Глава 1 - Поимка тритона

Автору есть что сказать:Эта история, первоначально известная как “русалка Уоллеса”, отдает дань уважения длинному научно-фантастическому роману японского писателя Сюндзи Иваи "Русалка Уоллеса", но сюжет этой истории сильно отличается от оригинальной истории.

Японская версия: в конце 19-го века в Гонконге легенда гласит, что биолог по имени Уоллес обнаружил беременную русалку и провел углубленное исследование. Хайчжоу Хуа, сын хорошего друга, влюбился в дочь русалки и в конце концов связал с ней узы брака. В 1913 году Уоллес оставил после себя книгу под названием “Hong Kong Mermaid Record”, и вскоре легенда о русалке была потеряна в пыли истории.

Сто лет спустя по бескрайнему Тихому океану плыл корабль научной экспедиции. Легендарное существо, похожее на русалку, долго бродил вокруг экспедиционного корабля. Вскоре после этого молодой человек по имени Хайюань Ми столкнулся с опасностями, погрузился на дно океана и неожиданно вернулся на сушу целым и невредимым через 3 месяца... легенда о русалках начала медленно распространяться, и дверь в другой таинственный мир открылась снова.

[Чтобы избежать недоразумений, название этого романа было пересмотрено, чтобы избежать споров в будущем издании]

[T/N: есть некоторые слова, которые были подвергнуты цензуре, чтобы избежать проблем с публикацией, я постараюсь изо всех сил подобрать слова, которые подходят лучше всего.]

2016 год. 7. 17 часов вечера мы прибыли на третий день путешествия в море соседней Исландии.

Рейн провел радиолокационный поиск, и до сих пор, как и прежде, нет никаких признаков местонахождения русалок. Я очень скептически отношусь к тому, может ли русалка выжить при таких холодных водах, но Рейн настаивал, что в прошлом году он однажды нашел здесь некоторые следы русалок.

Согласно известным записям, русалки классифицируются как тропические существа, но я не хочу упускать эту маленькую надежду. Мне просто не терпится увидеть настоящую русалку. Я надеюсь, что смогу использовать свое имя, чтобы продолжить исследование таинственного существа, которое не смог сделать даже величайший биолог.

Я записал эти мысли в свой дневник, а потом неожиданно посмотрел в маленький круглый иллюминатор каюты, словно ожидая, что произойдет нечто невообразимое.

Снаружи было темно и туманно, я видел только теплое отражение лампы на стекле и свои нечеткие очертания в отражении. Черные волосы, черные глаза и более бледное лицо, удивительно похожее на наркомана с передозом.

Я улыбнулся. Рейн сказал, что я иногда напоминаю сумасшедшего, и веду себя как параноик, может быть, это и правда.

Когда я записывал эту фразу, кончик пера внезапно глубоко врезался в бумагу, внезапное беспокойство вторглось в мой разум. В этот момент снаружи раздался крик удивления. ——

- Дешаров, мой маленький Уоллес! Выходи скорее, там что-то есть под водой!

Моя рука отчаянно дрожала. С телом, которое реагировало быстрее, чем разум, я большими шагами бросился к комнате капитана и случайно столкнулся с Рейном, который выходил из комнаты. Он яростно обнял меня, а потом с волнением указал на экран глубоководной камеры.

- Уоллес, Послушай, я сказал, что здесь есть мерфолки, ты должен был мне поверить!

Когда я широко раскрыл глаза и сосредоточился на движущейся тени на экране, у меня на мгновение перехватило дыхание.

Это четкий, ни с чем не сравнимый обтекаемый силуэт существа, который показывает явное отличие от акул и дельфинов, где верхняя часть тела не имеет плавников с обеих сторон, но пара открытых и обычных человеческих конечностей.

Это действительно Русалка.

- Быстро ... быстро забрось сеть! Рейн, чего ты все еще ждешь?

Я чуть не подпрыгнул, словно очнувшись ото сна, и ударил Рейна кулаком в грудь, но он только схватил меня за запястье и рассмеялся:

- Ты думаешь, я такой же медлительный, как и ты? Эта русалка уже была смущена нашим запахом охоты на акул, иначе, почему вы думаете, что она не убегает?

- Ты!?

Я мгновенно бросился на палубу и действительно увидел, что матросы на борту уже переоделись в свое снаряжение и скафандры, прежде чем нырнуть вниз и забросить сети под воду. К рыболовной сети были прикреплены светящиеся буи, которые рассыпались по морю, как звезды на небе. Они скрывались под волнами моря, когда моряки ныряли вниз, мое сердце следует за ними, когда они поднимаются и опускаются, мои нервы напряжены, как будто под давлением воды. Это будет одно из самых удивительных открытий в истории человеческой биологии. Помня об этом, я не мог удержаться, чтобы не выпрямить спину и не встать на цыпочки на носу лодки, желая нырнуть вниз вместе с матросами, чтобы вытащить русалку.

- Уоллес, расслабься немного и постарайся не упасть в воду!

Рейн издал смешок позади меня, заставив мою голень впоследствии напрячься, его руки внезапно схватили меня, напугав меня до такой степени, что я почти ответил на его шутку, мое тело наклонилось вперед, падая вниз головой, Рейн умудрился схватить меня сзади за воротник моей рубашки быстрой рукой, но в конечном итоге два человека падают на палубу друг на друга.

Моя задница практически прижалась к его лицу. Хорошо, что мой вес невелик, иначе я бы раздавил всю его гордую переносицу.

- Брат[1], Ты не должен так страстно желать поцеловать меня в задницу, хорошо?

[1 哥们/брат-уменьшительная форма обращения между мужчинами, не обязательно должна быть кровнородственной.]

Я отодвигаюсь, чтобы встать. Я прищурился и лукаво улыбнулся ему.

- С биологической точки зрения форма зада очень хороша, а вкус его тоже довольно хорош, - равнодушно сказал Рейн, оставаясь на палубе. - но я не могу сказать, что он был очень хорош. Это еще одно великое открытие, не считая сегодняшней встречи с водяным.

- Твое сильное колено тоже неплохо.- Я пнул его ногой в колено, прежде чем показать весь набор своих белых зубов в улыбке.

В следующую секунду плеск воды под лодкой сразу же отвлек все мое внимание. Я склонился над мачтой лодки, наблюдая, как матросы вытаскивают светящуюся рыболовную сеть и вешают ее на лодочную распорку.

Сети опутаны вместе, внутри, она, очевидно, обернута вокруг мокрого силуэта, бьющимся вокруг телом, как пойманная акула .

Когда ворот приподнял сеть, ее длинный хвост выскользнул из сетки и описал изящную дугу.

Единственный вид русалок, который был обнаружен в истории человечества,- это краснохвостая русалка из Индийского океана. На этот раз все по-другому. Хвост у него черный, но не совсем черный.

Я не знаю, вызвано ли это отражением поверхности воды, но она показывает прядь холодного синего цвета, прорастающую из центра, как фейерверк, однако кончик усеян небольшим количеством красного, красного, который шокирует глаза и поражает сердце[2], это похоже на кровь, окрашенную на остром лезвии.

[2心心 / шокирует глаз, поражает сердце (идиома) - шокирующее/ужасное зрелище / ужасное зрелище]

Внезапно мои глаза начали чувствовать легкую боль, как будто в них закололо, мое сердце также начало порождать след неизвестного чувства. Я смутно припомнил легенду, которую Мистер Шиничи, старик, изучавший мерфолков в течение пятидесяти лет, рассказал мне, когда я посетил Окинаву, в Японии, несколько лет назад в исследовательских целях.

Это существо называется "ночной демон мерфолк".- Хвост у него иссиня-черный с красноватым оттенком, точно такой же, как у меня перед глазами.

Он рассказал мне со сдержанной паникой на лице, сказав только, что это существо гораздо страшнее тигровой акулы[3]. Определение ужасного было основано не на их наступательной силе, а на злой мистической силе, которую они несут.

[3] Тигровая акула считается одной из самых опасных акул, однако скорость ее нападения на человека невелика. Она занимает второе место в списке по количеству зарегистрированных укусов на человека, уступая только большой белой акуле.]

Он предупредил меня, что если мы когда-нибудь встретим такую русалку, мы не должны выносить ее на берег, а должны обращаться с ней как с краснохвостой русалкой, которую исследуют, иначе непредвиденная неудача обрушится на нашу голову.

- Злой дух из ада, - объяснил он.

Однако я не японец и не понимаю японской культуры, я несколько понимаю значение этого слова, но мог только догадываться, что оно, вероятно, похоже на китайского дьявола и Западного демона.

Что касается того, насколько это было ужасно, в том разговоре господин Шиничи не сказал мне, только закончил разговор резкой фразой: "Это вопрос, который должен храниться в тайне".- Мне показалось, что он пытается избежать моих расспросов и визитов. Когда на следующий год я отправился на Окинаву, то неожиданно узнал о его смерти и отказался от моего визита.

С тех пор эта загадка не выходила у меня из головы.

Но теперь эта легенда действительно предстала передо мной.

Независимо от того, было ли предупреждение Мистера Шиничи сказано до или после, сама Русалка для меня, как параноидального биолога, является искушением приблизиться к загадке смерти.

Когда его вынесли на палубу и поместили в резервуар с водой, мое сердцебиение в этот момент стало более неподвижным.

С помощью матросов я осторожно опустился на колени, ввел нужное количество анестетика в хвост и смело коснулся изгиба рыбьего хвоста после инъекции.

Холодная, мелкая чешуя на рыбьем хвосте не такая, как у других рыб, даже более гладкая и тонкая, чем кожа человека. Дельфин...напоминает настолько, что она похожа текстуру человеческой кожи, как человеческая нога, обернутая в тонкую мембрану.

Я испугался такой мысли, что нечаянно коснулся кончика хвоста рукой, и тут же последовала жгучая боль.

Я был удивлен, обнаружив, что у него на хвосте были шипы с треугольным хвостовым плавником, острым, как настоящий клинок.

Капля крови сорвалась с кончика моего пальца капнув на чешую и исчезла в мгновение ока, как будто впиталась.

Внезапно русалка резко дернулась, ее хвост изогнулся в мою сторону невероятной дугой, словно питон, пытающийся обхватить мою лодыжку, с которой не могли справиться даже несколько матросов.

Я рухнул обратно на палубу, застыв на месте, неожиданно ошеломленный, пока смотрел.

- Глупый мальчишка, ты что, совсем тупой?

Рейн поднял меня с земли, отшвырнул в сторону, наступил на рыбий хвост, который атаковал меня, и сразу же эффективно ввел остальную анестезию .

- Не надо! Это объем для акулы, слишком много может убить ее.- Закричал я. Видя, что хвост быстро стал послушным, когда он успокоился, я запаниковал и вырвал руку Рейна, прежде чем снять сеть с тела.

Мои руки не могли не дрожать от эмоциональной борьбы, возбуждения и страха, которые остались в моей памяти, что замедлило мои движения. Когда с головы сняли сетку, обнажив все тело, я задрожал всем телом и отступил назад, чтобы успокоиться.

Это моя первая встреча с живой русалкой В РЕАЛЬНОЙ ЖИЗНИ.

Она выглядит совсем иначе, чем собранные трупы и фотографии скелетов, накопленные в библиотеках и музеях. Если вы не посмотрите на этот рыбий хвост и эти острые уши, она в основном выглядит как человек.

Она лежала, согнувшись, лицо его было повернуто набок, волосы (не знаю, можно ли их назвать волосами) мокрыми прядями стекали на шею, лица не было видно, видна была только нижняя острая линия подбородка. Судя по профилю, у него могло быть красивое человеческое лицо, что, конечно, не было тем, что меня беспокоило.

Когда мой взгляд устремился вниз, волнистые мускулы на спине существа были хорошо выражены и натянуты, как тетива лука, ожидающая запуска, как свирепый водяной зверь. Я даже подозревал, что оно вдруг прыгнет и укусит меня, как акула.

Это русалка, которая, судя по всему, является взрослым мужчиной.

Когда-то я думал, что мерфолки свободны от пола и меняют свой пол только как мурены во время спаривания, но этот парадокс полностью разрушил мою гипотезу.

[4: Известно, что рыбы-клоуны, рябчики, мурены, бычки и другие виды рыб меняют пол, включая репродуктивные функции]

[T/N: Пожалуйста, обратите внимание на будущее: с этого момента я буду использовать конкретный пол

тритонов= мужчина русалка = женщина мерфолк = сбор/группы. Если пол не был указан, я буду использовать заглавную русалку.]

Мои глаза невольно опустились к нижней части живота, где действительно была выпуклость, просто обернутая в плоскую мембрану, которая росла вниз вместе с косыми мышцами живота, показывая небольшое отверстие в лобковой кости. [5]

[5: что-то вроде того, что показано ниже]

Это должно быть похоже на репродуктивную структуру дельфинов, которая прорастает только тогда, когда они спариваются со своим партнером, в том же состоянии, в котором человек(самец) делает со своей парой.

[Т/н: да, у самцов дельфинов есть пенис. Как и мужчины люди, не будет нуждаться в этом или получить жесткий, пока сексуальные / спаривание потребности]

Но есть ли у мерфолков та же репродуктивная система, что и у людей? Похожи ли их процессы размножения(половые сношения) на человеческие?

Любопытство в моем сердце не могло остановить желание, поэтому я достал фонарик, который был в моем заднем кармане, и планировал сделать простой осмотр прямо здесь и сейчас.

Однако, как только мой фонарик прошел над его головой, и как раз когда я собирался наклониться, он внезапно пошевелился. Хотя это было всего лишь небольшое движение, я немедленно отстранился, Рейн сразу встал передо мной на случай внезапного нападения.

Но никакого движения не было, только легкий наклон головы, мокрые волосы соскользнули с лица, так что можно было видеть половину его лица. Под веками у него был слой волос, похожих на ресницы, но они были светлыми, как рыбий хребет, в то время как зрачок был темным, глубоким и измеримым, как темное течение, плывущее в глубоком море, без какого-либо фокуса.

Но я очень четко сознаю, что он смотрит на меня, так что кажется, будто он оценивает меня.

Я вдруг почувствовал, как кровь застыла у меня в жилах. Основываясь на моем опыте биолога, я уверен, что такой многозначительный взгляд означает... он рассматривает меня как свою добычу.

Глава 2 - Секретный план

[2016.7.18，

раннее утро

По настоянию Рейна я временно отказался от осмотра морского животного. Однако, по известным данным, мерфолки, как и дельфины, относятся к млекопитающим с высоким интеллектом. Когда они захвачены и заключены в тюрьму без эффективных мер безопасности, эти существа могут сражаться более экстремальным способом за свою свободу. Например, самоубийство.

Это водное существо слишком ценно, поэтому я никогда не позволю угрожать его жизни.…

Даже если это означает рисковать собственной жизнью.]

Я писал в своем дневнике по одной строке за раз, с решимостью, столь же твердой, как резкие следы  чернил. Мой разум все еще, казалось, задерживался в темных зрачках глаз водяного. Следы затяжного озноба на моей спине все еще оставались, не могли быть стряхнуты.

До рассвета я хочу начать составлять план укрощения, точно так же, как мы относимся к диким дельфинам. Хотя в настоящее время мы не можем определить, насколько высок IQ водяного, я все же хотел бы попытаться связаться с ним, надеясь, что он сможет ослабить свою бдительность по отношению ко мне.]

- Дон, дон, дон!—

В дверь вдруг постучали

- Дешаров?

Это был голос Рейна. Я захлопнул дневник и засунул его в открытый шов кровати, чтобы он не обнаружил дневник. Если Рейн когда-нибудь узнает об этом плане, он обязательно остановит меня. Рейн всегда считал, что мерфолки - это естественные кровожадные существа, они такие же дикие, как большие белые акулы, и их можно наблюдать только в закрытом режиме. Но Рейн - мой наставник, его достижения в области супернатуральной биологии намного превосходили мои, и даже я не смог убедить его отказаться от этой идеи.

Как только дневник был спрятан, Рейн толкнул дверь. Я просто откинулся на спинку кровати и посмотрел на его приближающуюся фигуру, прищурив глаза, прежде чем плотно закрыть их, чтобы изобразить лицо спящего человека.

Он наклонился, его тень упала из воздуха:

- Перестань притворяться спящим, я только что услышал, как ты забираешься в кровать.

Я закрыл глаза и проигнорировал его, симулируя тяжелый сон, причмокивая губами, как будто я был во сне. Тем не менее, мгновение он, казалось, терпеливо ждал, но позже схватил мою раненую руку. Когда я только гадал, что он собирается делать, я почувствовал что-то холодное и мгновенно, укол жгучей боли пронзил мое тело. Чуть не выпрыгнув из кровати, я открыл глаза и увидел, что этот человек промокает мою руку пропитанным спиртом ватным тампоном!

- Какая ненависть, ведь ты практически пытаешься причинить мне смертельную боль, не так ли?

Я впился в него взглядом и оскалил клыки, но моя рука тут же была схвачена крепкой хваткой. Он не потрудился посмотреть на меня, но его брови были небрежно подняты, показывая намек на зловещее торжество, пока он медленно растирал мою рану. Я стиснул зубы, притворяясь равнодушным к боли, но на лбу у меня выступил пот. Рейн любил доставлять мне неприятности. Это буквально одно из его величайших развлечений в этом долгом и скучном морском путешествии.

"Угрюмый извращенец", мысленно выругался я.

Когда мои глаза потемнели, ватный шарик наконец был убран. Я с облегчением откинулся на кровать, но, к сожалению, Рейн все еще держал меня за руку. Вместо того чтобы отпустить меня, он притянул меня ближе, так что его губы почти коснулись кончика моего носа.

- Не рискуй приближаться к Тритону за моей спиной, Дершаров. Беспокойство, скрытое глубоко внутри ваших костей, снова пробуждается, не так ли? Я мог бы сказать, что что-то было не так просто по выражению твоих глаз сегодня.

Я был застигнут врасплох, отчего меня мгновенно прошиб холодный пот. Мой нос был полностью заполнен запахом сигар от его тела, даже заставляя мое дыхание становиться поверхностным.

- Нет, я уже знаю, насколько агрессивным может быть этот тритон после пережитого им нападения, к тому же я тоже из тех людей, которые боятся боли и смерти.

Я показал ему поврежденную руку, которая была натерта до красноты, и посмотрел на него с неподдельным страхом, но моя нечистая совесть уже подступала к горлу.

Адамово яблоко Рейна качнулось перед моими глазами, его нос фыркнул:

- ...ты, Дершаров, любитель приключений ... боишься смерти?

Я поспешно кивнул головой.

Он наконец отпустил мою руку, и я вздохнул с облегчением. Но тут он схватил меня за спину другой рукой и легко прижал к стене своим гораздо более сильным телом. В этот момент мне показалось, что он задушит меня, но он только опустил голову и тихо прошептал мне на ухо:

- Если я когда-нибудь узнаю, что ты сделал что-то нелепое без моего разрешения, я тебя изнасилую. Помни, что матросы на борту наняты мной.

Господи, чем больше я об этом думаю, тем забавнее мне становится.

Рейн - хвастливый человек, и к морякам, которые любили пошлые шутки, я уже привык к после того, как несколько месяцев был среди с этого хулиганского сообщества. Так ты думаешь, я все еще буду бояться этой нелепой шутки?

Я слегка приподнял голову, чтобы встретиться с кончиком его носа, чтобы противостоять ему с такой же резкостью[1]. Я открыл рот и спокойно произнес фразу.

- Когда ты меня изнасилуешь, мне разрешат изучать тритона? Если так... продолжай.

[1] - противостоять друг другу с одинаковой резкостью (идиома): Тит за тат / око за око]

Он был явно ошеломлен, очевидно, не ожидая, что я отвечу таким нелепым замечанием. Его рука на моей спине внезапно усилилась, она скользнула вниз по моему копчику и сорвала ремень, как будто он был зол. Я думал, что он просто шутит, поэтому пару раз лениво делал вид, что борюсь, пока мое бедро не наткнулось на его промежность.

Мое тело мгновенно замерло.

Взведенная Райном "игрушка" под его животом была крепко прижата ко мне.

Черт побери, мой наставник и партнер на самом деле гей, и на самом деле сексуально домогается меня, своего ученика!

Вспомнив, как мы с ним несколько месяцев стояли плечом к плечу и рука об руку(2), я вскочил с кровати, ударился головой о поручень и быстро отступил в сторону, подняв три пальца(3) с пепельным лицом:

- Оо, о, о, клянусь Богом, что я не трону этого тритона без разрешения.

[2: 勾肩搭臂-близкие, но дружеские отношения; союзник]

[3: подобно тому, как американцы используют свои мизинцы или скрещивают пальцы, чтобы дать обещание, китайцы поднимают три пальца, чтобы дать обещание, не связывайте это с голодной игрой]

Рейн отдернул руку и лениво приподнялся на кровати. Он поднял одну бровь и подозрительно уставился на меня, скрестив свои стройные ноги, даже не потрудившись скрыть вздувшуюся выпуклость на ширинке джинсов.

Я почесал слегка дрожащую щеку. Чтобы сгладить неловкость, я выдавил шутку сквозь стиснутые зубы: “он выглядит довольно хорошо, больше моего.”

Рейн посмотрел вниз, тень от челки скользнула по уголку его рта, втайне намекая на многозначительную ухмылку. Леденящее оцепенение, от которого кровь стынет в жилах, поднялось к моим ступням, и я подавил желание пинком распахнуть дверь и убежать. Я наблюдал, как он медленно и неторопливо поднялся с моей кровати, прежде чем наконец выйти.

Рейн, вероятно, думал, что его запугивание было успешным, поэтому он не продолжал преследовать меня. Но, к сожалению, я атеист, который никогда не посвящал себя какой-либо религии, так что это обещание было просто лицемерным жестом.

В ту ночь я не спал, спокойно ожидая, пока вся лодка затихнет, даже убедившись, что матросы на ночных дежурствах дремлют, прежде чем схватить флуоресцентную палочку и некоторое небольшое полезное оборудование, такое как небольшой Эхо-детектор и подводный DVs[4]. Я успешно общался со многими различными видами организмов, используя их, так что из личного опыта было ясно, что они были незаменимыми вспомогательными инструментами.

Но, конечно, самым важным все же был сам коммуникатор, использующий биологический опыт для общения.

2: 11 утра. Самый утомительный момент человечества. Я сверился с электронными часами на руке, как сурикат, прячущийся в темноте, я успешно избегал видимого участка наблюдаемой палубы. Я не терял времени даром и даже победоносно прокрался в нижний отсек корабля.

Когда я открыл дверь в конце трюма, в темноте появился зеленый свет, и вскоре в поле зрения появился цилиндрический стеклянный резервуар для воды. Я поднял флуоресцентную палочку и посмотрел на расплывчатую, изогнутую форму тонкой тени в группе искусственных водных растений и обнаружил, что тритон тихо и спокойно плавает в верхней части цилиндра. Сквозь развевающиеся волосы я мог видеть его опущенное, резко очерченное лицо, точно безмолвный демон в тихой ночи, приземляющийся, чтобы забрать мою душу в любое время.

Я сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить растущий адреналин, пульсирующий во мне, прежде чем подняться по винтовой лестнице, расположенной вокруг стеклянного цилиндра. К сожалению, мое сердце все еще не могло успокоить свое дикое биение.

Глава 3 - Рискованное Расследование

Я подходил все ближе к верхушке колоннообразного резервуара, с каждым шагом намеренно опускаясь на землю. Даже когда я стоял рядом с тритоном, он не реагировал, спокойно прислонившись к стене в форме колонны, как и раньше. По-видимому, он спал с опущенной охраной.

Я осторожно поддерживал свой темп и движение, его спокойное состояние было очень удобно для меня, чтобы записывать и наблюдать. Я отложил флуоресцентную палочку в сторону, включил режим ночного видения на ДВ-камере, прижался к наружной стенке резервуара и начал фотографировать его под разными углами от хвоста до головы. В тусклом свете в воде длинный обтекаемый хвост тритона обвился вокруг группы водных растений, как питон. Его три крылообразных хвостовых плавника перекрывались, как черный дым, подобно черным чернилам, распыленным группой каракатиц.

Я не мог не представить его в глубоком море, выглядящего призрачным и ужасным, как тень из ада. Было бы очень страшно встретиться с ним во время погружения.

Точно измерить длину нижней части его тела было невозможно, о ней можно было судить только по визуальному измерению, которое, казалось, составляло около 2 метров в длину. Прибавив к этому длину верхней части тела, он был примерно того же размера, что и взрослая тигровая акула.[1] я задавался вопросом, были ли они также равны по агрессивности.

[1:тигровая акула обычно достигает длины 3,25-4,25 м (10 футов 8 дюймов-13 футов 11 дюймов) просто представьте себе, что наш красивый самец ведет примерно такой же размер.]

Размышляя об этом, я отрегулировал угол обзора камеры и снял все, начиная с хвоста, открывая в объективе спину тритона. Все это время на палубе я лишь мельком взглянул на него и подумал, что верхняя часть его тела ничем не отличается от человеческой. Однако, когда я внимательно наблюдал за ним в этот момент, я обнаружил, что на внешней коже водяного был слой светящегося вещества, похожего на естественную кожу белухи, которую я видел раньше, которая тускло светится в воде, создавая ореол, который заставил меня почувствовать, что он неожиданно иллюзорен на мгновение.

Это была не просто иллюзия существования мерфолков, но и заставившее меня усомниться в реальности происходящего прямо здесь и сейчас, как будто я неправильно воспринимал, как во сне.

Были ли мерфолки существами, принадлежащими этому миру? Может быть, под глубоким морем есть еще одна планета, о которой мы не знаем?

Я покачал головой и заставил свой разум вернуться к здравому смыслу из моих диких и чувственных мечтаний. Черт побери, как я мог думать о таких вещах? Если бы Рейн услышал мои мысли в этот момент, он бы посмеялся надо мной и высмеял за мою нелепую софистику, просто чтобы досадить мне.

Разве передо мной не стоял настоящий тритон? Так почему же я все еще глупо думаю об этих вещах?

После минутной насмешки над собой, я снова сфокусировала взгляд на его коже. Она должна иметь защитную слизистую оболочку[3]. Вот почему мерфолки не были бы похожи на людей, которые покрываются уродливыми морщинами и становятся чрезвычайно хрупкими после долгого погружения в воду. Вся кожа мерфолка выглядела довольно гладкой, может быть, они были даже такими же жесткими и прочными, как кожа акулы.

[3: слизистая оболочка-мембраны, которые выстилают различные участки тела и покрывают поверхность внутренних органов. В основном защищает внутреннюю часть тела от загрязнений и опасных патогенов. ]

С этой мыслью я не мог не поддаться внезапному порыву прикоснуться к коже водяного собственными руками. Как раз в этот момент я внезапно обнаружил странную деталь на экране ДВ-камеры.

На могучей и тонкой руке водяного была большая рана. Хотя кровь не текла, кожа была открыта наружу, открывая вид на толстые мышцы внутри, которые были окружены мрачными отпечатками рядов зубов, которые, казалось, принадлежали акуле.

Мои нервы тут же напряглись, черт возьми, почему я не заметил этого раньше, возможно, он и раньше был слаб, а теперь, добавляя анестезию, неудивительно, что он был таким тихим.

В этот момент я не мог не порадоваться, что на всякий случай захватил с собой аптечку. Я убрал ДВ-камеру и со скоростью молнии и вскарабкался на верх цилиндрического резервуара для воды. Возможно, из-за моих внезапных больших движений, в то же самое время, я случайно уловил проблеск тени подо мной, двигающейся немного, прежде чем спокойно плыть вверх ко мне.

В этот момент у меня под ногами оказался тритон. Этот факт заставил меня бессознательно сделать глубокий вдох и посмотреть вниз.

В данный момент я стоял на полукруглой металлической платформе, которую хранители использовали для кормления. Через маленькое отверстие я мог видеть мерцающее отражение волн в свете фонарей, но не мог видеть, где был русал.

Всплеск...

Снизу донесся шум бурлящих подводных течений, свет в маленьком отверстии внезапно погас, и мимо пронесся тусклый размытый цвет, совершенно не похожий на обычную яркость воды. Тритон подплыл к другой стороне платформы, это была прозрачная стеклянная дверь за ограждением, которая отделяла единственный проход между дном воды и внешним миром.

Я не хотел открывать дверь, которая могла бы вызвать опасность, но, казалось, не было лучшего способа справиться с раной на тритоне прямо сейчас. Я не хотел, чтобы он умер от инфекции.

Я дотронулся до анестезиологического пистолета на пояснице, тонкий слой пота уже выступил на ладони, но глубоко внутри мои нервы беспокойно дернулись от волнения.

Это твой первый прямой контакт с живым водяным, не отступай сейчас, Дешаров. Успокойся, успокойся.

Я предупредил себя, прежде чем шаг за шагом приблизиться к краю ограждения, глядя на кошмарную тень под водой. Я протянул руку, взялся за наружную ручку стеклянной двери, медленно приложил некоторое усилие и открыл щель, которая могла пропустить только одного человека.

При этом, даже если бы водяной действительно напал на меня, его движения все равно были бы ограничены узким пространством, что также помогло бы мне защититься и дать отпор.

Я опустился на одно колено. По мере того как тень тритона постепенно поднималась из глубины, мое дыхание становилось затрудненным, как будто я тонул. Хотя моя рациональность все еще была жива и здорова, мой мозг уже стал хаотичным из-за напряжения и волнения.

Когда голова тритона вынырнула из воды, мое сознание на мгновение стало пустым, когда половина его тела высунулась из двери с каплями воды, брызнувшими мне на лицо, я, наконец, отреагировал, однако мой разум все еще был немного вялым, поскольку я не мог вспомнить, что я здесь делал, как будто я был околдован, когда мой взгляд был захвачен темными глазами, скрытыми волосами водяного.

При столкновении с любым свирепым животным лучше избегать зрительного контакта, иначе они могут почувствовать себя спровоцированными и напасть на вас. Эта мысль была очень отчетлива в моей голове в тот момент, поэтому я старался избегать его взгляда. Мое зрение, однако, отказывалось отрываться от едва различимого лица, маячившего в воде, это было лицо, которое я не мог описать.

Он был не так красив, как мифические мерфолки, но я должен был признать, что он был более захватывающим, чем любое человеческое существо, которое я когда-либо встречал. Его очертания идеально сочетались с резкостью. Если бы такое лицо было у человека, я бы, конечно, счел его русским солдатом аристократического происхождения.

Но я не мог придумать ни одного красивого риторического слова, чтобы похвалить его, на ум пришло только слово, которое Мистер Шиничи пробормотал со страхом.

Демон.

Эти глаза глубоко утонули в тени его бровей, впитывая мрак глубокого моря. Но уголки его рта были слегка приподняты, как бы насмехаясь над чем-то, это улыбающееся выражение было полно неописуемого кокетства и лукавства.

Впервые я почувствовал то, что мистер Шиничи назвал "глубочайшим страхом сердца".

Это был вкус, от которого даже душа трепетала.

Когда я замер от испуга, его торс уже полностью поднялся, и, держась одной рукой за край платформы, его мокрое тело сумело выпрямиться. Открытая часть, которая была видна из воды, образовала тень, которая была выше меня, которая полностью окутала мою фигуру сверху. Я удивленно уставился на него, потому что не могла представить, как его хвост может поддерживать центр тяжести внутри воды, что было невозможной задачей для такого типа телосложения.

Я настороженно отступил назад, одновременно поднимая анестезиологический пистолет, но он вдруг завилял хвостом вверх и резко приблизился ко мне, оставив между нами только половину расстояния вытянутой руки, прежде чем наклонился ко мне, как питон, наблюдающий за своей добычей.

Боже милостивый, эта ситуация была слишком ужасной.

Я подскочил в шоке, так как был застигнут врасплох, моя другая рука пошла, чтобы закрыть мою голову обычным способом, в результате чего флуоресцентная палочка упала в воду. Внезапный переход от света к темноте заставил меня потерять равновесие. Сначала я стоял на одном колене, но не успел подняться, как потерял центр тяжести и не успел сделать и двух шагов, как отшатнулся и упал на землю.

В этот момент я полностью потерял свое географическое преимущество, и мое тело каким-то образом стало чрезвычайно вялым до такой степени, что я мог только свернуться калачиком, как умирающая улитка, чтобы спрятаться. Я даже не мог разглядеть, где находится русал и как близко он ко мне подобрался. Я мог только чувствовать странный и влажный аромат, исходящий из темноты, который заставлял атмосферу чувствовать себя замерзшим. Холодная вода капала мне на голень одна за другой, а потом вдруг лодыжка почувствовала холод, ее словно крепко схватило что-то мокрое и липкое.

Это рука тритона...

Когда я осознал это, потная ладонь быстро сделала мою хватку на анестезиологическом пистолете ненадежной. Нижняя часть моего тела вообще не могла двигаться, позволяя Водяному скользить вверх по моим ногам. С сильно бьющимся сердцем я ждал, когда его голова приблизится ко мне, чтобы я мог ввести анестетик в артерию внутри шеи, что было самым быстрым и эффективным способом остановить его атаку.

Вскоре длинные, густые и мокрые волосы водяного упали мне на кожу, каждая прядь рассыпалась по ногам, бедрам и, наконец, по низу живота, где он остановился.

В этот момент мышцы в моих ногах напряглись от напряжения.

Я не был точно уверен, что он хотел сделать, но было очень вероятно, что он хотел разрезать мой живот и съесть мои внутренние органы.

Если бы я решил выстрелить в этот момент, то, скорее всего, повредил бы тритону голову. Между жизнью тритона и моей, я должен принять решение немедленно.

Но в тот момент, когда я колебался, вдруг послышался ряд низких и странных звуков.

""Де-ра-ку-ла..."

Это был какой-то низкий звук, который, казалось, исходил из вибрации горла, немного похожий на русский язык. Моя семья из России, и эта привычная манера говорить заставила мое сознание немедленно отвлечься от хаотических мыслей о предсмертной встрече.

Хотя было невозможно судить, что он хотел сказать, по крайней мере, это доказывало, что Водяной не был чисто животным существом, так как он не пытался напасть и съесть меня в данный момент.

Иначе как странно было бы общаться со своей добычей, прежде чем съесть ее!

Может быть... этот тип мерфолков мог понимать человеческий язык. Это может быть просто смелым предположением, потому что не было никаких записей об успешном общении между людьми и мерфолками в истории, кроме использования различных промежуточных путей. Возможно, я действительно первый человек в мире, у которого есть успешный и прямой разговор с водяным.

Я сделал глубокий вдох, чтобы заставить себя успокоиться, прежде чем посмотреть вниз, чтобы встретиться лицом к лицу с водяным, который давил на мою нижнюю часть живота, когда я смотрел на него.

Его глаза, скрытые завесой волос, испускали слабый голубой свет, похожий на зрачки волка [4], показанные в объективе камеры ночного видения.

[4: что-то вроде этого, но представьте себе, что он синий]

Я с усилием проглотил слюну и проглотил свой страх обратно в желудок, прежде чем отчетливо произнести тихим шепотом:

- Эй, послушай, я не причиню тебе вреда. Тебя укусила акула. Я просто хочу продезинфицировать твою рану.

Я даже указал на раны на его плече, но моряк ничего не ответил, он лежал на моих ногах, как и прежде, крепко сжимая их руками, без малейших признаков ослабления.

Я почувствовал некоторое разочарование, но в тусклом свете флуоресцентных ламп, падавших под воду, я увидел, что уголки рта водяного, казалось, шевельнулись, слегка приоткрылись, углубляя слабую улыбку на его лице, как будто он усмехался, как будто дразнил.

Чувство страха снова поползло вверх по моей спине, подавляя мое уныние. Когда-то я думал, что разум мерфолков находится где-то между дельфинами и людьми, и я опубликовал много работ на эту тему под руководством Райна. В тот момент у меня были большие сомнения относительно моих прошлых суждений.

Из-за выражения лица Тритона у меня было ужасное ощущение, что я не знаю, было ли это ложью или нет.

Он был высоким существом, которое могло играть мной между ладонями с его уникальной мудростью. Настоящий охотник.

Глава 4 - Кто добыча?

В тот самый момент, когда эта мысль пришла мне в голову, тритон наклонил голову к моему животу, и из-за моей предыдущей борьбы моя одежда была туго натянута, открывая большую часть моего живота.Водяного, похоже, заинтересовала моя обнаженная кожа.

Я с удивлением наблюдал, как голова водяного приблизилась к шву моих штанов и глубоко втянула воздух. Его нос сморщился, он выглядел пьяным, как будто мое тело было чашей соблазнительного вина. Если бы это была красивая русалка (помните: женщина, если в нижнем регистре), которая сделала это выражение, то это была бы сцена крайнего эротизма

Но реальность была такова... Передо мной загадочный тритон с опасными мотивами, который может напасть на меня в любой момент.

Я чувствовал только страх. Я наблюдал, как голова водяного склонилась ниже, когда он убрал руки с моей ноги, чтобы обхватить мое тело с обеих сторон. Используя свои длинные и сильные руки, он образовал кандалы, чтобы сдерживать мои движения.

Ногти у него длинные и острые, с полупрозрачной "перепончатой перепонкой"[1] между пальцами. Острые лопатки торчали из его изогнутой спины, как две недоразвитые кости "крыльев дьявола".

[1: Хороший вид на лопатку нашего красавца ведущего и перепончатые когтистые руки]

Давай не будем говорить о том, как мне его приручить. Во-первых, в данный момент гораздо важнее было спасти себя.

Мои брови резко подскочили. Тритон опустил голову, но его веки были подняты вверх, и он поймал мой пристальный взгляд со зловещим выражением на лице. Я не знал, была ли это странная врожденная сила ночного демона, о которой предупреждал Мистер Шиничи, реальной, но я чувствовал себя так, словно на меня наложили какое-то проклятие, когда я была пригвожден к месту, неспособный двигаться.

Сквозь его густые растрепанные волосы я беспомощно наблюдал, как тонкие губы водяного, растянутые в острой, как бритва, улыбке, слегка приоткрылись, позволяя появиться алому кончику языка. Он опустил голову и коснулся губами нижней части моей растянутой рубашки, как будто пробуя добычу, он начал лизать мой пах.

Он лизал осторожно и беспорядочно, ощущение влажного и холодного прикосновения проникло в мой костный мозг, как питон, заставляя меня дрожать всем телом, позволяя моему страху быстро достичь своего пика за долю секунды.

Мой разум шумно гудел, как будто он страдал от взрыва, мое тело стало жестким из-за атаки на мои чувствительные части, с моими дрожащими руками, я едва поддерживал свое тело, которое было на грани обморока.

Когда он приблизился к основанию моего бедра, тритон поднял голову, и я заметил, что его многозначительное выражение изменилось. Его язык облизал губы, как будто ему все еще не хватало моего вкуса, и посмотрел прямо на мою нижнюю часть тела, как будто в моих штанах было что-то еще, что привлекло его интерес.

...Поскольку это был взгляд голодного существа, исполненного инстинктивного желания, я не сомневался, что в следующую секунду он откроет рот и проглотит всю нижнюю часть моего тела.

—Если я не начну действовать сейчас, только небеса будут знать, сбудется ли эта ужасная догадка!

Судя по его нынешнему плавному движению, инъекция, которую он получил несколько часов назад, должно быть, уже потеряла свою эффективность. У этого парня очень быстрый метаболизм, даже если я сделаю ему еще один укол/инъекцию / дозу, это не поставит под угрозу его жизнь.

Помня об этом, я сильно прикусил кончик языка, и боль немедленно помогла мне принять быстрое решение из этого парализованного состояния нажать на курок и точно ввести крошечную анестезирующую иглу в шею водяного.

Его плечо слегка дрогнуло, прежде чем он поднял голову и посмотрел на меня своими темными и мрачными глазами.

В этот момент я почувствовал неописуемый ужас, от которого кровь застыла у меня в жилах. На мгновение мне даже показалось, что анестезия прошла и я вот-вот умру под его когтями.

Однако ситуация неожиданно сложилась не так, как я себе представлял.

Русал покачнулся пару раз, прежде чем упасть на бок, его сильные скользкие руки не смогли удержать центр тяжести. Я воспользовался возможностью вытащить свое тело из-под него, но моя нога случайно наступила на его скользкий боковой плавник, заставив все мое тело упасть обратно. Я поспешно попытался приподняться с пола, но не успевал управлять своим центром тяжести, как оказался верхом на питоноподобном хвосте водяного.

Должно быть, тритон пришел в сознание из-за давления моего веса, его полуприкрытые глаза вскоре открылись, и когда мои глаза встретились с его глубокими зрачками, его руки вокруг моей талии внезапно напряглись. Я ощутил острое прикосновение перепончатых когтей русалки, проникающих сквозь ткань позади меня, как будто он собирался разорвать меня пополам сразу.

В спешке я поднял свой анестезиологический пистолет и направил его на его голову, угрожающе сказал:

- Эй, приятель[2], Послушай, я действительно не хочу причинять тебе боль, но ты должен сначала отпустить меня. Вы должны знать, насколько мощна эта штука.

[2: 夥計 - не тот тип самок, это обычное слово, используемое при обращении к кому-то, более конкретно к мужчине. Обычно используется на людях, с которыми вы не близки или когда вы не знаете их имени. Например: партнер / товарищ / напарник / мужчина

Я не шарахнулся от него, а набрался храбрости, чтобы гневно посмотреть в глаза тритону, произнося одно слово за другим повелительным тоном с высокомерно поднятой головой. В то же время головка анестезирующего пистолета была направлена ему в голову.

Я не ожидал, что он поймет по-английски, но с его IQ решил, что он, по крайней мере, поймет мою угрозу. Поскольку мы хотели приручить этого тритона, очень умное существо, и сделать его послушным, мы должны были придумать другой новый метод, чтобы он сотрудничал с нашими исследованиями...

Я хочу, чтобы он понял, что я сильнее и умнее его. Сначала я должен его усмирить.

Я не знаю, было ли это из-за помощи(от анестетика), но я нахожу, что этот метод действительно, казалось, работал сразу.

Тритон послушно ослабил хватку своей руки, лежавшей на моей спине, но все еще продолжал мягко давить на меня. Его веки медленно закрылись, светлые ресницы опустились, как мокрые крылья, и хищное выражение, которое он сделал несколько секунд назад, смягчилось.

Помимо присущей русалке темноты, я должен признать, что выражение его лица в этот момент выглядело очень мягким, что делало его еще более безобидным, чем дельфин. Эта доза анестетиков действительно предназначена для дельфинов, хотя это не может заставить его заснуть, по крайней мере, это не может замедлить его и заставить его чувствовать себя сонным.

Более того, тритон наверняка боится грозной мощи анестезиологического пистолета, хотя его ухмылка вызывала у меня чувство страха, не имея твердой основы, на которую можно было бы положиться, я с трудом верил, что у этого русала может быть достаточно высокий IQ, чтобы разыгрывать на мне коварные заговоры и махинации[3].

[3:陰謀詭計: коварные заговоры и махинации (идиома) - интрига или коварное действие или хитрый замысел, предназначенный для достижения какой-либо обычно злой цели]

Я почувствовал облегчение, наконец-то взяв ситуацию под контроль.

Глава 5 - Опасное Нарушение

Я подождал, пока его дыхание успокоится, после того как убедился что он был в парализованном состоянии, и только тогда я осмелился протянуть руку к аптечке, брошенной в сторону, нашел дезинфицирующее средство, очистил и осмотрел его рану.

Рана на плече русала была очень большой, и открытые мышцы были покрыты прозрачной слизистой оболочкой, которая эффективно предотвращала потерю крови, но, к сожалению, также задерживала его заживление. Более того, под мембраной обнаружилась странная выпуклость. Я осторожно анестезировал его и осторожно разрезал слизистую оболочку. Конечно же, я вытащил сломанный акулий зуб из его раны, он был в половину моего большого пальца, и края были неровными.

Эта штука принадлежала взрослой тигровой акуле. Должно быть, вчера или недавно назад у Водяного произошла жестокая стычка со взрослой тигровой акулой. Судя по его нынешнему состоянию здоровья и тяжести сломанных акульих зубов, судьба этой акулы должна быть гораздо более трагичной, чем у самого тритона.

А может, и нет...

Чтобы проверить свое предположение, я не удержался и ощупал живот водяного. Конечно же, он был полон и выпирал, еда все еще была непереваренной. Возможно, он соперничал с этой акулой за пищу, а может, сама акула была его добычей.

Я невольно прищелкнула языком, удивляясь силе атаки русала, представляя, как он сражается с акулами в глубоком море. Должно быть, это очень волнующая сцена.

Тритон не знал, о чем я думаю в этот момент, он только щурил глаза и молчал, наблюдая за каждым моим движением, как внимательный наблюдатель. Слегка приподняв бровь, Он посмотрел на мою руку, лежащую у него на животе, и на его лице появилось интересное выражение.

Как будто все, что я для него делал, он воспринимал только как какую-то шутку.

Эта мысль вызвала у меня сильное чувство дискомфорта, поэтому я быстро отдернул руку, чтобы зашить его рану. Однако мое запястье было крепко зажато еще одним из его перепончатых когтей.

Я тут же схватил анестезиологический пистолет и приставил его ко лбу в качестве предупреждения. Тритон поднял веки и взглянул на дуло моего ружья, казалось, безразлично, не испытывая ни страха, ни желания отомстить. Он все еще лениво лежал на полу, как тюлень под солнцем, даже сила его хватки на моем запястье была очень легкой.

Мои напряженные нервы немного расслабились. Тыльная сторона моей ладони была схвачена одной из влажных и холодных рук мермана, затем моя ладонь прижалась к его твердой как камень мышце, и потерлась о его живот, вызывая трение, его хвост мягко покачивался подо мной, казалось, удобно. Его глаза тоже были устремлены на меня, казалось, в тихой воде его глаз таится скрытое подводное течение,они чего-то ждут, на что-то намекают, словно пытаются выразить сложное требование.

Поскольку мы хотели лучше понять мерфолков, этих таинственных созданий, мы могли бы попытаться жить с ним в мире отныне, и, возможно, это сработает лучше, чем пытаться приручить его. Думая об этом таким образом, я смело подчинился его жесту. Я спокойно положил ладонь ему на живот и нежно погладил и пощекотал вдоль линии его мышц, точно так же, как ласково и дружелюбно обращаюсь с дельфином.

Как я и предполагал ранее, кожа мерфолка была гладкой и нежной, как тонкий шелк, и гораздо толще и эластичнее, чем у человека. Прикоснуться к нему было все равно что прикоснуться к гигантской тигровой акуле, проплывающей вниз по течению из-под моей руки. Необъяснимо, но смутное волнение поднялось из глубины моего сердца.

Казалось, что тритону человеческие прикосновения доставляют такое же удовольствие, как и дельфинам. Он с удовольствием двигал своей тонкой и мощной шеей, рука, лежавшая у меня за спиной, обвилась вокруг моей талии, и точно так же, как я делала с ним, он ласкал мою спину своей сильной, атласной ладонью. Хвост водяного качнулся подо мной в плавательном движении, он приподнял меня за ягодицы и начал осторожно двигать ими.

Дискомфорт почти ошеломил меня за долю секунды.

Стыд, чувство предательства своей морали и страх одновременно овладели моими нервами. У меня было не только впечатление, что я занимаюсь с ним сексом, но и иллюзия превращения в русалку, на которую он напал.

Что же это за кошмарный опыт!

Мои нервы были напряжены до предела. В то же время, водяной придвинулся еще ближе, к точке, где мы могли бы тереться друг о друга. Горячее дыхание его рта было выдохнуто мне в шею, как страстное желание, которое в любой момент могло вторгнуться в мое тело, превратившись в невидимое подводное течение, которое могло проникнуть глубоко в мою шею.

Неудержимый жар, вырвавшийся из моего тела, заставил меня перевернуться, чтобы опереться на рыбий хвост, который был ниже моих ягодиц. Он, который был на голову выше моей полусогнутой фигуры, обхватил меня руками. Я случайно увидел, как он сглотнул от желания, которое еще не было удовлетворено, его тонкие губы раскрылись в том, что можно было бы назвать сексуальной, но демонической усмешкой с острыми зубами.

- А ... ГА ... РЭС...

Тритон прошептал мне на ухо низким стоном, его голос был глубоким и хриплым, похожим на звук набегающих волн, эхом отдающихся в глубоких морских впадинах.

Эти ноты прерывистого шепота напомнили мне Агареса, Духа похоти в "Ключах Соломона".Голос Водяного также, казалось, имел дьявольскую природу злых духов. Я чувствовал себя так, словно меня околдовали, даже сила в моей шее на мгновение исчезла, позволив ему прикусить мое ухо губами, позволив его языку обвиться вокруг и жадно сосать.

[1: Агарес (также Агарат, Агарос или Агарус) - демон, описанный в демонологических гримуарах и являющийся частью 72 духов Соломана. ]

Последовательность этих низких шепотов все еще оставалась глубоко в моих барабанных перепонках, мой разум был как водоворот, тяжелый и головокружительный, заставляя меня качаться и раскачиваться на теле тритона. Его острые перепончатые когти прорвали ткань на моей спине, холодок пробежал по позвоночнику и спустился вниз, к нижней части тела, в то же время, влажный и грубый рыбий хвост протиснулся между бедрами, разделяя их.

В своем смятенном состоянии я осознавал все происходящее, но все еще был бессилен сопротивляться. Как в кошмарном сне, все вокруг нас было покрыто призрачным черным туманом, отчего мир казался искаженным. Только все более и более тяжелая похоть внизу живота была настолько ощутимой, что она была непреодолимой.

Когда я уже начал понемногу терять сознание, я вдруг услышал вдалеке крик:

- Дешаров!

- Дешаров!

Крик становился тем отчетливее, чем ближе он раздавался, пронизывая туман и сразу проясняя мое душевное состояние. Я резко очнулся от своего одержимого состояния, и давление на мое тело внезапно ослабло. Не успел я толком разглядеть, как водяной уже поднялся с земли, превратился в тонкую темную тень, прыгнул в резервуар с водой и постепенно исчез в зарослях водяных растений.

Секунду или две я пребывал в панике и только потом понял, что не знаю, когда и почему мое тело промокло, одежда на верхней части тела сильно порвалась, а на спине зияла огромная дыра, и вода стекала ручьями в лужи подо мной.

Что только что произошло?

Мой мозг, казалось, был отформатирован в чистый лист, я не мог вспомнить, что произошло несколько секунд назад, я был в состоянии только вспомнить себя, пытаясь получить сперму тритона.

Моя попытка была явно неудачной. Возможно, именно мое поведение испугало тритона и заставило его так быстро убежать.

Я смотрел на спокойную воду, чувствуя себя немного подавленным из-за этой мысли.

- Дешаров, где ты?

Это голос Рейна! Он, казалось, был на палубе над моей головой. Как только я почувствовал странное онемение на голове, я быстро пошел, чтобы забрать разбросанную коробку с лекарствами и видеокамеру, прежде чем выбежать из нижнего отсека в панике.

Глава 6 - Непредвиденное

Я быстро вернулся из нижнего отсека в свою личную каюту и, прежде чем Рейн успел догнать меня, запихнул все под кровать, сбросил промокшую одежду и бросился в ванную.

Таким образом, когда он спросит, я могу сказать, что принимал ванну и поэтому не слышал его, Хотя это оправдание может быть несколько маловероятным.

Я со страхом и трепетом прислушивался к любым признакам активности снаружи, прежде чем открыть кран душа. Из разбрызгивателя хлынула горячая вода, и я быстро ополоснулся, но, несмотря ни на что, мне все еще было трудно успокоиться.

Казалось, что странный запах тритона, оставшийся на моем теле, невозможно было смыть, он вызывал головокружение,если принюхаться. Кроме того, казалось, что было невообразимое последствие, которое заставило меня прислониться к стене и посмотреть вниз.

То что у меня у меня между ног, я не знаю, когда он встал, более того, он тоже стал очень твердым.

Это случилось в неподходящее время.

Беспомощно нахмурившись, я протянул руку и схватил озабоченную тварь внизу. Я прислонился к стене и принял удобную позу, прежде чем размять и растереть легкими и нежными движениями.

У меня всегда была привычка удовлетворять свои физические потребности в душе, что нормально для 20-летнего мужчины. Но на этот раз казалось, что желание гораздо сильнее. Я чувствовал себя переполненным наслаждением с каждым маленьким движением, которое я сделал, даже заставляя мои бедра дрожать и ноги подгибаться. Мое горло переполняли унизительные стоны, и только прикусив губу, я смог сдержаться.

Нахлынувшее наслаждение вскоре захлестнуло мой мозг. Я поднял голову и позволил воде литься мне на лицо, пока мое сознание, казалось, следило за поднимающимся в воздух паром, а затем окунулось в море. Темно-синяя вода была глубокой и мелкой передо мной, когда я погружался все глубже и глубже в море, недоступное свету.

Затем длинный и изящный силуэт появился позади меня из темных глубин, разделяя поток воды, когда он приближался ко мне. По мере приближения ко мне его очертания становились все четче.

После этого что-то влажное обвилось вокруг моих ног, скручивая их вместе, и глубокий и низкий голос околдовал мое ухо:

- А…га...рес...

Агарес... с какого языка пришла эта цепочка фонетических символов и что она означает?

Я, кажется, слышал это только вчера вечером. Я изо всех сил старался вспомнить его, но всегда чувствовал, что есть кусочек памяти, который нельзя собрать воедино. Это ощущение было очень странным, как будто кто- то специально вырезал часть видеокассеты, прежде чем склеить ее обратно.

Вода, брызнувшая мне на лоб, казалось, только сделала мой мятущийся ум еще более сумбурным. Только идея погони за моим удовольствием к вершине была ясна. Я повиновался своим инстинктам и несколько раз нетерпеливо начал тереться. В середине моего голоса, звучащего свободно в моей собственной барабанной перепонке, я достиг кульминации и отпустил свои руки

После освобождения всегда бывает временное состояние расслабленности, но я приходил в себя особенно медленно, через некоторое время я все еще чувствовал головокружение, и мои ноги были неустойчивы

Должно быть, это из-за того, что я совсем не спал прошлой ночью.

Я выключил разбрызгиватель и покачал мокрой головой, прежде чем повернуться и опереться вертикально на скользкую стену, пытаясь протрезветь от холода. Последние капли стекали вниз по моей шее, следуя дорожками вниз с ритмичным шумом. Это было волнующее зрелище, рисунки похожие на водяные растения, которые напоминали мне густые длинные волосы водяного человека . Я также не мог не думать о том, что на меня смотрят эти темные, звериные зрачки, и у меня сразу же побежали мурашки по коже .

Всего несколько минут назад у меня действительно была сексуальная фантазия об этом тритоне.

Я действительно зашел так далеко, что испытал сексуальное влечение к нечеловеческому существу!

Господи. Ты что, свел себя с ума, проводя все эти исследования, Дешаров?

Я прижал кулак к губам, открыл рот и сильно прикусил тыльную сторону ладони, но этого было недостаточно, поэтому я сильно ударил им о стену.

Кровь медленно стекала по моим пальцам, но боль действительно сильно отрезвила меня, однако чувство стыда становилось все сильнее и сильнее. Мой разум даже вспомнил мое воображение только что: я был прижат к голой коже тритона, а его хвост покачивался между моими бедрами, как будто мы совершали ...

Половой акт.

Как же это я додумался до такого!

Я посвятил себя биологическим исследованиям и никогда не имел сексуального опыта. Но из моих собственных биологических знаний я знал, как мужчины могут заниматься сексом друг с другом. Строение тела мерфолков было так похоже на человеческое, что делало их сексуальное поведение тоже похожим. После минутного раздумья я почувствовал себя очень неловко, даже мои уши начали нагреваться. Я не мог не радоваться тому, что это было всего лишь нелепым воображением, поскольку такое невозможно было сделать в реальности.

Наверное, я слишком устал. Я похлопал себя по лбу и успокоился в душе. Я взял лежавшее рядом банное полотенце и, обматывая им нижнюю часть тела, вдруг услышал позади себя щелчок. Когда -то запертая дверь как- то неожиданно открылась.

Мое сердце встревожилось, когда позади меня раздался знакомый голос:

- Уоллес, почему ты здесь?

- Голос Рейна был полон безукоризненного гнева.

Я не могу позволить Рейну увидеть кровь на моей руке. Пока я думал об этом, я прислонился к стене, как и раньше, чтобы изобразить ленивое поведение после принятия душа с лицом, повернутым в сторону: “Эй, в чем дело, чувак? Что это за спешка такая сразу с утра?”

В тумане я увидел мрачное лицо Рейна, почти пепельное. Однако я чувствовала, как его взгляд скользит по моей спине, словно острый клинок, прежде чем остановиться на краю банного полотенца, обернутого вокруг моей нижней части тела. Я не мог избавиться от ощущения внезапного напряжения в позвоночнике и зловещего чувства, поднимающегося из глубины моего сердца.

Как же я ненавидел, что у меня не было времени надеть халат после того, как я узнал о неприличных мыслях Рейна по отношению ко мне!

Я чувствовал себя крайне неуютно и тревожно. Я начал обмахивать шею ладонью и поспешил к двери, пытаясь обойти его.

- Эй, приятель, здесь очень жарко. Если у тебя есть что сказать, как насчет того, чтобы пойти и поговорить?

Убеждая его, я быстрыми и широкими шагами подошел к двери ванной комнаты рядом с Райном, но он все равно был на шаг быстрее меня. Его гораздо более высокое тело развернулось и преградило мне путь, прежде чем запереть дверь со щелчком.

Мои глаза скользнули вверх по его обнаженному запястью с синими прожилками, пока не встретились с острыми, обжигающими карими глазами. Угроза, которую он однажды произнес, пришла мне на ум, и я подсознательно отступил назад и схватился за банное полотенце, которое вот-вот должно было соскользнуть вниз.

- Райн, я...

Я сглотнул слюну и попытался что- то объяснить, но прежде чем я успел произнести хоть одно предложение, мое тело с огромной силой потащили вперед, а тело Райна прижало меня к двери сзади. Его твердая грудь плотно прижалась к моей спине, и я сразу же почувствовала непреодолимое давление, от которого стало трудно дышать.

- А что я говорил вчера вечером, Дешаров? Хм?

Его рука скользнула вниз по моей талии, чтобы ухватиться за край банного полотенца. Я не ожидал, что Райн вдруг станет таким пугающим, потому что, если не происходило чего- то важного, он всегда казался мягким и остроумным, как типичный профессор и ученый, который определенно был другой личностью с прошлой ночи до настоящего времени. Я даже подозревал, что у него было диссоциативное расстройство личности .[1]

1] диссоциативное расстройство личности , ранее называвшееся множественным расстройством личности, обычно является реакцией на травму, как способ помочь человеку избежать плохих воспоминаний. Диссоциативное расстройство личности характеризуется наличием двух или более различных личностных идентичностей. Каждый из них может иметь уникальное имя, личную историю и характеристики.

В этот момент я должен был признать, что испугался, потому что был застигнут врасплох.

Я действительно поверил, что его угроза не была шуткой.

Моя спина покрылась холодным потом:

- Я не знаю, о чем ты говоришь, Райн, ты немного успокойся!

Райн фыркнул, хотя смех показался мне ужасающим:

- Ты забыл? Тогда, может быть, ты хочешь, чтобы я применил силу, чтобы помочь вам вспомнить? Я предупреждал вас, чтобы вы не приближались к тритону , этому опасному существу, но кто оставил флуоресцентную палочку в конце отсека для воды?

У меня вдруг перехватило дыхание. Я так разозлился на собственную небрежность, что мне захотелось врезаться в стену и покончить с собой . Придираться было бесполезно, но мне было трудно отступить:

- Может быть , может быть, она упала сегодня с палубы, клянусь, я туда не ходил!

- Я не поверю вашим словам. Дэшаров, ты насквозь промок ... маленький лгун.- Райн вдруг назвал меня моим настоящим именем так спокойно, что оно глубоко врезалось мне в спину, заставив ее онеметь. То, как он это заключил, создавало впечатление, что он проводит фактическую биологическую идентификацию.

Его правая рука обвилась вокруг меня, ограничивая с обеих сторон, крепко обхватив мою руку, в то время как другая рука схватила мое банное полотенце и сдернула единственное, что прикрывало мое тело.

Я совершенно уверен, что Райн говорил серьезно. Никто на этой лодке не придет и не спасет меня!

- Райн, не веди себя опрометчиво, я же твой ученик!

Я взвыл и начал дергаться и вырываться, как кролик, но разница в физической силе была так велика, что каждый дюйм моей подвижности был ограничен в незначительной степени, за исключением моих голых ягодиц, которые все еще могли напрягаться и поворачиваться. Но я бы предпочел не двигать ими, потому что нет никакого смысла в этом, кроме дальнейшего провоцирования Рейна.

- Если ты согласен, Дешаров... я долго сдерживался, - сказал Рейн полуугрожающим, полусоблазняющим тоном.

Как полицейский, арестовывающий преступника, он заложил мои руки за спину и вытянул руку, чтобы убрать волосы с моей шеи.

- С того самого дня, как ты выбрал меня своим наставником, ты мне нравишься. Если вы будете слушаться меня, я смогу заставить правительство поддержать ваш исследовательский проект о мерфолках, и вы станете всемирно известным... и даже станете биологом, более выдающимся, чем Уоллес и Дарвин.

Услышав эту фразу, Я несколько секунд сидел молча. Но не потому, что у меня было искушение, а потому, что я никогда не думал, что мой превосходный наставник и партнер, человек, которого я уважал, будет явно использовать взятку в качестве приманки. По иронии судьбы , взамен он хотел получить меня, своего ученика, мое мужское тело.

Я жил в мире ученых, поэтому это заставило меня пренебречь грязной и жестокой реальностью.

-Ты согласен , Дешаров?- Райн коснулся моей обнаженной груди, и в его голосе послышались нотки успеха. Он наклонил голову и поцеловал меня в шею, прежде чем вздохнуть: - ты пахнешь так ароматно, что я даже не могу позволить себе запятнать тебя.

Я отвернулся, как будто меня ударило током. Чувство униженного отвращения заставило меня подняться в гневе, заставляя бороться еще сильнее:

- Я отказываюсь! Райн, я отказываюсь от этой грязной сделки и отказываюсь продолжать быть твоим учеником! Я бы лучше брошу учебу! Ах ты бесстыжий ублюдок!

- Но разве я дал тебе возможность отказаться?

Райн расхохотался. Он схватил меня за руку, развернул к себе и обхватил своей огромной ладонью шею и затылок, заставляя поднять голову и посмотреть ему в лицо. Я не стал уклоняться от прямого взгляда на него. Я стиснул зубы и сделал свое лицо более жестким и упрямым, чтобы он мог полностью понять, что я не слабый человек.

С точки зрения духовной и моральной этики, такого поведения было достаточно, чтобы я не обратил внимания на степень бакалавра.

- Я отказываюсь. Райн. Не позволяй мне презирать тебя.

Его навязчивая и угрожающая улыбка медленно исчезла под моим властным взглядом, оставив на лице терпение и сдержанность. Его брови дернулись, когда он наклонился к моему уху, чтобы прошептать:

- Дешаров, ты слишком чист и прост. Когда- нибудь та целостность, о которой ты думаешь, рухнет перед жестокостью реальности, и ты подчинишься мне. Что же касается меня, то я буду ждать этого дня. Этот твой восхитительный взгляд практически заставил меня влюбиться в тебя ....

Райн повернул ко мне лицо, словно хотел поцеловать меня в губы.

Я откинул голову в сторону, чтобы увернуться, но случайно потратил слишком много сил, заставив свою голову удариться о дверную панель позади меня. Вскоре у меня разболелась голова, отчего все закружилось. Как раз в этот момент земля под моими ногами начала сильно трястись, странное ощущение дежавю поплыло в воздухе, и неожиданно ванная комната стала черной как смоль.

Я ничего не мог ясно разглядеть, но почувствовал, как вес Райна покинул мое тело так внезапно, словно его силой оттащили от меня . Сразу же после этого он издал в темноте приглушенный стон, как будто его что- то испугало.

- Шторм! Шторм!

Снаружи доносились отдаленные крики матросов.

Мне было абсолютно все равно, что происходит, и я быстро распахнул дверь ванной. Было уже слишком поздно даже поднимать банное полотенце, я просто выбежал с голой задницей обратно в свою каюту, прежде чем запереть за собой дверь.

За окном ветер и дождь начали набирать скорость, внезапно поднявшаяся буря заставила весь корабль сильно трястись. Вскоре стекло покрылось пятнистыми линиями дождя, и ничего нельзя было разглядеть отчетливо.

Я сел на кровать и выбрал себе чистую одежду. Однако как раз в тот момент, когда я надевал рубашку, я вдруг увидел темную тень, быстро пробегавшую сквозь дождь и туман за окном. Он пролетел так быстро, что я подумал, что это, вероятно, что-то на корабле, которое унесло ветром. Я быстро оделся меньше чем за несколько секунд. И только через эти несколько секунд я понял, что за окном произошла странная перемена обстановки

На сконденсировавшейся на окне воды отпечатался размытый контур.

Отпечатки ладони человека, но узкая щель между каждым пальцем была соединена вместе перепонкой.

Это были перепончатые когти тритона.

Глава 7 - Паника во время шторма

Я недоверчиво моргнул, но вскоре отпечаток руки исчез, и я заподозрил, что это была еще одна из моих галлюцинаций. Я осторожно подошел к окну, чтобы рассмотреть его поближе. Я протер холодное стекло окна и, честно говоря , там действительно не было ничего, кроме узора следов дождя.

Наверное, я просто очень устал.

Я потер лоб и смотрел, как ветер и дождь за окном становятся все сильнее и сильнее. Было ясно, что лучшее решение для такой погоды - оставаться в помещении, потому что я не только не смогу ничем помочь морякам, но и увеличу риск падения в море. Прямо сейчас, мой разум все еще чувствовал себя разбитым , все еще находясь вне моего состояния сна, и без всякой энергии, чтобы думать о чем-то еще, я упал обратно в кровать, чтобы уснуть.

Какое-то время я спал в полубессознательном состоянии, пока меня не разбудил внезапный порыв холодного и влажного ветра. Когда я открыл глаза, то обнаружил, что в моей каюте было необычно темно и небо выглядело мрачным, похожим на те вечера в Москве на пороге чрезвычайно холодной ночи, темно- красного цвета, как будто пропитанного кровью. Иллюминатор над столом был каким-то образом открыт, и в мою комнату ворвался пронизывающе холодный морской бриз.

Я чихнул и быстро встал, чтобы закрыть иллюминатор. Подсознательно я посмотрел на часы, висевшие на стене над моей головой.

Прошло всего полчаса, и как же погода стала такой?

Думая о таких странных вещах, я пошел включить настольную лампу, чтобы отразить свет на стеклянных часах. Я небрежно взглянул на него, но мои глаза застыли на месте, словно приклеенные.

Стеклянные часы отражали вид за моей спиной. Там был темный силуэт, обрисованный двумя слабыми источниками света, скрывающимися в тени двери.

Мой адреналин внезапно достиг своего пика, заставив мои волосы мгновенно встать дыбом.

Этот тритон ... на самом деле был в моей комнате.

Казалось, у меня перехватило дыхание, а тело словно приклеилось к месту. Я мог только слышать шепот, издаваемый горлом тритона, который становился все ближе и ближе за моей спиной. Настольная лампа мигнула несколько раз, прежде чем с шипением погасла, заставив все вокруг снова погрузиться в темноту в одно мгновение. Вскоре прямо за моей спиной запахло сыростью и плесенью.

- Де...ша...ров...

Каждый произнесенный слог был словно зов к самому моему существу. Мокрый перепончатый коготь упал мне на плечо, заставив меня внезапно вздрогнуть. Мое тело, казалось, действовало быстрее, чем мой разум, так как я уже использовал стол, чтобы вскочить, и со скоростью, о которой я никогда не знал, я открыл иллюминатор и выпрыгнул на палубу.

- Ребята! Помогите! Кто-нибудь, подойдите сюда!

Я поспешно споткнулся в тумане, который был достаточно плотен, чтобы ослепить меня, но, к сожалению, я не смог увидеть ни одного моряка, даже Райна. Тусклый свет в капитанской каюте внезапно исчез, и все вокруг показалось мне жутко странным, как будто я был на корабле-призраке, один на большом трехэтажном корабле.

Конечно, там все еще был этот похожий на демона тритон .

- Де...ша...ров...

Низкий, похожий на магию голос тритона проник сквозь дождь и ветер, энергично преследуя мои уши, как тень, преследующая тело. Я совершенно уверен, что он назвал именно мое имя. О Господи, откуда он мог его узнать?

Хотя раньше тритон не выказывал никакого намерения причинить мне вред, я все же не мог не испытывать страха и ужаса в этой ситуации. Встреча с парализованным тритоном против мобильного тритона на суше - это две совершенно разные вещи! Я должен был немедленно взять в руки парализующий пистолет, чтобы избежать нападения тритона и, что еще важнее, не дать ему вернуться в море.

Я старался балансировать на качающейся палубе, направляясь прямо в капитанскую каюту. Я поднялся по лестнице, ведущей на вторую палубу, но в панике поскользнулся и упал без сил . Но в следующее мгновение ожидаемая боль не пришла. Все, что я почувствовал, это ветер, несущийся на меня сзади, прежде чем моя спина была заблокирована каким-то сопротивлением, а вокруг талии неожиданно обернулось что-то, оставив мое тело подвешенным в воздухе, но это было только на несколько секунд, прежде чем я был полностью прижат к длинному, Толстому, скользкому и чешуйчатому предмету.

Я тут же вскочил и попытался убежать, но как только я перевернулся, мне преградила путь темная тень, обвившая мою талию холодной влажной рукой. Я изо всех сил пытался сесть и отступить от лестницы, но обе ноги и ступни были крепко скручены его хвостом.

Получеловеческое тело тритона поднималось дюйм за дюймом, и вскоре его рост превзошел мой. Его длинные влажные волосы во время ливня казались водорослями, ползущими по моим рукам, шее, голове, а вскоре и по глазам, закрывая поле моего зрения только темной тенью.

Сильный дождь практически лишил меня возможности дышать. Я пару раз моргнул, пытаясь прояснить зрение, но все еще ощущал перед собой водяную муть, как и прежде.

Сквозь мое мутное зрение, очертания бледного лица тритона приблизились из- под его волос и прижалось к моей ключице. Оба его когтя вцепились в мои руки, в то время как его голова блуждала по моей верхней части тела, как будто осторожно принюхиваясь к моему запаху. Внезапно его губы коснулись моей прикрытой груди. Я почувствовал, как мой и без того мокрый и липкий лацкан натянулся, прежде чем раздался рвущийся звук.

Я тряхнул мокрыми волосами. Взволнованный, мои нахмуренные брови дергались, мои веки были сведенными от воды, и я смотрел на каждое движение тритона с сильно бьющимся сердцем.

О боже, что же это он хочет сделать?!

Только что тритон неожиданно обнажил свои ряды острых зубов и насильно разорвал мою верхнюю одежду, прежде чем уставиться на мою теперь уже обнаженную верхнюю часть тела, как будто он тщательно что-то изучал.

Я поддерживал себя с помощью лестницы. Мое дыхание было затруднено, а грудь сильно вздымалась, когда я нервно уставился на него, не зная, что же такого необычного во мне привлекло внимание тритона. Однако он просто прищурился и оглядел мое тело, как будто хотел убедиться, что верхняя часть тела его жертвы все еще цела, прежде чем двинуть когтем к краю моих брюк, чтобы ухватиться за мой кожаный пояс, как будто теперь он тоже заинтересовался моей нижней частью тела.

- Подожди!

Я вскрикнул и подошел, чтобы крепко ухватиться свободной рукой за руку тритона. Затем он посмотрел вниз, его глаза теперь были сосредоточены на моей руке, как будто что-то привлекло его внимание. Вот тогда-то я и понял, что это такое .

- Рана на тыльной стороне моей руки от удара о стену ванной комнаты еще не зажила полностью, и из- за чрезмерного количества движений только что рана разошлась шире, и из нее сильно потекла кровь.

Тритон, как акула, действительно искал мою рану, так как учуял запах крови.

В эту долю секунды я представил себе, как встречаю в море огромную белую акулу и думаю, что умру в следующий же миг, но остатки здравого смысла, оставшиеся от моего страха, дали мне проблеск надежды из- за необычного поведения тритона. Он смотрел на меня так, словно я был его пищей, так почему же он прямо не напал на меня?

Возможно, это потому, что мерфолки привыкли пробовать свою добычу первыми ... Все биологические знания, хранившиеся в моем мозгу, казалось, превращались в бесполезный бессмысленный хлам, когда я сталкивался с этим таинственным и неизвестным тритоном. Только один голос кричал из глубины моего сердца: "нет! Я не хочу умирать так мучительно!"

Я беспомощно наблюдал, как тритон схватил мою раненую руку. Как только он поднес ее к открытому рту, я тут же в отчаянии сжал пальцы. Я был напуган до такой степени, что не мог издать ни звука, думая, что в следующий же миг мне откусят несколько пальцев.

Однако русал просто нежно держал кончики моих пальцев своими острыми зубами и лизал мою рану языком. Хотя его когти крепко вцепились в мою ладонь, сила его лизания была очень мягкой. Я чувствовал, как его острые зубы тщательно контролируют силу, чтобы не причинить мне вреда .

Я с удивлением посмотрел ему в лицо. На мгновение мне показалось, что я поднимаю шум из-за пустяков. Мое бьющееся сердце, готовое выскочить из горла, казалось, было поймано и высоко поднято его острыми когтями к самому моему горлу.

Я попытался убедить себя немного успокоиться. Может быть, мерфолк просто выражал дружеские намерения, так как я помог ему залечить его рану раньше, и в ответ он использовал свою отличительную черту, чтобы лечить мои раны, подобно легенде о мерфолках, отплачивающих за доброту благодарностью.

Но я все еще не мог убедить себя в этом.

Бровь тритона была приподнята, голова низко опущена, однако веки его были явно все еще открыты и пристально смотрели на меня.

Под его длинными и влажными ресницами скрывалось ощущение зла и агрессии, которое невозможно было скрыть. Его энергичное облизывание становилось все более жадным и распутным. Алый кончик его языка, словно эротическая змея, мягко скользил между моими пальцами, словно нарочно непристойно играя с ними, заставляя меня чувствовать странное ощущение ползущего онемения, словно крошечные насекомые сверлят кровеносный сосуд каждого пальца……

Это было похоже прямо на сон, как иллюзия, материализовавшаяся перед моим сознанием. Его блестящий торс, всего в нескольких дюймах от моих глаз, был доказательством близкого сходства мерфолков с людьми. Я должен был сохранять спокойствие любой ценой— во всяком случае, внешне.

Я поставил ногу на ступеньку и попытался как можно скорее убрать руку от его рта, но мое беспомощное запястье было схвачено с превосходящей силой. Использование моей полной силы было похоже на пытку для меня самого, несмотря на то, что я не мог освободиться , тритон сжал челюсть на моем пальце, как будто угрожая мне, и, наконец, прекратил свое странное поведение.

Когда его губы слегка отодвинулись, я заметил невероятную перемену в своей ране: вновь открывшаяся рана исчезла без следа, и только на тыльной стороне ладони остались пятна крови.

У тритона действительно не было злого умысла, он не только обработал мою рану, но даже исцелил ее! Слюна русала должна содержать что-то, что может быстро регенерировать поврежденные клетки. О боже, это было просто чудесное биологическое открытие!

Я видел это собственными глазами, но все равно чувствовал невероятное недоверие. Со страхом, отброшенным назад, чувство возбуждения заставляет меня увлечься. Я не могу удержаться и протягиваю руку, чтобы коснуться его губ, прежде чем пробормотать про себя:…

-Ты действительно чудесное существо…

Тритон слегка приоткрыл губы, и его горло издало глубокую вибрацию, как будто отвечая мне:

- А ... ГА ... РЭС…

- А ... га ... рес... - повторил я подсознательно и жадно, желая воспользоваться этой редкой возможностью общения с ним. - у тебя ведь есть имя? Агарес? - Это твое имя?

Тритон не отрицал и не признавал этого, только молча смотрел на меня, однако уголки его рта приподнялись вверх, как будто он был чем- то взволнован. Наверное, он не понимал, о чем я говорю, так что мне оставалось только сделать свой собственный вывод. Кроме того, назвать свой собственный объект исследования- это обязательное условие для каждого исследователя.

- Ага...

Я попытался поддержать разговор, но меня остановило его следующее действие. Агарес повернул голову и прижался губами к моему запястью. Словно пытаясь впитать мой запах, он обнюхал мое предплечье, как будто был безнадежным наркоманом. Испугавшись, я прижался спиной к лестнице, а его плотно прилегающее тело прижало меня к ней . Его голова вскоре нависла над моей шеей, издав глубокий хриплый шепот

- Д... э ... ша ... ров ... Мэй... рейд…

Теперь я совершенно уверен, что каждый слог, который он произносил, был моим настоящим именем и прозвищем, даже особое ударение в середине было произнесено точно, не пропуская ни одной буквы.

Шторм внезапно усилился, и ливень хлынул еще яростнее. Помимо страха, я был еще более потрясен, потому что не мог понять, что это за существо- тритон. Я верю, что то, что я когда-то знал, было совершенно неверно.

Думая об этом, мое тело внезапно стало легче, и, к моему удивлению, я был подвешен в воздухе в объятиях тритона. Одной рукой он схватил меня за талию, а другой удерживал равновесие, скользя по палубе, как змея, быстро приближаясь к поручням шлюпки. Моя инстинктивная реакция была такова, что он хотел вернуться к морю и взять меня туда с собой! Было уже слишком поздно размышлять о главной цели этого действия мерфолка, так как я начал инстинктивно дико сопротивляться: - нет, Агарес, не делай этого!

Но это совсем не помогло. Когда он уже почти добрался до ограждения, я услышал, как вдалеке раздался внезапный выстрел. Пуля ударила в ограждение рядом с тритоном, вызвав искру. После этого раздался еще один взрыв и всплеск на затопленной палубе в нескольких метрах от них .

Я был потрясен, когда Агарес инстинктивно остановился. Его руки отпустили меня, но хвост все еще уютно обвивался вокруг моей голени. Он повернулся в ту сторону, откуда доносился звук, и его глаза внезапно стали чрезвычайно холодными и злобными.

Как только я поднял глаза , то увидел, что Райн спрыгнул с трехэтажной платформы, весь в крови, держа в руках автомат[1], который я даже не знал, откуда он его взял. Автомат был нацелен прямо в голову тритона, когда он приближался к нам большими шагами. Его умение держать пистолет и располагать его было явно профессионально натренировано…

Автомат

Райн... наверное, пытается убить тритона!

Я пришел в себя от внезапного потрясения. Хотя я и не верил, что Райн способен на такое, ведь он биолог с профессорским образованием, но запах убийственного намерения, исходящий от него в этот момент, сделал меня абсолютно уверенным в этой идее. Мало того, судя по сильно изуродованному разрыву в груди, на него, скорее всего, напал Агарес, дав ему для этого все основания.

В то время я предпочел бы, чтобы Агарес немедленно прыгнул обратно в море. Я скорее упущу возможность изучать мерфолка, чем позволю этому случиться.

Я энергично замахал руками и закричал с хрипотцой и усталостью:

- Райн, Райн, успокойся! Ты позволил тритону уйти одному. Иди стреляй в море, чтобы сдержать его звуками выстрелов!

Райн оставался неподвижным, черная дыра дула оставалась неизменной, по- прежнему целясь в направлении приближающегося медленными шагами тритона.

Однако в тот момент Агарес не проявлял никакого так называемого биологического инстинкта. Его хвост поддерживал тело, помогая ему стоять прямо, согнув спину, когда он злобно смотрел на Райна, как гигантская ящерица, спровоцированная другим самцом во время спаривания. Агарес использовал свое тело, чтобы создать передо мной нерушимый барьер.

Его острые когти вытянулись бок о бок, как два зазубренных мачете[2], когда он встал в позу готовности к атаке, образуя дьявольски длинную тень на палубе в темноте. Я был уверен, что если он нападет, то это будет ужасная катастрофа.

мачете

По моему телу пробежали мурашки, как будто меня бросили в ледяной погреб

По моему телу пробежали мурашки, как будто меня бросили в ледяной погреб. Я не должен позволить ему и Райну скрестить шпаги!

С этой твердой мыслью я изо всех сил бросился на хвост Агаресу и раскрыл перед ним руки, прежде чем хрипло крикнуть:

- Райн, не стреляй, возвращайся, возвращайся в свою каюту!

- Убирайся с дороги.- Райн положил палец на спусковой крючок , его лицо выглядело еще более мрачным, чем обычно, - Дешаров, это военная операция.

- Что?- Я даже заподозрил, что шторм был слишком сильным, из-за чего у меня возникли проблемы со слухом. Но мое сердце все равно упало, потому что когда я взглянул на выражение лица Райна, даже угадав его , я понял, что происходит что- то подозрительное.

Я почувствовал слабый запах сильного, скрытого заговора. Райн все это время что- то от меня скрывал. Но в тот момент у меня не было настроения думать об этом, потому что я был уверен, что Райну не нужно будет заботиться о жизни или смерти тритона, потому что он искал что- то другое. Он определенно не уберет свой пистолет, так что я должен был немедленно принять быстрое, окончательное решение, чтобы остановить то, что могло произойти дальше.

- Нет, как биолог, я никогда не позволю тебе застрелить тритона.

Я бросил несколько слов, прежде чем отступить назад, чтобы схватить тело Агареса. Хотя в данный момент я был достаточно высок, чтобы дотянуться до его талии, этого было достаточно, чтобы помешать стрельбе Райна. Но из-за того, что лодка так сильно раскачивалась, я поплелся вперед, напрягая все свои силы, чтобы столкнуть Агареса обратно в море. Однако как раз в этот момент тритон удобно притянул меня за талию и обхватил рукой мою грудь, когда его тело выгнулось назад, образовав невероятную дугу. Я почувствовала, как мой центр тяжести падает в море вместе с ним, и не смог удержаться, чтобы не прикрыть рукой нос и рот.

Раздался оглушительный грохот, и мои бедра мгновенно вспыхнули яростным жаром, когда вслед за этим появилась колющая боль. Это ощущение заставило меня дернуть вверх ногу, как будто я страдал от ужасной судороги, и вся моя нога чувствовала, как она тянет сухожилие. Тело Агареса тоже содрогнулось от силы, обратный импульс оказался коротким, и его хвост закрутился вниз. Затем, еще один звук пули ударил мимо моего плеча в контролируемой манере, и вскоре струя синих чернил, как жидкость, брызнула наружу, и рука водяного, как это было впоследствии, задрожала. Его когти вцепились в мою одежду, словно пытаясь схватить меня, но в конце концов его дрожащая рука отпустила меня.

Я мгновенно рухнул на палубу, и боль в бедре заставила меня встать на колени на полпути. Я беспомощно наблюдал, как острая линия разорвала завесу дождя и ударила Агареса прямо по хвосту, заставив его свернуться калачиком и ползти передо мной. Голубая жидкость, стекавшая из его раны, смешивалась с дождем и сливалась с моей кровью, образуя ядовитый цвет.

Каким бы сильным ни был вид, он все равно не мог сравниться с оружием, созданным человечеством. Как они были могущественны, но так нелепы, так невежественны и так беспощадны!

Я стиснул зубы и попытался защитить Агареса всем своим телом. Я верил, что моя жизнь все еще имеет хоть какую-то ценность для Райна, и у меня не было другого выбора, кроме как надеяться на эту идею.

Агарес лежал в луже голубой крови, свернувшись калачиком, и его слегка подергивающийся хвост давил мне на голень. Его темные глаза, слабые и полузакрытые, неподвижно смотрели на меня из- под шелковистых длинных волос. Этот взгляд был странным и непохожим, не боящимся отчаяния и свободным от прежней злобы, словно желая запечатлеть в своей памяти этот момент и каждый дюйм моего облика, он медленно закрыл глаза.

Я также почувствовал сильный приступ паралича на своих нервах. Я почувствовал, что вот-вот рухну, когда перед моими глазами сгустилась тьма.

- Это всего лишь парализующая пуля. Извини, но если бы я этого не сделал, то тритон взял бы тебя с собой в глубокое море.

За секунду до того, как мое сознание исчезло, я услышал приближающийся голос Райна, и как только я замер, две руки подняли меня с земли.

Глава 8

Я не знал, сколько времени прошло, прежде чем я пришел в себя.

Я все еще был в полудреме, когда легкое движение рядом со мной заставило меня открыть глаза. Внезапный яркий свет заставил меня почувствовать временный дискомфорт в глазах и не смог удержаться, чтобы не закрыть их снова. Я услышал, как кто-то встал, и вскоре свет немного померк.

Я снова открыл глаза, и в поле моего зрения четко вырисовалась фигура Райна. Он подошел к моей кровати и сел. На знакомом лице все еще была обычная улыбка, но она показалась мне такой фальшивой и странной, потому что я ясно помнил, его холодное выражение тогда в грозу. Этот парень лгал мне с самого начала. От его личности до истинной цели этой экспедиции - все это было полным обманом.

Нахмурившись, он уставился на меня. Поскольку я все еще чувствовал головокружение, у меня не было никаких слов, и даже сил расспрашивать его не осталось.

Райн, сделав вид , что ничего не произошло, наклонил голову, чтобы посмотреть на меня сверху вниз, и даже заговорил расслабленным тоном:

- Тебе уже лучше, приятель?

- Отлично.- Я холодно улыбнулся, только выплюнув одно слово, втайне желая ударить это извращенное лицемерное лицо несколько раз. Однако, когда я попытался поднять одну руку, я понял, что эта мысль вообще не может быть приведена в действие.

Мои руки были привязаны отдельно к бокам кровати, как у пациента психиатрической клиники, с повязкой из марли вокруг бедер и парой трусов на нижней части тела, ноги также были разведены и привязаны к ногам кровати.

Эта поза мгновенно заставила меня почувствовать неловкость и смущение. Я поднял глаза и посмотрел на него острым, как нож, взглядом:

- Райн, зачем это?

Поначалу Райн выглядел удивленным, но потом издал лукавый смешок.

- О Боже, мой маленький ученый, неужели ты думаешь, что это сделал я? Это то, что доктор был вынужден сделать в процессе, потому что вы сильно сопротивлялись, когда вы были в коматозном состоянии, ведя себя так, как будто кто- то пытался изнасиловать вас.

- Что за чушь ты несешь!- Я презрительно фыркнул в ответ, чувствуя себя немного рассерженным на его откровенное описание, и еще больше смутился при мысли о сцене в ванной. Райн задумчиво пробежал глазами по моему телу, прежде чем наконец остановиться на моих голых ногах, и тут же изобразил похотливую ухмылку:

- Но эти врачи проделали хорошую работу. А теперь ты как вкусное блюдо, специально приготовленное для меня.

Сказав это, он медленно перевел взгляд с моих ног на туловище. Я нервно взглянул на него и увидел, что он положил одну руку на мое здоровое бедро. Его грубая и шершавая ладонь коснулась моей кожи, без промедления заставив меня покрыться мурашками, поэтому я изо всех сил попытался высвободить связанные руки и закричал хриплым голосом.

- Черт тебя побери , не трогай меня!

Однако в данной ситуации мои слова не имели никакого сдерживающего эффекта. Райн лишь рассеянно присвистнул, задумчиво поглаживая внутреннюю сторону моего бедра, а затем медленно скользнул рукой вверх к основанию моей ноги, чтобы самонадеянно коснуться там.

- Дешаров, твоя кожа такая гладкая, совсем как у женщины.

- Убери свою руку!- Я пришел в такую ярость, что чуть не выпрыгнул из постели, чтобы избить его. Железные скобы, поддерживавшие каркас кровати, к которому были привязаны мои руки и ноги, резко заскрипели. Я не сомневался, что Райн, этот безосновательный идиот, сделает все, чтобы воспользоваться чьими-то трудностями. С таким же успехом он мог быть наемником, рискующим своей жизнью ради денег. Он выбросил из себя всю человеческую природу, мораль, жизнь и смерть, как изношенные башмаки ... почему принуждение себя к одному и тому же полу должно быть чем-то иным?

Словно подтверждая мою зловещую интуицию, его отвратительные руки поднялись на несколько дюймов, приближаясь к моей жизненно важной части тела. Он легонько и нежно потер ее перед тем, как сунуть руку в шов нижнего белья, отчего я мгновенно задрожал от страха, даже мой голос задрожал: - не трогай там!

Я яростно уставился на Райна, пытаясь сделать свирепый, бескомпромиссный взгляд, но мой взгляд скользнул к рукам Райна, которые все еще лежали между моих раздвинутых ног, касаясь моего нижнего белья. Мои щеки неудержимо покраснели из-за этой позорной ситуации. Я знаю, что мое лицо, должно быть, уже покраснело. Как человек, я знаю, что этот ответ ни в коем случае не остановит его; напротив, он вызовет желание другой стороны к дальнейшей агрессии.

Чтобы скрыть свой красноватый цвет лица, я поспешно повернул голову в сторону, пытаясь избавиться от привязи как можно быстрее, постоянно двигая запястьем. В то же самое время я почувствовал, как он опустил голову. Его пальцы схватили меня за подбородок, заставляя повернуться к нему лицом.

Райн оценивающе посмотрел мне в лицо, как будто он одновременно наслаждается и получает удовольствие от моих эмоций. Я открыл рот и сильно укусил его за палец, даже используя свои клыки, чтобы заскрежетать по его телу, и мгновенно во рту появился кровавый привкус. Райн, как будто он не чувствовал никакой боли, спокойно смотрел на меня в течение нескольких секунд, прежде чем открыть рот.

- Что же мне теперь делать? Один только взгляд на это твое выражение лица уже сделал меня твердым, Дешаров.

Сказав это, он разорвал ремень, связывающий одно из моих запястий. Таким образом, мое тело стало более мобильным, но меня тут же схватили и приподняли за талию. Он воспользовался тем, что я повис в воздухе, чтобы сесть на кровать, прежде чем посадить меня к себе на колени. Я тут же почувствовал, как к моим ягодицам крепко прижался какой-то твердый предмет, и не успел я даже издать ни звука, как его большая ладонь мгновенно накрыла мой рот.

Я мог только издавать неясные звуки. Я взмахнул свободной рукой, чтобы он не снял с меня нижнее белье, и мои глаза наполнились слезами. Только тогда я почувствовал, что оставаться с Райном гораздо опаснее, чем находиться в одной комнате с этим тритоном. Как я мог быть настолько глуп, что не понял его истинное лицо раньше?

- Дэшаров, ты действительно хочешь знать, кто я на самом деле и какова истинная цель этого морского путешествия? - Прошептал мне на ухо Райн, с силой пытаясь разжать мою руку, которая крепко сжимала мои трусы. Я отчаянно замотал головой, пытаясь показать, что меня это не интересует, только чтобы он отпустил меня.

- Ты узнаешь об этом позже. Потому что у тебя скоро будет такая же личность, как и у меня , но только после того, как я трахну твою задницу, конечно.

Раздался громкий шлепок, когда он шлепнул меня по заднице. Он издал вульгарный смешок, прежде чем нетерпеливо потереть себя через расстегнутые штаны, а затем тяжело задышал . Он отпустил руку, которая прикрывала мне рот, чтобы расстегнуть ремень.

Инстинктивно мои губы приоткрылись, чтобы позвать на помощь, но слог, который я бессознательно произнес, был чем-то таким, на что даже я не смог быстро отреагировать:

- Агарес! Агар...

От изумления я поперхнулся собственным словом. Райн прекратил свое движение, и он тоже замолчал, прежде чем его охватила радость, как будто он услышал большую веселую шутку. Он сильно прижался нижней частью тела к моим ягодицам и сказал:

- Ты умоляешь этого тритона спасти тебя? Этот зверь уже лежит в водоеме, как высохшая рыба, и умирает!

Тритон умирает?

У меня было такое чувство, будто по голове сильно ударили бейсбольной битой, и я почувствовал, что проваливаюсь в груду черных облаков перед моими глазами. Даже прежнее желание сопротивляться полностью исчезло, мои мысли были заняты этим внезапным сокрушительным ударом. Моя рука небрежно ослабила хватку, позволив Райну стянуть с меня трусы. Его обжигающе горячий половой орган ткнулся в мои голые ягодицы, беспокойно подпрыгивая. Он может вторгнуться в мое тело в любой момент.

Я болезненно закрыл глаза, мое сердце было в состоянии отчаяния.

-Пенг-пенг-пенг...

В этот момент раздался внезапный стук в дверь, и раздался мужской голос:

- Профессор Райн? Я услышал, как кто-то кричит. - Это вы?

- Доктор, мне нужна помощь. Я умираю!

Словно получив последнюю соломинку, за которую можно было ухватиться, я закричал в ответ, как будто был сумасшедшим, одновременно изо всех сил натягивая на себя веревки, как будто от этого зависела моя жизнь. Мое тело безрассудно прижалось к телу Райна, заставляя его отпустить меня и встать.

Я высвободил руку и начал немедленно натягивать свое изодранное и жалкое нижнее белье. Я смотрел, как Райн выходит, с выражением лица, которое показывало его решимость повелевать и побеждать, оставив дверь полуоткрытой.

Я слышал, как он объяснял доктору в дверях на непонятном мне языке, но отчетливо слышал, как доктор с большим сомнением в голосе осведомился: Я почувствовал некоторое облегчение, потому что, по крайней мере, можно было сделать вывод, что здешние врачи не были партнерами Райна. Казалось, что Райн не только скрывал от меня свою личность, но и скрывал свои секреты от других.

Я надеялся получить возможность свободно передвигаться, но исходил из того, что я не могу позволить им думать, что я пациент в нестабильном состоянии. Я должен сохранять спокойствие.

- Мне нужна помощь, доктор.

Когда доктор толкнул дверь, чтобы войти, я глубоко вздохнул и сказал очень спокойным тоном, надеясь, что он поймет по-английски: Однако, когда я смог ясно разглядеть его лицо, я был ошеломлен, потому что это был человек, которого я знал, предшественник в области биологии, достойный моего уважения.

Никогда бы мне не пришло в голову встретиться с ним за тысячи миль!

В этот момент, напротив, другая сторона подошла ближе и сказала с нежной улыбкой

- разве это не самый выдающийся гений Санкт-Петербургской Морской академии, маленький Уоллес?

[1: Санкт- Петербург-второй по величине город России после Москвы.]

Эта фраза заставила меня вернуться к старым временам в Москве холодной зимней ночью, когда я безумно занимался своими ежегодными исследованиями с группой увлеченных студентов-биологов и не мог не чувствовать себя ошеломленным воспоминаниями. Только когда он похлопал меня по плечу, я очнулся от своего Туманного состояния, но все еще не мог нормально говорить.

- О боже мой! Мастер Дэвис, это вы. Как вы здесь очутились ? Ах да, простите мою глупость.- Я почесал в затылке - на самом деле я хотел спросить... что это за место?

- Ты все еще не в себе, приятель,- сказал Дэвис несколько удивленным тоном, когда он пошел, чтобы развязать меня от привязи. - Разве ты не ездил в Исландию только для того, чтобы приехать сюда? Это научно- исследовательская база морской биологии имени Дарвина, официально спонсируемая российским правительством. Райн сказал, что вы с ним получили указание от правительства приехать сюда. Какая честь!

Вслед за этим его бесконечная болтовня о похвалах превратилась в сущий вздор, однако мой ум начал сомневаться во всем. Разве это морское путешествие не должно было стать моим дипломным проектом? Когда же это стало чем-то, что связано с правительством? Ложь Райна довольно смехотворно велика ах!

Кто же он, черт возьми, в конце концов?

- О боже, не могу поверить, что парни действительно обнаружили тритона. Это одно из самых удивительных чудес нашего века!

Мое сердце тут же подпрыгнуло, и я с волнением схватил его за руку: -...где же тритон? Он... умирает?

- Это просто смешно!- Дэвис издевательски посмотрел на меня. - В настоящее время тритон довольно хорошо себя чувствует в искусственном водоеме, просто он ведет себя немного агрессивно и отказывается от любой пищи, которую ему дают. Причина этого до сих пор не ясна.- Он нахмурился. - Я подозреваю, что это может быть из-за того, что анестезия пули Райна была слишком чрезмерной, заставляя мерфолка быть в состоянии тревоги…

- Отведите меня к подземному резервуару!- Нетерпеливо перебил я его. - Послушайте, Дэвис, Я могу связаться с тритоном. Я могу попытаться успокоить его, так что отведи меня туда немедленно.

Глава 9

Что меня поразило, так это то, насколько хорошо была построена структура этой биологической базы. Из презентации Дэвиса это место было прикреплено к континентальному шельфу, где все здание следует за морским дном. Крыша была спроектирована в виде дуги, аналогичной той, что была установлена на Сиднейском оперном театре[1], что позволяет эффективно смягчить тяжелые последствия цунами.

[1]Сиднейский Оперный театр-это многофункциональный центр исполнительских искусств в Сиднейской гавани в Сиднее, штат Новый Южный Уэльс, Австралия. Это одно из самых известных и самобытных зданий XX века.

Как только я вышел из комнаты и оказался в наружном коридоре, я понял, что мы все находимся под водой, глядя в окно. Дэвис объяснил, что так называемый подземный резервуар-это более глубокая подводная лаборатория, построенная внутри пограничной морской платформы[2], которая требовала от нас использовать лифт, чтобы спуститься туда.

[2: что-то вроде этого]

Когда мы медленно спускались на прозрачном лифте , я был ослеплен и ошеломлен, практически опьянен миром под океаном.

Хотя самая глубокая часть, до которой мы могли добраться, была только нижней частью краевой платформы, которая находилась в ста восьмидесяти тысячах миль от бездонной равнины[3] у подножия континентального склона , просто глядя на огромные темные глубины, создавалось сложное чувство волнения, страха и стремления исследовать.

[3: чтобы дать вам, ребята, лучшее представление о местоположении.]

Я не знал, когда у меня будет возможность спуститься в море на подводной лодке и исследовать его, но если бы я мог спокойно закончить учебу и учиться еще несколько лет, чтобы стать квалифицированным морским офицером, может быть, тогда я мог бы это сделать.

- Дэшаров, о чем ты думаешь, что тебя так отвлекает? - Дэвис похлопал меня по плечу, возвращая к реальности. - Послушай, наконец-то мы здесь.

Я поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как открылась дверь лифта, демонстрируя круглый холл с несколькими закрытыми дверями, видимыми в стене. Эти двери выглядели закругленными, обшитыми толстыми и прочными материалами, как вход в подводную лодку, казалось бы, очень высокотехнологичными. Это также может эффективно предотвращать фотографирование или кражу ценных исследовательских предметов и существ с целью получения прибыли некоторыми незаконными организациями.

Я просто вспомнил кое-что довольно забавное, когда увидел, как была построена эта структура, и не смог удержаться от шутки:

- Эй, приятель, с таким количеством лабораторий здесь, как ты вообще помнишь, что находится за какой дверью? Вы видели фильм “Хижина в лесу"?[4] пока вы нажимаете не те кнопки, ах, все гротескные существа за закрытыми дверями выбегут и съедят вас дочиста, кости и все остальное.

[4: Фильм ужасов 2012 года: Дешаров говорит об этой сцене: https://www.youtube.com/watch?v=aOAmRxvPXLE]

Я даже сделал вид, что напугал его, когда сказал Это, однако Дэвис просто смотрел на меня, не зная, смеяться ему или плакать:

- Дешаров, ты все такой же, как обычно, у тебя мозги вундеркинда, но ты все такой же незрелый, как ребенок.

Я презрительно фыркнул, видимо, этот старый ученый был все таким же, как всегда, без всякого чувства юмора. Как жалка эта его скучная жизнь!

Дэвис подвел меня к одной из дверей и протянул руку, чтобы нажать кнопку считывания отпечатков пальцев на двери. Дверь лязгнула, прежде чем автоматически открыться. Как только она открылась, знакомый влажный запах морской воды сразу же ударил мне в нос, но так как он был смешан со специфическим ароматом водяного человека, то сильно встревожил меня.

- Дэвис, тебе не кажется, что запах, исходящий от тритона, немного странный?

- Какой еще запах? Запах морской воды?

- Этот аромат, - подчеркнул я, вдыхая его еще раз, - ты чувствуешь его, он такой сильный, как будто... как будто это мускусный запах.

- Если вы можете назвать рыбный запах морской воды запахом благоухания[5], то да, он действительно очень силен.

[5: в случае, если люди не знают, что это за аромат, это тип запаха, который обычно сладок или приятен для обоняния]

- Ваш нос, вероятно, не работает должным образом, - сказал я, с сомнением хмурясь и чувствуя себя немного сбитым с толку. Я последовал за ним внутрь, все еще пытаясь убедить его в правильности своего решения.

Когда мы вошли в темную комнату, дверь за нами сразу же закрылась, и вскоре слой постоянно меняющегося голубого ореола осветил наши тела. Я посмотрел вверх и понял, что стеклянные стены окружают нас, резервуар на самом деле оказался вокруг нас, поймав нас в ловушку в центре. Мерцающее отражение волн на свету заполняло воду, делая вид из внешнего мира ограниченным и размытым. С тенями проплывающих мимо рыб, движущихся вокруг, образующих подобные облакам тени, все выглядело так же удивительно, как если бы мы были в Стране Чудес Алисы.

В конце концов, я не мог не отбросить все нарастающие сомнения и подозрения в моем сознании сразу. Я прищелкнул языком, прежде чем воскликнуть:

- О боже, это место-чудесный мир. Дэвис, пожалуйста, позволь мне остаться здесь и продолжить учебу. Мне здесь очень нравится!

- Конечно, - Дэвис выглядел так, словно его позабавила моя реакция, - вы же научный сотрудник, присланный правительством для этого проекта. Даже если вам не нравится это место, вам все равно невольно придется остаться здесь на некоторое время.

- Какой еще проект? А что тебе вообще сказал Райн?- Спросил я, подсознательно, пытаясь разглядеть мельком тритона за стеклянной стеной, и вскоре заметил группу темных теней на верхней части водоема. Приглядевшись повнимательнее, я обнаружил, что несколько дельфинов собрались вместе и их тела энергично бьются друг о друга, поднимая небольшие водовороты.

И именно в этом месте находилась дверь люка напорного отсека-единственный канал, соединяющий кольцеобразный резервуар и то место, где мы сейчас стоим. Я указал,

- Дэвис, посмотри, что там происходит?

- Хм, такой интересный феномен, пойдемте со мной.

Дэвис повел меня вверх по винтовой лестнице, ведущей в верхний многоярусный отсек. Оказавшись перед дверью на петлях, я с удивлением обнаружил, что это был довольно толстый стеклянный люк сферической формы, ярко-синий в фокусе воды внутри, как вход в рай. Вы могли бы в основном ясно видеть ситуацию в бассейне-резервуаре, когда смотрите через дверь люка. Он даже имел увеличительный эффект, когда все было видно яснее, чем невооруженным глазом.

Я предположил, что используемый материал был таким же, как и у иллюминаторов в подводных лодках, которые имели способность выдерживать высокое давление морской воды. Я не удержался и положил ладонь на крышку люка, прижав ее к холодной поверхности стекла:

- Что означает этот феномен? Может быть, аномальное поведение дельфинов имеет какое-то отношение к тритону?

-Совершенно верно.- Дэвис протянул мне маленькую черную коробочку и провел пальцем по стеклу, указывая в направлении дельфина. - Смотрите внимательно, эти дельфины спариваются, более того, такое брачное поведение продолжается уже несколько дней. Это довольно необычно, как будто они спариваются исключительно ради спаривания. Однако сейчас еще не сезон размножения дельфинов, и до прихода водяного их поведение было на самом деле спокойным и безмятежным.

- Это действительно немного необычно.- Я удивленно размышлял над фактами, - это означает, что мерфолк может общаться с дельфинами и влиять на их врожденные жизненные паттерны, используя какой-то уникальный способ, который показывает, что его общение может успешно заставить дельфинов понять ... - внезапно мой мозг загорелся идеей, можно ли вернуть язык дельфина обратно к тритону, чтобы он тоже понял? - Дэвис, ты помнишь то время, когда мы занимались переводом языка дельфинов?

- Конечно. - Дэвис указал на черный ящик в моей руке и рассмеялся. - Все звуки дельфинов, которые мы тогда записали, находятся здесь. Кроме того, я даже сопоставил их со звуками тритона и нашел участок, который имеет подобную частоту.

- В какой секции?- Я проснулся от волнения.

- Подожди секунду.

Дэвис повозился с кнопками на черном ящике и начал его модулировать.

В этот момент я краем глаза взглянул на воду как раз вовремя, чтобы увидеть черное облако сгруппированных рыб, поднимающихся вверх, заставляя меня повернуть все свое лицо, чтобы посмотреть. Недалеко от них в воде пряталась тонкая и знакомая тень, которая тоже плыла к люку. Мои глаза не могли оторваться от фигуры тритона.

Силуэт русала был виден в свете, проникающем через прозрачный вход в отсек бассейна, его разбросанные волосы делали его похожим на тень, закрывающую половину лица, открывая только тонкие губы, образующие злую ухмылку. Группа черных рыб плавала рядом, кружась вокруг него, делая его похожим на бога смерти, образованного облаком зыбкого ночного тумана. С того места, где он находился, отраженный свет поглотил его, и он исчез в тени, которую только что отбросил. Он был подобен черной дыре, достаточно большой, чтобы поглотить все море.

Эта мысль неожиданно пришла мне в голову.

Сильный запах водяного доносился до моего лица, заставляя мое сердце сильно биться. Даже моя рука стала немного слабой, но ладонь, казалось, была прикована к стеклу, не в силах пошевелиться.

- Он приближается к нам, - воскликнул Дэвис. - должно быть, звук из черного ящика привлек его сюда!

- Послушайте, это именно та секция, я наконец-то нашел ее! - Дэвис самоустранился, когда поднес маленькую черную коробочку к моему уху, чтобы я мог слышать. Затем он продолжал с благоговейным трепетом комментировать: - ...частота этого звука такая же, как у дельфина, когда он ищет себе пару. Я думаю, что именно так водяной смог эффективно вызвать эструс дельфинов[6].

[6:повторяющийся период половой восприимчивости и плодовитости у многих самок млекопитающих, особенно в период размножения; гон.]

Я нахмурил брови, внимательно прислушиваясь к тому, что происходит внутри. Черный ящик издал тихий статический звук, а затем раздался звук, который я уже слышал пару раз.

- А.... га ... ре ... с…

- Вы это слышали?- Дэвис был взволнован. - У меня есть одно предположение. Это должно быть звук ухаживания, производимый тритоном, когда он ищет себе пару.

Я был ошеломлен. Внезапно меня охватило сильное чувство неловкости. Я хотел немедленно опровергнуть Дэвиса, но умом был вынужден признать, что, возможно, его гипотеза верна. Я повернул голову в сторону, заставляя себя отвести взгляд от тритона, чтобы бесстрастно посмотреть на Дэвиса, прежде чем невозмутимо произнести:

- Так ты говоришь, что у Водяного может быть гон?

Он серьезно кивнул, показывая, что это вполне возможно.

Мне вдруг захотелось немедленно бежать отсюда.О боже, судя по всем тем действиям, которые тритон проделал со мной на борту, он был в настоящем гоне и спаривался со мной! Мало того, я даже по глупости употребил эти слоги, думая, что это прозвище, которым можно его назвать!

- “А...га...ре ... с…

Пока я думал об этом, вереница слогов вдруг стала громче, однако она исходила не из черного ящика, а скорее из-за двери люка.

Эта дверь люка на самом деле была не в состоянии блокировать звук тритона! Я не знаю, обладает ли голос русала такой же проникающей способностью, как электрическая волна, но он заставил меня почувствовать оцепенение. Однако в конце концов я все же не удержался и оглянулся назад.

Я с трудом повернул голову и увидел, что водяной парит прямо перед дверью люка, а его глаза пристально смотрят на меня из-под развевающихся волос. Один из его бледных перепончатых когтей был прижат к стеклу, совпадая с отпечатками ладони, которые я только что оставил.

Тритон не может выйти наружу. Он не может мне угрожать. Он просто зверь, который ошибся в том, кто его пара. Дэшаров, не думай так глупо, просто сохраняй спокойную научную позицию.

О, да, я могу попытаться связаться с ним!

Я бессознательно поднял руку и положил ее на стекло, позволив своим пяти пальцам поместиться на перепончатом когте водяного, который был разделен слоями стекла между ними. Его руки были намного больше моих. Каждый костяшок выступал вперед и четко выделялся, казался очень мощным, казалось бы, приспособленным для захвата чего-то. Кроме того, согласно пропорции длины его руки, если хвост водяного можно превратить в ноги, его рост будет примерно идеальным ростом, необходимым для мужских моделей, который составлял около 1,9 метра.[7]

[7: лучший рост мужской модели - от 5 '11” до 6' 2” : Агарес-около 6’ 2”, если человек]

Какое высокое создание с таким красивым, хорошо сложенным мускулистым телом. Если бы он был человеком, я бы, наверное, очень завидовал его внешности.

м

Агарес, казалось, был очень доволен тем, как наши руки соединились вместе . Затем он приблизил свое лицо к стеклянной стене, наклонил шею, изменил угол наклона головы и сузил глаза, как будто вдыхая мой запах через стекло, с выражением экстаза на лице, как будто одержимый. Принюхиваясь в течение десяти секунд, он посмотрел мне за спину. Казалось, он открыл рот Дэвису, стоявшему позади меня, и произнес несколько слогов, которых я никогда раньше не слышал.

“О...т...к...рой...две…рь...”

Если я правильно расслышал, то почему это прозвучало как ... "открой дверь"?

- Дэвис. Я с сомнением повернул голову и неожиданно увидел, что Дэвис рассеянно смотрит на тритона, по-видимому, пребывая в состоянии легкого слабоумия [8]. Затем я с изумлением наблюдал, как он тупо поднял руку, словно робот по команде, и пошел нажимать красную кнопку на двери люка. Эта кнопка: аварийный выключатель.

[8: Деменция-это общий термин для снижения умственных способностей, достаточно серьезного, чтобы вмешиваться в повседневную жизнь. Примером может служить потеря памяти.]

Я с криком отступил назад, наблюдая, как уровень воды в резервуаре быстро опускается до половины высоты бака отсека. Люк открылся с небольшим зазором сверху, и только слегка изогнув свой длинный хвост, он легко выплыл из люка изнутри бака, обнажив половину своего туловища.

Я был глупо напуган этим внезапным быстрым непредвиденным событием и упал на землю. Мое тело было не синхронизировано с моим мозгом, когда я просто наблюдал, как водяной выползал, как черная ящерица.

Что же касается Дэвиса, то он, похоже, был напуган еще больше, чем я, поскольку тут же потерял сознание.

- Черт возьми! Очнись!

Я бросился бежать, но моя слабая лодыжка была схвачена вытянутым перепончатым когтем водяного, заставив меня пошатнуться, прежде чем я упал прямо на землю. Когда я в страхе обернулся, то увидел водяного, сидящего на корточках у моих ног и держащего свою мокрую верхнюю часть тела надо мной, возбужденно улыбаясь, как он сделал это при нашем первом прямом контакте.

- Де ... ша ... Ров…

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Глава 10

Этот низкий голос эхом отдавался у меня в ушах, и я осознал, что происходит, словно очнувшись от кошмара. В панике я попытался встать, но обе мои лодыжки были крепко обвиты рыбьим хвостом тритона. Мало того, странный аромат, заполнивший мой нос, заставил меня почувствовать себя слабым и беспомощным, даже силы встать и убежать не было.

Этот сильный, молодой самец русалки гнался за мной, он хотел спариться со мной.

Когда тритон пополз вперед, положив руки по обе стороны моего тела, заключая меня под себя, эта мысль усилилась в моем сознании с большой ясностью. Чувство стыда полностью затмило страх и тяжело давило на нервы, вызывая непропорциональность. .

Я поспешно толкнул его локтем в подбородок, чтобы он не подошел ближе, и постарался сохранить спокойствие и собранность. Несмотря на то, что я не знал, почему Дэвис вдруг сошел с ума и подчинился команде русала, поскольку тот, казалось, мог говорить на простом английском языке, это доказывало, что он мог, по крайней мере, понимать простые слова и понимать некоторые вещи, которые я хочу выразить.

- Послушай, Агарес, ты все неправильно понял. Я же не ...

Боже милостивый! Дэшаров, какой же ты идиот!

Как только это слово слетело с моих губ, мне захотелось сильно ударить себя по лицу. Я, несмотря ни на что, осмеливаюсь выпалить те слоги, которые имели особое значение в такие безумные моменты, разве это не было в основном ответом на его ухаживания!?

И действительно, выражение лица тритона стало заметно более возбужденным, он даже вытянул алый кончик языка и наклонил голову, чтобы лизнуть мое запястье, которое было положено ему под подбородок. Затем его губы прильнули к выступающему суставу моего запястья и начали порывисто посасывать его, словно наслаждаясь нежностью плоти и костей своей жертвы, делая его больше похожим на похотливого демона, чем на дикого зверя.

-...фак, не делай этого!

Неконтролируемое грязное замечание вырвалось наружу, когда я убрал руку, как будто меня ударило током, и тут же использовал свою ладонь, чтобы изо всех сил толкнуть тритона в грудь. Однако мне казалось, что я касаюсь твердого, влажного камня, и моя рука соскальзывает каждый раз, когда я толкаю его. Затем внезапно обе мои руки были крепко схвачены одной из лап тритона, в то время как его другая рука была обернута вокруг моей шеи сзади, слегка подталкивая мою верхнюю часть тела вверх, позволяя ему опустить голову и понюхать мою шею пару раз, прежде чем последовать за ним, облизывая языком вверх.

- Нет, ты сумасшедший зверь! Я же мужчина!

Я изо всех сил старался отвернуться, чтобы избежать его приближающихся губ, но мое тело, казалось, было под контролем какой-то скрытой силы, неспособной противостоять до такой степени, что стало бескостно мягкой. В тот момент я больше походил на тритона,в тот момент, парализованного и обезвоженного, пока он лежал на сухой земле.

Это было совершенно ужасное чувство. Это определенно более разрушительный опыт, чем быть запуганным старшими солдатами, когда вы поступаете в военную школу. Я не хочу быть похожим на женщину, которая охотно легла бы под кого угодно!

Однако то, что я сказал, было явно бесполезно против сильно сексуально возбужденного тритона Агареса, и я не мог сделать ничего, кроме как выпалить несколько бесполезных ругательств.

Агарес слегка ухмыльнулся, глядя на меня, и его выступающий кадык подпрыгнул в горле. Глотание его слюны отдавалось громким эхом, как будто он был голоден до крайности, его глубокие зрачки резонировали с пугающим блеском, полные похотливых желаний.

Похотливый демон. В своем хаотическом состоянии я снова подумал об этом слове.

Простите, что я так описываю этот мистический вид. Хотя у тритона было красивое и очаровательное лицо, его выражение было более эротичным, чем у любого из главных героев - мужчин, которых я когда-либо видел в фильмах. Обнаженный с нескрываемым животным началом. Если бы такой человек с таким поведением появился среди людей, я бы просто заподозрил, что он был сексуальным наркоманом, и даже интенсивные занятия любовью в течение всего дня не могли бы удовлетворить его.

Тем не менее, я отчетливо ощущал толстый половой орган в его суббрюшной плоской оболочке, выступающей из его тела, и теперь беспокойно касался промежности, создавая трение. Этот пик сексуального желания вот-вот должен был выплеснуться на меня!

Если бы я раньше понял, что у Водяного гон, я бы никогда не подошел к нему открыто. Кто может прийти и спасти меня?

Я закричал в своем сердце. Мое горло словно сдавило, и я мог только сказать хриплым голосом:

- Отпусти меня! Я предупреждаю вас, это не глубокое море, это владения человека, возвращайтесь на свою территорию ко двору!

-Я ... Агар ... ес ... Де ... ша ... ров…

Тритон уставился на мое сердитое лицо и ответил, приблизив губы к моему уху, медленно и прерывисто шепча, как и раньше. За этим последовала глубокая, тяжелая вибрация, исходящая из его горла, а затем влажный горячий воздух, исходящий из его рта, брызнул на мою обнаженную шею, заставляя меня чувствовать зуд и заставляя мое тело дрожать, черт бы тебя побрал……

Какая разница между этим и словами: "Я хочу трахнуть тебя Дешаров"? Этот бессовестный зверь....

Я продолжала бороться, чтобы избежать его приближающихся губ, но он удерживал мои руки над головой, не позволяя мне помешать его языку скользнуть вниз по моему уху, чтобы блуждать к моему чувствительному кадыку, жадно посасывая и покусывая его, как будто завтрашнего дня не было.

Скользкий и обжигающий язык непристойно пососал жемчужину в моем горле, прежде чем снова напасть на мочку уха, отчего мой мозг обмяк и онемел. Каждый дюйм моей кожи, к которому он прикасался, казался обжигающими искрами, обжигающими мою кожу, немедленно воспламеняющими ее. Даже сильный аромат, витающий в воздухе, кажется, опускается на меня, как низкое давление, вызывая во мне горячее и нетерпеливое чувство. Мое тело слегка дрожало:

- ...прекрати это, не лижи больше. Не продолжай, иначе я убью тебя!

Тритон оторвал голову от моей шеи и, прищурившись, посмотрел на меня сверху вниз. Его бровь была очень высоко поднята, выглядя почти игриво, как будто он чувствовал, что моя угроза была просто провокацией от невежественного ребенка к старшему.

Я набрал полный рот холодного воздуха, когда тревожное предчувствие поднялось глубоко внутри меня. В следующую секунду мое предчувствие подтвердилось, когда тритон наклонил голову, отбрасывая тень на мое лицо, закрывая свет, когда что-то теплое и мягкое прижалось к моим губам.

Этот водяной ... на самом деле целовал меня.

Эта мысль поразила меня, как гром и молния. Однако мускус его тела ворвался в мой рот и нос подобно мощному водному потоку, словно сметая последние остатки моих сил. Я даже не мог крепко стиснуть зубы, что позволило горячему языку водяного пройти прямо внутрь без всякого вызова, тереться о мой собственный язык, как похотливая змея, жадно пробующая мой рот на вкус.

Вся моя нижняя челюсть онемела, когда я почувствовал, как влажная слюна стекает по моей ключице, образуя мокрый след. Он потянулся вниз из уголка моего рта, облизывая все на моей ключице. Затем он разорвал зубами мою липкую и промокшую больничную одежду, осторожно обнюхивая мою грудь, прежде чем позволить дыханию, которое он выдохнул, парить вокруг моего соска.

Я поднял свою, похожую на лапшу дрожащую шею, чтобы посмотреть на свою грудь. Тритон нарочно посмотрел на меня с самодовольным выражением лица, высунув свой алый язык, чтобы лизнуть эту бесполезную штуку у меня на груди. Затем он полностью опустил голову, чтобы сжать губы вокруг нее, и начал неуклонно сосать с легким намеком на зубы.

С кончика его языка сорвалось электрическое оцепенение. Как форель, пойманная копьем, я был вынужден выгибать свою талию вверх. Я поднял голову, желая закричать, но мое горло было переполнено постыдными стонами.

Если бы эту сцену увидели другие, они могли бы подумать, что моя внешность выглядит необузданной, но я не мог контролировать свое собственное тело. Ничего не мог сделать, кроме как закрыть глаза от стыда.

Как раз в тот момент, когда я снимал свою броню, жесткий, влажный рыбий хвост, надетый на нижнюю часть моего тела, легко скользнул между моими ногами, создавая мощную дугу, которая заполнила промежуток между моими ногами до краев. Его поразительно большой половой орган переплетался с моим собственным "игрушечным ружьем", которое находилось между тканью и моей промежностью. Затем он начал лениво покачивать хвостом, ритмично постукивая им по ложбинке моих ягодиц

Глава 11

Мой ошеломленный мозг взорвался с грохотом. Понимая, что ситуация совершенно непоправима, я потряс головой, пытаясь заставить себя быть более трезвым, но все было напрасно, так как я снова погрузился в хаос плотского желания.

Скользкая чешуйчатая кожа подо мной соприкоснулась с брюками и начала тереться о мои гениталии, и подобно щупальцам кальмара, нежно ласкающим самые чувствительные части моего тела, взрыв неописуемой похоти следовал за каждым взмахом рыбьего хвоста.

Кроме того, язык Агареса сосал и лизал мои соски, удваивая стимуляцию, заставляя меня постоянно открывать рот. Я был не в состоянии даже принять во внимание жидкость, стекающую из уголков моего рта, кроме как издавая серию хриплых вздохов.

Я почувствовал, что мое нижнее белье намокло, и инстинктивно понял, что это не вода. Именно из-за этих непристойных фрикций мой преякулят вышел наружу. Это был в основном естественный признак, указывающий на недовольство мужчины своими неудовлетворенными желаниями.

Внезапно это сильное чувство стыда вернулось ко мне. Я проглотил переполняющую меня жидкость во рту, прежде чем сжать зубы. Я чувствовал, что во мне еще осталась какая-то рациональность, однако мое тело уже давно поддалось похоти, даже не зная, когда мои ноги начали отчаянно цепляться за рыбий хвост.

Когда я осознал, насколько скоординированными были мои движения, двигаясь вместе с ним, я также почувствовал, что половой орган Агареса расширяется еще больше, а его раздутый, кипящий кончик сердито тычется мне в промежность. Агарес обхватил одной рукой мою прикрытую ягодицу, и всего одним взмахом руки мои штаны были полностью разорваны в клочья, а мои теперь уже голые ягодицы прилипли к холодной, скользкой и влажной поверхности рыбьего хвоста.

Мое тело тут же задрожало от холода, когда пять пальцев водяного крепче сжали мою талию. Затем рыбий хвост соответственно потянул мое туловище вверх, прежде чем толкнуть все мое тело вниз в объятия водяного, заставляя мою промежность аккуратно оседлать его. Скользкие, толстые половые органы подо мной теперь пульсировали в узкой щели моих ягодиц, даже мои собственные открытые и отвердевшие гениталии упирались в низ живота Агареса.

Снова стиснув зубы, я закрыл глаза, не осмеливаясь посмотреть вниз, чтобы увидеть происходящее внизу. Кровеносные сосуды на моих щеках, казалось, вспыхнули красным цветом, а горячее пламя охватило все мое тело, обжигая меня со всех сторон, и мне стало так стыдно, что я был готов умереть в этот самый момент.

Лицо Агареса было совсем близко от моего, так что между нами почти не оставалось зазора. Его тяжелое дыхание лилось мне на лоб. Я открыл глаза, и мой взгляд мгновенно оказался пойман в ловушку бездонных темных зрачков, которые пристально смотрели на меня.

Именно в эту долю секунды я почувствовал, как мое сознание вырывается из тела. Тихий звук непрестанно звенел в моей голове, заставляя мою голову закружиться в головокружении, которое заставляло мое тело чувствовать себя ненормально тяжелым, как будто меня погрузили на дно глубокого океана. Я мгновенно запаниковал и вскарабкался наверх, чтобы обвиться вокруг шеи Агареса, но он воспользовался этой высотой, чтобы обнять меня.

Хвост Водяного под моим телом внезапно приподнял меня высоко, мои бедра мгновенно взметнулись вверх, прежде чем рука Агареса прижала их обратно. Ни с того ни с сего я почувствовал, как в щели между ягодицами поднимается жар. Скользкий гигант открыл вход в мое тело, первый Пионер, вошедший в такое девственное место, выделяя по пути какую-то смазывающую слизь, и устремился во внутренние стенки моего ануса.

В этом хаосе я смутно сознавал, что Агарес изнасиловал меня и даже соблазнил на секс с этим чудовищным существом! Я задрожал от такого потрясающего стимула, едва уловив остатками сознания, когда мои пальцы плотно сжались вместе. Я хотел закричать, позвать на помощь, но единственное, что я слышал, были редкие прерывистые крики, вырывающиеся из моего дрожащего горла.- ...Вон ... Агарес, достань эту штуку изнутри... это место не предназначено для полового акта!

-А...Гар...ес ... де ... ша ... Ров…

Мой отчаянный крик еще больше взволновал Агареса. Он склонил голову к моему уху и тяжело задышал, его сексуально затвердевший орган нетерпеливо терся и исследовал мое тело. Стыд и сожаление одновременно давили мне на нервы, заставляя задыхаться. Я попытался подтянуть талию, сопротивляясь вторжению Агареса, но хвост был зажат между моими ногами так плотно, что даже палец не мог проникнуть внутрь.

Чем больше я пытался двигаться, тем глубже погружались половые органы Агареса, и все сильнее жезл цеплялся за горячие анальные стенки, как присоска, углубляясь дюйм за дюймом, пока наконец не был полностью вставлен.

Теперь мои ягодицы, кажется, плотно прилегают к его талии, не оставляя никаких зазоров.Узкий проход, в котором не должно было находиться никаких предметов, был до предела растянут его половым органом. Затвердевший член, который был намного больше, чем у людей, с силой раздвигал мои внутренние стенки. Он казался распухшим и полным, но болезненным до такой степени, что я почувствовал, как мою брюшную полость проталкивают внутрь. Но в то же самое время зудящее чувство, как будто муравьи грызли мои кости, росло из глубины моего тела. По мере того как трение становилось все более и более интенсивным, оно становилось еще более острым.

Это было странное удовольствие, гораздо лучшее, чем мастурбация, и я знал, что Агарес, должно быть, коснулся моей простаты, так как интенсивного удовольствия было достаточно, чтобы сломить мужчину, который раньше не имел сексуального опыта, потому что я чувствовал, что нахожусь на грани безумия. Я даже чувствовал себя больше зверем, чем он, стонал с широко открытым ртом и с непроизвольными слезами, льющимися безостановочно.

Мои веки сразу же стали влажными и мягкими, и, к моему удивлению, Агарес приблизился и лизнул мои веки своим языком. Его действия были очень мягкими, как будто успокаивали меня, но его атакующий половой орган был очень неумолим. Моя спина выгнулась вверх, как натянутая тетива лука, когда он отступил от моих внутренностей. Затем, словно почти достигнув своего предельного предела, Он приподнял мою ягодицу и яростно погрузил головку своего члена прямо в мое горячее отверстие, сразу же ударив меня по простате.

-А ... ха ... Агарес ... а ... а ... остановись..

Моя талия резко дернулась вперед, сопровождаемая постыдными стонами, когда захлебнувшееся удовольствие чуть не заставило меня упасть в обморок. Я увидел вспышку тьмы прежде, чем подсознательно посмотрел на источник раздражения подо мной.

Я мельком увидел красноватый ствол, воткнутый в мои ягодицы, с яростными красными венами, лопающимися живыми, когда шелковистая белая слизь сочилась из них с энергичным накачиванием агара. Это было безошибочное сексуальное оружие, ничем не отличающееся от мужского, и оно действительно сводило меня с ума.

Черт возьми, Дэшаров. Ты чуть не кончил от того, что тебя трахнул зверь!

нет-нет….…

- Закричал голос у меня в голове. Я чувствовал лихорадку во всем теле, когда бессильно ощупывал место, которое связывало нас вместе, желая вытащить эту гигантскую штуку. Плотно прижатый рыбий хвост на этот раз резко зашевелился, сотрясая мое чувствительное и слабое тело вверх и вниз, когда половой орган начал яростно вбиваться в мое тело, как сильный ливень.

У меня даже не было времени отдышаться или громко застонать из-за его резких действий, кроме как инстинктивно царапать крепкую спину Агареса пальцами, когда хлынувшие слезы стекали по моему покрасневшему лицу и попадали в тяжело дышащий рот. Я не мог не признать, что действительно плачу. В дополнение к физиологической реакции я испытал еще и крайнее унижение, потому что мне довелось испытать свой первый настоящий оргазм в этом неортодоксальном скотстве.

Я боялся, что никогда в жизни не смогу забыть нападение этого тритона на меня. Он будет следовать за мной, как тень, из-за этой встречи я, возможно, не смогу продолжить свою карьеру в области биологических исследований. Если бы об этом знали другие ... известны другим....

- Нет, Нет!

Мой спутанный разум был полон темных, диких кошмаров, я не осмеливался слишком глубоко думать о них. В то же время мой разум был погружен в состояние хаоса и смятения из-за неистового движения Агареса. Вся моя фигура словно погрузилась в волны плотского желания, плывя и утопая, не в силах совладать с собой. Однако как раз в тот момент, когда я был рад достичь пика интенсивного удовольствия, раздался внезапный крик, сопровождаемый резким звуком пули, попавшей в стеклянный резервуар.

- Дешаров! Дешаров!

Мое душевное состояние в этот момент, казалось, разорвалось на части. Я лишь искоса взглянул на него и увидел знакомую фигуру, спешащую мне навстречу. В моем мозгу раздался взрыв, за которым последовал крик страха, прежде чем я окончательно потерял сознание.

________________________________________________

[Т/Н: СТОЙ! Не читайте дальше, пока не прочтете и не поймете эту переводческую записку. В разделе "автору есть что сказать" появятся спойлеры для будущего контента. Если вы хотите удовлетворить себя, идите вперед, однако, пожалуйста, уважайте тех, кто не хочет спойлеров, поэтому, пожалуйста, будьте осторожны с тем, что вы прокомментировали. Спасибо!

Автору есть что сказать: сначала я объясню обоснуй, хотя он будет разворачиваться в сюжете позже.

В моих условиях глубоководные мерфолки / люди-мерфы должны выживать и созревать при очень низких температурах на стадии своего младенчества. Но из-за загрязнения окружающей среды морская вода становилась все теплее и теплее, разрушая способность женщин-русалок к размножению и вызывая неспособность молодых мерфолков выжить. Это официально привело к разрушению нормальной репродуктивной системы мерфолков, и из-за этого некогда высоко ценимые самки русалок (они потеряли свой статус) стали не чем иным, как питательными веществами для остальной части населения.

Размножение было заменено мужской русалкой, где они инфицируют через половой акт, чтобы ассимилировать мужчину-человека, чтобы расширить свою популяцию и избежать смерти молодых мерфолков, поскольку взрослые мужчины-люди непосредственно станут взрослыми русалками.

Хотя этот процесс является медленным и несовершенным, именно так обстоит дело с эволюцией. Эволюция любого организма имеет свои недостатки, особенно у сильных видов без естественных врагов, таких как саблезубые тигры, тираннозавры, а также у мерфолков.

Однако это никак не влияет на содержание романа, потому что вымирание произойдет лишь много веков спустя.

Переводчику есть что сказать: Похоже, что сперма русалок может изменить клетку (ДНК) мужчин-людей посредством полового акта, чтобы превратить их во взрослых мужчин-тритонов. Если кто-то из вас все еще не понимает, не беспокойтесь, как сказал автор, это будет раскрыто позже в рассказе.

Глава 12

- Дэшаров, ты действительно хочешь изучать этот вид мерфолков, называемый ночным демоном? Даже если это может стоить тебе жизни? Ты.... знаешь ли вы, что мерфолки-это звери-людоеды? - Пожилая женщина пристально смотрела на темную и мрачную поверхность моря, ее пустые глаза смотрели куда-то вдаль. Каждая морщинка на ее постаревшем лице, казалось, застыла в страшном воспоминании, и они слегка дрожали.

Я глубоко вдохнул сильный рыбный запах, несомый океанским бризом, и кивнул.

- Я слышал об этих слухах, но нет конкретного случая, чтобы проверить это, это также причина, по которой я искал вас. Я осторожно положил руку на согнутую спину старухи, стараясь, чтобы она продолжала говорить как можно мягче. - Я умоляю вас рассказать мне о русалке, которую вы видели во время кораблекрушения, разве вам не нужен кто-то, кому Вы могли бы рассказать все, что вы запомнили? Если бы вы заговорили, я был бы готов стать вашим временным психологом, чтобы помочь ослабить узлы в вашем сердце.

Казалось, она была до некоторой степени тронута, когда повернула ко мне голову. Эти два мутных глаза отражали свет от угасающего костра за моей спиной, выражение ее лица казалось сложным и непредсказуемым, когда она внимательно смотрела на меня. Ее скрюченная рука сжимала мое запястье, а ногти почти впивались в мою плоть. Похоже, она использовала этот метод, чтобы проверить мою искренность. Я сопротивлялся эксцентричности душевнобольных и смотрел на нее с решительной твердостью.

Независимо от того, что мистер Шиничи однажды сказал мне раньше, даже если бы я поговорил с очевидцем, который столкнулся с русалкой во время кораблекрушения с вероятностью, что сказанные слова не очень правдоподобны, я все равно не хотел отказываться от некоторых соображений.

Старуха глубоко вздохнула и закрыла глаза.

Под опущенными веками очертания ее глаз потеряли фокусное расстояние и начали двигаться, это движение указывало на то, что давний морской путешественник снова вышел на сушу. Я знаю, что она, должно быть, глубоко погрузилась за эти годы в море, и я не мог не затаить дыхание, искренне ожидая, когда она заговорит.

После долгого молчания старуха испустила еще один долгий вздох и бессвязно выплюнула каждое слово:

- ...в то время группа искателей приключений и я были точно такими же, как ты, мечтающими увидеть русалку. Наш корабль уже несколько месяцев дрейфовал в районе, где, как говорили, обитают мерфолки. Наконец, однажды нам удалось поймать самца русалки. Однако мы не ожидали, что мерфолк окажется таким злым и страшным существом из морских глубин... он сначала учует вас, глубоко принюхиваясь, как будто оценивает запах своей добычи. Если ты заставишь его почувствовать отвращение, он свернет тебе шею и разорвет на куски…

Когда она произнесла это, ее дыхание внезапно стало прерывистым и торопливым, а затем ее глаза внезапно открылись.

- Это действительно было похоже на ночной кошмар, ах. Я воочию видела, как несколько моих добрых товарищей рассматривались тритоном как пища, и была только я... только я... я спряталась в потайном темном помещении, позволившем мне спастись от этого ужаса. Я была так напугана, что не осмеливалась издать ни звука, пока не увидела беспомощно, как этот ужасный ублюдок забрал моего сына! Он был унесен тритоном на дно океана, чтобы больше не возвратиться... я действительно сожалею об этом... действительно сожалею…

Она продолжала повторять эти серии слогов, качая головой. Я знал, что ее психическое заболевание снова повторяется, и не мог удержаться, чтобы не схватить ее за плечи в попытке уколоть приготовленное успокоительное в руку. В этот момент глаза старухи в отчаянии распахнулись, иссохшая старая рука крепко вцепилась в мой воротник, притягивая меня к своему лицу. Она показала какую-то странную, а также безумную улыбку, подобающую сумасшедшему человеку.

- Дешаров, поверь мне, если ты сильно захочешь увидеть ночного демона в море, они это почувствуют... им нравятся молодые красивые люди с восхитительными запахами, которые приятно нюхать... ты... совсем такой, как мой сын ...

(редактор: у меня мурашки по коже, черт возьми)

Я был ошеломлен безумием, в котором она говорила, и в то же время чувствовал себя немного подавленным, зная, что все это были, вероятно, неточные предположения, высказанные возможно в бреду больным человеком. Внезапно на мое плечо обрушился тяжелый и болезненный удар. Я обернулся и увидел перед собой давно умершего господина Шиничи. Его лицо было бледным и опухшим, а все тело покрыто мокрыми водорослями. Его глазницы были всего лишь двумя глубокими пустыми отверстиями, в которых ничего не отражалось. - Дэшаров, поверь ее словам. Вы познакомитесь с этими мерфолками…

Испугавшись, я нервно отступил на шаг, но обнаружил, что моя способность ходить была немного странной. Я посмотрел вниз, на нижнюю часть своего тела, чтобы увидеть, что все ниже моей талии было неожиданно покрыто чешуей, превратив ноги в блестящий серебристо-серый рыбий хвост.

- Ах...!

Я резко проснулся, крича из-за кошмара, и мое тело было покрыто холодным потом. Я тут же откинул покрывавшее меня одеяло и посмотрел вниз. В паре больничных штанов были мои две ноги и ступни совершенно нормальные и здоровые.

Как же мне приснился такой странный сон? Я зашел так далеко, что неожиданно увидел сон о том, что случилось несколько лет назад, и даже увидел призрак мертвого господина Шиничи.

Я вспомнил по-настоящему безумные слова, которые старуха однажды сказала мне во сне, и ужасающую внешность господина Шиничи. Я невольно почувствовал легкий холодок на спине. Я просто не ожидал, что предсказание о моей будущей встрече с тритоном, о которой я раньше не беспокоился, на самом деле будет исполненным пророчеством.

Только вот как я снова оказался на кровати? Разве я не должен быть в глубоководной лаборатории, изучая водяного вместе с Дэвисом? Ах да, я помню, как тот парень внезапно сошел с ума и выпустил водяного!

А потом... что случилось потом?

Я изо всех сил старался припомнить, что же произошло после этого, но моя память временно задержалась на том месте, где из люка вылезал тритон. Затем, как и раньше, в моем мозгу образовалась брешь, и моя память сразу же перескочила на тот кошмар, который я только что пережил.

Что же именно произошло? Я дотронулся до своего потного лба и почувствовал, что у меня немного повышена температура, указывая на легкую лихорадку. Не в силах справиться с тяжелым ощущением в голове, я приподнял свое тело и планировал принять душ, чтобы еще больше проснуться. Однако, едва я пошевелил бедром, как почувствовал ноющую боль, пронзившую нижнюю часть моего тела. Все, что было ниже моей талии, казалось чрезвычайно слабым и парализованным, как будто у меня не было позвоночника в спине. Это было просто, как будто кто-то использовал свои кулаки, чтобы безжалостно избить мои ягодицы, вывернув их наизнанку.

(Т / н: почему мой ум продолжает думать о чем-то другом!!!) (Редактор: хех)

Как же это могло быть……

Может быть, в своем паническом состоянии я потерял равновесие, когда мчался вниз по лестнице, что привело к тому, что я не только повредил свою задницу, но и полностью потерял сознание при падении?

Я недоуменно потрогал свои ягодицы, чувствуя, как мое сердце смущается от возможной вероятности. Казалось, что была только одна причина, чтобы объяснить это.

Как раз в этот момент дверь со щелчком распахнулась, а затем послышался звук кожаных сапог, ступающих по полу издалека и приближающихся только для того, чтобы остановиться в дверном проеме.

(Автору есть что сказать: наш повелитель Шоу (низ) сейчас спокоен и собран, не помня, что произошло. Но не стоит волноваться, в недалеком будущем он придет к тому, чтобы ясно вспомнить, что же на самом деле сделал с ним водяной!!! (๑ᴗ)و

Глава 13

Когда в комнате зажегся свет,я подсознательно прикрыл глаза. Но потом я вдруг почувствовал, что меня поднимают вверх, обнаружив, что это действие было довольно грубым.

Открыв глаза, я с силой потряс головой. Я поднял глаза и увидел, что Райн смотрит на меня сверху вниз. Свет, отражавшийся от нижней части его носа, образовывал глубокую тень под глазницами, что придавало его глазам чрезвычайно устрашающий вид. Нет никаких сомнений, что он сейчас же выхватит свой пистолет и выстрелит в меня.

Однако в данный момент я не знаю, что я сделал, чтобы разозлить его. Может быть, это из-за того, что я пошел посмотреть на водяного вместе с Дэвисом?

Я вспомнил его предостережения и предыдущую неудачную попытку изнасиловать меня и не мог не испугаться. Я крепче вцепился в простыню, стараясь сохранить спокойное выражение лица.

- Эй, парень, что это у тебя такое кислое и запорное выражение на лице? Ты съел что-нибудь такое, что расстроило твой желудок?

Прежде чем я успел закончить фразу, он схватил меня за воротник рубашки, потянул вверх и оставил мое тело висеть в воздухе. Рейн свирепо уставился на меня, с выражением нетерпения сожрать меня целиком. Он глубоко выдохнул мне в лицо свое горячее дыхание, от которого я даже почувствовал сильный запах подавленного гнева. Сон тут же рассеялся, как дым в воздухе. Я сердито посмотрел на Райна, чувствуя, что мне трудно дышать из-за того, что моя шея была придушена в воздухе, но я не хотел выказывать ни малейшей робости и снова быть использованным им в своих интересах.

-Что это ты все с ума сошел, ублюдок? Я еще даже не совсем проснулся!- Сердито выругался я, пытаясь оторвать его пальцы в попытке ослабить давление. Райн не стал продолжать напрягать свои силы, и это заставило меня внезапно приземлиться обратно на кровать, причем мои поврежденные ягодицы приземлились прямо на жесткую доску кровати. Боль немедленно заставила меня свернуться в позу креветки и безостановочно выть, издавая жалкие вопли.

Райн схватил меня за запястье и заставил посмотреть на него снизу вверх. Его непоколебимое лицо было явно преисполнено раскаяния и вины.

- Я же предупреждал тебя, Дешаров! Я предупреждал тебя, чтобы ты не приближался к этому опасному мерфолку ... я никогда не думал, что это случится, Боже мой, ты должен сначала успокоиться!

- Успокоиться?- Сейчас Райн вел себя так, словно лечил пациента, который был достаточно психически неуравновешен, чтобы в любой момент покончить с собой, и это заставляло меня чувствовать себя крайне подозрительным и сбитым с толку.

Я дотронулся до своей болезненной задницы и поморщился от боли. Я прищурился на него и сказал:

-Блин, что значит "успокойся"? Это ты со мной так поступил!

Райн был явно ошеломлен. Я воспользовался этой возможностью, чтобы вырваться из его рук, и в агонии вскочил с постели. Но как только мои ноги коснулись пола, боль в пояснице чуть не заставила меня рухнуть на колени. Райн приподнял мою спину, чтобы опереться на кровать. С моими двумя ногами, чувствующими себя слабыми и бесполезными, я мог только поддерживать себя, держась за перила кровати, и как старик, я поддерживал себя, держась за свою собственную спину:

-...черт возьми, как это может быть так больно ...

- Неужели ты не чувствуешь ничего, кроме боли? Дешаров, ты ведешь себя необычайно спокойно!

Рука Райна безжалостно сжала мою челюсть, его пальцы напряглись с чудовищной силой, словно пытаясь вывихнуть их. Я не смог уклониться от его жесткой хватки, отчего мои глаза покраснели от боли. Я был крайне взбешен до такой степени, что никак не мог успокоиться. Я безжалостно пнул ногой доску кровати, ударив ею по ноге Райна и одновременно закричав:

-...ты сумасшедший! Да ты с ума сошел! Убирайся отсюда и держись от меня подальше!

Райн неожиданно даже не попытался увернуться. Для него удар жесткой доски кровати был всего лишь ощущением губки. Он твердо стоял на том же месте, даже не шелохнувшись. Затем его ладонь внезапно ударила по кровати, как будто он что-то понял.

- Дэшаров, скажи мне, что ты делаешь это не нарочно, и что на самом деле это всего лишь временная... временная амнезия, верно?

Временная амнезия?

Эти слова сразу же успокоили меня. Да, в последнее время мои воспоминания действительно были немного искажены. Возможно, Райн знал, что произошло за этот отрезок отсутствующего времени.

Я молча кивнул.

- Я тоже так думаю. Райн, ты ведь знаешь, что я забыл, правда? Я ведь тоже получил свои травмы в то время, верно?

Райн ничего мне не ответил. Его рука, казалось, еще крепче сжалась на дощечке кровати, отчего простыня на ней образовала глубокие складки. Его лицо исказилось в чудовищном и странном выражении, как будто он вспомнил что-то, что рассердило его. Он крепко сжал челюсти, и от корней ушей до скул расползлось красное пятно. Его дыхание было неудержимо учащенным, казалось, он испытывал сильнейший гнев, но в то же время его переполняла неописуемая похоть.

Он пристально посмотрел на меня, его глаза скользнули вниз по моей шее и задержались на моем теле. Его Адамово яблоко подпрыгнуло в горле, указывая на то, что он проглотил полный рот слюны. Мурашки покрыли все мое тело, я быстро потянулся, чтобы схватить свой слегка открытый воротник и крикнул, нахмурившись:

-Райн!

-Нет, я не знаю.

Потребовалось много времени для Райн, чтобы ответить, его голос, звучал непривычно хрипло.

Такая реакция, которую он продемонстрировал, была похожа на то, что происходит после просмотра фильма "а". Я не мог не чувствовать тошноты, меня тошнило от того, что он внимательно наблюдал за мной. Несмотря на то, что я знал, что Райн должен был что-то знать, я не осмеливался продолжать расспросы, потому что интуитивно чувствовал, что нынешнее настроение Райна было очень неустойчивым, он мог в любой момент совершить несколько экстремальных поступков, и жертвой в конце концов буду только я сам.

Если ты умный, то послушно заткнись, если знаешь, что для тебя хорошо. Неизбежно найдется способ полностью разобраться во всем самостоятельно в будущем

- Но камера слежения знает. То, что произошло прошлой ночью, вы можете увидеть в этой штуке.- Внезапно спросил Райн, доставая из кармана брюк черный жесткий диск. Он бросил его на кровать и неохотно выдавил из себя несколько слов: -посмотри сам, компьютер вон там, на столе.

Я взял диск в руки, удивляясь происходящему. Мое сердце слегка ускорилось, сердцебиение необъяснимо усилилось, как будто у меня было ощущение, что я вот-вот увижу нечто ужасное и невыразимое. В моей голове раздался отчаянный крик:

-...брось это, брось это, не смотри это Дэшаров, а то пожалеешь!

Но чем громче становился этот голос, тем больше во мне росло любопытство. В борьбе между этими противоречивыми чувствами я заставил себя включить компьютер и подключить жесткий диск.

Сцена в видеозаписи медленно подскочила несколько раз, причем воспроизводились только разные места, пока постепенно все не стало ясно. В нижнем правом углу экрана я увидел две человеческие тени. Это были мы с Дэвисом. Мы разговаривали перед прозрачной стеклянной дверью. Я вспомнил, как Дэвис обсуждал со мной свою гипотезу о том, что у Водяного гон.

Через несколько минут, как я и помнил, я увидел за стеклянной дверью тритона, который смотрел прямо на меня. В этот момент наши пять пальцев прижимались друг к другу со стеклом между нами.

Я услышал, как рядом со мной участилось дыхание Райна. Он подошел к окну и сильно ударил по нему кулаком. Мое сердце бешено колотилось в то же самое время, когда я смотрел на сцену со мной и Водяным, и мои нервы были напряжены.

Пэн-Пэн-Пэн...

Внезапно в дверь постучали.

Я действительно почувствовал некоторое облегчение, когда сделал глубокий вдох. Райн быстро подошел ко мне и вытащил жесткий диск, словно пытаясь защитить его от входящего человека. После этого он подошел к двери и открыл ее.

За дверью появилась молодая, компетентного вида незнакомая женщина, одетая в белый халат исследователя с серебряным офицерским значком, приколотым к груди. За ней следовали высокие мужчины, одетые как солдаты. Увидев их, я остолбенел от такого расположения войск и вооружения. Райн тоже казался удивленным, когда он спросил:

-Полковник Сакарол! Почему вы…

- Зовите меня здесь доктором, мой дорогай Райн. Женщина улыбнулась и протянула мне руку, ее глаза были полны сияния строгой решимости. - Это должно быть маленький Уоллес из Санкт-Петербурга. Здравствуйте, я Сакарол, декан Сверхъестественного биологического Научно-исследовательского института в Санкт-Петербурге, а также седьмой полковник российского Военно-Морского Флота. Очень приятно с вами познакомиться.

Какая необыкновенная женщина! Я просто восхищаюсь ею от всего сердца.

- Привет... - я взял Сакарол за руку и в ответ на ее весьма сдержанное представление неуверенно пробормотал: - Здравствуйте, я Дешаров Уоллес, старший студент биологии Санкт-Петербургского морского колледжа. Доктор Сакарол, Как поживаете?

Сакарол кивнула, немного нетерпеливо, но в ее тоне не было ничего удивительного.

- Мистер Дешаров, я хочу кое-что понять о вас. Прошлой ночью наша группа исследователей подверглась ужасному нападению этого тритона, когда они попытались приблизиться к нему, оставив Дэвиса в бессознательном состоянии. Здесь нет никого, кто мог бы приблизиться к тому мерфолку, о котором мы знаем.- Она достала из кармана маленькую черную коробочку. - Прежде чем Дэвис впал в коматозное состояние, он заявил, что у тритона, вероятно, гон и что только вы можете общаться с ним. Правда ли то, что он сказал? Если это так, то мы искренне надеемся, что вы сможете помочь нам в спаривании тритона.

Нервы в моем мозгу внезапно подскочили с пульсом, и я сразу догадался:

-Спаривание? Может быть, вы, ребята, поймали русалку женского пола?

Сакарол покачала головой.

- Это клонированный вид. Этому научно-исследовательскому институту удалось получить один раз, однако жизненная сила самки русалки была очень слабой и хрупкой. Она просто выжила в течение нескольких дней, прежде чем умереть. Ожидается, что этот клонированный вид также выживет в течение всего лишь одного года. Начиная с сегодняшнего дня, ей осталось жить всего одну неделю.

-Я это сделаю!- Я ответил, не задумываясь, скрывая волнение в своем сердце. Увидеть собственными глазами процесс размножения русалки и помочь ему - это такое стоящее дело. Более того, это возможность исправить тенденцию Агареса в выборе неверного партнера для спаривания и отвлечь его внимание от моего мужского человеческого тела....

Когда эта мысль пришла мне в голову, из нижней части моего тела вдруг поднялось невыразимое физиологическое колебание. Я почувствовал, как напряглись мышцы моих ягодиц, а щеки стали обжигающе горячими, а на лбу выступили крошечные капельки пота. Сильное чувство стыда, пришедшее из ниоткуда, давило мне на нервы, заставляя стыдиться и не показывать своего лица. Неожиданно возникла настоятельная необходимость бежать.

- Что происходит? Ну почему я такой?

У меня закружилась голова. В безосновательной пустоте неизвестности я чувствую, как что-то мокрое и скользкое касается промежутка между моими ногами, и обе они сразу же ослабевают.

А...га...ре ... с…

- Дешаров, Дешаров!

Мое тело задрожало, когда я очнулся от этого околдованного состояния ума, и я обнаружил, что прислонился к Райну.

- Мистер Дешаров, что с вами такое? Твое лицо совсем покраснело. У тебя что, жар поднялся?

Сакарол с беспокойством коснулась моего лба определяя температуру.

- Полковник Сакарол, как его наставник, я категорически против того, чтобы Дешаров помогал спариванию мерфолка в его нынешнем состоянии, - сказал Райн, крепко сжав мою руку. - но я не хочу, чтобы это произошло. Я предлагаю подождать, пока Дэвис очнется.

Я резко высвободил свое тело из его рук.

-Нет, я не хочу упустить такую возможность.

- Ни в коем случае!- Райн решительно повысил голос в знак отказа, его кулаки были крепко сжаты, обнажая широкие мускулы и сухожилия на руках. Я знал, что если бы сейчас здесь никого не было, то он бы уже угнетал меня своей военной силой.

К несчастью, Сакарол, этот высокопоставленный офицер, казалось, был его непосредственным начальником, и он не мог ослушаться ее приказа.

Я спрятался за спину Сакарол, вызывающе поднял средний палец Райну и беззвучно произнес одними губами: "Блядь, фак тебе.". - Я подошел к кровати, взял свою ветровку и надел ее.

- Доктор Сакарол, я хотел бы помочь водяному в спаривании.

***************************

Переводчику есть что сказать: во избежание всякой путаницы Дешаров до сих пор не знает, что именно происходит. Он видел только ту часть, где он и водяной соединяют свои руки, прежде чем их прервали…

Спасибо вам и счастливого чтения!

Глава 14

Как только я вошел в подводную лабораторию, я сразу же почувствовал ошеломляющий экзотический аромат, заставив меня закрыть нос больничной одеждой, которую я носил. Я вдохнул запах лекарства, который немного помог мне справиться с необъяснимым головокружением. Я также не знал, почему мне не хотелось поднимать голову, чтобы исследовать подводный мир за стеклянным цилиндром в поисках фигуры Агареса.

Я неожиданно боюсь пойти и посмотреть на него... или, лучше сказать, увидеть его?

С тех пор как Дэвис рассказал мне о своей гипотезе, я перестал воспринимать водяного как обычного зверя. Это было бы слишком неловко и смущающе.

Я склонил голову и последовал за Сакаролом по винтовой лестнице на пол над люком. Это была лаборатория над кольцевым резервуаром, где весь пол был сделан из прозрачного стекла. Стоя там, я чувствовал себя так, словно мои ноги плавают в глубоком синем море, а группы рыб подо мной - как плывущие облака, проплывающие мимо, заставляя чувствовать себя непринужденно.

Краем глаза я невольно высматривал фигуру Агареса среди скоплений рыб. К счастью, никаких его следов видно не было, и это помогло мне успокоиться.

- Что ты ищешь? Этого подлого зверя? - Чья-то рука опустилась мне на плечо, и я испугался. Я повернул голову и увидел, что Райн внимательно и слегка взволнованно изучает меня.

Я тут же смутился и инстинктивно возразил в ответ:

- ...что за чушь ты несешь? Что за подлый зверь? Когда это вы употребляли такие ужасные прилагательные? Дружище, если я правильно помню, до того, как мы поймали водяного, разве не ты хвастался мне, что все мерфолы-красивые и соблазнительные демоны?

- Но эта тварь-самец, варварский и свирепый самец, Дэшаров, ты не должен обманываться видом этого злобного зверя! - Лицо Рейна потемнело, он, казалось, что-то вспомнил, глядя на мое лицо. Он с трудом сдержал гнев и выдавил из себя пару слов сквозь стиснутые зубы: - этот подлый зверь, он... —

- Послушай, Дешаров, это наш шедевр.”

Сакарол указал вперед, и я соответственно поднял голову и увидел черную стену внутри цилиндра, опускающегося в центр лаборатории, открывая внешний прозрачный стеклянный корпус. Когда вид того, что находится внутри, был полностью открыт, я не мог удержаться от искреннего восклицания восхищения.

Это была русалка женского пола! О боже!

Мои глаза словно приклеились, мои ноги непроизвольно подошли к цилиндру и подошли, чтобы прислониться к стеклянной-стене, все еще не веря в то, что я вижу.

-Ее зовут Лилит, очень красивая, правда? Это существо было получено из клетки русалки, привезенной старым профессором этого институте 20 лет назад с побережья Австралии. Ее долго держали замороженной, поэтому она выглядит очень слабой и хрупкой.

Сакарол медленно объяснил мне.

Да, она действительно выглядела очень слабой и хрупкой. Однако этот тип хрупкости сделал эту женщину-русалку обладающей естественно чистой и неземной красотой. С первой же секунды, как мой взгляд упал на нее, я не мог связать ее с прилагательными, которые Райн использовал при описании мерфолков, потому что она выглядела не как женщина-демон, а как настоящий чистый ангел.

Это была тропическая Краснохвостая Русалка. Я полагаю, что причина ее короткой жизни могла быть связана с температурой холодной воды, в которой она жила.

Ее врожденные серебристо-белые волосы плавали, как чистый и нетронутый снег, в свете мерцающего отражения волн, ее бледно-голубоватая кожа, казалось, испускала слои сверкающего полупрозрачного тумана, пара светло-изумрудных глаз мерцала в воде, казалось, плача.

Русалка выглядела очень подавленной и одинокой.

Мой разум был необъяснимо подтолкнут выражением лица русалки. Эта русалка, клонированная людьми, содержала необъяснимую глубокую печаль в своих глазах, как будто вздыхая о своем одиночестве и своей беспомощной судьбе.

- Прости... Не бойся, ты скоро воссоединишься со своим собственным видом, хорошо?

Я положил руку на стеклянную стену, как я произнес эти слова, глядя на нее искренне. Желание мужчины защитить меня дало мне импульс успокоить и успокоить это нежное и прекрасное создание. Чувство невыносимой вины пронзило мою грудь, словно я согрешил. Хотя и Сакарол, и я хотели по-настоящему и полностью изучить все о мерфолках и понять их, я все еще чувствовал, что в то же самое время, используя клонированную русалку, которую мы не могли даже помочь в поддержании ее короткой жизни, в экспериментах по разведению было оскорбительным действием для такого величественного существа.

Исследование и разведение их-это две разные вещи, мы не имеем права диктовать их судьбы.

- Эй, Сакарол? Является ли то, что мы делаем, действительно уместным?

Хотя было ясно, что нет лучшего способа успокоить вспыльчивого Агареса, чтобы продолжить исследования, печаль русалки заставила меня внезапно заколебаться.

- Если спаривание будет успешным... я имею в виду, если самка русалки успешно забеременеет, уверены ли мы, что сможем сохранить их эмбрионы и обеспечить их плавное развитие? И эти два Мерфолка произошли от двух разных видов, живущих в разных водах. Если новорожденные вырастут до определенного возраста, как мы можем судить, куда их выпустят?

- Мне очень жаль, мой маленький ученый. Сакарол подошла ко мне, когда она тоже прислонилась к внешней стеклянной стене затем она пожала плечами с холодным безразличием и продолжила говорить с бесстрастным лицом, которое было так же прекрасно, как ледяные скульптуры:

- мы не строили никаких планов на долгий срок, у нас также нет подготовки или желания выпускать новорожденных русалок. Вы должны понять, что мы не такие же люди, как вы, Дешаров.

-Тот же самый человек? Я был озадачен этими словами, но когда я хотел продолжить расспросы, Сакарол подняла руку и сделала простой жест, за которым последовал всплеск. - Подожди!

Я вскрикнул слишком поздно, потому что Лилит уже бросили в резервуар. Ее длинные серебристо-белые волосы были размазаны по воде, как слои растаявшего льда.

Ужасное, но неясное предчувствие поднялось из глубины моего сердца, заставляя его биться быстрее. Необъяснимое чувство паники заставило меня крепко сжать кулаки, когда мои глаза внимательно следили за силуэтом Лилит, дрейфующей по воде. Я наблюдал, как она грациозно покачивает хвостом и постепенно начинает свободно плавать. Она также, казалось, почувствовала мужские феромоны, выделяемые Агаресом.

Агарес, где ты? Твой собственный вид, твоя собственная пара уже появилась ах!

Я молча пел в своем сердце, ожидая его появления с тревогой и беспокойством. Когда плотный черный туман разделился, чтобы показать его очертания в глубокой синей воде, мои нервы внезапно подскочили. Дрожь волнующего ощущения вырвалась изнутри, заставляя мои ноги слегка дрожать, ослабляя их до такой степени, что я почти рухнул вниз по стеклу стены на колени.

- Дешаров! Хватит пялиться!- Райн резко схватил меня за руку. Я изо всех сил пытался вырваться, прежде чем направиться прямо к Сакарол.

- Эй, доктор, кажется, мне нужна электронная сигарета. У тебя ведь есть одно право?

Я указал на торчащую коробочку в нагрудном кармане. Сакарол усмехнулась, вытащила тонкую белую сигарету и протянула ее мне.

Я сделал жест "спасибо", сел и продолжил наблюдать за происходящим передо мной в резервуаре, одновременно вкладывая сигарету в рот. Я глубоко вздохнул, запах табака, выходящий через нос, эффективно облегчил мое психическое состояние, заставив меня немедленно успокоиться.

Я увидел, что Агарес и Лилит медленно приближаются друг к другу. Это было хорошее начало, я надеялся, что они смогут успешно завершить процесс спаривания. Лилит, казалось, была более восторженной, чем Агарес, поскольку она постоянно танцевала вокруг него, демонстрируя свое восхищение, в то время как предположительно буйный и неустойчивый Агарес был неожиданно спокоен. Он просто вел себя довольно высокомерно, протягивая руки, как будто ожидая, что Лилит бросится в его объятия, как император со множеством бесчисленных прекрасных наложниц.

Это сильно отличалось от обычных действий многих других млекопитающих во время спаривания. Будь то на суше или в воде, за самку будут бороться несколько других самцов. Также было обычным делом для мужчин соревноваться, чтобы завоевать расположение женщины, но теперь…

Агарес, ты нарочно выпендриваешься, давай дружище! Иди и сделай шаг!

-Тихо пробормотал я, сжимая в кулак испачканную потом руку и выплевывая слюну с электронной сигаретой, все еще остававшейся на моих губах. В ту минуту, когда Лилит бросилась прямо в объятия Агареса, я забыл даже дышать.

Затем Агарес полностью заключил Лилит в объятия и потерся носом о изгиб ее шеи, вдыхая ее запах. В этот момент я чувствовал себя все более и более необъяснимо нервным, почти заставляя себя упасть настеклянный пол. Однако в следующую секунду я увидел еще более шокирующее зрелище ...

- А!!!

Сакарол закричала от страха рядом со мной, в то время как я был почти напуган до такой степени, что рухнул на пол. Электронная сигарета упала на землю, а мои руки словно одеревенели, не в силах даже пошевелить пальцем. Я видел только большое количество пурпурно-красного кровавого тумана, собирающегося из туловища Лилит, обволакивающего ее полностью сломанное тело, включая обрубок шеи, голова была оторвана. Ее длинные белые волосы взметнулись вверх, обнажая голову, которая когда-то была так же прекрасна, как бутоны роз и обнаженные шейные артерии. Голова плыла по воде, прекрасные изумрудные глаза, хотя и безжизненные, смотрели на другой мир, где мы находимся, с отчаянием, словно плача.

Агарес все еще держал обезглавленное тело и, как настоящая тигровая акула, жестоко кусал и рвал плоть Лилит в клочья. Его темные зрачки уклончиво мерцали желанием и желаниями свирепого мифологического существа. Некогда красивое лицо в этот момент казалось зловещим призраком, появившимся среди густого черного тумана.

Он действительно был свирепым и страшным диким зверем, я действительно не должна была быть очарована его внешним видом!

- Нет! Нет! О, мой БОГ! Лилит!

Я безжалостно забарабанил по стеклянной стене, чувствуя тревогу и ужас до крайности с намеком на сердечную боль внутри меня. Мое тело реагировало быстрее, чем разум. Я бросился вниз по третьему этажу лаборатории и отчаянно заколотил в дверь люка, крича: - Агарес! Агарес! Ты должен остановиться, она твоя, твоя собственная!

Агарес, казалось, услышал мой крик, так как его глотание внезапно прекратилось, прежде чем он повернулся, чтобы посмотреть в мою сторону. В следующую долю секунды свирепое и безжалостное выражение его лица исчезло, сменившись совершенно другим выражением.

Его тонкие губы, испачканные смогом крови, так и скривились. Его темные глаза внимательно смотрели на меня, как будто он смотрел на свою возлюбленную. Он облизал оставшуюся плоть на губах, прежде чем отпустить бледный обезглавленный труп Лилит. Он поплыл ко мне с тошнотворной скоростью, как выпущенная стрела, нацеленная прямо в цель, и прежде чем я успел моргнуть, высокое стройное тело Агареса заслонило мое зрение. Затем, к моему удивлению, он опустил голову и лизнул стекло рядом с моей щекой - эротично, действуя как совершенно сумасшедший.

Это внезапное действие заставило меня втянуть холодный воздух, и я почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Я не мог не прикрыть рот рукой и сделал шаг назад, только чтобы упереться в человека позади меня.

Я тут же обернулся и увидел, что Сакарол смерила меня очень странным взглядом, а позади нее стоит Райн с пепельно-серым лицом.

Глава 15

- Мистер Дешаров, вы назвали этого тритона… Агарес? -  В сверкающих глазах Сакарол отразилось удивление, она повернулась и недоверчиво посмотрела на Агареса, который всё ещё был за стеклянной дверью люка.

- Он даже откликнулся на ваш зов! О Боже! Он действительно повиновался вашему приказу! Как вы это сделали?

- Нет, нет, нет! Вы ошибаетесь, доктор! - Я осознал свою ошибку и поспешно отошёл от люка, пока полностью не скрылся из виду Агареса. Я поманил её к себе, чтобы объяснить ситуацию:

- Это слово не было именем тритона. Это… это просто эффективный способ привлечь его внимание. Мало того, Дэвис предпологал что это слово, скорее всего, означает… очень вероятно...

- Очень вероятно что? - Сакарол незамедлительно приблизилась ко мне. Она поправила очки и нетерпеливо посмотрела на меня. Однако следующая фраза, которую я хотел сказать, застряла у меня в горле. Моё дыхание внезапно участилось и мои щёки заалели.

Я сильно покраснел, так как не знал, какую научную терминологию использовать чтобы истолковать то, что я хотел объяснить.

Ухаживание? Течка? Поиск пары? Желание спариться?

Как бы я ни старался подобрать слов, на ум продолжали приходить необъяснимые вещи. Если бы мне пришлось рассказывать об орангутанге или об обезьяне, у которых были схожие человеческие гены, я бы не почувствовал ни капли смущения. Даже если бы орангутанг показал мне свои репродуктивные органы.

Но с Агаресом дела обстояли иначе. Произнесение этих слов в его присутствии превратилось в душевную пытку, достаточной, чтобы заставить меня чувствовать себя неловко до такой степени, что хотелось спрятаться в какую-нибудь маленькую щель.

"Может быть, не подумав, ты случайно посмотрел на Агареса как на человека?"

Нет, нет! Это совершенно невозможно!

Обдумывая всё это, я продолжал пристально смотреть на Сакарол, пока даже кончик моего носа не вспотел. Сакарол схватила меня за руки от нетерпения, что ещё больше смутило меня. Я попытался беспомощным взглядом попросить помощи у Райна. Он равнодушно наблюдал за происходящим, словно ждал, как я буду исправлять свои собственные ошибки.

Какая ненависть!

Сакарол поднесла ещё одну электронную сигарету к моему рту. Я взял её в рот и проглотил скопившуюся из-за нервозности слюну.

- Это... термин, выражающий ''Я твой товарищ'' -, в глубине души я поклялся никогда больше не лгать под именем науки. Однако неожиданно для себя я продолжил - Возможно, именно поэтому тритона привлекло это слово. Это, должно быть, какой-то особый сигнал, используемый в популяции мерфолков. Что касается конкретного значения, то мы с Дэвисом уже сделали несколько предположений, но дальнейшее наблюдение все ещё необходимо.

Сакарол явно была разочарованна моим ответом. Она повернулась к Агаресу и с сожалением вздохнула.

- Лилит это клон, над созданием которого мы так много работали. Мы никак не ожидали, что ее так легко разоблачить. Я не понимаю, почему этот самец русалки вдруг сошёл с ума и использовал её в качестве пищи…

Моё сердце сжималось всё сильнее с каждой произнесённой фразой. Я даже не осмелился искоса взглянуть на трагический и несчастный исход Лилит, как и на её останки в резервуаре. С тех пор как произошло это ужасное событие, меня не отпускало сильное чувство вины.

Я нервно теребил маленькую пуговицу на рубашке: - Я тоже не понимаю этого. Дэвис говорил, что тритон объявил голодовку с тех пор, как его привезли сюда, однако он, кажется, живет в гармонии с дельфинами в одном резервуаре…

- Вот почему, Дешаров, мы нуждаемся в вашей искренней помощи! Поскольку вы единственный, кто может общаться с тритоном. - Сакарол перебила меня, положив руку мне на плечо. Её тонкие пальцы прошлись по всему рукаву рубашки и легонько сжали мою кисть, продолжая говорить с умыслом, скрытым в каждом слове. - Вы действительно гений биологии, как и говорил Дэвис. Я серьёзно предлагаю вам работу в этом исследовательском институте и быть единственным указанным лицом, ответственным за исследования мерфолков. Я думаю, что полученные достижения этого проекта являются решающим фактором, необходимым для вашего выпуска, не так ли? Успех этого исследования также может быть не менее важно для российского правительства в их биотехнологическом законопроекте.

- Вы хотите сказать...  что позволите мне работать на правительство? - Я глубоко вздохнул, почувствовав внезапное удушение, но в конце концов я просто не мог отказать ей в просьбе. Я интуитивно предполагал, что её требовательный тон, был не тоном врача, а авторитетного полковника. Если я откажусь, то возможно упущу возможность изучить тритонов. Подумав об этом, я тут же согласился.

- Я согласен-

- Тогда, как его наставник, я обязан продолжать руководить Дешаровым на протяжении всего проекта. Он ещё совсем неопытен и не является полноценным исследователем, доктор.

Быстро вмешался Райн, его голос был напряжённым, как будто он пытался на что-то намекнуть своими словами. Я никогда не видел настолько настороженное выражение лица у него. Из моей головы все никак не уходила мысль, что что-то здесь не так.

Сакарол многозначительно взглянула на Райна. Она скрестила руки на груди и повернулась к нему спиной, с видом полного сочувствия. -К твоему сожалению, я хочу чтобы Дешаров самостоятельно работал над этим исследовательским проектом. Райн, ты должен доверять своему ученику, он хорош как ты и говорил, так что как наставник ты уже выполнил все свои обязательства.

- Нет! Работать самостоятельно? Знаете ли вы, какое ужасное существо этот тритон? Я отвечаю за безопасность своего ученика!

- возмутился Райн, закрыв меня одной рукой. Будто боясь, что Сакарол может насильно похитить меня. Это заставило меня почувствовать себя всеобъемлющим. Райн никогда не был моим опекуном, поэтому у него не было права решать всё за меня. Значит, он не только хотел изнасиловать меня, но и теперь хотел контролировать мои собственные мысли и мнения?!

Я просто обязан ему помешать!

- Я думаю, что смогу провести это исследование самостоятельно, доктор Сакарол. - настаивал я, возражая идее Райна и отступая ближе к Сакарол, прежде чем посмотреть ему в лицо. Его выражение лица показывало внутреннюю борьбу до такой степени, что я смог прочитать бездонное сожаление и раскаяние в его глазах.

- Возвращайся обратно, Дешаров. У тебя ещё много времени прежде чем принять окончательное решение.

Он посмотрел на меня. Его взгляд был как острая стрела, пронзающая меня. И всё же он произносил такие загадочные фразы, что сбивали с толку. У меня не было времени чтобы обдумать смысл его слов  как вдруг я заметил что рядом со мной Сакарол подняла руку, чтобы погладить авторучку в нагрудном кармане. Будто она хотела вытащить её, чтобы что-то написать. Выражение лица Райна тут же изменилось, как будто он увидел нечто ужасное. Без всякого предупреждения Райн, словно его прошибло током, содрогнулся, прежде чем рухнуть на пол.

Я был ошеломлен и мог только тупо уставиться, пока Сакарол в страхе прокричала:

- О Боже! Неужели он упал в обморок? Нам нужно немедленно отвезти его в больницу!

Из-за её громкого крика в комнату сразу же ворвались несколько охранников, которые раньше шли с нами. И прежде чем я успел рассмотреть поближе, они уже унесли Райна.

- Эй, подождите! Да что с ним такое? - Я в замешательстве попытался последовать за ними, но Сакарол, схватив меня за рубашку, заставила остановиться.

- Всё в порядке, не нужно беспокоиться. В прошлом я работала с Райном. У него эпилепсия. Это происходит тогда, когда он перестает контролировать свои эмоции. Но не волнуйтесь, он получит необходимое лечение. Лучшая больница в Исландии находится прямо перед этой лабораторией.

- О, это действительно шокирующе. -  Я успокоил своё сердце, но все ещё чувствовал что-то невероятное. Райн выглядел здоровым, как крепкий солдат. Я никак не ожидал, что ему поставят диагноз "эпилепсия". Неудивительно, что иногда я ощущал вокруг Райна ауру сумасшедшего.

В тот вечер, по распоряжению Сакарол, наблюдательный пункт, расположенный на третьем этаже, был обставлен моим собственным письменным столом, кроватью и даже простой ванной. Всё выглядело так же, как и в моей старой комнате. Я был очень доволен, если не сказать больше. Тут были не только точные и домашние представления, но и преимущества, которые делали моё здесь пребывание комфортным. Теперь я мог полностью погрузиться в исследование без каких-либо помех: прозрачное стекло в качестве пола давало мне ясный вид на то, что происходило в резервуаре подо мной.

Однако, несмотря на наличие высокоразвитого технологического барьера защищающего меня, делить одно и то же пространство с тритоном всё ещё было несколько тревожно. Сакарол уже заверила меня, что прямо за дверью стоят охранники, и я могу в любое время позвать на помощь через запрограммированный компьютер на столе. Более того, перед тем как покинуть лабораторию, она вручила мне пистолет с обезболивающим. Когда всё было расставлено по местам, я немного расслабился, и мой страх рассеялся.

Сегодня, вероятно, будет ещё одна бессонная ночь.

Потому что… теперь у меня есть собственная лаборатория, которая была погружена под воду. А завтра я смогу начать свои исследования мерфолков, к чему я и стремился в течении многих лет.

Эти мысли взбудоражили меня.

Я закрыл глаза, пытаясь спокойно заснуть, и в конце концов смог провалиться в глубокий сон.

Глава 16

Посреди ночи меня разбудило сильное чувство дискомфорта. У меня кружилась голова и лихорадило, а всё тело словно придавило тяжёлым предметом, отчего я не мог пошевелить ни одним мускулом. Со странным шумом, раздававшимся в моих ушах, я осознал что всё ещё нахожусь в состоянии кошмара, и это было обычным явлением для людей, страдающих бессонницей.

Должно быть, я слишком сильно перенервничал перед сном.

Я мысленно произнёс своё имя и сжал руку в кулак, попытавшись вырваться из этого состояния. Однако это не только не сработало, но и ощущение того, что я попал в ловушку, казалось, стало сильнее. Если раньше фоновый шум был едва слышен, то сейчас он звучал громче и яснее. Сосредоточившись, я смог различить шум, похожий на звук текущей воды, и сквозь неё просачивались слова которые я слышал раньше.

- А... га... рес … Де... ша... ров…

Холодный пот, струившийся по моей спине, промочил одежду насквозь.

О боже, это голос тритона! Почему я его слышу?!

Мои глаза расширились от шока. Я с большим трудом повернул затёкшую шею, чтобы найти источник звука. Когда я убедился, что голос исходит от записывающего устройства гидролокатора, подключённого к компьютеру на моём столе, я вздохнул с облегчением. Даже почувствовал себя нелепо при мысли, что тритон мог сбежать.

Должно быть, я забыл выключить компьютер перед сном. Тритону ни за что не попасть сюда. Каким бы свирепым и могущественным он ни был, он всё равно оставался существом из плоти и крови, которое не могло противостоять высокотехнологическим защитным установкам.

Я коснулся лба, покрытого холодным потом, и расчесал чёлку, прежде чем снова закрыть глаза. Я глубоко вздохнул, пытаясь успокоить свои нервы. Дешаров, когда у тебя появились такие сильные психологические страхи по отношению к тритону? Ты должен преодолеть этот менталитет и привыкнуть к его существованию, ты обязан.

Я попытался успокоиться, но подавляющий голос тритона только ещё сильнее тревожил меня.

Моё тело постепенно нагревалось, как у пациента страдающего от лихорадки. Жидкость в моём теле быстро испарялась от растущего жара. В то же время начался странный зуд, что мигрировал по всему позвоночнику, будто муравьи ползали по всему моему телу заставляя меня ворочаться в постели. Это стало невыносимо до такой степени, что я уже не мог контролировать желание просто броситься и выключить гидролокатор. Но я не ожидал, что мои руки и ноги настолько ослабеют, чтобы свалиться с кровати на стеклянный пол, напоминая себе медузу без костей.

Стол был всего в паре шагов, но у меня не было сил даже встать.

Низкий, похожий на шёпот голос тритона раздался у меня над головой. Звук гидролокатора был не таким громким, но он передавался между моими барабанными перепонками, словно стерео на повторе. Как будто Агарес шептал мне на ухо, пытаясь проклясть меня и околдовать моё тело. Я даже мог слышать его тяжелое дыхание, его сильное желание и вожделение было подобно сильному неистовому подводному течению, врезающемуся в меня, заставляя моё собственное дыхание участиться.

Это чувство заставило меня содрогнуться. Я не знал, была ли это таинственная врождённая сила мерфолков, о которой мистер Шиничи предупреждал меня раньше, но я чувствовал странный зуд в моём теле, становящийся всё более и более сильным из-за голоса тритона. Он полз вдоль моего позвоночника, поедая мышцы и плоть до самых костей, оставляя меня слабым и беспомощным... пока, наконец, не скопился в моей заднице под копчиком.

Мои ноги дрожали от странной жажды, неожиданно мне захотелось сжать свои ягодицы. Ощущение пустоты в глубине моего тела заставляло меня чувствовать отчаяние и желание, но я был слишком смущён, чтобы думать об этом.

Я тут же провёл пальцем по бедру и начал стягивать нижнее белье, надеясь, что это всего лишь иллюзия, вызванная теснотой того, что на мне было надето. Однако ощущение пустоты между ног было настолько сильным, что я больше не мог себя обманывать. Моё тело реагировало непонятным, но постыдным образом. Я жаждал секса, но вместо того, чтобы желать женщину, я жаждал... чтобы мне вставили.

- Чёрт!

Я громко выругался вслух, пытаясь избавиться от такой совершенно отвратительной мысли. Воротник моей рубашки, казалось, напоминал оковы, сжимающие мою шею, душащие меня. Я со злостью разорвал пару пуговиц и коснулся своей обнажённой груди, которая была покрыта потом. Насколько могли видеть мои глаза, моя некогда белая кожа неожиданно расцвела алым цветом из-за лихорадочного жара, что было странным и резким контрастом на светло-бледном фоне.

"Что происходит?... моё тело выглядит красным и разгоряченным, как будто я напился…"

Я закрыл глаза и покачал раскалывающейся головой, пытаясь протрезветь.

Дешаров, встань и выключи гидролокатор! Это должно быть связано с этим звуком!

Я постоянно повторял эти слова в своём сердце в надежде, что это поможет мне остановить моё желание погрузить палец в своё тело, чтобы удовлетворить себя. Я сжал ноги вместе и с большим трудом, пошатываясь, встал на колени, опираясь на дрожащие ладони. Затем я протянул руку, чтобы выключить компьютер, и непрерывное бормотание тритона внезапно прекратилось. Даже странное и сильное желание в моём теле исчезло, и, как сломанная марионетка с перерезанными нитками, мягко соскользнул на пол. На стеклянном полу остались следы от моих пальцев и маленьких капелек пота, падающих с моих влажных волос.

Я откинул мокрую чёлку назад. Мои глаза, полные замешательства, было видно в отражении пола.

Боже, тот факт, что я так сильно вспотел за такое короткое время, шёл вразрез со здравым смыслом.

Я задрал рубашку, чтобы вытереть лицо. Даже мои ресницы были покрыты влагой, как будто я только что закончил интенсивную тренировку.

"Неужели люди так сильно потеют, когда занимаются любовью?"

В голову мне ни с того ни с сего пришёл такой неожиданный и непонятный вопрос. Внезапно в моём сознании всплыли сцены непристойного содержания, и я резко хлопнул себя по лбу ладонью. Нет, о чём я вообще думаю! Я пододвинул ближайший к себе стул и дважды ударился головой о его спинку. Боль тут же заставила странную иллюзию исчезнуть. Я заставил себя не думать о том, что я себе вообразил, но сильное чувство стыда не хотело уходить, из-за чего я не как не мог заставить ужасное наваждение изнасилования исчезнуть.

Обладает ли голос русалок афродизиакальным эффектом? Они очень развратные существа, по крайней мере так гласилось в легендах...

Впрочем, это не должно тебя волновать, Дешаров. Это просто биологическая особенность существ, так что успокойся, успокойся.

Я глубоко вздохнул и откинулся на спинку стула. Я расстегнул до конца рубашку, чтобы охладиться, прежде чем встать и пойти принять ванну. Однако, когда тень от моего тела накрыла пол, стеклянная поверхность из зеркальной превратилась в более прозрачную. Глядя вниз, где я стоял, я вдруг заметил движение в темноте резервуара.

Пара длинных и узких глаз, испускающих слабый свет, смотрела на меня в воде подо мной. Длинная чёрная тень скрывалась в глубине большой кучи водяных растений, прикреплённых к основанию пола.

Я вскрикнул от неожиданности и тут же поспешно прикрыл рот рукой, продолжая смотреть на тень подо мной, и постепенно начал различать очертания тела.

Одна его рука была прислонена к стеклянному полу, чтобы сохранить равновесие, в то время как другая была помещена прямо перед нижней частью его тела. Огромный половой орган был прижат прямо к стене, из набухшей фиолетовой головки сочилась густая белая жидкость.

Я сразу понял, что он делает.

Всё это время тритон находился под стеклянным полом, и только прозрачный органический материал отделял его тело от моего. Он пристально смотрел мне в глазах, наслаждаясь игрой со мной, используя для этого свой голос во время мастурбации.

Глава 17

Я ошеломлённо смотрел на тритона, пока он выпускал мутно-белый мускус из нижней части своего тела. Довольная улыбка с намёком на лукавство застыла на его лице. Чем дольше я смотрел на тритона, тем сильнее краснело моё лицо, должно быть, оно уже превратилось из красного в багровое. Я чувствовал, как мои уши горели, а щёки пылали от неловкости.

«Господи Боже, что мне со всем этим делать?! Стеклянный пол, который первоначально был задуман для удобства моей обсерватории, исполнил своё предназначение в точности да наоборот: сделал меня объектом слежки! И теперь за мной шпионил этот зверь, чтобы насытить свои плотские желания, какая забавная шутка!»

Однако мне это совсем не показалось смешным, вместо этого я почувствовал только непреодолимый стыд и смущение. Я мог только порадоваться за себя, что здесь никого не было. Если бы кто-нибудь другой увидел эту сцену, я, несомненно, стал бы посмешищем для всего биологического общества: “Подумать только! Исследователь стал объектом сексуальных фантазий изучаемого им образца, как это нелепо!”

Это будет полнейший бред! Если ситуация и дальше будет развиваться в этом направлении, мой научный проект пойдёт под откос! Мне нужно исправить отклонение, которое я увидел у тритона. Как может такое земноводное существо, как он, спариваться с человеком, не говоря уже о мужчине?

Агарес всё ещё оставался прямо подо мной, заставляя мой разум мутнеть. Промокшая от пота рубашка прилипала к телу, что давало не самые приятные ощущения. Я больше не хотел думать об этом звере даже на секунду, и всё же он продолжал следовать за мной, пока я шёл в душ. Как будто он был тенью или каким-то затаившимся призраком. В любом случае, мои волосы всё равно встали дыбом.

- Эй, Агар… ты, животное… Не ходи за мной! - Я успел вовремя прикусить язык, но во мне всё ещё бурлил гнев. - Топай отсюда! - Я резко опустил ногу на пол, и по всей комнате разнёсся звон. А потом я сделал это снова и снова, но видимо этого было недостаточно, чтобы прогнать его. Агарес вцепился в стекло, вглядываясь в меня сквозь прозрачную поверхность, половина его лица была скрыта в темноте.

Чёрт возьми.

Я выдохнул тихое проклятие когда безысходность поглотила меня окончательно. Я просто протопал в душевую, повернулся лицом к Агаресу, задрал рубашку и стянул трусы. Наконец я глубоко вздохнул, стоя совершенно голым перед взглядом этого хищника.

Тритон походу был слегка ошеломлён увиденным. Я думал, это потому что он не ожидал, что я возьму инициативу на себя, а также из-за того, что это был первый раз, когда он увидел полностью обнажённое тело мужчины. Я присел на корточки и постучал по полу кулаком.

- Смотри внимательно, животное. Я - мужчина. Чистый, нормальный, здоровый русский человек. Посмотри на это, у меня есть то же самое, что и у тебя там, внизу. А это значит, что я определённо не то существо, с которым можно спариваться!

Он не мог слышать меня, это я знаю, но другого способа выплеснуть свои эмоции я не нашёл, да и мне было приятно говорить со стопроцентной уверенностью, что я мужчина.

Агарес, казалось, задумался над тем что я только что ему сказал, и подплыл ещё ближе к прозрачному полу. Он был стройным и огромным. Глаза его, глубокие и выражающие какой-то намёк на двусмысленность, сузились, а на лице появилось непонятное мне волнение. Он сглотнул слюну с пугающей силой, когда его перепончатые когти мощно ударили по стеклу. Каждый кончик его пальца светился болезненной белизной, и его сила, казалось, была способна пробить пол на котором я стоял.

Его поведение говорило мне о том, что моё тело не было для него отвратительным, вместо этого оно, похоже, побуждало в нём смертельное и сексуальное желания.

«Срань господня! Только не говорите мне, что этот тритон оказался геем!?»

Как раз в тот момент, когда я обдумывал эту странную вероятность, я увидел, как тритон внезапно отдёрнул руки, которые опасно давили на пол. Неожиданно он махнул своим хвостом вниз чтобы уплыть, и перед тем, как исчезнуть в темноте мутной воды, он повернулся, и ещё раз в упор посмотрел мне в глаза.

Агареса больше нигде не было видно, и сколько бы я ни всматривался в воду, ничто не указывало мне где он. Я мог с некоторой уверенностью сказать, что он перестал шпионить за мной, и благодаря этой мысли я расслабился. Может быть, его прежнее возбуждение было вызвано не какой-то нелогичной похотью, а скорее разочарованием от осознания того, что я мужчина?

Иначе с чего бы ему вдруг уплывать?

С этими мыслями я пошёл открывать душевую кабину и позволил горячей воде литься мне на голову, успокаивая.

Но как только я полностью промок, снаружи раздался пронзительный сигнал тревоги. Я вздрогнул от неожиданности и тут же выбежал в полотенце обёрнутом вокруг бёдер. Звук исходил от сигнализации, установленной на стене, которая отвечала за связь с внешним миром. Его жидкокристаллический экран жужжал передо мной, показывая погоду над морем: приближался шторм.

Моё сердце сжалось.

- Алло, алло, мистер Дешаров, вы не спите?!

Пейджер, прикреплённый рядом с сигналом тревоги, автоматически загорелся зелёным, а затем последовал срочный вызов Сакарол.

Я поспешно схватил пейджер и ответил: - Да, я здесь доктор. Достаточно ли сильна буря, чтобы добраться до нас? Что нам делать?

- Не волнуйтесь, шторм не настолько силён, чтобы повредить подводный исследовательский комплекс. Единственное, что вам нужно сделать, это оставаться на месте и продолжать свои исследования. Но я должна сказать вам, что всем остальным, включая Райна, придётся остаться на суше. Дешаров, боюсь вам придётся остаться здесь одному на несколько дней, но я уверяю вас, что исследовательская установка чрезвычайно прочна, волны не должны потревожить вас. Мы вернёмся, как только сможем.

Я припомнил о том, что здесь хранится много еды и воды, и для меня не должно быть проблемой провести здесь несколько дней в одиночестве. Я нажал на микрофон, готовясь ответить.

- Понятно, надеюсь вы все в полном порядке. Я буду ждать вашего возвращения.

- Хорошо. - сказала Сакарол. - Если возникнут какие-либо проблемы, пожалуйста, свяжите-

Бзз... бзз

Сигнал внезапно прервался громким электрическим звуком. Я попытался снова включить микрофон, но безуспешно. Вероятно, это вызвано воздействием волн на средства связи прямо перед штормом. Спустя некоторое время я снова попробовал связаться с Сакарол, но пейджер продолжал монотонно шипеть.

Беспокойство зародилось во мне, когда я повесил пейджер обратно и подошёл к столу. Я небрежно взглянул на стеклянный пол и увидел на дне резервуара какие-то разбросанные чёрные предметы, которых раньше там не было.

Присмотревшись к ним поближе, я с удивлением обнаружил, что это были пучки водорослей, после которых тянулись мокрые следы. Я проследил взглядом по ним вниз по лестнице, и это привело меня к тому, что я уставился на дверь с топором давления, расположенную на втором этаже.

Я не знал, когда люк резервуара открылся на ширину одного человека, а уровень воды уже упал до половины первоначального объёма.

Пугающий холодок пополз вверх по моим ногам и, пройдясь по всему моему телу, остановился в затылке.

Ощущение тревоги всё нарастало, мой взгляд попытался сфокусироваться на стеклянном полу под моими ногами, и я заметил тень в форме питона, почти полностью окутывающую моё тело. Моя спина случайно прикоснулась к влажным длинным волосам. Глубокий выдох раздался около с моего уха, горячее дыхание коснулось моей чувствительной шеи.

Я не утруждал себя размышлениями о том, как мистический тритон вообще оказался здесь, единственное, на чём я сосредоточился, была его голова, всё ближе прижимающаяся к моей шее, он глубоко вдыхал мой запах. Что касается меня, то я всё ещё был практически голым.

Мой мозг гудел, а ноги дрожали. Мне нужно бежать, но внезапная паника приковала меня к полу, словно якорь, удерживая на месте. И только когда широкая ледяная грудь тритона прижалась к моей спине и я почувствовал, как что-то твёрдое и влажное уперлось в мой копчик, я внезапно очнулся. Паника и адреналин смешались вместе. Прежде чем я успел сделать шаг, я споткнулся о размашистый хвост тритона. Я попытался удержаться, схватившись за стол, но случайно открыл ящик, в котором обнаружился спрятанный анестетик.

Я спасён!

Приготовив пистолет и повернувшись всем телом обратно, я направил дуло в грудь приближающегося тритона. Он на автомате схватил мой пистолет и попытался отшвырнуть его, и это, конечно, было возможным исходом событий с его буквально железной хваткой. Я даже подозревал, что он может легко раздавить длинное стальное ружьё.

Однако я устоял против него, использовав все свои силы. Пот стекал с моего лба, когда я задержав дыхание, боролся за единственное моё спасение в лице анестетика. С каких это пор я стал так бояться тритона? Всего несколько дней назад мне так не терпелось встретиться с ним лично, но теперь я чувствовал, что произойдёт что-то чрезвычайно ужасное, если я откажусь от своего сопротивления, как будто я уже сталкивался с подобной ситуацией раньше.

Я вдруг понял что боюсь, как бы тритон не изнасиловал меня, потому что его пылкая "часть" была явным признаком его отчаянных желаний. Он, казалось, даже не заботился об обезболивающем пистолете, направленного на него, вместо этого его глаза жадно путешествовали по контурам моего тела, от которых я не мог спрятаться.

Волосы на моём теле встали дыбом. Мои пальцы сжали курок, и я ожесточено предупредил:

- Не подходи ко мне! Держись подальше, животное!

Я чувствовал себя морально истощённым и хотел упасть в обморок. Я был осторожен в выборе слов, во избежание прошлых ошибок, чтобы не вызвать ещё больше невообразимых последствий. Закончив фразу, я прижал пистолет к его груди, чтобы показать, что если дело дойдет до драки, я буду более чем готов пустить в него анестезирующую пулю.

Глаза Агареса потемнели ещё больше, он приоткрыл рот, обнажив острые клыки, показывая на лице ледяное безразличие ко всей этой ситуации. Его оскаленные клыки могли вселить ужас в сердца его жертв, и прямо сейчас его губы естественно изогнулись в угрожающей усмешке, как будто он смеялся над своей лёгкой добычей и победой.

Наши взгляды снова пересеклись, он схватил ствол пистолета своими перепончатыми когтями и с грубой силой отодвинул пистолет дюйм за дюймом. Мои мышцы заныли от боли, как будто я использовал руку, чтобы бороться против непобедимого врага. Ужас прошёл по моей спине, когда что-то мокрое обвилось вокруг моей лодыжки, раздвигая мои ноги под крайне унизительным углом. И вскоре я увидел, как Агарес пристально смотрит между моих раздвинутых ног, высунув бархатный язык и голодно облизнувшись.

- Отвали!

Унижение от того, что мной забавляются, заставило мои пальцы дрожать от самых разнообразных эмоций, из-за чего дротик анестезирующего пистолета попал Агаресу в плечо. Его движения сразу же замедлились, а хватка ослабла, давая мне шанс вырваться и добежать до двери, схватить пейджер и, спотыкаясь, спуститься по лестнице вниз.

- Эй, эй, кто-нибудь меня слышит?! Я Дешаров, и мне нужна срочная помощь!

В панике крикнул я в прибор, однако единственным ответом мне было несколько статических звуков с другого конца. Потом вдруг раздался очень прерывистый, но знакомый голос, это был Райн.

- Алло, алло, это ты Дешаров?

Надежда тут же зародилась в моём сердце, и я уже собирался ответить, как вдруг моя нога наткнулась на что-то мокрое и скользкое. Я рухнул всем телом на пол.

Потолок кружился надо мной, и все мои чувства были оглушены. Единственное, что было ясным в этой ситуации, это пронзительная боль в колене. Наверное, я повредил связки при падении со стеклянной лестницы, потому что даже не мог подняться.

Это было действительно ужасно. Пейджер и анестезирующий пистолет приземлились в нескольких метрах от меня. Я должен быстрее добраться до них, так как они моя единственная защита.

Собравшись с духом, я стиснул зубы и начал ползти на руках. Мало-помалу я приближался, но внезапное отчаяние вдруг нахлынуло на меня.

Я тут же возненавидел своё решение остаться здесь наедине с тритоном. Райн был прав, мне следовало прислушаться к его предостережению!

«Мне действительно следовало прислушаться...»

Пока мой разум размышлял об этом, звук приближающегося Агареса становился всё громче. Его тень простёрлась перед моим взором, напоминая чёрную бездну, и холод, который я почувствовал в этот момент, заставил меня убедиться, что она существует. Тритон издал низкий, хриплый звук, который испускал туман желания и рушил надежды на спасение.

- Мой... Дешаров…

Глава 18

Бежать было некуда.

Впервые я ощутил истинное значение этой фразы.

Лестница немного затормаживала движения тритона. Я воспользовался этой возможностью чтобы подползти к пистолету. Я ухитрился схватить анестезирующий пистолет как раз в тот момент, когда моё тело накрыла тень.

- А... гарес… А... гарес…

Голос существа был пропитан ненасытными желаниями. Его низкий тембр звучал как рычание голодного волка, готового разорвать свою жертву на мелкие кусочки.

В этот момент я понял, что спасаться уже слишком поздно.

Я поднял анестезирующий пистолет чтобы прицелиться в тритона, и почувствовал как страх пробежал по моей спине. Нетерпеливые глаза, сверкающие в темноте, заставили меня непроизвольно вздрогнуть, и я не раздумывая спустил курок. В пистолете послышался щелчок, но ничего не произошло. Магазин оказался пуст.

«Чёрт побери, почему в анестезирующем пистолете была только одна пуля!? Нет, это невозможно!»

Но время уже было упущено для разборок вопроса «что не так с анестезирующим пистолетом?», так как тритон уже достиг нижней ступеньки лестницы, подпирая себя хвостом для равновесия. Выпрямившись во весь рост, он двинулся ко мне со зловещей ухмылкой на губах.

Я изо всех сил метнул пустое оружие в голову тритона. Сразу же после этого я поспешно опустил светомаскировочную штору с ближайшего ко мне окна и перекатился в неё всем телом, стараясь избежать любого контакта моего повреждённого колена с полом. Потом я пополз к двери, как выброшенный на берег дельфин. У выхода стоял огнетушитель, хотя в лаборатории он никогда не был нужен. В этот момент я был чрезвычайно благодарен тому человеку, который установил его здесь. Теперь он стал моей единственной надеждой!

В отражении двери я увидел, как тритон поймал пистолет, который я бросил в него. Он пару секунд просто смотрел на него, прежде чем взять пистолет двумя перепончатыми когтями. Агарес скрутил его с такой лёгкостью, будто он был резиновым, и отбросил его в сторону как бесполезную тряпку.

- Это... не может... ранить... меня…

В конце он повысил голос и закончил громким высокомерным смешком. Я не смел оглядываться назад и продолжал отчаянно ползти вперёд. Мои волосы встали дыбом не только от осознания его по-настоящему чудовищной и опасной силы, но и потому, что он мог использовать человеческий язык, чтобы спровоцировать меня. Если бы кто-нибудь внимательно послушал, что он говорит, то они могли бы уловить основной смысл предложения как: «Это не повредит мне ни капельки!»

Я чувствовал, что моё прежнее представление о тритоне как о маленьком озорном демоне, пытающемся покрасоваться перед старшими, было ужасно неправильным. Была ли это плата за мои ошибки?

«Нет, у меня ещё есть шанс спастись, у меня ещё есть шанс!»

Огнетушитель был всего в шаге от меня. Я согнул колени и попытался изо всех сил оттолкнуться, но мои ноги настолько ослабли, что у меня не осталось больше сил двигаться дальше. - Дьявол! - в панике крикнул я. На мгновение мне показалось, что я опасно свисаю с края обрыва. Внезапно неожиданная сила оттащила меня на несколько футов назад, штора на моём теле издала шуршащий звук, прежде чем ткань под моим бедром разорвалась. Одна половина всё ещё была на моём теле, в то время как другая половина была в руке Агареса.

- Щ-щ-щ-и-т…

Меня трясло так, что я даже не мог нормально выругаться. Я вцепился в оставшийся кусок ткани который был на мне, и укрылся в тени тритона в унизительно-покорной позе. Небеса знали моё нежелание принимать такое слабое положение жертвы, как будто я собирался подвергнуться издевательству. Но, по правде говоря, это было то, что мои инстинкты говорили мне сделать в тот момент.

- Отвали, животное!

Когда я выплюнул эти слова, тритон наклонился и прижал свой цепкий хвост к моим сомкнутым ногам, раздвигая их. Запаниковав, я попытался вырваться из удушающей хватки существа пинком, но это было безуспешно, так как мои икры были крепко схвачены двумя его перепончатыми руками. В следующий момент он подтянул меня к себе. Тёмный половой орган вздулся и затвердел, тычась мне прямо в лицо, словно острая стрела на заряженном арбалете, готовая в любой момент вторгнуться в моё тело.

Я громко закричал от страха. Мой крик эхом разнёсся по всей лаборатории, заставляя меня почувствовать себя ещё более беспомощным. Я был здесь единственным человеком! Единственным! Тратя всю энергию на противостояние, моя рука с титаническим усилием попыталась ухватиться за упавшую на пол штору, но эта попытка не принесла мне никаких результатов, лишь зря потраченное время. В конце-концов он раздвинул мои ноги и положил их себе на плечи.

Его острые, выступающие кости на плечах причиняли боль моим лодыжкам и икрам. Но болезненные ощущения меня волновали гораздо меньше по сравнению с унижением, которое я испытывал. В то же время странное чувство, которое мне показалось знакомым, ударило мне по нервам, из-за чего я внезапно захотел разрыдаться. Только кусая губы, я смог устоять перед таким желанием.

- Ты, вульгарная развратная скотина! Отвали, отвали от меня!

Я разбрасывался словами без особой осторожности. Я оттолкнул голову тритона, чтобы он больше не лез ко мне между ног, но из ниоткуда мои ягодицы начал подпирать огромный рыбий хвост. Из-за этого я потерял центр тяжести и упал обратно на спину. Сразу после этого мои ноги были легко раздвинуты, а полотенце, обёрнутое вокруг бёдер, разорвано до пояса.

Без ткани нижняя часть тела мне казалась холодной и пустой. Теперь я был полностью обнажён и без всяких оговорок выставлен перед тритоном. Агарес будто с большим интересом наслаждался моими интимными местами, его глаза горели от возбуждения:

- Де... ша... ров... мой… Де...шаров…

- Мои гениталии такие же, как и твои! Не смотри на них с таким выражением лица, животное, отойди от меня!

Я истерически завопил, алая кровь практически брызнула из моих раскалённых до предела щёк. Мои руки крепко вцепились в жалкие остатки ткани, в попытке защититься от назойливых глаз, но моя внутренняя часть бедра была оттеснена рукой тритона. Он наклонил голову набок, приподнял мою повреждённую ногу, и как вкусное мороженое начал лизать раненое колено. Следы крови слизывались, и боль от раны постепенно облегчалась его влажным языком.

Я догадался что Агарес залечивает мне рану, и подозревал, что он не отпустит меня и после этого. Он просто хотел убедиться, что моё тело готово физически принять его. Но после того, как его змееподобный язык начал ползти к моему бедру, моё тело стало неконтролируемо чувствительным. Невероятно чувствительным.

Я ощущал, как все мои нервы напряглись, мышцы бёдер подёргиваются при каждом облизывании, а тело становилось мягким и горячим. Совсем как то, что я испытал час назад благодаря голосу тритона. Из-за этого у меня произошла ещё одна постыдная реакция.

Мой собственный член затвердел и начал болеть под рваной тканью. Агарес заглянул мне между ног и издал низкий удовлетворённый гул. Он опустил голову ниже и глубоко вдохнул, прежде чем скользнуть кончиком влажного языка по моим бёдрам, к щели между ягодиц. Внезапно я ощутил внутри себя что-то мягкое и влажное.

- Ах... нет!

Не долго думая я взвыл. Звук, что я издал, ничем не отличался от стона, мои мышцы и разум, как струны скрипки, напряглись сразу же после этого. Моя талия дернулась вверх, я бессмысленно помахала рукой вокруг, желая как-то избежать непристойных действий тритона, однако он крепко удерживал мою талию на месте. Его язык безрассудно скользил внутри моего тела, облизывая и потирая. Он словно дёргал каждую струну в моём теле, и так уничтожал всё моё сопротивление, возбуждая меня до крайности.

Если бы Агарес был человеком, то он бы точно был мастером в постели. Мои защита и рассудок начали медленно рушиться под напором его дразнящего кончика языка. Моя талия двигалась вверх от распаляющих толчков, а руки и ноги покраснели, словно варёные крабы. Я стиснул зубы, закрыв глаза от позора, и думал: «Меня никогда раньше не трогали в таком месте, и у меня сроду не было сексуального опыта. Так почему же я чувствую себя таким чувствительным, будто страстная вдова?!»

«Нет... нет.. Что с тобой, Дешаров?..»

Я страдальчески покачал головой и закрыл лицо руками. Я не знал что мне делать в этой ситуации. Когда мои ноги были раздвинуты вот так, я сразу подумал о смерти, но из-за нарастающего удовольствия, моя сущность нашёптывала мне в голове получить большее... даже желая, чтобы в меня вторглись. Я хотел, чтобы это продолжалось.

Тритон внезапно убрал свой язык из моего ануса, оставив мои внутренности пустыми и расслабляя мое напряженное тело. Я открыл рот с намерением вдохнуть прохладного воздуха, и из моего горла сам по себе вырвался несдержанный стон.

«Чёрт, что за звук я только что издал?»

Я хотел прикрыть губы кулаком, но в моём вялом запястье не осталось сил. Они были похожи на губки, пропитанные похотью тритона, даже моя плоть, казалось, источала запах гормонов.

«Нет! Я не хочу чтобы меня сексуально возбуждал зверь!»

Я в отчаянии прокричал эту мысль в своей голове, пока Агарес обнимал меня за поясницу и приподнимал, чтобы встретиться с ним лицом-к-лицу. Я прокричал эту мысль, будучи прижатым к его тяжелому и влажному телу.

Схватившись за холодный пол, я подогнул ноги и попытался выбраться из-под его тела, пытаясь. Но моё тело быстро перехватили сильные руки, что сжались вокруг моей талии. Трение, создававшееся моими ягодицами, сделало половой орган мерфолка ещё более твёрдым, и он беспокойно упирался в мой копчик.

- А… га… рес…

Тритон издал эротический стон мне в ухо, его влажное и горячее, липкое дыхание коснулось моей шеи.

- Помогите… помогите!. Райн, Сакарол! Кто-нибудь, помогите мне!..- Страх и стыд мгновенно столкнулись, сломав мой ментальный барьер. Однако мои вопли о помощи резко оборвались, когда что-то твёрдое и жёсткое вошло внутрь меня. Из моего рта послышался вздох, но он тут же оборвался из-за нахлынувшего возбуждения. Слёзы текли по моим щекам в рот.

Меня насиловало животное и никто не мог меня спасти… никто.

Я ударился головой об пол и чуть не раздавил собственные зубы, из-за того насколько сильно я их стиснул. Я как обезумевший всё цеплялся за бесполезную материю и горько плакал. Я надеялся, что Агарес потеряет интерес к моему телу после того, как поймёт насколько ужасны ощущения внутри мужской задницы, но это были лишь мои пустые надежды.

Он переплёл свой хвост с одной из моих ног, затем его руки приподняли мою задницу вверх, заставляя меня принять полу-коленопреклонённую позу. После он толкнул свои бёдра вверх и буквально полностью погрузил внутрь меня свой член за один раз. Твёрдый и горячий стержень сразу же ударил в определенную точку внутри меня, как молоток. После чего по моему позвоночнику прошла волна удовольствия, схожая с электрическим разрядом. Я был застигнут врасплох, и всё мое тело обмякло, кроме моей талии и ягодиц, которые были высоко подняты руками позади меня.

Я резко повернулся в попытке избавиться от Агареса, который прижимался к моей спине. Но тритон одной рукой прижал мою голову к полу и сильно укусил меня за мочку уха, как бы наказывая меня за моё сопротивление и заявляя о своём владении мной. В то же время половой орган, который был внутри меня, также был вставлен глубже.

- Ублюдок… ты, развратная тварь...

Я обессилено выругался. Как только до меня дошло, что я продолжаю плакать от удовольствия, мне стало ещё хуже.

Агарес в ответ крепче сжал меня, прижимаясь грудью к моей спине и не оставляя промежутка между нами, он лизнул меня от ушей до щёк. После нескольких неглубоких толчков он начал увеличивать темп и давление своих действий, как будто хотел пригвоздить меня к полу. Его большой хвост между моих ног усилил своё грубое покачивание, давя на мою промежность всё сильнее с каждым толчком. Достоинство тритона дико и бессмысленно билось в моём теле, пронзая каждый дюйм моего живота, казалось, он желал трахнуть меня до смерти.

На самом деле я чувствовал, что близок к смерти. Моя голова была погружена в волосы Агареса, полностью окутанная темнотой, когда я стонал и периодически хныкал. Мои ноги дрожали от напряжения, так как всё моё тело подталкивалось наверх рыбьим плавником в очень быстром темпе.

Член, казалось, плотно прилегал к моей заднице, как будто моё тело было рождено чтобы соответствовать ему. Даже моя душа стала большой и мягкой чёрной дырой от интенсивного удовольствия. Скрытое во тьме бездны лежало желание, которое хлынуло как поток воды, а затем превратилось в волны, дабы подхватить меня.

Не особо понимая, я поскрёб пальцами пол, чувствуя ужас от понимания того, что инстинкты будут управлять мной, если я потеряю весь свой рассудок и контроль над своим разумом. И Агарес, словно подтверждая мои страхи, сжал мою руку своей перепончатой и издал низкий удовлетворённый стон,

- Я Агарес… Дешаров…

Широкий и мощный рыбий хвост резко дернулся у меня промеж ног, и я вдруг почувствовал, как внутри меня похолодело, а затем в кишечник вспрыснулась струя влажной и липкой жидкости.

Это было семя тритона. Он не только изнасиловал меня, но и кончил в моё тело. Теперь этот зверь полностью овладел мной.

Осознание такого факта было достаточно, чтобы полностью разрушить мою мужскую самооценку. Разум был последней фигурой, которая рухнула в руины этой шахматной игры, и я снова разрыдался на полу. С этого момента всё стало хаотичным, даже течение времени стало очень медленным и незаметным. Я не знал, как долго длился половой акт, я просто погрузился глубже в темноту от разочарования, услышав, как я стону от удовольствия.

После я оказался в совершенно другом месте.

Это была не подводная лаборатория, и не Исландия, это было море, которое однажды я посетил давным-давно…

Плавающие льдины и белый туман, покрывающий море, окружили меня.С другой стороны, я отчаянно цеплялся за протекающий спасательный круг, который постепенно погружался в ледяную воду.

Я огляделся и увидел неподалеку на поверхности холодной воды нижний корпус перевёрнутой моторной лодки. Мотор всё ещё работал на последнем издыхании, создавая непрерывную рябь воды и льда, а разбросанные сломанные вёсла плавали рядом с бортом.

«Где это я? Такая знакомая ситуация..»- подумал я, дрожа. Я посмотрел вниз и увидел, что мои руки напоминают руки маленького ребёнка.

И без того слабые и нежные пальцы распухли, а каждый ноготь стал тёмно-синим, почти чёрным, как будто я был близок к смерти. Смертельно низкая температура разъедала моё тело. Казалось, что я скорее умру от холода, чем утону.

- Малыш Де, малыш Де! Где ты, сын мой?!

- Пожалуйста, Господи! Сохрани его живым и невредимым. Мой маленький Де! Моему маленькому Де всего 6 лет. Господи, скажи мне, где он!

Издалека донеслось несколько голосов, выкрикивающих моё детское прозвище. Это моя семья. Я сразу понял, что они пришли, чтобы спасти меня.

- Здесь… Папа, мама! Я здесь! Я здесь…

Мой голос был слабым, моё напряжённое горло лишь издало несколько тихих звуков о помощи, которые едва ли кто-либо мог услышать.

Нет, я не хочу умирать!

Я инстинктивно начал барахтаться в стылой воде, но моё тело, казалось, превратилось в застывшую скульптуру. Застывшую и онемевшую, едва способную пошевелить конечностями.

- Я не умер! Я здесь! - Я закричал изо всех сил, которые всё ещё остались во мне. Свет, символизирующий жизнь и тепло, сиял на льду рядом со мной сквозь пар, но потом он отодвинулся и засиял в другом направлении. Этот проблеск надежды казался мне последним шансом, но я не мог ухватить его.

Чудовищный страх и отчаяние, которые я испытывал, были подобны туману в холодную ночь, просачивающемуся сквозь мой костный мозг.

Тем не менее, я ничего не мог сделать, кроме как смотреть с осторожностью на серо-голубой купол, который был близок к рассвету, и пытаться получить как можно больше кислорода.

Море понемногу начало накрывать мою шею.

«Я скоро умру... Папа. Мама. Пожалуйста, поторопитесь и найдите меня...»

Эта сознательная мысль бесконечно крутилась в моём застывшем и вялом уме, мне даже мерещилось, что время течёт чрезвычайно медленно. Я ощущал, будто прошло уже несколько столетий, пока я безнадёжно ждал своей участи, но неожиданно что-то под водой коснулось моей маленькой ступни.

Я мгновенно очнулся от состояния, близкого к коме, когда моё тело подняли из воды. Первое, что я увидел, была мощная бледная рука, державшая мои короткие ноги, моя голова покоилась на широкой и твёрдой груди, а щека касалась влажных, похожих на водоросли волос.

«Ах, это человек! Я найден, я буду спасён!»

Моё сердце внезапно просветлело, но тяжёлая и окоченевшая плоть не позволяла мне поднять глаза чтобы увидеть лицо моего благодетеля, я мог видеть только тонкую рябь воды на поверхности моря, заставляющую моё тело плыть к свету.

Ближе… чуть ближе… ах, я спасён!

Когда тёплый лучи света упали на меня, моё зрение и сознание стали нечёткими и расплывчатыми. Я слышал только знакомый голос, радостно восклицающий:

- О небеса, слава Богу! Это Маленький Де, он жив. Он плывет к нам! Какое чудо!

- Нет, нет, его кто-то держит! Это, это…

Моё тело внезапно отпустили, и пара рук мягко подтолкнула меня в направлении света. Я почувствовал, как проплыл несколько метров в холодных волнах, прежде чем меня схватили за руки и с плеском оторвали от воды, я сразу же упал в мягкие и тёплые объятия.

- Ох, сын мой…

Голос матери придал мне сил, я слабо обнял её и тихо заплакал у неё на руках. Тусклыми слезящимися глазами я оглянулся на тёмное море, затянутое мглой, и разглядел вдали силуэт длинного мужского тела.

«А, это тот человек, который спас меня.. Почему он не поднялся на борт? В такой холодной воде он наверняка замёрзнет насмерть!»

Я моргнул, чтобы прояснить глаза, прежде чем снова попытаться разглядеть его внешность, но увидел только пару зловещих и узких голубых глаз в ночном тумане, что мгновенно заставило меня неожиданно испугаться. Даже смелость позвать его на корабль исчезла. Я снова уткнулся головой в руки матери. Человек, который спас меня, в конце концов не вернулся. Кто он? Он человек…

- А... гарес…

Глубоко в бездне моего сознания эхом отозвалась серия тихих бормотаний, и внезапно пара голубых глаз, появившихся из ниоткуда, пересеклась с глазами, которые глубоко запечатлелись в моей памяти.

Это был…

Я вскрикнул от ужаса и резко открыл глаза, выводя себя из кошмара. Всё, что я только что видел, исчезло.

Однако ощущение холода ещё оставалось в моём теле, словно личинки, зарывшиеся в мои кости. Спина у меня тоже вспотела и сильно дрожала, однако я чувствовал, что лежу на мягком матрасе, полностью окутанный темнотой. Я не был уверен, был ли сейчас день или ночь над морем, но я чувствовал себя запутанным, как будто всё ещё плавал во сне.

- Ах, верно, мне приснилось воспоминание, когда я был совсем маленьким, которое почти стёрлось из моей памяти...

Если я правильно помню, это было у берегов Норвегии. Дедушкин рыбацкий корабль врезался в ледяной риф, и все, кто нас сопровождал, погибли. Только меня чудом спасли.

Я был спасён, но человек, который помог мне, не сел в лодку, а исчез в бескрайнем море. Нормальный человек не мог внезапно появиться в такой ледяной воде. Это может быть причиной того, почему я всегда верил в существование мерфолков и параноидально искал их возможное существование.

Но это случилось давным-давно, почему я вдруг вспомнил об этом?…

Погодите, эти глаза…

Ощущение сонливости лопнуло и рассеялось. Вскоре пустое пространство захлестнули яростные волны невыносимых и совершенно отвратительных воспоминаний о настоящем. Отчетливые сцены унизительной встречи с этим тритоном вновь всплыли в моей памяти. От проснувшегося стыда и унижения я свернулся в маленький комочек. Я обхватил себя руками, зарывшись головой в подушку и открыл рот, чтобы яростно укусить кончик подушки.

Нет, не может быть!

Я сильно тряхнул головой и закрыл глаза, но голубые глаза в моей голове не хотели уходить. Мои детские воспоминания, смешанные со сценой прошлой ночи, заставили меня закричать от отчаяния. Моё сердце, казалось, бушевало опасным цунами, и я совсем не мог дышать.……

Таинственная тень, которая много лет назад спасла меня в море, оказалась Агаресом.. Это был Агарес!?

Наверное он предвидел мою одержимость изучением морских обитателей, и тритон мог знать, что я вернусь в море где он существовал! Возможно он ждал, что я попрошу что-то взамен! Однажды Агарес вернул мне мою жизнь, и в обмен на это он лишил меня девственности, цель его многолетнего волнения и терпения была достигнута.

Поскольку он был таким высшим существом, я, наверняка, стал его добычей с того самого дня. О боже, о боже… Я отчаянно вцепился в кровать, дрожа всем телом. Я не осмеливался даже оглянуться вокруг, чтобы увидеть где находится тритон, потому что знал, что всё ещё наедине с ним будучи запертым в этой подводной клетке, где я теперь был его пиршеством.

- Де... шаров…

Самые страшные вещи, походу, всегда случаются когда человек уже напуган. И прямо сейчас, с моим беспорядочным разумом, я вдруг услышал голос Агареса, шепчущий мне в уши.

Тут же резко сев, я в страхе схватил одеяло и полностью завернулся в него, прежде чем пошарить под подушкой рукой. Под ней у меня лежал фонарик с функцией самозащиты от нападения- с электрическим током. Я удачно схватил его в руку, и, свернувшись всем телом в углу кровати, включил фонарик. Я подпрыгнул от испуга, увидев Агареса ползущего в дальнем конце моей кровати. Похоже он только что вылез из воды, так как с него капала вода. Пара тёмных и затенённых глаз внимательно смотрела на меня, словно пытаясь пленить.

-Не...не... бойся меня.

Глава 20

- Держись от меня подальше, животное! - Я крепко держал фонарик и размахивал им перед глазами тритона, в попытке не дать ему приблизиться ко мне. Как и прежде, это было совершенно бесполезно. Агарес просто напросто не выглядел обеспокоенным и, как лев, открыл пасть, обнажив ряды острых белых зубов. Он приподнялся на локтях и двинулся ко мне, пока его тело полностью не заслонило моё.

Уникальный гормональный запах, исходящий от его тела, наполнил воздух, и моё психическое состояние как будто сломалось из-за него. Инстинкт самозащиты заставил меня без дальнейших раздумий нажать на включатель электрошокера и ткнуть им в железную грудь существа.

Раздался звук “бззззз”, и тело Агареса на мгновение дёрнулось, после чего запах горелой кожи ударил мне в нос. Однако тритон не потрудился отступить, вместо этого он схватил меня за руку и прижал её к стене.

- Отпусти меня! Убирайся к чертовой матери! Не заставляй меня причинять тебе боль!

- Нет! - бессвязно закричал я, другой рукой перехватив фонарик и направляя электрический ток в руку Агареса, которая держала моё правое запястье в заложниках, оставляя белый шрам. Признаюсь, я совершенно потерял рассудок и вёл себя как спровоцированный ребёнок, который отчаянно сопротивлялся. Бог знает, как сильно я хотел быть бесстрашным, потому что прямо сейчас я был готов выбросить из головы весь свой так называемый «дух исследований», только чтобы я мог столкнуть злобного и двуличного тритона на пол и жестоко избить его в кои-то веки!

На самом деле, мои мышцы были далеко не такие же как большие, хорошо тренированные мускулы злобного зверя, можно даже не сравнивать. Агарес легко поднял обе мои руки над головой и выдернул фонарик-зажатый между большим и указательным пальцами-прежде чем отбросить его в сторону.

Существо слегка прищурилось и уставилось на меня одновременно навязчивым и игривым взглядом, как будто думало, что моё упрямое сопротивление было моим способом флирта с ним. Я почувствовал, как его влажные, огромные ладони двинулись чтобы поддержать мой затылок, пока он нависал над моей головой. Прежде чем я успел издать хоть один звук восклицания, тень его приближающегося лица окатила холодом мои губы.

О, Как мне хотелось закричать! Но из горла вырвался лишь стон.

Воспоминание о сексуальном насилии со стороны тритона всё ещё было живо в моей памяти, и я не мог не задрожать от страха и унижения. Из условных рефлексов я прикусил прохладную губу, которая давила на меня. Мой рот тут же наполнился привкусом соли и металла из-за крови, но Агаресу было всё равно, он прижал мой затылок к стене и начал целовать меня глубже и энергичнее. Его змее-подобный язык просверлил прямо сквозь мои стиснутые зубы и вторгся в каждый дюйм моего рта, заставляя меня задыхаться. Он был похож на эксперта по любви, легко околдовывающего кого-то, чтобы сбить его с пути истинного, но также и на того, кто лечит маленького ребёнка, используя своеобразное утешение.

Довольно скоро я почувствовал, что мой рот и язык онемели. Половина моего тела растаяла, и в какой-то момент обе мои руки уже были освобождены. Я попытался оттолкнуть Агареса, но у меня хватило сил только на то, чтобы дотянуться до его груди.

Я не знал, есть ли в слюне тритона какой-нибудь яд, как у гадюк, который парализует нервы, но у меня кружилась голова до такой степени, что я даже не заметил, как его губы оторвались от моих. Я всё ещё прислонялся к стене, моё дыхание было сбито, и моя голова опустела на пару секунд.

Агарес похоже не собирался продолжать навязываться ко мне. Вместо этого он прижал меня к себе и одной рукой приподнял голову, прежде чем нежно провести пальцами по моим волосам и вдохнуть исходящий от них аромат. Его действия напоминали свирепого зверя, который уже насытился едой и отдыхом, в результате чего пребывал в удовлетворённом и вялом состоянии.

Однако когда я подумал о том что он сделал, чтобы получить такое большое удовлетворение, мне стало стыдно до такой степени, что у меня даже не хватило смелости встретиться с ним лицом к лицу. Подсознательно я закрыл лицо локтём и вытер ещё влажные губы тыльной стороной ладони. Я прислонился к стене подняв голову, жалея, что за моей спиной нет трещины, в которую я мог бы спрятаться.

Я глубоко вздохнул и выдавил из себя сквозь стиснутые зубы:

- Ты однажды спас мне жизнь, это я знаю. И я должен был отплатить тебе за это. Теперь ты получил свою награду, но почему ты ещё не уходишь? Ты ведь хочешь вернуться домой, к морю? Я могу отпустить тебя прямо сейчас!

- НЕТ. - Внезапный ответ Агареса прозвенел у меня в ушах, его хриплый голос оставил тяжёлый отпечаток, каждое произнесённое слово будто отражалось в самой глубокой части моих барабанных перепонок. - Я... хочу...т... тебя.

Когда он открыл рот, порыв горячего воздуха, вырвавшийся из его влажного рта, рассеялся по моей шее, и я задрожал из-за моей нынешней чувствительности. Последние остатки моей выносливости растаяли, я отдёрнул руку и оттолкнул его на несколько дюймов от своего тела. Я прижался к стене и заорал: - Я не твой, и никогда не буду принадлежать такому зверю как ты!

Как только эта тирада слетела с моих губ он сжал мою лодыжку. Я поднял другую ногу, дабы сильно пнуть тритона в грудь, но её тоже схватили. Теперь обе ноги в его руках тянулись вниз, его удивительная сила бросила меня плашмя на кровать, где я был заключен под телом Агареса.

Одна из моих ног свисала с края кровати, и я ощутил, как его когти медленно приближаются к нижней стороне моего колена. Большая и холодная ладонь, трущаяся о мою кожу, заставляла мурашки бежать следом за каждым прикосновением, а мои зубы стучали. - Не прикасайся ко мне! Я не твоя супруга. Нет!

Мои слова, казалось, сработали. Движущиеся когти остановились на моей талии, и внезапно ослабли, затем две руки были подпёрты по бокам от меня. Я задержал дыхание, моё сердцебиение ускорилось как у гоночной машины, пока я смотрел на фигуру, которая нависала надо мной. В пятнистой тени, отбрасываемой волосами тритона, лицо Агареса казалось тёмным и непредсказуемым, и я не мог найти обычной свирепой и дразнящей улыбки в уголках его рта. Его глаза пристально смотрели на меня, как будто он только что обдумывал мои слова, чувствуя себя очень обеспокоенным.

Я не мог понять, что сейчас чувствует это глубоководное существо, но инстинкт подсказывал мне, что он вот-вот рассердится.

Насколько ужасным может стать тритон, когда он рассержен, было невозможно предвидеть. Чрезвычайно сильное чувство душевного перелома распространилось по всему моему телу, останавливая моё паническое дыхание. Адреналин ударил мне в голову, когда Агарес наклонился ко мне. Однако он просто приложил кончик носа к моей ключице и глубоко вдохнул, прежде чем выдать серию странных, казалось бы, смешанных с русскими слогами. Мне показалось, что я слышу произношение слов “ты” и “мой”.

Казалось, он говорит по-русски: “Ты мой”.

Моя восприимчивость к родному языку заставила меня вздрогнуть от шока, думая, что я ослышался. Я не мог поверить, что тритон пытается общаться со мной по-русски. Я с удивлением втянул в себя холодный воздух.

Губы Агареса слегка коснулись мочки моего уха, его голос продолжал звучать медленно и мягко. Хотя произношение было непрофессиональным и прерывистым, за ним скрывался намёк на силу и мощь.

- Я... разрешаю тебе… чтобы... узнать... меня…

Такой тон звучал как приманка. Тритон, казалось, хотел что-то обсудить со мной, но я не понимал, что он имел в виду. Но по крайней мере я был уверен что он не сердится, так что я немного успокоился. Но я всё ещё был внутренне напряжён из-за страха, что в следующий момент он разорвёт одеяло.

От его тихого дыхания около моего уха по телу пробежала дрожь, но я не осмелился сдвинуться ни на дюйм.

- Что именно ты пытаешься сказать?.. Чего ты на самом деле хочешь от меня?

- Знаешь... мой… всё... - Он, запинаясь, пытался разобрать слова на ломаные русские слоги, стараясь дать мне понять, что он хочет донести до меня. Он схватил отброшенный в сторону фонарик и направил его на собственное тело. Его тёмные глаза-бусинки уставились на меня, а уголки губ приподнялись. - Ты хочешь… знать ...меня.

Я тупо уставился на Агареса, не зная что делать с его действиями. Только через пару секунд мой мозг смог уловить то, что он пытается сказать. Моё дыхание стало тяжёлым и учащённым. Беспокойство, которое было омрачено тревогой, снова зашевелилось в моём сердце. Я не мог не признать, что это было огромным искушением для меня.

Тритон явно имел в виду... что он позволит мне изучать его столько, сколько я захочу. Он в позволит мне узнать всё, что мне нужно было выяснить о мерфолках.

Так же он не мог не попросить какой-нибудь платы за это. Он, естественно, хотел…

Я сжал руку в кулак.

Глава 21

- Они должны… знать… ты… мой…

Агарес пристально смотрел на меня, широко улыбаясь, как будто уже видел мое слабое место.

Мои нервы внезапно подскочили, наконец-то осмыслив то, что он пытался передать. Я сел, толкнул его прямо к стене и поднял кулак, чтобы ударить, но мое запястье было легко поймано в воздухе его железными когтями. Его рот слегка приоткрылся, и красный язык высунулся, чтобы лизнуть мои пальцы. Его губы слегка изогнулся в усмешке, зрачки под длинными ресницами были темными и бездонными, напоминая мутное болото, населенное людьми.

Какой жуткий зверь!

Он полностью захватил мое уязвимое место. Я был не в состоянии отказаться, и у меня даже не было выбора, чтобы отказаться.

Я стиснул зубы, чувствуя, что мои принципы вступают в войну со стыдом, идущим из моего сердца, заставляя мои нервы скручиваться в комок.

Правильно, если я откажусь от Агареса, я не только потеряю возможность изучить его, но и, что еще хуже, если я не получу результатов исследований, которые они ожидали, они будут сомневаться в том, что я делал последние несколько дней. Райн определенно пойдет и проведет расследование из-за моего предыдущего призыва о помощи. С его упрямым характером, если я не достану никаких записей исследований, чтобы скрыть это, эта постыдная тайна будет известна ему рано или поздно.

Об этом никто не должен узнать… в противном случае я бы никогда больше не смог бы показаться никому на глаза.

От одной мысли о том, что они узнают об этом, у меня уже вспотела спина, а сам я не мог усидеть на месте.

Агарес просто отпустил меня и лениво прислонился к стене. Его толстый, длинный и гибкий хвост беспечно терся о мои икры, пока он изучал мое лицо прищуренными глазами.

Он знал, насколько превосходно его обольщение, каковы мои слабости и в чем я нуждаюсь больше всего. Он уже отравил мой разум много лет назад, в то время, пока я рос, он тихо плел паутину и ждал, когда я глубоко погружусь в нее, как в ловушку моих тающих костей среди нее.

К тому времени, как я это понял, мне уже некуда было бежать.

Мне не трудно было поверить в проницательность тритона, ведь у таких величественных созданий действительно был ум преступника с высоким IQ!

Я прижал кулак ко рту и судорожно вздохнул. Прямо сейчас, помимо согласия с предложением Агареса, у меня не было другого выбора, кроме как продолжать свои исследования в соответствии с первоначальным планом, но… Черт, какая разница между этим и продажей собственной задницы за результаты исследований?

Из-за этой мысли я вспыхнул от гнева. Я заставил себя успокоиться, потому что, кроме сопротивления Агаресу в обнаженном виде, я действительно ничего не мог сделать.

Я мог только притвориться, что повинуюсь ему, сделав это временной мерой, чтобы он ослабил свою бдительность…

Я задумчиво посмотрел в сторону компьютерного стола. В ящике стола должна быть запасная шприц-игла, наполненная жидкостью, для анестезии. У меня все еще был шанс дать отпор, к тому же Сакарол сказала, что они придут за мной завтра. Мне нужно продержаться до этого времени.

- Я принимаю твое предложение, - я пристально посмотрел на Агареса и сказал по-английски, чтобы он мог понять мои слова более ясно, и подчеркнул: - Я хочу изучать тебя в своем собственном темпе, и в процессе моих исследований я запрещаю тебе делать со мной что-либо еще.

Мне пришлось выдавить последние слова сквозь зубы. Мои щеки горели от крайнего смущения, и, чтобы не вспоминать о событиях прошлой ночи, я выхватил у Агареса фонарик и яростно посветил в него, пристально глядя в глаза. - Ты понимаешь, что я имею в виду?

- Да…

Губы, тонкие, как острый нож, выплюнули четкий слог. Улыбка на его лице, казалось, стала шире, в моих глазах она выглядела более коварной и хитрой, как будто его давно намеченная цель наконец-то удалась.

Давай, смейся, животное. Ты не сможешь долго смеяться.

- Тогда ложись, - скомандовал я без тени вежливости, указывая на стеклянный пол, но сердце мое заколебалось. Я не уверен, что этот зверь сдержит свое обещание, в конце концов, он не был человеком. Он был полностью свободен от любых моральных, юридических и принципиальных ограничений. Даже если он будет вести себя как хулиган, я ничего не смогу сделать.

Но, к моему удивлению, тритон действительно подчинился моему приказу и соскользнул с кровати, чтобы лечь спиной на пол. Черный и крепкий рыбий хвост протянулся от изножья кровати под стол, как гигантская ящерица, отдыхающая на земле.

Затем он поднял голову, закинув одну руку за голову, как будто загорал, и уставился на меня с большим интересом.

Я попытался подавить желание просто пнуть его. Я быстро завернулся в одеяло, перешагнул через его тело и бросился к куче одежды, которую снял перед ванной. Я не мог изучать его голым!

Агарес не остановил меня своим хвостом, но как только я поднял свою одежду, я понял, что мне не где переодеваться. У меня не было другого выбора, кроме как переодеться перед бдительными глазами тритона. Даже повернувшись к нему спиной, я все равно чувствовал на своей спине его пристальный взгляд. Это заставило меня почувствовать себя крайне неловко, поэтому я спрятался за стол и поспешно сунул ноги в штаны, которые держал в руках.

Но как только одна нога оказалась в штанах, я почувствовал, как рыбий хвост Агареса приблизился ко мне, чтобы погладить меня по голени. Это внезапное прикосновение напугало меня до такой степени, что я так и не смог надеть штаны, поэтому я поспешно застегнул свой лабораторный халат и сразу же встал.

- Мне… нравится…твое тело...

Его Адамово яблоко перекатилось в горле, когда он уставился на мешающую одежду на мне. Нескрываемый смысл его слов заставил меня забыть о том уязвимом положении, в котором я был вынужден оказаться, я пнул его мокрый длинный хвост в сторону, не задумываясь. Я затянул пояс на талии и сделал шаг назад, где половина моего тела была закрыта столом. Затем я украдкой сунул руку в ящик и поместил анестезирующую иглу в манжету рукава.

Я не осмеливался смотреть в глаза тритону, боясь, что если сделаю это, то мое сердце необъяснимым образом выпустит кошку из мешка. Я чувствовал, что тритон, как опытный старец, обладает уникальной способностью заглядывать в сердца и умы людей, и мои дешевые уловки будут легко разоблачены, как тайны глупого ребенка.

Боже, пожалуйста, защити меня. Не позволь ему раскрыть мой план!

Хотя внутри я сильно нервничал, внешне я сохранял спокойствие. Я собрал некоторые материалы, необходимые для записи физиологического числового значения тритона, и принес их к нему, прежде чем присесть рядом.

Согласно процедуре измерения состояния биологического тела, первое, что мне нужно записать, это кровяное давление тритона.

Вот что я сказал себе в душе. Я пошел за сфигмоманометром, но мои руки продолжали сильно потеть. Я изо всех сил старался сохранить позу ученого, изучающего обычную дикую природу, но уже при одном взгляде на его сильный могучий торс я чувствовал, что задыхаюсь.

Это тело только вчера вечером… только вчера вечером…

Я стиснул зубы и заставил себя не вспоминать эти ужасные сцены, но образ когтей тритона, сжимающих мою руку, вспыхнул в моей голове. Я почувствовал, как мои бедра дрожат под халатом, и чувство унижения, вызванное стыдом, нахлынуло снизу вверх. Я схватил тритона за запястье, быстро обернул измеритель кровяного давления вокруг его руки и повернул включатель.

Я заставил себя сосредоточиться на мерцающих значениях на маленьком жидкокристаллическом экране. Я видел, как он менялся между 200-300 мм рт.ст., прежде чем окончательно осесть на 261.

Не потрудившись поднять голову, я быстро ввел это значение в планшетный компьютер для записи и заставил себя подумать и принять решение.

Систолическое кровяное давление тритона было почти в два раза выше, чем у человека, даже эмоциональный старик не может достичь этого уровня, если не потребляет вызывающее привыкание количество стимулирующих препаратов.

Цикл течки.

Эти слова промелькнули у меня в голове. В этот момент тритон все еще находился на пике своего цикла. Мои глаза были прикованы к этому номеру, но я не смог удержаться не посмотреть на тело тритона, моя спина полностью покрылась холодным потом.

Глава 22

Я хочу убежать, но мне совершенно ясно, что мне некуда бежать. Я могу только изо всех сил бороться с Агаресом, чтобы задержать его цикл течки и уменьшить вероятность быть изнасилованным им снова.

По крайней мере, он все же...

Мои глаза непроизвольно скользнули вниз к закрытой чешуйчатой мембране под его торсом, измученное смертельное оружие все еще не показывало какие-либо признаки эрекции, что успокоило мое учащенное сердцебиение. Я отвел взгляд, как подлый вор, но наткнулся на два глубоких зрачка, полных вопросов. Я дернулся от неожиданности и ощутил неловкость, как будто вор пойманный с поличным.

- Что?

Уголок рта Агареса приподнялся, скрывая злой умысел. Он опустил взгляд вниз, указывая на нижнюю часть своего тела, прежде чем снова уставиться на меня прямо горящим взглядом. - Тебе… нравится…?

Меня одолевало чувство, похожее на унижение от того, что он снял с меня одежду, и это подпитывало мое желание схватить иглу для взятия крови и без каких-либо колебаний вонзить ее глубоко в его мышцу, холодно глядя на него.

- Извини, мне нужен твой анализ крови для следующего этапа моего исследования, зверь.

Холодно сказал я, не выказывая беспокойства, думая, что он придет в ярость из-за моего оскорбительного действия, внезапного взятия его крови. Таким образом, он мог и обидеться на меня. По крайней мере, я могу восстановить часть своего мужского достоинства. Было бы лучше, если бы этот вульгарный зверь разозлился на меня, чем постоянно бы дразнил меня так бессмысленно.

Однако, к моему удивлению, Агарес не показывал никаких признаков гнева по поводу моей контратаки. Его улыбка померкла, но он все же взял инициативу на себя и расслабил руку, позволив мне крепко сжать его запястье. Он молча наблюдал, как я извлекаю из его кровеносных сосудов большую трубку с голубой жидкостью.

В тот момент, когда я вытащил иглу из его руки, Агарес схватил меня за запястье и потянул на себя, я едва не упал на него сверху. К счастью, моя реакция была быстрой, и я смог удержаться от дальнейшего падения, упершись локтем в пол. Моя голова нависала всего в одном пальце над головой тритона, отчего мое сердце застряло в горле, почти вываливаясь наружу.

Агарес посмотрел на меня прищуренными глазами, как бы оценивая мое нынешнее состояние, впитывая мою панику как питательное вещество.

Я изо всех сил старался высвободиться из когтей Агареса и смотрел на него почти напряженно. Он же, напротив, вытянул один из своих длинных тонких пальцев с опасно острым ногтем, и вытер каплю синей крови с кончика иглы, которая вот-вот должна была капнуть, и неожиданно для меня размазал ее по моим губам. Его губы прижались к моим ушам и начали нерешительно шептать, словно пытаясь произнести заклинание.

- Я… отдам... тебе… все, потому что ты… мой Дешаров.

Эхо-звуковые волны тритона, кажется, обладают какой-то отвратительной силой, которая может загрязнить психологическое состояние человека. Его голос проник прямо в мои барабанные перепонки, путешествуя по самой глубокой части моего разума, и в одно мгновение мой психологический барьер был на грани разрушения. Несмотря на то, что я изо всех сил старался подавить воспоминания о том, что произошло той ночью, я чувствовал, как и раньше, что заявление зверя и подчеркивание того, что я его собственность, были как клеймо, которое уже глубоко отпечаталось в моей душе. Эта мысль мгновенно заставила меня почувствовать себя пленником, запечатленным его исключительной меткой, которая никогда не может быть стерта в течение всей жизни.

В данный момент я просто хочу найти безопасное укрытие, чтобы спрятаться от него. Даже прятаться в постели хорошо, так как это может помочь облегчить чувство беспомощности и паники от полного насилия.

Однако, когда мочку моего уха лизнули, по мне прошелся ненормальный зуд, который взрывался небольшими волнами, атакующими мой костный мозг. Мои руки слегка дрожали, и мне становилось все труднее поддерживать ими свое тело. В любой момент я могу рухнуть на тело Агареса, что только и обрадует его.

ЧЕРТ! Я мысленно выругался. Чтобы не стать собственностью тритона, я должен бросить все силы на сопротивление.

Я облокотился на грудь Агареса и даже обхватил руками его мощную шею, прежде чем упасть на бок. Агарес был явно удивлен моей инициативой, его хватка ослабла с моего запястья, и он тут же обхватил мою спину одной рукой, где он начал исследовать внутреннюю часть моего длинного халата.

Под халатом я был полностью голым, и болезненное чувство унижения от соприкосновения кожи с кожей на моем бедре практически сводило меня с ума. Я прикусил губу и быстро нащупал спрятанную в рукаве анестезирующую иглу, обхватив рукой его шею, но мои пальцы так дрожали, что я не смог правильно схватить ее из-за чего игла скользнула глубже в рукав.

- Черт!! - Я взволнованно выругался, приблизившись поближе к шее Агареса, чтобы прикрыть скольжение иглы в рукаве.

Но это не что иное, как в основном угождение ему и знак поощрения Агаресу. Его движения были намного быстрее моих, моя талия уже была обхвачена его рукой, мои ягодицы поддерживались его рыбьим хвостом, в то время как одна рука озорно задирала подол халата до самой талии.

- Де... ша... ров…

Он прижался губами к моей груди и издал удовлетворенный низкий гул, барабаня по всему моему телу. Затем он опустился головой ниже и начал своим умелым языком лизать мой пупок.

Невероятное покалывание заставило мой желудок слегка сжаться. Я инстинктивно зажал хвост между ног с постыдным стоном, вырвавшимся из горла. Я стиснул зубы от унижения и попытался согнуть пальцы, чтобы вытащить анестезирующую иглу. Наконец мне удалось ухватиться за нее.

Дрожа, я снял ногтем колпачок и увидел несколько капель кристаллического анестетика, сочащегося из кончика иглы. В этот момент он стал для меня чем-то столь же драгоценным, как святая вода!

Я поднял иглу и попытался прицелиться в шею Агаресу, но в этот момент рыбий хвост под моим телом внезапно повернулся, заставив нас обоих перевернуться, теперь я оказался под телом Агареса. Из-за резкого движения я в конце концов проткнул иглой свою левую руку!

- К черту бога!

Я истерически закричал, почувствовав, как онемела половина моей левой руки. Она безжизненно шлепнулась на пол, а моя правая рука, отчаянно цеплявшаяся за мокрую шею Агареса, начала соскальзывать. Более того, у меня, похоже, не осталось сил, чтобы снова попытаться уколоть иглой сонную артерию Агареса.

Я не только потерпел неудачу из-за отсутствия последних усилий, я практически подарил ему себя из-за моего бессовестного хитрого метода.

В эту долю секунды я почувствовал огромное отвращение к глупому дешевому трюку, который я пытался разыграть, и из-за этого великого отчаяния я ощутил, как мое тело теряет свои силы, как будто наконец сдается. Я знаю, что следующее событие было неизбежным, но не могу удержаться, чтобы не посмотреть в потолок. Я попытался отвлечь свое внимание от того, что происходит с моим телом, опустошив свой ум. Надеюсь, сделав это, мое тело не будет таким чувствительным и не будет реагировать как у женщины.

Агарес, похоже, не замечал моей борьбы и продолжал крепко обнимать меня за талию, бессмысленно облизывая меня языком.

Подол моего исследовательского халата был беспорядочно закатан до талии. Знакомый запах дезинфицирующей воды, смешивался с сильным гормональным запахом дыхания тритона. Мгновенно, от смущения, мои глаза загорелись красным, даже капилляры на щеках вот-вот лопнут. Этот биологический водянистый запах когда - то символизировал мой статус исследователя… но теперь… но теперь…

Я стиснул зубы, чувствуя себя отвратительно из-за стыда. Я хотел закричать, но из моего горла вырвался только стон полный удовольствия от умелого поддразнивания Агареса. Своим умелым языком он посасывал и облизывал мои маленькие соски. Тритон прижал мои бедра к моему животу, и всего одним щелчком рыбьего хвоста, половой орган вошел в меня на полдюйма глубже.

От неожиданности я закричал, мои ноги слабо брыкались без всякой помехи, и вскоре они были прижаты к полу руками тритона. Огромный орган внутри меня снова вырвался, прежде чем его агрессивно вонзили обратно с хриплым низким стоном, раздававшимся после каждого толчка. Наконец, через некоторое время, он полностью вторгся и глубоко вонзился мне в живот.

Мое тело тут же дернулось вверх, парализующее чувство потянулось вниз по позвоночнику, заставляя анестезирующую иглу, спрятанную в моей руке, почти выскользнуть. Мои глаза блуждали по стеклянному потолку, но сразу же остановились на темном пятне в углу. Определив, что это было, я испытал ни с чем не сравнимый шок, подобный страданию от удара молнии, до такой степени, что увидел перед собой черноту.

Это была камера наблюдения.

Нет, нет!

Из-за огромной паники я смог выжать из себя небольшое количество силы, достаточное для того, чтобы поднять руку и воткнуть анестезирующую иглу в сонную артерию Агареса, и впрыснуть каждую каплю жидкости дрожащими пальцами. Тело Агареса внезапно дернулось, однако его рука все еще крепко обнимала меня за талию, не отпуская. После пары сильных конвульсий тело надо мной в конце концов упало, он не мог сопротивляться такой огромной дозе лекарств, и я тоже упал на пол под его давлением.

Я непоколебимо смотрел на камеру наблюдения над моей головой, я испускал судорожные вздохи один за другим, как будто я полностью истощил себя.

Глава 23

Вид вокруг меня, казалось, заметно дрожал, я чувствовал слабость от размытых видений. Я до сих пор безвольно лежал на полу с половым органом Агареса внутри себя, слегка пульсирующим от стимуляции, все еще прочно прикрепленным к внутренней стенке моего кишечника. От еще остаточного удовольствие мои ноги продолжали дрожать, у меня не было сил даже убрать рыбий хвост между ног.

Однако с каждым движением огромный орган тритона терся о мой живот. Зуд возбуждения был просто как нож, вонзающийся глубоко в мое сердце. Сопротивление такому инстинктивному желанию мучило меня, как выдергивание кинжала из моего тела, заставляя меня сильно потеть.

В какой-то момент у меня возникло постыдное желание продолжить и закончить то, что я начал сам, но вспомнив о камере наблюдения, огромное смущение, которое я почувствовал, заставило меня отчаянно согнуть ноги и выскользнуть из-под тяжелого тела.

Его член внезапно выскочил из моего тела, и я рефлекторно посмотрел на него. Из ниоткуда на мое лицо брызнула струя белой жидкости. Этот характерный запах, обычно производимый мужчинами, ударил мне в нос, вязкая жидкость медленно потекла по моей щеке.

На секунду-другую я остолбенел и машинально попытался стереть эту штуку с лица, прежде чем понял, что произошло.

Если бы кто-то наблюдал за мной с другого конца камеры наблюдения, с моей внешностью, покрытой жидким семенем тритона, я бы ничем не отличался от актера GV.

От удушающего стыда я чуть не упал в обморок. Я яростно вытер лицо халатом, прежде чем снять его и отшвырнуть подальше от себя. Я встал нагишом и резко пнул рыбий хвост в бок, оставив его криво торчать в углу. Однако его орган стоял прямо, несмотря на то, что он был в коматозном состоянии.

Вне себя от злости, я схватил пару книг и прижал их к большой игрушке Агареса, а затем грубо схватил его за волосы, желая ударить по лицу. Из-за гнева я даже не обратил внимание на то, был ли эффект анестезии действительно эффективным или нет, я только знал, что хочу жестоко избить Агареса, просто чтобы успокоить свое маниакальное психическое состояние.

Мой дрожащий кулак был всего в миллиметре от его лица, выступающие белые кости на костяшках пальцев показывали, как сильно я их сжимаю. Я знал, что могу сломать его прямой нос прямо сейчас и сделать это небесное создание, которое напрасно родилось с лицом неземного существа, с ужасно разбитым носом, потому что я ненавижу этого двуличного ублюдка.

Но я не мог. Дело не в том, что я мягкосердечен, просто если бы я избил Агареса, то я бы просто оскорбил редкий вид существ, что полностью противоречит основным принципам всех биологических исследований. Мало того, как только Сакарол обнаружит его рану, мои действия будут непростительны.

Я не мог его побить. Даже после всех унижений и стыда, через которые мне пришлось пройти, я не мог жестоко избить “это”!

Я уставился на его превосходный длинный хвост и не смог удержаться, чтобы не сжать кулаки и безжалостно не стукнуть по нему пяткой. Как бы я хотел, чтобы Агарес в этот момент превратился в человека, потому что тогда я мог бы избить его без всякого сожаления, даже если бы я оказался в тюрьме, мне было бы все равно!

Я бросился в ванную и тщательно вымылся, не оставив ни одного нечистого пятна. Я все еще чувствовал себя грязным, все, казалось, было испачкано спермой тритона, от каждой капли крови до каждой структурированной кости. Я присел под душем, обхватив руками свое беззащитное тело. Я закрыл голову руками и заплакал, как ребенок, а профиль высокого и достойного русского мужчины совершенно исчез.

Если мой суровый отец увидит такую трусость, он наверняка побьет меня ремнем.

Я даже не мог понять, почему все происходит именно так, как сейчас.

Всего неделю назад я был обычным исследователем биологии, старшеклассником, полным энтузиазма и простых стандартов, но теперь, неделю спустя, я был заперт в этой тюремной клетке и был полностью унижен зверем, в добавок ко всему мне нужно еще постараться сохранить это в тайне.

Нет... Нет!

Мои пальцы зарылись глубже в волосы, я в отчаянии покачал головой, чувствуя, как мой собственный мозг раскалывается пополам.

Я хочу выбраться отсюда! Уехать из Исландии! Держаться подальше от этого злого тритона, чтобы он больше не приставал ко мне!

Дешаров, возьми себя в руки! Ты должен взять себя в руки! Прежде чем ты уйдешь, тебе нужно обязательно стереть все, что произошло!

Я с трудом поднялся и выключил душ. Я бросился обратно к столу, включил компьютер и уничтожил все установленные программы, которые могли контролировать камеры наблюдения, прежде чем схватить пресс-папье на столе и разбить камеру на куски.

Потом уставился на коматозную тварь на стеклянном полу. Шаг за шагом я заставил себя подойти к нему, я оттащил его к цилиндрическому резервуару для воды, где раньше держали Лили, и закрыл дверцу резервуара, прежде чем сбросить электронный замок.

Сделав все это, я в изнеможении упал на кровать и послал срочное сообщение Сакарол и остальным. Мой мозг был похож на кастрюлю с кипящим супом, медленно остывающим, когда тяжелая сонливость нахлынула на меня.

Прежде чем закрыть глаза, я поймал взгляд Агареса, просыпающегося в цилиндрическом резервуаре. Его рука была прислонена к стеклянной стене и его глаза смотрели на меня глубоко, полные недовольства, голодом и жаждой. Эти глаза были похожи на присоски, проходящие по моему телу, поднимая каждый волосок на моем теле…

Я еще глубже зарылся головой в одеяло и полностью поддался нахлынувшей сонливости.

……

Я не знал, сколько времени проспал, но чувствовал, как мое собственное сознание становится смутным и расплывчатым, медленно погружаясь в состояние покоя.

Я был в стеклянном туннеле аквариума, эта знакомая сцена заставила меня понять, что я вернулся к одному из моих прошлых воспоминаний.

Моя голова казалась пустой, как будто чего-то, что должно было быть там, не хватало. Я попытался глубоко задуматься, но так ничего и не смог вспомнить. Мои глаза скользили по волочащейся тени рыбы, плавающей за стеклянной стеной, и я впервые за все время почувствовал спокойствие.

Но где же Дэвис? Без особого осознания я искал его фигуру, и в то же время позади меня раздался голос: - Привет, мой дорогой маленький Уоллес, доброе утро.

Я увидел отражение Дэвиса на стекле перед собой, поэтому радостно обернулся.

Однако позади меня не было ничего, кроме лужи воды с выброшенными водорослями, лежащими на гладком полу. Длинная полоса воды тянулась к более глубокому и темному концу туннеля, и там, в темноте, в самом конце, я увидел высокую стройную фигуру, стоящую там.

Это были не Дэвис и не Райн. Его длинные волосы доходили до щиколоток, с кончиков которых капала вода.

Я сделал два шага назад, не задумываясь, когда знакомое чувство страха схватило мое сердце и сжало его. Моя спина уперлась в стеклянную стену позади меня, и глубокий холод проник глубоко в мои кости, заставляя меня дрожать всем телом. Я знаю, что сплю, но не могу заставить себя проснуться, и даже во сне я не могу пошевелить ни одной частью своего тела.

Тень, наконец, двинулась в мою сторону, темнота рассеялась показывая человека. Под колеблющимся голубым светом волн я увидел мрачное, но красивое лицо, исполненное беззаконного желания и зла.

Это злой зверь! Даже во сне он не оставлял меня в покое, но...!

Я вдруг осознал то, что должен был осознать раньше, но поскольку мой разум, кажется, реагирует медленнее, когда во сне, чем наяву, мое замешательство пришло немного позже.

Хвост Агареса исчез, и вместо него появились две мускулистые и хорошо сложенные человеческие ноги.

Объект моего гнева и заблуждения из реального мира на самом деле еще и существует в моем сне, и в конце концов у меня все еще не было сил причинить ему боль.

Напротив, я в этом кошмаре был на самом деле более подавленным и легко контролируемым. Голова у меня онемела. Я пытался заставить себя немедленно очнуться от сна, но мое тело было сковано этим кошмаром, позволяя тритону подойти ближе ко мне и прижать все мое тело к стене. Его холодная и крепкая грудь прижималась к моему телу, отделенная только тонким куском ткани. Это было так же реально, как и в реальности, когда его хорошо сложенные мышцы терлись об меня, что заставляло мурашки бегать по всему моему телу.

Я почувствовал, как он держит меня за шею. Внезапно мое лицо поднялось вверх, и мы посмотрели прямо друг на друга. Свет за моей спиной освещал его лицо, и единственное, что я мог видеть, это неясные очертания, которые, тем не менее, пугали меня. Он стоял прямо на человеческих ногах, его примерный рост был 190 сантиметров. Теперь, имея преимущество в том, что он на голову выше меня, он практически подавлял меня как физически, так и умственно.

Тритон опустил голову и, как и прежде, сделал пару глубоких вдохов, не говоря ни слова, а вода с его лба капала на мою одежду.

- Уйди, уйди из моего сна, - хрипло произнес я из-за удушливого ощущения в горле. Я не знал, почему мне снится такой странный сон.

- Дешаров… - Агарес тихо прошептал мне на ухо мое имя и продолжил на беглом русском: - Тогда, в таком случае, я буду развиваться… как вы и хотели… помните, это... предзнаменование.

Последние несколько слов мягко слетели с его губ, его пальцы внезапно сжали мою челюсть, и его влажные мягкие губы грубо прижались к моим.

На пару минут я остолбенел. Что имел в виду Агарес? Он хочет стать человеком и продолжать безжалостно домогаться меня?

Нет! Нет! Если он превратится в человека, разве это не означает, что у меня появится шанс покинуть глубоководную лабораторию, чтобы избежать встречи с ним, а также шанс покончить с этим кошмаром раз и навсегда?

Хотя я знаю, что это был всего лишь сон, я все еще не мог удержаться от крика полного изумления. Но прежде, чем я успел что-то сказать, стена аквариума, окружавшая меня, исчезла, оставив только простирающийся горизонт кромешной тьмы.

- Дешаров, мистер Дешаров?

Я смутно слышал нежный женский голос, нетерпеливо зовущий меня. Я смог различить, что голос принадлежал Сакорол, и она была прямо рядом со мной! Я, наконец-то, был спасен, мне больше не нужно жить с этим зверем. Мои напряженные мышцы и нервы расслабились после осознания. Медленно свет лился через щель моих глаз, я неуклонно открыл веки из-за надежды на спасение.

Глава 24

Когда мое затуманенное зрение прояснилось, в поле моего зрения появилось лицо Сакарол, её глаза вопросительно смотрели на меня за парой золотых очков.

- Эй, мистер Дешаров, как вы?

- Я... - Я осознал, что все еще нахожусь в подводной лаборатории, и на онемевших руках приподнялся. Тут же мои глаза немедленно устремились к большому круглому резервуару, расположенному неподалеку от Сакарол. Агарес неотрывно смотрел на меня за стеклянной стеной с застывшей на лице ухмылкой.

Все мое тело онемело и обессилело, не в силах сдвинуться ни на дюйм. Два дня ужасной душевной травмы затопили мой мозг. Ничего, кроме жужжания и раздражительных звуков, не было слышно в моей голове, я пару раз вздрогнул, чуть не упав с кровати.

Сакарол тут же схватила меня за руку. - Эй, мистер Дешаров, с вами все в порядке? Вы хотите, чтобы я вызвала врача? Ваше лицо очень бледное, и кажется, что у вас очень низкий уровень сахара в крови. Может быть, вы не ели?

- Нет, не вызывайте врача! Я действительно мало ел, но это потому что… потому что я был так поглощен своими исследованиями. - Я держался за пульсирующий лоб и вытирал холодный пот, выступивший на моем лице. Я наугад произнес какие-то бессмысленные слова, чувствуя, как мои щеки горят от этой неловкой лжи.

Моя резкая перемена, должно быть, была очевидна, что я не осмеливался поднять глаза на Сакарол. Чувствуя себя взволнованным, я хотел встать, но внезапно услышал, как Сакарол вскрикнула и повернул голову в её сторону. Она указала на меня: - Мистер Дешаров, вы… на вас нет никакой одежды!

- Ах, ах, мне очень жаль!

Я вдруг понял, что я совершенно голый, и половина одеяла уже сползла мне на живот. Следы, оставшиеся от насилия, были хорошо видны между моих ног! Я должен быть рад, что Сакарол отвернулась!

Книги и исследовательские приборы были разбросаны по полу, а в нескольких футах от меня лежал исследовательский халат, весь в телесных жидкостях тритона!

Я не уничтожил “улики”, потому что не ожидал, что Сакарол вернется так скоро, особенно в тот момент, когда мне не хватало сознательности!

Я молча смотрел на кучу вещей, в тоже время мое сердце бушевало бурей, а лицо выглядело болезненно бледным.…

Не знаю, заметила ли она их.

Мой мозг постоянно повторял эту фразу, как будто это было какое-то заклинание. Руки у меня слегка дрожали, но я не отвечал и даже не заметил, что Сакарол уже несколько раз окликала меня. Я не приходил в себя, пока она не подошла ко мне.

- О боже, почему вы смущаетесь больше, чем я? Похоже, вы, мистер Дешаров, действительно очаровательный ученый студент. Неудивительно, что Райн так ценит вас.

Сакарол похлопала меня по плечу, поддразнивающее подмигнула и громко рассмеялась. Я выдавил из себя пару фальшивых, глухих смешков, в то время как мое сердце горело от крайнего смущения и нервозности. Мои нервы напряглись, как только Сакарол повернулась в сторону Агареса.

К моему удивлению, лицо Сакарол было полно восхищения. - Тем не менее, я обязана отметить ваши невероятные коммуникативные навыки. Этот тритон уже выглядит достаточно послушным по сравнению с тем, что было два дня назад. Как вы заставили его послушно остаться здесь? Если хотите знать, его агрессивное поведение двухдневной давности практически могло разбить это армированное стекло!

- Нет-нет, я конечно польщен, но эта заслуга не должна принадлежать мне! - Я тут же поднял голову, поспешно махнул рукой и ответил бессвязными словами. Мои щеки вспыхнули, возвращая чувство стыда и неискренности. Я знал, что цвет моего лица должен быть таким же красным, как у человека, страдающего лихорадкой, поскольку поры по всему моему телу, казалось, яростно лопались от пота.

Но мои глаза невольно скользнули к Агаресу. Его веки были опущены вниз, когда он смотрел на Сакарол спокойно, но высокомерно, даже слегка кивнув ей в знак признания. Я совсем не видел свирепого и хищного выражения его лица. Но уголок его рта приподнялся, когда он взглянул на меня; он, несомненно, был доволен своими собственными планами и интригами.

Ложь! Это зловещий и вульгарный зверь! Желудок, полный только грязной воды! (злые намерения)

Я сжал руку в кулак и сердито закричал от стыда. Мне захотелось броситься туда и разбить вдребезги стекло вместе с Агаресом.

Сакарол в этот момент, ничего не упуская из виду, продолжила расспрашивать: - Но серьезно, посмотрите на беспорядок на полу. Можно подумать, что здесь произошла драка. Вы можете рассказать мне, что случилось?

Я больше не мог сохранять спокойствие. Я подлетел к куче вещей, которые, по сути, были доказательством преступления, и поспешно надел на себя несколько вещей, прежде чем схватить грязную одежду с пола и тут же побежать к двери на третьем этаже.

- Мистер Дешаров, куда вы собираетесь? - Голос Сакарол звучал ниже обычного. Я не знал, было ли это просто мое неправильное восприятие, но тон ее голоса звучал так, как будто она вела допрос.

Мое сердце забилось быстрее, холодный пот выступил на спине, даже толчок распахнутой стеклянной двери был вялым. Я быстро сплел вместе оправдания в моей голове, - ... Доктор Сакорол, из-за некоторых семейных проблем, я должен немедленно вернуться в Москву. Я уже забронировал билет на самолет онлайн, я улетаю сегодня вечером.

Я небрежно выдумал что-то, потому что не хотел оставаться здесь ни минуты, я просто хотел выбраться отсюда как можно скорее. Когда я подумал о сне, мой скальп начал покалывать, адреналин взорвался внутри меня. Страх явно все еще преобладал в моем сознании, несмотря на то, что это был просто нелепый сон, более того, эволюция Агареса в человека полностью шла вразрез с изучением биологии.

Как только я сделал первый шаг вниз по лестнице, я услышал, как Сакарол повысила голос позади меня, ее резкий голос проник в мои барабанные перепонки. - Дешаров, бакалавр, вы нам нужны. Следуя плану нашего путешествия, я надеялась, что вы сможете отправиться с нашим исследовательским кораблем в море, продолжая изучение проекта "Мерфолк" на борту. Конечно, вы имеете право вернуться в Москву, если… вы хотите посмотреть видео с вашим участием на YouTube.

Внезапно, словно меня жестоко избили, в ушах зазвенело. У меня закружилась голова. Подсознательно, я схватился за поручень, чтобы удержать себя от падения с лестницы.

Даже после того, как прошло несколько минут, до меня все еще не доходил смысл слов Сакорол. Я честно не мог поверить в то, что она сказала. Я просто стоял, застыв в оцепенении.

Эта камера наблюдения запечатлела все мои неудачные встречи с Агаресом, Сакарол будучи ученым и опытным генералом с престижной личностью и славой, фактически использовала это как разменную монету таким презренным способом, чтобы угрожать мне.

Нет… нет, как до этого дошло? Как могла Сакарол сделать это, будучи человеком, посланным правительством для этого исследования?!

Если только... если только их никогда не было.

Внезапно я вспомнил слова Райна перед тем, как упасть в обморок. Его предупреждение было настолько очевидным, что в тот момент я его не заметил. Все это было…

Это было спланировано! Все было преднамеренно!

Было же много странных совпадений, которые я должен был заметить раньше! Это потому, что я был слишком наивен, слишком глуп! Мой разум медленно выходил из шока и смятения, и мои глаза сразу же увлажнились настолько, что я не осмелился обернуться и посмотреть на Сакарол, я чувствовал себя маленьким и совершенно голым, полностью изнасилованным и униженным другими.

Мои губы дрожали - Кто... вы такие? Каковы... ваши истинные намерения? В какое место вы, ребята, собираетесь отправиться в этом запланированном путешествии?

- Вы скоро узнаете об этом, мистер Дешаров, потому что вы наш самый главный исследователь.

Сакарол намеренно подчеркнула эти последние слова, ее тон был легким и неторопливым, как будто она говорила что-то незначительное. Тем не менее, каждое слово, казалось, проходило по моим нервам, откликаясь болью в голове, даже мои щеки настолько сильно горели, как будто мне влепили пощечину.

Мои пальцы вцепились в перила лестницы, а синие сухожилия на тыльной стороне ладоней торчали, готовые лопнуть. Вся моя кровь прилила к голове, я представил себе, как тайно убиваю Сакарол прямо здесь, прямо сейчас, но тут же я был потрясен и напуган собственными мыслями, как у меня могло возникнуть такое нечеловеческое желание!

Оказалось, что все люди могут быть жестокими и страшными существами при сильном отчаянии.

Однако побуждение было только побуждением, я никогда не смогу этого сделать.

- Негодяи… вы люди… Я уезжаю, я уеду сегодня вечером. Мне совершенно наплевать на ваши угрозы!

Громовой рев вырвался из моего горла, после чего я полетел вниз по лестнице с третьего этажа. Прежде чем я успел выбежать за дверь, я услышал озорной ответ Сакорол: - Мистер Дешаров, вам нужно время, чтобы все понять и принять, но я верю, что вы быстро вернетесь к нам. Вы умный человек.

Глава 25 - Приключение в море

Я выбежал из лифта и пошатываясь вышел на сушу. На улице лил сильный дождь, небо над головой было плотно затянуто черными грохочущими тучами, точно отражая мое нынешнее настроение в данный момент. Я бешено бежал под дождем и каким-то образом, сам того не осознавая, очутился на берегу моря.

Я опустился на колени, на голый мелководный скалистый берег, глядя с отчаянием на бескрайний океан. Граница океана и неба вдалеке сливалась воедино, создавая серую неясную дымку, удерживающую мой взгляд в этом ужасном заточении. Внезапно я вспомнил о Шоу Трумэна. В этот момент я чувствовал себя таким же жалким и несчастным, как и главный герой. Я всецело посвятил себя исследованиям, но превратил свою собственную жизнь в развлекательное шоу!

Реальный мир…

Что реально в мире, что фальшиво. Все, во что я искренне верил, в конце концов окончательно уничтожило меня.

Я поднял голову, позволив сильному дождю падать мне на лицо. Мне вдруг захотелось рассмеяться, и я действительно засмеялся, но слезы снова потекли по моим щекам, смешиваясь с дождем. Когда поднимающийся морской прилив сильно ударил меня по лодыжкам, мой разум пребывал в беспорядочном состоянии, как ветер и волны, сталкивающиеся друг с другом на поверхности моря. Из глубины моего сердца поднялась абсурдная мысль, похожая на водоворот, увлекающий меня в глубокую морскую бездну: неужели по ту сторону моря совсем другой новый мир, такой же, как в мире Трумэна? Неужели я живу в фальшивой телестудии?

Смогу ли я убежать от этого кошмара, если поплыву на другой берег моря, как это сделал Трумэн, и разорву туман, выкованный занавесом?

С любопытством, ползущим в моей голове, я шагнул в воду по пояс, и начал шаг за шагом продвигаться дальше в леденящее море.

Морская вода пропитала мою одежду, и по мере того, как я погружался глубже, она медленно поднималась к моему животу, в это время в моем сознании внезапно раздался голос: - Дешаров… вернись, вернись... ко мне...

Это был голос Агареса. Я тут же остолбенел без возможности сделать хотя бы шаг. Я не уверен, что ему подвластен контроль над моим разумом, я использовал свое собственное самосознание, чтобы сопротивляться ему, после чего резко окунул всю свою голову в морскую воду, заставляя горькую и соленую воду мгновенно заполнить мою носовую полость.

Умереть вот так, может быть, и не так уж плохо... наверно, это был просто кошмар…

Про себя я подумал, что это бред, но настойчивое желание остаться в воде длилось всего секунду, прежде чем сильное желание выжить заставило меня инстинктивно поднять голову и откашляться от соленой морской воды. Я понял, что вовсе не хочу умирать или, по крайней мере, у меня не хватает духа покончить с собой.

Как раз в это время я услышал несколько шлепающих шагов, пробирающихся по воде прямо ко мне. Когда я обернулся, то увидел знакомую фигуру, быстро ныряющую в воду. Меня тут же схватили одной рукой и вытащили на берег.

Я сильно закашлялся и упал на колени держась за шею, отчаянно пытаясь втягивать ртом воздух. Над моей головой раздался оглушительный рев Райна. - Ты с ума сошел! Ты хочешь покончить с собой, Дешаров?!

Я отчаянно затряс головой, кашляя и задыхаясь одновременно. Меня крепко держали за спину, и все мое тело оказалось в объятиях Райна. Я оттолкнул его без долгих раздумий и в конце концов упал обратно на землю. Я ответил хриплым голосом: - Я не хочу умирать… я не хочу умирать. Я просто хочу сбежать отсюда.

Райн внезапно замер, не произнося ни слова.

Я вдруг понял, что, возможно, Райн тоже видел, что произошло в лаборатории. Я тут же подтянул колени к груди и глубоко зарылся в них головой, закрыв лицо руками. Как бы мне хотелось сейчас стать крабом-отшельником, спрятаться в своей твердой раковине, не глядя ни на кого и ни на что. Пока я замкнут в себе, все можно было считать так, как будто ничего и не было.

Но в этот момент я мог только сжаться в своих объятиях, позволяя яростному ветру и дождю непрерывно рваться вокруг меня, даже не давая возможности побыть одному.

- Я предупреждал тебя, Дешаров. - упрямый голос Райна был полон раскаянием и нежеланием. - В то время, может быть, ты мог бы…

- Что толку в этом! - Как будто меня сильно укололи иглой, я вдруг встал и резко схватил его за воротник. - Да, я был глуп до крайности. Глуп до такой степени, что я не понимал, что все это не что иное, как заговор! Райн, это путешествие вовсе не для моего дипломного проекта, не так ли? Всё… все было тщательно спланировано. Даже тогда, когда ты выбрал меня среди десятков студентов, все было уже устроено и высечено на камне, верно? Зачем, зачем вы хотите втянуть меня в этот ужасный план? Ты используешь меня как приманку, чтобы поймать мерфолка?! Ты отвратительный мошенник, подонок ученых всего мира!

- Нет, нет! - Райн внезапно пришел в бешенство, синие вены на его лбу выступили, когда он схватил меня за запястье. - Я действительно хотел, чтобы ты принял участие в правительственной исследовательской программе мерфолков из-за твоих выдающихся достижений и из-за моего собственного эгоизма. Я не знаю, почему Сакорол разработала такой план, что делает тебя…

Он уставился на меня широко раскрытыми глазами, как будто вспомнил что-то. Его зрачок сузился до точки, напоминающей кончик иглы из-за его крайних эмоций и частого дыхания. Я знал, что он, должно быть, вспоминает сцены, где Агарес насиловал меня. Я закрыл глаза, слабо отстранившись от него, прежде чем бессмысленно пробормотать: - Райн, Райн, если ты чувствуешь какое-то раскаяние или вину, даже если совсем немного, пожалуйста, помоги мне выбраться отсюда. Я хочу вернуться в Москву. Я скучаю по дому…

Он посмотрел на меня налитыми кровью глазами и, обхватив за талию, снова прижал к себе. - Дешаров, прости меня. Ты уже попал в тупик без пути отступления. Но я клянусь тебе, что никогда больше не позволю этому зверю причинить тебе боль…

- Я больше туда не вернусь! -Я вырвался из хватки Райна, однако я успел сделать только два шага, прежде чем меня снова схватили за талию. Он поднял меня и умастил на свое плечо, и сколько бы я ни брыкался и ни сопротивлялся, сила его хватки вокруг моей талии не ослабевала. Он без труда донес меня до платформы причального катера научно-исследовательского института.

Со стороны доносились разговоры, я закрыл рот, не смея больше кричать, чтобы не выставлять себя в неловком свете. - Райн, Райн, опусти меня!

Он проигнорировал мои крики и поспешно направился к платформе, все еще неся меня. Я с трудом поднял голову и увидел трехэтажный научно-исследовательский катер, плывущий по берегу моря. Неподалеку был причал, где стоял катер. Там было от трех до пяти больших и крепких матросов, несущих к катеру большую цилиндрическую цистерну, снаружи она была покрыта слоями прочной акульей сети. За ней стояли пять или шесть человек, вооруженных пистолетами. Весь отряд охранялся так же усиленно, как полиция обеспечивавшая безопасную перевозку крупных сумм денег.

- Куда именно направляется этот исследовательский корабль? Черт, отвечай!

Я изо всех сил ударил Райна локтем в спину. Он только фыркнул, но его руки вокруг меня сжались еще сильнее. Он взвалил мое тело на плечи, не отставая от вооруженных людей, проходя мимо большого водного отсека Агареса.

В следующую долю секунды я увидел сквозь щель железной сетки пару мрачных и темных глаз, отчего мое сердце бешено заколотилось. Внезапно раздался громкий звук удара чего-то о стекло. Цистерна с водой сильно затряслась, напугав матросов. Даже огромная цистерна с водой, казалось, не выдержала вибрации, едва не опрокинувшись на бок. Люди со всех сторон быстро собрались вместе, чтобы удержать её. В это время Райн ослабил хватку, позволив мне высвободиться.

Дно цистерны тяжело коснулось палубы. К счастью, металлическая оболочка все еще была цела, и несколько человек держали ее, чтобы стабилизировать центр тяжести. Затем Агарес медленно поплыл вверх, к единственному окну акульей клетки.

Одна из его перепончатых рук, прижатая к оконному стеклу, напряглась. Его голова была слегка опущена, глаза сузились в щелочки, когда они блуждали между Райном и мной. Под глазами были глубокие тени, пятнистый свет от волн, отраженных снизу, делал его лицо более темным и опасным.

Я не мог точно сказать, о чем думал тритон, но я определенно знал, что сейчас он был зол. Его лицо было полно убийственного намерения, как будто его собственность была в руках кого-то другого.

-Удивительно, это животное знает, что такое ревность, - презрительно усмехнулся Райн, указывая средним пальцем на Агареса, одновременно притягивая меня в свои объятия, игнорируя людей неподалеку.

Я побледнел от испуга, подсознательно упершись локтем ему в грудь, пытаясь оттолкнуть его, но он только крепче обнял меня, удерживая на месте. Мои глаза не могли оторваться от стекла клетки с водой. В моем сердце было чрезвычайно смутное предчувствие, и, как и ожидалось, лицо Агареса полностью изменилось после того, как он встретился лицом к лицу с нарушителем спокойствия. Он открыл рот, показав свои острые клыки, сжал кулак и направил его на стекло.

Это был ужасный звук, похожий на взрыв, и все одновременно закричали в панике и страхе. Из огромной дыры торчала мускулистая рука Агареса. Голубая кровь, стекавшая с его руки, смешивалась с проливным дождем, разбрызгиваясь по палубе.

- Мой Дешаров... мой Дешаров… не трогай его…

Из отверстия донесся угрожающе низкий и хриплый голос. Он непоколебимо смотрел на Райна, который крепко держал меня за руку, медленно, но демонстративно убирая руку. Второй удар разбил стекло окна вдребезги, заставив еще больше воды хлынуть изнутри.

Все испуганно переглянулись. Моряки, которые знали меня раньше, странно покосились на меня. Мои ноги стали как желе под пристальным вниманием, я отступил на шаг или два, пока моя спина не коснулась стены. Я схватился за стену, чтобы стабилизировать свое неуравновешенное тело, и произнес взволнованным голосом: - Не смотрите на меня. Райн, ты невежественный идиот. Не зли его больше. Ты не знаешь на что он способен. Он может выбраться в любой момент!

Несколько вооруженных людей были потрясены, услышав это. Одновременно они направили свое оружие на Агареса, но никто не осмелился приблизиться к разбитому окну. Они явно боялись его, как будто он напоминал тираннозавра, изображенного в фильме "Парк юрского периода".

Когда он на самом деле убивал, это действительно казалось таким.

- Вы смотритель этого тритона? - нервно спросил один из вооруженных людей. - Похоже, это так. Мне кажется, нам нужна ваша помощь. Его слишком трудно контролировать. Некоторые из наших несчастных парней были разорваны на части!

- Черт! Я не... не проси меня о помощи! - сердито выругался я, мой лоб покрылся испариной. В растерянности я отчаянно вцепился в брюки, но в это время почувствовал сильный и экзотический аромат, присущий только Агаресу, проникающий изнутри акульей клетки и распространяющийся на открытом воздухе. Как будто я увидел призрак Агареса, идущего за мной. Я в испуге бросился в открытую каюту и захлопнул дверь, оставив Райна, который погнался за мной, за дверью.

- Мистер Дешаров, мистер Дешаров! Нам нужна ваша помощь!

- Дешаров, впусти меня!

В дверь позади громко постучали, раздавались призывы Райна и вооруженных людей к объединению. Я уперся в дверь спиной. Нервозность, тревога, стыд и смущение одновременно врезались в мой мозг, мгновенно заставив все потемнеть перед глазами. Даже последнее слово “Уходи” я не смог произнести.

После кратковременной потери сознания я снова проснулся в растерянном состоянии.

Бескрайнее море за окном двигалось, катер качался на волнах.

Этот корабль… куда он направляется?

Спрашивал я себя, пронизывающая боль ударила в голову, у меня даже не было сил злиться на собственные страдания, казалось, что у меня жар.

Куда бы это ни привело, Дешаров, ты уже обречен, у тебя нет пути к отступлению.

Думая так, я уронил голову на подушку, чувствуя себя подавленным. Моя голова болела настолько сильно, что вокруг меня все кружилось.

Глава 26

Все вокруг охватило жаром. Кровать стала походить на растопленную печь. Я почувствовал, как вода в моем теле медленно испаряется.

- Воды… - Я слабо пробормотал, находясь в полубессознательном состоянии, мой голос звучал хрипло и надтреснуто из-за пересохшего горла. Ощущение будто я умираю. Эта мысль внезапно возникла в моей голове, потому что я действительно так чувствовал. Может быть, я и не умру, но это определенно повредит мои нервы.

Дрожа, я оперся об кровать, пытаясь встать, но у меня не было сил даже поднять руки.

Мое сознание боролось с головокружением, но затем снова провалилось в темноту, полностью потеряв способность думать. Мое тело, кажется, находится в большом водовороте, наполненном кипящей магмой, все сильнее погружаясь.

Не знаю, сколько времени прошло, но в тот момент, когда мне казалось, что молекулы воды в моем теле вот-вот полностью сгорят, мои руки окутал холод. Я почувствовал, как что-то мягкое и влажное коснулось моего лба, касаясь кожи с чрезвычайной осторожностью и нежностью, помогая немного остудить мою кипящую голову. У меня не было сил думать о том, что это было, и мои веки были слишком тяжелыми, чтобы их поднять. Я в отчаянии поднял голову и с готовностью схватил скользкий язык, как вещь, и изо всех сил попыталась высосать из него как можно больше влаги.

Что-то мягкое накрыло мои губы, но это не помешало мне втянуть скользкий язык глубже. Влага, взятая в рот, была соленого привкуса морской воды, из-за чего я чувствовал себя более сухим, чем раньше. Я сильнее вытянул шею, желая впитать больше.

Прохладная и влажная жидкость со сладким запахом медленно потекла ко мне в рот, когда мягкий язык раздвинул мои губы, словно кормя меня. Я сглатывал, как голодный человек, застрявший в пустыне перед смертью. Это вполне утолило мою жажду. Я хотел большего…

Сильное инстинктивное желание заставило меня выжать из себя хоть каплю силы, чтобы позволить рукам нащупать то, что давило мне на голову, и тут же мой палец погрузился в пригоршню мокрых нитей.

Мой мозг был не в состоянии различить, что это такое, я мог только крепко сжать эту штуку в своей дрожащей руке и исследовать вокруг, где я чувствовал гладкий и плотно изогнутый предмет под шелковистыми влажными нитями. Я прижимал все, к чему прикасался, к своему телу, чтобы легче было набирать воду в рот.

Объект опустился еще ниже, приближаясь ко мне. Я почувствовал, как на мое лицо легла темная тень. Прохладные шелковые нити стекали по моей горячей шее, как ледяная вода, принося мне невыразимую прохладу и утешение. Я протянул руку, чтобы схватиться за кучу нитей и потер ими грудь и живот, которые окутывало жаром. Мне хотелось окутать ими все мое тело.

Вдруг, я отчетливо почувствовал что-то внизу живота, что становилось все тверже и тверже и медленно набухало, из-за чего я чувствовал себя некомфортно, даже когда меня разделяли слои одеял. Невольно я издал невыносимый стон, но все же у меня не было ни сил, ни желания отодвигаться, потому что я полностью наслаждался погружением в это прохладное и расслабляющее чувство.

Затем мое одеяло было приподнято, и в эту долю секунды я почувствовал, как мои ноги смешиваются с горячей магмой. Только до тех пор, пока что-то большое и скользкое не коснулось их.

Я смутно чувствовал, что это пара крепких и подтянутых ног человека.

Сейчас мне было трудно управлять своим сознанием, чтобы понять, кто этот человек, и к тому же я был не в настроении размышлять, мужчина это или женщина. Все можно игнорировать, когда ты в горячке. Как хрупкий маленький ребенок, ищущий кого-то, на кого можно положиться, я нетерпеливо прикоснулся к человеку, желающему наклониться ближе, и тут же пара сильных влажных рук обхватила меня, заключая в крепкие и надежные объятия. Моя голова была прижата к его груди, в то время как мои щеки были погружены в пряди влажных нитей.

Быстрое и мощное биение сердца в груди человека ритмично ударило в мои барабанные перепонки,  благодаря чему в моем сердце возникло чувство защищенности. Одиночество и паника, вызванные этой мучительной болезнью, также рассеялись, и из-за этого я с нетерпением сжимал человека в своих объятиях.

Ах, это тело похоже на холодильник...

Я буквально прилипал всем своим существом к этому человеку, я чувствовал, что одежда на моем теле была неудобной и была не чем иным, как помехой. Я не смог удержаться и провел руками вниз, чтобы стянуть с себя одежду. Руки вокруг моей талии, помогли мне без промедления избавиться от халата разорвав его на две части, прежде чем снять брюки.

Все мое "Я" чувствовало себя достаточно комфортно, чтобы просто заснуть, однако ощутимая эрекция фактически стала самым большим препятствием, которое мешало мне спокойно провалится в сон. Я не мог перестать ерзать, беспечно толкаясь и извиваясь, пока глубокий и низкий стон не прозвучал рядом с моим ухом, меня прижали к кровати, из-за чего я не мог двинуться.

У меня не так много сил, чтобы сопротивляться, поэтому я продолжал спокойно лежать, существо надо мной, кажется, больше не двигалось. Я не мог устоять перед тяжелой сонливостью и поэтому медленно мое сознание отключалось.

Когда я был на грани погружения в глубокий сон, я почувствовал, как мое тело перевернули, все еще сжимая в объятиях. Холодное человеческое тело, теперь было подо мной, я чувствовал будто лежу на успокаивающей водяной кровати, хотя возбуждение внизу все еще было немного невыносимым.

Во сне мне казалось, что я лежу в маленькой лодке, которая часто ударяется о небольшие волны, будучи свободно несомой ветром. Я смутно ощутил чужеродный предмет внизу живота, ласкающий мой живот не так нежно и не так больно, и это действие продолжалось до тех пор, пока я полностью не погрузился в глубокий сон.

Когда я снова пришел в себя, меня разбудило странное ощущение в ногах. Что-то холодное и скользкое обвилось вокруг одной из моих лодыжек, поглаживая мои икры, вызывая какой-то раздражающий зуд. Я наконец оторвался от тяжелой дремоты и открыл опухшие глаза.

Передо мной был пучок темно-серебристых волос, а под ним большая твердая грудь мужчины, которая была древнего фарфорового цвета, в то время как мое лицо было погружено в паутину из волос. Я в недоумении убрал их с лица и поднял глаза, чтобы посмотреть вверх, но наткнулся на пару темных глаз, наполненных тенью ресниц. Он смотрел на меня лениво и удовлетворенно.

Можно было услышать, как в моей голове крутятся шестеренки.

Агарес лежал на моей кровати. Я же, напротив, был голым, даже без нижнего белья, и все это время лежал на его теле.

- Дешаров... ты... проснулся…

Из его горла вырвался низкий ропот.

Нет, нет, как этот зверь мог... оказаться в моей комнате?! Что случилось прошлой ночью, не говори мне, что я был...

Вздрогнув, я окончательно проснулся и тут же отскочил от него, но никак не ожидал, что одна из моих ног запутается в рыбьем хвосте. Моя голова оказалась в тесном контакте с низким потолком корабельной каюты, прежде чем я плюхнулся обратно на тело Агареса, как форель.

Его тело было очень скользким. Из-за паники я попытался использовать ноги и руки, чтобы подняться, но это было все равно, что грести на лодке по грязному болоту. Я не только не мог подняться, но и мой живот также несколько раз терся о спящий половой орган. Когда я наконец среагировал на то, что делаю, я ясно почувствовал, что он, беспокойно шевелится, готовый выскочить в любой момент.

Агарес же, напротив, просто приподнялся на локтях, выглядя таким же спокойным и невозмутимым, как всегда. Он посмотрел на меня, явно наслаждаясь моей шокированной и смущенной реакцией, его глаза прищурились от улыбки. Тритон даже нарочно выпятил живот, отчего его рыбий хвост еще больше прогнулся под моим телом, приподняв ягодицы. Такое ощущение, что мою задницу сексуально домогается секс-демон.

Я так испугался, что скатился на пол прямо с кровати, и только прикрыв рот рукой, удержался от крика. Нельзя кричать, я не могу позволить людям на катере увидеть меня и это чудовище в одной комнате!

Это существо должно немедленно исчезнуть из моей комнаты, иначе...

Я прислонился спиной к дверной панели, подтащив к себе ближайший стул, направив ножки стула прямо на Агареса. Другой рукой я указал на окно и прошептал сквозь зубы: - Убирайся! Иначе я немедленно позову их. Я не думаю, что ты хочешь еще раз попробовать пули!

Агарес небрежно приподнял бровь и равнодушно посмотрел в сторону окна. Он, кажется, размышлял над тем, что я пытался выразить, после он поднял пальцы и изобразил жест, похожий на пистолет, и со зловещим выражением на лице, глядя на меня, покачал головой. Как старый негодяй, которому сойдет все с рук, он широко раскрыл рот, из которого вырвался смешок.

Это мой первый раз, когда я слышал такой гнусный и злой смех, он звучал точно так же, как смех человека, у которого в сердце нет ничего, кроме ужасных интриг и обмана. От одного этого звука у меня заболела голова.

Это действие, возможно, означало для него выражение того, что пули ничего не могут ему сделать.

Использование человеческих законов для конкуренции с дикими зверями было абсолютно абсурдным делом, но на самом деле я чувствовал, что вообще не могу перехитрить Агареса.

Сердце мое разрывалось от страха, но внешне я скрежетал зубами и ругался: - Перестань быть таким самодовольным животным. На этот раз это будет настоящий выстрел настоящей пулей!

- Нет… - Агарес вдруг перестал улыбаться, поджал хвост и слез с кровати. Я крепко ухватился за стул, используя его, как щит, но все равно не смог устоять против силы Агареса. Он схватил одну из ножек стула и легко отшвырнул его в сторону.

Я наклонился ближе к дверной панели, но был схвачен руками Агареса. С одной стороны моего уха послышалось тяжелое дыхание, за которым последовал сильный и густой гормональный запах: - Дешаров... зови меня Агарес… я твой Агарес…

Я со стыдом отвернулся, наконец-то поняв значение этого мерфолкского слова. Это та же фраза, что и слово герундий в английском языке. Это слово может означать ухаживание, но также и мат. Позволив мне называть его Агаресом напрямую, я, в сущности, ничего не изменил в ответе на его замаскированное ухаживание! Это смешно, то, что случилось в лаборатории, я никогда не позволю этому случиться снова, даже под страхом смерти!

- Ни за что! - Я выдавил эти слоги сквозь стиснутые зубы. Моя щеки вспыхнули от жара, но внезапно Агарес протянул руку и закрыл мне рот. Он наклонился к моему уху и медленно, старательно заговорил по-русски по слогам с мрачностью: -Ты... вчера... взял инициативу... поцеловал меня…

Меня как будто ударило током, смутное воспоминание прошлой ночи затопило мой разум, и я чуть не упал в обморок от смущения. В это время кто-то снаружи каюты внезапно воскликнул.

- Смотрите! Быстрее идите сюда! Там корабль просит о помощи!

Глава 27

Я выглянул в окно и увидел неподалеку в тумане тень океанского лайнера. Из верхней части корабельной трубы поднимался красный дым-сигнал о помощи. Корабль, вероятно, пострадал от шторма.

- Спасательная шлюпка гребет сюда! - крикнул матрос, - Давайте спустим веревку вниз!

- Но доктор Сакарол неоднократно говорила нам не откладывать наше путешествие. Она еще не проснулась, так почему бы тебе не подождать, пока я не спрошу ее?

- Не надо, дурак. Речь идет о дюжине человек! Такая бессердечная женщина, как она, никогда не позволит им подняться на борт!

Я не мог не согласиться с ним. Я постучал в дверь каюты и сказал: - Эй, приятель, пока Сакарол еще спит, воспользуйся этим преимуществом и спаси этих людей. Я поддерживаю вас, ребята!

- Понял, мистер Дешаров! - немедленно отозвался матрос.

Вскоре после этого я услышал крики о помощи, приближающихся ближе к нашему кораблю. Затем голоса на палубе усилились и наполнились плачем и молитвами. Я вдруг вспомнил несчастный случай на море, с которым столкнулся в детстве, в тот момент, когда мои родители увидели меня здоровым и живым, они были так же взволнованы, как и эти люди, которым только что дали еще один шанс на жизнь.

Но умершие могли только попрощаться со своими близкими, поскольку они были похоронены где-то в огромном океане. Они не были похожи на тех счастливчиков, которые случайно встретили нас, точно так же, как мой дед и несколько моих дядей.

У меня вдруг возникло желание выйти и посмотреть, и даже мысль о том, чтобы налить этим людям горячего чаю, тоже показалась мне хорошей. Но было очевидно, что Агарес не захочет отпускать меня. В ту же секунду, как я пошевелил ногой, он прижал ее к тому месту, где она была изначально, и его рыбий хвост вторгся в пространство между моих ног, обхватывая все мое тело.

Я поспешно прикрыл промежность, и шум человеческих голосов, доносившийся из-за двери, еще больше смутил меня. Я пришел в ярость от унижения, желая врезать тритону прямо в лицо, но остановился, увидев, как его брови внезапно сошлись вместе. Он приблизился к двери, резко втягивая в себя воздух будто пытаясь что-то учуять. В тот же миг уголки его рта и глаз наполнились острой настороженностью, как будто он столкнулся со своим естественным врагом.

И тут же дурное предчувствие закралось в мое сердце. Что могло заставить этого свирепого тритона чувствовать себя так настороженно?

- Не... уходи… - Агарес прижался к двери, его взгляд заострился, - Там… опасно…

Озадаченный, я последовал за ним, повернув голову я посмотрел в узкую щель между дверью и стеной, ведущей на палубу. Мой взгляд случайно упал на человека с кривой спиной. Казалось, это был обычный старик, но когда я перевел взгляд на его руку, спрятанную под пальто, я вдруг заметил что-то странное.

Я был потрясен!

Рука, прикрытая подолом пальто, явно держала пистолет!

Зачем старику, только что попавшему в кораблекрушение, хвататься за оружие?! Если только эти группы людей не являются…

Я вдруг вспомнил страшные новости, о которых писали в газетах. То, как некоторые корабли столкнулись с террористическими атаками, было похоже на то, что мы испытывали прямо сейчас! Мгновенно холодный пот выступил у меня на спине.

Нас обманули! 99% из них были в основном пиратами, замаскированными под выживших после кораблекрушения!

Черт побери!

Я немедля постучал в дверь, пытаясь привлечь внимание матроса. Я хотел попытаться тайно предупредить их об этом ужасном деле и убедиться, что они будут действовать соответственно обстоятельствам, иначе это только ухудшит ситуацию. - Эй, Генри, ты можешь подойти?

Прошептал я ближайшему матросу, нервно поглядывая на фальшивых беженцев вокруг меня, надеясь, что они не поймут, что я узнал их личность.

- Мистер Дешаров?

Озадаченный, он подошел ко мне, но как раз в эту пугающую секунду я увидел, как старик выпрямился и разбил что-то о землю. В тот же миг, когда я вскрикнул от ужаса, от земли поднялась широкая полоса белого дыма, и вскоре все фигуры на палубе исчезли в ней. Резкий запах просочился через дверь и ударил мне в лицо. Агарес тут же оттащил меня от двери и бросил на кровать. Было уже слишком поздно, так как мои глаза горели до слез.

Черт! Это же газовая бомба!

Я безрассудно потер глаза, мое сердце бешено колотилось от беспокойства. Возможно, люди за этой дверью уже подверглись нападению. Я нервно сел на кровати, однако Агарес схватил меня за запястье, нежно прижался губами к моим горящим векам и лизнул их своим вытянутым языком.

Я понял, что он пытается смягчить раздражение, вызванное газом, попавшим мне в глаза. Несмотря на то, что его естественное, интимное действие заставляло меня чувствовать себя крайне неловко, под такой неминуемой опасностью я решил терпеть. Поэтому я позволил ему прижать мою голову к подушке и продолжать лизать мои веки.

В дверь резко ударили, издав несколько звуков, похожих на землетрясение. Затем послышался оглушительный звук пуль, выпущенных из пулемета, ударивших в металлическую палубу рядом с каютой. Я был потрясен звуком выстрелов и немедленно закрыл уши. Тем не менее, в моей голове все еще оставался жужжащий звук, вызывающий раскалывающуюся головную боль. Агарес удивленно посмотрел на меня и притянул мою голову в свои объятия. Каждый дюйм его мышц напрягся, как тетива лука, когда он держал меня. Из его горла вырвалось проклятие, похожее на низкий гул.

- Человек внутри, быстро выходи! Даю тебе 10 секунд. Я считаю до 10 секунд, и если будет хоть одна лишняя секунда, ха-ха, то здесь будет еще один из этих глупых ослов, который увидит Бога!

Из-за двери донесся грубый мужской голос, и даже запах газа и дыма проник через щель в маленькую каюту, в которой я находился.

Я мгновенно оттолкнул Агареса и сжал кулаки. Я был абсолютно уверен, что он не просто шутит, потому что вооруженные пираты вроде них были беглецами. Не было ничего, чего бы они не сделали. Что я мог сделать сейчас, так это послушно выйти и выполнить их приказы, иначе через 10 секунд эти благонамеренные матросы будут брошены в море на корм рыбам! Хотя я никогда не думал, что в спасательной шлюпке окажутся переодетые пираты, меня все равно можно было обвинить в этом!

- Агарес, если ты достаточно умен, то не смей выходить.

Сказав это, я быстро схватил свой халат и надел его, прежде чем немедленно спрыгнуть с кровати. Однако я споткнулся о хвост Агареса, который он смахнул прежде, чем я успел приблизиться к двери. В конце концов я упал навзничь в его сильные руки, где мою талию тут же сжали ошеломляющей силой в железных объятиях. Моя голова была крепко прижата к его груди, а сверху падала мрачная тень, загоняя меня в клетку. Эти узкие и выразительные глаза угрожающе смотрели на меня.

- Не... уходи...

Глава 28

Меня испугало выражение лица Агареса, однако из-за двери донесся громкий рев, который сразу же привлек мое внимание: - Эй, идиот, к тому времени, как я досчитаю до 10, если ты не выйдешь, я засуну взрывчатку в щели двери или, возможно, просто отстрелю кому-нибудь здесь голову.

Говоривший сардонически рассмеялся, когда раздался предупредительный выстрел. Тут же я услышал, как Генри жалобно закричал: - Нет, нет, мистер Дешаров, пожалуйста, помогите!!

Голос Генри напоминал острую бритву, скребущую по моим барабанным перепонкам, я понимал, что мое решение повлияет на жизнь тех, кто снаружи. Я должен был придумать план, который обеспечил бы безопасность остальных и меня самого, и на данный момент просить помощи у Агареса было лучшим выбором. Мое чувство ответственности заставило меня схватить Агареса за руку.

Я впервые видел лицо Агареса так близко, так как мой лоб почти касался его острого подбородка. Я подавил удушливое чувство напряжения и стыда, а потом тихим шепотом произнес одно слово за другим: - Слушай, Агар... Нет, - поняв, какое слово сейчас чуть не было сказано, я быстро поправился от смущения и с сильным русским акцентом, смешанным с моим паршивым английским, сказал: “Мне нужна твоя помощь.… Мне нужно выйти, но я надеюсь, что ты сможешь найти место, где можно спрятаться и дождаться шанса разобраться с теми, кто держит оружие. Ты можешь это сделать? Ты ведь понимаешь, что я имею в виду?

Только небеса могут знать, насколько ужасным был мой английский!

Закончив говорить, я обеспокоенно взглянул на Агареса, опасаясь, что он не понял, но его брови действительно были слегка нахмурены, как будто он размышлял над чем-то глубоким. Затем его тонкие губы слегка сузились, и он сказал: -Зови меня... Агарес…

Как ужасно, что этот зверь ставит мне условие в такой ситуации!

- Восемь... Семь...!

Звук обратного отсчета снаружи заставил мои нервы напрячься. Я быстро принял решение и выплюнул эти унизительные слоги.

- А… Ага… Агар…

Прежде чем я успел закончить произносить его имя, мой подбородок был поднят его пальцем. Как только это произошло, мои глаза окутало тьмой, когда его губы врезались в мои, грубо и сильно целуя меня. Однако прошло немного времени, прежде чем он быстро оторвал свои губы от моих. Когда его хватка ослабла, я воспользовался этим, чтобы оттолкнуть его от себя. Я немного пошатнулся и упал на дверь. Затем прямо передо мной промелькнула высокая фигура Агареса, он был похож на гремучую змею, которая готовится к атаке, выскочив из окна каюты. Вслед за громким звоном разбитого стекла окно превратилась в одну большую дугу непроглядной тьмы, и весь густой туман, который когда-то был за окном, исчез без следа.

Они были похожи на земноводных; в море они были похожи на акул, а на суше они напоминали змей.

Тем не менее, не было времени, чтобы любоваться на это обстоятельство прямо сейчас, я сделал глубокий вдох. В тот момент, когда я открыл дверь, в моей голове была только одна мысль: Агарес вернется, чтобы помочь мне.

Несмотря на то, что я боялся и ненавидел его за то, что он сделал со мной, просто чтобы удовлетворить свои естественные инстинкты, я все еще верил, что он поможет мне.

- Эй, малыш, подними руки.

За дверью появился свирепый и громоздкий на вид чернокожий человек в платке. И когда он ухмыльнулся, стали видны его гнилые желтые зубы. В руке у него был АК-47, направленный прямо мне в голову стволом пистолета, похожим на пустые темные глаза мертвеца.

Волосы на моих руках встали дыбом. Не было никого, кто не испытывал бы страха, когда им угрожали пистолетом. Я послушно поднял обе руки в воздух, показывая, что не собираюсь сопротивляться, а также показывая, что у меня нет никакого оружия. С большой осторожностью я медленно вышел из каюты, сказав: - Успокойся, брат.

Вокруг палубы стояли пираты, сорвавшие с себя маскировку, все высокие и мускулистые. Оказалось, что они прикинулись стариками с кривыми позами и спрятали свои фигуры под плащами, чтобы мы этого не заметили.

Руки матросов были связаны за их спинами, они были вынуждены встать на колени. Однако среди них не было никаких признаков Райна и тех нескольких вооруженных людей. Они должны были где-то прятаться, ожидая шанса отомстить. На сердце сразу стало легче. Я быстро обвел взглядом корабль, догадываясь, что они с Райном прячутся где-то на втором этаже корабля в каюте, так что они могут легко нацелиться на кого-нибудь сверху. В этот момент мой халат внезапно натянулся. Оказалось, что негр тащил меня за шиворот, чуть не задушив.

- Мистер Дешаров! - испуганно закричали люди вокруг. В следующую секунду меня безжалостно ударили без предупреждения, заставив упасть на колени. Сзади меня, я услышал высокомерный смех, сопровождаемый меня негр наступил тяжелыми сапогами на мою спину.

- Эй, эй, братцы там, наверху, неужели вы думали, что я вас не вижу? Если вы, ребята, достаточно умны, то опустите оружие, иначе я просто заставлю этого малыша страдать.

Их обнаружили! Нет! Мы оказались в невыгодном положении!

Со второго этажа корабля донесся лязг предохранителей на пушках. Я почувствовал, что мое дыхание участилось. Я надеялся, что они не сдались. Потому что, по крайней мере, число пиратов было намного меньше, чем число людей, которыми располагал Райн!

Я не знал, как долго смогу выдержать вынужденное подчинение и мучения пирата. Нога на моей спине продолжала давить на позвоночник, и это было настолько больно, что я сильно вспотел. Я напряг все силы и поднял голову, желая увидеть Райна и остальных, однако подсознательно искал силуэт Агареса. В первый раз у меня возникло сильное желание, чтобы он немедленно появился, но так как туман размывал поверхность воды, было трудно увидеть какие-либо признаки его присутствия.

Встревоженное, мое сердце сразу же омрачило огромное чувство страха и паники. Возможно, Агарес вернулся к морю, к своей прежней жизни, ища свободы, не желая вмешиваться в конфликты человечества!

В конце концов, он все еще был животным… Как только он достигнет своей цели, он уйдет. Какая нелепость!

Я сжал кулаки и впился пальцами в трещину в полу корабля. Однако в тот момент, когда мое сердце упало в самую глубокую часть бездны, я вдруг услышал громовой рев волн, разбивающихся о корпус корабля. Палубу тут же залило морской водой, которая хлынула вверх, когда корабль сильно затрясло, раскачиваясь из стороны в сторону.

Чернокожий, давивший мне на спину, потерял равновесие. Я воспользовался этим моментом и подскочил. В ту минуту, когда я поднял голову, я увидел Агареса, который был похож на черного дракона Комодо, парящего над мачтой, захватывая территорию. С губ Агареса сорвалось шипение, направленное на чернокожего. Сделав молниеносный выпад, Агарес легко сбросил темнокожего на пол. Используя свой длинный хвост в качестве оружия, он быстро расправился с теми, кто намеревался использовать пистолеты. В следующую секунду его острые как бритва когти, напоминавшие острое лезвие ножа, на глазах у тысяч людей пронзили грудь черного человека, разрезав его сверху донизу!

Темная кровь хлынула из тела и покрыла фигуру Агареса. Я был напуган до потери дара речи от того, что увидел. Я ошеломленно сел на пол. Не в силах сдержать желчь, меня непрерывно рвало, в то время как каждая клеточка моего тела яростно дрожала.

В отличие от смерти Лилит, это был первый раз, когда я был свидетелем такого ужасного убийства человека. Это был также первый раз, когда я понял, что сила мерфолков была, на самом деле, действительно пугающей.

В голове у меня царил полный беспорядок, но глаза не могли оторваться от Агареса. Я просто смотрел, как он поднялся с мертвого тела, весь пропитанный сверху донизу кровью, и, опираясь на свой хвост, стоял в два метра высотой, глядя на всех сверху вниз.

За рыжими вылинявшими волосами виднелась пара проницательных зрачков, которые излучали зловещую ауру, способную поглотить свет любой души.

Из его раскрытых когтей бесконечной нитью стекала кровь, напоминая Асуру из восточных легенд, который поднимался из под земли, чтобы потребовать чью-то жизнь. Этого было достаточно, чтобы напугать этих необузданных беглецов до полусмерти.

- Не... прикасайся... к моему Дешарову…

Взгляд Агареса скользнул по моему лицу, прежде чем снова сфокусироваться на толпе пиратов. В уголках его рта появилась устрашающая улыбка, а в горле зазвучал низкий рокот. Даже те пираты, которые совершали всевозможные преступления, не сталкивались с таким чудовищем, поэтому сейчас каждый из них содрогался от страха. Они в ужасе попятились, и даже пистолеты, которые они держали в руках, дрожали.

Боже мой! Холодный пот выступил у меня на лбу. В этой ситуации я бы ни за что не пошел бы останавливать Агареса, потому что эти пираты забрали столько жизней ради денег. Они были из тех преступников, которые убьют любого старого и слабого человека, даже матерей и их детей. Но смотреть прямо на такую сцену, как эта, было слишком для моего рассудка, и у меня возникло чувство, что даже если бы у меня хватило мужества, я бы сошел с ума, как мистер Шиничи.

- Дешаров, держись подальше от тритона и пиратов. Возвращайся в каюту!

Именно в этот момент я услышал голос Райна. Я сразу же пошел на звук его голоса и увидел, как он вместе с несколькими своими вооруженными людьми целится в пиратов. На этот раз пострадали пираты, так как десятки из них были загнаны в угол с обоих концов, и теперь, когда они стояли спина к спине друг с другом, половина из них направляла свои пушки на Райна и солдат, в то время как другая половина нацелилась на Агареса. Никто не осмеливался действовать опрометчиво.

Как только начнется перестрелка, первыми пострадают матросы, привязанные к палубе. Не могу же я сначала спрятаться! Эта мысль мелькнула у меня в голове. Я немедленно воспользовался этим критическим моментом, чтобы пригнуться и пойти спасать ближайшего человека. Я попытался развязать веревки, но времени уже не оставалось, да и другого выхода не было, поэтому я просто схватил его за ногу и потащил из тира. Но меня остановил скорбный крик: - Мистер Дешаров, пожалуйста, спасите меня, я умру… У меня сердечный приступ!

Это был голос Генри. Я поспешно повернул голову и увидел, что он схватился за грудь, и действительно, он выглядел так, словно был в полной агонии.

- Терпи! - Я быстро подвел его к ближайшей куче досок, которые можно было использовать как укрытие, и после этого быстро наклонился, чтобы оказать ему первую помощь. Однако как раз в тот момент, когда я навалился всем своим весом на его грудь, его рука потянулась к моей груди направив дуло пистолета в мой подбородок. Его лицо, которое когда-то было покрыто болью и страданием, превратилось в ненормальное, злобное выражение.

В голове у меня гудело, а нервы взорвались. Генри… был шпионом пиратов!

Нет, нет, как это возможно?! Генри изначально был моряком, который был со мной и Райном, так как же он мог оказаться шпионом? Неужели эти пираты преследовали нас до самой Исландии с тех пор, как мы впервые вышли в море?

- Генри! - закричал Райн с явной яростью в голосе. Он изменил направление ствола и прицелился в нас с Генри, отчего я почувствовал себя еще более отчаянным.

Генри надавив на ствол пистолета, заставив меня приподняться. Одной рукой он крепко обхватил меня за шею, а другой прижал пистолет прямо ко лбу. Я почувствовал, что его рука слегка дрожит. Было очевидно, что он был эмоционально неустойчив из-за внезапного проявления жестокости Агареса.

- Опустите оружие, иначе я убью Дешарова. Райн, он ведь очень важен для вас, ребята, верно? И еще... это чудовище. Послушай меня, жизнь твоего опекуна в моих руках! Вы меня правильно поняли? Если вы не хотите, чтобы его убили, просто оставайтесь там и не шевелитесь!

Крикнул Генри громким голосом, и внимание Агареса тут же переключилось с наблюдения за пиратами на меня. Как только он увидел меня, выражение его лица мгновенно изменилось. Несколько секунд назад на его лице была дьявольская ухмылка, но теперь это выражение было стерто с его лица и заменено чрезвычайно безжалостным лицом, наполненным убийственным намерением.

- Не прикасайся... к нему… Ты... умрешь…

Агарес сердито посмотрел на Генри, стоявшего позади меня, и произнес тихое предостерегающее слово за словом.

Рука Генри задрожала еще сильнее, когда его тело охватила неудержимая дрожь. Я собирался применить к нему психологическую тактику, чтобы нанести смертельный удар, но не успел, как раздался выстрел. Я не знаю, какой ублюдок выпустил эту пулю по кораблю и случайно попал прямо туда, где стоял Агарес. Это заставило его высоко поднять хвост, как будто он был питоном, готовящимся к атаке. Тело Генри дернулось, и пистолет, который он держал, неожиданно выскользнул из его руки!

Благослови Тебя Бог! Я втайне вздохнул с облегчением и воспользовался этим, чтобы ударить его в живот, и приготовился бежать. Однако Генри схватил меня за талию и опрокинул на землю. В разгар борьбы в моих глазах мелькнул серебряный отблеск, и прежде чем я успел это осознать, Генри уже поднял руку и вонзил что-то мне в левое ребро.

Боль была мучительной, она распространялась по моему телу с молниеносной скоростью, и в то же время тяжелый ливень пуль звенел, как шторм на палубе!

Я обхватил рукой левое ребро, не в силах произнести ни звука. Словно куча грязи, я лежал парализованный на полу. Сквозь черные пятна в глазах, мне удалось разглядеть фигуру Агареса, быстро уворачивавшегося от пуль, словно он был призраком. Но было совершенно очевидно, что дождь пуль замедлил его или у него не было намерения нападать, так как он только и делал, что смотрел на меня, избегая пуль.

Его беспокоила моя рана.

Черт побери, его так на долго не хватит! Он точно умрет!

Сердце, казалось, сжалось от хватки острых когтей. Хотя я и ненавидел чудовищные действия Агареса, в этот момент я не хотел, чтобы он умер. Я не мог не беспокоиться за него.

- Я в порядке, нападай на них, Агарес! - Я стиснул зубы и закричал изо всех сил, держась за ребра. В следующую секунду Генри выдернул кинжал из моих ребер. В этот момент я увидел, что нож был специализированным, сделанным для военного использования. По бороздке кинжала на землю потекла свежая кровь.

Вскоре я обессилел от потери большого количества крови, все мое тело стало похоже на креветку, свернувшуюся на полу, в то время как вдалеке я услышал крики группы пиратов:

- Быстро подтяните цепи, которые использовались для массы лодки, чтобы связать это чудовище. Он наконец - то перестал нападать!

Глава 29

Я тут же оглянулся на Агареса и увидел, как пятеро мужчин со всех сторон заковали его в тяжелые толстые цепи, так что Агарес мог только шевелить хвостом вверх-вниз. Он крепко вцепился в стягивающие его цепи, но ему было не по силам разорвать их.

Очевидно, он был ранен, так как голубая кровь стекала по его хвосту, образуя небольшую лужицу на палубе корабля. Несмотря на то, что пираты стали превосходить его по силам, у него не было намерения начать еще одну жестокую атаку. Даже когда-то бурное море, наполненное опасными волнами и ветром, казалось, постепенно успокоилось, и туман, который окутывал корабль, также мгновенно исчез.

Сразу же, корабль, который мы ошибочно считали терпящим бедствие, наконец показал свое истинное обличие.

На корабле висело множество изношенных и рваных парусин, а по всему корпусу были разбросаны покрытые коркой шрамы. Он выглядел потрепанным, как будто не раз был атакован штормом, но, тем не менее, массивная противокорабельная ракетная установка была выставлена на трехслойном трюме корабля. Мало того, еще по меньшей мере десять пиратов стояли на палубе, целясь в нас из пулеметов. Было ясно, что у них в два раза больше огневой мощи, чем у нас.

Словно пораженный молнией, я чуть не потерял сознание от шока. Мне и в голову не приходило, что нас постигнет такое несчастье. Какая нелепость…

- Райн, опусти пистолет и просто покорно сдавайся. Лучше быть заложником, чем быть брошенным в море на корм рыбам. Послушай, Дешаров уже на грани смерти, - Генри приставил кинжал к моей шее. Боль затуманила мое зрение, так что я не мог разглядеть, опустил ли Райн свое оружие, но я точно знал, что он не будет продолжать стрелять.

В такой ситуации с большим неравенством сил, сопротивление не принесет ничего, кроме потерь. Так что ничего не оставалась, кроме как покорно сдаться пиратам.

Более того, Агарес и я были нужны им живыми. Похоже, целью пиратов было не только ограбление, иначе зачем бы такому предателю, как Генри, скрываться на нашем корабле так долго?

По крайней мере, нас не убили, и пока мы живы, у нас всегда будет шанс отомстить.

Нарастающая боль и потеря крови постепенно лишали меня способности думать. Я чувствовал, как Генри тащил меня к краю палубы. Другой корабль был уже недалеко, когда пираты с другой стороны ударили стальным мостиком по нашей палубе, создав резкий удар, который даже заставил воду выплеснуться на борт.

Сильный металлический запах крови ударил мне в лицо. Я хотел повернуть голову в сторону Агареса, чтобы посмотреть, но из-за боли я видел только красный туман. Я мог лишь смутно различить фигуру Агареса, медленно подтягиваемого вперед несколькими цепями, которые были прикреплены к нему. Там было около десяти пиратов, кричащих и пыхтящих как сумасшедшие, когда им наконец удалось протащить тяжелый длинный хвост Агареса через мост. С тритоном обращались, как с животным в цирке.

Некогда гордое и свирепое от природы существо теперь было рабом железных цепей. Раньше у него была возможность сбежать, но теперь он оказался в ловушке.

Я почувствовал, как мое сердце сжалось от увиденного. Мне не следовало импульсивно просить Агареса о помощи. Как бы ни были похожи его некоторые действия на человеческие, он все равно оставался зверем. По сути, мы были существами из двух разных миров, так как же я посмел втянуть его в конфликт между людьми?! Должно быть, я сошел с ума! Я сам того не осознавая, своим поведением лишь только подтвердил слова Агареса о том, что я его супруга. Какого хрена я сделал? Это было далеко не то, что должен был сделать квалифицированный биолог!

Но возможно… даже если бы все началось сначала, я бы предпочел сделать то же самое, потому что люди в реальности во время кризисных ситуаций всегда инстинктивно полагаются на кого-то по сильнее их, даже будучи мужчинами.

Я мысленно посмеялся над собой. В противоречивом настроении я сжал руку в кулак. Мои мысли были в беспорядке, но волна боли, проходящая через все мое тело, заставляла меня меньше заботиться об этом, так как даже ровное дыхание стало трудной роскошью.

Мои глаза снова окутало тьмой, а сознание будто раскололось на маленькие осколки. Я чувствовал, что все мое "Я" ступает на слои плывущих облаков, в то время как все вокруг меня искажается. Моя способность слышать тоже, кажется, исчезла, и я стал похож на зрителя, смотрящего черно-белый немой фильм.

Я знал, что нахожусь на грани смерти.

Вдруг корабль сильно тряхнуло, из-за чего Генри неожиданно отпустил мое тело. Я потерял равновесие и ударился головой о палубу. Я боролся с болью, только чтобы открыть свои затуманенные глаза и увидеть, как несколько человек, пытаются подавить сопротивление Агареса. Его рыбий хвост пересек бесчисленное количество футов, чтобы наконец-то дотянуться до меня.

Возможно, движимый инстинктом, я из последних сил протянул руку и сжал пальцами его хвостовой плавник.

- Давай быстрее бросим этого монстра в нижний трюм корабля! - внезапно я снова услышал голоса. Пока пираты кричали, я увидел, как Агарес исчез с палубы. Затем я почувствовал, как меня внезапно схватили и потащили, пока я не провалился через черную дыру в воду по пояс. Сильная боль, вызванная ударом, мешала мне осознать где я нахожусь, когда небольшие волны воды толкнули мое тело в угол.

Холодная вода раздражала мою рану, вызывая прилив невыносимой боли. Но сильное раздражение действительно вытащило меня из первобытного хаоса гибели. Я нащупал стену в поисках опоры и, едва опираясь на нее, посмотрел вверх. Мои затуманенные глаза смутно разглядели несколько теней, принадлежащих людям.

- Эй, нормально то что мы заперли их вместе?

- Ну конечно. Этот маленький парень - опекун этого монстра. Пока он там, чудовище больше не сойдет с ума. Судя по его виду, он все равно скоро умрет. Вероятно, он даже не продержится следующие пару часов в этой водяной камере, а еще лучше, он пойдет на корм для этого монстра.

- Эй, эй, пошли отсюда. Давайте быстрее разберемся с остальными глупыми ослами на корабле!

Люк нижнего трюма захлопнулся, и все погрузилось во тьму. Только пятнистые лучи пробивались сквозь щели между палубами, мне потребовалось время, чтобы приспособиться к этой обстановке. Я смутно ощутил еще одну темную тень. Это были цепи, ударяющихся о палубу, которые отражались рябью на воде.

Я понял, что это Агарес. Эти пираты фактически заперли нас вместе.

- Де... шаров…

Знакомый низкий голос донесся до меня, когда длинная тень хвоста в темноте вспенилась на поверхности воды. Не успев даже моргнуть, я заметил впереди большой темный силуэт, напоминающий кучу водорослей под водой. Голова Агареса появилась из-под кружащейся ряби, прежде чем все его тело, поднимаясь из воды, как призрак.

На его груди и животе было много глубоких отметин, но железные цепи, которые сковывали его, к счастью, были сломаны. То, что осталось, была цепь толщиной в руку, с которой свисал железный замок, и она все еще была привязана вокруг его талии. Однако цепь совершенно не ограничивала движения тритона.

Я попытался пошевелиться, но даже поднять руки было тяжело и трудно. Поэтому я просто позволил ему протянуть свои перепончатые руки ко мне. Затем он опустил голову к моей глубокой ране в боку.

Я сразу понял, что он собирается делать. Перед лицом приближающейся смерти, наполненной страхом и болью, стыд казался незначительным. В этот момент я думал только о том, что он сможет спасти меня от смерти. Агарес мог подарить мне жизнь.

В то время как его зубы впились в мою одежду, пытаясь сорвать ее, я своими дрожащими руками помог ему разорвать лацкан и обнажить мою окровавленную грудь. В этот момент я породил иллюзию принесения себя в жертву демону, чтобы взамен получить другую жизнь.

Я почувствовал, как сильная рука Агареса вцепилась мне в спину, а его толстый гибкий хвост высунулся из воды и раздвинул мои ноги, чтобы поднять меня над водой. Я чувствовал себя так, словно ехал верхом на питоне, дрожа от страха. Когда мои ягодицы были прижаты его хвостом к стене, у меня не было другого выбора, кроме как принять интимную позу, чтобы крепко ухватиться за хвост Агареса.

Затем, не говоря ни слова, Агарес опустил голову к моей ране, и я подсознательно обвил руками его шею, чтобы не потерять равновесия. Я почувствовал, как его язык медленно лизнул мою рану, нанесенную кинжалом. Его язык мягко проник в мою плоть, касаясь каждого дюйма.

- Нх…

Я издал слабый стон, когда мое тело содрогнулось от боли, и только кусая губы, я смог сдержаться, чтобы не закричать в отчаянии. Но вскоре особые элементы, которые были в слюне тритона, начали оказывать свое действие, так как интенсивная боль постепенно исчезала. Остался лишь онемевший зуд, точно так же, как от ощущения пореза, покрывающегося струпьями. Это было довольно приятное чувство.

Мое тело постепенно расслабилось, а веки заметно отяжелели. Мне казалось, что я погружаюсь в безбрежный, спокойный океан, который медленно погружал меня в глубокий сон.

……

Казалось, прошел целый век, прежде чем я очнулся от глубокого сна. Агарес, к моему удивлению, все еще был погружен в заживление моей раны. Я понял, что ошибся во времени, но мое тело действительно восстановило утраченные силы, как будто за мной ухаживали несколько дней. Даже мое психическое состояние пришло в норму, настолько, что я не мог не восхититься магической целительной силой тритона.

Я посмотрел на свою рану, но увидел только резкие очертания бровей Агареса и переносицу. Под этими длинными ресницами, предположительно, скрывались пугающие глаза, которые могли напугать любого до полусмерти. Однако под его веками облачная тень размыла резкие и строгие очертания, придавая его внешности неожиданный вид… нежный.

Он выглядел достаточно нежным, чтобы быть обманчиво соблазнительным. Я мгновенно впал в оцепенение.

Но именно в этот момент он внезапно поднял голову, мои глаза мгновенно встретились с его. Мое сердце подскочило к горлу, и я тут же ужаснулся собственным мыслям. Черт побери, как я мог подумать, что этот вульгарный, зловещий и дикий зверь... очарователен?

Нет, нет, это, должно быть, просто иллюзия, созданная головокружением!

Интуитивно я поднял руку, желая оттолкнуть его. Как пойманный вор, я растерялся, когда он серьезно посмотрел на меня, как будто видел насквозь мои абсурдные мысли, которые приходили мне в голову.

Казалось, он горд тем, что сумел сбить меня с толку, губы Агареса слегка скривились. Его губы растянулись в улыбке, уголок его губ был покрыт моей кровью, что делало его необычайно красивым и кокетливым. Его алый язык скользил по моим ребрам, дразнящее потирая мою рану несколько раз, прежде чем он втянулся обратно в рот. Это было двусмысленное действие, полное сексуального подтекста.

...................

Парусина:

Противокорабельная ракетная установка:

Глава 30.1

Его язык… касается… касается…

Хотя было очевидно, что Агарес просто залечивает мои раны, вид такого рода сцены, естественно, заставил мой вялый мозг взорваться, где внезапно все виды плохих воспоминаний и неистового стыда вырвались наружу, заставляя кончики моих ушей и щеки покраснеть от смущения.

Я мгновенно почувствовал, что кончик его языка не касается моей раны, а на самом деле ласкает определенную область, которая была слишком смущающей, чтобы упоминать о ней. Все мое тело содрогнулось, и я немедля попытался оттолкнуть его.

Агарес взял меня за руку и глубоко обнюхал мою ладонь, выглядя очень счастливым.

- Не продолжай, - я отдернул руку и заикнулся: - Теперь я чувствую себя гораздо лучше!

- Нет… - Он посмотрел на мою рану, его зрачки расширились, а голова снова опустилась.

- Нет, не надо! Эй! - в смятении я поспешно попытался оттолкнуть его голову, но он схватил мои руки и положил на свои плечи. Онемение и вялость, которые я чувствовал раньше, мгновенно вернулись, когда его язык коснулся моей кожи, я как прыгающий карп инстинктивно выгнулся. Стыд, который был подавлен болью, теперь энергично пробирался вверх по моим нервам.

Мускусный запах, исходящий от Агареса, заставил мое дыхание участиться, и мое тело мгновенно окутало жаром, хотя я до сих пор находился в холодной воде.

Я смущенно стиснул зубы и сделал пару глубоких вдохов, чтобы успокоить свое ненормальное, учащенное дыхание и нерегулярное сердцебиение.

Я ни за что не признаюсь, насколько чувствительным стало мое тело от прикосновений Агареса.

Рыбий хвост, зажатый между моих ног, слегка терся об меня. Я знал, что начинаю возбуждаться, и Агарес наверняка очень скоро заметит эту деталь.

В этом состоянии стыда и смущения я снова попытался оттолкнуть его. Я безрассудно дернул бедром, крича: - Агарес! Агарес! Отпусти меня. Я действительно чувствую себя гораздо лучше!

Зовя его так, казалось, было гораздо более эффективно, чем просто использование слова “Эй”, поскольку моя талия чудесным образом мгновенно освободилась от его рук. Я все еще держался за свернутый хвост Агареса, пока наконец, не погрузил ноги обратно в воду. Сразу же после этого я сжал обе ноги вместе, боясь, что Агарес обнаружит мою эрекцию.

Видимо, он не заметил во мне ничего особенного, он просто повернулся в сторону и прислонился спиной к стене. Он испустил влажный, глубокий вздох, как будто освободился от бремени, прежде чем посмотреть на свое тело.

Именно тогда я заметил, что в брюшке тритона было несколько провалов. Я увидел блестящие металлические концы пуль, застрявшие внутри, а также полупрозрачную мембрану, уже затвердевающую снаружи, образуя слои поверх пуль. Пули не могли полностью пробить жесткую кожу Агареса, но они застряли на полпути, должно быть, мешая его собственной способности исцеляться.

Из-за боли Агарес внезапно протянул один из своих острых когтей и царапнул формирующуюся мембрану, которая покрывала конец пули. Голубая кровь мгновенно хлынула из раны.

Мое сердце мгновенно сжалась, когда я увидел это, и я немедленно схватил его за руку, чтобы остановить, при этом грозно сказал ему: - Остановись, ты только еще больше откроешь свою рану! Я…

В этой ситуации я должен ему помочь. Но если извлечь пули вручную, это только еще больше откроет рану. Лучше всего было бы высосать их ртом, но, о небеса, положение этих пуль было таково…

Слишком близко.

Я с жаром уставился на несколько пулевых отверстий, одно из которых было близко к верхнему краю чешуи Агареса. Я представил насколько неловко это будет выглядеть со стороны.

Как раз в тот момент, когда я еще прибывал в сомнениях, я случайно поймал умоляющий взгляд Агареса. Его брови были сведены вместе, когда он прошептал тихим голосом.

- Помоги мне… Дешаров…

Я онемел от его пристального взгляда. Я перевел взгляд обратно на его раненый живот и с большим усилием попытался удержать взгляд от того, чтобы не опустить его ниже, однако это не помешало мне почувствовать стыд и смущение. Но Агарес рисковал своей жизнью, чтобы помочь мне, и только что он даже залечил мою серьезную рану. Поэтому, конечно, я должен был сделать все, что мог, чтобы помочь ему выздороветь. Более того, здоровый и сильный Агарес, несомненно, был нашей лучшей надеждой против этих мерзких пиратов.

Эй, Дешаров, представь, что ты ветеринар. Не придумывай глупостей!

- Хорошо… Ты, животное, не двигайся, а я избавлю тебя от этих штук!

Я ответил ему с невозмутимым лицом, хотя внутри меня все бушевало. Затем я глубоко вздохнул, закатал рукава и присел на корточки перед ним. Я прижал Агареса к стене и осторожно наклонился к его ранам на животе.

В тот момент, когда мои губы коснулись раны Агареса, его живот внезапно задрожал. Мокрая перепончатая рука озорно легла мне на плечо, и вода потекла по моей ключице, вызывая мурашки. Прекратить было уже невозможно, поэтому я притворился спокойным доктором и постарался как можно быстрее высосать застрявший в его коже шрапнель.

По мере того как я сосал все сильнее и сильнее, напряженные мышцы живота тритона следовали тяжелому ритму его дыхания и яростно содрогались, как вулкан, готовый извергнуться. Мне пришлось обеими руками удерживать его крепкую талию, шрапнель был слишком глубоко, и мне пришлось воспользоваться языком, чтобы вытащить пулю, прежде чем выплюнуть ее в сторону.

Я вытер лоб, который моментально покрылся потом. Это была только первая пуля, и это было настолько трудно, как бросить вызов самому себе, чтобы завершить сложный исследовательский эксперимент. Высасывание пуль было не единственным, что бросало вызов моим пределам, как и неописуемое смущение. И все же мне предстояло обработать еще много пулевых ранений.

Я не осмеливался поднять глаза, потому что знал, что все мое лицо красное. Я выплюнул кровь изо рта и продолжил усердно сосать следующую. Почти все осколки были быстро уничтожены. Единственное, что осталось, было рядом с жизненно важным участком тритона.

Это был настоящий вызов моему психологическому состоянию, потому что не было никакой разницы в том, чтобы дать согласие... отдаться Агаресу!

В ту же секунду, как эта мысль пришла мне в голову, она напугала меня до смерти, и я резко обругал себя. Я отчаянно замотал головой, пытаясь выбросить эту мысль из головы.

Рука Агареса слегка дрожала на моем плече, дыхание было тяжелым и сдавленным, а вены на животе даже выпирали, когда он тихо прошептал: - Помоги… мне…

Черт!

Я стиснул зубы в отчаянии и закрыл глаза, прежде чем опустить голову. Я глубоко вздохнул и принялся сосать рану сильнее, чем раньше, просто чтобы быстрее вытащить эту чертову пулю. Перепончатая рука Агареса вцепилась мне в затылок, удерживая мою голову на месте, пока он покачивал животом. Его рыбий хвост полностью приклеился к моей груди, следуя ритму его дыхания. Маленькие чешуйки медленно ласкали мою грудь, время от времени касаясь моих чувствительных сосков, точно пара непристойных рук.

Мурашки уже ползли по всему телу, я подсознательно выгнул спину назад, чтобы избежать такого чувствительного контакта, но перепончатая рука, которая давила на мою шею, двусмысленно погладила мой позвоночник. Мало того, мне показалось, что что-то большое и очень твердое давит на мой подбородок снизу, как будто небо поддерживается одной большой колонной!

Когда мое терпение лопнуло, я сильно прикусил рану и зажал шрапнель между зубами, из-за чего большое количество сладкой, но рыбьей на вкус крови хлынуло мне в горло.

Неужели этот смиренный, вульгарный и дикий зверь сделал это нарочно?

Я судорожно сел обратно в воду и выплюнул последнюю пулю вместе с кровью Агареса. Когда я снова взглянул на него, мое внимание сразу же привлек огромный пурпурный орган под его животом. Он стоял высокий и могучий, с большими синими венами, пульсирующими прямо передо мной, как длинное ружье, готовое выстрелить. Впервые с такого близкого расстояния я смог ясно разглядеть, насколько удивителен был сам размер полового органа тритона, и он когда-то использовался…

Нет! Одна только мысль об этом заставила меня удостовериться, что мой собственный разум был испорчен. Пошатываясь, я быстро поднялся. Я отчаянно попытался убежать, желая оказаться как можно дальше от Агареса. Однако хвост тритона под водой преследовал меня вплотную, как питон, нападающий на добычу под водой. Хвост прошел между моими шагающими ногами, прорвался сквозь воду передо мной и поднял все мое тело из воды.

- Ах, помогите!

Я закричал во все горло, но мое тело тут же оттащили назад, пока моя спина не уперлась в мокрую мускулистую грудь позади меня, и пара сильных рук крепко обхватила меня.

- Дешаров… - Я почувствовал, как ледяные, но мягкие губы Агареса коснулись моей шеи, в то время как его нос глубоко вдохнул мой запах, прежде чем пара грубых русских слогов была произнесена через каждый вдох, который касался моей шеи: - Не... бойся... меня.

Только Бог знает, насколько искренни были его слова, но, конечно, только если бы его огромная штука не тыкалась между моих ягодиц. Это ничем не отличалось от того, как насильник просит разрешения, прежде чем изнасиловать тебя!

Даже если этот зверь рисковал своей жизнью, чтобы спасти меня, это не могло стереть то, что он сделал со мной раньше, и это не означало, что он не впадет в безумие спаривания снова. По этим причинам, как я мог перестать бояться его!?

- Не прикасайся ко мне... - вода, просачивающаяся сквозь мой топ, была подобна подводному течению чувств и желаний, которые сильно хотели вторгнуться в каждый дюйм моего тела. Я ощутил чуткое волнение и беспокойство каждой клеточкой своего тела, отчего у меня задрожали зубы от стыда и ярости. - Агарес, ты сказал, что не хочешь, чтобы я тебя боялся, так что ради этого не делай со мной ничего подобного.

- Почему? - дыхание Агареса участилось, и его губы сомкнулись на мочке моего уха, облизывая и покусывая с намеком на желание вторгнуться и полностью занять мое тело. - Ты мой. Ты... тоже... любишь меня…

- Ни за что!

Я тут же сердито осудил его, откинув голову, чтобы избежать его губ. Но затем его рука опустилась на мои брюки, чтобы расстегнуть их.

……

Конец первой части.

Глава 30.2

Я поспешно попытался сомкнуть ноги, но не смог скрыть постыдную реакцию своего тела. Я полностью попал под контроль Агареса. Я закрыл глаза, когда все мое тело напряглось. Вся моя кровь прилила к макушке, я чувствовал, как будто мой мозг воспламеняющийся стакан на грани взрыва в неудачном эксперименте.

Затем я услышал глубокий, дьявольский смешок Агареса рядом с моим ухом: - Это... доказательство. - Как только он это сказал, меня схватили за руку и потянули назад. Тут же моя ладонь задела половой орган, который слегка пульсировал, влажное дыхание коснулось моего потрясенного лица.

- Я тоже.

О, ради всего святого, Агарес на самом деле ошибочно полагал, что это любовь. Он думал, что мое тело реагирует на его ухаживания, и то, как этот дикий зверь выражал свою любовь, было самой примитивной и прямой формой полового акта!

Черт побери, я не должен позволить этому случиться. Эти проклятые пираты были прямо над нашими головами!

- Нет, это не так! - Чувствуя себя взволнованным, я изо всех сил старался убрать свою руку, и в то же время я схватил его за руку в попытке вытащить ее из моих трусов, я стыдливо проговорил: - Агарес, я не такой, как ты. Я… - Я понял, что мне будет сложно объяснить все Агаресу, потому что он просто не сможет понять, насколько сложны человеческие эмоции, что заставило меня быстро изменить формулировку. - Я не люблю тебя. Это... ничего не доказывает. Ты понимаешь?!

Я бессвязно спорил, смешивая русский с английским.

Сразу после этого Агарес неожиданно замолчал, как будто всерьез пытался понять, что я имею в виду. Руки, крепко обхватившие меня за талию, ослабли, и рыбий хвост, на котором я сидел, опустил меня обратно, но не отпустил мою лодыжку. Вместо этого меня потащили и прижали к стене.

Я снова посмотрел на властную, высокую тень, которая упала на меня как темная дымка прямо перед моими глазами. Агарес вытянул руки, полностью заключив мое тело в нерушимые оковы. Сердце бешено колотилось в груди. Мои пальцы впились в стену позади меня, подавляя страх, который непрерывно поднимался из глубины моего сердца.

Агарес опустил голову, и его длинные волосы упали мне на плечо. Кончик его носа прижался вплотную к моему. Затем он глубоко вдохнул.

- Тебе нравится этот человек?

На секунду или две мне показалось, что мне конец, но я не ожидал, что Агарес задаст вопрос, особенно такой возмутительный.

- Ты звал его… Райн... - В тусклом свете я заметил, что его глаза сузились, а в зрачках появилось странное выражение, когда он смотрел прямо на меня. - Я был под кораблем... видел вас двоих... вместе... каждый день.

Он понизил голос, пытаясь выразить свои мысли на смеси грубого английского и русского. Его губы были раскрыты в форме острого лезвия, глубоко подчеркивая последнее слово, которое он произнес, до такой степени, что его острый клык показался из уголков рта. Он был полон враждебности, выплескивая свою ревность.

В тот момент я был ошеломлен и лишился дара речи. В то время как мы с Райном усердно работали, пытаясь найти следы мерфолков с помощью подводного детектора, Агарес шпионил за нами под нашим кораблем все это время. Он с самого начала, планировал оказаться на нашем корабле. Мы думали, что у нас высокий IQ и мы довольно искусны, но на самом деле мы действовали по плану этого умного зверя.

Следующие несколько секунд я вообще не обращал внимания на его вопрос, потому что для меня он был полной бессмыслицей, но Агарес принял мое молчание за ответ. Он пристально посмотрел мне в глаза, и на его лице отразились сильное нежелание и недовольство. Торопливое дыхание тритона брызнуло мне в лицо, в то время как его лицо приблизилось.

- Ты принадлежишь... мне? Или... ему?

Я сглотнул слюну. Мое психическое состояние напоминало гибкую скрипичную струну, подпиливаемую агрессивными вопросами Агареса, издающими волны раздражающих вибрато. Теперь я знал, что интеллект Агареса может быть намного выше, чем у людей, однако перед лицом сложных человеческих эмоций он был похож на ребенка, который любит дразнить и шутить. На самом деле его эмоции были довольно нецивилизованными и прямыми, совершенно свободными от каких-либо принципов и этических соображений. Если ему что-то нравилось, он упрямо брал это себе, а если что-то ненавидел, то немедленно уничтожал.

Но простые вопросы, подобные этим, мне было труднее решить, чем самые сложные. Я не знал, как ответить, главным образом потому, что никогда раньше не имел такого рода взаимодействия с гомосексуалистом. В России это было запрещено, но теперь мне приходиться ломать над этим голову.

Я был, безусловно, независимым человеком, так как же я мог кому-то принадлежать?! Но если бы я ответил так, Агаресу было бы трудно это понять. Если я признаю, что принадлежу ему, то это было бы то же самое, что подарить ему себя. Но если я отвечу, что принадлежу Райну, кто знает, какие немыслимые последствия повлечет это за собой?

- Черт побери! Я…

Чувствуя себя под давлением, я выплюнул несколько бессмысленных слогов. Его терпение подходило к концу, Агарес наклонил голову к моей шее и укусил меня, но не до крови. Его острые зубы грубо царапнули мою кожу, проходя там, где была сонная артерия, прежде чем его горло издало предупреждающее шипение, это был тот же звук, который он издавал, прежде чем убить кого-то. Я тут же опешил и вскоре услышал, как Агарес тяжело выдохнул: - Дешаров… я голоден…

Я содрогнулся, и меня охватил безмерный страх. Клянусь, я действительно испугался. Все кровавые сцены на корабле пронеслись в моей голове. Я никак не мог избавиться от образа зверски вспоротого живота черного пирата и окровавленного Агареса, у которого было такое же пугающее выражение лица, как у Асуры.

Меня снова затошнило. Я подозревал, что разозлил Агареса до такой степени, что он передумал. Он думал, что я влюблен в кого-то другого и решил превратить меня из своей пары в еду. Как я мог забыть, что Агарес был свирепым зверем с непредсказуемым темпераментом?!

Я скорее пойду на компромисс и стану его парой, чем потеряю свою жизнь!

- Я хочу... съесть тебя…

Агарес, в то же время, усилил тяжелую серьезность в своем тоне, когда его губы приблизились к моему уху, он пробормотал с подчеркнутым значением. Вскоре после этого он открыл рот и двинулся вниз к моему плечу, где хотел укусить, слегка сверкнув клыками, обнажая их в темноте. Я тут же открыл рот от страха и закричал: - Я принадлежу тебе! Я принадлежу тебе, Агарес. Пожалуйста, не ешь меня.… Я принадлежу тебе!

Я не знал, сколько “Я принадлежу тебе” было отчаянно выкрикнуто из-за паники, полагая, что это будет эффективным способом спастись от Агареса, который притворялся, что не слушает, своим острым клыком ощупывал мою сонную артерию, как будто размышляя, где будет его первый укус. Однако из ниоткуда из его горла вырвался глубокий и странный смешок.

Я понял, что это был его смех, и не смог удержаться, чтобы не посмотреть вниз и увидел, как губы Агареса почти растянулись до ушей. Его длинные и прищуренные глаза смотрели на меня, полные эротической страсти, но также и насмешки.

- Ты мой… Дешаров…

Его дыхание было подобно потоку воды, текущей в мой нос. Постепенно я осознал, что мое предположение относительно ума тритона снова было довольно поверхностным и неправильным.

Черт побери! Прежде чем я успел воскликнуть, Агарес заткнул меня поцелуем. Атласный и скользкий язык заставил мои губы раскрыться, без труда нырнуть внутрь и начать непристойно шевелиться у меня во рту. Как будто пытаясь имитировать половой акт, его язык входил и выходил из моего рта, одновременно лаская мой язык, намеренно медленно пробуя меня на вкус. В то же время рыбий хвост под моими ногами свернулся вдоль моих икр, где он погладил мою задницу, соответствуя трению, созданному спереди.

Мне было стыдно почти до безумия. Но Агарес был от природы искусным мастером в занятиях любовью, поэтому, когда он дразнил меня с двух сторон, мой член снова встал. В голове все смешалось, из-за его страстного поцелуя. Я просто безвольно лежал на хвосте Агареса, как морская звезда без позвоночника, позволяя тритону провести языком по моей шее, прежде чем лизнуть мою грудь.

Кончик его языка, казалось, был наполнен электрическим током, так как каждое прикосновение мгновенно распространялось по всему моему телу, заставляя меня чувствительно дрожать. Я запустил пальцы во влажные волосы Агареса, пытаясь оторвать его голову от своего тела. Моя челюсть задрожала, когда я, задыхаясь, закричал: - Не делай здесь ничего подобного… ах ты, зверь!

Он поднял голову с моей груди, его дыхание напоминало тяжелый и сильный ливень. - А где же… тогда… это разрешено?

Мне просто захотелось дать себе пощечину, чтобы я не сказал чего-нибудь не того. - Я имею в виду, что… - Я услышал свой слабый и хриплый голос. Просто услышав это, мне стало так стыдно, что я даже не мог показать свое лицо, потому что это звучало так, как будто я соблазнял его.

Глаза Агареса мгновенно потемнели. Его грудь яростно вздымалась и опускалась, а сухожилия на шее вздулись. Он сглотнул слюну, и из-за его крайнего самообладания его глаза сияли, как будто они были наполнены кровью. Я даже отчетливо видел голубые вены, выступающие на его бледной и почти синеватой коже.

Я глубоко вздохнул. В Агаресе, пока он сдерживал себя, происходили перемены. В лаборатории он был в основном животным, движимым сексуальными желаниями, но теперь, когда он был снаружи, у него явно был темперамент, похожий на человеческий, и он пытался общаться со мной. Он даже спас мне жизнь, рискуя своей собственной, что показало, что он может быть совершенно другим. У меня, по крайней мере, была некоторая свобода действий, чтобы не быть изнасилованным им здесь. Что касается того, что произойдет в будущем, я подумаю об этом позже!

Черт побери, мне уже все равно. С этой мыслью я выпалил следующую фразу: - Если ты сможешь вырвать нас из рук этих людей, тогда я… твой. Ты понимаешь, что я имею в виду?

Выплюнуть эти последние слова было так же трудно, как проглотить кровь, потому что я не знал, каковы были возможные последствия обмана этого злобного зверя. В ту же секунду, как я произнес эти слова, в моем сознании внезапно вспыхнула иллюзия, что я ставлю себя на карту. Но кто знает, что случится в будущем? Если у меня когда-нибудь появится шанс снова ступить на сушу, сможет ли Агарес действительно преследовать меня?

Маскировка искренности и дружелюбия рухнула, когда я увидел, что он смотрит на меня с улыбкой. В тени его улыбка выглядела более зловещей и двусмысленной.

- Я знаю тебя… - Агарес провел пальцем по моему подбородку, как мудрый, дальновидный старик, дразнящий озорного ребенка своими идеями. Его губы скользнули по моей переносице и выдохнули влажное дыхание, когда он сказал: - Ты все равно не сможешь… сбежать. Этот корабль… доставит нас… обратно.

- Обратно куда? - Мои нервы подскочили. - На остров, с которого мы уплыли?

- Нет… - Агарес покачал головой, и его прищуренные глаза наполнились чувством глубокой тайны. Его перепончатая рука тут же обвилась вокруг моей талии, и он использовал свой рыбий хвост, чтобы поднять нас вертикально вдоль стены, туда, где была видна небольшая трещина в стене нижней каюты.

Глава 31

Сквозь щель мой взгляд был направлен на бескрайнее море. К моему удивлению, я увидел, что темные облака плавали близко к поверхности моря, как будто они были приклеены к ней. Скопление одинаковых на вид темных облаков двигалось в том же направлении, что и корабль, и это выглядело так, словно это был отряд людей, хорошо обученных летать на самолетах.

У пиратского корабля не было абсолютно никаких причин следовать за стаей птиц, эти мигрирующие птицы полагались на естественное магнитное поле окружающей среды, чтобы определить направление, в котором они двигались. Таким образом, для появления этого непостижимого явления единственным возможным объяснением было то, что на этом корабле было гораздо большее магнитное поле, более сильное, чем Земное. Эта сила не только повлияла на полет птиц, но и изменила направление движения корабля!

Я вспомнил, что говорил Агарес раньше. Честно говоря, было трудно поверить, что мерфолки обладали такой огромной силой, которая превышала пределы того, что можно было бы считать нормальным. Это действительно полностью превзошло мое воображение. Я сказал ему: - Это твоя работа… - Я сухо сглотнул и спросил: - Куда ты собираешься нас привести?

Агарес не сразу ответил на мой вопрос, его длинные ресницы медленно опустились. Его взгляд, казалось, исчезал в неизмеримых облачных глубинах, достигая далекого конца моря, прежде чем погрузиться еще глубже в бездонную пропасть, как будто он был погружен в воспоминания далекого прошлого. Это заняло какое-то время, прежде чем он пробормотал вполголоса: - Лемегетон…

Все мое тело сотрясалось, каждая часть тела вибрировала от возбуждения.

Я уже слышал это слово раньше, и можно даже сказать, что оно мне было очень знакомо. Это была легенда об острове, который, как говорили, никогда не существовал. Однако, как только я услышал о нем, я поверил в его существование от начала до конца и даже перечитал множество данных о нем из книг и журналов.

Я подозревал, что это был древний остров, оставленный на поверхности моря Атлантидой, которая погрузилась на дно моря, но мне так и не довелось обнаружить его. Так что в конце концов я не смог найти никаких доказательств того, что остров существует на самом деле, поэтому мои предположения все еще были просто предположениями.

Все началось на ранних стадиях моего исследовательского проекта. Я нанес визит ученому, который много лет провел в экспедиции по поиску ядерных бомб с разведывательного корабля Советского Союза, профессору Виногрейдеру.

Ранее он опубликовал в газете мемуары о том, что видел. В разгар выполнения своей миссии по поиску ядерной бомбы они случайно поймали русалку в окрестностях соседнего острова. Они попытались собрать информацию и, используя специальный коммуникационный паттерн, пришли к выводу, что культурный язык этой русалки произошел от исчезнувшей Атлантиды.

Я вспомнил, как профессор Виногрейдер ясно говорил мне, что название острова, населенный мерфолками, Лемегетон.

Это был плавучий остров, который появлялся только в определенное время на поверхности моря, и когда они вернулись всего через пару дней, он уже исчез без следа, как мираж. Пойманная русалка выхватила их драгоценный видеомагнитофон вместе с членом экипажа, и они таинственно исчезли вместе, как будто русалка никогда и не появлялась.

Профессор Виногрейдер так и не смог оправиться от этой неудачи, и его письменные мемуары вскоре были сведены к чему-то столь же фальшивому и неправдивому.

Из нескольких его учеников, с которыми я беседовал в то время, только я твердо верил в его воспоминания. Я даже использовал его методы исследования, чтобы найти следы мерфолков, и это было одной из предпосылок, которая помогла мне получить признание Райна.

- Лемегетон… Лемегетон!

Я пробормотал что-то себе под нос, и все мое тело словно взорвалось от охватившего меня безмерного восторга. Мне казалось, что я получил просветление и много удачи с небес. На мгновение я забыл, что нахожусь в незнакомом месте, и только когда Агарес приблизился ко мне, я внезапно очнулся от своих воспоминаний.

Его глаза тускло поблескивали с оттенком нервозности и возбуждения. Его перепончатая рука гладила по моей щеке с большой осторожностью, как будто я был драгоценным и хрупким предметом. Я подсознательно попытался отвернуться, чтобы спрятаться от него, но не смог, так как губы Агареса целовали мои уши, один за другим, прежде чем перейти к вискам. Глубоким, манящим голосом слова текли из его рта тихим шепотом.

- Тебе понравится Лемегетон… но будь осторожен… не уходи… потому что ты привлекателен…

Когда смысл его слов дошел до меня, волосы на моей спине встали дыбом от ужаса. Агарес сказал мне, что, как только мы доберемся до Лемегетона, я не смогу оставить его. Не означает ли это, что на этом острове, кроме Агареса, есть и другие морские жители?

Внезапно я осознал, что, погруженный в восторг от того, что этот остров существует, я забыл о негативной стороне вещей. Поскольку Лемегетон был местом обитания мерфолков, их, естественно, было больше, и они были зверями, как Агарес. Если водяные популяции там тоже интересовались человеческими самцами… О Боже!

Нет, нет, этого не случится… Это не соответствует природным особенностям и привычкам других существ…

Я пытался успокоить себя, пока Агарес пристально смотрел на меня. Его зрачки колебались вместе с изменением моей умственной борьбы, которая отражалась на моем лице, и он ухмыльнулся, как будто довольный тем, что уловил следы моего страха: - Не бойся, я защищу Дешарова…

Его губы задержались на кончике моего носа, и низкий тон его голоса звучал так, будто он успокаивал маленького ребенка. С этими словами он наклонил голову и поцеловал меня, а рука, которая была у меня на затылке, воспользовалась моим ошеломленным состоянием, скользнув вниз к моей заднице и размяв ее пальцами. Кончик его хвоста обвился вокруг моих икр и медленно начал непристойно тереться о них.

- Я не нуждаюсь в твоей защите, глупый дикий зверь, сексуальный демон, убирайся! - Эта манера открыто заявлять о своем владении мной заставила мои чувства перейти от стыда к гневу. Рефлекторно я толкнул Агареса коленом, пытаясь отделить ноги от его грубого, но гибкого и сильного хвоста. В это время под потолком каюты послышались шаги.

Агарес остановился и поднял глаза одновременно со мной. Внезапно дверь люка распахнулась, прежде чем тело, которое было полностью связано, было брошено в воду, как мешок с песком, создавая громкий всплеск. В ту минуту, когда дверь люка снова закрылась, из-за угла послышался борющийся звук плещущейся воды, а затем из-под воды выскочила половина человеческого тела.

Мои нервы подскочили. Это Райн, он еще жив!

Я инстинктивно хотел позвать его, но не успел даже издать звука, как мой рот был полностью закрыт рукой Агареса. Хвост, запутавшийся в моей ноге, быстро опустился в воду и исчез. Агарес использовал верхнюю часть своего тела, чтобы незаметно переместить меня к углу стены, и его широкая спина полностью затеняла меня в темноте. Он как будто боялся, что Райн утащит меня, и более того, даже в этот критический момент он неожиданно наклонил голову и попытался поцеловать меня в шею.

Черт побери! Локтем я уперся в голову Агареса, в то время как мои глаза бешено пульсировали от недоверия. Эта группа невежественных пиратов не понимает, что может случиться, если мы все трое окажемся запертыми в этой каюте. О Боже, я не могу себе представить, что произойдет, если Райн и Агарес столкнутся. Я просто надеюсь, что мы не сможем заметить друг друга в темноте!

Казалось, что Райн и в самом деле еще не заметил нас в темноте. Он просто посмотрел вниз, как будто занимался своими делами, и начал откусывать веревки, которые связывали его руки. Несмотря на то, что он был связан, сила его зубов все еще была весьма примечательной. Не прошло и минуты, как он уже ослабил веревки вокруг своего тела, после чего выпрямился и стал внимательно изучать окружающую обстановку.

В конце концов, встреча, о которой я больше всего беспокоился и надеялся, что не произойдет, была неизбежна.

Взгляд Райна скользнул по каждому закоулку и щели каюты, прежде чем, наконец, остановиться на нас, и в этот момент его глаза внезапно расширились. Его решительное и твердое лицо в мгновение ока сменилось выражением шока. Он был в ярости. Руки по бокам его тела сжались в кулаки, а костяшки пальцев хрустнули.

Но по сравнению с взволнованным настроением Райна, Агарес просто не обращал на него внимания и продолжал держать меня за талию, затем высунул язык и бесцеремонно лизнул мою ключицу. Он даже дошел до того, что издал неприличный, постыдный и мокрый звук. Он мстил за провокацию, которую Райн устроил на корабле, он не только не скрывал это, но и втирал в лицо Райну тот факт, что я принадлежу ему. Это был один из самых распространенных способов для любого мужчины объявить войну другому в естественной среде.

Из-за этого чувства стыда я отчаянно погрузился глубже в воду, но был остановлен Агаресом, который развернул мое тело. Пара необузданных когтей блуждала по всему моему телу. Он даже расстегнул мои брюки, поддерживая обе мои ноги, обернув их вокруг своей талии. Затем он достал свой член и резко потерся им о мою ногу.

Неужели эта тварь собирается изнасиловать меня на глазах Райна?! Я смутился до невозможности и крепко укусил Агареса за палец, надеясь, что это заставит его прекратить этот варварский акт. Однако это нисколько не помогло делу, так как Агарес действительно был зверем. Он серьезно не понимал, что такое чувство стыда. Он использовал свой собственный странный способ показать людям, что я его пара.

Нет! Я изо всех сил старался пошевелить едва шевелящейся шеей. Краем глаза я заметил, как Райн, пригнувшись к воде, ищет что-то у своих ног. Затем он снова выпрямился, держась за неровную выпуклость на стене, и не успел я опомниться, как он уже мчался к нам с Агаресом с военным кинжалом в руке.

Точнее, он прыгнул к той части хвоста Агареса, которая была выставлена из воды. В это мгновение длинный змееподобный хвост поднялся из воды, создавая вокруг волны, и молниеносно метнулся в сторону Райна, но тот моментально увернулся. Однако, Райн случайно поскользнулся, но его рука успела крепко ухватиться за хвост тритона, затем он вонзил кинжал в хвостовые концы рыбьего хвоста.

Тело Агареса тут же подскочило, из горла вырвалось низкое шипение. Он развернулся хвостом в противоположную сторону и предпринял неожиданную атаку. В тот же миг все тело Райна влетело в стену, издав ужасающе громкий стук. Прежде чем Райн успел даже охнуть, он упал прямо в воду. На мгновение я полностью поверил, что он мертв, и не ожидал, что он появится из воды через несколько секунд. Райн прислонился к стене, тяжело дыша, его лицо было залито кровью. Он все еще держал кинжал, цепко глядя на Агареса. Яростная битва вот-вот должна была разразиться.

Глава 32

То, что произошло за эти несколько секунд, застало меня врасплох. Только после этого я немедленно отреагировал, схватив Агареса за руку и крича им обоим: - Стойте! Стой!

Черт побери, эти двое сошли с ума!? Даже в такой ужасной ситуации, когда их держат в плену, они по-прежнему непримиримо враждебны друг другу.

Синие вены на моем лбу вздулись от гнева, но я постарался сохранить самообладание, так как был единственным, кто мог действовать как миротворец и остановить эту драку. Не заботясь о своей растрепанной одежде, я встревоженно поднялся на ноги и помахал им обеими руками, притворяясь спокойным, пока мягко уговаривал их: - Эй, ребята. Послушайте меня. В данный момент мы должны быть на одной волне, так что давайте все свои разногласия решим позже. Во-первых, мы должны разобраться с теми пиратами над нами, хорошо?

В ответ оглушительная тишина.

Я чувствовал, что больше не могу оставаться спокойным, сильное напряжение, висящее воздухе, давило на меня. Я сглотнул слюну и бросил взгляд на Райна. Он не выказывал никаких признаков движения и просто сидел на корточках с неохотным, побежденным выражением лица.

Раны Райна были достаточно серьезными. Он был умным человеком, поэтому мог понять, что его импульсивный поступок, направленный против силы Агареса, был ошибкой. Я был совершенно уверен, что Райн не начнет новую атаку, но Агарес совсем другая проблема. Он мог желать убить Райна не только из-за наших (платонических) отношений, но и потому, что Райн ранее ранил Агареса обезболивающей пулей. Этот вид зверя с высоким интеллектом определенно будет рассержен на тех, кто причинил им вред.

Если эти двое снова начнут драться, это только пойдет на пользу этим фальшивым рыбакам-пиратам. В тот момент, когда они услышат какой-то странный шум снизу, они бросятся вниз чтобы, не мешкая пристрелить нас, и никто из нас не сможет избежать этого.

Как раз в тот момент, когда я внутренне боролся и думал о том, как успокоить их обоих, Агарес внезапно высунул свой хвост из воды, поднимая вместе с ним столбы воды. Его острый хвостовой плавник был похож на нож, молниеносно рубящий голову Райна. Райну удалось увернуться, однако он все равно был сбит с ног резкими, раскачивающимися волнами. Рыбий хвост не упустил ни единого шанса и ударил снова. Жизнь Райна мгновенно промелькнула перед моими глазами.

Подождите минутку, ах! С большой тревогой я инстинктивно бросился к Агаресу и обхватив его крепкую талию, громко крикнул: - Агарес, стой!

Движение в воде резко прекратилось. Сквозь его широкую спину мне в ухо донесся низкий голос: - Почему?

Я застыл на секунду, не ожидая, что этот неукротимый зверь прислушается к моей мольбе. Я был напуган, как лошадь, свисающая со скалы, отчаянно цепляясь за тело Агареса, которое в любой момент могло взорваться с разрушительной силой. Я боялся, что, если отпущу его, он устроит кровавую резню.

- Это потому, что я.… - я сухо сглотнул слюну. Моя голова выдала этот крайне абсурдный ответ, но в данный момент это был, пожалуй, самый эффективный способ остановить его. Я снова сглотнул и сказал: - Я принадлежу тебе, а не Райну. Так что тебе не нужно его убивать.

Когда я сказал это, мурашки непроизвольно пробежали по всему моему телу. Мысленно я втайне критиковал себя: Ах, черт. Что за дерьмо я несу? Я просто откушу себе язык и умру!

Однако после моих слов, напряженные мышцы Агареса постепенно расслабились, и даже рыбий хвост, который указывал на голову Райна, ушел обратно в воду. Его чрезвычайно длинный хвост поднял водный шлейф, когда он повернулся, чтобы обернуться к моей ноге, потянув меня к себе лицом. Агарес смотрел на меня сверху вниз, его брови были великолепно подняты вверх, как будто он выиграл главный приз. На его лице застыла глубокая ухмылка, и он сказал: - Докажи… мне это.

Докажи мне это.

- Как?

Его эмоции были подобны проходящему дождю, который так быстро менялся. Его мокрые руки крепко держали меня за подбородок, заставляя поднять глаза. Не обращая особого внимания на других, он наклонил голову ближе ко мне. Он высунул кончик языка и небрежно лизнул меня в лицо. Он устремил на меня свои глубокие, проницательные зрачки, так пристально вглядываясь в меня, словно пытаясь удостовериться в моей искренности.

Я затаил дыхание и стоял неподвижно, когда необычный, сладкий аромат ударил мне в нос. Я вдруг почувствовал, что магнитное поле, переносимое Агаресом, становится настолько ощутимым, что, казалось, полностью становится материальным.

Я прекрасно понимал, что на карту поставлена жизнь моего трехлетнего советника, но самым трудным для меня в этот момент была не угроза Агареса. Я чувствовал, что он меня соблазняет или, если быть еще более точным, околдовывает. Его капризная непокорность повлияла на состояние моего ума, и поэтому я не в состоянии понять его образ мыслей. Я был похож на любопытную кошку, рыщущую вокруг, ищущую способ приручить его, но это скорее было похоже на нестабильный эксперимент, который одновременно раздражал и вызывал привыкание.

Мое сердце билось необычайно быстро. Я стал подозревать, что из-за силы могущественного Агареса во мне развился Стокгольмский синдром. Или, может быть, я просто родился с наследственным, гнилым и скрытым мазохистским комплексом (М), потому что в этот самый момент у меня возникло непреодолимое желание поцеловать Агареса, хотя я чувствовал, что смертельный взгляд Райна стреляет кинжалами по моему позвоночнику.

Я не знал, когда успел взять инициативу в свои руки и обвить шею Агареса, приблизив наши лица друг к другу. В следующее мгновение я прижался к его губам, и все мои мысли застыли. Руки Агареса мгновенно обвились вокруг моей талии, и его сила толкала меня ближе к нему, как будто он хотел задушить меня в своих объятиях. Его сердце билось как барабан, заставляя мою грудь вибрировать в унисон с ним. Волнующее биение его сердца заставляло думать, что он был старым холостяком, который только что нашел любовь всей своей жизни после многих лет.

Что-то не так… все это… это слишком странно! Что со мной происходит?!

Голос глубоко в глубине моего сердца кричал, но я не мог оторваться от Агареса.

В этот момент из-за моей спины послышался задыхающийся шепот Райна: - Прости меня… в следующий раз я… обязательно заберу тебя подальше от этого злобного зверя! - Его голос был искажен зловещим, ядовитым тоном. Как будто он был на Пороге Смерти и посылал свою злобную последнюю клятву. Он не был громким, но все равно был похож на сороконожку, заползающую мне в ухо. - Дешаров, однажды я сделаю его несчастным… у него будет трагический конец.

При звуке ядовитой клятвы Райна любой почувствовал бы себя прикованным цепью в морозильнике, в котором было даже холоднее, чем температура тела Агареса.

Меня пробрала дрожь, и я очнулся от своего заколдованного, похожего на сон состояния. Агарес был на грани опьянения от вкуса моих губ. Его полуоткрытые глаза и длинные ресницы отбрасывали тень, мешая моим мыслям блуждать и твердо фиксируя мой взгляд с его. Его поцелуи казались такими, словно он хотел высосать из меня весь кислород и даже душу, чтобы с огромной силой проглотить ее целиком. Его рыбий хвост двигался, лаская мою задницу вверх и вниз, и это было точно так же, как раньше, когда он касался меня несколько минут назад.

Влажное ощущение, касавшееся моего тела, проникало сквозь тонкий материал одежды, и мне казалось, что в каждую пору моего тела впрыснули афродизиак. Казалось, он командовал и тревожил каждую клеточку моего тела. Мое тело не могло не реагировать на его прикосновения и поцелуи. Однако мне почему-то стало стыдно. Я просто хотел, чтобы у меня было достаточно сил, чтобы оттолкнуть этого похотливого демона, но у меня не было выбора, так как я чувствовал, что погружаюсь все глубже в воду. Я обнял его за шею, чтобы не упасть в воду, так как в моих ногах не было сил.

Я чувствовал, что вот-вот задохнусь, и не знал, оттого ли это, что у меня кружилась голова, но мне казалось, что и небо, и земля раскачиваются и кружатся, пока меня не опрокинуло в воду вместе с хвостом Агареса. И только когда вокруг нас заплескалась вода, я среагировал. Трясся только корпус, в море поднимались мощные порывы ветра и волны. Возможно, приближалась большая буря.

- Ты это делаешь? - Я беспечно шлепнулся, а потом мое тело тут же подхватил из воды Агарес, и я увидел, что у него на лице было необычайно настороженное выражение. Он поднял голову и посмотрел вдаль через маленькую круглую щель, а затем его зрачки сузились.

Глава 33

Корабль начал раскачиваться еще сильнее, и мне пришлось вцепиться в шею Агареса, чтобы удержаться на поверхности. Агарес тоже обхватил меня руками за талию, чтобы вытащить из воды, прежде чем снова выглянуть наружу через маленькое окошко. Небо снаружи стало чрезвычайно темным, но, как ни странно, не было никаких признаков приближающейся бури. Поверхность моря, казалось, была густо покрыта полосами темных облаков, похожих на тени, создаваемые толпами морских птиц. Тотчас же я пришел в крайнее изумление от увиденного.

В непосредственной близости от носа корабля на поверхности воды появился массивный водоворот, а в самом его центре появились два слабо различимых светящихся объекта, похожих на автомобильные фары. Сначала я подумал, что это какая-то большая сияющая медуза, но только когда светящиеся объекты постепенно появились из-под воды, я быстро понял, что мое суждение было ошибочным.

Это было... огромное чудовище. Два блестящих предмета, каждый размером с человеческую голову, были всего лишь его глазами! О боже, хотя тела китовых акул колоссального размера, их глаза никогда не были такими большими, как эти. В соответствии со своими размерами, эта ужасная тварь под мощным водоворотом может быть такой же большой, как наш корабль!

Мое дыхание участилось, а вены на лбу яростно запульсировали. Я тут же схватил Агареса за руку и сказал: - Это… что за чертовщина?!

- Наши… хищники… - Многозначительные глаза Агареса были темны и мрачны, как ночное дно океана. Он слегка приоткрыл рот, чтобы слабо произнести пару слов, и его тон был полностью отточен серьезностью его сверкающих клыков.

Естественные враги мерфолков…

Я широко раскрыл глаза, внимательно наблюдая за тем, как большая тень выходит из водоворота, и почувствовал, как каждый мускул в моем теле напрягся, словно натянутая струна инструмента. Будучи врагом этих свирепых, звероподобных мерфолков, что это было за ужасное существо? Эти существа, какими бы большими они ни были, не могли часто появляться над морем. Скорее всего, чудовище, живущее внизу, в темной бездне моря, специально поднялось наверх, чтобы покормиться после того, как почувствовало присутствие русалки!

Мы действительно приближались к древнему миру, полному неизвестных существ, таких как морской народ.

В этот самый момент я смог разглядеть истинный облик монстра в водовороте. У него был большой, несравненный рот, занимавший почти половину всего тела, что давало ему много преимуществ. Его хвост, однако, был похож на электрического угря, тонкий и длинный, и тащил за собой несколько длинных светящихся щупалец. Это существо слегка покачивалось в воздухе, готовое напасть в любой момент.

Это было существо, которое, как я чувствовал, было смутно знакомо тому, что я видел на тех драгоценных фотографиях, состоящих из глубоководных существ в моем исследовательском институте. Эта штука… это вполне мог быть угорь-пеликан, но форма этого похожего на угря монстра была в десять раз больше, чем на фотографии. Правильнее было бы сказать, что это был древний предок пеликанских угрей!

В это время огромная черная тень наконец полностью вынырнула из воды и вдруг быстро поплыла прямо к кораблю. Затем с палубы под нашими ногами раздался оглушительный грохот, и весь корпус корабля резко накренился влево, как будто на него обрушилось цунами. Даже Агарес потерял равновесие и неуклюже упал назад, а я последовал за ним в воду.

Затем последовал более сильный удар. Я непроизвольно глотнул морской воды, прежде чем меня вытащил Агарес, но прежде чем я смог выпрямиться, маленькое отверстие позади нас с треском распахнулось. Через долю секунды я увидел длинную черную тень, похожую на змею, которая с молниеносной скоростью приближалась прямо к моему лицу. Рыбий хвост подо мной тут же развернул мое тело на несколько метров в сторону, и мне удалось проскользнуть мимо тени. Но потом я увидел черную тень, летящую прямо в лицо Агаресу, как гадюка, бросающаяся в атаку!

Тревожный крик застрял в моем горле. Змееподобная тварь была крепко схвачена острыми когтями Агареса, и со звуком “ка” соединительные кости были раздроблены на куски, которые безвольно повисли в его руке, как мокрая лапша. Сразу же я смог ясно разглядеть, что это не какая-то морская змея, так как у нее не было головы, а круглое поперечное сечение. Я перерыл в голове кучу существ, которые могли бы соответствовать его форме.

Странная тварь явно походила на миногу, но была невероятно длинной, на самом деле больше трех метров. Однако конец ее тела все еще находился снаружи небольшого отверстия, так что было неясно. Тварь продолжала извиваться, как будто ее тащила какая-то странная сила. То, как она двигалась, напоминало щупальца каракатицы.

Черт!

Я вдруг вспомнил, как выглядел хвост чудовища в воде. Эта похожая на угря тварь, наполненная острыми зубами, должно быть, щупальце того чудовища, или иначе, возможно, паразитический вид!

Пока я думал об этом, несколько темных теней внезапно бросились к нам. Будучи застигнутым врасплох, я чуть не получил смертельную рану. Но, к счастью, Агарес, с его острыми глазами и быстрой реакцией, выбросил свой крепкий и прочный хвост, чтобы ударить по стене, где две из тех теней, которые целились мне в живот, скользнули прямо. Возможно, его контратака ранила угроподобного монстра, так как корпус корабля в это время начал трястись еще сильнее. Над нами раздавались беспорядочные шаги и выстрелы. Затем по всему кораблю пронесся испуганный рев человека. - Быстро, быстро, выпустите этого тритона из трюма и дайте ему покинуть корабль. Этот монстр, должно быть, пришел за ним. Чудовище безжалостно кусает трюм, так что мотор вскоре накроется!

- Понял! Скорее, Майкл, Джерри! Немедленно откройте люк!

Кто-то ответил громким голосом, и вскоре над нашей головой раздался тяжелый звук открываемой двери люка.

- Дешаров… - Агарес издал низкий звук, прежде чем внезапно ослабил хватку на нескольких захваченных щупальцах в своих когтях. Прежде чем я успел среагировать, меня тут же заключили в объятия, и все мое тело последовало за его рыбьим хвостом. С глухим стуком мы распахнули слегка расширившийся шов выхода из каюты.

То, что мгновенно попало в поле моего зрения, было хаотичной и ужасающей сценой на корабле. Десятки массивных, похожих на питонов щупалец парили у края корабля. Многочисленные кольцеобразные присоски, наполненные зазубренными зубьями пилы, постоянно нападали, и эти некогда жестокие пираты были похожи на испуганных птиц, бегающих вокруг, чтобы избежать нападения. У каждого пирата было приличное огнестрельное оружие, но, к сожалению, их пули не могли отбить ни одно из щупалец, особенно когда жизненно важной точкой существа были не эти щупальца. Несколько незадачливых пиратов были растерзаны, потому что у них слишком рано закончились патроны. Они издавали леденящие кровь крики, когда их с силой тащили вниз с корабля, где они полностью исчезли в большой, окровавленной пасти свирепого монстра в мгновение ока.

О боже, я не хочу так умирать!

Вид такой ужасной сцены мог бы напугать любого нормального человека. Я стоял там, глядя на движущуюся тень в море в ужасе. Только когда Агарес затащил меня в другую темную каюту и освободил от его хватки, я пришел в себя.

Длинный хвост Агареса пронесся мимо меня в тусклом свете ночи. Его силуэт повис на краю массы корабля, прежде чем он повернулся и уставился на меня своими светящимися глазами, которые могли напугать кого угодно. Внезапно я почувствовал, что моя душа пригвождена к месту. Я не мог пошевелиться, и его голос был единственным, что достигло меня в эту темную ужасающую ночь.

- Дешаров… оставайся здесь и жди меня…

...................

Судя по описанию, вероятнее всего чудовище выглядело именно так:

Хотя очень даже похоже на кракена:

Глава 34

Неужели Агарес собирается в одиночку сразиться с таким огромным чудовищем?

- Эй, подожди минутку! - Когда я наконец среагировал, то поспешил выйти из каюты, но Агарес уже бросился за борт. Хвост Агареса в то же время пронесся по двери каюты, захлопнув ее, преграждая мне путь к выходу.

Но я не успел вовремя остановиться и с грохотом ударился лбом о твердую металлическую дверь. Моя голова мгновенно взорвалась болью, и я упал на пол.

Будь ты проклят, Агарес…

Я яростно проклинал его в своем сердце, так как едва мог подняться. Я стряхнул с себя тяжесть в голове, и только через некоторое время головокружение начало ослабевать. Мой взгляд случайно наткнулся на длинные черные предметы на стене. Мой мозг снова начал работать. Это были АК-47! Я моментально встал и снял одну со стены. Холодное ощущение винтовки просочилось в мою ладонь, что значительно уменьшило мою панику.

Хотя раньше у меня был опыт использования анестезирующего пистолета, я не планировал бросаться с винтовкой на невообразимых чудовищ. Сомнительно, но я даже не представлял откуда у меня возникло желание подержать ее в руках, но это волшебным образом помогло мне успокоиться. Это может быть связано с кровью, текущей в моем теле. Русские мужчины рождены для охоты и стрельбы.

Однако, как раз, когда я проверял, заряжена ли эта винтовка, я неожиданно увидел маленькие буквы, четко выгравированные на металлическом корпусе—Спрингфилдский арсенал армии США.

Его можно было бы перевести как “Спрингфилд”.

Мое сердце внезапно дрогнуло, и все мое тело застыло на месте. Однажды я уже видел эти слова, точнее, в курсе военной теории, про которую читал в университете. К счастью, с моей превосходной памятью, я помнил каждую деталь курса и также писал подробные заметки во время каждого урока. Эта цепочка слов была названием известной военной фабрики по производству огнестрельного оружия в Соединенных Штатах, которая действовала во время Второй мировой войны.

Боже! Кто может объяснить мне, почему у этих пиратов есть боеприпасы, которые производятся в американском военном арсенале?! Может быть, они ограбили американский военный корабль? Или…

Я невольно вспомнил холодную войну между США и Советским Союзом, и в моей голове, как молния, промелькнула мысль, напугавшая меня.

Может быть, эти люди вовсе не были настоящими пиратами. Возможно, они выполняли какую-то секретную военную миссию, чтобы скрыть свою принадлежность к Военно-морским силам США.

Верно, это объясняет, почему Генри так долго скрывался на нашем корабле. Насколько глубоко я увяз в водовороте военного заговора? Какова была цель Райна и Сакарол, и что скрывали эти так называемые пираты? Может быть, это связано с Русалочьим Островом и русалками?

Я нахмурился. Мои мысли были в беспорядке, когда я крепко вцепился в винтовку. Как раз в этот момент краем глаза я заметил тень за стеклянным окном двери. Я оглянулся и увидел Райна, покрытого ранами, поднимающегося через люк из нижней каюты, в которой я только что был. Он быстро обошел пиратов, сражавшихся с угрем-монстром, и бросился вверх по лестнице, ведущей на второй этаж. Должно быть, он решил воспользоваться случаем, чтобы спасти других попавших в ловушку людей.

Одному богу известно, как он сам взобрался наверх!

Я подсознательно прижал винтовку ближе к себе, желая последовать за ним, чтобы помочь, но, когда я подошел к двери, я резко остановился. Моя меткость была недостаточно хорошей, так что сейчас я ничего не мог сделать. Кроме того, помогая Райну, я могу даже случайно лишиться жизни. Я хорошо усвоил урок, благодаря Генри. Я не хотел оказаться с двумя пулевыми отверстиями в голове или быть утащенным в море этими щупальцами.

Так не пойдет. Лучше понаблюдать, прежде чем предпринимать какие-либо шаги.

Я сделал глубокий вдох, чтобы сдержать себя. Дэвис однажды пошутил, что я человек с противоречивыми взглядами. Обычно я выглядел как книжный червь, сосредоточенный на исследованиях, но я был полноценным русским воином. Я сражался сильнее, чем кто-либо, когда хотел сражаться. Несмотря на то, что Дэвис часто переоценивал мою компетентность, он был прав.

Успокойся, Дешаров.

“Бум!”

Внезапно с корабля донесся громкий и оглушительный грохот. Затем корабль сильно покачнулся, из-за чего не удержав равновесия я ударился спиной о стену позади меня. Черт побери! Я прислонился к стене и выглянул в окно каюты рядом со мной. Я увидел тень, скребущую по воде под кораблем. Чудовище создало большую, поднимающуюся зеленую волну, похожую на занавес, а затем большая пасть, заполненная зазубренными кровавыми зубами, широко открылась под водой, всасывая полную морскую воду. Это действие создало адскую дыру на поверхности моря, которая привела к глубокой, кровавой пропасти!

Где Агарес?!

В груди неожиданно стало тесно и душно, когда мои глаза беспокойно искали его силуэт в яростных, опасных волнах. Именно в этот момент из воды выпрыгнула длинная, черная и стройная фигура. Его рыбий хвост, наполненный блестящей чешуей, был похож на острое лезвие, рассекая волны и создавая великолепный дуговой свет, когда он пронесся мимо верхней половины пеликана, похожего на угря монстра. Кончик хвоста, похожий на серп, аккуратно врезался в блестящие, похожие на фонари глаза. Тотчас же эти глаза распахнулись, как водяной шар, и флуоресцентная жидкость хлынула из прозрачного кристалла в глазах монстра.

В долю секунды чудовище-пеликан-угорь вынырнуло из воды, испытывая сильнейшую боль, и его тело ушло за пределы высоты корабля. В воздухе он взмахнул хвостом, открыл пасть и бешено бросился на Агареса. Стекло передо мной было покрыто крупными каплями воды. Я лишь смутно видел большие и маленькие пугающие водовороты в море. Голова угря-монстра с единственным глазом время от времени поднималась из моря, но я все еще не мог разглядеть в каком состоянии Агарес.

Это была не тигровая акула, как раньше! Размер тела этого пеликанского угря был более чем в десять раз больше, чем у Агареса, его даже не хватало, чтобы оставить след от зубов!

Я стиснул зубы. Я трижды взмахнул ружьем, пока стекло кабины не разлетелось вдребезги, а затем, держа ружье в неправильном положении, последовал за другим глазом гигантского пеликанского угря.

Я надеялся, что был достаточно благословлен, чтобы моя гнилая меткость от использования анестезирующего пистолета могла принести хоть какую-то пользу!

Я прищурился, навел телескопический прицел на похожий на лампочку глаз и отодвинул предохранитель. Как только голова пеликана показалась из воды, я совершил несколько выстрелов. Огневая мощь АК-47 была достойна своего названия, так как все пули от этих выстрелов взрывались, как только попадали в огромную черную голову, издавая громкие всплески. Несмотря на то, что я не знал, попал ли я в глаз чудовища, но точно был уверен, что мои выстрелы причинили хоть какой-то ущерб. В это время я обнаружил плывущего Агареса, который, похоже, решил объединиться со мной. Он ловко перепрыгнул через заднюю часть чудовища и спустился прямо вниз, рассекая поверхность воды, как стрела. Используя свои сильные, острые когти, он схватил щупальце, обвившееся вокруг его хвоста, и, как свирепый боевой конь, направился к спине пеликанского угря. Затем его мощная рука глубоко проникла в последний оставшийся глаз и резко выдернула похожий на стекло прозрачный кристалл!

Из-за сильной агонии чудовище практически полностью оказалось на поверхности, в результате чего обнажилось его хрупкое брюшко.

Воспользовавшись этой редкой возможностью, я тут же опустил прицел, нацеливаясь на его уязвимое место. Из-за этой захватывающей, но опасной ситуации мои руки, держащие винтовку, дрожали, но это не мешало моим пальцам нажимать на курок. Чудовище нырнуло обратно в воду так же быстро, как и вынырнуло, и большие волны понесли мутные воды крови, которые забрызгали большую часть корабля.

Я снова не мог понять где находится Агарес. Я не знал, повредил ли ему мой ужасный метод прицеливания, поэтому тем временем прекратил стрелять и, затаив дыхание, наклонился к окну, чтобы посмотреть, в каком состоянии море.

Когда я посмотрел вниз, на воду, то увидел черную тень, внезапно появившуюся с боковой стороны окна и напугавшую меня. Я подсознательно поднял винтовку. Трехслойная пасть, похожая на миногу, выпрыгнула прямо в окно и одним укусом схватила мою винтовку. Внезапная атака заставила меня забыть о винтовке, и странная сила вытащила мое тело из окна. Прежде чем я успел закричать, я упал в море вместе с ним!

Мгновенно холодная вода окатила мое тело. Я проглотил пару глотков соленой воды, прежде чем смог вынырнуть.

Хаотичные волны резко подняли меня в воздух, затем бросили обратно в воду, и в одно мгновение я приземлился в 10 метрах от корабля. В бурном море я совершенно потерял чувство направления. И что еще хуже, из-за волн я не мог увидеть, где находятся глубоководное чудовище и Агарес.

Черт побери! Это плохо…

Я стряхнул с лица капли воды. В тот момент, когда я увидел корабль посреди барьера, созданного волнами, я внезапно почувствовал движение большого течения, идущего прямо за мной, мне даже не нужно было оглядываться, чтобы догадаться, что это было щупальце, которое только что утащило меня в море!

- Черт!

Я вскрикнул от страха и начал грести обеими руками и ногами, так как поднимающиеся волны сразу же подтолкнули мое тело вперед на небольшое расстояние. Я, у которого всегда были ужасные навыки плавания, был удивлен, обнаружив, что плаваю ловко и гибко, как профессиональный пловец. Мои ноги были плотно сшиты вместе, как рыбий хвост, и я мог маневрировать вверх и вниз против волн. Я был совершенно уверен, что смогу плавать быстрее, чем олимпийский чемпион по фристайлу!

О боже мой… что происходит?! Я был глубоко потрясен, но у меня не было времени размышлять о причине. В этот момент мое желание жить занимало всю мою голову. Я просто двигался инстинктивно, и в тот момент, когда я был рядом с корпусом корабля, я повторил легкий прыжок Агареса из воды и протянул руку, чтобы схватить ближайшую мачту.

Однако, как только мои руки коснулись корабля, спину вдруг что-то сжало, и неописуемая острая боль проникла глубоко в мое тело, пронзив всю мою нервную систему. Я закричал от боли, когда мои пальцы соскользнули, и все мое тело было насильно притянуто вниз неведомой силой!

Когда моя голова была готова полностью погрузиться в воду, гнет смерти заставил меня закричать: - Агарес… Агарес!

Прежде чем я успел произнести еще хоть слово, мой голос оборвался из-за прилива морской воды, захлестнувшей мой рот и нос, меня все глубже и глубже затягивало в воду странной силой. Удушливое чувство от утопления заставило меня отчаянно трясти головой, а давление воды на глаза усугубило ситуацию. В это время справа от меня из ниоткуда появилась длинная черная тень. Подобно глубоководной торпеде, она быстро приближалась ко мне. В мутном море я увидел только пару ярких узких зрачков. Почти в мгновение ока знакомая фигура приблизилась ко мне, и перепончатые когти прорвались сквозь темноту, как молния, и атаковали призрачный объект на моей спине.

Агарес действовал настолько быстро, что я не успел осознать, как он избавил меня от объекта на моей спине. Все, что я почувствовал, - это рыбий хвост, поднявший меня обратно на поверхность.

Вдыхая лишенный кислорода воздух, я на пару минут погрузился в пустоту, а в глазах потемнело, как будто я все еще был под водой. В ушах тоже громко гудело. Я знал, что страдаю от стресса, из-за того, что так долго находился под водой. Я посмотрел на темно-синее ночное небо, пытаясь успокоиться. Агареса не было рядом, похоже он все еще продолжал сражаться.

Я не знал, сколько прошло времени, но постепенно мне удалось прийти в себя. Сквозь все еще затуманенное зрение я увидел, что пиратский корабль уже уплыл далеко от меня. Неподалеку был огромный водоворот, который постепенно погружался в глубины моря, и в центре водоворота смутно виднелась темная тень.

Я не знал, одержал ли Агарес победу в этом морском сражении. Хоть я и ненавидел, и боялся этого зверя, я все же не желал ему смерти. Это странное беспокойство даже превзошло мой страх. Я знал, что давно уже должен был плыть в сторону корабля, но я не мог оторвать взгляда от опасного водоворота.

Но спину жгла боль, и чем сильнее она становилась, тем быстрее я плыл в направлении корабля. Но в тот момент, когда мой взгляд скользнул по поверхности моря, все мое тело застыло.

В постепенно успокаивающемся темном море, в бескрайней воде появилось несколько точечных огоньков, а затем несколько человекоподобных очертаний отделились от темноты воды, медленно окружая меня.

Там было бесчисленное множество... мерфолков.

....................

Одна из многих обложек:

Глава 35

Ужасное чувство тошноты, от которого волосы встают дыбом, давило на меня, как сжатый воздух, затрудняя дыхание. Я замер всего пару секунд, прежде чем поплыть в другую сторону, пытаясь убежать. Однако мой путь тут же преградили темные человекоподобные тени, одна за другой появлявшиеся из моря.

Я застыл на месте как вкопанный. Русалки сбились в кучу, и их фигуры были скрыты холодным и ясным лунным светом, но мало-помалу, в тусклом свете, контуры их теней стали более отчетливыми.

Мои глаза расширились от удивления. Эта группа русалок была так же прекрасна, как и Лилит! Их похожие на водоросли волосы свободно свисали на белоснежные нефритовые плечи, а тела были довольно хорошо одарены и соблазнительны. Их глаза отражали сияние воды, делая их еще более чарующими по сравнению со сверкающими, прозрачными драгоценными камнями. Любому мужчине было бы очень трудно сопротивляться красоте соблазнительных демониц, и я не был исключением, потому что был потрясен их красотой и прирос к месту.

Вскоре группа русалок подплыла ко мне поближе, и когда все их взгляды сосредоточились на мне, я сразу же почувствовал озноб.

Они улыбались и выглядели так, словно у них не было никаких злых намерений. Однако их глаза говорили совсем о другом. Я не мог описать, что это был за взгляд, но, если бы мне пришлось его выразить, то это было бы так, как если бы они видели меня пациентом, лежащим на операционном столе на грани смерти или как жертвенное приношение.

- Эй… вы все…

Я на доли секунды выпал из реальности, но, когда пришел в себя все они бесследно исчезли с поверхности моря. В следующее мгновение мое тело внезапно стало невесомым, и я почувствовал, как меня поднимают из воды многочисленные пары прекрасных рук. Если бы это было на суше, тогда я почувствовал бы себя идолом, которого несет стая прекрасных дам. Однако в этой ситуации я испытывал страх. С дурным предчувствием на сердце я понял, что происходит, и начал сопротивляться. Я думал позвать на помощь Агареса, но мой рот тут же закрыли перепончатыми пальцами. Теперь мои руки и ноги были прочно закреплены на месте, и это выглядело почти так же, как если бы я был ягненком, ожидающим заклания!

Боже, что они собираются делать?

Я чуть не задохнулся от волнения и с большим трудом поднял голову, чтобы взглянуть на окружающее широко раскрытыми глазами. Пронизывающий холодный ветер моря стал самым большим врагом моего тела, когда он атаковал меня со всех сторон, заставляя сильно дрожать. Беспомощно оглядевшись, я увидел справа от себя небольшой водоворот, а в самом его центре виднелась тень, плывущая вверх из морских глубин. Словно призрак, из ниоткуда посреди волн появилась голова.

Сначала я увидел большую копну темных шелковистых волос, растекающихся по воде, потом увидел бледное лицо, пробивающееся сквозь поверхность. Шелковистые волосы раздвинулись, когда она приблизилась ко мне, открывая пару ясных, лазурного цвета глаза, которые излучали нетерпение и жажду в колышущихся морских волнах. Я был ошеломлен.

Причина этого заключалась в том, что эта русалка была чрезвычайно похожа на покойную Лилит! Если не считать волос, ее лицо было точно таким же, как у творения небес!

На мгновение мне показалось, что я встретил близнеца Лилит, но с громовым всплеском из воды показалось все тело русалки. Я сразу понял, что был крайне неправ, потому что эта русалка, хоть и имела лицо соблазнительницы, она была крепкой и достаточно сильной русалкой!

Я ошеломленно уставился на ее лицо, в то время как рыжеволосый тритон навис надо мной. Он осмотрел мое тело с головы до ног, наклоняясь, чтобы вдохнуть мой запах, но, в отличие от Агареса, он не сразу начал ощупывать мое тело. Русалки обращались с ним с величайшей заботой и осторожностью, как с почетным гостем, в то время как я был приготовленным блюдом, которое ему почтительно предлагали.

Предположим, что, если бы я столкнулся с подобной ситуацией до встречи с Агаресом, тогда я определенно подумал бы, что этот тритон хочет наполнить свой желудок, съев меня. Однако благодаря моей неудачной встречи с Агаресом, я точно знал, что он проверяет, подхожу ли я под его критерии. Он судил меня, проверяя, соответствую ли я его стандартам жены!

Нет, какого черта?! В соответствии с тем, что происходит, мерфолки действительно эксцентричная раса! Самцы не предпочитают ухаживать за своими самками, не говоря уже о том, чтобы иметь с ними потомство, вместо этого они ищут человеческих самцов в качестве своих партнеров. Более того, они даже позволяют самкам изображать жертвоприношения! Это чертовски странно!

Я не желал в это верить. Когда я заметил выражение лица рыжеволосого тритона, мое сердце застряло в горле. Уголки его губ слегка приподнялись, и когда я твердо посмотрел ему в глаза, то увидел то, что можно было бы назвать удовлетворением. Мне ничего не оставалось, как признать, что по сравнению с похотливыми и дьявольскими манерами Агареса выражение лица этого тритона казалось необычайно сдержанным. Однако в глубине души я знал, что это совсем другая история, так как я наблюдал за его кадыком, который двигался вверх и вниз, в то время как его грудь сильно колыхалась от волнения. Затем одна из его перепончатых рук мягко легла мне на живот, и его голова также постепенно опускалась, пока он не достиг моей груди, прежде чем вдохнуть мой запах.

Черт!

Я отчаянно сопротивлялся, но не мог пошевелиться. Если бы не рука, закрывающая мне рот, я бы выкрикивал проклятия. Возможно, это был мой запах или форма тела, или, наверно, моя внешность имела некоторые определенные черты, которые заставляли русалок проявлять ко мне интерес.

Боже мой, что же в моих генах не так?!

Но в данный момент у меня не было времени размышлять над этим вопросом. Рыжеволосый тритон наклонил голову к моей шее и глубоко вдохнул мой запах. Все мое тело содрогнулось, и я мог только бессмысленно вертеть головой. Затем в моей голове заревел голос. Ошеломленный, я осознал, что надеюсь на то, что Агарес вернется и спасет меня. Результат все равно был бы тот же, будь я в руках Агареса или этого рыжеволосого тритона, но я все еще напряженно взывал о помощи в своем сердце.

Если бы мне не закрывали рот, я бы уже давно бы звал Агареса. Я мог только позволить принести себя в жертву, чтобы рыжеволосый тритон насладился мной, как ему заблагорассудится. Я беспомощно смотрел, как он срывает с меня одежду, и так как я был не в состоянии ответить, то мог только сжать кулаки. Мои ногти впились в ладони, боль удерживала меня от срыва.

Я клянусь, что никогда не испытывал кошмар более ужасный, чем нынешняя ситуация. Голубые вены на моей шее напряглись до предела, почти до точки разрыва. Я посмотрел на море налитыми кровью глазами. В этот момент мне всерьез захотелось увидеть, как прямо передо мной из воды выскочит черный рыбий хвост!

Но там ничего не было. Море было таким спокойным, что не было видно ни единой волны. Агарес, вероятно, был проглочен этим чудовищем, питающимся русалками, и находился глубоко в его желудке. Поскольку моя рубашка уже была разорвана, тритон своими перепончатыми руками гладил мою грудь, прежде чем его руки быстро спустились вниз, чтобы расстегнуть мои брюки.

Я болезненно закрыл глаза и стиснул зубы. Все мое тело погрузилось в бездну отчаяния, и я потерял всякую надежду, но внезапно я услышал громкий шум воды в поднимающихся волнах, несомых пронзительно холодным ветром. Я открыл глаза и сразу же увидел большую тень, которая быстро поднялась из-под воды. С помощью всего лишь одного перепончатого когтя, рыжеволосого тритона внезапно подняли и отбросили на 10 метров, его фигура образовала дугу, прежде чем упасть головой вперед в море.

Русалки, которые держали меня, издавали громкие, испуганные пронзительные звуки, и в одно мгновение они рассеялись обратно в море, исчезнув без следа. Когда я упал обратно в воду, мой мозг все еще не мог понять, что только что произошло, из-за того, что я все еще был сильно потрясен. Я мог только удивленно оглянуться на Агареса. Лунный свет был скрыт темной фигурой Агареса, так что единственное, что я мог разглядеть, были его длинные серебристые волосы, которые свисали в море, и лунный свет сиял вдоль краев его волос, делая их похожими на металлические ножны, которые объединялись вместе с похожим на нож черным хвостом в воде, образуя длинное, острое оружие, которое разделяло луну и поверхность воды. Однако Агарес в данный момент тяжело дышал, как будто кипел от гнева. Все его тело излучало густую, убийственную ауру, полную злых намерений, но в то же время я чувствовал сильный металлический запах крови.

Агарес был ранен... и его раны явно были тяжелыми. Когда он сражался с этим огромным чудовищем, у него, казалось, вообще не было и шанса.

Я поклялся, что совсем не беспокоюсь о нем, но профессионализм биолога сделал это для меня привычкой. Я невольно прищурился, чтобы рассмотреть состояние ран этого зверя, и, как будто прочитав мои мысли, Агарес наклонился. Сквозь его пятнистую тень я почувствовал, что его подбородок приблизился к моему лбу. Его перепончатые руки легли мне на затылок, прижимая к своей груди.

- Эй, приятель, где ты ранен? - Запах крови ударил мне в лицо, так что я не выдержал и спросил. Он ответил мне низким голосом, который эхом отдавался в его груди и в моих ушах, но прежде чем я смог разобрать, что он сказал, в отдалении раздалось пронзительное шипение, которого я никогда раньше не слышал.

Агарес настороженно поднял голову и издал тот же звук сирены с широко открытым ртом, но его голос был тяжелее и ниже, звуча как скрипка, на которой играют с многократным напряжением. Услышав это, я ошибочно подумал, что это гром перед грозой. И в то же время у меня сильно закружилась голова. Это заставило меня задаться вопросом, обладают ли звуковые волны мерфолка частотой, позволяющей им производить превосходящую разрушительную силу, настолько, что эти звуковые волны могут атаковать нервы в черепе своей жертвы.

Я тут же заткнул уши и огляделся. Я обнаружил, что рыжеволосый тритон не сбежал. Он стоял прямо в воде, прижав когти к бокам, не желая оставлять все как есть. Выражение его лица было несколько надменным, а глаза горели демоническим огнем, когда он смотрел в мою сторону.

Агарес отпустил меня и встал, не собираясь сдаваться без борьбы. Из-под воды его хвост проделал длинный вертикальный путь вверх, прежде чем прорваться сквозь поверхность моря, образуя горизонтальную линию прямо передо мной, как будто создавая барьер, отделяющий меня от рыжеволосого тритона.

Я сразу заметил, что хвост у этого тритона был гораздо короче, чем у Агареса. Возможно, это было связано с возрастом. Агарес, вероятно, был могущественным старшим тритоном. Если бы я сказал, что популяционная система мерфолков была сродни львиной, я бы искренне поверил, что Агарес может быть лидером популяции мерфолков. Если предположить, что Агарес потерпит поражение, то это означало бы, что он станет изгоем.

Я думаю, что у меня может быть ОКР, раз я размышляю об этом в такой напряженной ситуации, но на самом деле мое сердце чуть не выпрыгивало из груди, потому что я знал что не смогу остановить битву, которая была на грани вспыхивания между этими двумя зверями!

...............................

ОКР (Обсессивно-компульсивное расстройство) - ОКР имеет 2 аспекта: навязчивость и принуждение. Обычно вы чувствуете желание что-то сделать или будто что-то заставляет вас. Если вы этого не сделаете, тревога станет больше, и это заставит вас бояться, что что-то плохое случится только потому, что вы этого не сделали. Люди с ОКР обычно могут контролировать себя, и они крайне редко опасны, но обычно нуждаются в лекарствах и техниках, чтобы уменьшить постоянную тревогу и страх.

Глава 36

- Подожди, Агарес! Твои раны!

Хотя я знал, что шансы остановить его крайне невелики, я все же подсознательно схватил его за руку. Только тогда я заметил, что спина Агареса, скрытая за его длинными шелковистыми волосами, была сильно окрашена голубой кровью, что даже волосы были испачканы. Любой бы человек сразу же бы понял насколько серьезны его раны. Ни с того ни с сего боль в спине, про которую я совершенно забыл из-за подавляющей ситуации, снова дала о себе знать. Чрезвычайно острая боль распространилась по всему позвоночнику.

Черт возьми, почему так больно?!

Я стиснул зубы, полностью осознавая, что просто обязан это вынести. Я не мог обратиться за помощью к Агаресу, потому что сейчас не время залечивать мои раны. Поэтому, когда Агарес повернул голову, я погрузился глубже в воду. Из-за соленой морской воды боль только усилилась. Погруженный в воду, я сильно дрожал, но все же притворился, что ничего не чувствую, плотно сжав губы и глядя прямо в глаза Агареса, которые тускло светились. Сделав глубокий вдох и прилагая огромные усилия, чтобы оставаться невозмутимым, я спокойно сказал: - Можешь ли ты и этот парень, договориться мирно?

Я понимал, что говорю полнейшую чушь. Идея использования человеческих переговоров не существовала в популяции диких зверей. Однако я надеялся, что в данный момент есть и более мирный способ решить этот вопрос, потому что я не хотел или, по крайней мере, не хочу, чтобы Агарес потерял из-за меня свое положение лидера. Одному Богу известно, что вмешиваться и влиять на отношения между жизнью двух видов животных было против естественного порядка!

Агарес внимательно наблюдал за мной, и под его пушистыми ресницами скрывались непредсказуемые вздымающиеся волны. Одна из его перепончатых рук мягко сжала мой затылок, как будто он держал драгоценный кусок стекла. Я нервно перевел взгляд вниз, на струящийся поток отражающихся огней на волнах между нами. Пытаться угадать его мысли было все равно что пытаться схватить морскую воду, это было бесполезно и напрасно. Казалось, он внимательно обдумывает мое предложение и взглядом дает понять, что я слишком наивен. Я не мог взглянуть ему в лицо, боясь, что выражение моего лица исказится от боли. Я нахмурил брови и сказал: - Эй, ты понял, что я сказал?

Провокационный высокий голос рыжеволосого эхом отозвался еще раз, я поднял глаза и увидел, что он приближается к нам. Его хвост, на полпути к поверхности моря, создавал высокий гребень волны. Его голова была обращена к Агаресу, но его глаза смотрели на меня с тоской. Подняв руку, он растопырил пальцы, прежде чем сложить их один за другим, создавая соблазнительный жест рукой, как будто он хотел соблазнить меня. Его алые губы слегка приоткрылись. Он облизнул губы, сохраняя необузданное выражение лица, как будто я уже был в его объятиях.

Мурашки побежали по всему телу, ощущение было такое, будто ко мне приставал извращенный демон. Не знаю, обладали ли глаза всех мерфолков магической обманчивой силой, как у Агареса, потому что, несмотря на то, что мне было довольно противно, я не мог оторвать глаз от рыжеволосого тритона.

Я весь напрягся. Вскоре мое поле зрения заслонило опустившееся тело Агареса, и прежде чем я успел опомниться, мои губы были резко сжаты. Затем его язык нырнул прямо в мой рот, раздвинув мои зубы, лаская нёбо.

- Нхх! - Чувствуя, что задыхаюсь, я не смог сдержать отчаянного, сдавленного стона. Рефлекторно я начал вырываться из оков Агареса. Он неожиданно решил больше не продолжать, а вместо этого повернул голову с прищуренным, невозмутимым взглядом в сторону алчного агрессора. Как король, он молча предупредил его, что я был его трофеем, который никто не имел права трогать.

Резкие контуры лица Агареса придавали ему сильный вид. Его глаза были темными и мрачными, его белые, острые зубы, показавшиеся в уголке его рта, могли заставить любого дрожать от страха.

- Я… вернусь… Дешаров…

Его перепончатые руки скользнули по моим щекам, оставляя за собой влажные следы. Его длинные ресницы трепетали вслед за полуоткрытыми веками, отбрасывая тонкую, но глубокую тень. Его рука схватила мою, затем он уткнулся носом в мою ладонь, глубоко принюхиваясь. В тот момент, когда моя ладонь коснулась его лица, низ моего живота болезненно сжался без всякой причины.

- Подожди меня, - услышал я шепот Агареса у своей ладони.

Меня вдруг охватил невыразимый ужас. Клянусь, я никогда раньше не испытывал такого ощущения, я был ошеломлен и совершенно оцепенел. Только когда Агарес отпустил мою руку, моя душа вернулась обратно в тело. Неожиданно для себя я протянул руку в попытке схватить его за руку, но сумел ухватиться только за воздух. Мой кулак оказался в море, все еще крепко сжатый.

Дешаров, что с тобой? Тебе не нужно так волноваться!

В голове у меня царила неразбериха, когда я беспомощно смотрел на крепко сложенную фигуру Агареса, ныряющего в море. Его длинный черный хвост напоминал вздымающийся большой лук, прочертивший дугу поперек луны, за которым последовал быстрый раскол большой волны, прежде чем полностью исчезнуть в самых темных частях моря. Рыжеволосый тритон, напротив, лишь мельком взглянул на меня, вынашивая какое-то злое намерение, прежде чем пронзить поверхность моря, как дротик, не желая отставать.

В одно мгновение спокойное море начало вздыматься, волны накатывали, создавая серию слоев, где даже половина луны оказалась покрытой ими.

Я поспешно огляделся в поисках тени под водой, но мое тело бросало из стороны в сторону высокими приливами, затрудняя это. Огромное море создавало впечатление, что я был единственным живым существом вокруг. И боль, и ледяная вода медленно разрушали мое психическое состояние, делая невыносимым дальнейшее пребывание в воде. Если я останусь здесь еще немного, боюсь, что могу впасть в шок от потери крови или запах моей крови может привлечь акул или других опасных хищников.

Кто знает! Может быть, появится еще один морской народец или, может быть, еще одно морское существо, похожее на того гигантского угря, выскочившего из ниоткуда, прежде чем Агарес закончит дуэль с другим тритоном. Одна только мысль об этом бросила меня в дрожь.

Но где же корабль? Как далеко он уплыл?

Я попытался разглядеть его вдали, но безуспешно, когда все мои надежды почти рухнули, я неожиданно заметил слабый свет, проходящий сквозь туман издалека. Я сразу же покрылся холодным потом, думая, что это глаза какой-то большой рыбы, но вскоре понял, что это был мигающий свет, исходящий от источника света. Если бы это было не так, он не проник бы сквозь туман, свет лампы метался во всех направлениях, очевидно, что-то ища.

Это спасательная шлюпка!

Я был вне себя от радости и сразу же поплыл в ее сторону. Как только я услышал несколько криков, меня наполнило адреналином до такой степени, что даже рана на спине, казалось, больше не болела. Должно быть, это Райн и остальные! Они, должно быть, воспользовались хаосом, чтобы взять ситуацию под свой контроль, отлично!

- Эй! Ребята, я здесь! - Я пробирался сквозь воду в их направлении, плывя с невероятной скоростью. О Боже, трудно было поверить, что моя скорость была такой же, как у яхты! Поэтому, когда я выплыл прямо перед ними из ниоткуда, они были напуганы почти до полусмерти.

- Дешаров!

Как только Райн увидел меня, он взволнованно вскрикнул и протянул руку, вытаскивая меня из воды и крепко обнимая. Его крепкое тело было похоже на железный обруч, связывающий меня и лишающий возможности дышать. - Эй, хватит, парень. Я ведь жив, не так ли? Если ты приложишь еще немного сил, то раздавишь мне кости.

Только после моей жалобы Райн наконец освободил меня из своих объятий. Он устроился на носу шлюпки меняя направление. Мотор с грохотом ожил, и Райн быстро направил корабль в другую сторону. Впервые я почувствовал себя так комфортно, сидя в лодке, хотя многомесячное путешествие уже измотало меня. Матросы, стоявшие рядом со мной, накинули на меня плащ и даже протянули зажженную сигарету.

Я вздрогнул и затянулся сигаретой, я был настолько тронут, что едва мог что-то произнести.

- Эй, рад видеть, что с тобой все в порядке, наш маленький Уоллес.

Один из матросов похлопал меня по плечу и, прежде чем продолжить, нервно оглянулся. - Я только что видел довольно большую волну, это же не та странная рыба, не так ли?! Как тебе вообще удалось сбежать?

Мое дыхание стало напряженным, и слова, сказанные Агаресом перед тем, как он ушел в море, вспыхнули у меня в голове, я отключился на мгновение. На сердце вдруг стало тяжело, как будто его накрыла большая губка, и мне стало трудно дышать. Меня снова похлопали по плечу, и я быстро покачал головой. – Нет… ничего, это была не та рыба. Это… был просто ветер.

- Этот тритон…

- Где?! - Я подсознательно повернул голову в сторону моря, но море было слишком туманным, чтобы что-то разглядеть. Кроме морских волн и полной луны, больше ничего не было видно.

- Я имею в виду, этот тритон сбежал? - спросил моряк.

Я неловко повернул голову обратно и снова затянулся сигаретой. Мое сердце болезненно сжалось.

- Я не знаю. Мы еще поговорим об этом, когда вернемся.

Я старался не отрывать глаз от моря перед лодкой, борясь с желанием обернуться и посмотреть назад, однако вскоре Райн повернул голову и посмотрел на меня непонятным мне взглядом.

Я сделал вид, что не замечаю его, и выдохнул еще один клуб дыма, следуя за туманом в сторону моря.

В ту ночь, когда мы вернулись на пиратский корабль, на нем уже не было пиратов, которые либо погибли, либо получили ранения, сражаясь с морским чудовищем. Теперь мы вновь завладели инициативой. Пираты определенно не предвидели, что, взяв нас в заложники, они превратят себя в козлов отпущения, судьбу действительно трудно предсказать. Используя нашу приграничную страну, говорят: "Фортуна дает и также отнимает”.

Мы взяли оставшуюся кучу несчастных пиратов и бросили их в нижнюю каюту, также как они сделали это с нами раньше, а затем разделились на несколько кают на корабле, чтобы отдохнуть. Моя рана была довольно серьезной, но, к счастью, Райн нашел на судне аптечку первой помощи. Я намеревался применить лекарство сам, но, к сожалению, рана была расположена на спине и вне моей досягаемости. Мне пришлось позволить Райну, который не был тяжело ранен, сделать это за меня.

- Потерпи еще немного. Твоя одежда и рана слиплись.

Он говорил тихим голосом, стоя позади меня. Я кивнул головой и, как проклятый пес, послушно лег на кровать спиной вверх. Я прикусил подушку и притворился расслабленным, давая знак "ОКЕЙ".

Жгучая боль моментально пронзила мою спину. Мои пальцы тут же впились в простыни, и я сильно вспотел. Я отругал его: - Черт! Ты не можешь быть со мной помягче?

В ответ Райн ничего не сказал. Он просто снял одежду, которая приклеилась к ране, и с помощью воды очистил ее, прежде чем продолжить использовать бинты, которые были пропитаны жидким лекарством. Мне было так больно, что я лежал практически парализованный. Райн обвил рукой мою грудь, чтобы ловкими движениями завязать повязку, однако он не убрал руку после того, как закончил, а вместо этого продолжал держать меня в своих объятиях.

Боль наполнила мой разум, и я был слишком отвлечен, чтобы понять, что делает Райн. Я только почувствовал его подбородок на своем плече, прежде чем услышал, как он тяжко вздохнул. – Дешаров… За то, что произошло днем… в каюте… прости меня…

Извинения Райна были необычайно искренними. С того самого дня, как я впервые встретил его, я никогда не видел его таким серьезным. Еще в школе он пользовался большой популярностью у учеников благодаря своей игривой натуре. Однако Райн сейчас был не тем учителем, которому я доверял. Кроме того, я вспомнил, что однажды он воспользовался моим положением и попытался изнасиловать меня. Я тут же почувствовал себя немного неловко и сел, высвободившись из его объятий.

- Нет, нет, нет, Райн.

Я повернулся и взял его за плечо, заставляя себя выдавить несколько слов сквозь стиснутые зубы. - Ты не должен извиняться передо мной, ты ведь был моим наставником в течение трех лет, верно? Ты всегда помогал мне, так что я отплатил тебе тем же. Но послушай, что случилось в каюте… притворись, будто ты этого никогда не видел, ладно?

Райн посмотрел на меня, выражение его лица застыло, как будто он хотел что-то сказать, но колебался. То, что произошло в нижней каюте, сильно его разозлило. Без сомнения, причина, по которой он хотел извиниться, заключалась в том, что я пошел на компромисс с Агаресом. На самом деле, поскольку я хотел защитить жизнь Райна, я убедил Агареса. Однако я не хотел, чтобы Райн что-то неправильно понял, он, вероятно, думал, что из-за того, что я забочусь об Агаресе, я превратился в разменную монету.

Черт, это было чертовски унизительное недоразумение.

Чтобы разорвать эту двусмысленную атмосферу, я тут же присел на корточки и разложил лекарство в аптечке. Быстрыми движениями я обработал раны на его плече и груди, оставленные хвостом Агареса. Притворившись невозмутимым, я спросил: - Райн, я хочу знать, куда направляется этот корабль? Поскольку меня уже втянули в ваш план, я имею право знать. Пожалуйста, скажи мне.

Райн набрал полный рот воздуха и некоторое время молчал, прежде чем, наконец, ответить: - В место под названием Лемегетон.

Мои руки задрожали, - Что?

- Легенды говорят, что это место, где обитают мерфолки. Ты слышал об этом раньше, Дешаров?

Я нахмурил брови и недоверчиво уставился на него: - Зачем вы туда направляетесь?

Мои мысли вернулись к тому дню, когда я нашел винтовку с выгравированным заводским символом армии США, и мое сердце пропустило удар. - Райн… только не говори мне, что исследовательский проект мерфолков был военной операцией. Почему ВМС США выдали себя за пиратов и напали на наш корабль?

Весь цвет лица Райна изменился. - Как ты узнал?

Я усмехнулся и горько рассмеялся: - Я студент, который получил отличные оценки по курсу военной теории. Как я мог не узнать этот символ? Просто скажи мне, что происходит, и даже не думай оставлять меня в неведенье.

Райн был поражен резкостью моего тона. Он уставился на меня, изучая, как будто я превратился в совершенно незнакомого человека. После долгой паузы он покачал головой, его лицо напоминало ледяную скульптуру, спустя какое-то время он произнес: - Только основной оперативный персонал знает об этом. Это приказ военных, Дешаров, но я уверяю тебя, что тебе не причинят никакого вреда, я…

Он схватил меня за запястье, его выражение лица выглядело так, будто он вспоминал некую сцену, которую не мог вынести, поэтому его дыхание было несколько грубым и тяжелым. - Я не позволю этому зверю снова причинить тебе боль…

- Заткнись! - Я был зол, как животное, которому наступили на хвост. Я сжал кулак и яростно посмотрел на него: - Продолжай говорить это, если посмеешь!

Райн поджал губы, уставившись на меня, его глаза задержались на мне на несколько секунд, прежде чем он протянул руку, чтобы крепко ухватиться за мой халат. Он прижал меня к кровати рядом с собой и крепко поцеловал без всяких прелюдий. Я сидел, прислонившись к стене, вцепившись в разорванный халат, и смотрел на него, как загнанный зверь, тяжело дыша.

- Убирайся к черту!

Райн просто сидел там, как неподвижная гора, так что я не смог удержаться, и самостоятельно вытолкнул его наружу, прежде чем резко захлопнуть дверь в нецивилизованной манере. После этого я выключил свет и бросился обратно в кровать.

Я зарылся лицом в подушку, пытаясь заснуть. Мой разум и тело были истощены, наконец достигнув своего предела. Однако ход моих мыслей не мог остановиться. Мое настроение было сродни пузырькам, кружащимся в водовороте в пучине волн. Мои мысли все еще были заняты словами Агареса.

Может быть, с точки зрения этого зверя, это считалось как будто… я нарушил свое обещание.

Но… я даже ничего ему не обещал!

Я действительно волнуюсь по этому поводу! Да что со мной такое? Неужели мое сердце каким-то образом было искушено этим сексуальным демоном?!

Это было совершенно нелепо, просто смешно!

Хоть я и сказал это себе, на самом деле мне было ни капельки не смешно, так как, хотя это было абсолютно невозможно, но эта мысль почти свела меня с ума. Не выдержав, я схватился за голову и несколько раз ударил ею по подушке, как будто это был твердый камень, который мог сломать меня в любой момент. К сожалению, это не заставило меня сразу упасть в обморок и не избавило от странных мыслей в моей голове. Это могло только обеспечить мне место, где я мог бы спрятаться, чтобы скрыть свое горе, которому некуда было выплеснуться.

Раскат…

Как будто в соответствии с моим настроением, темное небо внезапно раскатилось громом, сопровождаемым вспышкой молнии, из чего я понял, что надвигается буря.

Черт возьми…

Я приподнял одеяло и нырнул с головой в теплое укрытие, закрыв глаза. Поскольку окружение вокруг меня было изолировано, мое сознание быстро стало нечетким. Я чувствовал себя растерянным, однако внезапно почувствовал знакомый гормональный запах, исходящий от моего тела. Этот запах исходил изнутри моего костного мозга и проникал в мою плоть, как будто это был нескончаемый поток. Он вонзился мне в ноздри, в грудь и в нижнюю часть живота…

Я весь вспотел и задыхался, мои руки беспокойно шарили по простыне подо мной. Наконец, я не смог устоять перед искушением мужского инстинкта и протянул руку к брюкам, нетерпеливо раздвигая ноги для дальнейших действий.

Из-за пребывания в темном пространстве я чувствовал некое уединение, которое, казалось, скрывало любой стыд, усиливая мое желание. Мои пальцы осторожно двигались по моему члену, я кусал подушку, чтобы не издавать никаких постыдных звуков. Я не мог не признать, что причиной для таких непристойных вещей с моей рукой было то, что я очень сильно хотел секса. Не так, как нормальный мужчина хотел бы доставить себе удовольствие, вместо этого я хотел использовать свои пальцы, чтобы удовлетворить себя сзади.

Я также не мог не признать, что все мои мысли были только о Агаресе, я тосковал по этому зверю.

Я крепко вцепился в подушку и ускорил движение руки, одновременно вонзая другую руку в мокрый от пота матрас, подавляя чувство стыда. Однако, как раз в тот момент, когда я достиг кульминации, за окном внезапно раздался оглушительный гром, заставив все мое тело содрогнуться, прежде чем я смог рефлекторно поднять голову.

В этот момент белый свет из-за окна позволил мне увидеть длинную черную фигуру.

Глава 37

Я в испуге свалился с кровати на пол, но тут же моментально поднялся на ноги. Однако внезапный раскат грома, ударивший в ночное небо, заставил меня отступить на пару шагов. Я прислонился к стене позади себя, в ужасе уставившись на темную тень.

Еще один удар грома прогремел прежде, чем я успел это осознать и в то же самое время я заметил, как тень внезапно зашевелилась. Не успел я опомниться, как стеклянное окно каюты разбилось, образовав большую дыру размером с кулак. Бледный перепончатый коготь просунулся в дыру и нащупал металлическую оконную задвижку, и с легким “ка” она была отломана.

Это был… Агарес!

Я инстинктивно бросился к двери. Я не стал включать свет и просто попытался как можно быстрее открыть запертые засовы на двери. О, как же я негодовал, что дверь была сделана с двумя засовами, одним вверх и одним вниз, в этот самый момент! В состоянии паники проклятая дверь вообще не открывалась. Я уже почувствовал холодный, влажный воздух, идущий сзади, и не смог сдержать дрожь, прежде чем резко обернуться.

Отблеск молнии размыл черный силуэт передо мной, который полностью окутал меня своей дымкой.

В пятнистом белом свете мне было трудно разглядеть выражение лица Агареса, кроме как очертаний его густых волос, когда он наклонился ближе к моему лицу. Звук дыхания Агареса был довольно смутным и неразличимым в оглушительной грозе, но я все еще слышал его тяжелый, быстрый ритм сердца и его влажное дыхание, неистовое, как морской ветер.

Я плотно прижался к двери, надеясь, что дверь волшебным образом сама откроется. Внезапная паника и сильное чувство стыда одновременно натянули мне нервы. Внизу я еще был в полной боевой готовности, так как не успел закончить, еще и одежда была в беспорядке. Так что я мог себе представить, как сейчас выгляжу в глазах зверя!

- Дешаров, почему ты… не подождал меня?

Среди громкого раската грома послышался тихий шепот, но неожиданно для себя я смог разобрать, что он сказал. Агарес явно был в гневе из-за того, что я не дождался его, до такой степени, что он даже смог догнать корабль. Возможно, он уже давно наблюдал за мной в темноте...

Из-за подобных мыслей я не смог сдержать растущего смущения и повернул голову в другую сторону. - У меня нет никаких причин ждать тебя, Агарес. Тебе не следовало возвращаться! Ты…

Я не успел договорить, как огромная сила подняла меня в воздух и прижала к стене. Затем мне насильно заткнули рот и целовали с такой силой, как пылкая надвигающаяся буря. Такая внезапная атака застала меня врасплох, сломав линию психологической защиты. Я был совершенно ошеломлен. Мои ноги, которые были сжаты вместе от страха, были с силой раздвинуты сильной рукой тритона. А рыбий хвост умудрился протиснуться между моих бедер и возбужденно терся об мои ноги.

Эти крошечные шершавые чешуйки, ни в малейшей степени не уступающие, проходили по кончику моих гениталий один за другим, заставляя сперму бесконтрольно вытекать из уретры, но она тут же была стерта перепончатым когтем Агареса, когда его рука спустилась вниз по позвоночнику к моему члену. Его губы медленно оторвались от моих. Затем его пальцы размазали по моей груди липкую жидкость, и слабый мускусный запах потревожил мой нос.

Я осознал, что это был мой собственный запах, и тут же мои уши стали обжигающе горячими. Крайнее смущение заставило меня сопротивляться еще сильнее, размахивая руками в попытке оттолкнуть Агареса, но это было бесполезно, так как он легко поймав мои руки, прижал их над моей головой одной рукой. Агарес опустил голову, его язык скользнул вниз по моей груди, лизнув липкую жидкость, прежде чем поднять глаза. В бездне зрачков ярко горело пламя.

- Ты… хочешь… меня… Дешаров… я видел…

Он тихо шептал эти слова снова и снова. В тусклом мерцающем свете я увидел, как его губы исказились в ухмылке, затем прозвучал мрачный смешок, полный хищной угрозы. Хвост тритона приподнял мое тело на пару дюймов, его перепончатые руки скользнули вниз, к моей талии, и внезапно опустили мои ноги на его плечи. Из-за чего мои ноги были насильно раздвинуты, и моя интимная часть была открыта язвительным, пылающим глазам зверя. В темноте, как только гром прекратился, раздался взрыв низкого, но злобного смеха.

В тот же миг мне показалось, что я лежу на раскаленном железе. Я даже мог представить выражение лица Агареса прямо сейчас, его сексуальное желание, должно быть, уже достигло своего пика. Кровеносные сосуды на моих щеках стали такими горячими, что вот-вот взорвутся.

Я выругался, - Ты бесстыжая скотина! Проклятый ублюдок, не смотри на меня так, отпусти!

И все же мой крик снова заглушил раскат грома, даже я сам себя не услышал. В следующую секунду действие Агареса превратило мою вспышку в дрожащий стон, когда он внезапно уткнулся головой между моих раздвинутых ног, и мой возбужденный половой орган оказался в мягком, податливом рту тритона.

И сразу же удовольствие, которого я никогда раньше не испытывал, словно иголки вонзились в самые глубокие уголки моего мозга. Я чувствовал себя так, будто я повис на большой высоте, тоскуя по моменту падения.

Мое тело, потеряв всю свою силу, ослабело, я медленно заскользил вниз по стене. Я едва удержался, чтобы не издать нескромных звуков, прикрыв рот рукой. Мои бедра дрожали в руках Агареса, но внезапно он поднял все мое тело. Одним движением опустив меня на мягкий матрас. Губы Агареса разом оторвались, и удовольствие от того, что я почти достиг вершины, прекратилось.

Но мое сознание все еще парило в воздухе, так и не спустившись вниз. Я лежал, почти прижав бедра к животу, тяжело дыша. Я сглотнул слюну, и подсознательно разжал дрожащие пальцы, чтобы ухватиться за угол кровати, как будто это была моя последняя спасительная соломинка.

- Ах…

Я тут же прикрыл рот рукой, чуть не задохнувшись от стыда. Внезапная потеря этого мягкого, успокаивающего ощущения практически заставила меня застонать вслух. В растерянности я посмотрел вниз. С помощью мерцающего белого света снаружи я смог разглядеть Агареса, цепляющегося за мои бедра. Его язык высунулся из алых губ и легонько лизнул кончик моего члена, словно пробуя его на вкус, глаза Агареса смотрели прямо на меня, обнажая сексуальную и двусмысленную улыбку.

Эта сцена была настолько невероятно откровенной, чем в любом порнографическом фильме, который я когда-либо видел. На это было почти невыносимо смотреть.

В груди стучало, сердце бешено колотилось. Мне хотелось сжаться в комок, но мое тело неожиданно стало похожим на губку, способную впитывать только воду, и я слабо смотрел, как Агарес снова опускает голову. На этот раз он лизнул от яичек до кончика члена, пока его глаза все еще были направлены на меня, как будто намеренно демонстрируя, насколько чувствительным было мое тело из-за него.

Я натянул одеяло на свою кипящую голову, которая вот-вот взорвется от стыда, думая, что это поможет мне избежать предстоящего события. Я понимал, что должен испытывать сейчас только мучения, но в то же время не мог не наслаждаться этим сильным ощущением. В ту же секунду язык Агареса снова коснулся моих яичек, он вызвал огромное удовольствие, которое заставило меня инстинктивно выгнуться дугой.  У меня возникло такое сильное желание, снова оказаться во влажном и мягком рту Агареса.

Агарес сразу же, казалось, почувствовал мое необъяснимое желание и своевременно накрыл губами мой красный набухший орган. Я ничего не мог с собой поделать, тут же из моего горла вырвался стон. Даже среди раскатов грома мой голос все равно был отчетливо слышен.

Я попытался еще сильнее закутаться в одеяло в надежде, что Агарес не услышит, но в следующую секунду он сжал губы, давая мне понять, что мне не спрятаться. Я почувствовал, как его сильные руки, держащие меня за бедра, сильно дрожат от возбуждения.

Мой мозг громко гудел. В середине утопая в этом приподнятом удовольствии, я пытался найти выход в этом чередовании темноты и мигающего света. Я сглотнул слюну и пошевелил бедром, чтобы быстрее получить долгожданное удовлетворение. Агарес, казалось, намеренно затягивал пытку моего тела и духа, и он снова начал медленно сосать и лизать, заставляя меня задыхаться, и слезы сочились сквозь покрывавшую мое лицо простыню.

Наверно, сейчас я выгляжу как наркоман без дозы, оральный секс был таким захватывающим, как принятие наркотиков, я не смог сдержать слезы от удовольствия. В конце концов я не выдержал и задохнулся от волнения. В тот момент, когда я вскрикнул, мои ноги судорожно сжались вокруг головы Агареса.

Кульминация была похожа на легкое и невесомое чувство падения с большой высоты. После эякуляции меня одолела сильная усталость, затем мое тело перевернул Агарес.

Я тихо лежал с закрытыми глазами. Затянувшаяся кульминация еще не прошла, я чувствовал себя так, словно плыву в спокойных волнах. В оцепенении я почувствовал, как бинты, обернутые вокруг раны на спине, снимаются. Следующее, что я ощутил, это был язык Агареса, мягко скользящий по моей ране снова и снова, создавая зудящее чувство, которое просачивалось в мои мышцы.

Он лечил мои раны вместо меня. Благодаря этому приятному ощущению я практически задремал, но мягкое скользящее прикосновение, постепенно двигавшееся вниз по позвоночнику, не давало мне уснуть. Я уронил голову на подушку, чтобы наконец-то заснуть, однако Агарес крепко держал меня, заставляя плотно прижиматься ягодицами к толстому и скользкому рыбьему хвосту, в тоже время его член медленно терся о мой копчик, снова проявляя беспокойство.

Я проснулся от толчка и подсознательно потянулся, чтобы оттолкнуть руку, крепко державшую меня за талию, но мои руки были легко схвачены и оттянуты в сторону перепончатыми когтями.

Я совершенно растерялся и тут же отвернулся, но Агарес схватил меня за щеки, впиваясь в мои губы. Его язык был похож на змеиный, бесцеремонно пробираясь сквозь мои зубы, а острые когти рвали мое нижнее белье. Затем рыбий хвост протиснулся между моих бедер. Толстое, влажное смертоносное оружие было похоже на большой стержень, шлепающий по моей ягодице и немного подпрыгивающий, не спеша войти.

Агарес использовал свое семя, как смазку, чтобы я спокойно смог принять его удивительно одаренный размер. Я закрыл глаза и зарылся головой в подушку. От моего тело исходил лихорадочный жар, особенно от щёк. Я даже подумал, что подушка вот-вот загорится, она была настолько пропитана моим потом, что источала сильный гормональный запах. Мой нос был настолько переполнен им, что вскоре я почувствовал головокружение будто был пьян.

Я знал, что ничто не помешает этому зверю овладеть мной. Я также не мог отрицать, что не так давно испытывал тайного вожделения к Агаресу. И все же то, что происходило со мной сейчас, заставляло меня чувствовать такой стыд, что мне хотелось сойти с ума. В эту бурную ночь, которая могла скрыть все, у меня был тайный половой акт с диким зверем, и я не мог не наслаждаться удовольствием и трепетом от этого.

Это неправильно… Дешаров…

Я резко вгрызся в вату подушки, желая проглотить свои грязные мысли, но тут услышал, как Агарес прошептал мне на ухо, его голос был хриплым и низким: - Я всегда… буду с тобой…

Это было просто самое страшное заклинание в мире!

- Прочь. Ты ублюдок, ты грязный зверь… - Я слабо выругался, но голова была слишком тяжелой, чтобы поднять ее, и даже глаза мне было не под силу открыть. Я только почувствовал, как Агарес укусил меня за шею и издал низкое рычание. Рыбий хвост подо мной свернулся, обернувшись вокруг моей талии, вынуждая выпрямиться, огромный влажный член начал продвигаться в мой задний проход дюйм за дюймом.

- Ахн... ах… - Я сглотнул слюну и тяжело задышал, пытаясь облегчить дискомфорт от вторжения постороннего предмета. Я изо всех сил старался двигать талией и бедрами, как рыба, уклоняясь от покушения Агареса на мое тело, но это только заставило его приподнять мое бедро хвостом, позволив своему половому органу погрузиться глубже в узкую дорочку, как клин. Однако этого было недостаточно.

Он наклонился ближе к моему уху, из его горла послышался звук глотания. Его нос слегка дернулся у моей шеи, когда он глубоко вдохнул мой запах. Везде, где он проходил, я чувствовал, как тонкие и маленькие кончики игл вонзаются глубоко внутрь меня, и эта стимуляция мгновенно заставила меня закричать.

В этот момент я услышал громкий стук среди грозы: - Дешаров? Ты еще не спишь, Дешаров? Я... я хочу тебе кое-что сказать.

Это был голос Райна!

Я задрожал от потрясения, но Агарес без особой осторожности развернул меня и прижал сверху. Пока мои ноги поддерживали его плечи, он снова вошел в меня. Возбуждение от того, что меня пронзили, заставило меня выгнуть талию, и я издал рыдающий стон, но был полностью подавлен внезапным звуком грома.

- Дешаров? Пожалуйста, дай мне еще один шанс, я просто хочу поговорить с тобой. - Райн настойчиво стучал снаружи, очевидно, он не уйдет, пока не получит от меня ответа.

Страх быть пойманным поверг меня в панику. Если бы Райн резко открыл дверь без разрешения, он увидел бы меня лежащим голым под Агаресом. Я не хотел, чтобы кто-нибудь видел меня таким!

Мое напряженное тело было как резиновая лента, натянутая до предела, однако светящиеся зрачки сузились в темноте. Он смотрел на меня обделенными глазами и держал когтями мои ноги. Он намеренно замедлил свои ускоряющиеся толчки и просто попытался глубже войти в меня своим крепким стволом.

Удовольствие было похоже на жидкий яд, разъедающий всю мою нижнюю часть. Я был так возбужден, что почти потерял сознание. Однако, мои гормоны, страх и паника усилили удовольствие, и сразу же мое усталое " я " снова стало твердым.

Я выдавил несколько слов сквозь стиснутые зубы, пытаясь справиться с постыдным чувством. - Я... уже сплю... Давай поговорим завтра.

Я не знал, слышал ли Райн мои подавленные рыдания. По правде говоря, мое лицо было действительно покрыто слезами из-за мучений Агареса.

Ответа Райна из-за двери я не услышал. Может быть, гром заглушил его голос, и Агарес не дал мне возможности расслабиться. Он опустил голову, его густые волосы, словно тени, закрывали мне поле зрения. Нижняя половина вытянулась, рыбий хвост выгнулся назад и тут же вонзился обратно в мое тело.

В это время шторм за окном стал более сильным, и, поскольку корпус корабля сильно трясло, он поощрял яростную атаку Агареса.

Мои руки невольно царапали широкую спину Агареса, в то время как мое тело поднималось вверх и вниз, как плавник, плавающий в открытом море, и с его влажными губами, поглощающими мои собственные, все мои отрывочные низкие крики были полностью поглощены. Влажный язык Агареса терся о каждый мой зуб, а его член трахал каждый дюйм моей внутренней стенки.

Сверху доносилось тяжелое возбужденное дыхание, и всепоглощающе ароматный пот постоянно капал мне на лицо, как вкусное вино, проникающее в поры. Мои мышцы и кости стали мягкими и вялами, как будто не осталось никакой физической сущности, заставляя меня подсознательно цепляться за яростно движущийся рыбий хвост, потому что он, казалось, был единственной физической вещью, к которой я мог прикоснуться, и таким образом я не превращусь в морскую воду, не буду втянут в бурлящий водоворот эмоций и не упаду в бездну.

Вскоре я кончил еще раз, и интенсивный половой акт оставил мой разум в хаосе. В конце концов, я не помнил, как долго длилась буря и как долго меня снова и снова трахал Агарес. Все, что я помнил, это то, что как раз перед тем, как я потерял сознание из-за истощения, молния и гром за окном наконец прекратились, и все стало тихо.

...............................................................

Глава 38

В ту минуту, когда я проснулся, я чувствовал себя немного рассеянно. Передо мной был первый луч утреннего солнца, и легкий морской бриз нежно касался моих щек. Со времен моей поездки в Исландию прошло много времени, такая хорошая погода была в первый день моего путешествия.

В дремоте я протянул руку, желая прикоснуться к теплу солнечного света, но внезапно увидел слой полупрозрачной пленки между пальцами. В видимом свете он казался тусклым, серебристым, а мои ногти были неестественно длинными и острыми, как перепончатые когти русалки.

От испуга моя сонливость мгновенно улетучилась. Я вскрикнул и тут же сел в постели, чтобы еще раз осмотреть свои руки.

Однако там ничего не было.

Казалось, что это всего лишь мимолетная иллюзия, хотя она была такой реальной.

Агарес… что именно он со мной сделал? Только не говорите мне, что он околдовал меня!

Воспоминание о вчерашней невыносимой ночи вдруг всплыло в моей голове. Я нервно вскочил из-под одеяла, оглядел комнату, как испуганный олень, и, убедившись, что Агареса здесь нет, с глубоким вздохом облегчения рухнул на кровать. Стыд, казалось, был частью воздуха, который был так же вездесущ, как и сильный запах, который он оставил позади. Укрывшись одеялом, я сжал кулаки и уткнулся головой в колени.

Слишком стыдно… слишком неловко…

Мы с этим диким зверем занимались любовью, более того, все было взаимно, и я наслаждался этим. Дешаров, неужели ты так быстро поддался этому грубому похотливому искушению?

Черт возьми… Я вцепился пальцами в одеяло. Этот зверь ушел, как только закончил, за кого он меня принимает? Если он осмелится остаться в следующий раз, я отстрелю его надоедливую физиономию!

Я злобно выругался, но мой мозг был безудержен, как фильм, который прокручивают снова и снова, непрерывно показывая сцены наших тел. Мои щеки моментально покраснели, я тут же спрятался под одеяло. Однако поднявшаяся температура сразу же заставила меня почувствовать еще более неприятный запах, исходящий от хлопка.

Запах был смесью моей и Агареса эссенции. Он был настолько насыщенным и сильным, что только от одного запаха я вспоминал, какой напряженной была прошлая ночь.

Черт! Черт! Ах, черт побери!

Я тут же вскочил с постели и, охваченный яростью, вызванной унижением, схватил одеяло и без раздумий выбросил его в окно.

Однако в тот момент, когда одеяло упало в море, я сразу же заметил длинную черную тень, плывущую под водой, и из-за этой внезапной активности она всплыла на поверхность.

Это был  Агарес. Я увидел, как сначала появилось лицо, которое нуждалось в избиении, а затем его хорошо подтянутая фигура. Он поднял голову, лениво покачивая своим необыкновенным рыбьим хвостом, и, прищурившись, с довольной улыбкой смотрел на меня и время от времени поднимал выпуклую часть своего живота из моря, как будто намеренно намекал мне, что овладел мной прошлой ночью.

Мои пять пальцев крепко вцепились в стекло, и я уставился на него, стиснув зубы, показывая ему средний палец другой рукой.

Но ответом мне была зловещая, но озорная ухмылка Агареса. Он даже вытянул кончик своего алого языка и двусмысленно облизнул губы, глядя на мое тело с голодом, заставляя меня осознать, что я забыл надеть какую-то одежду!

С нарастающей яростью я схватил стул, поставленный у стола, и не раздумывая швырнул его вниз, мой собственный голос прозвучал с дрожащим рычанием: - Убирайся, убирайся, злобное создание, извращенное животное!

Прежде чем мой голос успел затихнуть, огромная струя воды брызнула мне в лицо. Пока я вытерал воду, холодная перепончатая рука внезапно схватила меня за горло, и странная сила быстро потянула меня к окну. Лицо Агареса оказалось почти в пределах досягаемости, напугав меня и заставив закричать от ужаса. Но в следующую секунду мои губы атаковали, а рот наполнился вкусом морской воды, соленой и горькой.

Клянусь, я сожалею, что спровоцировал это необузданное животное! Я в панике прижался к окну, опасаясь, что в следующий миг он окончательно утащит меня в море.

Его перепончатая рука скользнула вниз по моей голой спине, его губы коснулись моей шеи, а его скользкий язык лизнул мое Адамово яблоко круговыми движениями, как будто это была вкусная, пухлая виноградина. Я отчаянно пытался отодвинуться от окна, но Агарес был сильнее. Он даже пригрозил мне, потянув меня еще на пару дюймов, как будто говоря, что, если я не стану послушным, он утащит меня в море.

Все что я мне оставалось сделать, это стиснуть зубы и закрыть глаза, надеясь, что кто-нибудь внезапно постучит в дверь и даст мне шанс вырваться из рук этого дикого зверя, который был энергичен с самого утра.

Мое дыхание стало торопливым и напряженным, создавая удушливое ощущение, как будто я задыхался от действий Агареса. Мое сердце билось быстро и неуверенно, в то время как вся кровь в моем теле перекачивалась в мозг. Даже вся моя шея стала такой чувствительной, что по коже побежали мурашки.

- Довольно, животное. Пощади меня…

Я сглотнул, прежде чем умолять его о пощаде, но мой голос звучал так хрипло и слабо, что я потерял лицо.

Но, вопреки моему желанию, Агарес лишь тихо хихикнул и лизнул меня в мочку уха. Затем он открыл рот, обсасывая все мое ухо, как конфету, издавая множество непристойных влажных звуков. От этого звука мое тело слегка задрожало, как будто меня ударило током.

Я почувствовал неконтролируемую физиологическую реакцию. Мочка моего уха словно таяла, когда Агарес обхватывал ее языком. Со лба у меня капал пот, щеки не переставая горели.

Я никогда не думал, что мои уши чувствительны настолько, что я не смогу контролировать себя. На грани обморока, я почувствовал, как Агарес тащит меня в море, поэтому у меня не было выбора, кроме как использовать все свои последние силы, чтобы поднять свое тело обратно. Мои руки, покрытые водой от тела Агареса, заставили меня соскользнуть назад. С потерей гравитации я упал на стол, где тело Агареса прижалось прямо ко мне, а затем мои ноги были раздвинуты.

- Черт бы тебя побрал! Отпусти меня… отпусти меня! - крикнул я в отчаянии, пытаясь оттолкнуть Агареса, который понемногу вползал в мою комнату из окна. Толстый и длинный рыбий хвост беспокойно терся о мои ноги, давая понять, насколько энергичен этот зверь. Я уже чувствовал, как у меня начинают дрожать ноги. Черт побери, если я снова кончу, то не смогу больше встать!

Как раз в этот момент я услышал, как что-то стукнуло в дверь, и в то же время раздался громкий звук выстрела, а затем я увидел, как пламя быстро пролетело мимо хвоста Агареса!

- Быстрее! Чудовище появилось снова. Он пытается попасть в комнату Дешарова. Скорее! Используйте обезболивающую пулю, не дайте ему уйти!

Раздался резкий женский голос. Это был голос Сакарол.

- Дешаров!!! - Райн колотил в дверь, отчаянно выкрикивая мое имя.

Все тело Агареса напряглось за долю секунды, лицо затянули мрачные тучи, а глаза, полные негодования, быстро взглянули на меня, прежде чем повернуться, чтобы посмотреть на пули, летящие мимо его хвоста. Он издал низкий, безжалостный рык, и его тело отлетело от окна и погрузилось в море, как лезвие. Среди больших брызг воды его след исчез в мгновение ока.

Сзади раздался громкий “бум”, и дверь с грохотом распахнулась. Я в панике сел и, прежде чем успел схватить разбросанную вокруг одежду, был полностью замечен ворвавшимся Райном.

- Эй, эй, парень. Прежде чем войти, сначала постучи в дверь, хорошо?

Безжалостно выкрикнул я. Пристыженный и не в силах показать свое лицо, я присел на корточки, чтобы поднять штаны и поспешно надеть их. Я не смел ни встать, ни поднять голову. Бог знает, как мне хотелось нырнуть в море, чтобы спрятаться!

Однако, даже не дожидаясь, пока я застегну штаны, Райн потянул меня за руку. Глаза Райна были налиты кровью, - Дешаров, ты в порядке? Неужели этот зверь…

Пока он говорил, его глаза скользнули вниз по моей шее. Мне даже не нужно было смотреть, чтобы понять, какую сцену показывает мое тело. Должно быть, я был полон непристойных следов, оставленных Агаресом. Мои щеки распухли от горячей крови, а зубы были стиснуты почти до того, что готовы были разлететься вдребезги. - Ты уже достаточно насмотрелся?!

Тайна, о которой было невыносимо говорить, теперь была раскрыта, и стыд и негодование заставили меня вырваться из крепких объятий Райна. Я схватил остальную одежду и накинул ее на себя, прежде чем вылететь за дверь и броситься прямо на нос корабля. В порыве гнева я в спешке взобрался на высокую наблюдательную башню. Наконец, измученный, я сел и прислонился к перилам, глядя на бескрайнее море с беспокойным сердцем.

......................................

Глава 39 - Страшный остров русалок

Я полностью опустошил голову, ни о чем не думая. Морской бриз нежно ласкал мое лицо. Поверхность моря выглядела такой голубой и спокойной, отражая большие облака в огромном небе.

В Москве я мечтал посвятить всю свою жизнь тайнам океана, надеясь исследовать мир морского народа, который сильно отличался от окружающей среды людей. Я так увлекся исследованием, что даже был готов пожертвовать ради него жизнью. Однако я совершенно не ожидал, что попаду в руки тритона, разрушив всю свою оставшуюся жизнь.

Очевидно, что я был студентом с блестящим будущим!

Я обхватил голову руками, зарываясь пальцами в волосы. Согласно первоначальному плану, я должен был просто собрать изображения и данные мерфолков, а затем вернуться в Москву, чтобы продолжить свои исследования. После этого я мог бы просто сосредоточиться на завершении своей дипломной работы и продвинуться в качестве аспиранта, продолжая вести спокойную жизнь.

Но теперь все рухнуло! Я плыл по течению и зашел слишком далеко. С самого первого дня появления этого проклятого тритона моя жизнь пошла наперекосяк. Или, возможно, с того момента, как я впервые ступил на борт научно-исследовательского корабля, моя судьба полностью вышла из-под моего контроля.

Навстречу крушению всего вокруг меня, подобно богомолу, пытающемуся остановить колесницу, я был бессилен.

Проклятье! Бог знает, как мне хотелось вернуться!

Мой взгляд блуждал по кораблю, а затем внезапно в моем сознании мелькнула полоска света. Может быть, я не совсем беспомощен. Я мог бы воспользоваться спасательной шлюпкой и незаметно сбежать, когда наступит ночь...

Но где же мы?

Я поднял голову и посмотрел вдаль. Слабый, но различимый силуэт скрылся в тумане облаков, привлекая мое внимание и одновременно пугая. Я моментально встал и схватил телескоп на смотровой площадке, глядя через его объектив.

Ближе к линии горизонта небо казалось цвета ночи, как будто это был другой параллельный мир. За облаками и туманом, виднелся четкий силуэт острова, который испускал тонкий слой сине-зеленого тумана вокруг себя. Казалось, что остров окутан туманом, что делает его похожим на мираж, очень нереальный и иллюзорный.

Мое настроение, как разбивающиеся волны, наполнилось волнением, потому что я точно знал, что это не иллюзия. Это было именно то, про что когда-то рассказывал доктор Виногрейдер, это был плавучий остров, населенный русалками, Лемегетон!

О боже! О боже! Мы действительно… прибыли!

Мысль о побеге тут же испарилась, как дым в воздухе, и сменилась возбуждением от желания исследовать таинственный остров. Однако в то же время я вспомнил, что говорил мне Агарес, когда мы были заключены в нижнем отсеке, а также во время нашей встречи с этим соблазнительным рыжеволосым тритоном в море. Мое сердце, которое было в приподнятом настроении, теперь ухнуло вниз.

Я не знал, с какими опасностями столкнусь, когда ступлю на остров Мерфолков, но надеялся, что не привлеку внимания других мерфолков, кроме Агареса. Похоже, мне придется научиться у Райна некоторым приемам самообороны. И он, и я не могли продолжать эти сложные отношения, потому что, как только мы причалим к острову, он будет единственным человеком, на которого я могу рассчитывать, как на товарища по команде. Что же касается остальных, то им нельзя доверять.

Я посмотрел на свои ладони, там была только тонкая полоска мягкой мозоли, эти руки могли только держать ручку. Это совсем не походило на руки, приспособленные для боя, но я все еще был полностью уверен в себе.

Но как исправить мои отношения с Райном? После всего, что произошло, нам стало труднее поддерживать нормальный разговор, к тому же он видел, как много вещей Агарес творил со мной…

Черт побери! Я сжал руки в кулаки и пару раз стукнул ими по перилам в негодовании. После этого я снова сел и вытянул ноги так, чтобы они доставали до края смотровой башни, затем прислонился спиной к перилам, глядя на остров Мерфолк. Я просто пытался успокоиться, но неожиданно задремал.

Когда я проснулся, была уже ночь. В телескопе больше не было необходимости, потому что теперь плавучий остров можно было легко разглядеть в призрачном свете, который излучал ночной туман. По сравнению с днем он выглядел более таинственным и зловещим. В это время температура морского бриза тоже упала, отчего у меня волосы встали дыбом.

Я поднял голову, чтобы посмотреть на небо, и заметил, что облака над головой были довольно низкими. Я испугался, что будет еще одна буря, поэтому сразу же встал и спустился по лестнице смотровой башни.

В течение следующих двух - трех дней все были на нервах из-за прибытия на остров Мерфолк. Райн, казалось, хотел помириться со мной и ничего не говорил об этом инциденте. Моя жизнь снова вернулась в свое мирное время, хотя я прекрасно понимал, что это ненадолго.

Наш корабль получил довольно серьезные повреждения при столкновении с  похожим на угря монстром. Днем матросам приходилось спешно чинить корабль, что позволяло мне немного передохнуть. Я также научился у Райна некоторым приемам самообороны и получил острый военный кинжал вместе с маленьким пистолетом, конечно, спрятав его от Сакарол. Очевидно, что это было связано с эгоистическими мотивами Райна, он, вероятно, надеялся, что я использую это против Агареса, если он вдруг появится.

Только вот не знаю почему, но Агарес, больше не появлялся с того самого дня.

После того как была написана последняя фраза в моем дневнике, мое сердце вдруг подпрыгнуло как сумасшедшее, как будто это имя стало нерушимым табу. Я тут же представил пару спокойных, ярких глаз, сопровождаемых его низким голосом, который шепчет мне в ухо. Я даже почувствовал его влажное дыхание, обвившее мою шею, словно пытаясь проникнуть за воротник.

Мои пальцы задрожали, и кончик пера прочертил длинный штрих, испачкав большую часть бумаги.

Простым взмахом руки я отбросил ручку в сторону. Потом обхватил голову руками и пару раз стукнул ею о стол.

Не думай об этом звере. Не думай о нем, Дешаров!

Я бросился в кровать и закутался в одеяло так, что даже не было видно головы. Тем не менее, я все еще чувствовал, как пара влажных когтей скользит по моей спине, как мягкие, холодные губы целуют мою грудь.

Я закрыл глаза и почувствовал, как температура моего тела постепенно повышается. Мне было очень стыдно признаться в этом, но с исчезновением Агареса, мой разум и мое тело жаждали его, как наркотик. Возможно, я страдаю Стокгольмским синдромом! Это заставило меня еще сильнее надеяться, что он больше не появится, иначе я боялся, что сам раздвину перед ним ноги. Позволив ему взять меня, вторгаясь в меня яростно, но нежно.

Будь проклят этот зверь! Он полностью уничтожил меня! Я больше не могу думать о женщинах!

Я цепко вцепился в одеяло и свернулся калачиком.

Однажды ночью, неделю спустя, наш корабль наконец приблизился к таинственному плавучему острову русалок. Однако после того, как все мы выбежали на палубу, мы тут же столкнулись с щекотливой ситуацией.

Сквозь слабое свечение я увидел, что береговая линия, окружающая остров Мерфолк, была заполнена гротескными рифами, острыми, как ножи, или, возможно, похожими на зубы чудовища. Я мог только представить, что, если бы наш корабль отправился туда, он превратился бы в груду битой меди и обломков железа.

Согласно здравому смыслу, мы должны были дождаться рассвета, прежде чем отправляться на остров, но, к сожалению, окружающая среда этого острова не давала солнцу никакой возможности просочиться сквозь нее. В течение последних нескольких дней на пути к острову окрестности были плотно покрыты темными, мрачными облаками. Это было похоже на гигантское чудовище, спящее в ночи. Когда мы все находились в полном недоумении, матрос, который держал бинокль, вдруг закричал: - Там есть проход!

Я повернул голову куда он указывал. И действительно, я заметил вдалеке едва различимый, похожий на канал вход, или, возможно, это было более уместно назвать скальной пещерой, открытой на поверхности воды. Но дело в том, что мы не знали, насколько глубока пещера. Хотя поблизости не было никаких скалистых рифов, но это не значит, что их нет под водой.

Мы медленно направились к входу в канал. Нам повезло, что корабль по пути не столкнулся ни с одним из шхерных рифов. Несмотря на то, что вход в канал был достаточно большим, чтобы вместить громоздкую массу корабля, на верхней части скальной стены все еще было много странных, зазубренных камней, похожих на собачьи зубы. Если мы направим корабль дальше, это не только повредит наблюдательную башню, но и приведет к тому, что корабль не сможет развернуться. Мы сможем войти, но не сможем выйти.

В полном отчаянии нам пришлось спустить спасательные шлюпки на воду. Я не знал, зачем все это, но под командованием Сакарол фальшивые пираты, которые были заперты в нижней каюте, также были выведены и помещены в спасательные шлюпки, которые делили Райн и я.

Моторы были установлены на минимально возможную скорость, когда мы постепенно вошли внутрь канала. Газовая лампа освещала темную поверхность воды, где отражалось множество слоев прозрачных и кристально искрящихся голубых волн, ясно обнажая едва уловимый страх на лицах каждого.

Чем глубже мы продвигались, тем больше я понимал, что структура этого канала была похожа на внутренний скелет огромной рыбы. Безжизненная атмосфера создавала впечатление, что она скрывает присутствие злых духов. Однако я знал, что там было только бесчисленное множество русалок, которые были намного страшнее, чем любые так называемые призрачные духи. Возможно, они просто прячутся в темных пещерах у скал, и тихо следят за нами.

Леденящее чувство ужаса поползло по моей спине. Я сжал пистолет на поясе, принимая мерцающие в темноте микроорганизмы за глаза русалки.

Я надеялся, что мерфолки не обнаружили незваных гостей, мне очень хотелось пересечь этот канал и подняться на берег без сучка и задоринки, потому что, по крайней мере, на суше мы были в относительной безопасности.

- Мисс Сакарол, неужели здесь действительно спрятаны сокровища мерфолков, о которых говорил ваш отец?

- Да, да. Судя по всему… Это как остров мертвеца. Неужели здесь действительно есть другие мерфолки? До сих пор мы встречали только чернохвостого.

- Мы не туда попали, мисс Сакорол?

После того как один из матросов задал первый вопрос, в разговор вступили еще несколько человек, оживленно обсуждая эту тему.

- Вам, ребята, не стоит об этом беспокоиться. Деньги, которые вы заработаете за это путешествие, не закончатся даже за всю вашу жизнь. - Решительный, но холодный женский голос положил конец этому разговору. Я в замешательстве уставился на Сакарол. На сердце у меня было неспокойно, разве это не правительственный проект мерфолков? С каких это пор это имеет какое-то отношение к сокровищам?

Отраженное в воде лицо Сакарол было необычайно спокойным, и, словно почувствовав мой взгляд, она обратила на меня внимание. Ее глаза были полны предупреждений и расчетов, как будто она говорила мне, что моя жизнь находится в ее руках, поэтому я должен молчать.

Униженный, я стиснул зубы и повернул голову, чтобы посмотреть на Райна. Однако он просто сделал жест рукой, приказывая мне молчать.

Что они скрывают?

Принуждая меня отправиться с ними, но даже не говоря мне об истинной цели. Разве это не то же самое, что обращаться со мной как с жертвенным агнцем? Когда придет время, я даже не буду знать, как и почему я умер.

Эти матросы выглядели еще более жалкими, чем я. Они думали, что это просто группа охотников за сокровищами.

Серьезно…

Но у меня есть пистолет. По крайней мере, Райн был на моей стороне. Если бы не это, он не дал бы мне тайно оружие.

Как только я подумал об этом, мой взгляд наткнулся на рябь под водой за Райном, где она отличалась от волн, идущих от лодки. И тут же мимо что-то промелькнуло.

- Здесь русалка!

Матрос, сидевший рядом со мной, громко закричал, и я тут же закрыл ему рот. Я прошептал: - Дурак! Если ты будешь кричать слишком громко, ты привлечешь еще больше. Они чрезвычайно чувствительны к звукам!

Сказав это, я окинул взглядом водную гладь, в глубине души гадая, последовал ли за мной Агарес. Как только эта мысль появилась, мое сердце забилось, как барабан, и на этот раз прозвучало еще более встревоженно, чем в первый раз, когда я увидел этого зверя. Но, кроме паники, я чувствовал еще ожидание и волнение. Мне неожиданно захотелось, чтобы зловещее, улыбающееся лицо вынырнуло из воды именно в этот момент.

Две противоречивые эмоции боролись друг с другом в моей груди, заставляя меня напрячься. Я затаил дыхание и широко раскрытыми глазами оглядел место у лодки, где появилась странная рябь.

Однако после очередного всплеска, доносившегося из воды, впереди показалось незнакомое бледное лицо, за ним два, потом три, потом четыре, потом пять…

С обеих сторон темной пещеры появились лица бесчисленных русалок. Их перепончатые мокрые когти тянулись к нам, а слабо светящиеся глаза были полны тоски и жажды. Они были похожи на зомби, выползающих из врат ада.

Они постепенно собирались вместе, и тогда я мельком увидел рыжеволосого тритона, который однажды напал на меня!

Его торс был приподнят над водой, а пара завораживающих глаз неотрывно смотрела на меня, словно собираясь поглотить.

Райн схватил меня за руку и потянул на себя. Я схватился за пистолет, висевший у меня на поясе, и зорко наблюдал за обстановкой. Хотя, честно говоря, сражаться с дикими животными настоящими пулями было абсолютно против моих принципов. Однако это был также неизбежный шаг, так как моя жизни также была под угрозой.

Сакарол достала копье, которое носила за спиной, и продемонстрировала проницательные чувства женщины-офицера. Взмахнув рукой, она окликнула вооруженного человека на спасательной шлюпке с пиратами.

- Скорее, бросайте их!

Что? Я оцепенел, увидев, как все эти вооруженные люди без малейшего колебания сбрасывали этих потерявших сознание пиратов с лодки. Один за другим они взвалили пиратов на плечи и швырнули их в воду, как мешки с песком. В одно мгновение стая русалок поспешно нырнула вслед за фальшивыми пиратами, которых выбросили за борт.

Я не хотел сочувствовать врагам, которые пытались нас убить. Но, как только я подумал о том, что может с ними случиться, я содрогнулся с головы до ног. Когда я думал о том, какой бессердечной была Сакарол, кровь стыла в моих жилах. Только представьте себе, что со мной поступят точно также... Что сделает со мной Сакарол, когда я перестану иметь какую-либо ценность?

Я сглотнул слюну и ухватился за борт спасательной шлюпки. Русалки создавали рябь, соревнуясь за этих несчастных мужчин в воде, но позади нас все еще была другая волна хвостов, преследующих нас. Их вел не кто иной, как рыжеволосый тритон. В мгновение ока он оказался около нас.

Сакарол озвучила свои мысли: - Почему они до сих пор нас преследуют?

Я почувствовал, как Райн крепче сжал мою руку, но еще сильнее ощутил взгляд Сакарол на мне.

Я взглянул на Райна, который смотрел прямо на Сакарол с бледным лицом и умоляющим взглядом.

- Это он... - Как только Сакарол произнесла это, у меня онемел затылок.

- Райн, просто сделай это. Дешаров больше нам не нужен.

Мои нервы словно взорвались, и тело отреагировало быстрее, чем мозг. Я сразу же поднял пистолет, направив его на всех вокруг. Стиснув зубы, я выдавил: - Кто посмеет двинуться?!

Я свирепо посмотрел на Сакарол и прорычал: - Какого черта ты распоряжаешься жизнью людей? Как насчет того, чтобы самой прыгнуть за борт, мерзкая ты женщина!

Сакарол нахмурилась. Ее глаза вспыхнули, и она просто произнесла: - У каждой цели есть своя цена, которую нужно заплатить. Но тебе просто не повезло, что тебя выбрали в качестве приманки.

После того, как она взглянула на всех остальных, она продолжила: - Почему вы, ребята, не сделаете это? Только подумайте о сокровищах. Вы, ребята, хотите умереть здесь, даже не имея возможности увидеть хоть одну унцию этого?

Матросы на борту заколебались и испуганно переглянулись, прежде чем все разом повернулись и уставились на меня. Эти люди, бывшие когда-то моими спутниками демонстрировали на своих лицах выражения, смешанные с болью, страхом, жадностью и желанием, представляя собой уродливый вид.

Пистолет задрожал в моих руках, а ноги подкосились. - Эй, ребята, не слушайте ее. Эта женщина однажды сделает то же самое с вами!

Никто не ответил мне, единственное, что они удостоились сделать это обратить на меня свое оружие. Перед такой огневой мощью у меня не было ни шанса.

Я отпрянул назад, врезаясь в Райна, он тут же крепко схватил меня за руку. Сакарол громко крикнула: - Райн, почему ты медлишь? Ты смеешь идти против приказа? Имей в виду, эмоции запрещены. Это правило было установлено с самого первого дня! Ты все еще колеблешься?!

Я машинально повернул голову и увидел, что на лбу у Райна вздулась вена. Он посмотрел на меня с темным лицом, его руки задрожали.

- Дешаров, мне очень жаль. – Его слова не достигли меня. Я только почувствовал, как все мое тело потянуло назад. Я подсознательно замахал руками и изо всех сил ухватился за край лодки.

Сопротивление воды было настолько велико, что суставы моих пальцев, казалось, вот-вот сломаются. Я попытался собрать достаточно сил, чтобы в последний раз взглянуть на лица тех, кто обрел меня на смерть.

Однако я не успел взглянуть на них, потому что почувствовал, как мою ногу сильно дернули вниз, из-за чего я полностью погрузился в соленую воду. Я услышал сокрушительный крик Райна, его голос, полный раскаяния: -Дешаров, Дешаров!

Жаль, что даже перед лицом смерти я так и не смог возненавидеть его. Голос Райна исчез вместе со светом, когда я почувствовал, как пара перепончатых когтей тащит меня в темную, неясную пещеру.

Страх и отчаяние проникли глубоко в мое тело.

Агарес… Агарес…

В момент крайней паники и беспомощности я отчаянно выкрикнул его имя из глубины своего сердца.

Однако в следующее мгновение, будь то мое воображение или нет, я вдруг услышал глубокий голос, похожий на звук виолончели, доносящийся издалека.

Глава 40

Агарес!

Голос, который эхом отдавался издалека был неразборчивым в морской воде, но я все равно воспринял его как сигнал к действиям. Я тут же начал яростно сопротивляться, отбрасывая руки, которые пытались схватить меня за лодыжки, и не жалея сил, поплыл вверх.

Как только я вырвался на поверхность воды, я схватился за горло, яростно кашляя в течение минуты, прежде чем небрежно смахнуть мокрые волосы, прилипшие к моему лицу. Я заметил проблеск света над моей головой, который слабо показывал многочисленные жадные глаза, скрытые в тени воды.

Испугавшись, я прислонился к каменной стене позади меня, не смея даже вздохнуть. Но, казалось, что эти мерфолки тоже чего-то боялись, так как они не сразу окружили меня, а беспокойно издавали голодные и продолжительные глотательные звуки. Вскоре они один за другим отступили к темному входу пещеры, и, как преданные подданные, склонили головы, словно приветствуя прибывшего государя.

Низкий и хриплый голос Агареса постепенно приближался, и мое сердцебиение моментально участилось, стоило мне только осознать, что этот голос принадлежит Агаресу. Я ощупал каменную стену и попытался с карабкаться вверх. Русалки не обращали на меня внимания, так как все их внимание было поглощено голосом Агареса.

Однако, как только голос Агареса постепенно приблизился ко входу пещеры, я почувствовал, как меня кто-то схватил за ногу. Когда я посмотрел вниз, темно-красная тень пронеслась мимо меня, но прежде чем я успел вскрикнуть от страха, все мое тело было втянуто обратно в воду. Оказавшись под водой, сильная, гибкая рука крепко обхватила меня за талию, словно паучья нить, связав мое тело, а затем вытащила из воды.

Мои глаза скользнули к поясу и увидели мокрую, бледную перепончатую руку. Я знал, что парень, который поймал меня, был не кто иной, как демонический рыжеволосый тритон.

Я заметил, что часть русалочьего народа не направились к Агаресу, а вместо этого вращались вокруг рыжеволосого тритона, словно мириады звезд окружали Луну. Русалок было столько же, сколько и других, собравшихся поприветствовать Агареса у входа темной пещеры.

Внезапно я осознал, что, возможно, оказался в центре вражды между предводителями. Этот рыжеволосый тритон, вероятнее всего, совершенно не был заинтересован во мне, он, возможно, посчитал, что я «трофей» Агареса, и захотел заполучить меня, чтобы бросить вызов Агаресу за его положение и власть.

- Черт! Отпусти меня! – Я, не жалея сил попытался вырвать свои руки из когтистых лап рыжеволосого тритона. Однако руки тритона были похожи на стальные клешни, его острые ногти вонзались в мою одежду, царапая мою плоть.

Как же мерзко! Я стиснул зубы от бессилия, острая боль не оставила мне иного выбора, кроме как временно сдаться силе рыжеволосого тритона. Как только я перестал сопротивляться, его острые когти разорвали мою одежду, позволив ей спуститься вниз по животу к подолу брюк.

- Нет! - Я побледнел от ужаса и закричал. Я попытался остановить когти, которые тянулись к моим брюкам, но внезапно почувствовал острую боль в районе талии. Кровь стекала по моему животу, образуя алые нити. Я слышал, как кто-то бормотал проклятия, но не мог понять, что именно.

Я понял, что это предупредительный знак. Этого тритона совершенно не волновала моя жизнь. Без сомнения, держу пари, что, если терпение этого тритона иссякнет, он вскроет мне грудь прямо перед глазами Агареса. Как раз в этот момент я заметил ужасающую рану на хвосте тритона. Большая часть чешуи исчезла без следа, обнажив толстую белую плоть под ней.

Было очевидно, что он получил эту рану во время напряженной стычки с Агаресом и хотел отомстить за полученную рану. Он рассматривал меня как орудие победы над Агаресом.

Я дрожал от страха и унижения. Находясь под угрозой опасности, я мог только беспомощно смотреть, как рыжеволосый тритон разорвал мои штаны и бесцеремонно блуждает руками вокруг моего бедра. Эта невыносимая сцена скоро предстанет перед Агаресом. В этот момент я увидел большой поток воды, хлынувший из входа пещеры, и через секунду из тени появился длинный силуэт.

Я в ужасе уставился на него. Как будто мой стыд и страх превратились в морскую воду, перекрыв все мои дыхательные пути.

Я не мог себе представить, как отреагирует на это Агарес, потому что, насколько мне известно, в расах этих зверей положение лидера было гораздо важнее и выше по сравнению с их супругой или трофеем. Мерфолки не обладали той же концепцией любви, что и люди, потому что, в конце концов, они все еще звери. Когда существует угроза его положению, как Агарес может беспокоиться о моей безопасности? Предположим, что, если я умру, он просто отправится искать другую жену.

Я продолжал размышлять над этим вопросом, и когда тело Агареса вынырнуло из воды, я был сильно ошеломлен.

Верхняя часть его тела была усеяна колотыми ранами, как большими, так и маленькими. Похоже, что это были раны от когтей русалки. Возможно, именно по этой причине он не появлялся в последние несколько дней. Он убивал, стремясь сохранить свое положение или занять его.

Агарес стоял высоко в воде, возвышаясь над нами, но в нескольких метрах от нас ему преграждали путь преданные последователи рыжеволосого тритона. Сначала он пристально посмотрел мне в лицо, а потом остановился на том месте, где покоились руки рыжеволосого тритона. Он прищурился. В его глазах не было ни единого проблеска света, только черный цвет бездонной темной дыры. Выражение его лица изменилось, оно стало холодным и безжалостным, как будто превратилось в высокотоксичного скорпиона.

Я глубоко вздохнул, чувствуя холод от одного его взгляда. Состояние его бурных эмоций между сегодняшним днем и тем, когда он сражался с пиратами, было разным, как день и ночь. Он выглядел настолько по-другому, что я даже усомнился в себе, был ли он тем же самым зверем, с которым я имел дело. Как будто за эти несколько дней он переродился в жнеца душ, бесчувственную машину для убийства.

Бросился ли он мне на помощь или случайно пришел сюда, борясь за свое лидерство?

Я чувствовал неуверенность и панику, потому что не хотел ни надеяться, ни верить, что Агареса больше заботит мое существование, чем его положение. Однако, когда перепончатые руки рыжеволосого тритона крепко сжали мое горло, а влажный гибкий язык лизнул мое ухо, я тут же выдавил несколько хриплых слов: - Агарес! Агарес…

Рука рыжеволосого тритона внезапно напряглась, но затем он издал несколько леденящих душу смешков. Он согнул хвост, чтобы раздвинуть мои ноги, и растянул последний слог своим насмешливым тоном: - Агарес…

Только тогда я понял, что совершил огромную ошибку, я забыл значение этой конкретной фразы. Произнесение этой фразы в это время можно было рассматривать как «ухаживание» за мерфолком. Вот черт!

Его язык начал более похотливо скользить по моей шее, а его перепончатая рука опустилась на мою промежность. Мой разум словно раскололся от гнева и унижения. Я истерически сопротивлялся, не заботясь о том, как глубоко коготь впился в мою талию, одной рукой ухватился за перепончатую руку в моих штанах, а другой пытался нащупать военный кинжал, но, к сожалению, из-за без надобности, он был помещен в ботинки!

Внезапно прямо передо мной вспыхнула большая волна воды. Длинный и толстый хвост Агареса, как смертоносный хлыст, яростно хлестал по нескольким русалкам впереди, которые готовились начать атаку. В мгновение ока он расправился с мерфолками.

Взгляд Агареса остановился на моей крепко схваченной шее и быстро скользнул вниз к изуродованной и окровавленной талии. Увидев это, он заскрежетал зубами, превратив подбородок в острие ножа. Перепончатые руки Агареса сжались в кулаки до такой степени, что я даже услышал треск ломающихся костей. Его бледные пальцы наполнились голубой кровью.

Я посмотрел на него широко раскрытыми глазами, полными смущения и противоречия. В моем сердце зародилась надежда. Но потом эта надежда заставила меня почувствовать себя так, словно мое сердце было разорвано в клочья. Помимо чувства вины, было неописуемое чувство, которое тревожило мои нервы. Я пытался обмануть себя, говоря, что это добродетель биолога преследует меня, но я знал, что это не так.

Когда я сжал руки в кулаки, Агарес внезапно обнажил свои острые клыки. Затем он произнес фразу, которую я не смог понять.

- Фа аренсай мия…

Вероятно, это был язык мерфолков. Рыжеволосый тритон немедленно дал ответ. Он наклонился ближе к моему уху и издал леденящую душу ухмылку, прежде чем произнести цепочку слов. В следующее мгновение поверженные мерфолки снова вернулись, окружив Агареса, чтобы заглушить движение его хвоста. Несколько перепончатых рук царапали и рвали его чешую, и одна за другой, как единое целое, они глубоко впивались ногтями в раны черного хвоста, пытаясь оторвать его эпидермис.

- Агарес!

Из моего горла вырвался сдавленный крик. Я видел, как мышцы рук Агареса дергались от боли, но верхняя часть его тела даже не вздрагивала, напоминая металлическую статую. Я не представляю, как это больно срывать чешую, но я чувствовал, будто эти же когти царапают мое собственное сердце. Эта мучительная боль, исходящая из моей груди, превзошла боль от пронзенной талии.

Эта душевная боль и страдание заставили меня внезапно нагнуться и позволить острым когтям глубже вонзиться в мою плоть. Воспользовавшись этим моментом, я вытащил кинжал из сапога и решительно замахнулся им.

Громкий рев оглушил меня, и мое тело резко высвободилось и упало в воду. В эту долю секунды большая волна подняла меня воздух, ударив о каменную стену позади меня.

Сквозь затуманенное водой зрение я увидел, как хвост Агареса поднялся над поверхностью воды и превратился в яростную черную молнию, обрывая сковывавшие его когти и яростно сметая тех, кто собирался напасть на него.

Рыжеволосый тритон, которому я повредил левое ребро, не хотел отставать и напал на Агареса сзади, но был срублен серпом Агареса. Тут же большой кусок чешуи врага оторвался, и он испустил леденящий кровь вопль, прежде чем отступить в тень в углу темной пещеры, однако пара глаз все еще смотрела на Агареса, не отводя взгляда.

Теперь я знал, что этот тритон больше не соперник Агареса, или, может быть, я должен сказать, что он никогда не был его соперником.

Я обхватил себя за талию и спрятался в тени, глядя на темный силуэт в пятнистом свете. Агарес был невероятно силен. Каким же русалом я восхищался? Тритон, с которым я так случайно столкнулся, был хозяином населения!

Боже мой, Дешаров, тебе повезло или нет?

Глава 41

- Дешаров... пойдем…

Почувствовав мой взгляд на себе, Агарес повернулся в мою сторону и протянул перепончатую руку в моем направлении.

Я еще сильнее прижался к стене, а затем увидел вспышку красного света, появившуюся из-под темной воды. Рыжеволосый тритон, который не признавал поражения даже перед лицом смерти, агрессивно бросился на Агареса с накатанной волной, которую он вызвал. Его приверженцы, внезапно бросились в бой и принялись сражаться с поданными Агареса. Звук ужасающих, пронзительных криков эхом разнесся по темной пещере, любой, кто услышал бы это, оцепенел бы от страха.

Сражение мерфолков было гораздо более чудовищное зрелище по сравнению с тем, когда любая другая свирепая популяция диких животных убивала друг друга. Они отрубали головы и вырывали руки у друг друга, а некоторые части тела даже плавали у меня перед глазами. В тот же миг воздух наполнился сильным запахом крови.

Я прижался к стене, прикрывая рот дрожащей рукой, чувствуя, что меня вот-вот вырвет. Мне вдруг показалось, что я перенесся в фильм ужасов “Дом восковых фигур” или вернулся в то время, когда писал отчеты о стажировке в больничном морге.

Я был в ужасе, став свидетелем столь жуткой сцены. Я желал быстрее выбраться отсюда, пока еще жив.

В следующее мгновение я вдруг услышал над собой голос. - Дешаров, Дешаров! Скорее хватайся!

Это был голос Дэвиса! Я подумал, что на почве страха мне уже кажутся галлюцинации, но когда я поднял голову, то сразу же увидел веревку, свисающую над моей головой. И действительно, в ярком свете я увидел пару расплывчатых силуэтов.

О боже! Я вытер воду с лица и схватился за веревку. Не обращая внимания на боль, пульсирующую в талии, я обвязал веревку вокруг тела, а затем меня потянуло вверх.

Однако все мое внимание все еще было приковано к Агаресу, так что я с трудом удержался от желания обернуться и посмотреть на него. Я не сомневался в победе Агареса, но будучи человеком в логове мерфолков, я только создам для него еще больше проблем. Вот почему я не мог продолжать полагаться на Агареса. Чем быстрее я уйду, тем лучше.

Как только я выбрался из пещеры, мне тут же помогли подняться несколько людей. Я поднял голову и был потрясен, увидев лица моих одноклассников. Кроме Дэвиса, там были Лафарр и Ева, а также команда крепких на вид вооруженных людей, по-видимому наемников.

С ними рядом мне не нужно было беспокоиться о том, что меня бросят, как это сделали со мной Райн и другие. Я подавил желание обнять их и горько заплакать, вместо этого просто прошептал: - Эй, ребята, давайте поторопимся и покинем это место. Здесь слишком опасно!

- Привет, брат. Судя по всему, твои раны довольно серьезны! - Лафарр нахмурил брови, глядя на мою талию, и жестом подозвал нескольких вооруженных людей, чтобы они меня поддерживали.

Он был исследователем джунглей, поэтому обладал обширными знаниями о выживании в незнакомой среде вне цивилизации. Под его руководством, в течение короткого периода времени, мы в конце концов эвакуировались с вершины пещеры и остановились в джунглях возле пресноводного озера. Чтобы избежать нападения диких животных ночью, отряды вооруженных людей взобрались на несколько деревьев и построили простую зону отдыха.

Когда наступила ночь, мы развели костер и разделили еду между нами. Во время разговора за ужином я узнал, что команда Дэвиса ступила на остров раньше, чем наша с Райном команда. Кроме того, я узнал, что Дэвис первоначально получил приглашение Сакарол принять участие в исследовательском проекте мерфолка и должен был отправиться на остров Мерфолк вместе с ними. Однако в тот день в глубоководной лаборатории он внезапно потерял сознание, а когда очнулся, то был помещен под домашний арест медицинской бригадой больницы. Позже он узнал о заговоре и сообщил об этом Лафарру, прежде чем совершить побег.

Возможно, из-за того, что наш корабль столкнулся с пиратами, он и добрался до острова раньше нас.

- Почему Сакарол не разрешила вам участвовать в проекте после того, как вы упали в обморок в глубоководной лаборатории? - поинтересовался я. Следя за отражающимся пламенем на линзах очков Дэвиса, я постепенно увидел...

Я увидел черный хвост, запутавшийся в моих ногах, и невольно задрожал с головы до ног.

Нетрудно было догадаться, о том, что именно произошло за то время, пока Дэвис был без сознания. Учитывая, как Райн отреагировал ранее, это заставило меня подтвердить мои предположения, которые я не хотел признавать. Когда я впервые вошел в глубоководную лабораторию, Агарес, этот злобный дикий зверь, вероятно, уже был там…

- Нет, нет, Дэвис, если ты не можешь вспомнить, все в порядке. Я чувствую себя не очень хорошо. Я... я... ненадолго отойду, - я был готов взорваться от стыда. Чувствуя себя взволнованным, я потерял хладнокровие и встал, желая убежать. Однако Лафарр схватил меня за руку и с большим беспокойством коснулся моего лба, спрашивая: - Почему ты так резко побледнел?

Я покачал головой, пытаясь сохранить нейтральное выражение лица. В моем сознании воспоминания становились все более и более отчетливыми. Я не осмеливался взглянуть на Дэвиса, потому что очень боялся, что он все видел. Если он все еще помнит, то я никогда больше не смогу встретиться со своими одноклассниками, которые всегда были рядом со мной!

- Я не знаю, - Дэвис покачал головой, испустив беспомощный вздох, прежде чем продолжить, - Это всего лишь предположение, но, возможно, с самого начала Сакарол собиралась использовать меня, не позволяя мне узнать о главном секрете, который она скрывала. Моя электронная карта была украдена, не говоря уже о том, что мои резервные копии также были уничтожены. К счастью, Лафарр смог восстановить все данные, иначе нам потребовалась бы целая жизнь, чтобы добраться сюда.

Я вытер рукавом, выступивший пот и незаметно вздохнул, прежде чем снова сесть. Я изо всех сил старался сохранять спокойствие, рассказывая им о том, что произошло за последние несколько дней, систематически и во всех подробностях. Конечно, исключив воспоминания, содержащие Агареса, и, вместо этого, сильно подчеркнув тот факт, что я обнаружил каюту, полную американского военного оружия с символикой завода боеприпасов.

Выслушав это, Ева, которая все это время молчала, нахмурила свои тонкие брови и сказала: - Этим проектом занимались военные, однако он явно вне закона.

Она подняла голову, ее прекрасные голубые глаза сияли.

- За несколько дней до этого я попросил своего друга, работающего во флоте, тайно расследовать информацию, касающуюся Сакарол. Три месяца назад Сакарол была поймана на шпионаже и уволена со своего поста, а позже сбежала. Однако в штабе армии этот вопрос держался в секрете, и больше никто ничего об этом не знал. Я предполагаю, что Райн был ее сообщником или его, обманули.

Шпионаж? Мое сердце тяжело упало, как камень, тонущий в бездонном болоте, отчего стало трудно дышать. Я мрачно ответил: - Я думаю, что есть третья сторона за кулисами. Какой бы ценой это ни стоило, мы должны следовать плану Сакарол, чтобы точно узнать, что она задумала.

- Да, - Лафарр кивнул в знак согласия и достал черный инструмент. Он указал на мерцающий зеленый огонек и сказал: - Послушайте, я уже нашел радиосигнал к западу от этого острова, примерно в четырех - пяти километрах отсюда. Я думаю, что это определенно Сакарол и ее команда. Мы отправимся завтра утром и выследим их.

- Понятно. - хором ответили мы с Дэвисом. - Если получится, то мы остановим эту шпионку, поймаем ее и отправим обратно в Россию.

- Конечно, у нас все получится! Мы самые выдающиеся студенты Санкт-Петербургской морской академии. Мы сражаемся, чтобы защитить флот и Россию!

Мы держались за руки, и не смогли не улыбнуться друг другу.

Казалось, что в наших жилах течет одна кровь. Это была горячая, богатая силой кровь, и в мгновение ока мы словно вернулись в то время, нашей суровой военной подготовки, когда мы, высоко подняв головы и выпятив грудь, шли вместе по ступеням Санкт-Петербургской морской академии. Я чувствовал, что отныне и до самой старости никогда не забуду этого момента.

Не успели мы опомниться, как наступила ночь, и остров начал окутывать густой туман. Все, казалось, было заключено под завесой, обеспечивая идеальное прикрытие для непредсказуемых врагов. Чтобы обеспечить безопасность своей жизни, мы все забрались в зону отдыха на дереве.

Я лежал в самодельном гамаке, наконец-то чувствуя, как мое тело расслабляется, но мое сердце все еще не успокаивалось. Причина явно была не в обезболивающем лекарстве, наложенного на мою зашитую рану. Я смотрел на темное небо над головой, но в мыслях прибывал в логове мерфолков, вспоминая, как Агарес терпел боль, оставаясь неподвижным, пока с него срывали чешую, когда моя жизнь была под угрозой.

Даже сейчас я отчетливо помню выражение его лица в тот момент, отчего мое сердце словно сжалось. Я не смог удержаться от мысли, что он снова погнался за мной, как в прошлый раз: прятался где-то в темноте, шпионил за мной, ожидая шанса неожиданно напасть. Я развернулся и выпрямился, нервно оглядываясь по сторонам, пока мой взгляд не упал на силуэт в озере.

Может быть, это Агарес?

Мое сердце словно подскочило к горлу.

Я пытался убедить себя, что мне только кажется, однако мое сердце, говорило мне об обратном. Оно шептало мне, что это действительно он.

Инстинктивно я захотел тихонько разбудить Лафарра, который спал рядом со мной, но моя рука замерла в воздухе.

Непередаваемый порыв появился в моем сердце, заставив меня сжать кулак. Я понял, что действительно хочу увидеть Агареса или, по крайней мере, просто убедиться, что он не получил серьезных травм, так как он сражался, чтобы спасти меня. Подумав об этом, я подкрался к Лафарру и позаимствовал его фонарик, кинжал и рулон спиртовой марли. Я ухватился за ствол дерева и, стараясь не издавать громких звуков, осторожно соскользнул вниз, прежде чем медленно пробраться к озеру сквозь ночной туман.

Я включил фонарик и другой рукой взялся за кинжал. Я внимательно следил за своим окружением. Продвигаясь вперед, я на всякий случай присел на корточки. В случае появления дикого зверя я мог немедленно выкатиться из зоны атаки, защищая свой раненный живот.

Озеро переливалось слоями темно-зеленых огоньков. Были также маленькие мерцающие огоньки, похожие на светлячков, парящих над поверхностью воды. На самом деле это была своего рода коллекция планктонных креветок и рыб, которые умеют светиться.

Я посмотрел в середину озера с берега. Сквозь ореол, создаваемый туманом, я увидел силуэт, лежащий на камне, выступающем из воды. Смутно я различил очертания длинного, грубого рыбьего хвоста, занимавшего нижний слой скалы. С чернотой хвоста, контрастирующей со слоем голубовато-зеленого света, исходящего от воды, это была захватывающая дух сцена.

Это действительно был Агарес. Он был неподвижен, как каменная статуя. Внезапно я осознал, что по чистой случайности наша группа, возможно, вошла во владения предводителя мерфолков, которые как раз и были его резиденцией.

В тот момент, когда я коснулся воды, я тут же подумал о возращении назад. Я отчаянно пытался убедить себя, что не стоит провоцировать зверя, но, как и раньше, я не мог контролировать свои действия. Я просто осмотрю его, прежде чем быстро вернуться назад. Бой, который Агаресу пришлось пережить сегодня утром, определенно его сильно измотал. Мне просто нужно быть немного осторожнее…

Я проглотил слюну и вошел в воду, только позволив своей голове высунуться из воды. Даже сквозь воду я все еще слышал биение своего сердца. Тудум, тудум, тудум.

Наконец, я медленно подплыл к Агаресту.

Казалось, он не заметил моего приближения. Под глубоким контуром между переносицей его веки были закрыты, ресницы отбрасывали на лицо густую чернильную тень.

Тусклый свет на озере освещал его влажные серебристые волосы и бледную кожу, придавая его мускулам более свирепый вид, как будто они содержали примитивную непокорность, которая могла вспыхнуть в любой момент. Это было похоже на древнегреческую статую, вырезанную художником и помещенную в музей.

Я не смог удержаться, чтобы не посмотреть ему в лицо, и внезапно осознал, что во время сна этот злобный зверь не был таким уж страшным.

Если посмотреть на него под другим углом, принимая во внимание его человеческую эстетику, хотя этот зверь имел изначально злую и безжалостную личность, на самом деле он был довольно красив, или, скорее, безумно красив.

Как парень, я не мог придумать другого способа описать его. Я мог бы сравнить его с обычным человеком, посещающим мою школу, где было множество симпатичных парней. Он определенно был бы самым привлекательным из них.

Хотя, к сожалению, это было не так.

Если бы он был... Тогда, возможно, я бы начал сомневаться в своей ориентации.

Боже, Дешаров. О чем ты только думаешь?!

Я заставил себя оторвать взгляд от его лица, но снова не смог сдержаться и скользнул взглядом по рыбьему хвосту, торчащему из воды. Цвет его чешуи был похож на цветное стекло. Чешуя выглядела тонкой и плотно соединенной, как бесшовный кусок брони. Когти тех, кто напал на нас сегодня утром, казалось, не причинили ему никакого серьезного вреда.

Ни о чем не думая, я скользнул ладонью по его хвосту.

Чешуя пронеслась под моей ладонью. Как электрический ток, она пульсировала под моим запястьем. Внезапно я вспомнил ощущение языка этого зверя, облизывающего мое тело. Затем моя рука немного задрожала, а уши стали обжигающе горячими.

Как только я наконец-то решил покинуть это место, мои глаза встретились с парой светящихся глаз.

Я не заметил, как проснулся Агарес.

Он опустил голову и пристально посмотрел на меня, слегка приподняв уголки рта.

Глава 42

- Прости… я разбудил тебя!

Я сглотнул, выдавил из себя несколько бессмысленных слов и бросился наутек. Я думал, что у меня получится ускользнуть, но как я мог надеяться вырваться из рук этого зверя. Его хвост обвился вокруг моего тела, из-за чего я пошатнулся и тут же упал. Я даже не успел вскрикнуть, как перепончатая рука схватила меня за руку, и я ощутил, как все мое тело прижали к крепкой мускулистой груди.

Как только я поднял голову, кончик его носа коснулся моего. Эти зрачки с мрачной душой, рвущеюся вперед, пронзили мою душу и прочно завладели моим разумом.

Я готов был поклясться, что чуть не испугался до смерти, глядя на него вот так, лицом к лицу.

Причина в том, что, когда я смотрю на него вот так, я всегда представляю себя магнитным полюсом, притягиваемым магнитным присутствием его тела.

Всякий раз, когда я чувствовал его мощную ауру вблизи, мне казалось, что на мгновение я стал женщиной, и что мне суждено быть побежденной его существованием.

Такое неконтролируемое, подсознательное восприятие просто сводило с ума.

Инстинктивно я отпрянул назад. Как только я встал и подумал о том, чтобы спрыгнуть вниз, его руки потянули меня назад, что заставило меня опрокинуться и упасть на него. Поскольку кончики моих пальцев не могли касаться земли, я потерял центр тяжести, и у меня не было другого выбора, кроме как бросить весь свой вес на скользкое тело Агареса. С быстрой и проворной реакцией я приподнялся, чтобы не быть так тесно прижатым к его телу.

Тем не менее, я перенапрягся, и мой живот болел так, словно его пронзило сверлом, но я точно не хотел, чтобы Агарес узнал об этом факте, потому что, если он узнает, он определенно воспользуется своим странный методом лечения. Кто знает, вызовет ли это непредвиденные последствия. Мои коллеги все еще здесь!

Я прерывисто дышал, чувствуя себя сбитым с толку и взволнованным. Я повернулся к Агаресу , который был подо мной, в страхе, что в следующий момент он сделает что-то возмутительное. Однако он просто держал меня за затылок и интимно блуждал губами по моей щеке. Он смотрел на меня несколько секунд, прежде чем открыть рот и прошептать: - Дешаров… почему ты… хочешь… сбежать? Я говорил… тебе… не бояться… меня, помнишь?

Он произносил слова одно за другим со смесью русского и английского.

Его голос звучал нежно и мягко, хотя в нем явно чувствовался намек на то, что он не даст мне права голоса, и это звучало так, словно старик угрожает и дает взятку ребенку.

Черт возьми. Было бы странно, если бы я не боялся. Кто знает, сколько грязной воды спрятано у тебя в желудке!

Я уставился на Агареса, но не смог произнести ни слова. Вернее, я не осмеливался что-то сказать, боясь спровоцировать его. В конце концов, я был тем, кто бесследно сбежал из логова мерфолков, и тем, кто пробудил его от сна, был также я. Слова «напрашиваться на неприятности» было бы недостаточно, чтобы описать данную ситуацию.

Я слишком долго был погружен в свои мысли, из-за чего Агарес проявил нетерпение. Он слегка приоткрыл рот и провел кончиком алого языка по верхней части зубов. В следующее мгновение перепончатый коготь, который держал мою шею, скользнул вниз по дуге моей спины и направился к моей заднице, разминая ее.

- Ох, черт! - Я громко воскликнул из-за внезапного нападения. Я со стыдом и негодованием посмотрел на Агареса и попытался ударить его кулаком в лицо, но он остановил мой кулак, схватив его свободной рукой. После этого Агарес перевернул нас, что привело к тому, что я оказался под ним. Капля за каплей вода с его тела стекала на мою сильно вздымающеюся грудь.

- Тебе... лучше не думать о том, чтобы сделать что-нибудь со мной здесь! - мое дыхание стало бессвязным. Мои руки дрожали, когда они ощупали камень и наткнулись на кинжал, привязанный к моим штанам. Я подсознательно схватил его и в панике приставил кинжал к его шее. - Эй! Я тебя предупреждаю…

Я нервно оглянулся на свой лагерь и крепко сжал рукоять кинжала. Несмотря на то, что я знал, что просто блефую, Агарес, казалось, осознавал этот факт больше, чем я, до такой степени, что он даже намеренно слегка наклонил голову, не только обнажая свою тонкую и мощную шею, но и свою самую уязвимую артерию перед моим клинком.

Его перепончатая рука мягко сжала мое запястье, словно он нарочно пытался помешать моему сопротивлению. Неожиданно он высунул язык и провел им по лезвию кинжала. Его губы сомкнулись вокруг моих пальцев, прежде чем он уставился на меня с глубокой улыбкой.

Инцидент, произошедший несколько ночей назад, мгновенно всплыл перед моими глазами. Как будто все мое тело обожгло электрическим током, все мое запястье, включая кости, казалось, было расплавлено в кашу его языком. Через несколько секунд моя хватка на кинжале ослабла, и он упал в воду.

Агарес воспользовался ситуацией и, удерживая мои руки по бокам, опустил голову и зубами оторвал последние пуговицы на моей рубашке.

- Черт побери! Пожалуйста, не делай этого! - Чувствуя себя неловко, я прижал колено к его плечу, чтобы помешать ему, но мои ноги тут же были схвачены его гибким рыбьим хвостом, мешая им сомкнуться. Во время борьбы, острая боль дала о себе знать, заставляя меня свернуться калачиком, как креветку. Затем меня снова прижали к скале, и Агарес обнял меня. В районе моего живота донесся низкий голос: - Не двигайся! Дешаров… я исцелю тебя.

Тон его голоса был полон предостережения, и, возможно, из-за напряжения его речь казалось намного быстрее, чем раньше. Я был готов поклясться, что впервые слышу, чтобы Агарес говорил по-русски так ясно. Интонация в его голосе больше не походила на звериную, скорее она звучала, так же, как и у обычного человека.

Я был ошеломлен на мгновение и посмотрел вниз. Затем мое тело было наклонено в сторону перепончатым когтем за спиной, так что моя перевязанная рана была обращена к нему.

Я ошеломленно смотрел на Агареса, который пытался развязать мои бинты своими перепончатыми руками. Его брови нахмурились, явно борясь и чувствуя нетерпение из-за профессионально завязанной повязки, однако он все еще был очень сосредоточен. Даже настолько, что он осторожно маневрировал кончиками пальцев, острыми, как лезвие.

Мерфолки рождались с паутиной, образованной полупрозрачной мембраной, из-за чего Агарес не мог преуспеть в этом ремесле. Казалось, он боялся даже коснуться моей раны, выглядя одновременно серьезным и неловким, как ученик начальной школы, столкнувшийся с трудным математическим вопросом.

В этот момент трудно было не сказать, что выражение лица этого злого и свирепого зверя действительно казалось забавным и... милым.

- Ах... я сделаю это сам. - Я не смог сдержать улыбку, держа его перепончатые руки, постепенно расслабляясь. Я стиснул зубы, срывая бинты, и только тогда понял, что моя рана открылась. Зашитая нить ослабла от намокания в воде, и из раны сочилась алая кровь.

Агарес тут же схватил меня за бедро и притянул меня еще ближе. Он опустил голову и начал осторожно облизывать мою рану. У меня не было другого выбора, кроме как повернуться спиной и слегка выпятить задницу, чтобы поспособствовать ему в лечении, однако, находясь в этой позе, я чувствовал только смущение, но я не смел двигаться, поэтому я мог только откинуть голову в сторону, чтобы не видеть. Как только боль немного уменьшилась, я понял, что из лагеря доносятся лучи фонарика. Кто-то проснулся! Рано или поздно они обнаружат, что я пропал!

- Агарес… я должен вернуться!

Я похлопал по его широкой спине, но он не обратил на это внимания, продолжая зализывать мою рану, крепко держа меня, не собираясь отпускать. Он также намеренно надавил на мои голени своим рыбьим хвостом, а его перепончатые руки массировали мою задницу еще более интенсивно, он непоколебимо произнес: - Нет, я… не позволю… тебе вернуться.

Он поднял голову, слизнул с губ пятна крови и осторожно оглянулся. Словно боясь, что меня утащат, он отнес меня к задней части скалы, прислоняя спиной к сухой скале, не оставив мне другого выбора, кроме как прижаться к нему. Я слегка наклонил голову, но его перепончатые руки притянули меня ближе к его шее, и он произнес: - Смотри… Дешаров…

Я с сомнением осмотрел его, но в конце концов задохнулся от увиденного. На мочке его острого, своеобразного крылатого уха была рана, скрытая за волосами, что затрудняло ее заметить.

Агарес просит меня обработать его рану?

Я тут же порылся в карманах пытаясь найти рулон пропитанных спиртом бинтов, однако он остановил мою руку. Пара безмятежных глаз прищурилась, и его перепончатая рука нежно погладила мои губы, обводя их, в то же время многозначительно облизывая свои собственные губы, явно подразумевая, что я должен использовать тот же метод лечения его раны, что и он сделал для меня.

Я был ошеломлен. Вскоре горячая кровь хлынула в голову, и я почувствовал, как меня захлестнули стыд и смущение, но не смог отказать Агаресу. Да, потому что это всего лишь была любезность. Я должен отплатить ему, даже если от моих действий нет никакого толка.

Я не мог позволить себе, выглядеть неблагодарным человеком, который не платит за услуги в глазах тритона. Да, именно так!

Я сказал это себе и тяжело сглотнул, когда я все-таки собрался с духом и прислонился к его шее. Его кожа была гладкой и упругой, под ней скрывались сильные мышцы. Агарес скосил глаза и внимательно посмотрел на меня, его глаза были переполнены смутной нежностью, а капли воды делали резкие контуры его красивого лица мягче.

Жар яростно окутал мои щеки, и я заставил себя не смотреть на его лицо, я закрыл глаза и попытался убедить себя. Черт возьми, просто представь, что ты пробуешь свежий кусочек сашими, Дешаров!

Когда мое лицо встретилось с большой копной волос, похожих на водоросли, необычный сладкий феромон атаковал меня. Запах окружил меня, он был похож на плотное облако. Даже не лизнув несколько раз, я почувствовал головокружение.

Доведенный до предела, я немного отстранился от него и глубоко вздохнул. Пользуясь случаем, я попытался успокоить бешено колотившееся сердце, но в голове уже немного помутилось. Я покачал головой, прежде чем спросить: - Почему твое тело испускает такой феромон?

Я увидел, как уголки его рта слегка приподнялись, обнажая загадочную улыбку. Его перепончатые руки ласкали мою спину, прижимая меня к себе, а губы заскользили мимо кончика моего носа, как будто он хотел поцеловать его. Я инстинктивно откинул голову, чтобы избежать этого, и тогда его губы приблизились к моему уху. Низким хриплым голосом он выдохнул: - Только ты… можешь чувствовать запах…

-Что? - пробормотал я. Только я мог чувствовать его запах? Я недоуменно поднял брови, и окружающее пространство передо мной стало все более расплывчатым. В поле моего зрения, единственное, что я мог видеть ясно, была ясная пара глаз. Мои губы не смогли избежать нападения, и Агарес крепко поцеловал меня. Его язык бесцеремонно исследовал каждую часть моего рта, прежде чем он стал похож на бесконечную дождевую каплю, стекающую по моей шее к кадыку, а затем вниз к ключице.

Я непроизвольно обнял его за шею, как будто был сбит с толку, не в силах подавить свои смущенные и безумные эмоции. Мое дыхание становилось все более  прерывистым, а руки и ноги ослабли, заставляя меня упираться в твердую и влажную грудь передо мной. Я вдруг почувствовал, как перепончатые руки на моей спине дернули ткань вокруг пояса моих брюк и грубо разорвали.

Он эротично погладил мою оголенную спину, и как будто этого было недостаточно, чтобы удовлетворить его, он спустился вниз к моей пояснице. Он также начал слабо трясти своим рыбьим хвостом, создавая трение между моей промежностью.

От его чувственного прикосновения на мгновение мне показалось, что мой разум покинул меня и погрузился в болото, наполненное похотью и желанием. - Нет…

Звук, который я издал, не вызвал у Агареса ничего, кроме желания большего. Одна из его перепончатых рук схватила мою правую ногу, он перевернул меня и толкнул в воду, в то время как его рыбий хвост, который был погружен под воду, обвился вокруг моей другой ноги.

Озеро было таким чистым и прозрачным, что я мог разглядеть дно, однако я также мог наблюдать свое тело в позорной позе. Не в силах вынести смущения, я откинулся назад, желая погрузиться в воду, надеясь, что смогу утонуть, однако меня остановила рука Агареса, поэтому я не смог этого сделать.

Его зрачки прямо смотрели на меня, его кадык перекатывался, когда он глубоко сглатывал.

- Дешаров… Я не могу… ждать…

Черт возьми… Я точно не смогу убежать…

Я слабо прислонился к скале, и как раз в тот момент, когда я уже собирался снова погрузиться в воду, Агарес снова притянул меня к себе. Он опустил голову и прижался ко мне. Перепончатый коготь опустился, чтобы разорвать мой пояс. Только в этот момент я услышал внезапные повторяющиеся крики со стороны лагеря, и среди этих голосов, голос Лафарра был самым отчетливым. - Послушай, Дэвис и Дешаров могут быть на озере. Смотри, вон там тени!

- Пойдем посмотрим! – незамедлительно ответила Ева.

Дрожь пробежала по моему телу, и я оттолкнул Агареса на несколько сантиметров, глядя в сторону лагеря в страхе. Как и ожидалось, я увидел пару силуэтов, пробирающихся ближе. В состоянии паники я хотел убежать на берег. Но тут меня сзади обнял Агарес, опустил голову и тяжело оперся на мое плечо. Тихим голосом он произнес: - Нет…ты мой Дешаров!

Глава 43

- Агарес, отпусти меня! Если они увидят тебя, то не раздумывая застрелят! - Побледнев от испуга, я попытался вырваться из его хватки, но это было бесполезно, так как руки тритона были крепкими, как стальные прутья. Рыбий хвост под моим телом напрягся еще сильнее, позволив толстому, твердому органу еще сильнее ткнуться мне в ягодицы.

- Я… не отпущу… тебя, - низкий рык прозвучал возле моего уха.

Я почувствовал, как клыки Агареса прошлись по моему затылку к плечу, где он нанес огромный карающий укус. Я не смог сдержать дрожь от внезапного испуга, и из моего рта вырвался приглушенный стон.

От его укуса мне было совсем не больно, но я знал, что след укуса на моем теле исчезнет спустя немалое время, что меня совсем не радует. Однако я не осмеливался сопротивляться. Темперамент Агареса был очень переменчив. Кто знает, если я еще больше разозлю этого зверя, он может укусить меня так, что его зубы разорвут мне шею!

Увидев, что Лафарр, Ева и остальные приближаются к нам с каждым шагом, мои нервы напряглись до предела. Я не хотел, чтобы они застали меня в объятиях Агареса, и даже больше, я не хотел, чтобы они причинили ему боль.

Я подавил панику и попытался успокоить Агареса, мягко надавив рукой на его перепончатую руку. - Эй, клянусь, я вернусь к тебе. Я знаю, где твоя берлога! Есть несколько важных вещей, которые мне нужно закончить в первую очередь. Но как только я с ними покончу, я отправлюсь в гнездо мерфолков, чтобы найти тебя, хорошо? Это только ради того, чтобы отплатить тебе!

- Ты вернешься, Дешаров?

Перепончатый коготь Агареса прошелся по моей груди и погладил подбородок. Он прижал меня ближе к своему плечу и наклонил голову, чтобы посмотреть на меня.

Его глаза сейчас сияли необычайно ярко. Его зрачки уменьшились до размеров крошечного гвоздя, вонзившегося в мой пузырь лжи, и мне показалось, что я услышал хлопок, который заставил меня почувствовать себя виноватым.

Я сразу же захотел взять свои слова обратно.

- Ты вернешься?

Эти тонкие острые губы слегка приоткрылись, чтобы еще раз повторить эти чарующие слова.

Я затаил дыхание, глядя прямо в глаза Агаресу. Зловеще, но я чувствовал себя так, словно подписываю контракт с таинственным старым существом на пари, которое мне суждено было проиграть.

Вокруг стало тихо, и даже воздух казался густым и тяжелым. Я не чувствовал течения времени, поскольку все мои воспоминания об Агаресе быстро перематывались назад, как кинофильм, пока не остановились на пейзажах холодной морской поверхности.

Я услышал знакомый голос, звучащий где-то далеко, но совсем близко: -Малыш… ты вернешься за мной?

В этот момент голос полностью перекрыл вопрос Агареса.

Да, все было предопределено.

Тогда Агарес уже спрашивал меня об этом, просто я был тогда шестилетним ребенком и ничего не мог вспомнить.

Вот так прошло пятнадцать лет, и я совершенно забыл об этом. Тем не менее, он заманил меня на тот же путь снова, где я был пойман в давно подготовленную сеть, раскинутую этим старым, разумным существом, как мотылек, летящий в открытое пламя.

Моя судьба перевернулась в тот самый момент, когда я впервые встретил его.

- Дешаров! Эй, смотри, это, кажется, Дешаров!

- Смотри, его поймала русалка!

Голос Лафарра и Евы вывел меня из транса. Я обернулся и увидел в тумане группы людей, несущихся к нам с винтовками в руках. Я глубоко вздохнул и выпалил: - Да, я здесь!

- Я верю тебе, Дешаров.

Меня снова бросило в дрожь от голоса Агареса. Затем он внезапно освободил меня.

Длинный, необычный, черный хвост вызвал огромную волну в воде и в мгновение ока он нырнул глубоко в воду. Когда я повернулся, чтобы посмотреть, я увидел только его фигуру, быстро исчезающую в темной подводной пещере в озере. Это мог быть маршрут, который вел прямо к логову тритона, я должен был радоваться, что он не взял меня собой в свое логово.

- Эй, Дешаров. Ты ранен? - крикнул Лафарр с берега.

Я быстро подплыл к берегу и, как только выполз на берег, меня поспешно схватили за руку. Ева вдруг испуганно вскрикнула: - О Боже, на твоем плече укус, но что более важно, почему на твоем животе нет раны?

- Э - э… Я не знаю, что со мной случилось. Внезапно я проснулся посреди ночи и просто побежал к озеру. - Я тут же прикрыл плечо. Я не смог удержаться, чтобы не посмотреть на свои штаны. К счастью, если не считать сломанного ремня, они все еще были целы.

Агарес, ты похотливый зверь! Я яростно выругался про себя.

Лафарр снял куртку и накинул ее мне на плечи, затем поднял пистолет и повел несколько людей осматривать окрестности озера.

Ева посмотрела на центр озера с испуганным выражением лица и произнесла: - Дешаров, я думаю, что на Дэвиса могла напасть русалка, также, как и на тебя. Он пропал. Мы с Лафарром нашли это под ближайшим деревом.

Ева раскрыла ладонь и, к своему удивлению, я обнаружил на ней мерцающую малиновую чешую.

Я мгновенно вспомнил об очаровательном рыжеволосом тритоне и был совершенно ошеломлен. Пару секунд я был в оцепенении, а потом наконец ответил: - Русалка? Были ли на том месте следы крови?

- Нет... ничего не было. - Ева задумчиво покачала головой. - Все это время я крепко спала, но мне показалось, что я слышала какие-то звуки, доносившиеся из рощи, казалось, что что-то движется очень быстро. К тому времени, как я окончательно проснулась, Дэвиса и тебя уже не было.

Должно быть, это сделала русалка, которая выходила ночью за едой или в поисках пары. Единственное, что я мог сказать наверняка, это то, что Дэвис не считался добычей, потому что на других людей вообще не нападали мерфолки, за исключением Дэвиса, который был рядом со мной. Кроме того, не осталось никаких следов крови. Самая большая вероятность заключалась в том, что рыжеволосый тритон, который жаждал мести, намеревался захватить меня, но обнаружил, что меня нет, решил взять несчастного Дэвиса в качестве замены.

Я вспомнил ужасное событие, которое произошло в логове мерфолков. Одна только мысль о том, с чем может столкнуться Дэвис, заставила меня почувствовать жуткий холод, ползущий из глубины моего сердца, вся моя спина покрылась холодным потом. Я прижал сжатый кулак ко рту: - Боже… Ева, нам нужно как можно скорее найти Дэвиса!

Как раз в этот момент я внезапно услышал «пи-пи-пи» - звук беспорядочного электронного писка, исходящего от тела Евы. Ее лицо мгновенно изменилось, и она поспешно достала из кармана пейджер.

- Алло!? Алло!? Дэвис, это ты?! Ты меня слышишь?

Я нервно уставился на пейджер и вскоре услышал прерывистое шипение: - Помогите мне… помогите…

Это голос Дэвиса! Я поспешно выхватил из рук Евы пейджер: - Алло, алло! Дэвис, где ты?!

Ответа не последовало, кроме беспорядочных звуков, которые я смутно распознал как звук падающего в воду пейджера. Мое сердце, словно падая в бездну, глубоко упало, если это так, то наш единственный контакт с Дэвисом скоро будет разорван, и мы будем только похожи на стаю безголовых мух, пытающихся выследить его.

Может быть, попросить Агареса помочь найти Дэвиса, было бы хорошей идеей…

Я оглянулся в сторону озера. Я не знал, было ли это просто плодом моего воображения, но мне показалось, что я увидел слабую, мелькающую тень, похожую на Агареса, недалеко в густом тумане, однако, как только я моргнул, там ничего не было.

- Эй! Я только что нашел координаты Дэвиса!

Мысль, которая только что возникла у меня в голове, была рассеяна голосом. Лафарр с готовностью бросился к нам. Он поднял электронную карту в руках и указал на позицию в правом углу, которая была ненамного дальше от того места, где находился Райн.

- Я только что видел, как вот здесь загорелась точка. Это радиосигнал Дэвиса. Поехали, мы сейчас же отправляемся!

Мы наметили простой маршрут, и немедленно собрали все вещи и отправились в путешествие, чтобы спасти Дэвиса. Поскольку беспроводные сигналы нельзя скрыть, поэтому мы обязательно встретимся с командой Сакарол лицом к лицу, что неизбежно приведет к ужасной драке.

Чтобы избежать встречи с Райном и его командой, мы выбрали другой маршрут. Они будут двигаться вдоль береговой линии, в то время как мы будем идти через центр острова.

Для сравнения, этот маршрут был короче, но недостатком было то, что он был более опасным. Однако, имея Лафарра, опытного биолога и исследователя джунглей, здесь в качестве нашего гида, это было намного безопаснее, чем выбирать прибрежный маршрут, где нас могли схватить мерфолки или команда с Сакарол.

Отметив маршрут путешествия на электронной карте, мы организовали наш строй и осторожно двинулись вперед, пробираясь в безмятежные и глубокие джунгли.

Казалось, что на острове Мерфолк никогда не было настоящего солнца, лишь только лунный свет различной яркости.

Наши наручные часы показывали, что было восемь часов утра, но ночной пейзаж здесь был плотнее, чем прошлой ночью, даже единственный освещающий лунный свет исчез без следа. Среди теней туманных деревьев виднелись плавающие шары темно-синих огней, напоминавшие те жуткие призрачные огни, которые можно было найти повсюду в гробницах.

Мы сохраняли бдительность, каждый держал в руках оружие, идя по тропинке, устало наблюдая за любым движением вокруг нас.

- Эй, ребята, посмотрите, что это за штука? Компас продолжает качаться в одном направлении, как будто здесь какая-то магнитная сила.

Впереди вдруг закричал вооруженный человек, и, проследив в том направлении, где горели фонари, я смутно увидел пепельно-серый силуэт, выступающий из низкого кустарника впереди нас. Неожиданно это оказался сломанный пьедестал, и на нем, были вырезаны какие-то знаки. Возможно, на нем изначально был скульптурный артефакт.

- О, смотри, там еще кое-что есть. О боже, здесь их так много…

Фонарик осветил всю местность, и я сразу же обнаружил, что вокруг нас много пепельно-серых и белых руин, и один был прямо передо мной. Я тут же присел на корточки, чтобы рассмотреть поближе. Передо мной находилась верхушка серовато-белой части здания, половина которой все еще была зарыта в землю, так что общий контур не был виден. Но у меня было смутное ощущение, что это часть могилы.

Он был скрыт за большим количеством влажных стеблей ротанга, поэтому я осторожно, используя сломанную ветку, очистил его. Затем я увидел множество неузнаваемых символов, плотно вырезанных на каменной стене. Я также нашел на самом верху трехмерную статую, похожую на ящерицу, точно такую же, как те мифологические животные-хранители, которые были вырезаны на могильных камнях, играя роль охраны душ умерших.

Ева пробормотала с удивлением и восхищением: - Это древние остатки цивилизации мерфолков!

- Боже! - недоверчиво воскликнул я, сжимая фонарик.

Так что на самом деле оказалось, что история о цивилизации мерфолков была не просто бессмысленной легендой, она была реальной. Я вдруг понял, почему у Агареса такой высокий интеллект. Как и люди, мерфолки имеют свою собственную древнюю цивилизацию и культуру. Может быть, именно так говорили наши предки, возможно, это та часть Атлантиды, которая осталась на море.

- Эй, я думаю, мы должны выломать кусочек и забрать его с собой. Это действительно бесценно! - предложил парень рядом с Лафарром и собирался подойти к ближайшим развалинам, но Лафарр схватил его за руку: - Не двигайся, здесь что-то не так с землей!

Я тут же насторожился. Я увидел, как Лафарр присел на корточки, поднял большой камень и с силой швырнул его перед собой. Однако обычного глухого удара я не услышал. Прозвучал с плеск, и, что интересно, камень исчез в земле, на которую приземлился.

Все одновременно затаили дыхание.

Впереди или, возможно, вокруг нас было болото с дальностью, которую мы не могли определить.

В этот момент из ниоткуда послышались звуки чего-то быстро движущегося среди деревьев, и вся команда насторожилась и начала оглядываться.

Внезапно, я увидел, как из земли поднимается черный силуэт чудовища. Под головой, сплошь покрытой доспехами, похожими на чешую, была пара злобных темно-красных глаз зверя, пристально смотревших на нас, излучая ауру кровожадности.

Глава 44

- О боже! Что это?

Какой-то человек испуганно закричал, выводя нас из шокового состояния, и мы один за другим подняли оружие на неизвестное существо, выплывающее из болота. Но потом мы услышали, как Лафарр прошептал: - Не двигайтесь, это разновидность варана. Ящерицы чрезвычайно чувствительны к движению!

- Присядьте на корточки и медленно отступите по той же тропинке.

Сказав это, он повернул голову, чтобы сделать несколько жестов рукой нескольким своим товарищам позади него, и многие тактически кивнули в знак понимания. Это, должно быть, часто встречающиеся организованные секретные сигналы среди наемников во время боевых действий.

Мы последовали инструкциям опытных наемников и присели на корточки, пристально глядя на красноглазого монстра, чтобы избежать любых неожиданных атак, осторожно отступая в укрытие деревьев.

Но было уже слишком поздно что-либо предпринимать, так как с болота поднялась волна грязи.

Монстр встал лицом вперед, и в мутной воде открылся большой рот, обнажив острые окровавленные зубы с большим ядовитым фиолетовым языком. Острые как бритва когти зверя, словно экскаватор, глубоко вонзились в землю. После этого он выгнул спину, покрытую зонтикообразной мембраной, и уставился на нас хищными глазами, издав змеиное шипение.

Мои глаза расширились от шока. Это была не просто разновидность ящерицы, которую можно случайно найти в энциклопедии биологических организмов. Внешность этого существа с самого начала была очень похожа на внешность Эстезии, существа, жившего в меловую эпоху, которое питалось молодыми динозаврами и яйцами динозавров!

Неожиданно для нас варан не проявлял никакой враждебности по отношению к нам, а просто дремал на своем месте. Его светящиеся красные глаза, однако, вращались в двух разных направлениях, как объектив камеры наблюдения, наблюдая за нами, как будто мы были просто группой маленьких муравьев, терпеливо ожидающих его действий. Я не знал, обладает ли его наполненный грязью ядовитый язык такими же ужасающими охотничьими навыками, как у хамелеона, но, если это так, даже с нашим оружием, у нас мало шансов.

Я не осмеливался пошевелиться, оставаясь на месте с винтовкой, нацеленной прямо в пасть ящерицы. Ева от страха прижалась к моей спине.

Я чувствовал, как она слегка дрожит, и не мог перестать волноваться, что она вдруг закричит или убежит. Чтобы успокоить ее, я протянул руку, осторожно касаясь ее запястья, но Ева только сильнее сжала подол моей куртки.

Чувство, что от тебя зависят, разбудило инстинкт в моем сердце и даже немного затмило мой страх. Однако в тот момент, когда мое мужество возросло, я внезапно обнаружил, что один из глаз варана смотрит прямо в нашу сторону, и вскоре вся его голова медленно повернулась к нам. Глаза сузились, глядя прямо на меня, словно проникая сквозь, чтобы увидеть темную глубину леса.

Внезапно я нашел это древнее существо немного странным, потому что оно не было похоже на голодного, изголодавшегося хищника. Он наблюдал за нами не так, как будто мы были просто добычей, а скорее, как за группой невежественных, маленьких и жалких муравьев, которых он хотел раздавить. Похоже, он размышлял над тем, какова наша цель здесь, откуда мы пришли, и стоит ли вообще убивать нас.

Однако в конце концов Ева задрожала еще сильнее. Ствол ее винтовки был вытянут над моим плечом, целясь прямо в глаза варана, но я быстро схватил ее за запястье и мягко прошептал предупреждение: - Не паникуй, Ева, успокойся…

Мои слова резко оборвались, когда раздался громкий “бах” и из дула винтовки у моего плеча вырвалась струя дыма, когда удивительная сила отбросила нас с Евой назад. Мои уши тут же наполнились раздражающим звоном, от которого у меня мгновенно закружилась голова.

Я покачал головой и попытался встать. Я заметил, что зонтикообразная мембрана вокруг шеи варана, из-за раздражения, широко вспыхнула, и вскоре он издал громкий визгливый рев, собираясь атаковать!

- Черт!

Я громко выругался и развернулся, чтобы прицелиться прямо в голову твари. Окружающие вооруженные люди тоже открыли огонь. Под дождем разрывающихся пуль тварь высоко подняла голову, и из ее пасти, словно острая летящая стрела, высунулся пурпурно-красный язык.

Мы с Лафарром немедленно нажали на спусковые крючки, стреляя направо и налево, но из-за моей гнилой меткости я не мог точно прицелиться в голову, и тут я вдруг заметил, как существо используя свой язык, как хлыст, щелкает им прямо в сторону Евы, которая стояла рядом со мной. Она громко вскрикнула и в панике упала, споткнувшись, но тут же вскочила, пытаясь убежать глубже в джунгли!

Я бросился на нее сверху, чтобы повалить на землю: - Не двигайся, Ева. Он нападает на самую быстро движущуюся добычу!

В ту минуту, когда я закончил говорить это, я услышал, как что-то приближается к нам на очень большой скорости. Я быстро повернулся, чтобы встать, подсознательно защищая Еву, заслонив ее собой, и вскоре появилась пурпурно-красная тень, вспыхнувшая как молния прямо перед моими глазами. Повинуясь условному рефлексу, я поднял пистолет, чтобы защитить голову, но внезапно меня сильно оттащило назад, и я упал в нескольких метрах от того места, где была Ева. Я беспомощно смотрел, как язык существа быстро обхватил ее ноги и потянул к себе. В любой момент ее затащат прямо в рот, покрытый окровавленными острыми зубами, и съедят целиком!

- Нет! - Я рванулся вперед, пытаясь выстрелить, Лафарр сбоку тоже прыгнул вперед, приземлившись возле пасти варана, пытаясь убить его из своего пулемета. Однако именно в этот момент из ниоткуда раздался глубокий и низкий голос, резонирующий по всем джунглям.

- Эка... ла... Мия…

Это голос Агареса!

В тот же миг я увидел, как варан чудесным образом затих. Его язык, словно получив сообщение с пульта дистанционного управления, медленно разжался, и уже потерявшая сознание Ева рухнула обратно на землю. Затем существо закрыло свой ужасающий окровавленный рот, а также свои пугающие красные глаза, прежде чем склонило голову и поползло по земле. Это чудовищное древнее существо действительно приняло почтительную позу, как будто приветствуя своего повелителя.

Внезапная перемена показалась мне невероятной, когда я уставился на гигантское черное существо среди деревьев с широко разинутой пастью, не способной сомкнуться. Однако я вдруг заметил, что несколько вооруженных людей и Лафарр уставились на что-то прямо за моей спиной с жутко бледным выражением лица, как будто они встретили призрака. Внезапно, не говоря ни слова, они подняли свое оружие, чтобы указать на что-то за моей спиной.

Мне не нужно было поворачивать голову, чтобы понять, кто стоит за мной, и, по правде говоря, я успел заметить длинный черный рыбий хвост, крадущийся сзади и обвивающий мою лодыжку.

Я сделал жест “стоп”, глубоко вздохнув и с посеревшим лицом пробормотал, заикаясь: - Н-не поймите меня неправильно, это м-мой... др... - Мокрый язык без предупреждения лизнул мою шею, и слово застряло у меня в горле, но я все же сумел выдавить его, - …уг.

Бледные, влажные перепончатые руки обхватили меня за талию. Лафарр уставился на нас широко раскрытыми глазами, так что его глазные яблоки почти вывалились, и я смог только издать неловкий принужденный смех: - Он просто… слишком... дружелюбен…

- Дешаров мой.

Агарес положил подбородок мне на макушку, и от его глубокого вибрирующего голоса я остолбенел. Я видел, как все смотрели на нас, и у меня чуть не перехватило дыхание. - Я забыл вам рассказать, ребята, что в Исландии, с Райном мы поймали этого здоровяка. Я заботился о нем в течение определенного периода времени, прежде чем мы отпустили его… Я без понятия, почему мы встретили его!

Внешне я нес какую-то нелепую чушь, но в глубине души истерически кричал: О боже, этот парень действительно говорил на нашем языке перед моими одноклассниками, и надо же было ему обязательно это сказать!

Как раз в тот момент, когда я почувствовал, что теряю рассудок, Лафарр очнулся от шока, сразу же поднял Еву и недоверчиво покачал головой. Он смотрел то на Агареса, то на меня, и в его глазах смешались страх и удивление. – Ох мой Бог… ты действительно столкнулся с русалом, который может говорить по-английски… Дешаров, тебе нереально повезло!

Повезло?! Как же мне повезло?! Мне ни капельки не повезло!

Мое сердце взвыло от боли, и я попытался вырваться из когтей дьявола, сжимающих мою талию, но Агарес не собирался отпускать меня и вместо этого еще крепче обнял. Я подозревал, что, если мы и дальше будем оставаться в этой провокационной позе, этот парень сделает что-то еще более бесстыдное перед моими одноклассниками. В сущности, у него нет понятия стыда.

Однако Лафарр и другие явно не верили в дружелюбие Агареса. В конце концов, вчера русалка насильно увела одного из наших спутников. Просто глядя на их напряженные лица, можно было понять, что они готовы к бою.

У меня не было другого выбора, кроме как быстро предложить это: - Как насчет того, чтобы позволить ему присоединиться ненадолго к нам? Он может помочь нам найти Дэвиса, а также остановить Сакарол и ее команду. Смотрите, смотрите, он даже подчинил монстра.

- Как ты можешь быть уверенным в том, что этот тритон поможет нам? Именно такие, как он, напали на Дэвиса. Все мерфолки свирепые твари, мы убедились в этом еще до того, как высадились на остров.

Лафарр нахмурился, внимательно разглядывая Агареса. Несколько вооруженных людей тоже не ослабляли бдительности, дула их винтовок все еще были направлены в нашу сторону, и одного из них распирало от беспокойства. На его лице было особенно напряженное выражение с подергивающимися венами, я не удивлюсь, если он начнет стрелять в любой момент.

Я мог представить себе их встречу с мерфолками до того, как они попали на остров. Их волнующий опыт должен в равной степени соответствовать тому, с чем мы с Райном сталкивались раньше.

- Поверь мне, я могу общаться с ним. Я могу убедить его помочь нам. Он хоть и выглядит зловеще, но на самом деле он очень... ласковый. - Я выдавил это трудное прилагательное сквозь стиснутые зубы и даже протянул руку, чтобы пару раз погладить Агареса по щеке.

Его лицо странно ощущалось под моей ладони, когда я смотрел на своих скептически настроенных товарищей по команде, заставляя себя улыбнуться.

- Эй, смотрите, ребята! Прямо как большой дельфин.

В ответ на поглаживание Агарес, схватил меня за задницу, к счастью, никто этого не заметил. Я покраснел и, стиснув зубы, не моргнув глазом, наступил ногой на его хвостовые плавники.

В конце концов Лафарр согласился на мое предложение. Что касается большой ящерицы, то мы все еще не могли понять, почему она сдалась Агаресу. В джунглях снова воцарилось спокойствие, как тогда, когда мы только вошли. Из-за Евы, которая все еще была в коматозном состоянии, мы решили найти место для отдыха в разрушенных руинах.

Агарес, казалось, хорошо знал это место. Он легко прошел сквозь сломанные столбы в болоте, исчезнув на несколько секунд, прежде чем его верхняя часть тела появилась на круглом каменном выступе недалеко от нас.

Я заметил, что руины напоминают те древние римские общественные купальни, однако вряд ли они используется для купания, потому что этот плавучий остров регулярно погружается под воду. Все озера и русла рек на этом острове, вероятно, были связаны между собой от дна до гнезда морского народа, более того, простираясь к морю.

Я не смог остановить свое воображение, раздумывая над планировкой и структурой всего этого острова. Внутренняя часть, скорее всего, была полой с бесчисленным количеством выходов, так что вода могла быстро затекать внутрь и вытекать наружу. Более того, вес этого острова был намного легче, чем любого другого острова в мире. Это может объяснить тайну того, как остров Мерфолк смог плавать по морю.

Был ли остров искусственным созданием или естественной географической структурой? Это было слишком волшебно. Остров был похож на улей, но также и на подводную лодку.

Раса мерфолков и их мир действительно слишком загадочны… Я глубоко вздохнул.

Мои глаза невольно встретились с глазами Агареса. В пятнистом и колеблющемся свете, под тенью деревьев, его лицо, наполовину скрытое за каменными ступенями, показывало только глубокие, яркие, безмятежные глаза. Он прищурился, как будто намекая, что я должен подойти к нему и спросить, чтобы утолить свое любопытство.

Как раз в этот момент кто-то похлопал меня по плечу. Лафарр протянул мне вилку с жареной рыбой, насаженной сверху, и посмотрел в сторону Агареса. - Прости, Дешаров. Похоже, твой друг не питает к нам никакой враждебности. Благодаря ему чудовище оставило нас в покое, и мы смогли успешно спасти Еву. Вот, возьми. Иди, покажи ему нашу искреннюю благодарность.

Я был немного озадачен: - Он же зверь, зачем давать ему это? Он может сам отправиться на охоту!

- Разве раньше ты не опекал его? Ради Дэвиса, почему бы тебе снова не позаботиться о нем?!

Только один короткий ответ Лафарра ошеломил меня и лишил дара речи. Я чувствовал досаду из-за того, что сказал раньше. Я уставился на него и сказал: - Эй, брат, ты знаешь, что практически толкаешь меня в огненную яму?

- Что ты имеешь в виду? Ты не хочешь сблизиться с этим тритоном? Но только сейчас…

Лафарр подозрительно поднял бровь, явно не понимая моей внезапной резкой перемены в поведении. Чувствуя себя неуверенно, я встал, схватил жареную рыбу и, собравшись с духом, направился к Агаресу.

................................................

Эстезия

Древние римские общественные купальни

Глава 45

Только когда я подошел к руинам, похожих на баню, до меня дошло, что каменные стены были по крайней мере два метра высотой, так высоко, что я даже не видел лица Агареса. Мне пришлось пройти не меньше десяти метров вдоль каменной стены, прежде чем я смог найти небольшое отверстие.

Внизу не могло быть болота, скорее вода была чистой и блестящей от света, вместе с растительностью из лилий, плавающих на поверхности воды. Однако вода не обладала такой же прозрачностью, как озеро, поэтому я не мог понять, где находится Агарес.

Я сел на каменный выступ и принялся раскачивать жареную рыбу в руке. - Эй, я пришел поблагодарить тебя за помощь. Если ты сейчас же не появишься, то я вернусь обратно!

Сказав это, я собирался встать. Честно говоря, мне хотелось, чтобы Агарес не появлялся, чтобы я смог поскорее покинуть это место, хотя у меня было предчувствие, что это невозможно. Как раз в этот момент я заметил, как из-под воды показалась перепончатая рука, протянувшиеся мимо плавающей ряски. Затем он ухватился за мою лодыжку, которая покачивалась над прудом. Злое, но красивое лицо выглянуло из воды.

Несмотря на то, что я был морально готов к встрече с Агаресом, но из-за внезапного движения я потерял центр тяжести. Прежде чем я успел упасть, сильные руки Агареса поймали меня и прижали к влажной груди. Когда я поднял голову, его губы слегка коснулись моей переносицы, и я не мог оторвать взгляд от его загадочных глаз.

- Дешаров? Ты где? Я не вижу тебя!

Крик Лафарра резко вывел меня из транса, и я тут же оттолкнул Агареса. Я снова сел и поднял жареную рыбу. После этого я ответил на его зов: - Я здесь, не волнуйся! Я только покормлю его!

- Покормишь… - Агарес вполголоса повторил за мной и недоуменно уставился на меня, высоко подняв брови, как будто не мог понять смысл этого слова. В конце концов, он был существом, которое привыкло самостоятельно добывать себе пищу, так как же он мог понять значение этого слова? Более того, если бы я его покормил, это скорее было бы для него оскорблением, поскольку он, вероятно, был старше моего отца или даже деда.

- Э-э… - Я помахал жареной рыбой в руке, прежде чем схватить его за руку. Затем я сунул вилку ему в руку, объясняя: - Это для тебя. Рыба была зажарена на костре, ты ешь такое?

Его веки опустились, когда он уставился на жареную рыбу, а когда он понюхал рыбу, его брови нахмурились. Я не уверен, что аромат специй, используемых для жарки, привезенных сюда Лафарром из России, удовлетворял вкусы мерфолка.

Если Агарес не захочет ее съесть, то эта жареная рыба будет моей. Я уставился на лакомство, сглотнув слюну.

Я был уверен, что он почувствует отвращение и откажется от еды, но неожиданно он схватил меня за запястье. Облизав рыбу несколько раз, он открыл рот и одним укусом оторвал большой кусок. Даже не заботясь о рыбьих костях, он просто проглотил их.

С тревогой опасаясь, что он проглотит вилку в следующий раз, я поспешно отнял ее у него, из-за чего случайно вытащил половину рыбы прямо изо рта Агареса. - Эй, эй! Ты неправильно используешь вилку, ты чуть не проглотил ее вместе с рыбой!

Агарес облизнул скользкие от жира губы. Затем он недовольно обнажил свои острые клыки, уставившись на остатки жареной рыбы в моей руке. Увидев его таким, я не смог удержаться от смеха. Я так хохотал, что раскачивался из стороны в сторону, да так сильно, что даже жареная рыба чуть не выпала из моих рук.

Однако человек, игравший главную роль в этой комедии, казалось, не имел ни малейшего понятия о своих проделках и просто задумчиво смотрел на меня. Его безразличие было совсем как у ребенка, замышляющего дешевые фокусы, спокойное и бесстрастное. Уголки его губ слегка изогнулись, как будто он замышлял какой-то коварный заговор, чтобы отомстить мне.

Я моментально перестал смеяться и подумал: Проклятие! Я почти забыл об этом. Если я буду несерьезен с этим зверем, то в конце концов пострадаю!

- Вот как ты должен держать эту штуку.

Чтобы компенсировать свое оскорбительное поведение, я переключил его внимание на что-то другое. Я притворился невинным и снова схватил его перепончатую руку, засовывая вилку между пальцев. К счастью, мембрана между пальцами не мешала этому процессу.

- После этого ты просто должен есть эту рыбу вот так, смотри…

Я опустил голову и сосредоточился на том, чтобы представить себя за столом. Я откусил маленький кусочек рыбы от края вилки, проглотил его, а затем осторожно выплюнул мелкие рыбьи косточки. Я намеренно избегал взгляда Агареса и сказал: - Вот как мы едим, хлопотно, не правда ли?

Сказав это, я все же не удержался и посмотрел на Агареса.

Он задумчиво наблюдал за мои действиями, а затем кивнул головой, после чего поднял другую перепончатую руку и пальцами потер уголки моего рта, стирая все следы блестящего масла. Затем он неожиданно высунул язык, чтобы слизнуть остатки, как будто он наконец-то попробовал самую вкусную еду в мире, уголки его губ приподнялись, образуя слабую улыбку, слегка выдавая выражение полного удовлетворения.

Я ошеломленно уставился на него, мои щеки заалели. В тот момент все, что я хотел, это убежать. Однако, как только я поднял ноги, его перепончатые руки инстинктивно вцепились в них.

Затем он небрежно бросил взгляд на мои ноги.

Я тут же застыл на месте.

Я прекрасно понимал, что мне не следует больше предпринимать попыток побега, иначе этот зверь определенно перевозбудится. Более того, ему может приди в голову, схватить меня и утащить в свое логово, на глазах у моих одноклассников!

Учитывая эти факторы, я принял невозмутимый вид и поставил ногу обратно, продолжая демонстративно есть жареную рыбу. Затем Агарес последовал за мной, подражая тому, как я ел.

Понаблюдав за тем, как я ем, полуприкрыв глаза, он опустил длинные ресницы, а тонкими губами деликатно отломил кусочек рыбы, прожёвывая так неторопливо, что даже его щеки едва двигались.

Я был ошеломлен на секунду. Я должен признать, что то, как он ел, делало его похожим на соблазнительного джентльмена. Если бы, скажем, у него не было привычки облизывать свои губы, из-за чего он похож на извращенца, который часто посещает бары, чтобы подцепить кого-то на одну ночь.

Когда эта фраза промелькнула у меня в голове, мои сердце подскочило. Мне вдруг показалось, что я сижу как на иголках, потому что в этот момент, в этом лунном свете и в этом пруду, мы оба тайком прятались здесь и ели жареную рыбу. Разве это не похоже на романтический ужин во время свидания?!

Это слишком странно…

Мой взгляд встретился с взглядом Агареса, я не мог отвести от него взгляда. У меня возникло предчувствие, что он собирается меня поцеловать. В это время его хватка на вилке ослабла, и его перепончатые руки последовали за изгибом моей спины вверх к затылку, его рыбий хвост был подперт, чтобы поддержать вес его тела, позволяя ему полностью вынырнуть из бассейна.

Двусмысленная атмосфера была густой и тяжелой, как будто она собиралась вспыхнуть пламенем. Если я не прекращу это, все будет выглядеть как следующая стадия свидания. Я отодвинулся в сторону, чтобы Агарес не прижал меня к себе, ощупывая свое тело, я пытался найти что-нибудь, что могло бы отвлечь его внимание. Тут же в кармане брюк я нащупал очень твердый металлический предмет.

Это был компас Лафарра. Его металлический наконечник отчаянно трясся, как и мое сердце. Я заметил, что наконечник стрелы направлен в сторону Агареса. Я обеими руками держал компас прямо перед собой, но устройство не мешало Агаресу приблизиться ко мне. Поэтому я указал на него и повысил голос: - Это компас!

Агарес, казалось, был застигнут врасплох. Чувствуя себя сбитым с толку, он бросил взгляд на предмет в моей руке, сжал его двумя пальцами и потряс. Я заметил, что компасу, похоже, удалось взять верх над его любопытством, и испытал облегчение. Но, конечно, я не мог себе позволить, чтобы это отразилось на моем лице.

Я потер подбородок и, как серьезный учитель, легонько потрогал металлическую стрелку, спрашивая: -Ты знаешь, почему эта штука продолжает указывать на тебя?

Агарес заостренным ногтем пару раз ткнул в стекло, случайно создавая небольшую  трещину, прежде чем покачать головой, показывая, что не знает почему.

В отчаянии я дотронулся до компаса. Черт побери, Лафарр определенно убьет меня. Как исследователь, он очень дорожит своим компасом. Я потер переносицу. - Это потому, что твое тело несет в себе магнитное поле. Оно притягивает компас, тем самым заставляя стрелку менять направление.

- Магнитное поле притя…гивает…

Агарес вполголоса повторил эти три русских слова, его произношение было прерывистым и непрофессиональным, очевидно показывая, что русский язык был для него до сих пор слишком сложным. Несмотря на это, он переосмысливал каждое слово и непрерывно пережевывал каждую букву, как будто изо всех сил пытался понять мой язык.

Произнося слова вслух, он не сводил с меня глаз, как будто не просто повторял то, что я сказал, а скорее выражал свой собственный смысл. Такое реальное, но, казалось бы, фальшивое заблуждение заставило мое сердце содрогнуться. Я сразу же отвел взгляд от этих спокойных, но пугающих глаз и схватил его перепончатые руки, чтобы положить их на компас. В тот же миг стрелка сошла с ума, ее трясло то вправо, то влево, и казалось, что она в любой момент может сломать стеклянный корпус.

- Послушай, - я сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить выпрыгивающее сердце, прежде чем объяснить по-английски, - Привлекаешь, ты привлекаешь его. Из-за тебя…

Агарес не дал мне договорить, схватив меня за запястье. Я в испуге подскочил и чуть было не уронил компас в воду, но Агарес ловко поймал его. Затем он принялся возиться с компасом, крутя его в разные стороны. Внезапно мое сердце почувствовало себя компасом, оно тоже было захвачено Агаресом; от осознания этого мне стало трудно дышать. Я уставился на него, не в силах, что-либо произнести, чтобы отвлечь его внимание.

Я не знал, что он хотел сделать или выразить. Я мог только беспомощно смотреть на него, как он уткнулся мне в грудь, его руки крепко обхватили мою талию, а нос прижался к моей рубашке, глубоко вдыхая мой запах. Я резко опустил голову и увидел, что его глаза были закрыты, как будто он был опьянен от вина, будто мое тело испускало какой-то скрытый аромат, оставлявший насыщенное послевкусие.

Я сразу же почувствовал, как волосы по всему телу встали дыбом, и, как каждая моя пора внезапно сжалась из-за близости Агареса. Кроме того, от его волос исходил сладкий гормональный запах, и он был особенно силен в этот самый момент.

И снова я не смог сдержать порыва сорваться на бег, чтобы убежать от проблемы.

Я подсознательно схватил вилку, лежавшую рядом со мной, и направил ее в шею Агареса, яростно предупреждая: - Если ты посмеешь что-нибудь со мной сделать, то не держи на меня зла, если я поступлю с тобой так же, как с жареной рыбой!

- Привлекаю… - Агарес, с наслаждением уткнувшись мне в грудь, вдруг издал низкий хриплый звук. Я был поражен на мгновение, и в этот промежуток времени я увидел, как Агарес поднимает голову. - Я… привлекаю… тебя… Дешаров… - Я почувствовал, как его влажные губы касаются мочки моего уха, оставляя за собой крошечные искры. - Сильно…

Как будто эта фраза была магическим заклинанием, лишая меня разума. Я не знал, как Агарес заглядывает мне в душу, возможно по запаху. Это абсурдно, но все же мне, казалось, что я раскопал невыносимо неловкую тайну. Я не мог ничего возразить, будто у меня украли голос, я совершенно онемел. Действительно, я чувствовал, что был таким же, как компас, неспособным сопротивляться магнитному полю этого зверя.

Как и сейчас, когда Агарес прижался губами к мочке моего уха, я почувствовал легкое возбуждение от одного лишь прикосновения.

Причем не только физиологически.

Мое сердце жаждало, чтобы он продолжил, сделал еще один шаг и посягнул на меня. Даже если мы были в столь неудобном месте, это противоречивое чувство вернуло меня к тому периоду, когда Агарес пропал. Тогда, когда я думал о нем под одеялом, в одиночестве.… во время мастурбации. И самым неловким было то, что он наблюдал, как я это делаю.

Проклятие, проклятие! Неужели у меня появились к нему какие-то чувства?!

Как могла моя сексуальная ориентация измениться из-за мужчины-русалки? Ясно, что я обычный русский человек. Я должен любить Еву!

Нет. Это определенно было вызвано Стокгольмским синдромом. Конечно, с каждым днем становилось все хуже.

В моей голове бушевал противоречивый конфликт. Я растерялся, когда Агарес прижал меня к каменной стене. В тот момент, когда он опустил голову, чтобы прижаться к моим губам, все мое тело взорвалось, и я тут же вскочил. В панике я развернулся и спрыгнул со стены. Но как только я приземлился, я пошатнулся и поскользнулся на скользкой земле, ныряя лицом в грязь.

Я небрежно вытер лицо и подсознательно обернулся, Агарес не последовал за мной. Вместо этого он просто спокойно стоял за каменной стеной, сосредоточенно опустив глаза. Стоя в позе старшеклассника, смотрящего на мою глупую внешность, его глаза выражали одновременно интерес и несравненную двусмысленность.

С того момента, как уголки его рта приподнялись, он уже считал меня чем-то чрезвычайно забавным. В его глазах я был похож на маленького бесенка, пытающегося вернуть то немногое, что у меня осталось от гордости.

- Черт, черт возьми. Хитрый ублюдок!

Я пришел в ярость от унижения и послал ему несколько ругательств. Я даже ударил кулаком в грязь, и как только я отчаянно перекатился и встал, я бросился бежать. Можно даже сказать, что я полетел обратно в лагерь, оставляя без ответа вопросы Лафарра. Наконец я присел в углу и смыл грязь с лица.

Глава 46

Мне пришлось долго умываться холодной водой, чтобы наконец-то стереть всю грязь с лица. Лафарр хотел подойти ко мне, поговорить, но сразу же передумал, когда увидел, что мое лицо было переполнено гневом.

Он знал мой темперамент; обычно я был кроток, как безобидный ягненок, но стоило меня разозлить, как я вспыхивал и превращался в волка. Так что в результате я смог, наконец-то, побыть некоторое время в одиночестве.

Кроме неспокойного сердца, меня в добавок ко всему беспокоил жар, как будто меня лихорадило. Я не осмеливался смотреть на свои брюки, потому что очень хорошо знал, что… я был тверд. Это случилось как раз в тот момент, когда Агарес прижался губами к мочке моего уха. Если бы я не сбежал, то, как бродячая кошка, почуявшая запах рыбы, не смог бы сопротивляться и подчинился бы ему.

Отвратительно! Как же стыдно!

Сняв куртку, я вылил остатки воды себе на голову. Ледяная вода быстро понизила температуру моего тела, но она не смогла успокоить беспокойное желание внутри меня. У меня до сих пор был твердый стояк…

Я сам не понимал, откуда взялась эта сильная тоска, она как будто появилась от страстного желания Агареса.

Как вор, чувствующий себя виноватым, я украдкой взглянул на бассейн. К счастью, Агареса там не оказалось. Я вздохнул с облегчением. Я глубоко сглотнул и прислонился спиной к дереву. Сжав ноги вместе, я потерся пульсирующим членом о грубую ткань джинсов.

Я сопротивлялся желанию засунуть руки в штаны, но чем больше я терпел, тем невыносимее мне становилось. Моя спина стала полностью влажной от пота. Я волновался, что Лафарр может услышать меня, так как он находился всего лишь в несколько футах от меня.

Я всегда был тем, кто не мог сдержать физическое желание, однако, если бы я начал мастурбировать прямо здесь, обязательно кто-нибудь застукал бы меня. Кроме того, я бы не осмелился делать такие вещи в присутствии кого-либо еще, тем более что неподалеку была  девушка.

Кроме того, нельзя забывать об Агаресе, возможно он подглядывает за мной.

Сохраняя бдительность, я внимательно оглядел все свое окружение. Внезапно, не слишком далеко в темноте, я случайно заметил неясную пару светящихся точек.

Я был уверен, что они принадлежат Агаресу. Я подумал, что сейчас же встану и вернусь к остальным, но в темноте его неподвижный взгляд заставил мои руки и ноги обмякнуть, как будто он послал электрический ток в мою кровь.

Я увидел, как Агарес подплыл ближе. За короткое время очертания его тела постепенно стали четче в лунном свете. Затем, когда я увидел, чем он занимается, в следующую секунду волна унижения нахлынула на мою голову.

Он, повернувшись ко мне лицом, яростно мастурбировал, мышцы на его теле дрожали, как вулкан. А из-за рассыпанных по плечам серебристых волос он казался холодным и жестким. И все же это навело меня на мысль, что Агарес в данный момент был сексуален.

Я отдернул голову, как будто меня ударило током. Мне сразу же захотелось встать и убежать к остальным, но от того, как Агарес смотрел на меня своим пристальным взглядом, по моим венам снова пробежал электрический ток.

Пока, я фантазировал об Агаресе, он в это время тоже баловал меня как свою музу. И он действительно был достаточно похотлив, чтобы сделать это прямо передо мной, беззастенчиво! Правильнее было бы назвать такое поведение соблазнением.

Я не хотел признавать этого, но сила его искушения была весьма действенной. Мой член в штанах затвердел еще больше. Это было больше, чем я мог вынести, поэтому я вытянул руки между ног, отвернувшись от Агареса. И все же мой взгляд снова вернулся к нему.

Руки Агареса задвигались еще быстрее, его глаза были полуоткрыты, и он пристально осматривал меня с головы до ног. Его кадык непрерывно перекатывался, молча соблазняя меня.

Мне вдруг показалось, что мы играем в какую-то запретную игру. Мы использовали желание друг друга, чтобы провести своего рода соревнование по перетягиванию каната, чтобы увидеть, кто проиграет первым. Очевидно, я переоценил свои возможности.

Из-за этого чувства я вспомнил о тех временах, когда я только достиг половой зрелости и смотрел эротические фильмы за спиной родителей. Каждый мужчина был бы очарован этим захватывающим чувством табу, и я не был исключением. Несмотря на то, что в глазах моих друзей и родителей я был прилежным учеником, у которого никогда не было девушки, это не означало, что я не буду об этом фантазировать.

Но может ли кто-нибудь объяснить мне, почему я, мужчина, фантазирую о зловещем тритоне, а не о самой привлекательной женщине России? Это потому, что на мое девственное тело уже посягнул этот тритон?

В душе у меня бушевала настоящая война, но мой взгляд продолжал блуждать по крепкому телу Агареса, не в силах подавить мысли, проносившиеся в моей голове. Мое тело было обжигающе горячим, как будто я был одержим, но в то же время я думал о смерти.

Я не мог удержаться от мысли о том, как постепенно превращаюсь в разрушенный часовой механизм внутри музыкальной шкатулки, повторяя очаровательные и нежные музыкальные ноты, следуя движениям Агареса.

Черт побери, все пошло наперекосяк.

Как только я подумал об этом, внезапные голоса Лафарра и Евы, доносившиеся за моей спиной, показались мне ковшом холодной воды, вылитой мне на голову. Я невольно вздрогнул, как будто меня внезапно вытащили из болота похоти.

Взволнованный и растерянный, я оглянулся, но, похоже, они не заметили ничего необычного.

Я вздохнул с облегчением и не осмелился действовать вслепую, не подумав еще раз. Если бы они вдвоем решили подойти ко мне, то увидели бы странную игру, в которую играли мы с Агаресом. Я опустил голову и уткнулся разгоряченным от стыда лицом в колени, не смея больше смотреть на тритона. Вместо этого я открыл бутылку с водой и сделал несколько больших глотков. Оставшуюся часть воды я просто вылил себе на брюки.

Наконец это принесло облегчение. Я глубоко вздохнул и, не желая ждать, пока моя эрекция полностью уляжется, немедленно встал, покидая это место. Я боялся, что, если задержусь еще на секунду, Агарес что-нибудь сделает со мной от нетерпения.

- Эй, Дешаров, ты что обмочился?

Как только Лафарр увидел мое смущение, он не смог удержаться от смеха. Даже Ева, которая только что проснулась, сдержанно хихикнула, увидев мокрое пятно на моей промежности. С непрекращающимся смущением я бросил на них злобный взгляд, прежде чем схватить чистые брюки из пехотного рюкзака.

Я спрятался за деревом, чтобы переодеться, и в то же время внимательно следил за тем, что происходит вокруг, на случай, если Агарес вдруг выскочит из ниоткуда. Только наполовину натянув брюки, я услышал шорох. Я огляделся, широко раскрыв глаза, с сердцем, застрявшим в горле, неожиданно для себя осознавая, что с нетерпением жду появления Агареса.

Внезапно я заметил, как что-то блестит в тени деревьев. Похоже на военный шлем. Затем, прежде чем я успел разглядеть, что-то холодное и твердое прижалось к моему затылку.

- Давно не виделись, мистер Дешаров.

За моей спиной раздался холодный и мрачный женский голос, затем Лафарр крикнул: - Не двигайся, мы тоже вооружены, отпусти его!

Потрясенный, я повернул голову и увидел группу людей. Человек впереди медленно приближался, его лицо было скрыто в тени, но его глаза были явно прикованы ко мне. Мои глаза расширились от удивления. Сакарол с силой толкнула меня, заставляя меня смотреть в лицо единственному человеку, которого я отчаянно не хотел видеть.

Я холодно посмотрел на него. Потрескивающий огонь, отражающийся в его шлеме, показал мои несравненные глаза, которые ярко сверкали угрозой.

Глава 47

- Конечно, тебе еще предстоит умереть, Дешаров.

Как только Райн снял шлем, я заметил, что его глаза налились кровью, как будто он пережил психическое расстройство. Неожиданно он погладил меня по щеке, как будто это была не та рука, которая толкнула меня с лодки.

- Черт побери, лицемерный ублюдок!

В одно мгновение я почувствовал, как в моем сердце поднимается жгучая ярость, я совершенно позабыл, что сзади на меня все еще был направлен пистолет. Внезапно мой сжатый кулак встретился с лицом Райна, заставив его плашмя упасть на землю. Я бросился на него, прижимая к земле, колотя и пиная. Однако он не пытался защититься от моих нападок. Выдержав несколько сильных ударов, он внезапно развернулся, чтобы схватить меня.

Затем Райн поспешно поднял меня с земли и приставил пистолет к моему лбу.

- Прости, Дешаров. Но пока ты послушно следуешь за нами, я обещаю, что больше не позволю никому причинить тебе вред. - сказал Райн низким, хриплым голосом.

Я презрительно усмехнулся и выплюнул пыль, которая была у меня во рту: - Я не виню тебя, ты просто выполнял свою миссию. Я просто избивал наставника, чей рот был полон лжи, а не тебя, который сейчас стоит передо мной. Однако мы больше не товарищи, Райн. Вы, ребята, ничего от меня не добьетесь, просто схватив меня. Посмотрите на ситуацию, в которой вы сейчас находитесь.

Сказав это, я оглядел всех своих товарищей: люди Лафарра и вооруженные люди позади Райна направили свои пистолеты друг на друга. Я посмотрел в сторону темной тени среди деревьев. Агарес был там и, очевидно, ждал возможности нанести удар, но проблема заключалась в том, заметили они его раньше или нет.

Сакарол холодно усмехнулась и произнесла: - Маленький холостяк, мы хотим поймать тебя, поскольку ты, кажется, оказываешь на людей определенное воздействие. Мужчины в нашем когда-то достойном похвалы отряде быстро превратились в бешеных собак от одного только пребывания здесь, - затем она подошла еще ближе и прошептала, - Кроме того, похоже, что ты незаменимая приманка для рыбы. Неужели ты думаешь, что я не знала о том, что в это время за нашей лодкой следовал самец русалки? Похоже, в лаборатории он еще недостаточно отведал твоей задницы!

Голос Сакарол, как молния, ударил мне в голову, заставив меня мгновенно покраснеть от стыда и гнева. - Ты, грязная сучка, закрой свой рот!

Прежде чем я успел вымолвить последние слова, ее тонкие, но сильные пальцы сдавили мне шею. Ее острые ногти резко впились в мою кожу, и краем глаза я заметил, как Райн резко побледнел, прежде чем закричать. - Полковник Сакарол!

- Быстрее, шевелись! Избавься от этого самца русалки! Я улажу все здесь! - её командный тон звучал в моем ухе, как радио.

Райн посмотрел на меня, немного поколебавшись, прежде чем немедленно вытащить два пистолета и выстрелить в направлении Агареса. Оба они оказались автоматами Томпсона! С громким треском воздух наполнился дымом. Я машинально повернул голову туда, где послышалось шипение.

- Агарес!

Однако мой голос тут же затмили звуки пуль. Куда бы я ни смотрел, все было покрыто облачным желтым дымом, который содержал тяжелый запах пороха. В тот же миг послышались еще более беспорядочные выстрелы, и когда я различил рев Лафарра, смешанный с криками Евы, я понял, что мы попали в засаду, глубоко в джунглях еще прятались вооруженные люди. Это были люди Сакарол!

- Нет! Лафарр, Ева!

Я пристально вгляделся в расплывчатые тени в дыму и начал сопротивляться, глаза мои были полны гнева. Сакарол сжала мою шею, прижимая меня лицом вниз к земле. Я отбивался изо всех сил, случайно попадая ей коленом в живот. В это время я не мог утруждать себя вежливостью по отношению к прекрасному полу. Эта женщина была злобной ведьмой. Она хотела убить моих друзей!

На самом деле она чуть не задушила и меня. Однако это, казалось, пробуждало скрытые способности человека, оказавшегося на грани смерти. Я использовал весь свой вес, мешая ей прижать меня к земле, в конце концов, у меня был рост 180 см и сила взрослого мужчины. В тот момент, когда хватка Сакарол ослабла, я выхватил пистолет из ее руки и поспешно поднялся с земли. Затем я безжалостно ударил ее прикладом пистолета, прежде чем броситься бежать.

Я держался за ружье и оглядывался по сторонам, однако чувствовал себя крайне растерянным, темнота, дым и грохот орудий смешались воедино, как кастрюля с супом. Я не мог понять, где были наши люди, и какое направление вело к Агаресу. Я тут же пригнулся, чтобы меня не подстрелили, и закричал так громко, что мой голос охрип. - Лафарр, Ева, где вы, ребята?!

Однако в ответ раздался лишь град выстрелов. Не было слышно ни одного различимого голоса.

Мои нервы, как сильно натянутая резиновая лента, прыгали дико и беспрестанно, пока мое дыхание не превратилось в единственную струю воздуха, которая застряла у меня в горле. Я не верил, в то что Лафарр и Ева, возможно уже мертвы, но тревога и беспокойство не оставляли меня.

Чувствуя головокружение, я продолжал оглядываться, пока не заметил темную фигуру среди дыма. Однако у меня не было времени сообразить, кто это, как вдруг я почувствовал острую боль. Это было похоже на раскаленную лаву, просачивающуюся через мою грудь.

Слабый, презрительный холодный смех эхом отозвался в моей голове, когда я, схватившись за рану упал на землю. Мой взгляд устремился к небесам. В этот момент ритм времени, казалось, заметно замедлился.

Я видел увядшие листья, мягко падающие в воздухе, а дым вокруг был похож на осязаемое облако, постепенно распространяющееся, алой жидкостью, которая брызгала в разные стороны. Я думаю, что это была моя душа, которая исчезала вместе с моей кровью.

Однако никакой боли я не почувствовал. Я видел только черное как смоль небо.

Посреди бесконечной тьмы мое тело словно висело в воздухе, но в то же время казалось, что оно дрейфует вместе с морскими волнами. Я не мог поднять тяжелые веки, но, как и прежде, увидел яркий свет. Я изо всех сил старался броситься туда, откуда он шел, как мотылек на пламя, не обращая внимания на пугающую опасность того, что ждало меня впереди.

По мере того как я постепенно падал, все вокруг меня больше не было окутано тьмой. Вместо этого она превратилась в белую комнату. Я видел вокруг себя врачей в белых халатах, а также множество молодых лиц. Вдруг я увидел молодого Дэвиса, Лафарра и маленькую, похожую на принцессу Еву. В очертаниях их лиц не было и следа старения, но я все равно узнал их.

Я открыл рот, желая издать хоть звук, но меня схватила холодная рука, в резиновых хирургических перчатках. Ослепительный свет падал на мое лицо, я инстинктивно пытался закрыть глаза, однако мои веки были насильно открыты. Тень незнакомца наклонилась, приближаясь к моему лицу. Он внимательно смотрел на меня: - Милый, мой маленький парень, похоже, что твое телосложение, самое подходящее из всех. Действительно… какая замечательная приманка для рыбы.

Что это значит?

В глубине души меня вдруг охватила огромная волна паники. Не в силах удержаться от того, чтобы не отпрянуть, я отшатнулся и упал во влажную липкую субстанцию. Я посмотрел вниз. Это была, как ни странно, лужа крови. Когда я повернул голову, то неожиданно увидел несколько сильно искалеченных тел с разорванной плотью, перекрывающих друг друга. Их знакомые лица смотрели на меня, и их мертвые глаза, полные оставшихся обид, не закрывались.

Я схватился за голову и издал ужасное, нечеловеческое шипение, разом разрушив кошмар. Снова все превратилось в полную темноту, единственный источник света слабо просачивался сквозь щели между веками. Мне нужно было больше воздуха, но в груди было очень тесно. Я с большим трудом приоткрыл веки, но потом что-то не очень мягкое тут же накрыло их снова, напугав меня еще больше.

Я машинально поднял руку, чувствуя предмет на своем лице. Это была рука, точнее, перепончатая рука.

Это же Агарес!

Я тут же приподнялся, но почувствовал острую боль в груди. Я пару раз моргнул, постепенно приспосабливаясь к не столь ослепительным лучам света.

Я отчетливо видел очертания Агареса и ощущал тот особенный запах, который медленно согревал мое сердце и каким-то образом немного ослаблял остатки тревоги от моего предыдущего кошмара. И все же я мгновенно вспомнил, что произошло до того, как я потерял сознание.

Мои руки дрожали, когда я схватил Агареса за плечи. - Ты видел Лафарра и Еву? - спросил я хриплым голосом. - Два человека, которые были со мной, мужчина и женщина?!

Агарес несколько секунд молчал, потом покачал головой.

- Нет…

Боль в груди мгновенно усилилась. Я сильно закашлялся, когда мои воспоминания о кошмаре начали постепенно исчезать. У меня уже не было ясного представления о том, что это был за сон. Единственное, что невозможно было стереть, это застывшие окровавленные лица Лафарра и Евы.

Я не хотел верить в это ужасное предчувствие, но сцена в мире снов была ужасно реалистичной. Казалось, что прошлое и будущее были неразрывно связаны. И сцена в дыму все еще была жива в моем сознании, как будто намекая на то, что уже было решено. И все же мысль о том, что мои дорогие друзья, с которыми у меня была глубокая связь, вероятно, умерли, причиняла мне огромную боль.

- Не может быть, чтобы они умерли. Прошло не так уж много времени с тех пор как мы дали клятву возле того самого костра.

Я спрятал свое лицо в ладонях, пытаясь подавить сочащиеся слезы и боль, убеждая себя вслух. В то же самое время Агарес прижал свои перепончатые руки к моему затылку, заставляя меня прислониться своим бессильным телом к его груди и поглаживая мои волосы, как будто утешая ребенка. Его ровное и мощное сердцебиение резонировало в моих барабанных перепонках. Это было похоже на гипнотическое воздействие, потому что это неожиданно освободило меня от моей сильной тревоги.

Я обнял его широкую крепкую спину и стиснул зубы, отчаянно сопротивляясь желанию дать волю своим эмоциям, пока слезы тихо капали ему на грудь, капля за каплей.

Рука, лежавшая у меня на спине, напряглась, и, хотя выражение его лица казалось мрачным, глаза его были полны нежности. Внезапно он опустил голову и языком слизнул мои слезы. Я подсознательно хотел отстраниться, но моя голова была мягко удержана его перепончатой рукой.

Он нежно лизал мою щеку, вытирая падающие слезы, не оставляя ни капли. Я мгновенно почувствовал стыд, так как выставил свою собственную хрупкость напоказ.

Я вырос на отцовских упреках, поэтому никогда не плакал перед другими, и не любил, когда меня утешали. В этот момент я чувствовал то же самое перед лицом этого злого тритона, который посягал на меня бесчисленное количество раз.

- Стой, держись от меня подальше! - Я не знал, откуда вдруг у меня взялась сила, но в конце концов мне удалось оттолкнуть Агареса. Он поднял голову, слегка смущенный моей внезапной переменой. Он нахмурил брови, его острые, глубокие глаза внимательно смотрели на меня, словно изучая. То, как он смотрел на меня, заставляло меня чувствовать себя неблагодарным ребенком, а он был будто беспомощным старшим, который не знал, что со мной делать.

Я потерял всю уверенность в своих силах, так как именно Агарес спас мне жизнь. Более того, я и так уже зависел от него, но это было то, в чем я никогда не, признаюсь.

Я с трудом сглотнул и украдкой взглянул на него. Я предупредил его грубым голосом: - Не думай, что сможешь воспользоваться моей слабостью. Отпусти меня сейчас же, я должен найти Лафарра и остальных!

Я попытался встать, но моя грудь снова начала болеть, как будто ее ударили молотком.

- Черт побери!

Я вскрикнул от боли, но тут пара перепончатых рук сжала мои собственные.

Я заметил, что его губы были сжаты в тонкую полоску, он был в гневе. В следующее мгновение он поцеловал меня.

Хотя это нельзя было назвать поцелуем, потому что он целовал меня слишком глубоко и безжалостно. Это было сродни насилию. Его клыки царапали мои десны. Его язык исследовал мой рот и преследовал мой собственный. Он обвился вокруг моего языка, посасывая, не давая мне закрыть рот.

Перепончатая рука, которая поддерживала меня за спину, начала спускаться вниз по позвоночнику, а затем разорвала мои брюки. Все это время его рыбий хвост двигался грубо и варварски, пытаясь раздвинуть мои ноги. Его выпуклость давила на мою промежность.

От злости и стыда я застонал и коленями оттолкнулся от Агареса, сожалея о том, что, вероятно, только что разозлил его. Однако у меня совершенно не было сил бороться с ним. В момент отчаяния я с необычайной силой прикусил его язык, и через мгновение почувствовал вкус крови. Тем не менее, я не расслаблял рот и продолжал крепко прикусывать его язык, давая понять, что бросаю ему вызов.

Рука, рвавшая мои брюки, остановилась. Затем он сузил глаза и осторожно оценил выражение моего лица, как будто всего лишь хотел припугнуть меня.

Должен сказать, что ему это удалось. Как ягненок, которого крепко схватили за шею, я свернулся калачиком в его объятиях, не смея что-нибудь предпринимать. Я все еще немного дрожал, определенно из-за боли в груди.

Агарес опустил глаза, его перепончатый коготь мягко прижался к отверстию раны, намекая мне взглянуть на нее.

Я посмотрел на свою грудь. Это определенно была рана от выстрела. К тому же, должно быть, что именно Сакарол стреляла в меня, эта проклятая женщина.

Проклятье. Я должен радоваться, что она не задела мое сердце?!

С этой мыслью я не мог удержаться, чтобы не прикоснуться к тому месту, где билось мое сердце. Над пулевым отверстием уже образовалась струпа, и, кроме того, рана была покрыта слоем полупрозрачной мембраны. Однако эта огнестрельная рана, в отличие от других, не могла зажить так же быстро. Я предполагал, что некоторые из моих костей были повреждены, по крайней мере, одна сломана, иначе как еще простое движение руки могло вызвать у меня такую сильную боль?

Надеюсь, она скоро заживет, иначе у меня не хватит сил покинуть логово Агареса. Я огляделся вокруг, пещера, в которой мы находимся, казалось, висела на вершине пропасти, хотя на самом деле она была не такой высокой. С правой стороны я увидел море прямо за пределами входа в пещеру. Лунный свет просачивался сквозь тень деревьев, проливаясь на скалу пятнистыми пятнами.

В глубине души я подумал, что вентиляция и освещение здесь довольно хорошие. Хотя его нельзя было сравнить с домом, но все же его можно было считать хорошим местом для проживания. Лучше сначала залечить рану, а потом воспользоваться отсутствием Агареса, чтобы найти Лафарра и остальных.

Я искренне верил, что они всё еще живы. Я сжал кулак, но…

Значит ли это, что все это время мне придется оставаться здесь наедине с Агаресом?

Чувствуя себя несколько растерянным, я взглянул на Агареса, и он тоже задумчиво посмотрел на меня, как будто читая мои мысли.

.........................................................................

Пистолет-пулемет Томпсона - это американский пулемет, изобретенный Джоном Т. Томпсоном в 1918 году и ставший печально известным в эпоху сухого закона.

Глава 48

Словно пытаясь предотвратить мое дальнейшее сопротивление, Агарес свернул свой грубый и длинный рыбий хвост вокруг моих лодыжек, а его руки обвились вокруг моей шеи, чтобы притянуть ближе к своей груди. Я смущался и нервничал из-за нашей интимной позы, в добавок ко всему я боялся, что Агарес в любой момент может снова напасть на меня. Поскольку я был полностью в его власти.

Поэтому я закрыл глаза, притворившись спящим.

Но Агарес, похоже, пока не собирался прикасаться ко мне. Его грудь медленно вздымалась, а его нежное дыхание, как морской бриз, мягко скользило по моей макушке. Одна из его сильных и широких перепончатых рук, похожих на руки профессиональных баскетболистов, легла на мою руку, как будто мы были двумя очень близкими любовниками.

Похоже, этот парень и в самом деле не собирался ничего предпринимать.

Я украдкой повернул голову, чтобы посмотреть на него. Его яркие, пленительные глаза в этот момент были закрыты. Капли росы стекали по высокому кончику его идеально сложенного носа. Он был похож на умиротворенную статую.

Агарес, казалось, спал и, более того, он действительно заснул. Однако я не решился попробовать сбежать, боясь потревожить его сон.

Не было никаких сомнений в том, что я потерплю неудачу. Я был уверен, что еще до того, как я успею вытащить ноги из его большого смертоносного хвоста, Агарес проснется.

Я снова закрыл глаза, сделал несколько глубоких вдохов и попытался успокоить свое затекшее тело. Однако из-за редкого гормонального запаха, витавшего в пещере, я не мог заснуть. Мое сердце бешено колотилось, а все тело было покрыто потом. Просто лежа неподвижно, я чувствовал, как мои физические силы быстро истощаются. Я пролежал так всего пару минут, а мое тело уже предало меня.

Мой желудок издал серию урчащих звуков.

- Ах... черт побери!

Я сглотнул. Только сейчас я осознал, что давно ничего не ел. Агарес вздрогнул от неожиданности и открыл глаза. Я немного смутился, потирая пустой живот.

- Эй... как бы... это… я голоден...

Озадаченный, Агарес протянул руку и прижал ее к моему животу. Я с тревогой уставился на него. Я действительно умирал с голоду, и единственный способ добыть пищу был только через него. Агарес, словно ухватившись за мое слабое место, посмотрел на меня, когда уголок его рта дразняще изогнулся, усмехнувшись.

Его перепончатый коготь слегка ущипнул меня за подбородок, притягивая ближе к себе. Сбитый с толку, я гадал, что именно он хочет сделать, и вскоре увидел, как он придвинул свое острое ухо ближе к моему лицу, словно намекая мне что-то сделать.

Я сразу же все понял, этот парень просил меня о поцелуе! Точнее, он хотел от меня тоже самое, что я сделал в прошлый раз… облизать его, в качестве «награды» за получение пищи. Внезапно я представил себя дельфином, которого пытались приручить. Этот тритон кормил меня, чтобы приручить, и поэтому мне нужно послушно держаться поближе к нему.

Это смешно!

Я был ошеломлен, но затем мой желудок разочарованно заурчал, и это было еще громче, чем в прошлый раз. Удручающее чувство голода заставило меня отказаться от остатков гордости, и неохотно придвинуться ближе, чтобы лизнуть Агареса в ухо. Но кто бы мог подумать, что Агарес в этот момент вместо уха подставит щеку.

На его лице расцвела озорная улыбка.

Как хитро…

Я выругался про себя, закрыл глаза и лизнул его в щеку, но в конце концов его перепончатый коготь снова схватил меня за подбородок, а пальцы нежно погладили мои губы. Его глаза сияли очень двусмысленно.

Если так пойдет и дальше, придется ли мне вылизывать все тело Агареса, чтобы добыть еду? Если так, то я скорее умру с голоду!

- Эй ты, скотина!

С взволнованным красным лицом я уставился на него. Однако он, просто открыл рот, схватил меня за запястье и несколько раз лизнул своим вытянутым языком. Я остался в полной растерянности и окаменел на месте.

Кончики моих ушей горели. Агарес поднял глаза и многозначительно посмотрел на меня, прежде чем приподняться, бросившись по красивой дуге на выход из пещеры. Прежде чем я успел среагировать, я остался один в темноте, и единственное, что я услышал, громкий всплеск воды.

Я схватился за ноющую грудь и медленно пополз к выходу, чтобы посмотреть на охоту Агареса, и рассмотреть местность.

Логово действительно находилось на краю обрыва, но высота была не так уж велика. Агаресу было достаточно одного легкого прыжка, чтобы забраться в пещеру. Мало того, вокруг было много рифовых скал, которые напоминали лестницы, ведущие в море.

Меня окружало бескрайнее море. В чистом лунном свете, можно было увидеть кристаллизованное отражение сверкающих волн, и оно плавно соединялось вместе со звездным ночным куполом.

Морской бриз развевал мою одежду и волосы, словно я парил. Луна казалась такой близкой, как будто она была в пределах досягаемости, заставляя людей чувствовать себя так, как будто они были в бескрайней вселенной внутри космического корабля, тихо дрейфующего в бесконечном Млечном Пути.

Наблюдая такую великолепную и таинственную красоту, я расслабился и избавился от тревожных мыслей. На мгновение я забыл о времени, забыл о своем собственном чувстве бытия и полностью погрузился в этот огромный мир... пока похожая на стрелу тень не прорезала поверхность моря, и я внезапно вернулся к реальности.

Я увидел силуэт тритона, выпрыгнувшего из моря, создавая изящную дугу под сиянием полной луны. Когда он нырял обратно в воду, вода разбрызгивалась повсюду, создавая звездообразное изображение. Однако вместо того, чтобы исчезнуть в темном море, он погрузился прямо в мое сердце, поднимая волны, которые никак не могли успокоиться.

Я долго смотрел на эту прекрасную картину, прежде чем неохотно отвести взгляд. Иначе я не смог бы удержаться от того, чтобы не прыгнуть в море вслед за Агаресом.

Я напомнил себе, что должен без промедления изучить пещеру до его возвращения, чтобы подготовить план побега. Думая об этом, я медленно пробрался обратно в глубь пещеры.

В глубине пещеры было много парящих светлячков, похожих на планктон. Они хорошо освещали пещеру, что мне было на руку. В центре пещеры была большая яма, которая уходила глубоко вниз, она была заполнена текущей водой, похожей на те естественные общественные бани. Я предположил, что в самом ее основании есть туннель, который ведет прямо в открытое море или, возможно, туда, где Агарес обычно отдыхает.

Я осторожно обошел бассейн и неожиданно обнаружил второе отверстие с левой стороны, вход в которое мог вместить не более половины человека. Оно напоминало овальное окно, однако внутри было не очень глубоко. С одного взгляда можно было понять, что это тупик без другого входа или выхода. Я заметил, что внутри было много различных вещей, и не удержавшись от любопытства, залез в отверстие по пояс.

Там было всего понемногу: консервированное кунжутное масло, крупный жемчуг, ценные изделия из слоновой кости, красное вино, пиво и многое другое. Все это были обычные товары, часто встречающиеся в магазинах Евразии. Кроме того, было также оборудование, которое обычно использовалось во время морских путешествий. Некоторые из них использовались в прошлом, например, секстант и навигационная карта, сделанная из овчины. Самый старый из них на самом деле был чем-то вроде монокулярного телескопа, который можно было увидеть только в 18 веке, и рулевое колесо, которое, казалось, было отломано от корабля!

О Боже! Мне не верилось в происходящее, я также заметил ветхий, но толстый английский словарь, возможно, именно поэтому Агарес знает английский. Он действительно был эрудированным тритоном.

Я наугад открыл старый словарь и увидел, что некоторые слова были специально помечены шариковой ручкой. Эти обозначения, должно быть, были оставлены людьми, которые использовали его раньше. Я немного полистал и случайно наткнулся на сложенное письмо, спрятанное внутри.

Я вскрыл письмо и попытался прочесть его, но из-за дикого почерка ничего не мог понять. Я не знал, из какой страны происходит этот язык, потому что почерк был действительно слишком беспорядочным, чем мой собственный, и не только потому, что после многих лет эрозии морской воды было действительно трудно увидеть, что написано.

Я спрятал его в карман брюк, потому что мне было любопытно, может быть, он содержал информацию о последнем человеке, который встречался с Агаресом.

Все эти вещи подтверждали, что Агаресу по меньшей мере более 300 лет. Это было доказательством его долгого периода океанской жизни.

И я, возможно, даже не первый человек, посетивший его логово... и не его первая избранная «супруга», в конце концов, мой возраст сильно отличался от его.

В моем сердце внезапно появился неприятный и горький привкус, но я быстро заставил себя рассеять эти странные мысли и сосредоточил свое внимание на китайском словаре. Я свободно листал книгу, просматривая страницы, но думал совершенно о другом.

Черт побери, Дешаров! Какой смысл беспокоиться об этом! Думать о том, как выбраться отсюда - это самое главное. Какое отношение к тебе имеет этот тритон, который приводит домой других людей?

Я нахмурил брови и посмотрел в другую сторону. Оказывается, в этой глубокой пещере были и другие входы, но, когда я уже собирался выбираться, я вдруг услышал шум, идущий из пещеры снаружи. Я понял, что Агарес вернулся, и поспешно выбрался из отверстия. Как раз в тот момент, когда я проходил мимо небольшого бассейна, фигура Агареса неожиданно появилась у входа в пещеру, и, застигла меня врасплох, я потерял равновесие и поскользнулся, нырнув с головой в бассейн.

Черт возьми, неудачник!

Как только я вынырнул из воды, лицо Агареса оказалось слишком близко, из-за чего я чуть обратно не нырнул в воду. Однако Агарес ловко схватил меня за талию, а хвостом обвился вокруг моих ног, вытягивая все мое тело из бассейна в свои объятия.

В тусклом свете я не мог разглядеть выражение лица Агареса, но меня все равно охватила паника, поскольку меня практически застали за просмотром его частной коллекции.

Поэтому, когда его перепончатый коготь двинулся вверх к моей шее, я не смог сдержать дрожь, боясь, что он задушит меня. Тем не менее, он просто крепко схватил меня за затылок, прежде чем опустить голову ближе к моей груди, облизывая ее.

Я напряженно опустил глаза и обнаружил, что пулевое ранение на моей груди открылось. Я даже не заметил кровь, которая уже испачкала мою куртку.

После того, как язык Агареса уже тщательно облизал мою рану, он последовал по кровавому следу. Агарес разорвал шов на моей одежде, желая продолжить облизывать мой живот. Я быстро отпрянул назад и схватил его за оба уха: - Эй... хватит уже, я чувствую себя намного лучше!

Черт побери, если он продолжит спускаться, у меня снова встанет…

Я стиснул зубы, так как уже чувствовал, как мурашки пробегают по всем участкам, к которым прикасался его язык. Однако то, что я сказал, не возымело никакого эффекта. Агарес продолжал лизать дальше, и пара атласных ушей легко вырвалась из моих пальцев. Его язык прошелся по кровавым следам, бегущим вниз по моему животу, заставляя мой чувствительный живот втягиваться.

Сейчас меня спасал только ремень, поэтому я намертво схватился за него. На самом деле, я понимал, что пребывание с Агаресом наедине в какой-то момент приведет к непредвиденным обстоятельствам, но я не хотел, чтобы это произошло так скоро. Мое тело прямо сейчас не готово вынести мучений этого зверя!

Однако моя оборона явно привела к противоположному результату. Перепончатый коготь Агареса на моем затылке двинулся вниз, к моим штанам. Он поднял веки и уставился на меня. Мой цвет лица мгновенно побледнел, и я заикнулся: - Н-нет, я не могу.

- Мокрый… ты должен… снять одежду…

Агарес интимно шептал каждое слово, слегка повелительным тоном. Влажное дыхание брызнуло мне в лицо, и сильный гормональный запах, заставил мое лицо потемнеть.

- Все в порядке. Она высохнет в одно мгновение!

Я громко возразил и еще крепче ухватился за ремень. Будь здесь любой другой мужчина, я бы не возражал показать свое тело, но перед лицом Агареса какая разница между тем, чтобы ходить перед ним без одежды и прыгать в кишащее акулами море!

- Раздевайся, - его тон был полон угрозы.

У меня похолодела спина.

В конце концов, результат моей борьбы привел к тому, что мои штаны были разорваны на две части, а верхняя одежда, всего за три движения, была полностью разорвана в клочья, оставив на мне только жалкие боксеры. К счастью, прежде чем Агарес успел оставить меня полностью обнаженным, моя рука, которая изо всех сил пыталась прикрыть мою промежность, с большим трудом остановила его приближающуюся руку.

Я свернулся калачиком, как креветка, и гневно уставился на Агареса, но не посмел ответить. Однако под моим пылким взглядом Агарес равнодушно вытащил из-за спины несколько рыбин. Судя по внешнему виду, это был лосось, он известен своей высокой питательной ценностью. Я также слышал, что мясо лосося очень нежное.

Чувствуя голод, я невольно сглотнул слюну. В это время Агарес аккуратно когтями разрезал поперек рыбы, очищая ее от внутренностей. Только когда он оторвал длинную полоску рыбьего мяса и поднес ее ко рту, я очнулся от оцепенения.

В этой ситуации ожидать, что я буду есть приготовленную пищу, было глупо, поэтому я без колебаний схватил кусок перед собой и осторожно немного откусил.

Удивительно, но рыбное мясо, не имело ожидаемого сильного рыбного привкуса, только слабый соленый привкус морской воды и легкой сладости при жевании. Это пробудило во мне аппетит, и я, как голодный волк, проглотил всю рыбу, которую принес Агарес.

Как раз в тот момент, когда я наелся до отрыжки, я услышал несколько протяжных свистящих звуков, доносящихся снаружи. Я повернулся, чтобы посмотреть, и, к моему ужасу, посреди моря было много мерфолков, появляющихся из ниоткуда. Я не мог понять, почему они с надеждой смотрели на нас с Агаресом, как будто чего-то ожидая.

..............................................................

Секстант

Монокулярный телескоп

Глава 49

Чего они ждут?

Внимательно присмотревшись к мерфолкам, я с удивлением обнаружил, что все они были самцами.

Агарес рядом со мной высунулся наполовину из пещеры и вдруг протянул руку, заключая меня в свои объятия. С величественным, но высокомерным видом он издал твердый и серьезный крик, напоминающий звучание горна.

Я остолбенел от потрясения. Прямо на моих глазах мерфолки, словно услышав зов бога, вдруг заволновались. Они подпрыгивали, проносясь по ночному небу, превращаясь в бесчисленные ярко переплетенные светящиеся дуги, испуская различные серии грубых или высоких звуков. Их голоса смешивались с шумом волн и морским бризом, создавая потрясающую симфонию судьбы, которая могла затронуть сердце любого человека.

Неужели, это легендарное пение мерфолков?

Должен сказать, что этот звук совершенно отличался от того, что я представлял себе раньше. В нем не было ни очарования, ни искушения, скорее он напоминал волну воющего ветра и бушующего дождя, полный примитивной дикой силы и необузданных эмоций.

Слушая эту песню, я представляю в голове, свирепых и прекрасных существ, курсирующих по глубокому и обширному океану, сражающихся со своими естественными врагами во время шторма и осаждающих корабли.

Только вот о чем именно они поют?

Возможно, мерфолки поздравляют своего вождя с «женитьбой»?

Это слишком абсурдно!

Мои брови сошлись на переносице. Как раз, когда я подумал об этом, мерфолки прекратили свои прыжки. Половина из них подплыла ближе к пещере, их большие глаза, наполненные скрытой глубиной, ярко сияли, напоминая пары пылающих призрачных огней, в то время как другая половина прислонилась к большим шхерным скалам.

Пока я гадал, что они собираются делать, мерфолки разделились по парам, обняв друг друга хвостами. Один из них даже пригвоздил другого всем своим телом к скале. Прежде чем я успел осознать происходящее, в одно мгновение раздался громкий шлепающий звук хвостовых плавников, ударяющихся о скалу. Вульгарные и беспорядочные стоны сливались воедино, как кипящий котел с горячим супом, проливаясь дождем по всему морю.

Все что я видел вокруг, это крепкие тела, сплетенные вместе. Я вдруг почувствовал, что нахожусь в грязном подпольном гей-клубе.

Это заставило меня осознать, что у мерфолков, которые занимались сексом, есть супруги, в то время как те, что находились рядом с пещерой, очевидно, были группой голодных и одиноких самцов.

Мерфолки подобны дельфинам, сильно зависящие от сексуального поведения для построения социальных отношений. Это, должно быть, одна из их социальных «церемоний».

Кто может объяснить мне, почему все участники мужчины? Даже если это «церемония», в ней должна была участвовать хотя бы одна женщина! Может быть, мерфолки на самом деле гомосексуалисты? Это было просто невероятно!

Я чувствовал себя крайне неловко, но все же не смог сдержать любопытство и слегка высунул голову. В эту долю секунды я оцепенел, потому что увидел, как сотни тритонов вытянулись вперед, беспокойно глядя на меня, но ни один из них не осмелился прыгнуть в пещеру.

Более того, я с первого взгляда заметил рыжеволосого тритона. Он сидел на ближайшем камне, давя раненым рыбьим хвостом на другого самца, который был меньше его. Но тело рыжеволосого было повернуто лицом в мою сторону, намеренно обнажая нижнюю часть тела, в то время как его дьявольские глаза смотрели прямо на меня. Нетрудно было догадаться, что у него на уме.

Эти одиночки, очевидно, боялись грозной силы Агареса, но они продолжали окидывать мое тело пожирающим взглядом, как будто они жаждали разорвать мое тело на части, расчленить меня кусок за куском, а затем проглотить.

Это вовсе не желание съесть меня, это была совершенно другая жажда.

О Боже!

Я сухо сглотнул. Я попытался представить себе, что может случиться, если я упаду туда, и ужасный холод пронесся по моим ногам, заставив меня невольно вздрогнуть.

Их глаза были точно такими же, как у Агареса в глубоководной лаборатории…

Мои ладони вспотели. Я отвернулся, не в силах больше смотреть на это, и случайно наткнулся на ярко сияющий взгляд. Выражение лица Агареса застало меня врасплох. Его лоб и переносица были покрыты потом, синие вены опасно выступали на крепкой шее. Он был похож на возбужденного наркомана.

Черт, мне знаком этот взгляд!

Я и забыл, что из-за этой невообразимой сцены я всего лишь испытал неловкость, однако, по-видимому, для Агареса это было похоже на просмотр порнографии в прямом эфире…

Внезапно я дернулся назад, едва не вывалившись из пещеры, но был отброшен к каменной стене перепончатыми руками позади меня. Тяжелое и грубое дыхание ударило мне прямо в лицо. Агарес пристально смотрел на меня, его кадык перекатывался, сопровождаемый громким глотательным звуком. Затем он вытянул язык, облизывая мою шею.

Толстый и шершавый рыбий хвост втиснулся между моих ног. Его член терся о тонкий слой моих трусов, нетерпеливо желая прорваться.

- Черт, не делай этого! Убирайся!

В панике я уперся локтем ему в грудь, тревожно крича.

Как мужчина, я не мог вынести позора быть публично изнасилованным, более того, подвергнутым нападению зверя мужского пола перед лицом его собственной этнической общины! Но мой протест был бесполезен перед лицом грубой силы Агареса, так как он легко схватил мои руки и крепко прижал меня к своей крепкой груди.

Он схватил меня за затылок, обнажая мою шею.

Он яростно кусал мое Адамово яблоко, как будто был ненасытным вампиром. Его твердые мускулы походили на листы оцинкованного железа. Я даже ощущал, как быстро поднимается температура его тела и как кипит кровь под бледной кожей. Его длинные серебристо-серые волосы полностью закрывали мое лицо, окутывая сильным гормональным запахом. Я тут же почувствовал головокружение.

Признаюсь, я тосковал по Агаресу, однако, даже если бы меня забили до смерти, я совершенно не собирался заниматься этим в такой ситуации!

Когда перепончатые когти Агареса потянулись, чтобы схватить меня за трусы, я практически взвыл жалобным голосом: - Агарес, Агарес… умоляю тебя! Черт побери! Я вообще не один из вас. Я не хочу проходить через эту странную церемонию! Если ты посмеешь так поступить со мной, клянусь, я буду ненавидеть тебя вечно! Позволь мне покинуть это ужасное место!

Как только эти слова были произнесены, действия Агареса фактически прекратились. Все еще уткнувшись головой мне в шею, он глубоко вдохнул и хрипло произнес: - Дешаров… я должен… доказать…

- Доказать, что!?

От его дыхания у меня онемела шея. Я тут же закричал, мой голос звучал хрипло, как будто я был на грани удушения.

Я высвободил руки, схватившись за его острые, как крылья, уши в попытке оторвать его лицо от моей чувствительной шеи.

Агарес внезапно поднял голову, в результате чего его лицо оказалось очень близко к моему. Я затаил дыхание и уставился на него. В глубине его глаз вспыхнуло горячее пламя, и все вокруг было занято кроваво-красными прожилками, которые почти покрывали всю белизну. Это было доказательством того, что он сдерживается из последних сил.

Мое сердце немного успокоилось, хотя Агарес и был невыносимо горячим, по крайней мере его состояние отличалось от русалок внизу. Он контролировал себя.

- Или… - Он взглянул вниз на мерфолков, его влажные губы потерлись о мою переносицу, выдыхая темный скрытый поток похоти и желания: - Ты… будешь в опасности…

Так что именно он должен доказать?

Агарес, должно быть, имел в виду, что он должен доказать другим мерфолкам, что я принадлежу ему, иначе мне будет угрожать опасность. Половой акт на публике был как способ заклеймить меня.

Черт, это ужасно. Неужели нет другого способа?

Я не осмелился отпустить уши Агареса и тревожно произнес: - Ты можешь немного подождать…

Я посмотрел на свою грудь. К счастью, я обнаружил, что там действительно был небольшой разрыв, из недавно зажившей мембраны сочилась кровь, по-видимому, вызванная чрезмерно резкими движениями Агареса. Я обрадовался этому и мысленно пожелал, чтобы еще больше пролилось крови, лучше было бы заставить его думать, что я умираю.

Я издал слабый кашель и попытался сказать, как можно тише: - Эй… мне очень больно. Ради моей раны отпусти меня сегодня, как насчет другого дня, - мои слова застряли у меня в горле, - когда моя рана заживет, ты… докажешь им.

В тот момент, когда последнее слово слетело с моих губ, мои ноги слегка обмякли. Агарес не ответил мне, вместо этого он молча опустил голову, чтобы зализать мою рану, но я отчетливо почувствовал, как его рука сжалась в кулак, сдерживаясь, и больше не пыталась сорвать с меня трусы.

Из-за непристойного звука у меня снова закружилась голова. Я почувствовал, как все мое тело нагревается, и мое и так не очень спокойное дыхание стало прерывистым. И ощущение крепкой спины Агареса заставило мою кровь забурлить еще сильнее.

Одному Богу известно, какому психическому испытанию я подвергся. Я заставил себя отвести взгляд, но не осмелился взглянуть на сцену под пещерой, мне оставалось только сосредоточить взгляд на потолке. Я не хотел, чтобы мерфолки видели, наше соитие с Агаресом. Пожалуйста, Боже, благослови меня, чтобы я избежал этого единственного раза!

Как раз в тот момент, когда я запаниковал, Агарес внезапно обнял меня, его рыбий хвост выгнулся вверх, и прежде чем я успел среагировать, меня перенесли во внутреннюю часть пещеры, где был бассейн с текущей морской водой, и не раздумывая он нырнул в него вместе со мной.

Я вместе с Агаресом быстро погрузился в глубину дыры, падая в бездонную тьму бездны. Я думал, что утону, потому что у меня не было времени задержать дыхание, но как ни странно, я не чувствовал удушья и дискомфорта.

Я почувствовал боль рядом с ушами. Как будто там было два маленьких отверстия. Вода вошла в мой рот и нос, и воздух автоматически отфильтровывался, позволяя мне дышать, прежде чем вода выскользнет обратно из этих двух маленьких отверстий.

Это жабры.

Но как я смог вырастить жабры? Нет, это невозможно! Но как иначе объяснить, почему я могу свободно дышать в воде?

Мне даже казалось, что я все еще сплю, но мощная рука Агареса, державшая меня, была настоящей. Мои глаза расширились от удивления. В континентальном шельфе острова застряла корма корабля. Все выглядело так нереально. Я не знал, как долго он был здесь, но в конце концов корма корабля успела стать частью острова. Возможно, это был след, оставленный нашими предками, которые до этого исследовали остров Мерфолк.

Куда они делись? Неужели все люди вместе с кораблем утонули в море?

Мы постепенно приближались к затонувшему кораблю. Приблизившись, я понял, что это был пароход прошлого века. Стиль окон и декоративные узоры на корпусе корабля, напоминали работу мастеров Востока. Возможно, этот корабль из Китая или Японии. Может быть, это то же самое кораблекрушение, которое пережила в молодости подруга господина Шиничи, потерявшая сына?

Подобные мысли взбудоражили меня.

- Агарес! Давай посмотрим!

Я попытался заговорить, но только выплюнул большую струю морской воды. К моему сожалению, Агарес поплыл мимо борта затонувшего корабля. Давление морской воды значительно уменьшилось, когда мы поднялись на поверхность моря.

Я смутно видел, как над головой дрожит рассеянный лунный свет. Агарес нес меня так быстро, как фонтан, бьющий в небо, как будто летел к лунному колесу, которое было вне досягаемости. Внезапно с громким всплеском воды, мы действительно прыгнули в ночное небо.

Агарес настолько высоко прыгнул, что мне показалось, что я смогу коснуться луны, стоит только протянуть руку. Мое дыхание застряло в горле, когда я воскликнул «ах» в восхищении.

Звук рассеялся, когда мы погрузились обратно в море, но Агарес тут же снова взлетел высоко в ночное небо. На этот раз мы прыгнули намного выше. Агарес даже несколько раз покрутился в воздухе, взбивая волны и разбрызгивая вокруг нас капли воды.

Я обнял его, задыхаясь от изумления при виде этого зрелища. Агарес крепко обнимал меня за талию, словно желая слиться воедино со мной.

Парение по небу вскружило мне голову, я наконец-то ощутил настоящую свободу, я чувствовал, как моя душа взлетает вместе с нами. Я пылко поцеловал Агареса, и сладостный и счастливый аромат поднялся из глубины моего сердца. Я был совершенно пьян.

Черт возьми. Я не знал, как описать свои чувства в данный момент. Восхищение, волнение или... романтика?

Я не был молодой девушкой, жаждущей любви, но я мог с уверенностью сказать, что этот особый момент станет самым запоминающимся воспоминанием в моей жизни. Даже если я когда-нибудь покину остров Мерфолк, я никогда этого не забуду.

Я, кажется, влюблен в Агареса…

Конечно, если бы я думал более рационально, то сразу же понял, что это всего лишь иллюзия, вызванная растущим адреналином.

Но это чувство было лишь мимолетным. В тот момент, когда Агарес усадил меня на скалу, я заметил что-то на своей руке, из-за чего остолбенел. Между моими пальцами была тонкая паутина. На этот раз, однако, это не было сном или иллюзией, потому что я чувствовал, как Агарес переплетает свои пальцы с моими.

- Агарес, что ты со мной сделал?

- Приближается первая… перемена…

Прежде чем окончательно отключиться, я почувствовал, как его перепончатые пальцы коснулись моих щек, его рот слегка приоткрылся, нерешительно бормоча что-то себе под нос.

Глава 50

Я смутно ощутил, как что-то странное происходит с моими ногами. Это чувство было одновременно зудящим и болезненным, как будто мои ноги разъедали тысячи ползающих муравьев. Но в то же время я чувствовал, как будто у меня растет новая кожа и плоть.

Я подсознательно хотел протянуть руку и дотронуться до них, но Агарес держал мои руки, не позволяя мне сделать это. Довольно скоро я почувствовал пронизывающую боль за ушами и вокруг пальцев. Это было похоже на то, как будто шипы впиваются в мою кожу или паразитический вирус, пытается пробиться внутрь.

Я вскрикнул от боли.

Полная луна над моей головой была так близко, что казалось, будто она находится на расстоянии вытянутой руки. Под сиянием воды она была похожа на разбитый стеклянный мрамор. У меня сильно закружилась голова, почти до тошноты. Я хотел позвать Агареса, который был рядом со мной, но слова застряли у меня в горле. Зуд становился все сильнее и сильнее, и это заставило меня посмотреть вниз на свои ноги.

О Боже, что я только что увидел?

Мои ноги были густо покрыты серебристо-серой чешуей, которая на первый взгляд напоминала рыбий хвост. Однако мои ноги все еще были на месте, но на ступнях появились две длинные веерообразные перепончатые пленки.

Я с тревогой поднял глаза, чтобы посмотреть на Агареса, но прежде чем мой взгляд сфокусировался на нем, я потерял сознание.

Темнота накатывала со всех сторон, как будто вокруг был густой туман. В одно мгновение все исчезло: ни лунного света, ни моря, ни Агареса. Боль прошла, и мое тело, казалось, все глубже погружалось в морскую воду, но я понимал, что снова попал в кошмар.

Я попытался развернуться и поплыть вверх, но почувствовал сильную хватку на ногах, тянущую меня вниз, вниз, вниз…

Внезапно, вспышка света мгновенно промелькнула перед моими глазами.

Я поймал себя на том, что не понимаю, почему нахожусь в безмятежном коридоре из темного стекла. Большая рыба и полупрозрачная медуза проплыли мимо меня. Они казались настолько близко ко мне, что их можно было коснуться вытянутой рукой, что делало их более реальными по сравнению с тем, как я наблюдал за ними через прозрачную стеклянную стену раньше.

Я почувствовал, что здесь что-то не так, и в недоумении протянул руку, но наткнулся на стекло.

Но это стекло было не между мной и рыбой, а между мной и коридором. Я был похож на дельфина, запертого в большом аквариуме.

Эй! Эй, что происходит?

Черт побери, где я?

В панике я начал озираться по сторонам, и вдруг сквозь отражение стекла я увидел пару темных и мрачных зрачков.

Это же Агарес! Я инстинктивно прислонился к стеклянной стене. Однако то, что предстало перед моими глазами, совершенно ошеломило меня.

На Агаресе был черный плащ. Его длинный рыбий хвост бесследно исчез, сменившись парой стройных ног в кожаных штанах. Сквозь отражение в стекле я увидел себя.

Вместо моих ног у меня был длинный серебристо-серый рыбий хвост, веерообразные хвостовые плавники плавно покачивались вперед и назад.

Я недоуменно посмотрел на Агареса, в то время как он пристально смотрел на меня, нахмурив брови. Его руки были прижаты к стеклу, казалось, пытаясь дотронуться до меня. Его пальцы побелели от давления, а кровеносные сосуды заметно вздулись. Затем Агарес медленно сжал руку в кулак и сильно ударил ею по стеклу.

По стеклу разошлись глубокие трещины. Когда стекло разбилось, мир передо мной мгновенно вернулся в темноту.

Я изо всех сил старался дотянуться до него. Я растопырил пальцы, но поймал только воздух.

Из-за внезапного чувства паники я сразу же распахнул глаза, и, когда сознание вернулось ко мне, я немедленно сел и взглянул на свои ноги.

К счастью, там ничего не было.

Мои ноги не превратились в рыбий хвост. Они все еще были совершенно нормальными и здоровыми, с гладкой кожей, без рыбьей чешуи. Все еще не до конца успокоившись, я поднял свои руки. Только убедившись, что между пальцами нет тонкой перепонки, я смог с облегчением выдохнуть. Обливаясь холодным потом, я ощупал свои ноги, а затем на эмоциях расцеловал свои колени.

Слава богу, мое тело не подверглось странной трансформации.

Итак, что же именно со мной произошло...

Оглядевшись, я снова оказался в гнезде Агареса.

Может быть, я никогда не покидал этого места, а только впал в иллюзорный сон после странной церемонии мерфолков? Я потер лоб, все еще чувствуя растерянность. Удовольствие и волнение, которые я испытал, в море вместе с Агаресом и болезненный рост моего тела, были такими реальными. Все смешалось в противоречивое чувство, которое оставило фантомную боль в моих ногах.

Если все это произошло на самом деле, то должен был остаться хоть какой-то след, иначе я на самом деле сошел с ума.

Подумав об этом, я подсознательно поднял руку и коснулся тыльной стороны уха. Все мое тело напряглось.

В мочке уха виднелась небольшая трещинка, даже немного воды осталось. Это сразу напомнило мне ощущение морской воды. Это доказывало, что эти странные превращения действительно произошли на самом деле. Существование этих жабр полностью разрушило все мои мечты.

От сильного потрясения у меня началась паническая атака. Я сделал несколько глубоких вдохов, обхватил голову руками и яростно потер виски, чтобы не упасть в обморок после того, как пришел к этому невероятному выводу; все это было сделано в попытке заставить себя думать более рационально.

Мое тело показывало признаки черт мерфолка. Несколько минут назад у меня были перепончатые когти, ноги, покрытые рыбьей чешуей, и жабры, выросшие за ушами. К тому же я мог свободно дышать под водой. С биологической точки зрения мое тело изменялось, или же, другими словами, произошла мутация в генах.

Мой мозг гудел от мыслей. Я продолжал думать о сегменте в исследовании «Генная биология»:

Генная мутация является фундаментальным источником биологической изменчивости. Существует множество факторов, которые могут вызвать генетические мутации, которые можно сгруппировать в три основные категории. Один из них, физический фактор: рентгеновские лучи, лазеры и т. д. Другой, химический фактор, который относится к веществам, способным взаимодействовать с молекулами ДНК для изменения естественных свойств гена: азотная кислота, аналоги оснований и т. д. Третья категория, биологический фактор, включающий вирусы и некоторые бактерии.

На данный момент это могла быть только третья категория!

Должно быть, это из-за Агареса! Через сексуальное насилие он ввел ДНК мерфолка в мое тело. Их генные клетки, должно быть, обладали чрезвычайно агрессивной характеристикой. Подобно вирусам и бактериям, они, вероятно, контролировали, изменяли и комбинировали мои хромосомы, возможно, дело было в их структуре или в их количестве, но независимо от того, что, черт возьми, они могли сделать, эти ужасные, странные вещи вызвали смерть у половины моих клеток. Мои клетки, вероятно, были заменены новорожденными ассимилированными клетками…

Первое изменение…

Значит, будет второе третье и так далее! Конечным результатом будет... ассимиляция гена мерфолков!

Нет, нет, нет, нет! Черт!

Я встал и пару раз прошелся по пещере. Моя рука провела по волосам… каждая прядь отяжелела от пота.

Черт возьми, почему я все еще думаю об этом?! Мне вообще не следовало думать об этих теориях. Даже если я напишу самую удивительную диссертацию в мире, она не будет иметь никакого значения, если я сам буду гнилым мутировавшим образцом. Я даже не могу помочь себе, как варианту образца!

Я не хочу быть русалкой и навсегда остаться на этом острове. Я все еще хочу вернуться в школу и провести хорошую жизнь с моими родителями!

Успокойся. Успокойся, Дешаров!

Единственный способ остановить мутацию, это ввести сыворотку, способную подавить гены мерфолков. Я должен немедленно уехать отсюда, и чем дальше, тем лучше. Я должен избегать любых контактов с Агаресом. В конце концов, у меня все еще есть шанс привести свое тело в норму. Возможно, Лафарр и другие принесли с собой сыворотки со змеиным ядом. Не знаю, получится ли, но попробовать стоит.

С этими мыслями я быстро успокоился, так как ясно понимал, что продолжать паниковать пустая трата времени. В то время единственным человеком, который мог меня спасти, был я сам.

Поэтому я осторожно наклонился вперед у входа в пещеру. Внимательно оглядывая море, я не нашел поблизости Агареса. Возможно, он нырнул в поисках пищи или, отправился разбираться с конфликтами между этническими группами. Очевидно, то, что я не нашел следов Агареса, придало мне уверенности в успешном побеге.

В маленьком овальном окне, где находилась коллекция Агареса, я позаимствовал кое-что необходимое для выживания в джунглях. К счастью, в наличии имелось практически все, что могло мне когда-либо понадобиться: туповатый кинжал, телескоп, старомодный компас, железный якорь, который можно было использовать в качестве оружия, неоткрытая винная бутылка, которая могла дезинфицировать раны, кремень и много других вещей.

Я быстро завернул все вещи в тонкую ткань, похожую на один из тех флагов на парусниках. Я также оторвал несколько кусков, чтобы прикрыть свое тело и использовал свой пояс, единственное, что не разорвал Агарес, чтобы связать их вместе.

Сейчас я был похож на застрявшего Робинзона и его пятницу.

Ладно, теперь пришло время для самого решающего шага.

Этот шаг определит, смогу ли я выбраться из этой пещеры или нет.

Я присел на корточки и нырнул головой в бассейн. Убедившись, что в воде я могу дышать свободно, я полностью погрузился в воду.

В эту долю секунды я почувствовал в своем сердце след нежелания, но он был немедленно смыт морской водой, которая окутала все мое тело. Я плавал, как быстрая, проворная рыба, несущаяся в море с нечеловеческой скоростью. Затем, следуя за светом, я в мгновение ока прорвался на поверхность воды.

Смахнув с лица капли воды, я обнаружил, что попал в низкий прибрежный район. Заметив, что, суша совсем близко, я быстро выбрался на берег и взял в руки якорь, висевший у меня на поясе. Уходя в джунгли, я был настороже, опасаясь возможных хищников на берегу.

Мне нужно было найти более высокое дерево, чтобы увидеть, где находится лодка.

Однако, как раз в тот момент, когда я собирался взобраться на высокое дерево, стоявшее неподалеку, в отдалении внезапно послышалось низкое рычание. Все мое тело дернулось в ответ. Мне даже не нужно было оглядываться, чтобы понять, что это Агарес идет за мной. Повинуясь условному рефлексу, я тут же скатился на землю и пригнулся, чтобы спрятаться в кустах. Прижимаясь к мокрой грязи всем телом, в моей голове созрела идея. Я схватил две пригоршни грязи и обтер свои потовые железы, которые производят естественный запах: на шее, подмышках, а также на трусах.

Вспоминая то, что Агарес рассказывал мне ранее, я понял, что он находит меня по запаху. Обоняние мерфолков намного чувствительнее, чем у акул. Более того, мой запах, особенно для него, ощущался куда сильнее. Это было точно так же, когда я почувствовал его собственный особый аромат.

Нервно оглядывая берег, я действительно увидел длинную черную тень, поднимающуюся из моря. Когда он повернул голову, чтобы осмотреть все вокруг, я удостоверился, что грязь превосходит все мои ожидания. Он не мог меня найти.

Тревожный вой пронесся по всем джунглям, звуча так, словно он был прямо у моего уха. Я задрожал от страха, прикрыв рот рукой, не смея даже дышать.

Глава 51

- Дешаров… Дешаров!

Голос Агареса прозвучал, как гром среди ясного неба. От звука его голоса, даже листья вокруг меня задрожали. Он вдруг затих, вытягивая свою мощную шею, возможно, он понял, что его вой может отпугнуть меня. Его глаза сузились, как будто он хотел вынюхать каждый запах на ветру, пытаясь определить мое местонахождение.

Я лежал на земле, прячась в тени. Одному Богу известно, как сильно мне хотелось зарыться всем телом в грязь. Агарес все равно почует мой запах, это был лишь вопрос времени.

Я надеялся, что мне повезет чуть больше. Тем не менее, очевидно, что Агарес был в ярости. Он только недавно отправился на поиски пищи или решить какие-то проблемы, а вернувшись обнаружил, что я сбежал, и более того, забрал его вещи! Если он поймает меня, то даже не нужно напрягать голову, чтобы понять, какое наказание меня ждет. Я абсолютно не должен позволять ему снова делать со мной какие-либо вещи, связанные с физическим контактом!

Именно в этот момент я почувствовал резкий и болезненный укол в лодыжке, и когда я посмотрел вниз, чтобы проверить, что это. О боже, там были три длинные пиявки, пытающиеся вонзить свои зубы в мою кожу, и одна уже впилась в мою плоть. Боль была сродни тому, как шило вонзается в плоть. Я немедленно хотел вскочить и избавиться от этих отвратительных проклятых тварей, но разум и опыт остановили меня на полпути. Если бы я даже сдвинулся на дюйм, каким бы незначительным ни было это движение, Агарес почувствовал бы его, и, кроме того, удаление пиявок требовало особого метода, так что даже если бы я моментально вскочил, это только усугубило бы мое положение.

Я закрыл рот руками, и, не шевелясь, терпел боль, не упуская из виду Агареса. Он все еще метался по берегу, пытаясь уловить мой запах.

Его похожая на камень, грудь яростно вздымалась от гнева, а затем он внезапно выгнул спину, яростно ударив хвостом по дереву со скоростью молнии. Тут же послышался треск раскалывающегося на две части дерева. Его острый хвостовой плавник хлестнул в воздухе, издав ужасающий хлещущий звук. Хвост Агареса пронесся мимо моей макушки, вызвав у меня мурашки.

О Боже, умоляю, чтобы он меня не заметил! Я уткнулся лицом в ладони, пытаясь подавить дрожащее дыхание. И вдруг раздался глубокий хриплый голос Агареса:

- Дешаров… Ты не можешь оставить меня! Ты изменяешься… Я нужен тебе!

Все мои мышцы напряглись еще сильнее. Я чувствовал отчетливую боль от пиявок, впивающихся в мою кожу. Я укусил себя за руку и остался таким же неподвижным, как и прежде, потея, как свинья.

Одна минута, две минуты, три минуты…

Я считал про себя минуты, внезапно почувствовав, что я вернулся во время моей военной подготовки, когда мы ползли по раскаленной бетонной земле под палящим солнцем, и как будто сейчас Агарес был моим строгим инструктором. Но тогда если мой проклятый инструктор обнаруживал, что я бездельничаю, худшим, что я получал, было избиение, однако, если сейчас меня обнаружит Агарес, я никогда не смогу покинуть этот остров!

Моя выдержка сработала, как раз, когда я достиг 10 минут, звук движений Агареса постепенно стал удаляться. Однако я не посмел ослабить бдительность, поэтому подождал еще немного, прежде чем встать и осмотреть лодыжку. Боже милостивый, эти три пиявки уже успели насытиться моей кровью, их полупрозрачные животы были полными, но они все еще пытались просверлить мою плоть!

Я поспешно расстегнул брюки и начал мочиться. Руками я обтер свою лодыжку мочой. Хотя делать это было очень противно, у меня не было другого способа, кроме этого, так как в моче содержатся соли, которые раздражают пиявок. Как только я прикоснулся к этим кровососущим демонам, их тела повели себя так, словно их опалили, и вскоре после этого они свернулись калачиком, упали на землю и я безжалостно расплющил их железным якорем.

Я не знал, сколько еще пиявок было вокруг, но, основываясь на моих знаниях биологии, это место было болотом, так что мне следует быстрее покинуть это место. Вернувшись к дереву, на которое я хотел взобраться раньше, я с помощью якоря взобрался наверх, выбрав высокую и толстую ветку, чтобы сесть. Я раскрыл свой самодельный мешок и порадовался, что бутылка вина все еще цела. Я отвинтил крышку бутылки, вылил жидкость на ногу и протер окровавленное отверстие, затем перевязал тканью.

На самом деле не было никакой необходимости перевязывать такую маленькую рану, но кровь тоже испускает мой запах, что позволило бы Агаресу отыскать меня. Мне было очень некомфортно от ощущения грязи на своем теле, но я все равно не осмеливался от нее избавиться.

Прямо сейчас я был совершенно один, я мог полагаться только на свои собственные знания. Мой опыт выживания был не так богат, как у Лафарра, но, с другой стороны, это не было экзаменом. И у меня также был бесчисленный опыт поездок в деревню и в лагерь, наряду с большим количеством биологических теорий, которые тоже могут спасти мне жизнь. Пока я не теряю бдительность и избегаю Агареса, вернуться на лодку не составит труда.

Подумав об этом, я достал старинную подзорную трубу. Почти сразу же я с удивлением увидел несколько мерцающих огоньков, приближающихся с морского побережья. По-видимому, там было довольно много кораблей, а в небе также было несколько вертолетов. Я был совершенно поражен, когда во мне поднялась смесь счастья и беспокойства. Это было потому, что я не мог решить, был ли это Лафарр и другие, пришедшие, чтобы спасти меня, или это была команда Сакарол, или, может быть, ни то, ни другое, но, несмотря на это, эти приближающиеся лодки были моей самой большой надеждой на спасение.

Им понадобится по меньшей мере день, чтобы добраться до острова Мерфолк.

Я должен немедленно связаться с Лафарром и остальными. Но после, перестрелки с Райном, что, если… Нет, они определенно были все еще живы, но я точно не найду их на том же месте. Так где же они сейчас?

Я обернулся и осмотрел окрестности острова, я сразу же увидел слабый, неразличимый сгусток огня, пылающий в северо-западной части джунглей. Это было не так уж далеко от меня, прикидывая, что это, вероятно, будет час пути пешком. Просто я не был уверен, кто это, команда Сакарол или мои люди. Нельзя терять бдительности, я аккуратно и не сдавая себя приближусь к ним.

Сразу же после принятия этого решения я сразу же приступил к действию. Спустившись с дерева, я использовал компас в качестве ориентира, чтобы найти направление. Пройдя около десяти минут, я обнаружил, что вокруг меня руины, которые я уже видел раньше. Я понял, что наткнулся на маршрут, ведущий обратно к историческим руинам, и из-за этого я почти сразу перешел на бег, но вовремя сумел остановить свой порыв.

Было тихо, и не было никаких признаков присутствия Агареса. Однако шансы на его появление здесь были высоки. Насторожившись, я бросил взгляд на искусственный пруд, в котором он когда-то жил, и подсознательно пригнулся, двигаясь в другом направлении.

Хотя я был достаточно далеко от пруда, до меня донесся знакомый гормональный запах. Я тут же прикрыл нос, осознав, что это запах Агареса. Я бросился бежать, но не успел сделать и пары шагов, как вдруг мои ноги размякли, а тело словно отяжелело. Я упал на землю, потеряв сознание.

Я не знал, сколько времени прошло, прежде чем меня разбудило неприятное чувство. В какой-то момент мне показалось, что меня поджаривают заживо, а в следующий момент я почувствовал, что нахожусь в леднике. Мое тело было мокрым от пота, но потом я начал дрожать, и это чувство становилось все более и более интенсивным, как будто молния хлестала по моему телу.

Я разлепил тяжелые веки и попытался подняться с земли, но силы в моем теле, казалось, испарились, и я снова упал обратно.

Что происходит?!

Как бы я ни был растерян, я попытался оценить ситуацию. Из-за колючего холодного воздуха меня бросило в дрожь, мне пришлось обнять себя, когда мурашки яростно атаковали мое тело. Жар, казалось, вторгся в самую сердцевину моего тела, казалось, что из меня высосали всю влагу.

Я начал ворочаться и кататься по твердой земле, когда из моего горла вырвались звериные звуки. Боже мой, что происходит с моим телом? Может быть, второй этап уже начался? Нет, как мог промежуток времени между первым и вторым этапом быть таким коротким? Только не говори мне, что через несколько мгновений у меня вырастут рыбья чешуя и перепончатые руки. Это была катастрофа!

На этот раз я должен пройти через все это, но мне нужно немедленно вернуться на корабль, прежде чем снова наступит следующая стадия.

Я закрыл глаза от боли и вонзил руки в землю, чтобы вытерпеть агонию. Во рту у меня пересохло настолько, что я мог выдыхать дым, но, кроме этого, я также чувствовал совершенно другую жажду, которая становилась все более и более заметной. Электрический ток сочился из каждой клетки моего тела, сгибаясь и плавая.

Я не мог точно объяснить это ощущение. Это было похоже на прием какого-то... лекарства или афродизиака, усиливающего мое обоняние до максимума. Запах Агареса, витавший в воздухе, казалось, резко удвоился, просачиваясь в каждую мою пору.

Я закрыл глаза и задержал дыхание, пытаясь сопротивляться физиологическим реакциям, однако в моей голове был только образ Агареса, посягающего на меня, ощущение его прикосновений, я безумно жаждал этого.

Я снова сравнил себя с женщиной, мне было настолько стыдно, что я зарылся лицом в грязь. Мой кишечник, казалось, бурлил и скручивался, а живот продолжал дергаться, вызывая выворачивающую внутренности боль и необъяснимое чувство пустоты, такое ощущение, что все мои внутренности склеятся, если что-то сейчас же не войдет в меня.

Я развязал пояс и полностью разделся. Я медленно протянул руку к своей заднице. От одного прикосновения моя дырочка была похожа на голодную рыбу, схватив мой палец и засосав его. Внутренние стенки моей прямой кишки выделяли какое-то странное вещество, которого там не должно было быть.

Ах нет, черт возьми!! Что же происходит с моим телом?!

Я отдернул пальцы и крепко укусил себя за руку, свернувшись калачиком я пытался сопротивляться этому ненормальному физиологическому порыву. Поток вожделения в моем теле яростно поднялся. Затем я почувствовал, как будто мое тело проходит период полового созревания, развивается в быстром темпе и, наконец, становится зрелым и пухлым плодом, ожидающим, чтобы его сорвал Агарес.

Мое тело отчаянно жаждало его прихода, но разум нет. Как раз в тот момент, я вдруг услышал шум, это был звук разговора людей, и они шли сюда.

Через долю секунды меня охватила дрожь. Страх от того, что меня застанут в таком виде, придал мне сил. Я вскочил, отчаянно ползая и перекатываясь, спрятавшись в тени большого дерева.

Глава 52

- Ты уверен, что здесь кто-то есть?

- Да, полковник. Я определенно слышал чей-то голос, он звучал как… это было похоже на голос Дешарова!

Тот факт, что эти голоса принадлежали Райну и Сакарол, заставил мои нервы напрячься. Я отступил в тень, прижавшись спиной к дереву. Когда я выглянул из-за дерева, то увидел, как они появились у каменных колонн с другой стороны, примерно в десяти метрах от меня. Если бы они подошли еще ближе, то услышали бы мое прерывистое дыхание.

Я закрыл рот, даже не осмеливаясь пошевелиться, и все, что я слышал, это взволнованное биение моего сердца. Мое тело дрожало настолько сильно, что я ожидал, что они могут услышать даже это.

- Он определенно все еще где-то поблизости.

Райн продолжал осматривать местность, светя своим фонарик повсюду, он подходил все ближе ко мне. Видя, как он собирается раздвинуть кусты, прикрывающие меня, мое сердце застряло в горле, но тут Сакарол легкомысленно фыркнула.

- Эй, прекращай, у нас есть более важные дела. Мы должны быстро добраться до берега, чтобы помочь профессорам и остальным. Что же касается твоего Дешарова... Завтра этот остров будет наводнен нашими войсками, эти русские не смогут убежать.

Сакарол говорила небрежно, с усмешкой, мое сердце сразу же упало, зная, что поворот событий был далек от хорошего. Эти корабли были союзниками Сакарол! Из какой они страны и зачем приехали на остров Мерфолк?

Я уставился на Райна, который выглядел так, словно погрузился в море мыслей. Он нахмурил брови на несколько секунд, прежде чем повернуться: - Полковник Сакарол, у меня нет возражений относительно тех других русских, но я надеюсь, что вы сможете оставить Дешарова в живых. Он очень молод и гений в области биологии, поэтому оставить его в живых было бы выгодно для нас. Мы можем завербовать его в качестве члена экспериментальной базы, которую будем строить здесь.

Экспериментальная база? Они планируют превратить этот остров в базу для экспериментов? На чем они собираются экспериментировать? Над Мерфолками? Почему они направляют военных для охраны острова? Не потому ли, что они собираются использовать гены мерфолков для производства биологического оружия?

Я сделал глубокий вдох, чтобы остыть.

Потрясенный, я увидел, как Сакарол повернулась к Райну, она издала холодный смех, а ее глаза холодно блеснули: - Это не нам решать, Райн. Не позволяй эмоциям влиять на твои действия. Я признаю, что Дешаров обладает высокой ценностью, и что он довольно увлекательный человек. Он также довольно храбрый человек, который готов бросить все на ветер ради погони за своей мечтой.

После всего сказанного она внезапно поникла, и тихо продолжила: - Но знаешь, мотыльки очень хрупкие существа, они очень быстро… умирают. Кто высоко взлетает, тому больнее падать. (немец.)

- Но, полковник, это не так.

- Он тебе нравится, - перебила его Сакарол, - точнее ты влюбился в него. Райн, просто признайся честно. Мы не такие, как эти непреклонные и упрямые русские. Мы допускаем гомосексуализм, но приказы выше чувств.

- Понял…

Черт побери! Мои пальцы впились в кору дерева. Из-за моих мыслей, я нервничал еще больше, в добавок ко всему Сакорол сказала непонятную мне фразу на немецком языке.

Они были немцами и, вероятно, были остатками группы нацистов со Второй мировой войны.

Они спрятались в Москве и, возможно, уже давно присматривались к острову Мерфолк, основанному доктором Виногрейдером много лет назад. Они замышляли и планировали огромный заговор, притворяясь русскими, а также втягивая в него американцев, чтобы у Америки было неправильное представление о том, что Россия что-то скрывает и внушали нам, что Америка против России.

Боже… Я должен немедленно передать эту информацию Лафарру и остальным, я больше не могу здесь оставаться!

Я сглотнул, глядя на Райна, пока они уходили. Я оторвал свое мягкое и желеобразное тело от земли, но не успел сделать и двух шагов, как снова споткнулся и по неосторожности случайно соскользнул с небольшого склона. Тут же послышался крик Райна, за которым последовали приближающиеся шаги: - Эй! Кто там? Это ты, Дешаров?

Черт возьми, все против меня! Я перевернулся, думая о том, чтобы убежать в лес, но в моих ногах не было сил, так как я снова споткнулся, сделав только шаг. Обернувшись, я увидел, что Райн идет за мной. Он выглядел так, как будто хотел помочь мне подняться, однако его рука просто замерла в воздухе, когда его глаза в изумлении прошлись по всему моему телу, явно отмечая мой экстравагантный вид. Все мое тело раскраснелось от лихорадки, у меня все еще был стояк, а также прозрачная слизь, о которой я стесняюсь даже упоминать.

Я свернулся калачиком, отпрянув назад. Униженный, я прикрыл руками раскрасневшиеся щеки и крикнул: - Отвали, не смотри на меня так! Не подходи ко мне!

- Позволь мне помочь тебе, Дешаров!

Райн схватил меня за руку, пытаясь поднять с земли, но мое тело было слишком тяжелым для него, поэтому он потерял равновесие и упал на меня сверху. В тот момент, когда его лицо оказалось прямо передо мной, выражение его лица изменилось на глупое, он был не в силах отвести взгляд. Я понимал, что мой нынешний вид похож на порноактера, хотя я, вероятно, не выглядел также привлекательно, но попасть в руки Райна, как сейчас, несомненно, было бы опасно.

Дешаров, это опасно. Скорее, скорее уходи отсюда!

Думая об этом, я сразу же хотел встать и убежать, но мое тело подвело меня. Я лежал на земле, пока мир вращался вокруг меня, мои руки ощупывали землю, чтобы найти за что можно было бы схватиться, вдруг я почувствовал грубую ладонь на моем бедре. Я был так взволнован, что в глазах резко потемнело, я чувствовал, как накапливается стресс внутри меня.

Райн окликнул меня: - Эй, мой маленький Уоллес, ты принял особое лекарство? Мне кажется, что тебе нужно это…- Когда он сказал это, его рука скользнула к моему паху и хриплым голосом он продолжил, - это место… переполнено горячей кровью…

- Проваливай!

С большим трудом я поднял ногу, чтобы ударить Райна в живот, и воспользовался этим как возможностью выскользнуть, однако он моментально подскочил и крепко обнял меня. Я громко вскрикнул, когда он прижал меня к дереву и попытался связать мне руки за спиной. Я сопротивлялся из последних сил и из-за борьбы грязь на моем теле была полностью стерта.

Я не мог справиться с таким тренированным солдатом, как Райн, и он без труда связал меня. Как раз в тот момент, когда я задыхался от беспомощности, низкий и глубокий голос внезапно резонировал из темноты, а затем сильный запах наполнил воздух.

Это Агарес…

Я вздрогнул, как будто в меня ударила молния. Когда сила хватки Райна ослабла, я воспользовался моментом и бросился в лес. В этот момент позади меня раздалось несколько выстрелов, и я услышал, как Сакарол громко закричала: - Райн, стреляй!

Послышались новые выстрелы, но теперь я слышал рев Агареса еще ближе. Сильный ветер сильно давил мне в спину, но я не смел оглянуться и только спотыкался в мрачных и пестрых тенях леса. Я жадно глотал воздух, задыхаясь от бега.

Из-за недостатка кислорода в голове у меня царил такой хаос, что я даже подумал, не путаю ли я сны и реальность. Крик Райна казался близким и в то же время далеким: - Дешаров, вернись! Этот тритон прямо за тобой!

Я потерял самообладание и обернулся, но затем моя нога ступила в пустоту, когда я понял, что передо мной был крутой утес, а на дне его была огромная темная пещера. Однако, несмотря на то, что я видел все это, я не успел вовремя остановиться. В этот момент речь шла о жизни и смерти, но мою руку тут же схватили, и все мое тело повисло над обрывом. Подняв голову, я увидел Райна. Отчаянно желая выжить, я инстинктивно ухватился за его руку, но в этот момент услышал слабый шум, доносящийся из пещеры внизу.

Райн крепче схватил меня за руку, которая медленно сползала дюйм за дюймом из-за пота, он посмотрел мне в глаза, крича: - Не смотри вниз, Дешаров! Подожди еще немного. Я сейчас тебя вытащу!

Но как только он это сказал, я не смог удержаться и посмотрел вниз.

Я ужаснулся от увиденного.

Я неожиданно увидел Генри, которого уже встречал раньше, он лежал на скале абсолютно голый, с широко раскрытыми и остекленевшими глазами, его руки и ноги были прижаты бледными перепончатыми руками к скале. Несколько крепких русалок прижимались к нему, и один из них безжалостно трахал его.

Из его задницы уже капала кровь, смешиваясь с какой-то сомнительной субстанцией, которую я не мог ясно разглядеть. Возможно, это был его кишечник, явно указывающий на то, что его трахали слишком много раз, пока он не оказался на грани смерти, но вокруг него до сих пор было бесчисленное множество самцом, которые ожидали своей очереди.

Где Дэвис? В трансе я с надеждой огляделся вокруг, но не нашел его. Тем не менее, тошнотворная сцена передо мной заставила мои внутренности дернуться, вызывая тошноту. Я испуганно схватился за руку Райна, мои ноги ступили на камень, пытаясь изо всех сил подняться, но мои руки были слишком скользкими из-за пота, а в ногах я не мог найти силы. Но в этот чрезвычайно критический момент над Райном нависла черная тень!

Будучи застигнутым врасплох, я был напуган до смерти. Меня пробрала дрожь, и моя рука выскользнула из хватки Райна. На какое-то мгновение мое тело стало невесомым, и я тут же погрузился в воду. Я ошеломленно посмотрел в пещеру и всего через несколько секунд увидел бесчисленные темные тени, несущиеся в мою сторону. Русалки смотрели на меня, как тигр на свою добычу, собираясь вокруг меня, как призрачные огни, плавающие на кладбище, желая сжечь меня дотла.

Я не мог различить, сколько перепончатых рук потянулись ко мне. Некоторые пытались схватить меня за руки, а другие за ноги. Как будто они сражались за драгоценный трофей. Я поклялся, что сегодня определенно самый ужасный день в моей жизни, никогда раньше мне не было настолько страшно!

Как раз в тот момент, когда я почувствовал, что вот-вот потеряю сознание от страха, длинная тень резко приземлилась с утеса, разделив море, как острый нож, и из воды показались знакомые очертания. Агарес мрачно оглядел окруживших меня русалок, он совершенно ничего не предпринимал, но русалки, которые планировали съесть меня, мгновенно разбежались, бросаясь друг за другом, отступая воду. Русалки украдкой выглядывали из воды, наблюдая за своим лидером.

Я лежал на камне, обмякший и бессильный, в то время как жгучая похоть продолжала разрастаться в моем теле. Я мог только тупо смотреть на Агареса, медленно приближающегося ко мне из воды. Его тень нависла надо мной, полностью закрыв меня своим телом. Я потерялся в дымке его сильного гормонального запаха.

Его перепончатые руки потянулись ко мне, заключая в свои объятия. Я глубоко вдыхал его запах, как тяжелый наркоман, проходящий реабилитацию, но сумевший получить большую дозу героина, из моего горла вырвался тихий хриплый стон.

Глава 53

Все расплывалось перед глазами, как будто мне мешала особая магнитная сила. Я не видел ничего вокруг, кроме очертаний Агареса передо мной. Как будто в мире ничего не существовало, и единственным существом, которое было истинным и реальным... был он. Я стал сомневаться в реальности происходящего, казалось, что все это было сном, что стоит мне проснуться и я снова окажусь в гнезде Агареса.

И все же я отчетливо слышал возбужденный, тихий шепот окружающих меня русалок, как будто они шептались друг с другом, с нетерпением ожидая аппетитного и изысканного шоу. Я даже слышал громкие крики Райна, из-за чего ко мне постепенно стал возвращаться рассудок.

- Позволь мне уйти... Покинуть это место.

Мои щеки, казалось, были обожжены кипящей кровью. Я мог только прислониться к руке Агареса, беспорядочно дыша, все это время, будучи не в состоянии отвести взгляд от его тела. Это сильное тело, так близко, было покрыто каплями воды, которые стекали по его расслабленной, подтянутой груди и мышцам живота. Одна за другой они падали на меня, как будто капли были каким-то катализатором, который заставлял каждую мою пору расширяться, взывая в тоске по прикосновениям и поцелуям Агареса.

Я не могу позволить ему снова вторгнуться в меня. Я не хочу, чтобы меня отмечали на публике. Больше всего я не хочу превращаться в тритона!

Это были последние мысли, которые у меня остались среди всей путаницы и головокружения, благодаря им я еще пытался сопротивляться яростным приливам желания. Агарес нежно погладил меня по спине, и это заставило мое очень чувствительное тело задрожать. Мой член болезненно пульсировал от невыносимого желания, и между бедрами было влажно и липко. Клокочущее во мне желание отчаянно хотело вырваться наружу. Во рту тоже стало очень сухо, однако из горла выделялось так много слюны, как у голодного человека, издающего страстный, но неудовлетворенный звук глотания.

Моя дырочка была похожа на жаждущий рот, сжимающийся и сокращающийся, что одновременно вызывало во мне мягкое и зудящее желание. Мне пришлось свести ноги вместе, чтобы скрыть этот неловкий момент.

И инициатор всего этого явно знал, чего я хочу.

Агарес опустил голову и пристально посмотрел на меня. Я истолковал бурное вожделение в его глубоких глазах и был потрясен, осознав, что в них также была смертельная решимость. Я не знаю, как я пришел к такому выводу, но наверняка, его нынешнее состояние можно было бы назвать спокойным, как будто он приводил хорошо продуманный план в действие. Этот многозначительный взгляд заставил меня почувствовать еще больший стыд, это было сравнимо с тем, как вы рассказываете другому человеку грязную шутку с приподнятым настроением и интересом, однако другая сторона просто оставалась спокойной.

Более того, эта «другая сторона» когда-то была диким зверем, лишенным рассудка из-за своей течки. Но теперь, по сравнению с этим, я больше похож на дикого зверя, причем женского пола, совсем как кокетливая дикая кошка, флиртующая со всеми. Черт возьми! Это может быть одним из предупреждающих знаков, прежде чем человек превратится в тритона!

Агарес не собирался трахнуть меня здесь чисто инстинктивно, вместо этого он просто хотел, чтобы его люди увидели, что я принадлежу ему; все это было для того, чтобы наложить на меня защитную метку. И все же, черт возьми, я совсем не хотел такой маркировки. Я желал лишь одного, поскорее покинуть это ужасное место!

Мне хотелось закрыть глаза, чтобы хотя бы мысленно убежать от всего этого, но пара ярких, привлекательных глаз, казалось, поймала меня в ловушку. В лазах Агареса я увидел свое отражение — я смотрел на него многозначительным, но затуманенным взглядом. Моя мокрая челка прилипла ко лбу, а прерывистые вздохи вырывались из полуоткрытого рта. Я выглядел так, как будто умолял Агареса прекратить эту мучительную пытку.

Проклятие, я вообще не хотел так выглядеть!

Однако я не мог контролировать себя, потому что в этот момент Агарес был как сильный магнит, притягивающий само мое естество. Моя сила воли быстро разрушалась, и внутри меня был скрытый вулкан, который был готов извергнуться.

Мое тело было невыносимо горячим, Агарес просунул свой прохладный, скользкий и мокрый хвост между моих ног. Я инстинктивно зажал его, чтобы немного охладить свое тело. Я не смог удержаться, и потерся об эти маленькие, компактные чешуйки ногами, что создавало невыразимое удовольствие. Внезапно моя талия приподнялась, и две мои круглые ягодицы были раздвинуты перепончатыми когтями Агареса. Затем его и без того опасно твердый член вжался между моих ног, сопровождаемый низким и хриплым рычанием.

Внезапно в ответ раздалась серия пронзительных криков, напоминающих громкие возгласы на грандиозной свадьбе.

Если прямо сейчас действительно была свадьба мерфолков, то даже особая скрытая ночь новобрачных наблюдалась бесчисленными глазами. Вот как я был несчастен! Эти голоса в конечном итоге вернули меня к моей последней умирающей частички разума, которая была почти сожжена всепоглощающим желанием. Я использовал свои беспомощные руки, чтобы обхватить шею Агареса. - Черт, только не здесь… ты ублюдок!

Я сжался в его тени, ошеломленно ругая его. Голос, который сорвался с моих губ, звучал довольно хрипло и мягко, даже руки, которые были сжаты вокруг его шеи, в конечном итоге бессильно соскользнули вниз, интимно касаясь его груди.

Перепончатые когти Агареса коснулись моих щек. Его глаза были глубже, чем когда-либо, как черная дыра, которая могла поглотить меня. Затем внезапно перед глазами все потемнело, когда он крепко поцеловал меня. Его половой орган терся о внутреннюю сторону моего бедра, а набухший кончик, казалось, готов войти в меня в любой момент.

Похоть в моем теле достигла своего пика, а бедра непристойно дернулись. Я закрыл глаза.

Бах!

Внезапно беспорядочный мир разлетелся вдребезги, как стекло. Я тут же открыл глаза и увидел, как все тело Агареса дернулось вверх, прежде чем заключить меня в объятия и соскользнуть в воду.

Бросив быстрый взгляд вверх, я мгновенно заметил лицо Райна и черное дуло, направленное прямо на хвост Агареса, когда спусковой крючок громко нажимался один за другим! В долю секунды открытая водная впадина наполнилась громкими всплесками. Среди всего этого хаоса я только почувствовал, как Агарес крепко обнял меня, когда мы опускались вниз. Затем мы быстро спрятались в темной подводной дыре, которая была ниже впадины. Там было довольно узко. Мне пришлось сесть верхом на рыбий хвост Агареса, свернувшийся в комок.

В это время все мерфолки снаружи, казалось, разбежались, оставив только Агареса и меня наедине. Уединенное пространство мгновенно расслабило меня, но оно также усилило кокетливые движения наших тел. Я невольно сглотнул, крепче вцепившись в рыбий хвост подо мной.

Агарес, однако, настороженно выглядывал из дыры. Внутренние уголки его глаз и кончики бровей почти срослись, окрашивая лицо в яростный цвет. Я вдруг понял, что в него попала пуля. Вытекшая голубая кровь несла сильный гормональный запах, который проник в мой нос, и, как работающий фитиль, растущее ощущение жжения вспыхнуло пламенем. Это нарастающее желание взорвалось в моем теле, уничтожив последние следы моих рассуждений.

Я не хочу становиться тритоном, но, черт возьми... Я больше не могу сопротивляться.

Этот печальный крик медленно исчез из моего сознания. Мои руки перехватили инициативу и обвились вокруг шеи Агареса. Неуклюже и нетерпеливо я лизал его рану, высасывая кровь, как голодный новорожденный вампир. Кровь Агареса была подобна прекрасному вину; она источала восхитительный аромат, который опьянял. Это заставило каждую клеточку моего тела набухнуть и забродить. Я стал беспокойной бродячей кошкой с необузданными эмоциями от близости к источнику моей зависимости—его шее.

Сначала я только высунул язык и слегка лизнул его, но потом не смог удержаться, чтобы вскоре не лизнуть еще. Агарес вообще никак не реагировал на мое домогательство, как каменная статуя. Как будто он все еще был настороже. Его возбужденный половой орган, казалось, тоже втягивался обратно в покрытую чешуей мембрану, пока я не перестал ощущать его.

Его интерес, возможно, на самом деле был уничтожен Райном, но я все еще был на пике безумия!

- Агарес…

Уткнувшись в его шею, я хрипло пробормотал, в то время как в глубине своего сердца истерически рыдал. Неужели этот парень намеренно хотел замучить меня до смерти? Черт, чего я еще не сделал, так это не крикнул ему прямо, чтобы он трахнул меня!

Я поднял голову и уставился на него. Перед глазами все расплывалось. Я даже не мог сказать, какое сейчас выражение лица у Агареса. Я только чувствовал, как он смотрит на меня сверху вниз, когда я задыхаюсь, как умирающая рыба.

Возможно, он действительно потерял интерес, или, может быть, он хотел наказать меня за то, что я сбежал, или он ждал, что я буду активно угождать ему. Но, несмотря на то, что, черт возьми, он думал в своей рыбьей голове, я знал только одно, что сейчас упаду в обморок. И если я сейчас же не займусь с ним сексом, я действительно развалюсь на части!

Я закрыл глаза и поцеловал его своими дрожащими губами, но из-за беспокойной крови, непрерывно бурлящей во мне, вместо этого я кусал его. Все это время он оставался неподвижным.

- Агарес, трахни меня… - Я закрыл глаза и потерся ушами о его лицо, как прирученный котенок. Это звучало так, как будто я плакал, и на самом деле я был близок к тому, чтобы разрыдаться от мучительного порыва и желания. Я снова задохнулся от эмоций: - Я больше не буду убегать, прости меня. Просто трахни... быстрее возьми меня, трахни меня до смерти!

Как только мой голос затих, тело Агареса внезапно пошевелилось. Его тяжелое тело рухнуло на меня, как рушащаяся гора, прижимая меня к каменной стене позади меня. Его перепончатые когти гладили мои ноги снизу-вверх, наконец, остановившись на ягодицах, чтобы поднять меня выше из воды. Я прислонился спиной к каменной стене, потеряв гравитацию. Обе мои руки были за спиной, ноги раздвинуты. Не было никакого укрытия для моей интимной части, так как она поднималась все выше к лицу Агареса, как жертвенное подношение.

Мои член стал еще более твердым, и эротический сок из моей дырочки капал на грудь Агареса. Однако он просто сузил глаза и смотрел на нее эротично и фантазирующее, как будто наслаждаясь пейзажем между моих ног.

Я больше не испытывал стыда. Я просто умоляюще всхлипывал и закрыл глаза, крепко обняв его за шею, ожидая его вторжения, дрожа всем телом.

Агарес, казалось, не обращал никакого внимания на мои страдания. Он не спешил и просто использовал свой влажный, мягкий язык, чтобы грубо и бессмысленно провести по внутренней стороне моего бедра. Влажное, тяжелое дыхание Агареса пронесло полосу искр через мой пупок, затем вверх к груди и соскам. Его губы и зубы покусывали мои чувствительные маленькие круглые соски, облизывая и сильно посасывая их. Затем он очень сильно укусил меня, как будто хотел поставить метку, отчего мои пальцы на ногах скрючились от боли.

Сильная стимуляция заставила мои нервы напрячься, как резиновая лента, натянутая до крайности, прямо перед тем, как быть разорванной пополам. Я потерял контроль и громко закричал: - Ах... ах… Агарес…

Внезапно я почувствовал, как его перепончатые когти снова подняли мое тело. Когда он наклонился вперед, я опустил голову. Слезы капали с моего лица на его, и вскоре мое зрение, наконец, прояснилось. Я увидел, что стою почти на коленях у него на груди, мой высоко поднятый член находится близко к его лицу. Жидкость, которая выделялась из кончика, упала на переносицу Агареса. Его губы скривились, сперма потекла к острому подбородку. Как будто пробуя мед, он жадно облизал его языком, его темные глаза смотрели на меня, как будто прося большего.

- Дешаров... ты не сможешь сбежать от меня... никогда.

Он пробормотал эту фразу слово за словом, его грубое дыхание, как сильный морской бриз, обдувало мое лицо. Его темные зрачки были сужены, напоминая стрелу, которая могла пронзить мое сердце. Его губы поцеловали мои, чтобы заблокировать мое быстрое и беспорядочное дыхание, а его перепончатые когти крепко удерживали мою талию на месте, совершая один толчок.

Несравненно толстый половой орган, как пуля, выстрелил мне в ягодицы. Я чувствительно затрясся и чуть не опрокинулся на него, упав в обморок прямо на месте. Мой крик застрял в горле, и только хриплый, прерывистый стон вырвался из моего рта.

Моя дырочка была похожа на голодную рыбу, которая внезапно получила пищу, жадно сжавшись. Липкая секреция внутри моих ягодиц вытекала из меня больше, чем то, что сочилось спереди. Моя задница засасывала огромный член Агареса, как вздымающийся рот, вплоть до того, что я даже почувствовал, как мое тело в спешке проглатывает его. Это возбудило Агареса, он издал хриплый стон и тихо прошептал мне на ухо: - Ты... хочешь меня…

Я даже не мог произнести ни одного приличного слова в ответ, и с похотью, сводящей меня с ума, это заставило меня укусить его за ухо. Моя талия начала безрассудно извиваться, но прежде чем я смог найти желаемое ощущение, перепончатые когти на моих ягодицах внезапно толкнули мою талию вперед к его твердому животу, в результате чего большой половой орган Агареса был вытащен. Это действие заставило мою задницу задрожать, как будто она страдала от судороги. Пока мои слезы непрерывно капали ему на шею, Агарес снова яростно вошел в меня, тем самым начав бурный ливень яростных толчков. Взрывное давление немедленно пронеслось прямо по моей голове. Я думал, что меня затрахают, пока в конце концов я не увижу небеса. Со мной в воздухе восхитительно занимались любовью, и я не мог удержаться от крика.

Я никогда не испытывал такого сильного желания. Как будто моя душа разорвалась надвое. Половина все еще была внутри моей оболочки, в то время как другая была отдана Агаресу. Только полностью объединившись с ним, я смог заполнить этот огромный недостающий пробел. И прямо сейчас этого все еще было недостаточно. Я жаждал, чтобы он вторгался в меня быстрее и яростнее, пока он не заполнит пустую дыру в моем теле. - Агарес… Агарес… Ах… Ага…

Я закрыл глаза и откинул голову назад. Я чувствовал, как все мое «я» проваливается в бездонную черную дыру, когда я несколько раз выкрикивал его имя. Чем сильнее был каждый толчок, тем громче я стонал.

Он также, казалось, предавался удовольствию нападая на меня, заставляя сдаться, как будто он действительно владел другой половиной моей души. Пот беззвучно катился по моему телу, сливаясь с потом Агареса. Кровь во всем моем теле собралась в том месте, где мы с Агаресом были связаны. Его член врывался и выходил из моего тела, оттягиваясь и глубоко вбиваясь в меня, как клин. Его губы опустошали все мое тело, оставляя следы укусов. Затем Агарес издал примитивный низкий рев, отправив меня прямо на бесконечную вершину.

Я даже не мог осознать, сколько оргазмов мне пришлось испытать, до такой степени, что мой член больше ничего не мог выделять. Все мое тело, казалось, полностью высохло. Похотливый огонь в моем теле, наконец, утих; только тогда я почувствовал, как Агарес, внезапно, выстрелил внутри меня. Это был сильный пульсирующий рывок, как будто он был больным пациентом, который сдерживал свой голод и жажду в течение многих лет. После его последних конвульсий он заключил меня в объятия, в результате чего мы оба рухнули на каменную стену, задыхаясь от полного истощения.

Глава 54

Сквозь дремоту, я почувствовал, как Агарес целует меня. Его поцелуй был полон собственничества, но в то же время он был очень нежным и мягким. Приятная кульминация вскоре исчезла, полностью покинув мое сознание. Осталось только неведомое чувство, похожее на последствия погружения в вино.

Я приоткрыл свои затуманенные глаза и не смог удержаться, чтобы не ответить на его поцелуй. Я даже не смог удержаться от того, чтобы не нащупать языком его клыки, все это время он покусывал мой язык, осторожно дразня. Затем он спустился вниз к моей шее, кусая Адамово яблоко, как будто ему все еще было недостаточно.

Я сглотнул слюну и закрыл глаза, недовольно вздохнув. Мои ноги крепко обхватили хвост Агареса. Моя талия, прижатая к его груди, начала беспокойно извиваться. Пламя внутри моего тела снова разгорелось.

Вскоре после небольшого поддразнивания мы разожгли еще одну неизбежную войну и повторили этот акт еще несколько раз. Я даже не знал, как долго мы ворочались, пока, наконец, я не потерял сознание от истощения.

Прежде чем я окончательно проснулся, мне показалось, что время замедлилось, как будто прошло несколько столетий.

Мой мозг все еще был в беспорядочном, мутном состоянии, и я набрал пригоршню морской воды, чтобы вылить на голову. Прохлада воды проникла глубоко, в мой костный мозг, и моя кипящая голова вскоре медленно остыла.

Когда я открыл глаза, то был удивлен тем, что увидел: первоначальное тусклое, узкое пространство стало намного ярче. Казалось, что все было освещено люминесцентными лампами, так что даже трещины на камнях были видны очень четко.

Но здесь вообще не было источника света.

Это было очень странно. Это было так, как если бы… я смотрел через объектив камеры ночного видения.

Что же все-таки происходит?

Я дотронулся до глаз, но их ничто не закрывало. Тем не менее, я сразу же заметил слабый, тусклый свет, отражающийся от моей кожи, как будто исходящий из моих глаз. Какого черта. Мои глазные яблоки светятся? Я вдруг вспомнил пристальный взгляд Агареса в темноте, и меня передернуло. Это еще один признак мутации—значит, у меня появилась способность видеть в темноте?

Я перевел взгляд на Агареса, который в данный момент плавал в воде на спине. Его глаза были закрыты, сильная грудь равномерно колыхалась, все его тело было покрыто синяками, следами укусов и царапинами. Агарес, по-видимому, погрузился в глубокий сон и, казался очень уставшим.

Я продолжал смотреть на Агареса, не в силах отвести взгляд даже на мгновение. Я не хотел признаваться в этом, но его спящий вид действительно источал смертельную привлекательность, и я, не сдержавшись, протянул руку—просто чтобы прикоснуться к его отметинам.

Мои пальцы пробежались по его ключице, груди. Неописуемый импульс распространился по мне, как рябь, вызванная соприкосновением кончика пальца с водой. Внезапно я опустил голову, чтобы приблизиться к его лицу. В следующий момент, как раз, когда я сомневался, что именно хочу сделать, я ясно увидел свое отражение в темной воде: мои глаза покраснели вместе с распухшими губами. На этом все не закончилось, мои мокрые волосы прилипли к бледному лицу. Моя шея, грудь и живот были покрыты красновато-фиолетовыми следами, оставшимися от наших горячих занятий любовью. Кроме того, на одном из моих сосков была большая отметина от укуса, которая бросалась в глаза. Сам след от зубов был довольно глубоким, напоминая клеймо.

Мой все еще затуманенный разум мгновенно взорвался. Как душа, которая свободно блуждала по небесам, пока, наконец, не вернулась обратно в свою пустую оболочку, я моментально вспомнил, каким необузданным я был, потакая прихотям Агареса, желая удовлетворить его. Я даже вспомнил, как выглядел, когда активно соблазнял его. Моя самооценка окончательно рухнула, оставив все мое тело дрожать от шока. Я подсознательно повернулся спиной, прислонился головой к каменной стене и несколько раз сильно ударился о нее, чуть не потеряв сознание. Черт, я просто хотел упасть в обморок и проснуться, чтобы обнаружить, что все это было просто кошмаром!

Черт возьми, я действительно... стал таким! Как я все еще могу считаться нормальным мужчиной!?

Я больше не контролировал свое тело! В чем разница между мной и ходячим трупом, которым движет исключительно инстинктивное желание?!

Теперь... мои шансы стать русалкой действительно возросли! Это было ужасно! Я не могу определить, как долго продлится эта течка, и сколько еще раз нужно будет повторять…

Я сердито ударил несколько раз по скале, как будто это было лицо Агареса. Однако удары по камню не принесли ничего полезного, кроме боли—звук низкого дыхания сзади все еще был ровным. Создатель всей этой суматохи все еще крепко спал, не подавая даже признаков пробуждения.

Но, по правде говоря, у меня даже не хватило смелости растоптать свернутый рыбий хвост под моим телом. Я мог только закрыть глаза, рыдая, не проливая слез, прижимаясь лбом к грубой каменной стене, пытаясь успокоиться.

В узкой пещере было невероятно тихо. В воздухе витал сильный, сладкий аромат, смешанный с моим собственным запахом. Мое дыхание тут же сорвалось. Напряженная сцена нашего совокупления пару мгновений назад все еще живо стояла прямо перед моими глазами, никак не желая покидать мой разум. Раздражительность и нетерпение, которые были раньше, мгновенно вернулись. Черт возьми, у меня снова встает.

Черт! Прижавшись к каменной стене, я сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь подавить опасный импульс, возникший в моем теле, а затем оглянулся на Агареса. Видя, что он все еще не проснулся, я без колебаний выскользнул из подводной пещеры. Я внимательно осмотрел окрестности и обнаружил, что когда-то кишащая русалками вода сейчас была спокойной и безмятежной. Поверхность воды была похожа на зеркало, отражая лунный свет. Теперь, с моей новой способностью видеть в темноте, я без труда оглядел свое окружение. Убедившись, что в воде нет никакой скрытой опасности, я на ощупь поднялся на скалу, с которой упал.

Я не знал, было ли это из-за мутации в моем теле, но я внезапно обнаружил, что мои руки и ноги стали более сильными, чем раньше, и что мои пальцы могли крепко держаться за влажную каменную стену, совсем не скользя. Мое тело напоминало геккона, легко взбирающегося по скале. Почти в мгновение ока я достиг вершины этой чрезвычайно крутой, глубокой пещеры.

Все это, возможно, было связано со способностью тел мерфолков выделять какую-то фрикционную слизь, которая облегчала им передвижение по суше и предотвращала высыхание кожи. В любом случае, это неожиданное открытие окрылило меня и дало больше надежды вернуться к нормальной жизни.

Но потом, как раз, когда я был в нескольких метрах от вершины, вдалеке послышались громкие порывы ветра.

Я подумал, что это приближающийся ураган у моря, поэтому поспешил подняться наверх. Когда я смог твердо ступить на поверхность, я посмотрел на источник ветра и понял, что был совершенно неправ.

Это был не ураган, а на самом деле... несколько вертолетов спускались на посадку!

Я стоял, ошеломленный. В мгновение ока передо мной приземлилось несколько вертолетов. Высокие режущие потоки воздуха, создаваемые их пропеллерами, поднимали углы моей одежды, а также пыль и листья. Мне пришлось поднять руку, чтобы защитить глаза, которые слезились от постоянного дуновения. Следующее, что я помню, это то, как сверху прыгали десятки вооруженных людей в черном. Инстинктивно я отступил на несколько шагов, внезапно осознав, что все эти люди Сакарол!

Однако уже было поздно предпринимать попытки побега. С десятками черных дул, нацеленных прямо на меня, я был вынужден сделать стандартный жест капитуляции, сразу показав, что не собираюсь сопротивляться, медленно присев на корточки. Сзади меня, без предупреждения, толкнули лицом вниз в грязную землю, грубо связав мои руки за спиной. Когда я коснулся своей спины, я понял, что все еще голый, как свинья, готовая к забою.

У меня даже не было времени постыдиться, потому что нынешняя ситуация была слишком для меня внезапной. Я ничего не видел из-за ярких огней вертолета. В ушах у меня раздалось громкое жужжание, и я понял, что все трясущиеся фигуры вокруг меня кричат. В течение нескольких десятков секунд моя голова была абсолютно пуста, но внезапно я увидел, как те же самые люди спешат к верхнему входу в полую пещеру, направляя в нее свои пистолеты. Вот тогда-то я сразу же очнулся!

Агарес!

На мгновение огромное чувство тревоги наполнило мою грудь, заставив меня почувствовать острую пульсацию. Я изо всех сил попытался вырваться из пут, и с неведанной силой ударил парня, который держал меня сзади. Затем я бросился к вооруженным людям и закричал: - Эй, что вы собираетесь делать? Не делайте этого. Эй!

- Дешаров! - проревел голос Райна у меня за ухом. Сильная рука внезапно появилась с другой стороны, молниеносно обхватив меня, потащила назад.

- Черт побери, Райн, ублюдок, отпусти меня!

Взревел я, беспомощно наблюдая сквозь свою борьбу, как вооруженные люди вытащили кусок металлической сетки. Она вспыхнула опасными электрическими искрами и была сброшена в пещеру.

В следующую секунду я услышал снизу мучительный рев Агареса, сопровождаемый шипящим дымом электричества. Звук, казалось, проник в мои барабанные перепонки, до самого сердца, пронзая меня, пока я не задрожал всем телом. Все мое сердце, казалось, было крепко сжато острыми когтями, не давая мне вздохнуть. Я не мог понять, почему мое сердце так сильно болит, но у меня не было, чтобы задуматься об этом. В моей голове крутилась только одна мысль: я не могу смириться с тем, что Агарес может вот так просто умереть.

Я уставился на вход в пещеру, как умирающий волк.  На секунду Райн потерял бдительность и воспользовавшись этим, я вырвался из его хватки. Внезапно я сбил с ног одного из вооруженных людей, тяжело сел на него сверху, а затем выхватил у него пистолет. Я прицелился в одного из парней, державших железную сеть, и заорал до хрипоты. - Вы, ублюдки, лучше поднимите эту сеть, иначе я буду стрелять!

В тот момент, когда прозвучал мой голос, я почувствовал сильное жжение, исходящее от моего бедра. В следующую долю секунды я почувствовал душераздирающую, выворачивающую наизнанку боль и сразу понял, что кто-то открыл по мне огонь. Но вместо того, чтобы посмотреть, кто целится в меня, я все равно без колебаний спустил курок на парня, держащего передо мной железную сеть.

С того момента, как пуля вылетела из дула, отдача швырнула меня на землю. Затем сзади появилась пара рук, выхватив у меня пистолет. Он использовал весь свой вес, чтобы прижать меня к земле, так что бы я не смог пошевелиться. Даже мои крики и вопли застряли у меня в груди. Слышались только прерывистые стоны.

Рев снизу был еще более оглушительным, заставляя меня содрогнуться всем телом от одного его звука. И все же я мог только беспомощно лежать на грязной земле. Я изо всех сил старался поднять голову, но только для того, чтобы увидеть, как проволочная сетка была поднята крюком вертолета.

Металл, трущийся о каменную стену, издавал пронзительный скрежет. В самом сердце сети была завернута яростная, дикая тень, его когти бешено хлестали по несокрушимой металлической сети. Из пятнистой тени и света сетки я увидел злое лицо Агареса. В это время эта пара узких и мрачных глаз была полна брани, но они были полны желания, глядя прямо на меня.

Черт побери, куда эти нацисты его везут!

Я стиснул зубы, желая позвать Агареса, но из моего горла вырвалось лишь несколько оборванных слогов. Я крепко сжал кулак и попытался встать, чтобы что-то сделать. Я хотел посмотреть в глаза Агареса, но мое зрение внезапно затуманилось. Я мог только наблюдать, как сеть затянулась еще больше, отдаляясь от меня вместе с вертолетом в другом направлении, прежде чем, наконец, исчезнуть из моего поля зрения.

Горячая жидкость, казалось, тихо капала с моих щек, но когда я моргнул, то обнаружил, что слез не было. Однако боль в моей колотящейся груди была такой глубокой и реальной, что я задыхался на грязной земле, как умирающая рыба.

Глава 55

- Дешаров, вставай.

Послышался голос сквозь шум ветра, затем убрав колено с моей спины, меня подняли на ноги.

Человек, который все это время прижимал меня к земле, это без сомнения был Райн, отвратительная нацистская болонка! В одно мгновение во мне вспыхнула жгучая ненависть, позволившая мне моментально вскочить и яростно ударить его. Я встал в боксерской позе, прокладывая путь прямо к нему. Однако, он, казалось, предвидел мои действия, и быстро уклонился, чтобы избежать моей атаки. В конце концов, мой кулак едва успел задеть кончик его носа, прежде чем он схватил меня за руку, потянув на себя. Воспользовавшись базовой техникой захвата, Райн снова прижал меня к земле. В это же время я почувствовал тупую боль в затылке. Прежде чем я смог полностью осознать происходящее, перед глазами все расплылось и заплясали темные пятна.

Я тряхнул головой и попытался встать, но из-за головокружения, все мое тело, казалось, оцепенело. Затем, в мгновение ока, я услышал громкие рвущиеся звуки, и, прежде чем я успел осознать, мои руки и ноги связали прочной изолентой. В меня бросили огромную куртку, полностью закрывая мое поле зрения. Чтобы не упасть в обморок, я прикусил свой язык.

Дай Бог, чтобы я не откусил себе язык, потому что, прикусив его, я понял, что мои клыки стали чрезвычайно острыми! Я действительно чувствовал, как кровь вытекает из моего рта, в результате чего мой язык онемел.

Слава Богу, потому что, если бы я молился Агаресу, я бы уже давно стал бы немым!

Черт, я такой невезучий…

Меня подняли с земли, и быстро положили на носилки, связав ремнями.

Мое сердцебиение участилось, а мои руки сильно вспотели, как будто у меня была акрофобия. Только вот сейчас меня рассматривали не как пассажира, а просто как домашний скот или товар. Это было довольно неприятное чувство, сравнимо с тем, как будто человек находится в полной темноте, не знаю откуда ждать нападения. Я больше не мог самостоятельно распоряжаться своей жизнью.  Я не знал, где сейчас Агарес и мои друзья. Кроме того, я сомневался, действительно ли я представлял какую-либо ценность для нацистов. Если да, то представится ли мне шанс сбежать, находясь под строгим контролем вооруженных сил?

Да благословит меня Господь. Я действительно молился Богу, но при этом совсем не веря в христианство. Кроме того, я прекрасно понимал, что Старику на самом деле наплевать на такого атеиста, как я. Я должен был признать свою собственную реальность—в настоящее время я находился на древнем острове, который в тысячах миль от России, без какой-либо помощи, все это время, будучи заложником группы оставшихся нацистов, которые пытаются присвоить себе этот остров.

В одно мгновение меня охватило отчаяние, но я немедленно подавил те мысли, которые обычно заставляют людей погружаться на самое дно саморазрушения.

Эй, эй, Дешаров, прекрати. По крайней мере, ты все еще жив, верно? Русалки все еще остаются довольно могущественными существами. Может быть, с помощью законов природы они смогут яростно контратаковать этих коварных ублюдков!

Убеждая себя таким образом, я почувствовал проблеск надежды. Более того, мутации в моем теле сделали меня еще сильнее, хотя все еще оставалось несколько непредсказуемых рисков. Однако теперь это стало моим лучшим преимуществом. Ах, поистине невероятно!

Пока я думал об этом, вертолет начал медленно снижаться. После приземления, с моего лица резко сорвали ткань.

Меня доставили на военный корабль нацистов, который был пришвартован вдоль побережья. После того, как меня заставили подняться на него, я заметил четыре корабля, которые были соединены бок о бок металлическими пластинами, что делало их похожими на небольшую конструкцию, похожую на гидроэлектростанцию. Тем не менее, я сомневался, что это была именно та «экспериментальная база», о которой Райн и Сакарол говорили ранее.

Они собирались сделать этот остров своей базой, а затем отправиться вглубь страны и расширить сферу своего вторжения, точно так же, как План Z ВМС Германии во время Второй мировой войны, несмотря на то, что этот проект провалился. Я надеюсь, что они так же потерпят поражение, как это было во время Второй мировой войны. Но самое забавное, что во время битвы за Нормандию у Франции были сильные союзники в качестве резервной копии. И все же в тот момент я был всего лишь простым русским ребенком, к тому же студентом-биологом, который был только силен в обсуждении теорий.

- Эй, куда вы меня ведете? И где тритон, которого вы захватили?

Я проглотил остатки крови во рту и посмотрел на парня справа от меня, который отвечал за мое сопровождение. Однако он только бросил на меня холодный взгляд, полностью проигнорировав мои вопросы. Подумав, что эти люди, возможно, не понимали по-русски, я повторил то, что сказал по-английски. Ответ был практически таким же.

Со вздохом полного разочарования я отвел взгляд, но затем, внезапно, кое-что заметил.

То, что я увидел, было точно таким же металлом, колючей проволокой, которая использовалась для ловушки Агареса. Он свисал с крюка на внешнем краю корабля. Оказалось, он тоже был на этом корабле.

Прежде чем, я начал рыться в металлоломе, мою голову грубо опустили. Следующее, что я помню, как меня втолкнули в дверь каюты. Сзади раздался злобный голос: - Идиот, заходи! (немец.)

Я не мог понять, о чем он говорит, но точно был уверен, что он ругает меня, но, честно говоря, для меня все по-немецки звучало как ругательство. Когда меня ввели в каюту без окон, я заметил множество цепей и наручников, висящих вокруг. С одной стороны, была еще одна дверь, но она была плотно закрыта. Похоже именно здесь они собираются держать меня.

Чья-то рука сзади толкнула меня лицом к стене. Прежде чем я успел среагировать, огромная струя воды внезапно хлынула мне в спину, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности. Меня полностью обездвижили. Поток высокого давления, наполненный соленой, пахнущей морской водой, обстреливал все мое тело, как пулеметная очередь, не оставляя мне места для маневра. Я даже не мог открыть глаза. Вместо этого у меня не было другого выбора, кроме как яростно захлебываться водой, чувствуя себя разбитым и измученным. Это было практически то, что испытывал каждый заключенный перед отправкой в тюрьму.

Такое обращение было способом подорвать самооценку преступников до того, как они отправятся в тюрьму. В результате чего они ясно поймут, что у них больше нет ни личной жизни, ни шанса на восстание. Мало того, к ним относились не как к людям, а как к домашнему скоту. В принципе, сейчас ко мне относились точно так же. Возможно, они также захотят помучить меня перед тяжелым допросом.

Теперь меня начал одолевать ужас, но я просто сильно стиснул зубы и не выдал ни единой реакции. Я был совершенно неподвижен, как каменная стена. От водяного пистолета высокого давления, стреляющего в каждый уголок и щель моего тела, было неприятно. Они даже не обделили своим вниманием мои ягодицы. Это даже напомнило мне о худшем воспоминании, которое, когда—либо случалось в моей жизни, когда я был молод, мой строгий отец жестоко наказывал меня телесными наказаниями. Но что было действительно ужасно, так это то, что эти люди на самом деле не заботились о том, жив я или мертв, так же сильно, как мой отец.

Я не знал, как долго водяной пистолет обрушивался на мое тело, но, когда я подумал о воде, которая застряла в моем ухе, все, наконец, остановилось. Мои барабанные перепонки гудели, а голова онемела. Я машинально вытер воду с лица и пригладил свои мокрые волосы. Но прежде чем я смог полностью прийти в себя, я вдруг почувствовал, как грубая ладонь коснулась моих ягодиц.

Я тут же оцепенел, а затем услышал, как несколько других людей позади меня разразились громким смехом. Один из них усмехнулся и сказал с резким английским акцентом: - Эй, русский мальчик. Я слышал, что тритон, которого мы поймали, был твоим любовником?

Эти бесстыдные и позорные бандиты!

Моя голова взорвалась, и я яростно отшвырнул отвратительную руку, лежащую на моих ягодицах. Обернувшись, я посмотрел на говорившего с мрачным, но спокойным выражением лица. У него была темная кожа и выглядел он достаточно сильным. Толстые, крепкие мышцы на его руках были похожи на свернутые стволы деревьев, а грудь была покрыта клочком дерзких, вьющихся волос. Он практически выглядел как огромный шимпанзе. Я уставился на него с отвращением и медленно произнес одну фразу за другой: - Что ты только что сказал? Я не могу понять ни единого слова из-за твоей никудышной речи.

В комнате внезапно стало тихо, но вскоре последовал еще один взрыв смеха. Парень передо мной злобно оглядел меня с ног до головы, почесал подбородок, а затем презрительно, но двусмысленно усмехнулся. - Мы слышали, что как раз перед тем, как мы прибыли, ты и этот дикий зверь были под полой пещерой, занимаясь какой-то... активной борьбой?

Мои уши горели от жара, и чувство стыда и гнева прямо вливалось в мой мозг, заставляя мои нервы дымиться. Как будто лопнула пружина, мое тело начало дрожать от гнева. Мои кулаки непроизвольно сжались, а ногти впились в плоть. Однако из-за боли возникла здравая мысль, говорящая мне сдерживаться и быть терпеливым, потому что сейчас я находился в заведомо проигрышной ситуации.

Поэтому я продолжал молча на него смотреть, мои глаза заострились, как нож, разрезая его отвратительное лицо. – Раньше я был его опекуном, и я все еще пытаюсь приручить его, но процесс не настолько гладкий.

Ответом была еще одна дерзкая усмешка. Парень, который дразнил меня, казалось, вел себя так, будто услышал какую-то веселую шутку, держась за живот и громко смеясь. Внезапно он схватил меня за подбородок, демонстрируя свою силу военного, грудью отталкивая меня к стене. Он выдохнул: - О, вот так? Интересно, чем же ты его приручаешь? Своей дерзкой маленькой попкой или юрким язычком? Смотри, о, смотри, этот прекрасный русский мальчик просто переполнен нежной плотью и гладкой кожей…

Я чувствовал будто нахожусь вакууме, я никак не мог сосредоточиться на его словах. Все, что я понимал, это то, что кипящий гнев уже прожег мой череп. Моя реакция тела была быстрее, чем реакция мозга. Прежде чем кто-либо успел это осознать, мой сжатый кулак уже обрушился на нос мужчины, после чего он издал крик, полный боли. Я продолжал наносить удары, один за другим, до такой степени, что вдавил его в землю. Я даже не колеблясь использовал весь свой вес, чтобы прижать его к земле.

Люди вокруг направили на меня свои пистолеты и винтовки, что-то крича. Однако в этот момент мне было абсолютно на все наплевать, мои глаза уже были полны убийственного намерения. Я продолжал прижимать парня своим коленом, который был намного больше меня, к земле, все еще безумно избивая его. Даже когда меня стали избивать прикладом оружия, чтобы остановить, это не сыграло никакой существенной роли. Мне казалось, что они бьют меня подушками из пены.

Они никак не могли понять, как такой послушный ягненок, как я, так внезапно превратился в свирепого льва. На самом деле, даже я не мог поверить в ту силу, которая неожиданно просыпалась во мне, когда я чертовски зол. Я наслаждался безжалостным, жестоким веществом, струящимся по моей крови, как потрескивающая и дребезжащая искра, взрывающаяся при каждом контакте. Я радостно набрасывался на тех, кто подходил ко мне один за другим, избивая их всех до тех пор, пока кровь не заструилась повсюду. Наконец, после того, как я успешно сбил с ног несколько человек, остальные вокруг меня отступили, нацелив на меня свое огнестрельное оружие.

Я задыхался и ползал по земле, вытирая кровь с макушки и носа. Как настоящий зверь, я следил за каждым движением людей вокруг меня. На их лицах больше не было прежнего презрения и надменности, вместо этого они смотрели на меня с изумлением. Это воодушевило меня. Однако хуже всего было то, что я знал, что они готовы пристрелить меня прямо сейчас.

Если бы меня вернули на десять минут назад, я бы сделал тоже самое – я не собирался, черт возьми, терпеть такое неуважение. К черту их всех! Если я собираюсь кого-то убить, то должен это сделать, пока в настроении. Мне хотелось расстрелять все это место из пулемета.

Щелк.

Я услышал, как кто-то снимает пистолет с предохранителя. Голос в моем сознании отчаянно привлекал мое внимание к тому, что я мог сказать, что угодно, чтобы спасти свою жизнь. Однако я не мог произнести ни единого слова, поэтому просто закрыл глаза.

Черт возьми, Дешаров, ты такой упрямый баран. С юных лет и до сих пор ты всегда страдал от своего невезения. Очень хорошо, теперь ты, наконец, собираешься пойти ва-банк, и твоя маленькая жизнь не пропадет в пустую.

- Подожди! Не стреляй. Он все еще нужен полковнику Сакарол!

В этот переломный момент я вдруг услышал голос Райна.

Я открыл глаза и увидел, как он вошел. Он посмотрел на окровавленное месиво под моими ногами и замер. Он повернулся в сторону, рассматривая жалкое существо, у которого был сломан нос и выбиты зубы, прежде чем обернуться и недоверчиво посмотреть на меня. Смысл этого взгляда был ясен: это твоих рук дело?

Я встал и пожал плечами. Тыльной стороной ладони я вытер кровь, стекавшую с подбородка, но краем глаза вдруг заметил, что с моей рукой что-то не так. Между указательным и средним пальцами появилась еще одна тонкая прозрачная мембрана. Вены на тыльной стороне моей руки вздулись, заставляя меня вздрогнуть. Я тут же опустил руку, оставаясь спокойным и собранным, когда он подошел ко мне.

- Что? Я еще могу оказаться для вас полезным, Райн, мой дорогой наставник? - Я холодно фыркнул, не отводя взгляд от его лица, скрывая панику, которая поднялась до самой глубины моего сердца. В любой момент вместо моих ног может оказаться рыбий хвост. Может быть, мне даже снова придется пережить эту проклятую течку.

Нет, нет, о боже… Пожалуйста, пусть это никогда не случиться снова.

- Тащи его сюда, скорее.

В это время резкий женский голос внезапно нарушил тишину в комнате. Голос доносился из пейджера, который находился в кармане рубашки Райна. Это привело к тому, что взгляд Райна, который был жестким и сложным, сдерживающим множество различных эмоций, оторвался от меня, Он махнул рукой, и это послужило сигналом остальным опустить оружие. Затем он кинул мне одежду, которая могла прикрыть мое тело. Наконец-то я больше не чувствовал себя униженным, показывая свое обнаженное тело на общее обозрение. Он схватил меня и потащил из каюты.

Спускаясь в нижний отсек, я чувствовал себя так, словно нахожусь в тщательно охраняемой подземной клетке.

О Боже! Что это? Я увидел огромные резервуары с водой. Поверх стекла был слой металлической сетки, и через нее я обнаружил большое количество морских жителей. Я был ошеломлен этим зрелищем. Когда я переводил взгляд с одной русалки на другую, дрожь сотрясала все мое существо. Внутри было множество женщин и мужчин, они смотрели на внешний мир с отчаянием и страхом. Я задыхался от их выразительных глаз.

Но среди них, я не заметил Агареса.

Где он сейчас?

Как раз в тот момент, когда я был полон сомнений, Райн повел меня в конец нижнего отсека, теперь и Сакарол стояла передо мной. За ней была плотно закрытая дверь. Что меня потрясло, так это то, что в комнате и на дверной ручке, запятнанной голубой кровью, змеились вмятины.

- Тебе действительно повезло, Дешаров. - Сакарол слегка приподняла уголки губ в усмешке. - У тебя все еще есть шанс выжить, но это не потому, что Райн умолял меня. Скорее это из-за тритона в каюте позади меня. Я только недавно узнала, что он лидер острова мерфолк. Посмотри на всех этих бедных маленьких существ вокруг тебя, все они пришли только для того, чтобы спасти его.

Она замолчала и посмотрела на меня легким, лицемерным взглядом. - Маленький гений, прямо сейчас нам нужен его ДНК. К сожалению, никто другой не может подойти к нему. Только ты…

- Полковник! - перебил Сакарол Райн.

- Заткнись! - Лицо Сакарол изменилось с веселого на угрюмое. Затем она продолжила: - У тебя есть идеи получше? Или ты не хочешь, чтобы твой драгоценный малыш выжил?

- Я…

- Обещаю. Я помогу вам, - я равнодушно произнес. Одному Богу известно, как сильно мне хотелось плюнуть в лицо этой прекрасной змее и влепить ей пощечину. Однако я понимал, что это возможно мой единственный шанс встретиться с Агаресом и попытаться спасти его.

- Очень хорошо… - Ее ресницы опустились, и она перевела взгляд на мое лицо. Свет отражался в ее зеленых глазах, заставляя меня дрожать от страха. - Однако, прежде чем вы войдете, я должна кое-что вам показать.

Я нахмурил брови и увидел, как она резко подняла руку, чтобы нажать на кнопку, расположенную на стене, после чего над моей головой раздался звук открывающегося металлического люка. Неосознанно я поднял голову, чтобы посмотреть. В этот момент мои ноги на мгновение подкосились.

Сквозь стекло над головой я увидел Лафарра, Дэвиса и Еву. Все они лежали бок о бок с закрытыми глазами, руки и ноги были закованы в кандалы и цепи.

- Ты… что ты с ними сделала? - Мои глаза были настолько широко раскрыты, что практически выскочили из орбит. Как бы мне хотелось, чтобы моя шея стала намного длиннее, чтобы я мог спокойно укусить эту девку за горло!

Сакарол немного отодвинулась от нас с Райном, прежде чем снова нажать на кнопку, на этот раз подчеркнуто. - Не волнуйся. Они просто без сознания. Однако, удастся ли спасти их жизни или нет, зависит от результата твоей работы, Дешаров. - Ее алые губы произнесли мое имя, словно накладывая на меня какое-то роковое заклятие. Она долго рылась в кармане, прежде чем вытащить аккуратно упакованный шприц. Она помахала им перед моим лицом, давая знак Райну отпустить меня.

Низ моего живота яростно сжался, когда мои глаза остановились на этом шприце, прежде чем вернуться к ее лицу. Теперь мне действительно хотелось задушить ее до смерти. И все же я изо всех сил подавил свое желание, протянул руку, чтобы взять странный предмет, а затем сунул его в карман.

- У меня есть одно условие. - Я уставился на нее и продолжил: - Пока я беру образец, никто не посмеет войти.

Сакарол не смогла удержаться от смеха, и улыбка появилась на ее лице, когда она открыла дверь. - Мы будем следить за тобой только снаружи. Тебе лучше оставить свои дешевые трюки при себе. Иначе твои жалкие друзья не протянут и нескольких дней.

Я резко сжал кулаки, отчего костяшки пальцев со звуком хрустнули. Глубоко вздохнув, я вошел внутрь. Дверь каюты закрылась за мной довольно громко, темнота медленно сгущалась, однако только через несколько секунд ночное зрение, которое я получил после моей мутации, сыграло свою роль.

Это была довольно большая и просторная каюта, в центре которой находился резервуар из темного стекла. Руки Агареса были подвешены на толстых, грубых кандалах, а голова свисала вниз. В море он был энергичной и свирепой силой. Однако в этот момент он был больше всего похож на распятого Иисуса. Верхняя часть его тела была над водой, но как только я подошел ближе, я обнаружил, что на его сильной груди был огромный черный шрам от ожога, должно быть, шрам от удара электрическим током сети.

Я оцепенел на пару секунд, прежде чем, наконец, прыгнул в резервуар с водой и бросился к нему. Моя грудь внезапно заныла, как будто ее ударили молотком и разнесли на куски. Непонятная мне боль пронзила мое сердце. Мои пальцы дрожали, когда я касался кожи вокруг раны. Дрожь была такой сильной, что у меня перехватило дыхание, и я не смог выдавить из себя ни единого слова. И все же в конце концов мне удалось выдавить из себя звук: - Агарес…

Мой голос прозвучал довольно хрипло, настолько, что я едва его расслышал.

Он тяжело хватал ртом воздух, его голова раскачивалась в разные стороны, прежде чем он смог с большим трудом приподнять ее. Его узкие глаза казались расфокусированными, потребовалось некоторое время, прежде чем он постепенно смог сфокусироваться на моем лице.

- Дешаров…

Он тихо пробормотал, его лицо было так близко к моему, что наши носы практически соприкасались. Его голос был таким тихим, что звучал почти как шепот. Я держал его за щеки, убеждаясь, что он не умрет в любой момент, а затем поцеловал его.

.....................................................

Гидроэлектростанция:

План Z — масштабная программа по перевооружению германского военно-морского флота, принятая незадолго до начала Второй мировой войны.

Глава 56

Тело Агареса напряглось, он явно не ожидал, что я поцелую его по собственной воле.

На самом деле даже я сам не мог понять, зачем это сделал. Это было похоже на то, будто внезапно моим телом овладел другой человек. Нет, не только тело, но и разум. Я действительно поцеловал его не задумываясь. Я знал, что здесь есть камеры наблюдения, но все равно не мог успокоить свое сердце. Мне действительно было грустно, но не потому что я сочувствовал этому могущественному зверю, и не из-за доброты и морали биолога… Скорее, это был другой вид сильных эмоций.

Я чувствовал замешательство, нерешительность и противоречие, когда целовал его, но он не отвечал взаимностью, возможно, потому, что у него совсем не осталось сил, или, возможно, он гневается на меня из-за моего побега, или, вероятно, он думает, что я за одно с Сакарол. Конечно, у него были все основания так думать. Возможно, теперь он считает, что я жестокий и эгоистичный человек, предавший его ради собственных интересов.

Думая об этом, на сердце стало тяжело, и я отстранился от его губ из-за неуверенности. Но он внезапно опустил голову и прижался своими губами к моим, его клыки пронзили мою нижнюю губу, из-за чего я застонал от боли, но он только начал кусать сильнее, а затем своим бархатным языком слизал капли крови.

Я почувствовал, как его тело содрогнулось одновременно вместе с моим, сила поцелуя была настолько властной, как будто он хотел уничтожить все мои предыдущие мысли, разорвав их на части. Или это было похоже на то, как держаться за умирающее безумие, желая удостовериться в моих чувствах и желаниях.

Мои губы быстро распухли, боль заставила меня откинуть голову назад. Мои руки легли на его щеки, и я пробормотал немного бессвязно: - Не пойми меня неправильно… Агарес. Я так хочу спасти тебя прямо сейчас… Прости… Черт возьми! Это все из-за меня, это полностью моя вина, что ты так страдаешь…

Мой взгляд скользнул по обожженным шрамам на его теле, и чем больше я говорил, тем сильнее сжималось мое сердце. Я опустил голову, прислонившись лбом к его груди, и сделал глубокий вдох.

Внезапно я понял, что должен и могу сделать только одно—залечить его раны. Поэтому я нежно и осторожно вытянул язык и начал лизать обожженные черные шрамы на груди Агареса. Его мышцы внезапно напряглись, как натянутая тетива лука, и под неповрежденной кожей отчетливо проступили крошечные зеленовато-голубые вены. Было очевидно, что Агарес испытывает невыносимую боль.

Но я, как настоящий врач, прижал руку к его сильной, широкой спине и, словно пытаясь успокоить большого раненого дельфина, нежно погладил его по затылку, опустив голову вниз, медленно зализывая рану.

Кожа уже затвердела, напоминая обгоревшую кожу, до такой степени, что я даже почувствовал ужасный запах горелого, что заставило меня испустить дрожащий вздох. Его способность к исцелению, очевидно, была повреждена, у него не было другого способа активировать функцию определенных клеток, которые путешествуют по его крови.

Заставить его истекать кровью было бы самым быстрым способом исцелить его, но я не мог воспользоваться этим методом. Я не мог рисковать, давая нацистам шанс заполучить ДНК Агареса, кто знает, какие пугающие исследования они проведут, если получат ее!

Я остановился на секунду, прежде чем сильно прикусил губу в том месте, где раньше меня укусил Агарес, из-за чего мои губы еще сильнее разболелись, теперь они, вероятно, напоминают распухшие сосиски!

Все тело Агареса задрожало в ту же секунду, когда моя кровь начала стекать ему на грудь. Его твердый подбородок уперся мне в затылок, и негромким голосом он выдохнул: - Не причиняй… себе вреда, Дешаров…

- Черт возьми, не двигайся! - Я держал его за руку, даже не поднимая головы, когда ругал его. Мне не нужно было, чтобы он беспокоился обо мне из-за такой незначительной травмы в этой ситуации, однако я точно знал, что сейчас на мой рот страшно смотреть. Я смешал свою кровь и слюну вместе и осторожно облизал языком каждый дюйм его раны, сверху донизу, стараясь не пропустить ни одного уголка. Я слышал энергичное биение его сердца, звучащее сильно и торопливо, прямо у моего уха. Вскоре, в быстром темпе, на обожженной коже под моим языком образовался слой белой мембраны, демонстрируя плоды моего успеха в обмен на мою боль.

Я почувствовал себя счастливым, а затем решил осмотреть другие незначительные раны на его теле. Несмотря на то, что они были не такими большими, как на его груди, раны также не могли зажить. Вот почему, даже когда они были расположены очень низко, рядом с тем местом, где бедренная кость тритона и рыбья чешуя сливались, я все равно наклонился и обработал их без колебаний. Делая это, я даже забыл, что кто-то наблюдает за этим двусмысленным зрелищем, это было потому, что я полностью погрузился в процесс лечения, как истинный врач, или, возможно, небольшая часть заключалась в желании, быть хорошим... супругом.

Однако я тут же стер эту странную мысль. Черт возьми, что бы это ни было, в такое время это не имело значения! Подобные мысли были незначительны в нашем нынешнем затруднительном положении, и Агареса, и меня бросили в тюрьму, в качестве заложников, моя помощь ему была данностью!

Я опустил голову и продолжил делать все, что было в моих силах, но мысленно я не мог перестать вспоминать тот импульсивный поцелуй, поэтому я не обращал внимания на то, как низко я опускаюсь за минуту до того, как внезапно из-под холодной воды высунулся набухший блестящий член и прижался к моим губам. В тот момент я не знал, закоротило ли мой мозг или что-то в этом роде, но я бездумно лизнул его, прежде чем мой мозг взорвался от осознания.

Черт, черт, черт побери!

Я вытер губы и тут же вскочил, держась руками за Агареса, прежде чем мне удалось как следует устоять после того, как я несколько раз поскользнулся. Мой взгляд случайно встретился с его слабыми, черными как смоль глазами. На его лице появился темный румянец, очевидно, из-за прилившей к голове крови.

Если это можно назвать волнением, то Агарес действительно немного разволновался из-за моих действий. Несмотря на то, что казалось, что держать глаза открытыми уже отняло большую часть его сил, тонкие, напряженные губы Агареса все еще, казалось, выгибались в игривой дразнящей ухмылке—потому что я использовал свой язык, чтобы служить его величественному месту. Проклятье, я все еще ощущал эссенцию на своих губах.

Я посмотрел на него и вытер рот тыльной стороной ладони, но не смог произнести ни единого ругательства.

Каждый раз, когда я сталкивался с Агаресом, мой уровень IQ, казалось, падал до отрицательных значений, всегда давая ему возможность посмеяться надо мной. Однако в его нынешнем состоянии, когда он закован в цепи, заперт в водяной тюрьме, в полумертвом состоянии, со шрамами по всему телу, я боюсь, что любой сильный человек станет импотентом в такой ситуации, но только, черт возьми, не Агарес! Это демоническое существо действительно заслуживало титула Вождя мерфолков, будучи старым сексуальным демоном.

Но, по крайней мере, такая реакция доказала, что его физическое состояние было не так уж и плохо, как я первоначально опасался.

Мои уши были впечатляюще горячими, а лицо кипело, однако я вел себя так, как будто ничего не произошло, я зачерпнул немного воды, чтобы смыть кровь во рту. Но мой взгляд не мог не заметить член, стоящий прямо, как какое-то водное растение, заставляя меня неловко давиться слюной.

- Дешаров…

Голос Агареса был слабым и хриплым. Его глаза были сосредоточены на мне, как будто он умолял меня помочь ему решить его проблему.

- Нет, мы не можем этого сделать, твое тело не выдержит. - Я сухо сглотнул, лицо пылало. Черт возьми, от вида Агареса, дремлющая мутантная клетка внутри меня беспокойно зашевелилась. Я не мог сдержать волнения и поспешно умыл лицо брызгами воды, пытаясь успокоить себя глубокими вдохами.

Может быть, мне следует взять на себя ответственность за непреднамеренное возбуждение и помочь Агаресу, который не мог сдвинуться ни на дюйм, но мне определенно нельзя этого делать. В противном случае, если я помогу ему получить желанную разрядку, это отнимет у него всю оставшуюся энергию, и он потеряет сознание и даже может не проснуться. Давайте не будем забывать о Сакарол, которая все еще наблюдает за мной, чтобы удостоверится, точно ли я выполняю ее приказы. Только сейчас я вспомнил ее угрозу: если я не выполню ее приказ к сегодняшнему дню, она определенно что-нибудь сделает с Лафарром и остальными, но также я не мог заставить себя извлечь кровь Агареса.

Я настороженно огляделся, прежде чем придвинуться поближе к Агаресу, я вытащил шприц из кармана, схватил Агареса за руку, делая вид, что собираюсь проткнуть его кожу, одновременно подняв свое запястье, и под прикрытием другой руки я пронзил собственную руку в вену.

- Дешаров! - Агарес грубо хватал ртом воздух подле моего уха. Он укусил меня за мочку уха, словно выговаривая и упрекая за мои действия. Я не обратил на него внимания и быстро вытянул свою кровь, пока шприц не наполнился полностью. Я обнаружил, что кровь, казалось, выглядела фиолетовой, как смесь красного и синего. Это, без сомнения, был самый очевидный признак мутации. Говоря, что, если мою мутацию не остановить, окончательная форма моей крови определенно будет такой же синей, как у Агареса.

Несмотря на то, что цвет моей и Агареса крови был вполне различим, Сакарол никогда не осматривала его тело должным образом. Кроме того, я довольно давно выяснил, что как только кровь Агареса отделяется от его тела и подвергается воздействию хотя бы небольшого количества воздуха, она быстро затвердевает. Поэтому, если не извлечь кровь непосредственно из его тела, то нельзя провести какие-либо тесты. Из-за этого Сакарол не могла точно знать, действительно ли голубая жидкость была кровью Агареса. Вот почему они приказали мне взять его кровь, и по этой причине я спокойно могу обмануть их.

Если определять с точки зрение биологии, то я определенно не человек, но и не тритон, вместо этого я был особым мутировавшим видом, который находился между обеими сторонами. Самое важное, что нити ДНК не всегда легко изучить, потому что они каждый день меняют форму и количество. Им потребуется не мало времени для исследований, достаточно, чтобы замучить их.

Я не сдержал усмешку. Я положил шприц в стерильный пакет и поднял его, покачивая в темноте, показывая им, что я сделал то, что они хотели, прежде чем произнести тихим шепотом: - Я сам смогу защитить себя, Агарес. Скажи мне, есть ли на этом острове более сильное существо, которое сможет помочь тебе выбраться отсюда?

Когда я задал этот вопрос, в моей голове вспыхнул свет, и я внезапно вспомнил красноглазого монстра, похожего на ящерицу. Я поднял голову, чтобы посмотреть на Агареса, и собирался спросить, однако он, казалось, уже догадался и прищурился, незадолго до того, как выплюнул эти странные слоги: - На—ка—ми—Я. Вернись туда…

- Я понял… - Мне нужно было придумать, как заставить Сакарол и остальных ослабить бдительность и получить некоторый уровень свободы, чтобы вернуться туда, где в последний раз я видел этого монстра, и сообщить ему о тяжелом положении Агареса и других морских жителей. Хотя я не был уверен, сможет ли он выдержать боевые патроны, но он все равно, был бы несомненно, самым мощным и полезным союзником.

Пока я глубоко размышлял об этом, в каюте раздался резкий голос, разрушивший ход моих мыслей: - Дешаров, поскольку ты уже извлек кровь, выходи скорее, или ты хочешь провести еще больше времени со своим любовником?

Какая злобная, чертова сука. Я сжал кулак и нежно погладил грудь Агареса. Я подумал о том, чтобы еще раз проверить его раны, чтобы убедиться, что ничего не пропустил, но потом почувствовал, как его голова поникла. Его лоб был прижат к моей макушке, его взгляд, казалось, превратился в ночь, медленно сгущаясь, охватывая все мое сердце до такой степени, что я больше не ощущал свое дыхание и пульс. Я закрыл глаза и погрузился в этот поцелуй, где наши дыхания переплелись друг с другом.

Через некоторое время меня внезапно разбудил звук электрического тока. Зная, что, если я немедленно не уйду, они войдут, я поспешно покинул каюту.

Глава 57

Выйдя из каюты, я заметил Сакарол и Райна идущего ко мне. Он пристально смотрел на меня, его скулы слегка выступали, как будто он был разгневан до предела своего терпения. Судя по тому, как обстоят дела, если бы Сакарол здесь не было, то Райн бы превратился во льва и съел бы меня.

Я понимал, что произошедшее в каюте не скрылось от их глаз, но я все равно чувствовал неизбежное смущение, несмотря на то что был морально готов к этому. Я опустил голову, чтобы избежать их пристальных взглядов, вытащил шприц и, нахмурив брови, передал его подошедшей Сакарол.

Ее глаза скользнули по моему лицу с таким выражением, что я почувствовал себя неловко. Презрительно усмехнувшись, она выхватила шприц и внимательно осмотрела лиловую жидкость в нем – мою кровь. Это заставило меня немного понервничать, но я старался сохранять спокойствие, выражение моего лица ни на йоту не дрогнуло. Всем известно, что международные шпионы искусны в маскировке и легко могут разоблачить притворство, я ни в коем случае не должен выдать себя, ни выражением лица, ни потом или какими-нибудь другими изменениями.

Чтобы ничем не выдать себя, я притворился нетерпеливым. Скрестив руки на груди, я закатил глаза и холодно выплюнул: - Эй, ты уже получила кровь, теперь я имею полное право встретиться со своими друзьями прямо сейчас! И не думайте, что вы, можете приказывать мне, пока я не удостоверюсь, что их жизни в безопасности!

Сакарол нахмурилась, проигнорировав меня. Она достала пробирку и осторожно перелила кровь из шприца, прежде чем встряхнуть пробирку несколько раз. Уголки ее губ приподнялись после того, как она убедилась, что цвет и консистенция никак не изменились, бросив взгляд на Райна, она произнесла: - О, конечно, мой маленький ученый. Райн проводит тебя к ним.

- Так точно, полковник. Я отведу его к ним прямо сейчас. - Напряженное лицо Райна внезапно расслабилось, как будто он едва избежал наказания. Он схватил меня за руку и потащил за собой, но вдруг голос Сакарол остановил его: - Не забудь надеть на него наручники. – С этими словами, она что-то бросила Райну, стоящему позади меня.

Когда я почувствовал, как ледяной металл обвился вокруг моего запястья, я бессознательно попытался убрать руки, глядя на, казалось бы, очень тонкую шею Сакарол.

Я знал, что со скрытой силой внутри меня не будет проблемой вырваться из хватки Райна и с помощью наручников задушить Сакарол, однако я отбросил эту идею, как только она появилась в моей голове.

Даже если бы я смог запугать Сакарол, чтобы она освободила моих друзей, Агареса и остальных морских жителей, они не смогли бы противостоять дождю пуль, которые выпустят войска. Я должен был набраться терпения и дождаться подходящего момента, чтобы потопить их корабли один за другим.

Я впился ногтями в ладонь, позволяя Райну надеть на меня наручники, после чего мы поднялись по лестнице на этаж выше. По пути, я рассматривал заключенных русалок, многие из них наблюдали за мной, что поразило меня. Их взгляды совершенно отличались от того, как они смотрели на меня в первую встречу. Вместо ужаса в моем сердце зацвела надежда, потому что, они смотрели на меня, как на своего соплеменника.

Осмелюсь сказать, что я испытал чувство глубоко почтения—то, как они опустили голову, было похоже на то, как люди проявляют формальную вежливость.

Это, несомненно, было связано с «церемонией» Агареса—они признали мой статус супруги. Например, роль королевы?

Ах, к черту все это!

Будучи мужчиной, я считался королевой мистической расы мерфолков. Что за игры играет со мной Бог?!

Я нахмурил брови и прищелкнул языком, отвернувшись от них, но тут меня неожиданно толкнул Райн. В конечном итоге я споткнулся о порог каюты, почти ударившись о внешнюю палубу. Райн резко прижал меня к стене, настолько сильно прижимая мою голову рукой, что мне пришлось повернуть голову набок. Я уставился на него: - Какого черта ты творишь?!

Райн пристально посмотрел на меня. Голубая вена слабо пульсировала на его лбу, его дыхание, сильно пахнущее алкоголем, ударило мне в лицо. Осознание того, что он выпил так много спиртного, заставило меня почувствовать себя очень неловко. Я был уверен, что он уставился на мои губы, и, возможно, именно из-за случайности, когда я лизнул член Агареса, он был на грани того, чтобы вспылить. Кровь прилила к моим щекам, когда стыд и раздражение закипели во мне, поэтому я поспешно сменил тему: - Райн, мне все равно, какие у тебя там проблемы, для начала ты должен отвести меня к Лафарру и остальным!

Райн все это время молчал, но прежде чем я успел закончить фразу, он прервал меня внезапным смешком, а затем тихо произнес: - Дешаров, я не могу перестать думать о том, как будет ощущаться твой язык… Возможно, я узнаю об этом сегодня вечером. Сакарол отдала тебя под мою опеку, ты понимаешь, что это значит? - Он приблизился ко мне вплотную и продолжил: - Я сделаю с тобой то, что с тобой сделал проклятый тритон. Я сделаю так, что после одного раза со мной, ты не сможешь даже стоять на следующий день.

- Отвали! Сукин ты сын, не думай, что когда-нибудь сможешь! - грубо крикнул я, чувствуя, как онемел мой затылок. Я согнул колено, решая ударить его в пах, чтобы дать ощутить вкус моих мыслей, но не смог, когда его большие руки скользнули вниз по моему затылку, а затем грубо толкнули меня. - Я исполню твое маленькое желание встретиться со своими друзьями. Встретившись с ними, ты поймешь, что сейчас важно для тебя завоевать мою благосклонность, доставляя мне удовольствие.

- Завоевать твою благосклонность? - Я презрительно усмехнулся: - Такой ублюдок, как ты, просто болонка этой шлюхи!

После того, как я выплюнул эти слова, мы завернули за угол, где Райн остановился около другой каюты. Затем он резко схватил меня за воротник рубашки и с силой повернул мою голову. Его губы практически касались моего уха, отвратительный пар, который шел, когда он выдыхал, ощущался как кипяток, льющийся через швы моей одежды. – Ах, действительно, Дешаров, я собака, но я уже крепко укусил тебя, и что ты с этим сделаешь? Иди, хорошенько проведи время со своими друзьями!

Дверь каюты передо мной громко открылась, меня сразу же втолкнули внутрь, прежде чем захлопнуть за мной дверь. В каюте горела маленькая масляная лампа, но все равно было очень тускло. У стены стояла кровать с расплывчатыми и неразличимыми тенями людей, сбившихся в кучу. Я заметил, как кто-то встал, и в комнате раздался знакомый голос: - Дешаров! О Боже, ты все еще жив!

- Лафарр! - Я несколько секунд непрерывно моргал, прежде чем в поле моего зрения появилось знакомое лицо, меня тут же охватило волнение. Мои ноги неуверенно двинулись вперед, но вдруг передо мной встала Ева. Ее тонкая рука схватила меня за плечо, указывая на кровать.

Я был в шоке от того, что предстало перед моими глазами.

Дэвис, который пропал довольно давно, лежал на кровати. Он свернулся калачиком, как маленькое и ужасно измученное животное, его дыхание было беспокойным, как будто он застрял в кошмаре. Пальто Лафарра покрывало его тело, но оно не могло до конца скрыть синяки и шрамы, которые были разбросаны по всему его телу, особенно по плечам и лодыжкам. Простыни были испачканы уже потемневшей кровью. Все его тело превратилось во что-то неузнаваемое. Если бы не это лицо, я бы не смог распознать, что человек передо мной был моим старшим, с которым я общался каждый день.

- Что с ним? - натянуто пробормотал я, хотя понимал, что спрашиваю что-то действительно идиотское.

Комок застрял у меня в горле, я не мог ни плакать, ни причитать, даже если бы захотел. В моей голове всплыл образ пирата, который ранее замышлял против меня заговор – встреча с Генри в пещере мерфолков. Я представил, как его лицо превращается в лицо Дэвиса, и это почти свело меня с ума. Его постигла та же участь.

О Боже, нет! Я присел на карточки, мое сердце разрывалось на куски от горя, мне хотелось протянуть руку и дотронуться до лица Дэвиса, но я не мог, мои руки все еще были скованны наручниками. Ева поддержала меня, я видел, как ее слезы блестели в свете свечи, ее губы дрожали, когда она произнесла: - Я не знаю, что делать с его ранами. Дешаров, мне страшно! Его место там, внизу… Я имею в виду… его пенис сломан! Его нужно зашить и продезинфицировать, но эти нацисты заперли нас и не выпускают, со временем, если не через несколько дней, он умрет от инфекции! Я без понятия, какой чертов извращенец сделал это с ним, возможно, это нацисты…

- Не говори больше! Не говори больше, Ева! - Я закричал на нее, задыхаясь, мое сердце сжалось в комок, а голос задрожал: - Я придумаю способ… Клянусь, я придумаю, как его спасти…

Лафарр слегка похлопал меня по спине и тяжело вздохнул. Ева, с другой стороны, прикрыла рот рукой, сдерживая рыдания.

- Успокойтесь, вы оба. - Лафарр притянул нас с Евой ближе к себе, похлопал по плечам и продолжил говорить тихим голосом: - Не похоже, что мы потеряли всякую надежду. До того, как нас захватили эти нацисты, мне удалось послать радиосигнал о помощи из дивизии военно-морского флота. Как только они получат сигнал, они прибудут сюда как можно скорее. А пока мы должны попытаться выжить. Дешаров, они не убьют нас, потому что в наших головах есть то, что им больше всего нужно. И ты тоже, Дешаров.

- О чем ты?

- Ты раньше встречался с профессором Виногрейдером? - Лафарр посмотрел мне в глаза, его голос был полон таинственности.

- Да, - мое сердце бешено заколотилось, - полагаю, ты тоже говорил с ним раньше?

- Ты помнишь, как он показал тебе фотографию? Фотографию с кучей необычных длинных и коротких черных квадратов.

- Верно, - мои нервы подскочили. - Это было что-то похожее на азбуку Морзе. В то время я задавал ему вопросы, касающиеся общения между мерфолками, но вместо этого он показал мне фотографию и велел записать ее. В то время я не понимал, что он имел в виду, и действительно думал, что он немного сошел с ума. Что, ты тоже видел эту фотографию?

Лафарр настороженно огляделся, прежде чем понизить голос, чтобы только мы с Евой могли его слышать, он даже использовал корональные согласные, особый способ артикуляции, на каждом слове и говорил в быстром темпе: - Этот набор азбуки Морзе был ПИН-кодом для доступа к одному из самых важных дисков профессора Виногрейдера. Секрет, который нацисты хотели узнать больше всего, хранился внутри диска. Он приведет их к самой драгоценной и заветной области этого острова—Космическим Вратам. Я знаю, что это звучит несколько абсурдно. Но это вовсе не миф, что «врата» действительно существуют. Это похоже на Бермудский треугольник, те, кто войдет в него, вернутся в определенное время в прошлом, или, возможно, они войдут в совершенно новую реальность, даже в параллельный мир, и это также было секретом таинственного исчезновения Атлантиды. Послушайте, мифологическая Атлантида не на дне океана, вместо этого она находится в другом измерении пространства, в другой части истории, там, где живут мерфолки.

Он немного помолчал, спокойно глядя на мое ошеломленное выражение лица, медленно проговаривая слово за словом, чтобы рассеять мое недоверие. - Я уверен в этом, потому что подчиненный профессора Виногрейдера, член экипажа, которого забрала русалка, вернулся обратно. Дешаров, веришь ли ты в это или нет, но этот член экипажа был твоим дедушкой.

Я был настолько потрясен, что у меня отвисла челюсть. - Нет, нет, нет. Как это возможно?! Профессор Виногрейдер ясно сказал, что его член экипажа исчез несколько десятилетий назад без каких-либо новостей, и с тех пор он искал его до сих пор. Он даже опубликовал в газетах объявление о пропаже человека, и они были разосланы по всему миру. Как это мог быть мой дед? Он был со мной с тех пор, как я был ребенком, пока не встретил несчастный конец в кораблекрушении в Исландии…

Сцена в то время моего детства внезапно вспыхнула перед моими глазами, и я снова увидел темный силуэт в ночном тумане и пару острых, безмятежных, ярких глаз. Это был первый раз, когда я встретил Агареса, и сцена его спасения была ясна как день. В этот момент мне показалось, что мое сердце покрылось слоем тумана, и появились некоторые догадки, пока я отчаянно ждал продолжения от Лафарра.

- Профессор Виногрейдер однажды включил запись голоса, и в этой записи твой дед упомянул, что случилось с ним после того, как он вошел во врата времени. Он сказал, что это было пространство, которое не было похоже ни на что, что он видел на Земле. Однако какой - то электрический ток затруднял передачу его голоса, и я не смог полностью все понять. Я знаю только то, что он смог вернуться после того, как пошел на определенный компромисс, или, если быть точным, это было похоже на деловую сделку. Он должен был в будущем заплатить какую-то цену. Огромную, огромную цену.

- Это... это я? - Я сухо сглотнул и выдавил эти несколько слов из дрожащих губ, чувствуя, как все мое тело похолодело.

Глава 58

- А? - Лафарр моргнул в замешательстве, делая паузу: - Ты... что?

Я открыл рот, но не произнес ни слова, я смог только натянуто покачать головой, глубоко выдохнув. Он не знал о наших отношениях с Агаресом. Вот почему он, очевидно, не мог понять, что я только что сказал.

Кроме того, нужно обладать невероятной дедукцией, чтобы суметь установить связь между всеми этими событиями.  Потому что в то время, когда профессор Виногрейдер был еще молод, моему дедушке было всего двадцать с небольшим, что означало, что я тогда еще не родился. Он дал обещание Агаресу, лидеру мифического вида; обещание, которое он не знал, сможет ли выполнить – отдавая своего внука, который в то время еще не успел родиться в качестве «платы». Черт возьми, как же это глупо!

Все это бы объяснило неожиданное вторжение Агареса в мое колесо судьбы, но, несмотря на это, я не хотел верить в свою теорию. Ни капельки. Я предполагал, что мой дедушка сошел с ума, если нет, то он, должно быть, импульсивно дал обещание, не подумав о последствиях. Он определенно не думал о том, как сильно это повлияет на мое будущее, но я не мог винить своего родственника, который уже умер, потому что я все еще отчетливо помню, как сильно он любил меня.

Он часто брал меня с собой на рыбалку, рафтинг и в походы, подарив мне беззаботное детство на прибрежных берегах. Даже сейчас, когда я смотрю на море, я все еще вспоминаю его яркий и веселый смех и его нежную ладонь, ласкающую меня. Эти моменты уже запечатлелись в самых глубоких уголках моего сознания, то, что я никогда не забуду. Он был для меня как отец.

Я не верил, что, делая все это он просто хотел выполнить данное им обещание, но теперь, задумавшись об этом, некоторые из его действий действительно были странными. Часто он запускал фейерверк в сторону бескрайнего, безбрежного моря или останавливался на носу корабля и трубил в свой рог корнетта, как будто звал, отвечая на что-то. Он хотел преподнести меня Агаресу?

Мое дыхание сбилось, мой разум, казалось, был атакован внезапным порывом сильного ветра, разбросав все мои мысли. Лафарр продолжал что-то говорить, но его слова, казалось, проскальзывали мимо моих ушей, я не понял ни единого слова.

- Дешаров! - Я пришел в себя, когда Лафарр замахал руками у меня перед глазами. - Итак, послушай, эти нацисты, вероятно, знают о прошлом твоего дедушки, и именно поэтому они следят за тобой. Ты должен быть очень осторожен и в то же время попытаться использовать полученную информацию, чтобы спасти свою жизнь. Ты можешь рассказать им о Вратах Времени, потому что, даже если они смогут войти, то вряд ли они оттуда выберутся...

- Понятно, я так и сделаю. - Я глубоко вздохнул, чтобы успокоиться, с усилием отбросив свои тяжелые мысли и опустил глаза на тело Дэвиса. - Я подумаю о том, как сохранить свою жизнь, чтобы выиграть немного времени для вас, ребята. Я нужен этим нацистам, чтобы исследовать Агареса, я мог бы использовать это в качестве козыря и найти Дэвису врача... Стоп!

Внезапно я вспомнил о шприце с моей кровью. Именно! Я хлопнул себя по бедру и сразу же бросился к кровати и схватился за пальто, прикрывавшее Дэвиса, но в последний момент заколебался. Ева схватила меня за запястье: - Дешаров, что ты пытаешься сделать?

- Собираюсь вылечить его. Возможно, у меня есть способ исцелить его раны, однако мне нужно, чтобы вы, ребята, на некоторое время отвернулись. - неловко произнес я тихим голосом, не в силах представить, насколько неприглядной будет сцена исцеления Дэвиса, особенно в этой узкой, тесной каюте с Лафарром и Евой. Я должен быть благодарен, что Дэвис был без сознания, иначе бы он точно захотел бы покончить с собой.

Размышляя об этом, я вдруг вспомнил об установленной камере видеонаблюдения, отчего мое сердце бешено заколотилось в груди.

- Будет лучше, если ты прекратишь, - сказал Лафарр, отталкивая мою руку, его лицо было угрюмым, он покачал головой, жестом показывая мне следовать за его рукой, когда он коснулся лица Дэвиса.

Я сразу же заметил, что веки Дэвиса сморщились, как туго скрученное полотенце. Его глазные яблоки дрожали, мышцы лица подергивались, и все его выражение лица было искажено, как будто ему снился кошмар, в котором он сражался с демонами не на жизнь, а на смерть.

Я втянул в себя холодный воздух. Разве это не признак тяжелого посттравматического расстройства?

В своем нынешнем состоянии Дэвис выглядел как человек, который боялся бы собственной тени. Как будто он может умереть от шока, если я слишком внезапно разбужу его от глубокого сна.

- Теперь ты понимаешь? Ему нужен настоящий врач. Его раны уже практически зажили, но у него внутри омертвевшая ткань...

С другой стороны двери неожиданно раздался тяжелый стук: - Дешаров!

Мы услышали голос Райна, а затем дверь громко распахнулась.

- Эй, подожди минутку! - Мое тело грубо выволокли за дверь, прежде чем я успел ответить Лафарру. Он поспешно потащил меня в другую часть корабля, и как только он завернул за угол, мы столкнулись с группой высоких, сильных вооруженных мужчин, которые отдали честь Райну. В группе парень с лысой головой и загорелой кожей посмотрел на меня, и сразу же его лицо изменилось.

Я окинул их всех холодным взглядом, о, я вспомнил, это была группа, которая наблюдала, как я выбивал дерьмо из тупицы, похожего на гориллу. Теперь то они должны смотреть на меня с уважением.

Однако я заметил, что они были вооружены пистолетами и взрывчаткой, а вдалеке стоял вертолет, готовый взлететь. Черт возьми, они должно быть готовятся захватить остров.

- Эй, это не та ли маленькая русская птичка, которая избила Каносона до полусмерти? - Уголок рта лысого парня высокомерно дернулся вверх, когда он смерил меня взглядом со зловещим выражением лица. Он протянул руку, желая коснуться моего лица, но я тут же увернулся. Он улыбнулся мне, обнажив зубы, и сказал: - Эй, будь осторожен, приятель.

Мужчина легко изменил направление своей руки и хотел ущипнуть меня за шею, но ему помешал Райн. Лицо лысого парня сразу же сморщилось, как будто он съел что-то кислое: - Капитан Райн, поскольку полковник Сакарол попросила вас допросить его, вам лучше использовать конкретный набор методов, используемых в отношении заключенных, на нем, и пусть он попробует, что такое наша «сладость». Не позволяйте этому хорошенькому личику пропасть даром. - Уголок его рта приподнялся, и он крепко прижал кулак к груди Райна, продолжая: - Каносон получил серьезное сотрясение мозга, даже его сетчатка глаз отслоилась.

Боже, он это заслужил. Я хотел сказать эту фразу вслух, но сдержался и только презрительно фыркнул. Если бы мои руки были свободны, я бы уже давно бы показал Лысому средний палец.

- Я разберусь с этим. Будьте осторожны, не сражайтесь с русалками у воды. Они все сумасшедшие звери. - Райн повернулся, чтобы посмотреть на вертолет. - Желаю удачи, ха-ха-ха.

По мере того, как звук шагов становился все громче, тяжелое чувство страха закралось в мое сердце, и когда меня привели в темную каюту, я почувствовал, как все мои волосы встали дыбом. Райн был пьян. Хотя он только что так свободно разговаривал со своим подчиненным, какой начальник начал бы смеяться, предупреждая своих людей об опасности? Он не просто немного навеселе, он чертовски пьян. Кто бы знал, воспользуется ли он этой возможностью, чтобы что-то со мной сделать?

- Райн, я хочу встретиться с Сакарол! Я должен открыть ей секрет, который она сочла бы чрезвычайно интересным! - Я взволнованно закричал, но он пропустил это мимо ушей и втолкнул меня прямо в каюту, с громким стуком захлопнув за нами дверь.

В одно мгновение все, что находилось в темноте, медленно прояснялось. Я обнаружил, что на стенах висят цепи и различные виды металлических приспособлений для пыток. Жуткое и леденящее чувство пронзило меня, и я сразу же начал сопротивляться, однако Райн крепко схватил меня за руку.

Он вытащил сбоку длинную цепочку и прикрепил ее к моим наручникам, отчего мои руки повисли над головой. Затем он наступил на какой-то механизм, который мгновенно поднял мое тело высоко над землей, так быстро, что тупая боль пронзила мои руки, как будто они были вывихнуты. Из меня вырвался крик, и я начал задыхаться.

- Какой секрет? Почему бы тебе сначала не рассказать о нем мне? Позволь мне послушать и посмотреть, есть ли у тебя еще какие-нибудь трюки, спрятанные в рукавах, мой маленький гений. - Райн приподнял мою голову, грубо лаская мою щеку своей обжигающе горячей ладонью.

- Это секрет, который точно не разочарует вас с Сакарол. Я могу тебе рассказать, но у меня есть одно условие. - Я терпел боль в руках и стиснул зубы, чтобы сохранить самообладание.

Возможно, имя Сакарол немного прояснило его голову. Он нахмурил брови и спросил: - Какое условие?

- Моему другу нужна помощь, а у вас есть армейский врач, верно? - Я прищурил глаза, тяжело дыша, пот тяжело стекал с моего лба на подбородок.

Райн вытер мой пот пальцами, затем проследил за дорожкой пота вниз к моей шее, прежде чем скользнуть за воротник моей рубашки. Он возился с пуговицами, уставившись на мою влажную грудь.

Он глубоко задумался, прежде чем издать пьяный смешок: - О, ты умоляешь меня, Дешаров? Тогда у меня тоже есть условие. - Чтобы дать твоему другу то, что ему нужно, - Сказав это, он расстегнул несколько моих пуговиц, - Займись со мной любовью, и пусть этот жалкий тритон будет подслушивать нас. Я хочу, чтобы он услышал, как я обладаю тобой. - Он искоса посмотрел в правый верхний угол каюты. Поразительно, но там был черный ящик, поверхность которого покрывало множество отверстий. Это был диктофон радиостанции.

- Райн, ты что, с ума сошел?! -  Я посмотрел на него в шоке и гневе, зная, что попытка спорить и сопротивляться только сделает его еще более безумным и необузданным в пьяном состоянии. Я мог только сжать кулаки и заставить себя игнорировать его. Когда он расстегнул мою рубашку, я холодно посмотрел на него: - В этом нет смысла. Ты хочешь заявить этому зверю, что я принадлежу тебе, верно? Ты думаешь, что он такой же обиженный и ревнивый, как ты? Ты ошибаешься! Ему было бы все равно, и, скорее всего, он был бы взволнован и относился бы к этому как к прослушиванию порнографии. Он просто... просто обращается со мной как с сексуальным объектом из-за неоплаченного долга. Ты действительно веришь, что такой зверь, как он, будет чувствовать что-то вроде… любви к человеку? О, какая, блядь, большая шутка! Ты не понимаешь... Только недавно я узнал, что меня просто... продали, вот и все.

Слова, которые я сдерживал внутри себя, извергались из моего рта, как яростные волны. Я чувствовал, что слова, которые я продолжал выпаливать были рациональными и полны логики, но в самых глубоких уголках моего сознания возник образ Агареса, который яростно опровергал мои мысли. Я видел его темные глаза, наблюдающие за мной в отчаянии, голос, воющий, говорящий, что это не так, это не так!

На моем лице появилось болезненное выражение, проецирующее противоречивые мысли в моем сердце. Райн поднял голову, чтобы посмотреть на меня, чувствуя себя немного смущенным. Его перегар продолжал бить мне в лицо, он обнимал меня за талию так крепко, что казалось, что она может сломаться в любой момент. Его промежность, казалось, горела жаром, когда Райн прижался ко мне, но, к счастью, казалось, что он еще не потерял остатки разума.

- Это правда, я только недавно узнал об этом, Райн. - я закрыл глаза: - Я предмет долга, потому что у моей семьи был какой-то спор с русалками. Возможно, Сакарол не сообщила тебя, но она должна была об этом знать. То, что вы видели по камере наблюдения, было потому, что меня соблазнили. У зверя есть что-то такое, что... - я сглотнул, чувствуя, что мое горло немного пересохло, как будто я пытался сказать что-то, что шло против моего сердца: - Я был околдован.

Мое сердце сжалось, как у маленького зверька, свернувшегося калачиком, однако я продолжал говорить, чтобы заслужить жалость Райна, иначе прямо сейчас он съест меня целиком. Я был настолько глуп, что не обратил внимание на то, насколько близко камера слежения наблюдала за Агаресом. Я не думал, что у Райна возникнет настолько сильное желание покорить меня.

- Если я… тебе действительно нравлюсь… тогда… - выдавив эти слова, я почувствовал легкую тошноту, но смог сдержаться.

Если назвать чувства Райна ко мне «симпатией», тогда это было бы самым экстремальным и пугающим проявлением «симпатии» в мире, потому что я все еще отчетливо помню, как он столкнул меня с лодки, бросив в проливы, полные русалок, как будто он отбросил балласт. Однако, как только он узнал, что я жив, он сошел с ума от желания обладать мной, как нацисты, которые преследовали недостижимую мечту, становясь эгоистичными и извращенными.

Мое впечатление об этом очаровательном и добродушном наставнике было лишь одним из его многочисленных обличий, в то время как на самом деле в глубине души он был террористом.

- Перестань издеваться надо мной… Райн, найди врача для моего друга, и я буду благодарен тебе до конца своей жизни. На самом деле, он может умереть в любой момент.

Я вспомнил дрожащие веки Дэвиса, и горячая волна печали затопила мой нос, сделав мой голос грубее.

- Благодарен… - повторил Райн мои слова, а затем тихо рассмеялся. Его пальцы зарылись в мои волосы, разделяя и расчесывая мою растрепанную челку, прежде чем снова нежно схватить, так что мне пришлось посмотреть ему в лицо: - Мне не нужна твоя благодарность, Дешаров. Я только хочу, чтобы ты дал мне шанс, ты только что сказал, что ничего не чувствуешь к этому монстру, значит ты сможешь принять меня, верно?

- Только если ты дашь мне вескую причину принять тебя, Райн, - хрипло подчеркнул я, мои глаза покраснели. Его пропитанные алкоголем губы практически касались кончика моего носа, заставляя задыхаться.

- Сначала позволь мне попробовать тебя на вкус. Я и так ждал слишком долго. Он закрыл глаза, держа мою голову, как будто стекло, его губы целовали мочки моих ушей. У меня даже не было сил почувствовать отвращение, потому что вес его головы усилил мою боль, которую я уже и так испытывал из-за подвешенных рук.

Он тихо вздохнул мне на ухо: - Почему ты родился русским? Было бы намного лучше, если бы ты был немцем. Дешаров, на этом грязном, запутанном поле битвы, где никогда не светит солнце, ты-самое чистое существо, которое я когда-либо встречал...

Он немного помолчал и погладил меня по спине: - Ты не знаешь, но в первый раз, когда ты сопровождал меня в пещеры Кентербо, твоя серьезность и храбрость действительно очаровали меня. Было так много случаев, когда ты поражал меня и заставлял мой уровень уважения к тебе подниматься все выше. Постепенно я понял, что не могу контролировать тебя, даже будучи твоим наставником. Что больше не было никого, кто мог бы ограничить твой напор и амбиции. То, как ты преследуешь свою мечту, - это то, чем немцы действительно восхищались бы. То, что сказала Сакарол, было правдой, ты действительно, как прекрасный мотылек…

Он набрал в грудь воздуха и издал еще один пьяный смешок: - Если не удержать тебя, то ты улетишь, улетишь так далеко, что никто в жизни не сможет тебя догнать.

- Ты меня не поймаешь... - Мои запястья в наручниках дрожали, трение о ледяной металл невыносимо жгло. - Ты хочешь сломать мне крылья и превратить меня в нелетающее насекомое, беспомощно извивающееся на твоих ладонях, молящее о твоей милости и любви. Тебе нравится это чувство, не так ли? Райн, вот что ты хочешь со мной сделать. Не описывай себя… как кто-то, кто так глубоко полон любви.

Я презрительно отвернулся, мои взгляд был резок, как нож. - Вперед, если ты хочешь погубить меня, тогда давай, но ты никогда не сможешь увидеть ту бабочку, которую отчаянно хочешь поймать, или... ты можешь просто попытаться дать мне повод быть благодарным тебе.

Райн не мог подобрать слов, его глаза были темными и мрачными, как будто их затуманил слой паутины, делая все неясным. Я мог сказать, что его состояние ухудшилось, его мозг еще не полностью проснулся, а сердце немного колотилось.

В этот момент я был благодарен, что его чувства ко мне не были пропитаны одной похотью. Если бы он был трезв, то, возможно, на самом деле ничего бы мне не сделал. Он не хотел использовать силу, чтобы подчинить меня, потому что это доказало бы, что он не может противостоять гормонам зверя. Райн был по сути завоевателем, желая, чтобы я повиновался ему до конца, любил его и поклонялся ему, просто это была чертовски глупая мечта с самого начала.

- Я найду врача для твоего друга и предоставлю ему лучшую медицинскую помощь… Однако, Дешаров, - Райн тяжело и хрипло дышал, его рука играла с моими мочками ушей, - ответь мне, как только они закончат строить базу, ты должен вернуться со мной в Германию, стать гражданином и жениться на мне. И с этого момента ты никогда больше не должен приближаться к этому тритону, ты можешь это сделать?

- Брак? - Я был так потрясен, что не мог закрыть рот. Нацистское преследование гомосексуализма во время Второй мировой войны было ужасающим, и этот парень действительно мог сыграть со мной такую ужасную шутку. Слава Богу, что сейчас не Вторая мировая война, иначе он отправил бы меня в страшные концентрационные лагеря!

- Да, брак. Мы не против гомосексуализма, как вы, русские. Хотя в настоящее время это все еще не легализовано, но в будущем... - Он пробормотал, погружаясь в свое собственное возбужденное воображение: - Я не могу дождаться, когда сделаю тебя своим маленьким женихом, Дешаров, ты больше не сможешь вернуться в Россию. Я поручил кое-кому стереть записи обо всех твоих студенческих регистрациях и разрешениях на проживание. Ты больше не русский. Теперь ты человек без национальности, и в конечном итоге с годами о тебе забудут.

Мне показалось, как будто тяжелый молот ударил меня по голове и оглушил до полусмерти. Я медленно осознавал эту пугающую истину. Райн украл у меня шанс продолжить учебу в университете, он разрушил мою мечту и стер мое существование, вырвав меня с корнем из России и превратив в безногую птицу, неспособную приземлиться, чтобы управлять мной, как воздушным змеем.

- Нет... нет, нет! Что ты сделал?! Ты бешеный пес, бешеный пес! Я хочу убить тебя!

Я начал истерически пинать его, однако он крепко держал меня за ноги, и мучительная боль в моих руках не позволяла мне продолжать прилагать силу. Звук звенящих металлических цепей был подобен взрыву в моих ушах, от которого у меня закружилась голова. Я слышал, как Райн снова и снова спрашивал меня: - Ты примешь меня, Дешаров? Я так сильно люблю тебя, что это сводит меня с ума!

- Проваливай, ты, ублюдочный сын! Ты хуже собачьего дерьма, чертов псих! - Я осыпал его проклятиями, бессильный, спокойствие, которое я пытался сохранить, рухнуло в одно мгновение. В ту секунду, когда Райн дрожащими руками потянулся к моему поясу, я понял, что мне конец.

Однако в тот момент, когда он снял с меня штаны, я вдруг услышал кучу беспорядочных электрических тресков, которые заставили меня вздрогнуть и затаить дыхание.

- Райн, вызываю Райна! - Голос Сакарол раздался из его кармана. Только Бог будет об этом знать, что это первый раз, когда я почувствовал облегчение, услышав голос этой демоницы. - Приведи Дешарова, этот титон внезапно сошел с ума без всякой на то причины. Прекрати допрос, я приказываю тебе немедленно привести сюда Дешарова!

- Похоже, твой начальник помешал мне согласиться на твои условия.

Мой голос дрожал.

Благодаря Сакарол я вырвался из злых лап Райна. Как только меня снова отвели в нижнее отделение, я почувствовал будто получил амнистию. Мои ноги были мягкими, как будто я ступал по воздуху, уплывая в небо. Мой разум был полон воспоминаний о моем теплом доме, о еде моих родителей, о волнующих и эмоциональных годах учебы в университете, о моих любимых одноклассниках и учителях, обо всем том, что теперь превратится в мечту, вскоре развеявшуюся по ветру, как пыль.

Моя душа, казалось, была вытянута из моего тела, мое сердце казалось пустым, мое тело стало хрупким, как тонкий лед.

Меня привели к Сакарол, ничего не сказав. Она равнодушно осмотрела синяки на моем запястье, достала ключ, чтобы отпереть кандалы, и небрежно сказала: - Я видела, как этот тритон калечил себя, когда только что посмотрела на монитор наблюдения.  Успокой его, пожалуйста, малыш Дешаров. Он также отказывается что - либо есть, так что тебе придется его покормить. Ты обязан сохранить ему жизнь.

Сказав это, она протянула мне ведро, наполненное сардинами, и фальшиво улыбнулась.

Я взял его, не говоря ни слова, и вошел в каюту. Только после того, как мой взгляд проследил за закрытой дверью люка, и мой разум прояснился, до меня до шло, сказанное Сакарол, - Агарес причинял себе вред.

Как только я увидел Агареса, у меня задрожали руки, и ведро чуть не упало на землю. Его запястья больше не были подвешены по обе стороны головы, как раньше, а были опущены до плеч. Толстые цепи, соединенные с металлическими шестернями наверху, были сняты Агаресом с рельсов, и на его запястьях были очень глубокие белые синяки. Его плоть выступала наружу, а голубая кровь густо запеклась вокруг запястий.

- Дешаров... - Агарес уставился на меня сквозь спутанные волосы. Он из-за всех сил пытался пошевелить руками: - Давай... я... - Он говорил ломаными русскими слогами, казалось, он напряженно думал, пытаясь что-то выразить, но не знал, как объединить слова для этого.

Меня поразило внезапное осознание. Он слышал весь разговор между мной и Райном, он нанес себе увечья, пытаясь освободиться. Это осознание заставило меня сделать шаг или два, прежде чем броситься обнимать Агареса. Мои руки крепко сжали его густые волосы, затем я закрыл глаза и уткнулся в его шею, глубоко вдыхая его запах.

Глава 59

- Агарес...

Я хрипло повторил его имя несколько раз. Тело, которое я обнимал, было таким сильным и крепким. Он был похож на скалу, поддерживающую все мое тело. Я не понимал, почему в последнее время стал так зависим от этого тритона, хотя должен был ненавидеть его. Но это было то, чего я не хотел понимать. Я просто желал только одного, не выпускать Агареса из своих объятий, как будто это был единственный способ заполнить огромные дыры в моем сердце.

Агарес склонил голову к моей щеке, облизывая и покусывая мою плоть, демонстрируя нежность и привязанность ко мне.

Капли воды стекали по моей шее, медленно просачиваясь сквозь костный мозг, позволяя прохладе проникнуть внутрь.

Странно, но я не чувствовал никакого дискомфорта. Мое сердце, словно обожженное магмой, казалось, внезапно остыло, и со знакомым ароматом, заполнившим весь мой мир, мой разум погрузился в самые дальние глубины нежной, спокойной трясины. Слышно было только ровное и мощное сердцебиение в груди Агареса.

Мой разум, который раньше казался мне таким взвинченным до предела, теперь внезапно расслабился и, казалось бы, впал в гипнотическое, расслабленное состояние.

Рыбий хвост подо мной крепко обвил меня за талию, создавая защитный барьер, чтобы мы с Агаресом оказались еще ближе к друг другу. Такая забота заставила меня внезапно сбросить свою внешнюю оболочку, которую только что недавно пронзили острые шипы Райна. Я заплакал, отчаянно вцепившись в Агареса. Он был единственным человеком, который мог понять ту боль и давление, которые давили на мои плечи. Но я не мог позволить себе такое поведение. Как только человек обнажает свою самую слабую сторону, после этого уже нелегко снова стать сильным и собранным.

Я должен выдержать это. Мне пришлось сдержать слезы, стиснув зубы.

Я ослабил хватку. Одному Богу известно, как сильно я хотел положиться на Агареса, хотя бы еще немного. Однако травмированные запястья Агареса требовали немедленного внимания. Я протянул руку к его запястью, чтобы осмотреть, Агарес помог мне, немного приподняв меня, позволяя моей голове выровняться с его рукой.

Я не мог себе представить, сколько сил он потратил на борьбу, до такой степени, что наручники деформировались. И все же было жаль, что костяные суставы Агареса были гораздо более выпуклыми, чем у человека, ему было гораздо сложнее выбраться из наручников. В результате его запястье было сильно повреждено; белые кости были видны из глубокой раны из-за постоянного трения запястья о металлические наручники. К счастью, рана действительно заживала, но часть новой ткани прилипла к наручникам.

Когда я осторожно взял Агареса за запястье, одновременно услышал короткое, приглушенное ворчание, вырвавшееся из его горла. Я понимал, как это, должно быть, было больно, и поэтому мое сердце почувствовало невыносимую боль. Тем не менее, я попытался сохранить хирургическую позу и мало-помалу разорвал плоть, прилипшую к наручникам, приклеив их обратно, чтобы снова закрыть видимые кости.

Затем я тщательно облизал все вокруг раны. Потребовалось немало усилий, чтобы наконец исцелить перепончатые руки Агареса. К тому времени, как белые мембраны покрыли все раны, я уже был весь в поту. Именно тогда я почувствовал, как что-то влажное облизывало мою нижнюю часть живота.

Когда я опустил голову, то обнаружил, что Агарес используя свой хвост, обхватил меня за талию. Я мог наблюдать, как его похожие на перья ресницы опускались в такт его дрожащему телу. Выражение его лица было полным одержимости. Только когда он, казалось, понял, что я заметил его маленькую шалость, он поднял веки, чтобы посмотреть на меня, его уголки губ изогнулись вверх.

Мое сердце внезапно подпрыгнуло, поток огня поднялся в моей груди, сразу же устремившись прямо в нижнюю часть моего тела. Черт возьми, у меня чуть не встал в такое критическое и неподходящее время! Я похлопал по толстому, твердому рыбьему хвосту, чувствуя себя немного безумно. -Эй, эй, теперь все хорошо. Отпусти меня!

В ответ хвост вокруг моей талии, сжался еще сильнее, и так как я не мог перенести свой вес на его тело, у меня был только его хвост, чтобы поддерживать себя. Эта поза напоминала лежание на покрытом чешуей массажном кресле. Когда наши лица встретились, его губы без предупреждения прильнули к моим. Затем влажный рыбий хвост потерся о мою спину, мягко описывая круги, как будто безмолвно успокаивая меня.

Я приоткрыл губы, позволяя его языку втиснуться внутрь и обхватить мой язык. Его полузакрытые глаза были похожи на линии лезвия ножа. За исключением того, что из них неизбежно изливалась глубокая привязанность.

Слишком опасно. Он был опаснее любого другого глубоководного существа.

Потому что мне казалось, что я вот-вот потеряю себя и буду съеден без остатка. В конце концов, он уже попробовал меня на вкус, и теперь, благодаря ему, у меня тоже появилось желание, чтобы он овладел мной.

Если бы прямо сейчас Агарес был бы способен свободно передвигаться, я бы не смог защитить себя. Однако, когда Агарес наклонился вперед, ближе к моей шее, чтобы углубить поцелуй, я сразу же вспомнил ужасный опыт, который пережил с Райном несколько минут назад. Я настороженно взглянул на камеру слежения, которая была у меня над головой. Это был черный как смоль шар, похожий на крокодилий глаз, прячущийся в тени. Это вызывало дрожь по всему телу.

Должно быть, Райн сейчас внимательно наблюдает за нами. Чем больше мы с Агаресом переходили границы, тем страшнее становились его ревность и зависть.

Я тут же содрогнулся от этой мысли и быстро схватил Агареса за подбородок, удерживая его от дальнейшего интимного прикосновения ко мне. Сейчас, когда наши враги контролируют ситуацию, я должен оставаться благоразумным. С другой стороны, Агарес хотел продолжить. Он прислонился к моим щекам, принюхиваясь и страстно целуя, опьяняя. Это выглядело так, будто он пробовал бутылку изысканного вина. Его влажный торс прилип к моему, как будто он хотел соединить наши тела воедино.

Черт возьми. Я даже чувствую, как его член, скрытый под всеми этими чешуйками, снова зашевелился!

Мне оставалось только перевернуться всем телом и самостоятельно скатиться с его рыбьего хвоста. Агарес тут же выпрямился, как будто хотел схватить меня. Увы, он забыл, что его руки все еще были связаны, и лязг цепей вокруг его запястья отозвался ироничным эхом.

- Эй, эй, эй! Перестань двигаться. Твои раны могут открыться! - Я вздрогнул, не в силах удержаться от того, чтобы не повысить голос. Я немедленно схватил его за острые, похожие на крылья уши, чтобы он не размахивал ими. Я быстро наклонился к его уху и прошептал: - Кто-то наблюдает за нами!

Он поднял голову и посмотрел на потолок. Затем его лицо внезапно потемнело, а глаза сузились с мрачным блеском. Длинный рыбий хвост мгновенно отлетел от меня, подняв большую волну воды. Как молния, он поднял металлическое ведро с рыбой в воздух своим хвостовым плавником. Затем с громким хлопком он попал прямо в объектив камеры видеонаблюдения. Я увидел, как провода тут же вспыхнули снопами искр.

- Ха, ха... - Так называемый «король разрушения» ухмыльнулся и посмотрел на ошеломленного меня. Как будто он только что сыграл забавную шутку, Агарес поднял бровь и озорно ухмыльнулся, прежде чем снова обхватить меня хвостом. Однако эта улыбка длилась недолго. В одно мгновение она была начисто стерта с его лица. Агарес опустил голову, его губы прижались к моим ушам, и он произнес глубокую, нестандартную, но узнаваемую цепочку русских слов: - Ты… можешь спросить… меня о том, что ты… хочешь… знать.

Я остолбенел. Я понял, что Агарес слышал весь мой разговор с Райном. На самом деле это было то, о чем я хотел спросить Агареса, но боялся, что он не захочет рассказать об этом.

Я глубоко вздохнул и посмотрел прямо ему в глаза, пытаясь уловить хоть что-то в его бездонных зрачках. - Я хочу знать все. Все о тебе и моем дедушке, или о происхождении моей семьи. Я имею в виду, - я пожал плечами, - Мы с тобой из двух сосуществующих миров, что ты пытался сделать, зачем ты пришел, чтобы найти меня?

Он посмотрел на меня, глубоко вздохнув и долго молчал, прежде чем, наконец, ответил глубоким голосом: - Ты... принадлежишь... мне.

Его голос внезапно ворвался в мои барабанные перепонки, как бурлящая морская вода, и проник глубоко в мозг. Мое сознание впало в транс, и окружающая обстановка постепенно начала расплываться. И все же только фигура Агареса была все еще ясна, как день. Я неожиданно увидел, как из его груди поднимались голубые светящиеся частицы, как будто его кровь была наполнена флуоресценцией. Сквозь его плотные кровеносные сосуды частицы света быстро начали увеличиваться и рассеиваться, слегка мерцая, как какая-то сложная печатная плата. Это было похоже на рулевое колесо космического корабля, готового к запуску.

Я с удивлением уставился на странные изменения, происходящие с его телом, не уверенный, был ли я внутри галлюцинации или нет. Он выглядел жутко. Кожа на его груди представляла собой полупрозрачную текстуру в пятнистом, переплетенном голубом свете, точно такую же, которую я когда-то видел в инопланетных архивах.

Кто знает, возможно мерфолки на самом деле инопланетяне? Согласно существованию «Космических врат», они могли прилететь с другой планеты.

Думая об этом, мой взгляд постепенно терялся в этом сложном синем свете, и я почувствовал, как меня окутало пустое пространство. Я больше не понимал, где и когда я был. Даже мой разум, казалось, был затянут в шелковистые нити и брошен в широкое, необъятное космическое небо, только чтобы быть рассеянным внутри горизонта без гравитации.

За исключением того, что эхом отдавалось в моем ухе, было ритмичное дыхание Агареса, которое звучало отдаленно, но также, казалось, вливалось в мое ухо и напоминало вздох моря.

Когда я огляделся, то обнаружил, что попал в совершенно другой мир. То, что я увидел перед собой, было удивительной, нереальной картиной, о которой за всю мою жизнь никто не догадывался и которую я вообще не мог себе представить.

Меня окружал настоящий океан. Он был у меня под ногами и над головой. Волны были похожи на текучие облака, циркулирующие снизу-вверх, нарушая естественную гравитацию. Один только взгляд на него мог полностью ошеломить человека, но в конце концов он сошелся в огромный водоворот над головой.

Место, где должны были висеть Луна, Солнце и звезды, вместо этого было заполнено многочисленными плавающими планктонами различных неописуемых форм. Они были почти прозрачными, как глубоководные медузы, и излучали вокруг себя яркие сине-зеленые световые ореолы. Они были похожи на бесчисленные пары разумных глаз, смотрящих на землю, сияющих на весь мир. И все же они также были похожи на сверкающий город в ночи, становясь миражом и паря над головой, заставляя людей задыхаться от удивления, а также чувствовать, что их собственное существование было незначительным.

Где я? Может ли быть, что это планета или параллельное пространство, где обитают русалки?

Видя все это, я почти забыл, как дышать. Вместо этого я просто блуждал глазами в воздухе. Однако, когда мой взгляд упал на мои ноги, я не мог не содрогнуться. Ощущение прохлады распространилось от подошв моих ног и поднялось вверх, мгновенно превратив меня в глыбу льда.

Как я мог описать то, что я видел? Морское дно, на котором я в настоящее время стоял, было явно... огромной подводной братской могилой!

В белом коралловом лесу бесчисленные трупы морских жителей, похожие на разбитые статуи, были плотно сложены вместе. Каждый из них накладывался на другой, все они тихо лежали у меня под ногами в разных позах. Их бледные тела были жесткими и иссохшими, некоторые из их когда-то волнистых рыбьих хвостов были свернуты. Другие были прямыми, а некоторые все еще стояли в прыжковых позах. Это было похоже на эффект извержения вулкана; казалось, что они стали жертвами извергающейся магмы, которая затвердела во всех их телах.

Некоторые морские жители среди трупов все еще держали глаза открытыми и тупо смотрели вверх, посылая немного тусклого света сквозь меняющиеся волны со дна океана своими длинными пустыми зрачками.

Эта сцена вселила в мое сердце сильный страх. Это место было таким огромным и странным... Но очень мертвым, как будто не существовало никаких живых существ. Даже огромный планктон, парящий над головой, теперь казался просто кучкой призраков. Я даже не слышал ни единого звука, кроме собственного прерывистого дыхания. Внезапно я почувствовал себя как в тот раз во время исследовательского проекта, в котором я когда-то участвовал и для которого требовалась подводная лодка. Я находился ниже одного километра глубоководного слоя моря, где все было похоже на то, что было сейчас, абсолютная тишина.

- О… что за черт! Что... что происходит?

Я закричал, обхватив себя руками: - Агарес, Агарес!

Мои крики доносились издалека, из пустоты, которая все больше и больше обнажала неприятную тишину.

Внезапно пейзаж передо мной снова изменился после того, как голубой ореол окутал весь мир. Там, вдалеке, я увидел полупрозрачные «ворота». Возможно, мне не следовало называть их воротами как таковыми, скорее это было больше похоже на светящийся вход. Я не знал, куда он вел, но изнутри я заметил пики бушующего пламени, горящие на океане, и кроваво-красный цвет, который залил половину горизонта. Все было размыто в искаженном воздушном потоке, однако я смутно различил две большие тени над поверхностью океана.

Я пару раз моргнул, фокусируя взгляд на этой области. Затем постепенно я начал видеть разницу.

Там было двое русалок. Первым я узнал Агареса. Он закрыл глаза, слегка приподняв голову. В глубине его груди, как и то, что я видел несколько мгновений назад, шевелились голубые светящиеся нити. Они казались какими-то клеточными бактериями, пробивающимися сквозь поверхность его полупрозрачной кожи. Я поверил, что это кровь Агареса, но, как ни странно, они собрались вместе, как дым в воздухе, и образовали небольшое облако сгустившихся огней.

Это выглядело очень странно, как увеличенная версия какой-то паразитической споры, за исключением того, что она была размером с ноготь большого пальца.

Другой тритон спокойно наблюдал за всем этим, как и я. Однако его манеры и выражение лица свидетельствовали о некотором благочестии и преданности.

Как раз в тот момент, когда я смутно почувствовал, что силуэт другого тритона кажется мне немного знакомым, он уже протянул свои перепончатые когти, чтобы принять маленькую частицу, отделенную от кровеносного сосуда в сердце Агареса. Затем он прыгнул, исчезая в горящем входе.

Я бессознательно погладил себя по груди, наблюдая за этой сценой. Потом я посмотрел вниз.

Потому что на моей груди было естественное светло-голубое родимое пятно в форме споры, с которым я родился.

Глава 60

- Ах! - вскрикнул я в испуге, когда сцена передо мной внезапно исказилась, превратившись в водоворот и полностью исчезнув в горящем входе. Мое тело тоже засасывало, в то время как мое окружение превращалось в темноту.

Мое тело парило в воздухе, легко, как колышущееся перо. Постепенно мое зрение прояснилось, и я подумал, что собираюсь вернуться в реальность. Однако, когда мои глаза заслонила яркая сцена передо мной, я удивился.

Как призрак, я парил под потолком детской комнаты. Я заметил маленького черноволосого младенца, который спокойно лежал в колыбели подо мной. Он выглядел нездоровым, бледным и слабым, так как его тело было подключено к капельнице. Он выглядел так, словно был на грани смерти, но его серебристо-серые глаза были широко открыты и с любопытством смотрели вверх. Сначала я подумал, что он смотрит на меня, поэтому глупо помахал ему в знак приветствия. Вместо этого он просто проигнорировал меня и повернул свою маленькую головку набок. Именно тогда я понял, что он смотрит на человека, который только что вошел через боковую дверь.

Это был старик. Когда я посмотрел на него сверху вниз, в моем сердце возникло очень странное, ностальгическое чувство. Только когда он подошел к малышу и протянул руку, чтобы нежно погладить его по лбу, я сразу узнал его—этот человек был моим дедушкой!

Кроме того, тритон, который взял спору Агареса перед «воротами» и который только что ушел за мгновение до этого, не был ли его профиль похож на профиль моего дедушки, когда он был моложе? Может тогда я увидел сцену, когда он пообещал лидеру, которым был Агарес, что для того, чтобы вернуться на Землю, он заплатит определенную цену. В доказательство этого «контракта» Агарес позволил ему забрать свои гены с собой.

Но даже в этом случае, что же все-таки происходит? И как мог мой дедушка быть тритоном? Может ли быть так, что споры русалок, которые он взял, были поглощены им, и когда он успешно вернулся в реальный мир, по какой-то причине его гены каким-то образом снова объединились, превратив его обратно в человека?

Пока я недоверчиво размышлял обо всей логистике и связях, стоящих за всем этим, я увидел, как мой дедушка достал из кармана маленькую пробирку с жидкостью, которая излучала легкий светящийся синий цвет. В тот момент, когда пробка была отвинчена, жидкость немедленно потекла обратно из стеклянного отверстия, как небольшое плавающее облачко дыма, прежде чем, наконец, сконденсировалась и образовала небольшое скопление, похожее на медузу, «споры» Агареса.

Мой дедушка посмотрел на ребенка и осторожно развернул мягкое постельное белье, в которое был завернут младенец. Я был шокирован, потому что я осознал, что ребенок на самом деле был «мной».

Причина, по которой я сначала не сразу понял, что это был я, заключалась в том, что у меня не серебристо-серые глаза. Однако, когда я посмотрел на изменение радужки моих глаз, когда спора прикрепилась к моей груди, я немедленно отреагировал. Инвазивные гены, переносимые спорой Агареса, проникли в мое тело и изменили определенные части цепочки моего ДНК, точно так же, как какой-то клеточный вирус. С тех пор на мне отпечаталась его метка.

Поэтому, когда Агарес сказал: «Ты принадлежишь мне», это было потому, что мой дедушка таким способом отдал меня ему, как в детской сказке. Та, где король и его жена предложили несчастную маленькую принцессу ведьме. Хотя это описание было немного нелепым, но я не находил его забавным.

Я испытывал только шок и гнев, потому что Агарес и мой дед не имели права решать мою судьбу. Независимо от того, какой сделки или контракта они достигли между собой, они не могли просто сделать мою жизнь ставкой или разменной монетой! Внезапно я подумал, о том, как вообще Агарес записал эти сцены? Неужели Агарес шпионил за мной каким-то тайным способом с того самого момента, как я родился? Или мой дедушка записал все это и отдал ему? Независимо от этого, мне все равно было трудно принять это.

- Эй… малыш... - Я неожиданно услышал шепот деда. Он опустил голову и ласково посмотрел на «меня». Его ладонь поиграла с моими мизинцами, позволяя «мне» мягко, но уверенно ухватиться за его указательный палец. – Мне так жаль, мой милый маленький Дешаров, но ген русалок может спасти твою жизнь. - Я услышал голос моего дедушки, который был хриплым и полным беспомощности. - Я надеюсь, что ты не возненавидишь меня, когда узнаешь об этом секрете в будущем...

Спасти мою жизнь? Я был ошеломлен, когда услышал это предложение. Затем я заметил, что, когда споры Агареса проникли в мое тело, болезненная бледность постепенно исчезла, и моя кожа начала медленно приобретать более здоровый красноватый оттенок. Он делает это, чтобы спасти меня?

Я полагаю, что знание того, что мой дед сделал все это ради меня, а не Агареса, заставило меня почувствовать себя немного лучше. Я вздохнул с облегчением, и одновременно сцена снова изменилась.

Я увидел, как падаю в бескрайнее синее море. Еще лучше, я должен сказать, что я оказался в нескольких дюймах над поверхностью воды.

После того, как я повернул голову, чтобы посмотреть, меня встретило уже очень знакомое мрачное, но потрясающе красивое, злое лицо. Он пристально посмотрел на меня сверху вниз, его мокрые волосы свисали с моего лица. Я вдруг понял, что меня держит в объятиях Агарес, его глаза игриво прищурились, оценивая меня с головы до ног. Это было похоже на то, как будто они смотрели на интересное устройство, с чувством подшучивания, но все еще полное любви, скрытой в их глубинах. Это было очень похоже на то, как отец смотрит на собственного сына.

- Эй, отпусти меня! - Это было то, что я хотел сказать, но нечеловеческий лепечущий звук был единственным, что можно было услышать из моего рта. Я протянул руку, чтобы попытаться оттолкнуть его, но обнаружил, что моя рука намного короче, а пальцы маленькие и мягкие. Я мог просто тихонько почесать его лицо и вцепиться в волосы. В ответ на мое действие Агарес нежно погладил мои маленькие ступни своими перепончатыми когтями, и, как будто он размышлял о том, насколько явно различаются структуры нашего тела, уголок его губ приподнялся, и он многозначительно рассмеялся.

Я шлепнул его по губам.

Однако мое маленькое тельце в этот момент было схвачено другой парой рук, и перед моими глазами отразилось старое и знакомое лицо. Это был мой дедушка, смотревший на Агареса с благочестивым и очень преданным выражением лица. Затем он опустил голову и прошептал на языке, которого я совсем не понимал. Однако я знал, что он, должно быть, искренне извинялся перед Агаресом, точно так же, как человек перед Богом.

Ах, что за черт! Если бы этот пожилой человек знал, что Агарес сделал со мной в лаборатории, он бы в гневе ударил себя по лицу!?

Я закрыл глаза и попытался вспомнить, что произошло в моем прошлом. Мой мозг был подобен компьютеру, импортирующему большое количество сложной информации и данных, работающему на высокой скорости. Вскоре я почувствовал головокружение, и все мое «я», казалось, было на грани краха.

Сцены, которые проецировались передо мной в моем сознании, были похожи на кинофильмы. Всего за несколько секунд я заново пережил свое некогда смутное детство в этом подробном воспоминании, обнаружив, что тень Агареса была почти везде до того, как мне исполнилось шесть лет: на берегу залива, вокруг лодки, за окном моего дома на пляже и т. д. Он был похож на призрака, охраняющего и подглядывающего за мной незаметно для меня. Честно говоря, он действительно защитил меня от многих опасностей, с которыми обычно сталкиваются дети. Присутствие Агареса было даже более частым, чем присутствие моих «путешествующих» родителей, которые приезжали издалека, время от времени навещая меня.

Кроме того, он даже играл со мной. Кто бы мог подумать, что такой свирепый зверь на самом деле был просто большим дельфином, играющим со мной в водное поло!

Но я совсем не помнил этих вещей! После кораблекрушения моего дедушки я потерял все свои воспоминания о своей жизни до того, как мне исполнилось шесть лет, и я переехал из Швейцарии в Москву к родителям.

Значит, Агарес играл роль кого-то вроде моего опекуна? Конечно, «рыба-хранительница» была более подходящим термином. Что это за нелепый факт! О, должен ли я радоваться, что у него не было склонности к педофилии, как у какого-нибудь отвратительного старика, и на самом деле он ждал, пока я, по крайней мере, не стану взрослым...? Черт возьми!

- Дешаров...

Глубокий голос снова заполнил мой разум, и тьма собралась со всех сторон, закрыв мои веки, а затем постепенно исчезла, как и раньше. Когда я снова открыл глаза, то обнаружил, что наконец-то вернулся в реальный мир.

Агарес пристально посмотрел мне в глаза, как в далеком воспоминании. Странное чувство, которого я никогда раньше не испытывал, пробежало по всему моему телу, бросая в дрожь. Я никогда бы не подумал, что между мной и этим зверем, который внезапно вторгся в мою жизнь и нарушил ее орбиту, существует такая глубокая связь. В конце концов, у меня были его гены. Очевидно, он был похож на приемного отца, когда я был моложе, но теперь он ожидает, что я стану его супругой!

Такого рода познание заставляло меня чувствовать себя виновным в инцесте, но это также еще больше затрудняло мое сопротивление магнетическому притяжению. Хотя я хотел превзойти себя, мое тело и мой разум всегда сильно тянулись к нему. Особенно когда я думал обо всех тех сценах, которые происходили до того, как мне исполнилось шесть лет. Я чувствовал, что буду всем сердцем зависеть от него.

Мой взгляд невольно упал на его грудь, я протянул руку, чтобы коснуться его бьющегося сердца. Сквозь жесткую кожу я чувствовал, как течет его кровь. Это был источник генов, которые восстановили мое существование, но это также было то, что полностью повлияло на всю мою жизнь. Моя рука попыталась коснуться его щеки, но более сильная эмоциональная реакция заставила меня прекратить свои действия.

Черт возьми, я Дешаров Уоллес, а не Дешаров Агарес. Я самостоятельная и независимая личность!

- Ты мой... - Агарес опустил голову, его губы издали низкое нечеловеческое бормотание.

Я был потрясен, поняв, что то, что он сказал, не было ни английским, ни русским, а особым языком мерфолков. Каким-то чудом я это понял. Казалось, что мне внезапно добавили какую-то особую функцию языковой обратной связи, которая позволила перевести смысл слов Агареса.

Я думаю, что это, вероятно, связано с особой «связью», которую Агарес только что установил со мной, что нельзя объяснить современной наукой или биологией. Может быть, это была одна из уникальных способностей мерфолков.

Всего за несколько минут я получил больше информации, чем мог переварить. Я покачал головой и подсознательно отступил от Агареса. Мой мозг был в полном беспорядке, но я не мог произнести ни единого слова. Затем моя талия внезапно напряглась. Рыбий хвост обвился вокруг меня, приближая к телу Агареса. Капли воды покрыли всю голову и лицо Агареса, капая на меня.

- Не пытайся избегать меня...

Длинные и прищуренные глаза Агареса превратились в щелочки, разрезая линию защиты моего сердца, как лезвие.

У меня перехватило дыхание. Я могу честно сказать, что ощущение того, что он может свободно общаться со мной, внезапно стало слишком странным и пугающим, потому что теперь он мог выразить свои мысли и идеи без помех, ударяя прямо в мое сердце и не оставляя мне возможности смягчить атаку и желание.

Как раз в тот момент, когда я думал об этом, мои губы были мгновенно сжаты собственными губами Агареса. Однако мой несчастный разум продолжал заполняться проклятыми образами того, как он держит меня в своих объятиях, как отец, и играет со мной в море. Я с большим трудом попытался избежать его губ из-за смущения, но его сила была так велика. Как только я освободился, чтобы глотнуть воздуха, я увидел, что по его запястьям снова потекла кровь.

Запыхавшись, я прислонился к краю искусственного резервуара и посмотрел на него. Наконец, я склонил голову. Я не смог удержаться, чтобы не рассмеяться и не заплакать, задыхаясь тихим голосом: - Как я теперь должен смотреть тебе в лицо, Агарес? Мои отношения с тобой такие странные, это даже смешно! Мне нужно немного времени...

- Подними голову и посмотри на меня, Дешаров...

Прошептал Агарес; его голос звучал как виолончель, вливающаяся в мои барабанные перепонки, заставляя меня медленно поднять голову. Пятнистое и колышущееся свечение воды отражало резкие и строгие очертания Агареса, демонстрируя его дьявольское, но в то же время нежное выражение лица. Его глаза были очень глубокими, как будто в них хранилось бесконечное количество любви, от которой у меня перехватывало дыхание.

- Тебе суждено быть моим.

Он слегка приоткрыл губы и сказал это с полной уверенностью. Затем длинный хвост пронесся передо мной, и кусочки грубой чешуи пронеслись по моей груди, как бесчисленные ногти, мгновенно сорвав несколько пуговиц моей одежды. Затем хвост медленно, дюйм за дюймом, потерся о мою обнаженную грудь. Или, если быть точным... о родимое пятно на моей груди, которое символизировало отпечаток его крови.

Мое сердце под этой конкретной областью билось так сильно, что казалось, будто оно вот-вот прорвется сквозь поверхность моей кожи. Это заставило меня провести ладонью по этим крошечным очертаниям чешуи. Мгновенно по моему сердцу пробежала электрическая дрожь. Я закрыл глаза и насладился чудесным ощущением прикосновения к нему.

Толстый, грубый рыбий хвост, откуда ни возьмись, с силой прижал меня к стене искусственного водоема. Он раздвинул мои ноги наказывающим образом. Затем рыбий хвост надавил на промежность и начал сильно и энергично тереть.

- Черт возьми… ах… Агарес... не... - Мое тело двигалось то вверх то вниз, я пытался сопротивляться стимуляции, которая немедленно поднялась снизу. Я тяжело дышал, пытаясь подняться обратно, но мои ноги стали ватными.

-Но его больше не будет.

Дверь люка сзади распахнулась, и тень Райна отразилась на поверхности воды. Затем я услышал щелчок пистолета. Холодный звук отодвигания предохранительного засова.

Глава 61

- Подожди!

Я в испуге вскочил и попытался остановить Райна, но он успел стрельнуть, разбрызгав капли повсюду! В тот же миг рыбий хвост Агареса быстро увернулся, как молния, и, казалось, не был поражен. Я поспешно бросился к Райну, без предупреждения захлопнув за ним дверь люка. Я крепко вцепился в пистолет Райна, направляя дуло так, чтобы он не смог прицелиться в Агареса. Сила, вырвавшаяся из моего тела, была настолько велика и удивительна, что даже если бы Райн перевернул меня и прижал к двери, он не смог бы снова вернуть контроль над своим пистолетом.

- Дешаров.

Краем глаза я заметил, как хвост Агареса метнулся на несколько метров в сторону. Однако расстояние между ним и дверью люка было вне пределов его досягаемости. Он мог только размахивать смертоносным оружием, пытаясь достать Райна, у края стены бассейна.

Посеревшее и недовольное лицо Райна повернулось ко мне, его глаза чуть не вылезли из орбит. - Ты сказал, что тебя просто околдовали? Дешаров! Похоже, что ты на самом деле зависим от него! Тебе должно быть это нравиться, верно? Тогда я тоже смогу удовлетворить тебя!

Сказав это, он неожиданно использовал раму своего огнестрельного оружия, чтобы удержать мое тело, Райн начал неистово осыпать поцелуями мою шею. В этот момент я кипел от ярости и хотел хорошенько ударить Райна, но, прежде чем я смог сделать свой ход, я услышал ужасный звук «бах». Тень упала на голову Райна. Внезапно его сила значительно ослабла, позволив мне вырваться на свободу. Я увидел, как Райн, пошатываясь, упал на пороге закрытой двери каюты, вытирая кровь, льющуюся из его головы. Рядом с ним, издавая грохочущие звуки, катилось металлическое ведро, то же самое, которым Агарес сломал камеру видеонаблюдения.

Я тут же наклонился, воспользовавшись случаем, пытаясь выхватить у него пистолет. И все же его реакция была намного быстрее, чем я ожидал. Он крепко схватил пистолет, воспользовался дверью кабины, чтобы подняться, после полного переката по земле, а затем прямо выстрелил в Агареса!

В этот момент, даже не задумываясь, я инстинктивно бросился в воду. Затем, как и в первый раз, когда я столкнулся с Райном, чтобы защитить Агареса на том первом корабле. Хотя моего маленького роста было недостаточно, чтобы быть надлежащим защитным укрытием, на которое можно было положиться, это было единственное, что я мог сделать.

Рыбий хвост подо мной втянулся, как тень, прижимая меня к груди Агареса с поднятым хвостовым плавником, полностью защищая мое сердце. Губы Агареса были прижаты к моей шее, и, хотя мои уши ничего не слышали, в моей голове раздался низкий голос: - Ты хотел защитить меня?

Я замер. Это было не только потому, что Агарес внезапно связался со мной в моей голове, но и потому, что его тон звучал так, как будто он улыбался! Какого черта? Я не понимал, что такого забавного было в моих действиях, особенно когда в данный момент мы столкнулись с ситуацией жизни и смерти! Может быть, он все еще считает меня тем же ребенком, которого обнимал больше десяти лет назад?

- Черт возьми, прекрати сейчас же! - Я понизил голос: - Райн хочет заполучить меня. Он не убьет меня, но он определенно использует любые бессовестные методы, чтобы убить тебя!

- Я предупреждаю тебя, немедленно оставь его! Дешаров, подойди ко мне!

Райн тяжело дышал, и дуло его пистолета дрожало, когда оно было направлено на нас обоих. Это заставило меня почувствовать себя очень неловко. Мысли этого парня было действительно трудно разгадать. Я не был уверен, действительно ли он убьет и Агареса, и меня. Однако прямо сейчас, испытывая инстинктивную потребность в самозащите, поступок Агареса тяжелым грузом лег на мое сердце, полностью взяв верх.

Я тесно прижался к его груди, чувствуя, как его ровное и мощное сердцебиение посылает успокаивающие мурашки по спине. Странное, неописуемое чувство поднялось в моем сердце, наполняя мой костный мозг мужеством до краев.

- Он не сможет убить меня. Я последний Монарх с черной чешуей. Я бессмертен. Дешаров, с этого момента этот парень не сможет причинить тебе вред. Мое «магнитное поле» защитит тебя. Найди способ выбраться отсюда и отыщи Накамию. Это откроет врата в наш мир.

Глубокий голос в моей голове прозвучал, как гром среди ясного неба, и рыбий хвост Агареса еще крепче обвился вокруг моей талии. Я почувствовал, как его переносица с обожанием потерлась о мой затылок. Его влажное дыхание коснулось моей кожи, как нежный, глубокий бриз.

- Мы еще встретимся. Где бы ты ни был в этом мире, я всегда найду тебя.

После этого он выпустил меня из своих объятий. Я не знал почему, но я вдруг вспомнил мертвенно-тихий мир морских жителей, который очень сильно напоминал массовую морскую могилу. Чрезвычайно зловещее предчувствие мгновенно возникло в моем сердце, заставив меня подсознательно наклониться и заключить его хвост в свои объятия, одновременно поднимая голову, чтобы посмотреть на него, как ребенок, которым я когда-то был тогда. Однако он просто поднял хвост и осторожно поднес меня к стене искусственного бассейна. Райн немедленно схватил меня за руку и потащил к закрытой двери каюты. Я учащенно дышал, глядя Агаресу в глаза, не обращая внимания на то, что у меня помутилось зрение из-за струйки воды, стекавшей с моей головы.

Возможно, у меня была глубокая связь с Агаресом, но, в конце концов, мы были с двух совершенно разных планет. Кроме того, кто знал, находятся ли они на расстоянии десятков тысяч световых лет друг от друга или даже в нескольких галактиках. Судьба похожа на наш Млечный Путь, огромный и бурный, где Агарес и я-всего лишь две крошечные споры.

И все же, каким бы могущественным ни был Агарес, всегда будут моменты, когда даже он не сможет повернуть вспять время, точно так же, как у него нет возможности воскресить мертвые тела своих людей, которые спят на дне бескрайнего, одинокого моря. А я всегда буду изо всех сил стараться спасти его, но я действительно не знаю, как далеко мы сможем пройти вместе в будущем.

Я опустил голову и вдруг почувствовал тупую боль, пронзившую мое сердце.

В этот момент Сакарол, которая подбежала к нам, ударила Райна по лицу. - Хватит! Райн, где твое хладнокровие военнослужащего? Должна ли я попросить адмирала Кельта отстранить тебя от занимаемой должности или, возможно, даже предать тебя смерти? Я отдала тебе этого русского мальчика, чтобы ты контролировал его, а не сходил по нему с ума!

- Так точно! - Райн поднял дрожащую руку и прижал ее к кровоточащему лбу. Я тут же вырвался из его рук. Райн склонил голову перед Сакарол, но его глаза все еще были устремлены на меня, как у измученного дола, зашедшего в тупик. Он медленно произнес: - Пожалуйста, простите мой порыв, полковник Сакарол. Что мне теперь с ним делать?

- Запри его. - Выражение лица Сакарол немного смягчилось, она забрала пистолет у Райна. - И тебе запрещено убивать тритона когда-либо снова. Доктору Бин Е он нужен живым и способным говорить на языке их расы. - Ее брови поднялись вверх, а затем она уставилась на меня. - Завоевание популяции вида начинается с его языка. Говоря об этом, нам придется побеспокоить тебя, чтобы ты почаще общался с тритоном, Дешаров, наш маленький ученый.

В твоих мечтах! У меня был звон в ушах, но на первый взгляд я просто сохранял невозмутимое и спокойное выражение лица. - А как насчет моих друзей? Я готов сотрудничать с вами, если вы предоставите врача.

- Тогда мы благодарим вас за сотрудничество. - Внезапно с лестницы донесся голос старика. Он говорил по-английски, но его акцент был коротким и своеобразным, звучащим совсем как японский. Более того, это звучало знакомо. Подождите! Это был…

В тот момент, когда я понял, чей это голос, фигура старика уже спускалась по лестнице.

Внезапно я остолбенел, как будто меня ударило током. Я в шоке посмотрел на не такое уж незнакомое лицо. Он все еще был одет в то же черное кимоно, что и несколько лет назад, и, хотя его волосы были седыми, на лице не было морщин. Текстура его кожи выглядела такой же мягкой, как у молодой девушки, однако она была натянута на его лице, как плоский лист белой бумаги. Казалось, что он перенес чрезмерную операцию по подтяжке лица, отчего его лицо выглядело очень жестким и странным.

- Давно не виделись, Дешаров. - Он слегка помахал мне рукой и заговорил со мной по-японски.

- Мистер Шиничи... - пробормотал я, мои глаза расширились от недоверия. Я был крайне потрясен, увидев старого друга, которого я когда-то видел умирающим у меня на глазах. Кроме того, я даже присутствовал на его похоронах. Таким образом, то, что он внезапно появился передо мной с такой внешностью и новой личностью, заставило меня полностью осознать, что огромный и тщательный заговор, должно быть, продолжался в течение многих лет. Со мной в качестве ключевого элемента он тихо разворачивался, сплетая паутину тайн, которые окутывали мое прошлое и будущее.

- Пожалуйста, зовите меня доктор Бин Е. Я рад снова видеть тебя, моя маленькая русская приманка для рыбы. - Мутные глаза мистера Шиничи внимательно смотрели на меня. Казалось, он хотел улыбнуться, но его застывшее лицо едва заметно двигалось, как маленькая невидимая рябь на поверхности стоячей воды.

Мой кулак крепко сжался, а ногти впились в плоть. Я покачал головой в полном недоумении: - Разве вы не умерли? Я видел своими собственными глазами, как ваше ЭКГ остановилось, и как вас клали в гроб я тоже видел!

Сказав это, я вспомнил грозу, разразившуюся в тот день много лет назад. Это было похоже на то, как будто я снова увидел это прямо перед собой. Я вспомнил, что небо было мрачным в тот день, когда я сопровождал мистера Шиничи, слушая его рассказы о встрече с морскими жителями, когда он был молод. Затем он посмотрел в окно, глотая свой последний вздох. Позже я последовал за его родственниками, друзьями и монахами, участвуя в его похоронной процессией.

Я все еще помнил, что это были традиционные японские похороны. Поскольку у господина Шиничи не было прямых потомков, и как его единственный студент по обмену, я должен был лично помочь его душе спокойно уйти, накрыть гроб и нести его, пока он, наконец, не был похоронен 49 дней спустя. Только Бог мог знать, насколько ужасной была эта сцена передо мной!

- Да, Дешаров, все, что ты видел, было правдой. - Он оперся на костыли и, прихрамывая, шаг за шагом приближался ко мне. - Я действительно был мертв, но я воскрес. Посмотри на меня, я становлюсь моложе с каждым днем. Все это благодаря генам, извлеченным из нашей русалки. Это просто чудо!

Сказав это, он указал на один из множества стеклянных резервуаров, заполненных заключенными русалками. Мой взгляд проследил за ним, и я с удивлением увидел, что он указывает на молодого тритона с восточной внешностью. Черные глаза тритона неотрывно смотрели на мистера Шиничи, и в этих заплаканных зрачках была жгучая враждебность.

- Помните историю, которую рассказывала старуха о том, как ее сына забрала русалка во время кораблекрушения? - Мистер Шиничи упомянул об этом жалобным тоном. - Он вернулся в поисках своей матери, и благодаря этому мы смогли воспользоваться природным компасом мерфолков и несколькими образцами генов. По сути, это была Божья воля!

Глядя прямо на ошеломленного меня, он остановился, в его глазах теперь читались некоторая потеря и разочарование. - Просто эти образцы генов были слишком нестабильны, поэтому нам потребовалось более сильное и инвазивное качество генов. Только подумай об этом, Дешаров: вечно молодой, быстрая регенерация ран, необычайная сила. Мы сможем продвинуться вперед и ускорить эволюцию человека и достичь величайшего выживания наиболее приспособленных. Это настолько захватывающе, не правда ли?! Присоединяйтесь к нам, и вы тоже станете чудо-биологом, даже лучше, чем Уоллес и Дарвин!

Выживание наиболее приспособленных!? Какие грозные слова! Именно таким был девиз этих бесчеловечных фашистских легионов во время Второй мировой войны-совершать жестокие расправы. Теперь они пытались завоевать население мерфолков, укрепить своих солдат генами мерфолков и добиться «выживания наиболее приспособленных», спровоцировав Третью мировую войну.

Я и подумать не мог, что с той минуты, как я родился, что из-за гена Агареса, я стану самой важной шахматной фигурой в планах нацистов. Много лет назад личное письмо-приглашение, отправленное мистером Шиничи, было не просто прекрасной возможностью учиться за границей, скорее, оно на самом деле стало руками дьявола, затащив меня в этот ужасный водоворот!

- Ты психопат… Вы, ребята, все сумасшедшие! - С головы до ног я был покрыт мурашками. Я тряхнул головой, шатаясь, сделал пару шагов. -Попытка изменить естественный процесс эволюции природы не даст никаких хороших результатов. Тебя поглотит только твое собственное ужасное желание! Вспомните мюнхенский инцидент с зомби 1945 года. Вы, ребята, пытались использовать своих уже павших солдат, чтобы справиться с силами союзников. К сожалению, в конце концов, это привело к краху всей вашей внутренней базы! Вы никогда не добьетесь успеха, было ли это в прошлом или сейчас, в настоящем.

Сакарол рассмеялась: - Как мы можем достичь успеха без ряда неудач? Тогда, во время Второй мировой войны, у нас не было достаточно времени и экспериментальных образцов, но сейчас... - Она развела руками: - Оглянись вокруг. У нас есть все необходимые условия для успеха, и не только это, у нас есть ключевой ключ—ты.

Сакарол уставилась на меня. Потом вдруг подняла руку, чтобы коснуться моего подбородка. Я с отвращением отвернулся, но Райн крепко держал меня за руку. Он даже быстро надел на меня наручники, чтобы ограничить мои движения. Мой подбородок был ущипнут пальцем, выкрашенным фиолетовым лаком для ногтей. - Красивый мужчина, у которого есть естественная склонность очаровывать морских жителей. У тебя много маленьких секретов, и я постепенно раскрою их все, так что тебе лучше… не сопротивляться.

- Ты сказала «ключ»? - Я холодно опустил веки, выпрямил спину, а затем посмотрел на Сакарол сверху вниз с моим преимуществом в росте. Будучи сильной женщиной, ей, скорее всего, не нравилось, когда на нее смотрели так свысока, но мне было наплевать. Более того, я равнодушно выплюнул: - Тогда тебе стоит лучше относиться к моим друзьям, иначе, я убью себя, и ваши планы больше не будут продвигаться так гладко.

Сакарол сделала вид, что испугалась, зайдя так далеко, что даже состроила свои кроваво-красные губы в овальную форму. - О, в самом деле! Под бдительным присмотром капитана Райна, как он может позволить тебе совершить самоубийство? - Она посмотрела мне за спину, ее губы слегка скривились: - Я разрешаю тебе делать с ним все, что ты хочешь, Райн. Я понимаю, что добросовестная служба в этом долгом морском путешествии утомила тебя. Пришло время тебе получить награду. Я позволю тебе обращаться с ним как с женщиной, ты понимаешь, что я имею в виду?

- Что? Нет! - воскликнул я. Я начал изо всех сил вырываться, пытаясь освободиться от наручников и от хватки Райна. Однако я тут же почувствовал укол электрического тока в шею, похожий на иглу, отчего в одно мгновение потерял сознание.

................................

Для лучшего понимания:

Мюнхенский инцидент с зомби 1945 года - бомбардировка Мюнхена (города в Германии) произошла в 1944 году, а Вторая мировая война закончилась в 1945 году. В основном это предложение означает, что после бомбардировки Мюнхена в 1944 году нацистская армия была практически уничтожена, но вместо того, чтобы отступить, они пытались возродить павшую армию (заставляя людей, которые при смерти, вернуться на поле боя), как "зомби" сражаться против невозможного, союзников. И из-за того, что они делают невозможное, они в конечном итоге уничтожают самих себя, нацистов. Так что никаких настоящих зомби.

Мистер Шиничи - выпускник, который изучал мерфолков в течение пятидесяти лет, которого часто навещал Дешаров. Для получения более подробной информации перейдите к первой главе.

Глава 62

Когда я проснулся, все вокруг было погружено во тьму. Я лежал на кровати, мои руки были прикованы наручниками к изголовью кровати, я был абсолютно голым. От этого у меня кровь застыла в жилах, и я сразу же начал сопротивляться.

Затем я заметил, что вокруг было очень тихо. Райна здесь не было, и я не чувствовал ничего необычного, что служило бы доказательством того, что он надругался надо мной, пока я был бес сознания. Или, может быть, на самом деле меня защищало магнитное поле Агареса.

После того, как я несколько раз моргнул, мое ночное зрение постепенно вступило в силу, и я смог лучше рассмотреть комнату. Я находился в комнате, которая не была ни слишком большой, ни слишком маленькой, на стене висело несколько единиц огнестрельного оружия вместе с военной формой, а на столе лежали телескоп и компас. Вероятно, эта каюта принадлежала Райну.

Воздух в каюте сильно пах алкоголем, и от одной мысли о том, что Райн хотел сделать со мной, держа меня здесь взаперти, у меня заболел живот. Я почувствовал невыносимую тошноту, что даже дышать стало трудно.

Мне показалось, что в моей голове взорвался фейерверк, когда ужасные воспоминания нахлынули снова. Я сжал кулак и натянул металлические наручники, которые сковывали мои запястья, в попытке избавиться от них, но то, что я получил, это острую боль в запястье и резкий лязг металла. Из-за чего я быстро успокоился.

Мне не стоит резко двигаться, чтобы не привлечь внимание Райна. Я оглядел каюту и обнаружил, что рядом с кроватью есть окно. Небо уже потемнело, и я смог увидеть мигающие огни соседних лодок, а также фигуры вооруженных людей, совершающих патрулирование. Я должен найти способ сбежать отсюда. Возможно, когда они все уснут, мне стоит попытаться выскользнуть из окна.

Как только я подумал об этом, я поднял ногу в попытке открыть окно пяткой, однако я почувствовал, что мои ноги были довольно слабыми, я просто не мог подняться вообще. Казалось, это был признак паралича.

Я не мог не вспомнить тот покалывающий, как игла, укол в шею, от которого я потерял сознание. Анестезия, которую мне ввели в кровь, все еще присутствовала. Мне, вероятно, потребуется несколько часов, прежде чем я смогу восстановить хоть каплю сил, но кто знает, как долго продлится анестезия?! Полдня или целый день!? Я не мог ждать так долго, я должен избавиться от эффекта лекарства как можно быстрее. Я должен ускорить метаболизм своего тела, заставляя себя выделять или потеть.

К черту все это, я не хочу гадить или мочиться на кровать! Это означает, что я могу сделать только последнее—заставить себя вспотеть. Мой разум был подобен рыбе, прыгающей в большом океане, инстинктивно плывущей к Агаресу. На самом деле, всякий раз, когда я думал о чем-то, связанном с Агаресом, я начинал резко потеть.

Действительно, «кое-что».

Бог знает, как мне не следовало вспоминать об этих чертовых вещах в данной ситуации, в которой я оказался, но это было единственное, что я мог сделать, физическая стимуляция всегда быстрее повышала уровень адреналина у людей, чем любая боль или страх.

Я расслабился и закрыл глаза, сделав глубокий вдох и выдохнув, приоткрыл рот, как будто ожидая поцелуя. Я представил, как Агарес склонился надо мной, уставившись на меня в темноте, облизывая и посасывая мою шею и Адамово яблоко, которое было самым чувствительным. Почти сразу же мое дыхание участилось, и, когда мое тело нагрелось, я неосознанно немного раздвинул ноги, позволив толстому воображаемому гладкому рыбьему хвосту скользнуть по внутренней стороне моего бедра, а затем полностью соединиться с ним.

Возможно, то, что сказал Райн, было правдой, Агарес затрахал меня до такой степени, что я даже сам этого не осознавал!

Мой член затвердел, меня бросило в дрожь и пот начал стекать с моей спины. Черт возьми, нужно еще больше вспотеть! Я попытался собраться с силами, чтобы повернуть запястья и согнуть колени, чтобы ударить ногой в окно.

Я мог немного перевернуться, чтобы освободиться от наручников, но я чувствовал, как дрожат мышцы моих рук, то же самое касается моих ног. Этого количества пота было все еще недостаточно, я должен вспотеть так, как будто пробежал марафон на 100 метров, только тогда этого будет достаточно. Если бы мои руки были бы свободны, то, возможно, я смог бы это сделать, но, к сожалению, я мог полагаться только на свое воображение, измываясь над собой.

- Агарес... - Я сжал кулак, не осознано взывая к нему от всего сердца, и снова закрыл глаза, заставляя себя вспомнить те сцены. Я даже начал имитировать половой акт, когда мы были крепко соединены вместе, и постепенно мой пот пропитал постельное белье.

Я не знал, позволит ли наша с Агаресом связь почувствовать это, но, если бы он мог, он был бы действительно взволнован тем состоянием, в котором я сейчас нахожусь.

Попытка понять образ мыслей Агареса в этот момент заставила меня почувствовать смущение. Я предполагал, что в глубине души Агарес испытывал ко мне те же чувства, что и человек с комплексом Адама. Он позволил мне прорасти его генам, затем лично сопровождал меня в моем уязвимом детстве, и через несколько лет он сорвал меня, как спелый плод. Теперь, когда в моем сердце зацвели чувства, мне больше не вырваться на свободу, и я мог только потеряться в его теплых объятиях.

Именно в этот момент я осознал, что почувствовал Агарес в «первый» раз, когда мы встретились.

Возможно, мои действия, когда я впервые связался с Агаресом—или так я думал—заставили его увидеть во мне того маленького мальчика, которого он вырастил. Тем не менее, бессознательно соблазняя его снова и снова—вплоть до глупого желания получить образец его спермы.

Особенно когда у него был разгар течки.

Теперь, вспоминая то время в глубоководной лаборатории, когда я обнаружил, что Агарес подглядывает за мной снизу со стеклянного пола, я снял с себя всю одежду, чтобы сказать ему, что я мужчина. Агарес, вероятно, нашел этот момент одновременно забавным и волнующим.

О Боже, до сих пор я совершенно не осознавал, что играл с огнем и в конечном итоге обжегся.

Но тогда, как я должен был понять все это, когда он начисто был стерт из моей памяти?

Как раз в тот момент, когда я был погружен воспоминания, чувствуя себя немного раздосадованным, внезапный электрический ток пробежал по моему позвоночнику, напугав меня. Это ощущение я уже испытывал раньше, это обычно происходит прямо перед тем, как мое тело вступает в стадию мутации. Моя течка приближалась, и, возможно, только что я сам ускорил ее приход. Нет, черт возьми! Почему именно сейчас?!

Дерьмо!

Я отчаянно молился в своем сердце, но мое тело не слушалось меня. Невольно я покрылся потом, и благодаря стимуляции мое тело начало восстанавливать свои силы.

Признаю, что такой поворот событий был плохим, но в то же время и хорошим. Я сжал челюсти и боролся с настойчивым, сильным желанием, поглощающим меня, как черная дыра, и сосредоточился на том, чтобы переместить себя.

Этот процесс, несомненно, был мучительным, но это было мое единственное средство к свободе. Поместив большой палец в центр ладони и используя пальцы ног, чтобы ухватиться за кровать в качестве якоря, я изо всех сил потянул наручники, свисающие над моей головой, воткнув маленькую металлическую деталь в место, соединяющее мой указательный и большой палец. Мне показалось, что по моим пальцам ударили молотком, острая боль почти заставила меня потерять сознание, но сразу же я услышал звук моих костей, вывернувшихся с треском.

Основание моего большого пальца согнулось под неестественным углом. Перепонка, которая росла между моими пальцами, жалко болталась на тыльной стороне моей ладони, совсем как сморщенная лапа аллигатора, о, или, может быть, жареная лапа аллигатора из Орлеана, так как моя рука стала очень красной.

Мой рот растянулся в широкой улыбке, мышцы лица подергивались, даже когда слезы боли тихо скатывались с моих глаз. Если бы кто-нибудь случайно увидел выражение моего лица, он был бы шокирован до полусмерти, потому что мое ухмыляющееся лицо определенно было намного уродливее, чем у злобного призрака.

Что сделало меня еще счастливее, так это то, что моя течка прервалась преждевременно из-за боли. Хотя это только временно, по крайней мере, это не будет мучить меня всю ночь, как в прошлый раз.

Осторожно вытащив руку из наручников, я сделал глубокий вдох, готовясь, и снова прижал большой палец к доске кровати, чтобы вернуть его в исходное состояние. На этот раз боль была еще сильнее, я вцепился зубами в простыню, практически жалобно рыдая. Однако вместо слез, капли пота стекали по моему лицу от сильной боли.

Черт возьми, тот факт, что я потею ровно столько, сколько мне было нужно раньше! Блядь, блядь, блядь!

В глубине души я проклинал Бога, который играет со мной. Я потряс распухшими красными руками, чувствуя счастье, что они не превратились полностью в мусор, и глубоко вздохнул. Как раз в тот момент, когда я планировал встать, дверь каюты позади меня с грохотом открылась, это напугало меня и заставило проклинать мою везучесть.

Обернувшись, я неожиданно увидел Райна. Он быстро запер дверь, как только его глаза встретились с моими.

- Что происходит, Дешаров? Твои глаза, твои уши… - К моему удивлению, Райн не испугался моего побега, как я думал, а расширил глаза, изучая мое лицо. Я посмотрел в сторону окна слева от меня, свет, отражающийся от стекла, отражал мою внешность — мои зрачки слабо светились в темноте, а на ушах выросли два тонких «крыла», как у Агареса.

Я напряженно поднял руки, чтобы коснуться своего лица, но прежде чем моя рука коснулась его, я мельком увидел в отражении руку Райна, тянущуюся к карману. В моем сердце сразу же зазвенел сигнал тревоги, и когда он ловко бросился ко мне, я быстро метнулся на другую сторону кровати и увидел, что в его руке был шприц.

.......................................

«...сморщенная лапа аллигатора»

Глава 63

- Не прикасайся ко мне, Райн. Как ты видишь, я уже не человек, так что тебе лучше держаться от меня подальше! - Я поднял свои безжалостные глаза и внимательно посмотрел на него, но он все равно не сдавался. В ту секунду, держа иглу наготове, он безжалостно вонзил ее в мое тело.

Я не пожалел усилий, чтобы оттолкнуть его руку, в результате чего шприц вылетел у него из руки. Однако я все еще был загнан в угол. Мои руки, которые я только недавно вывихнул, теперь стали моим самым большим недостатком, из-за чего я не мог дать ему отпор.

Райн держал мою голову мертвой хваткой, заставляя меня поднять глаза, сжимая челюсть, его тяжелое дыхание все еще отдавало алкоголем. Его глаза, казалось, горели огнем: - Дешаров, мне все равно, во что ты превращаешься, даже не думай о том, чтобы вырваться из моих рук, ты понял меня?

Сказав это, Райн наклонил голову, чтобы поцеловать меня, однако я собрал все свои силы, и крепко стукнул его по лбу своей головой. В этот же момент, странная сила в виде воздушного потока закипела во мне, наполняя каждую клетку моего тела.

Неожиданно я услышал потрескивание электричества, вместе со взрывом маленьких искр, которые внезапно вспыхнули в воздухе перед моими глазами. Райн был застигнут врасплох, и в следующее мгновение невероятная сила откинула его в стену.

Ошеломленный, Райн уставился на меня так, словно встретил дьявола. Однако это его не остановило, и он снова неохотно прыгнул ко мне. Я быстро запрыгнул на кровать и набросился на него, оседлав его тело, пока он снова не ударился о стену. Я воспользовался этим шансом, чтобы сильно ударить его локтем по голове, и почти мгновенно я почувствовал, как его тело стало мягким, и он, наконец, рухнул на пол без сознания.

Я наклонился, чтобы поднять его за воротник и даже дать еще пару пощёчин. Когда я удостоверился, что он действительно потерял сознание, я перевернул его и быстро взял его пистолет и ключ. Я также снял с него одежду и надел ее, прежде чем, наконец, дать ему попробовать его собственное лекарство, приковав его к изголовью кровати.

Я действительно хотел убить этого нацистского сумасшедшего, который стер мою национальность и разрушил мое будущее, но, когда я держал в руке холодный пистолет и целился ему в голову, я понял, что убить кого-то было легче сказать, чем сделать, потому что я не был бесчувственным убийцей.

Я уже снял предохранитель и приставил дуло к его вискам, но мои руки слегка дрожали. В глубине души я знал, что, если не избавлюсь от него сейчас, это создаст еще больше проблем в будущем, однако звук патрулирующих шагов за дверью вернул меня к реальности, напомнив мне, что я определенно не должен этого делать в данный момент.

Как только раздастся выстрел, сюда ворвутся люди, и как только они поймут, что Райн погиб от моих рук, у меня действительно не будет шансов спастись.

Размышляя над этими мыслями, я не мог не почувствовать облегчения от того, что мне не пришлось никого убивать своими собственными руками, однако, чтобы убедиться, что Райн останется без сознания по крайней мере два дня, я пару раз сильно ударил его рукояткой пистолета по голове и даже взял наполненный жидкостью шприц, который он хотел использовать на мне ранее, и ввел лекарство в его кровоток.

Наслаждайся сновидениями несколько дней, ублюдок. Я похлопал его по лицу, прежде чем положить пистолет в задний карман, выглянул в окно и терпеливо ждал. Когда вооруженные люди, патрулировавшие поблизости устали и стали небрежно относиться к патрулированию, я аккуратно разбил стекло локтем, а затем, как гибкая рыба, проскользнул наружу и приземлился на нижней палубе, но сцена подо мной сразу же сильно напугала меня.

Я был на крыше нижней палубы, и под моими ногами была закрытая раздвижная дверь люка с круглым выпуклым стеклянным окном в центре, показывающим тритона, пойманного в ловушку.

Еще больше я удивился, когда понял, что на самом деле это был тот самый японский мальчик, точнее, правильнее было бы назвать его тритоном, которого использовал Шиничи. Он был явно встревожен громким шумом и моим внезапным появлением. Он внимательно смотрел на меня через разделявшее нас стекло, но, когда я наклонился, чтобы посмотреть ему в лицо, его глаза внезапно расширились от изумления. Вскоре он превратился во взгляд, полный надежды и ожиданий, смешанных со страхом. Он держал перепончатые руки возле стеклянной панели, как будто умоляя освободить его.

Я огляделся по сторонам, очевидно, меня еще никто не заметил, поэтому я воспользовался этим в своих интересах и наклонился, чтобы осмотреть ручку люка, только чтобы наткнуться на огромный металлический замок. Я выудил связку ключей Райна и попробовал их один за другим, но обнаружил, что ни один из них не подходит.

В настоящее время я не мог придумать никакого другого способа, кроме как разбить стекло. Однако, если бы я начал здесь шуметь, меня бы поймали и избили до полусмерти вооруженные люди, окружившие периметр. Но мне нужна была помощь морских жителей, или, по крайней мере, одного из них, чтобы я мог найти Накамию как можно скорее.

Я мог освободить того, кто был передо мной, только потому, что был уверен, что раньше он был человеком и что он знал о заговоре, в котором мы принимаем полное участие; мы могли бы лучше использовать друг друга.

- Эй, я помогу тебе выбраться, но ты не должен действовать опрометчиво. Мы немедленно должны вместе сбежать в море. Мне нужна твоя помощь, чтобы найти Накамию, чтобы я мог спасти твоих людей, ты понимаешь, о чем я говорю? Как тебя зовут? - Я придвинулся ближе к стеклу и заговорил мягким тоном, используя для общения свой не совсем забытый японский.

Он посмотрел на меня, его темные глаза загорелись. Он энергично закивал головой, шевеля губами, произнося: - Юкимура.

Я не был уверен, правильно я расслышал или нет, но я просто повторил: -Хорошо, Юкимура.

Нам нельзя было терять ни минуты, мы должны были успеть до рассвета. Рассчитав расстояние отсюда до моря, нам нужно было пробежать несколько метров по открытой палубе и перепрыгнуть через пару перил, но этот процесс сделал бы нас открытыми для снайперов. Мне придётся устроить небольшой хаос, чтобы отвлечь их внимание, что было несложной задачей с помощью моего ночного видения.

Подумав об этом, я достал пистолет из заднего кармана и посмотрел на Юкимуру, давая понять, что, как только я разобью стекло, он должен немедленно убраться. Он кивнул мне в знак признательности и спрятался в углу, где пуля не могла его достать, ожидая, когда я выстрелю. Затем я спрятался за чем-то, что мешало мне быть легко обнаруженным вооруженными людьми. Я повернул голову в другую сторону и прицелился в конец корабля, нажимая на спусковой крючок.

Пуля немедленно вызвала волнение на другом конце корабля, и волны криков вспыхнули не слишком далеко. Воспользовавшись шумом, я направил пистолет на круглое раздвижное стеклянное окно и выпустил еще одну пулю. Стекло начало трескаться после того, как я услышал хлопок, и с этим я добавил несколько ударов, прежде чем оно полностью разлетелось на миллион осколков.

С громким шумом Юкимура вынырнул из воды. Прежде чем я успел среагировать, я увидел, как нефритово-голубой рыбий хвост пронесся мимо моего тела, вместе с рукой, схватившей меня за воротник, прыгнул с палубы по невероятной большой дуге прямо в море, погрузившись в воду, как разбивающаяся сосулька.

Град пуль преследовал нас сверху, я смог краем глаза заметить мерцающее пламя, прежде чем меня быстро поглотила темнота глубокого моря. Как только все стихло, Юкимура покрепче схватил меня и снова поплыл, но я знал, что, как только мы достигнем поверхности, мы больше не будем в одном и том же месте.

Я увидел, что мы несемся через пещеру к утесу, где остров был погружен в воду. Пещера была маленькой и узкой внутри, не оставляя Юкимуре другого выбора, кроме как отпустить мой воротник, а мне следовать за ним. Пятнистый свет колебался в глубоких водах, похожий на таинственную страну грез, отчего мои мысли невольно уносились прочь вместе с огнями. Юкимура, который был передо мной, плыл с невероятной скоростью, но его хвост двигался грациозно и естественно, его чешуя отбрасывала голубую рябь, делая его похожим на маленькую реку звезд.

Если бы я не знал о ситуации, в которой мы сейчас находимся, я бы ни за что не подумал, что когда-то он был таким же человеком, как я. Согласно рассказу пожилой женщины, время, которое ее сын, Юкимура, провел в океане в качестве тритона, составило около шестидесяти лет, он, вероятно, уже давно приспособился к этому образу жизни. Будет ли это означать, что таким, каким был Юкимура в настоящее время, таким я буду в будущем?

Даже если у меня, возможно, уже появились чувства к Агаресу, это не значит, что я мог смириться с тем фактом, что я превращаюсь в тритона; навсегда покинуть свою родину, свое наследие и отправиться в их мир, чтобы быть таким, каким был сейчас Юкимура. Ему также не следовало отказываться от своей человечности, потому что он вернулся, чтобы увидеть свою мать, но затем неожиданно был похищен и использован группой господина Шиничи.

Однако мое тело уже испытывало мутацию, поэтому, если я откажусь идти с Агаресом в его мир, помимо того факта, что он насильно приведет меня с собой, куда я могу пойти в этом мире? Примут ли меня по-прежнему мой родной город и школа, смогу ли я вернуться в общество людей? В этом большом мире, где еще я мог найти место, которое мог бы назвать домом?

По мере того, как я задавал себе вопросы с озадаченным и сбитым с толку видом, пространство вокруг меня постепенно начало открываться, ореол над головой стал более концентрированным, и его пятнистые огни собрались вместе в один цельный лист, похожий на площадь поверхности синего стекла. Это оказалось озером в центре острова над нашими головами.

Юкимура повел меня вверх, и вскоре мы достигли поверхности. Я понял, что мы подошли к огромному входу в пещеру, или, возможно, я мог бы сказать, что мы уже были внутри пещеры, так как это была пещера внутри пещеры. Если бы у них не было проводника, этим нацистам было бы трудно найти это место, потому что другого входа, кроме подводного, здесь не было.

Эта пещера была примерно 200 футов высотой, выглядела мрачной и черной как смоль, как будто находилась внутри тела доисторического существа. Но когда я огляделся, я мог использовать только насекомое, которое излучало мерцание, чтобы определить его площадь.

Пещера определенно была образована не естественным путем, озеро, в котором мы сейчас находились, содержало много разрушенных руин, которые хорошо сохранились и выглядели как рукотворные. На поверхности воды, на расстоянии нескольких метров друг от друга, плавало несколько голубых световых шаров, сделанных из неизвестного источника. Это было похоже на созвездие, следующих определенному правилу расстояний и формирования.

Что это? Я осторожно осмотрел ближайшую голубую сферу рядом со мной. Это было похоже на атом иона, заключенный в стекло, или на крошечную молнию, выбрасывающую голубые лучи света из скоплений светящихся облаков.

Я не мог удержаться от желания протянуть руку и прикоснуться к нему, однако мокрая перепончатая рука схватила меня за запястье. Юкимура уставился на него и тихо произнес: - Не трогайте, это приведет к тому, что вы погибните. Эти голубые шары называются «Изолированная галактика», это защитный слой, который предотвращает полное разрушение «прохода» ядерным излучением.

- Ядерное излучение? - Я удивленно нахмурил брови. - Юкимура, не мог бы ты объяснить более ясно, пожалуйста? Ранее я видел мир Морского народа через иллюзорный сон и увидел, что это место... превратилось в огромное кладбище, прости меня, но в голову приходит только это.

- Да, ядерное излучение. - Юкимура печально опустил глаза, его голос слегка дрожал. - Вы не принадлежите к этому поколению людей, однако вы должны знать о бомбардировке Хиросимы, Япония, во время второй мировой войны. Когда я узнал, что мой родной город сильно пострадал от катастрофы, я захотел вернуться и забрать свою семью с собой в Атлантиду. Однако я никогда не предполагал, что сила атомной бомбы также практически уничтожила это место, так что, как вы видите, оно действительно превратилось в огромное кладбище, почти все мерфолки погибли, как те люди в Хиросиме. Они превратились в окаменелости, вымерли, как динозавры миллионы лет назад.

Я недоверчиво покачал головой, не в силах поверить, что под тихим, неподвижным морем те скопления скелетов, разбросанных по морскому дну, которые я видел из видения, были вызваны конфликтами в нашем мире: - Как это могло...

- Конечно, это могло произойти, - Он грустно улыбнулся, - Возможно, никто не думал, что настоящая Атлантида была скрыта в ядре Земли, в этом пространстве была создана независимая вселенная и система жизни. Каждая траншея морской пехоты вела к ее входу, и именно поэтому атомная бомба смогла вызвать там разрушения. Атлантиды, о которой говорится в легендах, больше не существует, только лидеры и некоторые молодые выжившие, которые не подверглись воздействию ядерной радиации, остались, чтобы создать новое поселение. Однако даже при таком раскладе пламя войны снова добралось до нас.

В груди что-то сдавило, я не мог дышать и бессознательно сжал кулак, делая глубокий вдох. - Где Накамия? Мы должны позволить ему открыть проход, иначе эти нацисты уничтожат этот остров, вашу последнюю и оставшуюся родину.

Юкимура торжественно кивнул, а затем я увидел, как он поплыл к пещере перед нами, прежде чем слегка приподнять голову и развести руки, как будто он приносил жертву. Подобно тому, что делал Агарес, когда кричал на это гигантское существо, Юкимура издал высокий звук, и, подобно звуку горна, звук эхом разнесся по пещере.

Почти мгновенно я почувствовал, как пещера затряслась, и изнутри выскочил черный силуэт, пара кроваво-красных глаз наблюдала за Юкимурой, прежде чем переместиться на мое тело, а затем опустил голову, как будто видя перед собой Агареса, как почтительный старейшина, кланяющийся, чтобы выразить уважение.

Это заставило меня почувствовать себя немного неловко, как будто, куда бы я ни пошел, меня все равно узнают, как человека, принадлежащего Агаресу. Я почесал затылок и сказал: - Эй, мистер Накамия, Ага… ваш лидер хочет, чтобы вы открыли проход, ведущий в Атлантиду; они были заключены в тюрьму.

Неожиданно Накамия слегка кивнул головой по-человечески, прежде чем опустить свое огромное тело и погрузиться в озеро. Затем он превратился в черное, быстрое свечение, исчезающее в бездне озера. Затем Юкимура схватил меня за руку, чтобы вытащить вместе с собой из озера, а затем прислонил к ближайшей каменной стене.

В тот момент, когда мы вышли из воды, водоворот мгновенно начал формироваться от бездны озера до вершины, проносясь вдоль этих голубых шаров света, создавая ураган молний и грома. Сопровождаемый похожим треском раскалывающейся земной коры и сильными толчками землетрясения, я с изумлением наблюдал, как первоначальное спокойное зеркальное озеро раскололось на огромную черную трещину, как будто это было древнее животное, медленно открывающее свой глаз, которое могло поглотить все.

Потолок пещеры над моей головой тоже внезапно треснул, и отблески света и гравий посыпались вниз, как разбитые ракушки. Светлеющий голубой ураган поднялся со дна, как водяной росток. Из-за сильного ветра нас с Юкимурой выбросило на открытый воздух.

Я почувствовал, как у меня закружилась голова, и когда я с большим усилием открыл глаза, я неожиданно заметил несколько вертолетов, направляющихся к острову издалека, и на металлических корпусах вертолетов были отпечатаны русские символы!

В долю секунды я пришел в крайнее возбуждение, похожее на то чувство, когда наконец-то видишь своих близких родственников и родину. Я инстинктивно хотел повернуться и издать несколько криков в их сторону, но ураган заставил меня несколько раз перекатиться в воздухе, разделяя меня и Юкимуру все дальше и дальше друг от друга.

В этот момент небо и земля, казалось, были расколоты электрической голубой молнией. Глядя вниз с высоты полета, я мог видеть, как темный разлом трещит все больше и больше, как зверь, открывающий пасть, чтобы обхватить моря, окружающие остров. Это было похоже на то, как если бы все рухнуло, как оползень, или, если быть более точным, его поглотил океанский разлом на дне моря. Я знаю, что это был вход в Атлантиду.

Свирепый ветер колол мое тело, путаясь в глазах и мыслях. Огромная волна паники поднялась в моем сердце, заставляя все мое тело дрожать, когда я бросил взгляд в сторону нацистских кораблей. Лафарр и остальные все еще были на том корабле! Черт возьми, я никогда не ожидал, что, как только «врата» откроются, возникнут такие обстоятельства. Почему Агарес не предупредил меня?!

Я должен дать сигнал этим вертолетам, чтобы спасти их!

- Эй, эй! - Я сразу же махнул обеими руками в сторону вертолетов, летящих все ближе и ближе, однако они явно беспокоились о силе урагана, поэтому вместо этого сделали крюк. В этой ситуации я повернулся к ближайшему дереву и прыгнул, чтобы обнять раскачивающийся ствол и еще раз позвать на помощь.

Только тогда ко мне подлетел вертолет и спустил веревку, за которую я тут же ухватился и полез вверх. Как только меня вытащили спасатели, они тут же прижали меня к сиденью, и мои руки уже были скованы наручниками за спиной, прежде чем я успел среагировать.

Я вдруг вспомнил, что на мне была одежда Райна, возможно, поэтому они приняли меня за союзника нацистов! Я громко крикнул по-русски: - Эй, ребята, вы ошибаетесь, я русский, отпустите меня!

Я сделал все, что мог, чтобы поднять голову, но они держали меня так крепко, что я не мог пошевелиться. Вертолет летел в сторону нацистских кораблей, которые были на грани затопления и просто парили в небе. Я посмотрел вниз в поисках Лафарра и остальных, а также силуэта Агареса, но видел только нацистских членов экипажа, которые карабкались на борт своих спасательных шлюпок. Я не мог не волноваться. - Они… Я имел в виду, что это те люди, которых я хочу, чтобы вы спасли, они находятся на втором этаже корабля, пожалуйста, спуститесь и помогите им!

- Внимание, внимание, Птица № 2! № 1 столкнулась с атакой урагана и потерпела крушение, сила ветра увеличивается, миссия по оказанию помощи и спасению прекращена, немедленно отступайте!

С водительского сиденья донесся громкий звук пейджера.

- Нет, нет! - Я был так взбешен, что чуть не вскочил со своего места. Я в бешенстве ударил локтем в стеклянное окно, но затем меня удержали на стуле два человека, сидевшие по обе стороны от меня. Я мог только повернуть голову и беспомощно наблюдать, как корабли и остров постепенно исчезают в море.

Этот момент длился всего долю секунды, после чего я увидел ослепительный свет, распространяющийся от голубого урагана, как взрыв атомной бомбы. Остров, нацистские корабли, а также Агарес, все это бесследно исчезло в темноте. Сцена передо мной была стерта из моего поля зрения просто так, как будто ее никогда и не существовало.

Я тупо уставился в ночное небо, внезапное чувство пустоты охватило мое сердце.

...................................

Бомбардировка Хиросимы и Нагасаки произошла 6 августа 1945 года.

Говорили, что причина, по которой бомбили Хиросиму, была связана с военным положением, что касается Нагасаки, то об этом не говорилось. США хотели заставить Японию сдаться, и именно поэтому они сбросили бомбу на эти 2 префектуры, и по сей день это место все еще страдает от радиации, оставленной бомбой. Конечно, с годами она уменьшилась, но они еще очень долго не будут пригодны для жилья.

Глава 64 - Заговор в Венеции

«Страница 1, 28 ноября 1990 года.»

Шел уже шестнадцатый день с тех пор, как самолет спасательной команды, на котором я находился, совершил аварийную посадку в море, где меня затем спасла от несчастного случая морская спасательная команда. Или, возможно… это был семнадцатый день. К сожалению, я до сих пор не могу точно сказать, как долго я был без сознания. Я мог довериться только словам своего лечащего врача, чтобы вести записи. Колов сказал, что все, кто был в самолете спасательной команды, погибли, и только я один чудом выжил.

Мне очень повезло, что я получил всего пару переломов, а также легкое сотрясение мозга. К тому же у меня не было повреждений позвоночника. Доктор сказал мне, что в течение полугода я смогу снова обрести способность ходить, а также вернуть утраченные воспоминания. На данный момент я все еще не могу вспомнить, как я попал в это затруднительное положение, которое начинало меня крайне расстраивать.

Да благословит меня Господь на пути выздоровления.

«Страница 157, 6 мая 1991 года.»

Должен ли я радоваться, что наконец-то вспомнил все, что я пережил?

Когда я последовал за «Посейдоном» обратно в прибрежное море острова Мерфолк, чтобы найти пропавшего Лафарра и других, вместе с… Агаресом, я вернулся с пустыми руками. Очевидно, что остров Мерфолк и флот нацистов бесследно исчезли, и когда я отправился в подводную экспедицию, в конце концов, я ничего не нашел. Я чувствовал, что, возможно, это было потому, что проход в Атлантиду теперь был закрыт навсегда…

В море я громко звал Агареса, Лафарра и остальных, но в ответ получил только молчание.

Таким образом, «Посейдон» и я ушли оттуда.

«Страница 158, 18 мая 1991 года.»

После неоднократных просьб капитана Колова «Посейдон» наконец отплыл к берегам Норвегии, где мой дед ранее потерпел кораблекрушение. Я был полон предвкушения появления Агареса, зайдя так далеко, что притворился, будто тону в ледяной воде. И все же не было и следа его присутствия. Я также не понимал своих действий. Сначала я хотел сбежать от Агареса, но теперь я прилагал столько усилий, чтобы найти его… Это действительно смешно, не так ли? Черт возьми. Давай просто прекратим это записывать.

«Страница 160, 20 мая 1991 года.»

Мы отправились спасать затонувший корабль, и, поскольку мы не нашли ничего из «ценных вещей», которые, как я обещал, должны были там быть, капитан Колов очень разозлился, думая, что я обманул его, хотя на самом деле именно это я и сделал. Он приказал, чтобы следующим местом, куда мы отправимся, был Северный Ледовитый океан, чтобы спасти некоторые фрагменты НЛО, упавшего примерно там три недели назад.

Тем не менее, я был чрезвычайно рад, когда мы спасли чемодан в том же районе перед отъездом. О боже, я даже не смел поверить в то, что хранилось внутри него!

Внутри хранились вещи, которые принадлежали мне и дедушке, когда я был моложе. Была даже картинка, которая поблекла от возраста. Неожиданно на этой фотографии мы с Агаресом были вместе, и он, казалось, нес меня, слегка зловеще улыбаясь. Когда остальные увидели фотографию, они подумали, что это изображение монстра, но с другой стороны, я чуть не расплакался, глядя на нее.

Мы покинули Норвегию этим вечером.

«Страница 201, 1 января 1992 года.»

Я все еще не мог поверить, что мы провели почти полгода на Северном полюсе. Однако, поскольку «Посейдон» все еще упорствовал, это позволило всем нам заработать огромное состояние. Действительно, мы не могли поверить, что нам удалось найти такое большое количество драгоценных камней из обломков НЛО! Все действительно не могло стать еще лучше, потому что это была слишком хорошая новость для нас, «морских цыган». Это означало, что нам больше не нужно было ездить по всему миру, чтобы спасти еще какие-нибудь затонувшие корабли до конца года и подготавливаться к опасностям моря. Вместо этого мы могли бы, наконец-то, весело провести время.

С моей точки зрения, это была немаленькая сумма. Однако для разыскиваемого беглеца, каким я был сейчас, какая польза была от всех этих денег?

Холодная война уже закончилась. Я мечтал вернуться в Россию, но было жаль, что у меня никогда не будет такой возможности.

Я больше не Дешаров, студент из Санкт - Петербурга, я больше не являюсь им. Скорее, я был наемником по имени Дерти, нанятым «Посейдоном».

Мои дорогие отец и мать, ребята, вы думаете обо мне там, в Москве? Вы все еще в состоянии вспомнить своего сына, который бесследно исчез? Или сын, который был объявлен Российскими военными преступником за шпионаж?

Эти нелепые измены, в которых меня обвиняли, все из-за отношений с Райном и Сакарол, все это было свалено мне на голову. Я действительно хотел очистить свое имя. Однако я знал, что как человек без судимости и гражданства, который не мог доказать, что он русский, у меня даже не будет возможности поговорить с очень бдительным правительством.

Мама, папа, как насчет того, чтобы совсем забыть обо мне? Если у нас когда-нибудь появится возможность снова поговорить, я обязательно расскажу вам свою историю.

«Страница 202, 16 апреля 1992 года»

Это был мой третий визит в территориальную зону острова Мерфолк за последний год. Море было таким же неподвижным, как и раньше, и пустым. Поэтому я разочарованно направился обратно в «Посейдон». Естественно, теперь мне больше некуда было вернуться, кроме как на этот корабль.

С момента открытия прохода в Атлантиду Агарес казалось, полностью исчез, как будто невидимая пара рук стерла его из моей жизни. Тогда я еще больше убедился в истории, которую рассказал мне капитан Колов. Он сказал, что нервы в моем головном мозге получили серьезные повреждения, в результате чего у меня появились воспоминания, которых на самом деле не существовало; в основном все это просто плод моего воображения.

Таким образом, возможно, Агареса на самом деле вообще не существовало. Может быть, он был просто кем-то во сне, кто внезапно ворвался в мою жизнь. И все же я не был уверен, был ли это хороший или плохой сон.

Пора просыпаться, Дерти.

Это будет последняя страница этого дневника...

Я посмотрел на бесконечный, бескрайний океан и выдохнул последнюю затяжку сигары, наблюдая, как дым медленно рассеивается на ветру, пока, в конечном счете, не исчез без следа. После этого я поднял свой чрезвычайно толстый дневник и бросил его в воду. Тем не менее, это, казалось, вызвало несколько волнений в моем сердце. Боль в моей груди была отчетливой, когда она распространилась, но все же я рассмеялся.

Через несколько дней мы остановились в знаменитом водном городе—порту в Венеции.

Капитан Колов собирался принять участие в аукционе в здешнем подпольном игорном доме, используя сокровища, которые мы спасли после кораблекрушения, для обмена на доллары США. Хотя такая сделка была очень прибыльной, на самом деле она была также очень опасной. Итальянская мафия была разделена на несколько семейных линий, но долгое время Колов торговал только с семьей Каморра.

Тем не менее, если бы чей-то другой клан внезапно заинтересовался вещами, находящимися в нашем владении, или если бы они просто захотели найти новую причину для начала территориальной борьбы, это принесло бы нам огромное количество проблем. Вот почему мы были крайне осторожны. Поскольку водный бизнес Венеции уже долгое время был монополизирован кланом Каморра, в прошлом он вызывал много ненависти и зависти у всех других кланов.

Казино, в которое мы собирались, называлось «Дамора». Это было место, спрятанное в очень узком и глубоководном переулке недалеко от тюрьмы в Венеции, где мы должны были специально пройти под «Понте деи Соспири», который в древние времена специально использовался для сопровождения заключенных. Глядя на карту, я не смог удержаться от шутки, что это дорога без возврата. На самом деле, у меня тоже было не очень хорошее предчувствие по этому поводу, но остальные были равнодушны и просто разразились приступами смеха.

После выхода из гавани нами руководил человек, имевший связь с капитаном Коловым. Затем мы сели в гондолу, одну из остроконечных лодок Венеции, единственный вид транспорта здесь, и медленно поплыли к месту назначения.

В пределах аллеи поток воды был разделен на две длинные волны, следующие по траектории лодки. Поверхность воды отражала пятнистые огни пабов по обе стороны от нас, как река, полная звезд, струящихся под нашими ногами. Иллюзорным звездам время от времени сопутствовал шум проституток, которые соблазняли своих клиентов тихими голосами, заставляя людей чувствовать себя очарованными.

Я посмотрел вниз на кристально чистые, сверкающие воды, внезапно вспомнив о глубоком ущелье, с которым столкнулся, проезжая через остров Мерфолк. Будучи рассеянным, мои глаза следили за движущимся потоком, как будто их притягивала невидимая магнитная сила, и переместились, чтобы посмотреть за мою спину.

На другом дальнем конце стояла очень знакомая фигура; она была ниже переплетенных огней и смотрела прямо на меня издалека.

Мое сердце дрогнуло, когда я прищурил глаза, но фигура уже исчезла в потоке людей. Огни замерцали, как будто они высмеивали мою абсурдную иллюзию. Да, как вообще Агарес мог здесь оказаться?

- Эй, Дерти! О чем ты мечтаешь наяву? - Рядом со мной Ник похлопал меня по плечу, выводя из оцепенения и возвращая к реальности. Ник был высоким кавказцем, и, как и я, он тоже был беглецом. Хотя его проступок был намного легче моего. На «Посейдоне» не было ни одного человека, который не совершил бы преступления; все мы были бездомными бродягами. Капитан Колов предоставил нам убежище, а взамен мы все работали на него.

Ник протянул мне маленький пистолет: - Возьми это. Позже мы вдвоем будем дежурить снаружи. Тебе лучше не бегать вокруг да около.

- Понял, не волнуйся. - Я взял пистолет и сунул его в задний карман. Я слегка рассмеялся, бдительно оглядываясь вокруг сквозь солнцезащитные очки.

Чтобы международная полиция не узнала мою внешность, я покрасил волосы в золотисто-каштановый цвет, затемнил тон кожи и даже круглый год носил увеличивающие рост стельки, чтобы казаться выше. Это создавало образ человека, с которым не следует шутить, так что, конечно, меня было трудно узнать.

Вскоре после этого гондола остановилась в глубоком конце водного переулка, перед которым был туннель, охраняемый металлическими воротами.

Затем послышался слабый и нежный звук струящихся волн, выносимых через открывающиеся ворота изнутри туннеля, поднимая слои эха. Размытый, постоянно меняющийся свет вырисовывал очертания движущихся фигур, отбрасывая тени. Это придавало всему месту иллюзию Венеции средневековых времен, где аристократы вели экстравагантную жизнь в этом древнем городе литературы и искусства.

Хотя я не мог быть более осведомлен о внутренней части этого места, но я точно знал, что оно было полно героина и марихуаны, а также морских торговцев людьми. Поэтому я определенно никогда не хотел бы быть в это слишком вовлеченным. Поэтому, когда Колов захотел, чтобы я сделал еще один шаг и продолжил помогать его подпольному бизнесу, я тактично нашел причину отказаться.

После того, как помощник Колова показал свой пропуск, металлические ворота начали медленно открываться. Затем другая лодка, предназначенная для доставки людей в казино, доставила Колова и нескольких наших товарищей. Мы с Ником остались снаружи, чтобы охранять их, чтобы не допустить появления городской стражи и боссов жилой мафии в Венеции.

Когда с нами связались инсайдеры, я заметил среди них лысого парня, который смотрел на меня со странным выражением, как будто оценивал товар.

Мои нервы подскочили, но вскоре я заметил, что он также разглядывал Ника. Колов оглянулся на нас, затем кивнул головой и сделал знак руками, прежде чем объяснить лысому парню, что мы его наблюдатели. Другая сторона понимающе кивнула.

Только после этого мое сердце немного успокоилось, и я глубоко вздохнул.

После того, как я был внесен в список разыскиваемых преступников, я стал очень бдительным по отношению к своему окружению. Из-за всего, что произошло ранее, мне было трудно доверять любому, с кем я сталкивался. Я боялся, что встречу людей, похожих на Райна и Сакарол; тех, кто легко предаст меня снова. Даже встретив беглецов, таких как Колов и другие, я не смог посвятить себя им. Я поклялся, что, если что-то пойдет не так, я исчезну без колебаний, и изменю свое имя и личность.

Хотя в течение этого года я уже считал «Посейдон» своим домом.

Но могу ли я все еще иметь дом? Как только человек начинает убегать, он будет убегать вечно, иначе что еще его ждет, кроме тюрьмы? Дом был просто недостижимой мечтой. Или, может быть, когда-нибудь в будущем, когда приказ о моем аресте отменят…

Я мечтал о том дне. Я посмотрел на ночное небо.

Это будет еще одна очень долгая ночь.

Когда я присел на корточки на каменной ступеньке сбоку от туннеля казино, Ник протянул мне банку пива, и я сделал символический глоток. Достав из кармана словарь английского языка, я пролистал его и пробормотал слова, пока читал.

Ник усмехнулся, садясь рядом со мной и похлопывая меня по плечу. Я знал, что кажусь забавным: в эту романтическую ночь в Венеции я не хотел идти и пытаться пообщаться с теми проститутками у паба. Вместо этого я сидел здесь и практиковался в английском. Какая пустая трата этого прекрасного пейзажа.

Однако я не обращал внимания на Ника и просто продолжал смотреть на плотно упакованные слова. В конце концов, это был лучший способ защитить себя. Мне пришлось избавиться от русского акцента и овладеть английским языком. Плюс, чем быстрее, тем лучше, потому что я не знал, наступит ли день, когда международная полиция упадет с неба и приземлится прямо передо мной.

- Эй, эй, брат. Перестань портить настроение! - Ник выхватил у меня книгу по английскому языку и принял позу, изображающую бросание книги в воду.

- Ой! - Я быстро схватил его за запястье и начал угрожающе тащить в воду, что вызвало смех нескольких проституток поблизости. Мы боролись, толкая друг друга и таща. Наконец, я отказался от своего словаря, закончив эту глупую ссору. После этого на каменных ступенях лежали всего два человека. Они стукнули друг о друга пивными банками и лениво болтали.

- Как дела, Дерти? Ты все еще думаешь о том, чтобы найти ту русалку из своих снов? - шутливо сказал Ник, делая глоток пива и прищурившись глядя на меня. Скорее всего, он подслушал чушь, которую нес доктор Дика, врач, который заботился обо мне раньше. Теперь он, вероятно, думал, что у меня проблемы с головой.

- Да, да. Разве я сейчас не планирую заработать еще больше денег? Тогда я куплю себе лодку, чтобы путешествовать по миру в поисках своей русалки. - Я раздраженно покачивал своей банкой пива туда-сюда, слишком ленивый, чтобы спорить с ним. Я нерешительно сказал, что русалка даже не была такой красивой, и что, если бы она появилась перед ним, он, скорее всего, просто испугался бы до смерти.

Я мрачно сделал несколько глотков пива и подобрал несколько камней. Камни покрылись небольшой рябью, когда заскользили по поверхности воды, но впоследствии мои нервы натянулись, и в моем сердце начало распространяться странное чувство. Я не мог сказать, было ли это хорошее или плохое чувство. И все же это вызвало у меня неописуемое желание встать и с любопытством оглядеться.

Я не знаю, когда начался дождь.

Легкое постукивание…

Дождь полил так внезапно и быстро, окутав окрестности слоем туманных капель. Даже огни стали размытыми и туманными.

- Дерти, что случилось? Ты что-то увидел? - Ник нащупал пистолет в заднем кармане. Как и я, мы присели на корточки, чтобы спрятаться за ближайшей каменной колонной. Я положился на свое превосходное ночное зрение и зорко огляделся в темноте, пытаясь найти источник своего беспокойства.

В следующую долю секунды, в углу по обе стороны водного переулка, я увидел пару подозрительно выглядящих фигур. Я осторожно прищурил глаза, наблюдая за ними. Предположительно, эти люди были одеты в черную одежду. Хотя я не знал, было ли это несколько полицейских под прикрытием или мафиозная группировка. Однако последнее было куда вероятнее. Полиция Венеции не была настолько восприимчива к деятельности, происходящей в казино, в отличие от итальянской мафии. Особенно с тех пор, как мы нарушили их порядок.

Однако разница заключалась в том, что, если полиция найдет нас, они арестуют нас и проведут расследование; в то время как мафия убьет нас без выяснений, а затем сбросит в море, скармливая акулам.

Тихим голосом я пробормотал: - Ник, дай Колову знать, что наше местонахождение раскрыто, они должны немедленно закончить аукцион.

- Я понял. - Ник нажал на свой пейджер, - Эй, эй! Докладываю боссу. Я думаю, что мы должны уйти пораньше. Дерти говорит, что за нами следят. Конец.

Я смотрел на эти тени, когда дождь становился все сильнее и сильнее. Затем я поднял пистолет, следя за каждым их движением. И все же мой взгляд быстро блуждал по сторонам. Внезапно мои глаза застыли.

За завесой дождя, далеко на Понте деи Соспири, стояла черная фигура, держащая черный зонтик. На нем была черная ветровка и тонкая венецианская маска. Его фигура была высокой и прямой, а волосы, заплетенные в высокий хвост, были серебристыми.

Нет, это было невозможно… невозможно.

В одно мгновение мне показалось, что чья-то рука сжала мое горло, выбивая из меня воздух. Мое сердце билось так, словно бешено прыгая, когда я почувствовал, как весь мой мир закружился. Я понимал, что это, вероятно, было плодом моего воображения, или, возможно, это был просто парень, который покрасил волосы. Однако мое тело отреагировало даже быстрее, чем мог обработать мой мозг, и в ту секунду, когда моя нога была поднята, я побежал в направлении моста.

Однако после того, как я пробежал мимо нескольких пабов и добрался до моста, фигура, которая была там раньше, уже исчезла без следа. Это произошло точно так же, как тогда, когда я стоял на маленькой лодке и смотрел за спину ожидающим взглядом. Это было похоже на еще один неприкасаемый ветер, который я не мог уловить.

Просто где ты сейчас… Ты действительно здесь? Агарес…

Я стоял на плацдарме, чувствуя себя потерянным. Мои глаза были широко открыты, я искал эту тень в пятнистых огнях Венеции. Я позволил грозе пролиться на мое лицо, на мое тело, и позволил ей просочиться в мою одежду. Чувствуя, что задыхаюсь, я прислонился к каменному столбу моста для опоры и посмотрел на поверхность воды. На этой разбитой поверхности дрейфовало отражение моей тени, выглядевшей так, словно ее разнесло на куски гроздью фейерверков, взлетевших в небо.

Алкоголь, который лился мне в желудок, начал обжигать мои нервы. Моя голова горела, заставляя меня думать, что я на самом деле пьян и у меня были галлюцинации. В тот момент мне захотелось заплакать, но вместо этого вырвался только смех. Обнаружив, что мое поведение было комичным, как у сумасшедшего пьяницы, я громко закричал под дождем и ударил кулаком по твердому бетону. Затем я схватился за голову и присел на корточки.

Реальность казалась очень далекой от меня. Я осознавал, что я был совершенно один, как одинокая спора во всей вселенной. Капля ледяной воды упала мне на шею, заставив меня подумать, что это морская вода капает с волос Агареса. Я представил, как эти узкие, глубокие глаза внимательно наблюдают за мной, а его перепончатые руки нежно и властно гладят меня по спине. Все это время его губы целовали мочки моих ушей. Как только я вытер капли дождя с лица и смущенно поднял глаза, я понял, что на самом деле рядом со мной никого не было.

Затем откуда-то издалека донесся звук лодки, скользящей по воде. Я последовал за звуком, и вдалеке заметил гондолу, которая поворачивала, чтобы уверенно войти в водный переулок справа. Прежде чем они исчезли, спина седовласого мужчины врезалась мне в глаза, накладываясь на воспоминание о страстно желающей фигуре в моей голове.

На этот раз я был уверен, что это не просто плод моего воображения. Из-за этого мое тело сильно содрогнулось: от подошв моих ног до глубины моих нервов, я импульсивно вскочил на ноги.

- Дерти! - крикнул Ник за моей спиной. - Что ты делаешь? Быстро спускайся с моста!

Я оглянулся на него и ничего не сказал. Затем я прыгнул в воду, чтобы последовать за лодкой.

..............................................

Семья Каморра - это мафиозная группировка, которая существует на самом деле, Коморра - тайная организация по типу итальянской мафии, которая берет свое начало в 17 веке.

«Понте деи Соспири» - дословный перевод  «Мост Вздохов».

Морские торговцы людьми - В основном людей часто ловят (особенно рыбаков) для продажи в морской мир, где их заставляют работать в море, например, рыбачить.

Венецианская маска:

Глава 65

Дождь стал еще сильнее, и узкий переулок стал более запутанным по мере того, как туман заполнял его, заставляя меня чувствовать, что я нахожусь в лабиринте. Несмотря на то, что моя скорость плавания намного превосходила скорость обычных людей, я все равно почти потерял лодку из виду, проплыв всего несколько метров. Увидев фигуру, в которой я подозревал Агареса, удаляющуюся все дальше и дальше, мое сердце тревожно сжалось, когда я отчаянно закричал: - Агарес, Агарес, я знаю, что это ты. Остановись!

Я продолжал кричать, пока мой голос не стал хриплым, но тень вдалеке ни на йоту не замедлилась, исчезая в тумане. Полагаясь на свою зрительную память, я погнался за исчезающей фигурой, но остановился только перед тускло освещенным входом в подземный водный путь. Я увидел пустую гондолу, плавающую по воде, все еще раскачивающуюся из стороны в сторону без каких-либо признаков этой фигуры. Это было похоже на привидение, исчезающее без следа.

Кстати, то, что преграждало мне путь, мешая пройти дальше, было металлическими воротами шлюза. Внутри было темно и уединенно. Хотя глубоко внутри был виден поворот налево, но я не знал, куда он ведет. Мало того, можно было легко увидеть проблески рельефных скульптур, очерчивающих сухие стены туннеля. Вероятно, это был бывший туристический объект, который по какой-то причине был опечатан. Потом я заметил, что щели между железными прутьями были очень узкими. Я подплыл ближе и попытался протиснуться внутрь, повернувшись на бок, но вскоре понял, что это невозможно.

Я был худощавого телосложения, без большой мышечной массы. Агаресу с его крепким телом было бы еще труднее проникнуть внутрь, не говоря уже о том, чтобы тащить за собой свой толстый длинный рыбий хвост. Даже если бы он превратился в человека каким-то нетрадиционным способом, он все равно бы не смог бы пройти через этот узкий вход.

Так как же он тогда внезапно исчез? Он нырнул в воду? В растерянности я поплыл по кругу. Вода здесь идеально подходила для человеческого роста, а канализация была очень узкой. Так где же он мог спрятаться?

Неужели это действительно просто мое воображение?

Я не мог не усомниться в своих глазах снова. Я оглядел окрестности, затем снова спустился в бездну подземного водного пути. Я перевернулся всем телом, чтобы забраться в гондолу, положив руки на влажный край лодки. Я не удержался, и прикоснулся к грубому слою облупившейся краски, которая на ощупь была похожа на тот грубый, податливый и сильный рыбий хвост, который выскользнул из моих рук.

Капли дождя стекали по моему лицу, и холод пронизывал все мое нутро. Только тогда мне вдруг стало холодно — так холодно, что даже мое сердце превратилось в глыбу льда. Я знал, что было бы лучше, если бы я покинул это место, но в моем сердце был слабый, отказывающийся голос: - Нет, он здесь. Он здесь, смотрит прямо на тебя!

Я закрыл глаза, сосредоточившись на обонянии. Кроме влажного запаха дождя, мой нос не мог уловить ничего другого. Не было этого знакомого запаха. Таким образом, я пришел к выводу, что это было всего лишь мое нежелание сдаваться, настолько сильное, что я даже обманул самого себя. Если Агарес действительно вернулся из Атлантиды, почему он не появился намного раньше? Он, очевидно, вообще не возвращался и, вероятно, полностью отказался от попыток найти меня.

Это не удивительно, так как это я решил уйти от него. Несомненно, в глубине души я не хотел превращаться в тритона и уходить в другой мир.

Связь между ним и мной на самом деле должна была быть разорвана еще в тот момент, черт возьми. Тогда почему я гоняюсь за существом, от которого изначально хотел убежать? Это было все равно что ухватиться за мираж и никогда его не отпускать… Как ты смешон, Дешаров!

Агарес, ты здесь? Ты наблюдаешь за мной прямо сейчас? Если да, то что мне сделать, чтобы ты встретился со мной? Проклятие!

Используя рукав, чтобы вытереть капли дождя с лица, я крепко сжал кулак и ударил им по корпусу. Опираясь на титулованную корму, я медленно прислонился к ней, глядя на туманное небо над головой, пока дождь лил каскадом. Мои ресницы тоже стали довольно тяжелыми, прилипая к векам. Как раз в тот момент, когда я больше не мог открыть глаза, краем глаза я заметил тень, окутанную туманом во время дождя. Лодка начала раскачиваться.

Я сел быстро, как молния, и сразу же прыгнул в воду. Мои глаза пробежались по окружающим водам, но я видел только пятнистое отражение огней от ряби крошечных волн, вызванных дождем. Не было никаких следов, которые могли бы остаться после перемещения рыбьего хвоста.

Ни с чем не сравнимая вспышка гнева осталась после того, как все надежды разлетелись вдребезги. Я помахал рукой в воде, помешивая ее, не обращая внимания на удивленное выражение некоторых прохожих, когда они стали свидетелями, как сумасшедший ходит вокруг и воет: - Агарес, выходи, проклятый ублюдок! Я знаю, что ты здесь. Я просто знаю! Знаю, что ты хочешь проверить, насколько отчаянно я хочу видеть тебя!? Тогда ты выиграл! Я искал тебя целый гребаный год! Я, блядь, хотел снова встретиться с тобой, хотел до безумия...

Я опустил голову и сжал кулаки, произнося последнюю фразу настолько тихо, что только я мог ее услышать. На сердце у меня было тяжело, оно было охвачено тяжелым чувством, как губка, впитывающая весь дождь.

Из любопытства, из глубины моего сердца вырвалась неконтролируемая мысль. Я сам не знал, почему мне это пришло в голову, но я все равно забрался в гондолу и подвел ее ближе к воротам шлюза, чтобы спрятаться в кромешной тьме от любопытных прохожих. Это определенно было бы странно, подумал я. Если бы кто-нибудь увидел меня, он бы предположил, что у меня какое-то непристойное хобби.

Спрятавшись в темноте, я лег в гондолу и одну за другой расстегнул пуговицы своего костюма.

Я был медлителен в своих движениях, и через короткое время моя рубашка и брюки соскользнули. Я тихо лег, открывая себя. Пока я ждал, я ласкал руками свою грудь и поднимал шею, как жертва. Мое сердце забилось очень быстро, и чувство стыда заполнило все мое тело, заставляя его онеметь. Только Бог знает, действительно ли я сошел с ума или нет, но я хотел попытать счастья и поставил на это, потому что знал, насколько извращенным был этот старый дьявол Агарес!

Я подожду здесь и посмотрю, как долго ты сможешь сопротивляться. К этому телу ты не прикасался два года. Это потому, что ты потерял интерес?

Мои влажные глаза были широко открыты, напоминая лезвия, когда они тщательно прочесывали каждый укромный уголок в темноте. Однако в моем окружении не было никаких признаков движения. Вокруг меня были только тишина и тьма, как будто они молча насмехались над моим абсурдным поведением. Чувствуя себя подавленным, я закрыл глаза и повернул голову в сторону, голова была совершенно пустой. Я приподнял свое обнаженное тело и положил голову на колени, рассеянно уставившись на свои ноги.

Неожиданно в этот момент, на влажном ветру, дувшем со стороны подземного хода, я почувствовал необычный аромат. Это был запах, который я всегда узнаю. Моя голова дернулась вверх. В это мгновение я стал похож на наркомана, нюхающего опиаты.

Я увидел, как тень отделилась от металлической двери в углу внутреннего туннеля и поднялась из воды. Как и в первый раз, когда я встретил его в глубоководной лаборатории, он медленно обнажил голову. Его серебристо-седые волосы следовали за движением его поднимающейся фигуры, прилипая к телу.

Он не был голым, как обычно. Вместо этого он был одет в черную ветровку, которая была насквозь мокрой и широко распахнутой, обнажая его твердую, как камень, грудь. Его бледный цвет лица делал его похожим на человека из таинственного клана крови в этом древнем городе.

Он слегка наклонил голову, пристально глядя на меня, венецианская маска закрывала половину его лица, из-за чего я не мог видеть его глаза. Однако я чувствовал его обжигающий горячий взгляд, полный любви и тоски.

Наконец-то мне удалось вытащить этого засранца!

Внезапно множество эмоций смешалось в моем сердце, как бурная волна, бушующая в груди, а затем они превратились во взрывы тепла, которые затопили всю мою голову. В этот момент мои глаза практически покраснели, и я безмолвно откинулся назад. Я посмотрел на него сверху вниз с торжествующим выражением лица с головы до ног. Даже несмотря на то, что я был совершенно голым, на мне не было даже полоски одежды.

- Агарес, ты ублюдок...

Я выругался на него тихим голосом. Мои глаза невольно задержались на его хорошо сложенной груди, и я не мог не сглотнуть, когда у меня перехватило дыхание.

В течение этих двух лет меня не беспокоила течка, и моя мутация также прекратилась из-за исчезновения Агареса. Я думал, что моя зависимость тоже исчезла, но вскоре понял, что жестоко ошибался. Потому что бесчисленное количество раз я просыпался после того, как видел Агареса во сне, и обнаруживал, что у меня в штанах что-то липкое. Я все еще скучал по нему, но также и жаждал его. Черт возьми!

А он? Я свирепо уставился на Агареса. Его адамово яблоко дрогнуло, дыхание стало необычно тяжелым, а вены энергично натянулись. Однако я не понимал, почему он просто стоял там неподвижно. Он просто уставился на меня, казалось, не собираясь подходить сюда.

- Подойди… Если нет, я уйду! - Я нетерпеливо сел и схватился за железные прутья, несколько раз сильно встряхнув их. Мой взгляд остановился на его лице, и я глубоко вздохнул: - Почему ты так одет, Агарес? Почему ты молчишь?

Он был так же неподвижен, как и раньше, не произнося ни слова. Плотное темное облако недоумения сгустилось в моей голове, и я ослабил хватку на железном пруте. Я положил голову на металлические ворота шлюза, торжественно глядя на него. Через мгновение он, наконец, пошевелился и подплыл ближе ко мне. Мое сердце начало учащенно биться, отдаваясь эхом во всей моей голове.

В тот момент, когда он подплыл ко мне ближе, я уже окоченел и не мог пошевелиться. Я мог только наблюдать, как он, протянув руку с другой стороны шлюзовых ворот, положил свою перепончатую руку мне на затылок и притянул меня ближе, прижимая свои влажные, ледяные губы к моим. После этого он крепко укусил меня.

Все мое тело содрогнулось, застигнутое врасплох его атакой. Слезы, смешанные с дождем, текли по моему лицу. После того, как он укусил меня, я наконец отреагировал. Мои руки последовали за ним и прошли сквозь железные прутья, чтобы яростно схватить его за волосы, взволнованно всасывая соленую морскую воду на его губах. Его зубы заскрежетали по моим губам, когда его язык ворвался внутрь. Наши зубы и губы боролись в неразберихе, как дикие животные.

В воде моя грудь прилипла к его гладкой коже. Даже железные прутья должны были согнуться от силы, исходящей от нас обоих, как будто они были частью нас. Мое тело болело, но мне было все равно. Все остальные эмоции исчезли в этот момент, и время остановилось.

Сам того не желая, мой рот наполнился вкусом крови. Хватка Агареса на мне усилилась, притягивая меня ближе. Его губы прижались к моей челюсти, прежде чем облизать ее в нецивилизованной и распутной манере, посасывая. Я дрожащей рукой схватил его за воротник, желая притянуть его еще ближе, прикоснуться к нему еще сильнее. Тем не менее, мое запястье было схвачено его мощной перепончатой рукой, прижимая ее к моей спине, не давая мне возможности вертеться.

Тяжелые ворота шлюза блокировали мое тело. В разгар проливного дождя у меня закружилась голова, заставив меня заподозрить, что на самом деле это был сон, от которого я скоро проснусь. Я прошептал сквозь эту сбивающую с толку сладость: - Эй, открой эти проклятые ворота. Дай мне посмотреть на тебя...

Хватка на моей талии внезапно усилилась. Он потерся головой о мою шею, поднял глаза и прижал маску к моему лбу. Затем он глубоко вдохнул мой запах, в то время как его перепончатые руки поднялись к моей голове и нежно расчесали мои волосы, как он делал, когда я был маленьким, мягко приподняв мою челку, которая закрывала мои глаза.

- Агарес... - Я уставился на глубокие зрачки за маской, неосознанно желая попытаться погладить его по щеке. И все же женский голос внезапно прозвучал не так далеко от нас: - Эй, ребята, что вы делаете?!

Я вздрогнул от страха. Оглянувшись назад, я увидел девушку, сидящую на берегу с намерением постирать свою одежду. По-видимому, она казалась шокированной огромным переполохом, который я и Агарес вызвали. Я заикался, потому что не знал, как объяснить эту ситуацию. Но потом я услышал шум воды сбоку. Прежде чем я успел среагировать, Агарес уже исчез.

- Эй, куда ты?! - крикнул я, испуганный и злой, колотя в ворота шлюза. Однако то, что ответило мне, было громким эхом моего собственного голоса в подводном туннеле.

....................................................

Подземный водный путь:

Что - то подобное, но только более узкое и темное.

Рельефные скульптуры:

Опиат - наркотик, который получают из растений мака.

Глава 66

Почему Агарес избегал меня? Может быть, он хранил какой-то секрет, который нельзя было разглашать?

Я с сомнением нахмурил брови, чувствуя себя крайне подавленным, но находя это довольно смешным. Раньше именно Агарес всегда преследовал меня или шпионил за мной. Теперь настала моя очередь беспокоиться о его местонахождении. Черт, как же до этого дошло?! Сильное нежелание побудило меня исследовать окрестности металлических ворот шлюза. Затем я присел на корточки, погружаясь в воду, чтобы продолжить осмотр. Должно быть, здесь был какой-то механизм, который мог позволить пройти через ворота; Наверное, я просто пропустил это… И действительно, через несколько мгновений мои пальцы коснулись незакрепленного металлического бруска, который был близко к стене. Я энергично потряс его пару раз, и он неожиданно оборвался.

Меня раздражало то, что я не заметил этого раньше! Я немедленно надел свою мятую одежду и наклонился, чтобы пройти через отверстие.

- Агарес! - Я громко звал его по имени, пока плыл по длинному подземному водному пути. Но как только я завернул за угол, перед моими глазами появился темный перекресток. Я не знал, какой туннель куда ведет. Возможно, они были соединены со всей подземной дренажной системой Венеции, что делало ее похожей на идеально спланированный подземный лабиринт. Я должен радоваться, что у меня есть ночное зрение. Если бы не это, даже если бы меня забили до смерти, я бы не рискнул войти в это место, как мышь. Я не мог понять, о чем думал Агарес. Он — нет — этот гигантский кусок сашими становился все более и более загадочным. Что за интриги он плел?

Я смахнул валявшиеся рядом бутылки из-под вина и сигареты. Затем я сильно принюхался к разнообразному запаху в воздухе, чтобы определить местонахождение Агареса среди туннелей. Затем, используя свое собственное обоняние, я поплыл к туннелю слева. В тот момент я совсем не чувствовал себя гребаной мышью, скорее я был похож на дикую кошку, идущую по запаху рыбы в поисках пищи. Ах, охота, какой неподходящий способ описать эту ситуацию!

В то время как моя голова гудела от моего воображения, подземный водный путь, который должен был содержать только звуки текущей воды, теперь издавал странные звуки. Смешиваясь с волнами текущей воды, над моей головой доносились звуки диалога. Казалось, что над головой было шумно. Только где это было?

Следуя за голосами, я продвинулся вперед и увидел, что дальше наверху был слабый поток света. Я нащупал что-то над головой и с силой толкнул крышку канализации. Крышка слегка приоткрылась, и я украдкой выглянул наружу, чтобы осмотреться. Я понял, что на самом деле нахожусь внутри казино. Я увидел дымчатый туман, повсюду сияли психоделические огни. Сквозь колышущиеся черные полупрозрачные шторы можно было разглядеть фигуры людей, собравшихся вокруг игорного стола под золотистым ослепительным светом. Запах денег и желания пронизывал воздух, превращая это место в кастрюлю с кипящим супом. Никто не обращал на меня внимания, чтобы заметить — никто, который появился из ниоткуда.

Запах Агареса определенно был здесь, я был в этом уверен.

После того, как я осторожно выбрался наружу, я осмотрелся и обнаружил, что это казино изначально было реконструировано из монастыря; это было видно с купольной крыши и окружающих колонн с рельефными изображениями величественных ангелов, вырезанных на них. На стенах даже висели фрески. Только зачем Агарес пришел сюда? Было ли это потому, что ловли рыбы в море было недостаточно, поэтому ему пришлось выйти на берег и поиграть?

Я засунул руки в карманы брюк и подтянул спину, изображая игрока, и рассеянно огляделся в поисках фигуры Агареса. Как раз, когда я собирался подняться на второй этаж, я увидел своих спутников из «Посейдона». Белорусская девушка Родя, которая была мне очень хорошо знакома, казалось, в панике от чего-то пряталась, низко пригнувшись, чтобы сбежать вниз по лестнице, не обращая внимания на то, что было впереди. Я сразу понял, что казино, в которое я вломился, было тем, в которое Колов тоже входил ранее, и, увидев ее необычный цвет лица, мое сердце не могло не насторожиться. Я поднялся на несколько ступенек и схватил ее за запястье. Воспользовавшись тем, что она еще не закричала, я быстро закрыл ей рот, а затем оттащил ее в темный угол за лестничным пролетом.

- Что случилось, Родя? На тебе нет лица! – спросил я тихим голосом.

- Они… мафия... - Плечо Роди слегка дрогнуло, когда она продолжила: -...отрубили руку боссу Колову!

Я был потрясен до глубины души: - Что?!

- Я не знаю, почему... но, похоже, что-то не так с товаром. Они сказали, что драгоценный камень, который Колов принес им в прошлый раз, был поддельным, и поэтому сегодня они обменялись рукой. И не только это, мы должны были также принести что-то еще, чтобы компенсировать их потерю! - Родя прикрыла рот рукой, явно испугавшись.

- Успокойся. Отведи меня посмотреть, что происходит. - я глубоко вдохнул, мое сердце ушло в пятки.

Колов был моим спасителем. Именно под его крылом мы смогли приспособиться и почувствовать себя как дома. Теперь, когда он оказался в этом кровавом месиве, это было то, чего я не мог и не хотел видеть. Я должен был найти какой-нибудь способ помочь ему. А пока я похлопал Родю по спине и прошептал: - У мафии есть свои собственные цели и принципы. Они потребовали руки Колова, но маловероятно, что они просто так убьют его.

Родя кивнула головой. Она была превосходной воровкой, поэтому была довольна умна, что позволило ей успокоиться в считанные мгновения. Она повела меня с другой стороны внутреннего дворика второго этажа в ближайшую ванную комнату. Снаружи был расширенный порт, и поэтому мы осторожно переползли через него, пока не добрались до окна. Сквозь щели в занавеске я смог разглядеть, что происходит в отдельной, потайной комнате на этаже. Я не мог удержаться, чтобы не вдохнуть глоток холодного воздуха.

Внутри стоял игорный стол, а рядом с ним несколько головорезов из мафии с пистолетами в руках удерживали Колова. Он держался за руку, на полу уже была огромная лужа крови. Гибкая часть сустава над запястьем отсутствовала. Однако он действительно был парнем из стали, потому что сдерживался, стиснув зубы, глядя на старика, который, очевидно, был главой клана Каморра. Только на его бледном лице виднелись легкие признаки подергивания от боли. Я действительно восхищался тем, насколько спокойным был Колов, независимо от того, в каком состоянии он находился. Я переместил свое тело, чтобы наблюдать под другим углом. Однако я сразу же заметил сверкающий на столе предмет размером с жемчужину, который был разрезан на две части. Из него вытекала какая-то голубая светящаяся жидкость.

Мои глаза расширились, я не верил собственным глазам. Именно в этот момент я понял причину появления Агареса в этом месте.

Это было потому, что я узнал предмет: на самом деле это была спора русалки. Она выглядела точно так же, как та, что находилась в моем теле, и, возможно, она тоже принадлежит Агаресу!

Когда Колов ранее выудил эту штуку, он не знал, что это такое, и, должно быть, использовал ее как драгоценный камень для торговли с мафией. О боже мой!

- Скажи мне, Колов. Что это за странная штука, из которой вытекает вода? Это конфеты для детей? Совершая сделки с нами, ты должен быть более аккуратным. И все же ты использовал такую вещь в качестве поддельного сапфира? - Я услышал вопросительный голос и в этот момент увидел, что глава клана Каморра с темным лицом возится с голубой жидкостью на столе. - После того, как ты солгал и обманул нас на огромную сумму денег в прошлый раз, ты все еще осмеливаешься вернуться? Это цена, которую ты платишь за свою жадность, Колов. А теперь, либо ты попросишь своих людей принести настоящие драгоценные камни, либо я отрублю тебе другую руку.

- Мистер Каморра, пожалуйста, доверьтесь мне. Я не собирался вас обманывать. Все эти драгоценные камни были оценены прямо тогда, не так ли? Даже если это не сапфир, я все равно верю, что он имеет огромную ценность! - Челюсть Колова стучала: - Я достал его из плотно запертого сейфа в обломках того, что, как я подозревал, было немецким кораблем. Если бы это были просто поддельные драгоценные камни, зачем бы немцам так тщательно их охранять? Я клянусь своей отрубленной рукой, что это должно быть что-то необычное.

- О, нет, нет, нет. Меня не интересуют ваши жалкие теории исследователя. Меня волнует только то, смогу ли я обменять эти вещи на большое количество марихуаны и героина. Колов, ты нанес нам огромный денежный ущерб!

Глава Каморра пришел в ярость, когда он хлопнул ладонью по столу. Человек сбоку тут же вцепился в отрезанное запястье Колова, заставив его издать леденящий кровь крик. Моя голова онемела, и я не мог не отвести взгляд. В глубине души я понимал, что ситуация плохая, потому что не был уверен, достаточно ли того, что мы выловили на этот раз из Северного Ледовитого океана, чтобы компенсировать потери мафии. Кроме того, это была сумма нашего дохода за полгода. Я не возражал против того, чтобы отдать свою долю, чтобы помочь Колову. Однако я не был уверен в людях, которые выходили из группы Колова, потому что в конечном итоге они могли работать и без него. Родя закрыла уши и тихо пробормотала: - О Боже, о Боже, Дерти, мы спровоцировали итальянскую мафию. Что нам делать?

- Возвращайся и сообщи остальным. Затем принесите несколько драгоценностей. Я останусь здесь и буду действовать в соответствии с ситуацией. - Я проинструктировал ее тихим голосом. Родя кивнула головой, но как раз в тот момент, когда она собиралась уходить, я вдруг услышал шум. Он донесся с первого этажа. Затем раздался стук в дверь: - Викладо, сэр, прибыла крестная мать Личчарди.

- Что, эта сука...

Старик, к которому обращались как к Викладо, немедленно сел на свое место. Дверь внезапно распахнулась, и в комнату вошла исключительно красивая замужняя блондинка. На ней была черная ветровка, и она казалась очень уверенной в себе.

Ее высокие каблуки издавали щелкающие звуки, когда она шла по мраморному полу. Через пару шагов она подошла к столу и прижала острое лезвие ко лбу Викладо, говоря небрежным тоном: - Кто дал вам разрешение на участие в частной сделке? Эти вещи очень ценны. Ранее немецкая компания уже вела со мной переговоры о них. Я надеялась получить больше таких вещей, но вместо этого ты пошел вперед и отрубил руку Колову!

Закончив говорить, она подняла нож и вонзила его в тыльную сторону ладони Викладо. В одно мгновение по комнате разнесся ужасный визг, похожий на визг свиньи. У меня не было времени даже ошеломиться ситуацией, когда все мое внимание внезапно переключилось на другую фигуру, которая только что вошла в комнату.

На этом человеке была венецианская маска. С зачесанными назад серебристыми волосами он был высокого роста, точно такого, каким, по моим представлениям, если бы он был человеком тогда, за стеклом, в самом начале — около двух метров. Его голова почти прижималась к дверному косяку, и, глядя на большинство высоких парней в Италии, он казался на голову выше их всех. Действительно, это немного ужасало. Все взгляды были прикованы к нему. Мои глаза сфокусировались на нижней части его тела, пытаясь проникнуть сквозь длинный черный плащ, доходивший ему до лодыжек. Что скрывалось за ним; действительно ли это была пара ног? Мог ли его рыбий хвост быть спрятан внутри?

Я не был уверен, как Агаресу удалось спрятаться среди людей, но я точно знал, что он пришел сюда из-за этих спор. За исключением того, который уже был уничтожен, остальные все еще находились в руках семьи Каморра. Очевидно, именно поэтому ему пришлось прятаться среди них. Теперь это оправдывало его действия. Более того, заполучить в свои руки эти споры было непросто. У меня есть все основания полагать, что немецкая компания, упомянутая Личчарди, на самом деле принадлежала Райну и Сакарол. Независимо от того, погибли ли они в море два года назад, оставшиеся нацисты не посмели бы отказаться от этого проекта.

- Тот высокий парень… Мог ли он быть подчиненным Личчарди, ее козырной картой, печально известным убийцей—альбиносом - Роем?

Убийца? Это была личность Агареса после того, как он внедрился в человеческое общество? Действительно, это было подходящее прикрытие для того, чтобы спрятаться, так как убийцам всегда позволено быть таинственными и отчужденными…

- До меня дошли слухи, что он также ее любовник. - добавила Родя.

- О, действительно… ее любовник? - выпалил я сразу после этого. Затем я почувствовал, как будто ком застрял у меня в горле.

- Что-то не так?

- Нет, ничего особенного. Похоже, теперь Колову ничего не угрожает. Нам очень повезло. - Я почесал кончик носа, наблюдая, как люди Личчарди подошли, чтобы убрать последствия. Агарес был похож на опытного телохранителя, неподвижно стоя в углу. Его маска отбрасывала густую тень на его лицо, но даже в этом случае я мог сказать, что его глаза все это время были прикованы к разбитой споре на столе.

Для группы выживших мерфолков это было что-то драгоценное, так что я мог себе представить, что он чувствовал, как лидер мерфолков. Если бы он мог, он бы определенно решил убить всех здесь, в комнате, но он оставался абсолютно спокойным. Ничем не отличаясь от замороженной ледяной скульптуры. Только до тех пор, пока Личчарди не сказала ему что-то на ухо, он слегка пошевелил губами, отвечая, как я подозревал, итальянскими слогами, и даже немного рассмеялся. Мне было неприятно это признавать, но с его улыбкой и сочетанием маски он казался таинственным и очаровательным джентльменом.

Но в одно мгновение в моей груди возникло неприятное чувство, похожее на чувство жены, которая стала свидетелем измены мужа. Я не мог перестать смотреть на сломанную спору, когда мое воображение разыгралось. Именно тогда, когда я понял, что задаюсь вопросом, был ли я просто живой спорой для Агареса и ничем иным, я немедленно остановил ход своих мыслей и заставил себя больше не думать об этом. И все же на сердце у меня все еще было немного кисло.

Черт возьми!

Я ломал голову, желая взять все мысли, которые были у меня в голове, и выкинуть их. Во время этого я заметил, что Личчарди уходит. После того как Агарес проводил ее, он вернулся к столу, поднял спору, держа ее на ладони. На нем была пара черных кожаных перчаток. По поглаживанию, которое я почувствовал, когда он обнял меня у ворот, я мог подтвердить, что, хотя он и стал человеком, это не означало, что его трансформация была полной. Его рука, скорее всего, все еще была в форме перепончатых когтей, вот почему ему нужно было их спрятать.

Затем я заметил, что тело Агареса неестественно дрожало, как будто он сдерживал свой гнев и боль.

Я просто чувствовал, что с ним что-то не так.

- Дерти, пойдем. Колову, вероятно, нужен кто-то рядом. - Как только Родя сообщила мне это, я понял, что Агарес снова выходит за дверь.

Отвернув голову в сторону, я подал знак Роди, чтобы она шла первой. После этого я повернулся, чтобы выглянуть в окно, желая последовать за Агаресом, но он уже исчез без следа. Я мысленно выругался на него и побежал на первый этаж, чтобы оглядеться в поисках его местонахождения. Как только я прошел мимо открытой двери, кто-то схватил меня за спину, и все мое тело мгновенно погрузилось в темноту. Затем сильный запах проник в мой нос, заставив меня немедленно прекратить борьбу, и я позволил Агаресу затащить себя обратно в подземный водный путь.

После того, как Агарес закрыл крышку над нашими головами, он крепко обнял меня, когда мы прислонились к влажной стене. Его дыхание было довольно тяжелым и прерывистым, когда он тяжело дышал, и его тело содрогалось, как яростно извергающийся вулкан. Вскоре после этого звук рвущейся ткани вырвался из-под наших тел, заставив меня бессознательно посмотреть вниз. Я мог видеть только нижнюю часть тела Агареса, постепенно расширяющуюся. Что-то пыталось вырваться из-под его плаща. Я сразу же захотел помочь ему расстегнуть молнию, но вместо этого он бросился расстёгивать ее первым. После того, что я увидел внутри, застало меня врасплох и потрясло до глубины души.

Я не знал, следует ли мне называть вещи передо мной «ногами» или нет, потому что они определенно даже не походили на ноги. Это был всего лишь рыбий хвост, который был разделен посередине, в результате чего первоначальная структура была разделена на две части, которые все еще были покрыты черной чешуей до туловища. Что касается того, где находились его человеческие «ноги», они были спрятаны внутри черного кожаного ботинка. В тот момент я не знал, как они выглядят, возможно, у него вообще не было ног, и он только засунул хвостовые плавники в ботинки. Более того, шов, в котором его рыбий хвост был разделен на две части, теперь отрастал какой—то новой тканью - очевидно, соединяясь, чтобы снова стать длинным и грубым, черным рыбьим хвостом.

- Это очень нестабильно, Дешаров… я скоро снова изменюсь, мне нужно найти место, где можно спрятаться. - Агарес уставился на меня, используя язык морского народа, который я теперь мог понять. Я со страхом посмотрел на него, чувствуя, что то, как он общался со мной, было одновременно странным и в то же время знакомым. Он погладил мою макушку своей широкой рукой в перчатке, спускаясь по ней вниз от моих щек и медленно к моим губам, его глубокий, хриплый голос снова зазвучал: - Сейчас… ты все еще боишься меня?

Я ничего не сказал и просто схватил его за маску, чтобы снять ее с его лица. То, что скрывалось за маской, было лицом, которое совсем не изменилось. Только его уши медленно вырастали из-под волос, как упрямое растение. Другим это показалось бы ужасным, но мне это казалось немного забавным. Я криво улыбнулся и коснулся его ушей, как будто ощупывая маленькое животное, но затем его хватка вокруг моей талии усилилась в наказывающей манере, собственнически кусая меня за подбородок.

Я втянул шею назад из-за чувствительности, и, как по сигналу, внезапные шаги раздались над нашими головами, заставив меня понять, что это место не было хорошей идеей для свидания влюбленных. Я посмотрел на подземные туннели, не зная, куда они ведут, и предложил: - Агарес, ты знаком с подземными маршрутами в Венеции?

Глава 67

Агарес действительно был хорошо знаком с подземными водными путями Венеции.

Со мной на спине Агарес свободно передвигался по похожему на лабиринт темному миру, не колеблясь перед каждым поворотом и развилкой на пути. Он был так же искусен, как слепая рыба, рожденная в подземном водотоке. Похоже он часто пользуется этим местом, как секретным проходом, чтобы скрыть свою нестабильную форму после мутации.

Пока мы плыли вперед, наполовину погрузившись в воду, мои глаза внимательно следили за постепенно изменяющимися ушами Агареса. Старая привычная склонность «Дешарова» быть теоретиком выскочила из-под личины «Дерти». Я не мог удержаться от мысли о том, как Агарес смог изменить свои собственные физические характеристики: было ли это путем спонтанного изменения собственного генетического состава? Или это было из-за неожиданного открытия химических реагентов, полученных в результате кораблекрушения нацистов, что заставило его использовать их для достижения мутации? И первая, и вторая теория должны были быть невероятными в современной биологии. Однако для такого внеземного существа, как Агарес, казалось, что невозможное всегда будет возможным и что не было ничего, чего он не смог бы достичь.

Я попытался провести разумный анализ двух моих предыдущих теорий, но не смог прийти к правдоподобному выводу. Затем мои мысли вернулись к текущим проблемам, и я задумался над этим.

Что касается того, что Агарес пережил за последние два года, более разумно предположить, что после того, как он узнал, что споры были найдены Коловым в обломках нацистского корабля, а затем проданы итальянской мафии, он все это время оставался в бездействии здесь, в Италии.

С его высоким IQ и врожденными разрушительными способностями тритона было нетрудно завоевать признание людей на этой неспокойной территории, контролируемой мафиозными бандами. Используя «Роя – убийцу» в качестве своей личности, он легко интегрировался в мафиозную группировку и завоевал их доверие, чтобы позже предотвратить так называемую немецкую сделку мафии и забрать все украденные споры морского народа.

Что касается так называемых слухов о любовнике, то, связывая тот факт, что Агарес плохо контролирует мутацию, доказывает, что этот слух был полной чушью. Скорее всего, это были сплетни, придуманные журналистами, которым нравилось добавлять немного романтической обстановки в мир мафии.

О, кому не понравилось бы слушать историю о молодой и красивой крестной матери, и ее рыцаре-убийце?

Черт… В любом случае, меня это не интересует. Это ужасно скучно.

Я не мог не вспомнить, как Личчарди посмотрела на Агареса и закатил глаза. Неосознанно я крепко обнял длинную мощную шею чуть ниже густых волос Агареса и прижался к его широкой спине, как кошка. Этот большой кусок сашими слегка приподнял мое тело, чтобы мне было более комфортно.

Я использовал его спину в качестве подушки, все еще погруженный в свои мысли. Это было бы хорошим объяснением того, почему он не пришел, чтобы найти меня. Чтобы расставить приоритеты по возвращению спор морского народа, Агарес дорабатывал детали в соответствии со своим планом. Таким образом, было очевидно, что он был полностью занят все эти два года, чтобы даже беспокоиться о моем местонахождении, что практически привело меня к мысли, что он исчез.

Я пару раз принюхался, вдыхая тот особый запах, который исходил от Агареса. Удушающие и гнетущие эмоции, которые так долго были похоронены в моем сердце, поднялись в моей груди. Все мое существо скисло, как будто я выпил бутылку испорченной черничной пасты. Молча, уголок моего рта дернулся, выдавив горькую улыбку, когда я подумал о своем положении. По правде говоря, если бы я подумал повнимательнее, то моя значимость для Агареса сводилась лишь к тому, что я был для него еще одной рассеянной спорой. Он защищал меня, искал меня… в конечном счете, это может быть просто потому, что во мне есть его ДНК, что, по сути, делает меня его потомком. И, без сомнения, связав воедино все обстоятельства, можно было увидеть, что я могу быть самым неприятным из всех и быть тем, кто все время застает его врасплох.

Дешаров, у тебя не должно быть никаких причин чувствовать себя недовольным, верно?

Это было стремлением, и предназначением быть лидером морского народа, как и у любого другого монарха любой расы в мире.

Ах, черт возьми, я слишком глубоко задумался об этом?

- Дешаров… - внезапно позвал Агарес, в спешке вернув мои мысли из Африки в Венецию. Он повернул голову, его ухо слегка коснулось моей переносицы. - …О чем ты думаешь?

- Ты. - Я неосознанно выпалил то, что было у меня на уме, чуть не захлебнувшись грунтовыми водами из-за своей рассеянности. - Я хочу сказать, что я немного удивлен твоей трансформацией...

- Однажды ты поймешь... - Он изобразил легкую многозначительную улыбку. Его голос эхом разнесся далеко в темном мощеном коридоре.

Честно говоря, я до сих пор не привык к языку морского народа. Их произношение было еще грубее, чем в русском языке, каждое слово звучало как заклинание какого-то таинственного проклятия. Кроме того, низкий голос Агареса был полон властной силы, которая может заставить любого съежиться, и всегда заставлял меня чувствовать себя потрясённым.

Я кивнул, прежде чем Агарес схватил меня за талию. Следующее, что я помню, это как мы начали быстро ускоряться в воде, он тащил меня за собой, точно так же, как когда он был в своей первоначальной форме тритона. Подземный водный путь внезапно открылся, и окружающая каменная стена стала просторной. Мы нырнули в более глубокий водный путь.

Пестрые огни теплого света падали сверху на наши головы, а вода была расплывчатой и туманной, скрывая зарево заката. Столбы мостов были похожи на густой водный лес на морском побережье, когда мы проплывали мимо них. Над головой тени проплывающих лодок напоминали плывущие облака, которые потревожили и рассеяли падающие капли дождя. Это все было похоже на сон. Никто нас не видел, и казалось, что поверхность воды - это совершенно другой мир, в то время как под водой было совершенно другое пространство, что делало его тайной фантазией, которая принадлежала только мне и Агаресу.

Я не смог удержаться и крепче обнял Агареса за талию.

Мы поплыли вверх, пока не оказались среди прямых колонн здания, наконец приблизившись к верхней дощатой крыше над нами. Затем Агарес вытянул руку и толкнул, и точно так же кусок доски распахнулся, как дверца люка. Весь этот процесс был очень рутинным для Агареса, казалось, что это был его жилой дворец в Венеции. Железные ворота, выходящие на канал, были заперты на огромный железный замок. Если бы мы не прошли через скрытый вход под водой, мы бы не смогли попасть внутрь. Однако было очевидно, что это не была резиденция, которую Агарес купил сам. Вокруг здания валялись осколки разбитого стекла, на верхней части внутренней двери была печать, а над окном безжизненно висела старая деревянная вывеска — Венецианский институт водных биологических исследований. Это место выглядело так, как будто его давно забросили.

Несмотря на то, что я понимал, что в Институте водных исследований были подходящие условия для адаптации и обитания Агареса, моя челюсть все равно чуть не отвисла. Я жестом показал: - Водный… Институт биологических исследований? Ты, будучи таким большим и длинным... тритоном… при этом так без колебаний прятался в Институте водных биологических исследований!? Почему ты просто не пошел на рынок, где продаются рыбные продукты? Я даже не знал, что у тебя такое хорошее чувство юмора.

Сашими прищурился на меня, пытаясь определить, действительно ли слова «рыбные продукты» относились к нему. Я игриво пожал плечами, чтобы показать, что именно это я и имел в виду, затем скрутил палец крючком и сравнил действие рыбы, клюющей на него. Это, должно быть, оскорбило его достоинство как лидера, но я просто не мог ничего с собой поделать, хотя и знал, что столкнусь с неминуемой катастрофой.

Мое предчувствие подтвердилось в следующий же момент. Он внезапно схватил меня за талию и прижал к перевернутой дверной панели, затем опустил голову, угрожающе прижимая губы к моей переносице: -Дешаро... ты заставляешь меня... - Он проглотил полный рот слюны, его длинные и узкие глаза слабо загорелись непонятным пламенем, и из его горла вырвался хриплый шепот: - Ты заставляешь меня… действительно...

Его перепончатые когти, спрятанные в кожаных перчатках, ласкали мою спину, скользя вдоль позвоночника вниз к копчику. Его ладони плотно обхватили мои ягодицы, а его талия и промежность были плотно прижаты к моим ногам. Несмотря на то, что толстая чешуя преграждала мне путь, я все еще чувствовал, как его удивительные размеры сильно раздулись и были направлены прямо на мою нижнюю часть живота.

Мое сердце бешено колотилось в груди, а дыхание стало несколько учащенным, но я все еще с большим усилием старался сохранять невозмутимое выражение лица. - Я хочу знать… Что именно я значу для тебя, Агарес? Потомок твоей крови? Носитель гена?

Мое сердце забилось от боли, когда я произнес эти слова вслух. Как будто я буквально разрывал себя на части, чтобы спросить об этой жестокой правде. Агарес сдержал улыбку и задумчиво посмотрел мне в глаза, словно тщательно обдумывая вопросы, которые я задал.

Возможно, будучи королем всего морского народа, жизнь и возраст Агареса напоминают перо, погружающееся в глубокую, бездонную Марианскую впадину. Возможно, он пережил много бурных волн, бесчисленные нападения, катастрофы и рукопашные сражения всего за половину своей жизни, но ему еще никогда не приходилось сталкиваться с такой простой, но тем не менее трудной загадкой. Были ли любовь и чувства чем-то общим между русалками и людьми?

Я не мог использовать свои биологические знания для вынесения каких-либо суждений, и мой IQ действительно был невысоким. У меня не было опыта в любви, и я потратил всю свою энергию на учебу в течение последних десяти лет. Так что я был в основном занудным дураком с головы до ног.

Я не знал, были ли чувства Агареса ко мне инстинктивными или нет. Если это так, то даже если бы это был не я, тогда смог бы подойти любой.

Ах, Агарес, будучи лидером морского народа, столкнулся с такой эмоциональной проблемой, связанной с человеческим юношей, который вырос как носитель его гена... Эта проблема с откровением, вероятно, была для него большей неожиданностью, чем для меня.

Вероятно, он был в большем замешательстве, чем я, или, возможно, он не чувствовал необходимости отвечать на вопросы простой живой споры. Я не хотел, чтобы его ответ был последним. Я чувствовал себя глубоко неловко — как будто шел по натянутому канату, очень напуганный и на грани — относительно такого исхода.

Холодный дождь капал на мои длинные ресницы, заставляя их почти прилипать к нижним векам, я через силу заставил свои водянистые и тяжелые веки открыться, чтобы посмотреть на него. Не двигаясь ни на дюйм, я тяжело дышал, пока ждал его ответа.

Я увидел свое отражение в глазах Агареса. Я выглядел немного жалким и несчастным, совсем как брошенная кошка. Черт возьми, это было совсем не то, что я хотел показать. Поэтому я почесал свою растрепанную челку и притворился равнодушным, неловко отшучиваясь: - Все в порядке, это была просто шутка, я просто так спросил, вот и все. Ты можешь притвориться, что ничего не слышал.

Сказав это, я отодвинулся назад, чтобы сесть подальше от воды. Следующее, что я осознал, это то, что Агарес снова схватил меня за талию и потащил обратно, где я был раньше. Я скользнул на дверную доску, когда перепончатый коготь провел по моему плечу, чувствуя, как текстура кожаных перчаток скользит по моей шее.

Кончиками пальцев он провел по линиям моих губ, очертаниям носа и протянул их ко лбу, зачесывая назад челку. Он удерживал мою голову ровно настолько, чтобы я не смог отвернуться. Затем он опустил голову, прижимаясь губами к моей шее, целуя очень сильно. Холодные капли с его волос капали мне на грудь, однако это заставляло меня чувствовать, что я сгораю, как лава. Мне было так жарко, что я думал, что даже моя душа горит, в то время как все мое тело дрожало.

Мои дрожащие губы слегка шевельнулись, желая что-то спросить, но в итоге ничего не сказали.

- Я не знаю… Дешаров... - Агарес поднял голову и посмотрел на меня сверху вниз. Я видел в его глазах подводное течение, скрытое за огнем похоти.

- Я не знаю, когда это началось. Я считал тебя своим потомком только в твои детские годы. Я воспитывал тебя, защищал и заставил почувствовать глубокую зависимость от меня. Однако, когда твой дедушка попал в ту аварию из-за тебя, мы надолго расстались.

Его влажное дыхание прилипло к моему носу, а его губы и язык терзали мочки моих ушей. Он продолжил тихим шепотом: - В то время в Норвегии было слишком холодно. Я должен был отпустить тебя. После этого я начал искать тебя в каждом уголке моря. Я искал целых пятнадцать лет, но так и не смог увидеть твое присутствие в реальности, разве что только в канале сновидений. По мере того как ты становился все старше, ты начал тосковать по мне в своих снах. И все же твое бодрствующее сознание обо мне уже угасло. В то время я чувствовал себя настолько сумасшедшим, что хотел изменить свои гены и попытаться смешаться с человеческой расой, но тогда это было невозможно для меня. Однако я не впал в полное отчаяние, потому что знал, что твое «Я» приведет тебя обратно ко мне.

Я глубоко вздохнул, когда пальцы Агареса легли мне на лоб, его глаза опустились вниз, чтобы встретиться с моими, когда пошел дождь, как будто ведя меня в его сознание.

- Внезапно в один прекрасный день я снова почувствовал тебя. Я нетерпеливо бросился к вам, потому что мне не терпелось взглянуть, насколько вырос тот маленький мальчик, который принадлежал мне. Но все, что я увидел, это то, что ты был неотделим от этого человека по имени Райн. Взгляд, которым ты смотрел на него, казался... наполненный восхищением и некоторой зависимостью, точно так же, как ты смотрел на меня, когда был ребенком, но ты совсем меня не помнишь. С тех пор как я намеренно позволил вам, ребята, поймать меня в тот раз, я просто знал это. Твои глаза наполнялись незнакомством всякий раз, когда ты смотрел на меня. Я так ревновал и завидовал, Дешаров. Настолько, что я полностью потерял контроль. Я просто хотел взять тебя для себя. В то время у меня была течка, и ты, ни о чем не подозревающий, вдруг по собственной воле пришел ко мне посреди ночи. С твоей очаровательной внешностью, как я мог это вынести? Если бы я не съел тебя целиком… Я провел всю ночь, планируя, как овладеть тобой. Я был голоден и хотел пить, вел себя точно так же, как те, кто еще не созрел, и сделал все возможное, чтобы пробудить ваше любопытство...

Агарес злобно скривил губы и облизнул уголок рта вытянутым языком, как будто безмерно гордился своим хитрым планом из прошлого.

- Ты ублюдок... - Я ущипнул его за уши, но он схватил меня за запястья и прижал их к каждой стороне моей головы. Затем его язык лизнул мою челюсть, чтобы крепко поцеловать меня в щеку, прежде чем прижаться губами к моему рту: - Когда ты стал моим, вот тогда я действительно не смог тебя отпустить. Твой запах, то, как ты говоришь, твои действия, выражение твоего лица и твое тело... Все это пленило меня. Твой очевидный страх передо мной заставил меня осознать, что я сделал что-то не так, но я все равно не мог удержаться от того, чтобы овладевать тобой снова и снова... Я не знаю, на что похожи вы, люди, но в нашей этнической группе, как только мы достигаем зрелости, мы вступаем в период стабилизации и испытываем такое влечение только к одному назначенному партнеру... Вообще говоря, для меня, в частности, у самых древних черно-чешуйчатых морских жителей не было супругов, и только благодаря расхождению их «йолы» они могли продолжить свою родословную.

Агарес опустил ресницы, бросив взгляд вниз, и потерся промежностью о мое бедро, отчего у меня загорелись уши. Я робко поднял голову, сглатывая слюну.

Он наклонился к моему уху и тихо прошептал: - Йола, которую я рассеял, прижилась в тебе, я никогда... не относился к другим носителям так же, как к тебе.

Мое сердце бешено колотилось, а в голове гудело. Я наблюдал, как его перепончатые когти потянулись вниз и достали что-то из кармана. В следующее мгновение мои глаза расширились от изумления.

Это было то, что я сбросил с корабля Колова, это был мой дневник, в котором содержалось мое долгое письменное путешествие в поисках его весь этот год.

- Если это был ответ, который ты хотел услышать, Дешаров, то да, я люблю тебя.

Глава 68

Когда Агарес произнес последние слова тихим и мягким тоном, капли дождя неожиданно усилились и обрушились на нас каскадом. Странный наклон сопровождал ливень, проникавший в мои поры. Однако я почувствовал только тепло.

Я слышал эти слова много раз раньше: в бесчисленных романах, фильмах и даже среди некоторых молодых пар. Эта фраза, вероятно, была самой трогательной и милой в мире. Но в то же время, чаще всего, это фраза, полная лжи и притворства. Как человек, который никогда раньше не проявлял интереса к любви или привязанности к противоположному полу, я презирал такие слова, всегда думая, что они никогда не смогут меня тронуть. Однако, когда Агарес произнес это так спокойно, я был практически ошеломлен, глупо пялившись на его губы. Это было похоже на то, как будто я внезапно упал с натянутого каната прямо в его объятия, не в силах оправиться от внезапного шока.

- А как насчет тебя? Дешаров… мой малыш... - Агарес нежно потерся подбородком о мои губы. Его грудь была тесно прижата к моей, прижимая меня к дверной доске, а его перепончатые когти разминали мои ягодицы.

- Ответь мне. Ты тоже любишь меня, или ты все еще боишься меня, как раньше?

О боже мой… Даже если бы меня забили до смерти, я никогда бы не смог представить, что такой злой и могущественный тритон, как Агарес, скажет такие слащавые слова любви. Это было просто... так странно! Я даже не знаю, где он научился таким сладким, приторным словам; возможно, он был самоучкой, но в любом случае, эффект от произнесенных им слов был более убедительным, чем от любого случайного плейбоя. Несмотря на то, что я был тугодумом, я почувствовал, что в этот момент мои уши стали горячими до такой степени, что готовы были растаять.

Уголки моего рта слегка приподнялись, мой язык казался тяжелым. Я начал бессмысленно бормотать, так как не знал, как себя вести или реагировать. -Э-э... Может быть… Я полагаю...

- Ты не можешь сказать «может быть». Дешаров, дай мне точный ответ.

Заявил Агарес угрожающим тоном и прикоснулся губами к моей чувствительной мочке уха. Одним укусом он заставил мою шею немедленно содрогнуться. Он еще крепче сжал мои ягодицы. Время от времени его пальцы разминали мою дырочку, и под его повторными ласками я немедленно возбудился. Мои губы приоткрылись, чтобы издать легкий вздох после попытки большими глотками проглотить поднимающуюся в горле слюну.

Глубокие глаза Агареса, которые были совсем близко, внимательно смотрели на меня. Скрытые пучины в его зрачках были так глубоки, что напоминали море, желающее затянуть меня в себя. Все это время внутри них я отчетливо видел свое собственное отражение.

Я был поражен, обнаружив, что мои глаза ярко горели и разжигали сильное желание, влюбленность и зависимость, чувства, в которых я не был так уверен и которые скрывал, были полностью раскрыты. Эти обнаженные эмоции практически готовы были вырваться из моих глаз и смело нырнуть, невзирая на опасность, в глаза Агареса, чтобы исследовать, насладиться, запутаться и быть полностью раздавленным и разбитым на куски.

Поддался любви. Это была фраза, которая таинственным образом появилась и громким эхом отозвалась в моей голове. Я осознал, что полностью пал. Сильной, агрессивной и безоговорочной любви Агареса было достаточно, чтобы сломать все барьеры — расу, этику, эмоции и перспективы… Все связанные с антропологией вещи стали перед ним не чем иным, как жалкими мыслями. Он заставил меня собрать все свое мужество и преодолеть препятствия, которые поддерживали все мои твердые убеждения, чтобы нырнуть в его океан.

- Да, верно... - Я обвил руками его шею и зарылся головой в его ароматные волосы, позволив себе потеряться в них, когда я пробормотал: - Я влюблен в тебя...

Он стал еще сильнее давить на меня. Затем один из его перепончатых когтей прошелся по моему позвоночнику до затылка. Его пальцы погрузились в мои волосы и сжали пряди, держа мою голову так, словно в его руках самое драгоценное сокровище. Агарес прижался к моей щеке, шепча: - Отдать тебе йолу было лучшим решением, которое я когда-либо принимал в своей жизни. Как я могу отблагодарить твоего дедушку?

- Тогда просто обращайся с его внуком хорошо, лорд-вождь.

Я ворчал, думая о том, что мой дедушка был вынужден «посвятить» меня Агаресу только потому, что я был всего лишь новорожденным, умирающим от ужасной болезни. Если бы мой дед когда-нибудь узнал, что Агарес будет использовать меня только для сексуальной разрядки, он наверняка бы сразился бы с ним ценой собственной жизни.

- Хорошо с тобой обращаться... - У моего уха раздался смешок. После этого его грубый голос ворвался в мои барабанные перепонки: - Тогда мне лучше начать действовать прямо сейчас.

Сказав это, рука, которую он положил мне на задницу, внезапно скользнула к поясу моих брюк, схватила кожаный ремень и стянула его одним движением. Я должен радоваться, что на этот раз он не сорвал с меня штаны сразу. Наконец, ему удалось снять мокрые штаны, которые прилипли ко мне, после двух или трех попыток. Затем мои голые ноги Агарес положил себе на плечи, облизывая и покусывая внутреннею сторону моих бедер, все это время пара прищуренных хищных глаз, похожих на глаза большого дикого волка, были устремлены на меня.

Такой пристальный взгляд практически заставил множество желаний устремиться снизу к моей голове, подобно грохочущему внезапному потоку. Когда меня потянули вверх, моя спина уперлась в дверную доску. Теперь я практически сидел верхом на плечах Агареса, когда он уверенно держал меня. Он тупо уставился на моего маленького приятеля, который позорно возвышался прямо перед его лицом.

Я посмотрел в сторону железных ворот, опасаясь, что кто-нибудь увидит нас в такой двусмысленной позе. К счастью, здесь было слишком темно, и никаких других каналов или кораблей не проходило мимо. Единственное, что смотрело на нас сверху вниз, было открытое ночное небо над нашими головами. В такой интимной обстановке моя смелость наконец-то высвободилась.

Сильный дождь лил на меня, но он не мог охладить температуру моего тела. Все мое «Я» ощущалось как газовая плита — чрезвычайно нагретая и готовая взорваться — даже моя кожа начала краснеть. Однако Агарес просто продолжал подливать масла в огонь и лизнул мой член. Только до тех пор, пока я не смог больше этого выносить, он, наконец, опустил голову. Его влажный и мягкий язык нырнул прямо на частную территорию, которая с нетерпением ждала вторжения, и он бессмысленно дразнил мою дрожащую, тугую внутреннюю стенку.

- Нгх... Да…черт возьми... - Я крепко зажмурился, застонав. Чувствуя себя неудовлетворенным и полным желания, мои ноги сжались вокруг спины Агареса, пока мои икры не коснулись крепких мышц Агареса. Хотя, почти в мгновение ока, они были широко раздвинуты его сильными руками. Затем он медленно, дюйм за дюймом, нежно погладил мою лодыжку с явным намеком. Это действие заставило меня почувствовать себя моллюском, у которого он вскрывает раковину, а затем наслаждается вкусным мясом внутри. Более того, он явно съел бы меня, ничего не оставив после себя.

Мое тело, к которому Агарес не прикасался в течение двух лет, было чрезвычайно чувствительным. Я уже однажды кончил только от того, что он лизал меня, и через короткое время мне снова стало тяжело. Моя дырочка, которая сжималась вокруг атакующего языка, резко сжалась. Оно жаждало чего-то более длинного и толстого, чтобы быть выебанным до истощения, но я, блядь, не мог открыть рот и сказать это. Агарес также, казалось, нарочно мучил меня, не собираясь останавливаться, и продолжил дальше прелюдии.

Я в замешательстве лег на спину. Это было бесконечное растягивание удовольствия, но невозможность полностью достичь приятного конца сводила меня с ума. Как раз в тот момент, когда я едва успел протянуть руку, чтобы облегчиться, мое запястье уже было крепко схвачено Агаресом. Следующее, что я помню, он развернул меня так, что мой живот оказался прижатым к шаткой, скрипучей дверной панели. Он снова сильно раздвинул мои ягодицы и начал целовать и лизать не так грубо, но и не так нежно, в то время как его пальцы ласкали мой член. Казалось, он не остановится, пока все мое существо не станет мягким. И все же я мог поклясться, что я уже был достаточно мягким, изнутри и снаружи, с головы до ног — совсем как торт, — где даже выдавливание из меня крема казалось правдоподобным.

- Агарес!

Я хрипло вскрикнул и слегка покачнулся, чтобы подтолкнуть его. Я чувствовал себя неловко в своем мокром пальто, поэтому я просто потянул за внутренний подол, планируя одновременно снять пальто и рубашку. Агарес, однако, не пришел мне на помощь. Несмотря на то, что я слышал его хриплое дыхание прямо у меня за спиной, даже его член, который упирался в мой копчик, начал затвердевать, превращаясь в стальной горячий стержень. Я очень хорошо понимал, что этот чертов парень просто наслаждался видом того, как я сам раздеваюсь. Он был похож на ребенка, выпрашивающего конфету, — ему это очень нравилось. К черту все это!

Я больше не мог этого выносить. Каждую ночь, в течение последних двух одиноких лет, я всегда мечтал заняться с ним любовью. И все же в такое время, как сейчас, этот взрослый парень все еще испытывал меня на чувство собственного достоинства. Я втайне выругал его себе под нос, нетерпеливо стянул с себя одежду, отбросил ее в сторону и прислонился головой к дверной доске. Затем я прошептал: - Я уже голый… Я... Хочу, чтобы ты… такие вещи...

- Какого рода? - Он спросил это с глубокой, дразнящей улыбкой. Его крепкая грудь плотно прижалась к моей спине, что заставило его мышцы скользнуть по моему позвоночнику, чтобы, в свою очередь, заставить мои поры открыться из-за стимуляции и возбуждения.

- Я хочу, чтобы ты, блядь... сделал это со мной! - с дрожью в голосе кротко произнес я сквозь стиснутые зубы. Как только я закончил высказывать свои мысли, моя талия была поднята сильной рукой, заставляя мою задницу высоко подняться, где ее поддерживали его чешуйчатые «ноги». Я чувствовал, как его набухший член прижимается к моим ягодицам. Он был пугающе огромен.

Губы Агареса потерлись о мой затылок, и звук его глотания был довольно громким. Я даже чувствовал запах моей спермы, смешанный с его дыханием. - Ты никогда по-настоящему не сопротивлялся мне. Ты не представляешь, каким свирепым я могу быть, Дешаров...

Было ли все то, что было сделано ранее, недостаточно хорошо, чтобы считаться «выносливый»?

Я вдруг немного запаниковал. Однако в следующую секунду его член прорвался в мою заднюю дверь. Мой хрупкий сфинктер без предупреждения сильно растянулся. В тот момент мне показалось, что его член был беспрецедентно большим, но, возможно, за два года мой зад стал слишком тесным. Я не мог перестать стонать. Мои пальцы почти вонзились в доску, а стенки моего внутреннего кишечника сжимали его так сильно, что не осталось ни единой открытой щели. Это было так туго, что даже мои ягодицы подергивались.

Несмотря на это, Агарес все еще продолжал продвигаться вперед дюйм за дюймом. Его внушительное тело прижалось к моей спине, и когда его тазовые кости сильно ударили меня по ягодицам, это привело к тому, что все мое тело было сильно прижато к деревянной доске, пока она, наконец, не сломалась, в результате чего я сразу же рухнул вниз.

Лежа плашмя на берегу, я почувствовал, как его руки обхватили мои ягодицы, когда он тщательно вставил в меня свой член, создавая мокрый звук. Огромная колонна, казалось, заполнила всю мою внутреннюю полость до краев.

Мои слезы хлынули из-за яростных толчков, но, несмотря на это, я открыл глаза, чтобы оглянуться назад. Я увидел толстый член, весь покрытый большого количества влажной белой жидкостью, который был глубоко погружен в мою дырочку. Его голубые вены были обнажены, и на них было расколото изображение большого красного железного стержня. Из—за того, что в настоящее время не было чешуйчатых мембран, этот гигантский член был полностью обнажен - размер, вероятно, превышал размер детской руки. Я просто не мог поверить, что в меня вошло эта бесчеловечная вещь. Видеть эту сцену было действительно довольно страшно.

Мое лицо покраснело, и слезы потекли по всему лицу, когда я снова уставился на Агареса. Он смотрел вниз, его ресницы трепетали. Уголок его рта стал более двусмысленным и довольным, когда он восхищенно уставился на сцену нашей привязанности. Очевидно, он очень гордился своим собственным оружием. Затем он погладил мои ягодицы своими перепончатыми когтями и поднял голову, чтобы посмотреть на меня с похотливым выражением на лице, торжествующе ухмыляясь. - Тебе это нравится? Дешаров, ты видишь, как сильно твоя маленькая дырочка сосет меня?

- Ты придурок... придурок... - Я сглотнул слюну, задыхаясь от рыданий, сквозь прерывистую ругань. Но все это прекратилось, когда он внезапно наклонился, прижался ко мне и накрыл мои губы своими. Его язык протиснулся сквозь мои зубы, погружая нас в глубокий французский поцелуй. То, что вонзилось в мое тело, медленно вытянулось, как стрела. Кончик потерся о устье моей дырочки, прежде чем снова глубоко войти. На этот раз это было медленно и нежно — совершенно не похоже на его прошлую грубость. Это было похоже на то, как будто он пытался медленно, шаг за шагом, заставить меня растаять.

Член медленно шлифовал каждый дюйм моих внутренних стенок, как будто рисовал круг, я даже мог ясно различить его форму. Между жезлом Агареса и человеком действительно была большая разница, хотя может показаться, что никакой разницы не было. Видите ли, как только он вошел, эта штука практически стала похожа на щупальце осьминога, очень гибкое и, казалось, он мог менять форму, чтобы стимулировать каждое определенное чувствительное место внутри. Это позволяет увеличить удовольствие в десять и сто раз.

Черт возьми, это, вероятно, был единственный определенный вывод, который я мог сделать из своего изучения морского народа до сих пор, потому что я сам лично испытал это.

Я прикусил нижнюю губу и в замешательстве задумался. Невыразимое удовольствие подо мной собралось в тетиву лука и было натянуто им. Мой затвердевший сосок, а также мой член были надежно удержаны в его перепончатых когтях, и, следуя ритмам его частоты, трение, создаваемое текстурой его плотных кожаных перчаток, заставляло меня сходить с ума.

Моя талия дрожала так сильно, что могла изогнуться дугой. Мои ягодицы постыдно скользили по его скользкой чешуе, а под веками катились слезы, но все мои стоны заглушались сильными поцелуями Агареса. Я мог только издавать рыдающий гул.

После долгого мгновения медленного растирания, мое тело снова было опрокинуто Агаресом и прислонено к куче мокрой одежды, которую я отбросил в сторону, как раз, когда был на грани оргазма. Его губы оставили меня в покое, позволив мне, наконец, отдышаться. Сквозь переполняющие меня крики и затуманенные слезами и дождем глаза я увидел, как Агарес нависает надо мной. Он схватил мои ноги и заставил их обвиться вокруг его талии. Это положение позволило моему заднему проходу поглотить его стержень глубже, а также заставило мои ягодицы прижаться к его сильным и выступающим мышцам живота.

Агарес тяжело дышал, явно взволнованный до крайности. Видимые вены на его лице выступали и выпирали под бледной кожей, а брови были сведены вместе с явной внимательностью. Для меня, однако, я обнаружил, что Агарес сейчас выглядит еще более очаровательно, чем когда-либо прежде, до такой степени, что я подумал, что сам схожу с ума.

Дрожа, я обнял его за шею. Несмотря на капли дождя, падающие с его тела и лица, я потянулся к нему, чтобы поцеловать его. Затем меня приподняли за талию, и все мое существо оказалось в его объятиях. От того, что я так быстро выпрямился, мне показалось, что что-то внутри моего тела в одно мгновение раздулось еще больше.

Одновременно тело Агареса сотрясала сильная дрожь. Я почувствовал, как его человеческие ноги быстро смыкаются и удлиняются. Затем между моими ногами постепенно сформировался большой, толстый и длинный хвост.

Я подсознательно хотел посмотреть вниз, но меня схватили за талию и заставляя следовать ритму его жестких и сильных толчков. С помощью тряски, создаваемой трансформирующимся рыбьим хвостом, меня подбрасывало вверх и вниз. С тем, как половой орган нападал на меня, как акула, это создавало сильное и ни с чем не сравнимое удовольствие, которое пузырилось, как кровь, путешествуя по всему моему телу, заставляя меня выбросить все остальные чувства и оставляя после себя плавающее чувство связи с ним.

Мой оргазм вскоре достиг пика. Мои эссенции выплеснулись на живот Агареса. Однако это продолжалось всего несколько минут, прежде чем член снова встал из-за все более дикой частоты толчков Агареса.

Нижняя часть тела Агареса наконец полностью вернулась к своей первоначальной форме после того, как мы вместе достигли пика экстаза. Теперь, когда я переживал непрекращающиеся волны примитивного счастья, толстый и длинный рыбий хвост обвился вокруг моей икры точно так же, как всегда делал раньше.

Я не мог поверить, что мы занимались этим до самого рассвета, когда у меня уже не было сил даже издать ни единого стона. Только сейчас Агарес, наконец понял, что мы можем быть выставлены на обозрение каналам и кораблям, проходящим ранним утром, и, наконец, отнес меня в свою нелепую новую резиденцию.

Я полагаю, что с этого момента это было началом нашей совместной жизни. Ах, человек и тритон, который был равноценен приемному отцу!

Глава 69

В заброшенном Институте Водных Исследований не было ни души, хотя я не должен был беспокоиться об этом в первую очередь. Потому что, когда Агарес отнес меня в большой резервуар внутри института, мое тело внезапно испытало ненормальную реакцию - мутация, которая внезапно прекратилась в течение этих двух лет, снова активизировалась, застав меня врасплох, как никогда раньше.

Я беспомощно наблюдал за тем, как на моих ногах постепенно формируются многочисленные блестящие серебристые чешуйки. Между бедрами росло избыточное количество мышечной ткани, скрепляя мои ноги, а на ступнях тянулись многочисленные тонкие полупрозрачные нити, плотно обхватывая ступни, словно машинные нити, и быстро превращаясь в острый круглый хвостовой плавник.

Мое тело быстро и яростно мутировало, словно легионы клеток, подобно разъяренным дьяволам, вели войну и взрывались под моей кожей. От этого кровь закипала в моих венах, и мощная сила бурлила во мне, заставляя меня чувствовать, что в любой момент меня разорвет на куски. Не было времени или предупреждения о шоке и боли, я мог только закрыть глаза и терпеть все происходящее, пока мое тело билось в жестоких конвульсиях.

Во время этого мучительного периода Агарес продолжал держать меня, пока моя мутация не завершилась. Я отдыхал в его крепких и широких объятиях, пока в моей голове все еще был сумбур. Однако неожиданно после мутации моя течка вернулась, словно призрак, преследующий меня, вынуждая меня инстинктивно разматывать свой только что сформировавшийся, слабый рыбий хвост, крутить и молотить, так сильно, что я, казалось, дразнил хвост Агареса, который был намного больше и грубее моего, как новорожденный, жадно и неуклюже желающий молока матери.

Я не могу описать это прекрасное чувство.

Когда я ощутил свой новый хвост, я определенно почувствовал, что строение от бедер и выше ничем не отличается от моей человеческой формы (за исключением слоев чешуйчатых мембран, покрывавших мой зад, в которых можно было заметить невидимые тонкие выемки, появляющиеся от копчика). Даже функциональность этих образований не должна была иметь существенных отличий от моей первоначальной формы.  Однако ощущение было такое, будто все органы чувств скрыты под чешуей, а одно только трение о рыбий хвост Агареса уже давало мне такой комфорт, что я чувствовал себя в раю.

Это заставило меня вспомнить сцену, когда я порывисто и нежно коснулся хвоста Агареса еще на корабле. Теперь я знал, почему он так себя вел. Это было потому, что, с одной стороны, поглаживание его хвоста было сродни прикосновению к его чувствительной зоне, а с другой стороны, это также невольно создавало впечатление, что я его подзадориваю: Эй, давай. Я принадлежу тебе, иди и овладей мной скорее!

Рыбьи хвосты - это не то, к чему можно прикоснуться случайно, поэтому Агарес, должно быть, решил, что я его соблазняю, проклятие...

Я задумался, ошеломленно трогая чешуйки на нижней половине тела, но тут перед глазами мелькнула фигура Юкимуры, и мое сердце сжалось. Смогу ли я превратиться обратно в человека? Или я останусь тритоном до конца своих дней? Я покачал головой, и тут же был крепко обхвачен Агаресом, который с нежностью поцеловал мое новообразованное крылатое ухо. Эта мелькнувшая мысль быстро угасла в моей голове, погрузившись в темную бездну, поглощенная дразнящим ароматом, впившимся в мой нос.

- Ты все еще чувствуешь боль, Дешаров? -  Агарес не знал, о чем я думаю, он лишь ласково перебирал мои волосы своими перепончатыми руками, а затем маневрировал так, чтобы моя голова покоилась на его плече. Однако, независимо от того, как он ко мне прикасался, это только заставляло мою кровь приливать еще сильнее.

- Ты быстро привыкнешь к этому.

Я хрипло пробормотал какой-то звук и поднял тяжелую голову, невольно поймав его пальцы. Его рука была крепкой и в то же время изящной, кожа холодной и блестящей, но в то же время плотной, а каждый сустав был ярко выражен, в нем чувствовалось господство монарха. Я пьяно присосался к каждому суставу его руки, поднял веки и посмотрел на него, как нашкодивший кот.

Агаресу, похоже, очень понравилось, как я умолял его, на его лице медленно появилась улыбка, и он рассмеялся. Его глаза были темными и влажными, как болото, в то же время он протянул другую руку, чтобы коснуться моего уха, ногтями нежно почесывая заднюю часть уха, словно наслаждаясь этим. Но из-за него моему крылу стало щекотно, оно затрепетало, как маленькие веера с обеих сторон. Мой хвост еще плотнее обвился вокруг его тела, как упрямая косичка, не желая распускаться ни на йоту.

Он возбудился от моей провокации и перевернул меня, прижав к стенке резервуара. Он использовал свой сильный и мощный рыбий хвост, чтобы обвить мой беспокойный, только что сформировавшийся хвост, прежде чем овладеть мной так же неистово, как и прошлой ночью.

Вот так мы провели почти сутки в водохранилище. Я не мог сосчитать, сколько раз мы это делали, но доходило до того, что я терял сознание. Мне даже казалось, что если мы продолжим с Агаресом и дальше, то я умру от переизбытка чувств.  После того, как течка, вызванная моей мутацией, наконец, утихла, я практически потерял сознание в объятиях Агареса.

*** ***

После этого мне приснился очень беспокойный сон.

Во сне я видел своих родных и свой дом в Москве, видел людей, которые прощались со мной в порту во время моего отъезда, видел сцену на острове Мерфолков за два года до этого, видел огромное кладбище мира Мерфолков, видел Лафарра и Дэвиса, которые давно пропали, а также Райна и его войска. Было так много обрывочных снов.

Сцены, похожие на те, что показывают в кино, проносились перед моими глазами кадр за кадром, короткие и немые, оставляя за собой рассеянные огни редкого и памятного прошлого, по мере того, как они постепенно отдалялись от меня.

Я вытянул свой мягкий и стройный рыбий хвост, ведомый фигурой Агареса, проходя сквозь сияющее и огромное, находящееся внутри тела неизвестного глубоководного существа. Казалось, что это была мимолетная встреча с чем-то, что когда-то таило в себе жизнь, хотя я успел ощутить его неописуемые муки и страдания, прежде чем погрузиться в тихую морскую пучину, словно прожив очень долгое время.

- Дерте, Дерте! Вызываю Дерте, ты меня слышишь?

Среди дремоты меня разбудил голос. Я открыл глаза, ошарашенно посмотрел в сторону звука и понял, что он исходит от моей сваленной в кучу одежды, лежащей на краю стола возле водоема. Это был голос моего пейджера, более того, это был голос Родии.

Я тут же подошел к нему и, только поднявшись и спустившись на пол, понял, что мои ноги снова изменились, только на ступнях осталось несколько блестящих чешуек, так как они еще не сошли с моей кожи. Однако цвет моей кожи стал очень белым с легким голубым оттенком, как у Агареса, и, кроме того, я совсем не чувствовал холода. Пребывая в воде, я чувствовал себя очень комфортно, настолько, что мог заснуть прямо в ней. Возможно, это мой последний раз, когда я вернулся в человеческую форму, так как мое тело уже показывало признаки перехода в форму тритона как внешне, так и внутри.

Похоже, что в течение этих двух лет моя мутация была приостановлена, потому что у меня не было сексуального контакта с Агаресом. Я удрученно подумал про себя, прежде чем встать и осмотреть свое окружение. Вскоре я заметил, что Агареса здесь нет, и я понятия не имею, куда он делся. На улице уже была ночь.

На столе лежал сухой халат, явно приготовленный для меня, похоже, он знал, что я ненадолго вернусь в человеческий облик. Я испустил слабый вздох, надел предоставленную одежду и поискал пейджер. Вода уже просочилась внутрь пейджера, однако индикатор все еще горел, и я не мог не поразиться качеству американской продукции.

- Эй, эй, Родия, это ты? Это я Дерте.

Из пейджера донесся шум, я нажал несколько кнопок и немного подождал, прежде чем наконец услышал ответ: Вызываю, Дерте, это ты? Где ты, кое-что случилось в городе, я очень волнуюсь за тебя.

- Тебе не стоит беспокоиться, Родия. Я в полной безопасности. Но что случилось? Похоже, ты очень нервничаешь, - ответил я.

Родия заговорила шёпотом: У тебя есть сегодняшний номер газеты?

- Нет, что произошло?

- Вчерашняя сделка с семьей Каморра... Ээ-э, я хочу сказать, что люди из немецкой компании, которые планировали приобрести те странные камни, найденные Коловым, прибыли в Венецию.  Однако сегодня утром несколько человек из этой компании были найдены мертвыми по неестественным причинам. Я лично видела их тела, плавающие в воде, с раздробленными позвоночниками, ты можешь в это поверить? Их спинной мозг был высосан досуха, а на их шеях были следы зубов животных. Это слишком ужасно, где ты? Скорее возвращайся, в Венеции сейчас небезопасно, полиция повсюду ищет монстра-убийцу.

Мое сердце громко стучало, я судорожно вдыхал холодный воздух, думая о том, что это мог сделать Агарес, ведь так?  Эти люди из так называемой немецкой компании должны быть из группы Сакарол, логично, что Агарес был вынужден расправиться с ними, чтобы вернуть споры мерфолков, но зачем ему понадобилось высасывать их спинной мозг? Неужели он рассматривал их как пищу? Кроме того, сделать это было бы слишком необдуманно, это взбудоражит всю Венецию. Тск... Это действительно слишком странно...

- Понял, ребята, вы можете не беспокоиться обо мне, я со старым другом, но будьте на связи, - сказав это, я выключил пейджер и схватился за него с головой, полной сомнений. Я подошел к окну научно-исследовательского института и выглянул наружу, ища фигуру Агареса.

Вокруг набережной не было никаких огней, особенно в том районе, где мы сейчас находились, погруженном во тьму, но недалеко виднелись великолепные огни города, по которому сновали туда-сюда большие и маленькие лодки. Сильный дождь накрапывал, ослепляя и сбивая меня с толку. Даже мое сердце сейчас было в замешательстве.

В моем сердце поднялась неописуемая паника.

Те немногие нацисты, которые выжили, перегруппировывались и готовились к возвращению. Я не знаю, были ли Райн и Сакарол еще живы или нет, и обнаружили ли они присутствие Агареса. Если бы они нашли его, какие меры они бы предприняли? Этот город находился под контролем мафии, а немцы были союзниками по взаимным торговым отношениям, но, в конце концов, это место все еще было территорией, оккупированной военной силой. Если они объединятся, чтобы выступить против Агареса, сможет ли он справиться? В океане он, несомненно, был непобедимым вождем мерфолков, но на берегу он столкнется с огнестрельным оружием, что может поставить его в невыгодное положение, как рыбу, попавшую на разделочную доску. Агарес знал это лучше других, поэтому он изо всех сил старался замаскироваться под человека и спрятаться внутри мафиозной группировки.

Не может же быть, что с Агаресом случилась беда, и его схватили? Я должен подождать немного, до завтрашнего утра, и, если он не вернется к тому времени, я...

Я беспокойно засуетился и побежал наверх, чтобы получше рассмотреть окрестности, но как только я открыл дверь на второй этаж, то с удивлением обнаружил, что в комнате наверху находятся всевозможные предметы, необходимые человеку в повседневной жизни: кровать, одежда, гардероб, письменный стол и т.д. Мало того, здесь были вещи, которыми я когда-то давно пользовался, даже пляжный мяч, который мы бросали с Агаресом в детстве. Я был в недоумении несколько секунд. С недоверием я взял мяч в руки, и неописуемый теплый поток устремился к моему сердцу, на какое-то время лишив меня душевных сил. Теперь я по-настоящему и глубоко ощутил всю тяжесть любви Агареса ко мне. Это было нечто такое, что невозможно измерить ничем, включая время и пространство.

Взяв в руки пляжный мяч, я присел на корточки и похлопал по нему, все еще несколько рассеянно глядя в пустоту.

Вдруг снизу послышался шум, мое сердце тут же сжалось, и я поспешно спустился вниз как раз вовремя, чтобы увидеть Агареса, толкнувшего дверь. Его хвост отсутствовал, а одет он был в призрачную черную ветровку. Словно таинственный путешественник, прибывший, чтобы остаться на ночь, он убрал капающий зонт и закрыл дверь. Я поприветствовал его и забрал у него зонт, но тут же почувствовал сильный металлический запах крови.

- Где ты был? Агарес! - Я схватился за его воротник, боясь, что он мог получить травму, и поспешно расстегнул его, чтобы осмотреть. Распахнув плащ Агареса, я понял, что его тело не пострадало, и что еще более удивительно, нижняя часть его тела выглядит более нормальной, чем в прошлый раз (за исключением, конечно, его удивительно большого члена). На коже не было ни единой чешуйки, а на внутренней стороне ног также не было спаек мышечных тканей. Остались только прозрачные перепонки на ногах, но если не присматриваться, то это были обычные мужские ноги и ступни человека.

- Если ты хочешь замаскироваться под человека, ты должен хотя бы носить трусы, иначе тебя заподозрят в эксгибиционизме, Господин Вождь, - нахмурился я, поглаживая мокрое лицо Агареса, заставляя его смотреть прямо мне в глаза. Затем мои руки снова схватили его за воротник: Эй, расскажи мне. Что случилось, как ты провернул всю эту трансформацию.

Из-за того, как я его спросил, во мне зародилось странное чувство, мое поведение и отношение в этот момент заставило меня почувствовать, что я похож на домохозяйку - или подождите, нет - на сидящего дома мужа, ожидающего своего мужчину, который поздно вернулся домой, чтобы допросить его о том, где он пропадал всю ночь. Черт возьми, я не хочу так себя вести, но я действительно беспокоюсь о его ночном исчезновении и не в силах вынести своего беспокойства. Сейчас я был крайне встревожен.

- Я убил несколько человек, мне необходимо было поглотить их гены, чтобы мутировать, - Агарес хрипло прошептал мне в нос, его дыхание было неровным.  Когда он говорил, он вывернул шею, издавая треск в позвоночнике.

Несмотря на то, что я мысленно подготовился к этому заранее, я все равно был потрясен: Это действительно ты... Через позвоночник... О Боже...

Возможно, именно так Агарес поддерживал временную человеческую форму. Ему нужно регулярно поглощать человеческие клетки, чтобы выполнять мимикрирующие мутации. Я не могу прибегнуть к помощи биологии, чтобы объяснить то, чего добился Агарес, даже описать его самого уже трудно: как назвать это, когда человек объединяет человеческие гены, чтобы изменить часть своей собственной формы? Это было просто слишком ужасающе и невообразимо. Если бы я не знал Агареса и не догадывался, что люди, которых он убил, были нацистами, то я бы определенно занес его в список агрессивных и вторгающихся инопланетных существ, внушающих серьезную опасность.

- Я думал, ты сбежишь, - сказал Агарес, глядя на мое задумчивое выражение лица, его губы поджались. Он снял свою ветровку и прижался ко мне своим обнаженным телом, заставив мои уши немного нагреться. Мой взгляд жадно задержался на его внушительном теле и на недавно сформировавшихся длинных и крепких ногах. Глядя на него в таком виде, я понял, что он действительно был эталоном модели, достойным публикации в итальянском журнале мод за его идеальные пропорции.

Я сглотнул, мое горло пересохло, когда я пробормотал: Не буду, я больше не буду убегать.

Глава 70

Он усмехнулся, обхватил одной рукой мою шею и склонил голову, чтобы поцеловать мои губы. Я сразу же ощутил сильный привкус крови на его языке, и в своем воображении я мгновенно представил сцену, как он высасывает костный мозг. Я рефлекторно откинул шею назад, чувствуя, как немеет кожа головы. Это сильно испортило мне настроение.  Я тихо напомнил ему: Агарес.

- Я забыл, - Агарес посмотрел на меня, потер губу, открутил кран на краю водоема и прополоскал рот. Затем он взглянул на свое отражение в воде и присел на корточки. Он потрогал свое мутировавшее человекообразное ухо, повертев головой из стороны в сторону, изучая их.

Капельки воды скатывались по четкому контуру его лица и стекали вниз, сливаясь с поверхностью воды. Выражение лица Агареса заставило меня вспомнить коренных жителей Америки, которых я встретил, исследуя тамошние джунгли.  Я не смог удержаться от смеха.

- Эй, эй, приятель. Я уверяю тебя, что с твоей внешностью все в порядке, просто если бы твой взгляд был немного дружелюбнее... - я придвинулся ближе и погладил его по голове, глядя в воду, притворяясь добропорядочным. На самом деле это было правдой, если и было какое-то различие между Агаресом и людьми, то это были его глаза, которые, казалось, всегда излучали ужасающий мрак в ночи, способный напугать любого. Мало того, его глаза излучали врожденную злобу, такую, которая может привлечь внимание полиции.  Я вдруг понял, почему Агарес ходил в маске - по крайней мере, в ночной жизни Венеции маски являются едва ли не самым обычным украшением, так как балы-маскарады были ежевечерним событием.

- Дружелюбнее? - спросил Агарес в ответ и прищурил глаза, обнажив в улыбке ряды белых зубов. Я готов был поклясться, что улыбка Агареса никогда не подходила под категорию добродушной, более того, мое прикосновение к его голове, казалось, явно создавало опасную нотку в его улыбке. После этого он схватил мое запястье и поднес его к своему носу, глубоко вдыхая мой запах, а затем пробормотал: Когда я был снаружи, я очень боялся, Дешаров. Я волновался, что как только я вернусь, ты тайно сбежишь, как в прошлый раз.

- Меня ни разу не покидала эта мысль. По правде говоря, я был наверху и рассматривал твою коллекцию... эээ... сувениров, - я почесал голову, словно ученик, которого допрашивает директор, пытаясь объясниться.

Сила сжатия на моей захваченной руке усилилась, он поднял голову, его темные глаза властно смотрели на меня. Это напомнило мне сцену, когда Агарес искал меня на берегу и отчаянно звал по имени после моего последнего побега из его гнезда.

В то время моя голова была переполнена страхом, и мне было все равно, что он чувствует. Сейчас думая об этом, возможно, для Агареса в тот момент это было все равно, что приставить нож к сердцу и вырвать кусок мяса, и поэтому сейчас, если бы я ушел, он бы чувствовал себя ужасно.

Судя по тому, что он нашел мой дневник, он действительно тайно следил за мной последние два года, наблюдая, как я изо всех сил пытаюсь найти его.

Эта мысль заставила меня почувствовать себя немного подавленным, и в то же время я ощутил, как мое тело охватил слабый жар, словно его окутали неописуемые любовные эмоции. Мои мысли даже стали слегка заторможенными, но лишь до тех пор, пока Агарес, перевернувшись, не прижал мое тело к краю водоема и не лизнул мое адамово яблоко, я вдруг вспомнил о вопросах, которые удерживал в горле. Но, черт возьми, я чувствовал, как огромный член Агареса нависает над моим животом, он снова был твердым.

Его вновь сформировавшееся колено терлось о внутреннюю сторону моих бедер, отчего я возбудился, а кровь прилила к голове. Он крепко обхватил меня за талию и, разорвав зубами халат, стал покрывать поцелуями обнаженную кожу. Но моя голова свисала с края резервуара, отчего я чувствовал слабое головокружение. Мои руки непринужденно ласкали его спину, пальцы гладили его выпуклые суставы и шрамы, оставшиеся после победоносных морских сражений. Мое дыхание стало коротким и торопливым.

- У тебя что, течка каждый день, черт возьми... Ты меня точно однажды затрахаешь до смерти... - заявил я хриплым голосом, находя это совершенно безрассудным, так как мои губы онемели и обмякли.

- Когда я с тобой, я не могу себя контролировать, - Агарес неровно дышал на мочку моего уха, а его пальцы, словно струны, скользили по моей талии. В тот момент, когда я уже был снова готов опьянеть от аромата его дыхания, он вдруг остановился. Его тело застыло на месте, и от этого у меня возникло ощущение, что я завис в воздухе. Я приподнял голову и озадаченно посмотрел на него: В чем дело?

- Не могу... Дешаров, - голова Агареса прижалась к моему плечу, его слюна скатывалась по горлу, а его волнистая грудь терлась о мое тело, отчего мое сердце бешено колотилось.

Я не удержался и наклонился вперед, чтобы поцеловать его сексуальное адамово яблоко, и медленно произнес: Эй, в чем причина. Только не говори мне, что бывают дни, когда ты, Великий Вождь, не можешь что-то сделать, - Когда я говорил, я даже не знал, откуда взялась моя смелость, и в душе я немного разозлился. Я дразняще провёл пальцами по мышцам его живота, желая схватить то, что было внизу, гораздо больше моего. Однако он быстро поймал мои руки, завел их за талию и прижал к ямочкам на спине.

Он опустил голову и поднял брови, как бы удивляясь. Он проследил за моими мелкими и хитрыми телодвижениями, прежде чем снова посмотреть мне в глаза. Я просто лениво лежал и, приподняв уголок губ, вызывающе усмехался.

Прикоснувшись к жизненно важной точки вождя мерфолков, я думаю, никто еще не осмеливался "оскорбить" его таким образом! По сути, это равносильно смерти. Но я осмелился, и посмею только я. Хотя может возникнуть ощущение, что я слишком изнежен и высокомерен, но быть оттраханным таким образом было совсем не плохо, очень даже приятно. Я осознал, что не знаю, когда начну получать удовольствие, наблюдая за реакцией Агареса на мое неожиданное поведение.

- Я только что забыл. Войдя в тебя, я вернусь к своей первоначальной форме... - Его взгляд пробежался по всему моему телу, казалось, стараясь поглотить мое обнаженное тело, одним лишь взглядом, но он продолжал сдерживать себя.

Я охнул от удивления и, наблюдая за его скованным и сдержанным выражением лица, чуть не разразился радостным смехом. Агарес, вероятно, никогда не пробовал воздержание, и я впервые обнаружил, что дразнить его таким способом было так интересно. Честно говоря, я тоже чувствовал дискомфорт от возбуждения, но по сравнению с ним я был в лучшем состоянии - его твердая эрекция, прижимающаяся к моему животу, практически готова была взорваться!  Поэтому, не удовлетворившись своей маленькой победой, я крепко обхватил его талию и, высунув язык, последовал его примеру и лизнул его ухо. Благодаря Агаресу я постепенно превращался в плохого мальчика.

Агарес, видимо, стал нестерпимо возбуждаться от всех моих дразнилок. Он почти свирепо наклонил голову и лизнул мою шею. Он сжал мои неугомонные запястья по обе стороны от моего плеча. Его член упирался в меня, но он не решался войти. Почувствовав нетерпение, он несколько раз укусил меня, пройдя весь путь от груди до ягодиц, оставляя следы зубов по всему телу, словно совершая налет. Даже мой член, который плотно прижимался к его жизненно важной точки, не был пощажен, и, более того, эта зона была искусана гораздо сильнее.  Когда я с трудом приподнялся и взмолился о пощаде, я увидел ужасный красно-фиолетовый след. На это было невыносимо смотреть.

- Проклятье! Ты паршивец! - я вскочил с красным лицом и набросился на него, сбив его с ног. Застигнутый врасплох, Агарес оказался прижат к полу, но воспользовавшись этим, он заключил меня в свои объятия, заставив лечь на его тело поверх своей грязной одежды. Его скользкое влажное и упругое тело, обнимающее меня, чувствовало себя очень комфортно. Движущуюся грудь сопровождало гулкое биение его сердца, и от этого я зачарованно и рассеянно смотрел на него.

Агарес просто лежал на спине, его пальцы обхватили мое бедро, а узкие глаза смотрели на меня глубоким взглядом. Глаза под этими трепещущими веками таили в себе бездонную любовь. Его длинные серебристые волосы вились по земле, пропитанной влагой, а холодные черты его лица, казалось, даже смягчились, хотя возможно, это была всего лишь моя галлюцинация.

Агарес был пугающе силен. Он был подобен острой сосульке, прямо вонзившейся в мою жизнь, в мое тело и в мою душу, не оставив мне места для сожаления или бегства.

**************************

Ямочки на спине:

Глава 71

- Из-за этого ты действительно вернёшься в свою первоначальную форму? - шутливо зашептал я, прижимаясь к его носу, я не хотел прекращать дразнить его. Он вяло кивнул. Мои губы причудливо изогнулись, и я медленно опустил голову вниз, подобно атласному и гибкому питону. Теперь, упираясь подбородком в его живот, я устремил взгляд на него и облизнул губы.

- А что если я сделаю это...? То, что ты хотел, чтобы я сделал для тебя в прошлый раз...

Я томно понизил голос и, как жадный и прожорливый кот, слизал капли солёной воды с живота тритона. Я глубоко вдохнул-выдохнул, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце, опустил шею - намереваясь открыть рот - и сразу же приняться за дело.

Однако Агарес тут же приподнял пальцами мой подбородок и сел, заключив меня в свои объятия. Заведя мои руки к себе за спину, он припал к моим губам в яростном порыве, целуя их и сильно кусая. Его зубы обхватили мой язык, агрессивно посасывать его. За небольшой промежуток времени мой язык воспалился от таких действий. Казалось, что Агарес намеренно наказывает меня за то, что я несколькими минутами ранее попытался сделать.

Но я и не молил о пощаде, как это бывало в прошлом. Наоборот, поцеловал его в ответ со своей вновь обретённой силой, нисколько не желая признавать поражение. И я обнаглел настолько, что даже куснул его губы в отместку. Нехотя ни упускать из виду, ни прощать, тритон использовал свою стальную, похожую на обруч руку, чтобы обхватить мою талию и прижать меня к земле, в попытке подчинить себе, но я тоже не хотел сдаваться, крепко обхватив его торс ногами.  Мы были похожи на двух самцов тюленей, дерущихся на пляже. Но, если в итоге одно из животных по закону природы должно было умереть, а другое выжить, то, естественно, у нас были совершенно другие планы насчёт друг друга.

Вскоре Агарес без труда одержал верх в этой так называемой "войне". Мои губы опухли, и я едва мог дышать. На меня сверху легла его тень, пока я пытался перевести дыхание. Две мои собственные руки давили мне на голову, но я ощущал, как слегка дрожат пальцы тритона. Это из-за того, что Агарес был сильно возбужден - об этом говорило его мрачное выражение лица. Сия маленькая победа доставляла мне невероятное удовольствие.

- Ты ухаживаешь за мной, Дешаров? M...? - Агарес произнёс это практически сквозь стиснутые зубы, одновременно улыбаясь. Казалось его забавляло моё поведение, но параллельно с этим, у него будто болела голова.

- А что, разве не очевидно?

Я снова приблизился вплотную к лицу мерфолка и облизал его губы, а затем с триумфом посмотрел на него. Обхватив руками шею Агареса, мой нос слегка дёрнулся от запаха, исходившего от его волос. Тритон прижал меня к себе ещё одним поцелуем, а его рука судорожно сминала мой халат. Только через некоторое время он неохотно отстранился.

Агарес сглотнул и посмотрел на два наших гордо стоящих члена.

- Ты не в курсе, но эта эякуляция... Она ускоряет мой кровоток, нарушая порядок в строении тела. И приводит это к тому, что я не в состоянии поддерживать стабильную форму.

- Так вот в чём дело, значит....

«Мы даже не можем заниматься этими вещами? Чёрт!»

Я громко возмутился у себя в мыслях.

Уголок моего рта дернулся. Я вдруг почувствовал себя так, словно на меня вылили ушат холодной воды, все моё тело задрожало от досады. Едва я собрался расслабить ноги, которыми обхватывал талию тритона, как он тут же подхватил меня на руки. Затем я выпрямился в его объятиях, когда Агарес встал, и понёс меня к водоёму.

Стылая вода охлаждала кипящие части тела, и я ощутил, как по мне прошлась волна мурашек из-за резкого перепада температур. Походу состояние Агареса тоже немного устаканилось. Он снова поднял меня и прижал мою спину к стене резервуара. Закрыв глаза, мерфолк вдыхал мой запах, а затем уставился на мои губы. Его рука ласкала мою щёку, а пальцы поглаживали нижнюю губу. Он без предупреждения толкнул свои пальцы в мою полость рта. Затем начал играть с моим языком, и я не мог уклониться от этого разврата, отчего мои щёки стремительно покраснели.

- Если бы не поджимало время, то я обязательно бы дал тебе попробовать меня на вкус...

Он прильнул к моему уху, шепча эти вульгарные и непристойные слова, будто инкуб, пытающийся соблазнить грешника. Однако моё внимание было полностью приковано к другому моменту:

- Время поджимает? - Спросил я негромко, - Что ты пытаешься срочно сделать, приняв человеческую форму? Вернуть эти свои... м-м-м... иолы?

- Мгм... - Агарес ответил кивком, затем повернулся чтобы посмотреть в окно, резко изменяясь в лице. Его глаза стали отчуждёнными в мгновение ока.

- Я чувствую, они где-то поблизости. Мне очень нужно вернуть их в моё тело как можно скорее.

- Почему? Разве "Йолас" не в руках мафии или так называемой немецкой компании? - Я нахмурился подумав, что независимо от того, у кого хранились споры мерфолков, они должны охраняться очень строго.

Тритон задумчиво покачал головой.

- Не знаю, я не в силах проверить это. Они изолированы каким-то особым металлическим веществом, которое не позволяет мне "связаться" с ними. Мне нужно найти способ пробраться среди этих людей. - Он сузил глаза, и его челюсть напряглась. Агарес раскрыл ладонь чтобы показать мне что-то, и я тут же с удивлением обнаружил, что один из кровеносных сосудов в области пульса слабо мигает голубым светом, но он мерцал, как будто ему не хватало мощности электричества. - Я должен вернуть их обратно, пока проход не закрылся полностью, иначе у меня не хватит сил вернуть мой народ в Атлантиду.

- Что? - Я оказался потрясён - Разве два года назад вы, ребята, не открывали проход чтобы вернуться?

- Нет... - Голос Агареса стал хмурым. Сквозь его полузакрытые веки можно было увидеть, как глаза стали тёмными и затуманенными. - Когда корабли затонули вместе с нами, они внезапно взорвались, в результате чего я и мой народ застряли в пространственно-временном вихре в проходе. Мне потребовался целый год, чтобы вырваться из него.

- Что такое "Пространственно-временной вихрь"?

-Это была катастрофа, которая уничтожила Атлантиду. Как магнитное поле памяти, которое осталось в проходе, она превратилась в червоточину, которая может засосать всё, что проходит через неё. Вот почему мы назвали это «Вихрем». Я должен найти любой способ вернуться в то место и найти останки того, что уничтожило Атлантиду, и позаимствовать энергию этой штуки, чтобы открыть проход и вернуться в то время, чтобы спасти их. Эти молодые саженцы - последняя кровь нашей расы.

Пробормотал он себе под нос.

Я был обескуражен и сразу же связал это с Рафаэлем, Дэвисом и остальными. Не означает ли это, что они все ещё живы и тоже застряли в этом так называемом пространственно-временном вихре? Охваченный недоверием, я задумался над словами, которые содержали большой объём информации. "Эта штука?" Разве это не было похоже на атомную бомбу, которая завершила Вторую мировую войну?

- Так ты говоришь, что нужно вернуться к Хиросиме, в Японию, которая существовала до Второй мировой войны? Точнее говоря, тебе нужно вернуться в территориальную морскую зону, где была сброшена атомная бомба?! Ты хочешь найти остатки ядерного оружия?

- Атомная бомба... - Агарес повторил словосочетание тихим голосом, словно не зная, как это правильно назвать. -Да, верно. Я должен найти её, иначе молодые, оказавшиеся в ловушке внутри вихря, попадут под влияние тёмной материи, излучаемой изнутри, что может привести к ужасным изменениям. Я не могу этого допустить. Я не могу позволить своему народу погибнуть в этом столетии, какой бы ни была цена.

Он посмотрел на своё отражение в воде. Его брови и глаза были окрашены таким же оттенком серого, как и лезвие ножа, что делало его первоначальное бледное, холодное лицо невероятно мрачным. Настолько, что он даже казался мне неузнаваемым.

Это также вызвало у меня слабое подозрение, что он полон решимости пойти и встретить эту опасность в одиночку. Хотя я не знал, было ли это просто моё ненужное беспокойство, но мне сразу стало немного тревожно.

- Я пойду с тобой, Агарес. - Я посмотрел ему в глаза, - Я могу помочь тебе. Я побывал в Хиросиме несколько лет назад, занимаясь дайвингом. Я знаю где находится остатки атомной бомбы. Хотя я не смог слишком близко приблизиться к этому району, я всё ещё помню его координаты широты и долготы на электронном навигаторе.

Говоря это, я выдавил едва заметную улыбку. Всё это время в голове всплывали образы, от которых у меня немел скальп. Клянусь, на самом деле этот морской район - то место, куда я бы никогда не хотел отправиться во второй раз. В то время, я ехал туда с целью завершения отчета о научном исследовании мутации крабов-пауков. Спасаясь от ядерной радиации, мы с сокурсником-японцем отправились в самое страшное путешествие на скоростном катере в нашей жизни. Я никогда не забуду тех ужасных существ, у которых крабьи лапы достигали около двух метров в длину, и клешни, достаточно сильные, чтобы сломать человеческую шею. Если бы мои навыки ныряния были немного хуже, то я бы точно умер там. Даже мой компаньон чуть не потерял ногу.

Как раз в тот момент, когда я оказался в ловушке ужасных воспоминаний, тритон положил руку мне на щёку, я вздрогнул и проснулся. Его многозначительный взгляд был очень тяжёлым, я почувствовал, как невидимая сила сдавливает мне лёгкие.

- Ты будешь ждать меня здесь. Если ты отправишься в вихрь вместе со мной, то я не смогу гарантировать твою безопасность, потому что мне временно придётся остаться в своей человеческой форме, ради маскировки. Дешаров, помимо неизвестных опасностей, есть и известные. Прошлой ночью я увидел человека, который преследовал тебя раньше. Он не мёртв, и он тот, кто отвечает за сделку.

«Райн?..»

В одно мгновение я почувствовал, будто холодная и отвратительная змея забралась мне на спину, и я невольно покрылся гусиной кожей. Но это не помешало мне немедленно запротестовать. Я схватил Агареса за запястье и решительно сказал:

- Нет, ни в коем случае! Даже не думай о том, чтобы бросить меня и идти туда действовать в одиночку! Ты просто не веришь, что я достаточно крут и храбр? Верно, Агарес?

- Ты ничем не отличаешься от новорождённого.

- Это не одно и то же. У меня есть ты - родословная вождя. - Я сжал руку сильнее и выпрямился, слегка приподняв голову, дабы прижать кончик носа к его нижней губе, - я чувствую, как моя сила крепнет. За эти два года, пока тебя не было, я все ещё был в состоянии защищать себя. - Я пристально посмотрел ему в глаза и непререкаемым тоном подчеркнул: - Эй, парень, за кого ты меня принимаешь? За того же маленького мальчика, что и пятнадцать лет назад? Чёрт возьми, это слишком смешно. Я скажу тебе: я хочу сражаться бок о бок с тобой, и никто не сможет остановить меня, даже ты.

Он обхватил мой затылок рукой и напрягся. Глаза тритона были похожи на грозовые тучи надвигающейся бури, они заставляли меня в испуге теряться в догадках: «что он сделает, если я не послушаюсь его приказов?». Однако я старался не показать никаких признаков того, что я хотел отступить. Я просто затаил дыхание, пристально глядя на него с напряжённым вниманием.

- Если ты не позволишь мне последовать за тобой, Агарес... То с этого момента ты меня больше никогда не увидишь. Я убегу далеко-далеко, где ты никогда меня не найдёшь.

- Ты мне угрожаешь? - Агарес опасно сощурил глаза. Шторм под его веками, казалось, был на грани того, чтобы смыть мои мысли и идеи прочь, ничего не оставив после себя.

Я поколебался секунду, прежде чем бесстрастно кивнуть.

- Да. Поверь мне, я так и сделаю. Я поеду в Америку. Это место, куда ты не дотянешься своим хвостом.

Он обхватил меня за талию и крепко прижал к своему телу. Затем его рука прижалась к моему лбу, в котором я почувствовал слабое онемение, похожее на электрический разряд, проникающий в меня из впадины его ладони, отчего у меня закружилась голова. Я мгновенно отреагировал. Возможно, он пытался вынудить меня упасть в обморок. Я сразу запаниковал, и моя челюсть задрожала.

- Нет, не делай этого со мной! Агарес....

Как раз в тот момент, когда я был готов полностью потерять сознание, рядом со мной раздался внезапный выстрел. За долю секунды вода брызнула во все стороны, и стекло резервуара лопнуло, заставив меня внезапно очнуться от транса. Я только услышал тихий звук, исходящий от Агареса возле моего уха, прежде чем он быстро обнял меня и выпрыгнул из ближайшего окна в тёмный водный путь.

Я последовал за ним, быстро нырнув в густые джунгли, похожие на колонны здания под водой. Я не знал, как долго мы плыли, пока мы не оказались в широко открытом порту, где группы лодок были выброшены. Мы вышли из воды. Здесь стояла кромешная тьма, совсем никого не было. Идеальное место чтобы спрятаться.

Пребывая в сомнении и страхе, я вытер воду с лица.

- Что происходит? Кто-то только что стрелял в нас? За тобой следят?

Агарес развернул меня так, что теперь я стоял к нему спиной. Это выглядело так, как будто он проверял, не ранен ли я. Только после того как он убедился, что со мной всё в порядке, он наконец бросил туманное:

- Возможно.

Тритон обнял меня, заключив всё моё тело в свои широкие, твёрдые как скала объятия. Его губы поцеловали меня в затылок. Он вдохнул мой запах, и его рука нежно коснулась моего лба, когда он тихо прошептал: - Не убегай от меня слишком далеко, Дешаров.

Сразу же после этого перед моими глазами наступила темнота, и я мгновенно провалился в небытие.

***********************************

Крабы-пауки

крупнейший из известных видов и может жить до 100 лет. Японское наименование вида — така-аши-гани, что переводится буквально как «краб на высоких ногах». Его ухабистый панцирь сливается с каменистым дном океана. Чтобы усилить иллюзию, краб-паук украшает свою раковину губками и другими животными. Хотя эти существа пугают многих своей паукообразной внешностью, они все еще являются удивительным и захватывающим чудом, скрытым в глубоком океане.

Глава 72

Где я?

Я открыл глаза ото сна и увидел перед собой деревянный потолок. Он весь был покрыт трещинами, и, более того, с одной стороны в углу виднелась зияющая темная дыра. Я привычно уставился на нее, пока сознание не прояснилось, и только тогда я понял, что лежу в собственном доме, в своей каюте на «Посейдоне». Не было сомнений, что это Агарес вернул меня сюда.

Это было ужасно.

Я тут же сел, взъерошил свои непослушные волосы и вскочил с кровати. Когда я уже собирался толкнуть дверь, чтобы выйти, краем глаза я заметил на столе вещи, которые я использую для маскировки своей внешности. Мои шаги прервались. Я должен найти Агареса и догнать его как можно скорее, но я не могу вот так просто выйти на улицу. Это было слишком опасно. Я беглец, к тому же Райн и его люди тоже в Венеции. Если только это не было моим последним шансом, я должен действовать под прикрытием, насколько это возможно.

Размышляя об этом, я вернулся к своему столу и достал ножницы. Глядя на свое отражение в оконном стекле, я быстро обрезал волосы в довольно короткую и простую прическу, а затем надел солнцезащитные очки, накладную бороду и придал своему лицу смуглость.  Вскоре в отражении появился мужчина средних лет, в котором даже я не смог узнать себя. Я осмотрел свое лицо из стороны в сторону и аккуратно, равномерно намазал косметический крем для кожи. Затем я порылся и нашел в ящике пистолет, бинокль, и фонарик. Я завернул каждый из них в водонепроницаемые пластиковые пакеты, в случае, если мне понадобится действовать в воде, прежде чем запихнул их в свою только что сменившуюся куртку.

Я толкнул дверь, оглядел корабль и обнаружил, что на «Посейдоне» никого нет. Такой огромный корабль, но на нем царила тишина. Однако, когда я подошел к каюте капитана, я услышал, как с жутким шумом сработал пейджер. Я нажал на него, несколько раз перезвонил и тут же услышал ответ от Родии и еще нескольких попутчиков «Посейдона». Из их уст я узнал, что, Колов по-прежнему связан с мафией и так называемой сделкой «Немецкой компании». Мало того, ему предложили в качестве представителя-посредника принять участие в их таинственном проекте, и что «Посейдон» поплывет в Японию вместе с ними.

Их голоса звучали возбужденно, они верили, что на этот раз смогут заработать огромную сумму, однако, мое сердце опустилось, как тонущий якорь, и мои сердечные струны, подобно раскачиванию якорной цепи, ощутили тревогу.

Почему Райн и остальные тоже хотят посетить Японию? Возможно ли, что они уже знают, что местонахождение обломков атомной бомбы было ключом к открытию прохода?

Но это было совсем не страшно, в конце концов, гораздо легче было отобрать споры в море, чем в городе, контролируемом людьми. Это давало Агаресу безоговорочное преимущество. Хотя, где был Агарес сейчас?

Я сошел с «Посейдона», сильно нервничая, и пересел на гондолу, направляясь к подземному казино, куда Колов привел нас в тот день. Однако, как только я миновал мост Вздохов, я сразу заметил, что недалеко от него стоявший на якоре океанский лайнер на западной стороне поста, медленно приближался к «Посейдону». Вскоре после соединения палубы с мостиком с другого корабля показалась группа фигур. Это были мои спутники.

Помимо них, на третьей палубе подозрительного океанского лайнера стояло еще несколько фигур. С первого взгляда я разглядел знакомую фигуру в зеленом военном мундире. Я инстинктивно присел на корточки, протиснулся между тентом гондолы и проворно спрыгнул на берег. Оттуда я продолжил наблюдать за происходящим, прислонившись к стене.

Этим человеком явно был Райн. Но где же тогда Сакарол? Я внимательно оглядел другие части корабля, но не обнаружил фигуры этой зловещей и коварной женщины. Я вздохнул с облегчением и взмолился, чтобы она не появилась или была уже мертва. Правда, Райн представлял собой большую угрозу, однако с ним было не так трудно справиться, как с Сакарол.

Несмотря на то, что я не обнаружил Сакарол, я заметил другую большую угрозу - Шиничи. Он стоял на второй палубе, беседуя с Коловым и крестной матерью семьи Каморра, Личиарди. Увидев ее, я воспрянул духом, поспешно перебрался на место с более хорошим обзором и принялся искать Агареса, но так и не обнаружил ни единого его следа.

Однако я смутно чувствовал, что он здесь, поскольку ощутил невидимое магнитное поле, которое притягивало меня, вызывая нервное возбуждение. Возможно, он прятался на «Посейдоне» или где-то на корабле Райна, скорее всего, второе.

- Вы решили поиграть со мной в прятки, не так ли, мой лорд вождь? - подумал я вслух, прищурив глаза. Я мысленно поблагодарил Колова за то, что он полез в мутную воду, что предоставило мне возможность удачно провести с Агаресом дальнейшее путешествие. Колов, вероятно, совсем не ожидал этого.

Увидев, что Райн возвращается обратно на корабль, я воспользовался возможностью пробраться обратно на «Посейдон» и спрятался в своей каюте, наблюдая в бинокль за ситуацией на противоположном корабле. Через бинокль я увидел, что Шиничи держит в руках электронный навигатор и разговаривает с Личчарди, возможно, они как раз обсуждали местонахождение обломков атомной бомбы в Хиросиме. Позади него стояли несколько телохранителей в черном, и среди них один нес кожаный чемоданчик, в котором вероятно всего были деньги для заключения сделки. В итоге, я не нашел никаких подозрительных контейнеров рядом с Шиничи, в которых могли бы быть споры мерфолков. Я не представляю, где они их держат.

Я продолжил внимательно наблюдать за происходящим. Бинокль непроизвольно прошелся по лицам тех людей, что стояли позади Шиничи, но тут я вдруг почувствовал учащенное сердцебиение. Это заставило меня застыть на месте, и я сфокусировался на лице определенного человека. Это был высокий мужчина в солнцезащитных очках с короткими каштановыми волосами.

Не было никакого сходства между внешностью этого человека и Агареса, кроме бледно-белой кожи. Он определенно был незнакомцем, но я не смог отвести взгляд, словно меня тянуло к нему.

Если Агарес мог имитировать нижнюю часть тела человека, получая гены через высасывание спинного мозга, возможно, он также способен скопировать внешность!? Неужели, он притворился одним из трех убитых им людей?

Смелое предположение промелькнуло у меня в голове, однако если речь шла об Агаресе, то это могло быть вполне обоснованной гипотезой. Я должен был найти способ подтвердить свою догадку, иначе я разволнуюсь до такой степени, что сойду с ума, так как не знаю, была ли это всего лишь моя фантазия или нет. Мне нужно найти способ попасть на тот корабль, но глупо пытаться сделать это средь бела дня, поскольку на корабле есть два человека, которые меня знают. Два корабля, путешествующие вместе, не будут слишком далеко друг от друга, поэтому я смогу просто проплыть по воде и перебраться на другой корабль.

Воспользовавшись биноклем, чтобы хорошо рассмотреть строение корабля, я молча планировал в сердце свою ночную операцию, наблюдая, как разговаривающая пара на палубе вместе прошла в трюм корабля. Там, похоже, проходил банкет, и человек, вызвавший у меня странное чувство, тоже последовал внутрь и исчез в толпе.

Постепенно, по мере того как небо темнело, «Посейдон» и другой корабль один за другим отплыли от гавани.

В восемь часов вечера Родя, Ник и еще какой-то товарищ пришли пригласить меня сыграть в покер. Я не стал отказываться и просидел за игрой до полуночи, после чего, воспользовавшись предлогом сходить в туалет, улизнул. В тот момент, когда никто не смотрел, я тайком прыгнул в море и поплыл, как акула-кормилица, к другому кораблю, который находился не слишком далеко от нашего корабля. Скорость другого корабля была очень высокой. Обычным людям было бы невозможно догнать его вплавь, но для такого мутировавшего, как я, это было не так уж сложно.

После нескольких попыток мне наконец удалось зацепиться кинжалом за спасательную шлюпку, привязанную к внешней стороне корабля. Ухватившись за свисающий канат, я осторожно взобрался наверх и, добравшись до края, поднял голову, чтобы тихонько оглядеться. Все люди находились в обеденном зале корабля, и они полностью были поглощены скоро заканчивающимся азартным банкетом. Аккордеонная группа пела немецкие песни, а красивая светловолосая певица полусидела на сцене, ее красивые белые бедра, казалось, привлекали внимание всех присутствующих. Благодаря этому никто не заметил, что некий «призрак», поднялся из моря.

Я быстро перебрался на корабль и прильнул к окну большой обеденной каюты корабля, наблюдая за происходящим внутри. В клубящемся дыму царил полумрак, а свет был довольно пестрым и ярким, ослепляя. Однако с одного взгляда мне не удалось найти Агареса, я уже заметил Райна, сидящего за игорным столом неподалеку с Коловым и остальными. С одной сигаретой во рту и множеством игровых фишек в руке, Райн вел себя как лидер, предающийся роскошной жизни. Я даже не знаю, какое воинское звание он имел сейчас. Возможно, теперь, без давления Сакарол, он, наконец, смог проявить свое «я».

Сглотнув нахлынувшее отвращение, я присел и перебрался на другую сторону кабины, подумав, что, возможно, Агарес находится на втором или третьем этаже. Незаметно я поднялся по лестнице, ведущей на верхние этажи. Весь второй и третий этажи были погружены в темноту, все каюты в коридоре тоже были закрыты, а несколько вооруженных людей с ружьями охраняли нос и корму корабля. Не знаю, скоро ли они начнут патрулирование. Я тихо притаился в темноте, практически прижимаясь к стене и не издавая никаких звуков. Когда я приблизился к лестнице, ведущей на третий этаж, я вдруг почувствовал знакомый запах, и мое сердце бешено заколотилось.

Агарес находился неподалеку, на третьем этаже.

Я схватился за перила, чтобы взобраться наверх, чуть не поскользнулся из-за того, что спешил подняться, но, к счастью, сумел удержаться на ступеньках. Когда я высунул голову из двери кабины, перед моим взором в тусклом свете ночи предстала черная фигура. Именно этого человека я видел в бинокль днем. Он смотрел вдаль на море, казалось, был зачарованным, как будто глубоко задумался о чем-то. Он даже не заметил моего внезапного появления. Хоть сейчас у него не было рыбьего хвоста и длинных серебристо-серых волос, и даже его рост отличался от прежнего, это не помешало мне почувствовать аромат, витающий в ночном воздухе, который принадлежал исключительно Агаресу, к которому я подходил шаг за шагом.

- Эй, Агарес.

Я подкрался к нему сзади, и его плечи вздрогнули от моего тихого оклика. Я предположил, что он удивлен моим появлением. Прежде чем он успел обернуться, я поднял руки и обхватил его за талию, зарываясь носом в его костюм и глубоко вдыхая искушающий аромат, исходящий от него: - Даже не думай оставить меня.

Холодная рука схватила меня за запястье, и его пальцы осторожно погладили мою кожу. Он медленно повернулся, и когда я поднял голову, то увидел, что на нем были темные очки, а за ними - пара узких глаз, излучающих слабое сияние. Я прильнул ближе к его переносице, думая, что получу страстный поцелуй, но вдруг почувствовал, как холодный твердый металлический предмет прижался прямо к моему лбу. В следующее мгновение, прежде чем я успел отреагировать, мои руки были резко сжаты за спиной, и все мое тело с силой толкнули вниз по лестнице на второй этаж. Знакомый низкий голос произнес короткую немецкую фразу, которую я не смог понять. В одно мгновение вооруженные люди окружили меня, и несколько черных дул были направлены прямо на меня.

Что происходит? Мой мозг оглушительно гудел, не в силах что-либо осмыслить, мне оставалось только тупо застыть на месте.

- Что происходит? - Другой голос задал тот же вопрос, что и я, но прозвучал он с нижней палубы.  Я посмотрел вниз и увидел Райна, который стоял прямо внизу и смотрел на меня.

***********************************

Тент гонголы:

Аккордеонный оркестр:

Глава 73

Меня заставили спуститься на нижнюю палубу. Райн направился в мою сторону, я сразу же опустил голову, на случай, если он сможет узнать меня сквозь маскировку.

У меня возникло желание повернуться к парню, который с силой удерживал меня, чтобы я не сопротивлялся. Но я проглотил свои слова и воспротивился этому желанию. Я был уверен, что этот человек - Агарес, по тем глазам, которые никогда не сознаются в своей неправоте, даже если сгорят в пепел. Я не понимал, почему Агарес так поступил, но не сомневался, что у него были на это свои причины. Если бы я сейчас запаниковал... Возможно, это раскрыло бы его личность. Но, с другой стороны, он должен был хоть что-нибудь сказать - все произошло так быстро, что застигло меня врасплох!

Мой взгляд упал на кожаные сапоги Райна,  и я вздрогнул от холодного звука его приближающихся шагов.

- Кто ты? Что ты там делал? - Райн остановился и встал примерно в метре от меня.

- Искал... Искал туалет. - Я намеренно понизил свой голос до более низкой октавы, даже перешел на английский. Я не знал, покажется ли ему мой голос знакомым, но я молился, чтобы это оказалось не так.

- Подними голову.

Мое дыхание сбилось, сердце замерло, но тут руки, прижимающие мои запястья к спине, внезапно напряглись. Возможно, это был какой-то намек, но я не смог уловить его смысл. Я понимал, что не могу вечно держать голову опущенной. Моя шея сильно затекла и на ощупь казалась негнущейся. Я медленно, с большим трудом поднял голову, чувствуя, как каждый нерв в моем лице дергается от напряжения. Но тут меня настигло озарение, я быстро изобразил из себя пьяницу, лениво наклонив голову, взглянув на него, и при этом задорно хихикнул. - Эй, не надо так нервничать. Мне нужно отлить, поэтому я и ищу туалет…

Он пристально уставился на мое лицо. Его взгляд был настолько пронзительным, что мог пробить мои солнцезащитные очки. Мне оставалось только надеяться, что его способность распознавать людей не сравнима со способностью агента ФБР. К счастью, к моему облегчению, он не проявил никаких признаков узнавания, увидев мой пьяный образ, и лишь настороженно оглядел меня, словно я был вором: Кажется, я тебя раньше не видел. Ты прихвостень Колова или Личарди?

- Ха, о чем ты говоришь? - воскликнул я, покачивая головой, прежде чем снова опустить ее вниз. - Тск... О, Боже, я сейчас описаюсь! Вы же не возражаете, если я опорожнюсь здесь, на палубе?

- Кто-нибудь знает этого парня? - громко произнес Райн. Вскоре послышались голоса людей, собравшихся на палубе, и мне оставалось только набраться храбрости и продолжить этот спектакль, неуверенно опираясь на фигуру Агареса и раскачиваясь из стороны в сторону. У меня мелькнула мысль, что если бы это были съемки фильма, то я наверняка бы получил Оскар, но, к сожалению, похоже, что этим я только поставил себя в затруднительное положение и не смогу сойти со сцены. На заднем плане также стоял исполнитель главной роли, который явно не желал сотрудничать со мной.

В толпе не было никого, кто бы ответил Райну. Даже Колов не смог узнать мой нынешний облик.

- Для начала заприте его в одной из нижних кают. - приказал Райн, и меня, как самого настоящего пьяницу, швырнули в темную каюту, расположенную на нижнем этаже. Там меня заковали в наручники и заставили принять отвратительное на вкус лекарство, способное помочь человеку протрезветь. На время моего пребывания здесь, я наконец-то получил право побыть в одиночестве. Но я прекрасно осознавал, что мне не удастся продолжать в том же духе изображать из себя пьяницу, случайно забредшего на корабль: рано или поздно меня, начнут допрашивать. Когда придет время, как же мне скрыть свою личность перед Райном и остальными? Что за игру затеял Агарес?

Как раз, когда я погрузился в свои мысли, дверь кабины со щелчком открылась, и я робко поднял голову. Как только в комнату вошла фигура, по всему моему телу пробежали мурашки, но в следующее мгновение я снова оцепенел. Вошедшим в комнату был Райн, а за ним следовал другой человек - Агарес. Он выглядел как преданный бандит или, скорее, свита, с пустым лицом. Но металлические предметы, которые он держал в руках, могли заставить любого содрогнуться от страха. Они напоминали орудия пыток, которые нацисты использовали при допросах пленных: здесь были плоскогубцы, ножницы, колючая щетка и что-то похожее на ковш для выколупывания глаз. При взгляде на все эти инструменты я содрогнулся. Я определенно не хотел, чтобы какой-нибудь из этих предметов проделал ямы или отверстия в моем теле, Боже мой!

Я бросил умоляющий взгляд на незнакомое лицо Агареса, но его глаза были скрыты в тени полумрака и не смотрели на меня. Он был похож на ходячий труп, контролируемый даосским священником. В одно мгновение поднялась паника и чувство надвигающейся опасности забило мне горло, как будто сороконожка пробиралась к моему сердцу, чтобы пустить свой яд. Может быть, этот человек на самом деле не Агарес? Нет, я не могу ошибаться. Возможно, его контролируют? Но какая сила способна управлять этим высокоинтеллектуальным внеземным существом?

Мысли беспорядочно проносились в моей голове, а дыхание участилось. Тень Райна нависла надо мной, его пальто, наполненное неприятным запахом табака и алкоголя, заслонило весь свет. - Итак, друг мой, ты достаточно протрезвел?

Райн говорил низким, холодным тоном. Затем меня грубо схватили за волосы, вынуждая задрать голову вверх, а другой рукой он сдавил мою шею. В следующее мгновение мое тело ударили о стену. Резкое движение заставило меня закашляться от удара. В следующее мгновение я почувствовал, как солнцезащитные очки соскользнули с переносицы. Я тут же в испуге повернул лицо в сторону, но было уже поздно. Я почувствовал, как его грубые, большие руки напряглись, и он с трепетом разжал их. Затем он погладил меня по щеке, наклонив мою голову, так что я встретился с ним взглядом.

- Это ты... Дешаров? - Под холодным белым светом зрачки Райна расширились от шока настолько, что зрачки почти полностью заполнили радужку. Каждая черточка его лица подергивалась от возбуждения, а его горячее дыхание, насыщенное алкоголем и табаком, обдавало мое лицо. - Боже мой, как ты здесь оказался... - пробормотал он, его губы скривились в усмешке. - Это потому что ты соскучился по мне, мой дорогой...

- Не будь таким отвратительным! - Я поборол позыв к рвоте и прижался головой к стене, пытаясь отстраниться от его пальцев. Но неизбежно, когда его руки принялись за мой воротник, он грубо оторвал несколько пуговиц. Так что на его глазах мой лацкан был расстегнут. Я ощущал на себе испепеляющий взгляд Райна, от которого у меня по всему телу пробежали мурашки. Инстинктивно я посмотрел в сторону Агареса, но мой взгляд был полностью заслонен Райном, да и с другой стороны не было никаких протестующих движений. Молчание Агареса встревожило меня больше, чем действия Райна. Я понимал, что для меня было бы разумнее найти способ избавиться от Райна самому, но другая, более сильная мысль заставила меня сжать кулаки и не двигаться ни на дюйм. Я хотел увидеть, когда Агарес, наконец, отреагирует. Я хотел выяснить, что с ним не так.

Агарес, хотя бы немного сдвинься с места. Да что с тобой такое?

- О чем ты думаешь, мой очаровательный ученик? Сейчас я серьезно думаю, что вижу прекрасный сон, ведь ты так удачно снова попал в мои руки, мой маленький мотылек... - Райн опустил голову и приблизился к моим губам, почти одержимо глядя мне в глаза. Я уговаривал себя не сопротивляться, но мой разум был подобен клубку ниток, висящему на краю обрыва на грани срыва. Все мои чувства были сосредоточены на Агаресе.

Внезапно я услышал шум. В одно мгновение нас обволокла кровожадная аура. Прежде чем Райн успел обернуться, бледная рука появилась у него из-за спины, и, словно ядовитый паук, бросилась на его лицо, пальцы почти вонзились в глазницы. Вены, выступающие из руки Агареса, казались переполненными слабым голубым электрическим током, просвечивающим сквозь его почти прозрачную кожу. В то же время я услышал шипящий звук, похожий на треск проволоки. Он исходил из того места, где ладонь Агареса соприкасалась с кожей лица Райна.

Я в шоке уставился на Райна, его тело дергалось и содрогалось, словно его ударило током. Почти сразу же его тело обмякло, но Агарес удерживал его за воротник. После этого его незнакомое лицо посмотрело вниз на уже парализованного Райна, и из его рта раздался знакомый низкий голос - Где сейчас находятся найденные вещи? Синий камень, который вы выловили со дна моря.

- Это... На самолете, который направляется в Хиросиму. Он прибудет в порт Хиросимы через три дня. - Глаза Райна метались туда-сюда, а когда он уставился в потолок, его руки и ноги продолжали подергиваться. Казалось, что он не понимает, что говорит, а просто выдаёт информацию, которую знает.

Вроде бы я в какой-то мере понимаю причины поступка Агареса, но то, что последовало за его действиями, не было облегчением. Скорее, огромный всплеск боли и ярости, словно бутылка испорченного черносмородинового вина забилась в горле и обожгла мои внутренние органы. Боль была горячей и жгучей, даже мое дыхание отдавало кислотой.

- Так это был твой грандиозный план, лорд вождь? - Я сглотнул, мой взгляд устремился на незнакомое лицо Агареса. С издевательским смехом я продолжил: Использовать меня как приманку для Райна? Отличный план.

- Он прошел особую подготовку, его психика слишком крепкая. Я мог сделать это только тогда, когда его бдительность была на нуле. Я не рассказал тебе в страхе, что ты раскроешь наше прикрытие, Дешаров.

Агарес крепко ухватился за воротник Райна, с легкостью оттащил его в сторону. Подобрав упавший с Райна ключ, Агарес подошел ко мне, чтобы снять с меня наручники. Как только мои руки освободились, я сразу же схватил Агареса за воротник и бросил на пол его очки. В этот момент я смотрел на единственное средство благодаря которому я мог почувствовать душу, скрытую в его теле.

Он опустил глаза, скрывая свои эмоции: Я не позволю этому парню даже пальцем прикоснуться к твоему телу.

Он обхватил мое запястье и, как обычно, прижался губами к суставам моих пальцев, а затем языком облизал следы от наручников. Однако его незнакомое лицо вызвало у меня противоречивые чувства. Инстинктивно я отдернул руку и спросил низким голосом: Скажи мне, Агарес, ты изначально планировал бросить меня и уйти, не оглядываясь, или же ты уже давно планировал это и ждал, когда я буду искать тебя, чтобы осуществить задуманное?

После этой фразы я глубоко вдохнул и прислонился спиной к стене, чтобы между нами было хоть какое-то расстояние.

Видит Бог, я очень сильно не хотел, чтобы это было последнее, потому что с меня было довольно того, что мной пользовались. Всю свою жизнь я барахтался в паутине заговора, меня постоянно испытывали на прочность, я был пойман во всевозможные ловушки лжи и обмана. Когда я оглянулся на лица людей, которым я доверял, то обнаружил, что они стали неразличимы, как люди в масках во время балов в Венеции. Какую бы ложь они ни шептали за спиной, какие бы сладкие конфеты ни держали в руках, что бы ни делали, чтобы тронуть сердца людей своими мольбами, - все это было тем, к чему я не осмеливался прикасаться, слушать или даже понять.

Я всегда старался держаться на безопасном расстоянии от других людей, в том числе и от тех, кто пребывает на Посидоне. Я признаю, что сейчас мне трудно кому-либо доверять, и Агарес был единственной последней крепостью, на которую я мог положиться. Но сейчас крепость, стоявшая передо мной, начала меркнуть. Меня охватило чувство недосказанности, словно позади меня была пропасть, в которую, если бы я шагнул... то все мое тело разлетелось на куски.

Его черные глаза уставились на меня: Нет, я не знал, что ты придешь.

- Тогда твоя реакция была довольно быстрой. - Я не знал, что на меня нашло, и саркастически усмехнулся в ответ.

- Это правда.

Агарес тихо пробормотал про себя, похоже, раздраженный моим отношением. Нахмурив брови, он подался вперед, его холодные руки, по температуре напоминающие морскую воду, крепко схватили меня за руки, удерживая. Я сжал кулаки и попытался вырваться, но его рука, заведенная мне за спину, обхватила мою талию, со звериной силой прижимая меня ближе к его груди.

Другой рукой он схватил меня за челюсть, лишая меня возможности шевелить головой, а затем опустил голову, с силой целуя меня.

- Нгх!

Просто сдохни, тупоголовый кретин!

Я упрямо сопротивлялся его натиску и уперся коленом в его живот, но он был на шаг впереди: он схватил мои ноги и, с помощью своих сильных рук, протиснулся между ними, заставив меня обхватить его талию. В одно мгновение я потерял центр тяжести, и мне ничего не оставалось, как прислониться к стене, он поддерживал меня за задницу, а мои бедра ударялись о его бедра.

- Черт, негодник, всегда думаешь только об одном, как только увидишь меня! - выругался я. Опираясь на свой локоть, я решительно толкнул его в плечо, чтобы отодвинуть свой зад немного дальше от опасной зоны, но тут мой взгляд упал на его лицо. Мышцы на этом незнакомом мне лице слегка колыхались, как волны, и все его лицо, казалось, менялось. Черты, которые были мне хорошо знакомы, с трудом пробивались из-под кожи. Как будто два разных лица пытались растерзать друг друга под одной кожей. Это странное, необычное явление можно описать как ужас, приведший меня в оцепенение.

- Это снова приводит к нестабильности, Дешаров... Я не должен был прикасаться к тебе.

Агарес прищурил глаза, практически произнеся это сквозь стиснутые зубы. Он слабо приподнял голову, его вид был таким, словно он сильно страдает. Маленькие вены расползлись от уха до щек, даже белки глаз начали увеличиваться, а синие вены, выступающие на шее, выглядели так,как будто вот-вот лопнут. Серебристые волосы отросли и заменили его светлые волосы, почти как прорастающие растения. Я не знаю, было ли ему больно или нет, но я чувствовал себя так, будто мое сердце укололи те же самые маленькие прядки волос.

Я протянул руку, думая коснуться его головы, но он схватил мое запястье и оттолкнул меня от себя, в то время как его сильно трясло, он стоял на коленях, его пальцы метались по бедру, царапая брюки, удерживаясь от того, чтобы не разорвать их.

Я нервно поглядывал на него, опасаясь, что его рыбий хвост может внезапно появиться.

К счастью, тело Агареса, казалось, снова пришло в норму, поскольку он был далеко от меня. Он неглубоко дышал и прислонился к стене рядом со мной, молчанием построив невидимую стену между нами.

- Значит, причина... в том, что когда ты видишь меня, ты не можешь сдержать свое сексуальное желание, и поэтому ты боялся, что из-за меня ты раскроешь свою личность, так? - Я не смог не нарушить эту застывшую атмосферу. Ему нечего было ответить. Я засунул руки в карман и прошипел. - Прости. Я доставил тебе неприятности. Я должен вернуться на свой собственный корабль и быть как можно дальше от тебя. Только когда вождь сможет овладеть мной снова, лишь тогда я появлюсь.

Легко выплюнув последние слова, я направился к единственному раздвижному окну в кабине. Толкнув его, я успел выставить только одну ногу, как мощная сила втянула меня обратно. Бледно-белые руки крепко держали меня, серебристые пряди волос спадали с моего плеча. Почувствовав его губы на моей шее, он сказал низким хриплым голосом: Не уходи.

Глава 74

- Не уходи, Дешаров.

Словно боясь, что я не раздумывая выпрыгну из окна в любой момент, Агарес обхватил и увлек меня в свои обьятия. Ледяной морской бриз задувал под одежду, заставляя зябко поежиться. Агарес воспользовался этим, как возможностью оттащить меня от окна, быстро переместив нас в угол комнаты. Моя спина была плотно прижата к его груди, не оставляя и миллиметра свободного пространства. Он своей привычно пугающей силой прижал мои руки к стене, подавляя мое сопротивление, как будто ему было абсолютно все равно или он не понимал моих эмоций и образа мышления.

Теперь мой гнев был на грани воспламенения. Я наступил на его хвостовой плавник, который уже мутировал в человеческие ноги, с намерением заставить его отпустить меня. К моему великому сожалению, я не мог сравниться с его демонической силой, чем сильнее я старался, тем сильнее он подавлял меня. Он смахивал на вулкан, полный мужских гормонов, загоняя меня в угол, хотя на самом деле температура его тела была настолько низкой, что было бы более уместно сказать, что он был похож на айсберг. В это же время его рука пробралась под рубашку, он с вожделением исследовал мою грудь, намерено касаясь чувствительных сосков, а затем направился вниз, касаясь основного блюда. Из-за ласки я больше не был в силах сопротивляться, и не смог удержать свои стоны.

Он собирался воспользоваться реакцией моего тела на него, чтобы не дать мне сбежать. Но я поклялся себе, что в этот раз Агарес не получит даже долю моего согласия. Агарес, приложив все усилия, протиснул свое колено между моих ног, и когда он дернул за пояс моих брюк, не сказав ни слова, я чуть не взорвался от ярости. Задыхаясь, я закричал: Ты, сволочь, коварная старая пиявка! Кроме как удерживать меня таким низменным способом, ничего не можешь? Возможно, ты привык порабощать своих подданых, но я не один из них! Не трогай меня...

С каждым словом мой голос становился все громче, а кровь приливала к голове, отчего мои глазные яблоки слегка горели.

- Не трогай меня, Агарес. Теперь я очень жалею об этом. Я как верный домашний пес пришел сюда, чтобы найти тебя, но ты использовал и прогнал меня. А теперь ты снова хочешь использовать меня для своей бесконечной похоти?!

Как только я сказал последнее слово, его хватка ослабла. Он оставил мою грудь в покое, переключившись на мое лицо. Агарес пытался коснуться моей щеки, но я тут же уклонился от его руки. Я окончательно выбрался из его хватки и оттолкнул его. В этот момент Агарес внезапно застыл, словно он был отлит из расплавленного металла, даже выражение его лица стало тверже. Я встретился взглядом с его глубоко посаженными глазами, казалось, что они наполнены густым туманом. Я не мог понять, о чем он думал, мое сердце было переполнено разочарованием, что мешало мне вздохнуть, как рыбе пойманной в сеть.

Я мысленно противостоял ему. Я сложил руки в защитном жесте, агрессивно смотря на него, как рассерженный кот. Я прекрасно понимал, что Агарес был в бешенстве, но я не собирался пока признавать поражение, в конце концов, я терпеть не мог его опеку и властное отношение ко мне. Вместо этого я мечтал, чтобы мы были равны друг другу. Однако Агарес не был человеком, более того, он был лидером своей собственной расы. Вероятно, он даже не мог понять, что в его действиях было морально неправильным. Это было наше одно из основных отличий.

Ощущение того, что Агарес полностью игнорирует мое мнение и свободу, действительно приводило меня в бешенство. Он как будто укрощал меня - только Бог знает, насколько я упрям от природы!

В тот самый момент, когда атмосфера в кабине уже была на пределе, я вдруг услышал звуки шагов - не слишком близко, но и не слишком далеко. Невольно я взглянул на обмякшее тело Райна, которое слегка подергивалось, что указывало на то, что он не слишком далек от того, чтобы вскоре прийти в сознание. Я понял, что сейчас не время для разборок. Я сжал кулаки, а затем опустил руки, засунув их в карманы брюк. Я обратился к Агаресу низким, холодным голосом: Кто-то идет. Мы должны навести здесь порядок, вождь. Что ты собираешься делать с этим парнем?

- Он ничего из этого не вспомнит. - Агарес сузил глаза, окинув тело Райна небрежным взглядом, а затем направился прямо ко мне. Он застал меня врасплох, когда схватил мою голову и прижался своим лбом к моему. - Я лишь хочу для начала разобраться в наших отношениях... Дешаров, как я должен с тобой обращаться?

Он отрывисто произнес каждое слово на русском языке.

Прежде чем я успел что-либо ответить, губы Агареса уже жадно и яростно прильнули к моим, оставляя за собой шлейф его сильного запаха, обволакивающего мое лицо, словно стая ворон. Затылок болезненно заныл от его хватки, и вскоре во рту появился сильный привкус крови. Я больно ударился о его подбородок, но он словно не контролировал себя, жадно исследуя каждый уголок моего рта. Он будто пытался найти в моем рту мысль, которая упрямо сопротивлялась его желанию крепко завладеть мной. Как будто он боялся, что часть моего сердца ускользнет от него.

Я не мог отделаться от мысли, что иногда одержимость и дикая животность Агареса пугали меня. Я не сомневался, что он снова овладеет мною здесь. Его нежность придала мне смелости, но теперь я снова вспомнил о страхе, который испытывал, когда впервые столкнулся с ним. Растерявшись, я попытался помешать ему сорвать с меня одежду. Однако он приподнял меня в воздухе и одним резким движением опустил на землю, а затем вновь принялся безудержно целовать меня, не обращая внимания на присутствие других людей в комнате. Он был бурным потоком, и ничто не могло его остановить.

Я дрожал всем телом, не зная, от гнева или от страха, но я чувствовал, как мои руки и ноги слабеют. В конце концов, у меня больше не было сил сопротивляться ему. Это позволило ему разорвать на мне одежду, от которой ничего не осталось. Его губы коснулись моей шеи, но в этот момент из ниоткуда раздался звук ломающихся костей, и шея Агареса повернулась под странным углом. Сейчас я отчетливо видел, что его взгляд превратился в нечто ненормальное. Неведомым образом белки его глаз были поглощены мрачными зрачками, напоминая бассейн смерти - туманные и жуткие, наполненные зловещей аурой; сродни демону, выползающему из ада. В нем больше не было ни следа эмоций или здравого смысла.

Я не мог сказать, была ли это его мутация или эмоции, которые привели к тому, что он ужасающе исказился. Я знал только, что был до смерти напуган, и я громко закричал: Агарес, что с тобой происходит?!

Он моргнул и слегка приподнял голову, уставившись на меня тусклыми, абсолютно черными глазами, в которых нигде не было видно белков. Затем он оскалился, обнажив свои острые клыки.

Возник неописуемый страх, как будто от кончиков пальцев ног до позвоночника ползали ядовитые насекомые. По его выражению лица я понял, что все, что осталось у него в голове, сейчас было просто чистыми инстинктами - сексуальное желание, голод и, возможно, некоторые другие из пятнадцати инстинктов, но эти два были самыми яркими.

Я был до смерти напуган.

Агарес... Это я, Дешаров, - я нервно сглотнул слюну, содрогаясь. На секунду показалось, что его веки дрогнули. В глазах появилась заметная дымка, но он снова опустил голову. Когда его губы приблизились к моему животу, раздался звук, которого я никогда не слышал.

Послышался чей-то стук в дверь. Для меня это прозвучало как предсмертный звон, но и в то же время звук спасительной музыки.

Агарес тут же отпустил меня. Не медля, он отполз от меня и прижался всем телом к полу. В странной позе, подобно большой черной ящерице, он бесшумно подкрался к двери. Испытывая сомнения и страх, я следил за его рукой, когда он потянулся к ручке, чтобы открыть дверь кабины. За дверью стоял член экипажа с пистолетом в руках. Как только дверь открылась, внимание мужчины мгновенно переключилось на меня, даже не заметив Агареса, лежавшего на полу. Не успел он позвать на помощь, как Агарес уже втащил его внутрь кабины. Когда его затащили в кабину, член экипажа ударился о стену, отчего сразу же потерял сознание.

После этого Агарес поднял его с пола и, словно веточку, с треском переломил парню шею! Из толстого, белого позвоночника мужчины вместе с костью хлынула плазменная кровь. В то же время из-за ушей Агареса выросло несколько тонких нитей, напоминающих синие щупальца. Каждая из них впилась в центр сломанного позвоночника, извлекая белый костный мозг, смешанный с хлынувшей кровью.

Агарес высасывал костный мозг мужчины.

Наконец-то я увидел эту ужасную сцену своими глазами! Я думал, что в Агаресе больше нет ничего, что могло бы меня напугать, но теперь я понял, как ошибался. Я встал на колени. Непрекращающаяся тошнота и желудочная кислота бурлили в моем горле, но я не мог отвести взгляд от кровавой сцены. Широко раскрыв глаза, я увидел, как внешний облик Агареса постепенно преображается в другого человека. В точно такого же человека, которого он только что убил.

Моя голова разрывалась от яростного гула, пока я ошеломленно стоял на месте, переваривая ход событий. Только когда Агарес выбросил тело убитого им человека в окно и, пошатываясь, направился ко мне, я пришел в себя от оцепенения. Я поспешно встал, только чтобы увидеть, как Агарес, к которому, казалось, вернулась часть сознания, стремительно захлопывает окно.

Его глаза вернулись к своему первоначальному облику. Но от его рук исходил сильный запах крови, когда он коснулся ладонью моей щеки, нежно поглаживая. Может быть, только что увиденное было моей галлюцинацией, но я осознавал, что все это было на самом деле, включая его попытку насильственных действий по отношению ко мне.

Я бросил взгляд на лежащие на полу солнечные очки и наклонился, чтобы поднять их. Неосознанно я сделал несколько шагов назад, а затем бросился бежать, едва открыв дверь кабины и окунувшись в наполненное туманом казино. Вскоре я заметил, как Агарес в совершенно новом облике вошел в казино, незаметно смешавшись с толпой, и никто не заметил ничего особенного.

Глава 75

Я прятался по всему казино, пока наконец не добрался до уборной. Как и ожидалось, я сразу же услышал звук открываемой двери позади себя, а затем увидел фигуру Агареса. Открыв окно, я заметил, что до океана всего лишь шаг, и в любой момент я мог бы прыгнуть в него и просто забыть эту безумную ночь. Однако мое тело застыло на месте.

Черт возьми, до этого момента я действительно не хотел уходить. Я просто хотел заставить Агареса перестать вести себя как животное и лучше относиться ко мне, но я потерпел неудачу. Теперь я боялся Агареса, и все еще пребывал в шоке от того, что произошло несколько минут назад. Я не сомневался, что, если бы я действовал против его воли, он снова схватил бы меня и подверг наказаниям, пока я не осознал бы свое место.

Видит Бог, я очень сильно не хотел повторения того, что произошло совсем недавно, но я не желал оставлять Агареса в горе, страхе и сомнениях. Когда эта мысль пронеслась в моей голове, я обернулся и, сглотнув, посмотрел в глаза Агаресу.

- Ты спрашивал меня, как тебе следует относится ко мне. Агарес, это мой вопрос, черт возьми!

Я открыл рот, желая сказать что-то еще, но в горле словно застряла рыбья кость. Мои мысли метались, но я лишь уставился на него, как марионетка с отвисшей челюстью, ожидая его ответа.

Как ни странно, Агарес просто спокойно стоял на расстоянии трех метров. Он не кинулся вперед, чтобы схватить меня или еще что-нибудь. Напротив, он лишь смотрел на меня через отражение в зеркале. Его незнакомое лицо было жестким, как будто смена внешности повлияла и на его отношение. Вот только глаза у него по-прежнему оставались такими же, как у всех мерфолков, с необычным свечением зрачков.

Я никак не мог сообразить, о чем думает его рыбий мозг, и через мгновение, наконец, заметил, как его губы слегка шевелятся. Негромко проговорив, он скомандовал:

- Уходи, Дешаров. Возвращайся на свой корабль и держись подальше от меня.

От этих слов я испытал огромное потрясение. В моей голове сгустился туман. В тот момент я задался вопросом, не сошел ли я с ума или не приснилось ли мне все это. Все происходящее сейчас должно быть плодом моего воображения; это единственная причина, которая могла объяснить, почему Агарес так переменчив и непостоянен. Тем не менее, я осознавал, что это реальность. Всего несколько минут назад он стоял передо мной, принуждая остаться, а сейчас он требует, чтобы я ушел.

- Да пошел ты! Что за хрень?! Ты что, мать твою, издеваешься надо мной?!

Сейчас мне очень сильно хотелось выпрыгнуть в окно и унести ноги, но гнев и неприятие засели в моем сердце. Бросившись вперед со сжатыми кулаками, я схватил Агареса за воротник и без всяких предупреждений впечатал его в стену. Я уставился в его незнакомое лицо и произнес сквозь стиснутые зубы:

- Ты, ублюдок, да что с тобой? Неужели твоя личность... нет... может быть, рыбья сущность разделилась на несколько частей? Или ты намеренно обманываешь меня? Ты сказал, чтобы я не боялся тебя, что позволишь мне узнать о тебе все, но как мне быть, когда ты сам себе противоречишь? Раньше я боялся... Я был до смерти напуган тобой, Агарес, ведь ты был таким загадочным, пугающим и непостоянным, но теперь я не боюсь тебя. Но ты снова стал таким... Я не могу тебя понять.

С огромным трудом я выплюнул последние слова дрожащим голосом, полный эмоций. В темноте, после моих слов, его глаза были похожи на мертвое болото. И все же я заметил, что он всячески подавляет свои эмоции, его губы сжались в тонкую линию, словно запирая все его тайны на замок. Если бы это было возможно, я бы хотел вскрыть его голову и взять образец нервной ткани, чтобы изучить ее под микроскопом. Тогда я смог бы тщательно рассмотреть структуру головного мозга этого парня и, наконец, понять его запутанный мыслительный процесс. И только тогда я смогу точно понять, о чем он думает.

- Держись от меня подальше, - он снова повторил свои прошлые слова глубоким голосом.

- Я не буду! - я резко выкрикнул, не контролируя себя. Мои руки сжались на его воротнике с еще большей силой:

- Расскажи мне о том, что произошло только что, и об этой твоей странной... мутации - о твоих глазах и о твоем поведении...

- Я очень опасен, Дешаров! - он вдруг поднял руки и схватил меня за запястья, отрывая меня от своего воротника. А затем он приблизил свое лицо к моему. Его голос прозвучал подобно грому:

- С каждым днем я становлюсь все опаснее и опаснее!

Словно в ответ на его слова, за окном сверкнула молния. Яркий белый свет рассек темноту, осветив половину его лица. В этот момент он казался еще более зловещим и свирепым.

Мое дыхание участилось, как если бы меня зажали в тиски. Я судорожно втянул воздух и произнес:

- Вы всегда были опасны, господин лорд-вождь. Я уже ощутил это на собственной шкуре, когда ты впервые сотворил со мной все эти вещи! Ты позволил мне утонуть в них, и как мне теперь освободиться? Я не смогу этого сделать! Если ты хочешь, чтобы я держался от тебя подальше, то этого мало.

- Ты... - Агарес крепче прижал меня к себе, заставив мой пульс участиться. Кровь, застывшая в моих венах, прилила к сердцу, отчего моя голова закружилась. Вспышка желания пронеслась по всему телу, побуждая меня обхватить руками его шею. Я хотел прильнуть к его губам, но он отпрянул, словно боясь прикоснуться ко мне. В итоге его голова была прижата к стене моей. Я изо всех сил старался заглянуть в его бездонные глаза, попытаться проникнуть в его сердце, как он смог проникнуть в мое, изучить и коснуться всего, что принадлежало ему.

Мои губы дрогнули. Я уставился на него горящими глазами и в ответ на его предупреждение произнес:

- Я весьма самоотвержен и бескорыстен, особенно когда сталкиваюсь с тем, от чего не хочу отказываться. Ты меня пугаешь, но не думай, что этот страх удержит меня.

Его веки слабо трепетали. Я не мог разглядеть, изменился ли цвет его глаз, но я отчетливо понимал, что мое заявление шокировало Агареса. Ха! Он, вероятно, не ожидал, что его Дешаров, тот, кто постоянно убегал от него, проявит инициативу, нападет и устроит допрос с пристрастиями. Это придало мне в душе небольшое чувство равновесия. Я и в самом деле еще не до конца познал Агареса, но, по крайней мере, он еще не разобрался во всех особенностях моей личности. Если бы я был наживкой для рыбы, то Агарес был бы крупной рыбой, которая крепко клюнула бы на меня, однако в итоге он был пойман на крючок. И я не собирался позволить этой леске оборваться.

- Ты не представляешь, кем я стану... - внезапно произнес Агарес после недолгого молчания. Его руки легли на мою талию, и растопыренные пальцы задрожали. Ощущение ледяного холода просочилось сквозь одежду, - Поначалу я мог подавлять это, но как только я оказываюсь в непосредственной близости от тебя, мне все труднее и труднее контролировать это... - его губы коснулись моей переносицы, а из его рта вырвался холодный воздух, - Как только оно освободится, я, возможно, убью или даже съем тебя. Я даже могу иссушить тебя... Дешаров!

Внезапно раздался раскат грома. Я удивленно пробормотал:

- Это... что это?

Я удерживал его голову, пытаясь успокоить, но меня оттолкнула угрожающе мощная сила, из-за чего я ударился об окно. Стекло за моей спиной треснуло при столкновении, отчего осколки впились в мою кожу. Однако я не почувствовал боли.

- Темная материя... - Агарес устремил на меня взгляд, с огромным трудом выдавливая слова сквозь крепко стиснутые зубы. Скомкав костюм в области сердца, его пальцы впились в материал, и из прорех потекла голубая кровь. Помимо этого, при свете молнии я заметил, что под кожей его щек образовались и извивались маленькие линии, как будто что-то хотело пробить себе путь наружу внутри его тела. Из-за них его глаза словно были заляпаны темными чернилами, и цвет медленно разъедал белки его глаз.

Я вспомнил ужасающую сцену, произошедшую совсем недавно, и не удержался, отступив немного назад, чуть не полетев головой вниз в воду. Но я мгновенно ухватился за подоконник и замер на месте. Я широко раскрытыми глазами смотрел на Агареса, его тело сгибалось, как дерево, упавшее после нашествия термитов. Он опирался руками об пол, его спина странно выгнулась, словно он был одержимый, воюющий со злыми демонами, вселившимися в его тело.

Но едва я пришел в себя и собрался двинуться вперед, дабы помочь ему, Агарес вдруг издал ужасающий шипящий звук:

- Оно жаждет и тоскует по тебе еще больше, чем я... Дешаров, скорее покинь корабль! Сейчас же!

- Эй, что там внутри происходит? Кто кричит?

За дверью раздался голос пьяницы, когда кто-то постучал в дверь. В следующее мгновение она распахнулась. В комнату ворвался опьяневший мужчина, но не успел я выйти из оцепенения, чтобы разглядеть его лицо в лучах света, как по маленькой комнате разнеслись истошные крики, звук разрываемого на части тела и шум хлещущей крови. В тот же момент тень Агареса приняла облик демонического чудовища и мелькнула мимо меня, неся запах охотника на морозном ветру, Агарес погрузился прямо в темные морские волны.

Вытирая густую, липкую кровь, брызнувшую мне на лицо, я отступил на два шага назад и споткнулся обо что-то. Опустив взгляд, я увидел груду чего-то сильно изуродованного. Возможно, это была голова или какие-то конечности. Я не мог различить, да и не хотел. Забившись в угол, мои руки и ноги были словно желе, а в ушах стоял громкий звон, как будто сломанные металлические часы снова и снова звенели в моей голове, и все вокруг непрерывно вращалось. Окружающий шум мгновенно перестал существовать, кроме звука моего собственного учащенного дыхания.

Черт, куда он делся?

В поисках хоть какого-нибудь следа Агареса я вглядывался в океан, но в опасных водах я видел только слои белых, разбивающихся волн. Искать его не было никакого смысла. Более того, мой разум и глаза уже помутились и запутались. В моем сердце нарастало тяжелое предчувствие - настолько сильное, что оно переполняло меня, и я впервые почувствовал запах приближающейся смерти. Возможно, на этот раз Агарес действительно умрет.

Эта мысль засела в моей голове, побудив меня перелезть через бортик окна, протоптать дорожку через разбитое стекло и без колебаний спрыгнуть вниз.

Оказавшись в огромном бушующем море, я огляделся по сторонам, крича изо всех сил, пытаясь обнаружить, где он находится, но все было безрезультатно. Мало того, шторм усиливался. Я понял, что если не вернусь на корабль, то пропаду в этом огромном море. Поэтому с большим трудом я проплыл весь путь обратно к “Посейдону”. К счастью, капитана Колова рядом не было, а остальные уже спали, поскольку было уже довольно поздно. Поэтому никто не заметил моего возращения.

В ту же ночь у меня поднялась высокая температура, а Агарес все не появлялся. Сколько бы я ни прибегал к помощи корабельного радара или исследовал окрестности с помощью гидролокатора, я все равно не мог обнаружить его местонахождение. Так прошло два или три дня, и я был настолько дезориентирован, что не знал, утро сейчас или вечер. Только услышав звуковой сигнал сработавшего гидролокатора, я очнулся от своего беспорядочного кошмара.

Судя по всему, сейчас была ночь. Я поспешил на палубу и окинул взглядом море, испытывая то же волнение, что и при первом обнаружении тритона. Однако на корабле не нашлось ни одной рыболовной сети, и я не мог точно определить местонахождение Агареса. Полагаться только на зрение и обоняние было все равно, что пытаться выловить в океане крупинку зерна. Я встал на краю палубы, выжидая. Как раз когда я уже потерял всякую надежду на бескрайний океан, я вдруг услышал приглушенный чавкающий звук, доносящийся сбоку.

Я повернул голову в сторону, откуда доносился звук. Из ниоткуда на внешнем краю палубы возникла темная фигура. В сочетании с тяжелым дыханием, с которым я хорошо знаком, его фигура поднялась и тяжело опустилась на палубу. Длинный черный хвост метался по палубе, пока его с трудом затаскивали наверх и укладывали у моих ног.

- Агарес! - я был ошеломлен. Я нервно огляделся и, убедившись, что никого рядом нет, тут же потащил его в свою каюту.

Глава 76

Затащив тяжелое и длинное тело Агареса в свое тесное убежище, я плотно запер дверь и даже завесил окно простыней, чтобы другие не узнали, что я спрятал здесь поразительно хорошо сложенного самца русалки. Дело было чрезвычайно важное. Правда, сейчас у меня не было времени думать о том, потревожило ли кого-нибудь внезапное появление Агареса на корабле или нет, так как все мое внимание было сосредоточено исключительно на его теле.

Я даже не представляю, как описать его травмы. На его груди и животе очень много маленьких черных фиолетовых пятен. Они как будто скапливаются вместе и разбухают изнутри, источая черную чернильную воду.  По контрасту с его бледной кожей это выглядело так, словно один за другим распускались ядовитые цветы дьявольских силков. Это было жуткое зрелище.

А его серебристые волосы были словно испачканы темным керосиновым маслом, и даже концы волос окрасились в черный цвет. Глаза Агареса были закрыты лишь наполовину, и мрачный блеск его зрачков мерцал то в одном, то в другом месте, он казался каким-то полусонным. Однако его дыхание постепенно сбивалось, как у догорающей свечи.

- Агарес! - я вцепился в его щеки, зовя его, но кроме гулкого дыхание, я больше ничего не получил в ответ. Огромная волна паники обрушилась на мое сердце и почти лишила меня возможности дышать, но я осознал, что в данный момент только я был единственной поддержкой Агареса. Никто, кроме меня, не мог ему помочь, поэтому я должен постараться сохранить спокойствие. Я сделал глубокий вдох и присел на корточки, чтобы послушать биение его сердца. Движение в его груди было очень слабым, настолько, что я мог четко сосчитать частоту биения его сердца, от чего мое сердце тут же сжалось в узел.

Я освоил одну базовую технику оказания первой помощи. Не знаю, подойдет ли она для мерфолков, но в настоящее время другого способа, как видно, нет. Я выровнял тело и голову Агареса, а затем использовал прием сдавливания грудной клетки, многократно надавливая на его грудь. Я тщательно контролировал силу, моя сжатая в кулак рука сильно дрожала.  Проделав это несколько раз, я обхватил его голову, собираясь сделать ему искусственное дыхание.  О господи, искусственное дыхание для тритона! О, даже мне это кажется смешным! Это просто нелепо!

Но Агарес нуждался в этом. Я открыл рот, чтобы вдохнуть воздух, и прижал его затылок к полу, приподняв его подбородок, открывая доступ к дыхательным путям. Затем я зажал ему нос, плотно сомкнув губы над его ртом и вдохнул воздух, повторяя этот процесс снова и снова. Не помня, сколько раз я уже опускал голову, я вдруг заметил, что глаза Агареса расширились. Эта пара мертвых темных глаз жутко смотрела на меня.

Меня пробрала дрожь, и, сообразив, что что-то не так, я инстинктивно отпрянул в сторону, но было уже поздно - спину заслонили мокрые перепончатые когти. Он крепко притянул меня к своему влажному и атласному телу. Я тут же попытался вскочить, но мои ноги плотно обхватил его толстый, твердый рыбий хвост, и мое лицо оказалось прижатым к зловещему лицу Агареса. Я увидел, как он внезапно открыл рот, и словно ползучая ящерица, высунулся длинный черный язык и метнулся прямо к моему рту.

- Нет, Агарес! Контролируй себя!

Побледнев, я в испуге попытался уклониться от него, но под давлением его руки я не смог пошевелить головой и лишь слегка вывернул шею. Его острые перепончатые когти впились в мою челюсть, вынуждая меня открыть рот от боли, и в ту же секунду, когда мои зубы разомкнулись, скользкий язык мгновенно проник в мой рот. Я не смог удержаться от хныканья.

Инстинктивно я посмотрел вниз и увидел, что чешуйчатая мембрана на нижней части живота Агареса открылась. То, что было выставлено напоказ, не было его гордым твердым естеством, а массой толстых стеблей, напоминающих щупальца осьминога. Один из них в это время проник мне рот, а другие впились в ноги!

Она жаждет и тоскует по тебе больше, чем я... Дешаров.

В этот момент в моем сознании всплыла эта неповторимая и отчетливая фраза. Теперь я полностью осознал весь ужас “Темной материи”, которая воздействовала на Агареса. Сдавленный рыбьим хвостом, я в ужасе и горе размахивал руками, пытаясь отогнать атакующие щупальца, растущие из Агареса. Наконец мне удалось схватить одно из щупалец, которое с огромным трудом впивалось в прорехи моих штанов. Я хотел контратаковать его, но не осмелился.

Я не был уверен, повредит ли это телу Агареса, поскольку не знал, что это такое - паразиты или мутации тела. Вот так, из-за моего короткого колебания, я тут же потерял возможность контратаковать.

Мое тело было поднято в воздух хвостом Агареса. Его щупальца, словно свирепые лианы, впивались в мои штаны, безрассудно шевелясь и прощупывая, словно собираясь ворваться в мое тело. Я мог только представить, что, если эти ужасные твари проникнут в меня, он точно разорвут меня на части, и я буду мучительно истекать кровью пока не умру.

Агарес смотрел на меня снизу вверх, выражение его лица было лишено всякого желания или тоски, скорее черты его лица выражали кровожадность и холодность охотника. Казалось, что он совсем не узнает меня и воспринимает лишь как вкусное блюдо.

- Я... Дешаров, Агарес!

Я пытался выдавить из себя пару отрывистых слов, но боль от сдавленного языка во рту была невыносимой. Я пристально всматривался в его глаза, пытаясь вернуть хоть немного сознания, принадлежавшего настоящему Агаресу.

Ощущение приближающейся смерти привело к выбросу адреналина. Всеми четырьмя конечностями я чувствовал бурлящую силу своего собственного внутреннего существа, стремящегося выйти наружу. Кроме того, я почувствовал, как из моей плоти и кожи начали выступать острые когти на каждом из моих пяти пальцев. Инстинкт моего тела сопротивлялся его принуждению и, может быть, я даже бы смог освободить руку. Я прекрасно понимал, что мне стоит продемонстрировать возможности своих косых острых когтей, но меня тревожила мысль, что если я рассеку его кожу, то ненароком усугублю его раны. Мало того, я не могу позвать кого-нибудь на помощь, потому что в итоге либо Агарес будет застрелен на месте, либо все станут пищей для этого тритона.

Эти опасения вынудили меня молча бороться, сжимая ноги, пытаясь противостоять натиску снизу, но эти упругие щупальца уже достигли моей промежности. Я отчетливо ощущал их борьбу. Выделяющие слизь щупальца яростно пытались сжаться все месте, пытаясь прорвать барьеры моего хрупкого сфинктера. Это ужасное чувство было таким, как будто меня насилуют несколько человек одновременно, и раздирающая боль заставила меня жалобно вскрикнуть. Мои штаны очень быстро намокли, я понял, что у меня пошла кровь.

В эту долю секунды в моей голове пронеслась мысль: Черт возьми, он действительно меня убьет!

Я прекрасно понимал это, но все равно сжал кулаки, сопротивляясь инстинкту самозащиты моего тела, и глубоко вонзил свои острые когти в ладонь, чтобы не потерять контроль и не причинить ему боль.

Меня трясло. Внутри становилось все больнее и больнее, а внутри рта - еще мучительнее. Мне было слишком тяжело, я уже собирался потерять сознание от этой пытки. Все происходящее было как испытание на прочность, вынуждая выбирать: моя собственная жизнь или Агарес. Но самое забавное, что только сегодня, в этот самый момент, я полностью осознал, насколько весома роль Агареса в моем сердце. Он был очень для меня важен. Важным до такой степени, что я готов был добавить себя в качестве еще одного груза, лишь бы стрелка на весах судьбы отклонилась в его сторону. (Но это был мой секрет, который я ему не открою).

Я горько рассмеялся и ощутил, как влажная и теплая кровь стекает по моим ногам, капля за каплей капая на тело Агареса, где она мгновенно поглощалась черными пятнами. Затем, ни с того ни с сего, его тело вдруг забилось в конвульсиях, и твари, вторгшиеся в мои внутренности, втянулись, как испуганные змеи, свернувшись в клубок. После этого даже рыбий хвост, сжимающий меня, опустился.

Внезапно я упал на грудь Агареса. Я заметил, как сильно дрожат его веки, а чернота в глазах медленно рассеивалась, словно чернила, разбавленные водой. Его сердце стало биться чаще, и казалось, словно оно бьется о мою грудную клетку. Я не выдержал боли и немного приподнялся. С удивлением я обнаружил, что из кожи под сердцем снова пробиваются голубые сгустки света. Это сразу же приподняло мой дух.

-Дешаров...

Одновременно с этим я услышал хриплое бормотание у себя над ухом. Когти нежно погладили мою шею, и я не смог сдержать дрожь... Я с восторгом поднял голову и увидел, как Агарес пристально смотрит на меня, его безмятежные глаза были полны любви и нежной заботой. Я понял, что мой сашими, мой вождь, наконец-то вернулся. В этот момент мой нос мгновенно раскис. Я ничего не ответил, а лишь обнял его за шею и уткнулся носом ему в подбородок. Я глубоко вдыхал знакомый и пленительный аромат, по которому так долго тосковал, но не осмеливался быть жадным. Не исключено, что мои прикосновения снова заставят его испытать вторжение “Темной материи”.

Я поспешно поднялся, но боль в пояснице лишила меня сил. Быстрым движением я ухватился за поручень рядом с кроватью, не давая себе упасть обратно на Агареса. Однако он, немного приподнявшись, обвил своими паутинными когтями мою талию. Его дрожь и медленные движения вызвали у меня ощущение, что он изо всех сил старается контролировать себя.

Я в панике обхватил спину Агареса, запустив пальцы в его влажные волосы, когда он прижимал меня к себе. Его голова тяжело опустилась на мое плечо, его губы поцеловали меня в щеку, прежде чем перевернуть меня снова, проводя языком вдоль позвоночника вниз к копчику.

Я был ошеломлен. В сложившейся ситуации он все еще хотел исцелить меня тем же прежним методом, да еще и в таком месте. Кто знает, выйдет ли ситуация из-под контроля до такой степени, что я не смогу остановиться! Я с трудом прикрыл свой зад и оттолкнул Агареса:

- Я в полном порядке, Агарес! Позволь мне сначала помочь тебе. Что мне делать?

Он не ответил мне, а просто коснулся своими перепончатыми когтями затвердевающей крови между моих ног. Его рот сузился в тонкую линию, мышцы вокруг губ слегка подергивались, а глазах отражалась буря эмоций: самобичевание, страдание и боль, смешанные вместе.

После этого черные пятна снова набухли, и чернила, словно вода, хлынули из-под его кожи. Я подумал, что причина может быть в сильном перепаде эмоций, и поспешно погладил его по щекам, прошептав:

- Эй, не будь таким... успокойся. Я просто потерял немного крови, ничего серьезного. Раны скоро заживут сами собой, разве у меня нет твоих генов?

- Временно запри меня, Дешаров, - Агарес уставился на меня и заговорил низким голосом. В его глазах читалось предупреждение, которым он не смел больше пренебрегать. Я тут же отыскал в каюте длинную толстую цепь, которую планировалось использовать для защиты от краж, и крепко приковал его рыбий хвост к перилам рядом с кроватью. Затем я связал его руки нейлоновой веревкой, которой был обвязан детектор гидролокатора под водой, после чего мой взгляд сосредоточился ни нижней части его живота.

Как мне поступить с этим странным явлением? Что за странный вид мутации? Вспомнив только что произошедшую сцену, я протянул вперед руку, несмотря на дрожь. Агарес смотрел на меня сверху вниз, молча, словно разрешая мне проверить. Осмелев, я осторожно приоткрыл щель на чешуйчатой мембране и увидел, что внутри находится член той же формы, что и раньше. Убедившись в этом, я неосознанно слегка погладил его. Только тогда я выдохнул с облегчением.

Славу богу, иначе в дальнейшей перспективе для меня было бы все плачевно. Я потрогал свои побаливающие ягодицы, которые, казалось, разделились на четыре лепестка, и вздрогнул. Взглянул на Агареса, как подлый вор. Казалось, он наконец-то вышел из своего состояния крайнего напряжения. Его глаза были полуприкрыты, и между узкими щелями мелькнул отблеск слабого света. Уголок его рта приподнялся в шутливой манере.

- Я просто проверял, что той штуки там больше нет, - Я беспокойно кашлянул и провел рукой по заметному черному пятну, занимающему его кожу, - как мне быть с этими штуками? Только что я видел, как моя кровь впиталась в твое тело, и ты мгновенно восстановился. Неужели мне нужно использовать больше крови...

- Не надо! - Агарес ответил низким голосом, слегка напрягся, пытаясь справиться со своей связанной рукой, и уставился на меня, опасаясь, что я и в самом деле начну действовать, - вскрой мою кожу и выпусти их.

Мое сердце учащенно билось, я взглянул на его тело, и, хотя я сильно волновался, я должен был это сделать. Найдя в ящике кинжал и продезинфицировав его зажигалкой, я сделал пару глубоких вдохов, и осторожно, с точностью хирурга, разрезал кожу. После того, как я вскрыл черные пятна на коже, из них хлынула жидкость. Однако при соприкосновении с воздухом она испарилась, как этиловый спирт, не оставив на теле Агареса никаких следов, кроме нескольких неаккуратных надрезов, напоминающих отвратительные ухмыляющиеся рты, жестоко улыбающиеся несчастному положению, великого вождя мерфолков.

Агарес, казалось, так и лежал, словно не замечая боли. Даже если боль и была, он не издал ни звука. Его глаза были закрыты, холодное лицо, словно загипсованное, было таким же неподвижным и спокойным, однако на нем еще можно было разглядеть крошечные бисеринки пота.

После того как я закончил выкачивать черную воду на последнем срезе, напряженное тело Агареса внезапно расслабилось, а его дыхание стало ровным и протяжным. Как будто он погрузился в глубокий сон после долгой изнурительной битвы.

Я не пытался разбудить его и, как настоящая медсестра, ответственная за последующий процесс выздоровления, позволил ему в полной мере насладиться спокойным отдыхом. В моем сердце разрастались колючки и чертополох. Только полностью отдавшись его аромату, я смог избавиться от этого неприятного чувства. Я тщательно вылизал каждый сантиметр его ран сверху донизу, каждый кусочек неповрежденной кожи, даже низ живота не оставил без внимания.

Я был рад, что он заснул. Это дало мне возможность меньше опасаться и позволило отпустить мое презренное чувство собственного достоинства и потакать своей жадности. Я никогда не задумывался о том, что во мне могло быть потенциально скрытое увлечение. Если бы я когда-нибудь встретил себя прошлого, он бы точно надо мной посмеялся. Но я полюбил этого парня, так что же еще я мог сделать?

Пока я предавался размышлениям о своих предпочтениях, я вдруг почувствовал, как хвост Агареса слегка шевельнулся.

- Что ты делаешь... маленький извращенец?

Я приподнял веки и увидел Агареса, бодрствующего неизвестно с каких пор. Его слегка потревоженный член уже выпрямился. Я почувствовал, как мои щеки нагрелись, но избегать этого не собирался. Я высунул язык и лизнул его, ухмыляясь:

- Тебе нравится?

Его рыбий хвост снова беспокойно покачивался среди цепей. Его дыхание снова стало тяжелым, но он закрыл глаза, стараясь сдержаться, и произнес мрачным и хриплым шепотом:

- Я причиню тебя боль, Дешаров.

Мой зад, о котором я начал забывать, снова начал болеть. Я подскочил, как будто меня ударило током. Агарес снова открыл глаза, и его взгляд остановился на мне:

- Иди сюда.

- Ох...

Я опустился на колени у кровати и лег сбоку от его тела. Я вел себя так покорно, что даже мне это показалось невероятным. Он наклонил голову, кончик его носа сначала завис над моими губами, затем он впился в мои губы поцелуем.

Глава 77

Я не смог удержаться от того, чтобы не обхватить его шею и не окунуться в этот поцелуй еще глубже. Он проникал между моих губ своим скользким и нежным языком, вылизывая каждый сантиметр моей уже набухшей от предыдущей активности, полости. Он словно молча успокаивал мое испуганное сердце. После этого он переключился на мочку моего уха и с наслаждением вдохнул мой запах, а затем прижался губами, чтобы попробовать на вкус мою шею.

Возможно, это было связано с тем, что его сдерживал внутренний барьер, но его поцелуи наконец-то вновь приобрели безудержный нрав. Как опьяненный наркоман, его голова лениво покачивалась, задерживаясь по обе стороны от моей шеи. Между этими интимными прикосновениями я чувствовал, как его сексуальное адамово яблоко периодически касается моего подбородка, позволяя мне ощутить его сильно подавляемые мужские гормоны, невольно возбуждающие меня.

С закрытыми глазами я неосознанно лизнул его ухо, вкус которого напоминал соль морской воды, в то время как рукой я ласкал его твердую грудь. Несмотря на это, я не осмеливался прикоснуться еще ниже...

То, что произошло несколько минут назад, было как заповедь, не позволяющая мне пересечь границу.

- Черт возьми, значит, теперь настал период полного воздержания? Как же это мучительно, - я не мог перестать жаловаться шепотом. Видит Бог, если бы я мог, я был бы готов проявить инициативу и оседлать его, только чтобы заставить его овладеть мной. Мои ноги невольно спутались с его мокрым хвостом. Мои босые ступни дразняще поглаживали крошечные чешуйки, похожие на цепную броню. Я зарылся головой в его волосы и издал тихий вздох недовольства. В ответ он больно укусил меня за ухо и прижался к нему губами, издавая гулкий смех, от которого у меня зудело в ушах.

- Блядь... - я тихо выругался. Я слегка пошевелил больной ягодицей, и ответная боль между ног напомнила мне, что я должен прекратить свои бурные похотливые действия.

Поэтому я неохотно вернул свое внимание назад и принялся поглаживать пальцами крестообразные шрамы, отметившие его грудь и живот. Мое сердце тут же дрогнуло и опустилось на самое дно. Меня внезапно вернули к суровой реальности:

- Эй, те мерзкие твари. Темная материя, о которой ты говорил, это то, что заразило тебя, когда ты был заперт в том вихревом проходе, верно?

Агарес кивнул.

- До каких пор это будет продолжаться. Есть ли какой-нибудь способ избавиться от этого? - спросил я угрюмым голосом. Я немного приподнялся и посмотрел ему в глаза, чувствуя, что задаю лишние вопросы. Если бы я все еще был студентом морской академии Санкт-Петербурга, то возможно, смог бы найти способ решения проблемы, взяв образцы темной материи, выделяемой Агаресом, и проведя над ней эксперименты. Однако сейчас я настолько бесполезен, насколько это вообще возможно.

- Способ есть, но за него придется заплатить очень высокую цену. Я не могу этого сделать, - пробормотал Агарес, слегка потираясь приоткрытыми губами о мою щеку.

Чувствуя тяжесть в груди, я провел рукой по его щеке и спросил глубоким голосом:

- Неужели я так дорого стою, Агарес? Я ясно видел, какую реакцию вызвала моя кровь у твоего тела. Скажи мне, сколько еще крови мне нужно дать, чтобы ты вернулся к нормальной жизни?

- Ты умрешь.

Глаза Агареса сузились. Его отточенный взгляд был острым, как смертоносный клинок.

Я неотрывно смотрел ему в глаза, притворно легко и беззаботно пожимая плечами:

- Я в курсе, но я готов это сделать.

Его выражение лица заметно дрогнуло, и он с удивлением и недоумением уставился в мои глаза. Я полагал, что это связано либо с тем, что Агарес никогда не думал, что сможет занять такое важное место в моем сердце, либо, возможно, он и раньше не возлагал на меня чрезмерных надежд.

Он долго молчал. Казалось, ему потребовалось время, чтобы отвести взгляд от моих глаз. Однако он не стал продолжать разговор, вместо этого он посмотрел вверх, и его взгляд стал отстранённым, словно устремленным куда-то вдаль.

-  Подожди, пока я не вернусь в Атлантиду. Я смогу вернуться в свое “Материнское гнездо”, чтобы воссоздать свое тело.

- Воссоздать?

-  Да, именно так. Я попрошу разрушить мое первоначальное тело и воссоздать для меня новое.

Пока я размышлял над его словами, мне пришло на ум биологическое описание того, как личинка выходит из своего кокона и становится бабочкой. Возможно, “Воссоздание” Агареса было похоже на этот процесс, где возращение в “Материнское гнездо” было эквивалентно кокону. Затем он разлагался до жидкого или, может быть, клеточного состояния и воссоздавался в новой сущности. Я не в курсе, будет ли Агарес испытывать боль, проходя через этот процесс, но я точно знаю, что личинки бабочек подвергаются пыткам.

Я взглянул на бледное, как иней, лицо Агареса исподлобья, и мой разум невольно представил картину его растворения в прозрачной жидкости. Неведомый и необъяснимый страх поднялся из глубин моего сердца. Словно желая развеять мою тревогу, Агарес нежно прижался лбом к моему, и в тот же миг ослепительный голубой свет окутал меня.

Перед своими глазами я увидел огромную шарообразную сферу, парящую в воздухе. Внешне она выглядела покрытой белой пленкой, похожей на человеческую кожу, но полупрозрачной. Переплетающиеся артерии и сосуды обвивали ее, и, подобно легкому биению сердца, я услышал ровный и ритмичный звук жизни, благодаря которому разум человека невольно успокаивался. Мой взгляд прошел сквозь белую пленку и смутно рассмотрел ее внутреннюю часть, где виднелись тонкие очертания.

Я приблизился к сфере и увидел знакомую фигуру Агареса, застывшую внутри. Его тело медленно вытягивалось, кожа становилась полупрозрачной, как скорлупа материнского гнезда. Я мог разглядеть кровеносные сосуды, мышцы, кости и даже слабое голубое сердце сквозь его кожу. Это было похоже на наблюдение за новорожденным ребенком через рентгеновский аппарат.

- Ты видишь это, Дешаров?

Голос Агареса раздался в пустоте, ворвавшись в мои барабанные перепонки и вынуждая меня очнуться от этого иллюзорного образа, дабы взглянуть в его бездонные глаза.

Я кивнул. Это было все, что ему хотелось, чтобы я увидел, чтобы мог полностью понять его форму жизни и убедиться, что есть другой способ вылечить его, кроме как жертвуя собой.

Но что, если... проход обратно в Атлантиду не удастся открыть? Как Агарес сумеет выжить?

Я не смел делать таких предположений, но, если такое случится, я найду способ вылечить его любой ценой. Я сжал кулаки, думая об этом. Однако Агарес продолжал лизать мои щеки и мочки ушей, как котенок, утешающий своего хозяина, поэтому я не в силах был отвлечься от него, чтобы подумать о чем-то другом.

Прислонившись к его телу, я положил голову ему на грудь. Я прислушался к мягкому, но сильному биению сердца в его груди и постепенно ощутил, как мир становится тихим и пустым, а тревожные мысли исчезают. Это было настолько же спокойно и безмятежно, как погружение на дно моря. Чувство безопасности, похожее на морскую воду, окутало меня, и я неосознанно погрузился в дремоту, обнимая Агареса.

В каком-то оцепенении я почувствовал, что плыву, и вскоре перед моим взором появилось синее море. Затем я заметил спасательную шлюпку, в которой лежал подросток с черными волосами, белой кожей, тонкими руками и ногами. С первого взгляда я узнал в нем себя. Я был в водолазном костюме, с глубокой рваной раной на голени. Из разорванного резинового костюма хлестала кровь, а в мою лодыжку все еще был воткнут острый предмет.

Это была сломанная конечность краба-паука. Из своих воспоминаний я понял, что нахожусь в Японии несколько лет назад, где мы с одноклассником подверглись нападению мутировавшего паукообразного краба в зоне радиации.

Но почему я оказался один в спасательной шлюпке? Я отчетливо помнил, что после кратковременной потери сознания я благополучно вернулся в нашу лодку и даже спас своего раненого одноклассника. Не может же быть, что это было еще одно воспоминание, которое я забыл?

Я смотрел на свое лишенное сознания “Я” сверху и вдруг увидел длинный след водяной ряби, идущий к шлюпке. Мои глаза расширились от предчувствия. Как и ожидалось, я увидел, как из-под морской воды поднялась фигура с серебристо-серыми волосами. Он приблизился к краю шлюпки и, как и в каждый предыдущий раз, когда он исцелял меня, принялся зализывать рану на моей ноге. Он сорвал с меня уже бесполезный водолазный костюм и заключил в свои объятия уже повзрослевшего юношу точно так же, как это было в годы моего детства.

Мое юное “Я” в тот момент, казалось, было заперто в ужасных воспоминаниях о борьбе с пауком-крабом, так как я инстинктивно начал бороться с этим внезапным объятием, брыкаясь ногами и крича в панике, однако Агарес только крепче обнял меня. Он нерешительно наклонился и подавил мой дрожащий крик своими губами, успокаивающе поглаживая меня по спине. Я быстро успокоился, машинально обхватив его шею, а мои ноги послушно сжались на его бедрах. Они слегка тёрлись об тугие чешуйки, словно это была давно выработанная привычка.

Однако моя привычка, очевидно, вызвала у Агареса какую-то реакцию. Рука, поглаживающая мою спину, внезапно замерла на месте. Он застыл на мгновение, прежде чем оттащить маленького Дешарова, похожего на коалу, и уложил его на борт шлюпки. Я предстал перед ним мокрым и обнаженным, а моя покрасневшая от солнца кожа выглядела гладкой, как кожа дельфина. Мои глаза были полуприкрыты, и я невнятно что-то бормотал. Мои ноги были слегка раздвинуты, обнажая белые ягодицы, словно я отчаянно пытался соблазнить Агареса.

Я распахнул опухшие глаза и увидел, что глаза Агареса закрыты, а его грудь равномерно вздымается, словно он понятия не имеет о моих снах и реакции моего тела. Мой взгляд задержался на очертаниях его подрагивающих бровей, потом еще немного задержался на его слегка затихшем адамовом яблоке, а затем бесконтрольно скользнул вниз.

Я не знаю, почему я увидел такой сон. Наверное, потому что я спал с Агаресом и на меня воздействовали его мозговые волны. Похоже, ему тоже снился хороший сон, и, возможно, он был таким же, как и мой. В ночной тишине я громко сглотнул слюну. Бог знает, как сильно Агарес был похож сейчас на холодильник, полный вкусной еды, просто лежащий передо мной.

Некоторое время я лежал неподвижно и неотрывно смотрел в потолок, делая глубокие вдохи. Но в конце концов, не выдержав, я встал и аккуратно оделся, собираясь пойти в ванную, чтобы удовлетворить свои физические потребности.

Я сполз с кровати на цыпочках, открыл дверь и вышел. Сцена снаружи несколько шокировала меня. Поверхность моря была туманной, и палуба не была исключением. Уже после десяти шагов трудно было что-либо разглядеть, и даже перила корабля оставались неясными очертаниями. В ванной комнате неподалеку горел свет. Казалось, что внутри кто-то есть. Поплотнее закутавшись в одежду, я быстро направился к ней, но впереди вдруг увидел одиноко стоящую фигуру. Я не мог разобрать, кто это.

- Эй, кто там? - прокричал я. Фигура сделала медленное движение, ее поза была немного странной. Ее плечо дернулось вверх, и фигура наклонила шею, вытянув руку в мою сторону, как бы приглашая меня подойти.

Я с опаской сделал несколько шагов, но человек тоже начал двигаться. Я не поспевал за ним, и почти внезапно фигура исчезла под покровом тумана. Более того, в это время я обнаружил, что свет из ванной, который раньше был недалеко от меня, внезапно появился рядом со мной. Я стоял у борта корабля, окруженный серым морем. Я покачал головой, подумав, что, вероятно, я еще не до конца проснулся или, возможно, просто заблудился в этом тумане. Но в этот момент я заметил очертания другого корабля в море примерно в нескольких метрах от меня.

Райн и их корабль приближаются? Я неосознанно опустился на колени и вгляделся вдаль, но быстро обнаружил, что это не корабль Райна. Нос корабля был ярко освещен, трюм корабля был знакомого белого цвета, но, что шокирует, на корпусе корабля было выгравировано английское слово “Посейдон”.

Мои глаза расширились в замешательстве, когда я рассмотрел этот корабль. Он медленно плыл в мою сторону, приближаясь все ближе и ближе. Он был всего в нескольких метрах от меня, когда в поле моего зрения появилась фигура. В одно мгновение меня прошиб холодный пот.

Это явно был я!

А сзади меня стояла черная тень.

У меня кровь застыла в жилах, когда я медленно обернулся, а в нескольких шагах от меня на палубе стояла гниющая и сильно деформированная фигура. Мерфолк.

На шее у него висело множество черных ротангов и растений, а плечи были странно расслаблены. Шея была очень длинной, изгибаясь вперед по очень странной дуге, а глубоко запавшие глазницы излучали слабый жутковатый зеленый свет, когда он пристально смотрел на меня.

Я был так напуган, что мои ноги превратились в желе, и мне пришлось опереться о борт корабля для поддержки. Поначалу я подумал, что Агарес перетерпел еще одну ужасную трансформацию, но когда я заметил фиолетовый хвост, то понял, что это был другой мерфолк, ужасный незваный гость. Я стоял, затаив дыхание и не решаясь на опрометчивые действия, ведь сейчас я находился в абсолютно невыгодном положении. Если бы он бросился на меня, то единственным моим отступлением было бы море позади меня.

Весь корабль был странно тих, как будто на нем не было ни одного живого человека. Однако самое странное было не это. Дело в том, что это был не “Посейдон”. По окнам, украшенным японскими мотивами, я понял, что нахожусь на японском корабле!

Боже мой, что за хрень, что происходит!? Я все еще сплю?

Оцепеневший, я застыл на месте, а страшное призрачное существо приближалось ко мне с нетерпеливо поднятой шеей, оно распахнуло рот в ухмылке:

- Сессон...Сессон...

Я чуть не упал в море от страха. Я держался за перила корабля и был в шоке от смысла этих слогов.

Он сказал: Юкимура.

Я осознал, что, как бы нелепо и страшно мне это ни казалось, я действительно оказался внутри ужасающего так называемого таинственного магнитного поля. Скорее всего, я стою на том же корабле, что и сын старухи - тритон по имени Юкимура, с которым я столкнулся на корабле нацистов, потерпевшем кораблекрушение много лет назад.

........................................

Глава 78

Как только эта мысль посетила меня, из передней части корабля вырвался сноп огненных искр. И вдруг прямо перед моими глазами возникло множество бегущих фигур. Молодой человек, одетый в кимоно, тоже выбежал из каюты. Я сразу же узнал в нем Юкимуру, того самого парня, которого встретил на острове Мерфолк.

Я осторожно окликнул его, но он как будто не замечал меня. Он только озирался по сторонам с отчаянным выражением лица.

Холодный морской ветер трепал клочья его кимоно, превращая его в жалкую и печальную, но прекрасную птицу. Пошатываясь, он отступил к краю корабля, словно чего-то сильно испугавшись.

Я проследил за его взглядом и увидел то, чего он так испугался...

Это был тритон с темно-фиолетовым хвостом. Огонь и искры сверкали на его залитом кровью теле, отчего он казался еще более зловещим в этой ночи, словно мстительный дух, восставший из могилы. Он неторопливо пополз вверх по лестнице, ведущей из нижней каюту на палубу. Его влажные, иссиня-черные волосы тянулись за ним хвостом, как толпа паразитических угрей. Потом я заметил, что катана пронзила его спину и торчала из живота, но похоже, это не мешало ему двигаться. Быстро и жестко он схватил спасающихся бегством людей, без жалости разрывая их тела на части, как искусный мясник. В считанные мгновения палуба превратилась в кровавую баню. Более того, во время этих действий он, не отрываясь смотрел на Юкимуру, его глаза были полны какого-то неистового чувства, близкого к безумию.

Я был твердо убежден, что в его глазах не было ни капли ненависти, скорее наоборот.

Беспощадная любовь.

Эти слова всплыли у меня в голове. Однако я не осмеливался предполагать, что их связывает друг с другом, ведь главным героем этой истории был не я. И все же, словно зачарованный, я ошарашенно смотрел на эту крайне волнующую сцену, как будто случайно заглянув в уголок страницы дневника, где записано чужое тайное прошлое.

- Мне жаль...

Я вдруг услышал крик Юкимуры, сверкающие слезы, отражая пылающие искры, скользили по его светлой коже. Прислонившись к борту корабля, он опустился на колени. Несмотря на происходящее вокруг, он все еще придерживался традиционного этикета. Он пал ниц, словно принося себя в жертву, кланяясь этому тритону и подняв голову, смеясь и плача произнес:

- Ты - Бог моря... Как я мог осмелиться обидеть тебя? Я умоляю тебя закрыть глаза на людей на этом корабле и просто сделать вид, что ты никогда не встречал меня...

- Сессон... Сессон...

Пробираясь через груды мертвых тел на палубе, тритон повторял это слово как проклятие, медленно приближаясь к распростертому Юкимуре, и окровавленной рукой вздернул его подбородок вверх, заставляя последнего поднять голову.

Юкимура покорно взглянул на него. Он протянул дрожащую руку, словно хотел коснуться перепончатых рук тритона, но так и оставил ее в подвешенном состоянии, его пальцы дрожали. В этих прекрасных глазах таилась глубокая тоска. Мне казалось, что он тоже влюблен в этого тритона, однако помимо этого в выражении его лица я уловил глубокое чувство отчаяния и боли.

Внезапно в моем сердце зародилось тревожное предчувствие. В следующую секунду мои опасения подтвердились.

Я увидел, как Юкимура с поразительной скоростью схватил рукоятку катаны и вонзил острый клинок полностью в тело тритона, причем острие вонзилось и в него самого. Затем он крепко обхватил тритона, и они вместе упали в бескрайний океан, как влюбленная пара, погибшая во имя любви...

- Юкимура! - я не удержался и с криком бросился к борту корабля, вглядываясь в океан. Даже зная, что это иллюзия, созданная магнитным полем того события, произошедшего несколько десятилетий назад, я все равно был в ужасе. Что же произошло между Юкимурой и фиолетовым тритоном, что привело их к такому трагичному концу? Когда я поневоле вспомнил, через что мог пройти Юкимура, и представив его одинокий силуэт в океане, мое сердце необъяснимо заколотилось.

- Сессон...

В это время сзади меня снова раздался тот же слабый зов, и прежде, чем я успел обернуться, мой нос уловил отвратительную гнилостную вонь. По моему плечу стекала мерзкая жидкость, похожая на яд, а сзади, без моего ведома, протянулась костлявая, иссохшая, черная клешня и обхватила меня за талию. Внезапно резкий холод охватил мою спину, отчего я почувствовал себя как в ледяном погребе. Я понял, что монстр, к которому я не знал, как обратиться, был тем самым тритоном, который прежде был связан с Юкимурой. Но теперь, скорее всего, он принял меня за тень Юкимуры...

- Эй... Я, я не Юкимура! - мой голос дрожал. Я приподнял свои колени и прижался к перилам корабля. Только одна мысль пронеслась в моей голове:

Бежать!

И в тот же миг я услышал сзади леденящий душу хриплый смех, когти, покоившиеся на моей талии, поднялись вверх и обхватили мое горло, застигнув меня врасплох. Периферийным зрением я увидел, как он расширил свою пасть до чудовищных размеров акулы, доходя до ушей, а затем резким движением вцепился в мое плечо!

Я неудержимо закричал от боли и погрузился во тьму.

- Дерте, Дерте!

Я услышал знакомый голос, выкрикивающий мой псевдоним, когда на мое лицо потекли ледяные капли. Я тут же открыл глаза, тяжело задыхаясь, и увидел перед собой лица Родии, Ники и еще нескольких товарищей с Посейдона. После того, как мне протянули руку, я с удивлением обнаружил, что лежу на палубе “Посейдона”, а все ужасающие видения растворились в воздухе.

Я никак не мог взять в толк, был ли это просто кошмар? Но почему мне приснилось прошлое Юкимуры? Я ничего не знаю о нем - что-то здесь действительно не так.

Я вытер воду с лица, мое сознание, казалось, до сих пор заперто в том кошмаре. Поэтому я сомневался, вернулся ли я в реальность или все еще сплю. Но затем рука, опустившаяся на мое плечо, вернула меня в реальность.

- Дерте, почему ты лежишь здесь? Мы все подумали, что ты упал в море!

- Я не знаю, - сказал я, поднимая голову и недоуменно глядя на них, - Вы ребята... видели или испытали что-нибудь необычное только что?

- Туман. Совсем недавно мы вплыли в печально известную зону, где пропадают корабли, и попали в огромную толщу тумана. Но мы уже выплыли из этой зоны, и теперь находимся недалеко от Хиросимы. Но если говорить о странностях, то я не думаю, что есть что-то более странное, чем это. Дерте, ты должен это увидеть.

Ник поддержал меня, помогая встать. Я поднял руку и размял ее, однако в том месте, где меня ранее укусили, вспыхнула боль. Нервничая, я ощупал это место, но почувствовал, что на коже нет открытых ран, только припухлость. Это было очень странно.

Я последовал за ними до самой каюты капитана. С первого взгляда я заметил, что на экране радарного сканера был показан большой объект, расположенный всего в ста метрах от нас. Судя по всему, это был либо небольшой остров, либо заброшенный корабль.

- Что это за штука? - я указал на экран.

- Обломки корабля! - Ник выразил восторг по этому поводу, в нетерпении размахивая руками, - Мы уже достаточно близко подобрались. У меня хорошее предчувствие. Мы снова заработаем состояние.

- Корабль? - я уставился на изображение, которое постепенно становилось все более четким. По спине пробежал холодок, и даже зубы застучали. Повернувшись, я покачал головой, - Не ходите туда, поверьте мне, там опасно.

- Это исключено, друг мой, - Шилок, который на Посейдоне был равносилен капитану, похлопал меня по плечу, - Мы должно пройти здесь, чтобы добраться до точки радиации нашего пункта назначения, - он указал на зеленый маршрут на навигационной панели рядом с экраном радара, - Этот маршрут проложил для нас наш новый босс. Здесь мы обойдем, затем пройдем через этот пролив, чтобы достичь конечного пункта назначения - Запретной пещеры Ямы, возможно она так называется, но неважно. В общем, обломки корабля находятся неподалеку от входа в пролив.

Ник хлопнул в ладоши:

-О, это, должно быть, удача, посланная небесами. У меня предчувствие, что мы станем миллиардерами! Когда мы закончим с этим, нам больше не придется дрейфовать по всему миру. Я хочу иммигрировать в Америку и найти себе молодую, симпатичную калифорнийку...

- Эй, эй, эй! - не выдержав, я прервал его мечтания. Надавив на плечо Ника, я посмотрел на этих отважных, но бросающих всякую осторожность на ветер людей, и сказал:

- Послушайте, не будьте такими импульсивными, моя интуиция полностью противоположна вашей! Я... только что видел монстра.

- Какой монстр? - Родия шутливо посмотрела на меня, - Ты столкнулся с одним из них, пока спал на палубе?

- Он наверняка мечтал, о сексуальной русалке!

Остальные разразились смехом. Я разминал лоб, понимаю, что они ни за что не поверят в то, что я видел. Заставить их отказаться от богатства, которое лежало прямо у них под носом, было практически невозможно.

Как раз когда я глубоко задумался на тем, что делать, скорость навигатора постепенно замедлилась. Я услышал синхронный звуковой сигнал, исходящий от навигационной панели и радара. В темноте за бортом можно было различить неясные очертания двух сторон пролива. Воспользовавшись своим ночным зрением, я сузил глаза, чтобы вглядеться вдаль. И точно, я увидел большой корабль, стоящий на якоре у входа в пролив, поднимающийся и опускающийся вместе с волной. Время от времени корпус корабля ударялся о скалы, что явно указывало на то, что он был заброшен в течение долгого времени.

По мере того, как расстояние сокращалось, я постепенно разглядел, что корпус корабля был покрыт какими-то черными штуками. Как будто он был покрыт толстым слоем грязи, из-за чего корабль стал неотличим от своего первоначального вида.

Но я был уверен в одном: это был не тот японский корабль, который я наблюдал в своем видении. Тот корабль был намного больше этого, возможно, даже больше, чем "Титаник", о котором ходили слухи. Это был круизный лайнер. Затонувший круизный лайнер был самой желанной золотой жилой для любой морской спасательной команды, поскольку внутри корабля хранились вещи богатой элиты, имевшие неисчислимую ценность. Поэтому просить ребят с "Посейдона", готовых за деньги отдать свою жизнь, сдаться было просто невозможно.

Я нахмурил брови, глядя на людей, которые уже распивали пиво. Один за другим я снял несколько пистолетов и винтовок, висевших на стенах, и после чего в приступе гнева разбил об них пивные банки.

- Эй, эй! Не увлекайтесь слишком сильно. Возьмите оружие с собой!

- Дерте, с каких пор твое поведение стало так похоже на поведение Колова?! - Родия беззаботно рассмеялась и взяла оружие, - Ты не идешь с нами, наш самый отважный рыцарь?

- Я... - я крепче сжал длинный корпус винтовки. Бог знает, как сильно я хотел пойти с ними, но был еще Агарес, который был заперт в моей каюте; я теперь медсестра. Я не мог оставить больного пациента, то есть больного тритона. Поэтому я достал свой пейджер и поднял его на уровень глаз, показывая, что останусь в качестве подкрепления и буду ждать любых новостей от них.

Несколько человек быстро собрали багаж и по железным цепям благополучно добрались до черного корабля. Когда я смотрел на их фигуры на палубе, боль в моем плече усилилась, а жужжание в ушах терроризировало мой разум, лишая меня возможности даже нормально стоять. Моя интуиция решила, что сейчас самое подходящее время отправиться на поиски Агареса, поэтому я поспешно повернулся и бросился обратно в свою каюту.

Как только я оказался перед своей дверью, изнутри послышался лязг цепей. У меня перехватило дыхание. Боясь, что Агарес снова находится в ненормальном состоянии, я осторожно приоткрыл дверь. Когда он повернул голову в мою сторону, я увидел, что его глаза не изменили свой цвет на чисто черный, и облегчение пронеслось в моем сердце. Когда я закрыл за собой дверь и подошел к нему, я заметил, что кандалы, сковывавшие его, деформировались от постоянного дерганья, а на его коже виднелись глубокие фиолетовые синяки. Те звуки, которые он издавал только что, очевидно, были вызваны его борьбой.

Я не удержался и наклонился, чтобы поцеловать один за другим участки, покрытые синяками от цепей. Его тело сейчас было необычайно сухим, а кожа слегка шелушилась, как при солнечном ожоге. Это вызвало у меня тревогу. В конце концов, Агарес был водным существом, и длительное пребывание на суше может превратить его в огромную сушеную рыбу! Я должен дать ему немного воды, чтобы сохранить его влажность. Как только я подумал об этом, я тут же полез под кровать, чтобы достать маленький деревянный тазик для умывания, но он тут же был отброшен в сторону хвостом Агареса.

- Где ты был, Дешаров?

Я поднял голову и встретился с его взглядом, наполненным неприкрытым беспокойством.

- На палубе, - я послушно лег на кровать, прижавшись лицом к его сухому телу. Я почувствовал, что его губы настолько сухие, что шелушатся, что заставило меня инстинктивно лизнуть их, прежде чем признаться:

- Я испытал нечто странное. Я увидел иллюзию. Это было связано с тритоном по имени Юкимура. Ты знаешь его?

- Юкимура? - Агарес вопросительно приподнял брови, - В отличие от людей, мы не используем голосовые связки для общения друг с другом, скорее, мы используем звуковую волну, которую вы, люди, не можете услышать. Также я не гарантирую, что произвожу впечатление на каждого из моего народа, за исключением некоторых особых существ.

- Тогда какое твое настоящее имя?

Мои мысли тут же свернули в другое русло.

- Мое имя - табу, Дешаров. Только мертвецам позволено услышать мое имя.

- Почему? Может быть, это связано с достоинством и честью, как у людей?

Я слегка хихикнул.

- У нас нет таких рамок, Дешаров. Мы используем нашу силу и родословную, чтобы определить монарха. Мое имя — это набор секретных кодов для перерождения. Как только я произнесу свое имя собственными устами, наше материнское гнездо пробудится и откроет свой жизненный проход, чтобы породить новую жизнь.

Он произносил слово за словом рядом с моим ухом. Я сразу же представил себе структуру пчелиного улья. Теперь я наконец-то понял, как размножаются русалки. Все они вылупились из материнского гнезда, и с помощью расходящихся спор они отбирали и ассимилировали людей с целью расширения своей расы без необходимости проходить через процесс деторождения, как это делают млекопитающие. В этот факт было еще труднее поверить, чем в записи НЛО. Это было лучшее доказательство того, что русалки действительно были чудесной расой. Жаль, что все эти тайны не были открыты в результате моих исследований, а вместо этого были получены лично от самого вождя. Это, безусловно, приводило в уныние. Однако самым досадным фактом было то, что я не мог зафиксировать это документально, так что я всего лишь удовлетворил свою жажду знаний.

- Полагаю, именно поэтому нацисты считают тебя таким значимым лицом.

Я погладил Агареса по щеке, он закрыл глаза и прижался губами к моей ладони. Но потом он бросил взгляд на мое плечо, словно почуяв что-то неладное, и сказал:

- Дешаров, сними рубашку, дай мне взглянуть на твое тело.

- Черт возьми, я чуть не забыл. Я как раз собирался показать тебе это, - только сейчас я очнулся от своих грез и расстегнул рубашку, обнажив половину плеча, показывая место, где на меня напали. Посмотрев вниз, я с удивлением обнаружил, что оно еще больше распухло. Под моей кожей расцвел темный рубец, соответствующий Агаресу.  Более того, что-то слабо шевелилось под моей кожей. Мое сердце упало в бездну. Я в недоумении посмотрел на Агареса. Его лицо застыло, веки подергивались, и он на мгновение замолчал, прежде чем заговорить, - Я причиню тебе боль, но я должен сделать это.

Мое сердце дрогнуло. Мой разум едва не сбился с пути, услышав эти довольно двусмысленно звучащие слова. Когда я кивнул головой, он приподнял шею, и я мимоходом обхватил руками его голову. Его губы нависали и посасывали кожу, его клыки во рту, казалось, искали, куда бы укусить, чтобы мне было менее больно. Пока он колебался, его сухие волосы щекотали мою обнаженную грудь. Я не удержался и опустил голову, дразняще потерся губами о его щеки:

- Все в порядке, действуй, лорд вождь...

Он сглотнул слюну, задержался немного на моем плече, одаривая меня легкими поцелуями бабочками, прежде чем его клыки резко пронзили мою кожу, разрывая ямку шириной с указательный палец. После того как он высосал полный рот ало-красной крови, я с удивлением заметил, что из моей кожи наполовину вынырнули черные, похожие на волосы нити. Но они двигались, пытаясь зарыться обратно в мое плечо. Однако, не успел я опомниться, как они тут же были схвачены ртом Агареса, одним махом выдернуты из меня и выплюнуты. В ту же секунду боль, словно с меня содрали кожу и сухожилия, разлилась по всему телу. Это было так больно, что я весь содрогнулся, но я был рад, что пытка длилась всего несколько секунд. Язык Агареса был как анестетик, приносящий облегчение моим страданиям.

- Что это сейчас было, Агарес? - задыхаясь, я уткнулся ему в шею.

-Это "Йойла", на которую повлияла темная материя, она принадлежит к молодому виду, подвергшемуся заражению. Ты стал его мишенью, Дешаров. Зараженные очень опасны, они могут появиться в любой точке времени, пространства или места, потому что их жизненная форма претерпела ужасные изменения.

- Время, пространство и место? - воскликнул я в неверии, существование этой вещи превосходило все трехмерное бытие. В действительности его следовало бы назвать четырехмерным существом. Неудивительно, что эта проклятая тварь смогла так легко напасть на меня. В конце концов, они не были ограничены временем и пространством. Разве они не так же страшны, как призраки?

Глава 79 - Наступающая тьма "Пещера в Хиросиме"

Вспомнив свой ужасный опыт, похожий на ловушку в царстве призраков, я напрягся. Сглотнув, я поднял голову:

- Тогда, как мне избежать встречи с зараженными существами и как бороться с ними?

- Пусть они осознают, что ты принадлежишь мне. Зараженные все еще бояться меня из-за феромонов, выделяемых моим запахом, - произнес Агарес с двусмысленным блеском в глазах, прежде чем он угас в своей обычной суровой печали:

- Ты был бы защищен, если бы регулярно связывался со мной, но я тоже заразился.

Я прикоснулся к уже зажившей ране на его теле, уставившись на пятна, сжавшиеся до размеров иголок под его кожей.

- Но, а вдруг, это не повлияло на силу твоего устрашения. Что если, это всего лишь предположение, что твое заражение имеет тот же эффект? Подобно инфекционной вакцине в нашей медицине - несмотря на то, что ты можешь причинить мне вред - возможно, твое заражение способно защитить меня от других зараженных. В общем, если так будет продолжаться, может быть, мне повезет, и я не заражусь.

Возможно, мое высказывание было слишком абсурдным для Агареса, он подался вперед и прижался своими губами к моим, чтобы прервать мой поток слов. Наказующе прикусив мой язык, а затем прижавшись к моему носу, он заверил:

-  Я намерен оставить на тебе как можно больше своего запаха, но...

Он сузил глаза подобно кинжалам, предостерегающе глядя на меня:

- Ты должен контролировать свою реакцию. Если темная материя попытается заставить меня поглотить тебя, ты должен с помощью унаследованной от меня силы убежать. Если потребуется, расправься со мной... Ты все еще считаешься юнцом. Твой организм не способен справиться с вторжением темной материи. Ради меня, защити себя, Дешаров.

Я смотрел в его глаза несколько секунд, энергично кивая несмотря на то, что понимал, что применить силу против него будет слишком эмоционально тяжело для меня. Скорее всего, я все-таки не смогу этого сделать.

- А теперь отстегни эту штуку.

Он указал на кандалы на своем теле, и я послушно выполнил указание. Освободившись, он потянул меня к кровати, обхватив сзади руками. Его перепончатые руки в считанные секунды сорвали с меня одежду, не пощадив даже нижнего белья. Я понятие не имел, что планировал Агарес, но такое поведение было похоже на подготовку к тому, что он делал со мной раньше. Я напряженно задышал, сердце учащенно забилось. Я захотел повернуться и посмотреть на него, но моя голова была крепко зажата в его когтях, заставляя меня лежать на животе не в силах пошевелиться.

- Эй, эй, что ты делаешь?

Я сухо сглотнул.

- Не двигайся, - Агарес сильно прижал свою челюсть к моему затылку, его голос был глухим, - это для того, чтобы мой запах задержался надолго. Контролируй себя, Дешаров, иначе я не смогу подавить возбуждение темной материи. Закрой глаза и не поддавайся искушению.

- … Какая жестокость... - пробормотал я и зарылся лицом в подушку, позволяя его языку опуститься на мою шею, его слюна увлажнила мою спину. Он спустился к моему позвоночнику и задержался на коже с каждой стороны позвонка. Словно лев, омывающий своего детеныша, вся моя спина стала теплой. Мне казалось, что я лежу на пляже и загораю, а Агарес влажной губкой наносит на меня солнцезащитное масло; ощущение было настолько приятным, что можно спокойно расслабиться и ни о чем не думать. Внезапно в голове всплыли образы сцен, произошедших на спасательной шлюпке, появившейся в моем предыдущем сне. Я инстинктивно вцепился в его волосы, ниспадающие каскадом на мою руку, пытаясь подавить учащенное дыхание, вырывающееся из моего носа.

- Эй, это правда... Агарес? - мой голос был приглушен подушкой. Я даже не был уверен, слышит ли он меня, - во время нашего первого раза мне было всего пятнадцать! И ты все равно сделал это...

Перепончатые руки Агареса сжались на моей талии, и он издал низкий гул в ответ. Его язык замер совсем рядом с моим копчиком, задержался еще на секунду, а затем быстро исчез. На близком расстоянии я все еще чувствовал его грубое и тяжелое дыхание, ударяющее мне в спину, и его хвост, неустанно сжимающий мои ноги. Я лежал тихо и неподвижно. Я ощущал беспокойство от его волос, волочившихся по моей коже, не решаясь даже взглянуть на него, потому что сейчас я был совершенно голым, как чертов кусок приманки, разложенный прямо перед глазами акулы; даже малейшее движение могло разжечь его фитиль, который заставит его отказаться от всех своих разумных доводов.

Он был уже твердым, и его огромный член свисал, как спелый банан, прижимаясь к моей заднице. Я осторожно спросил:

- Значит, это позволит твоему запаху задержаться надолго на моем теле? Насколько дольше?

- Только на несколько дней, - Агарес ответил на вопрос не сразу, словно только что вышел из оцепенелого транса. Он стянул с себя одежду и завернул меня в нее. Только после этого он заключил меня в объятия, глубоко дыша, словно вдыхая наркотики, прислонившись к моему плечу. Его перепончатые руки бездумно массировали мою грудь, он напоминал сумасшедшего, старого дурака, вынужденного подавлять свои желания.

Я схватил его зловещие когти и немного отклонился в сторону, изо всех сил стараясь не соприкасаться с его нижней частью.

- Эй, если так пойдет и дальше, мы в конце концов сорвемся из-за того, что слишком долго сдерживаемся!

Лицо Агареса напряглось, но ответа не последовало. Вместо этого он просто провел руками по своему естеству, и его грубый длинный рыбий хвост несколько мгновений беспокойно покачивался. От его поведения у меня едва не вырвался смех, и в отместку он ущипнул мой вставший член. От чувствительности я вздрогнул. Затем я увидел, как он широко ухмыляется, словно маленький ребенок. Я закатил глаза, впервые замечая, что у вождя мерфолков есть такая детская сторона.

В тот момент, когда мы оба получали удовольствие от этой своеобразной игры, недалеко раздались статические звуки. Я поспешно схватил пейджер и увеличил громкость. Шум из динамика был беспорядочным, и в нем смешались звуки моих товарищей. Я нервно подался вперед, и в ту же секунду вдруг услышал на заднем плане жуткий смех!

Ужас наполнил меня. Это был такой же голос монстра, который напал на меня!

Я так и знал, что их ждут неприятности, как только они взойдут на борт заброшенного корабля. Оттолкнув Агареса, я спрыгнул с кровати. Но вдруг рядом со мной он начал дергаться всем телом, и цвет его лица стал крайне невзрачным.

Черные точки снова начали двигаться и скапливаться под его кожей, а его глаза постепенно поглотила тьма. Даже с кораблем случилась беда, он начал трястись. Пошатываясь, я прислонился к стене, нащупывая на полу кандалы и думая, как бы снова заковать его. Но тут я заметил, как он, схватившись за ручку двери кабины, резко перевернул свое тело, изогнув хвост дугой. Стремительно подпрыгнув, он превратился в темную тень, летящую по палубе. В последнюю секунду он издал низкий рык:

- Не преследуй меня, Дешаров!

- Агарес! - громко крикнул я, не заботясь о том, что он сказал, и тут же бросился за ним. Но он исчез бесследно в мгновение ока, оставив длинный след в океане. Я с досадой бросил цепи, но не решился долго оставаться снаружи. Я поспешил обратно в каюту, быстро перерыл все свои вещи и вооружился всем снаряжением, которое могло мне пригодиться. Следуя плану, который мы с Ником обсуждали ранее, я побежал на нос корабля и выпустил сигнальную ракету. Затем с помощью беспроводной рации подал сигнал о помощи. Их скорость передвижения была на полчаса медленней, чем у нашего небольшого спасательного судна, но расстояние между ними было близким. Хотя, сделав это, невозможно было бы избежать встречи с Райном, Шиничи и остальными. Но сейчас они не представляли большой угрозы.

Вскоре я получил ответ. Высокий луч проецировался над океаном с расстояния примерно в милю.

Я немного расслабился, и поспешно попытался позвать своих товарищей по пейджеру, но в тот момент, когда я преследовал Агареса, все звуки из пейджера уже исчезли. Мне стало так тревожно, что захотелось пойти на тот заброшенный корабль и самому все осмотреть, но трясущийся корпус нашего корабля подсказал мне, что не стоит действовать вслепую, не подумав. Кроме того, у меня был только я сам, а по моему предыдущему опыту, идти куда-то в одиночку было не самой лучшей идеей.

Усилием воли взяв себя в руки, я сел на место капитана и взял в руки бинокль, наблюдая за положением заброшенного корабля на другой стороне; при этом мое сердце тревожно прыгало, едва не пробивая грудную клетку.

Через линзы я был потрясен, обнаружив, что черные вкрапления на корабле - это растительность, похожая на волосы. Это внезапно напомнило мне о том, как Агарес извлекал зараженную “йолу” из моего тела. Я поднялся с кресла, и мое сознание словно взорвалось. Весь заброшенный корабль был покрыт вирусоподобными, мутировавшими спорами русалок. Это была ловушка. Зараженные мерфолки желали, чтобы эти твари паразитировали на людях, поднявшихся на борт корабля.

Боюсь, что на них уже напали. Я должен был остановить своих товарищей, даже если этого бы потребовало применения силы. Блять!

Чувствуя себя как на иголках, мой взгляд случайно упал на кучу неиспользованных ракетниц в коробке, и меня осенила идея.

Точно. Я не был уверен, что эти проклятые твари все еще боятся света, но, по крайней мере, это могло бы произвести на них отпугивающий эффект. Во всяком случае, это было лучше, чем оставить их просто сидеть и ждать смерти.

Я тут же взял ракетницы и быстро разделил их на несколько связок, после чего бросил их в окно в направлении корпуса корабля в противоположную сторону. Почти сразу же из темного океана раздался шипящий звук, похожий на шипение гадюки. Волосоподобные споры русалок мгновенно начали корчиться. Сцена стала крайне тревожной. Я сразу же понял, что свет действительно спровоцировал их. Я продолжил бросать все новые и новые ракетницы.

На другом корабле связка сигнальных ракет, словно фейерверк, выплеснула ослепительный холодный свет во все углы корпуса. Весь корабль начал вздыматься и опускаться вместе с волнами, словно на кипящей воде. В этот момент бесчисленные черные нити спутались повсюду, и несколько человеческих фигур внезапно были выброшены за борт в океан. Через мгновение я услышал голос Родии и остальных, зовущих на помощь!

- Подождите. Держитесь! Я сейчас спасу вас, ребята!

Я поспешно спустился в нижнюю каюту и принялся искать спасательные круги и веревки. После этого я помчался к краю корабля с самой невероятной скоростью в своей жизни и бросил их воду людям, находившимся внизу.

К сожалению, это произошло как раз в тот момент, когда корпус корабля начал трястись сильнее, накренившись до такой степени, что появилась вероятность опрокинуться. Мне пришлось временно прекратить спасательную операцию и крепко ухватиться за мачту, чтобы самому не оказаться за бортом. Те несколько человек, за которыми я наблюдал, когда их беспомощно бросали в воду, уже бесследно исчезли прямо на моих глазах.

В океане не было ни ветра, ни волн, вместо этого образовывались большие и маленькие водовороты, а медузы начали всплывать вверх в большом количестве, похожие на группы белых призраков. Но кровь моя стыла не от этой сцены, а скорее от того, что начало медленно всплывать из-под толщи медуз...

Это была толпа стройных и искаженных фигур гниющих, черных мерфолков, пытающихся взобраться на корабль с помощью щупалец, напоминающих щупальцы кальмара, пробивающиеся из их груди. Один из них, уже забрался наверх и прицепился к внешней стенке корпуса подо мной. Он открыл пасть, нацелившись на меня, и из черной дыры его глотки вырвались комки похожих на волосы спор.

- Черт возьми!

Моя голова занемела, когда я издал оглушительный крик и рефлекторно вытащил пистолет из пояса, собираясь накормить эту тварь патронами. С грохотом лопнули и рассыпались на отдельные прядки черные волосы, и я безжалостно раздавил ногами споры мерфолков, которые безвольно прилипли к стене лодки. В моем сердце поднялось тошнотворное чувство, как будто я был яйцеклеткой, окруженной сперматозоидами. Однако результатом атаки было не беременность, как у женщин, а превращение в чудовище, как и они сами.

Сработает ли запах Агареса на самом деле?

Глядя на бесконечное количество демонов в океане, которые поднимались по корпусу корабля, казалось, что они все ближе и ближе. Вдобавок, из-за тряски корабля я в любой момент мог упасть в воду. Необъятный страх побудил меня прыгнуть на палубу, и там, крепко уцепившись за опору, я пополз обратно к кабине. Плотно закрыв дверь, я посмотрел в окно, через которое открывался лучший вид на весь корабль, и заметил, что корабль Райна уже достиг правого борта “Посейдона”, на расстоянии около пары сотен метров, и задумался о том, удастся ли мне с помощью пусковой установки захвата перескочить на него.

Именно в этот момент я почувствовал необычное движение, идущее со всех сторон. Я бдительно выглянул наружу и обнаружил, что черные тени уже поднялись на палубу и движутся к кабине капитана. Куда бы я ни посмотрел, отовсюду разлетались похожие на волосы споры мерфолков, словно чума. Казалось, что я вот-вот попаду в смертельную ловушку. Наверно, верно говорят, что люди становятся самыми смелыми и отважными, когда попадают в безвыходную ситуацию, поэтому я немедленно поднял ведро с машинным маслом, предназначенным для смазки корпуса, и высунул ногу из кабины. Разбрызгивая масло, я, спотыкаясь, проделал весь путь к правому борту, ближе к кораблю, но вскоре развернулся, чтобы дать этим проклятым тварям, преследующим меня, хорошенько прочувствовать вкус моего пистолета.

- Эй, ребята, вы еще блять не наигрались?!

Как только я закончил ругаться, раздался гулкий звук, а затем в небо взметнулось пылающее инферно. Тени отбрасывались от огня, и ужасающие крики прорывались сквозь ночь, вызывая у меня дрожь. Я вытер пот, стекающий по лбу, и достал крюк для захвата, разворачиваясь всем телом. Но как только я развернулся, меня охватила дрожь, и мое тело утратило способность двигаться.

Из высокой тени, окутавшей меня, на меня смотрела пару узких, как болото, глаз. Слизкий язык медленно провел по моим губам, и под густыми черными волосами показалось знакомое мне бледное лицо, однако сейчас оно было наполнено лишь жаждой крови и холодом. Острые мощные когти-перепонки ухватились за одежду, с легкостью поднимая мое тело в воздух, его когти, казалось, собирались вспороть мне живот, проходя по шву куртки. Я услышал звук рвущейся толстой кожаной куртки, а потом он внезапно напал на меня.

- Ага...рес... - мой голос звучал так, словно застрял в горле, а дыхание неконтролируемо дрожало. Поспешно я дотронулся до пистолета у пояса. Мои пальцы словно примерзли к ледяному пистолету, и несмотря на то, что я держал его в руках, у меня не было сил вытащить его. Я стиснул челюсти, уставившись широко раскрытыми глазами в его собственные, снова пытаясь найти колебание в застоявшейся мертвой воде. Я не верил, что этот “темный” Агарес мог забыть обо всем и причинить мне боль, напасть на меня или замучить до смерти, не испытывая никаких угрызений совести.

Мне показалось, что он слегка отреагировал на это, однако, как ни было смешно, я увидел, как он вынул руку из моего тела и попробовал на вкус пальцы, с которых стекала свежая кровь. Затем он широко ухмыльнулся и, издав зловещий скупой смешок, снова вонзил свою руку еще глубже, чем прежде.

Смею ли я сказать, что именно в этот момент он, скорее всего, повредил мою мошонку. Я издал крик боли и свернулся калачиком, дрожа. Я чувствовал, как кровь стекает по моим штанам, струйками стекая по бедрам. Несколько резких шипящих звуков пронеслись мимо моих ушей, и огромное количество зараженных молодых спор снова поползли вверх по кораблю. Они медленно подползали ко мне, но были молниеносно сметены хвостом Агареса в огонь. Он издал свирепое шипение, предупреждая их, его черные зрачки отражали бушующее пламя, словно Сатана, вышедший из самой преисподней.

Возможно, я должен быть благодарен Агаресу за то, что, даже став таким, он все еще оставался ужасным собственником. Но, несмотря на это, сильная боль и страх стать инвалидом чуть не сломили мой разум, и я в безумии рванулся прочь от него. С помощью пусковой установки для захвата я скользнул на палубу другого корабля, стоявшего напротив этого гиблого места.

- Что здесь происходит?

- О, Боже, кто это?

Я увидел приближающуюся толпу, с ужасом взирающую на меня, и их шум в моей голове превратился в статическое жужжание. Когда мир вокруг меня закружился, я торопливо прикрыл нижнюю часть тела, мокрую от крови, и, пошатываясь, сделал еще пару шагов. Однако вскоре мои ноги подкосились, и я потерял сознание.

..............................................

Глава 80

- Дешаров!?

В этот момент я услышал до боли знакомый голос. Одна рука подхватила меня за спину, а другая оказалось подмышкой, чтобы поддержать мое качающееся тело. Я поднял голову и увидел, что Райн смотрит на меня широко раскрытыми, недоверчивыми глазами. Я прекрасно понимаю, что в его глазах я выглядел довольно жалко, и знаю, как мне не хотелось в таком плачевном состоянии падать в его цепкие руки. Однако сейчас меня мало что волновало. От боли мои ноги подкосились, и у меня не осталось другого выбора, кроме как опереться на Райна, который опустился на корточки, чтобы одним рывком поднять меня на ноги.

- Куда ты ранен? - поспешно спросил Райн, торопливо втаскивая меня в каюту большими шагами.

Я не смог ему ответить. Мои губы дрожали от боли, а в голове стоял сильный гул. Чувствуя бессилие, я неосознанно взглянул на сгорающего “Пойседона” внутри бушующего и полыхающего пламени. Агареса больше нигде не было видно. Место, где он был в последний раз, уже было охвачено пламенем, оставив только бьющуюся и извивающуюся черную тень, которая рассыпалась в размытую картинку на моих глазах. Сейчас все казалось таким ироничным. Тот, кто сильно ранил меня, оказался моим любовником, а то, кто спас меня, был моим врагом. И этот враг также спас моих товарищей по команде - мне посчастливилось узнать, что несколько человек, вместе с Родией и Ником затащили на корабль. Это знание было подобно своевременному приему кардиостимулятора, не давшего мне потерять сознание от боли.

Вскоре Райн уложил меня на койку, а врач на борту также оперативно примчался к нам. Несмотря на то, что мне крайне не хотелось обнажать свои раны, но похоже, другого выбора в данный момент не было. И вот, как пациент с гемиплегией, я остался голым, пока врач осматривал мои увечья. Хорошо только то, что Райн не стал настаивать на том, чтобы понаблюдать за моим жалким состоянием. Только после того, как все мои раны были забинтованы, он открыл дверь, чтобы войти. Я ясно видел, как врач прошел мимо Райна, покачал головой и что-то прошептал. На лице Райна тут же появилось выражение удивления, и он быстро подошел к моей кровати, приподняв простыню и посмотрел на мои бинты.

Наверно, моя нижняя половина выглядела сейчас довольно комично, или, по крайней мере, мне это казалось смешным. Хотя я совсем не мог смеяться. Уголок моего рта просто резко приподнялся.

- Спасибо, Райн, а теперь пожалуйста, оставь меня в покое.

- Ты на самом деле благодаришь меня?

Райн наклонился и протянул руку, казалось, желая коснуться моих волос, но я избежал этого, отвернувшись. Я вежливо улыбнулся, не желая показывать свою искреннюю благодарность, и настороженно посмотрел на него, потому что не стал исключать возможности, что этот извращенец сделает со мной что-нибудь.

- Что тебе сказал доктор? Я хочу знать, насколько серьезно мое состояние.

После вопроса я затаил дыхание в страхе, что Райн сообщит мне плохие новости.

- Кто это наложил на тебя столь тяжелую руку?

Райн не ответил мне прямо, вместо этого он пытался перевести тему. Я осознал, что он не видел, что произошло, и почувствовал себя менее неловко. Я пожал плечами и промолчал, не отвечая. Однако он с силой схватил мое запястье и немигающее уставился на меня. В его глазах виднелись следы тоски и любви, от которых волосы вставали дыбом. Его рука провела по моему подбородку, словно рисуя мой портрет, и кольцо с сапфировой вставкой, на среднем пальце, внезапно попало в поле моего зрения, заставив мои веки дернуться.

Это была спора мерфолка! Пораженный, я уставился на него и рефлекторно схватил Райна за руку. Райн смотрел на меня в замешательстве, очевидно, немного удивленный моей реакцией. Мое сердце бешено забилось, и я понял, что он, возможно, не знает, что на самом деле представляет собой этот камень. Я резко разжал пальцы, но он легко поймал мое запястье и пристально посмотрел на меня. В его прозрачных, как стекло, голубых глазах появился зловещий, извращенный оттенок. В одно мгновение мое сердце внезапно упало, и я сразу же сильно разволновался.

- О, так тебе приглянулось кольцо, мой маленький Уоллес? - спросил он тем же тоном, что и раньше, когда еще был моим наставником. Пока он изучал выражение моего лица, он в то же время снял кольцо, содержащее спору мерфолков, и надел его на мой безымянный палец с изящной улыбкой, как элегантный джентльмен. Моя рука дернулась от отвращения к нему. Если бы не желание вернуть вещь, принадлежащую Агаресу, я бы уже безжалостно ударил его.

Но я не осмелился этого сделать. Я машинально отдернул руку и почувствовал себе неловко, не зная, что сказать. Кольцо, надетое на безымянный палец, жгло, как паяльник, вызывая неприятное ощущение во всей руке. Однако Райн всего лишь с интересом наблюдал за выражение моего лица. Я не знал, понял ли он что-то не так или думает, как меня уязвить, но независимо от того, первое это или второе, его реакция подтверждала одно: он ничего не знает о том, что кроется в кольце. Я вполне мог бы обратить защиту в нападение, чтобы не оказаться в совершенно пассивной ситуации. Это был один из навыков ведения переговоров, которому я научился за два года работы под руководством Колова. У Райна были определенные условия, с которыми мне стоило поторговаться, и, если мне хотелось попасть в место радиации, чтобы встретиться с Агаресом, мне придется с ними работать.

- Ты хочешь узнать, что это такое, Райн? Или ты хочешь получить нечто большее?

Я немного приподнялся, желая сесть. К сожалению, боль снизу заставила меня повалиться назад, и в итоге я приземлился на руку Райна.

- Да, но я хочу узнать кое-что другое, согласен ли ты быть вместе со мной. Не отказывай мне сразу же, для начала подумай. Тебе нужен тот, кто будет заботиться о тебе, потому что сейчас я опасаюсь, что поход в туалет или даже принятие ванны потребует чьей-то помощи.

Он сказал это полуугрожающим, полуутешительным тоном, я, но почувствовал себя так, словно в мое психическое состояние вонзили гвоздь. Я отмахнулся от его руки и посмотрел на него:

- Не говори так, будто я инвалид, Райн. Я не хочу обсуждать это с тобой.

Я поднял руку с кольцом, четко прознося по одному слову за раз:

- Возьмите меня с собой в то место, куда вы, ребята, собираетесь. Поверь мне, я куда полезнее, чем ты думаешь.

Затем я указал на свое ухо, и эмоции в глазах Райна заиграли полосками света. Я полагал, что его впечатление о моей мутации двухлетней давности все еще очень глубокое. Он резко схватил мою руку, прижал колени ногам, слегка придавливая их, и поцеловал костяшку пальца, на котором было кольцо. Я сжал руку в кулак, сопротивляясь желанию избить его, потому что понимал, что если буду вести себя грубо на его территории, то пострадаю только я.

- Конечно, я это знаю. Ты всегда был полезен, мой маленький гений, - воскликнул он. В его голосе звучал намек на нежную привязанность, однако я отчетливо ощутил, что за его улыбкой скрывается слабое желание жестокости, - просто раньше я не желал пускать тебя в дело, не хотел, чтобы ты превратился в красивого, но беспомощного тритона, как та наживка Шиничи. Но позже я понял, насколько тебе подходит роль тритона. Ты настоящее произведение искусства, даже несмотря на серьезные повреждения. Я все равно буду нежно и бережно оберегать тебя...

- Ты больной извращенец! - наконец я не выдержал и закричал. Тошнота от унижения не давала мне покоя и злила меня, но в то же время я сразу уловил кое-что из того, что он только что сказал. Вспомнив о том, что я встретил на корабле-призраке в фантомном магнитном поле фиолетового тритона, в моем сердце сформировалась догадка:

- Юкимура... Тот тритон, которого использовал Шиничи, он все еще у тебя в руках? Он на... этом корабле?

Райн приподнял бровь:

- В чем дело?

- Проклятье... - выругался я. Чем больше я думал об этом, тем больше мне казалось, что ряд ужасных событий, недавно произошедших, подтверждают мою догадку. Фиолетовый тритон, напавший на меня, и позволивший мне увидеть иллюзию прошлого, возможно, пытался передать мне какое-то сообщение. Он появился намеренно ради Юкимуры.

У меня было предчувствие, что если Юкимура останется запертым на корабле, это принесет немыслимые неприятности:

- Ты должен отпустить его на волю. Иначе он пригласит сюда этих тварей...

Я подсознательно посмотрел в окно рядом с собой и неожиданно для себя уловил в темноте гнилое, призрачное лицо. Оно быстро мелькнуло за стеклом. В тот же миг мурашки пробежали по всему моему телу, и даже лицо Райна внезапно изменило цвет. Он тоже увидел это.

Глава 81

- Что это сейчас было?

Райн тут же поднялся, с опаской подошел к окну, достал пистолет и выглянул наружу. Я с той же нервозностью бросил взгляд в окно. Над океаном, как назло, снова заклубился густой туман. Я смутно различал волнистые очертания отвесной скалы вдалеке, а полная луна, словно окутанная слоями паутины, казалась тусклой и мутной.

Вокруг было жутко тихо, словно увиденная сцена была всего лишь нашей галлюцинацией. Но я знал, что увиденное было правдой. Это жуткое лицо, а может быть, и еще множество таких же жутких лиц скрыты в этом сыром смоге, тайно подглядывают за нами. Они не ограничены временем и пространством, они четырехмерные существа, они повсюду.

По спине пополз невыносимый мороз, я вцепился в простыню, почувствовав неизвестный запах.

Вероятно, из-за того, что он ничего не заметил, Райн нерешительно опустил пистолет:

- Я выйду и посмотрю. Веди себя хорошо и оставайся здесь.

Мой взгляд был устремлен в темноту за окном, поэтому я проигнорировал его. Райн недовольно схватил меня за подбородок, вынуждая повернуться к нему, и именно в этот момент я заметил на плече Райна костлявую руку. Затем из спины Райна медленно выплыло призрачное и гниющее лицо. Из-под водорослей, похожих на мокрые волосы, на меня безмолвно уставились черные дыры пустых и безжизненных глаз.

- За тобой... - я испуганно вскрикнул. За долю секунды лампочка над моей головой пару раз мигнула, а затем вокруг наступила кромешная тьма. Однако в сетчатке глаз появился слабый флуоресцентный зеленый свет, что только усилило ужас. В темноте я разглядел, как за шею Райна без предупреждения схватила перепончатая рука и, легко оторвав его от пола, поволокла к двери. Но позади него уже не было двери, скорее это была расщелина, которая раскрывалась все шире. Внутри расщелины возникло бесчисленное множество изуродованных призрачных лиц с мерзкой злобной ухмылкой, выпустивших свои длинные рыбьи языки, которые подобно ядовитым змеям обвились вокруг конечностей Райна, затягивая его внутрь.

- Спаси меня... Дешаров!

Лицо Райна исказилось от страха. Я стремительно сел, схватился за ручной пулемет в его руке и с громким хлопком выстрелил в черную дыру, но кто же знал, что звук от пуль разлетится по дощатым стенам каюты прямо за моей спиной!

Черт!

Встревоженный, я вскочил с кровати и упал на твердый пол. Сбоку расщелина разверзлась еще шире и, подобно дьяволу, обитающему в глубинах ада, открывшему свою кровавую пасть, чтобы полакомиться добычей, протянулась прямо к моим ногам. Из глубины расщелины хлынули черные сгустки нитей. Подобно личинкам, прилипшим к костям, они плотно облепили мое тело и быстро устремились вверх. За доли секунды все мое тело словно увязло в ледяном болоте с отвратительным рыбьим запахом, а мощнейшая странная сила, подобно водовороту, потянула меня вниз.

Я рывком перекатился по земле, пытаясь вырваться из опутавшего меня клубка нитей. Но как раз в тот момент, когда я уже собирался оторвать их рукой, страшные лица в расщелине вдруг все сжались, словно их опалило огнем, и в одно мгновение расщелина стремительно закрылась, бесследно исчезнув.

- Сессон... - раздался слабый голос.

Я ошарашено замер на месте. Я поднял руку, и на среднем пальце ярко засверкало кольцо со спорой мерфолка. К тому времени, когда я понял, что прогнало этих чудовищ, Райн набросился на меня, подмял под себя и зажал мою руку.

Может быть, потому что психика нацистских солдат отличалась от психики обычных людей, я почти не обнаружил на его лице эмоциональных последствий, вызванных только что пережитым ужасом. Скорость его восстановления была невероятной. В тот момент, когда я все еще находился в шоковом состоянии, он же просто уставился на мое кольцо. Затем вцепился в него, намереваясь снять его с моего пальца.

Однако я тут же крепко сжал пистолет и приставил его прямо к подбородку Райна. Я холодно пригрозил:

- Отведи меня туда, где сейчас находится Юкимура! Теперь ты точно понимаешь всю серьезность этого дела, Райн! Эти штуки могут появиться снова в любой момент. Если ты нехочешь испортить свои планы, делай, как я сказал.

Я посмотрел ему за спину:

- Я спас тебя не потому, что мне не хватает духу дать тебе умереть, а потому, что мы теперь на одном корабле, а значит, нам нужно сотрудничать. Не обращайся со мной как с заложником, иначе эта ошибка дорого тебе обойдется.

Зрачки Райна сузились, он кивнул головой, в его глазах мелькнул странный блеск. Он, наконец, отбросил свою обычную легкомысленность и игривость, которая появлялась у него всякий раз, когда он смотрел на меня.

- Ты изменился, Дешаров.

Я презрительно усмехнулся:

- Ах, да. И ты, и Сакарол внесли большой вклад в мое развитие. Как мне вас отблагодарить?

- Впрочем, это не изменит того, что ты мне нравишься.

Он поднял руку, пытаясь коснуться моего лица, но я безжалостно ударил его прикладом по лбу, а затем пинком заставил его встать, чтобы самому подняться. Нижняя часть тела все еще испытывала невыносимую боль, что замедляло мои действия. Но я понимал, что должен как можно быстрее отыскать Юкимуру, иначе сегодня же корабль поглотит океан.

Выйдя на палубу корабля, я обнаружил, что электричество на корабле не работает, и все верхние и нижние этажи кают погрузились в темноту. Кроме нас с Райном, все остальные, казалось, глубоко спали. Вокруг не было ни звука, словно мы оказались на корабле-призраке, оставленном дрейфовать в бескрайнем океане. Все погрузилось в мертвую тишину. Даже крики морских птиц и шум волн странным образом исчезли. Похоже, что мы попали в другое иллюзорное пространство, в мир, полный кошмаров.

Мы осторожно приближались к каютам, стараясь избежать незримой угрозы, скрытой в бескрайнем ночном тумане, но опасность ощущалась повсюду, от этого ощущения невольно становилось душно. Под руководством Райна мы пересекли палубу, проникли в нижний отсек и оказались в особенно скрытой и уединенной комнате. Через окно я разглядел фигуру Юкимуры в стеклянном бассейне. Он был погружен в какую-то светло-красную воду, а внутри каюты было очень темно, как в фотолаборатории.

- Зачем его так запирать? - недоумевал я.

- Это был приказ господина Шиничи.

Рука Райна дернулась, и из-за предосторожности я толкнул его к двери, но только увидел, как он тянется в карман, чтобы что-то достать. Я остановил его одной рукой, а другую засунул в его карман, и тут же нащупал связку ключей. Он повернул голову в мою сторону, нервозность мелькнула в его глазах.

- Он опасен. За последний год его тело стало выделять радиоактивные вещества, и люди, которые когда-либо приближались к нему, теряли рассудок. Господин Шиничи решил изолировать его. Ты уверен, что хочешь войти?

- Теперь понятно... почему это чудовищное существо не может найти Юкимуру...

Мое душевное равновесие пошатнулось, когда я схватил ключ и вставил его в замочную скважину, а затем с силой повернул его. Схватив Райна, я отшвырнул его в сторону и в одиночку зашел внутрь, заперев за собой дверь. Я медленно подошел к бассейну-цистерне высотой больше человеческого роста и взобрался по стремянке, расположенной у бассейна. Юкимура дрейфовал на поверхности, позволяя красной воде плавно обтекать его стройное тело, а его приметный голубой хвост был похож на облачко, проносящееся по горизонту ночного неба.

Глаза Юкимуры были закрыты. Красивое лицо восточного юноши было словно высечено из хрустального стекла. В памяти всплыло его свирепое выражение лица во время пожара, и мне расхотелось нарушать его мирный сон. Но, к сожалению, у меня не было другого выхода.

- Эй, ты должен проснуться... Юкимура.

Я легонько постучал по стеклу, и мое дыхание участилось, когда я заметил те же самые черные пятна на его теле.

Удивленный моим присутствием, Юкимура тут же открыл глаза. Он был явно шокирован моим появлением, спрятавшись в одном из углов бассейна, а его ярко-черные глаза в панике разглядывали меня. Я сменил положение и приблизился к нему так, чтобы он смог хорошо разглядеть мое лицо.

- Мы уже встречались раньше.

Его глаза сосредоточились на моем лице, и в одно мгновение его выражение лица смягчилось. Он подплыл ко мне, плавно покачивая хвостом. Затем он опустил голову, задыхаясь.

- Мой будущий вождь, что привело тебя ко мне?

Будущий вождь? Я был потрясен этим странным обращением и хотел было расспросить подробнее, но вспомнил, что у нас сейчас экстренная ситуация, и надо переходить к делу. Я немного сумбурно изложил свои мысли по-японски:

- Мне кажется, тебя ищет тот тритон, которого ты встречал в прошлом. У него фиолетовый хвост.

Я показал жестом:

- Я не знаю, что произошло. Я каким-то непонятным образом увидел ваше с ним прошлое и сразу догадался, что, возможно, он хочет передать мне сообщение о том, что хочет тебя найти.

- Это он. Это действительно он искал меня.

Юкимура глубоко задумался, его взгляд упал на сверкающее отражение маленьких кружащихся огоньков под водой, и, словно увязнув в необъятной пучине, на его лице медленно проступила печальная улыбка.

- На самом деле я уже давно это почувствовал. Я должен вернуть ему подаренную мне жизнь. Пожалуйста, освободи меня, мне пора принять свою карму.

Сказав это, он взобрался на бортик стеклянного бассейна, его хвост скатился вниз по стенке бассейна. Увидев это, я бросился ловить его.

- Что за карма? Разве не ты сам распоряжаешься своей судьбой?

Уголок губ предательски дернулся:

- Хотя я не имею права так говорить. Однако я надеюсь, что ты не откажешься рассказать мне, незнакомцу, свою историю, прежде чем уйти? Потому что вряд ли мы еще встретимся. Но если ты не хочешь...

- Нет, все в порядке. То, что у меня есть возможность сказать это вслух перед самым концом моей жизни, - большая удача для меня.

Юкимура поднял веки, и, глядя в эти юношеские глаза, я почувствовал, как глубоко внутри него произошли значительные перемены. Тогда я и осознал, что Юкимура провел в океане уже почти полвека. Это был уже не тот юноша в кимоно, что в те дни:

- Но нет истории, которую следовало бы рассказать, есть только ложь и цена, которую приходится платить за эту ложь. Ашура - так я его называю. Но знаешь ли ты, почему он стал мстительным Ашурой?

Я покачал головой. Юкимура закрыл глаза, ресницы, похожие на черные перья, слегка подрагивали, как будто он погрузился в кошмар:

- Потому что, будучи сам “рыбой-приманкой”, я возглавил яростную резню и злодеяния против вида мерфолков. Мой клан убил сотни мерфолков и провел над ними жестокие эксперименты, поэтому мы тоже заплатили соответствующую цену.

Вслед за шепотом Юкимуры перед моими глазами вновь предстала тревожная сцена. Я снова увидел фиолетового тритона, стоящего в пламени, с залитым кровью лицом. Юкимура с болью в глазах вспоминал свою собственную историю. В конце концов они упали в океан, как две разбившиеся птицы, полные отчаяния в объятиях друг друга.

Я невольно втянул в себя холодный воздух, грудь, словно придавленная камнем, потяжелела. Вспомнив, как ужасно выглядел сейчас этот тритон, я побоялся продолжать расспросы, как будто скальпелем пытаясь вскрыть старые раны, затянувшиеся временем, обнажая кровавое прошлое.

Подобные вопросы были слишком жестоки для Юкимуры.

- Ты гораздо смелее меня.

Перепончатая рука Юкимуры вдруг мягко опустилась на мою голову, как благосклонный старик гладит по голове своих потомков:

- Ты осмелился признаться в любви, решился сражаться за него в одиночку, будучи другой расы. Я думаю, наш вождь не ошибся в выборе преемника, именно ты способен спасти Атлантиду.

- Но я не его преемник, как я могу стать вождем! Я его... - я почесал голову, не зная, как продолжить, но в этот момент позади меня раздался неожиданный шум. Выражение лица Юкимуры мгновенно изменилось.

Я обернулся и тут же застыл в испуге. На стене каюты позади меня разошлась небольшая щель, и изнутри высунулись две пары бледных перепончатых когтей, разрывая щель все шире и шире. Вместе с хлынувшей морской водой высунулся толстый черный рыбий хвост. Вслед за этим, словно восставший из могилы зомби, обладатель хвоста медленно выставил из расширившейся черной дыры свою столь же бледную верхнюю часть тела.

Вскоре пара ужасных глаз, полных жажды крови, с тоской уставились на меня.

- Дешаров...

Испугавшись до смерти, я случайно свалился в бассейн рядом с собой. После своей трансформации Агарес тоже стал обладать этой ужасающей четырехмерной способностью! О боже, такого я не мог представить даже в кошмарном сне!

В воде я в ужасе отступил назад и прижался к стенке бассейна. В тот момент, когда Агарес, подобно ящерице, взбирался по бассейну, холод пробрался в мой костный мозг, заморозив всю мою кровь.

Глава 82

Агарес раскинул руки, полностью перекрыв мне путь к отступлению. Он выпятил грудь и слегка выгнул спину назад. Почти сразу же из его спины раздался характерный звук разрываемой плоти. Как будто что-то пыталось вырваться наружу и прорасти из его тела. Мы с Юкимурой застыли на месте от шока, наблюдая, как абсолютно черные волосы Агареса, словно живой организм, извиваются, превращаясь в клубы черного тумана. В его волосах извивалось множество длинных толстых щупалец, похожих на угрей. В мгновение ока они нырнули в воду и устремились ко мне.

- Осторожно! - Юкимура испуганно вскрикнул и выставил свои перепончатые когти, пытаясь заслонить меня. Однако хвост Агареса безжалостно отбросил его в сторону, и он силой врезался в стену. Острый серповидный хвост, став тенью, метнулся к голове Юкимуры, и в этот момент жизни и смерти я, не раздумывая бросился отталкивать Юкимуру. Холодный воздух прошелся по коже головы, и хвост неподвижно завис над моей спиной.

Юкимура прижался к стенке бассейна, по его лбу стекала голубая струйка крови. Быстрая и агрессивная атака Агареса лишила Юкимуру сознания.

Я оттеснил его в угол и, обернувшись, задрожал от страха. Хвостовой плавник Агареса был приставлен вплотную к моему лбу. Багрово-красный заостренный конец, казалось, жаждал кровавой расправы, тихонько подрагивая у моего носа. Затаив дыхание, я слегка отвел голову в сторону, но мне помешало его лицо, оказавшееся в поле моего зрения. Агарес смотрел на меня без всякого выражения, словно раздумывая, как бы раскроить мне голову. Неожиданно его хвост медленно качнулся и приподнял мою голову. Его взгляд остановился на моем лице, и он сузил глаза, словно пытаясь изо всех сил определить и вспомнить, кто я такой.

Это был один из тех случаев, когда я отмахнулся от смерти, но на этот раз Мрачным Жнецом оказался Агарес. Он мог убить меня, но не сделал этого. Тогда неужели даже в таком состоянии отрешенности он сохранил часть своей воли? Возможно, я смогу укрепить его волю и дать ему возможность бороться с темными сущностями, овладевшими его телом.

Эта мысль побудила меня поднять руку и осторожно, словно человек, желающий прикоснуться к пылающему пламени, дотронуться до его хвоста, и моя рука прошлась по тонкой, но твердой костной структуре его чешуи, заставив хвост трепетать. Он приподнял хвост из воды и положил его мне на грудь, он моргнул пару раз, и пара безжизненных глаз, казалось, снова стали живыми.

- Стань прежним, Агарес! Ты же не хочешь причинить мне вред?

В одно мгновение в моей груди забрезжил огонек надежды, и я с волнением воскликнул, заключая его хвост в свои объятия. Однако в этот момент его словно ударило током, и он вдруг резко отдернул свой рыбий хвост. И тут же черные щупальца под водой набросились на меня, плотно обхватив мои руки и ноги, подняли меня из воды и разом поднесли к его телу.

Я увидел заметную, большую выпуклость в закрытых чешуйчатых мембранах, а затем наружу вырвалась группа крупных половых органов странной формы, которые я уже видел раньше. Они угрожающе подергивались, кончик каждого из них источал черную “йолу”, нетерпеливо стремясь оказаться у меня между ног. Очевидно, что темная материя внутри Агареса заставляла его ввести зараженное семя в мое тело.

- Отпусти меня! Агарес!

Вспомнив ужасный опыт недавнего ранения, моя единственная ниточка надежды оборвалась в голове. Я осознал, что Агарес в таком состоянии уже не тот, что был раньше, и поэтому в первую очередь я должен был защитить себя.

Я принялся небрежно пинать его рыбий хвост, а затем сжал кулак, пробивая брешь между ним и собой. Мой внезапный прилив сил достиг предела, даже челюсть затрещала. Несмотря на то, что мои лодыжки сразу же оказались в его перепончатых руках, никакого насильственного проникновения пока не произошло.

Щупальца неотступно обвивались вокруг моей талии, поднимая меня в воздух. Они заползали в мою одежду по швам рукавов, воротника и даже через подол рубашки, а затем упирались в грудь, словно гадюка, ищущая тепла. Затем, словно найдя цель, они стали энергично тереться и царапаться о два моих соска.

- Нет...

При атаке на мои чувствительные места я мгновенно вздрогнул, как от удара током, а мои ноги превратились в желе. Как только я расслабился, Агарес не преминул этим воспользоваться и проскользнул вдоль моих ног, уткнувшись в брюки, и разрывая бинты, прикрывающие мои раны. Между ягодицами член начал курсировать туда-сюда, мало-помалу разрывая туго обтянувшею его ткань в поисках входа, через который можно было бы проникнуть в мое тело.

Мне было так больно, что ноги дрожали, а на шее выступили вены. Я чувствовал, как великая сила, принадлежащая мерфолкам, течет в моей крови, как лава, готовая вот-вот вырваться наружу. Из моих пальцев проросли острые когти с перепонками, а из десен, упираясь в верхнюю и нижнюю челюсть, показались клыки. Когда Агарес раздвинул мне рот языком, я рефлекторно сильно прикусил его, и густая чёрная кровь мгновенно хлынула в рот. По неосторожности я нечаянно проглотил ее, отчего поперхнулся и зашелся в приступе кашля.

Однако Агарес просто засунул язык поглубже, заставив меня принять поцелуй с открытым от шока ртом. Он всасывал мою слюну, как вампир, словно желая высосать из моего тела все до последней капли влаги, пока я не иссохну. Я боролся с ним в безвыходном положении, и мои когти впивались в жесткую кожу Агареса. Однако он как будто не замечал этого, даже глазом не моргнул. Наоборот, выражение его лица было мрачным и ледяным несмотря на то, что мы целовались.

Только сейчас я понял, как нежно Агарес обращался со мной раньше. Даже когда он был на пике гона, он не причинял мне физической боли. Но теперь, казалось, он мог убить меня без лишних сомнений. Его собственничество ничего не значило. В его теле сейчас обитал совершенно чуждый и темный организм. Я испугался, решив, что уже потерял Агареса - потерял того, кто с детства считал меня драгоценностью и был грозным существом, любившим меня столько лет. Я только-только полюбил его, а теперь, возможно, так скоро его потеряю.

В этот момент откуда-то издалека до меня донесся голос Юкимуры:

- Убей его! Только ты сможешь это сделать! Только преемник способен убить прежнего вождя! Порази его в сердце!

Мое сознание словно поразила молния, и инстинкт самосохранения побудил меня дотронуться до груди Агареса. Пальцы еще могли двигаться, и я смог почувствовать пульсацию его сердца. Может быть, мне и в самом деле стоит просто убить его и стать следующим вождем - наверное, в этом и заключался смысл того, что Агарес сказал мне в каюте, и что он был вполне к этому готов. Но я прекрасно понимал, что не смогу ранить Агареса так, как Юкимура смертельно ранил Ашуру.

В это время в моем теле вдруг возникло ощущение легкости - это Агарес внезапно прекратил свою атаку. Перед глазами мелькнул голубой след, и только тогда я отчетливо увидел, как Юкимура вцепился в Агареса. Его рыбий хвост плотно обхватывал тело Агареса. Но тут же был оторван мощными перепончатыми когтями. Затем он схватил Юкимуру за тонкую шею и безжалостно швырнул его в стенку стеклянного бассейна, который разлетелся вдребезги. Острый осколок стекла глубоко вонзился ему в шею, и Юкимура с последним предсмертным вздохом оперся о стекло, прошептал:

- Убей его... Покончи со всем раз и навсегда, чего я так и не смог добиться.

Я в ужасе сделал несколько шагов вперед, но Агарес вновь силой заставил меня подчиниться. Я лишь беспомощно смотрел, как огромное количество голубой крови окрашивает тело Юкимуры, а из раны на его шее вырывается нить черного тумана, словно обладающая собственным сознанием. Затем она взлетела к люку каюты и исчезла в темноте. Я понял, что спора мерфолка, похороненная глубоко в теле Юкимуры, вероятно, хранит в себе последнее дыхание, и она отправилась к Ашуре, чтобы, наконец, положить конец полувековой любви и ненависти и их вечному сожалению о разлуке.

Черт возьми, я не смирюсь. Я точно не приму это уготованное судьбой несчастье! Я не хочу, чтобы Агарес в конце концов стал причиной моего сожаления!

От волнения я крепко сжал челюсти и сильно прикусил губу Агареса. Я отчетливо услышал звук клацанья клыков, когда наши губы встретились. Я подозревал, что чуть не откусил ему половину языка. Его рука немного расслабилась, я и воспользовался этой возможностью, чтобы контратаковать.

Я не осознавал, насколько поразительной была моя сила. Когда Агарес попытался заставить меня подчиниться, я впечатался в его тело своим, отбросив его прямо в стеклянный бассейн. Вслед за этим раздался громкий треск, вода из бассейна стремительно хлынула наружу, и мы оба оказались на полу.

Я был прижат к его телу. Его черные густые волосы разметались в беспорядке, позволяя мне разглядеть за его волосами...

К его шее - точнее, из шеи тянулся комок черных медузоподобных паразитов. Когда Агарес попытался схватить меня за шею своими перепончатыми когтями, я бросился на его рыбий хвост и вцепился в шевелящиеся черные щупальца. Горячая жидкость хлынула на меня вместе с моим рыком:

- Верни мне Агареса, мерзкий ублюдок!

- Верни его мне, верни его мне, верни его мне! - повторял я, стиснув зубы. Слезы одна за другой стекали по моему лицу прямо на глазах Агареса, но он лишь холодно смотрел на меня в ответ. Глубина его глаз, казалось, могла поглотить меня целиком. Внезапно меня осенило: с момента моего рождения и до сегодняшнего дня все мои слезы были пролиты из-за него. За всю свою жизнь я никогда не плакал ни о ком другом - даже о себе, но теперь мои слезы не могут тронуть даже Агареса. Значит, когда он заколебался, мне показалось?

Как бы в доказательство того, что это именно так, мою шею крепко сдавил Агарес. С самого начала моя сила была несопоставима с его силой. Он без особых усилий прижал меня к себе, а его тяжелый рыбий хвост плотно обхватил мои ноги, подавив все мои усилия. Я почувствовал, что начинаю задыхаться. Голова кружилась от недостатка кислорода, зрение мутнело.

В хаосе приближающейся гибели я почувствовал, как он широко раздвинул мои ноги, а в шее вспыхнула раздирающая боль. Это Агарес терзал меня. Возможно, он собирался сначала слиться со мной, а затем съесть, подобно спариванию богомолов. Теряя кровь, я представлял себе, каким будет лицо Агареса, когда он очнется и увидит меня мертвого и растерзанного в своих руках.

Вопрос жизни и смерти, похоже, я был на волосок от смерти. Бесчисленные мерцающие огоньки и проплывающие тени исчезали так же быстро, как и появлялись, а когда я осознал происходящее, то обнаружил, что Агарес исчез неизвестно когда и что трещин на стене бассейна больше нет. Все произошедшее казалось просто кошмаром, реальным был только Юкимура, тихо скончавшийся на полу.

Я поднял голову: густой туман за окном уже рассеивался, и небо снова стало хмурым, как днем. На окна обрушился ливень, небо словно скорбело.

Глава 83

- Дешаров! Дешаров?!

За дверью раздался истошный крик Райна и сильные удары в дверь. Кроме того, я услышал гулкие шаги на палубе. Все вокруг словно вернулось в исходное состояние, как будто корабль вырвался из мира мертвой тишины.

Опираясь о стену немного пошатываясь, я почувствовал, как от бессилия подкашиваются ноги, и медленно опустился на пол. Стены были как новенькие, но пол был полностью мокрым, с капельками черной жидкости, что было доказательством пребывания Агареса в этом месте. Он и в самом деле предстал передо мной, разорвав пространство, и напал на меня. Я не знаю, почему он так внезапно и незаметно исчез. Может быть, моя кончина подтолкнула его к тому, чтобы вновь обрести себя?

Агарес...

Я пощупал кровоточащую рану на шее и пробормотал про себя. Прислонив голову к стене, я пару раз сильно ударил по ней, чтобы хоть немного унять душевную боль. Я перевел взгляд от проникающего через потолок света на то место, где лежало тело Юкимуры. Его глаза все еще были слегка приоткрыты, но черные, как жемчужины, зрачки уже утратили блеск жизни, неподвижно уставившись в потолок, словно надеясь пробиться сквозь него. Я подумал, что, может быть, стоит вытащить Юкимуру из этой маленькой каюты, в которой он был заключен, и вернуть его обратно в океан. Возможно, это и было последнее навязчивое желание Ашуры.

Подумав об этом, я приподнялся, встал на колени перед Юкимурой и осторожно поднял его. Его тело было невероятно легким, как у обезвоженного трупа, и поэтому поднять его не составило труда. Возможно, это было связано с тем, что весь груз жизни покинул его оболочку полностью его опустошив. Следуя за каждым моим шагом, его изящный голубой рыбий хвост небрежно покачивался рядом. Вода, стекающая с его тела, напоминала слезы, омывающие мои лодыжки.

Придерживая Юкимуру, я повернул ключ в замке, и дверь с грохотом распахнулась передо мной. Лучи света распространились, заполняя собой все пространство и склоняясь над нашими телами. Свет превратился в полотно белых лучей перед моими глазами, отчего я почувствовал легкое головокружение. Затем, не успел я как следует разглядеть все перед собой, как вдруг меня схватили и грубо оттолкнули в сторону. В тот момент, когда я ударился спиной о переборку корабля, раздался старческий голос:

- Сынок... мой мальчик!

Как только зрение прояснилось, я испытал невероятный шок. Человек, который стоял передо мной на коленях, с трепетом придерживая мертвое тело Юкимуры, был не кто иной, как тот самый Шиничи, который по идее должен быть мертв. На его жестком и фальшивом лице совсем не было никаких эмоций, но при этом в его мутных глазах блестели прозрачные капельки слез. Впрочем, если это можно назвать слезами, то это должна быть самая нелепая шутка в мире. Я не смог удержаться от звонкого смеха. Однако сердце мое было переполнено недоумением, гневом и глубокой печалью за Юкимуру.

- Он ваш сын, господин Шиничи? Юкимура действительно ваш сын?!

Шиничи не ответил мне, он лишь бросил взгляд на окружающих его вооруженных людей и негромко, словно произнося проклятье, выплюнул:

- Убейте его!

Внезапно меня окружили несколько вооруженных людей, и тут же передо мной возник Райн, размахивая руками и крича:

- Подождите, доктор Бинье! Дешаров только что разрешил проблему. Те призрачные существа пришли сюда, чтобы найти вашего сына. Более того, полковник Сакарол приказала, чтобы все вооруженные силы и власть на этом корабле контролировали мы с вами. Без разрешения полковника мы не имеем права использовать их!

- Но мой сын... Он умер. Дешаров убил его!

Шиничи наморщил свое страшное лицо и уставился прямо на меня красными глазами, пылающими ненавистью. Я холодно посмотрел в ответ, насмехаясь на этим жалким и уродливым безумцем, глубоко вздохнул и выплюнул слово за словом:

- Смерть Юкимуры была несчастным случаем, но я и правда частично виноват в этом. Я не стану убегать, но господин Шиничи, пожалуйста, позвольте вашему несчастному сыну умереть с достоинством, вернув его обратно в океан - ведь его тело больше не представляет для вас никакой ценности, не так ли?

- Да что ты знаешь?!

Как будто мои слова пронзили его, выражение лица Шиничи внезапно изменилось:

- Это судьба моего сына. С самого рождения ему было суждено умереть за священную миссию своего семейного клана. Он преподнёс нам подарок Морского Бога, секрет вида мерфолков, способный внести наибольший вклад в выживание сильнейших во всем человечестве! Он родился для славы и умрет ради славы...

Он был сумасшедшим. Неизлечимый фанатичный безумец.

Я прислонился к переборке, мне больше нечего было ему сказать. Только ради так называемой чести и славы сломали жизнь человеку... Впрочем, я не имею права осуждать и ничего не смогу сделать чтобы изменить произошедшее, потому что главный герой трагедии уже умер. Более того, его по ошибке убил Агарес.

У меня нет никакого права судить о его кончине. Несмотря на такую смерть, по сравнению с насильственным заключением или встречей с Ашурой, который теперь был сущим дьяволом, для Юкимуры это была, возможно, самая большая милость, которую он мог получить.

- Пусть его похоронят в океане, доктор Бинье.

В этот момент Райн неожиданно заговорил. Я растерялся, подумав, что этот парень, наверное, наконец-то обрел совесть, но тут же увидел, что он смотрит на корму корабля. Над океаном возник огромный черный водоворот. Он двигался в одном направлении с кораблем, как будто обладал сознанием. Возможно, это и есть Ашура, дожидающиеся своего возлюбленного.

Сказав это, Райн стремительно подошел к Шиничи, на его суровом лице не было никаких эмоций. Как хорошо натренированная машина, он поднял тело Юкимуры и бросил его в сторону вооруженных людей. Они сразу же направились к борту корабля. Было очевидно, что они намерены вот так просто выбросить Юкимуру за борт, как будто он не был настоящим живым существом, болезненно ушедшей душой. Скорее, это было похоже на выбрасывание кучи бесполезного мусора.

И это были так называемые морские похороны...

Но больше всего меня поразило то, что во время унизительных похорон сына Шиничи, будучи отцом, он просто неподвижно стоял на коленях, выглядя как трус, не способный признать свою ошибку.

Ледяные капли дождя хлестали меня словно град. Мои руки сжались в кулаки. Непередаваемое чувство боли и дискомфорта зародилось в моем сердце, побудив меня преградить путь людям, которые намеревались сбросить Юкимуру в океан, а затем я негромко произнес:

- Подождите. Пожалуйста, подождите минутку.

Те остановились и растерянно уставились на меня. Я быстро снял верхнюю одежду и осторожно накрыл Юкимуру. Я пытался вспомнить надгробную речь, произносимую на традиционных русских похоронах, и слегка начертил на его лбу святой крест. Я не был христианином и не знал, упокоит ли это душу Юкимуры и вознесет ли ее в так называемое небесное царство, но это было единственное, что я мог для него сделать.

- Используйте каяк...

Шиничи, молчавший так долго, наконец, встал, пошатываясь, и глубоко вздохнул. И даже в тот момент, когда Юкимуру положили в маленький каяк, спустили на воду и отпустили веревку, он ни разу не обернулся, чтобы последний раз взглянуть на своего сына, вместо этого он сразу же зашел в одну из кают корабля.

Вскоре я увидел, как каяк дрейфует далеко за пределами пролива. Черный водоворот стремительно мчался за ним. В мгновение ока каяк полностью исчез из виду.

Из ниоткуда донесся протяжный, низкий гул, разнесшийся над всем океаном. Голос звучал так, словно был на пике скорби и печали, и я долгое время рассеянно стоял у перил корабля, едва осознавая, как темнеет за бортом.

- О Дешаров, мой маленький герой, о чем задумался?

Голос Райна раздался позади меня. Затем меня схватили за плечи, неожиданно притянув в объятия.

Я был в ужасе и тут же попытался вырваться из его объятий, но обильная кровопотеря и боль от ран лишили меня сил. Чем больше я сопротивлялся, тем крепче он сжимал меня. Я был полностью прижат к его груди, а мой подбородок еще сильнее сжала его рука. Горячее дыхание коснулось моего уха:

- Если ты достаточно умен, то должен понимать, что тебе следует держаться меня. Я не гарантирую, пошлет ли Бинье кого-нибудь тайно убить тебя ночью или нет. Разве тебе все еще не хочется спуститься в морскую пещеру? Я приведу тебя туда, но ты должен рассказать мне о своих мотивах.

Я с отвращением отмахнулся от его ладони и попытался отступить назад, но тут его колено уперлось мне между ног. В результате я привалился всем телом к борту корабля, и половина моего тела зависла воздухе над океаном. От этой единственной опоры, от руки, ухватившейся за пояс брюк, зависит, упадет ли мое колышущееся тело в воду или нет.

Как я мог сказать Райну, что причина моего стремления туда - Агарес?

Я вцепился в перила и повернул голову, холодно взглянув на него пронзительным острым взглядом.

- Деньги. Мне нужны деньги. Разве тебе не интересно, почему я внезапно оказался здесь? Я работал под началом Колова, получал от него заказы. Согласно регламенту, я должен участвовать в вашей торговой деятельности, чтобы получить долю прибыли как соучастник.

- О? Это правда так? Но, по-моему, ты не очень-то жадный до денег, мой маленький ученый, - Райн задал вопрос, изображая подозрение. Его рука скользнула по моей шее, и я почувствовал холод, охвативший рану на шее. В нос ударил запах алкоголя, и я почувствовал жгучую боль. Я болезненно зашипел, прежде чем он опустил меня. Я не знал, поверил ли он в мои слова, но сейчас столкнуться с таким извращенцем, как он, было не самым разумным решением. По крайней мере, временное признание поражения позволит мне сохранить жизнь.

Поэтому я не стал спорить и с неохотой заставил себя смягчить тон:

- Это все благодаря тебе, Райн. Теперь у меня нет ни гражданства, ни дома, ни денег. Как мне выжить?

- Какая жалость. За эти два года ты, несомненно, немало натерпелся, не так ли? Если ты согласишься поехать со мной в Германию, Дешаров, я обещаю тебе, что ты будешь жить счастливо.

Райн неискренне горестно вздохнул, и его руки еще крепче сжали меня. Он ласково провел губами по моему затылку, однако я почувствовал, как от его натиска у меня неприятно свело живот, и меня едва не стошнило.

На поверхности океана дрожали наши с Райном отражения, но мои мысли, словно внезапно проникнув в морские глубины, устремились к Агаресу. Видит ли он всю эту картину? Появится ли он здесь? В виде той мутировавшей зловещей тьмы?

- Достаточно, Райн, - сердито сказал я, испытывая предел терпения, - отпусти меня. Если ты не хочешь навлечь на себя неприятности, тебе стоит оставить меня в покое. Я уверен, что ты не хочешь, чтобы те темные и ужасные существа вернулись на этот корабль, верно?

- Что ты имеешь виду? - Райн издал легкий и беззаботный смешок и потянул меня на себя, разворачивая лицом к себе. Застигнутый врасплох, я оказался прижатым спиной к перилам корабля. В его глазах, наполненных голубым светом, промелькнул двусмысленный огонек:

- Неужели тебя преследуют демонические твари наподобие Юкимуры? Я в это совсем не верю, Дешаров... - тихо произнес он, приблизившись еще ближе. Его дыхание, наполненное дымом и алкоголем, с выдохом достигло моего лица:

- Я хочу признаться тебе, что прошлой ночью твой вид, когда ты направил на меня пистолет, был таким невероятно сексуальным... Я не просто хочу тебя обнять, я хочу трахнуть тебя прямо здесь и сейчас, что ты думаешь об этом?

Глава 84

- Тогда ты умрешь несчастным, - ответил я без всякого выражения и присел, стараясь ускользнуть от его левого бока, но он удержал меня, и его руки крепко сжались на моей спине. Мои ноги потеряли устойчивость на мокрой палубе, мое тело было плотно прижато к телу Райна. В ту секунду, когда моя голова была сжата им, он склонился и припал к моему рту. Я попытался откинуть голову, но моя шея, укушенная Агаресом, не могла вырваться из хватки Рейна. Я должен был признать, что навыки поцелуев у Райна были довольно неплохими. Он был мягок и нежен, как благородный джентльмен, обращающийся с дамой. Это полностью отличалось от тиранических и грубых облизываний, да укусов Агареса. Тем не менее, этот поцелуй не принес никаких эмоций. Разве что мои волосы встали дыбом, оставив чувство крайнего отвращения.

Однако в это время из моего разума неудержимо вылетела идея, которая гарантировала мне отказ от всякого сопротивления.

Я действительно надеялся, что Агарес появится из-за происходящего. Хотя сейчас он считался для меня более опасным, чем Райн, по крайней мере, я был уверен, что часть его еще не исчезла в темном море. То, что я стал свидетелем трагического финала Асуры и Юкимуры, заставило меня еще сильнее бояться потери Агареса, потому что моя связь с ним была столь же полна неопределенности, и я не знал, как далеко я смогу продолжать идти с Агаресом по единому пути.

Возможно, однажды по ошибке нас сметет бушующий морской шторм…

В итоге, к моему разочарованию, в море не было никакого движения. Только усиливающийся ветер и дождь, указывающий на приближающуюся бурю, принесли поражение действиям Рейна. Однако мое «послушание» заставило Рейна ошибочно поверить, что я его принял, а взамен получил эти смехотворные так называемые привилегии - возможность иметь собственную каюту, а также встречаться со своими спасенными товарищами, Ником и Родией.

Однако когда Райн внезапно развернулся и ушел, я был сильно потрясен. Я заметил, что спина Райна в какой-то момент были ужасно порвана. Рваные раны глубоко вонзились в толстый военный мундир, обнажив разорванную внутреннюю плоть, и просачивающаяся оттуда чернеющая кровь уже пропитала ткань одежды. Однако Райн вел себя так, как будто он нисколько не знал об этом, и просто шел дальше. Он явно имел форму перепончатого когтя, и только сегодня утром на Райне не было ни одной из этих отличительных отметин. Я понял, что это, вероятно, только что сделал Агарес.

Этот ход был довольно зловещим, но как он это сделал? Возможно ли, что Агарес уже приобрел новый навык невидимости? О, верно. После мутации Агарес стал четырехмерным существом. Пространство и время не могли ограничить его действия. Он мог просто появиться в любое время и в любом месте.

Я почувствовал холодок в спине и не мог не исследовать свое окружение. Я искренне ожидал появления Агареса, но в то же время был в ужасе от того, в какой форме он был сейчас.

После этого оставшаяся часть ночи была полна непрерывного трепета, я был  постоянно растерян, как будто я ходил во сне. В тех нескольких играх в покер, которые я провел с Ником и другими, я ни разу не выиграл, потому что моя голова казалась невыносимо тяжелой, как будто она была наполнена морской водой. Вскоре я наклонил голову вниз, лежа на столе со скрещенными руками, и провалился в сон.

Я не знал, как долго я спал, но, пока я был еще в оцепенении, вдруг почувствовал холод на спине.

Капли воды стекали по моей шее в воротник, сопровождаемые долгим влажным дуновением. Я сразу проснулся от туманного сна и открыл глаза. В поле зрения попали разбросанные покерные карты и плоский деревянный стол. Я все еще лежал на нем, как и раньше, но все вокруг было погружено во тьму. Остальные, казалось, бесследно исчезли, и всюду воцарилась тишина.

Я знал, что снова оказался в ловушке другого странного пространства, и что позади меня что-то было, скорее всего, это был Агарес. Однако я не осмелился пошевелиться, только застыл на столе, как каменная статуя, не решаясь даже дышать.

В темноте краем глаза я мельком увидел ледяную, перепончатую руку, лежащую на столе, прямо возле моей головы. Я почувствовал сильный запах, уверен, это был Агарес. Я чувствовал, как он нависает у меня за спиной, его голова близко к моему затылку, и мокрые волосы, похожие на водоросли, рассыпались веером по моим плечам, закрывая все вокруг. Затем я почувствовал, как что-то мягкое и скользкое прижалось к ране на моей шее. Я мог сразу сказать, что это был его язык. Он залечивал мою рану.

Мое сердце радостно забилось в груди, но когда мой взгляд упал на волосы сбоку от меня, мое дыхание снова застряло у меня в горле. Вместо серебристо-седых волос, которые я привык видеть, они были черными, как чернила. Мое сердце тяжело упало в пропасть. Агарес не пришел в норму. Он все еще находился в том опасном состоянии отчуждения. Причина, по которой он до сих пор не напал на меня, вероятно, заключалась в том, что я спокойно лежал здесь, не проявляя никаких признаков сопротивления.

Несмотря на вспышку тревоги, визжащей в моей голове, я понимал, что не могу реагировать слепо, не подумав прямо сейчас. Я не мог предсказать действия Агареса, но знал, что сопротивление ему только усилит его агрессию. Я не осмелился даже пальцем пошевелить, а мои глаза под напряженными скрещенными руками были широко открыты — в общем, это было все равно, что притворяться мертвым. Эта тактика была полезна против медведей, которые не едят трупы, но она может не сработать для защиты от тритона.

Но, видимо, молчание сделало свое дело. Агарес не сразу напал на меня, как он сделал дважды до этого. Вместо этого он просто нежно лизал мою рану, а время от времени лизал мою щеку и мочки ушей. При этом жидкость, несущая рыбный запах моря, капала на воротник моей рубашки, как будто тонкое щупальце медузы шевелилось по моей коже, вызывая мурашки по всему телу. Моя шея была моей самой чувствительной зоной, и в этот момент для меня оставаться на месте было сродни личному наказанию. Я даже чувствовал, как все мои волосы встают дыбом и дрожат. Рано или поздно мое тело могло невольно вздрогнуть.

Словно для того, чтобы нарочно проверить меня, язык Агареса больше не довольствовался моей раной, а вместо этого становился все более распутным, как питон, свободно извивающийся вокруг моей шеи. Время от времени он скользил вокруг моих глаз и касался ушей кончиком языка, заставляя меня крепко сжимать губы, чтобы я не издавала ни звука от щекотливого ощущения.

Теперь я был уверен, что он прокрался сюда, когда я спал, только для того, чтобы, как и прежде, «слиться» со мной. Независимо от того, бодрствовал я или не подавал признаки сопротивления, он все равно сделает это. Кроме того, у меня не было никаких шансов вырваться из хватки этого существа, на которое совершенно не влияли ни время, ни пространство...

Я не мог перестать думать, черт возьми. Если это так, я мог бы с таким же успехом заразиться Агаресом, чем оставаться очень напуганным и нервным.

Словно почувствовав мои мысли, перепончатые когти Агареса внезапно сжались вокруг моей талии, немного прижав к себе и прислонив всю переднюю половину моего тела к столу, как блюдо, ожидающее, чтобы их подали. Я лежал неподвижно. У меня не было желания сопротивляться или бежать, энергия в моем теле как бы вытягивалась и опустошалась. Когда моя одежда за спиной задралась, я просто закрыл глаза, позволив его рукам обвиться вокруг моей талии и сдерживая меня, чтобы наклониться вверх.

Затем после двух-трех рывков мой пояс был стянут вниз, а бинты, покрывающие мои раны, были сорваны его перепончатыми ладонями. Я сразу почувствовал резкую боль внизу живота.

Я резко прикусил губу, понимая, что это место может воспалиться. Наконец невыносимый страх и боль заставили меня двинуться. Я протянул руку, чтобы коснуться и пощупать запутавшуюся жизненно важную часть, желая понять, насколько это плохо, но мои руки были захвачены перепончатыми ладонями.

- Не двигайся… Дешаров, - до моих ушей донесся низкий гул. В этот момент я не удержался от волнения и повернул голову, встретившись с парой тускло освещенных глаз. Его глаза были как обычно глубокими, но совсем не такими черными, как в прошлый раз, однако по какой-то причине его волосы не вернулись к своему первоначальному цвету.

-Агарес, - я дотронулся до его рук, думая о том, чтобы повернуться, желая увидеть его, но меня твердо остановили его перепончатые когти. Его густые волосы были разбросаны по мне. Я почувствовал, как что-то мягкое и мокрое коснулось моего зада. Затем его язык стал более длинным, вытянулся и скользнул кончиком внутрь, прежде чем начать двигаться взад и вперед вокруг поврежденной стенки моей дырочки. Прошло много времени с тех пор, как Агарес так прикасался ко мне, и этот тип стимуляции немедленно заставил меня крепко сжать край стола. Жар от кончиков моих ушей дошел до головы, мое тело, лежавшее на столе, слегка подрагивало, а другое жалкое израненное существо внизу самовольно раздувалось от недовольства, становясь все более болезненным.

Я выдавил с большим трудом.

- Господин вождь, позаботьтесь о моем младшем брате… Больно…

Как только я это сказал, мои ноги раздвинули, Агарес задумчиво ответил на мою просьбу, опустив голову и открыв рот. Словно сладкие леденцы, он мягко держал две мои свернувшиеся и дрожащие игрушки во рту, его язык слегка перемещался между ними, пока его слюна действовала как охлаждающий гель, который облегчал боль. Тем не менее, плохая вещь заключалась в том, что объект, который все время сосуществовал с двумя другими, начал ревновать к тому вниманию, которое они привлекали. Я отчетливо чувствовал трепет объекта внизу, сердито вставшего, до боли налитого кровью.

Я сглотнул слюну, подступившую к моему горлу, осторожно схватил перепончатые руки Агареса, которые нажимали на мои ямочки на спине, и потянул перепонку между его пальцами, почти призывно. Тем не менее, он тут же дернул головой из-за моей спины, его руки крепко обняли меня и заключили в каменные, влажные объятия. Пальцы у него были большие, ладони широкие, а липких рук, словно с присосками, было достаточно, чтобы обхватить меня целиком. Мое сердце бешено колотилось в его руках, трепетно стуча. Звук его сердцебиения прошел через мою спину и синхронизировался с моим собственным, словно какая-то безмолвная клятва.

Агарес уткнулся головой мне в спину. Его губы прижались к моей лопатке, когда он глубоко вдохнул мой запах, и он лизал мою спину снова и снова, как будто сколько бы он ни вылизывал, этого было недостаточно. Но его рыбий хвост еще не приблизился ко мне, он лишь слегка терся о мою лодыжку. Я использовал стол как опору, чтобы перевернуться и посмотреть на его нижнюю часть тела. Его чешуйчатая мембрана по-прежнему выпирала наружу, а внутри нее двигался комок черной материи, словно оно могло прорваться в любую минуту. Мне не нужно было много думать, чтобы понять, что ему определенно было намного труднее сдерживаться, по сравнению с моими собственными желаниями.

В то же время я был еще больше потрясен, когда понял, что к спине Агареса добавилось еще кое-что — пара черных «плавников», которые, казалось, торчали из его лопаток, делая его похожим на гигантскую летающую рыбу. Кроме того, его рыбий хвост стал еще длиннее. Концы хвоста исчезли прямо в черной щели в стене, которая открылась из ниоткуда, давая понять откуда он явился.

Я недоверчиво дотронулся до крыльев на его спине, на некоторое время потеряв дар речи от шока. Но Агарес схватил меня за запястье, видимо, будучи категорически против того, чтобы я касался плавников, и оттолкнул меня обратно к столешнице. Его руки действовали как кандалы, сковывая под собой, и его зрачки смотрели прямо мне в душу, он покачал головой, прежде чем опустить свое тело и завлек меня в страстный поцелуй. Это отличалось от его дикости раньше, поцелуй на этот раз был глубоким, но сдержанным, как будто этот сердечный момент был нашим последним прощанием.

На сердце мне было тяжело, как будто оно залито морской водой. Все мои эмоции переполняли горло, заставляя меня неуклюже, но с энтузиазмом отвечать ему. Мои зубы страстно впились в его губы и язык. Моя рука вырвалась и обвила его шею, как угорь, не оставляя ему выбора, кроме как прижаться всем своим весом к моему телу.

От этой тяжести у меня чуть не перехватило дыхание, но, похоже, это был единственный способ убедиться, что он действительно здесь. В моей голове крутилась мысль о том, как после того, как каяк Юкимуры уплыл в море, раздался последний печальный крик Асуры. Это спровоцировало меня еще крепче обнять Агареса, но я чувствовал, что моя сила постепенно угасает с каждым его поцелуем. Я знал, что Агарес повлиял на меня, испугавшись, я зарылся пальцами в его волосы, пытаясь изо всех сил схватить их, но мои руки просто слабо опустились.

Когда я беспомощно лежал на столе, а мои веки начали тяжелеть, Агарес освободил мое тело. Его перепончатый коготь неторопливо провел по моей щеке, прежде чем аккуратно расчесать мои волосы. Мужчина наклонился, чтобы помочь расправить мои штаны, а затем, наконец, сжал меня в неожиданных объятиях и переложил на кровать.

Его внешний вид был таким же ужасающим, как сама смерть, но сейчас его манеры были такими же, как у любого обычного заботливого мужа или возлюбленного. Я изо всех сил пытался открыть глаза, сосредоточив свой затуманенный взгляд в надежде удержать фигуру Агареса в моих глазах еще немного, бормоча хрипло:

- С меня достаточно этого… Агарес. Просто заразите меня, позвольте мне сопровождать тебя, чтобы вынести все это…

— Ты обязательно найдешь меня, Дешаров.

Его тихое бормотание было похоже на колыбельную, вызывая сонливость, и черная фигура в моих глазах в конце концов слилась в единый ком, исчезнув в трещине в стене, словно столб дыма. При этом я невольно закрыл глаза.

— Дерте?

Мягко позвал знакомый голос, и сквозь мои веки все мгновенно снова прояснилось. Я открыл глаза и увидел Родию, которая стояла у кровати и смотрела на меня с удивленным лицом. Ник и остальные все еще сидели кружком вокруг стола, весело играя в покер, как будто того, что только что произошло, вообще не было. Однако я знал, что это был не сон. Агарес действительно только что перенес меня в какое-то пространство, потому что я сейчас лежал на кровати и не чувствовал боли в нижней части тела.

Я протер глаза и сел.

- Только что я… не сделал ничего странного, верно?

Родия слегка усмехнулась.

- Только что отключили электричество на несколько минут, и все вокруг погрузилось в кромешную тьму. А потом как будто ты внезапно исчез. Все, включая меня, искали тебя. Кто же знал, что ты уже тихонько лег спать. Эй, не говори мне, что ты ходил во сне?

- Нет, я просто очень устал, - я покачал головой, перед моими глазами возник мутировавший облик Агареса, и я снова подумал о его последней фразе. Но где мне его найти и как мне его найти? Куда он хотел пойти? В Атлантиду?

Внезапно Родия, казалось, что-то увидела, когда она указала на кровать возле меня.

- Эй, что это за штука?

Я сразу же последовал за ее взглядом и посмотрел вниз. Рядом со мной. Я поднял его, и мое сердце екнуло. Это был кусок чешуи Агареса, и на поверхности был спиральный символ, который, казалось, был выгравирован чем-то твердым. Какую тайну хранил этот символ? Почему Агарес оставил это мне? Должен ли я полагаться на это, чтобы найти его? Может ли эта чешуйка каким-то образом обладать мифической силой?

Размышляя над этим, я поднес ее к свету. Если бы это был старый я, вполне вероятно, что я бы уже использовал анализ дистилляции. Чешуйка была на самом деле яркой и переполнена цветами, черный цвет в нижней ее части был словно керамикой, эринговой глазурью и переливался. Я понял, что линии с прожилками на спиральном символе были рельефом, через который проникал свет, как через увеличительное стекло, образуя блики на моем лице.

В этот момент я почувствовал боль в глазах, мое зрение стало расплывчатым. Перед глазами пронеслась целая череда образов. Я не мог понять, что я видел, но если бы мне нужно было это описать, это было бы так, как будто огромное количество данных влилось в мою голову. Я видел множество сочетаний геометрических координат. Схема была похожа на электрическую цепь, но в 3D. За короткий миг все просто исчезли. Все произошло так быстро, что мне потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Только когда раздался стук в дверь, я полностью проснулся.

- Эй, ребята, вы уже готовы? Сейчас мы ныряем в мистическую морскую пещеру.

Человеком, открывшим дверь, был Райн. Я торопливо привязал чешуйку к веревке моего швейцарского ножа, который всегда был со мной, и сунул обратно в карман.

Его взгляд упал на мое тело и двусмысленно сказал:

- Тебе лучше не идти, просто отдохни на кровати. Мои люди хорошо о тебе позаботятся.

- Мне это не нужно. Мое тело сейчас чувствует себя хорошо. Вы ведь не против, ребята? - я встал, сунув руки в карманы, и поднял брови.

Глава 85

- О, да ладно? - Райн скептически посмотрел на меня и подошел, его лицо выражало несколько недоверчивое выражение, когда он смотрел на мою нижнюю половину. Несмотря на людей, присутствовавших в комнате, он начал стягивать с меня штаны: - Давай, мой дорогой. Позволь мне тебя немного осмотреть.

Я в смущении отодвинулся, а Ник и остальные застыли позади меня, потрясенно глядя на нас и не понимая, что происходит. Очевидно, они понятия не имели, что я знаю Райна, и не ожидали, что он так поступит со мной.

- Эй, ты что, забыл о вчерашнем поцелуе? - Рейн беззаботно подошел, сильно вцепившись мне в талию. Из его уст это было легкомысленным поддразниванием, как будто он намеренно хотел создать неправильное впечатление о наших отношениях у остальных.

Я врезал кулаком ему в живот с крайним отвращением, но его собственная рука быстро поймала меня за локоть, так что этот удар не причинил ему вреда. Однако я внезапно увидел, как он вытянул шею и потер нос, когда дорожка черной жидкости неожиданно стекала вниз, капая на мои туфли. Я вздрогнул и убрал ногу. Вытирая лицо, он поднял голову и посмотрел на черную жидкость на своей руке, его лицо было еще более испуганным, чем мое. Его стеклянные голубые глаза демонстрировали страх, которого я никогда не видел раньше.

Я знал, что коварный трюк, который проделал с ним Агарес прошлой ночью, дал свои плоды.

Я радостно посмотрел на него и немного отступил:

- Я уже предупреждал тебя. Лучше держись от меня подальше. Есть некоторые существа, которых тебе не стоило бы провоцировать.

В тот момент, когда эти слова слетели с моих губ - не знаю почему, - но в моем сердце было слабое, сладкое чувство превосходства. Словно величественно хвастался своим собственным магическим оружием перед врагом “Смотри, у меня есть ангел-хранитель, мой Бог-сашими. Я принадлежу ему, прикоснись ко мне, и ты умрешь”.

Видит Бог, если бы не присутствие Ника и остальных, мне бы действительно очень хотелось сказать это вслух.

Внезапная ситуация не оставила Райну иного выбора, кроме как прекратить свои домогательства по отношению ко мне, и он поспешно вышел за дверь, вероятно, пошел искать врача (хотя маловероятно, что врач сможет ему помочь).

В тот же день мы достигли конца пролива, нашей цели - заброшенной атомной электростанции, которая была замурована в каньоне.

Глядя на него с корабля, казалось, что он полностью превратился в руины. Часть его стальной конструкции все еще была встроена в отвесную стену наверху, но всей ее больше не было видно. Большая его часть уже превратилась в труху и была погребена под толстым слоем уже затвердевшей пыли. Это было похоже на последствия извержения вулкана, и здания погребенные под пеплом. Несмотря на то, что он был расположен далеко от главного острова Хиросимы и под защитой пролива, атомная станция все же стала такой. Можно было видеть, насколько разрушительной была ядерная бомба в Хиросиме. Несмотря на то, что я слышал записи об этом из новостей раньше, увидеть это своими глазами было шоком.

Мне стало известно о вертолете с прикрепленным к нему немецким флагом, который припарковался на вершине временно возведенной вертолетной площадки на рифе, рядом с атомной станцией. Это напомнило мне о том, как Агарес контролировал Рейна и допрашивал его о местонахождении спор мерфолков. Именно тогда Райн упомянул о вертолете, который уже первым прибыл в Хиросиму. Должно быть, он говорил об этом, но где те люди и споры мерфолков Агареса?

Сомневаясь, я пошел по водному входу, ведущему на электростанцию. Груды стальных стержней были заблокированы между восемью огромными каменными столбами, оставляя лишь примерно двухметровый зазор. Его внутренности были такими глубокими и неясными, что, несмотря на ночное зрение, даже я не мог ничего там толком разглядеть. Эти группы людей, вероятно, были первыми, кто проник туда со спорами мерфолков. Какой именно мотив у Райна и остальных?

Размышляя над этим, я заметил, что Райн начал командовать вооруженным людям, и, судя по его виду, тело еще не сильно пострадало. Я поспешил с Ником и остальными, чтобы не остаться позади.

Прошло почти пятьдесят лет, поэтому уровень радиации достиг безопасного уровня, но нам все еще приходилось носить одежду для защиты от радиации поверх нашего гидрокостюма вместе с кислородным шлемом. Мы выглядели как переодетая версия астронавтов, даже если нам пришлось экипировать дополнительный инструмент для скалолазания.

Когда подготовка была завершена, мы отправились к входу в залив у электростанции, но нам пришлось плыть, чтобы продолжить путешествие внутрь. К счастью для нас, электростанция располагалась вокруг континентального шельфа, так что глубина была совсем небольшой. Мы могли дотянуться до пола и высунуть голову из воды — в этот момент не было необходимости потреблять столько кислорода.

Группа за группой мы прошли через узкий проход. Структура была похожа на любые другие электростанции — ее внутренние компоненты были похожи на основание железной башни. Место, куда мы вошли, изначально было входом в лифт, но, проходя через него, я не мог не чувствовать напряжения, поскольку эта электростанция, казалось, вот-вот рухнет. Армированные сталью прутья, которые переплелись над нашими головами, были покрыты застывшей серой пылью, и мне казалось, что это всего лишь непрочное покрытие, которое может рухнуть в любой момент.

У меня перехватило дыхание, несмотря на то, что прозрачный шлем был наполнен воздухом, дышать было несколько тяжело. Окружающая среда исследования на этот раз была более сложной и сложной, нежели все другие пещеры, которые я исследовал, вместе взятые.

Услышав напряженное дыхание из пейджера, я понял, что остальные нервничают так же, как и я. Даже Райн, у которого было много опыта в исследовании пещер, был серьезен. Я бездумно игрался со спрятанной чешуей Агареса в кармане брюк, разделенном двумя слоями защитной ткани. Я не мог прикоснуться к ней, но я мог чувствовать слабую энергию, как будто она собиралась в моем сердце, успокаивая мое тревожно бьющееся сердце хотя бы немного.

- Ты рядом со мной, не так ли, Агарес? Я буду следовать твоим указаниям и найду тебя.

Как только я подумал об этом, пейджер в моем шлеме вдруг издал странный звук. Это было похоже на тихий шепот, потрясший мой разум, когда я огляделся в воде. Тем не менее, в луче прожектора я мог видеть только силуэты своих товарищей по группе и стальные прутья, вделанные в цементные столбы в бледно-голубой воде. Следов Агареса нигде не было.

Лучи солнечного света проникали через вход, из которого мы пришли, и освещали поверхность воды. Свет мягко отражался от поверхности, и без какой-либо водной ряби можно было ясно увидеть несколько живучих водных насекомых, которые могли выдержать скачки радиации. Но я ясно чувствовал поток воды внизу, который приближался ко мне.

Я прищурил глаза и уставился на воду, внимательно наблюдая за направлением течения…

- В чем дело, Дешаров, почему ты остановился?

Внезапно из пейджера раздался голос Ника, и меня хлопнули по плечу, почти напугав. Тот слабый поток, державшийся какое-то время, исчез, как будто это было только мое воображение.

- Странно… ничего. Просто слишком подозрительно. Наверное, я слишком нервничаю, - я покачал головой и поспешно догнал команду.

Когда мы продвинулись примерно на сто метров вниз, вода стала более мелкой, а морское дно было усеяно рифами разных размеров. Мы уже достигли самой внутренней части атомной электростанции, и между высокой стеной и стальными решетками в конце была глубокая расщелина, которая выглядела так, будто ее прорубили топором. Водный поток разрезался рифами на несколько небольших водопадов, которые сходились в этой рифтовой долине и исчезали в глубокой тьме, словно попадая в бездонный мир.

Я думаю, невозможно построить атомную электростанцию над такой глубокой траншеей, если только японцы не сошли с ума. Эта бездна образовалась, возможно, в результате удара ядерной боеголовки по Хиросиме, в результате чего морское дно раскололось. Это было похоже на открытие входа в совершенно другое пространство из моря.

- Команда А, вызываю команду А. Пожалуйста, немедленно сообщите о достигнутой глубине! Местонахождение подводной лодки определено? - в это мгновение из пейджера раздался голос Шиничи, и я не мог не удивиться. Подводная лодка? Как подводная лодка вообще могла пройти здесь?

- Докладываю, доктор! 312,6 метра! Радар уже засек что-то большое всего в 105 метрах ниже. Это должно быть местонахождение подводной лодки! - с пейджера быстро пришел ответ.

- Какой радиационный индекс?

- Нестабильный. В настоящее время он достиг 10, доктор!

Мое сердце сжалось. Хотя такие уровни радиации не убьют кого-то сразу за такое короткое время, но чем дольше воздействие, тем легче человеческое тело становится ужасно склонным к раку. Эта бездна была буквально зоной смерти. Если бы сюда по ошибке попали какие-нибудь обычные организмы, то они, несомненно, погибли бы.

Казалось, что нам пришлось надеть эти надоедливые защитные куртки, чтобы спуститься туда.

Закрепив с помощью осей и роликов веревочные узлы на устойчивой опоре силовых установок в рифах, мы группа за группой скользили в бездну смерти. Свисая с подвесной веревки, мы спускались в глубокую и непостижимую тьму. Прожектор в сгущающемся тумане мог осветить лишь расстояние вытянутой руки, прежде чем все остальное поглотила тьма.

Никто из нас не осмеливался быть слишком далеко друг от друга. Ник и я, а также Родия находились в непосредственной близости, чтобы обеспечить безопасность друг друга. Влажный ветер дул у моих ступней, и, как невидимый призрак, поглощавший наши тела, мы чувствовали, как слой холода проникает в нашу кожу и кости. Даже костюм радиационной защиты не выдержал мороза, от которого у меня пошли мурашки по коже.

В процессе медленного спуска я обнаружил, что на стене утеса бездны есть много маленьких и больших пещерных отверстий, напоминающих бесчисленные пары темных как смоль призрачных глаз, шпионящих за нами. Это практически заставило кровь людей стынуть в жилах. Некоторые из этих отверстий были довольно узкими, размером с человеческую голову, а некоторые были достаточно большими, чтобы вместить двух человек. Я подозревал, что это могло быть что-то вроде птичьего гнезда. Но какая птица будет жить в таком месте? Орлы?

Желание исследовать окружение, въевшееся в мои кости, снова начало слегка озорничать. Я подавил желание использовать маленькие прожекторы для осмотра этих пещер и осторожно потянул за веревки, чтобы скатиться вниз по скале. Когда глубина, указанная на веревках, показала 200 метров, Рейн приказал нам остановиться.

Над нашей головой входа в эту расщелину больше не было видно. Будь то над нами или под нами, мы все оказались среди густого плывущего тумана. Помимо прожектора над нашими головами, мы могли видеть, что окружающие дыры испускают внутри звездообразные мерцающие флуоресцентные огни. Подобные сцены не были редкостью в подземных пещерах. Насекомые и планктон в абсолютной темноте часто были формой света.

Все было ужасно тихо, как в огромной могиле. Я мог слышать только звук собственного дыхания. Оно время от времени затуманивало прозрачный шлем, делая мое окружение чрезвычайно похожим на космическое пространство, показанное в американских документальных фильмах, заставляя людей чувствовать себя подавленными и беспомощными. Кроме того, унция страха, витающая в пустой атмосфере, была подобна кислороду, смешанному с ядом, который мчался по нашей крови в наши сердца. С каждым вдохом эти негативные эмоции становятся все тяжелее. Просто пребывание здесь на один день может вызвать у людей депрессию.

- Вызываю команду А! - откуда ни возьмись, голос Райна вдруг громко взорвался среди тишины, напугав меня настолько, что я вздрогнул.

Однако единственным ответом ему была череда жужжащих звуков, которые звучали как шум застрявшего магнитофона. Ему никто не ответил. Чувство опасения внезапно нахлынуло на мои ступни. Может быть, что-то случилось с людьми внизу?

Мы с Ником посмотрели друг на друга в унисон и одновременно вытащили наши пистолеты, висевшие у нас за спиной. Рейн махнул рукой, показывая нам, чтобы мы не двигались, затем вынул несколько светящихся палочек и бросил их вниз, предварительно сломав.

Пересекающийся зеленый свет прочертил короткую полосу в тумане, но вскоре его безмолвно поглотила тьма.

Райн несколько раз поправил пейджер и продолжал вызывать команду А, но, как и прежде, не получил никакого ответа. Он яростно ударил каменную стену, и мое сердце упало вместе с этим ударом. Мы столкнулись с неминуемой дилеммой - вернуться ли наверх или продолжать спускаться вниз.

Но несмотря ни на что, я хотел продолжать спуск, потому что знал, прямо внизу есть вход в Атлантиду — и именно туда Агарес обязательно пойдет.

- Мы не должны больше продолжать. Должно быть, что-то плохое случилось с теми людьми внизу. Эта тарелка супа, я больше не хочу делиться, - Ник отступил первым. Он был умным человеком. Пережив инцидент с кораблем-призраком, он, очевидно, понял, что жизнь гораздо важнее денег.

- Тогда Ник, помоги мне доставить письмо, - я поднял глаза, собираясь сказать ему, что на Посейдоне в ящике стола лежит письмо, которое нужно отправить моей семье, но потом я вспомнил, что Посейдон уже сгорел. Я безудержно горько рассмеялся: - Вы все идете наверх, мне нужно продолжать спуск.

- Почему, Дерте. Ты не боишься смерти? Для того, чтобы даже зарабатывать деньги, нужно сохранить свою жизнь! - настойчиво заявила Родия, из пейджера донесся звук ее резкого дыхания, брызгающего в ее лицевой костюм.

Возможно, из-за того, что ее речь была слишком пронзительной, Рейн тут же закричал:

- Заткнитесь!

Как только его голос оборвался, из пейджера раздались надоедливые, шипящие звуки, а затем внезапно над моей головой мгновенно появилась черная тень. Я посмотрел вверх и увидел, что что-то выползает из дыры надо мной, направляясь прямо к Нику, который полз обратно наверх. Он тут же отпрыгнул, схватился за веревку и скатился вниз на несколько метров, прежде чем воскликнуть:

- Черт, почему здесь такой большой паук? Дешаров, быстро убирайся оттуда!

- Это не паук! – воскликнула Родия.

Звук чего-то твердого, ударяющегося о каменную стену, исходил из густого тумана наверху, не слишком далеко и не близко. В страхе я держал веревку мертвой хваткой. Мои ноги уперлись в стену, когда я соскользнул вниз вместе со всеми. Один прыжок снижал предел нагрузки на веревку, и это ощущение было похоже на прыжок с тарзанкой. Однако, вероятно, из-за того, что моя физическая форма значительно улучшилась в результате мутации, я мог относительно спокойно дышать во время этого экстремального упражнения.

С помощью прожектора я увидел несколько черных фигур с длинными конечностями на каменной стене в густом тумане. На первый взгляд это действительно было похоже на пауков. Я просто выключил свет и положился на свое старое доброе ночное зрение. Мгновенно я мог ясно видеть эти штуки — сначала они выглядели как группа ног крабов-пауков, но центр этих конечностей был не у краба, а у тритона!

Что это был за монстр? Краб-паук, паразитирующий на тритоне, или мутант краба-паука и тритона вместе?!

Мои глаза расширились от шока, и я почувствовал, как все мои волосы встают дыбом. Как раз в это время черная тень прыгнула прямо на меня, и я поспешно увернулся. Наступив широкими шагами на каменную стену, поднял пистолет в руке и выстрелил прямо в это существо. В темноте посыпались искры, но неожиданно он напал не на меня, а на Райна. Он быстро поднял свой пистолет и выпустил собственные пули. В доли секунды несколько тритонов-пауков последовали друг за другом по пятам и атаковали Райна, как будто они не могли видеть меня и Ника, которые были намного ближе, что сделало Райна их основными целями для атаки.

Райн был окружен группой за долю секунды. Я прислонился к каменной стене и в замешательстве посмотрел вниз. Я смутно догадался, что, возможно, это уже было запланировано Агаресом. Он превратил Райна в приманку для этих монстров, чтобы на меня не напали.

Несмотря на то, что я действительно хотел избавиться от Райна, этого надоедливого ублюдка, необходимость видеть это собственными глазами все еще заставляла меня чувствовать себя неловко. Нервы в моем мозгу напряглись до предела, но, по правде говоря, я вообще не мог ясно все видеть. Я мог только слышать хаотичный статический шум, исходящий от пейджера.

Затем раздался оглушительный звук выстрела. Веревка Райна не выдерживала нагрузки и сильно дрожала в воздухе, когда ее отягощали. В одно мгновение веревка достигла максимального напряжения, прежде чем туго натянуться и резко разорваться. Она отскочила вверх с огромной скоростью, как резиновая лента. Тут же все наши веревки вдруг задрожали!

Я понял, что разорванная веревка Райна повредила оси веревок, и в следующий момент, прежде чем я успел даже предпринять какие-либо меры по исправлению положения, я услышал, как моя собственная веревка надо мной сильно затряслась и издала страшный дребезжащий звук. Я не знал, что это значит, поэтому мое сердце тоже казалось, что оно подвешено к моему горлу на веревке.

Все тут же прислонились к скале с пепельным лицом. Я не осмелился приблизиться к тем дырам позади меня, но в данный момент, застряв в этом состоянии, когда это было последним средством, мне захотелось приблизиться к одной из них. Однако стоило мне вытянуть руку, как вдруг сверху раздался глухой звук, и веревка, удерживавшая меня на месте, вдруг ослабла. Под крики тревоги, доносящиеся со всех сторон, я потерял собственную гравитацию и без предупреждения рухнул на дно.

Сильное чувство невесомости охватило весь мой мир. Я открыл рот, но не мог издать ни звука. Я мог только чувствовать ветер, свистящий у меня в ушах. Мое сердце будто выпрыгнуло изо рта и все мои нервы натянулись как канат. Казалось, смерть еще никогда не была так близка ко мне, что в следующую секунду она поглотит меня, как эта тьма…

Внезапно мою талию сильно сжали, и мое падение остановилось в воздухе, когда встречный ветер внезапно прекратился.

Мне казалось, что моя голова вот-вот оторвется от моего тела, когда я раскачивался в воздухе, чувствуя сильное головокружение, до золотых звезд, практически бегающих кругами в моих глазах. Следующие несколько секунд мне казалось, что мое тело было разрезано на две части, потому что, повернув голову, я увидел две свои икры. Через некоторое время я понял, что моя веревка могла быть чем-то зацеплена, из-за чего я завис в воздухе. Я ошеломленно посмотрел на дно и чуть не потерял сознание!

Внизу была тьма, покрытая густым и непроницаемым туманом. Было просто невозможно судить, насколько там было глубоко. Возможно, этому не было конца. Возможно, сейчас я был подвешен над пропастью высотой 10 000 метров.

Блин…

Я попытался немного пошевелить руками и ногами и почувствовал, что они работают просто отлично, единственное, что подвешенная поза мешала мне двигаться. Ближайшая каменная стена была в двух метрах от меня. Это потребовало от меня перевернуться силой. Однако вокруг меня был только воздух, и я не знал, как долго продержится зацепившаяся веревка.

Как только у меня начала болеть голова из-за того, что я застрял в сложной и опасной ситуации, из пейджера внезапно раздались странные звуки. Хотя статический звук электрического тока был очень громким, из шумов я все же мог различить свое имя, когда меня позвали тихим голосом.

- Агарес, это ты? Где ты? - я огляделся, однако вокруг меня не было ничего, кроме густой тьмы. Веревка, которой я был связан, качалась, как будто что-то ползло сверху ко мне. Я тоже учуял ни с чем не сравнимый знакомый запах, но ничего и никого не увидел.

В недоумении я искал фигуру Агареса, но вдруг вспомнил, что теперь он четырехмерное существо, способное становиться невидимым. Он явно был где-то рядом, но почему он мне не ответил? Может быть, он не мог напрямую поговорить со мной, когда прятался?

Глава 86

- Я здесь, Дешаров… - из моего пейджера снова раздался низкий голос, и казалось, что он был очень близко — практически в пределах досягаемости.

- Агарес!

Услышав этот ответ, я не мог не почувствовать облегчение. Возможность назвать мое имя означала, что прямо сейчас Агарес не находился под влиянием отчуждения. Как только эта мысль промелькнула, я вдруг почувствовал, как что-то обвивается вокруг моей лодыжки, и в то же время мое тело поднимается волной невидимого давления. Веревка на моем теле была явно оторвана, но я парил, как будто не было силы тяжести, которая тянула меня вниз. Я в шоке расширил глаза. Мое окружение казалось мне погруженным в морскую воду, но вместо этого я медленно погружался в пустой воздух; в основном, вопреки законам гравитации. Кроме того, насколько мог видеть глаз, были флуоресцентные звездообразные объекты, которые действительно создавали ощущение, что я нахожусь в открытом космосе.

Мое физическое тело выглядело так, как будто оно все еще находилось в этом мире, но мои чувства были перенесены Агаресом в другое измерение. Два совершенно разных пространства пересеклись и перекрылись над моим телом из-за нашего взаимодействия - я был в воздухе, а Агарес был в воде. Боже, это было слишком невероятно!

- Эй где ты? Эй, не прячься, ты собираешься играть со мной?

Я вытянул руки и начал шарить ими в воздухе в поисках Агареса, но ничего не почувствовал. Все это время хватка на моей голени становилась все крепче, и через мой пейджер проносилось влажное дыхание, сопровождаемое жужжанием статики. Это звучало как дьявольское заклинание в этой смертельной тишине. Я начал чувствовать легкую панику. На самом деле, кто мог доказать, что его отчужденная версия не знает его имени?

Если это так, значит, мне некуда бежать. Поскольку я не мог сбежать, мне не о чем было беспокоиться.

Однако, когда я неожиданно осознал этот факт, мне уже не было так страшно. Возможно, это было из-за того, что я только что очень близко столкнулся со смертью, что дало мне сильное чувство смелости, чтобы сделать все возможное. На том основании, что если я заражусь темной материей Агареса, это будет не так гнило, как падение насмерть.

Когда эта мысль пришла ко мне, я просто поднял голову и позволил своему телу спокойно погрузиться в пустую пустоту. Я стиснула зубы и ждала всего, что может произойти дальше. Я быстро почувствовал силовые нити, извивающиеся вверх вдоль штанины и цепляющиеся за них. На ощупь они были толщиной с детскую руку, что сразу напомнило мне о тех «щупальцах», которые выросли из чешуи Агареса. Они из его отчужденного состояния.

- Черт, иди ко мне.

Я выругался, бормоча себе под нос, хотя я думал, что уже подготовил свое сердце, но  не мог не испустить глубокий вздох, полный напряжения, как и раньше, и оглянулся на свою ногу. Из брюк для защиты от радиации вылезло несколько длинных фигур, извиваясь выше моих коленей. Затем молния моей куртки была расстегнута быстрым взмахом, позволив передней части немного открыться, и моя кожа, застрявшая под тонким резиновым гидрокостюмом, коснулась холодного воздуха. Я выпустил неконтролируемую дрожь.

Затем что-то проникло через маленькую щель в молнии, и моя талия оказалась сжата. Перепончатые ладони растопырили пальцы и медленно скользнули по моей талии. Я мог испытать четкое ощущение, отпечатывающееся на моей коже, которое непосредственно касалось каждого нерва, заставляя мою голову онеметь.

- Агарес!

Из пейджера донесся низкий гул, которого я уже давно не слышал, от чего по моему телу невольно побежали мурашки. Я чувствовал беспокойный поток воздуха, зависший вокруг моей шеи, как плавающая рыба, и проникающий через щель между моим шлемом и костюмом радиационной защиты. Я чувствовал, как влажный язык Агареса, по-видимому, касается моей мочки уха.

Пытаясь удержать свое парящее тело, я поднял руку, пытаясь коснуться его, но поймал лишь горсть воздуха. Затем ощущение прикосновения языком прямо переместилось с мочки уха на пальцы. Моя рука была захвачена невидимой перепончатой пятерней, а кончики пальцев были обернуты чем-то мягким. Затем в тыльной стороне моей ладони появилась покалывающая боль, и образовалась клыкообразная рана с кровью, которая исчезала, как только появлялась. Электрический ток задержался у моего уха и собрался в низкий голос:

- Дешаров… ты нужен мне…

- Агарес…

Я расширил глаза, тщетно пытаясь пробиться сквозь межпространственный барьер, чтобы увидеть его лицом к лицу, но мой взгляд упал лишь в даль безбрежной тьмы. В это время мощная сила обернулась вокруг моей талии, унося в крепкие, но бестелесные объятия.

Внезапно я увидел, как моя радиационная защитная одежда разорвалась на две части, а резиновый материал на левой стороне был скручен в небольшой комок, прежде чем он был превратился в большую дыру. Это действие сильно повредило мне левый бок. Я смущенно наблюдал, как красная точка мгновенно оживилась, воспалилась и опухла, как кровь сочилась и исчезала в атмосфере.

Я поджал губы, глотая боль в горле, и издал лишь приглушенный стон. Агарес не дорожил мной, когда был в состоянии отчуждения. Он был бы просто жестоким — его даже можно было бы назвать безжалостным, однако он действительно был второй половиной Агареса. Мне нужно было научиться принимать это, даже если я полностью не мог. Он нуждался во мне. Я не мог изменить этот факт, но принять все с ходу, и это может быть единственная ответственность, которую я мог взять на себя в этот момент как его потомок и его возлюбленный.

Щупальца в моих брюках ползли по моему телу беспрепятственно, и прямо атаковали основание моих ног, как ядовитые змеи. У меня не осталось сил бороться. Мои ноги тут же широко раздвинулись, а нижняя часть живота скрутилась и выпучилась, приняв форму беременной женщины. Я тут же отвернул голову, нахмурился и уставился на слабое свечение плавающих в темноте пещерных насекомых, чувствуя, что за мной подглядывают тысячи зрителей до такой степени, что это вызывало у меня беспокойство.

Моя талия была высоко поднята, и все мое тело выгнулось, как лук. Я не мог сдержать горькую улыбку, размышляя о том, может ли эта позиция и место попасть в Книгу рекордов Гиннеса - не знаю, есть ли какая-либо десятка лучших экстремальных видов подобных “упражнений”. Я действительно восхищался тем, как в таких ужасных ситуациях я все еще мог думать о таких вещах, или, возможно, я столкнулся со многими более ужасными вещами после встречи с Агаресом, которые заставили меня развить своего рода чрезмерный оптимизм.

Тонкий резиновый материал моего гидрокостюма не выдержал нападения Агареса. Как только эти невидимые щупальца были готовы прорваться через слой, который блокировал их доступ к моей коже, внутренняя часть моего кармана внезапно нагрелась.

Словно испугавшись чего-то, щупальца перестали двигаться, прекратили все и отступили из-под моей одежды. Даже сила Агареса, свернувшегося вокруг меня, тоже исчезла, и через долю секунды мое тело снова невесомо рухнуло вниз!

Я вскрикнул от страха и в следующий момент без предупреждения нырнул в воду. Мое тело окутывала холодная вода, и я тонул, как камень, но, к счастью, кислородный шлем, который был на мне, спас меня от угрозы захлебнуться. Глядя вниз с помощью ночного видения, примерно на 10 метров в глубину воды, я был шокирован увиденным. Эта была большая подводная лодка, о которой упоминал Райн. Там действительно была подводная лодка! Как она оказался в таком месте?

Сбитый с толку, я полагался на притяжение, чтобы приблизиться к подводной лодке, и как только я подумал о том, чтобы найти вход, чтобы войти и исследовать, я вдруг заметил, что где-то дальше, в скрытом месте, было, вероятно, около десяти смутных ужасных теней, дрейфующих вокруг. Длинные паучьи ноги широко раскинулись прямо передо мной, переплетаясь вместе, образуя жуткую зеленую светящуюся сеть, которая поглощала людей.

В мгновение ока страх хлынул в мое тело, как поток воды, и я замер на месте. Судя по неподвижности теней, казалось, что они еще не заметили меня. Я осторожно обернулся, сняв остатки противорадиационного защитного снаряжения, но тут боковым зрением мельком заметил что-то из-под поверхности субмарины позади меня - мертвенно-бледная перепончатая ладонь молча покоилась на моем плече.

Я рефлекторно испустил испуганный крик, но мое тело в одно мгновение протащило по поверхности подводной лодки и приземлилось в сухую и тусклую среду. Несколько разорванных одетых человеческих скелетов были беспорядочно свалены в кучу. Окаменев, я отступил на несколько шагов и наткнулся на что-то. Затем пара сильных рук сжала меня в теплых объятиях, а грубый длинный рыбий хвост обвился вокруг моего тела.

— Не бойся, Дешаров. Это я.

Это был Агарес, к нему временно вернулся рассудок. Я сделал несколько быстрых вдохов, потеряв сознание на несколько секунд из-за внезапного поворота событий, прежде чем огромная волна липких эмоций захлестнула мое сердце, заставив меня повернуться к Агаресу и обнять его. Наконец-то я смог увидеть Агареса во плоти по сравнению с тем что было накануне. Похоже, темная материя заразила его еще больше, и даже несколько странных черных вен поползли по его щекам, как у тех коренных племен, которые носили такие татуировки с намеком на проклятия, делая его еще более зловещим. Однако за этими безмятежными глазами скрывалась глубокая любовь, убеждавшая меня, что мой господин вождь не причинит мне вреда.

- Привет. Только что… - я нежно погладил щеку, вспоминая, что только что произошло. Я потрогал карман, вздохнув с облегчением. Лезвие швейцарского ножа было цело. Я держал его в руке и сжимал. - Это твоя чешуйка меня защитила?

Агарес кивнул и осторожно положил свою перепончатую руку на мой шлем. Безо всяких ограничений она прошла сквозь стекло и коснулось моей щеки, его мокрая рука нежно приподняла мой подбородок, чтобы я мог заглянуть в его устрашающие зрачки, и медленно сказал:

- Это та часть, которую темная материя не может разъесть. Ты должен беречь ее, Дешаров. Я отведу тебя ко входу в канал. Однако похоже, что появилась трещина, а это означает, что ты можешь попасть в любое время и пространство, в котором я когда-то существовал. Помни, когда ты встретишь «меня», отдайте это «мне». Это записывает всю информацию о моей жизни, включая твою внешность… Проход прямо вон там.

Он посмотрел вверх и указал мне за спину. Я тут же обернулся, он указывал на иллюминатор в подводной лодке. За огромным толстым стеклянным окном я мог видеть дыру, излучающую слабый свет в темноте, но вокруг нее было разбросано бесчисленное количество «русалок-пауков».

Я не мог не вздрогнуть:

- Что, Агарес? Ты хочешь, чтобы я вошел в эту дыру один? Почему ты не можешь пойти со мной вместе?

- Темная материя слишком сильно меня поглотила… Даже если я смогу вернуться в Атлантиду, «материнское гнездо» будет заражено мной, и оно также уничтожит не только тебя, но и моих выживших сородичей.

Агарес опустил веки, взял меня за руку и склонил голову, чтобы поцеловать руку, державшую его чешуйку. Его ресницы коснулись моих костяшек пальцев, заставив мое сердце биться сильнее, а в носу стало кисло.

Я не мог себе представить, сколько Агаресу пришлось страдать за время, проведенное в канале, до такой степени, что темная материя почти полностью повредила его сильное тело, сделав его неспособным управлять собой и не оставила другого выбора, кроме как проходить через болезненные мутации снова и снова. И все же в такой ужасной ситуации он все еще хотел найти меня и защитить. Я должен что-то сделать для него, как бы странно это не звучало и как бы сложно это ни было. Просто я не мог снова расстаться с ним. Кто знал, как быстро я смогу снова встретиться с Агаресом, когда войду в измерение времени и пространства, и, кроме того, как сообщить ему, кто я такой? Кто бы знал, что произойдет в другом неизвестном времени и пространстве?

- Ты определенно сумеешь это сделать, мой Дешаров.

Пока я смотрел на вход в канал, чувствуя себя неловко, Агарес обнял меня за талию. Рыбий хвост обвил меня ближе и прижал к его телу, а губы прильнули к моему уху, уверенно шепча тихим голосом…

Я крепко обнял его за шею, решительно глядя ему в глаза и кивая. В знак поощрения он опустил голову и лизнул меня в щеку, но тесный контакт с его телом заставил нас обоих осознать дыру, которую он проделал на моем гидрокостюме.

Глаза Агареса потемнели, он не мог отвести взгляда от обнаженной кожи, словно он был изголодавшимся сумасшедшим, увидевшим вкусную еду. Я мог поклясться, что в этот момент его глаза казались зелеными. Кончики моих ушей горели, я хрипло шептал ему на ухо:

- Эй, прежде чем я уйду, ты должен взять на себя ответственность и залечить место, которое ты ранил…

Я укусил крыло его уха, держа его во рту, словно пробуя кусочек сашими. Перепончатые когти Агареса внезапно сжались вокруг моей спины, его тяжелое тело перевернуло меня, вжав в стену подводной лодки, угрожающе он обнажил клыки:

- Если бы я был полностью здоров, я бы съел тебя за один укус, не оставив после себя ни одной кости, Дешаров… Ты не представляешь, как сильно я скучаю по твоему вкусу… - его нос медленно коснулся моего лба. Тень его волос заслоняла мне зрение, как большое темное облако.

Я почувствовал, как его язык проникает сквозь мою маску, и он перемещается от моего лба к моим бровям и моим губам. Я слегка приоткрыл рот, позволив ему проникнуть сквозь мои губы и зубы, чтобы глубоко поцеловать меня. Его язык преследовал мой, ведя войну с моими губами и зубами, страстно целуя.

Сильный аромат Агареса проник в мое сердце и легкие, и я изо всех сил старался впитать горько-сладкий вкус этого поцелуя, но этого всегда было недостаточно. Мои руки жадно касались горообразных мускулов, растянувшихся на его широкой спине, однако он сразу крепко прижал мою руку к стене, переплетая свои пальцы с моими.

Взволнованная сила внезапно вырвалась из моего тела, за ней последовали острые ногти, вырастающие из моих ногтей, и острые клыки, вырастающие во рту. Все они врезались в кожу и плоть Агареса, но это только побудило его опустить голову и усиленно вгрызаться в мой кадык и ключицу, не забывая при этом о моей красной и опухшей ране. Его рыбий хвост втиснулся между моими ногами, и его толстая твердая плоть скользила вверх и вниз по моей собственной, переплетая рыбьи плавники.

Предполагалось, что это будет мимолетная близость, но я чувствовал себя очень счастливым и вскоре достиг освобождения с дрожью в его нежных, но диких объятиях.

Глава 87

Спустя некоторое время я все еще находился в могучих руках Агареса, погрязнув в усталости, пришедшей после отлива. Агарес прикусил мои губы, целуя меня, желая продолжить. Однако у него не было такой возможности. После того, как я излился, все ласки прекратились. Тем не менее, я чувствовал, насколько напряжены мышцы его рыбьего хвоста, который был между моими ногами. Он явно сдерживал собственные порывы. Будучи мужчиной, я очень хорошо знал, насколько невыносимо такое чувство. Если бы обстоятельства позволяли, я бы использовала любые средства, чтобы помочь ему освободиться без малейших колебаний, даже если бы это потребовало от меня использования губ и языка.

Но на самом деле мы не могли даже повеселиться в последний раз, перед приходом нашей предстоящей разлуки. Я закрыл глаза и заставил себя не думать о том, что грядет. Одна только мысль об этом заставила мое сердце сжаться, как от кошачьей царапины. Как рыба, которая не может жить без воды, я нежно потерся головой о его. Мой нос и веки краснели и горели, но мой разум неудержимо работал, как стиральная машина. Я не мог удержаться от того, чтобы начать представлять сцены встречи с Агаресом в другом времени и пространстве. Каким был Агарес в прошлом, появлялся ли я уже в то время, и как он будет относиться ко мне и т. д. В голову одно за другим приходили всевозможные сомнения. Внезапно моей логике помешала одна плохая идея, и мое сердце, казалось, перестало биться.

С этой мыслью я тут же оттолкнул Агареса на несколько дюймов, пристально посмотрел ему в глаза и серьезно задал ему вопрос.

- Ты в другом времени и пространстве, был бы тобой настоящим, Агарес? Когда я отправлюсь в другую реальность и встречу тебя там, ты здесь останешься в этом мире навсегда, а потом полностью мутируешь или умрешь? Какой тогда смысл переходить в другое пространство и время? Черт возьми, так я оставлю тебя здесь и буду вместе с другим тобой в другом мире?

Когда я произносил эту мысль, я не мог не чувствовать прилив сердечной боли, от которой дрожал мой голос, но в то же время я был так рад, что подумал об этом! Агарес молчал, словно соглашаясь с моей догадкой. Я прикусил нижнюю губу и решительно покачал головой. Я крепко сжал плечо Агареса рукой и сказал низким голосом.

- Я не могу этого сделать… Даже если это ты.

Он опустил голову, слегка прижавшись лбом к моему, но его губы слегка изогнулись, а его перепончатые когти коснулись моего затылка, держа его в своей широкой ладони, и ласково потерли.

- Нет, Дешаров. То, как ты сейчас пытаешься обдумать мой образ жизни, схоже с тем что ты думаешь о людях. Ты несешь основную систему моей жизни. Когда ты передашь это другому мне в другом времени и пространстве, оно войдет в тело того прошлого меня, и они продолжат мою нынешнюю жизнь. Я действительно умру в этом мире…

Мое дыхание сбилось, но затем я услышал, как он сказал мне прямо в ухо:

- Однако это тело — всего лишь тело, разрушенное темной материей. Ты ключ к другой судьбе между мной и Атлантидой. Ты понимаешь?

- Да, я знаю, точно так же, как копирование данных через диск, восстановление заводских настроек и последующая переустановка системы, это будет еще одна форма нового будущего, - я тихо пробормотал себе под нос, ошеломленный. (Мне жаль, что я так неромантично осмысливаю нечто столь чудесное. Но на самом деле я всего лишь прирожденный прагматичный ученый.) Агарес явно не мог понять смысла этой фразы и недоуменно поднял бровь. Чувствуя скепсис, я надул губы и спросил, упорно прижимаясь к его губам. - Ты должен поклясться, что не обманываешь меня.

- Поклясться?

- Э-э… Это в основном означает, что ты клянешься, что то, что ты сказал, было на 100% верным.

Улыбка на губах Агареса стала немного шире, намекая на несколько глубокую двусмысленную мысль. Я почувствовал, как его перепончатый коготь пробежал по моей спине и вцепился в мою однажду. Вскоре я плотно прижался к его телу, где я мог ощутить огромный размер его опухшего органа.

- Я никому не позволю прикасаться к моему Дешарову, включая «меня» в других временах и пространствах.

— Ты ревнуешь себя вот так… — пробормотал я, беспокойно извиваясь на его груди.

В это же время я почувствовал внезапный грохот под ногами, и чуть не рухнул в груду скелетов неподалеку. К счастью, хвост Агареса вовремя обернулся вокруг моего тела и потянул меня обратно в свои объятия. Но затем над нами раздался оглушительный звук чего-то, похожего на царапанье острым инструментом по металлической поверхности, и подводную лодку мгновенно сильно закачало. Агарес полутащил-полунес меня в котлован прямо напротив входа в канал. Сквозь стеклянный экран я сразу увидел огромную черную тень странной формы, плывущую над подводной лодкой. Я не мог сказать, что это было, но это было похоже на струю чернильного тумана, выпущенную каракатицей.

- Что это за хрень?! - я почувствовал прилив озноба, когда я нервно уставился на это нечто.

Внезапно Агарес схватил меня за руку. Из моего кармана он как можно быстрее достал чешуйку, которую дал мне, и прижал ее к моему телу. Я сразу почувствовал легкий обжигающий жар, а когда посмотрел вниз, та рыбья чешуя уже слилась с родимым пятном, образуя более глубокое синее пятно.

- Это «материнское гнездо», разрушенное темной материей. Раньше его использовали для производства и выращивания молодняка. Однако теперь он стал паразитическим логовом для паразитов. Оно было жадным и ненадежным, а теперь оно уже пыталось поглотить меня, - Агарес сузил глаза, на его мрачном лице появилась ухмылка, а его белые клыки сверкнули убийственной остротой. - Когда я пойду, действуй, Дешаров. Тебе нужно воспользоваться возможностью, чтобы без промедления войти в проход.

Мое сердце было словно проткнуто острым ножом, сковав страхом и тревогой. Но я сжал кулак, зная, что любое колебание в этот момент может привести к провалу всех усилий, которые приложил Агарес. Таким образом, я кивнул и выпрямил спину, готовый к действию, и, как солдат, ожидающий приказа командира, я тихо ждал указаний Агареса.

Высвободи силы, которыми я тебя наделил, насколько это возможно. Ты сможешь…. .

Агарес обнял меня за талию, прижался к моему уху и издал тяжелый низкий крик. Его объятия были такими сильными и крепкими, что слезы, которые я пыталась сдержать, хлынули из моих глаз. Я вдруг почувствовал, что это было похоже на наше последнее объятие. Но я действительно верил в правдивость того, что Агарес сказал о своем переносе жизни, и я верил, что он больше всех стремится снова воссоединиться со мной в другом времени и пространстве.

Я снова кивнул и склонил голову, чтобы глубоко поцеловать его перепончатые ладони, одновременно сдерживая переполняющую глаза жидкость:

- Да, мой лорд-вождь.

Когда я закончил говорить, объятия Агареса на мне стали еще крепче. Сразу же после этого он схватил меня за одну руку и за долю секунды, как стрела, выпустил из тетивы. Мы проникли сквозь стекло и поспешно выплыли наружу. Чрезвычайно холодная морская вода окружала нас со всех сторон, и в то же время полчища черных сетей нападали на нас со всех сторон. В тот момент, когда я был совсем недалеко от входа в канал, сила удерживающего меня Агареса внезапно исчезла.

Давай же. Не оглядывайся назад, Дешаров! - из пейджера тотчас же послышался голос Агареса.

Шум статических токов был подобен взрыву бомб в моем мозгу., но я просто впился зубами глубоко в губы и отчаянно загреб своим телом. Я быстро двигался среди гротескных паукообразных теней, которые постоянно приближались ко мне. Их отвратительные, острые, насекомоподобные лапы царапали мое тело, и бесчисленные когти хватали меня, пытаясь помешать. Я даже видел сильно мутировавшие головы и конечности моих товарищей. Однако ничто из этого не заставило меня остановиться.

Я продолжал плыть, и пока я двигался со скоростью, превышающей человеческие пределы, мои ноги постепенно превратились в рыбий хвост. Словно молния в воде, я прорвался сквозь удушающую тьму и устремился ко входу в иной мир...

Войдя, я был окутан полосой расширяющегося яркого света. Затем я почувствовал, как мое тело мгновенно бросило в водоворот с неописуемой и огромной силой к яркому свету. Я подсознательно повернул голову, чтобы посмотреть в том направлении, откуда я вошел. Агарес был заточен во тьме, запутавшись в этой жуткой чудовищной материи, у которой было бесчисленное количество голов и длинных черных конечностей. Его рыбий хвост пронесся, как черный ураган, постоянно целясь в своих мутировавших сородичей. Плавники, выросшие из спины Агареса, были похожи на пару смертоносных крыльев, широко раскрытых, а его поза напоминала Люцифера, попавшего в ад в тех мифах и легендах.

Я изо всех сил пытался открыть глаза, желая прочно запечатлеть эту сцену в своей памяти, но слепящий белый свет постепенно окружил весь мой мир, полностью стерев фигуру Агареса. Сразу же после этого мое сознание погрузилось в состояние чистого листа, а сознание замерло. Казалось, я забыл, где нахожусь, откуда пришел и куда должен был направляться. Все, что осталось в моем теле, было моими чувствами без каких-либо мыслей.

Я чувствовал сильный ветер, дующий мне в ухо, иногда он был горячим, иногда холодным, пронизывая все мое существо. Мое тело постепенно истощалось, как бы высыхая, но снова восстанавливалось. Оказалось, что за короткое время я уже прошел все стороны света и испытал участь смертности, а затем снова был оживлен, чтобы лишь в конце концов упасть во внезапно разверзшуюся трещину.

Буль….Буль.

Поток воды пронесся по моему телу, медленно оживляя мое застывшее тело, и моя рациональность, казалось, вернулась в мое сознание. Я обнаружил, что все еще нахожусь под водой, но мое окружение больше не было бескрайней тьмой. Недалеко над моей головой сиял дневной свет. Сразу же я шевельнул руками и ловко взмахнул рыбьим хвостом, чтобы с легкостью поплыть вверх, как будто я уже привык к этому новому телу.

Пока я наслаждался свободой плавания в море, внезапно с вершины спустилась большая тень. Прежде чем я успел среагировать, моя спина почувствовала пронизывающую жгучую боль. Мне показалось, что пуля попала в меня. Я инстинктивно рванулся вверх, но через доли секунды тень окутала меня с головой, полностью перекрыв все пути бегства. Мое окружение сжалось в шар, и меня подняло вверх. Именно в этот момент я ясно увидел, что это рыболовная сеть!

С громким всплеском я был выловлен из воды с поразительной силой. То, что появилось передо мной, было чем-то гигантским. Стальной монстр, похожий на механическую руку, подвешивал меня в воздухе. Я перевернулся, чувствуя головокружение. Я покачал головой. Помимо шока, я также почувствовал, что это чрезвычайно иронично — эта ситуация была точно такой же, как когда я встретил Агареса на корабле, но мы просто поменялись местами!

- Привет! Смотри, еще одна русалка! Этот оказался серебряным хвостом. Такого я еще не видел!

Неподалеку раздалась вереница восклицаний, оказавшихся японскими. Я тут же прислушался к звукам и обернулся, увидев с десяток черноволосых и черноглазых азиатов, изумленно смотрящих на меня. Однако во что я не мог поверить, так это в то, что среди них был молодой человек с выдающейся внешностью. Это был Юкимура.

Глава 88

- Юкимура!? - я изо всех сил пытался ухватиться за рыболовную сеть, когда она подняла меня на палубу. Затем мое тело было прижато к земле несколькими матросами, которые набросились на меня, но сила, которую я высвободил, была удивительна, и им потребовалось некоторое время, чтобы удержать меня. Тем не менее, я все же не мог освободиться от толстых и прочных пут. Юкимура, очевидно, услышал мой призыв и посмотрел на меня с удивлением, но прежде чем я успел сказать еще хоть слово, я почувствовал легкое покалывание в своем рыбьем хвосте.

Как только я посмотрела вниз, то увидел мужчину, держащего в руке шприц, он собирался сделать мне укол. Если подумать, в нем, очевидно, были анестетики!

- Черт возьми! - я был так зол, что мне просто захотелось забить этого парня до смерти прямо здесь и сейчас, поэтому рыбий хвост, в который превратились мои ноги, ловко изогнулся и яростно замахнулся на мужчину. В результате, тот был сброшен в море. Однако, как только я это сделал, сильное чувство онемения охватило мое тело снизу доверху, и все оно как будто налилось свинцом и ощущалось невыносимо тяжелым. Даже пошевелить одним пальцем было невозможно, не говоря уже о том, чтобы попытаться открыть рот и заговорить.

Юкимура осторожно приблизился ко мне, присел на корточки, успокаивающе надавил на хвост и посмотрел мне в глаза, как бы показывая, что у него нет злых намерений. Похоже, он был довольно опытен в том, как взаимодействовать с русалками. Забавно, ведь парень не знал, что когда-то я был человеком, который раньше контактировал с тритонами, как и он.

Я слегка пошевелил губами, беззвучно произнося его имя, надеясь, что он поймет. Но как раз в тот момент, когда Юкимура собирался открыть рот, чтобы что-то сказать от недоумения, мужчина средних лет тихо отдал приказ. Это заставило матросов немедленно поднять меня и затащить в одну из многочисленных кают в трюме корабля. Когда я осмотрелся сквозь маленькие отверстия рыболовной сети, перед моими глазами предстал вид внутри каюты, повергший меня в шок. В салоне было выставлено около сотни прозрачных резервуаров с водой, каждый из которых был около двух метров в высоту и столько же в ширину, места как раз хватало для размещения одной русалки. Однако большинство из них были пустыми, и лишь в нескольких содержались русалки и тритоны.

Я вспомнил, что Юкимура упоминал мне об их жестоких экспериментах над русалками, и меня невольно пробрал озноб. Что за черт?! Я никогда не думал, что возможно, я сам столкнусь с таким ужасным порочным поведением, которое имело место в прошлом. Более того, я играл роль одной из его многочисленных подопытных!

Но в тот момент у меня просто не было сил сопротивляться, и я позволил забросить себя в одну из закрытых капсул. Я медлительно погружался в воду, наблюдая, как несколько исследователей переговаривались между собой, при этом не в состоянии пошевелить ни единым мускулом. Однако, к счастью, это обезболивающее, похоже, оказало расслабляющее действие на мышцы, а не заставило меня потерять сознание. Я внимательно прислушался к их разговору, но звук плохо проходил в стеклянный резервуар и превращался в неясное жужжание в моих барабанных перепонках. Я заметил, что один из мужчин средних лет был чем-то знаком внешне, и черное кимоно, которое было на нем надето, заставило меня внезапно осознать, что это был Шиничи того времени.

Юкимура и Шиничи оба здесь, тогда что насчет Асуры?

Застигнутый врасплох, я с большим трудом повернул голову и шею, чтобы посмотреть на другие стеклянные резервуары, но не увидел русала с фиолетовым хвостом. Асура пока не появился. Это означало, что я смог точно определить период времени, в котором нахожусь прямо сейчас — ядерный инцидент в Хиросиме не оставил этим японцам возможности для проведения исследований мерфолков. Так что либо я попал в период времени, предшествовавший Второй мировой войне, либо во Вторую мировую войну, когда ядерная бомба еще не упала на Хиросиму. Было очевидно, что я не в состоянии предотвратить вспышку или остановить продолжение Второй мировой войны и серию бедствий, которые она принесла, но я все еще мог вовремя сообщить об этом Агаресу, чтобы Атлантида смогла избежать этой катастрофы.

Но где же был Агарес в это время? Должен ли я снова отправится его искать? Сначала я должен вырваться из-под контроля этих японцев. Ненавижу. Мне нужно было найти наиболее подходящее время.

Размышляя об этом, я просто закрыл глаза, чтобы набраться сил, надеясь, что действие лекарства скоро пройдет. Однако я не смог удержаться и заснул от постепенно нарастающей усталости.

Я не знал, как долго я спал, но внезапно меня разбудил странный разряд электрического тока, ударивший в мою грудь. Я открыл глаза и обнаружил, что область под кожей моей груди слегка светится голубым светом, как какие-то индикаторные лампочки. Именно там находилась чешуйка Агареса, и этот сигнал, возможно, означал, что Агарес был поблизости. Мой дух наполнился жизненной силой. Я снова попытался пошевелить телом и почувствовал, что действие препарата неожиданно ослабло, и мои силы, казалось, стали больше, чем раньше. Вероятно, это также было связано с чешуйкой, принадлежавшей монарху.

Я немедленно выпрямился в воде и внимательно вгляделся во внешний мир через стекло. В каюте было темно, людей здесь не осталось. Морские жители в других изолированных резервуарах с водой одновременно повернулись ко мне с ожидающими взглядами. Однако я знал, что не могу выпустить их прямо сейчас, иначе это вызвало бы много беспокойства.

- Извините, но я вернусь, чтобы помочь вам, ребята, - прошептал я, но был удивлен, услышав череду странных звуковых волн, вибрирующих в моем горле, на что я немедленно получил кивки в ответ от русалок. Это придало мне чувство ответственности, которое заставило меня ясно осознать, что защита и спасение этих молодых особей теперь является совместной нашей с Агаресом миссией.

Я поджал свой рыбий хвост и изо всех сил ударил им прямо по стеклу, только чтобы услышать треск. Эта чрезвычайно прочная тюрьма фактически разлетелась на куски под ударом моей полной силы!

Я выпрыгнул наружу и плавно соскользнул на пол. Управляя плотно сжатыми мышцами рыбьего хвоста, как питон, передвигаться действительно было намного быстрее, чем на человеческих ногах. Я чувствовал, что плотно прилегающие чешуйки внизу значительно уменьшили трение, позволяя мне бесшумно скользить на несколько метров вперед каждый раз, когда я отталкивался плавниками. Когда я приблизился к двери люка, издалека послышалась серия беспорядочных и торопливых шагов. Поняв, что что-то не так, я тут же спрятался в темноте за дверью.

В следующее мгновение дверь люка с грохотом распахнулась, и несколько фигур ворвались внутрь. Я воспользовался возможностью, чтобы молниеносно ударить их хвостом по лодыжкам, и в ту секунду, когда они все один за другим в шоке повалились на землю, я воспользовался их неосторожностью, чтобы выскочить за дверь. Можно оттолкнувшись, я взлетел над палубой и нырнул прямо в море. Среди криков и звуков погони позади меня, я погрузился в глубокую воду.

Движение электрического тока в моей груди в это время становилось все сильнее и интенсивнее. Я был уверен, что Агарес был где-то недалеко, и я даже мог смутно ощущать его местоположение и расстояние до него. Просто нужно было быть немного точнее и немного четче. Мои нервы напряглись, я внезапно вспомнил, что русалки используют особые частоты звуковых волн для контакта друг с другом. Значит ли это, что я также могу использовать этот метод, чтобы почувствовать Агареса? Точно так же, как то, что я случайно сделал только что в этой форме тритона - это стало новой функцией моего организма.

Осматривая мрачное окружение, я открыл рот и попытался издать те же звуковые волны, что и раньше. Окружающая вода при колебаниях моего голоса немедленно образовала своеобразную форму волны. Они распространялись во всех направлениях, и я быстро получил различного рода обратную связь, которая сформировалась в моем сознании в бесчисленные беспорядочные образы. Они несли звуки и даже запахи. Мне было трудно поверить, что я мог бы даже выделить след “данных”, принадлежащих Агаресу, среди этих чрезвычайно сложных сообщений. (Это был единственный способ, которым я мог это описать), однако я действительно почувствовал приблизительное местоположение того места, где он находился.

Следуя в этом направлении, я взмахнул хвостом и быстро поплыл, как моторная лодка. Как раз в тот момент, когда я приближался к поверхности моря, меня внезапно из ниоткуда ударила более мощная и яростная звуковая волна, которая серьезно повлияла на мое восприятие направления. Внезапно это заставило меня почувствовать, что я заблудился, поскольку я нерешительно расхаживал взад-вперед, непрерывно кружась в воде, как будто меня что-то притягивало. У меня не было выбора, кроме как временно прекратить двигаться и плавать у поверхности воды. Воспользовавшись лунным светом, который проходил сквозь воду, я смог разглядеть тень маленькой лодки, плывущей по морю невдалеке, и черный объект с двумя приспособлениями в форме труб, подвешенный ниже и погруженный в воду — это был гидролокатор.

Несомненно, именно эта проклятая штука мешала мне передвигаться. Я настороженно проплыл немного дальше, прежде чем медленно всплыть на поверхность, высунув из воды только половину головы, чтобы понаблюдать за лодкой. Однако я был удивлен, увидев, что человеком, сидящим на этом маленьком судне, на самом деле был Юкимура. Он был одет в белое кимоно и беззаботно играл на флейте, выглядя так, словно прямо сейчас он не стоял над морем. Долгая и прекрасная мелодия флейты плыла по морю, и в идеальном сочетании с набегающими волнами она звучала как голос природы. Даже я не смог удержаться от того, чтобы не потеряться в этой эстетичной и спокойной сцене, представшей передо мной. Однако я быстро вышел из этого транса, потому что прекрасно понимал, что это ловушка. Ловушка, сделанная специально для русалок.

Это было то, о чем упоминал Юкимура, период, когда он действовал как приманка, чтобы заманить к ним Асуру.

Я приподнялся и осмотрел море, насколько хватало глаз, и, как и ожидалось, увидел десятки поднимающихся тел тритонов, плавающих на поверхности поблизости. Ближайший к лодке Юкимуры был всего в нескольких метрах. У него были длинные черные волосы и фиолетовый рыбий хвост, вырисовывающийся на фоне залитого лунным светом моря. это явно был Асура. Казалось, Юкимура сильно привлек его, поскольку его перепончатые руки забрались на борт лодки, и он с любопытством смотрел на красивого японского юношу.

Мне сразу же захотелось импульсивно подплыть туда, чтобы предотвратить любой дальнейший контакт между ними, но я тут же отбросил эту идею. Это было потому, что у Асуры и Юкимуры ранее была незабываемая любовь друг к другу, даже если их дальнейшее развитие стало трагичным, какие у меня были причины препятствовать их встрече? Какое право я имел стирать историю, которая принадлежала им? Что я должен сделать, так это изменить ее окончание, а не начало, верно?

Как раз в тот момент, когда я был погружен в свои мысли, моя грудь внезапно снова подпрыгнула, и я сильно отреагировал, когда почувствовал мощную волну, нахлынувшую сзади. Моя интуиция подсказала мне, что это был Агарес. Я осторожно высунул половину своего тела из воды, обводя взглядом море в поисках его присутствия. За долю секунды я увидел знакомую фигуру, выходящую из воды, его серебристо-серые волосы в лунном свете казались окутанными тонким слоем тумана, а его великолепная внешность рассеивала мрачность, исходившую из темной морской бездны.

- Агарес! - вскрикнул я от шока и радости, но он, казалось, совершенно не замечал меня, продолжая плыть в направлении Юкимуры, он также неожиданно был очарован песней Юкимуры. Мое сердце быстро упало, я быстро перехватил его маршрут, идя перед ним, как испуганный дельфин. Он явно был поражен моим внезапным появлением и немедленно остановился. Он посмотрел на меня предупреждающим взглядом, оценивая с головы до ног, как будто смотрел на дерзкого юнца, который был достаточно смел, чтобы спровоцировать главного вождя. Действительно, так и должно быть, поскольку на данный момент я не появился в его жизни. Он не знал, что парень, который только что боднул его, был тем, кого он позже примет как ценного потомка и любовника.

Я торопливо дышал, мое сердце ощущало боль и беспокойство, словно коготь вцепился в мои внутренности и превратил их в кашу. Я хотел бы немедленно выгрузить информацию о жизни, скрытую в весах на моей груди, в его мозг, чтобы позволить Агаресу из “того мира” возродиться снова, чтобы он узнал, кем я был и все, что мы пережили. Но как мне это сделать? Я неуверенно посмотрел на Агареса, а он просто бросил на меня нетерпеливый взгляд и прищурился, глядя мимо меня, как будто испытывал беспокойство.

В одно мгновение в моем сердце появилось неприятное чувство, и, обнажив клыки и размахивая когтями, я бросилась на него, крепко обнимая его тело.

Агарес застыл в шоке. Его перепончатые когти сразу же грубо оттащили меня, и я тяжело рухнул в воду. Однако я был неумолим и не желал сдаваться. Я бросился вперед, как агрессивная акула, крепко вцепившись в его талию. Мой рыбий хвост запутался в его собственном длинном хвосте, увлекая его за собой в воду. По-видимому, теперь я действительно раздражал его, поскольку его мощные перепончатые когти крепко сжимали мою шею, а мое тело с огромной скоростью погружалось все глубже в темную глубину морской воды. Я не поднимал шума и не сопротивлялся. В этой текущей ситуации, продолжая опускаться, я пристально смотрел ему в глаза, что позволило мне быстро уловить эту вспышку замешательства и колебания. Независимо от того, в каком времени и пространстве я нахожусь, я всегда буду нести в себе его ген, даже если мне еще предстоит родиться, у него все равно должно быть особое чувство ко мне.

Я твердо верил в этот факт.

Глава 89

Свет наверху постепенно угасал с нашим быстрым погружением в глубину. Мы были подобны метеоритам, падающим на самое дно океана. Я схватил перепончатую ладонь, которая была сжата у меня на шее, и заставил его прикоснуться к тому месту, где на моей груди была чешуя, однако, когда его ладонь наконец оказалась там, ничего не произошло. Заподозрив неладное, Агарес тряхнул хвостом и легко освободился от моей хватки, прежде чем развернуться всем телом и поплыть вверх. Я изо всех сил старался удержать его за хвост, но был встречен безразличным и тяжелым шлепком. В этот момент мои мышцы спины и кости были серьезно повреждены, и от сильной боли я застыл, продолжая погружаться все глубже, беспомощно наблюдая за удаляющейся спиной Агареса.

Огромная волна паники нахлынула со всех сторон, как морская вода, давя на мои уши, заставляя мой мозг гудеть и превращая мои мысли в хаотичный беспорядок. Сильная боль распространилась от позвоночника вниз, ниже копчика, а затем я почувствовал неприятное ощущение раздирания, исходящее от рыбьего хвоста. Я посмотрел вниз и с удивлением обнаружил, что очертания моей ноги снова обретают форму изнутри чешуи. В то же время я сразу почувствовал дискомфорт за ушами — новообразованные жабры, по-видимому, в это время просто закрылись. Быстро сильное чувство удушья охватило весь мой мир. Я инстинктивно открыла рот, чтобы вдохнуть кислорода, но морская вода хлынула мне в нос.

Мои руки и ноги болтались, пытаясь заставить мое тело плыть к поверхности моря. Под давлением воды моя грудная клетка ощущалась так, словно ее спрессовали в лепешку, из-за чего у меня сильно кружилась голова. Между мной и поверхностью было почти в 100 метров, что заставило меня осознать, что я могу утонуть первым, прежде чем смогу достичь поверхности. Я отчаянно двигал конечностями, однако мое тело быстро становилось тяжелее и слабее из-за недостатка кислорода, и мое сознание постепенно затуманивалось.

В этот критический момент между жизнью и смертью в лучах света наверху мелькнула темная тень. Я широко распахнул глаза и почувствовал, как в моем сердце разлилось теплое чувство — это был Агарес, он вернулся. Мгновенно моя рука была крепко схвачена мощной перепончатой рукой и быстро утянута а собой. Прежде чем в моих легких закончились последние остатки кислорода, моя голова, наконец, прорвалась сквозь море, а тело вытащили на плоский каменный риф.

Я сильно закашлялся, выплевывая морскую воду, которая забила мне нос, и, словно съев большой красный перец чили, я почувствовал себя крайне нехорошо. Мои легкие, как будто внутри все еще оставались пузырьки, все еще ощущали бесконечную ноющую духоту, и когда Агарес сильно шлепнул меня по спине, не будет преувеличением сказать, что это было похоже на удар носорога! Я подозреваю, что либо у меня сломано одно из ребер, либо поврежден позвоночник, потому что  у меня даже не было сил выпрямить талию. Я, по сути, находился на грани смерти.

Верхняя часть тела Агареса лежала на камне, и он надменно смотрел сверху вниз на мой нынешний жалкий вид прищуренными глазами. Я мог бы стерпеть и никак не отреагировать, но я знаю, что прямо сейчас проявление слабости перед ним на самом деле было лучшим способом позволить ему избавиться от своей настороженности и враждебности по отношению ко мне. В конце концов, я только что импульсивно “напал” на лидера. Поэтому я просто свернулся калачиком и преувеличенно застонал, чтобы дать ему понять, как сильно мне больно.

Он положил свою перепончатую лапу мне на спину и пару раз надавил не слишком сильно, как будто проверяя, действительно ли моя травма настолько серьезна. Удивительным было то, что, когда он дотронулся до меня, я уже начал чувствовать меньшую боль в спине и мне не было трудно ее переносить. Я не знал, было ли это психологическим эффектом, но, о Боги, я действительно хочу его тепла и нежной заботы. Я слегка придвинулась ближе к его рукам, чувствуя себя тюленем в аквариуме, просящим еду у дрессировщика.

Я посмотрела ему в глаза, но его взгляд был сосредоточен на моих ногах, он задумчиво наблюдал, даже схватил меня за лодыжку и провел своими перепончатыми когтями по коже. Очевидно, он очень подозрительно относился к тому, что мой рыбий хвост смог превратиться в нижние конечности человека. Нынешнему Агаресу еще предстояло развить функцию имитации человеческих генов, поэтому все мои изменения были для него слишком новыми. Чего он не знал, так это того, что все это было создано им будущим.

Несмотря на его двусмысленные действия по отношению ко мне, его глаза оставались чрезвычайно спокойными, как у врача, лечащего своего пациента, а его перепончатая ладонь, скользящая по моей ноге, была подобна холодному скальпелю, не несущему никаких эмоций. Я попытался отдернуть ногу, но моя пятка была крепко зажата в его руке. Он поднял веки и угрожающе посмотрел на меня. Выражение его глаз описывало меня как муравья, которого он может раздавить в любой момент. Агарес никогда раньше не показывал мне такого лица.

Я судорожно вздохнул, когда его пристальный взгляд приковал меня к месту, словно меня опустили в ванну со льдом. Я не мог не заметить различий между Агаресом передо мной и им в будущем. Пропасть между ними обоими была подобна падению в расщелину с высоты ста метров, черт бы побрал этот столь необходимый психологический барьер.

Несмотря на то, что это соответствовало тому, что Агарес упоминал о "Короле с черной чешуей", на самом деле в этом не было необходимости, это заставило меня понять, что нынешний он не будет участвовать в моей течке или ухаживаниях. Однако, видит Бог, я хотел, чтобы он вел себя как старый извращенец! Таким образом, я смог бы воспользоваться возможностью прикоснуться к нему, чтобы поместить ядро жизни внутрь чаши весов и "передать" его, но теперь я, честно говоря, немного боялся обидеть его, я бы не смог снова вынести еще один удар его хвоста.

Скажи мне, что именно я должен делать, Агарес?

Рука Агареса внезапно напряглась, его брови высоко поднялись, в глазах промелькнула странная волна, и его взгляд упал на мое лицо. Только тогда я понял, что случайно издал звук. Секунду я рассеянно смотрел на него, осознавая, что “Агарес”, это морское слово, позволило мне вызвать его удивление.

- Агарес… - я снова четко повторил этот слог, хотя очень хорошо знал значение этого слова — я не был уверен, собирался ли Агарес отвергнуть человека, который посылал сигналы ухаживания, но, по крайней мере, это позволило бы ему не относиться ко мне так холодно, верно? Однако, как только я произнес это слово, его перепончатый коготь внезапно схватил меня за подбородок. Он наклонился и прижал меня к скале, пристально глядя на меня сверху. Его губы зашевелились, внезапно зазвучал его голос, тихо бормочущий:

- Ты... кто ты?

- Твой будущий потомок и... супруг.

Я четко произнес слово за словом, мой голос звучал немного хрипло. Полная луна сзади очерчивала сильные и мускулистые очертания, которые были мне знакомы. Сильный уникальный аромат атаковал меня, заставляя чувствовать себя одновременно захваченным и наполненным чувством безопасности. Капли воды стекали с его плеча и попадали мне в глаза. Я моргнул, чувствуя горькую влагу. Черт возьми, почему, просто произнеся это предложение вслух, люди чувствуют себя такими эмоциональными и грустными?

Хватка Агареса на моем подбородке внезапно усилилась, его глаза ярко загорелись, выдавая некоторую очевидную свирепость и раздражительность. Я даже подозреваю, что в следующий момент он придушил бы меня, потому что то, что я сказал, может показаться ему совершенно нелепым. Если бы я переключился на прошлое и услышал, как водяной говорит мне это, я бы тоже, вероятно, подумал, что это полная чушь, и, вероятно, запер бы его в научно-исследовательском институте.

- Это правда! - я напрягся и потянулся к его руке, чтобы коснуться своей груди. Однако он сразу же крепко схватил меня за руку, не позволяя мне пошевелиться. Даже сейчас чешуйка в моей груди была мертвенно неподвижна и тиха, вообще никакого прогресса Это вызывало у меня невероятное беспокойство, и я продолжал пытаться глазами заставить Агареса обратить внимание на мою грудь.

- Вот это пятно - отметина, оставленная тобой в будущем. Под кожей спрятан кусочек твоей чешуи. Возможно, если ты достанешь его, то поймешь, что то, что я сказал, было абсолютной правдой.

Он скептически погладил родинку у меня на груди. Его острые кончики пальцев остановились на моем сердце и прорезали неглубокую линию на коже. Кровь постепенно потекла наружу. Его ногти вонзились в мою кожу и плоть, причинив острую боль, но я был потрясен, почувствовав, что чешуя, казалось, вплавилась в мое тело, и под моей кожей больше не было посторонних предметов, однако, если палец Агареса вонзится еще глубже, я, возможно, погибну от его руки. Хватит ли у него духу убить меня? Может быть, моя смерть нужна, чтобы заставить его проснуться? Почему не удалось найти чешуйку? Возможно, все, что сказал мне Агарес, было неправдой?

Бесчисленные сомнения боролись друг с другом в моей голове, я стиснула зубы, когда его пальцы проникли глубже в мою рану, с меня капал пот. Как раз в тот момент, когда я почувствовала, что его пальцы вот-вот пронзят мою грудь, он, наконец, вытащил их.

Я дрожал, закрывая дыру в груди руками, свежая кровь непрерывно вытекала, переливаясь между моими пальцами, а он только подергивал носом, опуская голову к моему животу, глубоко вдыхая аромат, который испускала моя кровь.

Он немного понюхал ее, прежде чем нахмурил брови. Продолжая, он разжал мои пальцы, опустил губы прямо над разрывом и языком облизал мою рану. Я не мог удержаться и молча уставилась на него, чувствуя, как в глубине души у меня снова просветлело. Я не знаю, привлекли ли мои феромоны нынешнего Агареса, но, вероятно, это заставит его подумать, что это очень необычно. Мое тело несло его гены, это было то, что время не могло стереть, у него не хватило духу увидеть, как я умираю.

Я не смог удержаться и обвил руками его тонкую, но сильную шею, думая о том, как бы воспользоваться этим редким шансом обнять моего господина. Когда я осторожно дотронулся до его спины, он резко открыл глаза и пристально посмотрел в мои. Однако на этот раз он не остановил меня сразу, как в прошлый раз, а вместо этого продолжил лечение. Его язык мягко лизнул мою рану, которая уже медленно заживала, боль сразу же значительно ослабла, но мое внимание постоянно ускользало от его сексуальных ключиц и грудных мышц, и в моей голове промелькнула мысль…

Агарес заставил меня мутировать, проделывая со мной подобные вещи, значит ли это, что для успешного прохождения ядра жизни мы должны были бы использовать тот же метод? Это правда, что рыбьей чешуи больше не было в моем теле, что она, возможно, слилась с мной, жизненное ядро Агареса вошло в мое тело, и я был подобен пробирке с бактериями. Следовательно, такого рода предположения казались разумными в сложившейся ситуации, это означает, что я должен был соблазнить Агареса, чтобы заставить его “сексуально” заинтересоваться мной.

Черт возьми, никогда бы не подумал, что настанет день, когда мне придется использовать "технику симпатичного мальчика", чтобы справиться с Агаресом, я совсем не был уверен в своей сексуальной привлекательности. Я глубоко вздохнул, чувствуя, что моя рана уже заживает, я должен был воспользоваться этой возможностью.

Я сглотнул, мое сердце бешено заколотилось в груди, и я собралась с духом, чтобы поднять ноги и обхватить его рыбий хвост, задевая голенью плотную чешую, похожую на панцирь. Его острый хвост, который плавал над поверхностью воды, слегка покачивался, но без резких движений. Моя смелость немедленно возросла, и я дюйм за дюймом опускал голову, открывая рот, чтобы подразнить его крылатые ушки.

Агарес внезапно поднял голову, заставив меня прямо встретиться взглядом с его глубокими темными холодными глазами, а затем снизу внезапно поднялась волна. Этот грубый и податливый черный рыбий хвост приветствовал меня ударом по макушке, я испугался, что отдернул руки и ноги, отпрянув назад, но его хвост заставил меня лечь на спину всего на расстоянии пальца от острого, как серп, оружия, когда волна накатила брызгами мне на все лицо.

Мое дыхание, казалось, замерло вместе с атмосферой, а шея одеревенела, когда я уставился на хвост, болтающийся у меня над переносицей. Лунный свет проникал сквозь его полупрозрачные края, капли воды скользили по ледяному кончику, я даже мог разглядеть расположение рыбьей кости, которая поддерживала основание, каждая косточка была толщиной с шило, я мог представить, что она достаточно острая, чтобы легко проткнуть мой череп. Перепуганный до полусмерти, я почувствовал, как холодок пробежал по всему моему телу, в очередной раз испытывая опасность обидеть Агареса. Было очевидно, что пытаться соблазнить его вне периода течки было трудным делом. Он был подобен кинжалу в труднодоступных ножнах, и если ты опрометчиво приблизишься к нему, то действительно заплатишь за это своей жизнью.

Глава 90

Черт возьми!

Я не осмеливался безрассудно шевелить руками и смотрел на Агареса, как заключенный, которому приставили пистолет к виску, чтобы показать, что я не смею проявлять никакой необузданности. Я не мог действовать слишком опрометчиво. Я не хочу, чтобы нынешний Агарес возненавидел меня за мое неподобающее поведение, это было бы большой потерей для меня. Однако человеком, которому пришлось передавать информацию и подвергаться давлению, был я! (И, конечно, все это произошло потому, что у меня не хватило смелости пойти против Агареса, и, как правило, я бы даже не выиграл, если бы попытался наброситься на него.)

Пока я терялся в своих диких фантазиях, его хвостовой плавник медленно скользнул мимо моей переносицы, как будто он намеренно предупреждал меня, даже несколько раз не слабо, но и не сильно похлопал по щеке. Это действие практически должно было сопровождаться серией безжалостных слов:

"Эй, маленький бесенок, если ты продолжишь меня провоцировать, твоей заднице достанется”. И так далее. Я чуть не рассмеялся вслух из-за своей забавной ассоциации, однако не осмелился показать это, потому что знал, что Агарес не играет со мной.

Его ужасное оружие, наконец, отодвинулось от моего тела, в то время как Агарес приподнялся и снова положил свои перепончатые когти мне на бедро, поглаживая его вниз, к коленным чашечкам. Сначала я подумал, что он собирается быть грубым, но я заметил, что он просто рассматривал строение моих ног, как будто заглядывал глубоко под кожу, полностью игнорируя другие места. Должен сказать, что прямо сейчас на мне ничего не было надето с головы до пят.

Я с удивлением наблюдал за тем, как его когти касались моей кожи, пытаясь понять, о чем, черт возьми, он думал. В этот момент я понял, что место, по которому провела его рука, выглядело так, будто его пропустили через лазер, с плотными слабыми сетками, похожими на очертания чешуек, но они исчезли так же, как и появились. Это можно было бы пропустить, если не присматриваться.

Когда когти Агареса добрались до моей лодыжки, электрические разряды в его глубоких и безмятежных глазах, казалось, усилились. Я мог бы сказать, что он нашел что-то невероятное, что привело меня в восторг от неожиданной новости.

- Эй, Аг… - я проглотил это имя обратно и объяснил, нужно ковать железо пока горячо. - Ты должен поверить тому, что я сказал. Ты же видишь, что я довольно необычный, верно? Я действительно твой потомок из другого времени и пространства... - я сделал паузу, неохотно опуская слово ”супруг", и далее подчеркнул:

- Послушай, лорд-вождь! Вскоре разразится катастрофа, и она разрушит проход, ведущий с Земли в Атлантиду, что приведет тебя и твой народ к беспрецедентному кризису... Я понятия не имею, сколько времени пройдет, прежде чем наступит эта катастрофа, но, возможно, время уже на исходе и давит на нас.

Как только я закончил, его глаза внезапно стали холодными, он убрал руку и посмотрел в сторону моря. В ночном тумане корабль Шиничи плыл на северо-запад в нашем направлении, и недалеко от нас виднелись очертания едва различимого маленького острова. У меня перехватило дыхание при мысли, что это не могла быть Хиросима, верно? Если это было так, то нам повезло даже больше, чем выиграть в лотерею, Боже милостивый, мы находимся прямо в центре его грядущей катастрофы!

Казалось, Агарес отчасти поверил в то, что я сказал, и питал некоторое доверие к моим словам, я сразу же подчеркнул это:

- Ты должен закрыть проход без промедления. Однако перед этим ты должен сначала сделать кое-что еще… - мой голос задрожал, когда я дошел до этой части, заикаясь то тут, то там. - Ты должен… ты должен...

Агарес бросил в мою сторону холодный взгляд, и мой рот стал похож на раковину моллюска. Что, что я собирался сказать? Трахнуть меня? Оседлать меня? Спариться со мной? Что произойдет, если Агаресу не удастся извлечь информацию до того, как проход закроется, что произойдет тогда? Если да, то кто знает, что произойдет с Агаресом в другом времени и пространстве. Исчезнет ли он полностью? Я не мог не думать об этом постоянно, расстраивая себя. Агарес действительно поставил передо мной большую проблему, которую нужно было решить. Как я мог заинтересовать его собой? Просто продолжать беспокоить его без конца подобным образом? Или придумать, как дать ему дозу обезболивающего? Конечно, ветеринарные “гормональные катализаторы” могли бы быть более эффективными, я не знал, есть ли у Шиничи такие вещи на его судне.

Я никогда не ожидал, что у меня когда-нибудь возникнут подобные нелепые мысли, но, похоже, теперь я должен включить их в круг своих размышлений. Я грубо почесал затылок, быстро почувствовав, что вот-вот сдеру кожу от раздражения.

Затем, в этот момент, я внезапно увидел несколько вспышек на далеком темном горизонте, сопровождаемых последующим эхом взрывов, и в то же время они осветили часть острова, внезапно придав поверхности моря ярко-красный оттенок. Я вскочил в испуге, мои волосы встали дыбом, думая, что была сброшена ядерная бомба, но я понял, что это было всего лишь несколько бомбардировщиков и что остров сопротивлялся с помощью огнестрельного оружия.

Льющийся с острова свет позволил мне ясно разглядеть, что береговая линия совсем не была длинной, и можно было заметить, что ее площадь не такая большая, как у Хиросимы. Это была не Хиросима, это был просто другой остров. Я не мог удержаться от вздоха облегчения, что мы с Агаресом не были в центральной зоне ядерного взрыва, но где же был этот остров? Почему они привозят захваченных ими русалок туда, где они вели сражения?

Я в замешательстве посмотрел в сторону далекого парящего и пылающего ада, Агарес, который был рядом со мной, в это время покинул скалистый риф, его хвост стал похож на какой-то рыбий мотор, когда он поплыл в том направлении. Секунду я стоял ошеломленный, прежде чем, наконец, отреагировал и немедленно нырнул в воду, но в моем человеческом обличье мне было далеко до того, чтобы догнать Агареса, который плыл со скоростью маха. В мгновение ока он уже был от меня на расстоянии примерно в сто метров. Это мгновенно вызвало у меня чувство брошенности, я сердито ударил кулаком по воде и крикнул ему:

- Эй, Агарес, вернись, возьми меня с собой. Ты не можешь просто так бросить меня! Эй! Ты, ублюдок!

Я погнался за ним, крича, разъяренный, встревоженный и довольно разочарованный. В сердце нынешнего Агареса я не имел никакой ценности, похоже, что он предпочел бы пойти спасать детенышей, захваченных Шиничи, а затем попытаться закрыть проход.

Через некоторое время я почувствовал некоторое напряжение при гребле воды и постепенно стал вялым. Я понимаю, что должен найти способ вернуться в свою форму русала, иначе оставаться в бескрайнем океане будет слишком опасно. К сожалению, я понятия не имел, когда у меня появится следующая возможность измениться, каждый раз это всегда заставало меня врасплох, точно так же, как компьютерная система подвергается атаке хакера, это не было подвластно моему контролю. Что я должен сделать, чтобы спровоцировать это? Ментально или физически? Я вспомнил, что только что произошло, и нырнул в море, надеясь, что ощущение утопления и давление воды помогут этому.

Однако только моя голова погрузилась под воду, как мое поле зрения привлекло нечто необычное: в колеблющемся и пестром лунном свете и сквозь извилистые узоры волн я заметил несколько длинных теней, приближающихся ко мне снизу со всех сторон. Я прищурился и обнаружил, что это десятки русалок!

Мое сердце громко закричало, и я быстро задвигал руками и ногами, молясь, чтобы я был быстрее их. Я в своей человеческой форме, и я, несомненно, привлекал тех молодых тритонов, которые искали себе пару. Черт возьми, сколько же еще пройдет времени, прежде чем я смогу превратиться в тритона?!

Не успел я проплыть и нескольких метров, как меня окружили десятки русалок, их плотоядные взгляды остановились на моем теле, отчего волосы встали дыбом по всему телу. Я знал, что мое обнаженное появление для них ничем не отличалось от вида вкусного куска мяса.

Некоторые из них больше не могли сопротивляться и подплыли ко мне поближе, я же смотрел на них с тревогой. Плывя по воде, я обнаружил, что хвосты этих русалок имеют оттенки синего и зеленого, их хвост короче, чем у меня, когда я нахожусь в своей форме русала, что означало, что они были просто группой детенышей. Однако они так же опасны, как и те хулиганистые подростки, которые только достигают совершеннолетия. Я сжал кулак, готовый сразиться с ними. Моя физическая сила, может быть, и лучше, чем раньше, но у меня нет никакой уверенности в том, что я смогу отбиться от дюжины подростков.

Черт возьми, я скорее умру, чем позволю им по очереди вымещать на мне свою энергию, я не хочу встретить такой же конец, как Генри. Я чувствовал, как у меня на лбу выступил пот, клянусь, что мой мозг уже был туго набит паникой, что он был на грани удушья.

Никто из находившихся рядом со мной подростков не прикасался ко мне, они просто окружили меня со всех сторон, на равном расстоянии друг от друга. Они были настроены враждебно и оказались в безвыходном положении друг с другом, все они издавали пронзительный звук, похожий на объявление войны, отчего мне казалось, что я могу оглохнуть.

Я заткнул уши и осмотрел расщелины вокруг, намереваясь выплыть из этого ужасающего загона, когда у меня будет такая возможность. Это было похоже на человека, пытающегося защитить свою девственность, о, черт, но Агарес, этот некомпетентный партнер, сбежал без следа!

Из ниоткуда мою руку схватила мокрая перепончатая лапа, я обернулся и увидел, что это был парень, который бездействовал позади других. Он жадно оглядел меня с головы до ног, прежде чем притянуть к себе. Я немедленно вцепился ему в горло и отпихнул его одной ногой. Его перепончатые когти снова нацелились на меня, но я быстро увернулся, что привело к столкновению и драке с другим тритоном, который также пытался поймать меня.

Посреди этого хаоса я осознал, что способен вот так отбиться от двух-трех русалок, однако сразу же мои руки и ноги были схвачены одна за другой, когда целое стадо русалок набросилось на меня, как будто они хотели расчленить меня на куски. Мой разум, казалось, разрывался на части. Я изо всех сил сопротивлялся, извиваясь всем телом туда-сюда, дрожа, надеясь, что трансформация произойдет как можно скорее.

Внезапно в небе раздался крик, и я немедленно поднял голову и увидел, как в ночном небе разлетается на куски самолет. Большие пятна черных теней разлетелись, как град, и огненные шары, маленькие или большие, взмыли над поверхностью моря.

Мой разум сразу же очистился от громких взрывов, и юнцы, столпившиеся вокруг меня, мгновенно разбежались. Мое окружение стало в точности похоже на пылающий Ад, но под водой. Подобно плавучему вулкану, дрейфующие по воде руины испускали черный дым, застилая мое зрение. На мгновение я потерял чувство направления и испугался, что какое-то время не мог понять, куда идти.

Я мог только погрузиться и посмотреть на это со дна, пламя делало ночное небо красным, как рассвет, черные обломки непрерывно падали в море, как будто падало все небо, я отчаянно плыл, чтобы не попасть под обломки самолетов. Одновременно я заметил изуродованные трупы, погружающиеся в воду, и один из них даже врезался в меня. Я сразу заметил, что на теле трупа была армейская эмблема — это был символ военно-воздушных сил США.

Я смутно вспомнил записи об островах, которые были захвачены армией во время Второй мировой войны, и не мог не осознать, что здесь этот остров может быть островом Иводзима, который армия США не смогла захватить, несмотря на то, что они сражались довольно долгое время. Захватили ли японцы "русалку" в попытке использовать их против армии США? Они собирались использовать их в качестве биологического оружия? Использовать их в качестве пушечного мяса?!

С этими мыслями я торопливо, изо всех сил старался плыть к острову, однако в бушующем пламени и падающих обломках я увидел приближающуюся ко мне фигуру.

Глава 91

Это был Агарес, он вернулся вновь. Я был взволнован, но и мой гнев рос с огромной скоростью. Честно говоря, я действительно хотел задать ему хорошую взбучку.

Агарес прошел сквозь бушующее пламя в море, прежде чем, наконец, добрался до меня. Он вытянул свои перепончатые пальцы, чтобы схватить меня за руку, и в этот момент я взглянула ему в лицо, но из-за солнечного света, отражающегося от моря, я не смог ясно разглядеть выражение его лица, только знакомый силуэт. Все негодование, которое было во мне, исчезло, как будто это было целую жизнь назад, и мои глаза внезапно затуманились. Не дав мне времени задуматься об этом, атака обрушилась с воздуха с громким оглушительным звуком. Обломки, как большие, так и маленькие, упали в море, словно каменные глыбы, повергая весь морской мир в хаос. Агарес таскал меня туда-сюда, лавируя, чтобы уклониться от падающих обломков. Его перепончатые когти крепко сжимали мое запястье. Они казались такими реальными и мощными.

Мое сердце переполнилось пылкими эмоциями. Я подсознательно обхватил его за талию, глубоко вдыхая его запах. Неважно, насколько сильным был поток воды, и как сильно болели мои руки, я не собирался отпускать его. Помнил он меня или нет, это все равно был мой Агарес. Никто ничего не мог сделать, чтобы разлучить его со мной, будь то время или пространство, катастрофа или война. Даже будь это конец света…

Ну и что с того? Мы пересекли весь океан, чтобы быть друг с другом. Нам пришлось переплести наши тела и души, чтобы полюбить друг друга. Даже если бы мы в конце концов не сможем отправиться в Атлантиду вместе, проведя такой момент, как сейчас, рядом друг с другом, я бы ни о чем не пожалел.

Это прозвучало как мои последние предсмертные слова... Но действительно ли вообще не было сожалений? Я не был оптимистом.

Все мои десять пальцев впились в его мускулистую двигающуюся спину, словно я обнимал свою надежду, я не сдамся, пока не попаду в необратимое затруднительное положение. Агарес, тянущий меня за собой, плыл очень быстро, и вскоре мы выплыли из-под обломков упавшего самолета, приблизившись к затопленному рифу недалеко от небольшого острова, который, как я предполагал, был Иводзимой.

Риф был усеян крупными и мелкими камнями, которые обеспечивали действительно хорошее укрытие. Мерцающие языки пламени на острове проникали сквозь небольшие щели в рифе. Издалека я заметил корабль, пришвартованный к берегу судоходного пирса. Группа хорошо различимых японских солдат разгружала их, доставляя на остров один за другим резервуары с водой, а внутри них находились захваченные в плен русалки. Очевидно, план Юкимуры “порыбачить” прошел успешно.

Несмотря на то, что я знал, что это случалось в прошлом, неудержимый и неописуемый гнев все еще поднимался из глубины моего сердца. Я искренне сочувствовал Юкимуре, но я все еще ненавидел Шиничи и его жестокую натуру. Агарес подтащил меня к определенному месту на краю рифа и остановился. Прислонившись к наклонной поверхности рифа, он повернул свое тело лицом вверх, глядя в небо, и сделал несколько глубоких вдохов.

Его угловатое лицо было напряжено, а на мокром лице ясно читалась боль. Мои нервы подскочили, посмотрев вниз, я обнаружил, что под поверхностью воды его перепончатые когти держались за левую сторону хвоста. Голубая кровь разлилась по воде вокруг, окрасив небольшую ее часть.

- Ты... ранен? - я торопливо оттолкнул его перепончатые когти и взглянул вниз, чтобы внимательно осмотреть его тело, только чтобы увидеть ужасный разрыв.

Первоначально плотно прилегавшая рыбья чешуя теперь торчала, как сломанный зуб. Травмированная плоть внутри обгорела так сильно, что можно было даже разглядеть очертания его костей. Я никогда не сталкивался с чем-то, что могло повредить хвост Агареса до такой степени. Это определенно было от бомбы. Я внезапно вспомнил сцену, где Агарес защищал меня, пока я пробирался сквозь море взрывов. Он использовал свое тело, чтобы заблокировать падающие обломки, так что я мог остаться невредимым.

- Ужас какой! - выругался я с болью в сердце. Я сжал кулак и опустил голову в воду, приближаясь к его ране с нежной осторожностью. В ту секунду, когда мои губы коснулись его хвоста, живот Агареса напрягся. Его крепкие мышцы мгновенно превратились в физическую броню, а кончик хвоста внезапно поднялся вверх. Я почувствовал, как это орудие убийства прижалось к моей спине. Ледяная вода потекла по моему позвоночнику, словно безмолвно предупреждая меня, что если я все же осмелюсь переступить черту, он отрубит мне голову.

Эта ситуация напоминала то, как я обычно обращался с ним, но его реакция была совершенно иной. Я посмотрел в его глаза, которые были полны враждебности, и мое сердце сжалось. Я сделал глубокий и тяжелый вдох и прикусил нижнюю губу.

- Независимо от того, собираешься ты убить меня или нет, я продолжу лечить твою рану.

Сказав это, я продолжил опускать голову, без колебаний прижимаясь губами к его ранам. Высунув язык, я медленно лизнул его обнаженную плоть под рыбьей чешуей. В то же время я почувствовал, как перепончатые пальцы Агареса вцепились мне в голову, а его острые ногти задели мой затылок. Острый конец его хвостового плавника все еще был нацелен мне в позвоночник, и, казалось, он задел мою кожу, оставив после себя след покалывающей боли. Он все еще мог убить меня в любой момент, но, по-видимому, у него не было такого намерения.

Агарес когда-то абсолютно доверял мне, он обнажал передо мной свои самые уязвимые недостатки, позволяя мне взглянуть на его грозную сторону, а также показывая мне свою хрупкие черты. Я верил, что смогу заставить его снова доверять мне — заставить его снова полюбить меня.

Когда он пришел искать меня в море взрывов, я снова почувствовал уверенность в этой вере.

Словно с целью доказать это, я почувствовал, как Агарес опустил хвостовой плавник, передвинув его вокруг рифа примерно на несколько дюймов, прежде чем сесть вертикально, чтобы показать рану над водой для более удобного лечения. Я ответил, поддерживая его большой хвост. Мой язык лизнул его рану, погрузился в нее и высосал плоть в том месте, где она была обожжена. Я очищал это место медленно и осторожно, так как Агаресу было так больно, что он был раздражительным и беспокойным. Я ясно чувствовал, как дрожит его сильное тело, и проглотил тихое шипение с неизвестным значением, но он не поднял руку, чтобы снова причинить мне боль. Я подумал: “Ага, это можно отпраздновать, я наконец-то сделал шаг вперед в плане ”Как заполучить Агареса"".

Под моим осторожным руководством постепенно на его рваной ране образовался защитный слой мембраны, образовав новую рыбью чешую, похожую на струпья, под старой и поврежденной чешуей. Можно было сказать, что рана быстро заживет. И все же я не знал, сдуются ли эти новообразованные чешуйки после одного удара, как это бывает со змеей, когда она только что сбросила кожу. Это было бы очень плохо. Я осмотрел новые чешуйки как профессиональный врач. Протянув руки, чтобы дотронуться до его чешуи, я обнаружила, что она действительно мягкая и прогибается при легком прикосновении. Я взглянул на него с беспокойством:

- Эта штука, как долго ты должен ждать, пока она придет в норму?

- Очень быстро, - Агарес уставился на меня.

Я не был уверена, было ли это моим воображением или нет, но в его глазах мелькнула искорка нежности. Я ухватился за это мерцающее чувство и медленно взобрался на край рифа. Только увидев, что он никак не отреагировал, я тихонько вздохнул с облегчением и легл рядом с ним, как кот, охраняющая свою еду. И, возможно, именно потому, что мои действия были слишком комичными, Агарес посмотрел на меня из-под полуприкрытых век, в которых светился интерес. Словно монарх, награждающий своего подданного, Агарес положил свою перепончатую ладонь мне на спину и пару раз нежно похлопал. Однако его взгляд скользнул вниз по моей спине, как будто он, наконец, заинтересовался моей задницей.

Моим ушам стало немного жарко, а сердце бешено заколотилось. Я дерзко придвинулся немного ближе к его телу, буквально на несколько дюймов. Затем я протянул руки, как вор, и положил их ему на грудь, холодный пот выступил у меня на спине. Однако Агарес, казалось, не обращал внимания на мои действия, он только продолжал смотреть вперед, на тех солдат, которые несли детенышей, заставляя свой рыбий хвост слегка постукивать по рифу от беспокойства. Я сжал его плечи и прошептал ему на ухо:

- Сейчас мы не можем двигаться. Армии людей сражаются. Мы можем подождать, пока они прекратят огонь, чтобы тайно проникнуть внутрь.

Агарес молчал, не давая мне никакого ответа. Он просто лежал на спине. Его глаза были полуоткрыты, две внимательные и напряженные щелки смотрели в небо. Было похоже, что он о чем-то думал, возможно, придумывал какой-то план.

Я слегка приподнялся и оглядел ярко-красный горизонт, окружавший остров. Сверкающий и мерцающий дым, похожий на туман, окутал весь мыс. Все вокруг было наполнено шипением, исходившим от самолетов, и гулкими звуками выстрелов. Очевидно, казалось, что только риф, на котором мы находились за утесом, был безопасной зоной. В такой битве для нас просто броситься в бой и противостоять этим войскам было бы верной смертью. Если этот остров действительно был Иводзимой, он определенно был усеян японской огневой мощью. Даже самолет США, предположительно, был сбит без сучка и задоринки, не говоря уже о нас двоих — это было бы попыткой откусить больше, чем мы могли прожевать. Было ясно, что он тоже знал об этом. Если бы только будущий Агарес, который уже испытал все это, были здесь — все было бы намного проще.

Прямо сейчас была возможность, которую было трудно получить, я знаю, что должен воспользоваться моментом - черт возьми, я должен был отбросить свою гордость и выложиться на полную… Сталкиваться лицом к лицу с таким парнем, как он, иметь гордость, эту раздражающую вещь, было абсолютно необязательно.

Итак, с таким ходом мыслей я мягко и незаметно схватил его за запястье, положив подбородок ему на плечо. Агарес немедленно опустил голову, его веки опустились, пока он смотрел мне в лицо. Однако он не стряхнул меня, как делал много раз до этого, это был знак. Я затаил дыхание и положил его широкие и явно заостренные перепончатые когти на свою щеку, медленно скользя ими вниз по шее к груди. Пристально глядя на него при этом, я высунул язык, облизывая губы.

Его глаза немного расширились. В его зрачках отражались далекие отблески пламени продолжающейся войны. Его дыхание также явно стало прерывистым. Он поднял свои перепончатые когти, чтобы схватить меня за запястье, однако не сделал никаких движений, чтобы помешать мне опустить его ладонь ниже, а вместо этого притянул мою руку ближе к своему носу, тщательно обнюхивая ее, вдох за вдохом. У него было осторожное и расчетливое выражение лица — как у ребенка, который впервые попробовал медовый пирог, но не смог скрыть своего волнения.

Я внезапно осознал, что до встречи со мной Агарес действительно был жалкой “Старой рыбой-монахом”. Неудивительно, почему у него была такая бурная реакция, когда я подошел к нему. Он никогда раньше не прикасался к человеку, и именно поэтому у него было такое голодное и обезумевшее от жажды выражение лица там, в глубоководной лаборатории. Агарес как-то сказал мне, что он войдет в энтрус только, когда рассеет споры своих русалок. Поэтому, возможно, он не спаривался до этого, словно это было особым ограничением для него как лидера. Он, должно быть, сдерживал это в течение нескольких сотен лет… О боже мой!

Я радостно ликовал и подавлял желание рассмеяться. Я приблизился к его ушам и прошептал:

- Эй, как насчет того, чтобы позволить мне утешить тебя?...

Хватка, которую он держал на моем запястье, усилилась еще сильнее. Звук его дыхания стал тяжелее, и его влажное дыхание коснулось основания моей шеи. Я воспользовался возможностью перевернуть нас так, чтобы оказаться верхом на его рыбьем хвосте.

Моя обнаженная нижняя часть тела вплотную касалась его чешуйчатой мембраны, и его массивный половой орган, очевидно, был возбужден. Половина его головки была выставлена наружу, это было похоже на толстый стержень, упирающийся в мою задницу. Я тоже быстро отреагировал, приподнятая наполовину твердая, но уже не мягкая головка невыносимо налилась кровью, и мне пришлось слегка приподнять задницу. Я посмотрел и увидел, что Агарес смотрит на сцену внизу, его адамово яблоко подпрыгивает, а темно-красный румянец покрывает щеки.

Кровь прилила снизу вверх, отчего моя голова закружилась, словно лихорадка, а щеки запылали. Я больше не мог смотреть ему в глаза, иначе я не смог бы отбросить свою гордость и продолжить начатое. Однако чувство стыда уже не могло остановить мои действия в этот момент. Я закрыл глаза, и пока желание Агареса было велико, я принимал его в свое тело дюйм за дюймом.

Поразительно внушительный размер его плоти, независимо от того, сколько раз я это делал, был чем-то, к чему мое тело никак не могло привыкнуть. Это заставило меня широко раздвинуть ноги и опуститься на колени над его верхней частью тела. Когда мои бедра и ноги задрожали, моя задница приняла его, опустившись всем весом моего тела, в этой позе он глубоко вошел в меня. Я немедленно сильно задрожал, все это время мой половой орган стоял прямо, упираясь в живот Агареса.

Реакция Агареса была не лучше моей. Его глаза были налиты кровью, а вены на шее вздулись, как корни дерева, и выглядели так, будто вот-вот взорвутся - очевидно, первый раз проникновения в меня, возбудил его до безумия. Я отчетливо почувствовал, как он мгновенно увеличился во мне в несколько раз, заставив мое тело напрячься. Мой рот был широко открыт, но я не мог сделать и глотка воздуха, я боялся, что его огромный член проткнет мой живот, если я снова пошевелюсь

.

Его перепончатые когти задрожали, когда он заключил меня в свои внушительные объятия. Его язык бесцельно прошелся по моим ушам и шее, нос подергивался, когда он отчаянно вдыхал мой запах, закрыв при этом глаза, как у человека, который впервые вдыхает наркотик. Он сглотнул, его рыбий хвост тут же обвился вокруг моей талии сзади, а его возбужденное дыхание коснулось моих щек.

Я закусил губу и попытался расслабиться и медленно приспособиться к его увеличившимся размерам. Приподняв свою задницу, я взял инициативу в свои руки, чтобы продолжить движение вверх-вниз. Я только успел с большим трудом немного подвигаться взад-вперед, как глаза Агареса внезапно расширились, и он стал выглядеть немного зловеще.

Я вздрогнул от шока. Затем без предупреждения меня немного приподняли, что позволило мне увидеть невыносимое зрелище толстого и твердого фиолетового члена покрытого липкой смазкой, выскальзывающего из меня. Но прежде чем я смог прикрыть себя руками, он сильно толкнул меня обратно вниз.

Глубина его проникновения в мое тело снова заставила мои ноги немедленно дернуться, и я прерывисто хватал губами воздух, в то время как он издал гортанный рев. Пара перепончатых когтей схватила меня за руку, выгибая спину, изгибая мое тело невообразимым образом, словно натягивая тетиву лука.

Он внезапно врезался в меня грудью, прижав мою спину к своему поднятому рыбьему хвосту, который был у меня за спиной. Он бросился на меня, как акула, соблазненная кровью приманки, крепко вцепившись в мое тело. Его язык и рот скользнули вокруг моего кадыка и мочки уха, как прожорливая змея, а его длинный и шершавый рыбий хвост обвился вокруг моей талии.

- Ты, ублюдок, ах.... черт.... притормози…

Тихим голосом я периодически вскрикивал, но мой голос ничем не отличался от стона. Капли пота стекали по моей ключице, и он слизывал их дочиста. Клянусь, он меня почти душил.

Я не ожидал, что Агарес сейчас гораздо более сумасшедший, чем когда он был старше. Он как будто сошел с ума!

Прямо сейчас он вел себя еще более дико и свирепо по сравнению с тем, когда он вернулся в глубоководную лабораторию, что лишал меня возможности перехватить инициативу в этом половом акте. Все только началось, а я уже потерял свой шлем и броню. И вообще, разве не я соблазнил и направлял этого парня, так разве не он должен был растеряться, не зная, что делать!? Черт! Если бы “взрослый” Агарес знал, что “маленький” Агарес делал со мной, он, вероятно, захотел бы покончить с собой.

В состоянии головокружения я думал об этом с затуманенной головой. Мои щеки были очень горячими, и я задыхался. Чтобы не отстать, я перевернулся на теле Агареса, чтобы он не подмял меня и не подавил. Следует знать, что прямо сейчас я не смог бы справиться с его нынешним нападением, он был просто слишком свиреп.

Вообще-то, было бы просто шуткой пытаться удержать его, используя мою силу. Агарес уставился на меня предупреждающим взглядом, несколько раз толкнувшись вперед, сопровождаемый громким ревом, и каждый раз ему удавалось попасть в ту самую точку. Сильная стимуляция моей простаты была подобна клинку, вонзающемуся в нервы, заставляя мои бедра бесконтрольно дрожать. Внутренняя стенка моей дырочки, в которую он давно не входил, была настолько чувствительной, что постоянно напрягалась, жадно всасывая и сжимая огромную жаркую плоть.

Такая сидячая поза мгновенно доставляла небывалое удовольствие. Мой мозг отключился за долю секунды, и я не смог удержаться от крика, когда мои ноги обхватили его нижнюю часть тела, и с меня всего лил пот. Внутри все сжалось, а я изо всех сил старался глубоко принять в себя эту большую штуку, которая упиралась мне в ягодицы.

Словно не в силах больше этого выносить, Агарес внезапно выпрыгнул из рифа, его рыбий хвост сразу же отбросил меня от его тела, и он наклонился, прижимая меня к себе. Затем он схватил одну из моих ног и положил ее себе на плечо. Прежде чем я успел сделать вдох, Агарес снова ворвался в мое тело.

Его рыбий хвост яростно сотрясал мое тело, как лодку в шторм, прибивая меня к рифу. Гигантский предмет входил и выходил из моего тела быстрее, чем раньше, я выгнул шею и хрипло застонал, чувствуя, что вот-вот сломаю ее. Мои ягодицы были готовы к тому, что он превратит их в комок губки. Мое тело, кажется, полностью раскрыто, внутри все было мягким и влажным, готовым к неограниченному неистовству Агареса.

Как раз в тот момент, когда я не смог удержаться от того чтобы кончить, невдалеке внезапно раздался грохот артиллерии, поглотивший все движение оглушительным звуком. Я не смог сдержать дрожь и посмотрел в сторону вздымающегося пламени, которое было не более чем в сотне метров от меня. Парящий звук истребителей, проносящихся по небу над нашей головой, заставил меня выпрыгнуть из водоворота вожделения и даже захотеть немедленно встать с тела Агареса.

Однако внезапно мою талию обхватили крепче, Агарес снова крепко прижал свои перепончатые когти к моей ягодице, заставляя меня сесть обратно. Его взгляд скользнул по самолетам, атакующим остров, но, казалось, он не обращал на них внимания. В свете костра его зрачки горели, горели до такой степени, что даже мир мог превратиться в пыль.

Большой объект внизу яростно врезался в мое тело, словно вколачивался, и, подобно непобедимой армии, ворвавшейся в мой город, он агрессивно подавил мой активный импульс, вытаскивая раз за разом и снова сильно вторгаясь внутрь.

От его силы и скорости у меня перехватило дыхание. Мне вряд ли нужно было делать что-либо самостоятельно, когда он уже покачивал меня вверх-вниз. Сидеть на его рыбьем хвосте было все равно, что заставлять меня дико скакать на неуправляемой свирепой лошади. Я мог только ошеломленно привалиться к груди Агареса, издавая неудержимые стоны. Наконец, я достиг пика, чувствуя весь спектр жарких эмоций.

Мое сознание сознание было подкинуто в высокое небо за одно мгновение, однако в то же время над нами взорвался сноп огненного пламени.  Обломки всех размеров посыпались вниз, как будто рушилась гора. Я побледнел от испуга, изо всех сил пытаясь оттолкнуть хвост Агареса, который обвился вокруг меня, пытаясь заставить его остановиться, но вместо этого он обнял меня за талию и прыгнул в море в нашей переплетенной позе.

Мы быстро двигались по морю, чтобы избежать непрекращающегося артиллерийского обстрела поверхности моря. Агарес неожиданно крепко обнял меня, как будто ему не хотелось расставаться со вкусным лакомством, которое он только что попробовал. У него вообще не было ни малейшей возможности расслабиться. Совершая удивительные прыжки, он продолжал быстро толкаться в меня.

Твердый гигант, которому не мешала морская вода, входил и извлекался из моего тела, соединяя меня и его воедино. Я слышал, как его яростное дыхание отдавалось в моих ушах, как холодный морской ветер. Когда мой мир переворачивался, я не мог отделаться от мысли, что мы похожи на двух дельфинов, спаривающихся в море, или, еще лучше, я был рыбой-паразитом, застрявшей под брюхом акулы.

Адреналин и экстаз достигли пика в этом чистом и примитивном диком соитии. Я практически чувствовал, что вот-вот умру, я не знал, сколько раз я испытывал разрядку в морской воде, но, вероятно, даже не почувствовал, когда кончил. Я только отчетливо чувствовала, как Агарес раз за разом изливает свою сперму в мое тело, а сильный рыбий хвост у моих ног трется о внутреннюю поверхность бедра, отчего моей коже казалось, что она горит в огне даже в воде.

Я не знал, куда мы в конечном итоге поплыли, или даже как долго мы плыли. Только когда изображение огненного неба, наконец, покинуло нас, скорость Агареса, наконец, замедлилась и он доставил меня на мелководье неподалеку.

Я был совершенно измотан, как будто занимался экстремальным видом спорта. Мои мышцы и кости, казалось, вот-вот развалятся на части, но Агарес отказывался отпускать меня, как будто ему этого было еще недостаточно, и продолжал крепко обнимать меня. Его рыбий хвост качался на волнах, которые двигались к побережью, в результате чего мы вместе приземлились на мягкий песок. Я обессиленно прижался к его груди, совсем как маленький тюлень, лежащий поверх большого тюленя, и переплетался с его потом и тяжелым дыханием.

Я увидел, как звезды над головой отражаются в глазах Агареса, и в безмятежной и скрытой глубине его зрачков промелькнуло удивление, как будто он обрел самое драгоценное сокровище. Тем не менее, я смог уловить в них знакомую нежность. Я действительно надеюсь, что это было не просто мое неправильное восприятие, я действительно надеюсь, что Агарес появится немедленно, и тогда мне лучше наказать его. Ублюдок…

Пока я думал об этом, я чуть не заснул, и мои глаза постепенно затуманились. Именно в этот момент грудь Агареса в тусклом свете луны приобрела тот вид, который я видел раньше, - слабый светло-голубой светящийся оттенок.

Глава 92

Я немедленно встрепенулся, приподнялся и посмотрел на Агареса широко раскрытыми глазами, мое сердце будто поднялось к горлу, бешено колотясь. Казалось, он застрял в дезориентированном состоянии, его глаза безучастно смотрели в небо, его сосредоточенность ослабла. Я наклонился и подхватил его тяжелое тело на руки.

Голубой ореол медленно расползался по его груди, словно корни и ветви, растущие под кожей, тянущиеся вдоль вен и делающие его и без того бледную кожу почти прозрачной. Когда крошечные нити света поднялись вверх по его шее, голова Агареса внезапно запрокинулась, все его тело забилось в конвульсиях, как будто от сильной боли. Из его горла вырвалась серия ужасных булькающих звуков. Его рыбий хвост дико извивался подо мной, а пыль и грязь, поднятые этим действием, не давали мне открыть глаза. Он чуть не опрокинул меня набок, но, к счастью, я был достаточно быстр, чтобы увернуться от его размашистого хвоста, и в итоге оказался верхом на талии Агареса.

- Эй, эй, Агарес!

Я с тревогой сжал его плечи, пытаясь успокоить его волнение, но его перепончатые когти резко схватили меня за руку. Его сила была настолько велика, что чуть не вывихнула ее, но он все равно не собирался отпускать. Кажется, он испытывает сильнейшую пытку, его зрачки совсем сузились, став размером не больше игольного ушка, в глазах остались только серебристо-серые линзы, отражающие леденящие душу кошачьи зрачки в свете луны, которые могли бы заставить людей задрожать.

Он вывернул шею, его дыхание было тяжелым и прерывистым, а кровеносные сосуды между его шеей выпирали из-за пульсации. Это было похоже на то, как будто другая душа разрывала эту оболочку, пытаясь прорваться сквозь его тело, и он изо всех сил боролся с этим. Я тупо уставился на него в шоке, легкий холодок пробежал по моей спине. Постепенно я понял, что не мог предвидеть, что произойдет с Агаресом в следующий момент. Кто знает, может ли жизненное ядро беспрепятственно проникнуть в его тело через мое? Какие побочные эффекты могут быть вызваны моим неправильным пониманием? Возможно, я что-то неправильно понял и вызвал какие-то побочные эффекты?

Бесчисленные хаотичные мысли боролись в моем сознании, и это тревожное чувство буквально сводило меня с ума. Лицо Агареса быстро покрылось тонкими голубыми нитями света, отчего вся его голова выглядела пятнистой, как будто была окутана вспышками растений-паразитов, и даже его глаза были заполнены голубым светом, как будто бесчисленные крошечные ядовитые насекомые ползли через его глазницы в мозг. Тело Агареса в это время тряслось еще сильнее, но его потрясающе яркие глаза твердо смотрели на меня, не мигая. Я был поражен, обнаружив, что в его глазах появились колеблющиеся морщинки, которые, казалось, очерчивали очертания человеческого лица. Даже не потрудившись присмотреться, я смог узнать в нем лицо Агареса.

Я судорожно вздохнул, мои нервы напряглись до предела. Взволнованный, я обхватил его затылок и крепко сжал в своих объятиях, опасаясь, что с его телом что-то неожиданно произойдет. Тревога и паника хаотично боролись в моей груди, и это яростно разрывало мое сердце на части.

Но как раз в тот момент, когда я забеспокоился до такой степени, что даже не знал, что делать, я увидел, как Агарес медленно закрыл глаза, его дыхание тоже успокоилось, и голубые огоньки быстро исчезли с его кожи. Я почувствовал, как расслабились его мышцы на моей руке, а голова склонилась к моему животу, как будто он погружался в глубокий сон, а его дыхание в течение длительного периода касалось моей кожи. Казалось, с его телом не было никаких серьезных проблем, и поэтому я положил его плашмя на пляж, коснулся его груди и наклонился. Его сердце билось в его крепком теле, оно стучало ровно и сильно.

Я прислонился к его плечу, поправил челку, промокшую от холодного пота, с облегчением выдохнул, а затем осторожно вытер морскую воду и пот с его лица, постоянно молясь в своем сердце. Несмотря на то, что я атеист, если бы Бог, который, возможно, существует, мог помочь разбудить Агареса целым и невредимым и вернуть его мне, я бы определенно стал истинно верующим. На данный момент я мог только держать себя в руках и терпеливо ждать.

Звуки выстрелов невдалеке все еще гремели бесконечно, переплетаясь с ревом самолетов. Однако звуки так неразборчиво отдавались в моих барабанных перепонках, что только дыхание и сердцебиение Агареса звучали ясно и реально, а все вокруг, казалось, превратилось в ничто. Я сосредоточился на подсчете его сердцебиения. Хотя я только что был измотан после нашей пылкой страсти, сонливости не было ни на йоту. На этот раз я буду играть роль стража, пока он не проснется. Я просто надеюсь, что огонь и сражения в ближайшее время не распространятся на соседний остров.

Когда я не мог вспомнить, сколько раз досчитал до 1000, я, наконец, почувствовал, как тело Агареса пошевелилось, как будто просыпаясь. Я взволнованно сел и увидел, что он подо мной действительно открыл глаза. Пара знакомых безмятежных зрачков сосредоточилась на моем лице, оценивая меня затуманенным и двусмысленным взглядом. Затем влажный перепончатый коготь медленно погладил мою спину, и уголок его рта слегка приподнялся.

Мое сердце подпрыгнуло, и я неуверенно прошептал:

- Агарес?

Моя талия внезапно напряглась. Он перевернул меня и прижал к себе. Он наклонил голову к мочке моего уха и прошептал:

- Ты действительно мой супруг?

Мгновенно безмерное изумление, сопровождаемое огромным чувством потери, пронзило мое сердце. Я открыл рот, но на некоторое время застыл на месте, не в силах среагировать. Только когда язык Агареса лизнул меня между бровями, я подсознательно оттолкнул его, однако он просто удобно обнял меня за талию и перевернул, чтобы я лег к нему на живот, и, как будто он не мог отказаться от меня, вкусной еды, которую прислали к его двери, он наклонил голову, чтобы облизать и поцеловать мой подбородок.

Я внезапно почувствовал, что понес большой убыток, я не только не вернул своего старого Агареса, я даже дал преимущество “маленькому” Агаресу, чтобы получить выгоду. Это заставляло меня испытывать сильное чувство вины, похожее на обман. Хотя он и есть Агарес, я не знаю, почему я все еще так себя чувствовал. За долю секунды мне стало до крайности плохо.

- Черт возьми!

Я изо всех сил пыталась стряхнуть перепончатые когти Агареса, которые гладили меня, и я встал с его рыбьего хвоста. Я сразу развернулся и бросился к мелководью, и пару раз крикнул морю, чтобы выплеснуть свои эмоции. В это время борьба с пожарами на море временно прекратилась, остался только клубящийся черный дым.

Мраморно-белый цвет рассветного неба на уровне моря разрывал серо-голубой небесный пейзаж. Все море было тихо, и только шум волн, бьющихся о скалы, отозвался на мой крик. Я вдруг осознал, что в этом времени и пространстве прошло два дня, и это приближалось к инциденту с ядерной бомбой в Хиросиме. Если мы действительно сейчас на Иводзиме, то у нас еще есть почти шесть месяцев, но если нет, то один пропущенный день означает еще один день приближения к опасности. Сможет ли Агарес вернуться немедленно или нет, я должен помочь ему выполнить его миссию и ответственность.

Я набрал холодной морской воды и плеснул себе на лицо, чтобы немного остудить свои бушующие эмоции, но никак не мог успокоиться. Я не мог перестать размышлять обо всем.

Почему Агарес не вернулся в свое первоначальное состояние, что я должен сделать, чтобы достичь этого? Я ясно видел сияющий синий свет на его теле, может ли быть, что это не было признаком восстановлением жизненного ядра Агареса? Что пошло не так? Агарес сказал, что он верил, что я смогу осуществить все это. Он сказал, что я был ключом к открытию новой судьбы для него и Атлантиды. Но ключ, которым я являюсь, еще не показал никаких результатов, кроме того, что позволил юному Агаресу впервые ощутить вкус “человеческого блаженства”. Ха, это было так нелепо. Черт с этим, я совершенно бесполезен, мне совершенно не везет.

Скажи мне, что я должен делать, Агарес? Ты действительно поставил передо мной трудную задачу.

В отчаянии я прислонился к скале рядом с собой и изо всех сил ударил по морской воде. Затем чувство депрессивного изнеможения охватило мое тело, накатила сонливость. В это время я услышал звук плещущейся воды позади меня. Я немедленно обернулся и уставился на Агареса, который плыл ко мне. Я отступил на несколько шагов в воде и спрятался за каменным рифом. Я вытянул ладонь, показывая отказ. Сжал ее в кулак и сказал предупреждающе:

- Эй, остановись! Тебе лучше держаться от меня подальше!

Агарес пропустил это мимо ушей, проплывая передо мной. Толстый рыбий хвост внезапно обвился вокруг моих ног под водой, крепко удерживая меня на месте. Его перепончатые когти опирались на камни позади меня по обе стороны от моего тела, и его сильное и мускулистое тело по сравнению с моим, казалось, превратилось в прочный барьер. Я вообще не мог отступить, моя спина мгновенно ударилась о твердую поверхность скалы, а мокрый и скользкий хвост настойчиво сжимал мои ноги. Недавний половой акт все еще оставлял мое тело в таком чувствительном состоянии, что я не мог сдержать дрожь от этого интимного прикосновения.

- Почему? - он опустил голову и пристально посмотрел мне в глаза, так требовательно, словно сдерживал внутренний гнев.

Я обхватил свою раскалывающуюся голову обеими руками, пытаясь избежать его пристального взгляда. В голове у меня и так был полный кавардак, а тут еще “молодой” Агарес примчался сюда в это время и добавил еще проблем. Я покачал головой, совершенно не находя слов, потому что, черт возьми, я действительно не знаю, как ему ответить. По правде говоря, я действительно хочу избить его ради “старины” Агареса — он никогда не был таким сумасшедшим в попытках выжать меня досуха, как этот молодой тритон! Я подозреваю, что если бы во мне не было генов Агареса, которые приводят к тому, что я обладаю телосложением, превосходящим телосложение обычных людей, он бы заживо затрахал меня до смерти.

С другой стороны, Агарес явно не желал сдаваться. Его перепончатые когти крепко схватили меня за руку, подняли обе мои захваченные руки над головой и заставили меня поднять шею, чтобы посмотреть на него. Агарес возвышался надо мной, как гора, и я немедленно уперся коленом ему в живот, но он использовал свою свободную ладонь, чтобы обхватить меня за талию. Затем его переносица прижалась к моей, что вынудило меня прислонить голову к камням. Он открыл рот, обнажив белые клыки.

- Отныне ты никогда не должен покидать меня. Теперь ты мой, малыш. Я верну тебя обратно в Атлантиду.

Мои нервы напряглись при слове “Атлантида”. Я посмотрел в глаза, которые горели желанием, и заявил в свою очередь:

- Тогда тебе лучше сделать это как можно скорее. Потому что скоро произойдет катастрофа, вызванная людьми, которая разрушит канал, ведущий в Атлантиду. Тебе следует придать большое значение моему предупреждению и немедленно закрыть канал. Позволь мне спасти этих детишек для тебя, мой лорд-вождь.

В ту секунду, когда я это произнес, на душе у меня стало кисло, словно проглотил большую горсть перебродивших лесных ягод, из-за чего у меня защипало в носу. В это время, я внезапно увидел, как на груди Агареса снова засветилось туманное голубое пятнышко, и выражение его лица внезапно стало немного странным. Я отчетливо разглядел узоры мелких вен, бегущих вверх над зрачками. Мою руку отпустили, и его перепончатые когти поднялись к моим щекам, костяшки его пальцев ласкали мою кожу там.

Глаза Агареса были переполнены мягким светом, полным любви, словно он внезапно вспомнил, кто я такой. Я понял, что память Агареса действительно была успешно импортирована мной, но это было похоже на недавно установленную компьютерную программу, которую нужно было активировать, и эти знакомые имена и действия являются паролем для его активации.

- Мой лорд-вождь.... Быстрее просыпайся, это я, твой Дешаров!

Я крепко держал его за запястье, целуя ладонь и тыльную сторону его руки, и смотрел ему в глаза, ожидая, что он назовет меня по имени так же нежно, как раньше, но он ничего не сказал. Он просто наклонился, чтобы крепко поцеловать меня в губы. Его клыки обхватили мои губы, мягко покусывая и посасывая мой язык привычным для меня способом. Паутинный коготь опытно мял мою задницу, как будто хотел отомстить за дешевое преимущество, которым воспользовался младший он. О, какого черта, он ревновал к самому себе! Но это я здесь, вообще-то пострадавший!

Это был мой Агарес прямо здесь, потому что молодой Агарес был все еще молодым водяным, который только что вкусил запретный плод, но зрелый Агарес был, по сути, старым сексуальным монстром.  Я был настолько убежден, что потерялся в этом экстазе и чуть не потерял сознание от возбуждения. Однако я вообще не осмеливался закрыть глаза, опасаясь, что снова потеряю его, если сделаю это.

Однако, что заставило меня запаниковать и сильно разочароваться, так это то, что синий огонек на его груди резко мигнул несколько раз, а затем погас. Знакомые нежные ласки по моему телу были мимолетными и перешли в стремительную наступательную атаку. Рыбий хвост внизу поднял меня и опустил на рифовую скалу, быстро бросившись на меня, как тигр или волк. Я закричал и поднял ноги, чтобы остановить его руки. Он уставился на меня сверху, его глаза горели, когда он цеплялся за мое тело, как наркоман за желанный наркотик.

Я не мог отделаться от ощущения, что пребывание со мной оказало негативное влияние на нынешнего Агареса, сделав его зависимым от этого чувства и даже заставив игнорировать все остальное. Агарес однажды сказал, что только после того, как споры рассеются, у него сможет начаться течка.. Означает ли это, что я подобен гормону, заранее способствующему его физиологическому развитию и заставляющему его рано вступать в течку, точно так же, как детей можно привести к преждевременному половому развитию (половому созреванию) после длительного употребления газированных напитков? Пить газированные напитки в течение длительного времени, и привести к преждевременному половому развитию? Нет, нет, это плохо!

Пока я в замешательстве думала об этом, Агарес наклонился, его тень закрыла мне обзор, и просто высунул язык, чтобы лизнуть меня в щеку. Я мог только закрыть глаза и закричать от всего сердца, о боже!

“Бах—бах—бах—бах!”

Внезапно, в следующий момент, я услышал стрельбу из оружия, взрывающегося прямо рядом со мной.

Я вздрогнул и чуть не спрыгнул в испуге со скалы на рифе, но Агарес обнял меня и опустил в воду. Однако в следующую секунду я внезапно увидел, как вокруг нас из ниоткуда появились несколько японских солдат. Они прицелились в нас с Агаресом из пистолетов, быстро окружив со всех сторон.

Глава 93

Я подсознательно схватил Агареса за запястье и попытался отступить обратно в воду, однако путь нам преградили десятки направленных на нас стволов. Оглядевшись вокруг, от заполненной рифами отмели и до более глубокой воды было далеко, я не сомневался, что прежде чем мы с Агаресом успеем скрыться в воде, эти японские солдаты покалечат нас.

Агарес неподвижно держал меня в своих объятиях в воде, его тело явно находилось в состоянии возбуждения, что делало выражение его лица еще более зловещим. Он злобно уставился на окружающих японских солдат, и какое-то мгновение они не осмеливались двинуться в нашу сторону. Я понял это по нервозности в их глазах. Они определенно чувствовали, что Агарес - опасное существо, с которым им будет нелегко справиться.

Например, если бы меня здесь не было, побег из этого окружения не стал бы большой проблемой для Агареса, возможно, было бы лучше, если бы мы действовали порознь. Однако, если со мной что-нибудь случится за это время, как изменится моя судьба в будущем? Значит ли это, что я больше не существовал бы в этом пространственно-временном континууме?

Я с тревогой вглядывался в его лицо, размышляя, колеблясь, оттолкнуть ли его или нет, но я сразу же отогнал эти мысли, потому что я не смог бы вынести боль от новой разлуки с ним и любые несчастья, с которыми мы можем столкнуться, если будем работать порознь. Я бы предпочел пережить с столкновение со смертью, если он будет рядом со мной.

Словно услышав мои сокровенные мысли, Агарес вдруг тихо прошептал мне на ухо:

- Мы… послушаемся их.

Сказав это, он бросил взгляд в сторону лодки, которая использовалась для поимки детенышей, и я сразу понял, что он хотел сделать. Агарес хотел уничтожить противника изнутри. Кроме того, в данный момент не было лучшей альтернативы бегству. Была вероятность, что поблизости дислоцируются японские солдаты. Видя, что солдаты подбираются все ближе и ближе, я знал, что если мы по-прежнему не подадим никаких признаков капитуляции, они воспользуются штыком на кончике своего оружия, чтобы заставить нас подчиниться. При мысли о том, как сенсационно и жестоко вели себя японские солдаты во время Второй мировой войны, мне стало холодно. Я немедленно поднял обе руки, встал перед Агаресом, блокируя его, и крикнул по-японски:

- Не причиняйте нам вреда! Мы не настроены враждебно, пожалуйста, не стреляйте, эта русалка не причинит вам вреда!

- Вытащите его на берег! - крикнул стоявший рядом японский солдат, направляя на меня ствол пистолета, острый кончик штыка был прямо передо мной. В то же мгновение из горла Агареса вырвалось глубокое рычание, и я внезапно отпрянул назад, когда он схватился за край лезвия. Он оперся хвостом и вдруг оказался двухметрового роста, разом поднял солдата с песка и отбросил его в сторону, к коралловому рифу, заставив скатиться в море!

- Агарес!

Я вскрикнул, в то время как вокруг нас началась суматоха, когда они начали приближаться, щелчки перезаряжаемых пистолетов раздавались один за другим, я поспешно встал перед Агаресом, чтобы защитить его. Когда мы попятились к коралловому рифу, Агарес наклонился и обвил меня своим рыбьим хвостом, увлекая за собой, после чего он скопировал меня и поднял обе руки, подражая тому, что я говорил по-японски, выплевывая цепочку двусмысленных, но различимых слов.

- Мы будем… Не нападать…

Солдаты глупо застыли в шоке, только некоторые из них тихо воскликнули от удивления:

- Боже мой, эта русалка умеет говорить на нашем человеческом языке! Он сдается нам!

Аргх, эти болваны…

Я смотрел на них с презрением из-за их невежества, насмехаясь в глубине души, однако я внезапно вспомнил, что также считал представителей высокоинтеллектуального вида, таких как Агарес, обычными животными, я не мог удержаться от вздоха. Внезапная мысль осенила меня, может быть, стоит позволить им думать, что Агарес - зверь с низким IQ, чтобы ослабить их бдительность, позволить им недооценивать нас, тогда мы сможем воспользоваться этим, точно так же, как Агарес заманил меня в свою ‘ловушку’.

Возможно, таков был ход мыслей Агареса, потому что его действия, честно говоря, были немного глупыми, это было совсем на него не похоже. Я бросил на него быстрый взгляд и обнаружил, что он все еще продолжает свое глупое поведение, зайдя в своем поступке так далеко, что сделал жест "стоп" над головой. Откуда только он этому научился? Мое сердце бешено заколотилось. Я протянул руку и осторожно коснулся его подбородка, как будто пытаясь успокоить раздраженного тюленя, издавая ртом какие-то звуки, которые даже мне показались глупыми.

Агарес бросил на меня угрюмый взгляд, как будто получил какое-то оскорбление, однако не показал этого. Вместо этого он согнулся пополам и уткнулся головой в мою руку, прижимая свои острые уши к моим ладоням.

Агарес угрюмо посмотрел на меня, как будто его только что унизили, но он не подал виду. Вместо этого он наклонился и просунул голову между моими руками, потираясь своими заостренными ушами о мою ладонь. Он уставился на меня, из его горла вырвалось неразличимое рычание, его видимость главного вождя исчезла. О боже, это действительно слишком смешно! Однако по сравнению с возможностью преподать этим плохим парням твердый горький урок, цена за глупый поступок невелика, верно?

Я втайне утешался, чувствуя себя сбитым с толку, когда смотрел на сцену перед моими глазами, это было похоже на то, как свирепый лев внезапно превращается в милого кота. Все мое тело напряглось, но у меня не было другого выбора, кроме как стать режиссером этого чудесного фильма.

- Мне действительно жаль, только что этот человек напугал его, вот почему он так себя вел! Смотрите, он слушает меня! Мы сдаемся, мы последуем за вами, - сказал я нерешительным японским солдатам и погладил Агареса по голове, отчего прекрасные серебристые волосы Агареса растрепались.

Агарес воспользовался этим и еще глубже уткнулся головой мне в грудь, бросив на меня косой взгляд. Честно говоря, не было бы преувеличением, если бы я сказал, что он выглядел как испуганная молодая девушка, однако его сильное и крепкое тело заставило меня закатить глаза. Честно говоря, если бы не мрачная ситуация, я бы подумал, что Агарес намеренно издевается надо мной. Казалось, что наши действия показали нас как не представляющих угрозы, поскольку по сигналу того, кто, по-видимому, был офицером, окружающие японские солдаты убрали свое оружие. Вместо этого они рука об руку достали рыболовную сеть и окружили нас, укутав в нее.

Ощущение того, что я запутался в рыболовной сети, было невыносимым, в тот момент, когда десятки рук подняли меня в воздух, чувство беспокойства, сопровождающееся внезапным исчезновением силы тяжести, заставило мои нервы быстро натянуться, невольно заставив меня крепко прижаться к талии Агареса, вдыхая его опьяняющий аромат. Он протянул руку, крепко заключая меня в свои объятия. Его толстая и мощная рука оттянула сеть, чтобы его хвост мог накрыть мою спину, как будто проникая сквозь мое тело, чтобы обхватить мое сердце. Это заставило меня почувствовать, словно прежний Агарес вернулся, или, скорее, они слились в одно целое существо, независимо от того, в какой временной шкале Агарес все равно помнил бы меня, ясно это или нет, его инстинкт защищать меня уже укоренился в нем.

Сквозь отверстия в сетке я видел, как японские солдаты шли через лес, неся нас куда-то. От верхушек деревьев до земли повсюду были обгоревшие тела, можно сказать, все было усеяно трупами. Тонкие струйки дыма продолжали подниматься от неидентифицируемых останков. Из-под сплетений сети я посмотрел вверх, на темные рассеянные облака в хмуром небе, не зная, когда с неба начал лить дождь, когда капли дождя пробежали по пестрым листьям и упали мне на щеку. В моем сердце начало зарождаться огромное кислое чувство. Я начал думать о своей семье, оставшейся дома, задаваясь вопросом, смотрят ли они в другом измерении в небо, думая обо мне, в то время как я нахожусь за тысячу миль от них и, вероятно, никогда не смогу вернуться к ним, чтобы быть им достойным сыном. Черт возьми, теперь у меня ничего не было, кроме того, кто был рядом со мной, ради кого я отказался от всего, этого кого-то, кто, я не знаю, когда поймет, чей я любовник.

Я закрыла глаза, заставляя себя перестать думать о своих воплях. Агарес, казалось, почувствовал мои мысли и раздвинул сетку, чтобы расширить ее, чтобы он мог повернуть голову и посмотреть мне в глаза. Возможно, это было просто мое воображение из-за моего плохого зрения при покачивании, но мне показалось, что я уловил боль, блеснувшую в его глазах. Его губы начали двигаться, и тихим голосом он пробормотал слова, которые говорил мне бесчисленное количество раз:

- Не бойся…

С большим трудом он вытащил свои перепончатые когти из отверстия и положил их мне на щеку, надавив так, чтобы моя голова покоилась у него на груди. Я слышал тяжелые удары его сердцебиения, вибрирующие в его влажной груди и отдающиеся в моих барабанных перепонках, и в этот момент я внезапно испытал сильную тоску по нему, тому, кем он был раньше, по тому как он добавлял мое имя в конце каждого своего предложения, как будто повторял, что я принадлежу ему.

Черт побери, когда только я начал позволять себе быть присвоенным подобным образом?

Черт возьми, чтоб тебе пусто было, Дешаров.

- Что это? - донесся спереди голос мужчины средних лет. Японские солдаты, которые нас перевозили, остановились, издалека донесся другой голос.

- Отвечая господину Дадзу, когда мы патрулировали западное побережье, мы случайно наткнулись на русала и белого мужчину.

- О? - так называемый Дадзу был озадачен.

Я повернул голову и увидел мужчину средних лет, который был одет явно не как  солдаты. Он направлялся к нам. Мужчина быстро подошел, оценивая взглядом и меня, и Агареса, прежде чем его лицо внезапно изменилось. Размахивая рукой, он закричал:

- Скорее, это та самая черная чешуйчатая русалка, которую Вы искали! Отделите от него этого белого человека и отведите его в концентрационный лагерь для военнопленных.

- Нет! Мистер, пожалуйста, не разлучайте нас, он неуправляемый зверь, только я могу приручить его! - мое сердце подпрыгнуло от испуга, я закричал, схватившись за сетку.

На лице человека по имени "Дадзу" застыло свирепое выражение, прежде чем он поднял ноги и грубо пнул меня, но я едва избежал этого, когда Агарес прыгнул и заблокировал удар своим рыбьим хвостом, острота его хвоста легко прорвала жесткую сетку, образовав дыру и нанеся глубокую рану на верхней части бедер Дазоу. Что, в свою очередь, заставило его несчастно вздрогнуть и отступить назад, не упав только из-за поддерживающих его солдат, совершенно сбитый с толку, он вытащил нож военного образца и, казалось, намеревался отрубить хвост Агаресу, однако на мгновение заколебался, прежде чем вложить его обратно в ножны, его лицо побледнело.

- Быстро! Поторопитесь и отнесите это доктору Йе, это сложная ситуация.

Как только слова слетели с его губ, рыболовная сеть, обернутая вокруг нас, сильно закачалась от топота японских солдат, когда они пробирались вперед, и если бы не руки Агареса, обвившиеся вокруг моего тела, меня бы чуть не вырвало. Я все еще оправлялся от головокруженя, а наше окружение тем временем постепенно становилось все более шумным, когда мы вошли в помещение, похожее на тускло освещенное бомбоубежище, прошли мимо ряда солдат и армейских врачей в белых халатах, прежде чем, наконец, остановиться перед раздвижной металлической дверью.

Взглянув на металлическую дверь, я увидел, что серый металл отливает жутким блеском, а на нем поперек нанесен серийный номер, написанный мертвенно-белой краской: А-701. Цепочка цифр мгновенно подействовала мне на нервы, как какой-то электрический ток, неожиданно показавшись знакомой, как будто я где-то ее уже видел. Но где именно? Я тщательно рылся в своей памяти в поисках соответствующих подсказок, моя память бесподобна, за исключением вещей, вызванных психической травмой (фрагменты воспоминаний, касающихся Агареса). Если я действительно использую свою голову и думаю, я могу вспомнить все, начиная с детства и до настоящего времени, с мельчайшими подробностями.

Без промедления я понял, где встречал это число - оно уже однажды появлялось в дневнике моего деда, прикрепленном поверх фотографии. На этой фотографии он стоял рядом с мужчиной, за ним была именно эта дверь. В этот момент я внезапно кое-что вспомнил. Человеком, стоявшим рядом с моим дедушкой, был тот извращенный, безумный ученый Шиничи.

В один момент все мои волосы встали дыбом. Как раз в тот момент, когда я пытался понять, что это означает, металлическая дверь громко открылась. Пыль разлетелась во все стороны под холодным ледяным светом бомбоубежища, и несколько темных фигур медленно вышли из металлической двери. Как только они уложили нас с Агаресом на землю, несколько японских солдат подошли, чтобы крепко заковать наши тела в цепи, и в тот же миг двое парней в защитных костюмах, которые, по-видимому, были экспериментаторами, выбежали из двери и воспользовались шансом ввести что-то в руку Агареса. Я пытался сопротивляться, чтобы помешать им прикоснуться к Агаресу, но из-за того, как сильно я был связан, я не мог пошевелить ни единым мускулом. Напротив, Агарес был чрезвычайно спокоен. Он просто презрительно смотрел на суетящихся вокруг него людей сверху вниз, как акула смотрит на паразитов, пытающихся присосаться к ней.

Одновременно я почувствовал, как его перепончатые когти, которые в этот момент могли лишь слегка шевелиться, обвились вокруг моего запястья, сила, использованная в его хватке, была твердой, не было никаких признаков дрожи или слабости. Его пальцы скользнули по моим ладоням со скрытым подтекстом, его глаза задержались на моем лице, многозначительно посмотрев на меня на мгновение, как будто он молча говорил, что на него не подействуют никакие наркотики, которые они ввели, что он попытается обезопасить меня, на что я кивнул.

Затем он разыграл спектакль, закрыв глаза, его лицо исказилось, чтобы казаться более послушным, точно так же, как в первый раз на лодке, когда я ввел ему транквилизатор.

Меня озарило. У него был иммунитет к искусственным наркотикам, и только те электрические сети, которые нацисты использовали на острове, способны подчинить его себе! Итак, он притворялся, что на него действует анестезия, которую я ему применил, чтобы я неосторожно подошел к нему, чтобы он мог… Ах эта старая хитрая рыбина! (Погодите, я не должен думать об этом прямо сейчас!)

Затем несколько японских солдат вытащили меня из сети, они, вероятно, решили, что не захотят тратить на меня свою дозу анестезии, поскольку меня охраняли только штыком. То, что меня тащили вот так в одиночку, заставило меня устыдиться, потому что сверху донизу на мне не было никакой одежды. На моем теле все еще оставались следы "экстремальных видов спорта" с Агаресом, что вызывало презрительные взгляды, удивление и неуважение со стороны солдат. Возможно, мне следует радоваться, что я не женщина, иначе я мог бы страдать втрое больше, чем сейчас.

- Какой ты национальности?

Я услышал мужской голос, задающий вопрос слева от меня, за которым последовали быстрые шаги, приближающиеся прямо передо мной. Проследив за источником звука, я увидел, что человеком, который задал вопрос, был Шиничи, за ним в команде из нескольких ученых следовал его сын Юкимару.

На лице Юкимару отразилось явное удивление, когда он посмотрел на меня. Я был уверен, что он знал, что я был серебряным русалом, которого они поймали, но по неизвестным причинам он ничего не сказал. Более того, Шиничи и его команда не смогли меня узнать, возможно, это было потому, что только Юкимару удалось внимательно рассмотреть мое лицо, или, вероятно, потому, что половина моей челки закрывала мое лицо.

- Какой ты национальности? Ты не понимаешь по-английски, белый человек? - повторил Шиничи, приближаясь ко мне с угрюмым лицом. Дуло пистолета приподняло мой подбородок, заставляя поднять голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

- Немец.

Покрутив мысли в голове, я твердо ответил. Они не стали бы безрассудно причинять вред своим союзникам, и они не должны знать,кто я на самом деле. Нет, правильнее было бы называть себя советским гражданином. Поскольку все обстоит именно так, была большая вероятность, что они могут принять меня за советского солдата, который пришел на разведку за информацией. Одному богу известно, насколько ужасны их методы допроса. Мурашки сразу же побежали по коже, когда я вспомнил, как фашисты допрашивали своих врагов во время Второй мировой войны. Русский и немецкий языки имеют схожее произношение, поэтому, если в этом месте нет немцев…

- Это Ваш товарищ, которого Вы взяли с собой для сбора отчетов о боях, мистер репортер? - спросил Шиничи, оглядываясь.

Юкимура и несколько других членов экипажа уступили кому-то дорогу, и именно тогда мой взгляд упал на фигуру, на которую я раньше не обращал внимания, это было до сих пор. Моя кровь заледенела, потому что эта фигура была Рейном.

Я на мгновение застыл в оцепенении из-за того, чего никак не мог предвидеть, что встречу свой кошмар, проявляющийся как личность в другой временной шкале. Он надевает кепку, на его лице и шее были видны шрамы, цвет лица мертвенно-бледный, а одна из его рук была плотно обмотана бинтами, по этому я мог сказать, что он столкнулся с русалкой-пауком.

Я действительно не мог понять, почему жизненная сила Райна была такой же живучей, как ядовитые насекомые в сточной канаве. Его голубые глаза светились под полями шляпы, как у ожившего вампира, увидевшего кровь.

- Да, доктор Йе.

Мое сердце ушло в пятки, я не мог сказать, что было хуже, если бы я попал в руки Райна или японских солдат. Внезапно я услышал холодный смех.

- Если это так, тогда скажите мне, почему он так похож на моего старого советского друга, доктора Левжета? Возьмите этого ‘репортера’ и бросьте его в концентрационный лагерь!

- Да, сэр!

Как только он закончил говорить, лицо Райна приобрело другой оттенок, и когда несколько японских солдат немедленно вышли вперед, чтобы схватить его, он закричал.

- Подождите минутку, здесь определенно какая-то ошибка!

Услышав все это, я в шоке уставился на него, но не из-за внезапного изменения ситуации, а из-за произнесенного имени - Левджет, так звали моего дедушку.

- Как ты связан с доктором Левджетом? Его младшим брат или, может, старший? - держа конверт в руке, Шиничи приподнял мой подбородок, в его очках отразился свет. - Ты с ним слишком похожи, особенно эти глаза, которые сияют, как черные жемчужины, я определенно прав.

- Отец… - Юкимура схватил его за плечо, казалось бы, колеблясь, но как только он посмотрел на меня, выражение его лица изменилось, и он закрыл рот.

У него определенно были какие-то животрепещущие вопросы, адресованные мне. Возможно, возможно, что среди всей этой толпы людей все еще был кто-то, чья мораль не пострадала, и что в глубине его сердца скрывается добросердечный человек. Я бросил на него умоляющий взгляд, но, испугавшись, быстро отвел взгляд.

- Дай ему что-нибудь из одежды, Юкимура. Сначала отправь его в концентрационный лагерь для военнопленных, приведи его сюда, когда наступит ночь.

-  Да, доктор, - отозвался Юкимура, он подошел ко мне и накинул на меня белый халат, выводя солдата, который поддерживал меня, за дверь. Юноша и я оглянулись на лабораторию почти одновременно, я смотрел на Агареса, и я знал, что Юкимура беспокоился об Асуре, мы молча переглянувшись, он застенчиво поджал губы, выглядя встревоженным.

В тот момент я был почти убежден, что Юкимура станет самой важной фигурой в этой шахматной партии, которая вот-вот должна была зайти в тупик.

Глава 94

Доставив меня в лагерь для военнопленных, Юкимура не ушел сразу, а вместо этого отвел меня в тюремную камеру, чтобы я остался с ним наедине, что было неудивительно, поскольку казалось, что у него были вещи, о которых он хотел меня спросить, но не мог из-за присутствия Шиничи. Используя доводы о том, что он допрашивает меня одного в качестве прикрытия, он сумел прогнать других солдат, закрыв дверь и используя зажигалку, чтобы зажечь масляную лампу.

Тусклый свет освещал тонкие черты Юкимуры, свет отражался в его глазах. Он осторожно выглянул в окно, затем снова посмотрел на меня, как будто обдумывая, как подойти к этой теме.

Я не заставлял его озвучивать свой вопрос, потому что знал, что если я это сделаю, он вернется на сторону Шиничи, так что мне оставалось только ждать, пока он не потеряет терпение, и поспорить, что он испытывает какую-то привязанность к Асуре. Я поправил просторную одежду, которая была на мне, неторопливо застегивая пуговицы и усаживаясь на железный стул стоявший рядом со мной. Юкимура казался довольно нервным, как будто допрашивали не меня, а его. Учитывая то, как поменялись роли, я нашел это несколько забавным. Сквозь отблески костра я посмотрел Юкимуре в лицо и не мог отделаться от ощущения, что кому-то с такими глазами не место в подобном месте. Он добросердечный, хотя и нерешительный японский мальчик, который не смеет ослушаться своего отца, тот, кто не должен быть вовлечен в такое жестокое и грязное место, наполненное заговорами, но, к счастью, он не был пессимистом.

- Мистер… Юкимура? - я нерешительно нарушила неловкое молчание.

Он тяжело вздохнул, как будто только что очнулся ото сна, прежде чем взять масляную лампу и сесть рядом со мной.

- Как мне следует к вам обращаться?”

- Дешаров Уоллес”

- Хорошо, мистер Дешаров, - Юкимура бросил на меня быстрый взгляд, прежде чем повернуться к масляной лампе, медленно произнося. - Я знаю, что Вы серебряный тритон. Откуда Вы знаете мое имя? Как Вам удается придать своей внешности человеческий облик? У меня такое чувство, что я Вас где-то раньше видел.

-Мы действительно встречались раньше. До… твоей смерти, - я сделал глубокий вдох, переходя прямо к делу с помощью простейшего японского предложения. Я спросил искренним тоном. - Мистер Юкимару, вы, японцы, верите в идею судьбы и реинкарнации?

Возможно, услышав мои слова, поначалу это показалось бы непонятным, но у меня было внутреннее чувство, которое подсказывало мне, что Юкимура сможет понять, к чему я клоню, иначе он не привел бы меня сюда.

- Смерти? - Юкимура повторил это слово. Я увидел, что на его лице не отразилось никаких признаков недоверия. Он наклонил голову, задумчиво опустив глаза.

- Действительно, мы верим в это. Мне часто снится один сон…  и в этом сне я был тритоном, плывущим в одиночестве по морю, но, кроме меня, рядом со мной был еще один тритон, какой бы близко он не был, я не мог разглядеть его лица. Однако в ту ночь, когда мой отец отправил меня в море… заманив ту группу русалок, я встретил русалку с фиолетовым хвостом, я кое-что понял, это был тритон из моих снов.

Он говорил низким голосом и задумчивым тоном, его глаза сияли легким мерцанием огня, а лицо раскраснелось, ресницы трепетали, как крылья бабочки из-за неясных эмоций.

Я мог видеть, что Юкимура заинтересовался этой судьбоносной встречей, не говоря уже о врожденной харизме, которой обладали тритоны. Но когда я вспомнил их горький финал в моей первоначальной временной шкале, мое сердце упало.

- Но в то же время у меня было странное чувство внутри. Той ночью мне приснился кошмар. Во сне бушевали пожары, погибло так много людей, повсюду пролилась кровь… Сцена прямо из ада. Я не могу точно вспомнить, что произошло во сне, но это сильно повлияло на меня, и я действительно напуган.

Как только Юкимура заговорил, его пристальный взгляд остановился на моем лице, веки спокойно поднялись, он заговорил мягким тоном.

-В тот момент, когда я встретил вас, я почувствовал, что у вас есть ответы на мои вопросы. Это так, мистер Дешаров?

Я застыл на несколько секунд, ответив только после того, как разобрался в своих мыслях.

-Я не уверен, что ты полностью мне поверишь. Эти твои сны - события, которые произошли на временной шкале будущего, так что, конечно, ты смог бы понять судьбу той жизни. Если ты не воспользуешься шансом изменить историю, то страшные вещи, которые ты видел во сне, повторятся, ты утонешь в своем кошмаре. Асура и ты будете глубоко несчастны. Я видел твой финал собственными глазами.

-Асура? Ты действительно знаешь имя, которое я дал ему? - глаза Юкимуры расширились от удивления, но затем стали серьезными, и именно тогда я понял, что он полностью поверил моим словам. Он встал и беспокойно зашагал взад-вперед, его руки теребили подол кимоно, голос дрожал, когда он говорил.

-Тогда что я должен сделать, чтобы это не развивалось как в моем сне?

-Восстань против своего отца, освободи захваченных русалок и покинь это место вместе с Асурой… - я подошел вперед и приобнял его за плечи, произнося слово за словом.

Выражение лица Юкимуры тут же изменилось, как будто слова, которые я сказал, были чем-то неприличным. Он внезапно вытащил катану, которая висела у него на поясе, блеснул холодный свет, и лезвие уже было у моей шеи, отблески теплого и холодного света танцевали вокруг его лица, выражение его лица было немного сложным.

-Мистер Дешаров, Вы отдаете себе отчет в том, что говорите?! Вы хотите, чтобы я пошел против своего отца, предал свою семью?

-Да, мистер Юкимура, - выплюнул я и посмотрел ему в глаза, моя рука схватилась за холодное лезвие катаны.

-Я не верю в судьбу, скорее я верю, что могу изменить ее своими собственными руками. В этой игре, если вы попытаетесь сделать хоть шаг вперед, это может обернуться смертельным исходом. Я не знаю, насколько ты цените свою семью. Но, мистер Юкимару, прислушайтесь ко мне. Освобождение этих русалок не только выгодно вам с Асурой, но в то же время может просто спасти всю вашу семью. Это ваш выбор, я не имею права вмешиваться, пожалуйста, решайте сами.

Он нахмурил брови, и когда его взгляд скользнул по лезвию в моей руке, я осторожно опустила руку. (Я не хочу потерять ни один из своих пальцев.) Он быстро вложил свой меч обратно в ножны и так же поспешно вышел за дверь, с грохотом закрыв за собой металлическую дверь. В этот момент блестящий металлический предмет упал на пол из небольшой щели, можно подумать, что это было непреднамеренно.

Но я знал, что это было не случайно. Я подошёл к двери и присел на корточки. Когда я поднял ключ, я невольно рассмеялся. Прошло несколько мгновений, и я услышал серию удаляющихся шагов. Я догадался, что это был Юкимуру. Он остановился перед входом, немного поколебавшись, прежде чем, наконец, заговорить.

- Возможно, Вы услышите несколько выстрелов, мистер Дешаров, мы встретимся в чаще возле концентрационного лагеря. Используйте птичий свист, чтобы указать свою позицию.

-Я понимаю, - кивнул я головой.

После того, как Юкимура ушел, я нашел кое-какие пыточные принадлежности, которые остались валяться в камере, в частности, некоторые из них можно было использовать в качестве оружия для самообороны, поэтому я взял железный молоток, который все еще можно было использовать, и сел, прислонившись к закрытой металлической двери, отдыхая, и спокойно ожидая, когда подходящий момент настанет. Мой нос наполнился холодным запахом крови тюремной камеры, казалось, этот запах способен заморозить даже мою кровь, но я был холоден, я знал, что должен быть готов убивать и что мне следует делать, особенно если я столкнусь с препятствием на пути к встрече с Юкимурой.Я взвесил молоток в руке, подсознательно легонько постукивая им по земле, и сжал зубы.

Я не знал, сколько прошло времени, но прежде, чем я осознал это, небо за окном уже потемнело, и стало довольно шумно. Звук марширующей шеренги солдат доносился откуда-то издалека, и, наконец, я услышал звук нескольких выстрелов, отдававшийся эхом, а на горизонте были видны огненные вспышки, шипение самолетов и град пуль были оглушительными. Камера, в которой я находился, в одно мгновение содрогнулась, и все мое тело припорошило пылью.

Выждав немного, я склонился над окном, выглянув наружу, только для того, чтобы понять - там не было солдат, охраняющих территорию. Я немедленно повернулся к металлической двери и отпер ее ключом. В противоположном направлении от меня находится концентрационный лагерь, где содержались военнопленные, а слева был мрачный лес. Прячась, я внимательно наблюдал за своим окружением, прежде чем побежать в лес. Высокие деревья служили хорошим прикрытием, окутывая меня тьмой. Я сосредоточенно расширил глаза, используя свое превосходное ночное зрение, чтобы найти фигуру Юкимуры, одновременно имитируя птичьи крики, как он инструктировал ранее: “кар, кар!”. Я немедленно получил ответ и погнался за звуком. Возможно, я двигался слишком быстро в темноте, поскольку Юкимура вздрогнул от шока, когда я появился перед ним.

- Мистер Дешаров, то, как вы бегаете, так же быстро, как русалки плавают в воде!

- Ну, разумеется.

Он вытянул перед собой катану, которую только что вынул из ножен, и осторожно огляделся. Без лишних слов он развернулся и повел меня в глубь леса. На фоне непрерывных выстрелов пушек на в глубине леса было значительно тихо, в тени деревьев царило неописуемое напряжение, и ни я, ни Юкимура не произнесли ни слова, пока мы продолжали продираться сквозь колючие кусты, подлесок издавал какие-то пугающие шелестящие звуки, пока мы продвигались вперед.

После недолгой прогулки по лесу постепенно проступили очертания серого здания, похожего на туннель бомбоубежища, из которого я раньше входил, но теперь это был его тыльная сторона, и недалеко от нас была запертая раздвижная дверь, но Юкимура не подвел меня ближе к ней. Вместо этого он присел на корточки и начал ощупывать землю в поисках чего-то. Я сразу заметил, что под его ногами и грязью был скрытый металлический люк, было ясно, что это был скрытый проход в бомбоубежище, а также служил лучшим путем спасения от этих русалок.

Я последовал за Юкимурой через потайной люк, спустился по лестнице, и вскоре мы оказались внутри убежища. В длинном и узком тоннеле путь освещался серией бледных ламп, свет отражался от металлических стен, придавая ему холодный блеск, от которого я не мог не задохнуться, это было похоже на то, как будто я входил в пасть зверя-людоеда с Юкимурой. Когда мы добрались до первого поворота, издалека мне в лицо ударил запах металла, который принес с собой ветер, и я вроде как услышал крик. Я не мог унять дрожь, пробежавшую у меня по спине.

В то же время Юимура остановился, и мы одновременно посмотрели друг другу в глаза, его лицо было мертвенно-бледным, когда он смотрел в глубину туннеля, в его глазах читался страх, а дыхание было хриплым, как будто была зима, источающая легкий холодок.

- Мой отец чрезвычайно жестокий и хладнокровный человек, он часто проводит бесчеловечные эксперименты, так что тебе лучше подготовить свое сердце.

Я кивнул головой и сухо сглотнул, внезапная паника захлестнула мое сердце, когда я забеспокоился о безопасности Агареса. Хотя раньше он притворялся парализованным, кто знал, что может случиться с ним, пока он находится в руках этих жестоких японцев.

В этот момент из-за угла туннеля послышались шаги, и Юкимура потащил меня вниз, заставив присесть, а затем достал из рукава заранее подготовленное зеркало. бегло взглянув в него я увидел, что приближающиеся двое были членами команды из группы экспериментаторов. В тот момент, когда они появились, мы с Юкимурой одновременно начали действовать, как дуэт, повалив их на землю прежде, чем они успели среагировать и издать хоть звук.

Мы дальше продвигались по туннелю, слабые крики, смешанные с ветром, становились все отчетливее и отчетливее, и я понял, что лаборатория Шиничи была совсем рядом. Я не мог не задержать дыхание. Мы снова завернули за угол, и то, что появилось впереди, было прозрачной раздвижной занавеской, поверхность которой была испещрена пятнами темной жидкости, и можно было разглядеть смутные очертания некоторых операционных столов.

Мы оба замедлили шаг. Я крепко сжал свой молоток, а Юкимура обнажил свою катану, чтобы осторожно и медленно раздвинуть пластиковую сетку. Сильный запах крови немедленно ударил мне в нос, как от свирепого зверя, я был ослеплен в одно мгновение ужасным зрелищем, открывшимся передо мной, ошеломив меня на месте, мой желудок бурлил снова и снова, как реки и море, в то время как Юкимару глубоко вдохнул, и его вырвало.

Над несколькими операционными столами лежали аккуратно выровненные трупы изуродованных русалок, как мужского, так и женского пола, у всех у них были выколоты глаза, вспороты животы с извлеченными органами, лоскуты кожи и плоти свободно свисали с обеих сторон операционного стола, стекая каплями, которые образовывали в густая лужа темно-фиолетовой крови. Кроме того, рядом с операционным столом стоял умывальник среднего размера, и в нем была кроваво-красная вода, полная дюжины бледных останков людей, а на поверхности плавала плесень, похожая на волосы. В воздухе висел тошнотворный запах формалина, он был похож на нож, пронзающий разум и меня, и Юкимуры, как будто это могло свести нас с ума в любое время в этом месте.

И все же нам приходилось заставлять себя сохранять спокойствие. Я прикрыл рот, сдерживая позыв к рвоте, и пошел с Юкимурой, проходя мимо операционных столов один за другим, и, убедившись, что двух парней, которых мы искали, среди них не было, мы быстро покинули это адское место и вошли в лабораторию. После того, как Юкимура открыл железную дверь, контролируемую паролем, внутри оказалась еще более просторная искусственная пещера. В углублениях стен было около сотни запечатанных стеклянных резервуаров, в которых содержались выжившие русалки. Их осталось всего 10 или около того, в их глазах светились страх, печаль и ненависть, и в одно мгновение все их взгляды устремились на Юкимару и меня, как будто они собирались разорвать нас в клочья. Я не могл не волноваться, что, как только мы выпустим этих детенышей, они нападут на нас. К счастью, Агарес сможет вовремя защитить меня.

С этой мыслью мой взгляд скользнул по русалкам, но я не увидела никаких следов Агареса, мое сердце внезапно сжалось.

- Мистер Юкимура, где тот тритон с черной чешуей, который сопровождал меня?!

- Он уже сбежал. Когда мой отец собирался проводить над ним те же эксперименты, он пошел и напал на солдат в бомбоубежище, что было неожиданно для всех, кто думал, что он был под наркозом, затем он забрал первую партию русалок, с которыми мы экспериментировали, вот почему в бомбоубежище осталось всего несколько. Вот, смотри, это Асура.

Мое сердце сжалось, когда Юкимура указал на закрытый резервуар в дальнем левом углу, только тогда я понял, что водяной, лежащий в резервуаре на боку, по-видимому, ранен, хотя его глаза были закрыты, на самом деле это и был Асура.

Юкимура посмотрел на него, и его лицо побледнело.

- Я... не могу смотреть ему в глаза. Однажды он спас мне жизнь, но я отплатил ему тем, что послушался приказа моего отца заманить его в ловушку, обмануть и заточить здесь, чтобы над ним издевались. Он, должно быть, испытывает горечь по отношению ко мне, потому что я вероломный, хитрый человек.

Сказав это, он немедленно направился к ряду переключателей, которые, по-видимому, отвечают за открытие дверей резервуара. Он бросил на меня нерешительный взгляд, прежде чем открыть двери контейнера Асуры.

В этот момент за стеной послышалась серия беспорядочных шагов, близких и далеких. Мое сердце завопило от ужасного выбора времени. Юкимару схватил меня за руку и взглянул в направлении Асуры.

- Я выйду, чтобы заблокировать моего отца и остальных, мистер Дешароу, пожалуйста, заберите Асуру из этого места. Выходите оттуда, откуда мы пришли, сделайте крюк от убежища и направляйтесь в джунгли, как только пройдете через них, там должен быть океан. Если я смогу найти способ выбраться…

Он не закончил фразу и стиснул зубы. Я понимающе кивнула, чтобы успокоить его. Он немедленно отпустил мою руку и повернулся, чтобы выйти, не оглядываясь.

В тот момент, когда я открыл резервуары, все заключенные детеныши выбежали наружу и чудесным образом собрались вокруг меня. Я чувствовал, что это потому, что мое тело источало запах их вожака. Я взглянул на Асуру, когда он с трудом выбирался из своего танка, одно из его плеч было усеяно ужасающими огнестрельными ранениями, его плоть была разорвана, это, очевидно, сильно затрудняло его движения, но он был достаточно быстр, чтобы догнать меня.

Отвлекающий маневр Юкимуры, казалось, сработал довольно хорошо, потому что до сих пор наше путешествие проходило довольно гладко, с того места, откуда мы начали, до этого дьявольского туннеля. В это время звуки боя стали более интенсивными, огонь вокруг моря даже пробился сквозь густой лес и обрушился на нас, которые прятались в тени, юнцы разбежались, как стая питонов, со скоростью молнии, оставив меня, исполнявшего обязанности временного лидера, позади. В этот момент я услышал позади себя череду голосов.

Я резко повернул голову назад и увидел, что это был Асура. Он двигался исключительно медленно, огнестрельное ранение, которое он получил, повлияло на его способность сохранять равновесие, поэтому он мог только пошатываться, как пожилой человек, и время от времени он спотыкался о камни или виноградные лозы и чуть не падал.

Я бросился к нему и помог прислониться спиной к большому дереву.

В темноте ночи его лицо казалось зеленовато-бледным, но из-за его врожденных резких черт казалось, что он не чувствует боли. Я не мог отделаться от ощущения, что он необъяснимо похож на Агареса, но я не мог точно определить, что именно. Возможно, они обладали прирожденной опасной аурой. Он не выглядел злым, как этот проклятый Агарес, скорее, с первого взгляда люди описали бы его как демона из бездны.

- Ты выдержишь? Мы должны действовать быстро, Юкимура… Он ждет тебя, - я похлопал Асуру по плечу, затем положил ладонь ему на сердце, благодарный за то, что его сердце сильно билось, выстрел, который он получил, не угрожал его жизни. О, слава небу и земле.

- Юкимура… - Асура произнес это имя, и его глаза немного заблестели. Он прислонился к дереву, желая снова поднять хвост, но как только он поднял руку, его плечи поникли, и я немедленно заставил его прислониться спиной к дереву, внимательно осматривая огнестрельные ранения, только теперь я понял, что пули застряли в его плоти и их нужно было вытащить чтобы его самоисцеление сработало, и единственным человеком, который может помочь ему сейчас, был я.

- Я помогу тебе вытащить то, что у тебя в ране, - я поднял голову, чтобы взглянуть на Асуру, он принюхался к моему запаху, словно подтверждая мои отношения с Агаресом, прежде чем закрыть веки и кивнуть головой. Я без колебаний уткнулась в его плечи, и Асура тут же застыл, я могла только представить, как это должно быть больно. Я с силой вытащил пули и нежно сжал его опухшие мышцы. Несколько кусочков шрапнели без особых усилий попали мне в рот, но я чувствовал, что под ними лежит что-то покрупнее.

Я выплюнул кровь и осколки, вытер рот и повторил действие. Асура сделал все возможное, чтобы сотрудничать, выпрямив хвост и подняв плечи, чтобы мне было легче продолжать, и ради сохранения равновесия он осторожно положил свои перепончатые когти мне на спину, хотя это могло бы выглядеть так, будто он обнимает меня с первого взгляда, но я у меня не было времени поразмыслить над этим.

Как раз когда я собирался закончить, я услышал рядом с собой шорох, который несся к нам из леса. Прежде чем я успел увидеть, что вызвало этот звук, из-за большого дерева, на которое опирался Асура, появилась темная фигура. Через долю секунды у моего уха раздался низкий рев, и бледный перепончатый коготь обвился вокруг шеи Асуры, как при внезапном нападении гадюки!

Я рухнул на землю, когда мое зрение восстановилось, я понял, что это был Агарес. Очевидно, он вернулся с моря, чтобы найти меня.

Он яростно уставился на Асуру, по-видимому, собираясь задушить его до полусмерти, синие вены выступают у него под кожей на тыльной стороне когтей, в то время как Асура просто глубоко дышал, отчаянно размахивая хвостом по траве, я не сомневался, что Агарес действительно хотел убить Асуру.

- Эй, Агарес, ты не правильно понял! Я всего лишь обрабатывал его рану!

Я в смятении вскочил и закричал, обхватив обеими руками большой крепкий хвост Агареса, отчаянно удерживая его. Черт возьми, одному небу известно, насколько собственнически он относился ко мне! Это было действительно плохо!

Мои усилия не были услышаны, так как Агарес не обратил на мои слова никакого внимания, обернув свой хвост вокруг моего тела, таща меня за собой, оттесняя меня от Асуры. Я знал, что если я не буду стараться изо всех сил, Асура сегодня лишится жизни от рук Агареса. Я быстро ухватился за ствол дерева и перекатился, едва освободившись от этих крепких оков. Я перепрыгнул через его хвост и прыгнул к большому дереву, и я мог поклясться, что в тот момент мои движения были даже лучше, чем у офицера спецназа. К сожалению, я был слишком поспешен в своих действиях, потому что ударился головой о ствол дерева, в результате чего чуть не потерял сознание. Хотя, к счастью, движения Агареса внезапно прекратились, и все его внимание было сосредоточено на моем теле.

Он, наконец, выпустил коготь, которым держал Асуру, его хвост обвился вокруг моей нижней части тела, приподнял меня, покрытого синяками и побоями, прищурился, чтобы осмотреть мой лоб, его темные зрачки наполнились обожанием и беспокойством. В этот момент я мгновенно понял, что настоящий Агарес действительно приходил в сознание. Однако, когда я хотела озвучить свой вопрос, рот Агареса прижался к моему лбу, проводя языком по моему воспаленному синяку, затем он двинулся к переносице, слегка ухмыляясь, затем он использовал свои клыки и укусил меня за губы с намеком на наказание, его мокрые когти, с которых капала вода схватил меня за загривок, посылая предупреждение Асуре.

Я подчинился Агаресу и нервничал, поэтому не смел пошевелиться, но мои глаза невольно переместились, чтобы встретиться с испуганным выражением лица Асуры, и в моей голове промелькнула единственная мысль. О боже, ревность этого безжалостного парня была действительно страшна.

Глава 95

Агарес сразу заметил, что мое внимание сконцентрировано не на нем одном, поэтому он толкнул меня в подбородок одним из своих перепончатых когтей, а другой рукой, ни тяжело, ни легко, коснулся моей тазовой кости. Было так щекотно, что я чуть не оторвалась от земли, но его рыбий хвост снова прижал меня к ней. Затем он схватил меня за левую икру и закинул на ее себе на плечо, заставляя меня сесть ему на хвост в очень интимной позе. Пошатываясь, я откинулся назад в его объятия, чтобы он обнял меня, прячась в тени дерева, как будто боясь, что Асура придет и заберет меня.

Мне было любопытно, что он задумал. Пуговицы отлетели от моей одежды, когда он почти нетерпеливо разорвал ее. Видит бог, я был полностью обнажен, если не считать лабораторного халата, поскольку эти японские солдаты не выдали никакого нижнего белья своим пленникам. Я чувствовал себя немного неуютно, задаваясь вопросом, действительно ли этот парень собирается игнорировать текущую ситуацию и…

Каким бы встревоженным я себя ни чувствовал, Агарес распахнул воротник лабораторного халата, спуская его с моих плеч, но я не осмелился сопротивляться его ухаживаниям, его сердце было переполнено ревностью. Черт возьми, если я оттолкну его в таком затруднительном положении, возможно, он сделает что-нибудь еще более возмутительное! Я неподвижно сидел у него на хвосте, как бревно, позволяя ему задирать мою одежду. Его пристальный взгляд скользил по моей обнаженной коже, уделяя особое внимание промежности, его взгляд был похож на взгляд инспектора, ищущего контрабанду на таможне, отчего по всему моему телу побежали мурашки. Я никогда не видела у него такого серьезного выражения лица. Мое лицо резко покраснело от внезапного осознания его действий

.

Боже милостивый, Агарес действительно слишком много думал - он беспокоится, что Асура хотел приударить за мной!

- Эй, Агарес, этого никогда не произойдет, я в порядке, я твой, - я мгновенно протянул руки, чтобы заткнуть ему уши, я вгляделся в его глубокие, как долины, глаза сквозь пятнистые тени, образованные деревьями, я искренне признался. Но прежде чем я успел договорить, он прижал меня к своей груди, крепко обняв с такой силой, что у меня чуть не переломались кости. Я словно застрял в сладкой тюрьме, но в то же время я чувствовал себя в полной безопасности. В этот момент окружающие звуки войны перестали существовать, и осталась только укрытие этого места.

Я глубоко вдохнул аромат Агареса, зарываясь лицом в его влажные густые волосы, как ребенок, ищущий ласки. Его губы слегка коснулись моих ушей, и, наконец, он вздохнул с облегчением, звук смеха вырвался из его горла.

Его горячее дыхание задержалось у моего уха, как будто соблазняя или выжидая, как будто одновременно ожидая и намекая на меня, чтобы доказать весомость моих слов. Теперь я был гораздо больше убежден. Ахах, мой прежний господин теперь возродился в теле своего прежнего "я", ведь он научился дразнить меня. Итак, что мне теперь делать?

Перебирая свои мысли, на ум пришло то, что было на острове Русалок, где Агарес попросил меня "отплатить" ему, я робко повернула голову, прикусив уголок его прозрачного уха. Ах, он был все еще на вкус как сашими. Я укусил его всего один раз, но в отместку он немедленно повалил меня на траву, щекоча своими перепончатыми когтями, пока я не свернулась калачиком, моля о пощаде между слезами и смехом.

- Ах... ха, я умоляю тебя, Агарес, не делай этого, это чертовски щекотно! Ха-ха...

Вместо этого он схватил меня за талию, ненасытный, не давая мне и шанса вырваться.

В темноте я посмотрел в его красивые, узкие, светящиеся глаза, которые пристально вглядывались в мое лицо. Он наклонился, над головой упали тени, похожие на облако тумана, которое могло заслонить любую вездесущую катастрофу. Я не мог удержаться и поднял руку, чтобы погладить его по щеке, мои пальцы обводили контуры его угловатых черт, несмотря на то, что я знал, что эта наша игривость была крайне неуместной, особенно из-за того, в какой ситуации мы находились. Но к черту все это, даже если эти японские солдаты маршем направятся сюда, я не захочу упускать этот долгожданный драгоценный момент.

Я почувствовал, как он сильно надавил мне на лоб, спустился к переносице, и, наконец, остановился на моих губах, бормоча тихо, но отчетливо.

- Де..ша..ров.

Казалось, прошло несколько столетий с тех пор, как это слово слетело с его губ, я замер, странное чувство знакомости охватило меня, мой рот открылся, чтобы ответить, но прежде чем я успел пискнуть, его губы захватили мои. Я практически  дрожал от возбуждения, обнимая его за шею, отвечая на его сильный, но нежный поцелуй пылко и неуклюже, словно поддаваясь неудержимому потоку. Слава Богу, что Агарес наконец вспомнил, кто я такой, должно быть, он также вернул себе и память о том, что мы пережили вместе. Я не хочу, чтобы со мной обращались как с глупым юнцом, который просто уделяет ему внимание без всякой причины. Я его потомок и, прежде всего, его возлюбленный.

“Шурх, шурх”.

Звук движений донесся из кустов рядом с нами, я проследил за звуком и обнаружил, что Асура раздвинул ветви и подглядывал за нами в темноте, выражение его лица выражало явную тревогу. Мои нервы были взвинчены, черт возьми, я почти забыл, что он беспокоился о безопасности Юкимару и самоотверженной вовлеченности Агареса!

Я поспешно в смущении оттолкнул лицо Агареса и попытался сесть, но он схватил меня за талию, подняв хвост, чтобы поддержать и обнять меня одновременно, повернул голову, ухмыльнулся, обнажив свои белые, толстые клыки в сторону Асуры, предупреждая его быстро убираться отсюда.

Но Асура, очевидно, просто так не уйдет. Вместо этого он появился из кустов, наблюдая за нами, держась на расстоянии от своего лидера, описывая круги своим рыбьим хвостом, не отступая. Я не знаю, почему перепончатые когти Асуры прикрывали нижнюю часть его живота, как будто он намеренно пытался что-то скрыть. Агарес холодно посмотрел на него, его взгляд напоминал жало смертоносного скорпиона, если бы Асура осмелился приблизиться ко мне на шаг, он был бы убит одним махом.

- Эй, Агарес. Не волнуйся, ему нужна только наша помощь!

Я прижалась к плечу Агареса, его мышцы были напряжены, как стальные прутья, и в любой момент он мог взорваться со смертоносной силой, ужас какой. Я действительно не понимал, почему Агарес смотрел на Асуру так, будто он представлял большую угрозу, разве мы не ясно дали понять, что он не нападал на меня? Если они действительно затеют здесь драку, это принесет большие неприятности! Я обнял крепкое тело Агареса, нежно поглаживая его подбородок в попытке успокоить его настроение. Возможно, это было очень эффективно, потому что мой дорогой господин некоторое время не двигался, но Асура смело медленно придвинулся ближе.

Пятнистые тени скользили по его коже, а мерцание пламени заставляло фиолетовый хвост позади него сиять ослепительным блеском. Он остановился, поднял голову и уставился на Агареса, не желая отставать, это заставило меня понять, что нападение только что застало Асуру врасплох.

Длина хвоста Асуры, казалось, не сильно отличалась от собственного хвоста Агареса, его тело, когда оно выпрямлялось, было лишь немного короче, чем у Агареса, но в то же время оно было крепким, полностью отличаясь от других детенышей. Я не знаю, какой статус занимал Асура в сообществе русалок, но он определенно не было скромного происхождения.

- Что ты скрываешь, брат мой? - Агарес внезапно тихо промурлыкал, заставив меня подпрыгнуть.

Брат? В их мире есть такая вещь, как братские кровные узы? Но Агарес однажды сказал, что русалки рождались из гнезда, что они были яйцекладущими существами… Могло ли быть так, что он и Асура родились из одного выводка? Я не мог удержаться от эндоскопического изображения детенышей акул, дерущихся друг с другом в утробе матери. Русалки тоже дерутся внутри материнского гнезда, чтобы определить свое положение после рождения? Неужели у них нет ни капли братской привязанности друг к другу?

Размышляя об этом, я увидел, как Асура нахмурил брови, его челюсть заметно напряглась, когда он сделал шаг назад. Он посмотрел вниз и нерешительно убрал свои перепончатые когти с нижней части живота. Только тогда я понял, что под чешуей живота Асуры, не уверен когда, но образовалась большая шишка, нетерпеливо поднимающая головку.

У него была эрекция. Мое сердце пропустило удар - было ли это из-за момента между мной и Агаресом, который привел его в возбуждение? Черт возьми, этого не могло быть... потому что я только что помог ему с травмой, верно?

Неудивительно, почему у Агареса была такая бурная реакция… Упс, это большое недоразумение. Черт возьми, Асура салается ради Юкимару, это из-за Юкимару он отказался уходить, его волнение чисто физическое, но Агарес может в это не поверить. Я боюсь, что из-за того, что предстало перед ним, и что существование Асуры уже похоже на угрозу, он будет рассматривать Асуру как соперника, которого нельзя игнорировать.

Как раз в тот момент, когда я страдала от собственного смятения, взгляд Асуры упал на меня, его фиолетовые губы зашевелились.

- Юки... Мару… Где он?

Сказав это, он бросился в мою сторону, заставив меня подпрыгнуть. Лицо Агареса мгновенно изменило цвет, он быстро замахнулся перепончатым когтем в сторону Асуры, в то же время рыбий хвост Агареса безжалостно метнулся к нему так быстро, что был слышен порыв ветра, но он быстро спрятался за моей спиной, давая мне шанс защитить его от ‘когтей’ Агареса. Я быстро и ловко обнял Агареса за талию, изо всех сил стараясь немного отодвинуть его назад, так что листья разлетелись во все стороны из-за его хвостового оперения.

В этот момент я внезапно услышал, как Асура издает странный вибрирующий звук. Хотя мне еще предстояло выучить уникальный язык, на котором они говорили, я чудесным образом понял, что в этот момент Асура просил меня о помощи.

Эта ситуация была немного комичной - это как отец, который собирается наказать своего сына, но сын бежит к матери за помощью. Ах, черт возьми, о чем я только думаю! (Нет, я определенно не мать, мать - Агарес.) В этой шутке нет ни капли смешного. Я нервно вздохнул, на лбу у меня уже выступил пот, и я потянулся пальцами к его уху.

- Эй, Агарес! Он ищет Юкимару - юнца, которого ты случайно убил в "Темной материи", помнишь? Это его избранная пара, он не пытается конкурировать с тобой!

Движения Агареса были медленными, он смотрел на меня сверху вниз, его зрачки слегка мерцали, как будто он изо всех сил пытался вспомнить ситуацию, о которой я говорил. Но в это время послышались громкие слова и шаги, это были звуки приближающихся солдат. Агарес утащил меня прятаться в лес, Асура тоже спрятался.

Глава 96

Сквозь пестрые тени деревьев невдалеке я разглядел темную массу теней, движущихся вместе. Это была группа японских солдат, врывающихся в лес, их лидером был Шиничи, а следующим за ними был Юкимару, но его удерживали солдаты справа и слева от него, его лицо было мертвенно-бледным, было очевидно, что его бунтарство не ускользнуло от острого взгляда его отца. В таких обстоятельствах нас было всего трое, и было бы трудно спасти его от солдат. Оставляя это в стороне, вопрос в том, сможем ли мы убедить Агареса помочь Асуре спасти Юкимару.

“Черт возьми!” закричал я в своем сердце, когда солдаты подошли ближе, мое сердцебиение ускорилось. Эти деревья не смогут скрыть нас. Агарес схватил меня за руку, осторожно оттаскивая назад, но Асура остался на своем прежнем месте, не двигаясь ни на йоту, уставившись на Юкимуру из темноты, как будто планировал ограбление, чтобы спасти свою пару.

Я протянул руку, желая погладить его по хвосту, чтобы напомнить ему о необходимости сохранять хладнокровие, но, словно прочитав мои намерения, Агарес оказался на шаг впереди, крепко обхватив меня руками и прикрыв мой рот своими перепончатыми когтями, наклонив голову вниз и укусив меня за уши в качестве предупреждения. В этот момент справа от нас пробежал небольшой эскадрон японских солдат, кусты раскачивались и шуршали, когда они проходили мимо, время от времени царапая наши тела.

Я не осмеливался выдохнуть и сжался в сильных руках, которые обхватили меня. Его подбородок покоился на моей макушке, а его влажные волосы покрывали мою шею и плечи. Может быть, это выброс адреналина делаk гормональный аромат тела Агареса таким сильным, что я тонул в его аромате, я не мог вдохнуть ни глотка свежего воздуха, а он все еще, черт возьми, зажимал мне рот.

Я принялся хватать ртом воздух, с тревогой глядя, как эскадрилья за эскадрильей пролетали мимо нас, далекое пламя, казалось, обжигало мое тело, так как я начал чувствовать жар в это ужасное время. Странный знакомый ток пронесся по всему моему телу, как электричество, устремляясь между ног, заставляя мою нижнюю часть икры немного напрячься.

Черт возьми, черт возьми! Я не мог удержаться, чтобы не выругаться, сжимая кулак - у меня неожиданно проявляются признаки течки! Я должен был предвидеть это, в последний раз эти чертовы признаки проявились сразу после того, как мы с Агаресом занялись сексом…

Сразу после того, как я осознал этот ужасающий факт, ощущение напряжения у меня между ног усилилось, а мышцы внутренней поверхности бедер сократились, как кожа, впитывающая воду.

- Ох… - немного погодя я тихо застонал, не в силах удержаться, и укусил Агареса, за  его перепончатую ладонь, глубоко вонзив свои пальцы в траву. Он, казалось, заметил это, когда приподнял мою голову, наклонив ее, чтобы осмотреть мое тело. Я проследил за его взглядом и заметил, что мое тело раскраснелось, грудь и живот густо покрылись мелкими мурашками.

Я нахмурил брови и в отчаянии посмотрел на Агареса, его глаза резко сузились, а зрачки замерцали от света огней. Его перепончатые когти крепче обхватили меня, лаская мое постоянно дрожащее тело, чтобы успокоить его, используя свой рыбий хвост, чтобы тереться о мою промежностью, но это было равносильно тому, чтобы выпить яд, чтобы утолить жажду. Я знал, что это абсурдная идея - обращаться к Агаресу за "помощью" в вопросе жизни и смерти, но легкого прикосновения с его стороны было достаточно, чтобы свести меня с ума…

Я скрестил руки на груди, пытаясь поддержать свое тело, слегка наклонившись вперед, чтобы попытаться отстраниться от его тела, но я не смог этого сделать из-за узкого промежутка между ветвями. Я вообще не мог пошевелиться, иначе люди могли бы услышать шум.

Вооруженные отряды продолжали проходить мимо нас один за другим, но никто до сих пор не нашел нас, прячущихся в лесу, даже Асура был хорошо замаскирован и прятался неподалеку. Казалось, он не так безрассуден, как я опасался, а скорее просто тихо прятался на своем месте, как ночное животное, которое хорошо охотится. Я должен радоваться, что все его внимание было сосредоточено на Юкимуре, потому что, если бы он увидел, что происходит между мной и Агаресом, это было бы слишком неловко.

Боже, казалось, подшучивал надо мной, потому что как только эта мысль промелькнула, Асура внезапно повернул голову, его взгляд упал прямо на наши тела, заметив "неподобающее" поведение между мной и Агаресом, он явно был ошеломлен на мгновение, но сразу же закрыл нос своими перепончатыми когтями. Как будто его оскорбил сильный запах. Рыбий хвост слегка шевельнулся, и Агарес вытянул свои перепончатые когти, делая угрожающий жест, как будто раздраженный случайным подглядыванием Асуры.

В это время из-за ближайших деревьев послышалась еще одна серия бегущих шагов. Бросив взгляд, я увидел Юкимару, которого сопровождали в нескольких метрах от нас, проходя между нами и Асурой. В мгновение ока, словно с помощью телепатии, Юкимура, казалось, почувствовал что-то неладное, его взгляд переместился и остановился точно на Асуре, который прятался в темноте. Выражение лица Асуры немедленно изменилось, но Юкимура никак не отреагировал. Я был уверен, что он увидел Асуру.

В этот момент чрезвычайно всеобъемлющее чувство нахлынуло на мое сердце.

И в следующий момент без предупреждения произошло нечто, что соответствовало тому, что я чувствовал.

Из кустов послышался вой и Асура внезапно выскочил, как свирепый гепард, и бросился на двух солдат, охранявших Юкимуру, растопырив свои перепончатые когти, как пару серпов, он аккуратно перерезал им глотки. Юкимура был ошеломлен, но прежде чем он успел среагировать, Асура подхватил его на руки и побежал в противоположную сторону леса.

- Доктор Шиничи, Юкимуру схватили! Здесь тритон!

- За ним, быстро!

В одно мгновение из леса послышались непрерывные крики и звук беготни, солдаты, которые ранее бежали на фронт, вернулись обратно. Агарес немедленно взвалил меня себе на спину и быстро заскользил по лесу. Однако наше местоположение и передвижение вскоре были раскрыты, среди бушующего повсюду пламени мы были окружены тремя взводами внутри и снаружи, бесчисленные черные стволы были направлены на меня и Агареса.

Я изо всех сил пытался спрыгнуть с его спины, используя себя в качестве щита и глаз на спине Агареса, защищая его слепые зоны. Мои ноги подкашивались, а нервы были такими, словно по ним беспорядочно резали пилой, заставляя мои кости и мышцы дрожать, как скрипичные струны. Я быстро сморгнул слезы, застилавшие мне глаза, и огляделся, заметив, что Шиничи стоял среди солдат, что он не стал преследовать Юкимуру и остальных, а предпочел остаться со мной и Агаресом, возможно, он почувствовал, что мы стоим больше, чем они. Притворяться глупцами смысла уже не было. Мы не можем победить умом, так попробуем силой.

Вот дерьмо, я попал в такую плохую ситуацию, что хуже и быть не могло! Клянусь, я мог бы просто превратиться в комок грязи и рухнуть на пол, но я не мог показать свою слабость этим окруженным врагам, иначе Агарес мог оказаться в опасной ситуации. Я мог только молиться, чтобы мне удалось быстро превратиться в свою форму русалки, чтобы я мог продемонстрировать свою силу и не сдерживать Агареса. Я не хочу, чтобы его снова удерживали по моей вине.

В этот момент, по приказу Шиничи, окружающие солдаты снова, как и раньше, натянули рыболовную сеть, я понял, что он не хотел убивать нас вот так, а скорее вернуть в качестве образцов для проведения бесчеловечных экспериментов, заставив меня вспомнить, что бомбоубежище было похоже на ад на земле. Мои волосы встали дыбом. Посреди пламени я встретился взглядом с Шиничи, который был сосредоточен на моем теле. Казалось, он был поражен изменениями, произошедшими с моим телом, его глаза горели безумным возбуждением, как у кровожадного мясника, увидевшего свою жертву.

Заметив мой пристальный взгляд, он внезапно рассмеялся:

- А, брат Левджета… Что случилось с твоим лицом? Здесь и там… - говоря это, он указал на мои глаза и уши, его улыбка стала шире. - Прямо как у русалки. Хе-хе, я знал это, после того, как Левджет изучал русалок столько лет, он должен был чего-то достичь, но он все равно сказал мне, что русалок невозможно понять? Я понял это после того, как увидел тебя! Он солгал мне! Ты, прелестный тритон, просто сдайся по-тихому. Если ты не хочешь увидеть, как твой брат умрет в камере пыток - он военнопленный на этом острове.

- Что? - у меня сжалось горло, мой дедушка здесь в лагере для военнопленных? Неудивительно… Неудивительно, что моя семья была вовлечена в огромный заговор против русалок, так что с самого начала он был на этом острове. Так что это могло быть причиной, по которой Шиничи позже начал преследовать меня, а затем обманом заставил приехать в Японию, просто чтобы втянуть меня в этот заговор, потому что я все это время был в центре событий. Все это имело смысл.

Я абсолютно не хотел, чтобы с моим дедушкой что-нибудь случилось… Но, вероятно, нам больше нельзя терять времени. Из-за того, что внизу быстро накапливается тепло, реакция моего организма становится все более острой, мои икры не могли справиться с судорогами, но хвост Агареса сумел поддержать мою ногу, так что я не опрокинулся. Его перепончатая клешня схватила меня за руку мягко, но крепко, но его глаза были зловещими, как у Бога Смерти из самого пекла, смотрящего на японских солдат, которые шаг за шагом приближались к нам со своими рыболовными сетями.

Когда рыболовная сеть обрушилась на нас с сокрушительной силой, Агарес обнял меня и использовал свой острый хвостовой плавник, чтобы ударить их по ногам со скоростью молнии, в то время как я схватился за грубую, переплетенную, цепкую веревку, которая перекрывала наши тела. Стимуляция тепла, проходящего по моему телу, привела к взрыву моих сил, я разодрал сеть на части неистово и свирепо, заставляя ощущение жара в моем теле бессовестно исчезать. Моя рука, которая уже превратилась в перепончатую клешню, скоординировалась с рукой Агареса, мгновенно проделав большую дыру в сетке, позволив нашим телам проскользнуть сквозь оковы сети.

Ах, разве это не стоило бы назвать "рыба вырвалась из сети"? Ничто не могло остановить нас с Агаресом, пока мы сражались бок о бок. Эта мысль резонировала в моей голове, и моя грудь мгновенно наполнилась мужеством, как будто внезапно мне стало нечего бояться.

- Используйте свои штыки! Я скорее убью их, чем позволю им сбежать! - шокированно крикнул Шиничи.

Я уставился на Шиничи красными глазами, могу поспорить, что мои глаза были такими же ужасающими, как у демона, которого он однажды описал, потому что он начал дрожать под моим взглядом. Шиничи был очень близко к нам, я знал, что я мог бы воспользоваться этой возможностью, но в то же время он немного пошатнулся и отступил, как будто почувствовав мои намерения. Без каких-либо колебаний я внезапно промчался мимо армии и прыгнул в дыру, которую мы прорвали и сразу же повалив его на пол, крепко сжимая его горло обеими своими перепончатыми когтями.

- Дешаров, - взвыл Агарес.

Скорость его атаки была невероятно высокой, потому, прежде, чем японские солдаты смогли окружить нас пушками наперевес, он привел их в замешательство, и внезапно звук ломающихся костей прокатился волнами одна за другой.

Шиничи в панике задохнулся подо мной, он явно не ожидал, что ситуация так внезапно перевернется, что он превратится из охотника в добычу. Я холодно уставилась на него, прижимая когти к его горлу, его глаза светились ужасом, он отчаянно боролся под давлением моих коленей, казалось, что мои силы только что иссякли, заставляя мои руки дрожать, но у меня было достаточно сил, чтобы убить Шиничи, и я бы если ситуация позволит это сделать, даже если я не потворствую убийству. Но пока я должен оставить его в живых, потому что он - наш ‘ключ’ к побегу.

- Дешаров! - Агарес резко выкрикнул мое имя и поднял Шиничи с земли, поддерживая мое раскачивающееся тело своим хвостом. Я прислонился к спине Агареса, схватил Шиничи за руку, глубоко впиваясь ногтями в его плоть, и уставился на его лицо, исказившееся от боли, с суровой угрозой:

- Прикажите своим войскам отступить и освободить военнопленных в вашем лагере, освободите Левджета, прямо сейчас, немедленно!

Сказав это, я применил немного силы и получил то, что хотел, когда услышал приглушенный треск смещающихся костей.

- Доктор Шиничи!

- Не подходите! Попросите полковника о помощи! Отойдите, отойдите, не действуйте опрометчиво, я не должен умереть!

Он хрипло взвыл, а его голос изменился. Японские солдаты в нерешительности отступили. Агарес протащил Шиничи и меня сквозь армию подобно стремительному урагану, скользя по густому лесу на огромной скорости, точно комодский варан. Но, черт возьми, мы, казалось, пошли неверным путем среди этого хаоса, направляясь все глубже в глубинку острова, но мы сожгли все мосты, у нас не было выбора, кроме как продолжать двигаться вперед.

Казалось, что земля становилась все более крутой, а деревья редели. Издалека, как я мог видеть в темноте, лунный свет, пробивающийся сквозь темно-синие облака, сиял так ярко, что у меня на мгновение загорелось сердце.

О боже. Это скала. Под ней нас должна ждать вода. Честно говоря, когда Агарес здесь, такая экстремальная активность меня не пугала.

Но в этот момент движения Агареса постепенно замедлились. Было совершенно ясно, что его хвост не сможет удержать его на вершине утеса. Я немедленно отбился и спрыгнул с его спины, оттаскивая контуженного Шиничи к краю обрыва, думая поддержать тело Агареса, но обе мои ноги были как вареные спагетти, и я сразу же упал на землю.

Только тогда я почувствовал, что нижняя часть моих штанов увлажнилась выделившейся жидкостью, мои мышцы позорно сжались, когда мое тело проявило последние признаки того, что у него начинается жар. Пройдет совсем немного времени, прежде чем мое тело поддастся желанию и потеряет волю и подвижность.

Черт, черт побери! Я опустился на колени, плотно сжав ягодицы, и ударил по земле тяжелым кулаком, сердито кусая губы, прежде чем горько улыбнуться:

- Извини, мой господин, я всегда доставляю тебе неприятности в критический момент…

Прежде чем я успел закончить фразу, мое тело оказалось в его объятиях, его влажные губы прижались к моему затылку, а дыхание сопровождалось низким гулом, вибрирующим от задней части моего позвоночника к груди, сотрясая мое сердце.

“Ты никогда не доставлял хлопот, Дешаров”.

Дрожа, я схватил его перепончатыми когтями, повернулся и прикусил его губы, слизывая влагу с его языка, как человек, собирающийся умереть от жажды в пустыне. Коготь Агареса резко схватил подол моей одежды, его тело, тяжелое, как гора, давило мне на спину, крепко обхватывая меня своими похожими на ловушку руками. Я прикусил его губу, тихо застонав, ожидая его сильного посягательства.

- После этого соития со мной, Дешаров, ты изменишься и навсегда останешься в этой форме. Ты готов? - пробормотал Агарес низким хриплым голосом.

Он нежно взял меня за подбородок, заставляя открыть глаза и посмотреть в его глубокие, пугающие глаза, и внутри было что-то, что хотело поглотить меня поглубже, водоворот, который хотел поглотить меня целиком, от тела до сердца, и я уже знал, что глубоко увяз в нем, неспособный освободиться сам. Так чего же тут было колебаться?

Я закрыл свои влажные глаза и твердо кивнул. Он смотрел на меня несколько секунд, затем крепко поцеловал в губы, поцелуй внезапно стал диким, его язык сплелся с моим и преследуя и лаская его, как охотящаяся акула. Его зубы время от времени прикусывали каждый дюйм моей губы. Я широко открыл рот, хватая ртом воздух, и не смог удержаться, чтобы не произнести его имя, беспокойно извиваясь, как измученная жаждой рыба.

В тот момент, когда пламя желания охватило нас, я внезапно услышал высокий и короткий крик рядом со мной. Звук был таким же ужасным, как звонок будильника по утрам. Крик  шел из леса.

- Отец! - Как только Юкимура увидел, что Шиничи потерял сознание, он немедленно подошел, чтобы помочь ему подняться, а Асура, который прятался в темноте, переводил взгляд с меня на Агареса, казалось, потерянный из-за того, что наше "хорошее времяпрепровождение" было прервано.

Глава 97

Юкимура издал тихий возглас удивления, поднимая потерявшего сознание Шиничи, чтобы осмотреть его, в то время как Асура в панике оглядывался на нас, казалось бы, потерянный из-за того, что они нарушили наши "хорошие отношения" между Агаресом и мной, не зная, что делать.

Агарес мрачно посмотрел на него, крепко сжимая меня в объятиях и прикрывая своим телом мои открытые участки. В этот момент вдалеке послышались слабые звуки наших преследователей. Черт возьми, жаловалось мое сердце, казалось, что мой союз с Агаресом в моей человеческой форме в последний раз не может быть осуществлен, потому что, если мы закончим его здесь, это сделает и Агареса, и меня слабыми.

Отпустив мои руки и ноги, Агарес поддержал мое обмякшее тело, опираясь на пару своих сильных рук, взбираясь на утес, который вел к бескрайнему океану. Посмотрев вниз, я увидел густой дым от выстрелов, заставивший меня почувствовать удушье. Ощущение напряжения в моем теле чудесным образом значительно ослабло.

Горящие руины были разбросаны вокруг в темном бескрайнем море, это было похоже на то, что звезды на небе умерли вместе с огнем, когда серый туман безмолвно пронизывал воздух, оплакивая жестокость и горечь войны, в то время как мы с Агаресом собирались прыгнуть в море, наполненное запахом смерти, но прямо сейчас я совсем не чувствовал страха.

- Дешаров, не бойся. - Агарес тихо произнес мое имя, придвигаясь ближе к моему уху, обнимая меня всем телом и направляясь ближе к краю обрыва.

- Погоди, - я схватил его за руку, не в силах удержаться, оглянувшись на Юкимуру и остальных. Я увидел, что Юкимура уже поднял Шиничи, на его лице было сложное выражение, когда он смотрел на пятнистые языки пламени вдалеке, как будто он в чем-то сомневался.

Перепончатые когти Асуры держали одну из его рук, указывая на край обрыва. Они были не так уж далеко, и голоса русалок обладали проникающей силой. Я слышал, как он тихо заикался на ломаном японском.

- Юки... мура… Пойдем... в море…

Юкимура несколько раз моргнул, несколько секунд тупо глядя на Асуру, затем на меня и Агареса. Я мог поклясться, что в его глазах промелькнули тоска и зависть, я также был уверен, что в глубине души он боролся.

- Мистер Юкимару, -крикнул я, а он кивнул мне и внезапно повернулся всем телом, спускаясь с холма вместе с Шиничи, удивив меня. Но Агарес крепко схватил его за руку, но потерял равновесие, так как его рыбий хвост не смог должным образом удержаться на наклонном холме, острые перепончатые когти задели и порвали кимоно Юкимуры, но он ни на йоту не отпустил его руку, свежая кровь текла из его бледной руки.

- Не... возвращайся!

Половина тела Асуры лежала на траве, оба его перепончатых когтя обхватили икры Юкимуры, словно дитя, которое вот-вот потеряет свое любимое сокровище, его глаза были широко раскрыты, в них мелькнула паника, сопровождаемая лучами стеснения и гнева в его глазах, и на мгновение я не мог поверить, что он и тот самый окровавленный Асура из моих воспоминаний, были одним и тем же человеком. Я бы никогда не подумал, что он может быть таким. Исходя из увиденного, можно сказать, что русалки изначально не являются злыми по наследству, как изображали их та старуха и Шиничи, но из-за Шиничи и его фашистской деструктивной натуры, заставившей их превратиться в мстительных дьяволов.

Плечо Юкимуры немного дрогнуло, прежде чем он чопорно оглянулся, его красивые черные глаза затуманились слезами, он смотрел прямо в мою сторону, как будто боялся взглянуть на Асуру. Он прикусил нижнюю губу, его зубы вонзились в нее, как лезвия, прежде чем дрожащим голосом произнести:

- Мистер Дешаров, пожалуйста быстро покиньте этот остров и заберите Асуру с собой. Я не могу предать свою семью, я должен вернуться и взять на себя ответственность.

Я на мгновение застыл, разинув рот, не в силах вымолвить ни слова. Черт возьми, что я мог сделать, чтобы убедить Юкимуру уйти с нами? Есть известная поговорка о том, что японцы были полны предвзятости, и особенно со времен Юкимуры в период милитаризма, когда он был обременен давлением семейных "миссий", и с таким отцом, как Шиничи, черт возьми, я не знаю, сколько невообразимых вещей он вбил себе в голову, когда учился и был молод. Моему отцу нравилось применять насилие по отношению ко мне, но, по крайней мере, он не был таким жестоким, как Шиничи, который пожертвовал бы своим сыном ради себя.

Асура крепко вцепился в подол кимоно Юкимуры, изо всех сил стараясь подняться с травянистого склона, хвост Асуры обвился вокруг юноши, не давая ему сделать ни шага. Юкимура немного споткнулся, глядя на него с бледным лицом, прежде чем что-то сказать Асуре, но я не мог расслышать их отчетливо. Я мог видеть только глаза Асуры, горящие в свете ночника, казалось, что он мог сжечь Юкимуру дотла. И в следующий момент, к моему удивлению, Асура протянул руку, чтобы схватить Шиничи за загривок и отшвырнуть его в сторону, прежде чем тихо заскулить Юкимуре в качестве предупреждения:

- Идем... пойдем... со мной.

- Асура! - Юкимура закричал в панике и попытался в порыве блокировать запястье Асуры, но вместо этого был внезапно схвачен в объятия Асуры и был унесен вверх по скале. Тритон не отпускал его, несмотря на то, как сильно Юкимура сопротивлялся. Но в этот момент я был удивлен, увидев, что Шинчи, который лежал в стороне, неожиданно проснулся, но как только он увидел Асуру и Юкимуру, он отреагировал чрезвычайно быстро, и прежде чем я успел предупредить Юкимару, я увидел, как Шиничи готовится наброситься на них. Я выкрикнул:

- Осторожно!

- Отец! - Юкимура посмотрел на него и вскрикнул от шока, в то же время из рук Шиничи вырвался холодный отблеск, он глубоко вонзил что бы это ни было в хвост Асуры.

Асура издал жалобный визг и безжалостно замахнулся хвостом на Шиничи, но тот воспользовался преимуществом того, что был на суше, и увернулся от удара, выбив оружие из хвоста Асуры ударом наотмашь, ударив Асуру по голове. Внезапная смена событий ошеломила меня, и в ту секунду я подумал, что он почти мертв, но Юкимура как раз вовремя схватил Шиничи за руку, используя свое тело, чтобы блокировать удар Асуры. Я ясно видел острое оружие, пронзившее тело Юкимуры насквозь, и ужасное зрелище красного цвета, расцветающего на его кимоно. Асура немедленно издал душераздирающий крик, в то время как Шиничи в шоке смотрел на трагедию, которую он устроил своими собственными руками, отшатнулся назад и был застигнут врасплох, когда хвост Асуры выбил из него дух и снес вниз по склону.

Я оцепенело наблюдал за тем, как внезапно изменилась ситуация, все застыли на месте, тупо уставившись на Юкимуру, когда он беспомощно упал. Асура отчаянно пытался удержать Юкимуру в своих объятиях, изо всех сил стараясь унести его, который то приходил в сознание, то терял его, вверх по склону к утесу. Из-за его поврежденного рыбьего хвоста Асуре было труднее передвигаться с каждым сантиметром, затем он поднял голову и завыл на нас, это была та же жалость и отрицание, которые были у него, когда умер Юкимура, отчего мое сердце сжалось. Я никогда не ожидал, что трагедия между Асурой и Юкимурой будет необратимой, очевидно, они были так близки друг другу.

Я почувствовал себя неловко и, не задумываясь, двинулся вперед, желая помочь Асуре, но Агарес схватил меня за руку. Он уставился на Асуру и нахмурил брови, казалось, что он тоже испытывал сострадание, но он прошептал мне на ухо предупреждение:

- Держись от них подальше, иначе на тебя нападут.

Пока он говорил, я почувствовала, как Агарес крепче сжал мою руку, притягивая все мое тело к себе, прежде чем внезапно прыгнуть, я едва успел пискнуть, прежде чем все мое тело стало совершенно невесомым, мгновенное ощущение ветра, касающегося моей кожи, и ощущение моего тела, души и внутреннего органы разрываются на части.

Я чувствовал, что даже моя душа не могла угнаться за тем, с какой скоростью мы с Агаресом падаем. Казалось, что время остановилось, пока мы были в воздухе, растянутые до бесконечности и раздавленные ветром. Когда небо закружилось вокруг меня, я не мог ни видеть, ни слышать ничего отчетливо, кроме того, как крепко Агарес держал меня. Я чувствовал себя так, словно мы были стрелой, которая была выпущена и пронзила время, смерть, тьму и мир, который принадлежал нам.

В конце концов, после оглушительного звука столкновения с водой, ледяная, но приятная морская вода обняла наши тела, когда темп нашего падения замедлился. Хлещущий звук морской воды стимулировал мои уши, когда я пару раз моргнул, видя туманную и тусклую подводную среду, за мой затылок держался большая перепончатая ладонь, прежде чем я, наконец, посмотрел в пару длинных узких глаз. Пятнистый лунный свет и отблески пламени кружили вокруг моего Агареса, и его серебристые волосы, покрытые тусклым сиянием под водой, делали его похожим на Бога из подземного мира.

Но он хотел привести меня не в подземный мир, а в место, которому принадлежим мы с ним, но даже если бы мы отправились в подземный мир, да, я бы все равно приготовил свое сердце следовать за ним, как мотылек за пламенем.

Помня об этом, я протянула руки, чтобы обнять того, кого я называю своим возлюбленным. Хвост Агареса обвил обе мои ноги, нежно, но крепко, как будто он хотел дюйм за дюймом втереть меня в свою плоть и кровь. Я погладил его по щеке, в то время как он прижался к моей переносице, прежде чем глубоко поцеловать меня. В одно мгновение мне внезапно захотелось заплакать - потому что мы с Агаресом наконец-то воссоединились друг с другом.

Раздался глухой удар…

Звук плещущейся над моей головой воды вырвал меня из потока мыслей. Посмотрев вверх, в воду, я увидел рассеянный лунный свет, падающий на пару связанных вместе теней, я не мог сказать, жив Юкимура или мертв, но я мог видеть, как Асура крепко держал его, его хвост покачивался среди горящих руин, он все глубже погружался в морскую воду, в конце концов исчезая из поля моего зрения.

- Сможет ли Юкимура выжить, Агарес? Может ли материнское гнездо русалок исцелять... людей, которые не превратились в русалок?

Я невольно сжал кулак, мое сердце было похоже на камень, тонущий в море. Я взглянул в сторону Агареса и увидел, что у него было такое же задумчивое лицо, когда он смотрел в ту сторону, куда они отправились, не отвечая на мой вопрос, но вместо этого крепче обхватывает меня за талию, быстро поднимая на поверхность, и мы поплыли до костлявого рифа под скалой.

Агарес отнес меня к плоскому камню и сам оперся на него, прежде чем лечь, обнимая меня. Он отчаянно хватал ртом воздух, его грудь вздымалась, как при землетрясении, влажные тяжелые вздохи касались моей щеки. Я знал, что после всех этих метаний мой всемогущий господин был гораздо более истощен, и, конечно, моя энергия по сравнению с ним тоже была истощена, даже дышать было тяжело.

Свернувшись калачиком в его объятиях, я уныло смотрела на восход солнца, когда он вдалеке встречался с морем. Рассвет медленно забрезжил над горизонтом моря и неба, яркие лучи света просачивались сквозь темно-синие занавески, рассеивая сероватую пелену тумана, которая пронизывала море, освещая все, кроме рифа, затененного утесом. Я чувствовал себя в полной безопасности, черт возьми, я понял, что после встречи с Агаресом я постепенно полюбил ночи и стал таким же одержимым, подобно его привязанности.

Я закрыл глаза, прижавшись губами к груди над сердцем Агареса, слегка целуя его, пахнущего морской водой, как преданный ученик, не в силах устоять перед желанием высунуть язык, потому что это было единственным способом убедиться, что он действительно рядом, прежде чем я поддамся сну. Что он действительно пересек время и пространство и слился со своим прошлым "я", чтобы стать моим "сашими" вновь. Может быть, из-за того, что я был свидетелем непредсказуемого финала Асуры и Юкимуры, мое сердце было полно беспокойства. Всплеск адреналина после падения в океан длился всего минуту, в мгновение ока он сменился нервирующим чувством неловкости. Черт возьми, я продолжаю думать, что все это похоже на сон, что это всего лишь мое воображение.

- Дешаров? О чем ты задумался?

Его глубокий голос пронесся по его горлу и отразился в моих ушах. Влажная перепончатая ладонь обхватила мой затылок, кончики его пальцев слегка расчесали мои растрепанные мокрые волосы, откидывая челку, закрывающую глаза. Он посмотрел на меня из-под опущенных век, взгляд его глаз были нежным и соблазнительным, почти заставляя меня отбросить свои сомнения на задворки сознания. Я опустила голову к его переносице, посмотрела ему в глаза и тихо спросил.

- Сможет ли Юкимура выжить в Атлантиде?

Агарес немного помолчал.

- Я не могу сказать наверняка. Материнское гнездо способно исцелять всех птенцов, но ни один человек никогда не входил в него.

- Я молюсь, чтобы судьба была благосклонна к ним, дорогие Небеса, - я глубоко вздохнул и уткнулась головой в его шею, сонливость накатывала на меня волнами. Я собирался заснуть, но как только подул ветер, я почувствовал неудобную мокрую и липкую ткань, оставшуюся на моем теле.

Было нелегко оторваться от его тела, но мне кое-как удалось снять с себя изодранную одежду, прежде чем снова прильнуть к нему. Этот контакт кожа к коже, казалось, сделал его вполне счастливым. Его глаза были полуприкрыты, как будто он мог заснуть в любой момент. Его перепончатые когти нежно поглаживали мою спину, как будто он ласкал детеныша, его хвост шлепал меня по лодыжке в удобном темпе, время от времени брызгая водой на заднюю часть моей икры, как крошечные искорки. Это заставило меня вспоминать прошлое, ту сумасшедшую ночь, которую я провел с младшим Агаресом на рифе.

Я соблазнил его младшего, хотя он помнил это мысленно, можно сказать, что он не испытал этого физически. Интересно, что бы он почувствовал, если бы вспомнил, что произошло той ночью. В оцепенении я радовалась своим догадкам, обводя пальцами контур лица Агареса, но затем мое запястье было схвачено его перепончатыми когтями, когда он наклонился и страстно лизнул мочку моего уха.

- Дешаров, всякий раз, когда ты думаешь обо мне, я чувствую, о чем ты думаешь, - его голос звучал низко и хрипло. - Я рад твоей инициативе, поэтому, когда у тебя снова начнется течка, позволь мне испытать это вновь.

- Ты ненасытный ублюдок! - смущенно выругался я, а мои уши смущенно вспыхнули. Я схватил его за уши, но Агарес укусил меня за подбородок, его адамово яблоко перекатывалось от сдерживаемого смеха, он небрежно терся перепончатыми когтями о мою голову. Я опустил голову и нахально прикусил его перепончатое ухо, совершенно без сил. Он прижал мою голову к своей груди, ласково бормоча.

- Спи, Дешаров, прежде чем мы покинем эту временную шкалу и закроем канал, нам нужно уладить кое-что важное.

- Что бы это могло быть?

- Неожиданный незваный гость, я не ожидал, что он будет таким живучим, - Агарес закрыл глаза. - Он пришел из нашей первоначальной временной шкалы, и у него может быть возможность прервать развитие событий, произошедшее в этой временной шкале.

Мое сердце на секунду заколотилось:

- Ты говоришь о… Рейне?

Глава 98

- Да. Когда я пошел искать тебя, я увидел, как этот человек смешался с солдатами и вошел в лабораторию. Он знает о секретах, о которых ему не положено знать. Предположим, что он когда-нибудь раскроет эти секреты… Возможно, это может повлиять на всю судьбу нашего вида.

- Какие секреты? - спросил я, голова была тяжелой от сонливости, я потер глаза и спросил, не подумав.

- О том, как "йойла" способна превращать людей в русалок. В лаборатории все еще осталось несколько спор, и я должен вывезти их с острова сегодня, вечером.

- Там еще что-то осталось? Так вот где они?

- Да. Несколько уже были расчленена этими людьми. Мы отличаемся от людей, тела русалок, если их не разорвать в клочья, не умрут при попадании обычных атак, вместо этого они впадут в спячку для регенерации и исцеления. Однако, как только детеныши оживут, их мозг станет таким же, как у ребенка, что позволит легко манипулировать ими. Как только способности русалок будут обнаружены и использованы людьми, последствия будут ужасными… Сегодня ночью будет шторм, это может помочь нам взять остров под свой контроль.

Голос Агареса был низким и глубоким, как будто уговаривал меня заснуть, но в нем чувствовалась нескрываемая холодность. Сказав это, он лизнул мое лицо, нежно взял за нижнюю часть икры своей перепончатой лапой и перевернул меня под своим телом, пристально глядя на меня.

- Дешаров, сегодня ночью будет жестокая битва.

- Тогда, вождь, твой самый преданный потомок будет сражаться с тобой до конца, - я взглянул на него и хихикнул, говоря тихо, но твердо. Но прежде чем мои слова успели сорваться с губ, надо мной нависла темная тень и чьи-то тяжелые губы накрыли мои, у меня было время только произнести "ву’.

Его язык безжалостно нырнул прямо в мой рот, нежно исследуя его уголки, целуя меня до тех пор, пока у меня не закружилась голова и не ослабли колени.

Я протянул руки, чтобы обнять его тело, и не смог устоять перед искушением провести ладонями по широкой спине, пальцами измерить каждый дюйм его мощных мышц, провести по выпуклостям его позвоночника, запоминая количество и размер в своей голове.

Я не знаю, зачем я это делал, но, может быть, это были причуды исследователя - черт возьми, я слишком сильно влюбился в этого старого негодяя, настолько глубоко, что даже хочу запомнить размеры его тела, но разве это не романтично?

Агарес сразу же перестал целовать меня, сглотнул слюну и криво улыбнулся.

- Ты меня соблазняешь? Мы не можем сейчас спариваться, это сильно ослабило бы меня.

- Эй, похоже, человек, который умирает с голоду, - это ты, мой господин. Я не такой, как ты, жаждущий каждую минуту, как старый извращенец!

Не зная, плакать мне или смеяться, я бросила взгляд вниз, на перемену, которую почувствовала некоторое время назад, и слегка подтолкнул ее ногой.

Широкая похотливая улыбка появилась на его лице, эта его улыбка выглядела по-настоящему опасной, и вскоре его перепончатые когти вцепились в мою лодыжку. Следует отметить, на мне не было ни единого предмета одежды, вся моя нижняя половина была обнажена перед ним, он смотрел на мою голую задницу, его пристальный взгляд насиловал меня.

Я тут же смущенно прикрылся, но мои лодыжки были крепко связаны, а затем сжаты вместе, как будто это было наказанием.

- Черт возьми, не делай этого. Я боюсь щекотки!

Я испуганно вскрикнула, но Агарес радостно рассмеялся “хо-хо-хо” и только крепче сжал их, вместо того чтобы отпустить. Он поднял веки, его пленительные глаза были подобны магниту, притягивающему мой взгляд. Когда он высунул язык и сильно облизал подошвы моих ног, даже пальцы на ногах. Это было так щекотно, что возбуждало мои нервы снизу доверху, что, если бы я вовремя не прикрыл рот, я бы закричал.

- Эй, эй, Агарес!

Я без разбора молил о пощаде, но мои конечности подкосились как раз в тот момент, когда я был готов свалиться с рифа. Агарес быстро поймал меня в свои объятия, но он упал в море вместе со мной, в то время как половина моего тела погрузилась в воду. Я, задыхаясь, подтянул ноги к животу, а затем мстительно пнул его скользкий проклятый хвост. Его рука обхватила меня за талию и потянула обратно на риф, крепко держа меня в своих объятиях, тщательно слизывая воду, которая брызнула мне на щеки, как большая надоедливая собака.

Я прищурила глаза, чтобы избежать его языка, на душе у меня стало тепло и искристо. Наше подшучивание было таким детским, смутно напоминая мне о моей юности, проведенной вместе с ним, но тогда Агарес не сделал бы со мной ничего "чрезмерного". Без сомнения, он видит во мне свою любовницу и пару, хотя иногда бывают поступки, которые заставляют меня чувствовать, что он видит во мне юного сопляка.

Странно, но когда меня осенило это осознание, я, казалось, привык к такой манере подшучивания. Я неосознанно отказался от всех знаний и логики, которым научился, принимая и осознавая эту невероятную любовь - что я стал геем и влюбился в существо другой природы. Но я чувствовал, что мне очень повезло.

Я лизнула его в губы, мой рот изогнулся в легкой улыбке.

Агарес положил мою голову на свое плечо, пристально глядя на меня глубокими глазами, как будто читая мои мысли, его губы коснулись моего лба, глубоко вдыхая мой запах. Я уткнулся головой в его шею и окунулся в знакомый запах. Это приятное чувство заставило огромную волну усталости нахлынуть на меня, заставив мои веки бесконтрольно опуститься, и я заснул, утопая в аромате Агареса.

Смутно я услышал, как вокруг меня снова стали слышны звуки войны.

Открыв глаза, я обнаружил, что нахожусь в море серого тумана. Моя нижняя половина превратилась в рыбий хвост. Море было усеяно горящими обломками, взрывающиеся крики самолетов пронзали небо, артиллерийский огонь был подобен крошечным метеорам, несущим в море яркое пламя, превращая воду в адское пламя.

Там было бесчисленное множество изуродованных трупов как русалок, так и людей, я волочил свой рыбий хвост, плавая вокруг, стараясь не попасть под бесконечные падающие обломки, чтобы не стать одним из трупов.

Я был вне себя от ужаса, потому что Агареса не было рядом со мной. Я не верю, что он мог быть среди этих плавающих трупов, но я не мог не волноваться. Я плавал среди трупов, хватая каждый труп русалки, проплывавший мимо меня, и осматривал его, дрожа от волны ревущего пламени:

- Агарес… Агарес… Где же ты?

Раздался грохот…

Внезапно сверху словно прозвучал раскат грома, заставивший меня вздрогнуть и внезапно очнуться от кошмара. Я открыл глаза и увидел, что уже наступила ночь и в небе надо мной собираются темные тучи, признак надвигающейся бури. Попытавшись подняться, я обнаружил, что Агареса на самом деле рядом со мной нет. Риф, на котором я лежал, казалось, был окружен каким-то ураганом, поскольку бесчисленные морские птицы летали низко и плотно, как пчелы, летающие вокруг улья. Этот вид был точно таким же, как в первый раз, когда я увидел, как Агарес демонстрирует свою способность управлять "силовым полем’.

Однако, что отличалось от того времени, так это то, что я был удивлен, увидев плавающие на поверхности моря флуоресцентные голубые светящиеся шары, состоящие из точек и линий, образующих странный узор в форме круга, что делало его похожим на какой-то звездный узор, круги на полях или что-то в этом роде… какое-то древнее здание.

Неужели меня похитит НЛО, черт возьми?! Я взобрался на риф и постоял там, высматривая фигуру Агареса, но в одно мгновение "ураган" утих, и морские птицы улетели. Вслед за звуком разбивающейся позади меня воды пара мокрых перепончатых когтей внезапно схватила меня за икры, напугав до чертиков. Я поскользнулся и упал навзничь, угодив прямо в крепкие и мокрые объятия. Его хвост вовремя поддержал мою задницу над водой и поднял меня обратно на риф.

- Дешаров...

Низкое гудение Агареса звучало у меня в ушах, его перепончатые когти держали меня за щеки и приподнимали подбородок, его красивое лицо, до боли знакомое, было совсем рядом. Я смотрел на него еще некоторое время, паника все еще оставалась в моем сердце, в то время как ужас, который я испытал во сне, медленно исчезал.. Ах, я не потерял Агареса, он рядом со мной, он действительно здесь.

- Что ты делал? Я подумал, что ты, только что...

Я тяжело задышала и сухо сглотнул.

- Такая погода позволяет моей ‘жизненной силе’ становиться сильнее, я пытался набраться энергии, - Агарес посмотрел на темные тучи, сгущающиеся над нашими головами, пока он говорил, он опустил свои перепончатые когти в воду, и я сразу же увидел голубое свечение, похожее на электрическое, и несколько рыб выпрыгнули из воды, как будто пораженные электрическим током, побелев, как только они приземлились на риф.

- О мой Бог!

Я стоял, онемев, и подбирал этих мертвых рыб, от их тел исходил запах гари. Агарес способен испускать сильный ток, чтобы убивать свою добычу и врагов, совсем как большой электрический угорь. Я был поражен, но мой желудок выбрал именно этот неподходящий момент, чтобы заурчать перед лицом такого удивительного научного чуда. Мое тело решило проголодаться. Хотя это действительно удобный навык, я мог возложить надежду за добычу пищи на Агареса. Я понюхал рыбу у себя в руке и поднял глаза на Агареса, но увидел, что он игриво смотрит на меня, как будто находил мои действия забавными.

- Пожалуйста, продолжай совершенствоваться, мой господин! - я поднял руки и крикнул ему с набитыми щеками, поедая вкуснейшее мясо и наблюдая, как он продолжает свои упражнения. Похоже, ему было интересно покрасоваться передо мной. Агарес продолжал убивать плавающих рыб электрическим током, его атаки с каждым разом становились все точнее, с каждым разом все дальше, быстрее, один удар был почти таким же мощным, как выстрел из пистолета.

Я заметил, что каждый раз после удара током чешуя, покрывающая бока его тела, слегка подрагивала, как крылья колибри, напоминая мне бока электрического угря. Эти угри вырабатывают электричество за счет движения тысяч тонких мышц по обе стороны их хвоста, когда эти мышцы работают, они похожи на бесчисленные крошечные батарейки, а когда они соединены, они излучают чрезвычайно высокое напряжение. То, как тритон испускал электрический ток, вероятно, подчинялось той же логике. Его мощность определенно была намного больше, поэтому напряжение, которое он излучал, определенно выше, чем у электрического угря. Электрические угри могут убить взрослого человека на расстоянии от трех до шести метров, означает ли это, что Агарес может сделать то же самое? Насколько велика была его текущая сила?

Размышляя об этом, я, не задумываясь, протянул руку и робко приблизилась к его спине, уставившись на эти дрожащие чешуйки, но моя щека онемела.

Агарес сразу же развернулся и прижал меня к рифу, его большие и узкие глаза расширились:

- Что ты делаешь, Дешаров?

- Я… Мне немного… Любопытно, я действительно не буду к этому прикасаться, но я просто хочу почувствовать твою силу, -  я сухо рассмеялся. - Конечно, на расстоянии.

Сказав это, я поднял руку и добавил, чтобы показать, что меня не обожгло его электрическим током.

- Эй, этот навык довольно крутой, ты можешь научить ему меня?

- В конце концов, ты научишься этому, Дешаров, - перепончатые когти Агареса коснулись моих бедер, ощущение покалывания в его ладони с небольшим остаточным статическим электричеством сделало мою талию мягкой, когда он приблизился ближе к моему уху. - Как только у тебя появится собственный хвост. Прямо сейчас ты…

Внезапно невдалеке раздался странный шум. Я пошел на звук и увидел огни, загорающиеся на побережье по диагонали напротив рифов. Агарес немедленно затащил меня в воду, и, скрытые за рифом, мы подплыли ближе. Там был пришвартован военный корабль, и сотни солдат собрались возле порта, а на корабль небольшими группами перевозили десятки коробок, в которых, очевидно, находились юные русалки.

Я понял, что эти японские солдаты, возможно, планируют сбежать с этого острова и, кстати, забрать оставшихся мальков русалок:

- Агарес!

- Подождем, пока они не выйдут на середину моря, - Агарес направился в указанном направлении, слегка приоткрыв губы и демонстрируя свои белые клыки.

Глава 99

Когда японские войска, находившиеся на пляже, поднялись на борт военного корабля, в небе раздался громкий грохот, и из давно сгущающихся темных туч полил проливной дождь. Волны вздымались, заставляя военный корабль постепенно покидать остров.

Мы с Агаресом прятались в темной морской воде, следуя курсу военного корабля. Воспользовавшись инерцией шторма, мы заставили военный корабль замедлить движение среди волн. Агарес быстро подхватил меня, и мы нырнули под дно военного корабля. Над головой было несколько винтов, которые гнали корабль вперед, борясь с сопротивлением волн и превращая море в хаос. Я предположил, что Агарес намеревался использовать силу своего электрического тока, чтобы вывести из строя двигатель военного корабля. Но как раз в этот момент он внезапно отпустил мою руку и обвился своим хвостом вокруг моего тела. Прежде чем я успел осознать его действия под водой, перед моими глазами вспыхнула ослепительная голубая сфера и устремилась прямо к винтам!

Скрип-скрип.

В то же мгновение пронзительный звук трения винтов разнесся над головой, как крик. Когда взорвался сгусток белого света, я обнаружил, что Агарес поднимает меня вверх и я выпрыгнул из моря. Беспомощный военный корабль казался безголовой мухой, сбившейся с курса. Независимо от того, каковы были истинные намерения Шиничи и его сообщников и какие зловещие планы они вынашивали в отношении юных русалок, бескрайнее море этой ночью станет их “конечной точкой”.

Воспользовавшись высокой волной, мы бесшумно взобрались на корму военного корабля. Это была платформа, напоминающая наблюдательный пункт, с небольшой смотровой комнатой. Я заметил двух солдат, стоящих внутри. Однако в такую штормовую ночь, как эта, в темноте и под порывами хлесткого ветра, им было бы нелегко обнаружить меня и Агареса. Мы пригнулись, осторожно маневрируя вокруг смотровой комнаты, и воспользовались тем, что палубные фонари сканировали в противоположном направлении, чтобы проскользнуть мимо. Агарес вцепился в мое тело, и мы молниеносно нырнули в узкую щель под палубой. Это было темное и сырое помещение.

Я огляделся и обнаружил, что на переборках с обеих сторон был аккуратный ряд выемок, через которые можно было видеть внешний мир. Похоже, это был трюм для отвода дождевой воды, но вокруг чувствовался слабый запах крови, который заставил меня немного понервничать.

- Это запах молодых русалок, смешанный с человеческой кровью. Забирайся мне на спину.

Агарес понизил голос у меня за спиной, и, обернувшись, я увидел, как он пригнулся и без колебаний поднял меня к себе на спину. На мгновение я опешил, но он уже был похож на большого крокодила, несущего своих детенышей, используя свои сильные руки, чтобы поддерживать как мой вес, так и свой собственный. Его длинный рыбий хвост скользил и покачивался позади него, пока мы ползли вперед с поразительной скоростью. Я был уверен, что даже если бы я встал и побежал, то не смог бы превзойти скорость скольжения Агареса. Если бы кто-нибудь случайно пришел сюда на разведку, он наверняка был бы до смерти напуган нами.

Мы проследовали за источником кровавого запаха и углубились во внутренние помещения дренажной кабины. Сквозь щели в верхней палубе слабо просачивался свет, и время от времени слышались отрывистые шаги. Запах крови становился все сильнее, и я заподозрил, что мы проникли во внутренние помещения военного корабля, где, вероятно, неподалеку хранились юные русалки. Внезапно я услышал голоса двух человек, доносившиеся сверху, но поскольку палуба была звукоизолирована, я не мог разобрать, о чем они говорили. Итак, я выпрямил спину и прижался ухом к потолку палубы. Агарес перевернулся и уставился на меня, явно тоже заметив суматоху над нами.

- Так значит… Его мутация уже началась?

- Сейчас есть некоторые реакции отторжения, но это все еще находится в контролируемой стадии. Внутри него растут органы русалки, а его ноги находятся в фазе слияния. Ожидается, что вскоре он примет облик русалки.

- Это чудо… Из тридцати испытуемых выжил только он. Позвольте мне взглянуть на этого человека с неиссякаемой жизненной силой, Левджет.

- Пожалуйста, входите.

Я стоял там, приоткрыв рот и застыв в шоке. Что меня поразило, так это не только упоминание об эксперименте по пересадке органов русалки в человеческое тело, но и личности двух участников разговора — одним был чудом выживший Шиничи, а другой оказался моим собственным дедушкой. Это звучало так, как будто они вместе участвовали в этом ужасающем исследовательском проекте. Как такое могло быть? Как мой дедушка мог работать с Шиничи? Были ли все его проявления любви ко мне всего лишь фасадом? Рассматривал ли он меня также как приманку в их ужасном плане?

Нет… нет, возможно, Шиничи вынудил его.…

Когда я мысленно подчеркнул это, многие разрозненные вопросы из моих воспоминаний сошлись воедино, словно образуя зеркало, в котором постепенно отражались некоторые странные переживания из моего детства. Это безжалостно указывало на возможность, в которую я не мог и не хотел верить. Жуткий сон, который приснился мне несколько лет назад, внезапно прояснился в моем сознании — интерьер белого здания, я сам в молодости и другие дети, проходящие обследование вместе…

Эта сцена действительно существовала в моем детстве, и она была тесно связана с моим дедушкой.

Мой мозг гудел, и холодный пот капал с моего лба.

- Дешаров? - Агарес пристально посмотрел на меня своими глубокими глазами.

Внезапно он крепко обнял меня за шею и притянул в свои объятия, как будто знал, о чем я вспоминаю. Его перепончатый коготь нежно погладил меня по спине, стараясь утешить. Тем не менее, я не мог перестать покрываться холодным потом, и мои мысли метались, как сбежавшая лошадь в тоннеле воспоминаний, улавливая слабые следы тех забытых воспоминаний.

Я вспомнил, когда мне было шесть лет и я жил в Норвегии, мой дедушка каждый месяц возил меня в больницу. Там показатели моего организма тщательно измерялись и регистрировались, а образцы волос, крови и даже слюны брались один за другим. Однако, благодаря спорам Агареса, в моем организме не было никаких заболеваний. Итак, какова была цель таких частых медицинских осмотров? И какова была цель доставки этих маленьких детей моего возраста в ту больницу?

Я сжал кулак, и мой голос, казалось, был похож на шипение сквозь тесно сжатые зубы, но невольно губы растянулись в горькую улыбку.

- Черт возьми... Я не могу осмелиться заподозрить что-то подобное. Агарес, может быть, я просто жертвенный агнец, рожденный для заговора! Черт возьми!

Перепончатые когти на моей спине задрожали и внезапно сжались вокруг моего тела, крепко обнимая меня. Его нос прижался к моему лбу, а губы заглушили мои невысказанные слова. Мои ноздри наполнились запахом Агареса. Я подсознательно запустил пальцы в его волосы, словно хватаясь за спасительную соломинку, опустился на колени, опустил голову и уткнувшись лицом в изгиб его шеи. В моем сердце словно яростно боролись два зверя. Я не хотел сомневаться в своем впечатлении о дедушке, который очень заботился обо мне и тоже был вовлечен в этот заговор. Но теперь то, что я знаю, до крайности противоречит моим прошлым воспоминаниям. Зажатые между моими укоренившимися эмоциями и, казалось бы, логичными рассуждениями, мои мысли внезапно потеряли направление.

- Скажи мне…Агарес, ты знал, что мой дедушка замешан во всем этом? Ты знал? - я глубоко вздохнул и с трудом едва слышно спросил.

Агарес некоторое время молчал, и я почувствовал, как кончики его пальцев нежно потирают основание моего уха, как будто он в чем-то сомневался. Теперь я уверен, что Агарес знал то, о чем я хотел спросить. Я сжал его запястье и посмотрел на него снизу вверх.

- Если ты что-то знаешь обо мне, то не скрывай этого от меня! Я хочу узнать себя. Я отправлюсь с тобой в Атлантиду, но только если… узнаю правду. В противном случае я оставлю тебя и выясню то, что хочу знать самостоятельно.

- Дешаров! - его тело напряглось, его эмоции, казалось, были вызваны моими словами. - Твой дедушка, человек по имени Левджет, когда-то был эмиссаром, которого я отправил в мир людей.

- Эмиссаром? ты хочешь сказать, что мой дедушка изначально был русалкой?

- Да, сто лет назад я планировал начать крупномасштабную войну против человечества.

- Почему? - удивленно спросил я.

- Для выживания, - Агарес прищурился. - Океаны Земли служат внешним защитным слоем Атлантиды. Чем серьезнее ущерб, который люди наносят морям, тем в большей опасности оказывается Атлантида. Наша нормальная репродуктивная система была полностью нарушена потеплением морской воды. Чтобы предотвратить исчезновение наших потомков навсегда, мы разработали другой метод увеличения нашей популяции.

- Путем вторжения и ассимиляции людей на клеточном уровне?

Агарес кивнул.

- Итак, я отправил нескольких отличных эмиссаров, надеясь, что они будут имитировать человеческие генетические вариации и размножаться с человеческими женщинами, чтобы зачать потомство. Затем, благодаря расселению и трансформации ‘иолы’, все получившиеся в результате самцы вернулись бы в нашу родословную, став нашими воинами, чтобы помочь нам в ведении этой войны и завоевании океанов.

Я недоверчиво покачал головой, представив себе сценарий настоящей войны между мерфолками и людьми, а затем внезапно вспомнил текущую ситуацию в Атлантиде и подсознательно пробормотал.

- Но ваш военный план был прерван этой внезапной ядерной бомбой....

- Если бы Атлантида не была разрушена, мы бы покорили океаны. Мы бы стали хозяевами морей, - прошептал мне на ухо Агарес, делая ударение на последних слогах.

Потирая кожу между бровями, я почувствовал, как во мне бурлит смесь эмоций. В тот момент я не знал, как реагировать на Агареса. Как потомок как людей, так и русалок, я, конечно, не мог не испытывать чувства печали по поводу нынешней судьбы Атлантиды. Но в глубине души я не мог заставить себя от всего сердца поддержать Агареса или признать его идеал настоящей утопией. Я не хотел быть свидетелем крупномасштабной войны между мерфолками и людьми, поскольку она, вероятно, была бы такой же разрушительной, как мировая война, невообразимой катастрофой сама по себе.

- Я знаю, о чем ты думаешь, Дешаров, - Агарес нежно погладил меня по голове. - Ты не обязан соглашаться со мной. Как и у людей, среди русалок есть разногласия. Левджет - один из них. Он родился раньше меня и старше меня. Он единственный старейшина, который имеет право конкурировать со мной за руководящую должность. Я должен был понять, что у него были экстраординарные амбиции. После того, как Атлантида была разрушена, он начал сотрудничать с людьми, чтобы развить свою собственную силу. И с помощью какого-то наркотика он сохранял свою человеческую форму в течение длительного периода, намереваясь контролировать оставшихся молодых русалок и амбициозную человеческую армию, чтобы занять мое место. Когда я обнаружил его предательские намерения, я убил его.

Я сильно вздрогнул и посмотрел на него в шоке.

- Значит... кораблекрушение, когда мне было шесть лет, на самом деле не было кораблекрушением…ты появился там, потому что…

- Да. Я не мог допустить, чтобы он продолжал использовать тебя. Ты действительно потомок его союза с человеческой женщиной, но именно я защищал тебя и любил в детстве. Ты понимаешь, Дешаров? Я твой единственный истинный предок, - сказал Агарес, схватив меня за подбородок и встретившись своим глубоким взглядом с моими глазами. - Ты не должен печалиться из-за него.

В его глазах, казалось, была паутина, готовая полностью окутать меня, не оставляя места для побега. Мои мысли спутались, как будто мои воспоминания были шахматной доской, которую полностью перевернули, и все фигуры сдвинулись со своих первоначальных позиций.

Однако в этот момент сверху донеслись слабые звуки. Агарес внезапно сел, пристально уставившись в потолок. Его заостренные уши в форме крыльев навострились, как будто он к чему-то внимательно прислушивался. Я затаил дыхание и сосредоточил свое внимание. Когда я это сделал, я заметил, что все окружающие звуки стали яснее и отчетливее. Очевидно, мои слуховые ощущения также усилились после того, как мое тело подверглось мутациям. За панелью кабины не было слышно никакого необычного шума, только писк приборов, постукивание шагов по полу и журчание воды, как будто живые существа дышали под водой и издавали эти звуки.

Агарес уставился вверх.

- Пришло время…

- Время для чего?

Растерянно спросил я, но Агарес оттащил меня в сторону и поднял свою перепончатую лапу, постепенно приближаясь к верхнему люку. Чешуйки по бокам его тела задрожали со скоростью, невидимой невооруженным глазом, и сгусток синего электрического света собрался в его ладони с “шипящим” звуком. Крошечные электрические нити проскакивали между его пятью пальцами, и даже на расстоянии я все еще чувствовал, как мои волосы притягиваются статическим электричеством. В тот момент, когда его ладонь коснулась люка, весь корабль задрожал, и в одно мгновение суматоха наверху распространилась во все стороны подобно взрыву.

- Что здесь происходит?

- Черт, эти подопытные, похоже, подверглись какой-то мутации. Мы быстро теряем контроль, доктор Бинь Е, мы должны вызвать подкрепление!

Среди этого хаоса над головой быстро раздались две пары торопливых шагов. После тяжелого звука закрывающейся двери каюты сверху донеслись жуткие и леденящие душу странные визги, сопровождаемые скрипящими и царапающими звуками, как будто множество рыбьих хвостов раскачивалось над головой и раскаивались во все стороны. Непрекращающийся звук бьющегося стекла наполнял воздух, и исходил резкий запах препаратов, когда жидкость просачивалась сквозь щели над нами.

- Это будет настоящий праздник, Дешаров, - Агарес убрал свой перепончатый коготь, его губы изогнулись в леденящей душу улыбке.

У меня перехватило дыхание, и я почувствовал, что вот-вот стану свидетелем чего-то невообразимого. Следуя за Агаресом, мы продолжили пробираться к дренажному отсеку, преодолев значительное расстояние. Мы достигли другого конца военного корабля. Сквозь узкие щели я увидел нос корабля, заполненный японскими солдатами. Они нервно подняли оружие, целясь в определенную точку над нами. По доносившейся сверху суматохе я понял, что мутировавшие “подопытные”, скорее всего, сбежали из камер.

В этот момент откуда-то донесся громкий выстрел, сопровождаемый "хлопком", и в одно мгновение воцарился хаос.

Звук скребущих по земле рыбьих хвостов пронесся над головой, и в одно мгновение десятки темных фигур обрушились подобно буре, подобно темному облаку, разворачивающемуся посреди бури, атакуя солдат, которые подняли свои ружья, чтобы выстрелить!

Я лишился дара речи, когда обнаружил, что это была группа расчлененных и выпотрошенных молодых русалок. Из их пустых брюшных полостей текла черная жидкость, их органы были удалены, а разорванная плоть почти волочилась по земле, напоминая орду мстительных трупов, выползающих из могилы. Солдаты были в ужасе от этого чрезвычайно ужасного зрелища, едва успев среагировать, прежде чем молодые тритоны набросились на них, безумно кусая и разрывая их тела. Крики агонии и звуки раздираемых конечностей переплетались, напоминая кипящий котел с водой среди грома и молний.

Несколько солдат, на которых, к их счастью, не напали, изо всех сил пытались доползти до дренажного отсека, где мы находились. Однако они были напуганы ударом электрическим током, нанесенным Агаресом на палубе, и отползли назад, снова оказавшись в гуще ожесточенной битвы с пьяными молодыми морскими жителями. В одно мгновение их тело и голова были разорваны на части и съедены, их тела отвратительно превратились в груду изуродованной плоти.

Некоторые несчастные особи были растерзаны молодыми русалками заживо. Их животы были вспороты, и жаркие внутренние органы были жадно съедены, сопровождаемые волной леденящих душу криков агонии.

Сцена была сравнима с кровавой сценой прайда львов, безжалостно выслеживающих свою добычу в африканской саванне. Шиничи, должно быть, никогда не ожидал, что их постигнет такая ужасная участь - встретиться с настолько ужасными последствиями. Вероятно, это было просто наказание, соответствующее их преступлениям. Я, наконец, понял значение “ожесточенной битвы” в устах Агареса.

- Дешаров… - голос Агареса внезапно зазвенел у меня в ушах, заставив меня вздрогнуть и выйти из ужасающего транса, в котором я находился.

Я повернул голову, и вспышка молнии внезапно прорезала небо, бросив бледный свет на лицо Агареса. Я был ошеломлен холодной, кровожадной улыбкой на его лице. Я мог бы сказать, что Агарес был взбудоражен этой безжалостной, мстительной расправой, поскольку вены на его шее пульсировали, как пружины, показывая его волнение.

- Ты боишься? - он опустил голову, наклоняясь ближе к моему носу.

- Немного, - я нервно сглотнул, мои нервы подпрыгивали вверх-вниз вместе с криками, эхом отдававшимися в моей голове.

Он немедленно притянул меня в свои объятия. Его прерывистое, влажное дыхание коснулось моего лица, и его низкое рычание проникло в мои барабанные перепонки:

- Дешаров, это наш закон выживания. Тот, кто посмеет причинить нам вред, столкнется с десятикратным, стократным возмездием. Даже само море поможет нам.

Казалось, теперь я мог видеть Агареса более ясно, наконец-то смог понять, что скрывается за его глубокой привязанностью к морям. Как и многие грозные и воинственные короли среди людей, Агарес, как лидер морского народа, был кровожадным и жестоким по натуре. Он верил в использование насилия для противодействия насилию, и, возможно, это был самый прямой способ положить всему этому конец. Вдохновитель этого заговора, должно быть, действительно сожалеет, что спровоцировал его. Мне было интересно, где сейчас прячутся Шиничи и Рейн, дрожа от страха? И, конечно же, там был мой дедушка, или, скорее, было бы уместнее называть его старейшиной морского народа…

Как раз в тот момент, когда я думал об этом, пронзительный визг внезапно раздался неподалеку. Молодые русалки, которые злобно нападали на солдат, в одно мгновение застыли. Взгляд Агареса потемнел, и облако мрака покрыло его лицо. Ужасное предчувствие немедленно охватило меня.

- Выходи… Король, я чувствую, что ты здесь… Ты все еще прячешься внутри, защищая свою маленькую человеческую пару?

Отдаленный крик становился все ближе и ближе, пока не разнесся эхом над нами. Агарес пристально посмотрел на меня. Было ясно, что дуэль неизбежна, но он беспокоился о моей безопасности. Я крепко обнял его, уткнувшись головой в его шею, жадно вдыхая его запах.

- Мой вождь непобедим.

- Пока все не закончится, не выходи, Дешаров, - Агарес пристально посмотрел мне в глаза, его веки опустились. Его губы прижались к моей ладони, очевидно, они были холодными как лед, но я чувствовал себя так, словно меня прижгли раскаленным железом. Звук, когда он произнес мое имя, эхом отозвался глубоко в моем сердце.

Я кивнул, и Агарес немедленно вышел.

Его длинный черный рыбий хвост приподнялся, а бледная мускулистая фигура излучала леденящее сияние в темноте. Он стоял посреди бури, как статуя греческого героя, и он был моим героем, героем, сражающимся за нашу судьбу.

Сопровождаемый звуком скользящего по палубе рыбьего хвоста, я, наконец, разглядел соперника Агареса — Левджета. Он волочил за собой красивый серебристый рыбий хвост, каждая чешуйка которого ослепительно блестела в свете прожекторов. Это подтвердило, что я действительно был его потомком, продуктом его союза с человеком. Он, несомненно, был моим дедушкой, даже если во мне существовали споры Агареса. Это была неоспоримая истина.

Словно почувствовав мой взгляд, Левджет внезапно повернул голову и встретился со мной взглядом. В этот момент мы оба застыли. Как и упоминал Шиничи, между его внешностью и моей действительно было сходство, особенно наши глаза, черные, как обсидиан. Он посмотрел на меня в замешательстве, затем перевел взгляд на Агареса. Очевидно, мое появление на некоторое время сильно озадачило его.

Не давая ему больше времени понаблюдать за мной, Агарес взмахнул своим рыбьим хвостом, который превратился в черную молнию, когда он устремился к Левджету. Левджету едва удалось увернуться от атаки Агареса, изогнувшись всем телом, но он нанес ответный удар, подняв хвостовой плавник и ударив Агареса в лоб. Однако Агарес крепко схватил самую тонкую часть хвоста перепончатым когтем. Они боролись друг с другом, как два свирепых гладиатора, на данный момент их силы были равны. Я нервно смотрела на эту душераздирающую битву, мое сердце чуть не разорвалось в груди.

Однако мои опасения оказались напрасными. Сила Агареса явно была намного больше, чем у Левджета. Он крепко ухватился за кончик хвоста Левджета и, когда в его руке образовался электрический разряд, с силой ударил Левджета в грудь. После судороги Агарес безжалостно швырнул Левджета на палубу, раздался оглушительный глухой звук при ударе. Агарес схватился за чужую шею, его хвостовой плавник возвышался высоко над головой, вызывая непроизвольную дрожь в моем дыхании.

Несмотря на то, что я знал, что мой дед был вероломным заговорщиком, я все еще не мог смириться с тем, что Агарес убьет его напрямую. Однако, к моему удивлению, Агарес ударил его не сразу. Вместо этого он использовал свой острый хвостовой плавник, чтобы отрезать Левджету один из боковых плавников, точно так же, как в древние времена отбирали руку врага в качестве военного трофея.

Левджет задрожал от боли, но продолжал смотреть на Агареса, от души смеясь.

- Почему ты не убиваешь меня? Ты хорошо знаешь, что наш выводок все еще жив, и я не могу умереть вот так. Ты не боишься, что я представляю угрозу твоему положению? - затем он повернул голову, чтобы посмотреть на меня, его глаза заинтригованно блестели. Это правда, что сказал тот подопытный, утверждающий, что он из будущего? Он действительно будущий потомок меня и людей? Это невероятно. Король, неужели ты не смеешь убить меня, потому что боишься, что если я умру, он тоже исчезнет?

- То, что я сказал, правда.

Голос, который был знакомым, как ночной кошмар, внезапно прозвучал рядом со мной.

- Дешаров! - Агарес взревел и немедленно бросился ко мне, но Левджет вскочил и утащил его в море.

В следующий момент, прежде чем я успел среагировать, мое тело было вытащено перепончатой лапой. Когда я увидел фигуру перед собой, я был ошеломлен, не в силах поверить своим глазам. Неожиданным посетителем, державшимся за меня, был Рейн, с ужасающим вертикальным хирургическим шрамом, пересекающим его грудь и живот. И, что удивительно, у его нижней половины больше не было человеческих ног, а был темно-синий рыбий хвост.

- Я единственный выживший подопытный, - он опустил голову, уставившись на меня с искаженным выражением лица. В его глазах вспыхнул почти маниакальный блеск. - Тебе нравится мое новое тело, Дешаров?

Я был ошеломлен и потерял дар речи, поскольку ситуация, разворачивающаяся на моих глазах, превосходила мое понимание и принятие. Я отчаянно брыкался и боролся с хваткой Райна на моей лодыжке, пытаясь отступить в дренажный отсек. Однако с огромной силой мои ноги были вытянуты наружу, протащив меня несколько метров. Моя голова с силой ударилась о переборку, и сильная боль вызвала головокружение и чуть не довела меня до обморока на месте. Я попытался приподняться, но споткнулся и упал в лужу крови и расчлененной плоти. Пара перепончатых когтей прижалась к моей спине, и тошнотворный запах дезинфицирующего средства наполнил воздух, когда его тело тяжело придавило меня к земле.

- Я собираюсь овладеть тобой в этом новом теле, Дешаров, - Райн усмехнулся мне в ухо, и я почувствовал, как он крепко сжал мое бедро, его острые ногти впились в мою кожу. Боль и страх, казалось, пробудили во мне давно утраченную силу. Я почувствовал, как мои ноги быстро покрылись затвердевшей рыбьей чешуей, и мое тело внезапно наполнилось силой. С ревом я с силой ткнул Райна локтем в живот.

На этот раз мой удар пришелся прямо по его хирургическому шраму, заставив его скорчиться от боли. Воспользовавшись возможностью, я выполз из-под него, но только для того, чтобы снова быть остановленным его рукой. Я изо всех сил пыталась сдержать попытку Райна одолеть меня и увидел, что мои ноги действительно быстро срастаются. Из-под моей кожи выросла серебристая рыбья чешуя, и взгляд Райна переместился на мою нижнюю половину. Однако, к моему полному изумлению, он внезапно вытянул свой новообразованный перепончатый коготь, похожий на кинжал, и с силой вонзил его в шов между моими соединяющимися ногами, с силой отделяя их от растущей рыбьей чешуи.

В неописуемый момент мучительная боль пронзила все мое тело подобно удару молнии. Я не смог контролировать себя и издал душераздирающий крик. Подсознательно я свернулся калачиком и покатился по земле, чувствуя себя так, словно все мое тело было разорвано пополам. Невероятная агония заставила мое сознание на мгновение затуманиться, и все, что я мог видеть, была фигура Райна, приближающаяся ко мне. Однако в этот момент темная фигура внезапно набросилась сверху, сопровождаемая звуком ломающихся костей. Райна отбросило на несколько метров, и он рухнул на палубу.

С огромным усилием я заставил свои отяжелевшие веки открыться и увидел Агареса, вцепившегося в шею Райна со свирепым выражением лица. Кроваво-красный хвостовой плавник на конце его хвоста аккуратно перерезал горло Райна. Сумасшедший, который неустанно преследовал меня до самого конца, наконец, встретил свою смерть, даже не оставив последнего слова.

- Дешаров…

Когда я была на грани потери сознания, я услышал дрожащий, низкий голос Агареса, зовущий меня. Он бережно держал мое тело в своих объятиях, уткнувшись головой в изгиб моей шеи, глубоко вдыхая мой запах. Я слабо почувствовал, как мощное тело Агареса дернулось, и холодная жидкость потекла по моей щеке — слеза, пролитая неукротимым, свирепым лидером морского народа, моим возлюбленным. Он плакал по мне.

Честно говоря, я действительно хотел увидеть, как выглядел Агарес, когда он проливал слезы по мне, но я не мог собраться с силами, чтобы открыть глаза. Я не знал степени своих травм и не мог ясно мыслить. Мое тело испытывало такую сильную боль, что я чувствовал, как моя жизнь медленно ускользает, просачиваясь из моего тела по крупицам.

Как только я почувствовал, что полностью погружаюсь в глубины тьмы, вокруг меня раздался оглушительный взрыв. В одно мгновение мое тело стало невероятно легким, как будто я парил в воздухе, как перышко. И все же Агарес крепко держал меня, его объятия были непоколебимы, пока все ощущения не исчезли. Тишина поглотила все.

Глава 100

[2 октября 1984 года.

Сегодня 341-й день третьей мировой войны, и это мой первый день официального вступления в военно-морской флот НАТО в качестве Дешарова из Великобритании. Этот день действительно стоит отметить, хотя я понимаю, что меня ждут трудные испытания.

Я был свидетелем ужасающей разрушительной силы этих русалок, но, клянусь, я не боюсь.

Начиная с завтрашнего дня, я буду сопровождать знаменитый военный корабль “Дюк” в операции по морской блокаде Ла-Манша. Одному богу известно, как я взволнован!]

Я невольно сжал ручку в руке,  посмотрел в окно и жадно устремил взгляд на "Бегемот", стоящий на якоре в близлежащем море. Ах, это был самый крутой эсминец, который я когда-либо видел! Весь корпус был выкрашен в черный цвет для удобства ночных сражений, а корпус корабля имел изящную и стройную обтекаемую форму. Командная рубка возвышалась на носу, напоминая спину нарвала, выходящую из моря. Я и представить себе не мог, каким могучим он, должно быть, выглядит, когда плывет по ветру, рассекая волны в коварных водах, где прячутся безжалостные русалки.

[Ты благословишь меня, мой дорогой дедушка? Я.......]

- Офицеры-кадеты и гардемарины, собраться!

Внезапно из громкоговорителя над головой раздался резкий окрик. Я поспешно закрыл дневник, быстро надел ботинки и побежал вместе со всеми. Следуя за толпой, мы бросились к приподнятой платформе порта. Прежде чем подошел наш офицер, мы умело выстроились. Стоя бок о бок с этими будущими товарищами по оружию, я чувствовал, что действительно могу быть самым молодым членом всей команды новобранцев Военно-морского флота. По сравнению с этими высокими и сильными парнями я был слишком мал, хотя мой рост не был низким среди моих четырнадцатилетних сверстников.

Я немного привстал на цыпочки, предельно выпрямившись, и высоко поднял подбородок, чтобы другие не смотрели на меня свысока.

Однако, откуда ни возьмись, сильный удар пришелся мне сзади по ноге, заставив меня мгновенно опуститься на колени. Инстинктивно я повернул голову и увидел мужчину, одетого как офицер, стоящего позади меня. Его голубые глаза, спрятанные под полями шляпы, игриво смотрели на меня сверху вниз. Выражение его лица было похоже на выражение человека, наблюдающего за забавным, но бесполезным маленьким домашним животным. Его голос внезапно стал громче:

- Даже хождение на цыпочках не скроет того факта, что ты всего лишь маленький сопляк, новобранец. Выпрями ноги, стой твердо! Ты меня слышишь?

- Так точно! Сержант!

Такое отношение меня немного раздражало. Я отсалютовал ему, очень громко закричал и встал, превозмогая боль.

Он обошел вокруг меня, разглядывая мое лицо и тело. Его взгляд задержался на моем воротнике, отчего у меня по коже побежали мурашки. Но затем он внезапно улыбнулся.

- Из тебя получился бы хороший коммандос.

Коммандос? Мои нервы трепетали от волнения, но я был действительно озадачен странным поведением этого солдата. Казалось, что он насмехался надо мной, вкладывая в свои слова скрытый смысл. Поэтому я плотно сжал губы, посмотрел прямо ему в глаза и громко ответил с холодным хмурым видом:

- Так точно, я это сделаю, сержант, я вас не разочарую!

Я мог сказать, что он был явно поражен моим громким ответом, поскольку инстинктивно сделал шаг назад и дотронулся до своего уха, нахмурив брови, когда посмотрел на меня. Однако он молчал. Я знал, что он не сможет отомстить, и радовался своему несчастью.

- Лейтенант Райн! Все ли новобранцы здесь?

Под чистый и мощный звук женского голоса, сопровождающий гулкие шаги военных ботинок, к нам подошла высокий светловолосый унтер-офицер.

Она была действительно сногсшибательна. я уставился на ее лицо, ошеломленный. Да и люди вокруг меня были в равной степени взволнованы, в результате чего весь строй пришел в легкое замешательство. Однако я не осмеливался пошевелить ни единым мускулом и стоял вытянутый по струнке, потому что перед зачислением в армию я слышал, что полковник Сакарол, красивая женщина, о которой идет речь, славилась своим строгим отношением при проверке новобранцев. Если бы кто-нибудь случайно погладил ее против шерсти, они могли бы собрать свои вещи и уехать на следующий день.

- Сегодня все новобранцы из команд с A по E здесь, полковник Сакарол.

Отталкивающий унтер-офицер, известный как Рейн, отдал ей воинское приветствие.

Полковник Сакарол стояла на платформе, используемой для инспектирования войск, расположившись на ступеньках, и опустила голову, чтобы рассмотреть нас.

Ее взгляд был холодным и проницательным, как будто мы были группой товаров на полке, а она - придирчивым продавцом. Правда заключалась в том, что если бы она этого не одобрила, у нас были бы неприятности. Мое настроение не могло не стать немного нервным. Видите ли, мой возраст не совсем соответствовал требованиям для прохождения службы, но мне было предоставлено исключение из-за моей отличной успеваемости. О, черт возьми, я не хотел, чтобы моя мечта стать выдающимся морским офицером была разрушена ее руками!

Погруженный в эти мысли, я заметил, как Сакарол постепенно нахмурила свои тонкие брови. Мое сердце, казалось, сжалось в ответ, и я уставился на ее слегка приоткрытые красные губы, мое сердце колотилось где-то в горле.

- Все новобранцы из команд с A до В, шаг вперед!

Я вздрогнул и сделал шаг вперед вместе со стоящими рядом со мной новобранцами.

- Сегодня вечером вы подниметесь на борт "Герцога" и последуете за мной к Ла-Маншу, став первой командой в операции по блокаде! Вы готовы?

Она спустилась на ступеньку, ее взгляд пронизывал нас насквозь, как холодный морской бриз, касающийся наших щек. Я заметил, что другие слегка дрожали, точно так же, как и я (по крайней мере, наш уровень опрятности мог бы ее удовлетворить). Затем я поднял руку и отдал ей честь.

- Готовы!

- Прекрасно…

Когда она дала свисток, который эхом разнесся по воздуху, мы построились и ступили на мостик “Герцога”, долгожданного эсминца. В тот момент мое сердце не могло сдержать дикого волнения. И все же, наряду с восторгом от того, что я стал морским офицером, и предвкушением предстоящего сражения, в моей груди внезапно возникло еще одно неописуемое чувство. Когда я смотрел на огромное и бескрайнее море, у меня внезапно возникло странное и сильное предчувствие – что моя жизнь пойдет по иному пути, чем в прошлом, и я отправлюсь в путь к месту назначения, которое давно ожидало моего прибытия.

Я не мог поверить, что в этот момент у меня действительно возникло желание убежать!

Нет, нет, Дешаров, что с тобой не так? Когда ты стал трусом, на которого смотришь свысока больше всего?

Я глубоко вздохнул и услышал громкий крик сзади:

- А213! Почему ты здесь в оцепенении, встань в очередь!”

- Да, так точно! - Я отдал военный салют, бросился на нос корабля и, дрожа, встал в конце команды.

Нам быстро раздали комплекты чисто черных утепленных боевых костюмов, а также пистолеты-пулеметы и армейские ножи из закаленного стекла.

Взволнованный, я снаряжал каждый предмет, чувствуя себя могущественным, как непобедимый гигант. Беспокойство в моем сердце усилилось, как выброс адреналина, и смелость наполнила мою грудь. Во главе с лейтенантом Райном мы спустились на следующий уровень корабля и были разделены на пять групп, каждая из которых была приписана к небольшому быстроходному катеру, хранящемуся там. Каждое судно было оснащено точным электронным навигационным устройством, отображающим карту Ла-Манша. Я не мог не испытывать недоумения. Разве мы не должны оставаться на палубе для более безопасной и эффективной стрельбы во время операции по блокаде? Неужели мы действительно собираемся встретиться с этими тритонами лицом к лицу, катаясь на этих быстроходных катерах, зная, что они могут разряжать ток высокого напряжения? Это уж слишком!

- Лейтенант Рейн! - я не мог не спросить. - Для чего нас посылают? Разве мы не должны участвовать в операции по морской блокаде?

- Да, почему мы не остаемся на "Герцоге”?

- Каков план нашей миссии?

Услышав мой вопрос, другие новобранцы повторили сомнения, но наши расспросы были встречены двумя пронзительными свистящими звуками, которых было достаточно, чтобы разорвать барабанные перепонки. Все быстро закрыли рты. Вся палуба погрузилась в жуткую тишину. Звук шагов по полу, казалось, отдавался эхом, как похоронные колокола, чистый и леденящий душу. Дрожа, я смотрел на приближающуюся фигуру, затаив дыхание.

- Вы - первая команда, ответственная за разведку и штурм. Вы понимаете? Разведка и нападение означают выход на поле боя наименее заметным способом, сбор разведданных о противнике и проведение атак в соответствии с приказом, прежде чем быстро вернуться. При необходимости вы будете выступать в качестве приманки, чтобы выявить вражеские цели в пределах нашей досягаемости. У вас есть какие-либо вопросы?

Он окинул всех новобранцев презрительным взглядом, почти как если бы смотрел на свиней. Никто не осмеливался произнести ни слова, и удушающее чувство угнетения пропитало воздух. Смысл его слов был, по сути, в том, что он посылает нас на верную смерть. Мы были неопытными новобранцами, и все же нас отправляли на быстроходных катерах в районы, сильно пострадавшие от нашествия русалок, для разведки? Это потому, что нас считали кучей мусора, ценность которого равнялась пушечному мясу?

- Лейтенант! - я недоверчиво вскрикнул, и Райн, не сворачивая со своего пути, подошел ко мне и остановился. Он наклонился, глядя на меня со смесью презрения и двусмысленности, отчего у меня по спине побежали мурашки. Он внезапно схватил меня за воротник, и я почувствовал волну беспокойства.

- Конечно, малыш, ты можешь отказаться, потому что у тебя лицо красивее, чем у женщины. Я думаю, многие раненые ветераны были бы рады, если бы за ними ухаживал такой очаровательный мальчик, и я не исключение.

- Я не собираюсь сдаваться! Лейтенант, прошу, проявите немного уважения! - я сердито посмотрел на него в ответ.

- Пффф!

- Ха-ха…Ты сопляк!

- Сколько ему лет? Он выглядит не старше тринадцати или четырнадцати.

В такой критический момент я не мог поверить, что слышу, чужей шепот и насмешки надо мной. Это привело меня в ярость, и я просто хотел вытащить этих глупых ослов и хорошенько их поколотить. В конце концов, я набрал самый высокий балл в бою на квалификационном экзамене военно-морского флота. Я верил, что смогу сбить с ног каждого присутствующего, включая этого тошнотворного лейтенанта. Однако у меня явно не было такой возможности. Прежде чем я успел выйти из себя, полковник Сакарол быстро появился перед нами, проведя инструктаж перед операцией и подняв моральный дух каждого новобранца.

Сакарол была известным командиром флота НАТО, и после ее ободряющих слов каждый из нас преисполнился волей к победе. Мое настроение уже не казалось таким ужасным, как раньше. Я верил, что мудрый морской полковник не стал бы жертвовать новобранцами без причины. Конечно, я должен был признать, что на мою возродившуюся уверенность, возможно, повлияло магическое воздействие прекрасного полковника. Что было самым утешительным, так это то, что за каждым катером был закреплен руководитель оперативной группы. Тот, кто был на моем скоростном катере, был высоким, мускулистым мужчиной, похожим на опытного ветерана.

Когда опустились сумерки, двери дока с громким стуком распахнулись. Быстроходные катера, на которых мы находились, один за другим скользнули вниз по наклонной палубе в море, их двигатели рассекали красные, залитые закатным светом волны, когда мы быстро направлялись ко входу в Ла-Манш.

Сквозь изолированное стекло кабины я смотрел на вечернее небо, постепенно погружающееся в темноту. Я не мог удержаться и крепче сжал пистолет-пулемет в своих руках. Мое сердце колотилось в такт покачиванию лодки. Я сосредоточился на электронном навигационном дисплее, показывающем несколько быстро меняющихся зеленых координат. Мы направлялись к красной зоне, символизирующей пункт назначения нашей разведки, который находился в опасной близости от самого узкого прохода Ла-Манша. Я слышал, что это был самый опасный район. Мы должны были следовать инструкциям и перемещаться по проходу, направляя высокочастотные гидроакустические снаряды в устье канала, поскольку это была оккупированная русалками территория. Они заблокировали крупную крепость морского сообщения между половиной Европы.

Было сказано, что это недавно разработанное оружие может формировать направленную ультразвуковую атаку дальнего действия, способную дезориентировать русалок и снизить их боевую эффективность на определенный период времени. (Это был сложный процесс, но я знал, что военные не могли использовать торпеды, поскольку они повредили бы атомные электростанции, обеспечивающие электроэнергией Великобританию и Францию ниже Ла-Манша.)

Когда темнота полностью окутала окрестности, мы приблизились к устью канала. Скорость катеров была снижена до самой низкой, следуя инструкциям, полученным по пейджеру. Тела испалинов, напоминающих скалы, окружали нас с обеих сторон. По мере того, как мы медленно приближались ко входу, лунный свет рассеивался тенями, отбрасываемыми скалами, оставляя позади зловещую темноту. Я слышал учащенное дыхание каждого в катере, и холодный пот незаметно выступил у меня на ладонях.

Наконец, мы достигли ближайших координат к устью канала. Изолированный люк над нами открылся, и мы осторожно встали, один за другим. Мы осторожно сбросили высокочастотные пушки в морскую воду внизу, прикрепив их к каменным стенам гвоздодерами и цепями.

Однако в этот критический момент из ниоткуда внезапно раздался короткий и пронзительный крик!

В одно мгновение леденящие душу визги раздались вокруг нас, один за другим, со всех сторон. Бесчисленные жуткие светящиеся точки появились из темной поверхности моря, быстро приближаясь к нам.

Я немедленно схватился за автомат, но ветеран рядом со мной схватил меня за руку.

- Вы не можете открывать огонь, иначе это насторожит всю группу русалок за каналом! Если мы привлекем их лидера, эта миссия будет полностью провалена!

Лидер русалок? Внезапно мое сердце пропустило удар, и по какой-то причине рука, держащая пистолет, смягчилась.

- Нет, нам нужно убираться отсюда, они собираются разорвать нас на куски! - в панике закричал один из новобранцев.

- Миссия должна быть выполнена, иначе вы станете позором для всего флота! - на пейджер пришло строгое предупреждение.

Отвратительно! Я немедленно схватил одну из высокочастотных пушек и передал ее своему спутнику, помогая ему закрепить цепи на каменных стенах. Визг русалок со всех сторон становился все ближе, посылая мурашки по моей спине, как будто это был угрожающий боевой клич. Мое сердце сдавило горло, угрожая вырваться изо рта.

Как раз в этот критический момент у меня в ухе внезапно раздался громкий звук, похожий на взрыв!

Без преувеличения, рев был такой, как будто рядом со мной одновременно заработали десятки турбин самолета. Я закрыл уши, чувствуя головокружение и дрожь во всем теле. Я внезапно нырнул в воду и в то же время увидел, что все остальные на скоростном катере оказались в такой же ситуации — высокочастотные пушки были активированы дистанционно.

С нами действительно обращались как с пушечным мясом. Черт возьми! Я заткнул уши и отчаянно поплыл прочь от позиций высокочастотных пушек. В этот момент я заметил, что русалки тоже были напуганы этим сводящим с ума шумом, отступая и разбегаясь, как будто их бросили в кипящий котел. Некоторые вслепую врезались в каменные стены, в то время как другие бежали глубже в канал. Чтобы избежать встречи с убегающими русалками, я плотно прижался к каменной стене. Мне повезло, что я не был оглушен высокочастотными пушками, хотя их мощность ослабила мои конечности. Однако другим новобранцам, сопровождавшим меня, повезло меньше. Некоторые упали в обморок в воде, и проплывавшие мимо русалки схватили их и утащили в глубину канала. Испугавшись, я заткнул уши, свернулся калачиком и спрятался в тени под каменной стеной, надеясь не привлекать внимания находящихся поблизости русалок.

Как будто судьба намеренно играла со мной, неожиданно я заметил несколько быстро приближающихся ко мне волн. О, нет! Я инстинктивно потянулся за военным ножом, пристегнутым к моему бедру, но ужасающий шум заставил меня потерять сознание. У меня даже не было возможности крепко ухватиться за ручку, когда меня крепко схватили за лодыжку, а в следующее мгновение мое тело с силой потащили к устью канала. Среди плещущихся волн я увидел, что нахожусь в плену у группы русалок, около десяти из них. Они окружили меня, как стая дельфинов. Их скорость была даже быстрее, чем у скоростного катера, и в одно мгновение они перенесли меня через пролив.

В этот мимолетный момент среди бурлящих волн перед моими глазами развернулась яркая сцена. Лунный свет лился на меня, как цветущий фейерверк, но у меня не было настроения ценить красоту за ла-маншем. Я видел бесчисленных русалок, собирающихся группами, исчисляемые тысячами, окружая скалистые выступы по обе стороны пролива. Их глаза были устремлены на нас, пленников-людей, с хищническим намерением, как будто они планировали полакомиться нами, разделив нас между собой.

Факт того, что русалки были людоедами, уже давно звучало в моих ушах. От надвигающегося ощущения смерти и ужаса у меня по спине пробежали мурашки. На моих костях почти не было мяса, его не хватало бы даже для того, чтобы удовлетворить аппетит русалки. Мы были обречены, предоставлены самим себе, и никто не пришел нас спасать. Отчаяние поглотило мои мысли. Черт возьми, я знал, что мы были всего лишь пушечным мясом! Так называемый флот НАТО был не чем иным, как чушью собачьей! Неудивительно, что в этом году они завербовали нас в таком количестве, чтобы использовать в качестве козлов отпущения! Ублюдки!

Я закрыл глаза, наполненный смесью горя, негодования и нежелания, горевшими в моем сердце подобно бушующему огню, даже выжигая страх внутри меня. Но это не могло спасти меня из ловушки ужасной судьбы.

Группа морских жителей, которые захватили меня в плен, привела меня в глубины пролива, к огромной и жуткой пещере. Вместе с моими спутниками, каждый из нас был прижат к скалам, наши конечности были крепко зажаты, как будто мы ждали, что нас выпотрошат, как беспомощных животных.

Но мерфолки, державшие нас в плену, не сразу напали на нас. Вместо этого они посмотрели в сторону пещеры, как будто чего-то ожидая.

Это заставило меня задуматься об этикете за столами знати, как будто у мерфолков тоже была иерархическая система и различия по рангу. Вероятно, они ждали кого-то с более высоким статусом. Черт возьми, будь то низкоранговые или высокопоставленные мерфолки, наша судьба была одинаковой. Должен ли я молиться, чтобы старейшины поглотили нас более элегантным способом, чтобы мы умерли быстрее и чище?

Я чувствовал, как дрожат мои ноги, а энтузиазм и отвага, которые были у меня, когда я впервые присоединился к флоту, казалось, испарились вместе с потом. Я не хотел признаваться, насколько я был напуган, и я не хотел умирать вот так. Мне было всего четырнадцать, я был еще молод, но у меня уже не было шанса заработать свою первую медаль, надеть правильно подобранную военно-морскую форму или записать все это в свой дневник.

Посреди моих хаотичных мыслей, на грани того, чтобы разрыдаться, я услышал шелестящий звук, доносящийся из пещеры. Все окружающие русалки опустили головы в позе почтения. Затем воздух над нами прорезал леденящий душу рев.

Я не мог не вздрогнуть, почувствовав что-то знакомое, как будто я уже где-то слышал этот звук раньше. Я вытянул шею, чтобы посмотреть вверх, и перед пещерой из воды появился величественный тритон. В отражении на воде я мог видеть его серебристо-седые волосы, развевающиеся, как длинные пряди водорослей, скрывающие от моего взгляда его лицо. Хвост, который постепенно поднимался над водой, был черным как смоль, напоминая касатку, излучающую угрожающую ауру. Тем не менее, чешуя мерцала полупрозрачными переливами в лунном свете, словно рыцарь смерти, облаченный в доспехи из драконьей чешуи, приводя в изумление любого, кто смотрел на него.

Он двигался медленно, кружа перед нашей группой, скользя мимо каждого притихшего человека на скалах, напоминая короля, осматривающего подношения своих подданных. У меня не было сомнений в том, что он был лидером морского народа. Но что напугало меня еще больше, так это то, что он не задерживался ни у кого другого. Вместо этого он поплыл прямо ко мне.

Предводитель русалок опустил голову, его длинные и узкие глаза, излучавшие слабый свет, были устремлены на меня, проникая в мое сердце. Я застыла на месте, не в силах пошевелиться, пока его перепончатый коготь нежно ласкал мою щеку, влажная ладонь скользила по моему лбу, скулам и подбородку. Затем он наклонился, и тень от его фигуры источала головокружительный, опьяняющий аромат, который окутал меня сверху. Мои конечности освободились от хватки других русалок, и сильные когти с плавниками крепко обхватили мои плечи. Я был поражен, но услышал хриплый, бормочущий голос у себя над ухом.

- Я ждал тебя пятьдесят лет… Мой маленький Дешаров.

Что? Я задрожал, съежившись всем телом, думая, что, должно быть, испытываю галлюцинацию из-за испуга - я слышал, как тритон произнес мое имя?!

У меня даже не было шанса осознать всю странность ситуации, прежде чем я почувствовал, как перепончатые когти русала сомкнулись у меня на затылке. Что-то с силой накрыло мои губы, и он начало яростно кусать и посасывать их, как будто хотел разорвать меня на куски и проглотить целиком. Как только я понял, что русал целует меня, я издал крик ужаса и инстинктивно потянулся за стеклянным военным ножом, висевшим у меня на бедре. В состоянии паники я вонзил его в его широкую спину.

Глава 101

Кончик моего ножа с глухим звуком погрузился в его плоть, пронзив до позвоночника. В этот момент я почувствовал, как его тело дернулось, но вместо того, чтобы отпустить, он еще крепче прижался ко мне. Клянусь, я чувствовал, что моя талия может сломаться в любой момент. Он приподнялся, схватился за рукоятку ножа, воткнутого ему в спину, и медленно вытащил его, все это время глядя мне в глаза, не шевеля ни единым мускулом. Его глаза были слегка налиты кровью, как будто слезы вот-вот потекут по щекам, как будто какая-то эмоция рвалась из его души. Его дыхание, быстрое и дрожащее, коснулось моей щеки, как порыв морского ветра.

Я не знаю, о чем он думал, мне просто стало очень страшно.

Голубая кровь сочилась из промежутков между его пальцами, держащими кинжал, словно гроздь цветущих ядовитых маков. Странный аромат, исходящий от крови, ударил мне в ноздри, и мой разум наполнился хаотичными и фрагментарными образами. Я не могла разобрать, что это было, но мою грудь сдавило, словно мешок, пропитанный водой, и мне стало трудно дышать. Я инстинктивно отпрянул, карабкаясь вниз по камням, но кто-то схватил меня за голень, и он притянул меня в свои объятия. Он поднял меня горизонтально и поплыл к жуткой пещере.

- Куда ты меня тащишь?!

Я закричал от страха и отчаянно ударил ногой раскачивающийся рыбий хвост подо мной. Однако он без особых усилий схватил меня за ноги всего одним перепончатой ладонью, сделав их бесполезными. В распоряжении у меня остались только руки, которыми я мог слабо молотить и царапаться, неспособный использовать ни один из боевых навыков, которым я научился. Я чувствовал себя совершенно беспомощным перед его силой, как будто я был слабым младенцем, потому что его руки были в два раза толще моих собственных! Моя борьба оказалась тщетной, поскольку меня унесло в глубину пещеры, как олененка, пойманного в ловушку гепардом. Радостные возгласы других русалок позади меня звучали как ужасающие завывания и крики.

Вход в пещеру постепенно удалялся, и лунный свет померк, когда темнота поглотила меня.

Предводитель русалок вел меня через одну соединенную пещеру за другой, проходя мимо возвышающихся древних колонн и светящегося планктона. Все вокруг казалось гротескным и пестрым, как будто меня затягивало в призрачный туннель, ведущий в царство преисподней.

Это ужасное предчувствие напугало меня до такой степени, что я почувствовал слабость в конечностях, а силы биться и сопротивляться, казалось, исчезли. Дрожь пробежала по всему моему телу. Я не мог удержаться от предположения, что русалкам, подобно ведьмам, нравилось заключать детей в тюрьму, откармливать их, а затем убивать и съедать. Возможно, тот недавний поцелуй был проверкой, подхожу ли я ему по вкусу, и теперь он собирался затащить меня в свое логово, чтобы съесть. Мой дедушка рассказывал мне, что русалки были самыми свирепыми существами. Если бы только я прислушалась к его предупреждению и держалась подальше от моря, чем дальше, тем лучше.

В этот момент меня привели в пещеру с самым плотным скоплением каменных колонн, и несколько почтительных русалок, охранявших колонны, расступились перед нами. Очевидно, это было логово предводителя русалок. Он нес меня, пока мы плыли к центру пещеры, где нас ждал необычный и гротескный каменный лес. Тропинки внутри были запутанными, напоминая рукотворный лабиринт. Я знал, что если окажусь в ловушке внутри, то не будет никакой надежды выбраться живым.

Паника, казалось, была подобна тяжелым камням, которые увеличивались один за другим, тяжелым грузом ложась на мое сердце. Слезы отчаяния наворачивались, капля за каплей. Плакать, несомненно, было самым бессмысленным, что можно было сделать в этот момент, но, думая о несчастье, которое может произойти дальше, я не мог подавить рыдания.

Рука, обхватившая меня за талию, напряглась, и предводитель русалок внезапно перестал плыть. Возможно, мой плач вызвал у него сочувствие (хотя у русалок, возможно, таких эмоций нет). Он взял меня на руки и положил на относительно плоский камень посреди каменного леса. Склонившись надо мной, он слегка прищурился, и эмоции, которые привели меня в замешательство, были скрыты в тенях под его веками. Я настороженно уставился на него, принюхался и не осмеливался даже громко вдохнуть.

Его перепончатая лапа покоилась на моей голове, нежно поглаживая мои волосы, как будто молча утешая меня. Я почувствовал, что его рука слегка дрожит, казалось бы, от волнения, как у голодающего человека, который наконец-то получил спасительный стейк, но должен был побороть желание съесть его. Я искренне боялся, что он может внезапно открыть рот и укусить меня. Мой дедушка предупреждал меня, что русалки сначала сбивают с толку свою добычу, прежде чем съесть ее, и было очевидно, что сейчас он именно это и делает.

- Не пытайся сбить меня с толку... На моем теле почти нет мяса, да и будь оно, я был бы совсем невкусным!

Я стиснул зубы, сдерживая рыдания, и прижал локоть к его горлу, хотя знал, что он легко может откусить мою тонкую руку. Однако он внезапно обнял меня сзади за шею, что напугало меня, заставив вздрогнуть. Я почувствовал, как его влажный и острый перепончатая ладонь двигалась позади меня, обхватывая меня руками. Его нос потерся о мою шею, он сделал глубокий вдох, как будто стараясь насытиться моим запахом.

Внезапный холодок, пробежавший по моей спине, вызвал у меня мурашки по всему телу, и я боролся, неудержимо дрожа. Однако его сильные руки легко подавили все мои силы, а его рыбий хвост опутал мои лодыжки, не давая пошевелиться. Чем больше я сопротивлялся, тем крепче становилась его хватка, как будто он хотел вдавить меня в самое свое существо. В крайней панике я инстинктивно укусил его за плечо, но его перепончатая рука надавила мне на затылок, побуждая кусать сильнее. Его губы коснулись моего уха, когда он тихо прошептал:

- Зови меня Агарес...

Агарес?

Слоги, казалось, проникали прямо из моих барабанных перепонок в глубины моего сердца, оставляя меня ошеломленным и неспособным пошевелиться.

Чувство страха несколько утихло, позволив моим мыслям вернуться в нормальное русло. Только в этот момент я осознал удивительный факт, который упустил из виду, - я действительно мог понимать язык тритона.

Предводитель русалок, казалось, не имел никакого намерения причинить мне вред. Вместо этого он пытался связаться со мной и попросил меня назвать его по имени. Более того, всего минуту назад он тоже выкрикнул мое имя. Как это могло быть? Знал ли он меня? Раньше у меня никогда не было контактов с такими опасными существами, как тритоны. Что происходило?

- Зови меня Агарес… Зови меня тем именем, которое ты мне дал… Я так долго ждал этого дня, Дешаров.

Губы возле моего уха тихо прошептали, и его большая перепончатая лапа сжала мои плечи. Его голос был невероятно проникновенным и обладал какой-то магией. Почти непроизвольно я тихо произнесла слоги, которые казались одновременно незнакомыми и странно знакомыми:

- А… Агарес...?

- Я здесь.

Предводитель русалок по имени “Агарес” ответил тихим голосом. Внезапно его перепончатые когти обхватили мои ягодицы, совсем как отец, держащий на руках ребенка. Моим ногам некуда было деваться, поэтому мне пришлось положить колени ему на плечи, отчего я почувствовал себя неуклюжим и парализованным в его объятиях. Он ущипнул меня за пальцы ног, затем за икры и, наконец, положил обе свои перепончатые лапы мне на талию, как будто измеряя их толщину и размер. Действительно, в его руках мое тело казалось хрупким. Возможно, это осознание заставило его потерять интерес к поглощению меня.

Размышляя об этом, я заметил, что выражение лица предводителя русалок было похоже на выражение человека, разглядывающего свое сокровище, его голова была опущена с живым интересом, когда он изучал мое тело. Его глаза дюйм за дюймом путешествовали снизу вверх, наконец, подняв взгляд, чтобы встретиться с моим лицом. В тот момент мне показалось, что я вижу скрытые водовороты в этих глубоких глазах, стремящихся затянуть меня в себя. Возможно, он пытался придать своему выражению дружелюбие и нежность, но этот взгляд все равно пугал меня.

- Эй, перестань так меня держать! Я не ребенок! - я толкнул его плечи, пытаясь вырваться из его объятий. Однако в этот момент он наклонился, его тело накрыло меня сверху, а руки сжали меня еще теснее.

- Не бойся меня, Дешаров… - Он пристально посмотрел мне в глаза, и я почувствовал, что он хочет проглотить меня целиком, его губы почти касались моего носа. - Ты принадлежишь мне. Ты не только мой потомок, но и мой супруг. Ничто не сможет отнять тебя у меня…

Тон лидера мерфолков был одновременно любящим и агрессивным. Я отпустил страх в своем сердце и отступил назад, как прилив.

Мое сердце бешено колотилось, как барабан, и в этот момент я внезапно обнаружил слабое голубое свечение, слегка переливающееся на его груди, как будто под его кожей было спрятано что-то сияющее.

Любопытство взяло надо мной верх, и я протянул руку, чтобы дотронуться до светящегося пятна. Внезапно странное электрическое ощущение разлилось от кончиков пальцев по венам. Мимолетные проблески и образы ярко вспыхивали в моем сознании — сцены, такие знакомые, как будто они бесчисленное количество раз появлялись в моих снах или, возможно, что-то, что я пережил, но забыл.

Неоднозначное тепло разлилось внутри меня, и я почувствовал необъяснимое желание быть ближе к предводителю русалок, стоявшему передо мной, как будто он был самым любимым и знакомым существом в этом мире. Однако это чувство оставалось смутным, ускользая всякий раз, когда я пытался его уловить.

Сбитый с толку, но движимый инстинктом, я поднял голову и посмотрел в его глубокие глаза. Крепко прижав руку к его груди:

- Пятьдесят лет ты был здесь, Дешаров. Я верну тебе твое будущее.

Значение этих слов было трудно понять, и я в замешательстве открыл глаза. Мои глаза расширились от недоверия, когда я посмотрела на него. Однако, прежде чем я смог осознать происходящее, Агарес опустил голову и резко поцеловал меня в губы. Мой разум мгновенно помутился, но на этот раз я знал, что в намерения предводителя русалок не входило определить, можно ли меня съесть. Это было продиктовано другим мотивом, который наполнил меня еще большим чувством страха.

Мои нервы были в полном беспорядке внутри черепа, когда я инстинктивно брыкался в попытке освободиться. Но его рыбий хвост крепко обвился вокруг моих ног, увлекая меня дальше в воду. Его большая перепончатая ладонь переплелась с моими пальцами, крепко сжимая мои руки. Его язык раздвинул мои зубы, почти захватывая мои губы своими, покусывая, пожирая и высасывая мою слюну, как изголодавшийся волк.

Я почувствовал себя так, словно перенесся в тот кошмарный вечер во время военной подготовки перед службой. Темная ванная комната была наполнена гулким звуком льющейся воды, очень похожим на журчание воды в этой пещере. Приняв душ, я осталась одна, сидела на скамейке в раздевалке и одевалась. Внезапно высокий мужчина, от которого разило алкоголем, набросился на меня сзади, прижав к земле, и яростно поцеловал, точно так же, как сейчас делала русалка. Я не осмеливался представить, что произошло бы в ту ночь, если бы я не обладал никакими навыками самообороны. И все же я снова оказался здесь, пойманный в ловушку ситуации, которая приводила меня в ужас, поскольку моя сила блекла по сравнению с силой тритона.

В тот момент, когда мои штаны порвались от давления его рыбьего хвоста у меня между ног, накопившиеся страх и гнев вырвались из моей груди, и я больше не мог сдерживать сдавленные крики. Действия предводителя тритонов внезапно замерли, и он приподнялся, глядя на меня с оттенком паники. Его дыхание было тяжелым, но рыбий хвост слегка расслабился. Воспользовавшись возможностью, я быстро выполз из-под него, нанеся сильный удар ногой, а затем сжал кулак и нанес мощный удар по его лицу, вызвав глухой стук плоти о кость на его щеке.

-Отвратительный зверь!

Я сдерживал слезы и осыпал его проклятиями, принимая боевую стойку на рифе.

Предводитель русалок поднял свой перепончатый коготь и вытер кровь от моего удара, но, казалось, он ухмылялся, когда смотрел на меня. Его губы слегка скривились, как будто мои слова напомнили ему о чем-то забавном. На мгновение он, казалось, погрузился в свои мысли, посмотрев на меня.

Я случайно заметил, что между рыбьей чешуей в нижней части его живота был (...) некий выступ. Клянусь, это было больше, чем все, что я видел раньше, даже по сравнению с размерами чернокожего мужчины. Внезапно я понял его намерения, и моя задница внезапно тупо заболела. Это было нечто такое, чего я мог ожидать только в гей-баре, ситуация, с которой я никогда раньше не сталкивался. Я и представить себе не мог, что русалкам такое нравится!

Я поджал губы, чувствуя себя еще более напуганным и готовым расплакаться, но не позволил ни единой слезинке вырваться наружу.

-Не бойся, Дешаров...

Он поднял веки и уставился на меня, осторожно протягивая свою перепончатую лапу к моей лодыжке. Я снова замахнулся кулаком ему в лицо, но он быстро поймал обе мои руки, мягко притягивая меня к себе. Потеряв равновесие, я упал в его объятия, и его мощное тело прижало меня обратно к камням.

Он поправил мои волосы, и его язык нежно и медленно слизал мои слезы. Затем он проследовал вдоль мочки моего уха и продолжил движение вниз по шее, как будто амбициозный захватчик дюйм за дюймом захватывал территорию, заявляя права на то, чего он желал.

Я лежал на камнях, учащенно дыша в состоянии паники, и слышал, как он обольстительно шепчет мне на ухо:

-Я не позволю тебе почувствовать никакой боли...

Внезапно невдалеке раздался пронзительный крик. Этот голос звучал так знакомо, что потряс мое сердце. Предводитель русалок перестал нападать на меня, и я быстро выбралась из-под него, следуя направлению звука.

Я увидел русала с черными волосами и серебристым хвостом, стоящего в воде неподалеку. Его внешность была поразительно знакомой, и я не мог не уставиться на него с любопытством. Он оглядел меня, и в этот момент, когда мы встретились взглядами, я внезапно кое—что понял - он выглядел точь-в-точь как младшая версия моего дедушки, изображенная на его старых фотографиях.

-Тебя не должно здесь быть, - холодно предупредил предводитель русалок. Я заметил, что выражение его лица изменилось. В его глазах появился леденящий душу блеск, как будто он вынашивал ужасное намерение убить.

Серебристохвостый русал пристально смотрел на меня, и в его глазах было серьезное выражение. Это озадачило меня еще больше, потому что он выглядел точь-в-точь как мой дедушка на старых фотографиях. Однако мой дедушка погиб во время кораблекрушения несколько лет назад, так что он не мог находиться здесь и превратиться в морского человека.

-Он недостаточно вырос, чтобы выдержать Вас, мой король. ‘Материнское гнездо’ восстановило Ваше тело. Вы слишком сильны… - тритон склонил голову, его тон был смиренным, когда он погрузился в воду. Однако его пристальный взгляд задержался на моем лице, неся в себе сильное чувство нежелания. - Вы должны показать ему его старую телесную оболочку. Оболочка может помочь нам обрести наше истинное "я", верно? Он возродился через пятьдесят лет после своей смерти. Прошло слишком много времени, и даже после вливания вашего жизненного ядра в его тело нет гарантии плавной интеграции с его нынешним "я". Если есть внутреннее отторжение…

Старая телесная оболочка? Возродился пятьдесят лет спустя? Что это значит? Я невольно застыл, в моем сознании царил полный хаос.

Предводитель русалок прищурился и несколько секунд пристально смотрел на другого русала, прежде чем внезапно обнять меня и поплыть глубже в Каменный лес.

Автору есть что сказать:

Позвольте мне объяснить заранее… Хотя последующий сюжет ответит на вопросы читателей о предыстории, сначала я поясню это <_< Текущая временная шкала - пятьдесят лет после смерти Дешарова. Атлантида была спасена Агаресом, поэтому он инициировал запланированную войну с мерфолками. По плану, его дед был послан в качестве эмиссара, чтобы спариться с людьми и произвести на свет потомков. Вот так Дешаров возродился, в то же время, когда он изначально должен был родиться<_<. Начало всей истории приходится на 1991 год, когда Дешарову был 21 год, так что на этой временной шкале сейчас 1984 год, и ему 14 лет.

Что касается Рейна… Он происходит из захваченного параллельного мира, поэтому его предыдущая смерть не влияет на текущую временную шкалу, включая Вторую мировую войну и другие события, которые остаются такими же, как и первоначальная временная шкала. Если что-то неясно, ничего страшного; это будет четко объяснено в основном тексте.

Кстати, некоторые читатели могут задаться вопросом, являются ли новый Дешаров и старый Дешаров одним и тем же человеком. Я могу подтвердить, что они одно и то же существо, а не копия друг друга. После успешной интеграции старое тело исчезнет, но это всего лишь старое тело Дешароу. Все воспоминания о его предыдущей жизни полностью переносятся в новое тело.

Это отношения вырезания и вставки, а не копирования-вставки! Новое и старое "я" сливаются, а не заменяются. Вы можете думать об этом как о мистическом пересечении душ.

Кстати об этом… Левджет на самом деле не дедушка Дешароу… он…

Глава 102

- Эй, я предупреждаю тебя, выпусти меня отсюда!

Я отчаянно вырывался из его объятий, царапая и кусая его руки, но его тело было твердым, как железо. Я чувствовал, как его твердая грудь прижимается к моей спине, и это возбужденное "нечто" продолжало касаться моего копчика с каждым взмахом его рыбьего хвоста, заставляя кожу головы покалывать. Окружающий каменный лес становился все больше и гуще, образуя над головой структуры, напоминающие переплетенные ветви старых деревьев, как будто светящиеся и неопознанные объекты покрывали каменные стены подобно венам. Медузы и креветки всех размеров парили в воздухе, как птицы, их тела казались зеркальными, отражая звездное небо и облака, создавая движущиеся галактики. По мере того, как лидер русалок все глубже погружал меня в этот странный мир, я все больше и больше чувствовал, что попадаю в другую вселенную. Я рассматривал этот странный мир, на мгновение забыв о борьбе, поскольку бессознательно вспомнил ситуацию, сложившуюся всего несколько мгновений назад.

Все слова, которые я слышал, казалось, содержали одно и то же значение - предводитель русалок знал меня пятьдесят лет назад, и между нами были какие-то отношения - потомок и супруг? Нет, нет, нет, какие запутанные отношения! А этот серебристохвостый тритон, похожий на моего дедушку? Что означают его странные слова? Он сказал, что я переродился пятьдесят лет спустя, значит ли это, что нынешний я - это перевоплощение самого себя после смерти в прошлом? Это было так странно и пугающе, словно в каких-то мифах!

Я был в панике и замешательстве, отчаянно пытаясь собрать воедино каждое слово в своем сознании, жалея, что не могу разбить каждое предложение на мельчайшие частицы, одну за другой, используя увеличительное стекло, чтобы понять их связь и последовательность. В тот момент мне было труднее принять и постичь их, чем продвинутую физику.

Как раз в тот момент, когда я растерялся в поисках объяснения, мы уже прошли через каменный лес и вошли в пещеру побольше. Перед нами был огромный водопад, вода с огромной скоростью неслась вниз, образуя светящийся белый занавес прямо перед нашими глазами. Брызжущие капли воды создавали в воздухе полупрозрачный туман. Если бы предводитель тритонов крепко не держала меня, я бы засомневался, а не попал ли я в тот самый легендарный рай. Глядя против течения воды, я увидел что этот водопад, низвергается каскадом из расщелины в потолке наверху, и я даже мог заметить различных рыб разных размеров, уносимых водой вниз, что навело меня на мысль, что в данный момент мы находимся под поверхностью океана.

Невероятно!

Я молча восхищался этим зрелищем. Предводитель тритонов подвел меня ближе к подножию водопада, и когда стремительная вода была готова поглотить нас, я инстинктивно прикрыл голову руками. К моему удивлению, он выпрыгнул из воды и взмыл в воздух. Я не мог понять, как он сумел подлететь на такую поразительную высоту. Словно он целился в расщелину в потолке пещеры, но затем он снова спустился. Я не мог удержаться от шокированного крика, но сам полет сквозь водопад был мимолетным. Прежде чем я успел полностью осознать, что произошло, мы снова оказались в воде.

После того, как я вытер с лица капли воды, мешающие мне видеть, я сразу же был ошеломлен открывшимся передо мной зрелищем.

В тумане за водопадом на поверхности воды плавала голубая сфера, похожая на ореол, напоминающая стеклянный купол, а внутри маячила едва различимая фигура.

- Иди, иди и взгляни на себя прежнего, - предводитель русалок тихо прошептал мне на ухо.

Окруженный им, я медленно приблизился к краю голубого ореола. Моя прежняя сущность? Я не мог в это поверить и затаил дыхание. Словно влекомый невидимой силой, я инстинктивно протянул руку и прижался головой к тонкому полупрозрачному слою, заглядывая внутрь. В одно мгновение мне показалось, что по моему мозгу ударили тяжелым молотом. Я был нем, как игрушечный цыпленок, и не мог понять, что я вижу.

За световой завесой действительно лежал человек, или, точнее, “наполовину тритон”, имевший чрезвычайно поразительное сходство со мной. Он тихо лежал с закрытыми глазами, выглядел старше меня, явно был взрослым. Я заметил, что его “рыбий хвост” был серебристо-серым, очень похожим на русала, который был похож на моего дедушку, но под рыбьей чешуей я отчетливо виднел очертания его ног. Словно если бы он не полностью превратился в водяного и скончался, представляя собой нечто среднее между человеком и водяным.

Это действительно был я? Мой взгляд был прикован к этому человеку, и моя рука непроизвольно потянулась сквозь ореол, к “мне” внутри. Однако мои пальцы наткнулись на пустоту, и фигура “меня” замерцала на несколько мгновений, как будто это была просто проекция, только в трехмерной форме.

- Это остаточный образ твоего тела, оставшийся в моих воспоминаниях, Дешаров. На самом деле его не существует.

- Что? Тогда как я могу его видеть?

- Когда ты умер тогда, я сохранил твое жизненное ядро в своем теле. То, что ты видишь, - это просто твой образ из прошлого, отраженный в моих воспоминаниях, или, скорее, твой будущий облик.

- Ты хочешь сказать, что в данный момент я прикасаюсь к твоим воспоминаниям? Воспоминания тритона действительно могут трансформироваться в видимые образы? Это невероятно!

Мой взгляд задержался на “мне”, не в силах отвести взгляд, и инстинктивно я поплыл в сферу голубого света.

Внезапно изображение поплыло, как струйка дыма, рассеиваясь внутри световой сферы, превращаясь в бесчисленные крошечные пылинки, только для того, чтобы снова собраться вместе, окутав меня ими. Мне показалось, что оно сливается со мной.

- Дешаров…

Зов предводителя русалок раздался за пределами световой сферы, звуча несколько неземно. Я поднял голову и посмотрел на него. Сквозь полупрозрачный тонкий слой света его глубокие и таинственные глаза были устремлены на меня. Его перепончатая ладонь находилась за пределами световой сферы, как будто нас разделяла стеклянная стена. Эта сцена показалась мне невероятно знакомой, и хотя я не мог точно определить, где я видел ее раньше, мое тело отреагировало быстрее, чем мозг. Я поднял руку, растопырил пять пальцев, и в голубом ореоле наши ладони встретились, наши носы соприкоснулись, наши дыхания переплелись.

- Агарес?

Я повторял эти слоги в трансе, даже наслаждаясь горько-сладким вкусом, как будто тщательно оценивал его. Неописуемое и странное чувство нахлынуло на меня. Фрагменты, которые мгновение назад мимолетно промелькнули в моем сознании, постепенно сложились в целостную картину, ворвавшись в мои воспоминания подобно водопаду, сливающемуся с океаном. Внезапно вокруг меня зазвучали многочисленные голоса, рассказывающие о моментах радости и печали, которые казались знакомыми, но все же они были туманными и расплывчатыми, их трудно было четко уловить.

Мое тело, казалось, мчалось по туннелю, а порывистый ветер касался меня, оставляя позади ощущения удовольствия или боли повсюду вокруг меня. Словно за этот краткий миг я преодолел десятилетия времени. Постепенно на сердце у меня стало тяжело, и необъяснимый прилив эмоций наполнил мою грудь, усиливаясь и становясь яснее. Было такое чувство, как будто воспоминания, которые сливались с океанским водопадом, поднимали волны глубоко в моем сердце, заставляя его бешено колотиться. Мой мозг словно загорелся, и у меня закружилась голова. Все вокруг меня стало расплывчатым.

-Неужели это все переживания, через которые я когда-то прошел? Агарес… - будто во сне пробормотала я, мое тело подалось вперед, и он обнял меня, прижимая к себе.

- Да, Дешаров… Это опыт, который ты пережил в другом времени и пространстве, в твоем будущем, - губы Агареса прижались к моей шее, его дыхание заставляло мои уши покраснеть. - Ты встретил меня в том времени и умер в этом. Вот почему я ждал тебя пятьдесят лет, ждал, что ты возродишься в той же точке, ждал, что ты вернешься ко мне. Я мог бы подождать до конца столетия. К тому времени две временные линии естественным образом сошлись бы, и ты повторил процесс встречи со мной. Но я не мог ждать. Я просто хотел появиться в твоей жизни раньше, посмотреть, как ты растешь рядом со мной…

Он говорил мягко, нежность, сквозившая в его тоне, опьяняла, как хорошее крепкое вино.

Подсознательно я запрокинул голову и вдохнул запах, исходящий от его волос. Ах, это было просто восхитительно. Я обвил руками его шею, нервно сглотнул, чувствуя, как во мне поднимается волна смущения. Однако сильная сонливость также захлестнула мой разум, и в затуманенном состоянии я закрыл глаза.

- Дешаров? - услышал я, как Агарес нежно зовет меня по имени, но не обратил на него внимания. Я уткнулся головой ему в плечо и причмокнул губами.

Когда я уже почти погрузился в глубокий сон, чувствуя головокружение и сонливость, я вдруг ощутил, как что-то влажное движется вдоль моей спины, от затылка вниз к копчику, отчего все мое тело стало невыносимо горячим. Внезапно я почувствовал острую боль в ягодицах, как будто там извивался толстый и скользкий угорь.

- Вытащи это… - я вскрикнул от боли, инстинктивно прикрывая ягодицы и поджимая ноги.

Однако эта штука настойчиво пыталась протолкнуться внутрь. Я открыл глаза, чувствуя себя ошеломленным, и увидел Агареса, смотрящего на меня с извиняющимся выражением. Его дыхание было тяжелым, издавая хрипящий звук, напомнивший мне кузнечные мехи. Раздосадованный, я прикрыл ему рот и принял более удобное положение, прислонившись к нему. В голове у меня был сумбур, а веки снова отяжелели.

Я не знаю, как долго я спал, когда странно знакомый голос слабо просверлил мои уши.

- Оставь его… Дешаров, подойди ко мне…

- Оставь его…

Даже в моем ошеломленном состоянии я смог распознать, что говорившим был тот самый похожий на моего дедушку тритон. Я открыл глаза и огляделся, обнаружив, что лежу на камне за водопадом. Голос, казалось, доносился с другой его стороны. Я сел и коснулся чего-то скользкого, что испугало меня. Я обнаружил, что Агарес лежит рядом со мной с закрытыми глазами, как будто спит.

Несмотря на то, что я знал, что это может быть отличной возможностью сбежать, мой взгляд, казалось, был прикован к нему, не в силах отвести взгляд. Определенные образы, которые поселились в моем сознании, всплыли на поверхность, теперь более четкие, чем раньше.

Ту-дум... Ту-дум…

Звук моего бешено бьющегося в груди сердца был особенно громким, и даже мои барабанные перепонки, казалось, вибрировали от него.

Я понял, что желание быть рядом с ним было намного сильнее, чем мое желание покинуть это место. Сердце наполнилось импульсом, которого у меня не было с детства, как будто моя душа вырвалась из моего тела, соблазняя меня делать то, о чем я никогда даже не думал, вещи, которые были… кхм…

Например скрытное и постыдное поведение, вроде тайной мастурбации в туалете, но сейчас я хочу сделать что-то более смелое. Я даже немного испугался своих собственных мыслей, но я знал, что не смогу удержаться.

Глава 103

Предупреждение переводчика: Дорогие читатели, в главе присутствует сексуальный контент с участием несовершеннолетних. Продолжайте на свой страх и риск. Приятного чтения.

Я сглотнул слюну, чувствуя себя шкодливым котом, ворующим еду, и снова подполз к нему. Очарованный, я протянул руку к лицу Агареса. В тот момент, когда моя кожа коснулась его, небольшой ток пробежал по кончикам моих пальцев, напугав меня настолько, что я едва не отскочил назад, думая, что он может проснуться. Однако он оставался неподвижным, мирно лежа, без изменений. Я сделал глубокий вдох и снова собрался с духом.

Мои пальцы очень осторожно обводили его лицо, следуя резким и суровым чертам. Необъяснимое чувство закралось в мое сердце, как будто я прикасался к его лицу подобным образом раньше, и не один раз. Каждая линия его бровей и глаз казалась знакомой, и я даже мог представить, как он выглядел, принимая каждое выражение лица — ухмыляющееся, сердитое, нежное и холодное. Это было так, как будто я видел их все и был глубоко связан с эмоциями, стоящими за ними, запутан, преследуем и окутан ими.

Импульс погрузиться в себя еще раз, заполнил все мое сознание. Я опустил голову, действуя по наитию, и имитировал те страстные позы с киноафиш. Поджав губы, я поцеловал Агареса в губы,плененный его красотой. К счастью, он все еще не проснулся, но его длинные и густые светлые ресницы слегка дрогнули, как будто я потревожил его сон. В тот момент мне показалось, что Агарес похож на спящую красавицу (рыбу) из сказки, а я - на прекрасного принца (хотя эта метафора, возможно, не совсем уместна, учитывая нашу разницу в телосложении). Однако то, чего я желал, выходило за рамки простого поцелуя. Во рту у меня немного пересохло, как будто я проглотил большой перец чили, и все мое тело стало горячим и раскрасневшимся, хотя это был всего лишь обычный поцелуй с этим “русалом”.

Я наклонился и осторожно положил голову ему на грудь, прислушиваясь к биению его сердца. Неожиданно я услышал, как быстро колотится его сердце, как будто он был погружен в тревожный кошмар.

На что похожи сны тритонов? Чего они боятся? Снятся ли им сражения с людьми или другими свирепыми существами в море? Или, возможно, ему снились какие-то сцены из прошлого, воспоминания, связанные со мной?

Я потерся губами о его грудь и не смог удержаться, чтобы не положить ладонь на его влажное и крепкое тело, чувствуя, как поднимается и опускается его дыхание. Я провел пальцем по его твердым, как камень, мышцам, и ощущение было таким, словно большой дельфин медленно скользил под моей рукой. Я не знаю, почему я использовал это сравнение. Я не прикасался ни к дельфинам, ни к каким-либо другим морским существам, кроме тритонов.

В оцепенении мне казалось, что я стою на лодке, а вокруг меня разбросаны запутанные рыболовные сети. Моя ладонь также как и сейчас ласкала тело Агареса, а затем, среди последовавшего хаоса, наши взгляды встретились. Он уставился на меня хищным взглядом, как будто видел во мне свою добычу, решив, что я принадлежу ему.

Сцена была настолько отчетливой, что я не мог не поверить, что лично пережил это.

Итак, что же на самом деле пережил с ним я в прошлом или в будущем? Я закрыл глаза и тщательно воспроизвел мимолетные образы в своем сознании, погружаясь в море воспоминаний. Однако это было похоже на попытку поймать рыбу, которая иногда попадалась рыбаку в море. Всякий раз, когда я пытался схватить ее, она исчезала в мутных водах. Пока я был растерян, мои скользящие пальцы по его телу внезапно коснулись чего-то влажного и липкого.

Я немедленно вышел из оцепенения и широко распахнул глаза, глядя вниз. Именно тогда я заметил беспорядок внизу его живота — лужицу молочно-белой жидкости, прилипшую к чешуе, и щель, слегка открывающуюся и закрывающуюся при его дыхании, обнажая темно-фиолетовый выступ внутри. Моя рука случайно оказалась как раз под этой расщелиной, и мои пальцы были измазаны в этой жидкости. Мое лицо горело от смущения. Хотя я начал испытывать подобные вещи только в этом году, это не означало, что я не знал, что это значит. И все же я обнаружил, что меня переполняет постыдное, но в то же время сильное желание.

Я не мог контролировать учащенное биение своего сердца и чувствовал, что вот-вот упаду в обморок. Несмотря на это, я не смог удержаться от дрожащего желания поднести руку к собственному рту. Аромат этой жидкости был таким соблазнительным, как у сладкого сыра, такой соблазнительный. Мое лицо пылало от смущения, и я украдкой взглянул на лицо Агареса, как воришка, испытывая облегчение оттого, что он все еще спал. Затем, нервничая, я со страхом слизнул жидкость. Я ожидал, что почувствую отвращение и выплюну ее, но, к моему удивлению, она оказалась вкусной! Я обхватил рукой горло, думая, что у меня, должно быть, испортилось чувство вкуса. Однако мое разгоряченное тело предало меня. Мне не нужно было смотреть вниз, чтобы знать, что мой младший у меня в промежности позорно встал.

Тебе на самом деле понравился вкус спермы тритона, и у тебя даже встал от этого!

Черт возьми, неужели ты прирожденный развратник? Дешаров!

В голове у меня царил хаос, и я изо всех сил пытался отползти от его тела, переваливаясь через риф. Внезапно позади меня раздался всплеск, когда рыбий хвост поднял волну. Он быстро обвился вокруг моей икры, затаскивая меня обратно в воду, где сильные руки крепко захватили меня в свои влажные и крепкие объятия. Я запаниковал и попытался вырваться, но почувствовал, как что-то скользкое коснулось моего уха. В одно мгновение электрический разряд пробежал по всему моему телу, заставив меня сильно вздрогнуть, и мои конечности мгновенно обмякли.

- Ты действительно думал, что я сплю... мой маленький Дешаров?

Агарес усмехнулся и прошептал низко и проникновенно, его тон был лукавым и довольным.

Его язык скользнул вниз по мочке моего уха к шее, как будто по пути разожгли пылающий огонь, заставив половину моего тела растаять и обмякнуть. Его прикосновения были одновременно незнакомыми и узнаваемыми. Я прикусил губу, дрожа от возбуждения, в то время как все мое существо жаждало, чтобы он продолжил. Я ощущал во рту стойкий привкус его спермы, и всепоглощающее чувство стыда давило на мои нервы, заставляя дрожать еще сильнее.

- Не бойся, Дешаров, пока ты будешь послушен, ты не почувствуешь боли…

Агарес поцеловал мою спину и что-то ласково прошептал. Дрожа, я слегка кивнул, но в то же время чувствовал неуверенность, качая головой. Его перепончатая ладонь обхватила моей бок и осторожно, дюйм за дюймом, продвигался вверх по нижней части живота. Мое тело казалось слишком маленьким в его перепончатых когтях, так как его ладонь почти полностью закрывала мою грудь.

Наконец, его перепончатые когти добрались до моего подбородка, и он мягко отклонил мою шею назад, пока моя голова не легла на его широкое плечо.

Я увидел, что он смотрит на меня сверху вниз, и в его темных, таких глубоких, любящих глазах, казалось, плескался яркий свет. Они были как путеводные звезды в огромной темной вселенной, указывающие путь, гарантирующие, что даже сбившись с пути я смогу снова найти его и воссоединиться с ним.

- Агарес… - я пошевелил губами и подсознательно произнесла название своей личной вселенной.

- Я здесь.

Голос Агареса был низким, хриплым и влажным. Тень, закрывавшая мне обзор, колыхнулась, и внезапно я почувствовал, как он с силой прижался губами к моим. Его язык нетерпеливо скользнул в щели между моими зубами, исследуя каждый, словно змея, стремящаяся вернуться в свое гнездо. Инстинктивно я сжал зубами то, что проникло в мой рот, смакуя и посасывая. Давно утраченная сладость наполнила мое горло, но также принесла нотку ностальгического пощипывания в носу.

Я не мог удержаться и обвил его шею руками. Его поцелуи стали еще более страстными. Острые клыки время от времени задевали мои губы, как будто он хотел поглотить меня. Его перепончатые когти коснулись моей талии и обхватили мои ягодицы ладонями, проворно снимая с меня брюки. Рыбий хвост подо мной нежно и чувственно потерся о мои ягодицы, раздвигая мои ноги. Инстинктивно я попытался обхватить его рыбий хвост, но он был слишком толстым и крепким, в четыре или пять раз больше моих ног. Когда я пытался сжать его между моих ног, я лишь растягивал мышцы внутренней поверхности бедер, ощущая неприятную боль. Несмотря на его медленные движения, я обнаружил, что задыхаюсь от боли, чувствуя, что вся нижняя часть моего тела вот-вот будет разорвана им на части.

- Больно…

- Не бойся…

Он глубоко втянул носом воздух у моей шеи, дыша тяжело и учащенно, его живот в спазмах прижимался к моей спине. Массивный ‘угорь’ пульсировал у моих ягодиц, и я даже чувствовал, как пульсируют вены на его головке. Одна только мысль о том, что эта штука вот-вот вонзится в мои ягодицы, заставила меня подпрыгнуть от страха. Я сжал кулаки и ударил по извивающемуся рыбьему хвосту подо мной, но он крепко держал меня за запястье. Другая перепончатая ладонь осторожно обхватила мой возбужденный член, а губы прикусили мочку уха, по-видимому, пытаясь отвлечь мое внимание. Однако я не смог сдержаться и кончил ему в ладонь. В одно мгновение все вокруг побелело, и я невольно вскрикнул от огорчения.

- Ммм... ах...

Я услышал свои всхлипы, которые звучали так же, как в те времена, когда мой дедушка шлепал меня в наказание, и я сразу же почувствовал глубокое смущение. Но я не мог себя контролировать. С моих губ срывались прерывистые всхлипы и стоны.

Агареса, казалось, что-то подтолкнуло, и он внезапно перевернулся, накрывая меня собой. Его рука сжалась вокруг моей талии почти до предела. Рыбий хвост под ним проник мне между ног, высоко поднимая ягодицы, как будто его рыбий хвост и нижняя часть живота сжимали меня между собой. Пошатываясь, я лежал на рифе, мои руки были сцеплены за спиной его перепончатой клешней. Слезы потекли ручьем, и эмоции желания и страха вырвались наружу одновременно:

- Нет… Мне страшно, Агарес… Я боюсь боли...

Он не обращал на меня никакого внимания, просто опустил голову, лизал и покусывал мое плечо, как будто хотел проглотить его. Нежность, которую он проявлял ранее, казалось, исчезла, и он полностью превратился в голодного свирепого зверя. Я не мог не сожалеть о том, что спровоцировал его, но теперь мне явно некуда было отступать.

Нижняя часть моего тела была высоко поднята его рыбьим хвостом, а его перепончатые пальцы ласкали мои ягодицы, как будто он разминал какой-то фрукт. Я шмыгнул носом, прикусив нижнюю губу, ожидая, что сейчас последует невыносимая боль. Однако неожиданно я почувствовал, как губы и язык Агареса скользнули вниз по моему позвоночнику, задержавшись на пояснице. Внезапно область между моими ягодицами стала влажной и мягкой, когда его змееподобный язык проник в мое тело, облизывая и задевая мои чувствительные стенки.

- Ах… - я издал взволнованный вздох, когда мои ноги дернулись. Я сжала кулаки. Все мое тело, казалось, превратилось в мягкий пластилин, пылая от жара, который мог вспыхнуть в любой момент. Я увидел, что мои руки слегка покраснели и безвольно свисали вдоль головы, как маленькие крабы, приготовленные на пару. Рыбий хвост подо мной был похож на болотного крокодила и воспользовался ситуацией, потираясь о мою промежность, а язык, вторгшийся в меня, стал еще более дерзким. Под двойной стимуляцией я быстро задрожал и снова стал твердым.

Я инстинктивно потянулась к своему распухшему и болезненному возбуждению, но моей руке не хватило сил чтобы даже схватить его. Мое тело дрожало от напряжения, и я смутно чувствовал, что если Агарес станет еще более диким, он может в конечном итоге убить меня. Я умолял его тихим голосом, но все, что слетало с моих губ, было невнятным двусмысленным бормотанием. Удивительно, но движения Агареса подо мной замедлились, как будто он услышал мои мольбы.

Мое тело тут же перевернули, и он обхватил руками мою безвольную талию. Я увидел, что глаза Агареса были налиты кровью, его кипящее желание как будто пыталось вырваться из глаз, чтобы поглотить меня. Я задрожал от страха, когда он обхватил мою голову. Он наклонился к моему уху и хрипло прошептал:

- Я забыл... Ты сейчас все еще ребенок...

Я слабо дышал, по щекам текли слезы, когда я смотрел на него. Агарес осторожно уложил меня плашмя на риф, а затем наклонился, чтобы успокаивающе лизнуть мои веки, заставляя меня закрыть глаза, словно отец, уговаривающий своего ребенка уснуть. Однако нижняя часть моего тела распухла и испытывала сильную боль, и я неловко заерзал.

- Агарес…

У меня заболело горло. Вырвавшийся звук был похож на хриплый и приглушенный стон, тритон тут же крепко прижался своими губами к моим. Я почувствовал, как его перепончатые когти медленно скользят вниз по моей талии, задирая промокшую рубашку. Мои руки и ноги были слишком короткими для него. Его перепончатые когти доставали мне до колен, без усилий приподнимая мои маленькие ножки, хватая мою ступню, как ловят маленькую рыбку, и сжимая ее. Это ощущение было знакомым и заставляло мое сердце трепетать. Я инстинктивно открыл глаза и посмотрела на него, наши напряженные взгляды слились воедино. В одно мгновение мне показалось, что я увидел взрыв фейерверков в его глазах. Это было так, как будто мы были окружены морем пламени, крепко обнимая друг друга, как сейчас.

- Вернись ко мне… Дешаров… - он прижался к моему носу и что-то пробормотал низким, глубоким голосом.

Затем он слегка приподнялся, осторожно приподняв мои ноги и положив их себе на плечи. Он сложил мое тело почти пополам, но, возможно, я уже обмяк всем телом. Я не чувствовал неудобств в таком положении.

Однако в следующий момент, прежде чем я успел среагировать, я почувствовал, как невероятно толстый предмет медленно входит в мой зад, как будто он собирался разорвать мою задницу на части. Моя талия немедленно напряглась, и я вскрикнул, подсознательно поджимая пальцы ног, размахивая руками, чтобы яростно ударить Агареса, но он мягко удержал их своими перепончатыми ладонями. Он поддерживал меня за талию своим рыбьим хвостом, позволяя мне слегка приподняться, но его член стал еще более напряженным, когда мой вес надавил на него. Его грудь быстро поднималась и опускалась, покрытая потом, когда он мало-помалу проникал в мое тело, как будто участвовал в трудной битве.

Мои слезы неудержимо хлынули из глаз, когда я прикусил нижнюю губу, тяжело и хаотично дыша, как будто сражался с более тяжелым дыханием Агареса. Эта поза позволила мне посмотреть вниз и увидеть интимную связь между нами. Его набухший, пурпурно-черный член проникал между моих бледных ягодиц, постепенно погружаясь в меня, это выглядело чрезвычайно устрашающе.

- Черт возьми, ты мерзкое животное… - я застонал, поднимая ногу, которая покоилась на его плече, и попытался ударить его в голову. Однако он без особых усилий удержал мою лодыжку, и его тяжелое тело, похожее на гору, навалилось на меня сверху, крепко заключив в свои объятия. Голос Агареса звучал хрипло и неконтролируемо:

- Не сопротивляйся, Дешаров, или я могу потерять контроль и грубо с тобой обойтись. Ты не представляешь, какой ты восхитительный…

Я неподвижно замер, не смея дышать, чувствуя, как его язык дразняще щекочет мое ухо, а перепончатые пальцы потирают затвердевшие соски на моей плоской груди. Волна искрящегося удовольствия распространилась по всему моему телу, на мгновение ослабив дискомфорт от его вторжения, в то время как его прикосновения возбуждало. Смесь чарующе нового и до боли знакомого удушающего удовольствия окутала меня целиком, заставив слюну подступить к горлу. Я сглотнул, но капля все же скатилась с уголка моих губ.

Агарес уставился на уголок моего рта, с интересом улыбаясь, слизнул капнувшую слюну, как будто росу. В то же время я почувствовал, как плоть, погруженная в меня, медленно продвигается дальше внутрь, но, возможно, я был в облаке комфорта, потому что болезненное ощущение вторжения не казалось таким интенсивным. Я издал слабый стон, и он слегка прикусил губу. Внезапно он вытянул свой рыбий хвост вперед, вдавливая большую часть своего члена в мое тело.

- Уф...

Я выгнул спину, зарываясь пальцами в его волосы, чувствуя себя умирающей креветкой, пронзенной в жизненно важное место. Пот струился по моему лбу, смешиваясь со слезами. Я глубоко хватал губами воздух, чувствуя, что скользкий, толстый и сильный, большой "угорь" вот-вот прорвется сквозь мои внутренние стенки, желая поглотить саму мою сердцевину.

- Убирайся… - слабо простонал я, но Агарес еще крепче сжал мои руки, поднимая меня на свое тело.

Массивная плоть, погруженная в меня, медленно выходила, а затем решительно проникала обратно, иногда слегка, а иногда глубоко. Словно он проверял, сколько могут выдержать мои хрупкие внутренние стенки, постепенно увеличивая интенсивность. Он лизнул мочку моего уха, звук, с которым он сглатывал слюну, был громким, как будто он изо всех сил старался не поглотить меня целиком.

Я не осмеливался поднять голову, чтобы посмотреть на выражение его лица, просто свернулся калачиком в его объятиях. Все мое тело дрожало, раскачиваясь от его толчков, я чувствовал себя как наездник, впервые сидящий на лошади, испуганный и нервный. По мере того, как он продолжал, первоначальная боль, казалось, постепенно исчезала, сменяясь неописуемым удовольствием. По мере того, как его толчки становились все сильнее и интенсивнее, удовольствие нарастало в определенный момент, оно вырвалось наружу.

- Агарес… Ах… Аха… - я сжал зубами его шею, и мышцы внутри моих бедер начали интенсивно сокращаться.

Узкие стенки моего внутреннего "я" сжались вокруг его члена, как липкий рот, который все еще крепко держал его, затрудняя его движения. Я неловко заерзал на нем, и Агарес погладил мою спину, пытаясь успокоить мое беспокойство. Он осторожно вышел, а затем осторожно проник обратно, повторяя движение, с каждым разом входя глубже, как будто молча указывая мне, как принимать его.

Но я просто не мог этому научиться, он был слишком огромен, как тигр, который охотится на кролика. Единственное, что я мог сделать, это запрокинуть голову и безудержно всхлипывая, периодически постанывая и повторяя его имя, поскольку это был единственный способ не упасть в обморок немедленно.

В этот момент я внезапно заметил фигуру, маячившую в воде неподалеку.

Я перевел взгляд и увидел стоящего там серебристохвостого русала, похожего на моего дедушку. Он молча смотрел на нас, в его глазах мерцал леденящий душу огонек негодования.

Чувство вины и стыда захлестнуло меня, когда я понял, что мой собственный дедушка был свидетелем этой сцены. Это заставило меня неудержимо содрогнуться, но, как будто почувствовав что-то, Агарес повернул голову, и фигура на поверхности воды мгновенно исчезла без следа.

- Те, кто пытается отнять тебя у меня, не что иное, как помешанные дураки… - Агарес ухмыльнулся со зловещим блеском в глазах.

Я в замешательстве уставился в том направлении, но он заставил меня замолчать глубоким поцелуем, закрывая мне обзор. Он прижал меня к камням и издал разочарованный рык. Его перепончатые когти разминали мои ягодицы, а затем он с силой вошел, растягивая меня круговыми движениями. В одно мгновение всепоглощающее удовольствие, накопившееся во мне, взорвалось подобно фейерверку, разрушив все мои отвлекающие факторы и тревоги.

Мои икры бесконтрольно задрожали, как будто мое тело внезапно раскрылось, чтобы вместить его, позволяя ему проникнуть глубоко внутрь меня. Я услышал, как он глубоко вздохнул, поднимая меня выше, так что я повис на нем. Его хвост энергично задвигался, несколько раз вонзаясь в меня снизу. Я застонал и крепко прижался к его шее, полностью растворившись в удовольствии. Я даже не мог сосчитать, сколько раз кончал. Все, что я мог чувствовать - это влажность жизненных соков между моих ног, хлюпающий звук от удара его хвоста и интенсивные ощущения, переполняющие мои чувства.

Мое зрение стало размытым и влажным, а в мозгу гудело от головокружения. Когда теплые волны удовольствия пронеслись по моему телу, я увидел несколько сгустков синего света, исходящих из сердца Агареса и сходящихся в точке, где мы были соединены. Волна электрического тока мгновенно распространилась по всему моему телу, заставив мое сердце сжаться, как будто его сильно ударили. Внезапно я почувствовал, что у меня перехватило дыхание, и все мои чувства и сознание, казалось, сошлись в определенной точке моих нервов, как птица, возвращающаяся в свое гнездо. В этот момент невидимый барьер, который удерживал меня от погружения в океан воспоминаний, разлетелся вдребезги с оглушительным треском.

Дешаров… Дешаров…

Зов, такой невероятно знакомый, сначала казался далеким и неземным, как будто доносился с неба, затем постепенно стал отчетливым и, наконец, зазвучал в моих ушах, такой реальный и близкий.

- Агарес? - я моргнул, глядя на своего лидера, который стоял передо мной.

Мне казалось, что я спал столетия и только сейчас увидел его снова, но в то же время я постоянно ощущал его присутствие вокруг себя, включая яркое воспоминание о том, как он овладел мной всего несколько минут назад в ‘первый раз’. Слияние этих двух разных воспоминаний привело меня в замешательство и в то же время в новизну, как будто я шел по пересечению света и тени, одна половина которых была русским биологом, а другая - британским военно-морским офицером. Я недоверчиво уставился на Агареса, но всепоглощающим чувством в тот момент было нежелание — я не мог поверить, что это старое чудовище воспользовалось мной однажды, когда мне было пятнадцать, и снова, когда я возродился в четырнадцать. Черт возьми, я был слишком наивен!

Но я никак не мог заставить себя винить его, потому что видел, что глаза Агареса слегка увлажнились. В самом деле, какие мучения он должен был терпеть в течение долгих пятидесяти лет? Я не мог себе представить, что если бы я стал свидетелем его смерти собственными глазами, а затем стал ждать его возрождения, не сошел ли бы я с ума? К счастью, мы могли бы встретиться снова в другое время и воссоединиться на разных исторических траекториях.

Ага, я должен сказать, что это было чертовски... романтично.

Я ущипнул его за заостренные уши и яростно прикусил губы, а он прижал меня еще крепче, медленно двигаясь внутри меня. Мое недавно лишенное девственности тело было невыразимо чувствительным, и я сразу же начала дрожать.

- Черт возьми, не продолжай… Ты же убьешь меня...

- Я так сильно хочу, чтобы ты быстрее повзрослел, - недовольно проворчал Агарес, держась за мою задницу и прижимая меня к рифу. Он неохотно вытащил свой рыбий хвост из под меня.

- Если ты хочешь собрать плоды, тебе нужно подождать, пока они созреют, - я пожал плечами, положив свои тонкие руки ему на плечи и наклонившись к его уху, полушутя утешая его: - Эй, честно говоря, реинкарнация не такая уж плохая вещь. У меня все еще есть мои прежние знания, и теперь я также обладаю навыками боя в море, так что я могу…

Несколько сцен промелькнули у меня в голове, и мой рот внезапно застыл.

Глава 104

К слову о демоне, который убил меня и который снова появился в этой временной линии. Сильное чувство обиды и страха захлестнуло меня, отчего холодный пот выступил у меня на спине. Неосознанно я крепко сжал кулаки. Не раздумывая, я выпрыгнул из объятий Агареса в воду, омывая тело, покрытое следами нашей любви. Я сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоить бурлящие во мне эмоции. Однако Агарес не дал мне шанса собраться с мыслями. Его перепончатая ладонь обхватила меня сзади за талию, легко поднимая и неся на руках. Я слегка сопротивлялся, но его голова настойчиво покоилась на моем плече.

- Что случилось?

- Ничего, - я покачал головой.

Судя по виду Агареса, казалось, что он не ожидал, что этот парень, Райн, снова появится в этом времени и снова пересечется со мной. Иначе он, вероятно, не дожил бы до сих пор. Но вместо того, чтобы мстить и мчаться обратно, все, чего я хотел, - это держаться как можно дальше. Одна только мысль о существовании Райна заставляла меня содрогаться от дискомфорта. Он стал моим самым страшным кошмаром, самым неизбежным мраком.

- О чем ты думаешь? Ты дрожишь, Дешаров.

Возможно, мое выражение лица было слишком пугающим, поскольку тон Агареса тоже стал серьезным. Он развернул меня, посадив на свой рыбий хвост. Опустив веки, он уставился на меня, вопросительно прищурившись. Его перепончатая ладонь слегка помяла мою талию, отчего мое тело внезапно стало чувствительным и обмякло. Я быстро схватил его за запястье, не в силах контролировать свое дыхание, и сказал:

- Черт возьми... не делай этого.

- Тогда просто послушно скажи мне, что происходит в твоей маленькой головке.

Агарес прикусил мочку моего уха, и ощущение покалывания, похожее на искру, заставило меня вздрогнуть.

Я расправил плечи, уклоняясь от его неотразимых заигрываний, потому что, черт возьми, я чувствовал, что снова становлюсь твердым. Мое тело не выдержало бы, если бы я сделал это снова (с физиологической точки зрения, я все еще несовершеннолетний, а Агарес, эта старая скотина, совершил бы преступление!).

- Разве ты не говорил, что можешь читать мои мысли? - пробормотал я и, к своему удивлению, заметил, что мои слова, казалось, задели Агареса.

Он поджал губы с негодующим выражением лица, совсем как большой ребенок, пойманный на лжи. Я не мог не найти это довольно забавным. Этот взгляд делал его невероятно очаровательным, но в то же время я понял, что Агарес на самом деле не мог читать мои мысли. Он просто разыгрывал психологические трюки, и я действительно верил ему раньше. Ох уж эта коварная старая рыба.

- Ты хочешь, чтобы я повторил то, что я только что сделал с тобой, Дешаров?… - Агарес ущипнул меня за подбородок, приблизил губы к кончику моего носа и тихо пригрозил: - Или ты сделал это нарочно? Маленькая голодная рыбка…

Сказав это, он претворил свои слова в действие. Он схватил меня за икру и прижал спиной к рифу. Этот толстый рыбий хвост задел внутреннюю сторону моих бедер, отчего мое дыхание участилось.

- Эй, я сдаюсь, я буду говорить, я все расскажу! Мой господин, пожалуйста, пощадите меня! - я запаниковал, прикрывая ягодицы, и прыгнул в воду, чтобы присесть на корточки на рифе, выглядя как кот, у которого загорелся хвост.

Агарес наклонил голову, глядя на мое смущенное состояние, похожий на строгого отца, наказывающего своего ребенка (если не обращать внимания на озорной блеск в его глазах и его беспокойный большой хвост позади меня). Он молча ждал, когда я признаюсь.

- Э... это… Я думал... о военно-морском флоте...

Я пробормотал свой ответ, чувствуя облегчение от того, что он не мог прочитать мои предыдущие мысли. Я не хотел, чтобы даже один шанс на миллион повторился в ситуации, которая чуть не убила меня. Райн теперь был видной фигурой в Военно-морском альянсе НАТО. Даже если бы я хотел отомстить, я бы не стал рисковать снова, и я, конечно, не хотел, чтобы Агарес атаковал военный корабль в попытке убить Райна. Это могло привести к непредсказуемым последствиям.

Ла-Манш был оплотом в этой войне между мерфолками и людьми, его значение сродни значению Нормандского пляжа во время Второй мировой войны.

Если мерфолкам не удастся удержать самый узкий участок Ла-Манша, позволив проходить военным кораблям людей, они потеряют свою оккупированную территорию.... Но, напротив, мерфолки могут контролировать половину горла Европы.

Теперь армия мерфолков во главе с Агаресом была похожа на очередную высадку в Нормандии, рискуя потерять крепость из-за Райне, который того не стоил.

Учитывая мои высокие баллы на курсах военного обучения, я подумал про себя, что, если бы мне дали шанс, я мог бы стать военным советником Агареса.

Но насколько велики были его амбиции? Действительно ли он собирался оккупировать океан, как он говорил?

Действительно, такой сценарий был бы крайне непрактичным и мог привести к невообразимым последствиям - пламя мести, вероятно, никогда не утихнет, учитывая непостижимую военную мощь людей. Шрамы, оставленные глобальными войнами, продолжают оставаться в памяти людей, а запах пороха и крови все еще свеж. Война между мерфолками и людьми, несомненно, привела бы к взаимному уничтожению.

Я посмотрел в глаза Агаресу, не в силах сдержать свои мысли, и невольно озвучил их:

- Я думал... думал о мощи военно-морских сил, которые столкнутся с вами в этой войне, и анализировал ситуацию конфликта, который вы начинаете. Агарес, каково твое мнение?… каков твой план?

Брови Агареса слегка дернулись. Он притянул меня в свои объятия, пристально глядя на меня взглядом, в котором, казалось, была слабая улыбка, тронувшая уголки его рта.

- Какими бы мощными ни были человеческие вооруженные силы, они всегда будут слабее в море, потому что они не принадлежат к океанскому миру. Люди могут выжить здесь только с помощью инструментов. Без них люди ничем не отличаются от черепах со снятыми панцирями. Но нам не нужны такие инструменты, - сказал он с тихим смешком. Тени насмешки и безжалостности промелькнули под его ресницами, открывая выражение хитрого и расчетливого лидера.

Я слышал эмоциональность и кровожадность в его голосе:

- Мы можем исчезнуть в море в любое время, появляясь, когда меньше всего этого ожидают, скрываясь в глубинах, куда люди не могут отважиться добраться, или появляясь в их незащищенных водах, чтобы пожирать и захватывать их. Это будет цена, которую они заплатят за нанесение вреда океану и нашему виду. Они станут нашими рабами, нашими инструментами размножения. Этот канал... не является нашей идеальной базой, Дешаров…

Он уставился на меня, слегка ухмыляясь.

- Это ловушка. Большая ловушка, которой люди не могут противостоять и в которую прыгают.

Мое сердце пропустило удар, а дыхание участилось. Внезапно в моем сознании появилась наполовину сформированная стратегическая карта. Действительно, из-за жизненно важного положения и значимости Ла-Манша люди предпринимали непрерывные атаки. Однако самая узкая точка этого пролива означала, что военные корабли могли проходить только по одному, что было их самым большим недостатком и самым большим преимуществом морского народа.

Итак, мое умозаключение о том, что план Агареса сравним с высадкой в Нормандии, действительно было предвзятым, поскольку я упустил из виду главное преимущество мерфолков - их гибкость. Мерфолкам не нужно высаживаться, и они не ограничены природными факторами. Им нужно только дождаться, когда люди нагло нападут, а затем исчезнуть без следа, сделав наступление людей таким же бесполезным, как выстрел в черную дыру. Когда люди будут праздновать, думая, что они отвоевали канал, и расслабятся, мерфолки тихо и незаметно поймают их, как черепах в сети.

Я удивленно уставился на Агареса, и внезапно мне показалось, что я затронул самую глубокую часть его сердца. Для людей Агарес, несомненно, был грозным военачальником, амбициозным, хитрым, агрессивным и смертельно опасным.

Неудивительно, что старый ветеран предупреждал, что как только они привлекут своего лидера, вся их армия будет обречена. Теперь казалось, что точнее и сказать было нельзя. Однако я не мог не беспокоиться о том, что Агареса однажды может постигнуть та же участь, что и амбициозного завоевателя, оставившего удивительный след в истории человечества, - царя Александра Македонского.

Может быть, я слишком много думаю, но я не знаю почему, у меня плохое предчувствие в сердце.

- Не беспокойся обо мне, Дешаров, - Агарес говорил так, словно снова мог видеть меня насквозь. - Мы не хотим многого - по сравнению с разграблением людей. Мы не будем жадно поглощать весь океан. Это долгосрочный план. Что нам нужно прямо сейчас, так это увеличить наше население и превратить этот так называемый военно-морской альянс из врагов в себе подобных.

Я снова опешил.

- Но разве это не приведет волков в дом? Если они станут нам подобными, будут ли они верны и преданы тебе?

- Нет... но они будут верны своим супругам. Косвенно будут верны мне, - тон Агареса звучал лукаво. - Когда человек встречает тритона, который идеально ему подходит, трудно не быть очарованным. Ты испытал это на собственном опыте, не так ли, Дешаров?

Он понизил голос, словно читая зловещее заклинание. Его дыхание, как влажный и манящий туман, проникло в мой нос, вновь разжигая жар в моем теле, которое только что остыло.

- Эй, колдун! - воскликнул я, мое лицо покраснело, когда я подчеркнул этот момент.

Тем не менее, я не мог удержаться и обвил руками шею Агареса, молча признавая, что это действительно было правдой. К сожалению, мировые легенды описывали красивых русалок-женщин только как соблазнительных морских демонов, но они упускали из виду этих морских демонов-мужчин, каждый из которых был настоящим “переносчиком мужских гормонов”, эти парни были похожи на рой жаждущих насекомых!

Агарес широко улыбнулся и захихикал. Он перевернулся, прижимая меня к себе, и снисходительно глубоко вдохнул мой запах, прежде чем исследовать мое тело руками. Однако именно в этот момент по пещере издалека разнесся приглушенный звук, как будто это был какой-то взрыв.

Мои нервы напряглись, когда я заметил, что выражение лица Агареса изменилось с солнечного на пасмурное. Он отпустил меня и приподнялся в сторону водопада.

- Добыча приближается, - он тихо зарычал, словно отдавая команду, а не обращаясь ко мне.

Я разинул рот от изумления, когда водяная завеса водопада, казалось, проецировала внешнюю сцену, как в кино.

Снаружи занимался рассвет, и в постепенно разгорающемся солнечном свете над морем я мог ясно видеть военный корабль меньших размеров, чем "Герцог", медленно входящий в узкий канал пролива. Военный корабль был заполнен вооруженными матросами, бросающими в воду высокочастотные звуковые пушки, которые я видел раньше. Однако в водах рядом с военным кораблем не было ни единого следа морского народа, нападающего на них, и обе стороны пролива были пусты. Я знал, что это была стратегия Агареса. Они, должно быть, спрятались после того, как захватили нас, новобранцев.

Те два чертовых ублюдка, которые послали нас (я отказываюсь называть их имена!), вероятно, думали, что высокочастотные пушки действительно эффективны для отпугивания мерфолков. Вот почему они так уверенно попались в эту ловушку, расставленную тритонами давным-давно. Возможно, они не осознавали, что морской народ способен к стратегическому планированию.

Глава 105

Я взглянул в сторону Агареса и заметил, что он закрыл глаза, его глаза мягко вращались под веками, как будто в глубокой медитации. К моему удивлению, огонек голубого света слабо мерцал у него на лбу, делая его бледную кожу почти прозрачной. Его когда-то мокрые серебристые волосы развевались позади него, как щупальца медузы, каждая прядь казалась живой и мягко колыхалась. При ближайшем рассмотрении я заметил бесчисленные крошечные голубые точки, сходящиеся от затылка к волосам, напоминая электрические токи, текущие по концентрированным электрическим цепям.

В то же время я заметил несколько течений в проекции водопада, движущихся против естественного направления волн, направляясь к военному кораблю, входящему в пролив. Бесчисленные темные тени появились подобно надвигающейся массе мрака. Однако, если бы не наша наблюдательная точка, с которой стояли я и Агарес, эту скрытую атаку было бы трудно заметить, особенно скрытую в тенях, образовавшихся по обе стороны пролива.

Когда течение приблизилось к военному кораблю, я заметил, что прядь волос Агареса колыхалась все сильнее. Когда одна из прядей его волос закрутилась, темная тень в потоке быстро обошла переднюю часть военного корабля, молниеносно прыгнув в дренажную кабину, как стрела, выпущенная из лука. Я был уверен, что никто не смог бы заметить этот за долю секунды.

Это осознание внезапно заставило меня понять, что между атакующим мерфолком и волосами Агареса существует прямая связь руководства и контроля. Я втянул холодный воздух.

Это было невероятно. Я не мог не думать о главном центре управления, выдающем команды, и теперь Агарес выполнял эту роль.

Как это описать? Этот вид общения среди морского народа посредством потока сознания был действительно сродни беспроводному радио, или, скорее, интернету. Это было даже более продвинуто, чем методы удаленной связи с человеком, потому что Агарес, выступая в качестве центра управления, не только точно передавал свои команды каждому человеку, но и позволял им действовать с максимальной эффективностью. Однако, казалось, что Агарес не обладал этой функциональностью пятьдесят лет назад, когда он лично совершал атаки на военные корабли людей.

Могло ли это быть результатом его собственной эволюции вместе с мерфолками за эти пять десятилетий? Люди пережили несколько промышленных и технологических революций, чтобы достичь своего нынешнего состояния, в то время как мерфолки эволюционировали, разработав коммуникационную сеть и тактику ведения боя, намного превосходящие человеческие возможности, всего за пятьдесят лет. Как удивительно!

Когда я смотрел на эти пряди волос, каждая из которых скручивалась с разной интенсивностью, я не мог не восхититься. Однако в моем сознании возникло несвоевременное сомнение: какая прядь волос олицетворяет мое существование? Нет, у Агареса, вероятно, не так много прядей волос, как все население мерфолков, так какой же из этих крошечных точек света был я? И контролировал ли он меня в какой-то момент времени? Возможно, для Агареса каждый индивид был подобен крошечной планете в своем космическом теле и выживал в своей вселенной, вращаясь вокруг своего магнитного поля и звездных орбит.

Я внезапно вздрогнул. Эта мысль была слишком пугающей, слишком непривычной. Я покачал головой, заставляя себя не следовать за скользкой дорожкой умозрительных рассуждений, а вместо этого сфокусировать свой взгляд на водопаде, широко раскрыв глаза.

Рядом с военным кораблем среди бурлящих волн всплыл гигантский люминесцентный планктон. Я видел их в "видениях", которыми поделился с Агаресом еще в Атлантиде. Я все еще помнил, как они парили над этой массивной и безмятежной “гробницей”, кажущиеся неземными, как миражи.

В этом потустороннем океане, под покровом предрассветной темноты, они казались потрясающе красивыми, как постоянно меняющаяся туманность в телескопе Галлея, направленном в открытый космос. И все же я знал, что эта “туманность” была чем-то большим, не просто “дымовой шашкой”, которой манипулировал Агарес. Реальная угроза скрывалась за завораживающим фасадом, как и сами мерфолки.

Военно–морские силы на корабле, казалось, совершенно не подозревали о подстерегающей опасности или, возможно, они уже были опьянены - стоя на краю палубы, они глупо уставились на сцену внизу. Они держали оружие наготове, но никто не сделал попытки выстрелить. Оказалось, что морские жители, проникшие через дренажную кабину, взяли под контроль командный центр. Я не был уверен, испускали ли планктоны какую-то таинственную субстанцию, похожую на эфир, но они определенно превратили морскую команду в группу марионеток. По сравнению со свирепыми атаками пятидесятилетней давности, это была бескровная победа, и результат, несомненно, был односторонним.

Я затаил дыхание и уставился на морскую гладь, только чтобы увидеть военный корабль, окруженный планктоном. Скорость движения военного корабля замедлилась, и, наконец, он врезался в скопление рифовых скал и остановился.

В этот момент военно-морские служащие, казалось, очнулись ото сна. Не получив четкой команды, они поспешно отступили в каюту корабля. Некоторые с тревогой ждали инструкций, некоторые в замешательстве открыли огонь из своего оружия, а другие побежали к командному центру за помощью. Весь военно-морской флот, казалось, был в беспорядке, как свежее мясо, шипящее на горячей сковороде, издавая хаотичные звуки. Однако, как бы они ни боролись, было уже слишком поздно.

Невероятно, десятки тысяч морских жителей внезапно выскочили из “Туманности” внизу, напоминая огромный шквал метеоритов, атакующих Землю, когда они устремились к военному кораблю, каждый из которых излучал синий электрический свет. Пули были совершенно неспособны отразить их нападение. Военно-морские служащие на военном корабле либо отчаянно сопротивлялись, либо разбегались во все стороны, однако они были быстро захвачены кишащим морским народом и утащены в воду один за другим. Не будет преувеличением сказать, что эта сцена была столь же шокирующей, как нашествие саранчи.

Помимо удивления, наблюдая за этим, я почувствовал себя несколько неловко, или, точнее, это принесло мне мучительное чувство. Несмотря на то, что я хорошо осознаю, что я потомок и супруг Агареса, и, без сомнения, глубоко влюблен в него, мои мысли и перспективы должны склоняться к морскому народу, и я должен подходить ко всему этому с точки зрения тритона... Но реальность оказалась не такой однозначной.

Я не мог заставить себя не испытывать противоречивых чувств по этому поводу. Я не мог насильно отделить свою человечность от своего тела, как и все то, чем я обладал как человек.В том числе сочувствие к собственному виду. Поскольку я, Дешаров, будь то студент университета или младший морской офицер, моя сущность и натура глубоко укоренились в моей душе.

Так совпало, что в этот момент я увидел на военном корабле молодого морского офицера примерно моего возраста — мальчика, охваченного крайним страхом. Он отступил на нос корабля, окруженный группой морских жителей. В глубине отчаяния он решил покончить с собой, выстрелив из пистолета. В этот момент из его головы хлынула кровь, вызвав дрожь, пробежавшую по моим нервам. Я быстро отвел взгляд, переведя его на Агареса.

Он оставался неподвижен, его глаза были закрыты, и даже уголки его рта были слегка приподняты, как будто он был погружен в ощущение победы в этой опустошительной битве, как и любой верховный диктатор.

Я легко вплыл в каменный лес, прислонился к скале и сделал несколько глубоких вдохов.

Даже невооруженным глазом было заметно, что количество мерфолков намного превышало численность военно-морского персонала, что привело бы к тому, что некоторые мерфолки не смогли бы найти себе супругов. Следовательно, неизбежно развернулись бы сцены, в которых множество мерфолков соперничают за одного человека. Когда я думал об этом, образы трагической ситуации Дэвиса продолжали всплывать у меня перед глазами, заставляя мое сердце учащенно биться от страха.

Мой дорогой друг бесследно исчез после нашей разлуки на острове Мерфолк. Шансы на его выживание были чрезвычайно малы. Надеюсь, в этом времени и пространстве он сможет жить счастливо, без каких-либо дальнейших пересечений со мной или морским народом.

- Дешаров, что ты здесь делаешь, прячешься?

Как раз в тот момент, когда мои мысли разбегались в разные стороны, до моих ушей внезапно донеслось низкое рычание Агареса, напугавшее меня.

- Ничего такого, я просто не привык… - я покачал головой, прилагая усилия, чтобы контролировать свой тон. Я посмотрел в глаза Агаресу,  глядящему на меня сверху вниз, его возвышающееся тело отбрасывало тень, которая закрывала мне обзор, не позволяя разглядеть выражение его лица. И все же, необъяснимо, во мне поднялось чувство незнакомого страха. Я поймал себя на том, что добавляю еще несколько слов:

- Простите, лорд Агарес… Или мне следует обращаться к вам "король’?

Как только слова слетели с моих губ, его перепончатый коготь нежно ущипнул меня за подбородок. Его губы приблизились к моему носу, а глаза пленительно заблестели.

- Король?… Я ослышался, Дешаров? - его тон слегка изменился, как будто содержал намек на предупреждение. - Ты должен называть меня Агарес, и только ты можешь обращаться ко мне так. Это привилегия, которая принадлежит исключительно тебе. Ты отличаешься от моих подданных... понял? Кстати о них.

Он взглянул в сторону водопада со зловещей улыбкой на губах. У меня перехватило дыхание.

- На этом военном корабле гораздо меньше людей по сравнению с мерфолками. Я обеспокоен тем, что это может привести к хаосу, как это было на острове Мерфолк. И я считаю, что это нападение - всего лишь пробный ход. Я вспоминаю, что основной флот намного больше, чем этот. В следующий раз они, несомненно, предпримут более жестокие и новые формы нападения. Эта ловушка долго не продержится.

Я сказал с новым приливом энергии:

- Мы должны уходить как можно раньше. Люди более грозны, чем ты можешь подумать. Они доминируют на этой планете. Океаны не являются их единственной территорией для выживания, скорее это суша. Земля может постоянно снабжать их силами. В мире людей есть много мест, куда твоя нога не ступала, Агарес. Если эта война обострится, она будет бесконечной, пока либо русалки, либо люди не будут уничтожены.

Закончив говорить, я посмотрел на Агареса и глубоко вздохнул.

Он пристально посмотрел мне в глаза и задумчиво нахмурился.

Мое сердце бешено колотилось. Я чувствовал, что мои убеждения почти провоцируют Агареса, обнажая перед ним его недостатки как завоевателя. Я указал на ошибки этого космического правителя, подобные черной дыре, которую нельзя игнорировать, и на потенциальные последствия его амбициозных планов и идеалов. Я не хотел, чтобы мой возлюбленный стал фашистским лидером мерфолков, возможно, выставлять его в таком свете было преувеличением и предвзятостью, но Агарес был законченным авторитарием. Он был верховным лидером мира мерфолков. И факт был в том, что абсолютная диктатура часто приводила к узости и экстремизму того, кто находился у власти, и я не мог не беспокоиться по этому поводу.

- Мы уйдем отсюда, - заговорил Агарес после продолжительного молчания, - Как только мы превратим здешних людей в себе подобных. Затем мы расширим нашу территорию на юг. Но эта война уже обострилась, не так ли, Дешаров?

- Да, она обострилась… - я потер кожу между бровями.

Агарес шаг за шагом продвигался к осуществлению своего плана по захвату Атлантического океана. За этот короткий год влияние морского народа распространилось на все границы Атлантики. Были захвачены почти все важнейшие проливы - от Берингова пролива на севере до пролива Дрейка на востоке, достигая Малаккского пролива на западе. После нанесения тяжелого удара по военно-морскому альянсу НАТО в проливе Ла-Манш было легко сделать вывод, что его следующим пунктом назначения, скорее всего, был Гибралтарский пролив на юге, ворота в Средиземное море.

Он намеревался также взять под свой контроль Средиземное море, расширив территорию русалок от европейских вод до вод Азии и Африки. Другими словами, для людей угроза, исходящая от русалок, распространялась на половину земного шара. Итак, если военно-морские силы евразийских стран объединятся против морского народа…

- Что касается хаоса… Дешаров, после того, как история была изменена, порядок и цивилизация Атлантиды были сохранены. Мы уже не те, что раньше.

Агарес заговорил тихим голосом, затем поднял свою перепончатую ладонь. Я увидел, как несколько прядей его волос извиваются змеей, и в то же время на изображении водопада сотни морских жителей нырнули под военный корабль, и в одно мгновение корабль уже плыл ко входу в пролив. Палуба была аккуратно прибрана, и не было похоже, что она только что пережила битву за разграбление. Вместо этого казалось, что военно-морской персонал все еще готовится в каютах. Однако я заметил, что в командной рубке была фигура. Тем не менее, они оставались неподвижными, как будто уже были мертвы. Но в глазах тех, кто не знает, с военным кораблем, казалось, не было ничего необычного.

Возможно, Агарес планировал реализовать русалочью версию стратегии троянского коня? Я вдруг подумал об этом, и мои брови дернулись.

Потому что, несмотря ни на что, главный военный корабль не стал бы дистанционно обстреливать свои собственные субмарины, не разобравшись сначала в ситуации. Однако, когда субмарины приблизились, мерфолки могли начать внезапную атаку, застав их врасплох.

Тактика Агареса казалась удивительно хорошо заученной. Был ли он самоучкой? Или Атлантида тоже переживала территориальные конфликты, подобные этому?

Как раз в тот момент, когда я, погруженный в свои мысли, смотрел на военный корабль, покидающий пролив, Агарес внезапно схватил меня за руку и вытащил из водопада. Мы вошли в “туннель”, который напоминал просторы вселенной, из которой мы пришли. Он протянул руку, и маленький, светящийся, похожий на рыбу-дьявола планктон откликнулся, как будто его позвали. Он мягко спустился с вершины пещеры, а затем поплыл прямо ко мне. Я в замешательстве посмотрел на эту странную штуку и протянул руку, чтобы прикоснуться к ее светящейся коже. Моя ладонь соприкоснулась с чем-то прохладным, желеобразным, и оно, казалось, застенчиво втянуло свое тело, обернувшись вокруг моей талии, как полотенце, закрывая мою нижнюю половину. Оно моргнуло своими маленькими глазками на спине и выглядел как какое-то озорное маленькое домашнее животное.

- Черт возьми, что это за штука? - я не смог сдержаться и рассмеялся.

- Позволь этому созданию прикрыть те части твоего тела, которые не должны быть видны другим морским жителям, кроме меня, - пробормотал Агарес, целуя меня в мочку уха. Затем он провел перепончатым когтем по моим ягодицам через “одеяло из рыбы-дьявола”. Пара маленьких глазок на моей талии бросила на него сердитый взгляд (отражающий мою реакцию).

- Наконец-то ты подумал о моей проблеме с одеждой, - пробормотал я, слегка встряхивая это странное “белье”. Однако я почувствовал, как скользкий хвост коснулся моих ног.

- Хэй! - я немедленно схватил непослушное маленькое создание и угрожающе уставился в его маленькие предательские глазки на моей талии. - Ты - одежда, так что тебе лучше вести себя как одежда! Черт возьми, если ты посмеешь капризничать, я превращу тебя в еду!

Выражение лица Агареса потемнело, и “банное полотенце” тут же испуганно послушно свернулось, теперь напоминая настоящее нижнее белье, тем не менее треугольное, хотя и светящееся, с чем мне было немного трудно смириться. Однако это было определенно лучше, чем ходить без одежды. О, небеса, я наконец-то избежал участи находиться рядом с этим старым извращенцем без одежды. В противном случае мои ягодицы были бы в опасности в любое время и в любом месте.

Пока я думал об этом, Агарес внезапно протянул ко мне свои перепончатые ладони, обнял меня за талию и ткнул в мои “трусы” своими острыми ногтями, как будто он очень завидовал их существованию.

Собственничество этого парня не могло быть настолько сильным, чтобы он ревновал к нижнему белью бренда “Рыба-дьявол”, которое он лично выбрал, верно же?

Я крепко сжала его, свирепо глядя. Однако тот прижал меня к каменной стене, заткнув поцелуем. Горячие и влажные губы привели меня в замешательство. Нижнее белье, которое я только что надел, снова чуть не соскользнуло из-за его приближения, но, к счастью, я крепко ухватилась за маленький хвост этого хулигана.

- Внезапно приодел меня… - я ахнул, отрываясь от его губ и почесывая затылок. - Мы куда-то идем?

- Да… Мои подданные не могут свободно выбирать себе супругов, пока я не отдам приказ, - Сказал Агарес, неся меня на спине и плывя к каменному лесу.

- Король...

В этот момент невдалеке раздался резкий крик, сопровождаемый приближающимся шумом воды. К нам подплыла фигура, и лицо, появившееся на поверхности воды, сразу же поразило меня – черные волосы, фиалковые глаза и резкие черты лица – разве это был не...?

- Хэй, Асура! - я не мог удержаться, чтобы не окликнуть его.

Асура остановился перед нами. Когда он увидел меня, на его лице тоже появилось удивленное выражение, но он тут же опустил голову, опасаясь Агареса.

- Юкимура… он все еще жив? - я затаил дыхание и осторожно спросил, мое сердце невольно замерло.

Асура кивнул, уголки его рта, казалось, слегка изогнулись.

Я глубоко выдохнул и не смог удержаться от смеха. Эта пара несравненных влюбленных наконец-то смогли быть вместе в этом будущем, где время и пространство изменились.

- Зе-са-ти… - Губы Асуры слегка шевельнулись, издавая последовательность вибрирующих слогов из его горла. Удивительно, но я смог понять, что это было имя. - Он внезапно исчез… как раз в тот момент, когда мы возвращали пленников-людей в главное гнездо. Он сказал… что он учуял запах другого твоего потомка, все еще на том человеческом корабле. Он хотел вернуть твоего потомка обратно.

- Мой другой потомок? Это невозможно, - Агарес фыркнул. - Это просто предлог, который он использует, чтобы сбежать от меня и спасти свою жизнь. Иди и верни его обратно. Мы не можем позволить ему вступить в сговор с людьми.

Асура издал короткий вскрик, словно соглашаясь, нырнул в воду и в одно мгновение исчез из виду.

- Кто он, Агарес? - странная интуиция пробудилась во мне, и я повернул голову, чтобы спросить, обнимая его шею. Однако Агарес, казалось, не слышал. Его длинный рыбий хвост покачивался под ним, когда он нес меня на спине, плывя к краю каменного леса.

Глава 106

- Эй… кто хочет убежать? Агарес? - настойчиво спросил я, открывая рот и кусая его за ухо. Видя, что он по-прежнему не отвечал, я все сильнее сжал зубы, одновременно облизывая и посасывая мочку его уха, протягивая одну ногу, чтобы потереться о его чешуйчатый хвост. Скорость плавания Агареса, очевидно, замедлилась из-за моих поддразниваний, и его шея замерла. Я знал, что он не сможет устоять перед моими шалостями, поэтому я не мог не почувствовать некоторой гордости.

- Признавайтесь, мой господин, иначе Вам придется предстать перед своими подданными в таком напряженном состоянии…

Внезапно Агарес стащил меня со своей спины и прижал к ближайшему камню. Он наклонился, прикусив мое ухо в качестве наказания, прежде чем провести языком по моей шее. Я немедленно передернул плечами, пытаясь уклониться от его ухаживаний, но как бы я ни сопротивлялся, несколько поцелуев вдоль шеи сделали мое тело мягким, как пластилин. Воспользовавшись моментом, он потянулся, чтобы стянуть с меня “новое нижнее белье”. Я действовал быстро и схватил его за маленький хвостик, но Агарес просто сдернул его с моего бедра, заставив его раздраженно взмахнуть своим плоским тельцем. Скатик отчаянно извивался возле моих ног, создавая комичную развязку в ожесточенной битве за нижнее белье.

- Эй, ты сам подарил мне этого малютку! Ты отказываешься от своего слова? Тебя не беспокоит, что я голый?

Я наблюдал за мрачным выражением лица Агареса, когда он “боролся” с рыбой-дьяволом, обвившимся вокруг моей талии, и я расхохотался над абсурдной сценой. Однако он внезапно крепче обхватил меня за талию, высоко подняв. Мой живот столкнулся с его щекой, и он опустил голову, касаясь губами моего “нижнего белья” и скользя вверх. Он поднял глаза, встретившись с моими со злой усмешкой. Что-то скользкое немедленно коснулось моей талии, и в то же мгновение я увидел, как эта озорная рыбка-дьявол отступила к моей спине, как будто постеснявшись из-за развратных действий Агареса.

- Черт возьми, даже оно боится тебя, старый извращенец, - я опустил голову, прижимаясь носом к его лбу, и прошептал тихим голосом, мягко смеясь.

Агарес ущипнул меня за талию, его перепончатые когти нежно погладили мою спину, и он пристально посмотрел мне в глаза.

- Я действительно хочу спрятать тебя, Дешаров…

- Спрятать где, в твоих волосах? - я уткнулся лицом в его шею, принюхиваясь и наслаждаясь опьяняющим ароматом феромонов. Внезапно я вспомнил, как ранее он манипулировал отдельными мерфолками с помощью своих волос, и мои мысли вернулись к тайне этого “беглеца”. Возможно, этот мерфолк был исключением.

- Подожди-ка , не думай, что твои сладкие речи могут отвлечь меня… Я чуть не забыл, что за дела с этим ”несуществующим потомком", которого ваш сбежавший хочет вернуть?

Агарес коснулся моего затылка и после минутного молчания сказал.

- Тот, кто сбежал… Это был Левджет.

Я был застигнут врасплох, и этот обиженный взгляд внезапно возник в моем сознании, и я не смог удержаться, чтобы не дать себе пощечину (черт возьми, из-за того, что я был связан с Агаресом, я фактически забыл о существовании своего дедушки!).

- Почему он хотел сбежать? Это как-то связано со мной?

- Потому что он, возможно, понял, что как только ты официально вернешься на мою сторону, его существование потеряет ценность, - взгляд Агареса помрачнел. - Пятьдесят лет назад, после твоей смерти, я сохранил жизнь Левджету. Я позволил ему снова стать эмиссаром, произвести потомство с человеческими женщинами и повторить историю до твоего рождения, обеспечив твое развитие по первоначальной временной шкале и твое плавное возвращение. Дешаров, я давно распознал его зловещий заговор с человеческими силами, но чтобы помешать ему вмешаться в твою реинкарнацию, я заключил с ним контракт — с твоим успешным возвращением в качестве условия — позволить ему продолжать жить как старейшине. Но теперь…

- Пообещай мне не убивать его, Агарес, - я покачал головой. - Несмотря ни на что, он мой дедушка, моя самая близкая семья. Он привел меня в этот мир. И независимо от того, веришь ты в это или нет…

Я пожал плечами, чувствуя, как во мне поднимается легкое разочарование:

- Честно говоря, он хорошо относился ко мне и был хорошим и компетентным дедушкой.

“За исключением того, что он всегда предупреждал меня держаться подальше от моря и русалок в этой временной шкале и привил много ужасных легенд о русалках.” - молча подумал я про себя.

- Это из-за моего приказа я твой ближайший родственник! - Агарес, казалось, сразу же слегка разозлился, он подчеркнул это тихим голосом, его перепончатые пальцы немного больно сжали мое плечо. - Ты думаешь, Левджет заботился о тебе так, как заботился бы старейшина людей? У нашего вида нет таких эмоций по отношению к потомству. Он просто хотел вырастить тебя, чтобы заявить на тебя права позже. Для него ты такой же, как любой человек, выбранный Йолой, тот, кто является идеальным кандидатом для спаривания.

- Нет... Боже, это, это невозможно! Разве это не инцест? Он мой дедушка…

Я спорил, не веря своим ушам, но внутри у меня было такое чувство, словно опрокинули банку со специями, что вызвало у меня сложные эмоции.

Несмотря на то, что я сказал это вслух, я остро осознавал, что концепция инцеста применима только к людям, и ее не существует в мире русалок. То, что заявил Агарес, не было полностью необоснованным, но мне было трудно с этим согласиться. Я больше склонялся к мысли, что его слова были преувеличенной угрозой. В конце концов, мой дедушка никогда не делал мне ничего неподобающего. Я успокаивал себя, прокручивая в голове прошлые воспоминания. Мое дыхание участилось, так как я боялся наткнуться на какую-нибудь странную подсказку, но, к счастью, я ничего не нашел. Мои воспоминания сохранили его доброе поведение пожилого человека, знания, которыми он делился со мной, и время, которое мы проводили, играя вместе, — все это было неизгладимо. Даже если бы Агарес попытался занять место Левджета в моем сердце, всегда была бы часть, которую он не смог бы отнять.

- Не думай о нем, Дешаров. Он всего лишь выполняет мои приказы, и он не осмеливается ничего с тобой сделать из-за моих ограничений.

Заметив выражение моего лица, Агарес, казалось, пришел в еще большую ярость. Его голос стал ниже, как будто он угрожал. Я почувствовал, что задыхаюсь. Агарес, кажется, не позволял другим людям (рыбам) существовать в моем сердце, даже если это присутствие выражало эмоции, совершенно отличные от его собственных. Он хотел быть одновременно моим любовником и моим уникальным и непревзойденным отцом, дедушкой и ближайшим родственником. В моем мире он тоже хотел быть абсолютным диктатором, и именно это заставляло меня чувствовать себя неуютно. Это было так, как если бы он доминировал над моими мыслями, точно так же, как над предметами, которыми манипулируют пряди его волос.

- Не говорите так, как будто Вы все знаете и контролируете, господин. Кто может гарантировать, что у русалок, превращающихся в людей, не разовьются семейные узы? Это прекрасный инстинкт! Кроме того, я не так привлекателен, как Вы, кажется, думаете. Есть много мальчиков, более привлекательных для тритонов, чем я. Согласно Вашей логике, почему Левджет не нацелился на собственного сына, а нацелился на внука? Ах, ну что ж, время ожидания слишком велико! - я инстинктивно возразил, но мои нервы дрогнули от осознания того, что я только что сказала.

Я вспомнил внешность своих родителей в этой временной шкале. Они оба были светловолосыми голубоглазыми британцами, в то время как у меня были черные волосы, как у моего деда, и мои черты лица напоминали его, но не моих родителей.

Итак, где мои настоящие родители? Они уже мертвы? Или их просто не существует? Может ли быть так, что я принадлежу Левджету?…

Агарес заметил выражение моего лица, и его лицо омрачилось.

- Не думай о нем, Дешаров!

Я был поражен его внезапным низким рычанием. Его перепончатые пальцы обхватили мою голову, а губы с силой прижались к моим. Его клыки прикусили мой язык, а толстый рыбий хвост сильно прижался между моих ног, как будто он хотел разорвать меня заживо.

Я был ошеломлен на мгновение, затем сразу же, чтобы не отстать, прикусил его губы и язык, колотя кулаками по его груди, которая была твердой, как камень. Но Агарес был слишком силен, и сопротивляться его наказанию с моей четырнадцатилетней силой было просто невозможно. Вскоре от его животного поцелуя я почувствовал себя совершенно обессиленным. Он схватил меня за лодыжки и приподнял, обхватив ягодицы когтями. Озорная рыба-дьявол, обвившаяся вокруг моей талии, казалось, испугалась его, послушно свернувшись калачиком у меня на спине, подставляя мои ягодицы Агаресу. Я быстро прикрылся обеими руками, сердито глядя на него.

Если бы я не слился со своим будущим "я", я, вероятно, был бы напуган им до слез. К счастью, нынешний я уже испытал на себе его пугающий нрав, и я совсем его не боялся (черт возьми, конечно, это была ложь).

- Черт возьми, ты ублюдок, ты демонюга! - я хрипло закричал на него.

Агарес схватил меня за запястье, отстраняя мою руку от попытки прикрыться. Мгновенно мне открылся беспрепятственный вид на мои собственные бедра, покрытые красными отметинами, (......) Они были еще более красными и опухшими, чем я мог себе представить, и выглядели невероятно соблазнительно. Он пристально смотрел на местность, словно безжалостный правитель, любующийся городом, который он собирался завоевать. Мое лицо мгновенно вспыхнуло, и в отчаянии я закрыла глаза, откинувшись на скалу. Я прикрыл свои пылающие щеки тыльной стороной ладони, ожидая вторжения, которое могло произойти в следующий момент.

Это было почти самоубийством. Моя настойчивость и оговорки, казалось, всегда вызывали в Агаресе еще более сильное желание овладеть. Между нами никогда не было настоящего равенства, ни пятьдесят лет назад, ни, конечно, пятьдесят лет спустя. Или, возможно, после того, как он потерял меня однажды, его собственническое чувство ко мне стало еще более безжалостным. Настолько безжалостный, что это распространялось не только на убийство Левджета, которому удалось выжить, заключив с ним контракт, но и на стирание любых “отвлекающих мыслей” в моем сердце, которые не вращались вокруг него.

Черт возьми.

Я прикусил губу, металлический привкус крови наполнил мой рот, но я не чувствовал боли.

Внезапно мои ноги отпустили, и он притянул меня обратно в свои объятия. Я почувствовал, как его большие перепончатые пальцы успокаивающе ласкают мою спину, без дальнейших поползновений. Удивленный, я открыл глаза и встретился с ним взглядом, когда он посмотрел на меня сверху вниз. Его веки были опущены, и он высунул язык, чтобы слизать кровь с моей прокушенной губы. Гнев на его лице постепенно улегся.

- Я причинил тебе боль?

- Черт возьми, это чушь собачья, ты такой… - я взглянул на его нижнюю часть и впился в нее взглядом.

Рыбий хвост Агареса поддерживал мою спину, и его дыхание на моем лице, казалось, слегка дрожало.

- Я терпел пятьдесят лет, Дешаров… Ты думаешь, я всемогущий? - его перепончатые пальцы ласкали мою щеку, костяшки пальцев касались моего подбородка. - Но я не мог перемотать время, я мог только ждать день за днем, пока пять десятилетий протекали через мою жизнь, полагаясь на то, что воспоминания из твоей жизненной сердцевины облегчат боль, похожую на отчаянную неутолимую жажду.

Я пристально смотрел на него, низкий голос заставлял мои нервы трепетать, как при игре на виолончели. Мои пальцы коснулись его щеки, невольно зарываясь в его волосы. Я понял, что не могу по-настоящему сопереживать эмоциям Агареса, я не мог понять, каково это - пережить долгий промежуток в пятьдесят лет - почти двадцать тысяч дней и ночей, - потому что я не пережил его. Снова увидев Агареса, я почувствовал себя так, словно просто проспал некоторое время, а затем пробудился от короткого сна, как будто мы были в разлуке всего лишь короткое мгновение.

И все же Агарес сохранил ясную голову, по-настоящему пережив пятьдесят лет нашей разлуки.

- Мне жаль… Агарес. Мне действительно жаль, что я исчез так надолго, - я вздохнул.

Мое сердце внезапно сжалось, побуждая меня обнять его за шею. Почти инстинктивно я слизнул перепончатое ухо-сашими, выглядывающее из-под его волос, проглотив вопросы о Левжете. Я прошептал мягко, почти уговаривая:

- Я больше не буду о нем говорить, хорошо? Ты самый близкий и дорогой для меня, а не... эта рыба.

Я сразу заметил, что заостренные уши Агареса несколько раз дернулись, почти как у довольной собаки, которую дразнят, и он дважды довольно мурлыкнул. Пока железо горячо, я лизнул его в щеку, наконец почувствовав, как расслабляются его напряженные мышцы, как будто он окончательно расслабился.

- Эй, не пора ли нам выйти? Ты упоминали ранее, что твои подданные не могут выбирать себе супругов, пока ты не отдашь приказ. Я полагаю, они, должно быть, уже очень встревожены? - я осторожно поинтересовался у этой вспыльчивой крупной рыбы.

Раздраженная гигантская рыба наклонила голову и посмотрела в сторону входа в “туннель”. Затем она поправила рыбу-дьявола, которая дрожала у меня за спиной, и натянула ее мне на талию, прежде чем выплыть со мной на спине. Когда мы вышли из туннеля, к нам приблизилась группа тритонов с синими хвостами. Они, по-видимому, были ближайшими помощниками Агареса, образовав две линии, которые упорядоченно следовали за нами. Затем, когда мы проходили мимо другой пещеры, изнутри появилась группа русалок с зеленой чешуей. Они выстроились в ряд позади синехвостых русалок, а в конце процессии шли краснохвостые русалки, известные тем, что их чаще всего видели люди на протяжении всей истории.

Я внезапно понял, что цвет хвостов русалок отражает их статус в клане. Черный хвост Агареса символизировал его высший королевский статус. Фиолетовые и серебристые хвосты, рожденные от одного и того же выводка, потенциально могли претендовать на трон, что ставило их чуть ниже чернохвостых русалок. За ними следовали синие и зеленые хвосты, а самый низкий статус имели те, у кого были темно-красные хвосты. В то же время я заметил, что длина хвоста определялась этим “цветовым классом”. Чем выше статус, тем длиннее хвост, и казалось, что сила также может определяться этим фактором.

Я размышлял, глядя на окружающих меня русалок, и не мог не испытывать необъяснимого чувства превосходства. Возможно, это было потому, что любой мужчина наслаждался бы удовольствием, которое приносит власть. Несмотря на то, что я знал, что это похоже на то, как лиса использует мощь тигра, ведь они поддерживали не меня, а Агареса.

Я не знал, когда снова превращусь в русалку, но признаки трансформации должны скоро появиться на моем теле. Я не хотел оставаться слабым. Я хотел стать сильным, чтобы защитить Агареса и себя в этой надвигающейся войне и не стать его слабостью.

Сами того не ведая, мы уже проплыли через несколько больших и маленьких соединенных между собой пещер, казалось, пересекая длинную подземную реку. Я бы поспорил, что к этому времени мы были уже довольно далеко от входа в пролив, что делало маловероятным, что военные корабли обнаружат наше местонахождение, даже если они предпримут атаку.

Постепенно, по мере того как вокруг нас собиралось все больше и больше русалок, в конце подземной реки появился слабый голубой свет, и впереди стало оживленно. Хор криков, нарастающий и затихающий, переплетающийся с разной высотой тона, казалось, формировал приветственный гимн королю. Все началось с глубоких, резонирующих гармоний, а затем постепенно появилась основная доминирующая мелодия. Несколько последовательностей высоких, продолжительных криков громко взмывали ввысь, как будто устремляясь к небу, но их эхо отражалось от окружающих стен пещеры, создавая звуковую рябь, похожую на грохот волн. Последовали глубокие басы, как будто океан ревел в разгар сильного шторма, вызывая в моем воображении образы русалок, прыгающих через штормовые волны во время приближающегося цунами.

Звук становился все ближе, оглушительный рев, который резал уши. Внезапно Агарес ускорился в воде, направляясь к источнику света. В одно мгновение передо мной открылся вид на огромную пещеру. В центре пещеры находился большой каменный бассейн, напоминавший алтарь, и источник сияющего света исходил изнутри бассейна — огромная голубая сфера площадью почти 100 квадратных метров. Электрические завитки света плавали вокруг него, напоминая сияние небесных тел и огромную Вселенную в темноте пещеры.

Я понятия не имел, что это за штука, и смотрел на нее со смесью удивления и любопытства. Однако Агарес повел меня прямо к ней. Мы остановились возле светящейся сферы, и все русалки в одно мгновение окружили нас, и их пение стало тихим, как будто они чего-то ждали.

Прежде чем я успел среагировать, я услышал, как Агарес издал оглушительный громовой рев. Он обнял меня за талию и поднял высоко в воздух.

В одно мгновение рой светящихся рыб появился, казалось бы, из ниоткуда, кружа вокруг меня с молниеносной скоростью, как будто они были птицами в полете. Одновременно окружавшие нас русалки начали подпрыгивать в воздух, создавая ослепительную картину водяных брызг. Каждый следовал за другим в спиральном танце, их хвосты покачивались и мерцали на темном фоне. Блестящая чешуя напоминала разбросанные звезды, сплетенные вместе крепкими и энергичными мужскими телами, образуя яркую космическую реку.

Я ошеломленно уставился на шокирующую сцену вокруг меня. Почти непроизвольно я широко раскинул руки, словно желая обнять новый мир, с которым познакомил меня Агарес. Однако я услышал тихий зов, доносящийся снизу.

- Дешаров…

Я опустил голову, глядя в эти узкие глаза, которые теперь сверкали, как звезды. Улыбка естественным образом появилась на моих губах, и я наклонился, чтобы запечатлеть поцелуй на его лбу, вместо объятий, которые я намеревался предложить воздуху, вкладывая в это всю любовь, которая у меня была. Я словно пытался подарить ему каждую унцию привязанности, на которую был способен.

Глава 107

Агарес крепко обнял меня за талию. Как будто почувствовав его обостренные эмоции, рыбы-дьявол показала свои синие мерцающие световые пятна по всему телу, напоминающие сигнальные огни. Я заметил, что окружающие русалки прекратили свои прыжки и обратили на нас пристальные взгляды. Под покровом ночи в их глазах мерцал огонек. Их зависть, желание и волнение были легко различимы – мягко говоря, это было похоже на то, как если бы большая группа холостяков, неспособных найти супругов, смотрела на человека, состоящего в счастливом браке, с выражением тоски.

Я почувствовал себя немного смущенным, но Агарес, казалось, полностью наслаждался чужой завистью. Он поднял меня повыше, как будто хотел, чтобы все его подданные хорошо меня видели. Затем он поднял голову и поцеловал мое сердце, нежно проводя языком по ключице, груди и опускаясь к животу. Словно  он был львом-самцом, вылизывающим детеныша, или участвовал в каком-то священном и примитивном ритуале.

Подождите… ритуале? Черт возьми! Не будет ли еще одной церемонии “метки”? Чтобы доказать своим подданным, что я принадлежу ему?

- Агарес? - я внезапно немного запаниковал, быстро прикрываясь дьявольской рыбой на талии.

Но, похоже, у него не было подобных намерений. Его губы и язык скользнули мимо моих жизненно важных органов, задержавшись на бедре. Неожиданно он открыл рот и укусил меня. Я вскрикнул и задрожал, увидев отчетливый след от укуса, оставшийся там, где он “напал” на меня. Из прокола вытекло несколько капель крови, темно-фиолетовой, которая резко выделялась на фоне моей несколько бледной кожи. Мое сердце невольно забилось чаще, поскольку цвет моей крови в этот момент означал, что трансформация началась. Агарес использовал это, чтобы объявить своим подданным, что я принадлежу ему.

Как будто прочитав мои мысли, Агарес слегка приподнял голову и посмотрел на меня с улыбкой. Он ухмыльнулся, высунув язык, чтобы слизнуть мою кровь. Его глаза сверкали с завораживающей интенсивностью, его улыбка была одновременно зловещей и двусмысленной, как будто вампир пленивший меня.

Клянусь, это выражение в сочетании с его красивыми чертами лица было по-настоящему завораживающим. Меня почти захлестнуло желание. Я быстро прижался нижней частью тела к его груди, цепляясь за его шею, как маленькая обезьянка, чтобы другие русалки не заметили моей телесной реакции.

Но я был уверен, Агарес, должно быть, почувствовал это (мой член прижимался к нижней части его подбородка, и, если бы это было возможно, я бы очень хотел, чтобы он взял его в рот..... Хэй, хэй, противный Дешаров!). Его перепончатый коготь, покоившийся на моих ягодицах, внезапно напрягся, заставив рыбу-дьявола испуганно дернуться.

Черт возьми, может быть, у меня приближалась течка. Я вдруг стал таким чувствительным. Покраснев, подумал про себя я, украдкой оглядываясь по сторонам с чувством вины. У всех холостяков вокруг нас были нетерпеливые и беспокойные выражения лиц, они смотрели на нас с предвкушением. Некоторые даже нетерпеливо издавали короткие, резкие крики.

Затем Агарес спокойно опустил меня вниз, повернувшись спиной к большой светящейся сфере. Он поднял руки, и в одно мгновение пучки света, которые плавали по внешней поверхности сферы, сошлись между его перепончатыми когтями. Оболочка сферы постепенно меняла цвет с флуоресцентно-синего на полупрозрачный, открывая вид на слабые фигуры внутри. Пораженный, я устремил свой взгляд на сферу, наблюдая, как она превращается из полупрозрачной мембраны в ничто. Внезапно я понял, что внутри каменного бассейна находились моряки, захваченные с военного корабля. Лишенные одежды, их тела были вплетены в вещество, напоминающее морские водоросли, они стояли на коленях в оцепенении, прислонившись спинами к каменному бассейну, их некогда гордые тела теперь были обнажены и уязвимы. Это было похоже на то, как если бы они были рабами, ожидающими отбора на древнем рынке, лишенными достоинства, и, к сожалению, их судьба действительно стала именно такой.

Когда я увидел несколько знакомых лиц, я понял, что это были новобранцы, которые поступили на службу вместе со мной — команда D или, возможно, команда E. Точно так же, как судьба моей собственной команды A, B или C, им было суждено стать жертвой, став пушечным мясом.

Открывшаяся передо мной сцена ударила меня, как тяжелый молот, разрушив мимолетное чувство счастья, которое подняло меня, словно я был мыльным пузырем, парящим в небе. Это было так, как если бы я внезапно вернулся с небес в реальность, мое сердце тяжело провалилось в колючую пропасть.

Черт возьми!

Я невольно сделал шаг назад, мое настроение было крайне сложным.

Несмотря на все мои мысленные приготовления, я все еще испытывал тяжелое чувство вины, похожее на колючие заросли, из-за которых я с трудом дышал и чувствовал себя неуютно.

Я не хотел признавать это, но мне действительно захотелось сбежать оттуда.

Мой разум был в смятении, как будто в моем черепе сражались две маленькие фигурки — одна была разумом, а другая эмоциями. Их голоса и позы были неразличимы для меня. С точки зрения человека, влюбленного в морского зверя, я не мог осуждать действия тритонов. Однако для этих военно-морских служащих, которые изначально присоединились к флоту с амбициями и мечтами, подобными моим, они, несомненно, были в жалком состоянии. И все же я чувствовал себя совершенно беспомощным, у меня не было возможности сделать хоть что-нибудь.

Однако в этот момент, как будто из-за уменьшения эффекта ограничения, наложенного светящейся сферой, военные начали выходить из своего кататонического состояния. Некоторые из них вскрикнули от шока, осознав свое положение, в то время как многие предпочли молчание. Они дрожали всем телом, в их глазах отражалось отчаяние, похожее на разбитое стекло, вены на их руках вздулись, холодный пот стекал по их телам - каждая деталь выдавала их крайний страх.

Возможно, они думали, что их вот-вот разорвут на части и сожрут, хотя это было не так. Но их реакция на то, что их выбрали супругой морского народа, могла быть ничуть не лучше. По крайней мере, когда Агарес изнасиловал меня в начале, я бы предпочел, чтобы он убил меня.

Не у всех была такая сложная связь, как у нас с Агаресом. Не каждый человек влюбился бы в мерфолка на духовном уровне, а не просто поддался чувственному очарованию. Мерфолки были непреодолимым ядом, но не у всех людей есть антитела. Трагедия Юкимуры и Асуры в оригинальной временной шкале еще больше подтвердила эту истину.

Мои кулаки сжались в ладони, дыхание участилось. Инстинктивно я хотел сказать что-нибудь, чтобы разубедить Агареса, но, когда я открыл рот, не смог произнести ни слова.

Однако в следующий момент, следуя приказу Агареса, сотни синехвостых тритонов подплыли к морским офицерам в каменном бассейне и окружили их.

Однако эти русалки, рангом ниже лидеров, не проявляли ни капли благородства. Подобно стае голодных волков, они принюхивались к запахам, исходящим от связанных мужских тел. Некоторые даже силой прижимали своих избранников к каменному бассейну, их действия были настойчивыми, а руки нетерпеливо блуждали.

Тритоны испытывали гон и несомненно, напугали новобранцев. В то же мгновение крики о помощи из каменного бассейна разнеслись по пещере.

Некоторые были ошеломлены, позволяя русалкам целовать, нюхать и выбирать их без сопротивления. Другие, которые были более проворными, изо всех сил пытались выбраться из каменного бассейна, пытаясь сбежать из его пределов. Однако их немедленно преследовали и ловили нетерпеливые поклонники, которые прижимали их к земле и исследовали их тела. Весь каменный бассейн, казалось, был местом первобытной охотничьей игры с древними церемониями, заставляя непричастных тритонов поблизости громко аплодировать. Очевидно, они были очень взволнованы этой сценой.

Испуганные крики, казалось, превратились в бесчисленные стальные иглы, вонзающиеся в мои нервы и посылающие волны сильной боли в самый мозг. И все же я стоял там, застывший, наблюдающий за хаотичной сценой передо мной, не зная, как со всем этим справиться.

Внезапно, среди всего этого хаоса, я заметил особенно невезучего парня. Возможно, его запах был исключительно хорош, поскольку он был окружен десятками тритонов, как аппетитный кусок мяса, преследуемый стаей акул. Один тритон с волосами, красными, как пламя, был первым, кто крепко обнял его, уткнувшись носом в шею мальчика. Молодой человек отчаянно сопротивлялся в его объятиях, и в разгар их борьбы его лицо попало в поле моего зрения.

В одно мгновение у меня перехватило дыхание, и нервы, казалось, натянулись, как струны, создавая хаотичный гул в моем сознании. Я очнулся от оцепенения. Мое тело среагировало быстрее, чем мозг, и я бросился в том направлении, громкий рев вырвался из моего горла:

- Дэвис! Вы все, отвалите! Не трогайте его!

Русалки в каменном бассейне, охваченные волнением, казалось, не обращали внимания на то, кто я такой. Они бросились ко мне один за другим, но когда я попал в многочисленные злые лапы, я услышал позади себя резкий крик Агареса:

- Дешаров!

В одно мгновение вокруг воцарилась тишина. Русалки немедленно расступились передо мной, но прежде чем я успел подняться, перепончатая лапа внезапно схватила меня за лодыжку, вытаскивая из каменного бассейна в крепкие объятия. Низкое рычание Агареса наполнило мои уши:

- Ты знаешь, как опасно для тебя входить к алтарю в одиночку? Один-единственный голубокровный, движимый похотью, может убить сотню людей. Каждый из них - свирепый и умелый воин! Когда они потеряют контроль, они не поймут, что ты принадлежишь мне!

- Это Дэвис! - я боролся с его хваткой на моей руке, в отчаянии наблюдая, как он кричит и вырывается из-под рыжеволосого русала. Мои кулаки крепко сжались. Глядя на Агареса, я взмолился. - Пожалуйста, Агарес, спаси его…

Я указал на Дэвиса, и мне показалось, что в моем сердце вонзился нож.

- Я не ожидаю, что твои подданные пощадят этих несчастных жертв, но я умоляю тебя пощадить его. Ты ведь видели его! Он был тем, кто открыл тебе дверь в глубоководную лабораторию…

В определенной степени Дэвис помог ему заполучить меня, хотя в то время его сознание было нечетким. Возможно, это могло бы стать причиной для Агареса проявить некоторую снисходительность.

Даже если Дэвис сейчас меня не узнает, в моем сердце он всегда будет моим дорогим другом, моим уважаемым старшим. Я не мог допустить, чтобы трагический опыт, который произошел с ним, повторился, особенно когда я наблюдаю это прямо у себя на глазах.

Черт возьми, если я ничего не сделаю, чтобы защитить его, разве я буду все ещё Дешаровым? Где моя человечность? Где моя совесть? Наблюдая за всем этим, я не могу произнести ни единого слова протеста. Что со мной случилось? Неужели я полностью потерял себя после того, как влюбился в Агареса?

Я терзал свое сердце внутренними мучительными вопросами.

Агарес нахмурил брови, глядя в ту сторону, выглядя несколько потрясенной.

Я обнял его за шею.

- Пожалуйста, Агарес? Я знаю, ты можешь остановить это, не так ли? - я умолял его с надеждой.

Агарес оглянулся на меня, словно раздумывая, затем скосил глаза в сторону Дэвиса. Однако он не вмешался, чтобы помешать рыжеволосому русалу утащить его в воду. Он равнодушно выплюнул несколько слогов:

- Кто он тебе?

На мгновение я опешил, но быстро понял: мой эмоциональный всплеск снова пробудил ревность Агареса. Он стал собственником до такой степени, что любые эмоции, кроме тех, которые относились к нему, были недопустимы. Я покачала головой, бессвязно объясняя:

- Нет, нет, нет! Он просто мой друг, одноклассник! Не пойми меня неправильно, Агарес! У меня нет к нему никаких особых чувств! Клянусь Богом!

- Итак, ты готов рискнуть быть съеденной голубокровными, чтобы спасти его? - Агарес наклонился ближе к моему уху, прошептав: - Кажется, вы довольно близки?

Его перепончатые когти держали меня за спину, ладони были ледяными, и холод, казалось, проникал в мои кости. Его тон был необычайно нежным, но от его слов дрожь пробежала по всему моему телу:

- Прости, Дешаров, я не могу допустить, чтобы снова появилась даже малейшая возможность потерять тебя.

Сказав это, он поднял свой перепончатый коготь. Рыжеволосый водяной зааплодировал, как будто получил разрешение, обнял Дэвиса и прыгнул в воду. В одно мгновение они исчезли в темноте пещеры, оставив после себя только отчаянный, хриплый крик Дэвиса.

- Ты мог бы остановить это… - Дэвис, лежащий на кровати, с трудом переводящий дыхание, продолжал мелькать у меня перед глазами. Крепко сжав кулаки, я повернулся обратно к Агаресу, в неверии уставившись на него.

В его взгляде был намек на неглубокое раскаяние, но если отбросить его, глубина его глаз была подобна ужасающей бездне, готовой поглотить меня целиком, погрузить в свой непостижимый океан. Его перепончатый коготь погладил меня по щеке, его манеры напоминали манеру отца, который принял правильное решение, столкнувшись лицом к лицу со своим непослушным сыном.

Правильное? Я был в бешенстве.

В ярости я бесконтрольно колотил его по рукам, изо всех сил толкал в грудь и пинал его рыбий хвост, но каждое движение пресекалось его непреклонными объятиями. Гнев нарастал в моей груди подобно взрыву, но я чувствовала, что задыхаюсь, не в силах произнести ни единого слова. В конце концов, я подавила свое дрожащее дыхание, уступила его силе и сквозь стиснутые зубы произнес слово за словом:

- Отпусти меня, Агарес… Я больше не сержусь.

- Дешаров… - Агарес слегка нерешительно расжал объятия.

Воспользовавшись возможностью, я без колебаний высвободился из его объятий, сделав несколько шагов назад и посмотрев на него холодным взглядом.

- Король…

Внезапно сзади раздался слабый вскрик, и знакомый голос заставил меня вздрогнуть. Я немедленно повернула голову, удивленно расширив глаза.

Мой “дедушка”, Левджет, подплывал со стороны темной реки, держа на руках светловолосого подростка, за ним по пятам следовали Асура и группа синехвостых.

- Дедушка! -  неосознанно крикнул я.

Левджет услышал мой зов и посмотрел на меня. На его лице было гораздо меньше морщин, чем когда он был человеком. Он выглядел красивым мужчиной лет тридцати. Он смотрел на меня так, словно я все еще был ребенком, уютно, словно окутывая меня солнечным светом.

-О, мой маленький Дешаров, - он слегка шевельнул губами и ласково позвал меня по имени, от чего у меня защипало в носу. Будто я снова был ребенком, у меня возникло желание немедленно броситься в его объятия и позволить ему взъерошить мои волосы.

Однако Агарес притянул меня к себе, взглянул на меня, его лицо было ледяным:

- Держись от него подальше.

Я поднял руку, стряхивая его перепончатую клешню, и приподнял уголок рта в улыбке.

- Я знаю, не нуждаюсь в твоем напоминании. Но даже если я буду держаться от него подальше, ты все равно решишь устранить его, не так ли? Потому что он тот, о ком я забочусь, поэтому ты хочешь забрать его, пока в моих глазах не останешься только ты.

- Я буду соблюдать условия договора и не убью его… - Агарес ухмыльнулся, показав свои белые клыки, и отчетливо произнес тихим голосом. Затем он повернул голову и издал серию вибрирующих звуковых волн: - За-са-ти... Куда ты уходил?

Левджет виновато кивнул и подплыл ближе, подняв светловолосого подростка на руки, словно преподнося подарок. Я сразу заметил, что мальчику было около семнадцати лет, очень красивый, с янтарными глазами, полуоткрытыми, словно в оцепенении, не до конца проснувшимися. Я заметил заживающий шрам у него на лбу, очевидно, от задевшей его пули.

Подождите, может быть, это тот самый, о ком упоминала Асура…

- Это твой потомок, мой король… - Слова Левджета сразу подтвердили мои догадки. Я удивленно посмотрел на Агареса: - Хотя ты и не знаешь о его существовании, я чувствую исходящий от него твой запах…

- Смешно! Я даже не освободил свою йойлу, как могут быть какие-то потомки? У меня есть только один потомок, и это Дешаров, - Агарес прищурил глаза, в них блеснул намек на намерение убить. Однако его перепончатый коготь слегка коснулся моей головы, и я инстинктивно увернулся.

- Пожалуйста, поверьте мне, вы можете лично убедиться в этом, - Левджет подвел светловолосого юношу поближе к Агаресу, но тот оставался равнодушным, стоя там, как ледяная скульптура, с выражением, лишенным эмоций, когда он изучал сердце юноши. Внезапно я заметил проблеск удивления в его глазах. Именно в этот момент юноша пробормотал что-то во сне, как будто очнулся от кошмара и искал убежища. Он неожиданно протянул руку и обвил ею шею Агареса. Он с любопытством моргнул, глядя на Агареса взглядом, который напоминал взгляд набожного верующего, смотрящего на Бога, которого они увидели впервые.

Агарес был явно ошеломлен. Он схватил юношу за руку, пытаясь оттащить его. Однако тот вцепился еще крепче, уткнувшись головой в шею Агареса (это моя исключительная зона! Я чуть не зарычал, но сдержался), глубоко вдохнул.

Агареса, казалось, это разозлило, и он грубо оттащил юношу от себя. Левджет быстро поймал паренька. Я заметил, что перепончатые пальцы Агареса поцарапали юношу, оставив ярко-красную царапину на его светлой руке. Тем не менее, юноша казался совершенно невозмутимым, его опьяненный взгляд блуждал по Агаресу. Он пробормотал:

- Ах, Боже, Вы морской император? Я слышал о Вашем существовании из новостей, и я всегда хотел встретиться с Вами. Вот почему я упорно трудился, чтобы стать морским офицером…

Мое сердце сжалось от неприятного чувства. Если главной причиной любви Агареса ко мне было то, что я был его потомком, то этот белокурый потомок был гораздо более конкурентоспособным, чем я. Он с самого начала считал Агареса Богом (Боже мой! Он пошел служить на флоте только ради него), и ни один мужчина не мог устоять перед таким опасным чувством обожания. Включая меня. Я вспомнил, как моя младшая одногруппница Ева обожала мою внешность, и я тоже ненадолго обманул себя, думая, что из-за этого мы могли бы стать идеальной парой. В этом плане есть некоторые сходства между мужчинами и тритонами.

- Может быть, он настоящий, почему бы тебе не проверить это? Понюхай его, оближи или что-нибудь в этом роде - я скрестил руки на груди и тихо произнес.

Агарес опустил голову и несколько секунд пристально смотрел на меня. Затем он действительно снова поднял этого молодого человека, но его пристальный взгляд оставался прикованным к моему лицу, и, словно провоцируя, он понюхал шею молодого человека. Я поджал губы, как будто проглотила большую кислую клубнику, и в одно мгновение мое сердце наполнилось горечью до глубины души.

Однако выражение его лица внезапно изменилось. Я клянусь, что удивление не было притворным, он не хотел спровоцировать меня. Он был искренне удивлен, что немедленно подтвердило самый тревожный для меня факт - у Агареса был еще один потомок, о котором даже он не знал, кто-то, кто глубоко восхищался им.

Глава 108

- Это правда, не так ли? - неосознанно спросил я.

На долю секунды я почувствовал себя брошенным.

Я не хотел признавать, что прямо сейчас, кроме Агареса, у меня ничего нет. Я не хотел бы описывать себя таким жалким, но реальность действительно была таковой. Он мой возлюбленный и семья, а также единственная причина моего существования в этом времени и пространстве. Я больше не многообещающий студент-биолог Дешаров Уоллес. Вместо этого я Дешаров Агарес, влюбленный мальчик, который существует здесь ради Агареса.

Агарес на мгновение был ошеломлен, но не стал этого отрицать. Он застыл, держа светловолосого мальчика, как будто не зная, что делать. Светловолосый юноша воспользовался этим, чтобы прижаться к нему и даже поднял голову, чтобы поцеловать Агареса. Он был похож на канарейку, у которой хорошо получалось завлекать людей. Однако Агарес неблагодарно снова отдал его обратно в руки Левджета, но на этот раз действие, очевидно, было не таким грубым.

Огромное чувство потери захлестнуло меня подобно приливу.

Я знал, что мне не нужно беспокоиться о том, ценит ли он другого своего потомка. Я должен быть более зрелым и не быть таким узколобым, как ревнивец. Но я обнаружил, что не могу этого сделать, потому что для русалок потомки считались “подходящими кандидатами в супруги”. Мне было слишком трудно с этим смириться. Агарес не мог пренебречь жизнью потомка, а это означало, что ему тоже предстояло сыграть определенную роль, тем более что другая сторона была более инициативной, чем я, и к тому же красивым светловолосым мальчиком - это было похоже на упитанного лося, заискивающего перед львом. Было очевидно, что лев не стал бы закрывать на это глаза и предпочел погнаться за другой добычей, вместо той, что не хотела ему подчиняться.

Агарес - абсолютный диктатор, когда дело доходит до эмоций, и светловолосый мальчик может полностью удовлетворить этот аспект.

Позволив своему воображению разыграться, я стоял неподвижно, не в силах пошевелиться.

Светловолосый юноша, казалось, был вполне доволен этим небольшим изменением, внезапно переведя взгляд на меня и стряхивая кровь со своей руки, как будто он готовился к драке со мной (конечно, я был бы не прочь хорошенько его поколотить):

- Эй, темноволосый парень, вы тоже его потомок?

- Нет, я просто пленник, - я сердито выплюнул эти слова, подавляя поднимающийся во мне гнев. - Пленник без прав человека. И, кстати, меня зовут не ‘малыш’, я Дешаров, ты, маленький золотоволосый сопляк.

- Значит, ты просто игрушка? - светловолосый юноша вызывающе пожал плечами, скривив губы цвета корицы, когда взглянул на Агареса. - Я слышал, что морскому народу нравятся симпатичные мальчики, но твоя внешность не кажется достойной моего морского Бога.

- Черт возьми, заткнись! Ты хочешь быть избитым?

Я поднял ногу и замахнулся на него, клянусь, что если бы Левджет не защищал его, мой кулак уже ударил бы засранца. Я не знал, куда делось мое самообладание, но мне было невыносимо видеть это выражение в его глазах, когда он смотрел на Агареса. У меня было такое чувство, будто моя любимая жена вот-вот будет осквернена чьим-то прикосновением. я был взбешен до такой степени, что готов был взорваться, мне казалось, что моя грудь вот-вот разорвется.

- Дешаров, иди сюда, - Агарес зарычал у меня за спиной, а затем рыбий хвост поймал меня за ноги под водой. Я упорно сопротивлялся и с силой ударил его ногой, сумев вырваться и уплыть.

Как раз в этот момент, внезапно, сверху раздался громкий грохочущий шум, как будто за пределами пещеры взорвалась тяжелая бомба! В следующую секунду вся пещера содрогнулась, как при землетрясении, и крупные и мелкие обломки посыпались вниз, как град, создавая волны в подземной реке. Агарес издал рев, и в одно мгновение морской народ как внутри, так и снаружи алтаря рассеялся. Он бросился в мою сторону.

Я немедленно поплыл к нему, но сила волн отбросила меня на несколько метров. Я столкнулся с рифом, чуть не сломав спину. Превозмогая боль, я поднял руку, чтобы защитить голову, пытаясь помешать обломкам забрать мою маленькую жизнь. Мое тело ощущалось так, словно его разбивали на куски под этим дождем камней, и мое зрение было таким же фрагментированным и разорванным.

- Дешаров! - услышал я настойчивый рев Агареса неподалеку.

- Я здесь! - я напряг голос и громко крикнул в ответ, с трудом уворачиваясь от обломков в воде.

Но в хаотичной темноте я не мог различить, где он. Грохот сверху становился громче, как будто вся пещера могла обрушиться в любой момент. Падающие камни становились все больше, разрезая мою плоть, как острый нож. Я накрыл голову руками и погрузился в воду, заставляя себя сохранять спокойствие. Я выкрикнул имя Агареса во всю мощь своих легких, и он ответил грохочущим звуком.

Издалека донесся звук, разбивающийся о поверхность воды. Я сразу же заметил направление, в котором находилась фигура Агареса, и поплыл к нему изо всех сил.

- Агарес!

Но как только я оказался всего в метре или двух от него, я внезапно заметил пару нежных рук, обхвативших его, светловолосый юноша прижался к нему сзади, робко дрожа.

Эта ситуация доказала, что Агарес сначала спас его, а потом пришел найти меня.

В тот момент, когда эта мысль пришла мне в голову, я невольно застыл на месте. В моей груди словно разверзлась зияющая трещина, и мое сердце попало во внезапный водоворот, увлекающий меня в ледяную бездну. Мое тело, казалось, застыло в одно мгновение, даже когда обломки разлетелись вокруг меня, я не почувствовала никакой боли. Я хотел заплакать, но слезы не шли. Я покачал головой и не смог сдержать горькой улыбки.

Словно в ответ на мое сильное желание не быть свидетелем этой сцены в данный момент, передо мной внезапно рухнул расколотый валун, преградив мне путь. Чувствуя некоторую опустошенность, я споткнулся и неуклюже увернулся, внезапно почувствовав, что потерял зрение, слух, осязание. Все вокруг меня растворилось в небытии, за исключением острой боли в груди, яркой и реальной. Как раз в разгар моего оцепенения я внезапно почувствовал, как пара сильных перепончатых когтей схватила меня за руку. Темная фигура появилась из воды передо мной, как призрак. Он окутал меня снизу, используя свое тело, чтобы защитить от хаотичного каскада падающих камней.

- Дедушка… - я невольно задрожал, глядя в его лицо, которое было намного моложе, чем я помнил, чувствуя, что оно одновременно незнакомое и знакомое до боли.

В темноте пара черных, похожих на жемчужины глаз сияла нежным блеском, пристально глядя на меня.

- Я не твой дедушка, Дешаров. Я твой настоящий отец.

Я услышал его тихий голос, когда его руки крепко обняли меня. С этими словами влажное дыхание коснулось моего лица, и его губы внезапно прижались к моим мягким и нежным, похожим на лепестки губам.

Отец.

На мгновение мой разум наполнился этим словом, мой мозг гудел, и все мое существо было ошеломлено.

- Убери руки от Дешарова! - внезапно в хаотичной темноте раздался рев.

В одно мгновение вода забрызгала все вокруг, когда Левджет был отброшен удивительной силой. Мои ноги были пойманы приближающимся рыбьим хвостом и потащили меня вперед. Передо мной появилась фигура, надежно заключившая меня в свои объятия. Мое лицо полностью окутал знакомый запах. Пара дрожащих перепончатых когтей легонько погладила меня по спине, взъерошила волосы и прижала мою голову к твердой, как камень, груди. Затем мое тело погрузилось в воду, а его руки обхватили меня. Толстый и сильный рыбий хвост покачивался подо мной, прокладывая путь сквозь обломки. Мы быстро поплыли в определенном направлении.

Я не мог почувствовать, с какой скоростью плыл Агарес или куда мы направлялись. Все, что я чувствовал, это как вода проносилась мимо, словно яростный ветер, задевая мою кожу. Обломки, которые задевали мою кожу, постепенно становились реже, а волны становились более бурными, подбрасывая нас вверх и вниз. Казалось, что сами мои мысли энергично омывала морская вода, мои нервы притупились из-за сопротивления воды, а мой мозг непрерывно прокручивал недавние события, почти удушая меня. Незаметно для меня все вокруг внезапно прояснилось, темнота сменилась великолепной морской гладью, залитой солнечным светом. Скорость плавания Агареса значительно замедлилась.

Откашливаясь от морской воды, попавшей мне в рот и нос, я хватал ртом воздух, запрокинув голову. Как раз когда я собирался перевести дыхание, я вздрогнул, увидев пушистый круглый шар на плече Агареса.

Присмотревшись, я понял, что светловолосый мальчик все это время лежал на спине Агареса, занимая место, которое должно было принадлежать мне. Его руки были покрыты шрамами от осколков, голова свисала вниз, казалось, он потерял сознание. Тем не менее, он все еще крепко прижимался к шее Агареса, как будто тот был самым надежным существом в этом мире. Черт возьми.

Мои эмоции внезапно стали невероятно сложными. Я чувствовал себя одновременно злым и беспомощным. Несмотря на мою сильную неприязнь к этому золотистому ретриверу, который конкурировал со мной за Агареса, я, конечно, не желал ему смерти. Возможно, мне следовало быть более великодушным и отказаться от своей позиции. В конце концов, Агарес решил уделить приоритетное внимание спасению своего нового потомка, нет, его следует назвать его новым фаворитом.

Размышляя таким образом, я почувствовал, как трещины в моем сердце становятся шире.

Я боролся с его хваткой, инстинктивно пытаясь оттолкнуть Агареса, но он крепко держал меня в своих объятиях. У меня не было выбора, кроме как отвернуться, чтобы не встретиться с ним лицом к лицу. Затем фигура Левджета, стоявшего неподалеку, неожиданно появилась в поле моего зрения. Он пристально смотрел на меня, его глаза слегка блестели в лучах заходящего солнца. Это внезапно напомнило мне о том поцелуе в темноте, и я ахнул, не веря своим ушам.

-Отец? - я не смог удержаться и пробормотал.

Прежде чем я успел договорить, я почувствовал, как Агарес схватил меня за руку и задрожал. Внезапно кто-то схватил меня за затылок, с силой отворачивая мою голову. Агарес опустил голову и яростно прикусил мои губы. Его клыки вонзились в мой язык, словно безумный вампир, жадно втягивая мою слюну и кровь. Было такое чувство, что он пытался стереть каждое воспоминание о том, как Левджет целовал меня. Его рука обвилась вокруг моей талии, его силы было почти достаточно, чтобы сломать меня пополам. Его перепончатые когти грубо блуждали по моей спине и ягодицам, как будто он хотел разорвать меня на части и проглотить целиком.

Я сопротивлялся и бил его по рукам, но моя рука приземлилась на мягкое и нежное тело у него на шее, заставляя сдерживаемые эмоции внутри меня извергаться подобно вулкану. В тот момент я не знала, откуда у меня взялись силы. Я согнул колено и с силой ударил по чешуйчатым перепонкам Агареса. Это движение показалось эффективным как для русалок, так и для людей. Руки Агареса внезапно ослабли, и в это мгновение я воспользовался возможностью вырваться из его железных объятий.

- Прибереги энергию для другого своего потомка! Смотри, ты нужен ему, чтобы исцелить ! - я кричал, у меня саднило в горле, когда я использовала руки и ноги, чтобы оттолкнуться на несколько метров. Однако мои попытки убежать от Агареса были тщетными, учитывая мою скорость плавания. Почти в одно мгновение он облетел вокруг меня, протягивая свои перепончатые когти, чтобы схватить меня за руки.

Серебристая дуга света прорезала мое зрение, и, прежде чем я осознал это, мое тело потянуло назад, и я крепко приземлился в объятия. Я почувствовал, как руки (или, скорее, теперь их следовало бы называть когтями), которые в детстве играли для меня на пианино, нежно погладили мою щеку.

- Тебе больно, мой маленький Дешаров?

Я быстро покачал головой, мой взгляд был прикован к покрасневшему лицу Агареса. Почти непроизвольно я спросил:

- Ты можешь забрать меня отсюда, дедушка?

- Ты должен называть меня отцом, - он тихо зашептал мне на ухо.

Глава 109

Я на мгновение заколебался, словно околдованный этой новой, но такой знакомой нежностью. Я шевельнул губами:

- Отец…

Прежде чем я закончил говорить, раздался всплеск, и Агарес бросился к нам. Однако Левджет, казалось, не собирался избегать его, позволив Агаресу схватить себя за хвост перепончатыми когтями, которые оттащили его от меня. Все произошло так внезапно и стремительно, что, когда я пришел в себя, я увидел, как Агарес схватил Левджета за шею с яростью рыбака, поймавшего рыбу. Он поднял верхнюю часть тела Левджета из воды, как будто намеревался разорвать его на куски.

- Подожди! - я побледнел от испуга и бросился к Агаресу, но его хвост без усилий отбросил меня в сторону, а затем крепко обвился вокруг моей икры. Я увидел, как светловолосый мальчик, лежавший на спине Агареса, проснулся из-за шума. Он потянулся, чтобы остановить Агареса, но его рука была отброшена. Я отчаянно сопротивлялся в его хватке, но чем больше я сопротивлялся, тем крепче становилась хватка Агареса. Пот выступил у меня по всему телу.

- Агарес, не убивай его! Ты обещал, что не убьешь его!

- Ты должен знать свое место, За-са-ти! - Агарес не обращал на меня внимания, его взгляд был прикован к Левджету. Его свирепый взгляд, излучающий леденящее душу намерение убить.

- Я понимаю, мой король… - Левджет запрокинул голову, освобождаясь от хватки Агареса на своем горле, с силой дернул уголками рта, а затем перевел взгляд на меня. - Вот почему я не имею права иметь собственного потомка, только для того, чтобы позволить тебе забрать его. Я не буду обманывать себя, думая, что смогу отобрать его у тебя, но он действительно должен был быть моим…

Мое дыхание внезапно участилось.

- Он принадлежит мне, он никогда не принадлежал тебе, - перепончатые когти Агареса сжались еще сильнее, и он зашипел. - Ты знаешь последствия повторного предательства меня. Я убью тебя вновь.

- Тогда ты станешь моим заклятым врагом, Агарес, - я глубоко вздохнул, продолжая с того места, на котором остановился Левджет, мои слова были решительными и резкими, адресованными холодному профилю Агареса: - Я понимаю, что у мерфолков может не быть понятия семьи и отца, но для меня это важно. Это невероятно важно. Ты не можешь заменить всех в моей жизни, точно так же, как и я не твой единственный!

Агарес стиснул зубы и посмотрел на меня:

- Дешаров…

В багровых отблесках заката, отражающихся от воды, его глубокие зрачки, казалось, горели, как будто могли поглотить меня целиком. Мое сердце болезненно забилось, как будто его обжигали, и внезапно я обнаружил, что мне не хватает воздуха, я почти задыхаюсь.

- Вы очень неправильно понимаете людей, мой король. Вы действительно верите, что так хорошо его знаете? - Левджет несколько раз кашлянул, но все же сумел улыбнуться. - Поработив Дешарова... даже если он ассимилирован или находится под Вашим контролем, внутри него всегда останутся остатки человечности. Это верно и для других ассимилированных существ. Ваша так называемая любовь так же безрассудна, как и Ваши военные планы.

- Ты не имеешь права подвергать сомнению мои решения! - Агарес взорвался гневом, его рыбий хвост обвился вокруг меня еще крепче. - Я никогда не контролировал Дешарова, он был ассимилирован мной добровольно.

- В самом деле? Вы не заманивали его сблизиться с Вами, Вы не гипнотизировали его, Вы не брали его силой? Я видел все это в воспоминаниях того захватчика из будущего. И Вы называете это любовью? - Левджет холодно расспрашивал Агареса, и каждое произнесенное им слово было подобно резкому удару по моим нервам.

Я прижал кулак к губам, и мое дыхание участилось. Некоторые сомнения, которые долгое время были запечатаны глубоко внутри меня, поползли вверх, как крошечные ядовитые насекомые, вгрызаясь в непоколебимую часть меня, заставляя меня дрожать всем телом.

- Хватит! Ты слишком долго жил в мире людей, почти забыв наши правила и обычаи. Не тебе задавать вопросы мне и Дешарову! - Агарес взревел подобно грому, и я увидел, как его перепончатые пальцы внезапно сжались вместе, ногти вонзились в рыбий хвост Левджета, как острые лезвия, разрезая его, словно рассекая на части.

Это действие заставило Левджета забиться в конвульсиях от боли и издать жалобный крик. Воспоминания о том, как я переживал такую же агонию, вырвались из глубин моего мозга, заставив меня с болью осознать, насколько смертельным может быть такое нападение. Я не смог удержаться и закричал:

- Нет!...

Однако в следующий момент из разреза на раздвоенном рыбьем хвосте Левджета вырвался голубой ореол. Агарес, по-видимому, предвидя это, быстро убрал свои перепончатые пальцы и вместо этого схватил конец хвоста Левджета, яростно отшвырнув его на несколько метров. Затем, словно призывая что-то на поверхности моря, он издал долгий, резонирующий крик.

Вслед за этим с поверхности воды выпрыгнули десятки фигур с синими хвостами. Они образовали круг вокруг Левджета, подняли его из воды, изо всех сил пытаясь поддержать. Я увидел, что на некогда красивом, похожем на ртуть рыбьем хвосте Левджета появилась ужасающая рана. Несмотря на то, что она постепенно заживала в голубом свете, было ясно, что боль для Левджета оставалась сильной. Он задыхался, его стройное тело напряглось, как тетива лука, а конец хвоста, свисавший в воду, непрерывно дергался, напоминая умирающую акулу, бьющуюся с крючком, застрявшим у нее в горле.

- Я не буду нарушать контракт, но я могу лишить тебя статуса моего родственника. Поскольку ты так привязан к человеческому мышлению, то с этого момента оставайся с пленниками.

Я стоял там, ошеломленный, когда услышал слова Агареса. Синехвостые кивнули в знак согласия и, взяв Левджета за руку, повели его в ту сторону, где солнце опускалось за горизонт в море.

- Агарес… - Я сжал кулак, мои ногти глубоко впились в ладонь.

Но его хвост быстро задвигался, притягивая меня ближе к нему. Он наклонился, его перепончатые пальцы подняли меня из воды и заключили в свои объятия. Он начал гладить меня по волосам, как обычно, но я все еще чувствовала стойкий металлический запах крови на его руках. Всего несколько мгновений назад его жестокие действия все еще были живы в моей памяти. Моя кипящая кровь ударила мне в голову. Как разъяренный носорог, я взмахнул рукой и ударил его:

- Это за Левджета! - вслед за этим я нанес удар ногой: - А это за Дэвиса!

- Прекрати бить моего Морского Бога, ты, маленький сопляк! - крики золотистого ретривера поблизости только подлили масла в огонь.

Это усилило мое разочарование — Агарес не позволял никому другому разделять мои эмоции, и все же он терпел, чтобы этот золотистый ретривер открыто провоцировал меня. Что это был за чертов двойной стандарт!

Я ударил еще сильнее, но Агарес просто продолжал смотреть на меня сверху вниз, не двигаясь, позволяя мне выплеснуть свое разочарование, как будто я был капризным ребенком. Это было так, как если бы он считал, что это я веду себя иррационально, но я слишком хорошо знал, что это не я был неправ. Это осознание еще больше подогрело мой гнев. Мои удары руками и ногами были подобны ударам по каменной статуе, совершенно неэффективные, как если бы я использовал губку, чтобы промакнуть его. Продолжение этой бесполезной демонстрации только заставило бы меня еще больше потерять свое достоинство.

Когда я осознал это, я рухнул от недостатка сил, мои сдерживаемые эмоции захлестнули меня. Я задержал дыхание и заговорил медленно, по одному слову за раз:

- Эй, просто отпусти меня, Агарес. Позволь мне вернуться в мир людей. Я не хочу быть рядом с тобой, наблюдая, как ты продолжаешь свои амбициозные завоевания. Левджет был прав, я человек, что касается моих мыслей. Между нами всегда будет барьер. У тебя уже есть другой потомок, который любит тебя, нет никакой необходимости держать меня, такого непослушного парня, рядом, верно? - я закончил говорить на одном дыхании, словно выстреливая из пушки, поднял веки и посмотрел на Агареса, притворяясь равнодушным, но кровь в моей груди бурлила, как штормовое море.

- Ты думаешь, что ты просто мой потомок, Дешаров?

Зрачки Агареса интенсивно горели, и он, казалось, изо всех сил старался сохранять спокойствие, но по сильному вздыманию его груди было видно, что он вот-вот взорвется. Его нос прижался к моему лбу, и его дыхание обдало мое лицо, как свежий морской бриз, нарушая мое дыхание и сбивая сердцебиение, заставляя его становиться все более неустойчивым. Мой разум был переполнен обвинениями Левджета и его страдальческой позой, леденящими кровь криками Дэвиса и, самое главное, враждебностью, исходящей от пристального взгляда, который был направлен из-за спины Агареса, приводя мои нервы в беспорядочное состояние.

Посреди всепоглощающего хаоса я невольно приоткрыл губы, выдавил горькую улыбку и выпалил:

- Нет, на самом деле, я даже не подхожу под определение твоего потомка. Возможно, "пленник" - более подходящий термин. Пленницк, которого тебе еще не удалось покорить, потому, ты еще не потерял ко мне интерес.

- Пленник? - глаза Агареса напряженно сверкнули, его перепончатые пальцы сжались на моей спине, и я инстинктивно отпрянул, почувствовав давление его руки. Он пристально посмотрел мне в глаза. - Ты веришь в то, что сказал Левджет?

- А разве то, что он сказал, неправда? Или ты боишься позволить ему продолжать говорить, поэтому жестоко навредил ему? Ты забрал моего друга, а теперь не щадишь и моего отца? Твоя любовь заставляет меня чувствовать себя ужасно, Агарес! - я холодно посмотрел на него, стиснул зубы и сказала всё прямо.

Он глубоко вздохнул, его перепончатые пальцы с силой сжали мою шею сзади. Моя голова была прижата к его шее, я чувствовала, как острые кончики его клыков задевают мочку моего уха, как будто он намеревался укусить меня прямо здесь и сейчас. Его дыхание и шипение лились мне в ухо, как кипяток:

- Я люблю тебя, Дешаров. Даже если ты думаешь о себе как о пленнике, ты никогда не сможешь сбежать от меня.

Мой гнев достиг своего пика в одно мгновение, но я не смог произнести ни единого проклятия. Вместо этого я широко раскрыл рот и яростно впился зубами в его шею, жалея, что не могу оторвать кусок плоти от этого проклятого ублюдка. Но мои укусы за его толстую и жесткую кожу мерфолка больше походили на слабую попытку. Удивительно, но Агарес, казалось, на мгновение неправильно понял меня и начал лизать мою шею так, что это показалось агрессивным. Его перепончатые пальцы скользнули вниз к моим ягодицам, казалось, не заботясь о том, чтобы наказать меня прямо на глазах у другого потомка. Но, клянусь, в этот момент все, чего я хотел, - это оказаться как можно дальше от него!

- Черт возьми, убери свои когти от моей задницы!

Я выругался и безжалостно заехал коленом в его пах, намереваясь усмирить его возбуждение. Но он немедленно схватил меня за ноги, прижимая к своему приподнятому рыбьему хвосту, поймав меня в ловушку между своими руками. Черты его лица были покрыты бликами в мерцающей воде, только глаза отражали розовые оттенки поверхности, как будто таили в себе пламя, которое могло прожечь мое тело насквозь. Влажные пряди волос прилипали к моему взгляду и дыханию, как водяные растения, в то время как мои чувства можно было описать только как “оказавшиеся между глубокой водой и обжигающим пламенем“.

- Это все, что тебе нужно от меня… Левджет прав, ты совсем меня не знаешь.

Я попытался произнести хоть слово, но прежде, чем звук смог вырваться, он крепко сжал мои губы. Я попытался оттолкнуться от его груди, но мой разум, казалось, был выдавлен из моего черепа в одно мгновение, когда его язык вторгся в мой рот. От его умелого поцелуя я почувствовал, как из меня вытягивается каждая капля сопротивления, оставляя меня слабым и бездыханным. Я не мог устоять перед Агаресом ни морально, ни физически. Я был зависим от него, как от сильнодействующего наркотика, хотя его любовь начинала захлестывать меня.

В этот момент с морским бризом внезапно донесся громкий шум. Мы с Агаресом одновременно повернули головы, и вдалеке я увидел большую группу тритонов с синими хвостами, плывущих к нам через пролив. Позади них в небе появилось несколько истребителей, явно преследующих их. Я не мог не вспомнить более ранние толчки, похожие на землетрясение. Они были вызваны тем, что истребители сбрасывали бомбы и наносили точные удары. Чтобы разобраться с мерфолками, были направлены даже военно-воздушные силы, что указывало на то, что человечество было готово к крупномасштабной контратаке. Меня охватило чувство неловкости.

Агарес, увидев это, издал повелительный пронзительный крик, и в одно мгновение весь морской народ исчез в воде, не оставив после себя никаких следов. Светловолосый мальчик, явно испуганный, поспешно подошел ближе и схватил Агареса за руку, как будто боялся, что его оставят позади. Однако он не обратил на него никакого внимания. Он обнял меня и наклонился вперед, погружаясь в воду. Когда мы спускались, сзади раздался испуганный крик, заставивший меня понять, что этот надоедливый блондин был не более чем несовершеннолетним ребенком. Прежде чем мое тело полностью погрузилось в воду, я крепко схватил его за дрожащее запястье. Несмотря на то, что меня весьма беспокоило его заискивание перед Агаресом, как мужчина лет двадцати с небольшим, я не видел причин бросать ребенка ребенка в ситуации, когда речь шла о жизни и смерти.

Убеждая себя подобным образом, я не мог не быть благодарен за то, что мое собственничество не было таким обостренным, как у Агареса.

С наступлением ночи нам успешно удалось оторваться от преследования истребителей и прибыть в другой незнакомый пролив.

Когда группа мерфолков заплыла внутрь, я заметил, что он был уже, чем Ла-Манш, окруженный высокими скалами с обеих сторон, как будто они были вырублены ножами и топорами, разрезая ночное небо над головой на узкую полоску. Ветерок, более теплый, чем снаружи, обдул меня, заставив предположить, что это, вероятно, была следующая цель Агареса — Гибралтарский пролив. Это проход-крепость, соединяющий Атлантический океан и Средиземное море, жизненно важный торговый путь для Западной Европы. Испания и Великобритания боролись за право собственности на него, что сделало его стратегически важным местом.

Если бы Агарес захотел использовать его в качестве базы для завоевания региона Средиземного моря, это была бы чрезвычайно сложная битва.

Я нервно присмотрелся к верхней часть пролива, опасаясь, что, войдя таким образом, мы были бы замечены дислоцированными здесь войсками. Однако окрестности казались безлюдными, возможно, потому, что мы еще не приблизились к портам вблизи пролива, а находились на более опасном его участке.

Ведомые тритонами, которые выступали в роли разведчиков впереди, мы вошли в расщелину в скалах. Это выглядело так, как будто она образовалась из-за опускания земной коры. Чем дальше мы заходили внутрь, тем больше становилось пространство, петляющее во всех направлениях. Это было идеальное укромное место. Я не мог понять, как морской народ обнаружил его. Казалось, у них врожденный талант исследовать темные пещеры и пропасти, как и у всех существ, живущих в такой темной среде.

Найдя подходящее место для ночлега, Агарес, вероятно, собирался выполнить некоторые из своих обязанностей лидера, в то время как меня “оставили” в его новом импровизированном логове – самой широкой расщелине. Описание этого таким образом немного успокоило мои чувства, поскольку группа зеленохвостых русалок также была “оставлена” недалеко от логова. Если быть более откровенным, за мной следили.

Глава 110

Агарес боялся, что я попытаюсь сбежать.

Но на самом деле я прекрасно понимал, что я бы этого не сделал, потому что, уйдя от него, мне некуда было бы идти. Кроме того, у меня уже были с ним отношения, и процесс ассимиляции, должно быть, уже начался внутри меня. Возвращение в мир людей не обязательно улучшило бы мое положение. К тому же, у меня действительно не хватало духу оставить его, несмотря на мой крайний гнев. Честно говоря, я никогда не предполагал, что пятьдесят лет спустя, когда мы воссоединимся, наша ситуация станет такой. Это вызывало у меня некоторую ностальгию по тем дням, когда мы вместе прятались от нацистов.

Я прислонился к сырой каменной стене и сел, чувствуя себя совершенно несчастным. Все, что только что произошло, продолжало прокручиваться в моей голове, отказываясь исчезать. Я сделал несколько глубоких вдохов, изо всех сил стараясь успокоиться. Почему Агарес так сильно ненавидел Левджета? Как будто была какая-то глубоко укоренившаяся ненависть, нечто большее, чем просто ревность из-за того, что он был моим отцом и близким родственником. Я тщательно размышлял, пытаясь соединить все точки и осмыслить ситуацию, но мне казалось, что в моей памяти были пробелы, мешающие мне прийти к связному выводу.

В моей голове прокручивались приятные воспоминания, оставшиеся у Левджета из моего детства, резко контрастирующие с описаниями Агареса о нем - “заговор”, “предательство”, “злой умысел”. Было ощущение, что Агарес намеренно клевещет на Левджета передо мной.

Нет, Дешаров! Не думай так. Доверься Агаресу!

В моем смятенном сознании внезапно зазвучал голос несогласия, резко вытащив меня из трясины моих мыслей, и я был застигнут врасплох своими собственными предположениями. Я сразу почувствовал, что с моими воспоминаниями действительно что-то не так, как будто определенные ключевые узлы были отредактированы и искусственно сшиты обратно. Но когда я попытался уловить те особенности, из-за которых мои воспоминания казались разрозненными, меня охватило сильное головокружение. В этот момент что-то начало пульсировать у меня на затылке, как будто какой-то паразит забрался мне под кожу без моего ведома и теперь просыпался.

Паразит. Я почувствовал, как у меня застыла кровь в жилах, и быстро отодвинулся от каменной стены позади меня, потянувшись назад, чтобы коснуться своей шеи.

Стена была пуста, там не было ничего, кроме пятен от воды. Но под кожей моей шеи определенно было что-то жуткое. Я почувствовал небольшой бугорок, и когда я нажал на него рукой, он исчез, как будто это была какая-то пиявка. У меня онемела кожа головы, а рыба-дьявол, обвившаяся вокруг моей талии, внезапно забеспокоилась, проскользнула мимо моей задницы и скользнула прямо на спину. Я сразу же почувствовал как меня укусили за шею чуть ниже затылка.

- Эй! Ты, мерзкая малявка, как ты посмела укусить меня?! - я схватил рыбу-дьявола за ее маленький хвостик, дернул его и притворился, что ругаю ее.

Она свернулась калачиком, дрожа, а затем перевернулась и притворилась мертвой. Его крошечный ротик, который только что напал на меня, приоткрылся, как будто он жалобно плакал. Я поднял его, глядя в его озорные глазки:

- На сей раз я сохраню тебе жизнь, но если ты снова будешь плохо себя вести, я превращу тебя в жареную или вяленую рыбу! Понял?

Он пошевелил телом, а его хвост обвился вокруг моего запястья, словно пытаясь жалобно вымолить прощение. Я великодушно позволил ему вернуться к моей талии, где он послушно принял форму моего нижнего белья. Его хвост извивался у меня между ног, свисая, как ремень, на бедрах, еще более искусно, чем раньше. Однако, когда я обернулся, чтобы проверить, правильно ли он скрывает мою задницу, я неожиданно столкнулась с несколькими парами глаз, заглядывающих в щель. Несколько зеленохвостых лежали там, поглядывая на меня бегающими глазками, напоминая группу идиотов, подглядывающих за женской баней.

Черт возьми, я был уверен, что если бы Агарес обнаружил своих лично назначенных охранников при подобных занятиях, он, вероятно, пришел бы в такую ярость, что приготовил бы их на ужин. Эти парни, вероятно, даже не были квалифицированы для поиска партнеров в таком юном возрасте, как они были, просто как человеческие подростки, легко возбудимые. Но держу пари, они не посмели бы прикоснуться ко мне. Ведь иначе Агаресу было бы неудобно оставлять меня здесь. Однако это не значит, что я был согласен с этим подглядыванием. просто это чертовски странно.

Помня об этом, я направился прямо к ним.

Когда я подошел ко входу в расщелину, зеленохвостки робко разошлись в стороны, погружаясь в воду. Их головы оставались над поверхностью, глядя на меня снизу вверх, как будто они хотели лизнуть мои пальцы на ногах. Несмотря на то, что мерфолки рождались с красивыми лицами, ситуация определенно заставляла людей чувствовать себя немного жутковато.

Я смотрел на этих голодных маленьких тритончиков и не мог не находить это забавным, хотя и не мог смеяться. Потому что в будущем они тоже станут группой отъявленных “нарушителей”, насильственно навязывающих людям свои дикие желания и превращающих их в себе подобных, точно так же, как взрослые синехвостые. Я подумал о Дэвисе, и мое сердце сжалось, как будто оно было обезвожено, отчего боль пронзила меня насквозь.

В то же время я понял, что сейчас представилась прекрасная возможность. Пока Агареса нет рядом, я могу найти способ спасти Дэвиса.

- Эй, вы знаете, где держат пленников-людей? - я опустился на колени и спросил группу зеленохвостых тритончиков.

Один из них немедленно нетерпеливо приблизился к моей ноге, с энтузиазмом покачивая своим великолепным зеленым хвостом, но, казалось, он не понимал, что я говорю. Он просто уставился на меня широко раскрытыми глазами, выглядя озадаченным. Парню передо мной, по человеческим меркам, было около шестнадцати или семнадцати лет, вероятно, он провел не так много времени вне выводка. Очевидно, у него не было возможности выучить человеческую речь, и, похоже, другие зеленохвостые такими же.

Я разочарованно почесал в затылке: что я могу сделать? Я не знаю языка мерфолков, кроме “агарас”…

Верно, было еще мерфолкское имя Левджета. Если Левджет все еще был способен двигаться, возможно, я смогу попросить его о помощи. Он определенно поможет мне. Мое внутреннее чутье подсказывало мне это.

-За-са-ти… Мне нужно найти его - я попытался подражать тому, как мерфолки издают звуки, но поскольку я ещё не мог издавать подобные звуковые волны из своего горла, зеленохвостые передо мной все еще выглядели озадаченными.

- Черт возьми… - я откинулся в расщелине, немного обескураженный, сожалея, что не выучил кое-что из их языка у Агареса.

- Дешаров…

В этот момент я услышал знакомый голос, раздавшийся поблизости. Я поднял глаза и с удивлением увидел Асуру, плывущую ко мне из расщелины, которая вела в неизвестное место. В своих перепончатых когтях он держал большую ракушку, и когда он приблизился ко мне, я заметил, что в ней находилось около дюжины редких глубоководных рыб, испускающих пар, как будто их готовили на электричестве.

Я на мгновение остановился, подумав, что Асура приносит мне еду по приказу короля?

- Где Агарес? - я взял одну из рыб и отправил ее в рот.

- Король ведет синих в новый морской район, исследуя подходящий маршрут. Он был обеспокоен тем, что Вы можете остаться голодными, поэтому приказал мне…

- Асура, ты поддерживаешь военные планы своего короля? - я прервал его слова и посмотрел в его проницательные и красивые черные глаза, когда спросил.

Асура кивнул.

- Я безоговорочно подчиняюсь приказам короля, я отличаюсь от За-са-ти.

Мои нервы натянулись, голова начала болеть.

- Что он сделал, чтобы предать клан мерфолков? Почему вы все так его описываете?

- Потому что он и Шиничи причинили боль нам, а также Юкимуре… - в темных глазах Асуры мелькнул отблеск ненависти. Внезапно он, казалось, что-то вспомнил, поднял голову и уставился на меня с недоверием, как будто только что осознал что-то невообразимое.

В этот момент его поднятый перепончатый коготь внезапно двинулся ко мне, прямо достигнув задней части моей шеи, и острые когти прорезали мою кожу. Я вздрогнул и инстинктивно схватил его за запястье. В то же мгновение я снова почувствовал это ощущение в задней части шеи, как будто крошечный червяк пробежал по моей руке и молниеносно атаковал Асуру. Одновременно несколько зеленохвостых существ закричали и набросились на него, сталкивая в воду.

- Асура!? - я встал в изумлении, не понимая, что только что произошло.

В одно мгновение Асура и зеленые хвосты начали драться, создавая хаос в воде. Несколько хвостов подняли брызги, как рыба, бьющаяся в кипящем котле с водой. Я нервно посмотрел на то место, где Асуру столкнули под воду, только чтобы увидеть ослепительный голубой свет, распространяющийся из-под поверхности воды, как будто взорвалась небольшая сигнальная ракета. Через несколько мгновений несколько вялых зеленых хвостов всплыли на поверхность, и резкий запах горелой плоти наполнил воздух.

С плеском Асура невредимым вынырнул из-под поверхности воды.

Он подпрыгнул и ухватился за камень у моих ног своими двойными плавниками. Его глаза были глубокими и темными, как древний колодец, как будто он не испытывал угрызений совести за убийство своих собратьев по клану. На его лице не было никакого выражения, когда он уставился на меня.

Я в замешательстве отступил назад и увидел, как он слегка приоткрыл губы.

- Ты хочешь спасти свой клан, Дешаров? Я могу тебе помочь.

- Я хочу, но… Что происходит? Разве ты не предан Агаресу?

Я нахмурился в замешательстве, вспоминая странное ощущение, которое я только что испытал. Я только чувствовал, что нынешний Асура был чрезвычайно странным. Меня охватило глубокое чувство беспокойства, но в то же время более сильная волна головокружения поднялась по позвоночнику к мозгу. В этот момент Асура крепко схватил меня за запястье, его лицо приблизилось очень близко к моему, его глаза пристально смотрели на меня. Во мне возникло странное чувство, как будто его темные глаза были пустыми, скрывая за собой другую пару глаз. Его зрачки разделились надвое, казалось, что в каждом глазу по два зрачка, со слабым серебристым оттенком в темноте.

- Я на стороне людей, как и ты, мой маленький Дешаров, - он прошептал мне на ухо.

Я покачал головой, чувствуя, как моя голова тяжелеет, а тело теряет контроль, когда я наклонилась вперед. Асура воспользовался ситуацией, обнял меня и нырнул вместе со мной под воду. Он плотно закрыл мне рот и нос, и мы погрузились в темную глубину. Мы быстро последовали за похожей на пропасть трещиной в определенном направлении. Я мог видеть других русалок, снующих взад и вперед вокруг нас, но Асура направлял меня быстро и точно, умело избегая их. Вскоре он привел меня в исключительно узкую расщелину, которая вела в глубокую подводную пещеру. Это место было заполнено водными растениями, напоминающими таинственный подводный лес.

Когда моя голова показалась над поверхностью воды, я не мог не быть ошеломлен открывшейся передо мной сценой.

Десятки синехвостых рыб были разбросаны по поверхности воды, их глаза были полуоткрыты, а зрачки серые. Их грудные клетки были черными от электрических ожогов, очевидно, они были мертвы какое-то время. Я ахнул и последовал за Асурой в густой лес, где в пятнистых тенях впереди показалась едва различимая фигура.

- Дешаров… Мой дорогой Дешаров, ты здесь?

Знакомый зов мягко донесся из темноты вместе с прохладным ветром. В этот момент Асура отпустил мою руку, но я непроизвольно поплыл к источнику звука, как будто в меня вселился демон. Раздвинув несколько густых, похожих на волосы водных растений, я, наконец, заметил серебристый отблеск невдалеке в воде. Подплыв ближе, я увидел Левджета, прислонившегося к скале, и затаил дыхание, осмотрев его.

Тот едва цеплялся за жизнь, его голова была наклонена, как будто он мог скончаться в любой момент. На его элегантно-тонком серебристом рыбьем хвосте виднелась шокирующая большая рана, которая еще не зажила. С обеих сторон она вывернулась наружу, обнажив бледные, плотные мышцы и похожие на цепи рыбьи кости. Удивительно, но его перепончатые руки были пронзены двумя заостренными ветвями, а голубая кровь, свернувшаяся в струпья, густо скопилась между пальцами.

Глава 111

- Дедушка…

Я немедленно бросился к нему, потрясенный и убитый горем из-за его жалкого состояния. Левджет слабо скривил губы в улыбке, пытаясь заговорить, но не смог вымолвить и слова. Махнув рукой, взволнованный, я опустил голову. Затем вытащил ветви, которыми он был пронзен, и попытался обработать его раны своей слюной. Тем не менее, я понял, что это, похоже, не возымело особого эффекта. Моя первая течка еще не наступила, и мое тело не полностью приобрело характеристики русала.

Как только я чувствовала беспокойство по этому поводу, Левджет поднял голову и нежно погладил меня по спине.

- Глупенький, я сам могу исцелить себя. Разве я не говорил тебе? Ты должен называть меня отцом.

- Это тоже… По приказу Агареса?

Я стиснул зубы, дрожа, и осторожно дотронулся до места рядом с раной на рыбьем хвосте Левджета, но он мягко взял меня за запястье. Его руки также обвились вокруг моей талии, притягивая меня в объятья своих покрытых синяками рук. Я старательно избегал прикосновений к его ранам, но он слегка выгнул хвост, направляя мое запястье к разрыву. Я услышал тихий, почти хрупкий выдох рядом с моим ухом:

- Мне нужна твоя кровь, ты можешь мне помочь, Дешаров?

Я встретился взглядом с этими мягко светящимися черными глазами. Он слегка наклонил голову, и его прохладные пальцы коснулись моей щеки, словно обводя контуры драгоценного фарфора. Затаив дыхание, я кивнул.

Мое запястье держали свободной, но крепкой хваткой, и его острые ногти, словно разрезая пирог, быстро прорезали мою кожу. Я сразу же почувствовал прохладу, даже без намека на боль, когда моя свежая кровь начала капать, образуя тонкую струйку, которая потекла в его рану. В одно мгновение нити белой ткани начали расти из плоти Левджета, сплетаясь и переплетаясь, закрывая его разорванный рыбий хвост, как будто сращивая его обратно. В конце концов, остался только заметный шрам, глубоко врезавшийся в кожу, напоминающий по внешнему виду только что сформировавшиеся ноги.

Это напомнило мне о его человеческом облике в моем детстве, и в моем сердце зародилось чувство близости.

- Какой послушный ребенок…

Левджет испустил долгий вздох облегчения. Он положил голову мне на плечо, и его перепончатые пальцы нежно расчесали мои волосы. Я почувствовал слабое онемение от прикосновений его рук.

Это чувство дежавю немедленно заставило меня насторожиться, но моя шея снова задергалась, а мозг гудел, как пчелиный рой, со всех сторон надвигалась темнота. Я потер лоб, но мои веки казались отяжелевшими, готовыми слипнуться, как клей. Мое тело подняли горизонтально, прижали к скале, и мокрый, скользкий рыбий хвост мягко обвился вокруг моей икры. Что-то влажное и мягкое скользнуло по моей щеке и шее, пара перепончатых когтей, отличных от когтей Агареса, погладила мою спину, двигаясь вниз.

Внезапно мое внутреннее бедро словно ужалила пчела, заставив меня рывком сесть, а нежные ласки и поглаживания по моему телу резко прекратились. Я открыл глаза и увидел Левджета, прижимающегося ко мне сверху, его запястье было крепко опутано маленьким хвостиком, который тянулся от моей талии. Поняв, что он только что пытался сделать, я в шоке оттолкнул его, выползла из-под этого тритона. Спрыгнул со скалы и нервно уставилась на него издали. Рыба-дьявол крепко вцепилась в нижнюю часть моего тела, ее хвост был угрожающе высоко поднят, напоминая гремучую змею, нацеленную на Левджета. В отличие от Агареса, который держал меня в плену, Левджет не захватил меня, он просто нерешительно пошевелил губами, его веки опустились, когда он посмотрел на меня. Среди мерцающей воды в его взгляде были разочарование и вина, похожие на рябь на воде, переходящие в легкое чувство меланхолии.

Я был немного ошеломлен им и даже почувствовал, что совершил ошибку, и на душе у меня стало очень неуютно.

Я понял, что моя резкая реакция могла причинить боль моему отцу, который все еще оправлялся от полученных травм. Казалось, он сдерживал свои эмоции, не выказывая намерения к чему-либо меня принуждать.

Однако, без сомнения, я не смог бы стерпеть никакого проявления привязанности или дальнейших заигрываний со стороны моего прямого родителя. Мои мысли абсолютно не согласуются с критериями выбора пары у русалок. Для меня это ничем не отличалось бы от инцеста. Оставляя в стороне этические аспекты и старшинство, я мог принять только Агареса в своей жизни, как физически, так и эмоционально. Несмотря на то, что я нахожусь с ним в состоянии холодной войны, я не мог отрицать своих чувств к нему. Я глубоко любил Агареса, парня чрезвычайно сложного и эмоционально простого до такой степени, что он был груб и неразумен. Это было то, в чем я не мог в себе изменить.

Ага, Дешаров, ты действительно влюбленный молодой человек.

Молча я немного подумал. Затем поджал губы, глядя на Левджета, и нерешительно сказал:

- Эм… Дедушка, нет, отец, - внезапная смена обращения показалась мне действительно неловкой, и я не смог удержаться, чтобы неловко не дернуть уголком рта. - Ты знаешь, я не такой, как ты. Пожалуйста, ты…

- Мне действительно жаль, малыш Дешаров… Я просто на мгновение не смог себя контролировать. Ты можешь простить меня? - голос Левджета звучал мягко, а выражение его лица было мрачным.

Он вытянул свою перепончатую ладонь, растопырив пять пальцев, и почти бесцветный уголок его рта едва заметно изогнулся:

- Иди сюда… мой хороший сын.

Столкнувшись с этим почти умоляющим отношением, я не мог не почувствовать неловкости. Я инстинктивно вложил свою руку в его руку. Тело рыбы-дьявола напряглось еще больше, как будто это был упрямый ребенок, закатывающий истерику. Я предупредительно погладил его по голове, он неохотно пошевелился. Его гладкий живот потерся о мою чувствительную область. Я не смог удержаться, напрягся и яростно шлепнул его.

- Он действительно посмел оскорбить тебя? - Левджет нахмурился, глядя на это, схватив рыбу-дьявола за хвост в попытке оторвать ее от моей талии. Я поспешно прикрыл ее тело и объяснил: -Нет, это подарок от Агареса. Я не хочу разгуливать по поселению мерфолков совершенно голым.

Странный блеск мелькнул в глазах Левджета, и он задумчиво разжал хватку, словно опасаясь рыбы-дьявола. Я не мог не вспомнить серию действий рыбы-дьявола ранее и рефлекторно поднял руку, чтобы дотронуться до затылка, только чтобы снова почувствовать головокружение, как будто меня ударило током. Мои мысли, казалось, заржавели и не могли продолжать нормально функционировать, в то время как мое тело напряглось и было окутано мягкими объятиями, как паутина.

- Сними это, маленький Дешаров… Если ты захочешь уйти отсюда со мной, это может привлечь его, - губы Левджета коснулись мочки моего уха, когда он тихо прошептал, его дыхание раскрывалось, как лепестки распускающегося ядовитого цветка, заставляя нервы моего мозга чувствовать, что они тают.

- Нет… Я не хочу покидать Агарес. Я просто хочу попросить тебя о помощи, спасти моего друга, - я покачал головой, мой язык заплетался, когда я медленно говорил. Невидимое давление сковало мои чувства, как внутренние, так и внешние, как будто вытесняя первоначальные мысли из моего разума и затрудняя формирование даже простых слов. Произнося это, моя рука, казалось бы, без моего контроля, неожиданно схватила рыбу-дьявола за хвост.

Как раз в этот момент сквозь влажный воздух пещеры до моих ушей донесся необычный шум. Моя талия резко напряглась, и Левджет потянул меня в подводные заросли. Когда мое тело погрузилось в холодную воду, неосязаемое давление, которое я ощущал, внезапно исчезло. Я резко вернулся к реальности и увидел Асуру, который исчез ранее, появляясь из воды. Его взгляд был пустым, когда он смотрел на Левджета, казалось, ожидая его команд. Странное ощущение, которое было отодвинуто, вернулось, и смутная мысль всплыла в моем сознании.

- Иди, отвлеки преследователей ради нас и не раскрывай наше местонахождение, даже если тебя поймают, - Левджет понизил голос.

Асура молча кивнул, затем, взмахнув хвостом, исчез в воде, превратившись в волну ряби, которая устремилась ко входу в пещеру.

- Ты каким-то образом контролировал его, отец? - спросил я низким голосом, пристально следя за Левджетом, в то же время испытывая смутное чувство кризиса. Я начала подозревать, что необъяснимое головокружение ранее могло быть вызвано его влиянием. Однако у меня не было возможности задать еще какие-либо вопросы, так как Левджет уже закрыл мне рот и нос. Непосредственно перед погружением в воду я услышал, как он прошептал:

- Да, Дешаров, но это все для того, чтобы безопасно покинуть это место…

Стоять!

Я немедленно начал сопротивляться, но Левджет крепко держал мое тело. Он быстро продрался сквозь густой подводный лес и направил нас через расщелину, в которой едва могли разместиться два человека, направляясь вверх. Его ранее тяжелые травмы, казалось, были залечены моей кровью. Спустя несколько минут, и сверху начал появляться слабый голубой свет, предположительно, это был не настоящий внешний мир.

Я не знал, куда Левджет намеревался отвести меня, но было ясно, что он уводил меня подальше от Агареса. Возможно, он планировал вернуться со мной в мир людей или в место, где будем жить только он и я. Волны сильной паники захлестнули меня, и я поймал себя на том, что надеюсь, что Агарес внезапно появится над нами, но одновременно боюсь такой возможности. Потому что, как только он поймет попытку Левджета похитить меня, он, несомненно, применит еще более жестокие методы, чтобы пытать единственную семью, которая у меня осталась в этом мире. Несмотря на то, что Левджет был описан ими как предатель и зловещий ублюдок, я не мог найти в своем сознании ни одной причины ненавидеть его.

Исполненный дурных предчувствий, Левджет подвел меня к краю пропасти. Когда я вынырнул на поверхность воды, я сразу же был ошеломлен открывшейся моим глазам сценой.

Это был участок зоны горного разлома, где смещенные породы образовали обширное пространство. Это напоминало естественно сформированную подвесную платформу, окруженную с трех сторон крутыми утесами, в то время как оставшаяся сторона открывалась к морю через водопад. Стремительная вода хоестала вниз из нескольких трещин, создавая вертикальный серебристый каскад, погруженный в бурлящий океан, - зрелище, от которого мурашки пробегали по спине при одном взгляде вниз.

Однако, что меня удивило, так это не пересеченная местность, а скорее то, что находилось внутри этой зоны разлома. Удивительно, но там были плотно упакованы сотни, даже тысячи бледно-голубых, полупрозрачных сфер, похожих на рыбьи яйца. В каждой сфере находилась мужская фигура в коме. Несомненно, они были морскими солдатами, захваченными морским народом. Казалось, что Агарес взял своих подденных воевать, и эти мужчины, их супруги, были помещены в эти "яйца", чтобы помешать им сбежать.

В некотором смысле, разве эта ситуация ничем не отличается от сексуального плена? Запертые здесь без достоинства и свободы, отклоняющиеся от жизни, к которой они стремились, их идеалы и борьба кажутся теперь бессмысленными.

Я усомнился в своем сердце и глубоко вздохнул. Единственная разница в том, что мерфолки хорошо умеют обманывать людей. Попытка Агареса увеличить численность населения с помощью этого метода была невероятно абсурдной ошибкой.

-Перед реализацией этого военного плана у меня были разногласия с королем. Однако он не пожелал прислушаться к моим советам. В его глазах люди рассматривались как вид, которому необходимо эволюционировать через слияние с мерфолками… - он огляделся вокруг с чувством сострадания, затем снова перевел взгляд на меня, в его глазах была тяжесть. - Я высоко ценю человеческую культуру, технологии и мир, который они создали. Я хотел установить с ними мирные дипломатические отношения, но король хотел развязать войну и уничтожить тех, кто отличается от тритонов, и я был одним из них. Сопротивляясь, я непреднамеренно причинил вред некоторым из его воинов. Вот почему меня называют ‘предателем’, Дешаров. Я помогу тебе спасти твоих друзей. Я на стороне людей и тебя. Ты мне веришь?

Теплое чувство наполнило мою грудь, когда я посмотрел на него. После недолгого колебания я твердо кивнул. Я никогда не ожидал, что Левджет проявит инициативу, чтобы помочь мне спасти людей. И действительно, контроль над Асурой был необходим для обеспечения безопасного продвижения дальше. Не было никаких причин сомневаться в этом.

- Хороший мальчик, - Левджет погладил меня по затылку, выражение его лица стало серьезным. Он осторожно огляделся по сторонам, а затем сказал: - Иди и найди своего друга. Помни, ты можешь взять с собой только одного. Чем больше людей ты спасешь, тем больше преследователей ты привлекешь. Иди один, они испугаются, если увидят меня.

Я поколебался мгновение, затем кивнул и осторожно вошел в гущу этих сфер, ища местонахождение Дэвиса. Однако вскоре я понял, как трудно было найти его среди сотен сфер. Люди внутри сфер находились в разных позах – у некоторых были опущены головы, у некоторых была видна только половина лица, а некоторые даже закрывали лица руками, что делало невозможным различить их внешность. К счастью, волосы Дэвиса были относительно необычного светло-каштанового цвета. Осмотрев десятки сфер, я, наконец, заметил кого-то с телосложением и цветом волос, похожим на Дэвиса.

Он лежал там, свернувшись калачиком, как младенец. Когда я наполовину присев на корточки и посмотрел на его лицо сквозь его руки, мое сердце пропустило удар.

Действительно, это был Дэвис, мой бывший дорогой друг и старший по званию. Его брови и глаза были плотно нахмурены, как будто если бы он немного расслабился, его поглотил бы его самый большой страх. Как и у многих пленников, его тело было отмечено неоднозначными красными шрамами от жестокого обращения, а между ног виднелись следы крови, не оставляющие сомнений в том, что над ним надругались. Мое сердце упало, и мне стало трудно дышать, когда я в срочном порядке осматривал поверхность сферы. Я понял, что этот внешний слой сферы не был прочным, просто тонкий слой, похожий на воздушный шар. Итак, я немедленно схватил острый кончик хвоста рыбы-дьявола и яростно ударил им по сфере.

Со звуком "Пух" сфера немедленно раскрылась, забрызгав водой мое лицо и голову, в то время как Дэвис мягко упал на землю. Когда я помог ему подняться, он одновременно открыл глаза. Однако в одно мгновение он обезумел и закричал, как будто сошел с ума:

- Уходи! Убирайся! - я растерялся и прикрыл ему рот, только чтобы получить сильный укус в тыльную сторону ладони.

Я терпел боль и использовал свое колено, чтобы сдерживать его брыкающиеся ноги. Дэвис был примерно моего роста и казался довольно слабым. Мне удалось прижать его к земле, контролируя его сопротивление, и понизить голос:

- Не бойся, не бойся, я здесь, чтобы спасти тебя, Дэвис! - я изо всех сил старался спокойно позвать его по имени, но мое горло невольно охрипло из-за поднимающейся горечи.

Наши судьбы изменились. В этом времени и пространстве мы еще не встречались. Мы больше не были товарищами по детским играм или сокурсниками в Санкт-Петербурге. Он меня не узнал.

Но произнесение его имени, очевидно, произвело успокаивающий эффект. Борьба Дэвиса постепенно утихла. Его рассеянный взгляд сосредоточился на моем лице, а затем он в тревоге опустил глаза, по-видимому, узнав во мне человека, что мгновенно расслабило его напряженное тело. Сразу после этого он сел, закрыв руками голову, не произнося ни слова, но его руки начали царапать предплечья, как будто он причинял себе вред.

- Не делай этого, Дэвис! Я забираю тебя, забираю отсюда, мы уезжаем прямо сейчас! - я быстро схватил его за запястье, чувствуя себя несчастным.

Однако он встал, как будто был шокирован, и с силой оттолкнул меня. Я не смог удержать равновесие и поскользнулся на мокрой земле, случайно разбив несколько яйцеобразных сфер. Дэвис споткнулся и направился прямо к водопаду. Я увидел его стройную фигуру, стоящую в бурлящей воде, разделенной расщелинами. Он нетвердой походкой подошел к краю водопада, а затем я услышала, как он разразился болезненными рыданиями.

- Нет! Дэвис! Дэвис! Я умоляю тебя, не делай глупостей!

Не обращая внимания на нескольких проснувшихся людей вокруг, я поднялся на ноги и поспешил за Дэвисом. Однако я беспокоился, что мое преследование может заставить его немедленно спрыгнуть, поэтому я стоял на расстоянии и постепенно приближался к нему. Агония Дэвиса была не меньшей, чем то, что я почувствовала, когда Агарес надругался надо мной. Стыд, подорванная самооценка и унижение от того, что меня заставили подчиниться доминированию более могущественного нечеловеческого мужчины. Это то, с чем ни один мужчина не смог бы легко смириться. Несмотря на то, что я по-настоящему влюбился в Агареса и не поддался Стокгольмскому синдрому, эти воспоминания все еще преследовали меня. Даже сейчас, при одном воспоминании о них у меня мурашки бежали по спине.

И то, что испытал Дэвис, было еще более сильным потрясением, чем мое – он превратился из морского офицера, которому было поручено отогнать русалок, в их пленника, подвергшегося сексуальному насилию. Если бы это был я, уверен, у меня тоже возникло бы желание немедленно покончить с собой.

Мои нервы были напряжены до предела, кулаки сжаты, пальцы впились в мою плоть, когда я дрожащим голосом сказал:

- Эй, Дэвис... успокойся. Я вытащу тебя отсюда, отвезу домой, хорошо?

- Я не могу вернуться, я не могу вернуться… - плечи Дэвиса слегка задрожали, когда он отчаянно замотал головой, хватая ртом воздух. - Я чувствую свое тело… оно меняется. Я видел, как чешуя растет у меня на ногах, а уши… - его голос, казалось, скрипел сквозь зубы. - Этот тритон, он сказал, он сказал, что я тоже стану таким же как он… Меня нельзя спасти.

Говоря это, он наклонился вперед, широко раскинув руки, как птица, выпущенная на свободу.

- Нет! - я издал оглушительный рев, бросаясь вперед, чтобы схватить его за руку, но было слишком поздно. Все, что оставалось в поле моего зрения, - это исчезающая фигура Дэвиса, поглощаемая морем, вместе с кругом мгновенно исчезающих волн. Под водопадом виднелись выступающие из поверхности пятнистые скалы, напоминающие зубы прожорливого монстра. И все же я с болью осознавал, что Дэвиса поглотил не океан, а водоворот, подобный любви и желанию морского народа.

Внезапно я почувствовал, что у меня подкашиваются ноги, и бессильно опустился на колени у края водопада, тупо уставившись на морскую гладь, в голове у меня гудело от шума.

- Очень жаль… - внезапно позади меня раздался голос Левджета, а затем я почувствовал, как меня поднимает пара гибких и сильных рук. В оцепенении я позволил обнять себя, и когда я обернулся, то увидел пробужденных людей внутри этих разбитых сфер. Некоторые выглядели озадаченными, некоторые горько плакали, а другие свернулись калачиком и дрожали, как будто группа заключенных, чьи тела и разумы были полностью разрушены пытками. Я не сомневался, что в следующий момент они выберут тот же путь, что и Дэвис.

- Что нам делать, черт возьми? Я не могу просто оставить их здесь… - пробормотал я себе под нос, но в то же время я знал, насколько непрактично было пытаться забрать их отсюда. Головная боль, казалось, вот-вот расколет мой череп, а сердце, словно подвергалось пыткам, будто его поджаривали на сковороде.

- Но мы должны уходить, у меня нет возможности взять с собой так много людей. Малыш Дешаров, возможно, у твоего друга все еще есть шанс спастись. Ты хочешь пойти и найти его? Ты хочешь остаться здесь и продолжать закрывать глаза на бедственное положение себе подобных? Теперь ты понимаешь, насколько безжалостен твой Агарес?

Тихий шепот в моих ушах воздействовал на мое сознание, как магическое заклинание. Я покачал головой, затем снова кивнул, не зная, что ответить, мои мысли были в хаосе. Но прежде чем я смог принять решение, я почувствовал, как мое тело обхватили и потянули назад, внезапное ощущение невесомости охватило меня, и оглушительный рев водопада наполнил мои уши. Мой взгляд был устремлен к небу, парящему в глубокой синеве. Эта сцена наложилась на воспоминание о том, как я обнимал Агареса и прыгал с глубины утеса, и мое сердце внезапно сжалось от боли под завыванием ветра.

В следующий миг морская вода с плеском пропитала все мое тело. Когда я вошел в воду, давление со всех сторон сдавило мою грудь и спину, почти задушив меня, но Левджет немедленно вытащил меня из воды. Я задыхался, вытирая воду с лица, и увидел, что мы приземлились за водопадом. Стремительная вода с оглушительным ревом хлынула в море, и брызги воды образовали туманный белый туман. Оглядевшись вокруг, я удивился тому, что Левджет поместил нас точно между расщелинами нескольких скал, ни на йоту не отклоняясь. Любое незначительное отклонение привело бы к разорванному телу и раздробленным костям, демонстрируя точность, сравнимую со стрельбой из огнестрельного оружия.

Я задавался вопросом, удалось ли Дэвису приземлиться между камнями в морской воде, выжив по счастливой случайности.

С этими мыслями я немедленно оттолкнулся от Левджета и взобрался на скалу повыше. Встав, я поискал возле водопада какие-либо следы Дэвиса.

И в этот момент я слабо уловил другой звук сквозь поток воды, доносящийся снаружи водопада.

- Не выходи, Дешаров, - мягко предупредил меня Левджет. Он взмахнул хвостом и быстро поплыл к месту с более медленным течением. Я последовал за ним и прыгнул на другой риф. Выглянув наружу, я не смог удержаться и широко раскрыл глаза.

На поверхности моря, сливающейся с ночным небом, на поверхности накатывающихся волн мерцали цепочки голубых световых сгустков. Они следовали за высокими гребнями волн, подбираясь все ближе и ближе. На первый взгляд это выглядело как флот космических кораблей, бороздящих просторы Вселенной. Когда они приблизились, я понял, что эти светящиеся скопления на самом деле были гораздо более крупными рыбами-дьяволами, каждая из которых несла на своей спине тритона. Эти мерфолки ехали на рыбах-дьяволах, как будто они летели верхом на огромных птицах в небе. Сцена была действительно впечатляющей и внушала благоговейный трепет.

Самый крупный и ослепительный из них возглавлял группу, двигаясь с невероятной скоростью. Без сомнения, это был лидер. Когда они подошли еще ближе, я действительно увидел Агареса, опирающегося на его широкую, волнистую спину. Его крепкая верхняя часть тела стояла высоко и гордо. Его бледная кожа была покрыта слоем ледяного, сурового синего цвета, который излучал сияние в ночном небе. Он выглядел как сияющая ледяная скульптура, воплощение торжествующего и возвращающегося короля.

Я затаил дыхание, каждая клеточка моего тела кричала. Мне почти захотелось броситься вперед, чтобы поприветствовать своего лидера. Однако я быстро заметил кое-что еще. Людей, которых привела группа русалок позади него, и лучи света, исходящие от кораблей вдалеке, движущихся к ним.

Глава 112

Агарес и его группа не возвращались с триумфом, а заманивали врага глубже. Было очевидно, что преследующие их люди были добычей.

Как я и подозревал, морской народ не спрятался непосредственно в расщелинах горы, а обогнул море, быстро перепрыгивая через вздымающиеся волны одну за другой. Они образовали большой движущийся круг света, окружающий сотни человеческих лодок преследования, которые плыли за ними по пятам.

На мгновение раздался град пуль и вспышки выстрелов, похожие на языки пламени, с непрекращающимися звуками пальбы, переплетающимися в воздухе.

Однако из-за скорости, с которой мерфолки плыли по волнам, поразить их огнем из оружия казалось таким же трудным, как попытаться сбить летящую осу стрелой. Мерфолки двигались S-образно, и окружение быстро становилось все меньше и меньше. Под командованием Агареса мерфолки разделились на три команды: одна непрерывно испускала ослепительные электрические токи и продолжала атаковать с дальних дистанций, другая внезапно появлялась из-под воды, чтобы сеять хаос вблизи преследующих лодок, а третья направляла лодки к району перед водопадом. Их эффективность в выполнении этих действий была поразительной.

- Не показывай где ты. Текущая ситуация очень опасна - Левджет качнул хвостом и увлек меня в воду, утащив за камень.

Я затаил дыхание, нервно наблюдая за происходящим снаружи. Я увидел, что черные и синие скоростные катера среднего размера теперь были окружены морскими жителями в пределах определенной зоны, пойманные в ловушку в море, полном разбросанных рифов. Это было похоже на то, как если бы они играли в заранее проигрышную шахматную партию, борясь, как выброшенные на берег киты. У которых не было выхода. Я мог видеть, как люди на этих патрульных катерах паниковали. Важнее для них было удержаться на судне, чем продолжать стрелять по морскому народу.

Казалось, они поняли, что роли полностью поменялись, и люди больше не были рыбаками, а превратились в рыбу, попавшую в сеть.

- Не стреляйте, люди, мы не хотим причинять вред вашим жизням.

В этот момент над почти кипящим морем разнеслось глубокое, низкое рычание, и я немедленно посмотрел в сторону Агареса.

Он плыл верхом на скате с распростертыми крыльями, избегал гребней и медленно подплывал поближе к окружению тритонов. Его серебристо-седые волосы развевались позади него, как зловещий хвост кометы, как будто древний злой бог постепенно выходил из глубин темного моря. Я заметил, что люди целились в него из чистого страха. Хоть я и полагал, что Агарес вряд ли пострадает от них, Я все равно с тревогой вытянул шею, но Левджет крепко держал меня за плечо, боясь что я могу не удержаться и броситься к нему.

Однако я обнаружил, что все люди на военных кораблях, казалось, были напуганы появлением Агареса. Никто не осмелился выстрелить в него. Они стояли там, ошеломленные, некоторые даже опустились на колени на палубе, как будто поклонялись ему.

Мое сердце екнуло, и тогда я осознал влияние вводящих в заблуждение новостных сообщений, которые распространялись в день начала войны с мерфолками. Мы не знали, откуда взялись эти новости - единственный способ спастись при встрече с мерфолками в море - это встать на колени и поклониться им.

Это было совершенно абсурдное предостережение, и в то время как некоторые люди восприняли его всерьез, другие насмехались над ним. Но нельзя отрицать, что люди поклонялись существам, которые пугали их с древних времен, особенно в ситуациях, когда, по их мнению, их жизни угрожали.

Однако, по иронии судьбы, это не возымело никакого эффекта. Морские жители, окружавшие лодки, их чешуйчатые хвосты, испускающие слабое мерцание, были похожи на звезды, притягиваемые магнитной силой в темную ночь. Они сходились со всех сторон, плотно сбившись в кучу, медленно приближаясь к людям, оказавшимся в ловушке на том, что казалось изолированным островом. В этот критический момент я внезапно увидел фигуру, падающую прямо сверху, тяжело разбившуюся о скалу недалеко от меня, издав глухой звук ломающихся костей.

Я в шоке расширил глаза, ясно увидев искалеченное тело, сползающее со скалы в море. Бледная отрубленная рука была высоко поднята, словно пытаясь дотронуться до далекого неба. Что касается нижней части его тела, то блестящая чешуя покрывала все ниже колен, все еще сохраняя форму человеческих ног, но слегка покачиваясь в воде, как настоящий рыбий хвост, из-за судорог надвигающейся смерти.

Часть морского народа в этом районе внезапно забеспокоилась, глядя вверх, на вершину водопада. Даже Агарес не был исключением. Без сомнения, все они были застигнуты врасплох. Десятки русалок не смогли сдержаться и быстро поплыли вниз по течению к водопаду, высоко подняв верхнюю часть тела и громко крича. Но почти в следующую секунду, в одно мгновение, сотни фигур упали сверху, как будто они были падшими ангелами, добровольно бросившимися в ад, разорвав свои связи с божественным, как описано в Библии. Всего за несколько секунд образы тех, кто покончил с собой, проплыли, как темное облако, сделав ночь еще темнее. Это была чернота смерти.

Хоть мгновение я не мог заставить себя отвести взгляд от неба и посмотреть на море, но я не мог отвести свой собственный взгляд.

На скалах и в море повсюду были разбросаны трупы, и густая кровь растеклась по поверхности, как большое пятно плавающих красных водорослей, издавая удушливый запах крови. Более сотни окровавленных и изломанных тел плавали в морской воде, в то время как те, кто был на грани смерти, корчились на камнях, словно отчаянно пытаясь освободиться от своих ног. Те, кто был еще жив, взбирались на скалы, воя в агонии.

- Не пресмыкайтесь перед ними, они демоны, звери! Быстро пристрелите их!

- Я скорее умру, чем попадусь им в лапы!

- Отвалите! Уходите! Вы дьяволы! Вы не можете причинить нам вреда!

- Стреляйте, идиоты!

Я слышал решимость умереть в голосах тех, кто выжил, и ненависть, которая заставляла сердца людей биться чаще.

Русалки, потерявшие своих супругов, либо обнимали труп, кричали и причитали, либо все еще в замешательстве искали своих супругов. Агарес вытянул руки, по-видимому, пытаясь вернуть их на место, но это было тщетно. Сцена погрузилась в беспрецедентный хаос.

Я наблюдал за всем этим с болью, чувствуя себя так, словно меня ударили тяжелым молотком, почти не в силах дышать.

В этот момент раздался звук выстрела, пронзивший небо, было неизвестно, кто выстрелил первым. Люди на лодках немедленно открыли огонь по морскому народу, как будто были глубоко спровоцированы зрелищем этого коллективного самоубийства. Всякая оставшаяся надежда и паника исчезли, и патрульные катера, неспособные развивать большую скорость в неспокойном море, дико бросились врассыпную. Окружение морского народа уже погрузилось в хаос из-за недавней трагедии, что позволило нескольким лодкам прорваться через окружение в одно мгновение. Однако Агарес не сразу приказал морскому народу окружить оставшиеся лодки. Вместо этого он приказал им отступить в воду, позволив лодкам рассеяться и в конечном итоге исчезнуть на поверхности моря.

Все эти изменения, казалось, произошли в одно мгновение, и море затихло после суматохи. Оставшиеся сотни тритонов либо баюкали и искали своих погибших возлюбленных, либо некоторые из выживших людей в отчаянии лежали на краю скал, глядя на далекое море. Другие выжившие отчаянно плыли туда, где исчезли лодки, и были настигнуты своими мужьями. Группа тритонов преградила путь, пытаясь убедить своих избранников остаться, но они встретили ожесточенное сопротивление.

Я закрыл глаза, не в силах вынести столь трагических последствий, и тяжелое чувство вины нахлынуло на меня. Я не мог не задаться вопросом, если бы я не разбудил Дэвиса, если бы я не позволил горю и отчаянию распространиться среди этих пленников, произошла бы эта ситуация? Могли ли мы спасти эти сотни невинных жизней? Возможно, если бы я не разбудил их, они могли бы быть убаюканы любовью морского народа и предпочли бы продолжать жить, покоряясь своей судьбе в океане, вместо того, чтобы преждевременно разразиться гневом и, в конечном счете, убить себя из-за горя. Черт возьми, был бы такой конец... лучше для них?

Постоянно подвергая сомнению свои действия в глубине души, я чувствовал, что мое сердце царапают и разрывают на части бесчисленные невидимые руки, как будто все мое существо вот-вот расколется надвое.

В этот момент перепончатая лапа мягко легла мне на спину, успокаивая легким прикосновением и обхватывая за талию, как отец в обычной семье, лечащий своего раненого сына. Мое сердце смягчилось, и я прошептал Левджету:

- Отец, пообещай мне, помоги мне найти Дэвиса. Я не хочу терять ни малейшей надежды. Если ты найдешь его, пожалуйста, забери его отсюда, на сушу, хорошо?

- Конечно. Но ты должна уехать со мной, дитя. Это ради твоего будущего. Как твой отец, я должен взять на себя ответственность за твою жизнь, - Левджет посмотрел мне в глаза мягким, но решительным тоном. Его слова связывали, как нейлоновая веревка, заставляя меня понять, что это была одновременно и его просьба, и условие для поиска Дэвиса от моего имени.

- Нет, я не могу покинуть Агареса…

Я сжал кулаки. В этот момент я снова заметил голубой свет, поднимающийся над морем. Я повернулся посмотреть и увидел Агареса, выходящего из моря, но на этот раз его не окружали последователи. В море отражалась его одинокая фигура. Он плавал в воде, погруженный в свои мысли, глядя на скорбящих и безутешных морских жителей внизу. Он казался таким же одиноким и безутешным, как любой побежденный в войне король.

И я остро осознавал, что Агарес был таким гордым правителем. Легко было представить, что стать свидетелем такого неконтролируемого поворота событий стало для него огромным ударом.

Итак, как у его возлюбленного, какая у меня была причина не вернуться к нему, чтобы успокоить его эмоции и убедить его?

Размышляя таким образом, я поплыл к Агаресу, но затем поток воды ударил меня сзади. Прежде чем я успел среагировать, перепончатая рука Левджета крепко сжала меня в своих объятиях, оттаскивая обратно за скалы, как паук, поймавший мотылька.

- Хорошее дитя, не возвращайся к нему… Как ты думаешь, твой Агарес почувствует угрызения совести из-за этого? Ты не понимаешь, каким жестоким он может быть. Возможно, ты не знаешь, что он убил сотни своих братьев в выводке, именно так он стал правителем, верно? Черные чешуйки по своей природе воинственны, жестоки и кровожадны, отсюда их название людьми "Ночная фурия". Он обострит войну, Дешаров. Пребывание с ним принесет тебе только больше страданий.

Тон Левджета был нежен, как тихий шелест, его губы слегка коснулись моей щеки, но я отвернулась, чтобы избежать их прикосновения.

- Нет, я верю, что смогу отговорить его. Агарес нуждается во мне, - Я покачал головой. - Пожалуйста, отпусти меня, отец. Я понимаю твое беспокойство, но я никогда не собиралась оставлять его.

- Что, если ты ему не так сильно нужен? Что, если кто-то другой сможет заменить тебя? Дешаров, как ты с этим справишься?

Я отстранилась от его руки и повернулась, чтобы посмотреть в глаза Левджету, и повторила слово в слово:

- Ты имеешь в виду того блондинистого парня? Хотя я и возражаю против того, что он пытается подлизаться к Агаресу, я не думаю, что он представляет проблему. В лучшем случае, он нелепый невежественный поклонник.

Пока я говорил, я обошел Левджета, но он схватил меня за запястье.

- Ни один морской народ не может устоять перед искушением тела потомка, имеющего свою собственную йойлу, особенно когда этот потомок добровольно предлагает себя. Дешаров, ты наивный влюбленный ребенок, - сказал Левджет, взмахнув хвостом, чтобы преградить мне путь. - Рафаэль, этот светловолосый мальчик, разве ты не хочешь знать, где он был последние два дня? Король запер тебя отдельно, но Рафаэля он держал рядом с собой…

- Невозможно! - мое тело напряглось, и я услышал, что мое дыхание стало немного прерывистым. Я не мог успокоиться, когда услышал подобное об Агаресе.

- Это правда… - Прошептал Левгет мне на ухо, его голос звучал как жужжание сотни насекомых, нарушая мои мысли. - За то время, что тебя не было с ним, король заявил права на Рафаэля, и они соединились. Теперь у него есть другая пара, и даже если он поймет, что ты пропал, он не слишком расстроится, мой маленький Дешаров. Тритоны - существа, легко поддающиеся вожделению, не понимающие настоящей любви. Мы, по сравнению с людьми, другие.

- Я в это не верю! Агарес никогда бы не предал меня. Ты не знаешь, через что мы прошли вместе, - я возразил по поводу его плохой репутации, мой голос звучал так, словно рыбья кость застряла у меня в горле.

- В самом деле? Если ты так уверен в себе, почему бы тебе не проверить это? Дешаров... просто подожди и посмотри, придет ли он искать тебя сегодня вечером, или он предпочтет искать удовольствия с прекрасным Рафаэлем и забудет о твоем существовании? Разве ты не хочешь знать, действительно ли ты незаменим в его сердце?

Мои нервы, казалось, подрагивали от голоса Левджета, и я смотрел в его черно-серебристые глаза в темноте. Мое тело напряглось. Я не мог отрицать, что слова Левджета обладали силой промывания мозгов, и я поймал себя на том, что невольно следую его словам, представляя в уме различные сценарии. Я покачал головой, заставляя себя не предаваться беспочвенным мыслям. Однако у меня что-то было на затылке, странное ощущение зуда, ползущее вверх по шее, как будто какой-то яд пытался проникнуть в мою голову.

В одно мгновение у меня зазвенело в ушах, и я почувствовал, как небо закружилось надо мной. Казалось, что невидимая рука смяла мои мысли в маленькие комочки макулатуры, и когда я попытался их распутать, они оказались в ужасном беспорядке. Я потряс головой, пытаясь избавиться от этого дезориентирующего головокружения. Мое зрение на мгновение затуманилось, и струйки дыма, казалось, сходились со всех сторон, сплетаясь перед моими глазами, как мираж.

- Посмотри на это, Дешаров, и ты увидишь, что я тебя не обманул… - голос Левджета тоже кружился вокруг меня, как струйки дыма, временами далекий, временами близкий, неземной и неуловимый.

Я изо всех сил старался держать свои отяжелевшие веки открытыми, сосредоточив взгляд на дыме, надеясь, что он рассеется. Неясное изображение постепенно обрело форму, обнажив две отчетливые фигуры. Первое, что появилась в поле зрения, была спина светловолосого юноши. Он сидел верхом на талии Агареса, покачивая своим стройным телом. Его светлая кожа резко контрастировала с черной чешуей Агареса под ним, причиняя боль моим глазам и заставляя их пульсировать. Я попыталась закрыть глаза, но они не могли оторваться от Агареса. Я наблюдал, как он смотрел на другого мальчика, Рафаэля, нежным взглядом. Он нежно поцеловал его в шею, точно так же, как когда-то обращался со мной, героический, красивый, касался чужой кожи, и с сильного тела капал пот.

На долю секунды я действительно почувствовал, что реагирую, возбуждаясь от этого зрелища.

Несмотря на боль в моем сердце, которое, казалось, вот-вот разорвется, и несмотря на то, что я знал, что это не я занимался сексом с Агаресом, я не мог подавить воспоминания и желания ощутить, что он мной владеет. Я был постыдно тверд. Дрожа, я прикрыл голову и ударился ею о камни позади себя, пытаясь освободиться от этой чрезвычайно мучительной иллюзии, но в моем сознании только усилился хаос.

- Дешаров… - внезапно чей-то перепончатый коготь схватил меня за затылок, и рядом со мной прозвучал знакомый низкий голос.

Я вздрогнул всем телом и немедленно открыл глаза.

Смутно знакомая фигура парила надо мной. Эти пленительные, волнующие душу глаза пристально смотрели на меня, в его взгляде была скрытая непреодолимая привязанность.

- Агарес… - тихо пробормотал я, в голове у меня все смешалось, все тело болело и распухло, как будто мои болезненные эмоции быстро закипали во мне.

Я открыл рот, инстинктивно пытаясь спросить, было ли реальным то, что я только что видел с Агаресом, но мое горло словно сдавила огромная губка, и из него не вырвалось ни звука. В какой-то момент мои конечности также потеряли силу, и я почувствовал себя вялым. Знакомое ощущение жара пробежало по мне, собираясь внизу живота, прежде чем устремиться вниз. Это чувство означало только одно: у меня неожиданно наступила течка.

Черт возьми!

Я сделал глубокий вдох, пытаясь избавиться от своего возбуждения в опьяняющем аромате, который окружал меня, но я ничего не почувствовал. В этот момент я услышала отдаленный зов своего имени:

- Дешаров… Дешаров, где ты?

Этот голос прорвался сквозь звон в моих ушах и ударил по нервам. Это был Агарес, который искал меня.

Мое тело, которое вот-вот должно было воспламениться, внезапно почувствовало себя так, словно его окатили ковшом холодной воды, и мои чувства вырвались из хаоса. Я моргнул, и туман передо мной слегка рассеялся. Лицо Агареса исказилось и приняло облик Левджета. В этих черных как смоль глазах на мгновение промелькнуло разочарование и удивление, но я уловил это как раз вовремя. Все мое тело напряглось, и я вырвалась из объятий Левджета, но мое ослабевшее тело без особых усилий было притянуто обратно в его объятия.

- Дешаров, мое хорошее дитя, тебе грустно, верно? - Левджет протянул руку, чтобы вытереть пальцами пот с моего виска, мягко вздохнул, но этот отеческий вздох, достигнув моих ушей, зажег мои назревающие эмоции, как искру, превратив их во внезапную вспышку гнева.

- Ты меня гипнотизируешь?! - я стиснул зубы, сдерживая дрожь в голосе, вызванную моими физиологическими реакциями. - Ты сказал, что хочешь, чтобы я вырвался из-под контроля Агареса, так как же назвать твое нынешнее поведение?

- Любимый, мой маленький Дешаров. Моя любовь к тебе не меньше, чем у короля…

Выражение лица Левджета изменилось, и он внезапно улыбнулся, глядя на меня.

Казалось, он мгновенно изменил свою личность, любящее и нежное выражение полностью исчезло с его лица, сменившись улыбкой, которая была такой же ядовитой и очаровательной, как мак, заставив меня на мгновение вздрогнуть.

- Прости, но я не смогу принять твою любовь, если ты не будешь относиться ко мне как к сыну. Пожалуйста, позволь мне вернуться.

Я изо всех сил старался говорить четко и твердо. Несмотря на обильный пот, обливавший мое тело, словно обжигающий огонь, я чувствовал озноб по всему телу. Я обхватил себя руками, слегка наклонился, надавливая на нижнюю часть живота, но не мог избавиться от ощущения стягивания в этой интимной области.

Я даже не мог попросить его найти Дэвиса для меня, потому что понимал, что это может быть ловушкой, расставленной Левджетом, планом вбить клин между мной и Агаресом. Возможно, он предвидел последствия пробуждения Дэвиса и медлил, ожидая момента, когда у меня начнется течка, чтобы воспользоваться этим. Я не хотел так плохо думать о своем отце, но страх, поднимавшийся внутри меня, делал голоса подобных предположений все более отчетливыми в моем смятенном сознании.

- Нет, ты неправильно меня понял, малыш Дешаров… - Левджет нежно обнял меня, похлопывая по спине. - Я не буду заставлять тебя открываться мне. Я увел тебя от него, чтобы пробудить в тебе силу. Ты больше подходишь на роль короля Атлантиды, чем любой другой морской народ, потому что Среброхвостые и Чернохвостые - самые сильные в королевском гнезде, и ты потомок Сребряных Хвостов и пара чернохвостого. Ты был преобразован Чернохвостыми, обладая обеими их сильными сторонами. Но твоя эволюция идет слишком медленно. Как твой отец, как я мог не помочь тебе?

- Трансформация… Что ты имеешь в виду… превращение во что? Я не хочу быть королем Атлантиды, меня это не интересует!

Я бессвязно выдавил отказ, сильное дурное предчувствие нарастало вместе с беспокойством в моем теле.

У тебя нет права выбора, - Левджет пробормотал мне на ухо похожую на заклинание фразу.

Я почувствовал его перепончатые пальцы у себя на шее, и острые ногти прижались к моей пульсирующей коже, внезапно пронзив ее насквозь. Я закричал от боли, но мой рот тут же был прикрыт. Что-то под кожей на задней части моей шеи разорвалось, как будто вылупляющееся существо пыталось вырваться на свободу. Это было похоже на лезвие, рассекающее мою плоть от затылка до копчика. Я отчетливо почувствовал, как какая-то сила разрывает меня пополам. Острая боль даже переборола сильное чувство желания. Я дернулся всем телом, инстинктивно потянувшись назад, и мои пальцы коснулись двух острых плавников, которые появились из мышц спины. Это напомнило мне внешность летучей рыбы, строение тела которой отличается от других морских обитателей.

Летучая рыба? Кем я стал?

Однако, прежде чем я успел удивиться этому, пронзительное ощущение, которое я слишком хорошо помнил, пронзило мои ноги. Мне даже не нужно было смотреть вниз, чтобы знать, что из моих ног появляются бесчисленные серебряные чешуйки. Однако что показалось мне странным, так это то, что я не почувствовал, как мои ноги одновременно срослись. Я в изумлении опустил голову и обнаружил, что, помимо появления полупрозрачной перепонки между пальцами ног, на моих ногах был лишь слабый, тонкий слой чешуи, как будто они были завернуты в кусок марли, сотканный серебряной нитью, слабо мерцающий под водой.

В остальном нижняя часть моего тела ничем не отличается от строения человеческих ног.

Трансформация произошла так быстро и невероятно, что я не мог удержаться и некоторое время смотрел на свои ноги. Я протянул руку, чтобы потрогать свою кожу, но тритон схватил меня за запястье.

- Не трогай. Твое новое тело все еще хрупкое. Это подарок, который я преподношу своему дорогому сыну - эволюция в истинном смысле этого слова. Русалки гордятся своими длинными хвостами, но, на мой взгляд, это главная причина, мешающая нашему виду стать еще более исключительным. Из-за ограничений нашего тела мы не можем получить доступ ко многим местам в этом мире. Когда я попал в мир людей, я осознал наши слабости, поэтому я пытался объединить гены человека и русалок. И ты, мой сын, самый подходящий объект для экспериментов. Ты не знаешь, сколько ужасных неудач было в каждой попытке, но посмотри на себя, ты идеален, единственный. Король.

Левджет закончил говорить на одном дыхании, прижавшись к мочке моего уха, его голос слегка дрожал от сильного волнения, которое он пытался подавить, как будто он сдерживал свои эмоции. Определенная струна в моем мозгу, казалось, мгновенно оборвалась, когда он заговорил. Воспоминание, казалось, было собрано заново и быстро прокрутилось в моем сознании, как видеокассета. Пробел в памяти, который сбивал меня с толку, внезапно нашел ключевую точку пересечения.

Лаборатория на маленьком острове, выпотрошенный морской народ, операционный стол, залитый кровью, тот загадочный разговор и дуэль на военном корабле штормовой ночью - все это нахлынуло на меня.

Образы и воспоминания промелькнули перед моим мысленным взором, и все мое тело сильно задрожало.

Глава 113

Я в ужасе уставился на Левджета, но он только улыбнулся, как будто его на самом деле не волновало, что я вырвался из-под его контроля над моими воспоминаниями. Казалось, ему было приятно, что его шедевр запомнили и похвалили. Его длинные перепончатые когти скользнули по моему спинному плавнику, затем спустились к талии. Прежде чем я смог полностью осознать, что происходит, он прижал меня к скале, как будто больше не мог сдерживаться.

Я в шоке смотрел, как Левджет срывает маску мягкости, которую он изо всех сил старался поддерживать. Его черные глаза сияли завораживающим светом, и он погладил мой подбородок пальцами, казалось, опьяненный. Он слегка улыбнулся и сказал:

- А теперь прими от меня, мой маленький Дешаров, шедевр, который я создал лично. Ты действительно очарователен.

Затем он наклонился надо мной, его когти надавили на мои икры, а рыбий хвост с силой втиснулся между моих ног. Его серебристая чешуя, намного более твердая, чем у меня, казалось, вот-вот высечет искры о мои ноги. Я сердито посмотрел на него, немедленно используя свои руки, чтобы сопротивляться его вторжению. Я был удивлен, почувствовав, что мои руки были чрезвычайно сильными, а спинной плавник, благодаря напряженным мышцам, поддерживал меня на скале, как пара крыльев, позволяя мне внезапно столкнуть Левджета в воду. Затем я немедленно встал, бдительный и готовый к его контратаке.

Но, к моему удивлению, он просто оглядел меня с ног до головы, выражение его лица было сложным и постоянно меняющимся. Я холодно посмотрел в его глаза, обнаружив смесь радости, удивления, безумия, и, копнув глубже, я смогла уловить страх, таящийся в зрачках. Это внезапно заставило меня кое-что осознать.

Я действительно был самым совершенным экспериментом и шедевром Левджета, настолько совершенным, что даже он этого не ожидал, и он не смог подавить мою силу. Этот ироничный, но удачный факт был несколько забавным, но на сердце у меня было тяжело, и я совсем не мог смеяться.

- Дешаров… - Как будто прочитав и поняв мои мысли, Левджет подобрался ко мне. Его перепончатые когти очень осторожно держали мою лодыжку, и он даже наклонился, чтобы поцеловать верхнюю часть моей ступни, что поразило меня. Затем он поднял взгляд, и в его черных глазах сверкнул огонек.

- Мой маленький король, прости меня за то, что я обидел тебя. Позволь мне быть твоим самым верным последователем, пожалуйста, не покидай меня, твоего отца. У меня нет намерения причинять вред тебе или королю. Я просто хочу сделать тритонов сильнее…

- Значит, ты мог сотрудничать с нацистами, жестоко вредить своему собственному народу и людям, контролировать меня, превратив в объект эксперимента, и вбить клин между мной и Агаресом? Если бы ты не был моим отцом, я бы уже убил тебя!

Пылающий гнев поднялся из глубины моего живота к голове, затем к ладоням. Я не мог контролировать себя, когда схватил Левджета за шею, глядя сверху вниз на этого члена семьи, который был связан кровными узами, но обманул меня больше всех.

- Тогда, прошу, убей меня... Малыш Дешаров, я не пожалею, если умру у тебя на руках, - Левджет вытянул свою перепончатую лапу, казалось, желая коснуться моей щеки. Его черные глаза смотрели на меня влажно, искренне умоляя. Проклятая искренность.

- Держись от меня подальше. Убивать тебя не должно быть моей работой. Это должна быть обязанностью истинного и единственного короля морского народа, - я прищурился и отчеканил каждое слово, одно за другим.

Левджет глубоко вздохнул, выглядя несколько побежденным, опуская голову. Однако, его глаза мрачно блеснули, наводя на мысль, что он, возможно, что-то хитро замышляет втайне.

Крики из моего окружения становились все ближе, и это был только вопрос времени, когда они найдут нас за водопадом. Левджет лучше меня знал, что ему не сбежать.

Я смотрел на него со смешанными чувствами, переоценивая это присутствие, с которым я когда-то был так хорошо знаком. Он был более хладнокровным и сумасшедшим, чем Шиничи, более амбициозным, чем Агарес, и лучше умел строить козни против других, как самые презренные и хитрые заговорщики среди людей. Вступление в человеческое общество позволило ему использовать человеческую жадность в своих интересах, прибегая к любым средствам для достижения своих амбиций, даже ценой собственной семьи, и играть с людьми.

Как он сказал, Агарес действительно не понимал людей.

Он рассматривал эту войну с точки зрения морского народа, но не смог понять сложность человеческой натуры. Он не осознавал, насколько экстремальными могут быть люди во времена отчаяния. Он не ожидал, что его романтическая “приманка” станет обоюдоострым мечом, причиняющим вред как морскому народу, так и людям. Левджет мог использовать слепые зоны Агареса в его мышлении, отталкивая его все дальше и дальше от меня, и нанести смертельный удар, когда его предали и разлучили с семьей. Как умно.

Пока я думал об этом, я услышал приближающийся шум. Инстинктивно я хотел ответить, но внезапно Левджет выпрыгнул из воды и неожиданно схватил меня за спинной плавник, как будто намеревался оторвать его от моего тела.

Сильная боль пронзила всю мою спину подобно молнии, заставив меня яростно наброситься на него, как спровоцированный дикий волк, и мы оба погрузились в воду. Левджет крепко обвил своим рыбьим хвостом мои ноги, его перепончатые когти глубоко впились мне в спину, словно решив уничтожить этот шедевр, который он больше не мог контролировать.

Мое тело затопила смесь горя и гнева, словно морская вода поглотила мои органы, и это вызвало удивительный прилив сил. Я взмахнул двумя спинными плавниками и выпрыгнул из воды, с силой протащив Левджета мимо водопада, отделявшего меня от Агареса, и сильно ударив его о скалу. Когда он упал в море, я открыл рот в агонии, издав пронзительный крик морского обитателя, устремившийся прямо в небо.

Сразу же я услышал гораздо более глубокий рев, доносящийся сзади меня.

Издалека донесся шум волны, и прежде чем я успел обернуться, большая волна поднялась рядом со мной. Пара рук, появившихся из воды, обхватила меня за талию, и крепкие объятия окутали меня целиком. Знакомый запах наполнил мой нос, и у меня заслезились глаза. Однако он держал меня осторожно, как будто боялся причинить еще больший вред моим поврежденным спинным плавникам. Мягкий голубой ореол исходил из-под поверхности воды, когда рыба-дьявол, используемая в качестве транспорта, подняла меня из-под воды, позволив прислониться к груди Агареса.

В этот момент усталость и боль нахлынули со всех сторон подобно приливу, заставив меня стиснуть зубы в агонии и издать низкий стон.

- Что случилось, Дешаров?

Я почувствовал легкое прикосновение носа Агареса к своей спине, он глубоко вдохнул и тяжело выдохнул. Его влажное дыхание коснулось моих ран. Он крепче сжал мою руку, очевидно удивленный изменениями в моем теле. Однако он ничего не спросил. Вместо этого он опустил голову, и его влажный язык нежно задел мои раны одну за другой. Его перепончатые когти прижались к моему дрожащему от боли плечу.

Плотно свернувшаяся рыба-дьявол позади меня теперь возвращалась к жизни. Ее игривый маленький хвост вилял у меня за спиной, казалось, шлепая Агареса по подбородку. Однако наш лидер не обращал на это внимания, сосредоточившись вместо этого на зализывании моих ран. Его рыбий хвост плотно обвился вокруг меня, и мой взгляд упал на эти черные чешуйки, сцены из галлюцинации, которые я видел ранее, заставив мое сердце замереть.

Хотя я понимал, что это была иллюзия, созданная Левджетом, я не мог удержаться и выпалил:

- Эй, Агарес, а как насчет твоего другого потомка? Вон того маленького блондина.

Агарес помолчал мгновение и сказал:

- Я приказал синехвосту отправить его обратно в мир людей. Океан не подходит для его выживания. Почему ты спрашиваешь?

- Э... ничего, я просто спросил.

Мой рот невольно скривился, я почесал голову, но моя рука задела рану на спине, вызвав пронзительную боль.

- Ай, черт! - пробормотал я. Однако Агарес немедленно слегка надавил мне на спину, толкая меня вниз, на спину большой рыбы-дьявола, и наклонился, чтобы подмять меня под себя. Его волосы, как морские водоросли, рассыпались каскадом по голове и плечам, и густой аромат гормонов окутал меня, полностью погружая в мир, в котором он доминировал.

- Не двигайся… или я не смогу гарантировать, что не сделаю с тобой что-нибудь еще.

Губы Агареса прижались к мочке моего уха, издавая тихое бормотание. Мое сердце колотилось, как барабан, безумно подпрыгивая, и я не мог удержаться, чтобы не сглотнуть. Я почувствовал, как его мягкий язык нежно обводит мою рану, затем скользит по каждому дюйму моего позвоночника. Его широкая перепончатая лапа обхватила мою, которая была всего в два раза меньше его, накрыла ее ладонью, крепко сжимая, наши пальцы переплелись.

Глава 114

- Агарес…

Я не мог удержаться, чтобы не произнести его имя, в котором была вся моя любовь, и я погрузился в аромат, который он источал.

Агарес крепче обнял меня за талию, уткнувшись головой мне в спину и нежно поглаживая, как будто молча размышляя о чем-то.

Должен сказать, что его тело было слишком тяжелым для меня, и мне было немного не по себе. Я пару раз дернул своими новыми спинными плавниками, молча выражая свое недовольство.

Я понял, сколько фунтов я весил, только когда мой любимый огромное сашими придавил меня. Он подпирал мое тело снизу, почти рефлекторно. Мой спинной плавник внезапно раскрылся, застав его врасплох. Плавник развернулся веером позади меня. Острый край моего спинного плавника был подобен лезвию.

Огромный сашими прижался ко мне, затем осознал, сколько фунтов он весит, и приподнялся с меня. Как будто это был условный рефлекс, мой спинной плавник внезапно раскрылся и неожиданно шлепнул по нему. Подумав об остром крае спинного плавника, я испугался и немедленно обернулся, только чтобы увидеть, что лицо и тело Агареса были отмечены несколькими глубокими и отчетливыми кровавыми порезами, а из открытой плоти текла темно-синяя кровь.

- Вот черт, больно? - я быстро повернулся, чтобы зализать его раны, но его перепончатые когти держали меня за задницу, и я упал в его объятия, застигнутый врасплох, сидя на его рыбьем хвосте. Он слегка приподнял голову, пристально глядя на меня, как будто собирался поцеловать. Я затаил дыхание, ожидая прикосновения его губ, чувствуя, как его перепончатые когти скользят по моей спине, повторяя рисунок моего вытянутого спинного плавника, дразня и лаская дюйм за дюймом. Легкое покалывание пробежало вдоль моего позвоночника, достигая нервов, заставляя меня непроизвольно выпрямить спину. Мое дыхание стало немного учащенным, и я не смог удержаться, приобняв его за шею. Мой язык нежно лизнул рану на его лице.

- Я очень волнуюсь за тебя, Дешаров, - в этот момент Агарес внезапно прижался губами к моей шее, его тон был полон беспокойства. - Ты чувствуешь какую-нибудь боль в своем теле?

- Нет, я не чувствую никакого дискомфорта, - я посмотрел туда, куда я пнул Левджета. Я увидел группу синехвостых тритонов, окруживших его. Тот уже проснулся, глядя на нас. Мне стало не по себе. - Левджет хотел контролировать меня, но он, очевидно, допустил ошибку. Он сказал, что я идеальный эксперимент, сплав генов русалок и человека… Это смешно. Я думал, что он действительно заботился обо мне как о своем сыне.

- Я подозревал, что это был он. Кроме меня, только у него была возможность получить доступ к изначальным генам.

Я был удивлен и спросил:

- Первичные гены, что это такое?

- Первобытный... первобытный морской народ. Вашим спинным плавником обладают только предки морского народа, которые впервые родились в Атлантиде. В те времена морской народ был гораздо более могущественным, способным летать из-под воды в воздух, как морские птицы… Но по мере того, как океаны загрязнялись людьми, сила материнского гнезда постепенно ослабевала. Первобытные русалки должны были стать питательными веществами для материнского гнезда, что позволяло беспрепятственно рождать больше потомства. Чтобы сохранить свою популяцию, материнское гнездо отказалось от первобытного тритона, которому требовалось больше энергии для рождения, и воссоздало другую форму подводной жизни, которая была более адаптирована к окружающей среде, и именно так мы выглядим сейчас.

- Итак, последующие мерфолки, включая тебя - это упрощенная версия… - пробормотал я.

- Что ты сказал? - в замешательстве спросил Агарес.

Я быстро покачала головой. Я не мог позволить Господину услышать нечто подобное, потому что приготовление этого огромного куска сашими было, вероятно, самым трудоемким делом, которое делало Материнское гнездо, после рождения первобытного морского народа.

- Но разве мне сейчас не лучше? - сказав это, я сделал глубокий вдох и высвободилась из его объятий, встряхнул спинными плавниками и осторожно расправил их. Я опустил голову, чтобы посмотреть на него. - Я не обычный человек и не обычный юнец тритона, не так ли? Я верю, что мой организм сможет усвоить этот ген. Если я смогу поддерживать эту форму, я стану отличной амфибией, свободно перемещающейся между сушей и морем. Это действительно потрясающе! Если ты когда-нибудь выбесишь меня, я смогу…

- Я не дам тебе такого шанса, - пробормотал Агарес, притягивая меня в свои объятия. Его голос был низким и глубоким. - Я собираюсь забрать тебя обратно в Атлантиду, подальше отсюда, подальше от мира людей.

На несколько секунд я был ошеломлен, а затем, как будто с меня свалилась тяжелая ноша, я открыл рот и облегченно рассмеялся. Я ущипнул его за два ушка-крылышка и нетерпеливо спросил:

- Ты наконец понял? Ты собираешься прекратить расширять эту войну? Я не ослышался, не так ли, Агарес?

- Ты не ослышался. Цена продолжения этой войны слишком высока. Люди полностью отличаются от нас, - сказал Агарес, его глаза скрывались в глубоких тенях под бровями, а в зрачках мерцал огонек. Я очень хорошо знал, что он смотрит в направлении водопада. - Я только сегодня понял, как трудно покорить людей и заставить их вплести в наш мир.

- Ты прав, это не похоже на то, как ты пытаешься послушно держать меня рядом с собой и никогда никуда не отпускать, - я нажал на кончик его носа, пытаясь подбодрить своим довольно скверным чувством юмора (даже я сам не был уверен, что это может приободрить) - Ты особый случай, Господин. Не все тритоны такие любящие, как ты. И не у всех людей есть шанс влюбиться в такого тритона, как у меня, особенно сейчас, когда тритоны находятся по другую сторону баррикад. Только подумай об этом, если люди захватят мерфолков и поставят их под свой контроль — никто не сможет гарантировать, что мы не окажемся в ужасной ситуации, когда все поменяется ролями. Если война продолжится, месть людей никогда не прекратится, потому что мерфолки забрали любимых и партнеров у бесчисленных семей. Печаль и ненависть, которые это вызывает у людей, равны боли, которую испытывают русалки, когда у них отнимают супругов.

Я старался говорить как можно непринужденнее, чтобы Агарес не впал в еще большее уныние. Я положил руку ему на затылок и провел пальцами по волосам, словно успокаивая раненого зверя.

Уши Агареса немедленно дернулись несколько раз, как маленькие веера, и его пристальный взгляд вернулся к моему лицу, он нахмурил брови, казалось, обдумывая мою метафору. Через некоторое время его нахмуренный лоб медленно расслабился, как будто он полностью понял, что я хотел сказать. Однако вскоре после этого он, казалось, почувствовал, что мое утешение таким образом наносит ущерб его достоинству. Он угрюмо прищурился. Я быстро отдернул свою шаловливую руку, но он легко поймал меня за запястье, и моя задница подверглась ответному нападению.

- Ой! Ты негодяй!

Я подпрыгнул, но он крепко держал меня за талию. Что-то из его чешуйчатой оболочки ударило меня в промежность, на мгновение лишив меня дара речи. Рыба-дьявол, с другой стороны, казалось, застенчиво ускользнула, намеренно подставляя мою голую задницу Агаресу.

Эта малявка только усугубила проблему!

Я не удержался и хорошенько шлепнул рыбу-дьявола по голове, с силой оттягивая ее тело назад. Однако Агареса, казалось, позабавило мое комичное выражение лица, очевидно, он получал удовольствие от порочного поведения моего “нижнего белья”, пользуясь ситуацией.

- Ты дал мне эту чертову штуку только для того, чтобы подразнить меня, верно?

Я пристально посмотрел на него, и улыбка на губах Агареса стала шире. Он схватил меня за щеки своими широкими перепончатыми ладонями и наклонился ближе. Его язык коснулся моего лба, скользнул между бровями, пробежал по носу, чтобы добраться до губ. Он открыл рот и захватил мою верхнюю губу, глубоко целуя меня.

Я запустил руки в его волосы, обхватив затылок, и яростно ответил на его поцелуй, отказываясь сдавать позиции. Его тело подалось вперед, почти опрокинув меня на спину Рыбы-дьявола. Его перепончатые когти двигались вверх и вниз с рыбьими движениями, разминая мою талию, его острые ногти оставляли ощущения покалывания на моей коже. Его поцелуи становились все более неконтролируемыми, и я не мог удержаться от мысли: интересно, на что похоже “встряхивание рыбы”? Черт возьми, это, наверное, возбуждает даже больше, чем тряска в машине.

(Примечания переводчика: Впервые слышу чтобы эротичные игры на скае называли “встряхиванием рыбы”. С другой стороны, читаю такое я тоже впервые…)

От мыслей об этом, ранее отступивший жар, казалось, вернулся вместе с желанием, которое могло бы свалить конницу. Это заставило меня немедленно оттолкнуться от Агареса и сесть на спине рыбы. Черт возьми, это было неподходящее место для секса!

Я прикоснулся к своей горячей груди, сделал несколько глубоких вдохов, но вдруг заметил вдалеке, за проливом, огромную темную тень, вырисовывающуюся в ночном тумане, постепенно направляющуюся в нашу сторону.

- Это подкрепление, вызванное сбежавшими людьми, - глаза Агареса потемнели. Он обнял меня за талию и быстро направил "рыбу-дьявола" в пролив. Левджета, удерживаемого синехвостыми триитонами, тащили за нами следом.

В то же время со всех сторон слышался шум приближающихся истребителей, становившийся все ближе и ближе. В одно мгновение они бросились к нам сзади, как будто орлы спикировали из-за горы, и с оглушительным ревом десятки ярких лучей света осветили все море, сделав его светлым, как днем. В одно мгновение все морские жители, оставшиеся на поверхности, были выставлены напоказ, как угощение на блюде.

Рыба-дьявол несла меня и Агареса, маневрируя среди вздымающихся волн, используя одну волну за другой в качестве нашего лучшего прикрытия. Однако синехвостые перед водопадом все еще были вне себя от горя. Они, казалось, не обращали внимания на громкие крики Агареса, никак не реагируя на внезапный поворот событий, как будто были полны решимости быть похороненными вместе со своими партнерами. В одно мгновение плотный град пуль пронесся по каменистому пляжу подобно морю огня, и сотни тритонов были подброшены в воздух взрывающимися брызгами. Их ослепительные и красивые хвосты создавали круги меланхоличной ряби, когда они падали обратно в море, разбитые вдребезги.

Агарес громко взревел, и я напрягся всем телом, когда эта ужасная сцена словно пилой пронзила мой мозг, посылая мурашки по спине. Однако ситуация явно не позволяла нам броситься на помощь решительным тритонам, которые были готовы умереть. Вертолеты со свистом пронеслись мимо скалистого берега, направляясь прямо ко мне и Агаресу.

Слепящие лучи десятков прожекторов проносились над нами, как прожекторы, а приближающиеся лодки были похожи на стаю кровожадных акул, агрессивно отслеживающих каждое наше движение и отказывающихся отпускать. Торпеды образовали смертельную паутину под водой, создавая серьезную угрозу, если бы мы осмелились нырнуть в воду. Словно люди планировали сосредоточиться на Агаресе. Действительно, если бы Агарес, как лидер, был убит, морской народ погрузился бы в хаос, их мир бы рухнул.

- Нам нужно немедленно вернуться в убежище, Агарес, они нацелились на тебя! - я нервно схватил Агареса за руку, когда он придавил меня всем телом, заставляя нас прижаться ниже к спине рыбы-дьявола. В этот момент скат перевернулся, и, когда мир закружился вокруг нас, я обнаружил, что мы с Агаресом скрываемся под поверхностью моря, быстро двигаясь, как будто плывем на спине. Рука Агареса надежно удерживала мое тело, почти как ремень безопасности, гарантируя, что мы останемся плотно прижатыми друг к другу. Но внезапно задняя часть моей шеи дернулась, и что-то прорвалось сквозь кожу, пробираясь внутрь, как крошечный паучок, ползущий по моему позвоночнику. Я немедленно повернул голову и сквозь бурлящую морскую воду смутно увидел темный предмет, молниеносно метнувшийся в ухо Агареса.

- Нет! - я сразу почувствовал, что что-то ужасно не так.

Инстинктивно я попытался хлопнуть его по затылку, но Агарес внезапно сильно встряхнулся, ослабив свою крепкую хватку на моей руке. Его перепончатые когти раскрылись, и он глубоко вонзил свои острые когти в тело рыбы-дьявола. В одно мгновение скат отреагировал так, словно ее подстегнули, выпрыгнув из воды, как испуганная дикая лошадь. Я действовал быстро, ухватившись за его хвост, чтобы не дать себя сбросить. Однако Агарес одним прыжком нырнул в море и, подобно пружинному механизму, перевернулся и поплыл по поверхности воды.

- Агарес! - я закричал во всю глотку, чувствуя себя так, словно тысячи стрел пронзили мое сердце, из горла почти потекла кровь.

Контроль над Агаресом был конечной целью Левджета, и то, что он сделал со мной, было не более чем дымовой шашкой! Черт возьми, он, должно быть, уже сговорился с людьми о плане расправы над Агаресом!

Я немедленно попытался броситься и спасти Агареса, но хвост большой рыбы-дьявола крепко обвился вокруг моей талии, и в мгновение ока он отнес меня на сотни метров. Я широко раскрытыми глазами наблюдал, как десятки вертолетов кружили и приближались к Агаресу. Их прожектора пронзали ночной туман, как бесчисленные ледорубы, делая его похожим на умирающего пациента, борющегося на операционном столе под ярким светом хирургических ламп. Когда с неба опустилась большая металлическая сетка, накрыв Агареса и подняв его в воздух, у меня в грудь сдавило так, словно она вот-вот сломается.

Разве у меня теперь нет наследственных генов морского народа? Разве у меня нет пары спинных плавников, которые могут взмывать в небо? Итак, по какой причине я должен смотреть, как воруют моего любимого?

Я яростно дернул рыбу-дьявола за хвост, заставляя ее замедлиться, и подражал способу Агареса управлять ею, чтобы изменить направление. Улучив момент, когда она повернулась, я прыгнул ей на спину, рассекая набегающие волны подобно острому лезвию в свете приближающихся прожекторов. Бесчисленные пули посыпались дождем, напоминая грозу со вспышками молний.

Я не знал, был ли я ранен. Я не слышал звуков и не чувствовал страха. Мысль о спасении Агареса заполнила весь мой разум, заставив меня взмыть ввысь с поразительной скоростью, словно торпеда. Я увидел прожектор ведущего вертолета всего в нескольких дюймах от себя. Он был прямо надо мной, таща за собой металлическую сеть, которая поймала Агареса в ловушку, пытаясь забрать его у меня навсегда.

Я стиснул зубы, напряг спинной плавник и оседлал высокую волну, взмывая в небо, как орел, расправляющий крылья, чтобы прыгнуть на днище вертолета. С могучим ревом я ухватился за один конец его хвоста. В одно мгновение весь вертолет опустился из-за моего веса. Я был опасно близок к тому, чтобы соскользнуть. Я собрал все свои силы, чтобы совершить последний прыжок, ухватившись за его удлиненный хвост.

Пропеллеры вращались в опасной близости от моей спины, и я сразу почувствовал сильную боль от сломанного спинного плавника. Самолет накренился, раскачиваясь влево и вправо. Я отчетливо ощущал, как кровь хлещет у меня из спины, как вихрящийся ветер хлещет мне в лицо и тело, сопровождаемая серебряными осколками, которые принадлежали моему спинному плавнику.

Мои зубы громко скрипели, на лбу пульсировали вены. Мое сильное желание спасти Агареса не давало мне ослабить усилия, и я изо всех сил пытался ползти вперед. Наконец, я ухватился за одну из опор лопастей несущего винта, раскачиваясь всем телом, пока не добрался до иллюминатора сбоку самолета. Внезапно в поле моего зрения появилось лицо, которое мне было знакомо, и этот человек, столь же ошеломленный, уставился на меня в ответ, явно застигнутый врасплох моим неожиданным появлением в небе.

- Райн! Стреляй быстро и сбей его! - в это время я услышал резкий женский голос, доносящийся через стекло.

Должен ли я сказать, что это был таинственный замысел судьбы? Какое совпадение, как уместно. Как будто судьба вернула моего врага в мои руки через перипетии другого измерения!

- Шуруйте к черту, проклятые ублюдки!

Прежде чем они успели выхватить оружие, я выбил ногой стекло, ворвался внутрь и схватил их за шеи, безжалостно прижимая к сиденьям. В одно мгновение я почувствовал неописуемый прилив жара, вырвавшийся из моей крови подобно ядерной бомбе, вырывающийся из каждой поры. В следующий момент чешуйки на моих ногах, казалось, быстро завибрировали, как бесчисленные маленькие генераторы, излучая ослепительный синий свет вокруг меня. На мгновение два человека передо мной даже не успели закричать, прежде чем забились в жестоких конвульсиях. Затем оглушительный грохот эхом разнесся по салону, и густой черный дым поднялся со всех сторон, спадая прямо в море!

Сильное чувство невесомости на мгновение наполнило мое тело, на мгновение разбавленное окружающей морской водой. Самолет быстро погрузился в море. Лица Райна и Сакарола, обугленные, как уголь, предстали перед моими глазами, поразив меня. Я изо всех сил пытался выбраться из салона, как будто наконец освободился от ненависти и ночных кошмаров, которые преследовали мое сердце, оставив их далеко позади, в годы, к которым я никогда не смогу вернуться, погружаясь в морские глубины.

Проплыв несколько метров, я увидел, как металлическая сеть, опутывающая Агареса, опускается вниз. Я бросился к Агаресу, как стрела, выпущенная из тетивы, с тревогой пытаясь развязать чертову штуку, которая опутала его, но я не мог ее разорвать. Итак, я погрузился в морские глубины вместе с ним.

В пятнистом свете воды его серебристые волосы мягко колыхались в морской воде. Я убрал их с его щек и увидел, что он спокойно смотрит открытыми глазами, зрачки были тусклыми и безжизненными, как стоячее болото. Его кожа была холодной и жесткой, как у давно умершего трупа, гипсовой статуи, которая вскоре присоединится к обломкам, поглощенным морем, став забытой подводной развалиной.

Любовь моя.

- Агарес, проснись! Агарес! Я Дешаров. Я здесь, и я клянусь, я никогда не покину тебя!

Удушающее чувство паники было похоже на давление морской воды, втискивающейся в мой мозг со всех сторон. Я громко закричал, но из моего горла вырвался только приглушенный низкий крик. Я крепко вцепился в его тело, лихорадочно обыскивая его шею Я сразу же почувствовал небольшой выступ, и эта штука начала двигаться у него под кожей, как испуганная птица.

В одно мгновение мои рефлексы были быстры, как молния. Я сильно хлопнул его по плечу и сильно укусил, как собака или волк. Мои зубы вонзились в толстую и жесткую плоть Агареса, и эта штука начала извиваться, как будто хотела проскользнуть мне в рот. Я крепко сжал челюсть и своими недавно сформировавшимися клыками зажал ее в промежутке между зубами. Я внезапно поднял шею, вытянул ее, а затем выплюнул.

Через несколько мгновений после этого болезненного момента тело Агареса содрогнулось. Я поспешно обхватил его лицо и увидел, как он моргнул. В его длинных, ранее затуманенных глазах появился проблеск жизни. Его рассеянный взгляд постепенно сфокусировался на мне. Цвет его лица слегка изменился, и он немедленно оттолкнул меня на несколько дюймов. Он несколько раз взмахнул своим длинным и мощным черным рыбьим хвостом, освобождаясь от оков металлической сетки. Затем он протянул свою перепончатую клешню и притянул меня в свои объятия.

Я обнял Агареса за шею и чуть не расплакался от радости, но знал, что сейчас неподходящее время выплескивать свои эмоции.\

Агарес обнял меня за талию, закрыл глаза и начал кружиться в воде, как будто танцуя со мной. Его серебристые волосы извивались и плавали в морской воде, как я видел раньше, мерцая крапинками синего света, очень похожие на щупальца глубоководной медузы.

В одно мгновение я увидел невероятно массивный водоворот, поднимающийся снизу, и в то же время издалека я заметил огромную волну бесчисленных темных теней, несущихся к нам. Постепенно я понял, что это было собрание многочисленных тритонов, плавающих группами. Они почувствовали зов Агареса и собрались вокруг нас, словно сотня птиц, возвращающихся в свое гнездо.

В этот момент знакомая серебристая фигура появилась в поле зрения из слоев теней, и я не удержался и схватил Агареса за руку. Когда серебристая фигура приблизилась, я смог разглядеть, что Левджет был окружен десятками верных королю синехвостов. Он смотрел на нас с мрачным выражением на лице, по-видимому, огорченный тем, что его план провалился. Асура был прямо за ним, плывя прямо к Агаресу, остановившись примерно в метре от нас. Его голова была слегка опущена, лицо скрыто густыми, похожими на чернила прядями волос, видна была только острая челюсть.

- Будь осторожен, он под контролем Левджета.

Я издал низкое рычание и встал перед Агаресом, как страж, но он потянул меня за собой. Я заметил, что один из его перепончатых когтей свисает сбоку, его острые кончики слабо мерцают нитями синего электрического света, как будто он держит смертоносное оружие.

- Король… - к моему удивлению, Асура слегка приподнял голову, и один острый черный глаз появился из-под его темных волос, больше не лишенный света и темноты, как это было раньше. Казалось, он совершал жест искупления, подняв над головой свои перепончатые когти, а на его ладони лежало стройное существо с серебристым отливом, похожее на маленького угря. Оно было уже мертвым и слабо плавало вверх-вниз в воде.

- Ты осмелился использовать Захватчика в Королевском гнезде? - Агарес схватил странное существо, похожее на угря, за голову, подплывая к Левджету.

Левджет уставился на него широко раскрытыми глазами, в его черных глазах отражалась смесь негодования и страха. Я затаил дыхание, ожидая, что последует дальше. Как и ожидалось, Агарес быстро вставил создание в ухо Левджета. Тело Левджета тут же забилось в конвульсиях, его серебристый хвост свернулся и, в конце концов, застыл в прямую линию.

- Тогда пусть он поглотит тебя навсегда, и ты станешь испорченным существом.

Агарес холодно произнес несколько слов, но тут же повернулся, чтобы посмотреть мне в лицо, как будто беспокоился, что я могу рассердиться на него из-за Левджета. Я покачала головой и поплыл в его объятия, чтобы показать, что я не возражаю.

- Пора возвращаться домой, Дешаров.

Агаресс тяжело прошептал мне на ухо, и, прежде чем я успел ответить, я почувствовал, как вокруг нас закружилось мощное течение. Стайка рыб закружилась, заслоняя небо. Я увидел, как морская гладь высоко над нами внезапно превратилась в огромный водоворот, поглотивший все – корабли, самолеты, морских птиц, даже нижние облака.

Небо загрохотало от раскатов грома, и его прорезали молнии. Над головой нависли темные тучи, и в этот момент на весь океан обрушился настоящий шторм. Когда ливень дождевых капель промочил нас насквозь, Агарес прижал меня к себе и подпрыгнул высоко в воздух, присоединяясь ко всем остальным русалкам, когда мы устремились к гостеприимному центру водоворота.

Темнота, казалось, была всего лишь кратким мгновением, очень похожим на то, что я испытал, входя в проход. Ослепляющий белый свет, сопровождаемый воем ветра, поглотил все, как будто в одно мгновение мы прошли бесчисленные жизни и пересекли множество измерений. Наши жизненные пути полностью слились, оставив неизгладимый след в памяти друг друга. Наконец, перед нашими глазами внезапно открылась широкая панорама.

Я снова увидел похожий на облако планктон, снующий взад и вперед в небе над моей головой, словно космический корабль, курсирующий по заранее заданным орбитам в необъятной Вселенной. На небе не было ни солнца, ни луны, только слой постоянно меняющегося светящегося тумана, похожего на полярное сияние, и бесчисленные неизвестные морские существа плавали в воздухе, напоминая стаи перелетных птиц, пролетающих над нашими головами, одна группа за другой.

Океанское дно под моими ногами больше не было безжизненной подводной гробницей, а представляло собой яркое зрелище. Впечатляющий подводный город мирно раскинулся на морском дне, напоминая увеличенную римскую баню. Круглые стены, похожие на стеклянные, расходились лучами от колоссальных стеклянных колонн, которые достигали неба, создавая впечатление трехмерного круга на полях.

Морской народ устремился к огромному круглому городу, и в этот момент я не мог не почувствовать необъяснимого волнения от того, что попал в этот совершенно новый мир. Однако, возможно, это было избавление от опасности, мои нервы наконец расслабились, и на меня нахлынула непреодолимая усталость, сопровождаемая острой болью от сломанного спинного плавника. Я прикрыл рану на спине, сразу почувствовав остатки нескольких сломанных костей. Это было все, что осталось от моего спинного плавника.

Я горько улыбнулся, взглянув на Агареса. Казалось, он только что заметил степень моих травм и уставился на меня с недоверием. Его зубы были стиснуты, а вены на шее - отчетливо видны, что указывало на его внутреннюю боль. Однако его перепончатые пальцы нежно держали меня, прижимая мою голову к своей груди, и он поцеловал меня в затылок, издав дрожащий, скорбный звук.

В какой-то момент из воды внезапно вынырнула рыба-дьявол, подняв нас с Агаресом над поверхностью воды. Она взмахнула своими тонкими плавниками, как птица, унося нас к плывущим ‘облакам’ над нашими головами. Мы поднимались все выше и выше, как будто намереваясь пересечь этот слой полярного сияния и достичь самых высоких и дальних уголков Млечного Пути.

- Атлантида так прекрасна, Агарес… - неудержимо пробормотал я и склонился набок в объятиях Агареса.

- У тебя будет много времени, чтобы оценить это место в будущем. Жизнь морского обитателя очень долгая. Это значит, что ты больше не убежишь от меня, - сказал Агарес мне на ухо, а его язык нежно облизывал мою шею и подбородок.

- Куда ты меня сейчас ведешь, мой Господин?

- В наше материнское гнездо... Оно может восстановить твое тело, Дешаров, твои раны слишком серьезны, я не смогу исцелить тебя.

Я приподнял уголки рта и заставил себя улыбнуться:

- Итак, сколько времени нам потребуется, чтобы снова увидеть друг друга, Агарес, сколько времени нужно Материнскому Гнезду, чтобы починить меня?

- Сколько бы времени это ни заняло, я буду ждать, когда ты вернешься ко мне. Моя жизнь достаточно длинна, - Агарес тихо прошептал, словно во сне.

Я подняла голову и посмотрела в глубокие глаза Агареса, чувствуя безмерное умиротворение. Окружающее постепенно расплывалось, и в конце концов я оказался в спокойном лазурном пространстве.

- Дешаров…

- Дешаров…

- Дешаров…

Это было похоже на пробуждение от затянувшегося кошмара. Я услышал глубокий, знакомый голос, который постоянно шептал мое имя, постепенно собирая воедино мое рассеянное сознание. Мое тело начало восстанавливать чувствительность. Я моргнул затуманенными глазами, огляделся и вытянул свои скрюченные конечности. Тем не менее, вокруг все еще было темно. Я был заключен во что-то мягкое и влажное, как новорожденный в утробе матери. Я попытался двигаться внутри него, ища источник голоса Агареса.

Внезапно слабый луч света пронзил темноту. Я широко раскрыла глаза и отчаянно поплыл в том направлении. Когда я добралась до прорехи во тьме, широкая и мощная перепончатая ладонь мягко схватила меня за руку и вытащила на свет.

Все мое тело оказалось в крепких объятиях, мое тело нежно обхватили, а рыбий хвост подо мной нетерпеливо обвился вокруг моих ног, как будто хотел вплавить меня в свою плоть и кости.

- Дешаров…

Шепот рядом с моими ушами был влажным и хриплым, полным нежности.

Я зарылся лицом в густые волосы Агареса, прикусил его уши, похожие на сашими, и прослезился, вдыхая его давно утраченный аромат.

- Я вернулся, мой господин, - тихо произнес я и закрыл глаза

Глава 115 - Конец

- Я вернулся, мой господин, - Я закрыл глаза и тихо сказал.

Агарес жадно вдыхал мой запах, его перепончатые когти нежно касались моих недавно сформировавшихся спинных плавников. Я не мог не ответить на его ласку, как будто отбросив все свои опасения и полностью открыв ему свое сердце. Я крепко обняла сильное тело Агареса, и, к моему удивлению, мои руки стали немного длиннее. Обнять его было не так сложно, как четырнадцатилетнему ребенку.

Это означало, что я повзрослел. Как долго Агарес снова ждал меня?

Один год, два года или три года?

У меня защипало в носу и я прижал покрасневшие веки к его ключице.

Я растопырил пять пальцев и провел ими от его затылка вниз к мускулистой спине, и сразу же с удивлением почувствовал, как мои пальцы коснулись пары твердых структур, похожих на спинной плавник. Я расширил глаза и наклонился, чтобы посмотреть на его спину, и, конечно же, я увидел, что у Агареса развилась пара спинных плавников, похожих на те, что были у предков тритонов, за исключением того, что его плавники были больше и длиннее, гораздо заметнее, чем мои, и в настоящее время они свисали у него за спиной, напоминая пару изящных черных крыльев.

- Очень круто. Если бы только мои спинные плавники были такими же большими, как у тебя. Похоже, Материнское гнездо не скупится тратить больше ресурсов на служение королю? - пошутил я, протягивая руку, чтобы коснуться поверхности его спинных плавников, тщательно избегая боковых шипов. Агарес медленно развернул их, чтобы я мог полюбоваться его пленительной и красивой внешностью.

Без преувеличения, его полностью вытянутые спинные плавники были похожи на два крыла планера с размахом крыльев более двух метров. Я уверен, что Агарес, летящий над морем с развернутыми крыльями, был бы больше похож на демона, чем на морского бога, вселяя страх в любого, кто его увидит.

Пока я был очарован его грациозной демонстрацией, он уже наклонился, прижимая меня спинными плавниками к своему рыбьему хвосту, полностью скрывая меня в своей тени. Его глубокие, проницательные глаза были устремлены на меня. Его пристальный взгляд блуждал по всему моему телу. Эмоции, которые бушевали в глубине его глаз, были подобны пьянящему густому вину, я с удовольствием в них тонул.

Когда дикий и страстный поцелуй коснулся моих губ, мгновенная волна жара с насыщенной кисловатой сладостью распространилась по всему моему существу, заставляя меня чувствовать себя так, словно я был пьян и в то же время сгорал от неутолимой жажды.

Я действительно так сильно скучал по Агаресу.

Я закрыл глаза, послушно приоткрыл губы позволяя углубить поцелуй, который, казалось, мог поглотить меня целиком. Мои руки нежно прошлись по его гладкой, мускулистой груди, скользя по каждой выпуклой мышце живота. Наконец, я наткнулась на то, что вздымалось под чешуйчатой оболочкой. Я держал его плоть на ладони, и с каждым ударом его пульса моя кровь приливала прямо к мозгу, заставляя все мое тело нагреваться. Я немедленно реагировал. Могу поклясться, что никогда раньше не испытывал такой жажды быть взятым Агаресом, как сейчас, желая быть оттраханным им до потери пульса, быть полностью съеденным изнутри.

Дыхание Агареса сразу же стало тяжелым, и он приподнял меня за талию, наклоняясь вперед. В следующий момент я почувствовал, как перед глазами у меня потемнело, и мое тело превратилось в мягкий комочек. Очевидно, он отнес меня обратно в Материнское гнездо.

- Эй, это наша роскошная двуспальная кровать, Агарес? - прошептал я ему на ухо, но все, что я услышал, был стонущий ответ Агареса.

- Я здесь, чтобы присоединиться к тебе. Только тогда твое тело полностью восстановится, впитав мою силу.

Его голос был хриплым и сексуальным, и хотя я знал, кем он, несомненно, был, я чувствовал, что его слова были полны сладкого флирта. Впитывать что, его сперму? Эта мысль заставила меня покраснеть, и я не мог не разыграться. Ах, Дешаров, ты злостный извращенец.

- Разве? А я ничего такого не чувствую. Я в отличном расположении духа.

Я прижался губами к его уху в почти провокационной манере и сказал, осмелев, дерзко облизывая его шею, наслаждаясь его пьянящим запахом, как изголодавшийся вампир.

Я был немедленно пойман его широкой перепончатой лапой, вцепившейся мне в затылок. Было ли это из-за изоляции внутри Материнского гнезда или нет, но я почувствовал, что его обычно холодное тело теперь излучает едва уловимое тепло, как будто его облили керосином, а я был дровами, готовыми яростно разгореться от его прикосновений.

Окруженное тьмой, мое зрение было затуманено, но все остальные чувства обострились до крайности.

Сильная страсть в моем сердце, казалось, разрасталась и бурлила, заставляя мое дыхание участиться еще больше. Стук моего сердца отдавался в ушах, и счастье и возбуждение, от того что мной вот-вот овладеет Агарес, захлестнули все мое существо.

Я не мог ясно видеть Агареса. Передо мной был только его слабый силуэт. Однако я отчетливо чувствовал, как язык, гладкий, как у питона, скользит по моей шее, ключице и груди. Затем он нежно взял мой сосок в свой рот. Хриплый, приглушенный стон вырвался из моего дрожащего горла, когда он чередовал покусывания и облизывания, его губы и зубы терлись о мои самые чувствительные места, заставляя меня немедленно вскрикнуть. Его перепончатые когти крепко сжимали мои ягодицы, а его толстый, сильный рыбий хвост скользнул между моих ног. Его возбужденный член, уже вставший во весь рост, прижался к моей заднице, обжигающе горячий.

- Давай, Агарес. Не жди больше.

Темнота позволила мне без стеснения отбросить весь стыд. Я обвил руками его шею и страстно прошептал. Мой господин ждал меня десятилетиями. Как я могу заставлять его ждать еще дольше?

- Дешаров…

Агарес прижался к моей груди, его глубокий рокот заставил мое сердце чуть не выпрыгнуть из груди. В его страстных призывах я потерял себя. Я глубоко вздохнул, выгибая спину, чтобы предстать перед своим Королем, позволяя ему порабощать мое тело и обладать мной. В темноте крепкое тело Агареса, казалось, слегка подрагивало от страсти, а его перепончатые когти дюйм за дюймом скользили по моим ногам, как будто ювелир деликатно полировал свой самый драгоценный камень. Я даже чувствовал текстуру его ладони и маленькие мозоли, когда они скользили по моей коже, посылая покалывающий электрический ток по моим венам, накапливаясь понемногу. Это ощущение проникало в каждый орган и в мой разум, сопровождаемое множеством постоянно меняющихся сцен.

В детстве, на корабле, в глубоководной лаборатории, на острове Русалок, в районе темного моря, в бездне, на острове среди выстрелов.

Прямо здесь.

Прямо сейчас.

Я прикусил теплую и влажную шею Агареса, глубоко вздохнув от недовольства. Его перепончатые когти переместились на мою спину, крепко сжимая меня в объятиях. Когда рыбий хвост, державший меня, приподнялся, его твердая плоть, несущая скользкую жидкость, постепенно раздвинул мое тело, твердо и понемногу мягко проталкиваясь внутрь моих чувствительных стенок. Мое недавно исцеленное тело казалось особенно неопытным. Я попытался полностью приспособиться к нему, но мое тело инстинктивно задрожало. Несмотря на то, что мой член уже был болезненно возбужден, моя задница была невероятно тугой, упрямо сжимая кончик члена Агареса, не позволяя ему войти полностью.

Агарес тяжело дышал, облизывал мои вспотевшие виски, его перепончатые ладони почти вытаскивали мои ягодицы из воды. Его рыбий хвост выгнулся дугой, прижимая меня еще крепче, а чешуя дразнила и терлась о внутреннюю сторону моих бедер, словно соблазняя меня расслабиться и пустить его глубже.

- Ах... Агарес... - я ощупал его покрытое чешуйками мембрану, но он нежно завел мои руки за спину. Его член, несколькими умелыми неглубокими толчками у входа, уже сделал меня внутри влажным и липким. Улучив момент, когда мышцы моего сфинктера напряглись в ответ на стимуляцию, он издал низкое рычание, яростно прижавшись к моим ягодицам. Его рыбий хвост обвился вокруг моей талии, внезапно напрягаясь и погружая свой толстый возбужденный член глубоко внутрь меня.

Волна острого удовольствия, казалось, разорвала мои нервы надвое. Я выгнул спину, ударившись нижней частью тела о твердое, как скала, тело Агареса.

- Ах, ха, ах, Агарес, Агарес!

То, что было внутри меня, увеличилось еще больше в ответ на мои прерывистые крики. Он сделал паузу, как будто ожидая, пока я привыкну к его форме и размеру, и на мгновение мне показалось, что все мое тело зависло в воздухе. Его губы посасывали мое адамово яблоко, когда оно двигалось вверх и вниз в такт моим стонам, как будто смакуя сладкий виноградный сок. Его длинные и узкие горящие глаза приобрели оттенок красного от желания, его густые ресницы касались моего подбородка, и с каждым вздохом легкая дрожь заставляла мое сердце замирать.

- Ммм... ах… - я сжал кулаки, подняла одну дрожащую ногу, чтобы потереться о его чешую, молча призывая его продолжать.

- Зови меня, не останавливайся, Дешаров, - его глубокое, хриплое рычание пронзило мои уши и проникло в глубины моего мозга.

- Агарес…Агарес…Агарес... ах... ах…

Я дышал тяжело и прерывисто, мой голос постепенно повышался вместе с сильными раскачиваниями моего тела, звуча почти невыносимо даже для моих собственных ушей. Агарес, в свою очередь, казалось, наслаждался моими беспорядочными стонами, когда я трахался с ним. Он хрипло прорычал мое имя. Его рыбий хвост обвился вокруг моей талии, сжимая мои ягодицы, ритмично двигаясь внутрь и наружу.

Сначала это началось с медленных толчков, затем он ускорился, толчки становились все более настойчивыми и быстрыми, как будто он умело натягивал тетиву лука, и каждый толчок попадал в мою простату с предельной точностью, заставляя меня мгновенно желать более интенсивного вторжения. Неконтролируемая волна страсти захлестнула меня, как разъяренный зверь, утопив вместе с удушающим сильным запахом, исходящим от его тела.

Когда небо закружилось, а земля пошла кругом, я мог только чувствовать, что мы с Агаресом были подобны двум спорам, рожденным в этом Материнском гнезде, вплетенным друг в друга в чистейшей форме жизни, сливающимися душой и плотью.

Мы прислушивались к дыханию, сердцебиению и другим звукам друг друга, как самые близкие любовники и члены семьи в этом мире.

Ничто больше не могло разлучить нас.

Мужчина словно хотел подтвердить голос в моем сердце. Агарес крепко поцеловал меня в губы, сливая свои нежные призывы и дыхание с моими. Он толкался все сильнее и глубже, пока не достиг предела. И я был так возбужден, что даже не могла четко произнести его имя. Затем замер, дрожа и пульсируя глубоко внутри меня, требуя, словно буря безмерного удовольствия, которая унесла меня к обрыву, затащила в сладкое болото, а затем снова вознесла к небу повторными толчками. В конце концов, я потерял контроль и высвободился, мои бедра качнулись, и он нежно обнял меня, прижав к своей талии.

Казалось, что все мое тело, внутри и снаружи, вот-вот расплавится, окутанное мягкой жидкостью Материнского гнезда вместе с твердым присутствием Агареса. Я наслаждался его не сдерживаемой любовью и желанием, которые взорвались из-за долгого ожидания. Его рыбий хвост полностью окутал меня, скользил и терся о мою талию и ягодицы.

От его неустанных диких толчков тихое Материнское гнездышко эхом отзывалось влажными и эротичными звуками соприкосновения наших тел, возбуждая мои барабанные перепонки раз за разом. Вскоре я снова затвердел и задрожал, прижимаясь к животу Агареса. Я сбился со счета, сколько раз я кончал, и в конце концов смог выпустить лишь последние капли сока под его яростными толчками. Обливаясь потом и изо всех сил пытаясь отдышаться, мои внутренние стенки почти превратились в податливый пластилин, и в его теле не осталось ничего, кроме острого удовольствия от слияния Агаресом.

Внутри внезапно стало пусто, а затем много густой, горячей и вязкой жидкость хлынуло внутрь меня, отзываясь во мне всей любовь, желанием и удовольствием, которые накапливались в моем теле, ожидая, когда они вырвутся наружу. Они взорвались все сразу. Это было похоже на стремительный спуск с небес, и, крепко зажмурив глаза, я впился зубами в толстую и упругую кожу плеча Агареса. Я задрожал в его теплых объятиях, и почти последняя капля телесной жидкости капнула в его ладонь, обхватившую меня. Измученный, я прислонилась к его плечу.

Дыхание Агареса оставалось тяжелым и влажным, нескончаемым, а мышцы, которые перекатывались по всему его телу, были похожи на трясущуюся гору, как будто ему было мало. Однако его перепончатые когти мягко прижались к моей спине, словно утешая раненого зверька, нежно проводя по моему спинному плавнику. Постепенно странный электрический ток начал исходить от моего тела, как будто он тек по моим венам, достигая каждого уголка моих конечностей и костей. В одно мгновение мне показалось, что внутри меня зажужжали бесчисленные крошечные искры, пробуждая каждую клеточку, и я не мог не почувствовать прилив сил.

Усталость, которая пришла после страсти, казалось, резко прошла, что меня сильно удивило.

- Черт возьми… Я не ожидал, что ты действительно будешь лечебным... - пробормотал я и услышал, как Агарес тихо хихикнул у моего уха.

Он слизал капельку пота с моей щеки, осторожно сцеловал пот с моего лба и висков и коснулся губами моей влажной от пота шеи. Я обнял его за плечи и прикоснулся губами к его уху, растворяясь в сохраняющемся тепле нашей интимной близости. Наше дыхание выровнялось, наши влажные тела плотно прижались друг к другу, сердцебиения слились в едином ритме. В безмятежной темноте казалось, что мы обнимались крепко, как новорожденные младенцы.

Через некоторое время вдалеке сквозь стенки материнского гнезда донесся слабый щебечущий звук.

- Эй, кого они зовут? Они зовут тебя? - я поднял голову, положив ее на подбородок Агареса, и тихо спросил.

- Нет, Дешаров, они приветствуют тебя - первого спутника лидера за тысячи лет. -  прошептал Агарес мне на ухо.

Он развернул рыбий хвост, обернутый вокруг моего тела, взял меня за запястье и отплыл, унося меня из материнского гнезда. Когда мы вышли из теплой полости, Агарес высоко поднял меня, позволив моему взгляду обогнуть его и заглянуть дальше вперед.

Я сразу же с изумлением заметил, что мы стоим на самой высокой точке всей Атлантиды - спине самого высокого летающего планктона.

Вероятно, именно здесь жил король. Полярные сияния были почти прямо над нами, в пределах досягаемости. Отсюда был виден весь круглый город под водой, вместе с различными морскими обитателями и русалками, представляя собой великолепное зрелище.

Я в изумлении смотрел на этот новый мир, приветствующий меня, и Агарес держал меня за талию, высоко поднимая.

- Это наш мир, прими его, Дешаров.

Как только он закончил говорить, я внезапно почувствовал легкость в своем теле. Агарес крепко держал меня, пока мы скользили по воздуху. Я ощущал, что гравитация Атлантиды была намного легче земной, позволяя нам парить без усилий, как перышку. Мы описали дугу на ветру, пролетая над стаями рыб, которые парили в воздухе, как птицы, и были окружены ими, как звезды вокруг Луны. Одна из крупных, похожих на зонтик рыб-дьяволов среди них, приближается ко мне, интимно и послушно прижимаясь ко мне.

- Эй, это ты, малявка? Давно не виделись, - я рассмеялся и ущипнул его за хвост. Эти озорные маленькие глазки рыбы-дьявола застенчиво смотрели на меня, а затем, с оттенком страха, на Агареса, как будто мы были его родителями.

Мама - точно, Агарес был довольно свирепой и жесткой матерью. Длинные волосы, большой хвост.

Меня почти позабавили мои собственные мысли, но прежде чем я успел расхохотаться, Агарес схватил меня сзади за шею, и я внезапно обнаружил, что мой обзор заслонила гигантская тень, когда он прижался своими губами к моим. Его язык нежно и восторженно ласкал мои губы и зубы, а его перепончатые когти поддерживали мои бедра, не давая мне обхватить ногами его рыбий хвост. Мысль о том, что я нахожусь в такой интимной позе в воздухе, видимый другими морским жителям, если они случайно посмотрят вверх, заставила меня почувствовать себя немного смущенным (к счастью, рыба-дьявол прикрывала мою нижнюю половину, иначе я был бы обнажен).

Однако Агарес не собирался давать мне ни единого шанса избежать близости с ним. Его рыбий хвост обвился вокруг моих икр, не оставляя ни единого шанса для побега. Тонкие чешуйки ощущались как бесчисленные нетерпеливые маленькие коготки, нежно царапающие мою кожу, заставляя меня чувствительно прикусить его нижнюю губу. Моя спина непроизвольно выгнулась дугой, когда я вытянул свои ранее сложенные спинные плавники.

Ветер обдувал влажную поверхность моих плавников, проникал между перепонками, набираясь едва уловимой силы. Перепончатые когти Агареса обхватили меня за талию и дюйм за дюймом поднимались по позвоночнику. Его гладкая ладонь была прохладной на ощупь, но под кожей, казалось, таились скрытые искры, способные воспламенить мою кровь в одно мгновение.

Я не мог удержаться и взмахнул спинными плавниками, как рыба-дьявол, и в одно мгновение почувствовал, как мы кружимся в воздухе по спирали, словно пара дельфинов, танцующих в океане, грациозно плавая среди стаи рыб. Я не мог удержаться и открыл глаза, чтобы осмотреться, но увидел, что Агарес пристально смотрит мне в глаза. В этих глубоком загадочном взгляде мерцал ореол любви, как далекие туманности в ночном небе, всегда в пределах досягаемости на протяжении долгих веков, под рукой, никогда не исчезающий.

Встреча, погоня, побег, расставание и наконец воссоединение.

Я подобен единственному астероиду рядом с Агаресом, небесному телу с сильным магнитным полем, с огромным усилием втягиваемому им на свою орбиту, пересекающему несколько пространственно-временных измерений, испытывающему несколько столкновений и сходов с рельс, но в конечном счете глубоко притягиваемому им и никогда не способному отклониться. Я буду сопровождать его до конца наших жизней, независимо от того, как изменится мир или как сдвинутся звезды.

- Я люблю тебя, Агарес.

Я тихо прошептал, мой голос был заглушен ветром, но я была уверена, что Агарес наверняка услышал меня.

Он слегка приподнял уголки своих губ, прижавшись лбом к моему, и его перепончатые когти нежно обхватили мой затылок. Его спинные плавники развернулись во весь размах с шелестящим звуком, как будто его эмоции достигли пика, даже заставляя два тонких ломтика “сашими” на его теле раскачиваться и трепетать на ветру.

Я не мог отделаться от мысли, что мой лидер на самом деле был довольно очаровательным, несмотря на то, что он был неизлечимым сексуальным маньяком. Я обвил руками его шею и инстинктивно лизнул кончик его уха. Я сразу же почувствовал, что скорость нашего снижения увеличилась, как будто мы были самолетом, падающим в море. Посмотрев сверху вниз, я увидел, что все морские жители в какой-то момент всплыли на поверхность, как будто они проводили грандиозную свадебную церемонию для своего короля и меня. Они подпрыгивали высоко в воздух, создавая одну за другой великолепные световые дуги.

Я даже увидел Юкимуру и Асуру среди рыб, они запрокидывали головы и выкрикивали благословения для нас с Агаресом.

Разве это не свадьба? Была ли какая-нибудь другая свадьба, которая могла быть более радостной, чем эта?

Я затаил дыхание и крепко обнял Агареса за талию.

Посреди какофонии эхом отдающихся криков, наполняющих небо, мы с Агаресом упали в воду, запутавшись друг в друге…

А затем он снова высоко поднял меня.

Мы катались на волнах, создаваемых нашими спинными плавниками, вращались и летели к бескрайнему небу в нашем мире, мире, который принадлежал мне и ему.

Экстра 1. Пять лет спустя

В 85-м году 70-го века Атлантиды прошло пять лет со времени Войны русалок, в то время как в мире людей прошло уже пятьдесят лет.

Местонахождение и судьба Дэвиса всегда были затянувшимся узлом в моем сердце, чувством вины, от которого я не мог избавиться.

В этом году я наконец осуществил свой план тайно выскользнуть из потока. С помощью Юкимуры и друга-человека, который поддерживал с ним контакт, я изучил записи о военных моряках, участвовавшем в операции "Русалка" пятьдесят лет назад, и узнал о местонахождении Дэвиса. Он чудом выбрался живым из морских глубин, вернулся в армию и вышел в отставку, получив необходимую компенсацию. Последняя информация о нем в базе данных показала, что он отправился в Южную Америку и работал в изоляции на наблюдательной станции недалеко от устья реки Амазонки (записи указывали на то, что он страдал от сильной социальной тревожности).

Я крепче сжал в руке давно неиспользуемую ручку. Кончик пера на мгновение замер, почерк был неровным. Я начал новую строку и записал ряд слов:

“Агарес, пожалуйста, не сердись. Клянусь Материнским гнездом, как только я смогу тайно проверить, в безопасности ли Дэвис по адресу, записанному в этой записной книжке, я немедленно вернусь к тебе. Я не могу быть уверен, что он все еще там пятьдесят лет спустя, или даже жив ли он вообще. В наши дни и в его возрасте он, несомненно, вступил в свои сумеречные годы, возможно, проживая свою жизнь с этими болезненными воспоминаниями.

Он мой бывший дорогой друг, узнает он меня или нет, у меня достаточно причин разыскать и навестить его.

Ты понял меня, верно, Агарес?”

Я оторвал страничку с этим письмом, положил его в пустую бутылку на катере, запечатал пробкой и бросил в набегающие морские волны. Затем я отложил дневник и разогнал катер, наблюдая, как океанские волны постепенно поглощают бутылку. Хотя шансы на то, что Агарес получит мое послание в бутылке, были крайне малы, я все равно почувствовал некоторое облегчение.

Когда мой взгляд проследил за стаями чаек, скользящими по небу к далекому горизонту, я услышал неземные крики птиц. Тишина природы вызывала неописуемое чувство одиночества, как будто морской бриз дул со всех сторон, заставляя всепоглощающие волны тоски и эмоций подниматься из глубин моего сердца. Это было так сильно, как будто оно проникло в самые мои кости, отчего стало трудно дышать.

Что происходит?

Прошло всего четыре дня с тех пор, как я покинул Атлантиду, считая по их времени, которое составляло примерно всего десять часов. Тем не менее, я уже обнаружил, что скучаю по Агаресу. Я тосковал по его чарующему шепоту и нежным ласкам, а также по теплу, которое остается после каждого наше объятия. Когда я смотрел на волнующееся море, то чувствовал себя немного рассеянным, как будто в следующее мгновение знакомая тень вынырнет из-под ее поверхности. Я попросил Юкимуру сообщить ему от моего имени, не уверенный, будет ли Агарес первым, кто пройдет через проход, или он будет в ярости из-за моего неожиданного тайного отъезда.

Действительно, кратковременная разлука может возродить волнение от нового брака, и нет ничего плохого в том, чтобы провести немного времени порознь. Кроме того, прошло много времени с тех пор, как я испытывал такое безудержное чувство одиночества, и еще больше времени прошло с тех пор, как я вернулся на поверхность Земли, так отличающуюся от Атлантиды.

С наступлением ночи я заплыл в устье близлежащей реки.

Джунгли по обе стороны реки густые и непрерывные, окутанные тьмой, как будто массивное плотное облако окутало окрестности. Ветер шелестел в деревьях. Это был малонаселенный район, и я нашел свой скоростной катер возле близлежащего к этому месту маяка. Он был брошен там, без каких-либо признаков владельца.

Я предположил, что, возможно, он принадлежит или когда-то принадлежал Дэвису. В прошлом, возможно, так же, как и я в этот момент, он плавал в этих водах в одиночку. Держа в руках видеокамеру и дневник (я увидел в передней части дневника какие-то записи, похожие на португальские или испанские), он записал здесь свои шаги и впечатления. В свободное время он выпивал, а ночью, устав, ложился на этот скоростной катер, дрейфуя по течению, глядя в ночное небо и прислушиваясь к звукам рыб, птиц и насекомых в джунглях.

Похоже, такая жизнь была не так уж плоха, по крайней мере, это тот образ жизни, к которому я когда-то стремился, будучи студентом-биологом. Конечно, если одинокие дни тянулись слишком долго, это могло стать невыносимым.

Я был погружен в свои мысли, почти в оцепенении, но мои мысли невольно поплыли в другом направлении.

Что, если бы я встретил Агареса в такой ситуации, как одинокий путешественник? Мы могли бы не пережить всех ухабистых поворотов, никаких заговоров, никаких нацистов, никаких войн. Просто случайные встречи в реках тропического леса, как во сне. Я бы запечатлевал образ моего тритона ручкой и фотоаппаратом, в то время как он следовал за моей лодкой, сопровождая меня в моем долгом и одиноком путешествии, подобно встречам, описанным в некоторых стихах Тагора.

Однако Агарес, возможно, не так мил, как я себе представлял.

Я уверен, что он мог бы превратить мою предполагаемую встречу в историю ужасов, потому что он, скорее всего, воспользовался бы покровом темной и ветреной ночи, чтобы совершить какие-нибудь злые дела, не оставив мне спасения в джунглях. Этот старый сексуальный демон.

Думая об этом, я не мог не почувствовать легкое желание, поэтому быстро тряхнул головой, чтобы развеять свои неуправляемые мысли. Сев, я бросил взгляд на темную речную воду, глубокую и густую, как чернила, и мысли о возвращении к Агаресу поднялись и потекли в моем сознании, как рябь. Возможно, пришло время вернуться, Дешаров, и найти другую возможность приехать сюда. Шанс всегда будет.

С этой мыслью я снова завел мотор, развернул лодку и намеревался покинуть устье реки. Находиться здесь в воде было не совсем безопасно. Кто мог гарантировать, что в этих водах не притаились какие-нибудь свирепые водные монстры, такие как кайман и им подобные?

Но в тот момент, когда мотор заурчал, невдалеке внезапно раздался слабый человеческий голос. Я немедленно остановил свою руку от нажатия на рычаг газа, думая, что ослышался, но в следующую секунду я услышал более четкий зов. Мое сердце сжалось, и я повернула голову, чтобы осмотреться.

- Помогите, помогите, здесь есть кто-нибудь? - было ясно, что это был английский, выкрикивала женщина от всего сердца.

Сразу после этого я также услышал крики мужчины. Они, очевидно, услышали звук моего мотора и звали на помощь. В этих пустынных и населенных джунглях эти два человека, должно быть, попали в какую-то ужасную оказию.

- Эй, подождите, я сейчас приеду! - я немедленно отреагировал.

- Мы здесь, пожалуйста, пригоните лодку, мы умоляем вас! - мужчина закричал еще громче.

Я развернул лодку и направился на звук. Голоса доносились из густого леса рядом с берегом реки, и когда я углубился в густую лесную тень, я понял, что половина этого леса была затоплена приливом. То, что раньше было берегом, превратилось в водный лабиринт. С моим хорошим ночным зрением я заметил неподалеку две фигуры, цепляющиеся за большое дерево. В нескольких метрах от них лежала перевернутая лодка, ее корма была деформирована, как будто после сильного удара. В этих условиях было только две возможности, которые могли привести к тому, что лодка выглядела таким образом: во-первых, лодка случайно столкнулась с деревом. Во-вторых, на лодку напал большой крокодил или гиппопотам. Судя по их внешнему виду, они либо держались подальше от воды из страха, либо в воде была какая-то опасность.

- Что с вами случилось? - я пригнулся, осторожно осматривая окрестности, и осторожно двинулся через лес к ним.

- Здесь крокодилы! Пожалуйста, скорее! Мы умрем здесь! - голос женщины изменился от страха. Они вдвоем уставились на меня в темноте, их тела дрожали. Я должен быть благодарен, что они не могли видеть мою внешность; в противном случае, они, вероятно, так же боялись бы и меня.

- Не бойтесь, сохраняйте спокойствие, - я медленно приблизился к дереву, за которое они цеплялись. Когда я был всего в двух метрах от них, мой путь преградило что-то плавающее в воде, похожее на виноградную лозу или водяное растение. Я быстро подобрал лежащее поблизости весло и оттолкнул предмет в сторону. Однако я сразу же пришел в ужас от того, что увидел в воде - это был обезглавленный труп, сильно изуродованный и разодранный на куски.

- Черт возьми! - закричал я, откидываясь на спинку сиденья в лодке. Над головой мелькнула темная тень, когда мужчина и женщина спрыгнули с дерева в лодку. От их резких движений лодка сильно закачалась из стороны в сторону, и я чуть не свалился в воду. К счастью, мне удалось ухватиться за борт. Женщина съежилась на носу, слишком напуганная, чтобы пошевелиться, в то время как мужчина с выражением ужаса в глазах осматривал окрестности. Он бросился на корму, чтобы найти рычаг управления мотором.

- Быстрее, давайте выбираться отсюда. Этот гигантский крокодил съел всех наших товарищей! Все они… плавают поблизости.

Именно в этот момент я, наконец, ясно увидел лицо этого человека, и это было лицо, которое показалось мне особенно знакомым. Я остолбенел, в шоке уставившись на него, и шепотом произнес давно забытое имя.

- Дэ-ви-с!

Какое невероятное совпадение! Я только что случайно спас Дэвиса здесь. Может ли это быть шансом на искупление, который дали мне Небеса?

Но я сразу же понял, что это невозможно. Прошло пятьдесят лет, и Дэвис никак не мог по-прежнему выглядеть молодо. Чтобы подтвердить эту мысль, я схватил мужчину за воротник и уставился ему в лицо. С точки зрения времени, он мог быть только сыном Дэвиса. Женщина, с другой стороны, казалась старше, возможно, его мать. Боже милостивый!

- Авария…

Мое сердце переполняла смесь эмоций, и в тот момент я не мог описать потрясение и радость в моем сердце. Но у меня не было времени удивляться. Звук журчащей воды, приближающийся издалека, доносился прямо до нашей лодки. Дэвис и я оба крепче ухватились за дроссель и дернули его. Нос лодки изо всех сил пытался развернуться в том направлении, откуда я пришел, но в мгновение ока лодка издала оглушительный звук, как будто по ней ударили тяжелым молотком. Она накренился влево, и меня внезапно катапультировало в воду!

- Черт возьми!

В тот момент, когда я упал в воду, в воде молниеносно появилась треугольная фигура, устремившаяся прямо ко мне. Я немедленно расправил спинные плавники, вылетел из воды и уцепился за ствол ближайшего дерева. Краем глаза я заметил массивную черную тень, промелькнувшую подо мной, ее кровожадные челюсти едва не задели кончики моих “крыльев”. Я крепко прижался к стволу дерева, а когда обернулся, то увидел быстроходный катер, поспешно удаляющийся, звук двигателя постепенно затихал, когда он исчезал в темноте.

- Эй! - я вскарабкался на ствол дерева и закричал, понимая, что они, вероятно, испугались вида крокодила и меня, да и подчинились своим инстинктам выживания. В этом не было ничего странного. Это было простительно. Если бы это был я, я бы, вероятно, тоже предпочел спасти свою жизнь и немедленно сбежал. Я вздохнул. После того, как шок и разочарование прошли через мой разум, появилось чувство облегчения. На этот раз я, по крайней мере, подтвердил, что у Дэвиса были потомки, и его дальнейшая жизнь не была слишком трагичной. Возможно, это был способ судьбы загладить свою вину и свести счеты. Моим затянувшимся тревогам и сожалениям наконец-то можно было положить конец. По сравнению с этим нынешние трудности на самом деле не имели значения. Мог ли один-единственный крокодил заманить меня сюда в ловушку и сделать своей добычей?

Я глубоко вздохнул и посмотрел вниз, на воду. Тень длиной около четырех-пяти метров спокойно лежала на черной как смоль поверхности, ее изумрудно-зеленые глаза размером с луковицы, мерцающие голодным светом, неподвижно смотрели на меня.

Хотя я знал, что в данный момент оно не может дотянуться до меня и укусить, холодок прокрался в мое сердце, отчего волосы встали дыбом. Если бы здесь был только один крокодил, с которым легко справиться, я мог бы прыгнуть в воду и сразиться с ним в гонке на скорость; я верил, что легко смогу оставить его далеко позади. Однако, если бы их было несколько или даже десятки, ситуация не была бы столь оптимистичной.

Возможно, мне следует подождать до рассвета. К тому времени вода здесь может спасть…

Пока я думал об этом, Небеса словно решили подшутить надо мной. В небе послышался отдаленный грохот, и через несколько минут капли дождя размером с фасолину начали падать сквозь щели в листьях, неся зловещее ощущение, когда они забрасывали мое тело.

- Черт возьми! - я не мог удержаться, чтобы не выругаться вслух, зная, что не могу просто сидеть здесь и ждать смерти.

В этот самый момент в воде появилось несколько массивных темных теней, кружащих, как стервятники, почуявшие кровь, вокруг корней дерева. Они ждали, когда вода поднимется до уровня, на котором я сидел, чтобы они могли наброситься и разорвать меня на куски.

Как бы то ни было, главным приоритетом было как можно быстрее покинуть джунгли и подобраться поближе к берегу реки. Местность, похожая на лабиринт, здесь ограничивала скорость моего плавания и делала меня уязвимым для нападений крокодилов. С этими мыслями я осторожно пробирался по извилистым и пересекающимся ветвям деревьев, двигаясь по лесу, как обезьяна. Однако моя ловкость была далека от обезьяньей; возможно, в этой ситуации я больше походил на енота.

Я не сводил глаз с поверхности воды, двигая своим телом, идя осторожно и с большим трудом, я чувствовал себя так, словно иду по натянутому канату. Я боялся, что один неверный шаг и я упаду прямо в разинутые пасти крокодилов. Ирония заключалась в том, что после того, как я был почти непобедим в Атлантиде, я вернулся на Землю только для того, чтобы стать пойманной в ловушку добычей.

Я только надеялся выбраться из этой ситуации самостоятельно как можно быстрее, не ставя Агареса в известность. В противном случае он будет как суровый отец, и никогда не даст мне второго шанса выйти на улицу одному.

По мере того как я продвигался через лес вдоль ветвей деревьев, дождь становился все сильнее и сильнее, и наконец я приблизился к берегу реки. Вода теперь была гораздо ближе к моим ногам, и если бы не ветви деревьев, образующие подо мной естественный барьер, крокодилы, следующие за мной по воде, могли бы легко подпрыгнуть и укоротить меня вдвое. Однако, поскольку вода продолжала подниматься, им не составило бы труда добраться до меня. Я высматривал большие промежутки между ветвями деревьев и забрался на ближайшее, которое возвышалось над берегом реки. Я искал подходящее место, чтобы прыгнуть в воду. Течение стало быстрым, что было хорошо.

Мне нужно было прыгнуть как можно дальше от крокодилов, а затем плыть вниз по течению к океану. Оказавшись в океане, крокодилам было бы трудно догнать меня по скорости.

Отломив ветку ближайшего дерева, я наступил на ствол дерева рядом со мной, отчего листья сильно затряслись и раздался шелестящий звук. Затем я с силой швырнул ветку в воду. Воспользовавшись атакой крокодилов, когда они набросились на ветку, я выскочил из леса, как убегающая древесная лягушка, и нырнул в бурлящие воды. Звук захлестывающей меня воды немедленно достиг моих ушей.

Я не оглядывался. Взмахнув телом, я расправил крылья и устремился в открытое море, выпущеная из лука стрела, рисуя на воде одну дугу за другой. Вскоре я достиг широкого устья реки, которая вела к океану. Пройдя границу, где вода переходила с мелководья на глубину, течение начало успокаиваться, а осадочные породы растворялись и рассеивались по мере того, как они стекали в бескрайнее море. Зная, что крокодилы не могут выжить в более глубоких водах, я расслабил нервы после того, как проплыл значительное расстояние. Через некоторое время я повернул голову, чтобы посмотреть назад.

Но в одно мгновение, что заставило мои волосы встать дыбом, так это тот факт, что за мной быстро гнался хвост, приближаясь ко мне без каких-либо отклонений, и был уже очень близко!

Я закричал, желая расправить крылья, но было уже слишком поздно. В мгновение ока черная тень, похожая на мрачного жнеца, прорвалась сквозь поверхность воды и бросилась на меня. Я смутно видел окровавленный рот, широко открытый, как жертвенная чаша!

В ту долю секунды, когда я инстинктивно отпрянула, мое тело крепко обхватили руками. Однако не было ни мучительной боли от сломанных костей и мышц, ни ужасающих острых зубов; то, что окутало меня, было могучими объятиями, источающими знакомый и манящий аромат. Крепкий и мощный рыбий хвост поддерживал мои ягодицы, унося меня в открытое море, оставляя опасное устье реки далеко позади.

- Агарес... - инстинктивно позвал я, моя рука нашла путь к его сильной и волнистой спине. Он крепко держал меня за талию, моя голова была прижата к его груди, где бешено билось его сердце. Я не смог удержаться и скривил губы, глубоко вдыхая его запах. Знакомый запах ворвался в мои ноздри, как душа, возвращающаяся в свое тело, как ребенок, возвращающийся в тело своей матери. Подавляемая тоска последних нескольких дней наконец-то нашла свой путь, влившись в море и найдя свое направление.

Я не знаю, как далеко унес меня Агарес, но устье реки исчезло без следа, и мы прибыли в другую мелководную бухту. Море сменило глубину на мелководье, чистое и прозрачное, обнажив мелкий белый песок на дне. Типичные тропические мангровые заросли мягко касались наших тел, и появлялись скалы разных размеров, создавая миниатюрный город. Я огляделся вокруг, заметив, что не было никаких признаков присутствия человека. Весь остров был тих, окутан туманом, словно таинственной вуалью.

Кажется, что мы приблизились к необитаемому острову. В Атлантиде Агарес часто брал меня с собой в те отдаленные районы океана, куда не многие морские жители отваживались заходить, чтобы мы могли провести время в прекрасном мире для двоих (рыб) вместе. Однако после возвращения на поверхность Земли это было для нас впервые с момента нашего “замужества”.

Словно направляясь к брачному ложу, Агарес поднял меня горизонтально, пробираясь сквозь переплетающиеся мангровые заросли, словно занавески, и положил на вершину скалы. Он лежал на мне, его яркие глаза смотрели на меня сверху вниз под звездным небом. Я вдруг почувствовал, что выражение его лица чем-то напоминает крокодилье, и чуть не рассмеялся вслух. Но я знал, что Агарес, возможно, дулся на меня.

Я льстиво прикусил его тонкое “сашими” ушко, и он немедленно обхватил мой затылок своей широкой перепончатой ладонью. Его влажный язык скользнул по моей щеке и тщательно облизал меня. Затем, словно наказывая, он укусил меня за ключицу, двигаясь оттуда к плечам и талии. Он продолжил свое яростное путешествие к моим ягодицам и бедрам, как будто планировал оставить следы укусов по всему моему телу, отмечая меня как свою собственность. Его острые клыки слегка задели мою плоть, заставив меня почувствовать одновременно боль и жар.

- Привет, как ты меня нашел, Агарес?

Под его "яростной" атакой я быстро взмолился о пощаде, но у него, похоже, вообще не было намерения прощать меня. Его перепончатые когти сдавили мое тело, и он опустил голову, чтобы еще раз укусить меня за ягодицу, на этот раз с еще большей силой. Мне показалось, что на меня напала стая пираний, и я чуть не спрыгнул со скалы. Я рефлекторно обхватил его ногами за шею, защищая свои ягодицы от покусываний. Я чувствовал глубокий отпечаток его укуса и был уверена, что он проколол кожу. Одной лишь силой своих рук я никак не мог помешать ему безрассудно вгрызаться в мою задницу. Он был как старший, избивающий ребенка кожаным ремнем.

Я не мог устоять перед силой этой крупной рыбы, поэтому послушно лег на камень, позволяя ему излить свой гнев на мои ягодицы. Несмотря на то, что мы считались пожилой парой мужа и жены (само собой женой был Агарес), такое поведение все равно немного смущало меня. За эти годы, проведенные рядом с ним, мое тело превратилось во взрослого мужчину (рыбу) с длинными руками и ногами. Когда он вот так нес меня на руках и кусал за задницу, это было действительно… позорно!

Черт возьми, у мужчин тоже должно быть немного самоуважения!

- Отпусти мою задницу, негодник! - я не мог удержаться от мрачного ворчания, но мой голос смягчился, когда я посмотрела в глаза Агареса, полные негодования, когда он поднял голову между моих ног. Я пробормотал: - Я знаю, что был неправ…

- Ты ушел, не сказав мне, Дешаров… - Агарес приподнялся и взмахнув хвостом. Вода брызнула мне на голову, и я почувствовал ярость, которую он выплескивал.

Тень его тела надо мной окутала меня, и его сдерживаемое дыхание брызнуло мне в лицо. Его толстый и сильный рыбий хвост прижимался к моей талии и ягодицам, как железная стена, заставляя мое тело изгибаться в его объятиях, крепких, почти как у омара.

Агарес действительно был очень зол, и по выражению его лица я мог сказать, что этот уровень гнева был не меньше, чем любой из его предыдущих вспышек. Это было не то, что можно было решить, просто укусив меня за задницу. Я не сомневался, что это ограничит мою свободу передвижения, точно так же, как раньше, когда он послал за мной целое Гнездо детенышей, сделав меня похожим на большой кусок наживки, за которым все время тянется большой косяк рыбы.

- Но... если бы я сказал тебе, разве ты отпустил бы меня? - я приподнял брови и тихо возразил.

- Я беспокоюсь, что ты привлечешь тех, у кого злые намерения, из-за человеческих генов, которые все еще существуют в твоем теле, Дешаров. Я боюсь, что ты снова уйдешь и не сможешь вернуться ко мне… - Агарес прижался своим лбом к моему и поцеловал меня в нос, бормоча каждое слово глубоким, низким голосом.

Аромат, от которого я никогда не устану, наполнил мой рот и нос, и в сочетании с его искренними словами мне показалось, что теплый огонь мгновенно растопил мое сердце.

Я чувствовал себя легендарными моряками, очарованными песней русалки, сбитыми с толку и дезориентированными. Мои кости стали мягкими и легкими. Последние годы под влиянием любви Агареса сделали меня невероятно послушным, почти агнцем. Клянусь, если бы я из прошлого мог увидеть себя сегодняшнего, и если бы наши временные рамки не совпадали, я бы, наверное, решил ударить себя по лицу.

Понимая, что я должен проявить инициативу и извиниться перед этой испуганной царь-рыбой, я поднял свою безвольную руку и крепко обхватил его за шею, заставив замолчать его губы. Я наклонился и страстно поцеловал своего возлюбленного (рыбину). Благодаря Агаресу, мои навыки поцелуев стали довольно искусными, и доставить удовольствие Агаресу теперь не составляло для меня труда. Но что меня удивило, так это отсутствие реакции Агареса. Его губы оставались сжатыми, подбородок напряженным, и он даже не потянулся, чтобы обнять меня своими перепончатыми когтями. Он был неподвижен, как высокая и могучая каменная скульптура.

Я догадался, что он хотел, чтобы я вознаградил его действиями. Похожий на обиженного большого мальчишку.

Я не смог удержаться от легкого смешка. Я набросился на него, обхватив руками за талию, расправил спинные плавники и застал его врасплох, прижав к скале. Да, сейчас у меня действительно были силы сделать это, и я не мог удержаться от гордой ухмылки, глядя на него сверху вниз. Агарес холодно посмотрел на меня в ответ, как будто я его обидел. Но я знал, что он просто притворяется. Он был бы не против, если бы я проявил инициативу, и, вероятно, с нетерпением ждал этого.

- Тебе нравится, когда я это делаю, не так ли? Откуда это выражение, моя русалочка?

Я посмотрел ему в глаза с ухмылкой, в которой, как мне показалось, таились злые намерения, очень похоже на то, как он обычно наблюдал за мной в лаборатории. Конечно, я не мог достичь того же уровня похотливой злобы, что и он, мой дорого возлюбленный. Я ущипнул его за твердый подбородок, постепенно наклоняясь к уху, в то время как одна рука медленно скользила вниз по его груди и животу.

Агарес по-прежнему оставался неподвижным, его темные глаза слегка сузились, он смотрел вверх, как будто его пытали, не обращая внимания на мое наказание. Однако его учащенное дыхание и стук колотящегося сердца выдавали его физическую и эмоциональную реакцию.

Я замурлыкал, высунул язык и смело лизнул его слегка дрожащее ухо, исследуя каждую частичку от острого кончика до барабанной перепонки. Одновременно моя рука нащупала огромного угря у перепонки плавника - молодец, уже поддерживает небо, как большой столб. Я легонько ущипнул его большую плоть, отчего его хвост слегка дернулся, как будто обжегся о сковородку, но владелец угря даже не удостоил меня ни единым взглядом. Я пыталась подавить свой смех, соблазнительно шепчаи уговаривая его:

- Что мне сделать, чтобы успокоить тебя, Агарес?

Кадык Агареса перекатился под кожей, издавая звук, когда он сглотнул слюну. Две его упругие и сексуальные грудные мышцы покачивались при каждом вдохе, что было для меня невысказанным поощрением.

После разлуки на три или четыре дня я действительно должен был утешить и компенсировать его боль, даже несмотря на то, что это мне, черт возьми, было суждено быть оттраханым.

Я глубоко вдохнул его запах, нежно массируя ладонью его возбужденный член, прижимаясь к нему всем телом. Я выгнул спину и нежно лизнула его лоб, нос и губы. Затем мой язык прошелся вниз по его шее к груди, выражая свое обожание. Я оставлял повсюду нежные следы, точно так же, как он относится ко мне, с такой искренностью, такой преданностью, отдавая всего себя.

Хотя Агарес был очень энергичным, он никогда не просил меня проявлять инициативу во время секса. Как будто он не хотел, чтобы я испытывал какой-либо дискомфорт, и всегда старался изо всех сил, чтобы я наслаждался сладостью, которую он дарил, совсем как старший, а я всегда безоговорочно полагался на него.

Пришло время со всей ответственностью исполнять свой супружеский долг, Дешаров!

Я опустил голову к нижней части его живота, мои губы теперь были близко к гладкой чешуйчатой мембране чуть выше, а это высокое стоячее возбуждение почти касалось моего подбородка, испуская сильный гормональный запах, который ударил мне в нос.

Хотя я несколько раз представлял себе, как делаю это в своих фантазиях, когда мне действительно пришло время это сделать, я внезапно почувствовал себя мышью, столкнувшейся с большим тортом, совершенно неуверенной в том, что делать. С такого близкого расстояния форма и строение младшего Агареса не могли быть представлены передо мной более отчетливо. Было видно даже его самое основание, скрытое за мембраной, оно стояло крепко, а две мошонки были набухшими, как пухлые плоды.

Мысль об этом каждый раз въедалась в тело, я чувствовал, как у меня пересыхает во рту, и я подсознательно поднял голову, чтобы посмотреть на Агареса. Он смотрел на меня сверху вниз, слегка прищуренными глазами, темными и полными неоднозначного желания и тоски. Даже в уголках его рта появился дразнящий намек, как будто он думал, что я не осмелюсь сделать это под его пристальным взглядом.

Хотя мы с Агаресом уже были пожилой супружеской парой, мое старое лицо все равно не могло не разгореться. Я опустил веки, чтобы избежать его взгляда, и наклонился ближе к его толстой головке-стеблю. Он уже был так возбужден, что добрался до кончика моего носа, и его влажная жидкость брызнула мне на лоб.

Моему лицу стало еще жарче, и я подсознательно опустил голову. Агарес выпрямился, нежно прижимая эту штуку к переносице, постепенно опуская ее вниз, затем провел по линии моих губ и, наконец, словно пальцем, погладил мой подбородок, словно с эротическим и злобным удовольствием обводя контуры моего лица.

Мое лицо было полностью измазано в его прозрачной смазке. Резкий запах гормонов был таким сильным, как будто на меня вылили целую унцию сыра, и нижняя часть моего тела немедленно отреагировала постыдно.

Я оставался неподвижным, склонив голову, позволяя Агаресу любоваться мной в таком состоянии, пока ему не показалось, что он увидел достаточно. Он использовал набухший кончик, чтобы осторожно разжать мои зубы, как король, входящий во внутренние покои.

Я послушно приоткрыл губы и понемногу взял в рот его возбужденный член.

Он был скользким и на вкус напоминал соль и рыбный аромат морской воды, а не гормональный привкус, который я себе представлял, потому что он должен был быть сладким. Он был слишком большим. Мой рот должен был быть широко открыт, чтобы принять его. Жидкость продолжала сочиться из уголков моего рта, и было нелегко ее проглотить. Я предположил, что, должно быть, выглядел чрезвычайно неуклюже. Я был слишком смущен, чтобы поднять голову и посмотреть на Агареса, и мои щеки покрылись ярким румянцем.

Я не хотел признаваться в этом, но, попробовав блюдо Агареса, я действительно очень разволновался, а он, очевидно, был взволнован еще больше - угощение у меня во рту мгновенно увеличилось в несколько раз, отчего у меня заболела челюсть.

Казалось бы, ошеломленный моими действиями, большая перепончатая рука Агареса поддерживала мой затылок, слегка дрожа, когда он надавливал мне на затылок.

Я почувствовал, как сильно напряглись мышцы его живота под моей рукой, как будто он изо всех сил старался не запихнуть весь свой член мне в рот. Я не мог приспособиться к его размеру, мне удалось заглотить только половину. Я почувствовал, как потеплели уголки моих глаз, когда его возбужденная налитая кровью головка прижалась к моему верхнему небу.

Его перепончатые ладони переместились на мои щеки, нежно лаская их костяшками пальцев, и эта чертова нежность мгновенно сделала меня еще более возбужденным. Сладкое, горячее ощущение наполнило мою грудь, как брожение, и я сосал активнее, изо всех сил стараясь доставить Агаресу максимальное удовольствие. Неприлично влажные, чавкающие звуки сорвались с уголков моих губ, возвращая стыд, который я давно должен был отбросить.

Мое лицо сильно горело, как будто я проглотил горящий кусок угля, от которого плавился мой рот.

Я закрыл глаза и использовал онемевший кончик языка, чтобы ласкать им член Агареса, неуклюже глотая, как будто откусывая огромную ветчинную колбасу, чувствуя, как каждая его жилка пульсирует у меня во рту. Соленые соки все больше и больше стекали с его кончика, и я проглотил каждую каплю, ничего не оставив.

Из-за моих неуклюжих, ужасных навыков орального секса было чрезвычайно сложно довести моего любовника до оргазма, но, несмотря на это, я, наконец, получила от него ответ.

Агарес вцепился своими перепончатыми когтями в мои волосы, как будто больше не мог этого выносить, нежно надавил мне на затылок и начал слегка проникать мне в рот.

Скользкая рыбья чешуя подо мной терлась о мои затвердевшие соски и нижнюю часть тела, как будто бесчисленные чарующие ногти нежно царапали и стимулировали нервы моих самых чувствительных и уязвимых зон. Я задрожал всем телом, расставив ноги и зажав хвост Агареса, пытаясь принять то, что было у меня во рту, но оно случайно попало мне в горло, задушив меня и заставив сильно закашляться.

Я инстинктивно схватился за его массивную штуку и вытащил ее изо рта, но почувствовал, как Агарес внезапно содрогнулся.

У меня на мгновение потемнело в глазах, и прохладная жидкость брызнула мне на лицо, оставив меня ошеломленным на месте. В одно мгновение мои волосы, мое лицо, моя шея, все было покрыто спермой Агареса, ничего не пощадив, как будто случилась катастрофа. Она стекала по моим щекам непрерывным потоком, смешиваясь со стыдом и волнением, как прилив, почти захлестывая меня. Наверное, мое лицо было красным, как большой спелый помидор.

Я в замешательстве поднял руку, чтобы вытереть семя со своего лица, но его перепончатый коготь схватил меня за запястье, яростно подтащил к себе и крепко заключил в объятия.

Еще до того, как я смог отдышаться, мои губы были с силой захвачены его, и наши языки жадно и дико сплелись, лаская друг друга. Затем он быстро вытащил его, посасывая и покусывая мою шею. Рыбий хвост подо мной, словно двигатель, внезапно набравший обороты, рванулся вверх, проталкивая его все еще полумягкий из-за эякуляции, но твердый большой член в мою задницу наполовину.

- Ха…

Застигнутый врасплох стимуляцией, я выгнул шею и тихо ахнул. Мои икры немедленно попали в пару жадных тисков и были подняты в воздух. Весь вес моего тела теперь приходился на ягодицы, позволяя его все еще не полностью возбужденному члену проникать дюйм за дюймом, закрепляя меня на нем, как клин, снизу доверху, неразрывно соединяя нас.

- Двигайся, двигайся, Дешаров... Прояви инициативу, чтобы принять меня…

Агарес тяжело дышал мне в ухо, и яростный стук в его груди ощущался как рушащийся город, сотрясая верхнюю часть моего тела, когда я лежал на нем сверху.

Сказав это, он раздвинул мои ноги, расположив их по обе стороны от своей талии, заставляя меня сесть, бесстыдно широко раздвигая мои ноги, полностью открывая его взгляду мою и без того возбужденную плоть. Я увидел, как мышцы на внутренней стороне моих бедер чувственно подергивались из-за того, что он оживил что-то внутри меня, точно так же, как мое узкое нутро жаждало быть порабощенным им.

Я выгнул спину, положив руки на камни, и неуверенно покачал задницей, и услышал хлопающий звук. Член Агареса немедленно погрузился еще глубже и надавил прямо на мое чувствительное место, заставив все мое тело напрячься, а ноги задрожать. Ощущение кульминации мгновенно нахлынуло на меня, и я не смог удержаться, чтобы не открыть рот и не застонать. Однако мой голос умолк, когда перепончатая лапа Агареса крепко накрыла мой рот, в то время как мой член был зажат между нами его мощной перепончатой ладонью.

Я с трудом сглотнул и начал тяжело дышать, через несколько мгновений мое тело покрылось потом.

- Дешаров… сильнее… - Агарес обнял меня сзади за шею и приказал без колебаний.

Его голос, смешанный с придыханием, был грубым и сексуальным. Это одновременно разжигало мое желание, но и наводило на порочные мысли.

Я крепче сжал его, намеренно приподнимая свою задницу на несколько дюймов, затем медленно, дюйм за дюймом, сел. Густая жидкость заскользила по линии моих бедер, как будто оставляя похожий на паутину след, который цеплялся за основание моих ног. Очевидно, это зрелище оказало сильное воздействие на Агареса. Он пристально смотрел на меня, его глаза горели красным от желания. Этот взгляд был действительно забавным и сексуальным.

Его перепончатые когти сильно шлепнули меня по заднице, побуждая двигаться быстрее. Его огромный член слегка задрожал внутри меня, заставляя мои нежные внутренние стенки сокращаться волнами. Однако он оставался неподвижным, полный решимости заставить меня проявить инициативу до конца.

Я больше не мог этого выносить. Я опустил голову, уворачиваясь от его ладони, и схватил его за уши, с силой накрывая его губы своими. Я двигал своей задницей вверх и вниз на нем, как верхом на лошади, заставляя мышцы живота Агареса напрягаться и заставляя его самого издавать прерывистое низкое рычание.

В наших занятиях любовью Агарес всегда был доминирующим и инициативным, контролируя все мои чувства и без особых усилий обезоруживая меня. Но в этот момент контроль над ним невероятно возбуждал, как будто я использовал свое тело, чтобы взять над ним контроль. Я чувствовал, как ритм его дыхания меняется в зависимости от подъема и опускания моего тела, и даже частота его сердцебиения зависела от меня.

Для меня Агарес был как свирепый конь, и поначалу я пытался испытать его и контролировать. Однако вскоре я понял, что, взобравшись на него, мне будет трудно спешиться. Он увлек меня в безумную поездку, так далеко, что пути назад не было, и все же я охотно согласился на это.

Капающий пот смешивался с нашей кожей, наши губы и зубы соприкасались, наше дыхание переплеталось.

Я был опьянен этим ощущением, измучен непрерывными маленькими оргазмами, извергающимися в моем теле. Выйти жидкое удовольствие из меня не могло, в результате чего все наслаждение втискивалось в мой кишечник, измельчалось им в порошок, как героин, просачивалось в сердцевину, бродило, кипело. Безудержные стоны вырывались из моего горла, смешиваясь с низким рычанием Агареса.

Ночное небо и океан, казалось, слились в хаотичное пятно посреди этого сладкого и интенсивного соития, и я погрузился в этот опьяняющий аромат с головокружительным чувством.

Я не знаю, сколько раз мы проделывали это вместе, покачиваясь, снова и снова, и по мере того, как горизонт постепенно светлел, Агарес, наконец, вышел из моего тела. Я в изнеможении лежал на животе в его объятиях, не имея сил даже приподняться для эякуляции. Я оставался в его горячих объятиях, и сперма волнами стекала на низ его живота. Мы были крест-накрест переплетены, а горячая сперма склеила наши тела воедино, создавая слабые и невыносимые хлюпающие звуки.

Рыбий хвост Агареса мягко покачивался у меня между ног, он облизывал мочки ушей, как будто не мог насытиться. Мое тело было чрезвычайно чувствительным после того, как я только что испытал оргазм. Я вздрагивал даже от малейшей стимуляции с его стороны, и в моем теле возникало покалывающее и немеющее ощущение зуда. Я поднял дрожащую руку, схватив его беспокойную перепончатую клешню у него за спиной, и произнесла хриплую мольбу.

- Агарес… Лорд вождь, не надо, не продолжай… Я... мг!

В следующую секунду мой рот был плотно сжат. Агарес перевернулся и подмял меня под себя. Его перепончатые когти схватили меня за икру, а рыбий хвост сильно качнулся…

Возможно, мне следовало поблагодарить неожиданное прибытие группы туристов и то, что я смог избежать нескончаемого "наказания" Агареса - кто бы мог подумать, что этот маленький остров был населен людьми!

Когда они увидели, что мы занимаемся интенсивным сексом, и начали кричать от изумления, Агарес затащил меня в воду. Мы нырнули глубоко в море. Я крепко вцепился в шею Агареса, когда мы плыли по воде, направляясь обратно к нашему дому.

Я знал, что отныне, где бы я ни был, мой тритон всегда будет рядом со мной, и мы будем стареть вместе в бескрайнем море в течении многих лет.

Экстра 2. Сон

- Помогите... помогите!

В этот момент, наблюдая, как волны внезапно всколыхнулись на поверхности воды, окрашенной в красный цвет вечерним заревом, молодой человек, который по счастливой случайности чудом избежал смерти от когтей краба-убийцы, съежился на надувном плоту, дрожа от страха.

Страх неминуемой смерти и головокружение, вызванное потерей крови, подтачивали его нервы. В глазах потемнело, как будто медленно опускающиеся сумерки рухнули в одно мгновение.

В этот момент он смутно увидел призрачную тень, приближающуюся к нему из воды.

“Что это было? Еще один ужасный краб-убийца?” - в отчаянии подумал он, расширяя глаза от ужаса. Прежде чем он смог ясно что-нибудь рассмотреть, он уже полностью потерял сознание.

Когда тень под водой всплыла на поверхность, последний проблеск света на горизонте, где море встречалось с небом, исчез. Подобно окутывающей тьме над водой, король морского народа, правитель океана, молча приблизился к лежащему без сознания юноше. Он взмахнул своим сильным черным рыбьим хвостом, подпрыгивая, как акула, набрасывающаяся на свою добычу, поднимая маленький плот под собой. Если бы кто-нибудь стал свидетелем этой сцены, он бы не поверил, что эта дьяволоподобная фигура собиралась поглотить юношу.

Как будто почувствовав, дыхание юноши внезапно участилось. Инстинктивно он сжал кулаки и начал яростно отбиваться от приближающейся опасности, но его запястье тут же было схвачено парой бледных, влажных, широких перепончатых ладоней, очень похожих на смертельную хватку клешней краба-убийцы.

Его дыхание, казалось, внезапно прервалось, словно в страшном кошмаре, и все его тело начало неудержимо содрогаться. Ужасные раны, пересекающие его тело, начали открываться, и ярко-красные вены соткали на светлой и нежной коже юноши узор, от которого замирало сердце, чрезвычайно бесподобный и пронзительный.

Внезапная сцена, представшая перед ним, потрясла чувства короля русалок. Он затаил дыхание, инстинктивно удерживая сопротивляющегося юношу на плоту.

Он наклонился и, начав с самой глубокой и длинной раны, облизал каждую царапину на теле молодого человека, не пропуская ни дюйма. Только когда они начали заживать под действием его слюны, юноша, наконец, успокоился, погрузившись в дремотное состояние.

- Дешаров...

В абсолютной темноте, окруженный шумом волн, Дешаров услышал глубокий, хриплый и низкий голос, зовущий его по имени.

Чей это мог быть голос? Он звучал так знакомо, так успокаивающе…

Кто же это был?

Он изо всех сил пытался думать, слегка нахмурив лоб, желая открыть глаза, но его мозг оставался в плену туманного головокружения, неспособный вырваться на свободу.

Король русалок прищурился, опустив голову, чтобы посмотреть на своего потомка на плоту. В его глубоких глазах отражалась пятнистая поверхность воды, тени под ресницами были глубокими и мерцающими от безошибочно узнаваемой всепоглощающей любви.

Его мальчик вернулся к своей долгой и одинокой жизни и теперь тихо лежал под ним. Длинные ресницы юноши прикрыли его глаза, когда он вдохнул воздух, наполненный ароматом Короля русалок, совсем как новорожденный младенец. Его ноздри слегка подергивались. Некогда маленький ребенок вырос в мужчину за годы без его присутствия, обретя человеческий облик. Был ли он здоров без его присмотра?

Король русалок прищурил глаза, позволяя своему зрению беспрепятственно сканировать тело юноши в темноте. Первоначально он хотел только подтвердить, болен ли молодой человек, но его взгляд невольно замер.

В не столь ярком лунном свете тело юноши было белым и нетронутым, с блестками воды на коже, которые, казалось, окутывали его мягкой тканью. Это придавало его еще не созревшему телу соблазнительную и туманную красоту.

Две его тонкие человеческие ноги, уникальные для людей, изогнулись изящной дугой. Неосознанно они задели рыбий хвост короля мерфолков, когда плот покачнулся, отчего каждая чешуйка на его рыбьем хвосте непроизвольно слегка заколебалась, а запретная зона выпятилась.

Беспрецедентный стыд зародился внутри короля русалок, что-то дремлющее в его чешуе зашевелилось. Его тело с низкой температурой, похожее на морскую воду, неожиданно стало горячим, словно расплавленная лава скрывалась под его ледяной внешностью.

- Агарас...

Его адамово яблоко дернулось, а из горла вырвался почти неосознанный поток приглушенных зовов. Это был древний язык любви, уникальный для русалок, инстинктивное выражение любви в присутствии желанной пары.

Осознав звук, который он издал, король русалок, который никогда раньше не сталкивался с ухаживанием, не мог не опешить.

Чтобы обеспечить выполнение божественного долга Короля-Бога, течка не наступала прежде чем он разовьется в достаточной степени. До того, как власть короля достигнет адекватного уровня, наличие супруги было бы самой большой его уязвимостью, предоставляя потенциальным врагам возможность использовать ее в своих целях.

Он вытянул из воды свою мокрую перепончатую руку и инстинктивно схватил ладонь юноши, приложив ее к своей щеке. Та была намного меньше, чем у него, хотя с годами она значительно выросла, она оставалась тонкой и мягкой, извиваясь между его четко очерченными пальцами, как пойманная маленькая морская звезда. У него возникло искушение непроизвольно открыть рот и нежно укусить тыльную сторону ладони юноши.

Такое мягкое действие, но человек в его объятиях немедленно напрягся, как будто на него напали. Его рука сжалась в кулак, ноги беспорядочно задергались, и с его губ сорвались слабые, приглушенные крики о помощи.

- Дешаров… Мой Дешаров...

Его перепончатая лапа нежно обхватила тонкую спину в его руках, и он наклонился близко к уху, тихо произнося то же имя, точно так же, как он делал много лет назад с мальчиком, который был еще ребенком. Однако, возможно, его голос был слишком глубоким, слишком проникновенным, и эффект от его действий возымел обратный эффект - вместо того, чтобы успокоить человека в его объятиях, это, казалось, разбудило его. Голова, лежавшая у него на груди, пошевелилась, слегка приподнявшись.

Король русалок почувствовал на себе пристальный взгляд глубоких черных глаз юноши. Его веки были приоткрыты, явно в полусонном состоянии. Длинные и густые ресницы были украшены капельками росы, мерцающими и туманными, очень похожими на звездный свет, отражающийся на поверхности моря в ночном тумане. Казалось, они безмолвно манили прикоснуться, потревожить, взять в ладони.

Это искушение было так сильно, что он склонилмя, словно одержимый, и с некоторой настойчивостью прижался к мягким губам молодого человека.

Король русалок не знал, зачем он это делал. Он просто подчинился инстинктивному порыву, волна неконтролируемых эмоций наполнила его сердце.

Тело юноши внезапно дернулось, отчаянно сопротивляясь в его объятиях. Его нежные руки поспешно забарабанили по его груди, словно щекоча, даже почти провоцируя.

Неожиданный импульс заставил его сорваться. Он схватил гладкую руку молодого человека и накрыл его губы своими, используя клыки, чтобы поймать скользкий и ловкий, словно рыба, язык. Это заставило человека в его объятиях растерянно захныкать, как будто он был в лапах зверя, готового разорвать его на части и сожрать.

Обжигающие слезы текли по щекам молодого человека и смешивались с безжалостными губами тритона. Они были солеными и несли привкус страха. Это было не то, что он намеревался добиться от своего Дешарова.

- Агарас… -то, что он хотел подарить, было любовью морского человека.

Он отодвинул губы, давая парню в его руках возможность отдышаться.

Молодой человек в его сильных объятиях неровно дышал. Его припухшие губы были влажными и слегка приоткрытыми, блестящая серебряная ниточка тянулась от уголка рта.

Его полуоткрытые глаза были подернуты дымкой, как будто его всепоглощающие поцелуи грозили снова погрузить его в беспамятство.

И выражение его лица, и едва уловимые движения его гибкого тела бессознательно выдавали уязвимость и беспомощность, подобно добыче, крепко зажатой в когтях и зубах хищника, обнажающей свою такую восхитительную слабость.

Король мерфолков пристально посмотрел на нынешнюю внешность молодого человека, чувствуя, что предмет внутри его чешуи гордо выпрямился.

Тритон с усилием подавил бушующие в нем животные инстинкты. Он поднял свою перепончатую ладонь, чтобы осторожно стереть слюну с уголка губ молодого человека. Однако он не смог удержаться и слизал ее, наслаждаясь вкусом. Под его влажной и холодной чешуей, казалось, текла расплавленная лава. Он знал, что эта сила может легко разбить молодого человека в его руках на тысячу кусочков.

Слишком опасно.

Он должен был терпеть, он должен был ждать, пока тело и разум молодого человека не станут достаточно зрелыми, чтобы принять его приход, противостоять его вторжению и осознать, кем он был для него.

Король русалок наклонился и осторожно положил молодого человека обратно на плот, точно так же, как он укачивал его когда-то и сажал в маленькую деревянную лодку, когда он был ребенком. Однако набежала очень маленькая волна, из-за чего он внезапно упал на человека, находившегося под ним. Его возбужденный предмет задел гладкую внутреннюю поверхность бедра молодого человека и застрял у него между ног.

Мышцы его живота внезапно напряглись, как будто они были твердыми камнями. Головка стала еще больше, пульсируя, как живое существо, наслаждающееся теплом.

Из его горла вырвался приглушенный стон, когда он приподнялся на руках. Как раз в тот момент, когда он собирался поднять свой тяжелый рыбий хвост, молодой человек рефлекторно дернулся. Его стройные ноги приподнялись над плотом, как будто он хотел оттолкнуть его, но у него не хватило на это сил. Нежная кожа нечаянно потерлась о его чешую, вызвав покалывание, похожее на электрический ток, пробегающий по нему, почти подергивание. Его рыбий хвост мгновенно напрягся, как натянутая цепь.

Как будто он шел по тонкому льду.

Животные инстинкты ревели внутри короля мерфолков, дюйм за дюймом по его самообладанию расползались трещины, острые кончики перепончатых когтей вонзались в ладони.

В то время как молодой человек оставался в полном неведении об опасности, выражение его лица было рассеянным, как будто он погрузился в сон, не уверенный, был ли это прекрасный сон или ночной кошмар. В лунном свете его полуоткрытые глаза блестели от слез, и он что-то пробормотал.

Он опустил голову, приблизив свои заостренные уши к губам молодого человека.

- Ах... агар... ас… - почти стонущим тоном позвал тот.

Нервы в его мозгу сдали.

Он не знал, когда поцеловал молодого человека снова, но когда он пришел в сознание, человек в его объятиях был почти без сил от его хищнических поцелуев. Его светлая шея была покрыта красными отметинами, оставленными им самим. Его голова безвольно лежала на широкой ладони, а нос слегка подергивался, как будто умирающий человек делал свой последний вдох.

И король русалок знал, что это произошло потому, что он узнал знакомый запах и испытал физиологическую реакцию, подсознательно жаждущую его присутствия.

Движения под молодым человеком в этот момент были тому доказательством. Его влажные перепончатые когти медленно скользнули по спине молодого человека, заставив его внезапно выгнуть спину дугой. Когда он схватил плоть между ног молодого человека, тот прикусил губу и издал приглушенный стон, непроизвольно обхватив ногами рыбий хвост короля мерфолков. Он ясно чувствовал, как тело в его объятиях нагревалось, и дразнящее трение плотно сжатых бедер о его твердый орган. Манящая, манящая впадинка была совсем рядом.

Плоть, выступающая из чешуи, внезапно шевельнулась, как будто щупальце вцепилось в тугую щелку молодого человека.

Сопротивляясь желанию немедленно вставить его, он терпеливо поглаживал влажный и нежный мужской орган в своей ладони, изо всех сил стараясь контролировать интенсивность, чтобы молодое и неопытное тело парня не испытывало чрезмерной боли.

Прищурив налитые кровью глаза, король русалок опустил голову к телу, которое невольно раскрылось для него в его объятиях.

Ошеломленный, чувствуя, что вот-вот что-то произойдет, молодой человек распахнул глаза, но все, что он увидел, были густые шелковистые серебристые пряди, ниспадающие к нему каскадом, сопровождаемые подавляющей тенью, как будто его поглотила огромная волна.

Прежде чем страх успел коснуться его нервов, в ноздри ударил всепоглощающий запах гормонов, отчего его и без того ослабленное тело мгновенно превратилось в аморфную массу, растаявшую в объятиях, крепко сжимавших его.

В следующее мгновение его сосок внезапно обволокло что-то влажное и теплое, покалывание проникло под кожу, как будто электрический ток ударил в чувствительное место.

- Ах! - он вздрогнул, его шея выгнулась назад, а из приоткрытого рта раздался приглушённый крик.

Его сосок немедленно обхватили еще крепче, и в то же время нижнюю часть его тела охватило острое удовольствие от того, что его успокаивающе ласкали.

Странная, незнакомая волна покалывающих ощущений прокатилась по всему его телу, заставив молодого человека напрячь икроножные мышцы, инстинктивно поджав пальцы ног, когда он непроизвольно сжал ноги вокруг скользкого, толстого рыбьего хвоста. В то же мгновение что-то упругое прижалось к его ягодицам, как будто намеревалось проникнуть в его тело.

Что это?… Что же это?…

Почувствовав, что на него напали, молодой человек инстинктивно сжался всем телом, но его крепко держали за талию и ягодицы, в результате чего в нем не осталось никаких сил.

Он мог вытерпеть это, только запрокинув шею назад, позволяя безудержно посасывать две нежные точки на своей груди. Под ним его возбуждение было схвачено и обласкано в перепончатой ладони тритона. Парень чувствовал себя похожим на выброшенную на берег рыбу. Под двойным натиском пот непрерывно стекал по его молодому, пылкому телу, придавая его коже очаровательный и нежный розовый оттенок.

- Ха... ах...

Король русалок увидел, что молодой человек задыхается, его брови глубоко нахмурились из-за глубины его эмоций. Дрожащие ресницы отбрасывали подвижные тени. Он был до смерти красив. Подобен подводному богу смерти, который жадно требовал его жизни - очень похож на пожирателя, который поглощал жидкости из слабых детенышей в материнском гнезде. Воспользовавшись полубессознательным состоянием молодого человека, он сжал его нежное тело.

Тот в ответ посмотрел в эти чарующие покрасневшие глаза своими полуприкрытыми, затуманенным взглядом.

В глубине этих продолговатых, покрасневших глаз он мог различить сильную любовь, желание и нежность, а также еще одну совершенно иную эмоцию, присущую агрессору – желание овладеть.

И он был похож на клочок плодородной земли, который вот-вот разграбят. Молодой человек смутно осознал это, и чувство страха и стыда поднялось в его сердце, смешиваясь с возбуждением в теле. Это смешалось в хаотичную смесь остроты и сладости, впитываясь в каждую клеточку его тела и заставляя его неконтролируемо дрожать.

-Давай же… не бойся…

Он услышал низкий, хриплый гул в ушах, похожий на гипнотический зов, проникающий глубоко в его сознание. Его сердце тяжело ухнуло в бездну, только чтобы быть схваченным невидимыми руками. Что-то уперлось ему в спину снизу, приподнимая ее, и он почувствовал слабость в ногах, широко расставленных и повисших в воздухе.

Постоянная стимуляция его члена внезапно прекратилась, и после мгновения безмерной пустоты его нутро заполнилось ощущение влажности. Ему казалось, что рыбья чешуя касается его бедер, как будто крошечные ноготки царапают его кожу. Электрические токи возбуждения проникали сзади прямо в его тело, заставляя его член становиться еще тверже.

- Ммм... неудобно…

Молодой человек бессвязно бормотал, качая головой и учащенно дыша.

Он инстинктивно протянул руку, чтобы дотронуться до нижней части своего тела, но был схвачен парой когтей, прижавших ее к его вспотевшей талии. Его ключицу слегка облизывали и покусывали, ягодицы прижимали с настойчивой силой, и толстый, влажный предмет, похожий на стержень, протиснулся в щель между его ног, очень похожий на угря, охотящегося за пищей, проталкиваясь вперед в его задницу.

Король мерфолков услышал, как человек в его объятиях повысил голос из-за его действий:

- Ах... нет…

Его тело застыло, когда он обнял затылок молодого человека. Он не проснулся. Его взгляд все еще был расфокусирован. Прекрасное маленькое личико было окрашено румянцем, похожим на закат, излучая великолепное сияние, более интенсивный и чрезвычайно манящий аромат витал вокруг тела молодого человека. Жажда поглотить существо перед ним почти заставила тритона взреветь.

Больше не сдерживаясь, он столкнул человека, которого держал на руках, на плот, схватив пару длинных ног, которые бессознательно обвивали вплетенные в него пальцы. Его рыбий хвост выгнулся дугой, как тетива лука, и мало-помалу сердитый, прямой и бесстрашный орган под его животом вошел в тугой и узкий проход молодого человека.

Тонкое запястье, за которое он держался, мгновенно напряглось, и парень издал короткий испуганный вскрик, но его голос тут же замер на губах.

Горячее, мягкое тело дрожало и подергивалось под ним, обливаясь потом, а тугой и узкий проход сжимал кончик, который с силой вошел в него. Его собственный член, однако, не впал из-за этого в уныние, а возбужденно прижался к твердым мышцам живота, оставляя под собой небольшую лужицу вязкой жидкости. Молодой человек испытывал одновременно удовольствие и агонию, когда его тело исследовали в первый раз, в то время как он оставался в неведении, что парень, вторгшийся в него, уже достиг пика экстаза.

Это были не просто физические ощущения. Это был акт запечатления себя в теле молодого человека, который заставил короля русалок почувствовать, что он возбужден, как обычный молодой тритон во время течки.

- Дешаров......мой Дешаров...... - он тяжело дышал, медленно погружаясь глубже, все время с любовью бормоча имя молодого человека.

- Ах... ах... ах…

Человек под ним, казалось, инстинктивно хотел ответить ему, но все это превратилось в прерывистые стоны.

Влажное, горячее дыхание этих раскрасневшихся нежных губ задержалось на шее короля мерфолков, конденсируясь в пот, который капал на раскрасневшуюся грудь человека. Все это было слизано распутным тритоньим языком, в то время как уголки его ухмыляющегося рта растянулись в довольной улыбке.

Первый раз всегда был особенно сладким.

Это было так, словно он впивался в адамово яблоко молодого человека, как кровожадная морская змея, используя свои клыки, чтобы нежно царапать и дразнить, словно смакуя свежайший фрукт. Его перепончатые когти обхватили и размяли упругие ягодицы, сжимая их до тех пор, пока они, казалось, не растаяли в его ладонях. Ноги молодого человека были широко раздвинуты для него, открывая неограниченный обзор.

Скрытая ложбинка между бедер была чрезвычайно влажной и красный он жадно принимал его растущий неистовый орган, сокращаясь сладкими пульсациями. С него капала полупрозрачная жидкость, точь-в-точь как слезы, скатывающиеся по уголкам глаз молодого человека в тот момент.

Кровь прилила к горлу. Взгляд короля русалок потемнел, когда его рыбий хвост обвился вокруг ноги молодого человека, а губы коснулись влажного уголка чужих глаза. В то же время он приподнял свою талию, больше не проталкиваясь внутрь, а вместо этого потирая частично вставленный наконечник о внутренние стенки, жадно наслаждаясь вкусом тела молодого человека.

Он не мог проникнуть глубже, неподготовленное тело уже было доведено до предела, и приспосабливаться к нему до такой степени было невозможно.

Молодой человек, находившийся в полубессознательном состоянии, чувствовал себя так, словно погрузился в неотвратимый водоворот, разрываясь между жгучей болью и огромным удовольствием, с затмевающим сознание.

Он прерывисто всхлипывал, инстинктивно обнимал незваного гостя за шею, словно хватаясь за спасательный круг. С каждым все более сильным толчком снизу он отчаянно царапал плотную, гладкую и упругую кожу, к которой прикасался, как мотылек, пытающийся вырваться из своего кокона. Он не мог избежать этого удушающего, но приятного кошмара.

Король русалок закрыл глаза, опьяненный контактом с молодым человеком. Место, где их тела сплетались издавала неясные хлюпающие звуки при его неглубоких толчках. Плот, подталкиваемый движущимся рыбьим хвостом, покачивался на поверхности моря. Несколько акул были привлечены этим движением, но держались на расстоянии, осторожно наблюдая за тритоном, их естественным врагом, не осмеливаясь их потревожить.

Они увидели свирепого повелителя моря, прижимающего к себе свою добычу. Его кожа блестела в лунном свете, издавая свежий и соблазнительный аромат, от которого у них потекли слюнки, в надежде получить долю остатков. Однако вскоре они поняли, что этот гораздо более мощный хищник был здесь не для того, чтобы питаться.

Половой орган на рыбьем хвосте, похожий по форме на их собственный, был налит кровью и тверд до предела, глубоко соединеный с телом жертвы. Он входил и выходил, и голова этого опасного хищника прижималась к шее его жертвы, точно так же, как они делали это во время спаривания, потираясь головами друг о друга. Вмешательство в дела естественных врагов во время их спаривания приведело бы только к свирепому нападению.

Инстинктивный страх заставил акул, которые надеялись на долю добычи, тихо рассеяться в разочаровании. Поверхность моря стала еще спокойнее, и ночной туман окутал фигуры на плоту, словно легкая вуаль. Луна тоже, казалось, сторонилась этого зрелища.

Ночь стала еще темнее.

Все более густеющая темнота окутывала зрение молодого человека, затрудняя ему дыхание. Ошеломляющие ощущения удовольствия и нежности переплелись со всеми вплетенными в него чувствами, и волны, которые вот-вот должны были достичь своего пика, снова и снова подбрасывали его высоко в небо. Огромный член внутри него продолжалл давить на каждую чувствительную точку его тела, заставляя жар и влагу между ног ощущаться ярче.

Все мысли погружались все глубже и глубже в эту темную глубину, тонули, тонули, тонули в океане любви и желания, даже дыхание перехватило.

Ни один звук больше не мог вырваться из его горла, только самый слабый шепот, который также был заглушен бурей страстных поцелуев, обрушившихся на него, только он мог их слышать.

- Агарас……

Казалось, это была последовательность таких слогов.

Его разум был в смятении, и он не знал, откуда взялись эти ощущения. Но посреди всепоглощающего эмоционального смятения он бессознательно повторил их.

В тот момент, когда нечто внутри его тела внезапно вышло, а затем глубоко вошло обратно, он, наконец, испытал свой первый в жизни оргазм. Сперма брызнула, а рыбный запах, рассеивавшийся в воздухе, смешивался с насыщенным, экзотическим ароматов, окружающим его.

Его тело обмякло, как будто полностью обессилело, и его сознание постепенно растворилось в непроглядной тьме, не оставив после себя ничего.

Когда он впал в полное беспамятство, пара влажных сильных рук обняла его, прижав лицом к мокрой груди. Кожей он ощущал ритмичное биение сердца, похожее на тиканье часов, стоявших у кровати, и отдаленный, глубокий звук разбивающихся океанских волн, отчего ему становилось не по себе. Невольно он прижался ближе, надеясь слиться с обладателем этого тела.

Слабый голос что-то пробормотал в его сне, и хотя он не мог разобрать слов, тон был знакомым, как будто он слышал его давным-давно. Ведомый невидимыми руками, он шел по коридорам своих воспоминаний, достигая самых дальних уголков своих грез, достигая холодных глубин этого бескрайнего лазурного моря.

Знакомая фигура постепенно обрела очертания посреди бескрайнего водяного тумана. Пара глубоких узких глаз пристально смотрела на него.

- Дешаров...

На этот раз он услышал это отчетливо. Его звали по имени.

Экстра 3. Нирвана

Воздух был наполнен едким запахом гари. Его окружало небо, полное огня. Все вокруг было искаженным и разорванным на части извивающимися языками пламени. Несмотря на проливной дождь, падающий с неба, пламя не подавало признаков ослабления. Корпус корабля сильно тряхнуло, и люди в панике разбежались, все погрузилось в разрушительный хаос.

Некуда бежать. Некуда деться.

Не только телу, но и душе.

Юкимура бросился на палубу и нырнул под дождь.

Униформа кендо на его теле имела большую прореху, идущую по спины до талии, и его кожа все еще хранила тепло, оставленное перепончатыми когтями русала. Хотя должно было быть холодно, в этот момент она горела. Даже дождь не смог смыть это острое, болезненное, сладкое жжение, смешанное с тягучим ощущением крови, распространяющееся вплоть до тех частей тела, о которых слишком стыдно упоминать.

Молодой человек слегка дрожал. Он поднял голову под дождем и глубоко вздохнул. Его тело внезапно ударилось, когда к его ногам упал человек, на шее которого были ужасные укусы и следы разрывов. Он подскочил в шоке, слегка пошатнувшись. Глаза умирающего все еще были широко открыты, его рука сжалась, сжимая лодыжку, как будто он держался за последнюю соломинку.

- Юкимура-кун… помоги... русалки…

- Кондо-кун! - он помог человеку подняться, но тот весь извивался в конвульсиях, его шея была запрокинута, а в его расфокусированных глазах, все еще распахнутых, отражались мерцающие языки пламени, как в двух белых бумажных фонариках, разорванных ветром в траурном зале.

Его руки задрожали, и он сделал несколько шагов назад, но затем заметил длинный кровавый след, тянувшийся от двери каюты к его ногам, с запутавшимися в нем нитями черных водорослей.

Да, это правда, все вышло из-под контроля! Вышло из-под контроля! Это была месть тритона!

Голос закричал в его голове, настолько оглушительный, что заглушил рев грозы в небе.

- Только ты можешь спасти нас, Тиба! Оно не причинит тебе вреда! Контролируй это! - знакомый голос пробился сквозь завесу дождя и достиг его ушей. Это был крик его отца.

-Отец! - он откликнулся, следуя за звуком, и увидел своего отца, стоящего на втором этаже корабельной каюты. Его отец, казалось, был ранен, держась за живот, но его одежда была пропитана большим пятном синей жидкости - он узнал в ней кровь русалок.

Кровь принадлежала Асуре.

Его сердце внезапно сжалось, и он инстинктивно посмотрел в сторону ближайшей, черной как смоль двери каюты. Внутри слабо двигалась тень, похожая на задержавшегося призрака, похожая на его навязчивый ночной кошмар. Он уставился на нее, думая, что все это, казалось, предопределено — судьба или некий цикл. Его встреча с морским народом, казалось, была предопределена судьбой. Он предвидел, что все приведет именно к тому.

Словно отвечая на его предчувствие, тень постепенно обрела очертания в темноте, приближаясь.

Прежде чем свет смог полностью осветить его похожее на кошмар тело, Юкимура увидел эти два холодных и пронзительных черных глаза. Они встретились взглядами, ощущая как холод моря, так и обжигающий жар на своем умирающем теле. Только прошлой ночью, и даже несколько мгновений назад, они обнимали друг друга, тесно переплетаясь телами, передавая друг другу свой жар, как будто они были близкими любовниками.

Возлюбленными.

Но в этот момент завеса дождя была похожа на железную городскую стену, стоящую между ними, и воздух был наполнен леденящей, кровавой атмосферой. Расстояние всего в 10 метров казалось самым долгим путем в мире.

- Юки... мура… - темная тень тихо заурчала, ее голос был наполнен слогами его имени.

Он медленно выскользнул из каюты, тени отступили от его фигуры, и свет костра осветил его лицо.

Длинный хвост русала волочился за ним, его окровавленная чешуя блестела ярким пурпурно-красным оттенком в свете костра, как клинок убийцы, который только что прошел через бойню. Нет, не похоже, а на самом деле.

Юкимура поднял веки и посмотрел на верхнюю часть тела русала. Его бледная кожа была покрыта пятнами крови, красного цвета. Человеческой крови. В спину русала была воткнута катана, и он узнал в ней ту, что принадлежала его отцу.

Эти черные глаза, которые когда-то смотрели на него с глубокой любовью, теперь горели пламенем мести. Только когда их взгляды встретились, в их глубине промелькнула искорка тепла. Любовь русала к нему была слишком экстравагантной и слишком драгоценной. Словно нож, воткнутый в разделочную доскуй, сдирающий кожу и кости, истекающий кровью. Но все же любовь, которая была подобна ножу, глубоко врезалась кожу, и от нее невозможно было отказаться.

Но перед лицом грехов, которые они совершили, и ценой жизни всей команды корабля, какие качества должны были быть у этой любви, чтобы ее снова упоминать?

Он тоже был одним из грешников. Ему нужно было искупить вину.

- Асура… - открыв рот, он заговорил, но голос казался не его собственным.

Его разум был в некотором трансе, и он увидел, как тень в ночи приближается, становится больше. Он казался таким крошечным, ничтожным и низменным перед ним, как рыбак, поклоняющийся морскому богу. Он так сильно любил русала, и самым глубоким ответом русала было то, что он поглотил его в волнах, спрятав глубоко внутри.

Только он боялся запятнать его.

Он опустился на колени, как верующий, искупающий свои грехи перед Богом.

Его белая форма дзюдоиста насквозь промокла от дождя, и ее подол прилипал к палубе. Его руки под дождем были такими же бледными, как плавающие трупы, а лужа дождевой воды под ним отражала его встревоженное и отчаявшееся лицо, выглядевшее избитым и измученным.

- Ты - Бог моря… Как я мог осмелиться оскорбить тебя? Я не должен был… - он опустил голову, и его дрожащий голос вырвался из горла. - Я умоляю тебя пощадить людей на этом корабле, как будто я никогда не встречал тебя…

Он даже сам не слышал произнесенные слов. В его голове царил полный хаос.

Звук волочащегося рыбьего хвоста приближался, еще ближе, но он не осмеливался поднять голову, чтобы посмотреть на своего возлюбленного.

А затем он ударил Асуру.

Все, что он мог видеть, были распростертые тела на земле, его товарищи, их руки, запятнанные кровью русалок, каждый из которых получил свое возмездие один за другим.

По взгляду Асуры он понял, что даже если тот убьет всех на корабле в отместку, он все равно сохранит его собственную жизнь. Потому что он считал его своим супругом, своим возлюбленным.

Крики его отца о помощи эхом разносились издалека, сопровождаемые прерывистыми воплями выживших, и тяжесть их миссии давила на хрупкие плечи молодого человека, заставляя его руки слабеть. Тень над головой казалась нисходящим ночным кошмаром. Перепончатые ладони тритона мягко коснулись его плеч, приподнимая подбородок и поднимая с палубы.

Пара сильных рук обняла его пошатывающееся тело, и эти черные глаза, отражающие свет костра, следили за его рассеянным взглядом.

Молодой человек обмяк на сгибе обхвативших его рук, пристально глядя на своего русала. В этот момент горячие слезы, казалось, вот-вот хлынут из его глаз, но потекли обратно, когда русал опустил голову, чтобы поцеловать его, и весь мир стал размытым.

- Все кончено, Асура. Мы вместе…

Тихо пробормотал он, дрожа, когда протянул руку и нащупал рукоять катаны, воткнутой в спину Асуры. Он вонзил ее глубже, лезвие пронзило их тела, соединяя его со своим тритоном.

Боли не было, просто на мгновение все ощущения исчезли, оставив реальным только ощущение объятий Асуры. Их тела стали невесомыми, как будто взлетели в небо, а затем тяжело упали, погрузившись в теплую морскую воду.

- Ах…

Он хватал ртом воздух, как утопающий, изо всех сил пытаясь очнуться ото сна. Его тело было мокрым от пота, а нижняя рубашка плотно прилегала к телу, заставляя его чувствовать себя очень некомфортно.

Уже рассвело. Солнечный свет проникал сквозь маленькое круглое окошко в каюте, освещая его лицо. Мгновение он смотрел на крошечные пылинки, парящие в воздухе, чувствуя себя ослепленным светом. Протерев сухие глаза, он смутно увидел нескольких чаек, парящих в небе, и в то же время что-то в его сознании внезапно подпрыгнуло.

Какие-то разрозненные образы всплыли в его хаотичном сознании, а затем исчезли в мгновение ока. Он попытался ухватить их, но сумел уловить только фрагмент. Он смутно помнил бушующее пламя, окружающую кровь и фигуру пурпурнохвостого русала в ночи. Все остальное было беспорядочным и расплывчатым, и он не мог сказать, что на самом деле произошло в его сне.

Это снова был тот самый сон. Он всегда таился в каком-то глубоком уголке его памяти, словно играя с ним в прятки. Когда он пытался увидеть его ясно, он прятался в неизвестности, а когда он погружался в оцепенелый сон, он неожиданно выскакивал наружу.

Слишком странно. Этот сон бесконечно запутывался, настойчиво пытаясь вплестись в его жизнь, говоря ему, что это было что-то, что он действительно пережил, но не оставляло никаких следов.

Как мираж, он был расплывчатым и в нем ничего не было.

Водяной с фиолетовым хвостом из его сна еще не появился в реальности. Ни один из русалок, которых они захватили и заточили в трюме корабля, не соответствовал тени, которую он видел во сне.

Когда же ты появишься?…

Он пробормотал что-то себе под нос, бессознательно протягивая руку к пустому воздуху. Его тонкие пальцы были пронизаны светом, позволяя рассмотреть вены и капиляры. Возможно, дело было в ослепительном солнечном свете, но он неожиданно почувствовал боль в уголке глаз, как будто вот-вот потекут слезы.

Юкимура Тиба, ты веришь в реинкарнацию?

В своей нынешней жизни ты не являешься самим собой в полной мере. Ты не встретился со второй половиной своей души. Твои сны проистекают из одержимости твоей прошлой жизни. Это другая версия тебя самого, пытающаяся тебе что-то сказать, дитя мое. В конце концов, ты последуешь по таинственному и неизгладимому пути, проложенному судьбой, ступив на дорогу, откуда нет возврата.

Не попадайтесь судьбе в ловушку. Твои грехи уже искуплены.

Старческий голос бабули Мико произнес это в его памяти.

Что это значит? Он сжал пальцы, закрыл глаза и неуверенно сделал глубокий вдох, снимая пропитанную потом майку. Стройное и хрупкое тело молодого человека было обласкано светом и излучало какую-то нездоровую красоту.

- Юкимура-кун! Выходи скорее, мы поймали еще одну русалку с помощью резонансной сонарной сети! - настойчивый голос его спутницы доносился снаружи каюты, но в дверь, согласно этикету, постучали всего три раза.

- Понял! Уже иду!

Быстро надев непромокаемый костюм и ботинки, Юкимура толкнул дверь и выбежал наружу. Матросы собрались на носу, вглядываясь в поднимаемую из воды поисковую машину. Приблизившись, он увидел, как поднимают рыболовную сеть, и вода брызгала вниз. Его сердце внезапно бешено заколотилось, и он широко раскрыл глаза, чтобы различить цвет рыбьего хвоста внутри сетки. То, что появилось из сетки, было серебристо-белой рыбьей чешуей, которую они никогда раньше не видели, словно украшенной усыпанной бриллиантами сеткой, блестящей на солнце.

Чешуя не была фиолетовой. Несмотря на благоговейный трепет, его сердце ушло в пятки и вернулось на прежнее место.

Он вытащил из кармана брюк фотоаппарат и спокойно, умело запечатлел появление этого новичка. Его русалочий хвост был длиннее, чем у всех, кого они видели раньше, а верхняя часть тела была исключительно светлокожей, покрытой серебристым отливом. Она выглядела как произведение искусства, вырезанное изо льда, а не как живое существо.

Такой красивый, ах…

Вероятно, это был особый вид русалок. Была ли в нем сыворотка, которую нужно извлечь его отцу и остальным?

Пока он думал об этом, он услышал молодой мужской голос, доносящийся из рыболовной сети:

- Юкимура!

Юкимура Тиба, который старательно записывал, не мог не быть ошеломлен, и на всем корабле внезапно воцарилась тишина. Все были ошеломлены. Русалка звала его по имени? Он сделал несколько недоверчивых шагов вперед, вглядываясь в рыболовную сеть. Пара тонких рук высунулась из отверстия, ухватившись за нейлоновую леску рядом с сетью, и с огромным усилием высунулась голова.

Он увидел лицо очень красивого европейского юноши. Из-под мокрых, прилипших прядей волос на него смотрела пара звездообразных, невероятно ярких глаз. Нетерпение и удивление в этом взгляде, казалось, намекали на то, что они где-то встречались раньше. Он стоял там, ошеломленный, и только для того, чтобы услышать, как водяной отчетливо воскликнул по-японски:

- Юкимура, я Дешаров, уже мы встречались раньше!

На этот раз он был по-настоящему ошеломлен. Странное ощущение охватило его, погрузив в оцепенелое состояние. Как раз в тот момент, когда он погрузился в свои мысли, на палубу подняли рыболовную сеть. Прежде чем он смог понять, что происходит, русала, который называл себя “Дешаров”, отнесли в помещение, где содержали остальных русалок.

Затем его отец и несколько врачей вошли и закрыли за собой дверь каюты.

Он прислонился к борту корабля, повернулся, чтобы посмотреть на теперь спокойное море, его разум был в смятении. Заходящее солнце постепенно опускалось за горизонт, отбрасывая красноватый оттенок на темно-синие воды, красные, как огонь и кровь в его снах.

Что-то должно было произойти.

Ясное предчувствие в его сердце говорило ему об этом.

В этот момент знакомый голос сзади отвлек его от беспокойных мыслей. Он повернул голову, увидел молодого человека позади себя и помахал в простом приветствии. Это был второй офицер корабля и правая рука его отца, Кондо Хаори, хороший друг со студенческих времен.

Кондо медленно подошел к нему, стряхнул окурок в море и глубоко вздохнул.

- Ах, интересно, когда же прекратятся войны и эксперименты… Мне становится противна такая жизнь.

- Испытываешь отвращение? - тихо спросил Юкимура Тиба. Он опустил веки и неохотно приподнял уголки рта. - Я думал, ты увлечен этим исследовательским проектом, а также участием в войне.

Кондо посмотрел на него, ненадолго замолчал, а затем перевел взгляд на далекий, окутанный дымкой остров. Он мгновение колебался, прежде чем положить руку на плечо молодого человека. Сквозь ткань одежды он мог легко ощутить костлявые очертания чужого плеча, нежного, как у девушки, и все же это был наследник семьи самураев, обремененный семейной миссией. Однако он еще не видел по-настоящему кровавой правды. Если бы он увидел, этот добросердечный молодой человек наверняка испытал бы мучительную боль.

Возможно, именно поэтому его босс, отец Юкимуры, всегда держал своего сына подальше от сути плана. Однако рано или поздно Юкимура столкнется с тьмой и жестокостью, с которыми даже ему было трудно смириться.

- Давайте уедем, когда американские войска уйдут с этого острова, в следующий раз, когда будет перемирие. Тиба, - мужчина сказал это, не особо задумываясь, используя неподходящее обращение.

На мгновение Кондо Хаори почувствовал себя несколько неловко.

Юкимура замолчал, глядя на своего близкого друга и одноклассника, чувствуя некоторую растерянность.

- Куда уедем? - он на мгновение заколебался, затем улыбнулся. - Есть ли у нас возможность выбирать наше будущее?

- Но......

Со стороны корабельной каюты донесся внезапный шум.

- Хватайте его! Поймать этого тритона!

- Не дайте ему сбежать!

Юкимура Тиба удивленно посмотрел в сторону суматохи, где несколько исследователей были сбиты с ног на палубе. Серебристый сияющий силуэт прорезал тусклую ночь, описав элегантную дугу и погрузившись в море.

- Дешаров…

Он нахмурился, подсознательно произнеся его имя. Юноша бросился к борту корабля, глядя на море.

Серебристохвостый тритон давно исчез без следа. Однако, к своему удивлению, он неожиданно заметил необычный узор ряби недалеко от корабля, кружащий вокруг определенной точки, напоминающий группу мигрирующих дельфинов.

Но он знал, что это были не дельфины. Это была группа русалок, привлеченных гидроакустическими буями, установленными в километре от них.

Его сердце внезапно пропустило удар, и сильное и необъяснимое чувство поднялось глубоко внутри, заставив его дыхание участиться, как будто предвестник его ночных кошмаров спускался в ночь.

Но какая-то дурная интуиция смутно росла в его сердце, и голос крикнул:

“Не подходи ближе, Юкимура Тиба. Не ходи по следам перевернутой телеги. Держись подальше…”

Он невольно сжал кулаки, чтобы подавить желание прыгнуть в море и поплыть в том направлении.

- Тиба, иди сюда, - зов его отца донесся с другой стороны.

Юкимура Тиба повернулся, как марионетка, следуя за отцом к двери каюты, след в след.

В комнате было темно, а на чайном столике в центре каюты лежала белоснежная форма для кендо, бамбуковая флейта, на которой он часто играл, и таз с холодной водой, от которой исходил запах подогретого дезинфицирующего раствора. Он инстинктивно почувствовал страх перед этим запахом, его ноги задрожали, он сделал шаг назад, но его спина была прижата к закрытой двери.

Он оказался в тупике.

Высокая и худая фигура его отца, освещенная светом свечей на стене, стала невероятно большой, заставляя его чувствовать удушье. Однако он не осмеливался даже открыть рот или сделать глубокий вдох - потому что у него не было разрешения отца.

- Сними свою одежду, а затем вымойся дочиста в этом тазу.

Он услышал команду своего отца. Он жестом подозвал его, сел, скрестив ноги, за стололом, снял мокрое пальто и черное кимоно под ним, тщательно подвернув подол под ноги. Затем он посмотрел на ошеломленного юношу и спросил:

- Почему ты еще не начал?

Прозвучал тот же тон, что и в первый раз, когда он заставил его убить.

Пальцы парня задвигались, потянувшись к воротнику. Он полностью расстегнул молнию, позволив жилету и всему остальному упасть на пол.

Выбравшись из кучи одежды на полу, он предстал обнаженным перед своим отцом. Спина молодого, стройного юноши слегка дрожала от низкой температуры. Он опустил голову и вылил на себя раствор лекарства. Капли воды стекали по изгибу его шеи, делая его похожим на молодую маленькую цаплю, пьющую с опущенной шеей, ее перья намокли, и она казалась одновременно растрепанной и чрезвычайно нежной.

Шиничи прищурился и посмотрел на своего чрезмерно хрупкого сына, словно оценивая некачественный товар. Этот неадекватный малыш, трусливый, добрый и замкнутый, был просто непозволителен в семье самураев высшего класса.

Но, по крайней мере, теперь от него есть какая-то польза. В качестве приманки, чтобы сбить с толку мерфолков, он был как нельзя кстати. Потому что в настоящее время они пришли к невероятному выводу: русалки-самцы не спариваются с русалками-самками, а предпочитают симпатичных человеческих юношей, добиваясь заражения клеток и ассимиляции посредством сексуальных контактов с ними, таким образом достигая своей репродуктивной цели.

Человеческие существа, принявшие клетки русалки, претерпевали изменения в своем телосложении. Они приобретали значительно большую силу, ловкость, улучшенное зрение и слух и, возможно, даже приобретут другие способности. Однако, имея в своем распоряжении только единственную запись о человеке, который спаривался с русалкой, не было возможности узнать больше.

И этот человек, в силу различных внешних и внутренних причин, умер, что сделало невозможным продолжение их наблюдений за ним.

Впоследствии они отобрали нескольких мальчиков и попытались соединить их с русалками мужского пола, но, возможно, русалки были очень разборчивы, или это могло быть связано с неспособностью организма адаптироваться к окружающей среде. Ни один из тестов не увенчался успехом.

Однако он увидел надежду на успех в своем собственном сыне - когда он попробовал посыпать в резервуар с водой русалки летучий ароматизатор, приготовленный из пота его сына, эти изголодавшиеся тритоны, которые и без того томились, пришли в такое возбуждение, словно приняли стимулятор. Резервуар с водой гудел от возбуждения. Несомненно, его сын питал особую тягу к русалкам, что делало его отличным средством для получения русалочьих сил.

Среди группы русалок, привлеченных гидролокатором, были один или два исключительно сильных парня. Звуковые волны, которые они излучали, создавали интенсивный резонанс с их записывающими устройствами, чего было достаточно, чтобы доказать их существование.

Возможно, его сын стал бы гордостью семьи, несравненной экстраординарной личностью, воином, которому не было бы равных во всех отношениях.

Юкимура в замешательстве посмотрел на своего отца в мерцающем свете костра и заметил, что от его серьезности исходило выражение, которого он никогда раньше не видел, как будто он был вне себя от радости по поводу чего-то. Он понятия не имел, какие безумные бредни бродили в голове его отца, и не осознавал, что вот-вот станет жертвоприношением на разделочной доске.

Он стоял неподвижно, как статуя, даже не потрудившись вытереть воду со своего тела, ожидая следующей команды отца.

- Подойди и встань поближе, сын мой.

Отец внезапно схватил его за запястье, и это почти незнакомое прикосновение заставило его невольно напрячься всем телом, притянув ближе к кофейному столику, где он опустился на колени. Когда глаза отца, скрытые очками в золотой оправе, встретились с его взглядом, у него чуть не перехватило дыхание. Он почувствовал руку отца в перчатке на своей спине, как у хирурга, проводящего процедуру, холодную, прощупывающую и даже несущую в себе определенное ощущение жестокости.

Страх распространился от его позвоночника до самого сердца.

- Скажи мне, Юкимура Тиба, готов ли ты отдать все ради миссии семьи? - в голосе отца звучали гнетущие нотки, как будто это был не вопрос, а допрос и приказ. И ответ был давно предопределен.

Без сомнения, он механически кивнул и ответил твердым, ясным голосом:

- Да!

Как условный рефлекс. С того дня, как он научился говорить, он повторял это слово день за днем, как те самураи эпохи сегуната.

По-видимому, удовлетворенный его быстрым ответом, отец ободряюще похлопал его по спине. Однако в следующий момент рука на его спине скользнула вниз вдоль позвоночника. Скорость его движения даже создавала у него некоторую иллюзию близости, но он пристально смотрел на бесстрастное лицо своего отца и не осмеливался испытывать никаких необоснованных сомнений. Он просто держал глаза широко открытыми, не моргая, со слегка расширенными из-за нервного напряжения зрачками.

- Сегодня вечером тебе нужно выполнить задание, а перед этим мне нужно осмотреть твое тело, - рука скользнула вниз, к копчику, и вторглась в его ягодицы.

Его спина в одно мгновение напряглась, а вены на шее вздулись, но тело оставалось неподвижным.

Когда холодные пальцы проникли глубоко в его тело, чувство унижения и дискомфорта от посторонних предметов пронзило каждую клетку и каждый нерв. Он сжал губы, и из его горла вырвался почти неслышный стон. В тот же миг другая рука отца обхватила его сзади за шею, и его тело неожиданно оказалось в объятиях перед ним.

Голос отца, словно проклятие, звучал в его ушах:

- Не бойся, сын мой. Очень скоро твое тело будет обладать силой, превосходящей силу обычных людей. Но за это придется заплатить небольшую цену - возможно, это причинит тебе боль, но оно того стоит. Точно так же, как древним божествам Мо пришлось пройти испытания в смертных телах, прежде чем они обрели силу. Позволь мне подготовить тебя к перенесению этой пытки…

Пальцы проникли глубоко, растирая и раздвигая его узкие и тугие внутренние стенки, с твердостью и шероховатостью, как будто разбили котел и потопили лодку, жестокая физическая пытка, которая наступила без всякой причины или предупреждения.

Он не осмеливался ни о чем спрашивать и продолжал спокойно переносить любое давление, оказываемое отцом, не смея даже моргать, его дыхание сбилось с ритма. Пот беззвучно стекал по спине, собираясь в области, затронутой пальцами, вызывая жгучую боль. Временами он чувствовал, что его собственная выносливость была на удивление сильной, а не такой хрупкой, как утверждал его отец, ибо как еще он мог бы упорно выживать в тени своего отца, жить без достоинства и отказываться от себя… просто чтобы остаться в живых?

Он закрыл глаза.

Когда два пальца глубоко проникли в тело молодого человека, его зубы впились в губу, а руки сжались в кулак, костяшки беззвучно прижались к холодной земле. Это как если бы его отец пытался проверить его выносливость. Пальцы, вошедшие в его тело, начали медленно входить и выходить, как при занятии сексом. Он слегка вынул их, а затем снова глубоко вошел, сопровождаемый невыносимым, слабым хлюпоньем, колющим кожу головы, как игла.

Телесное наказание, казалось, превратилось в неэротическое изнасилование. А насильником был его собственный отец.

Эта мысль, казалось, взорвалась в его прежде пустом сознании, окончательно доведя нервы до предела, они были готовы лопнуть в любой момент. Его спина сильно затряслась, как натянутая тетива лука, и он увидел, что руки, поддерживающие его на земле, приобрели бледно-голубой оттенок.

Из-за того, что рука отца сжимала его, он не мог поднять голову. Голос в его горле застрял между зубами, становясь прерывистым:

- Почему… Отец?

Он не получил никакого ответа, и вторжение пальцев продолжалось, частота становилась все быстрее и быстрее, как будто пестик растирал лекарство, стремясь разнести его тело на куски. Однако под такой пыткой у него произошла неконтролируемая физиологическая реакция, и предмет между его ног стал самым унизительным существом, наслаждающимся его болью. Смятение в его сердце было подобно кипящей воде. Даже его глазные яблоки, казалось, плавились от обжигающего жара, и слезы смешались с потом на его щеках. В глазах потемнело.

После перенесенных мучений, от которых он не знал, как долго страдал, он был на грани обморока. Пытка внутри его тела, наконец, внезапно закончилась, и силы покинули его, заставив в изнеможении рухнуть на холодный пол. Густая мутная жидкость застряла между нижней частью его тела и ледяным полом, ее слабый запах распространялся в воздухе, но казалось, что она ему не принадлежит.

Черная тень, освещенная светом свечи, появилась в поле его зрения, и Юкимура увидел, что его отец холодно смотрит на него сверху вниз, как будто он был никчемной марионеткой.

Ему бросили его белое кимоно, прикрывая его обнаженное и влажное тело. Подобно утопающему, цепляющемуся за спасительное плавучее бревно, он инстинктивно схватил одежду и завернулся в нее, вытирая пот, покрывавший его тело, свернув конечности в клубок.

- Твое тело очень мягкое и подходит для спаривания с тритоном. Приведи себя в порядок, оденься и жди дальнейших указаний на палубе.

Чистый и ледяной голос пронзил его барабанные перепонки, словно плеть, хлестнувшая по открытой ране, смоченной соленой водой, по его стыду и самоуважению, заставляя кровоточить свежие раны.

Он вообще не двигался, оставаясь в своей скрюченной позе на земле, пока не раздался лязг захлопывающейся двери и удаляющиеся шаги мужчины, а затем все погрузилось в гробовую тишину. Только тогда он, наконец, пошевелился.

Спаривание с тритоном?

Разве это не смешно? Юкимура Тиба наконец-то осознал ценность своего существования?

Его губы неудержимо дрожали, а влажные ресницы трепетали, как хрупкие крылья цикады. Каждая клеточка его тела дрожала, и молодой человек поднял руки, обхватив свою голову, сдерживая дыхание, молча страдая.

За окном скорбно шумели волны, затягивая ночь в свои объятия.

Люди, живут в аду страданий, они могут бороться, они могут кричать или могут терпеть молча, но Будда не проявил милосердия к этим ничтожным существам. Их печаль и негодование застывают во тьме, превращаясь в семена плохой кармы, и таким образом родился Асура.

Юкимура Тиба лежал на холодном полу, глядя на постоянно меняющиеся тени, отбрасываемые на стену светом свечей, и по какой-то причине эта фраза засела у него в голове.

Наступила ночь, и за окном темное небо закрывало безмолвное море, как будто это была могила, ожидающая, чтобы похоронить его.

На всем корабле внезапно стало невероятно тихо, слышался только звук его собственного дыхания. Он рассеянно вслушивался в его ритм, смакуя всю боль, которая росла внутри него, позволяя ей растекаться, как соленой воде по ране, ожидая, когда его эмоции, как обычно, улягутся.

Нет ничего, что нельзя было бы вынести, сказал он себе.

Он поднялся с пола, смыл грязь, оделся и вышел, как бездумная деревянная кукла, без каких-либо колебаний.

На палубе не было много людей. Там были только его отец и несколько экспериментаторов, задействованных в основном плане. Они держали фонари на носу, ожидая его ночью, словно готовясь к какому-то таинственному жертвенному ритуалу. И, без сомнения, он был несчастной жертвой.

Сделав глубокий вдох, молодой человек направился в указанном направлении. Подол его белого кимоно колыхался на морском ветру, как парус одинокой лодки на волнах. Казалось, что если он не будет осторожен, то его в любой момент могут захлестнуть волны.

Казалось, они боялись, что он будет сопротивляться. Последующие действия были выполнены так методично и быстро, как будто меняли груз в темноте. Только когда его наполовину втащили и бросили в спасательную шлюпку, он по-настоящему очнулся от своего транса.

Брошенный в качестве приманки, он был привязан к длинной леске, чтобы поймать крупную рыбу, которую они желали. Юкимура посмотрел на волнующееся море, взъерошенное ветром, и не смог сдержать горькой улыбки. Его жизнь и смерть ни для кого ничего не значили. Юкимура Тиба, этому имени с самого начала было суждено стать синонимом жертвоприношения.

Спасательная шлюпка дрейфовала по морю, подталкиваемая постепенно растущими волнами. Вскоре огни корабля исчезли позади него, оставив лишь рассеянные огоньки на поверхности воды. За пределами досягаемости света фонаря простиралось бесконечное морское пространство, очень похожее на ночь в лесу Аокигахара, окутанное густой, спокойной тьмой, вызывающей желание броситься навстречу смерти.

Если бы только я умер тогда, все было бы намного лучше…

Спасательная шлюпка уносила его в море, и это заставило его смутно вспомнить сцену, когда он вступил на эту обширную землю самоубийц. Он лежал на толстых опавших листьях, глядя в далекое небо, в то время как духи тех, кто был похоронен там, собирались вокруг, нашептывая ему на ухо, и он слушал звуки уходящей жизни. Юкимура закрыл глаза, как будто он снова был на том огромном кладбище.

Он не боялся смерти, и даже его сердце с нетерпением ожидало ее прихода. Для него смерть была, самое большее, свободой и спокойствием. Поскольку в жизни ему нечего было любить, зачем продолжать бороться в этом мире, который был более мучительным, чем сам ад?

- Зачем беспокоиться?

Единственное, что его беспокоило, - это то, что совершение самоубийства под давлением без соблюдения чести было бы расценено как трусливый поступок. При жизни у него не был никакому ценен, а после смерти он не хотел стать невыносимым позором для своей семьи. Он не хотел, чтобы имя Юкимура Тиба стало уродливым и неизгладимым знаком.

-...Тиба! Сыграй на своей флейте, чтобы появились русалки! Частота звука флейты может резонировать с частотой их звуковой волны; поторопись и сыграй это! Сыграй “Водомерку”!

Внезапно из корабельного пейджера донесся голос отца, его резкий тон пронзил его насквозь, как иглы. Он инстинктивно отказался:

- Нет!… Нет, я не могу сыграть эту мелодию!

Как я могу? Как я могу в этой ситуации…

Это была самая любимая песня его матери, и все же ее использовали как инструмент для приманивания русалок! Неужели даже дух его матери должен быть запятнан ради планов военных? Дрожа всем телом, он сжал флейту, спрятанную у него за поясом. Когда он слушал холодные, лишенные эмоций слова своего отца по пейджеру, в нем вспыхнул долго подавляемый безмерный гнев. Движимый им, он поднес флейту к губам и сыграл серию дрожащих высоких нот.

Похоронная мелодия.

Это был почти первый раз, когда он бросил вызов своему отцу, но это было так радостно.

Игнорируя команды, поступающие с пейджера, он закрыл глаза и продолжил играть, как будто давая выход своим чувствам, а также устраивая похороны собственной жизни.

Такая грустная песня могла бы отпугнуть русалок.

Его пальцы слегка дрожали на ветру, а звук флейты, на которой он играл, был прерывистым и почти фальшивым.

Когда песня подошла к концу, ему показалось, что его тело опустело, превратившись в пустую оболочку. Он глубоко вздохнул, закрыл глаза и подождал, пока его дыхание постепенно успокоится. Через некоторое время он открыл глаза, но тут же был потрясен, застыв на месте.

Пара глубоких черных острых глаз внимательно наблюдала за ним.

Тритон бесшумно появился в какой-то момент, незаметно.

Его острые перепончатые когти царапнули по борту лодки, почти доставая ему до колен.

Юкимура вернулся к реальности, дрожа от испуга, и поспешно отпрянул назад. Однако водяной казался еще более робким, чем он, он быстро нырнул в воду, показав только половину своего лица над носом, глядя на него из-под поверхности воды. Юкимура нервно уставился на этого неожиданного посетителя, едва осмеливаясь дышать. Приказы отца эхом отдавались в его голове, усиливая его страх до предела. Он мог только надеяться, что флейта в его руках превратится в самурайский меч. И все же, испытав на себе разрушительную силу тритонов, он знал, что на этой хрупкой маленькой лодке любое резкое движение может привести к смертельной атаке со стороны водного обитателя, он, несомненно, погибнет.

Юкимура Тиба заставил себя успокоиться и встретился взглядом с русалом. Темные глаза собеседника светились любопытством и сомнением, его перепончатые ладони осторожно упирались в борт лодки, как у ребенка, впервые испытывающего что-то новое. Его нервы немного расслабились, когда в то же самое время тритон медленно вынырнул из воды, его верхняя часть тела опиралась на борт лодки, глядя на него снизу вверх. У него была верхняя часть тела, идентичная крепкому и здоровому мужчине, с длинным красивым рыбьим хвостом, волочащимся сзади. Мягко покачиваясь на волнах, он излучал великолепное фиолетовое сияние.

Сильное и особенное чувство немедленно зародилось в сердце Юкимуры - он уже видел этого пурпурнохвостого русала раньше. В каком-то безымянном месте, давным-давно, их пути пересеклись.

Эта сцена казалась такой, как будто происходила раньше, ощущение дежавю. В оцепенении в его сознании мелькали смутные образы. Да, это было во сне. Он лежал, свернувшись калачиком, на лодке, точно так же, как сейчас, и смотрел в глаза этому русалу с фиолетовым хвостом.

Он назвал его “Асура”.

Почему... он назвал его так?

Голос шептал в его сердце, словно одержимый, и он невольно протянул руку, чтобы коснуться этого сурового лица. Эти глаза, глубокие и темные, как древний колодец, пристально смотрели в его глаза, словно пытаясь поглотить в них его душу.

- Не дай ему сбежать! Ты знаешь, что делать. Мне не нужно тебя учить.

Внезапное предупреждение из интеркома рядом с ним резко прервало его блуждающие мысли, и он почувствовал, как невидимая рука сжимается его горло, затрудняя дыхание.

Спаривание? Спаривание с русалкой мужского пола как с мужчиной? Насколько это было возмутительно?

Однако таков был приказ его отца.

Юкимура Тиба схватил пейджер и выбросил его в море, как будто избавляясь от своего самого большого страха. Он крепко обхватил колени, боясь поднять глаза на русала, который вскоре мог подойти и коснуться его тела. Мурашки пробежали у него по спине, но спина была покрыта потом.

Когда команда была просто приказом, гнев и унижение заполнили его разум. Теперь, когда ему пришлось столкнуться с неизбежной реальностью этого, его тело пребывало в огромном замешательстве. Даже страх, казалось, покинул его тело, и все его тело было таким жестким, словно выделено из глины.

- Ю… ки…

В этот момент тритон пошевелил губами, и слабый зов неожиданно достиг ушей Юкимуры, ошеломив его. Что он услышал? Русалка произнесла слог “Юки”? Он изумленно выдохнул:

- Ты…

Лицо тритона приблизилась, и его влажные перепончатые когти коснулись лацкана кимано.

Рефлекторно Юкимура Тиба инстинктивно отодвинулся назад, подняв руку к груди русала, чтобы не дать ему подойти слишком близко. Однако он почувствовал, как флейту, вставленную по диагонали в шов его одежды на груди, вытаскивают. Он увидел, как водяной схватил флейту, на мгновение задумался над ней, а затем нерешительно поднес к губам. Обнажив два острых клыка, словно хватая рыбу, он издал странный звук, похожий на звук воздуха, выходящего из сдувающегося воздушного шарика.

Затем, возможно, смущенный собственной неуклюжей игрой, водяной издал серию неясных и низких гудений из своего горла. Он моргнул, глаза его засияли в лунном свете, и на его суровом лице неожиданно появился намек на застенчивость.

Большой ребенок. Большой мальчик со зрелой внешностью.

Такое осознание пришло ему в голову.

Юкимура Тиба был ошеломлен на несколько секунд, прежде чем пришел в себя.

- Нет, ты так не сыграешь, - движимый чем-то неведомым, он нерешительно заговорил и снова протянул руку, чтобы взять флейту. Когда его запястье слегка коснулось влажной кожи русала, его сердце, казалось, остановилось, а голос невольно смягчился. - Я сыграю для тебя.

Что ты делаешь, Юкимура Тиба? Играешь на флейте для русала? Это слишком странно!

Да, это действительно было очень странно. Он молча задавал себе вопросы и отвечал сам себе, но его настроение внезапно улучшилось, не из-за страха или приказа, а потому, что он хотел это сделать.

Он несколько неловко забрал флейту обратно у выжидающе смотрящего на него тритона, даже забыв вытереть намокший от русала мундштук флейты. Полагаясь на инстинкт, он сыграл первую ноту. В отличие от исполнения похоронной песни, он играл тихо и нежно, как будто снегопад ранней зимы оседал на коже, и как будто влажное дыхание русала нежно шевелило его волосы.

Первый снег.

Тиба, ты подобен первому снегу ранней зимы, осторожно опускающемуся на этот мир…

Ветер был слишком силен. Будь осторожен, не упади в эту мутную воду, не влети в эту плавильную печь. Не будь таким, как я.

Среди знакомых звуков флейты мечтательно пробормотал мягкий голос.

Ошеломленный, он снова оказался на заснеженных улицах Киото. Темно-красные рукава его матери скользнули мимо него, принеся с собой ностальгический аромат, который он лелеял в юности. Подобно бабочке, танцующей в снежной ночи, она порхала все дальше в поле его зрения, в конечном счете превращаясь в туманную фигуру и сливаясь с пятнистым сиянием огней.

Внезапно все перед его глазами расплылось.

Я разочаровал тебя… мама. Я не смог сохранить фамилию, которую вы мне дали. Я упал в самую грязную пыль, запутался в этой войне, и мои руки запачканы. Имя Юкимура Тиба, я больше не был достоен.

- Ю… Ки… - влажное прикосновение коснулось его щеки, резко выдернув его из водоворота воспоминаний.

Перепончатая лабонь тритона нежно коснулась его щеки, неожиданно смахнув слезы, готовые вот-вот пролиться из его глаз. Эти черные глаза внимательно изучали его, и в мягком свете, мерцающем в них, казалось, что они могут проникнуть сквозь затянувшуюся дымку. Они пересеклись за несколько лет и достигли израненных глубин его сердца.

Этот взгляд, он такой знакомый.

Асура.

В тот момент, когда это имя снова всплыло в глубинах его сознания, и, словно в ответ, водяной открыл рот и издал ясное и полное низкое гудение:

- Ю...ки …

На этот раз его сердце наполнилось невероятным ощущением, потому что он был абсолютно уверен, что водяной знает его имя и зовет его. Несмотря на это, он заколебался, опасаясь, что это его фантазия, и спросил:

- Ты… зовешь меня по имени?

Асура моргнул, по-видимому, соглашаясь. Влажная перепончатая рука сомкнулась на его шее сзади, отчего по коже пробежал холодок. Инстинктивно он отдернул голову назад, но руки другого человека преградили ему путь. Их лица были очень близко, лоб Асуры прижимался к его лбу, и влажные пряди волос покрывали его, как водоросли, пропитывая одежду. Прохладная морская вода струилась по его груди, словно нежная ласка. От тела Асуры исходил неповторимый аромат, неописуемо приятный. Это было все равно что впервые попробовать саке, приготовленное из снежной воды и слив. Просто почувствовав его запах, он ощутил легкое опьянение.

Странно, но в этот момент он не чувствовал страха или паники в своем сердце. Вместо этого была теплая нежность и даже намек на предвкушение. Предвкушение чего? Спаривание с водяным?

Его отец, должно быть, был доволен таким исходом, потому что изначально он был послан в качестве подношения русалочьему народу, и теперь он обнаружил, что с нетерпением ждет судьбы жертвоприношения.

Эта мысль внезапно наполнила его стыдом. Он отвернулся, избегая взгляда Асуры, но почувствовал, как влажные губы русала слегка коснулись его щеки, словно желая поцеловать.

Его сердцебиение внезапно остановилось, а затем забилось с небывалой частотой. Он почти выпрыгнул из лодки, но почувствовал, как все его тело ослабло, как будто он был пьян.

Перепончатый коготь, лежащий на его шее сзади, медленно скользнул вниз по спине, заключая его в крепкие объятия. Запах греха немедленно окутал его, как будто хотел утопить.

Юкимура Тиба едва успел перевести дух, когда Асура, склонившийся над ним, придавил его тело.

Он бессильно рухнул под водяным, испытывая безумное чувство беспомощности. Эти глубокие черные глаза смотрели на него не мигая, и отражение воды в его глазах было похоже на целую галактику, скрытую внутри. Мерцающие звезды были заметной привязанностью, и если заглянуть глубже, то можно было увидеть сильную любовь и желание, настолько сильное, что оно могло поглотить его в любой момент.

Однако Асура не выказывал никаких признаков нетерпения. Он даже казался более застенчивым, чем сам юноша. Сквозь их одежду он чувствовал, как перепончатые ладони русала слегка дрожат, нежно поглаживая его напряженную спину, словно пытаясь помочь ему расслабиться и принять его. Крепкий рыбий хвост под ним полностью завернулся в лодку, мягко покачиваясь. Рыбья чешуя слегка терлась о открытую кожу между подолом его кимоно, вызывая легкое ощущение приятного зуда.

Тело Юкимуры начало ощущать едва уловимое тепло, жар стыдливо поднимался от его ног, к ушам, окрашивая его лицо привлекательным румянцем.

Когда губы Асуры крепко прижались к его собственным, чтобы нежно поцеловать, он не смог сдержать дрожь. Это было не из-за страха или унижения, а из-за другого ощущения, которого он никогда раньше не испытывал.

Удивительно, но этот поцелуй был сладким и освежающим.

Без всякого намерения надругаться над ним, Асура целовал так нежно, словно смаковал глоток вина. Его заостренные клыки коснулись его губ, нежно посасывая. Они оба переживали свой первый поцелуй, но это было похоже на воссоединение давно потерянных возлюбленных. Нежное прикосновение было настолько трогательным, что у него даже возникло желание прослезиться.

Потерянная вторая половина души в этой жизни.

Эта фраза эхом отозвалась в глубинах его сознания. Он пробормотал в своем сердце: “Это ты, Асура? Нас связала сама судьба?”

Словно почувствовав его внутренние мысли, Асура усилил легкий поцелуй. Его клыки коснулись уголка губ, вызвав легкое покалывание. Инстинктивно он протянул руку и обнял другого человека за шею, запустив десять пальцев в густые влажные волосы, подобно тому, как тонущий человек хватается за плавающие на поверхности водные растения.

Его сердце сильно колотилось, нервы трепетали от каждого прикосновения Асуры, но он не мог заставить себя крикнуть "Стоп".

Ласки перепончатых когтей стали несколько настойчевее, они скользнули вниз по его талии, задержавшись у выреза хакама под кимоно. Поколебавшись мгновение, тритон неуклюже и нетерпеливо распахнул чужую одежду, устраиваясь между ног. Мужское достоинство было нежно зажато в ладони его ладони.

Чувствительный живот парня напрягся, и он прикусил губу, подавляя стон.

Дыхание Асуры дрогнуло, словно от внезапного возбуждения. Рыбий хвост прижался крепче между его колен, и от этого движения нижний край кимоно распахнулся, обнажив стройные икры молодого человека, которые были ослепительно белыми в ночном свете.

Твердое ощущение достигло его копчика через тонкую ткань хакама, заставив Юкимуру Тибу почувствовать аналогичный отклик в той же части тела. Неспособный понять, как он мог испытывать желание к мужчине другого вида, которого только что встретил в первый раз, даже несмотря на то, что ему было стыдно, он не мог отрицать очевидного. Казалось, такие прикосновения не были ему незнакомы, и он жаждал их, как умирающий человек жаждет новой жизни.

Юкимура Тиба глубоко вдохнул его насыщенный аромат, закрыл глаза и, когда Асура опустил голову, чтобы пососать его кадык, послушно выгнул шею.

Подол кимоно был задран до пояса, и перепончатые когти русала дюйм за дюймом ласкали его бедра. Влажные капельки воды испарялись с его разгоряченной кожи, смешиваясь с потом, становясь густыми и интенсивными, во многом напоминая его текущее душевное состояние.

Все было в хаосе.

- Ю...ки ... - хриплый зов Асуры эхом отдавался в его ушах. Юкимура Тиба открыл затуманенные глаза, вглядываясь в это самое незнакомое и в то же время самое знакомое существо. Его черные глаза горели красным от желания, ярко сияя, совсем как у легендарного Асуры.

Штаны хакама были разорваны, и он был тесно прижат к рыбьему хвосту. Когда Асура выпрямил талию, выступающие чешуйки задели нежную внутреннюю сторону его поднятой ноги, вызвав ощущение онемения, похожее на электрический ток. Его ноги были с силой разведены в стороны, и он инстинктивно сопротивлялся. Однако Асура крепко держал его за талию. Рыбий хвост приподнял все его тело, за чем последовало внезапное ощущение проникновения толстого и влажного инородного предмета.

Это было совсем не больно, и даже возникло неописуемое покалывающее ощущение, проникающее внутрь. Однако это было так, как если бы хаотичный мир был расколот древним богом, и он изо всех сил пытался от этого наслаждения, но бежать было некуда.

- Ах... ха… - Юкимура Тиба не смог удержаться от крика, крепко обнимая Асуру за шею.

Тритон ответил поцелуями, похожими на капли дождя, которые упали на его шею и ключицы, сопровождая настоящий дождь сверху, постепенно усиливающийся. Кимоно промокло насквозь, разорванное его перепончатыми когтями, обнажая стройные плечи и узкую талию. Остался только один пояс, запутавшийся вокруг него.

Не в силах дождаться, пока вся одежда будет снята, вторжение снизу внезапно усилилось. Асура, входил в него и выходил без всякого стеснения. Юкимура Тиба почувствовал, как его тело сотрясается и покачивается в такт движению рыбьего хвоста. Дюйм за дюймом он был захвачен, каждый нерв и клеточку покалывало от тонкого и плотного удовольствия. Он неудержимо дрожал, как маленькая лодка на волнах, опираясь на каменную грудь перед собой, чтобы не упасть.

Асура крепко держал его, словно желая вжать в свое тело. Через грудную клетку он слышал сердцебиение и дыхание тритона, напоминающие море во время шторма, готовое поглотить его. В трансе он увидел горящее пламя и фигуру, падающую в море, воспоминания превратились в шрам, запечатлевшийся в его сознании. И все же эмоции, похороненные под ним, когда-то запыленные и забытые, ярко вспыхнули в этот момент.

Он крепко обнял Асуру за спину, как будто обнимая вторую половину своей души, которую он потерял. Окружающее стало неясным, и все отвлекающие факторы, казалось, исчезли в этот момент. Весь мир свелся к существованию только его и Асуры.

Ненависть - это разрушение, любовь - это нирвана. Блаженство сопровождалось глубоким чувством из смеси печали и радости. Юкимура Тиба смутно почувствовал, что наступила его новая жизнь.

Асура был его новой жизнью — демоном любви, рожденным из пепла страданий.

Они встретились снова.

Страница книги Тритон Дешарова в интернете

Table of Contents

Глава 1 - Поимка тритона

Глава 2 - Секретный план

Глава 3 - Рискованное Расследование

Глава 4 - Кто добыча?

Глава 5 - Опасное Нарушение

Глава 6 - Непредвиденное

Глава 7 - Паника во время шторма

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

1 - 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25 - Приключение в море

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30.1

Глава 30.2

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39 - Страшный остров русалок

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55

Глава 56

Глава 57

Глава 58

Глава 59

Глава 60

Глава 61

Глава 62

Глава 63

Глава 64 - Заговор в Венеции

Глава 65

Глава 66

Глава 67

Глава 68

Глава 69

Глава 70

Глава 71

Глава 72

Глава 73

Глава 74

Глава 75

Глава 76

Глава 77

Глава 78

Глава 79 - Наступающая тьма &quot;Пещера в Хиросиме&quot;

Глава 80

Глава 81

Глава 82

Глава 83

Глава 84

Глава 85

Глава 86

Глава 87

Глава 88

Глава 89

Глава 90

Глава 91

Глава 92

Глава 93

Глава 94

Глава 95

Глава 96

Глава 97

Глава 98

Глава 99

Глава 100

Глава 101

Глава 102

Глава 103

Глава 104

Глава 105

Глава 106

Глава 107

Глава 108

Глава 109

Глава 110

Глава 111

Глава 112

Глава 113

Глава 114

Глава 115 - Конец

Экстра 1. Пять лет спустя

Экстра 2. Сон

Экстра 3. Нирвана

О книге