вышел, Чэн Кэ дремал все в той же расслабленной позе.

— Если хочешь умыться и почистить зубы, можешь воспользоваться всем, что есть в ванной, — предложил Цзян Юйдо.

— А? Спасибо.

Чэн Кэ открыл глаза. Головокружение в купе с сонливостью сильно тормозили мозг, и только спустя несколько секунд он осознал значение слов Цзян Юйдо. Мутило, а изображение двоилось, к счастью, эксгибиционист и по совместительству хозяин квартиры на этот раз предстал перед Чэн Кэ в нижнем белье, а то не очень-то хотелось лицезреть сразу две дубины.

Из-за строгого воспитания он не такой непосредственный, как Цзян Юйдо. Чэн Кэ не мог позволить себе оголиться до нижнего белья даже будучи дома в своей собственной запертой комнате. Не говоря уже о том, чтобы щеголять перед гостями в чем мать родила.

Цзян Юйдо внезапно приблизился, и перед глазами Чэн Кэ крупным планом застыли боксеры, обтягивающие упругие мышцы.

— Ты чего? — Чэн Кэ тут же подался назад и прижался спиной к дивану.

— Мяу. — Цзян Юйдо взял котенка на руки. — Обычно мы спим вместе.

Глядя на то, как он уносит котенка в спальню, Чэн Кэ ослабил напряжение и с облегчением вздохнул, а затем встал с дивана, чтобы умыться перед сном.

Цзян Юйдо не стал закрывать дверь спальни и сразу лег в кровать. Оставлять для себя дополнительный путь отступления и зону для наблюдения — старые привычки.

Зайдя в ванную, Чэн Кэ увидел два махровых полотенца на крючке и стакан с зубной щеткой. Он выглянул в гостиную — свет в спальне уже не горел.

— Цзян Юйдо? — позвал он шепотом.

— А?

— Ты сказал, что я могу воспользоваться всем, что есть в ванной?

— Ну, да.

— Что на счет полотенец? — спросил Чэн Кэ с опаской.

— Угу. То, что слева — для лица.

— И зубную щетку можно взять?

— Это уже перебор, молодой господин. — Цзян Юйдо усмехнулся. — Неужели ты и правда мог бы почистить зубы моей щеткой?

Чэн Кэ ничего не ответил и закрыл дверь ванной. Конечно, он не стал бы пользоваться чужой зубной щеткой, и даже мысль о том, чтобы вытереть лицо чьим-то полотенцем, жутко претила. В общем, Чэн Кэ решил не мудрить и воспользоваться бумажным полотенцем. Пусть он потерпит это небольшое неудобство, зато хотя бы умоется теплой водой. Чэн Кэ повернул сразу две ручки крана и подождал, однако спустя даже несколько минут вода не стала горячее. Он не хотел снова беспокоить Цзян Юйдо, поэтому умылся холодной водой.

Когда он вернулся в гостиную, опьянение окончательно сошло на нет, нахлынула бодрость и энергия забила через край, да настолько, что можно хоть сейчас рвануть на утреннюю пробежку! Но подобные ощущения обманчивы, и Чэн Кэ прекрасно об этом знал. Он лег на диван и к удивлению обнаружил, что с этого места видит добрую половину спальни, кровать и очертания лежащего на ней человека. Чэн Кэ вздохнул и перевернулся на другую сторону.

— На стуле лежат подушка и одеяло, — донеслось из спальни.

— О. — Чэн Кэ посмотрел на стул, на котором действительно лежали одеяло и подушка. — Спасибо.

— …Не стоит благодарности.

Чэн Кэ взял подушку и одеяло и кинул на диван. Подушка оказалась ни большой, ни маленькой — вполне подходящей, мягкой и удобной, но ватное одеяло было тяжелым и слишком широким, и как бы Чэн Кэ не изворачивался, как бы не ловчился, стоило потянуть одеяло, как большая его часть тут же соскальзывала и глухо падала на пол. В конце концов, Чэн Кэ подмял под себя половину одеяла и насильно закрыл глаза, пытаясь смириться с буграми под спиной. После боя с одеялом он больше не чувствовал сонливости — только усталость. В поисках удобной позы он еще некоторое время покрутился на месте, и в конце концов утихомирился.

Тишина. Уже настолько поздно, что в небе высоко поднялась луна. Ее свет мягко пробирался через приоткрытые шторы, создавая в темной комнате атмосферу мира и покоя. Люди, которым не удается заснуть в такие умиротворенные ночи, как правило, подвержены глубоким мыслям… Чэн Кэ снова закрыл глаза.

Сегодня все прошло довольно неплохо. Они выпивали и болтали. Еще до этого Чэн Кэ заметил, что Сюй Дин отличный слушатель: не тычет своим мнением; не говорит, что правильно, а что нет; не судит по поступкам и, если нужно, то поносит неприятеля вместе с тобой. Да, отличный слушатель.

Вот только… О чем же говорил Чэн Кэ, когда перебрал? Как бы не старался, никак не мог вспомнить о темах, затронутых в конце вечера. Может, он делился воспоминаниями из детства или юности? Рассказывал о родителях или младшем брате? А больше и говорить не о чем… Какая же все-таки скучная и бессмысленная у Чэн Кэ жизнь. Никчемный человек, от которого даже друзья отвернулись, как только подул ветер перемен.

Что за депресняк? Разве теперь есть смысл унывать и падать духом? Все это произошло по вине самого Чэн Кэ. Он видел, что происходит, и понимал, к чему это в итоге приведет, но плыл по течению и ничего не предпринимал. Если бы он стал бороться и не ушел из дома, то наверняка сейчас продолжал вести беззаботную, полную достатка жизнь. Но что сейчас об этом думать? Нельзя повернуть назад, ничего больше не будет как прежде.

Цзян Юйдо с головой укрылся одеялом и для удобства прислонил телефон к животу Мяу. Он читал роман и, дойдя до платных глав, свернул страницу и глянул на время. Уже два часа ночи, но ни в одном глазу — похоже, снова бессонница. Искать новое чтиво было лениво, поэтому Цзян Юйдо убрал телефон под подушку, вынырнул из-под одеяла и вдохнул прохладный воздух. Следом он вытащил Мяу и положил на подушку, однако котенку стало холодно, и от тут же юркнул обратно под одеяло.

— Все одеяло уже пропахло кошкой, — с упреком прошептал Цзян Юйдо, приоткрыв край одеяла. — А от твоей шерсти щекотит в носу…

Однако Мяу, по всей видимости, не понял намека — свернулся калачиком и снова сладко уснул.

— Вот же… — он хотел снова высказать недовольства, как вдруг услышал из гостиной тихий звук.

Цзян Юйдо оцепенел. Когда рука машинально потянулась под подушку, где лежал складной нож, в сознании всплыло вспомнил о Чэн Кэ, который остался на ночь. Цзян Юйдо замер и прислушался — из комнаты доносилось редкое прерывистое шмыганье.

Неужели замерз? Нет, не может быть — одеяло толстое и теплое. Цзян Юйдо сам укрывался им, но сейчас спать под ним стало слишком жарко. Пока он думал об этом, Чэн Кэ снова шмыгнул, и на этот раз громко и отчетливо, затем последовал звук рвущейся бумаги и протяжное высмаркивание.

— Только не вытирай нос о мое одеяло, — буркнул Цзян Юйдо.

Движения снаружи замедлились, но уже через несколько секунд шмыганье повторилось.

— Не буду.

Цзян Юйдо сказал это без задней мысли, просто не спалось и было скучно. Если честно, то он и не надеялся получить хоть какой-то ответ. Ведь люди, проснувшиеся, чтобы очистить нос, обычно не хотят, чтобы их поймали за этим занятием — слишком неловко. Но Чэн Кэ не только не смутился, но и даже ответил. Его голос прозвучал гнусаво и сипло — возможно, он не просто замерз, а даже заболел.

Цзян Юйдо сел в кровати, подумал немного, откинул одеяло и вышел в гостиную. Свет был выключен, а шторы — задернуты. В потемках силуэт Чэн Кэ, лежащего на диване, был едва различим.

— Замерз?

— Бля! — Чэн Кэ вскочил. — Какого хера ты встал?

— Боялся, что соплями захлебнешься. Замерз? Гостиная не отапливается, поэтому если холодно… Можешь поспать в моей кровати.

Чэн Кэ опешил и поднял на него изумленный взгляд. В темноте Цзян Юйдо не мог различить выражение его лица, но о мыслях, возникших в голове, не сложно было догадаться.

— А я отправлюсь на диван, — добавил Цзян Юйдо.

— Я не замерз.

— Если это и правда так, то чего носом хлюпаешь?

— Я… — Чэн Кэ замялся. — Ладно, ты прав: я замерз.

Цзян Юйдо недоверчиво прищурился, потянулся к выключателю, и в гостиной загорелся свет. Заслепило глаза, и Чэн Кэ спрятал лицо в ладони.

— Сука, свет выключи!

Цзян Юйдо оцепенел и щелкнул выключателем. Одного мгновения хватило, чтобы понять истинную причину насморка.

— Ты ревел что ли?

— Ага, из-за твоих блядских булочек с яйцом! — выпалил Чэн Кэ. — Иди уже спать.

— Значит, на ночь глядя думаешь о моих булочках с яйцом?

— Сука!

Чэн Кэ вскипел и откинул одеяло, намереваясь вскочить с дивана и напасть на обидчика. Цзян Юйдо отступил на шаг. Бандаж и лангетка сильно тормозят, но, если ничего не сделать и пропустить хотя бы несколько ударов, можно проваляться с травмами еще месяц.

Однако, Чэн Кэ так и не удалось спрыгнуть с дивана и надавать тумаков. Он так хорошо завернул одеяло, что, как бы не пытался, никак не мог вылезти. В конце концов, ему оставалось только перевернуться несколько раз, чтобы раскрутить этот «рулет».

— Когда ты успел свить кокон? — Цзян Юйдо даже не думал сдерживать смех.

— Блять. — Чен Кэ грозно вскочил на ноги, но почти сразу сел и тоже рассмеялся. — Одеяло широкое, поэтому большая его половина все время оказывалась на полу.

— Ну и оставил бы его на полу, в чем проблема?

— Боялся, что оно испачкается.

— Оно изначально не было чистым. В прошлый раз им укрывался Чэнь Цин.

— …Почему ты говоришь об этом только сейчас? — Чэн Кэ бросил на него недовольный взгляд.

— Ты и не спрашивал. Ко всему прочему, ты не стал раздеваться, не означает ли это, что с самого начала тебе было похер, чистое оно или нет?

— А ты прав. — Усмехнулся Чэн Кэ.

После этого оба замолчали. Через какое-то время, когда смешки полностью прекратились, Чэн Кэ внезапно спросил:

— Так, значит, ты слышал, как я плакал?

— Нет. Понял это как только включил свет.

Чэн Кэ ничего не сказал в ответ, похлопал себя по карманам, нашел пачку сигарет и вынул одну.

— Дай прикурить.

Цзян Юйдо взял со стола зажигалку и молча кинул ему. Чэн Кэ нажал на кнопку — и из сопла вырвалось оранжевое пламя.

— Ты когда-нибудь встречал большее ничтожество, чем я? — Чэн Кэ прикурил.

— Видел и похуже.

— …Ну что за ответ? — Чэн Кэ грустно улыбнулся. — Теперь я не могу продолжить.

— Не видел, — Цзян Юйдо тут же «переобулся». — Ты — самый никчемный человек из всех, что попадались мне на пути.

— Тебе тоже не спится? — Чэн Кэ втянул дым. — Поговорим?

Глава 24 - Он покосился на Цзян Юйдо: «Оденься» (1)

Цзян Юйдо пережил бесчисленное количество бессонных ночей, которые по большей части провел в одиночестве. Не в силах уснуть, он открывал глаза и либо до утра пялился в темный потолок, либо переворачивался с боку на бок, размышляя о том о сем. В редких случаях, когда в голове не оставалось мыслей, и скука брала свое, звал младших братьев пропустить по стаканчику в ближайшем баре-ресторане. Правда, таких спокойных ночей было мало, ведь бессонница Цзян Юйдо — это не только потеря сна. Чаще всего ночи становились сущим мучением и сопровождалась болью, головокружением и онемением конечностей. Когда появлялись симптомы, Цзян Юйдо думал только об одном — как дожить до утра, и, естественно, ни о каких посиделках не было и речи. Но оставаться дома с кем-то и просто болтать всю ночь… Такого делать ему еще не приходилось.

Цзян Юйдо старается избегать людей, не входящих в их круг, особенно тех, о чьем происхождении ничего не знает. Но сейчас все казалось немного сложнее: с одной стороны, он верил этому никчемному молодому господину, но с другой — совсем не доверял. Ко всему прочему, оставалась еще одна нерешенная проблема: о чем говорить? Цзян Юйдо не мог придумать ни одной темы.

— Есть что-нибудь выпить? — внезапно спросил Чэн Кэ.

— Есть. Хочешь что-то определенное?

— У тебя всего один стакан, но большой выбор алкоголя?

Цзян Юйдо ничего не ответил. Зажав сигарету в зубах, он подошел к кухонному шкафу, открыл дверцу и оглянулся.

— Выбирай.

Чэн Кэ обомлел. Внутри ровными рядами стояли бутылки с алкоголем разного сорта.

— Я могу выпить все, что угодно, но у тебя всего один стакан.

— А разве пить обязательно из стаканов? — Цзян Юйдо лениво облокотился о дверцу.

— И то верно.

— У меня нет дорогой выпивки. Все, что здесь хранится — в основном, подарки от младших на новогодние праздники.

— Я не знаток элитного алкоголя, поэтому вряд ли смог бы по достоинству его оценить.

Поскольку в комнате темно, на глаза первым делом бросился пузатый белый фарфоровый кувшин с узким горлышком. На нем не оказалось ни наклейки, ни временной маркировки, но выглядел он старым.

— А это что? — Чэн Кэ взял кувшин в руки и покрутил. — Включи свет.

— Ты закончил плакать?

Чэн Кэ ничего не ответил. В этот момент ему неистово захотелось занести кувшин над головой и сдуру врезать Цзян Юйдо! Может, повезет и этот мудак потеряет память, ну или хотя бы сознание… ненадолго.

Цзян Юйдо щелкнул по выключателю — и свет в комнате загорелся.

В руках Чэн Кэ действительно держал обычный фарфоровый кувшин, поверх горлышка которого была надета хлопковая ткань, перевязанная тонкой джутовой веревочкой. Поверхность ткани отсырела. Чэн Кэ наклонился к горлышку и понюхал, после чего довольный обернулся к Цзян Юйдо.

— Вот это неплоха, пахнет довольно…

До этого Чэн Кэ не думал слишком много, но сейчас, при свете, увидев Цзян Юйдо практически полностью обнаженным, не знал, куда деть глаза.

— Лучше выключи свет.

— Стебешься?

— Выключи и одень уже что-нибудь. — Чэн Кэ отвернулся. — Разве не холодно щеголять полуголым?

— Нисколько.

Когда выключатель снова щелкнул, Чэн Кэ наконец расслабился, подошел к столу и поставил бутылку.

— Это же самогон?

— Ага, Чэнь Цин притащил. — Цзян Юйдо достал из кухонного шкафчика две пиалы и поставил на стол. — Его отец всегда хотел дочку, и когда жена забеременела, понадеялся на удачу. Недолго думая, он прогнал самогон и закопал лучшую партию, пообещав разделить кувшин с семьей, когда дочке исполнится восемнадцать.

— Забавно. — Чэн Кэ рассмеялся. — Выходит, это самогон, пролежавший в земле более десяти лет.

— Нет, конечно. В тот же день, когда Чэнь Цин родился и показал всем штучку между ног, отец Чэнь выкопал самогон и с горя напился. — Цзян Юйдо достал из холодильника контейнер. — У меня пустой холодильник, поэтому нет соленьев или что там обычно идет на закусь. Короче, Чэнь Цин принес остатки самогона, который открыли больше десяти лет назад.

— А его вообще можно пить?

— Наверное. Чэнь Цин принес кувшин около месяца назад. Мы тогда пропустили по стопочке и все еще живы. — Цзян Юйдо раскрутил джутовую веревочку и снял лоскут ткани, затем наполнил обе пиалы примерно наполовину и протянул одну из них Чэн Кэ. — Что скажешь?

Чэн Кэ принюхался.

— Душистый запах.

— Кувшин открыли больше десяти лет назад, — буркнул Цзян Юйдо. — В каком месте этот запах «душистый»? Да дешевое пойло пахнет приятней.

Чэн Кэ покосился в его сторону. Он уже немного притерся к Цзян Юйдо и знал, что сарказм — признак хорошего настроения. Однако, самому Чэн Кэ сейчас было отнюдь не весело.

— А что скажешь об этом? — Цзян Юйдо открыл контейнер и подтолкнул к нему.

Чэн Кэ принюхался.

— Вяленая говядина?

— Ага. — Цзян Юйдо удовлетворенно кивнул. — Ну и как — на запах она лучше выветрившегося самогона?

— Еще бы!

Чэн Кэ потянулся к контейнеру и схватил полоску мяса, откусил немного и свирепо разжевал.

С обеда, не считая того злосчастного пирожного, Чэн Кэ ничего не ел. Изначально он полагал, что на данный момент уже испытывал сильнейший голод, но стоило проглотить говядину, как есть захотелось намного сильнее. Кажется, именно пустой желудок стал виновником беспокойной ночи.

Внезапно в животе Чэн Кэ заурчало, и Цзян Юйдо, поднявший чашу с вином, на мгновение замер.

— Что такое? — Чэн Кэ смутился.

— Я слышал какой-то странный звук, — прошептал Цзян Юйдо.

В комнате настолько темно, что два человека, будучи рядом, едва ли могут разгадать выражения лиц друг друга. Однако, лишь по голосу Чэн Кэ мог безошибочно определить те настороженность и опасливость, что внезапно охватили Цзян Юйдо.

— Это я. — Чэн Кэ прочистил горло. — В животе заурчало…

Не успел он договорить, как желудок, словно вторя его словам, снова спел серенаду. Чэн Кэ стало до того неловко, что сквозь землю захотелось провалиться.

— Вот как… — Цзян Юйдо вздохнул с облегчением, но тут же снова напрягся. — Погоди, если самогон испортился, то лучше вылить, чем мучиться с расстройством желудка.

— Я просто проголодался.

— Пиздец, а чего молчишь? — Цзян Юйдо достал мобильник. — Что хочешь поесть? Напрягу младших братьев. Правда, изысканные яства в такое время они не смогут достать даже для такого достопочтенного молодого господина. Сейчас поблизости открыты только шашлычные да несколько киосков с уличной едой. Звиняй.

Чэн Кэ ничего не ответил, поскольку его мысли в тот момент были далеки от выбора еды и переваривания саркастических шуток. В темноте, в которой сложно хоть что-то разглядеть дальше вытянутой руки, внезапно осветилось мужское лицо. Поначалу Чэн Кэ дернулся, но испуг прошел быстро, и на смену ему пришло внезапное озарение: а Цзян Юйдо, оказывается, красавчик. Отчего-то в обычное время Чэн Кэ никак не мог дать ему столь честную оценку, но стоило белому свету очертить линии лица, как этот факт стал до смешного очевиден. Только когда Цзян Юйдо начала набирать номер, Чэн Кэ наконец отмер, подлетел и закрыл экран телефона ладонью.

— Не нужно никому звонить! Мне хватит и вяленой говядины!

— Не нужно? — удивленно переспросил Цзян Юйдо.

— Да, забей, не беспокой младших. Съем немного говядины — и голод отступит.

— Как знаешь. — Цзян Юйдо отложил телефон, взял пиалу и залпом выпил самогон.

Заботиться о положительном имидже больше не осталось смысла, поэтому Чэн Кэ сгреб в охапку несколько полосок вяленой говядины и за раз все уместил в рот, а проглотив, сразу же осушил пиалу. Самогон и вправду оказался недурен. Жидкость как по маслу проникла в горло и желудок, оставив на языке огненный след, а во рту — еле уловимый сладкий привкус. Чэн Кэ откинулся на спинку стула и удовлетворенно вздохнул.

Цзян Юйдо опустился на стул напротив, неторопливо сгрызая остаток закуски. Поскольку в комнате оставалось темно, нельзя было разглядеть ни выражения лиц, ни детализацию фигур, так что Чэн Кэ совершенно не смущало, что человек перед ним сидит в одних лишь трусах. Ведь стыдно, когда видно, а если не видно, то никакого дискомфорта.

— Раве ты не хотел поговорить? — Цзян Юйдо налил еще пол пиалы самогона. — Так давай, что хотел обсудить?

Что хотел? Изначально Чэн Кэ планировал выговориться. Открыться малознакомому человеку, с которым ничего не связывает, в разы легче и… безопасней, а за алкоголем беседа планировала протечь более непринужденно. Однако, когда Цзян Юйдо затронул эту тему, Чэн Кэ не знал, с чего стоит начать.

— Может, ты хочешь о чем-то спросить?

— Глубокой ночью предложил поболтать, но просишь меня задавать вопросы? Ладно, у меня как раз накопилось несколько.

— Дерзай. — Чэн Кэ глянул на него, но не увидел ничего, кроме смутного блика на прямой переносице.

— Только не вздумай юлить. — Цзян Юйдо залпом выпел и с громким стуком поставил пиалу на стол. — Что ты здесь делаешь? Зачем появился?

Снова здорова.

— А ты сам как думаешь? — устало спросил Чэн Кэ.

— Скажи, кого ты тогда увидел?

Цзян Юйдо облокотился локтями о стол. Тихий, полный магнетизма голос, выдавал смутные подозрение и недоверие. Обидно, однако Чэн Кэ не мог не признать, что его голос приятен на слух. Если бы не скрытая угроза, нависшая как грозовая туча, Чэн Кэ непременно сделал бы ему комплимент.

— Тогда? Когда — тогда?

— На улице ты внезапно обернулся, — сдержанно объяснил Цзян Юйдо. — Кем был тот человек, на которого ты посмотрел?

— Человек, на которого я посмотрел?

Чэн Кэ стало жутко, и по спине пробежал холодок. Он положил руки на плечи, сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, по очереди похлопывая каждое плечо. Эти действия всегда успокаивали и хорошо помогали справиться с паническими атаками.

— Не притворяйся, — Цзян Юйдо становился все серьезней. — Я наблюдал за тобой из окна.

— Я никого не видел. А где стоял тот человек?

Цзян Юйдо ничего не ответил, вскочил на ноги и снова включил свет, затем стремительно вернулся, облокотился на стол и скептически уставился на Чэн Кэ. Их лица встретились и замерли в небольшом расстоянии друг от друга, а он кончиков носов оставалось всего несколько сантиметров. Все произошло настолько быстро, что Чэн Кэ не успел сообразить, однако, как только личные границы были нарушены, сработал условный рефлекс — и его рука с силой оттолкнула Цзян Юйдо.

— Не видел я никого. Теперь стремно стало из-за твоих дурацких подозрений.

— Испугался? Ты же не серьезно? Будь уверен, что в этом районе никто не посмеет тронуть моего друга, — заявил Цзян Юйдо, снова выключил свет и вернулся на прежнее место. — Кстати, ты так и не решил вернуть часы?

— …Нет, — удивленно ответил Чэн Кэ и вздохнул в восхищении. — Если бы ты не сказал, то я бы и не вспомнил.

— Если сейчас откажешься, то больше не получишь шанса их вернуть. Все еще не хочешь?

— Забирай.

Чэн Кэ сделал глоток самогона и внезапно замер. Кое-что его поразило, и вовсе не то, что Цзян Юйдо предложил вернуть элитные часы «Цзицзя», а фраза, брошенная настолько естественно, что ушам не верилось: «Никто не посмеет тронуть моего друга».

Друга? Уж кто-кто, а Цзян Юйдо точно не относился к нему как к другу…

Глава 25 - Он покосился на Цзян Юйдо: «Оденься» (2)

Чэн Кэ не считает его другом, и это вполне естественно: Цзян Юйдо — лишь «арендатор», с которым и связываться-то лишний раз не хочется. Поэтому, услышав, что они — друзья, Чэн Кэ растерялся. То ли Цзян Юйдо обычно легко заводит знакомства, то ли просто легкомысленно вешает на всех ярлык «друзья», а может, просто торопится и слишком быстро сближается с людьми, но то, что в нынешних отношениях мужчина заклеймил его «другом», и правда удивительно. Вероятно, из-за того, что в прошлом все друзья Чэн Кэ уходили так же просто, как и появлялись, и жизнь сейчас ощущалась особенно пустой, ему так отчаянно хотелось зацепиться за эту иллюзию дружбы.

— Не думаю…

Чэн Кэ хотел возразить, но, начав, не смог договорить. Да как он вообще докатился до того, чтобы зацикливаться на такой ерунде? Друзья? В прошлом он не смог бы даже поговорить с таким человеком как Цзян Юйдо, потому что не выносил подобных ему людей так же сильно, как лжецов и лицемеров.

— Не считаешь меня другом? Хотя, чего я ожидал… Мы встретились на улице, и там же сходу подрались. Наверное, это идет вразрез с привычным знакомством богатеньких молодых господ. Ко всему прочему, мое окружение — шайка местных хулиганов. — Цзян Юйдо навис над столом. — Я ничего не пропустил?

— Ты заблуждаешься, дело совсем не в этом. Не думаю, что вообще знаю каково это — быть «другом». У меня никогда не было настоящих друзей.

Чэн Кэ невозмутимо поднес пиалу к губам и сделал глоток самогона, затем взял кусок вяленой говядины, прожевал и запил.

Проницательность Цзян Юйдо восхищала. Как жаль, что этот драгоценный навык применялся не там, где нужно, и каждый раз в ущерб Чэн Кэ.

— Настоящих друзей? Если так, то у меня их тоже нет, — внезапно выдал Цзян Юйдо. — Нелегко найти человека, который бы соответствовал моим стандартам.

— А как же Чэнь Цин?

— Этот идиот? Да и дня не было, чтобы я не хотел его прикончить.

Чэн Кэ рассмеялся. Но ведь это и зовется «дружбой».

— А тот тип, с которым мы ужинали в прошлый раз? Сюй Дин, кажется. — Цзян Юйдо долил самогона в его пиалу. — Не считаешь его за друга?

— Раньше мы почти не общались и до того дня ни разу не ели вместе.

— Вот как. — Цзян Юйдо кивнул и откинулся на спинку стула. — А что изменилось сейчас?

— …Даже не знаю. — Чэн Кэ сделал глоток спиртного и горько усмехнулся. — У меня стало больше свободного времени и бесполезных дел? Глянь, чем я теперь занимаюсь: только и делаю, что отвлекаю тебя по пустяковым проблемам.

— До этого ты не хозяйничал по дому, поэтому вполне естественно, что появляются вопросы. Вокруг полно таких же неумех, ты не один такой.

— Это не одно и тоже. — Чэн Кэ нащупал в кармане пачку сигарет, зажал сигарету в зубах и прикурил. — Я — беспомощный идиот, который даже не знает, что делать дальше.

— Что делать дальше? — Цзян Юйдо поднял пиалу, чокнулся с ним и пригубил. — Для начала допить самогон, да доесть мясо.

— Я слишком долго влачил бесцельное существование, пора бы уже задуматься о будущем. Скоро тридцатник как-никак. — Чэн Кэ провел пальцем по влажному ободку пиалы. — Теперь, когда отец выгнал из дома, нужно взяться за ум.

Цзян Юйдо задумался на мгновение, сделал глоток самогона и снова облокотился о спинку стула.

— А я был уверен, что тебя выгнал младший брат.

Чэн Кэ никак не прокомментировал догадку Цзян Юйдо, молча поднял пиалу, чокнулся и залпом выпил больше половины.

— Агент говорил, что ты — деятель искусства, — легкомысленно заговорил Цзян Юйдо. — Чем именно занимаешься?

— …Только не говори, что веришь всему, что загоняют агенты? — Чэн Кэ рассмеялся.

— Конечно, не всему — у меня и своя голова на плечах имеется. Но агент не стал бы брать информацию из воздуха. Колись.

— Когда агент спросил, чем я занимаюсь, пришлось соврать, что рисую песком. — Чэн Кэ вздохнул. — Не мог же я признаться, что безработный.

— Рисуешь песком? Это как?

— Ну, сыпешь песок таким образом, чтобы получился рисунок. — Чэн Кэ постарался доходчиво объяснить и даже сделал несколько быстрых жестов: сложил пальцы, будто взял щепотку песка, а затем изящно провел рукой над столом, демонстрирую технику рисования. — Вот так… Нужно насыпать немного песка на специальный стол, затем пальцами убрать излишки, и тогда появится картинка.

— Хм…

Цзян Юйдо сделал несколько затяжек, внимательно наблюдая за его движениями, после чего внезапно встал и направился на кухню.

Чэн Кэ затушил сигарету и немного выпил, облокотился о спинку стула и запрокинул голову. Самогон и правда оказался неплох. Несмотря на то, что это уже второй раунд, Чэн Кэ не чувствовал себя плохо и помимо головокружения не испытывал никаких негативных последствий опьянения. Даже сейчас, запрокинув голову и закрыв глаза, единственное, что сопровождало его состояние — полное расслабление всего тела и безмятежный покой в мыслях.

В этот момент из кухни вернулся Цзян Юйдо и бросил что-то на стол. Чэн Кэ нахмурился: приятное чувство испарилось от звука глухого удара. Когда он открыл глаза и выпрямился, различил в потемках небольшой пакет с…

— Рисуй.

— Что? — обомлел Чэн Кэ.

— Те картинки песком. — Цзян Юйдо кивнул в сторону пакета. — Можешь использовать соль.

— …Хочешь, чтобы я рисовал солью вместо песка?

Чэн Кэ протянул руку и пальцами захватил несколько гранул. И правда, соль — крупнозернистая морская соль.

— Песок, соль — не все ли равно?

— Рисование солью не тоже самое, что рисования песком, — Чэн Кэ постарался объяснить. — Эти две техники в корне различаются. Ко всему прочему, эта соль слишком крупная…

Цзян Юйдо молча встал и снова пошел на кухню.

— Цзян Юйдо… нет, третий брат. — Чэн Кэ лег на стол и тяжело вздохнул. — Третий брат, может, ты прекратишь метаться?

Когда Цзян Юйдо вышел из кухни, то прямо перед носом Чэн Кэ бросил еще три пакета. Чэн Кэ нехотя протянул руку к одному из пакетов и обнаружил, что на этот раз соль была мелкой.

— Зачем ты закупаешь столько соли?

— На случай, если ко мне на огонек забредет художник, рисующий песком. — Цзян Юйдо наконец опустился на стул.

— Может, в другой раз, — лениво протянул Чэн Кэ. — Не хочу сейчас рисовать, да и слишком пьян для этого.

— Нет, давай рисуй.

— Почему? — Чэн Кэ отлип от стола и взглянул на Цзян Юйдо, однако выражения его лица в такой темноте разглядеть не удалось.

Цзян Юйдо облокотился локтями о стол, немного поддался вперед и ответил с угрозой в голосе:

— Потому что я тебе не верю.

— Чего?!

— Не пытайся использовать уловки, чтобы обмануть меня. Рисуй, — холодный голос резал, словно нож. — Даже не думай сбежать. Если не нарисуешь, на своих двоих тебе отсюда не выйти.

Чэн Кэ уже привык к его быстрой смене настроения, поэтому то, что дружелюбие и доброта идут под руку с холодностью и агрессией, больше не казалось странным. Но то, с какой легкостью Цзян Юйдо теряет доверие, подвергло его в шок. Ко всему прочему, сейчас ударная доза самогона и выпитого до этого алкоголя путали мысли и наводили в голове Чэн Кэ лютый бардак, а настроение, и без того безрадостное, упало еще ниже. Какое здесь рисование? Нет, он был расстроен вовсе не потому, что его глубокой ночью заставляли рисовать солью на обеденном столе, не проявив даже элементарной вежливости, а потому, что Цзян Юйдо не верил, что он может рисовать песком.

Несмотря на то, что члены семьи пренебрегали им и считали рисование песком забавой — игрой бессмысленной и бесперспективной, Чэн Кэ знал, что на этом пути можно многого добиться. Ко всему прочему, если бы рисование песком и правда было пустой тратой времени, то Сюй Дин никогда бы не обратил внимание на Чэн Кэ и его искусство и не стал бы так яро просить о сотрудничестве. Это хобби стало единственным светлым пятном в его темной жизни отброса. Пусть Чэн Кэ не отдавался этому занятию целиком и не относился серьезно, рисование песком стало единственным, что оправдывало его бессмысленное существование.

— Включи свет, — приказал Чэн Кэ, встал с места и провел рукой по столу, проверяя гладкость поверхности.

Цзян Юйдо тут же щелкнул выключателем. В глаза Чэн Кэ ударил свет, и голова резко прояснилась. Желание доказать правоту отошло на второй план и недовольство сменилось смущением.

Разве не забавно? Всю жизнь его называли отбросом и считали бесполезным мусором, но сейчас, услышав упрек от Цзян Юйдо, он вспылил, разозлился и ринулся доказывать обратное. С чего бы такие перемены? Неужели всему виной алкоголь?

Он покосился на Цзян Юйдо. Этот придурок…

— Оденься.

— Одет я или нет, какая разница? — Цзян Юйдо не шелохнулся и добавил, нахмурив брови: — Это никак не влияет на рисование.

— Это элементарное уважение к гостю. — Чэн Кэ в ожидании оперся руками о стол, но видя, что просьба не возымела эффекта, грозно добавил: — Блять, совесть имей и хоть что-нибудь накинь!

— Похуй! — рявкнул Цзян Юйдо и рванул в спальню. — Оденусь, как ты хочешь, но если, сука, не сможешь ничего нарисовать, я стяну с тебя штаны и выебу на этом блядском столе!

— А если смогу? — усмехнулся Чэн Кэ.

Вероятно, из-за алкоголя эта дурацкая ставка казалась даже забавной. Нет, не так — Чэн Кэ был не прочь ее поддержать. Он неторопливо взял щепотку соли и потер гранулы подушечками пальцев.

— Избавлю тебя от квартплаты на три месяца, — послышался из спальни недовольный голос Цзян Юйдо.

— Всего лишь?

Чэн Кэ переложил все на журнальный столик: его поверхность из темного закаленного стекла была более подходящей для рисования.

— Ха, не доволен?

— Сам посуди. Если окажется, что я не умею рисовать, то ты меня отымеешь. А если докажу обратное, то освобожусь от уплаты квартиры на три месяца. Считаешь ставки равноценными?

— Ладно. — Цзян Юйдо вышел из спальни в спортивных штанах. — Если выиграешь спор, то можешь выебать меня. Идет?

Чэн Кэ усмехнулся и ничего не ответил.

Цзян Юйдо ведет себя как ребенок, уверенный в победе — это даже мило. Стоит ли над ним подшутить? Ставки «на словах» — давно такого не было. Обычно пари, которые заключал Чэн Кэ, обходились не дешевле двухсот пятидесяти тысяч юаней.

— Что нарисовать? — Чэн Кэ взял горсть соли и посыпал на стол. Черная стеклянная поверхность покрылась ровным белым слоем.

— Меня, — завороженно ответил Цзян Юйдо.

Глядя на это простое движение, он понял, что Чэн Кэ вовсе не врал. Богатенький молодой господин, который оказался несведущим в домашних делах, изнеженным и неприспособленным к жизни, покупающим бутилированную воду и кучу бесполезных вещей, мгновенно менялся, как только брал в руку горстку соли. Взмах кистью и посыпь солью выглядели грациозно и привлекательно. Свободные легкие жесты и движения могли говорить только об одном — о многолетней практике.

— Тебя? — Чэн Кэ посмотрел на него с удивлением.

— А что? — Мужчина глянул в ответ. — Слишком сложно?

— Для начала давай нарисую Мяу, а то больше месяца не практиковался. — Чэн Кэ наклонил голову, провел пальцем по солевой насыпи и изобразил дугу. — Руки закостенели.

— Ладно, — согласился Цзян Юйдо, не отрывая взгляда от его пальцев.

После первой дуги, последовала вторая и третья, и спустя еще пару движений Цзян Юйдо с легкостью различил среди кучи белой соли очертания кошачьей мордочки. Чэн Кэ взял еще одну щепотку, и через мгновение в центре солевого рисунка появились крошечный носик и пара горящих глаз. Движения были настолько быстрыми и точными, что Цзян Юйдо едва ли мог разглядеть процесс рисования: раз — Чэн Кэ кончиками пальцев захватил несколько гранул соли, два — на столе появилось пара новых линий и изгибов. Работа Чэн Кэ оказалась совершенно неуловимой для глаз простого наблюдателя. Постепенно в руках художника изображение кота становилось все более и более четким, и совсем скоро «кот» перестал быть котом: Цзян Юйдо признал в нем Мяу. Да, это определенно был его Мяу.

Закончив, Чэн Кэ самодовольно сложил руки на груди и спросил с вызовом:

— Так что, умею я рисовать?

— Да. — Цзян Юйдо кивнул.

— В таком случае. — Чэн Кэ прикурил и выпустил изо рта сигаретный дым. — Снимай штаны, пора платить по счетам.

Страница книги Противоядие в интернете

Table of Contents

Глава 1 - Чэн Кэ отступил на шаг и со всей дури пнул мусорный бак

Глава 2 - Два коротких слова, написанные синей шариковой ручкой: «Цзян Юйдо»

Глава 3 - Если что-то случится, просто позвони третьему брату

Глава 4 - Этот псих Цзян Юйдо пырнул незнакомца ножом, не моргнув и глазом!

Глава 5 - Во время действия договора в квартире можешь жить только ты один. Цветы, птицы, рыбы, собаки и кошки запрещены

Глава 6 - Уж прости, не знал, что у тебя так много жира на боках (1)

Глава 7 - Уж прости, не знал, что у тебя так много жира на боках (2)

Глава 8 - У тебя три секунды, чтобы повесить трубку. Бесишь (1)

Глава 9 - У тебя три секунды, чтобы повесить трубку. Бесишь (2)

Глава 10 - Цзян Юйдо молча надавил его рукой на ручку плиты и усмехнулся (1)

Глава 11 - Цзян Юйдо молча надавил его рукой на ручку плиты и усмехнулся (2)

Глава 12 - «Я против», — внезапно выдал Цзян Юйдо (1)

Глава 13 - «Я против», — внезапно выдал Цзян Юйдо (2)

Глава 14 - Я видел больше плохих парней, чем сперматозоидов в сперме, что ты надрочил за всю свою жизнь (1)

Глава 15 - Я видел больше плохих парней, чем сперматозоидов в сперме, что ты надрочил за всю свою жизнь (2)

Глава 16 - Перед ним предстал абсолютно голый Цзян Юйдо (1)

Глава 17 - Перед ним предстал абсолютно голый Цзян Юйдо (2)

Глава 18 - Я не человек (1)

Глава 19 - Я не человек (2)

Глава 20 - «Вы двое», — Цзян Юйдо с трудом заговорил, — «Нечего здесь молча скорбеть» (1)

Глава 21 - «Вы двое», — Цзян Юйдо с трудом заговорил, — «Нечего здесь молча скорбеть» (2)

Глава 22 - «Тебе тоже не спится? — Чэн Кэ втянул дым, — Поговорим?» (1)

Глава 23 - «Тебе тоже не спится? — Чэн Кэ втянул дым, — Поговорим?» (2)

Глава 24 - Он покосился на Цзян Юйдо: «Оденься» (1)

Глава 25 - Он покосился на Цзян Юйдо: «Оденься» (2)

О книге