Глава 1 - Первый день бытия пушечным мясом

«Паршивый автор, рано или поздно ты поплатишься!»

Через полчаса после загрузки заключительной главы Гу Янь обновил страницу и начал читать комментарии. Тот факт, что ему удалось собрать целую кучу критики, не вызвал у него ни капли удивления.

Придерживаясь амплуа автора, плюющего на общественные вкусы, он снова написал роман с дерьмовым концом, что и стало главной причиной вороха возмущённых комментариев.

Да, именно так. Снова.

С тех пор, как в сети начали набирать популярность онлайн-романы, в том числе «жеребцовой» направленности [1], Гу Янь подписался на них и, таким образом, пошел по кривой дорожке романов с плохими концами.[1] Основные действующие лица таких романов: Главный Герой (он же жеребец-осеменитель) и его табун  гарем

Причина, по которой этот путь признан «кривым», заключается в том, что авторы, питающие особое пристрастие к плохим концам, обречены на занесение в чёрный список читателей. Однако романы Гу Яня по-прежнему оставались чрезвычайно популярными, и зиждилась эта популярность на одном простом факте... за исключением этих отвратительных концовок, каждый из романов Гу Яня чертовски. Интересно. Читать!

Новеллы Гу Яня нравились многим, вероятно, потому, что его писательское мастерство оставляло у читателей хорошие впечатления. Так что многие читатели продолжали упрямо двигаться вперёд и читали его новые работы, заранее решая не сожалеть о финале, и всё это ради освежающего влияния его романов. Каждый раз, когда читатели добирались до ужасного финала, они всё же не выдерживали и взрывались от гнева. Отчаянно ругая писаку: «Дрянной автор!», они скрежетали зубами и продолжали искать другие его работы.

Вступив на сей тёмный путь, Гу Янь упорно придерживался этого курса в течение следующих пяти лет. Без единого исключения, каждый его роман имел плохую концовку. В конечном итоге этот автор, отказавшийся вернуться на путь праведный, наконец-то понёс возмездие...

[Динь-Динь, системное связывание 037 завершено. Инициализация передачи...]

Гу Янь собирался быстренько взглянуть на комментарии перед сном, но как только он лёг, в ушах юноши прозвенел странный голос.

Гу Янь был абсолютно уверен, что с головой у него всё в порядке. Но тогда с чего вдруг он начал слышать голоса? Юноша на мгновение застыл.

А?

Будучи писателем, Гу Янь обладал очень богатым воображением, и к странным и необъяснимым событиям он адаптировался гораздо быстрее среднестатистического человека. Так что он начал искать подходящее объяснение всему происходящему.

Долго блуждать в потёмках ему не пришлось. Система любезно дала ему ответ.

[Большое количество людей испытывают очень глубокое недовольство по отношению к хозяину. Ранее эти обиды были рассеяны и не вызывали каких-либо проблем. Однако 37 минут назад они неожиданно сошлись в одной точке по неизвестным причинам и стали достаточно сильными для того, чтобы повлиять на три мира.]

Примерно полчаса назад? У Гу Яня дёрнулось веко. Разве не в это время он добавил финальную главу в свой роман?

Тем временем система продолжала объяснять:  [Чтобы исправить проблему и уменьшить степень воздействия, система рассчитала, что наилучшим решением станет позволить Вам, хозяин, лично отправиться в эти миры.]

– Эти миры... Ты говоришь о мирах моих романов? – настрой Гу Яня изменился очень быстро, и его реакцией на эту стрессовую ситуацию был уточняющий вопрос, заданный невозмутимым голосом. Несмотря на то, что система не сказала этого напрямую, если его догадки были верны, всё так и было.

[Да. Пожалуйста, будьте уверены, система будет отвечать за личную безопасность хозяина в текущем мире.]

Возможность того, что я буду уверен в своей безопасности, весьма призрачна!

– Могу ли я отказаться? – сев прямо, Гу Янь инстинктивно попытался бороться за свои права.

Неожиданно система дала положительный ответ. И затем добавила: [Хозяин может отклонить этот лучший вариант и выбрать второй сценарий, в котором он должен быть устранён системой].

Гу Янь: «…»

Он всегда неплохо жил и ещё не хотел умирать. Разумеется, юноша выбрал так называемый «лучший» вариант. Согласно словам системы, он мог вернуться на Землю и продолжить свою мирную жизнь после путешествия в эти миры.

Но оставался ещё один немаловажный момент.

– Погоди, погоди, погоди... Ты должна дать мне время, чтобы отправить Цюцю в приют, –  упомянул Гу Янь о коте, который лежал у него на руках. Хотя у юноши не было родственников, о которых стоило бы беспокоиться, у него был этот маленький кот.

– Мя-ау, – услышав своё имя, полосатый кот, лежащий в объятиях молодого человека, склонил голову и издал тихий звук. Его красивые светлые глаза смотрели на Гу Яня. Он казался очень послушным.

Длинные тонкие пальцы молодого человека нежно почёсывали подбородок кота, двигаясь предельно аккуратно, чтобы питомец чувствовал себя комфортно.

[Хозяин, пожалуйста, будьте спокойны. По завершению задания Вы вернётесь к текущему моменту времени.]

– Тогда ладно, – наконец приняв свою судьбу, Гу Янь неохотно коснулся напоследок головы Цюцю и погладил мягкий мех на его спине.

Серебристо-полосатый кот уже мирно посапывал в его в объятиях, выставив напоказ свой живот.

В этот момент прозвенело уведомление системы: [Инициализация передачи. Отсчёт: 3, 2...]

По счёту «один» Гу Янь потерял сознание.

[Перемещение завершено. Желаю хозяину приятного прибытия. *(^o^)*] – в конце система даже добавила смайлик.

Весь процесс перемещения произошёл в мгновение ока. Когда Гу Янь очнулся, на него в упор смотрела пара тёмно-зелёных глаз.

Гу Янь: «…»

Расстояние между ними было небольшое. Около метра. Пара глаз принадлежала большому зверю семейства кошачьих, чьё тело было крупнее, чем у сибирского тигра. Его зрачки были сужены в тонкие щели, словно он сейчас смотрел на жертву. Зверь пригнулся, издавая низкий, угрожающий звук.

Гу Янь только-только переместился в этот мир, и его голова ещё кружилась. Однако один лишь взгляд на такого большого хищника заставил его ощутить, как из самой глубины души поднимается животный ужас. Это заставило юношу мгновенно прийти в себя.

Постойте-постойте... Что за?...

В тёмной и холодной пещере находились двое: большой зверь с тяжёлыми ранами на животе, и бессознательный человек, смиренно ожидающий того момента, когда станет едой для этого монстра...

Хотя Гу Янь написал много длинных эпизодов, он не забыл ни одного из них. Например, этот. Ему достаточно было лишь трёх подсказок, чтобы понять, в каком мире и в какой части истории он находился.

Это был один из самых ранних написанных им романов. Большому котоподобному зверю перед юношей была уготовлена роль главного злодея, который привёл бы историю к трагическому концу. В мире этого романа существовала внеземная звериная раса Хайдис, обычно предпочитавшая поддерживать человеческий облик. Тем не менее, в настоящее время представитель этой расы был в форме зверя из-за полученных тяжёлых травм.

Что касается самого Гу Яня, он стал тем, кого и пушечным мясом-то назвать можно было лишь с очень большой натяжкой.

Гу Янь напряг свои мускулы и повернулся, чтобы получше рассмотреть находившегося на расстоянии менее метра крупного зверя, не осмеливаясь отвести взгляд. Не было никаких сомнений в том, что как только юноша совершит хоть одно неосторожное движение, зверь, который был более чем в три раза крупнее его, мгновенно разорвёт ему горло.

Гу Янь мог чётко припомнить, как он с помощью сотни ярких и красочных слов радостно описывал трагическую смерть этого пушечного мяса. Как его шею перегрызли, отбросив в сторону голову, как его кости были с чавканьем перемолоты. Как острые зубы распороли его живот...

О, Боже.

Юноша никогда не думал, что попадёт в такую ситуацию. Но было уже слишком поздно плакать, ведь его погибель – вот она, стоит в метре от него. При виде медленно приближающегося зверя зрачки Гу Яня сократились.

В обычных обстоятельствах он бы уже попытался убежать, но сейчас его тело было вялым и не могло своевременно отреагировать.

Менее чем через секунду мир вокруг Гу Яня внезапно перевернулся вверх ногами. В тот же миг его спина резко ударилась о неровную землю, из-за чего его тело пронзила острая вспышка боли.

Помимо слова «боль» Гу Янь не мог найти лучшего выражения, чтобы описать свои ощущения. Но всё же, будучи придавленным этим огромным зверем, он признал чудом тот факт, что его кости  не переломались как сухой хворост...

Причину сего чуда юноша обнаружил довольно быстро.  Гу Янь взглянул на своё левое запястье, которое украшало уже активированное устройство микрозащиты. Миниатюрный щит, который едва можно было заметить невооруженным глазом, тонкой плёнкой облегал его тело. Это был самый дорогой вид защитного оборудования, которому было под силу нивелировать даже выстрел атомарной пушки...

Но, к сожалению, это был одноразовый расходный материал.

Гу Янь знал: если на него нападут во второй раз, со своей коротенькой жизнью он мог попрощаться. Воспользовавшись временем, которое у него оставалось до того момента, как клыки зверя вонзятся в его горло, юноша вспомнил о роли этого зверя.

Пока щит не полностью отключился, Гу Янь быстро протянул руку, чтобы погладить щеку зверя.

...Спустя всего тысячную долю секунды большой кот замер, словно кто-то нажал на кнопку «пауза».

Его вертикальные зрачки сузились ещё сильнее, зелёные глаза пристально смотрели на находящуюся под ним жертву. По какой-то непонятной причине зверь внезапно издал тихий звук.

По крайней мере, он больше не атаковал пойманную «добычу».

Закрыв рукой шею, дрожавший всем телом юноша заставил себя успокоиться и продолжил гладить морду зверя.

Когда Гу Янь описывал этого злодейского босса, Цюцю был рядом с ним и крутился вокруг, пытаясь привлечь к себе внимание. Мысли автора невольно заполнились его котом.

Обычно, поглаживая Цюцю, Гу Янь одной рукой почёсывал подбородок кота, а второй – гладил голову.

Зверь слегка дёрнулся, его глубокие зелёные  глаза с вертикальными зрачками уставились на протянутую руку юноши, затем он фыркнул.

Человеческий запах обладал необычайным соблазном для этого зверя, тем более сейчас, когда он был ослаблен и нуждался в энергии для скорейшего выздоровления.

Эта еда пахла очень вкусно, но теперь большой кот не желал её есть. Особенно, когда молодой человек потянулся, чтобы почесать его подбородок. Зверь пришёл к заключению, что не может устоять перед таким искушением.

Услышав фырканье, Гу Янь перестал двигаться. Юноша задался вопросом, следует ли ему убрать руку.

Однако через несколько секунд зверь повернулся и посмотрел на него, словно бы чего-то ожидая.

Имея столько лет опыта содержания кошки, Гу Янь знал, что зверь перед ним не сопротивлялся. Следовательно, можно было спокойно продолжить поглаживать его по голове.

Вскоре Гу Янь уже гладил его без опаски.

– Мрр... – очевидно, зверю было очень приятно. Гу Янь добросовестно продолжал выполнять свою работу. В конце концов от этого зависела его собственная маленькая жизнь. Зверь не предпринял никаких действий, чтобы отпустить его на свободу, но и не продолжал свою атаку. Поглаживаемый Гу Янем, он просто медленно опускал голову.

На мгновение он показался…

Немного ручным.

Глава 2 - Очень вкусно

Гу Янь, уставший гладить звериную шерсть, спокойно посмотрел на кота. Голова  зверя была опущена, так что он казался не таким агрессивным, как прежде.  Поэтому юноша попытался вызволить своё тело из-под животного.

– ... Очень неудобно.

Под пристальным взглядом глаз с вертикальными зрачками Гу Янь заставил себя сохранять спокойное выражение лица. Другого выхода не было, даже если он очень сильно нервничал. Обычно даже при столкновении с неприятностями вид юноши оставался безмятежным. Однако когда он испытывал сильные эмоции, его выражение невольно искажалось.

Хрупкое человеческое тело было придавлено сотнями килограммов живого веса – естественно, было неприятно. К счастью, когда горемычный автор прописывал тело этого пушечного мяса, он наделил его не такими уж и плохими характеристиками. Если бы не это, Гу Янь, возможно, даже дышать бы не смог.

Но в любом случае юноша не особо рассчитывал, что зверь поймёт его слова.

Хм?

Он действительно понял?

Груз на теле юноши исчез; тот удивился и быстро сел. Затем Гу Янь снова повернулся, чтобы посмотреть на зверя. Голова последнего была склонена на бок. Юноша прежде видел, что его кот так делал, когда просил о награде. Если Гу Янь не ошибался, этот зверь имел те же намерения.

– Хороший мальчик... –  юноша протянул руку, чтобы погладить голову кота. Испытывая знакомые ощущения, он необъяснимо для самого себя успокоился.

В то же время Гу Янь почувствовал себя немного странно; сами посудите: перед ним был злодей-босс, и первоначальные настройки этого персонажа были совершенно другими! Сейчас огромный зверь притворялся невинным домашним котиком.

Но это даже к лучшему, что ситуация отличается от первоначальной трагедии, с которой должно было столкнуться несчастное пушечное мясо. При мысли о том, что он прописывал финальному боссу личность хладнокровной машины для убийств, Гу Яня пробил нервный тик.

Этот альтернативный вариант был действительно замечательным!

Раса Хайдис – самая сильная раса, существующая в этом романе. К примеру, этот Хайдис был ранен до такой степени, что, будь на его месте представители других рас, они определённо скончались бы на месте.

Хайдис мог быстро восстановиться, найдя источник пропитания. Хотя покамест большой кот, вроде бы, не собирался есть Гу Яня, юношу всё не покидало ощущение, что его хранят в качестве запасного рациона.

Молодой человек также вспомнил, что в то время, когда он писал этот роман, для придания остроты финалу, он щедрой рукой дописал... что человечество было самым восхитительным деликатесом для этой расы.

Сидя в одной пещере с Хайдисом, как представитель упомянутого человечества, Гу Янь хотел от души обругать себя.

Юноша решил подумать о том, как помочь зверю залечить его раны. Во-первых, он должен был попытаться изменить мышление кота, желающего слопать его, а во-вторых ...

Гу Янь снова заглянул в глаза зверя и понял, что они действительно потрясающе красивы. Хайдис молча пристально наблюдал за ним, наклонив голову на бок.

Каждым движением Хайдис походил на кота юноши, будто нарочно копировал его поведение.  В этом совершенно незнакомом мире Гу Янь не мог не испытывать некоторых чувств к этому зверю.

Юноша тщательно изучил вещи, которые имел при себе бывший хозяин тела, пытаясь найти что-то, что могло бы ему пригодиться. Он не уточнял статус этого пушечного мяса, но глядя на разнообразные высококачественные предметы, которыми он оказался обвешан по самую макушку, юноша смог заключить, что происхождение этой личности уж точно не было низким.

Серебряное кольцо на правой руке имело пространственное измерение. Хотя вещи внутри находились в полном беспорядке, Гу Янь всё же смог заметить еду, окинув измерение беглым взглядом. Более того, как оказалось, там завалялось некое исцеляющее устройство.

Разумеется, он знал, как использовать то, о чём сам же и написал. Взяв в одну руку исцеляющее устройство, похожее на фонарик, юноша посмотрел в глаза зверю, который до сих пор пристально наблюдал за ним, а затем слегка встряхнул прибор. Сам того не замечая, Гу Янь использовал тон, которым обычно  уговаривал своего кота:

– Хороший мальчик, посиди минутку спокойно. Это поможет исцелить твои раны.

Голос юноши был очень нежным и успокаивающим. Хайдис не ответил, держа голову прямо. Постепенно блеск в глазах зверя немного затуманился, но он продолжал смотреть на Гу Яня.

Когда темноволосый юноша говорил таким тоном, его голос  пробирал Хайдиса до самой глубины души. Как будто было невозможно противостоять его прикосновениям.

В нижней части устройства появилась круглая кнопка, Гу Янь нажал на неё и направил свет на рану зверя. Поскольку механизм был портативным, область его воздействия была ограничена, и юноше приходилось постоянно водить устройством туда-сюда по телу Хайдиса. Скорость заживления также была очень низкой: всё-таки это портативное устройство предназначалось только для лечения мелких травм.

– Не двигайся, –  Гу Янь был настолько сосредоточен на лечении ран, что забыл о ситуации, в которой он находится. Юноша уже рассматривал Хайдиса как своего собственного кота... Когда Цюцю был непослушным, Гу Янь похлопывал его по голове и понижал голос, придавая своему тону серьёзности.

Конечно после того, как он хлопнул ладонью по голове зверя, юноша, наконец, осознал свою ошибку и застыл, как громом поражённый.

Ух…

– Мя-ау, – послышался негромкий звук, и огромный кот потёрся головой о левое плечо молодого человека.

А?

Неожиданная реакция зверя заставила Гу Яня вновь замереть. Подобные действия, если он не ошибался, – это способ зверя... поощрить его действия.

Образ хладнокровной машины для убийства только что был полностью разрушен. И это замечательно, – мысленно Гу Янь добавил ещё немного времени до того момента, когда ему вынесут приговор.

Самая серьёзная рана была на животе, а остальные незначительные травмы были почти излечены. Юноша посмотрел на очень послушного зверя, неподвижного и тихого, и коснулся его макушки:

– Теперь ложись.

Гу Янь не был уверен, выполнит ли большой кот его просьбу. Этот Хайдис обладал реальным прототипом и немного отличался от других. Хотя у каждого представителя этой расы были одни и те же сильные и слабые стороны, этот злой босс обладал 50%-ным сходством с его котом, и поэтому одной из наибольших его слабостей был живот.

Вот почему Гу Янь решил сначала залечить другие раны. Чтобы  зверь снизил свою настороженность.

Хайдис уставился на опущенную руку, его горло продолжало издавать низкий рокот. Почему это существо прекратило гладить его?

В следующую секунду юноша увидел, как большой кот перед ним наклонил голову.

Гу Янь:  «…».

Означало ли это, что зверь хотел, чтобы его погладили, прежде чем он ляжет...

Поразмышляв какое-то время, Гу Янь всё же протянул руку. Его настроение было очень неоднозначным, когда он коснулся макушки большого кота.

Добившись того, чего он хотел, Хайдис совсем присмирел. Если бы эту сцену увидели его подчинённые, они бы заподозрили, что что-то случилось с их глазами.

Рана на животе была очень глубокой и уже начала гноиться. Хотя исцеляющее устройство использовалось по максимуму, оно не могло полностью залечить эту травму. К счастью, раса Хайдис обладала мощной способностью к самоисцелению. Его раны только что были обработаны, так что в последующие несколько дней от них не останется ни царапинки.

Гу Янь достал из своего пространственного измерения кусок мяса для зверя. У него было ощущение, что эта порция еды настолько мала, что огромный кот проглотит её и даже не заметит.

– Это тебе.

Юноша увидел, как зверь опустил голову, рассматривая подношение. Затем он поднял голову, чтобы снова взглянуть на Гу Яня.  При виде его действий юноша чуть-чуть растянул губы в улыбке.

Это загадочное создание говорило на общем языке его расы. Хоть Хайдис в своей звериной форме и был похож на большого кота, всё-таки он был взрослым и разумным существом. Естественно, он прекрасно понимал Гу Яня.

Зверь действительно был голоден, поиск еды - это естественный инстинкт. А когда Хайдис ранен, этот инстинкт становится еще сильнее. Но изгиб губ юноши, казалось, имел непреодолимое влечение, из-за которого он не мог отвести взгляд.

Притяжение, которое было ещё глубже инстинктов.

Наблюдая за зверем, Гу Янь вынул из своего измерения бутылку. Один пшик и результат налицо: вся грязь мгновенно исчезла.

После устранения крови, которая попала на его тело, Гу Янь успокаивающе погладил голову зверя и, мягко уговаривая, распылил очищающее средство на мягкий мех. Из-под пятен крови показалась красивая серебристо-полосатая шерсть.

Юноша не мог избавиться от мысли, что этот зверь всё больше и больше напоминал его кота.

– Был бы он ещё поменьше... – пробормотал он.

Когда Гу Янь опомнился, рядом с ним внезапно оказался зверь, выглядевший почти так же, как его кот.

Сейчас Хайдис казался лишь чуть крупнее типичного домашнего кота. Исполнив пожелание молодого человека, он наклонил голову и молча посмотрел на темноволосого юношу. В своём нынешнем теле зверь выглядел ещё более послушным.

– Цюцю... – Невольно выдохнул Гу Янь. Он протянул руки к коту, желая обнять его.

Юноша сейчас смотрел прямо на него, поэтому произнося «Цюцю», он, вероятно, имел ввиду именно его. Хайдис быстро пришёл к такому выводу и тихо фыркнул, прильнув к груди молодого человека.

Настроение Гу Яня в тот же миг немного улучшилось. Разница в силе между ними была слишком велика, и, если бы зверь захотел что-то с ним сделать, он не смог бы защититься. Но сидящий у него на коленях Хайдис казался довольно послушным...

Перед тем, как Гу Янь был вынужден перенестись в этот роман, он уже лежал в постели, готовый отойти ко сну. После подобных треволнений юноша был полностью истощён.

Земля была очень твёрдой. Гу Яню, привыкшему к мягкой постели, было трудно адаптироваться. Однако в этой ситуации у него не было другого выбора, кроме как спокойно принять это. Обняв кота, Гу Янь лёг и тут же уснул. Он слишком устал, как физически, так и психологически.

Пещера была холодной, а кот в руках был единственным источником тепла. Следовательно, спящий Гу Янь обнял его ещё крепче.

Хайдис в объятиях молодого человека не спал, его светлые глаза были сосредоточены на чистом лице юноши.

Окружённый приятным запахом, зверь оказался подвержен сильному искушению. Он некоторое время смотрел на белую шею Гу Яня, а затем осторожно лизнул кожу, усыпанную бледно-голубыми кровеносными сосудами.

Да, очень вкусно.

Глава 3 - Маркировка имущества

– Цюцю, прекрати...  – судя по ощущениям юноши, его вылизывали колючим языком. Это чувство было ему не в новинку, что и заставило полусонного Гу Яня сказать нечто подобное.

Увидев, что от вылизывания на светлой шее юноши появилась бледная красноватая метка, крупный кот наконец остановился. Заслышав голос человека, он начал тереться головой о его шею.

Это была добыча, пойманная зверем. Несмотря на то, что он не хотел есть её, Хайдис всё же инстинктивно желал оставить на ней свой запах, словно бы помечая свою собственность.

Лишь через некоторое время кот наконец был доволен.

Раса Хайдис не нуждалась во сне. Они могли отдохнуть, просто закрыв глаза на десять секунд. Вот почему, когда молодой человек заснул, зверь на его груди открыл глаза. Он неподвижно и тихо смотрел на лицо юноши.

На следующий день, когда Гу Янь проснулся, его сознание пребывало в затуманенном состоянии, прежде чем он смог открыть глаза. Сначала он почувствовал, словно его пальцев коснулось что-то влажное... Кажется, их кто-то грыз???

Юноша наконец отреагировал. Его бедное сердце подпрыгнуло в шоке, и он открыл глаза.

Гу Янь застыл.

Крупный кот, который был у него в руках, перед тем как юноша заснул, исчез. На него смотрела пара красивых изумрудных глаз.

Эти глаза принадлежали исключительно красивому существу. Тем не менее, они совершенно ничего не выражали, а бледные тонкие губы не проявляли никаких признаков улыбки. Несмотря на невыразительность, лицо было невероятно красивым.

...Однако на обнажённом теле этого человека не было ни единого лоскуточка ткани.

С объективной точки зрения, такую красоту можно было бы назвать совершенной. Телосложение было очень пропорциональным, и его можно было назвать скорее мускулистым, чем худощавым. Гладкие линии мышц были исключительно хороши. Когда этот человек напрягал мускулы, он казался крепким и очень сильным.

В обычных обстоятельствах Гу Янь позавидовал бы этому. В конце концов, тот, кто обычно оставался дома, чтобы заботиться о своей кошке, и редко из него выходил, не имел возможности развивать свое тело до такого совершенства.

Однако его правая рука в настоящее время находилась во рту незнакомца – крайне неоднозначная ситуация. Гу Янь был ошеломлён, все волосы на его теле стояли дыбом.

Кто знает, может быть через секунду он лишится пальцев.

Пошёл только второй день, но запасной рацион уже собирались съесть. Его судьба была действительно незавидной. Гу Янь, естественно, знал, что человек, возвышавшийся над ним, являлся тем котом, которого он обнимал вчера вечером – Хайдис, который оправился от большей части своих серьёзных травм, наконец, вернулся к человеческой форме. Похоже, что внешне эта раса не сильно отличалась от обычных людей с Земли, помимо того, что у них были вертикальные зрачки. Единственная причина, по которой Хайдис сдерживал себя, заключалась в том, что он помнил слова юноши: «Очень неудобно».

Язык Хайдиса был не таким шершавым, когда он был в человеческом обличии, и ему было легче контролировать свою силу. Прежде чем юноша проснулся, Хайдис использовал свои острые зубы, чтобы слегка прикусить мягкую кожу на кончиках пальцев Гу Яня, но не прокусывал её насквозь.

Однако человеческий запах по-прежнему был большим искушением для Хайдиса. Он слегка наклонился и потянул тонкие пальцы в рот. Он использовал свои зубы, чтобы слегка прикусить второй палец и обнаружил, что человек под его телом задрожал.

Хайдис, зачарованный запахом юноши, понял, что даже не заметил, как тот проснулся.

Почувствовав, что человек под ним напрягся, Хайдис остановился, отпустил пальцы и переключился на вылизывание.

Хотя красивое лицо было невыразительным, Хайдис казался менее враждебным, когда опустил голову. Он инстинктивно чувствовал, что это заставит юношу перестать бояться его, и, возможно, тот даже протянет руку, чтобы коснуться его головы.

Покорный Хайдис действительно не представлял из себя никакой угрозы. Однако ощущение вылизывания кончиков пальцев повергло Гу Яня в недоумение, потому что таким образом действовал Цюцю, чтобы задобрить его.

Что не так с этим развитием событий?..

Раньше Гу Яню показалось, что Хайдис перед ним был невежественным, будто младенец. Теперь, когда тот был в своей человеческой форме, это ощущение лишь усилилось.

Словно лист белой бумаги, без единого пятнышка. Каждое действие было простым, без каких-либо скрытых мотивов. Заглянув в пару ясных глаз, Гу Янь вдруг понял, что эмоции этого Хайдиса на самом деле было очень легко понять.

Чтобы проверить свое открытие, Гу Янь молча протянул руку к голове взрослого Хайдиса и коснулся мягких, податливых волос. Светло-серебристая грива была очень приятной на ощупь, будто самый ухоженный мех.

Хайдис не сопротивлялся. От прикосновений юноши его глаза даже слегка прищурились от удовольствия. На холодном красивом лице проявились ленивые и элегантные черты.

Гу Яню, наконец, удалось уловить самый важный момент. Пока он гладил человека перед ним так, как он привык делать это со своим котом, он мог сделать того покорным.

...По крайней мере, по отношению к нему.

Поглаживая волосы Хайдиса, Гу Янь попытался убрать его с себя. Независимо от того, был ли он прямым или прогнувшимся [1], человек, который прижимал его к земле, был достаточно красив, чтобы заставить чьё-то сердце пропустить удар. А такие вещи как мораль и границы приличия ещё не покинули Гу Яня.

[1] Прямой - натурал, прогнувшийся – нетрадиционной ориентации.

– ...Не раздавлю тебя.

Низкий голос был немного холодным и слегка мрачным, словно его обладатель пытался подавить какие-то чувства. Через несколько секунд Хайдис продолжил спокойно смотреть на лицо юноши.

У того был очень приятный запах. Особенно в этой непосредственной близости, притяжение, которое Хайдис испытывал, стало чрезвычайно сильным. Но гораздо сильнее, чем запах, ему нравились прикосновения Гу Яня. В прошлый раз, когда юноша слегка коснулся его головы, он не смог отказать просьбе молодого человека, и ему нужно было несколько секунд, чтобы прийти в себя.

«Но ты голый!» – лицо Гу Яня помрачнело. От шока он на мгновение забыл обратить внимание на то, почему ему удалось понять слова представителя другой расы, и тем более на то обстоятельство, что Хайдис вслух изложил то, что было у него на уме.

Когда Гу Янь снова перевёл взгляд на мужчину перед собой, тот уже был одет в какую-то чёрную униформу. У неё был красивый дизайн с аккуратными кнопками, который создавал впечатление сдержанности и строгости.

Духовное созидание... Умение сотворить одежду из воздуха просто бросало вызов небесам.

Вернувшись в чувства, Гу Янь понял, что его руки опустились на лицо молодого человека и едва не начали мягко поглаживать его. Коснувшись пальцами щёк, он переместился к шее Хайдиса и, не успев остановиться вовремя, продолжил скользить вниз.

Гу Янь: «…».

Подождите, между поглаживанием кота и поглаживанием человека, кажется, есть разница...

Вертикальные зрачки сократились, но на лице Хайдиса по-прежнему не было никакого выражения. В конце концов, он всё же опустил глаза и неохотно слез с юноши, к вящей радости последнего.

В очередной раз он не смог воспротивиться ему.

Глава 4 - Тщательная забота

Такого рода вещами, как охота, следует заниматься только после выздоровления. Поэтому, когда Гу Янь видел, как большой кот кладет мертвые тела жертв перед ним и наклоняет голову, он мог только молча вздыхать. Судя по его опыту, он должен погладить голову зверя, чтобы поощрить этого большого кота.

За последние несколько дней у Гу Яня появилось чувство, словно он...  содержит Хайдиса [1].

[1] В качестве домашнего питомца.

Сегодня ничего не изменилось. Гу Янь не обладал оружием высшего ранга, да и его тело изначально не было сильным. Поэтому он остался в пещере, ожидая, когда вернётся Хайдис. Это место было достаточно хорошо скрыто от посторонних глаз. Более того, дикие звери избегали это место из-за запаха Хайдиса.

– 00, объясни мне более подробнее о «Законе», который ты вчера упомянула,  – общался с подтолкнувшей к этой ужасной ситуаций системой Гу Янь, ожидая возвращения Хайдиса.

Когда он только прибыл в этот мир, юноша был занят попытками спасти свою жалкую жизнь, и не имел свободного времени, чтобы поговорить с этой системой. Но теперь все было иначе.

Прозвище «00» систему 037 не возмутило. Не было возражений, только молчаливое признание.

[Хозяин создал этот мир, но это касается только структуры мира. Детали составлены «Законом». Например, когда хозяин написал о смерти человека без описания причин смерти, «Закон» выбирает наиболее подходящий способ для достижения написанного хозяином исхода.]

Гу Янь внимательно слушал. Сказанное системой не трудно понять. Проще говоря, в этом мире происходит бесчисленное множество вещей, среди которых «сюжеты» и «установки», которые он описал, занимают лишь небольшую часть. А всё остальное, что не было им упомянуто, решается «Законом».

Размышляя об этом, Гу Янь ненавидел себя за то, что он не написал более подробных сведений о первом появлении босса в романе.

Он просто написал, что из-за сбоя питания и ошибки в определении местоположения звездолёта, тот был вынужден рухнуть на эту планету. В конце концов, это человеческое пушечное мясо (его нынешнее тело) было всего лишь первым шагом в этой истории, которая набирала обороты вплоть до финала – уничтожения Альянса Земли Чёрной Империей.

Чёрной Империей другие разумные расы называли государство Хайдис.

На данный момент Гу Янь знал только то, что Хайдис вскоре покинет эту планету, чтобы вернуться в столицу звёздной империи. Что касается того, как и когда именно это произойдёт, у него не было ни малейшей подсказки.

Усугубится ли при этом его положение? Гу Янь размышлял об этом со смешанными чувствами. У него не было возможности выжить в этом мире самостоятельно, но если юноша прибудет в звёздную империю Хайдис...

Разве это не то же самое, что войти в львиную пещеру?

Человек был величайшим деликатесом для Хайдис, эта установка была поистине ужасающей.

Теперь Гу Яню хотелось придушить себя.

– Твои недавние слова… Причина, по которой я смог общаться с Эли, заключается в этом «Законе»?

Эли – это имя Хайдиса. Гу Янь ясно помнил, что он задавал разные языки для разных рас. При обычных обстоятельствах эти расы не могут общаться друг с другом.

Хотя существовал общий язык, к нему прибегали нечасто.

[По отношению к хозяину этот закон...], – система внезапно приостановилась, словно пытаясь найти подходящее слово.

– Что? – лицо Гу Яня показало заинтересованность.

[Предвзят.] – это было за пределами её ожиданий, и система только недавно выяснила этот момент.

Юноша был доволен этим ответом. Как у писателя, у него было много знаний и богатое воображение. Раньше он спрашивал систему, существует ли обменный магазин или что-то вроде этого, чтобы получить некоторые магические предметы и освоиться со своим читом [2]. Однако система холодно разрушила его надежды.

[2] В оригинале – «Золотой палец»

То, что он был любимчиком «Закона», тоже можно рассматривать как читерство, успокаивал себя Гу Янь. Это было лучше, чем ничего.

Если бы система знала, о чем думал Гу Янь, она, вероятно, долго молчала бы. Хозяин понятия не имеет, что иметь привилегии по отношению к «Закону» этого мира было на самом деле совершенно... невероятно.

Он мог влиять на «Закон» или даже изменять его. Например, когда Гу Янь говорил «мандарин», в ушах Эли это звучало так, словно юноша свободно владел Хайдисским языком.

Способность изменять «Закон» и воздействовать на него может стать очень страшной способностью, если посмотреть на это с другой стороны.

После их разговора, Гу Янь выглянул из пещеры. Судя по положению солнца, он предполагал, что Хайдис должен скоро вернуться.

Как он и ожидалось, через несколько минут юноша уже мог видеть, как большой кот шёл к нему в пещеру, волоча за шкирку неизвестную добычу, и, подойдя, опустил её.

Услышав тихий свистящий звук, Гу Янь привычно раскрыл руки, чтобы поймать уменьшившуюся фигуру Хайдиса, прыгнувшего прямо на него.

Как обычно, он смахнул руками грязь с меха крупного кота. Разглядывая пару прекрасных светлых глаз с вертикальными зрачками, Гу Янь привычно протянул руку, чтобы погладить слегка склонённую голову Эли.

Хайдис, лёжа неподвижно, довольно прищурился и издал низкое урчание.

Когда люди, ведомые поисковым устройством, наконец добрались до пещеры и увидели данную сцену, они были полностью ошеломлены.

Они всерьёз подозревали, что у них проблемы со зрением. Иначе как объяснить тот факт, что они сейчас видели своего хладнокровного и безжалостного командира, по праву заслуживающего сравнения с бездушной боевой машиной, в образе маленького пушистого комка шерсти, сидевшего на руках темноволосого юноши, который... вычёсывал его мех???

Однако в следующую секунду они увидели, как этот меховой шар переместил свой взгляд на них. Им был хорошо знаком этот холодный взгляд ледяных глаз.

Это был взгляд их командира, когда он смотрел на вражеские войска на поле битвы. Можно также сказать, что это был взгляд, которым он привык смотреть на мертвецов. Из-за этого группа людей, стоявших у входа в пещеру, не решалась больше сделать ни одного шага вперед.

Гу Янь только что заметил, что у входа в пещеру появилось семь черных фигур. Кот, который был в его объятиях, спрыгнул на землю и восстановил свою первоначальную звериную форму, охраняя стоящего позади юношу.

Гу Ян задумчиво потёр подбородок. Он думал, что всё это время Хайдис заботился лишь о своей еде и сне... Ах, ночью этот Хайдис восстанавливал свою первоначальную форму, чтобы позволить юноше лечь на его спину на время сна. Это, вероятно, началось с того дня, когда Гу Янь случайно пожаловался, что «сон в таких условиях вреден для спины».

И теперь, когда ему грозила опасность, Хайдис мгновенно встал перед ним, готовый защищать.

Изначально юноша гладил этого Хайдиса не покладая рук, только чтобы спасти свою маленькую жизнь. Однако теперь он почувствовал, что должен лучше относиться к зверю.

– Командир, похоже, нас не узнает, – сообщил о своих наблюдениях красивый и элегантный молодой человек, поправив свои очки. Весь отряд был одет в одинаковую чёрную униформу со значками, показывающими разницу в статусе между говорящим и остальными.

Опираясь на последний сигнал, посланный со звездолёта, их группа нашла эту планету. Когда они прибыли, то обнаружили только разрушенный корабль. То, что от него осталось, можно было назвать лишь «обломками».

В таком случае вероятность выживания была крайне мала. Это касалось даже Хайдиса, чьи физические характеристики превосходили таковые у всех остальных рас.

Но они не обнаружили трупа и потому искренне надеялись, что их командир всё ещё был жив. Будучи его непосредственными подчинёнными, эти люди, несомненно, были счастливы, найдя его. Однако они никак не ожидали столкнуться с подобной ситуацией.

Эти слова заставили всех мгновенно нахмуриться. Всё стало куда сложнее...

– У нас нет враждебных намерений.

Эван, молодой человек с очками в золотой оправе, приказал, чтобы остальные стояли в стороне. Он не сделал ни шага в пещеру, вместо этого сняв с себя всё оружие и отложив его в сторону.

Но даже в этом случае холод в зелёных глазах не уменьшился ни на йоту. Что ж, этого можно было ожидать.

Но вместо того, чтобы мгновенно атаковать людей, вторгшихся на его территорию, Хайдис скрыл за собой юношу неизвестной расы, похоже, пытаясь защитить того. Это стало для Эвана, его адъютанта, полной неожиданностью.

Увидев, как гигантское тело Хайдиса угрожающее пригнулось, Эван снова поправил очки. Судя по тому, как разворачиваются события, похоже, ему придется вступить в бой с собственным командиром...

Приняв во внимание то, что их командир потерял воспоминания, молодой человек надеялся, что это распространится и на способности. Если бы они были ограничены, у него был бы шанс.

Однако того, чего он ожидал, не произошло. Эван увидел, как юноша неизвестного происхождения прошептал несколько слов его командиру, но не смог расслышать подробности... Он смотрел, как взрослый Хайдис, который уже принял угрожающую позу, уменьшил свое тело и вскочил в объятия юноши.

– Здравствуйте, эмм ... – Гу Янь, шагнув вперёд, попытался придумать правильное обращение, и, наконец, кивнул другой стороне, вежливо улыбаясь: – Ваше превосходительство.

Благодаря одежде этих людей и золотым очкам их предводителя, он смог определить их личности. Гу Янь больше не беспокоился за их с Эли безопасность.

Пути к отступлению не было. Злодей, которого он осмелился держать на руках, был командиром этих людей. Юноша задавался вопросом, как ему выйти сухим из воды.

Однако реакция другой стороны на вежливое приветствие полностью вышла за рамки ожиданий Гу Яня.

Юноша посмотрел на мужчину в строгой форме и в очках с золотой оправой. Раньше лицо последнего ещё сохраняло дружелюбие, но когда Гу Янь подошёл ближе, тот вдруг сделал шаг назад. Его выражение быстро изменилось.

Эван немедленно зажал рукой свои нос и рот, и отвернул голову в сторону. В течение секунды сильная жажда овладела им, замедлив его реакцию на несколько миллисекунд.

Язык, на котором говорил юноша, несомненно, был их собственным, но у Эвана не было времени подумать об этом.

Это был... соблазнительный запах. Этот аромат исходил от тела молодого человека. В тот момент, когда юноша подошел ближе, Эван ясно почувствовал его. Но не это стало причиной его отступления.

Независимо от того, насколько его искушал этот аромат, он уже не был слабовольным новобранцем. Соблазн был сильным, но не достаточным, чтобы потерять контроль.

На теле юноши присутствовал ещё один запах, который был даже сильнее. Этот запах принадлежал Хайдису, который сидел у него в руках.

Запах, который... изобиловал предупреждением.

Никому не позволено трогать или даже приближаться.

Хайдис, который пометил его, был чрезвычайно сильным. Эван мог ясно видеть угрозу, исходящую от этой отметки.

«Что это за реакция?» – удивился про себя Гу Янь. Неужели от него исходит неприятный запах, напрочь отбивающий у других охоту приближаться?

Юноша не удержался и понюхал рукав своей одежды. В конце концов он медленно опустил руку, пальцы неосознанно начали играть с ушами большого кота.

Он не смог обнаружить никакого странного запаха... Гу Янь вопросительно посмотрел на молодого человека напротив. Он долго терялся в догадках, прежде чем почувствовал что-то влажное на кончиках своих пальцев. Он опустил голову, чтобы увидеть, как серебристо-полосатый кот поднял голову, чтобы лизнуть его пальцы. Увидев, что Гу Янь смотрит на него, кот наклонил голову, тихо мяукнув.

– Будь умницей... – Гу Янь использовал нежный тон, чтобы успокоить его. Видя перед собой маленькую форму Хайдиса, он всегда легко забывал о настоящей личности этого, казалось бы, безвредного кота.

«...»

Эван медленно поправил очки на переносице. Хотя он знал, что у его командира в настоящее время отсутствовала часть памяти, его действия были до некоторой степени противоестественными.

Реакцию Эвана уже можно было считать благоразумной. В умах шести человек, стоявших за ним, царил полнейший хаос.

Эван посмотрел на юношу, который дразнил его командира. Тем не менее, последний неожиданно тихо, послушно и неподвижно лежал в объятьях юноши, словно признавая его власть над собой.

А после он даже поднял голову, чтобы лизнуть пальцы молодого человека, который играл с его ушами.

В их памяти командир, невзирая ни на что, оставался очень равнодушным и отстранённым. Просто молча стоя на месте, седьмой командир империи Хайдис излучал гнетущую ауру. Однако между тем командиром, которого они помнили, и тем, что находился сейчас перед ними, была просто огромнейшая разница.

Тре-ск

В этот момент, казалось, что-то... разрушилось у них на глазах.

Глава 5 - Убирая когти

За исключением нескольких моментов, переговоры между двумя сторонами прошли гладко.

После подтверждения личности друг друга, Гу Янь понял, что люди, стоявшие перед ним, были здесь ради Хайдиса, в данный момент уютно устроившегося в его объятиях. Их задача заключалась в благополучном сопровождении его обратно в звёздную империю.

Поняв, что Хайдис слушался только юношу, его подчинённые были вынуждены попросить его о сотрудничестве в этом вопросе.

Гу Янь понимал, что, если он не согласится, эти люди, безусловно, прибегнут к  принуждению.

Другими словами, у него тоже не было выбора. Представив, что ему предстоит посетить планету, полную Хайдис, Гу Янь почувствовал, что его волосы встали дыбом. Как писатель, он всегда жаждал нового опыта, но ему, безусловно, совсем не хотелось быть разорванным на куски и съеденным!

После того, как обе стороны наконец пришли к согласию, Гу Янь последовал за молодым человеком в очках и оказался в центре группы, так как объект их поиска в настоящий момент покоился в его объятиях.

На этот раз ему действительно не сбежать, думал Гу Янь, продолжая поглаживать серебристо-полосатого кота с головы до крестца и ощущая, как его руки касается пушистый хвост. Или, следует сказать, ласкает.

После этого Гу Янь услышал приглушённый звук, исходящий из горла кошки. Если подключить воображение, это можно признать мурчанием.

Заглянув в красивые кошачьи глаза, Гу Янь не смог воспротивиться и почесал его подбородок.

Хайдисы, окружавшие юношу, едва не рухнули. Не будь они при исполнении, то непременно уставились бы на молодого человека, по всей видимости принимавшего их командира за домашнего питомца, как на экзотическую зверушку в зоопарке.

Когда командир восстановит свою память, этот юноша неизвестного происхождения и пахнущий как еда, скорее всего, попрощается с жизнью.

Таковы были мысли всех конвоиров. Командир, которого они знали на протяжении многих лет, был совершенно безэмоциональным, спокойным и хладнокровным до ужаса. Он был идеальной военной машиной, особенно во время миссий.

По своим же следам группа вернулась к месту посадки космического корабля. Когда они приблизились, звездолёт подтвердил их личности и дезактивировал свой невидимый режим. Представший перед ними космический линкор был достоин слова «огромный».

Гу Янь на долгое время застыл, поражённый увиденным кораблём, словно испускающим металлический холод. С первого же взгляда он вызывал угнетающее чувство; это было истинное творение расы Хайдис. Юношу внезапно поразило осознание того, что он вот-вот отправится в звёздную империю Хайдис.

Остановившись у входа, хайдисы, которые привели его сюда, подали сигнал. Гу Янь собрался с мыслями и спокойно подошёл.

Его подвели к свободному сиденью, и вскоре Гу Янь почувствовал слабые вибрации, когда корабль начал отрываться от земли.

Серебристо-полосатый кот, лежащий на коленях темноволосого человека, выглядел очень нежным и послушным. Обвив хвостом руку юноши, он удовлетворённо сощурился.

– Эли, – позвал его Гу Янь. Было трудно игнорировать хвост на левом запястье.

Изначально кот тихо отдыхал у него на коленях. Услышав своё имя, он слегка дёрнул ушами, а хвостом продолжал поглаживать руку юноши, откликаясь на зов.

– Урр...

Что может быть умилительнее несведущего кота с амнезией?

Ответ: Ничего!

Поначалу Гу Янь ошибочно полагал, что все прописанные настройки этого Хайдиса полностью слетели. Спустя несколько дней, он обнаружил, что ему на самом деле просто не хватает воспоминаний.

– Ваше Превосходительство Гу Янь.

Несмотря на то, что Эван находился на безопасном расстоянии от темноволосого человека, он всё ещё чувствовал холодный взгляд, направленный на него. Однако передние лапы владельца этого ледяного взгляда в этот момент находились во власти играющего с ними юноши...

Столкнувшись с подобной ситуацией, Эван впал в прострацию, растеряв все слова. У него было ощущение, что этот неизвестно-откуда-взявшийся мальчик вёл себя словно мотылёк, летящий на огонь.

Даже уменьшив своё тело и убрав когти, взрослый Хайдис был более чем способен разорвать слабого человека.

Гу Янь, конечно, не знал, о чем думал этот адъютант. Он поднял голову, чтобы вопросительно взглянуть на Эвана, всем своим видом показывая готовность к сотрудничеству, пока его руки всё ещё продолжали нежно тискать мягкие подушечки большой кошачьей лапы.

– Во избежание возможных опасностей, пожалуйста, наденьте это, – произнёс Эван, не указывая, какого рода была опасность, и вручил молодому человеку простой металлический браслет, быстро убирая руки, как только Гу Янь взял его.

Он должен был поддерживать безопасное расстояние.

Ледяной взгляд неотступно следовал за ним. Как представитель Хайдис, Эван был прекрасно осведомлён о поведении своего вида и, таким образом, был ещё более обескуражен.

Представьте себе свирепого зверя, чрезвычайно опасного во всех отношениях, демонстрирующего послушание по отношению к маленькому и слабому существу... Абсолютно невероятная сцена.

Нужно упомянуть, что у расы Хайдис не существовало такого понятия, как сострадание.

Но эта сцена перед ним была реальной. Взрослый Хайдис, спокойно лежащий на коленях человека, был послушен и безвреден, даже его когти были убраны, чтобы юноша мог играть с мягкими подушечками на передних лапах.

Гу Янь быстро надел браслет. У него не было никаких проблем с этой просьбой, но вот большой кот, лежащий на его коленях, неожиданно заволновался.

Хайдис прижал передними лапами ладони Гу Яня к коленям и слегка наклонил голову, чтобы обнюхать тыльную сторону его рук.

Манящий аромат, который раньше окружал юношу, ослабел. Даже запах, который Хайдис оставил на нем, почти исчез.

– Эли?

Прежде чем Гу Янь смог отреагировать, большой кот быстро запрыгнул к нему на левое плечо и потёрся головой. Затем юноша почувствовал, как что-то влажное коснулось его шеи.

Его облизывали. Это было не больно, просто немного щекотно... Наверное потому, что большой кот использовал только кончик своего языка, чтобы лизать его.

Лишь когда его запах окружил юношу, этот Хайдис, наконец, остановился, и из его горла донеслось низкое урчание.

Каждый, кто видел эту сцену, был полностью ошеломлён. Эван быстро пришёл в себя и, незаметно поправив очки, сказал ровным тоном:

– Нам нужно провести базовый медицинский осмотр. Надеюсь, Ваше Превосходительство поможет уговорить командира.

Как только большой кот собрался вскарабкаться ему на голову, Гу Янь спустил его обратно вниз. Сначала он думал, что Хайдис пытается закрепить свой запах, просто чтобы почувствовать себя в безопасности. Прерванный на полпути кот начал скулить. Гу Янь погладил его голову, и вскоре серебристо-полосатый кот снова притих.

– Давай для начала сделаем то, что он говорит?.. – заглянув в светлые глаза с вертикальными зрачками, Гу Янь попытался добиться его согласия. Руки юноши очень естественно начали поглаживать мех вдоль хребта большого кота.

Услышав тёплый и нежный голос, Хайдис, лежащий на коленях юноши, слегка прищурился. Он просто обожал тёплые руки человека, аккуратно поглаживающие его.

Приятным был не только голос, запах юноши был поистине опьяняющим.

Крупный кот, который в настоящее время лежал на коленях молодого человека, казалось бы, спокойный и послушный, вёл себя так лишь для того, чтобы юноша меньше боялся. Конечно, было бы лучше, если бы Гу Янь активно брал на себя инициативу сближаться с ним, как сейчас.

Ему также нравилось показывать своё послушание по отношению к молодому человеку. Как сейчас. Он использовал ту часть своего языка, где было меньше зазубрин, чтобы ещё раз лизнуть ладони молодого человека, а затем спрыгнул на землю, в ту сторону, где стоял человек по имени Эван.

Хайдис согласился на его просьбу слишком быстро, Гу Янь не смог отреагировать вовремя. Если тщательно подумать... Гу Янь понял, что этот Хайдис никогда не отказывал в его просьбах.

«Какой хороший кот»,  – невольно подумал Гу Янь.

Как только большой кот покинул его поле зрения, юноша вдруг почувствовал на себе всевозможные взгляды, как будто он был животным в зоопарке. Кое-кто даже начал записывать что-то в свою тетрадь, наблюдая за ним.

«Неопознанный вид, пахнет очень вкусно, может быть классифицирован как еда или как раса класса D...»

Это было начало первого предложения.

После тщательного рассмотрения, человек, который записал эту строчку, добавил ещё одно предложение ...

«Это неопознанное существо, коснувшееся головы командира, игравшее с ушами командира и тискавшее лапы командира, каким-то чудом осталось в живых.»

Наблюдая за окружением некоторое время, Гу Янь почувствовал оцепенение.

Теперь, когда кот исчез из его рук, Гу Яню было скучно, и он мог только наблюдать за сменой пейзажа через прозрачные окна. Корабль начал двигаться. Нельзя сказать наверняка, к какой галактике он направлялся, но уж точно не к галактике Саран, где располагалась Чёрная Империя.

Причина его уверенности заключалась в том, что, глядя в окна, Гу Янь видел только редко расположенные звёзды и довольно плотное скопление метеоритов. Это не соответствовало его знаниям о Саранской Галактике.

Размышляя об этом, он потянулся и зевнул.

Сейчас был полдень. Будучи обычным человеком, Гу Янь принадлежал к той части людей, чья сонливость проявлялась по определенному расписанию. Хайдис, стоящие вокруг, смотрели на темноволосого юношу, спокойно и неожиданно для них погрузившегося в беззащитное состояние. Его глаза были закрыты, похоже, он... заснул.

Окружающие:  «….».

Хадис, которым не требовался сон, не могли понять поведения этого юноши. Он явно был слабым до такой степени, что его можно было убить, просто ущипнув, но тем не менее он мог позволить себе снизить бдительность в такой ситуации.

...Что это за странная раса??

Глава 6 - Приручённый

После того, как корабль переключился на вторую скорость, он продолжал поддерживать её в течение некоторого времени. Сейчас они были всего в одном шаге от своей конечной цели.

Хайдис, окружавшие молодого человека, находились в полном недоумении. Юноша действительно крепко спал в течении целого часа без малейшей предосторожности.

Логически говоря, как это маленькое и слабое существо умудрялось выжить до сих пор?

Когда корабль готовился к посадке, люди, которые раньше отправились в медицинский отсек, также возвратились на мостик корабля.

Их командир вернулся.

Со свистом рассекая воздух, все Хайдис на верхней палубе мгновенно отвели взгляд от юноши.

Они увидели знакомый проблеск серебряного света у нижнего входа. У мужчины было красивое лицо, словно у ледяной скульптуры. Его спина была прямой, как стержень, из-за чего чёрный мундир казался особенно официальным.

По сравнению с приручённой кошачьей формой, подчинённые больше привыкли к нынешнему, человеческому облику их командира.

В действительности, что касается инстинктов расы Хайдис, никто не стал бы добровольно показывать свою первоначальную форму, так как это было схоже с разоблачением части их собственных сил и слабостей.

– Крис, вернул ли командир свою память? Похоже...

Похоже, он ничем не отличается от обычного себя.

Подчинённый не смог закончить своё предположение, когда увидел, что предмет обсуждения идёт туда, где находится темноволосый юноша. Эли нагнулся и обнял его за талию, прижавшись к бледной шее. Хайдис, который не успел договорить, быстро закрыл рот.

В настоящее время Крис был единственным на корабле, кто разбирался в медицине, и кроме того, он был другом детства Эли. Он махнул рукой:

– Тебе, наверно, больше не нужен мой ответ.

Гу Янь почувствовал на шее небольшой зуд. Всякий раз, когда он спал и что-то начинало беспокоить его, это обычно был его кот, играющий рядом. Юноша пробормотал:

– Цюцю, будь умницей...

И продолжил спокойно спать.

Услышав это, Хайдис нахмурил брови на красивом и невыразительном лице.

Эли Осриан. Он вспомнил свое имя. Однако если юноше нравилось называть его «Цюцю», он не возражал. При мысли о том, что это имя было выбрано для него молодым человеком, Хайдис ощутил небольшой восторг.

У военного корабля был особый статус, и они быстро прошли проверку идентификации Столичной звезды без каких-либо помех.

– Мы должны сохранить тот факт, что командир потерял память, в тайне, – Эван отдал солдатам строгий приказ, прежде чем покинуть плавно приземлившийся корабль.

Не было необходимости в дальнейших объяснениях, все понимали последствия. Прежде всего, нельзя было позволить старейшинам из других фракций воспользоваться этой возможностью, чтобы создать проблемы.

Осриан – фамилия королевской семьи Хайдис, и их командир был наследником престола империи. Однако всегда существовала конкуренция за престол; тех, кто носил эту фамилию, было немало.

– Это Ваш особняк. После того как профессиональный врач предоставит Вам более тщательное медицинское обследование и лечение, надеюсь, Вы сможете продолжать работать с нами.

Прежде чем Хайдис восстановил бы свою память, самой большой переменной оставалось его тело. Имея это в виду, Эван должен был признать, что темноволосый юноша, который сейчас спал на своём сидении, был ключом к сотрудничеству с их командиром.

Эли не ответил, его взгляд не покидал ровно дышащего юношу, глаза которого были закрыты. Только через мгновение он неохотно ответил:

– Угум.

Он поднял руку, чтобы нежно дотронуться до лица молодого человека. При этом прикосновении брови на красивом и отстранённом лице слегка дёрнулись, но он не стал будить юношу.

Вес, эквивалентный человеческому, Хайдис могли без усилий поднимать с младенчества. Конечно, Эли не просто «поднял» его.

Остальные люди на корабле смотрели на своего командира, осторожно обнимавшего неизвестное существо, с вытянутыми лицами, и оставались настороже.

Эли тщательно контролировал свои силы. По его ощущениям, юноша, которого он держал, был очень тонким и слабым. Всего лишь зазубрин на его языке было достаточно, чтобы оставить красный след на светлой и нежной коже. Кроме того, молодой человек не мог выдержать слишком большой вес.

Обнимать юношу в виде домашнего кота и удерживать его, пока тот спал, в своей человеческой форме, ощущалось абсолютно по-разному, хотя последний вариант был явно более романтичным.

Особняк был выстроен европейском стиле, и дорога во внутренний двор была очень тихой, красивой и элегантной.

– Сначала Вы можете отдохнуть в этой комнате. Госпожа Нейльфи в настоящее время спешит сюда со звезды Фигурных Врат и прибудет в течение трёх часов. Она определённо сможет быстро решить Вашу проблему с потерей памяти.

Со стороны казалось, что двое людей идут бок о бок, но на самом деле Эван взял на себя роль гида. Рабочие в особняке с уважением склоняли головы, когда мужчины проходили мимо.

– Это комната, которую Вы обычно используете, Вы ... – Эван собирался спросить у своего командира о том, были ли у него какие-либо знакомые ощущения от этого места. Однако красивый равнодушный Хайдис только опустил голову, чтобы посмотреть на юношу в руках. Держа тело человека одной рукой, он протянул вторую, чтобы прикрыть его правое ухо, а затем поднял лицо и посмотрел на Эвана, намекая, что ему стоит заткнуться.

Слушая разговор между двумя людьми, Гу Янь сонно приоткрыл глаза, но до сих пор не сообразил, что происходит.

– Цюцю?..

Гу Янь обычно, открывая глаза, первым делом искал свою кошку.

Хайдис, введённый в заблуждение этим именем, наклонился и легонько потёрся о щёку юноши, направляя его руки к своей голове. Это должно было доказать Гу Яню, что он рядом.

Чувствуя под пальцами мягкие серебристые волосы, Гу Янь, ещё не совсем проснувшийся, бездумно начал их поглаживать.

Его кот был очень послушным, он никогда не убегал самовольно. Даже больше, Гу Яню стоило только раз позвать его по имени, и тот с готовностью устраивался на нём.

– … – Эван был сильно шокирован открывшейся перед ним сценой. Поправив очки, он молча принял решение уйти. Ему не стоило здесь оставаться.

Состояние их командира всё же можно было считать стабильным, и он, казалось, был готов сотрудничать. Им просто нужно было следить за всем, что могло напугать юношу.

Строгая и холодная чёрная военная униформа ещё сильнее подчеркивала ауру превосходства Хайдиса. Он опустил голову, чтобы взглянуть на темноволосого юношу. Сейчас на этой территории не было никого, кроме него и его любимого…

Любимого чего?

Эли устроился поудобнее, держа юношу на руках. Он не мог придумать подходящего и удовлетворительного слова для юноши. Он лишь знал, что, когда он окружён запахом этого человека, в особенности, когда тот нежно касается его, он полностью теряет способность думать.

Он просто хотел быть ближе и… хотел нравиться этому человеку.

В полубессознательном состоянии Гу Янь продолжал поглаживать мягкие серебристые волосы, пока, наконец, не осознал изменения в окружающей обстановке.

Они были не на корабле, и он не сидел в кресле. Проще говоря, кто-то держал его на руках.

В тот момент, когда он это понял, он встретился взглядом с парой вертикальных зрачков. Гу Янь мгновенно застыл. Тем более, его руки поглаживали голову человека, а не его кота, и это заставило Гу Яня разволноваться. Причиной тому был не страх, а скорее чужеродность человеческой фигуры. Будь этот человек котом, Гу Янь не колеблясь погладил бы даже самые незащищённые места – например, живот.

И снова, почувствовав, как напрягся лежащий в его объятиях юноша, Хайдис помрачнел. Ему не нравилась эта форма, потому что человек  отвергал его.

– Как насчёт того, чтобы сначала опустить меня?.. – сказав это, Гу Янь осторожно убрал руку с головы мужчины. Ему откровенно не хотелось вспоминать о том, что он только что делал.

С точки зрения Хайдиса, который стремился быть ближе к нему, эти слова и действия были признаком отторжения.

Гу Яню пришлось немного подождать, прежде чем Эли наконец опустил его. Стоя обеими ногами на земле, он почувствовал, что наконец-то вернулся к реальности. Он уже было хотел вздохнуть с облегчением, как вдруг почувствовал влажное прикосновение к своему уху.

– Мя-у.

Эли склонил голову к уху юноши, легонько коснувшись языком мочки, и издал тихое «мяу». Он знал, что Гу Яню больше по нраву его первоначальная форма. Его голос был низким и отстранённым, но его голова была опущена – взрослый Хайдис, стоящий на вершине межзвёздной пищевой цепи, пытался относиться к юноше теплее.

Гу Янь: «…»

Услышав этот звук, Гу Янь растерялся, не зная, что предпринять. Почувствовав, что юноша постепенно расслабил своё тело, Эли попытался приблизиться. Опустив голову ещё ниже, он посмотрел на стройную бледную шею. Эта часть содержала в себе величайший соблазн для Хайдиса – возможно, потому, что там аромат человека ощущался сильнее всего?..

Неуверенный в своих догадках, Хайдис сместился от мочки уха юноши к его шее, слегка коснувшись её языком.

Это чувство, подобное лёгкому поцелую, заставило Гу Яня вздрогнуть. Если говорить о его родном мире, благодаря красивой от рождения внешности, Гу Янь никогда не испытывал недостатка в людях, проявляющих к нему симпатию, и это касалось как женщин, так и мужчин. Однако, как серьёзный любитель кошек, Гу Янь считал… Что держать кота гораздо лучше, чем заводить романы. Следовательно, он был один-одинёшенек в течение 24 лет, и это был его первый опыт столь интимного обращения.

Воспользовавшись тем, что он не успел вовремя отреагировать, к нему на шею ловко вскарабкался кот. Странно, но это было похоже на поведение его собственной кошки, когда та вела себя избалованно. Гу Янь невольно подумал, что дело принимает дурной оборот.

Однако не следует ожидать, что любитель кошек сможет сохранить какие-либо принципы перед котом, который ведёт себя мило по отношению к нему. Даже не утруждая себя сопротивлением, Гу Янь уже протянул руки, чтобы погладить большого кота, прежде чем понял, что делает. В конце концов, он чуть было не ляпнул: «хороший мальчик»!

Глаза Хайдиса следили, как руки юноши приближаются к нему. Почувствовав знакомое прикосновение, он довольно прищурился.

Не только шея, даже тонкие и красивые пальцы этого юноши… Он хотел поцеловать их.

Запах на теле этого человека был не просто приятным – он нёс в себе неописуемое ощущение чего-то очень знакомого. Однако из-за провала в памяти он был невежественен, как новорождённый телёнок, и не мог разобраться в этом ощущении. Он просто хотел подойти ближе и…

Стать полностью приручённым.

Глава 7 - Хвост

По просьбе их самопровозглашённого медика, Эли послушно поддерживал свою человеческую форму. Однако единственная причина такого послушания заключалась в том, что Гу Янь хотел, чтобы он сотрудничал.

- Похоже, особых проблем нет. Вероятно, через полмесяца он полностью восстановится, - сказал Крис.

Врач, примчавшаяся от самой звезды Фигурных Врат, просмотрела результаты последнего медицинского обследования. Её красивое лицо было холодным и неподвижным, как камень – таким же, как и у одного определённого Хайдиса.

Ежедневные осмотры и обследования продолжались уже около недели. После очередного сеанса Хайдис всё ещё оставался бесстрастным, и на его лишённом эмоций лице не было никаких признаков перемен.

По правде говоря, он уже начал вспоминать некоторые вещи. По крайней мере, теперь он мог узнавать людей перед собой и их положение.

Эти обрывки и фрагменты его памяти всё еще не могли сложиться в цельную картину на данный момент. Не очень-то приятно иметь такую раздробленную память, однако Хайдис был полностью равнодушен…

Он привык терпеть.

- Третий принц сказал, что навестит Вас позже. Впредь, Вам нужно просто поддерживать свою нынешнюю форму, и всё будет в порядке, – Эван кивнул доктору, прежде чем обратиться с этими словами к своему начальнику.

Их командир по-прежнему не в состоянии заниматься какой-либо работой и вынужден продолжать продлевать отпуск. Заявление на отпуск было подано во время его исчезновения.

Представьте себе человека, который круглый год не брал ни одного выходного, и вдруг начал брать их постоянно; это неизбежно вызовет беспокойство у некоторых людей.

- Хаа… амнезия. И даже так он не стал милее! – с сожалением сказала довольно молодая женщина-врач, глядя на красивого и отчуждённого Хайдиса. Ей хотелось бы почувствовать, каково это – баловать своего племянника.

- Кхем… Мисс Нейльфи!.. – предмет их разговора всё еще стоял рядом без малейшего движения. Эван слегка кашлянул, чтобы сменить тему. Использовать слово «милый» по отношению к их командиру – от такой жути душа может уйти в пятки!

В этот момент по какой-то неизвестной причине Эвану на ум пришла сцена, где его командир в своей покорной кошачьей форме спокойно лежит на коленях юноши… Когда юноша гладил его живот, ответной реакцией Хайдиса было не нападение, а послушное ожидание, пока юноша закончит играть с ним, чтобы потом лизнуть кончики пальцев шершавым кошачьим язычком.

Хотя они оба были Хайдис, он не мог понять действий своего начальника. Раса Хайдис всегда была известна своей агрессивностью, и даже с учётом отсутствующих воспоминаний их врождённые инстинкты будут далеки от «покорности». Но, наблюдая за взаимодействием Эли и того темноволосого юноши в последние несколько дней, Эван осознал, что что-то не так. Хайдис, стоящий сейчас перед ним, взял юношу под своё крыло, не позволяя никому даже прикоснуться к нему, словно тщательно охраняя его.

Как только закончилось ежедневное медицинское обследование, Хайдис, одетый в строгую униформу, встал и ушёл, не обращая ни малейшего внимания на их разговор. Эван чувствовал, что знает, куда направился его начальник. Он видел, насколько командир обожает этого темноволосого молодого человека -  настолько, что даже не желает выпускать его из виду. Он был очень…

Навязчивым?

В его сознании внезапно возникло это слово, заставив бравого солдата растеряться. Поправляя очки, он невольно подумал, что это слово очень уместно, он не может это опровергнуть, но и признать это было трудно.

Его мировоззрение снова пошатнулось.

В этот момент юноша, про которого шла речь, лежал на диване… пытаясь найти более удобную позу.

Недостаточно мягко. Подумав об этом, Гу Янь повернулся на бок. Всё равно было неудобно. Сдавшись, он перевернулся обратно. Желая, чтобы диван был немного выше, Гу Янь продолжал лежать, разглядывая лампу на стене.

Раса Хайдис не нуждается во сне, а, следовательно, такой вещи как «кровать» не существует во всей империи. Прошло много времени с тех пор, как он нормально спал, угрюмо подумал Гу Янь.

Вот зачем ему понадобилось рыть себе такую яму?

Глядя на люстру, Гу Янь погрузился в раздумья и хотел было тяжело вздохнуть, когда почувствовал тяжесть на своих ногах. Он чуть было не выпалил «Цюцю», но вовремя спохватился, назвав правильное имя

- Эли!

В ответ большой кот издал низкое мяуканье. Серебристо-полосатый кот осторожно забрался на колени юноши; он знал, что эта часть выдержит его вес.

Хайдис вытянул переднюю лапу, чтобы коснуться живота юноши. Эта часть была мягкой и совсем не выглядела крепкой. Поколебавшись, он всё же не стал ложиться на живот юноши, предпочтя колени.

Серебристо-полосатый кот, который только что топтался по Гу Яню, теперь смирно лежал у него на коленях, выглядя чрезвычайно послушно…

Гу Янь не знал, зачем Эли касался его живота своими передними лапами. По привычке он взял кота, сидевшего у него на ногах, и положил его себе на грудь. В таком положении кошке удобнее двигаться, и, кроме того, так было гораздо теплее. Стоило упомянуть, что, хотя нынешняя погода на планете и не была холодной, всё же было немного прохладнее, чем там, откуда юноша прибыл.

Низкое мурлыканье звучало каждый раз, когда пальцы Гу Яня касались Хайдиса. Большой кот медленно покачал хвостом, примериваясь, чтобы обвить им запястье юноши, как он делал это раньше. Но до руки, которая ласкала его уши, было трудно дотянуться. Ощущая тепло ладоней юноши, Хайдис, спокойно лежавший на нём, прищурил глаза и слегка дёрнул ушами в ответ.

В таком положении шея юноши была прямо перед ним. Ещё чуть ближе, и он смог бы потереться об неё. Со своего места Хайдис наблюдал за человеком, молча и неподвижно глядя на него долгое время. Видя, что юноша не пытается оттолкнуть его, он медленно опустил голову и лизнул бледную, почти белую, шею.

Запах, который он оставлял на этом теле, кажется, всегда исчезал по прошествии небольшого количества времени, заставляя Хайдиса чувствовать себя очень недовольным. Ему приходилось раз за разом повторять этот процесс.

Похоже, запах, который он оставлял, просто потерев головой шею юноши, был слишком слабым. Язык оставил бы более прочный след.

Это постоянное трение и облизывание заставило губы Гу Яня сложиться в лёгкую улыбку. Слишком щекотно… Кроме того, как преданный фанат кошек, он просто не мог сопротивляться избалованному коту. Мысли о том, кем на самом деле являлся кот, были скатаны в комок и выброшены в окошко.

Изначально из-за недосыпа Гу Янь находился в прострации. Теперь же, прикоснувшись к кошке, он снова почувствовал себя счастливым.  Он наблюдал за тем, как медленно вытягивается хвост, и, поколебавшись секунду, отбросил сопротивление и продолжил движение рукой, чтобы погладить его.

Едва прикоснувшись к хвосту, Гу Янь услышал низкое мяуканье большого кота возле самой шеи. В следующую секунду его протянутая рука оказалась обвита пушистым хвостом. Не дожидаясь его действий, хвост начал поглаживать руку юноши.

Наблюдая за котом, лениво лежащим на его груди, Гу Янь вдруг кое-что вспомнил. Если бы он был дома и если бы котом был Цюцю, то подобное поведение могло означать, что ему…

- … Плохо? – Гу Янь остановил движение левой руки, позволив кошачьему хвосту обернуться вокруг неё, а другой свободной рукой нежно погладил спину большого кота.

Всякий раз, стоило Цюцю заболеть, как он становился необычайно навязчивым. Хотя он и в обычном состоянии был довольно приставучим, эта черта многократно усиливалась, когда он болел. Он будет использовать самые разные способы, чтобы привлечь его внимание… и тембр его мурлыканья станет другим – немного более глубоким, чем обычно.

- Мяу, – Хайдис осторожно поднял голову и потёрся ей об уголок губ юноши.

Это действие произошло очень быстро, и прежде, чем Гу Янь успел отреагировать, он увидел, как большой кот слегка наклонил голову, чтобы молча посмотреть на него.

Восстановить память – не такое уж простое дело. А для среднестатистического человека это можно даже посчитать болезненным.

Раздробленные, хаотичные воспоминания – это большое испытание для людей. Хайдис, лежавший на юноше, привык терпеть, и эта степень боли не была для него невыносимой. Однако, если его будут утешать такими успокаивающими движениями, он больше не хотел быть терпеливым.

- Хороший мальчик…

«Похоже, он действительно плохо себя чувствует» - догадался Гу Янь, продолжая поглаживать кота по спине. Он больше не отталкивал Хайдиса, когда тот целовал и лизал его подбородок и уголок губ. Всё его внимание было сосредоточено на том, как успокоить этого большого кота.

Похоже, что это «плохое» самочувствие лишило юношу желания оттолкнуть его. Чувствуя, как мягкая и тёплая ладонь человека гладит его по спине, Хайдис сузил вертикальные зрачки. Кажется, сегодня он узнал что-то новое.

В очередной раз пометив юношу своим запахом, Хайдис наконец позволил себе удовлетворённо мяукнуть.

Среди своих раздробленных воспоминаний, несведущий в подобных вопросах Хайдис смутно припоминал, что, кажется, есть способ позволить его запаху задержаться на теле этого человека дольше…

Гораздо более стойкая метка, чем любой поцелуй.

Глава 8 - Поцелуй

Так, не слишком быстро, но и не слишком медленно, прошло полмесяца. И каждый день некий серебристо-полосатый кот следовал за Гу Янем повсюду, словно приклеенный. Единственным исключением было время, когда он должен был присутствовать на медицинском осмотре, только тогда он ненадолго покидал юношу.

Проводя в компании Хайдиса каждый день, Гу Янь легко обнаружил странности в его поведении. Интересно, ему просто кажется или этот Хайдис и впрямь немного нетипичный представитель своей расы?..

Эли по-прежнему прижимался к нему каждый день, забирался на колени, когда юноша сидел, и на плечи, когда они гуляли во дворе, и, э-э ... если они гуляли вечером, Хайдис по своей воле становился его шарфом, как сейчас.

Столица Империи Хейдис расположена на планете Айзерс Галактики Саран. Здесь тоже было годовое четырехсезонье, и сейчас стояла поздняя осень, днём было прохладно, но вечером температура значительно опускалась.

Деятельность Гу Яня в этом особняке была крайне ограничена, ему разрешалось оставаться только в этом дворе. Однако юноша был писателем, так что его жизнь всегда вращалась лишь вокруг кота и романов. Каждый день он выводил свою кошку на прогулку... вот почему ограничение свободы, с которым он столкнулся, не оказало на него большого влияния.

«00, будет ли история действительно следовать сюжету, который я написал в романе?» – спросил Гу Янь. Подняв руку, он погладил подставленную голову Хайдиса, обвившегося вокруг его шеи. Пальцы юноши легонько играли с ухом большого кота, пока он пытался связаться с системой через своё сознание.

Когда Гу Янь впервые попал в этот мир, он уже испытал на себе всю мощь Закона. Сейчас ему нужно было только окончательное подтверждение, чтобы убить последние надежды.

Система 037 не сказала «Да», но все же уверенно ответила ему: [«Закон» будет строго придерживаться первоначального сюжета, который вы написали.]

Гу Янь: «…»

Юноша долго молчал. Его память всегда была хорошей, и он ясно помнил «замечательный» конец, который сам же и прописал…

Земной Альянс будет уничтожен нынешней империей Хайдис, и вся человеческая цивилизация прекратит своё существование.

Хайдис на шее молодого человека внезапно мяукнул, поскольку почувствовал, что пальцы юноши, которые касались его уха, внезапно застыли.

Услышав приглушенный звук, Гу Янь снял Хадиса со своей шеи и держал его перед собой, внимательно глядя ему в глаза.

– Мяу?

Серебристо-полосатый кот не сопротивлялся и позволял юноше делать всё, что тот хотел, лишь слегка наклонив голову в недоумении. Пара светлых вертикальных зрачков встретилась с парой тёмных.

Хотя он не понимал, почему юноша делает то, что делает, но этой домашней кошачьей форме Хайдиса нравилось, когда юноша смотрел на него.

В этих чёрных глазах Хайдис увидел своё отражение. Коротко мяукнув, Эли снова сощурился от удовольствия.

Удовлетворение, обожание и счастье. Перед лицом этого юноши Хайдису не нужно было скрывать свои чувства.

Такой послушный…

Чем дольше Гу Янь смотрел на большого кота в своих руках, тем больше запутывался. Даже если это был мир повести, которую он написал, при нынешних обстоятельствах ему трудно поверить, что Хайдис, которого он держит в руках, станет лидером армии, которая уничтожит Земной Альянс.

«Но разве я не жив и здоров?» – Гу Янь протянул руку, чтобы почесать подбородок большого кота, дабы отвлечь его внимание, и в то же время продолжил задавать вопросы системе.

Если бы развитие событий шло по сюжетной линии, когда он переместился, он уже стал бы мёртвым пушечным мясом под когтями того самого зверя, который сейчас вылизывал его пальцы.

[Поскольку носитель не принадлежит этому миру, он может быть исключением.]

Более того, «Закон» благоприятствует ему. Последнее предложение система 037 не произнесла вслух. Такого рода непредвиденная ситуация не может быть вычислена или понята даже системами, существующими в мире более высоких технологий.

Выходит, эти сюжетные установки не были незыблемыми. Размышляя об этом, Гу Янь поднял Хайдис в своих руках и крепко обнял его. Немного поколебавшись, он наклонил голову и нежно поцеловал большого кота в лоб.

С какой стороны ни посмотри, этот кот всегда казался чрезвычайно покорным и послушным. Гу Янь должен был воспользоваться тем обстоятельством, что Хайдис всё еще страдает от амнезии и не отлипает от него, тем самым давая ему шанс быстро набрать побольше очков расположения.

Люди этого мира всё же были настоящими, живыми, и пускай система толкнула его в эту яму, у него естественно развилось чувство привязанности к этому миру, в котором он жил некоторое время.

Почему он написал такой ужасный конец?

С тех пор, как он переместился в этот мир, он не мог мысленно не разразиться проклятьями в собственный адрес несколько раз. Уничтожение Земного Альянса было делом его рук. Честно говоря, чтобы жить в ладу со своей совестью, он должен был понести ответственность за беспорядок, который устроил.

Тёплое и мягкое прикосновение задержалось на его лбу лишь на мгновение. В этот момент, зрачки Хайдиса сузились ещё сильнее, он прищурился.

Надеясь, что юноша нагнётся и поцелует его ещё раз, Хайдис принял смиренную позу. Тем не менее, его хвост подсознательно раскачивался гораздо оживлённее, чем раньше.

Возможно, его желание было услышано, потому что юноша снова поцеловал его в лоб.

Хайдис в обличье домашней кошки тихо мяукнул, цепляясь хвостом за запястье Гу Яня.

В этот момент глупый человек, стремящийся поднять свой рейтинг благосклонности в глазах Хайдиса, не знал, что на самом деле существо, лежащее в его руках…

Уже полностью восстановило свои воспоминания.

Глава 9 - Не позволено

Будучи убеждённым, что Хайдис, который каждый день крутился возле него, всё ещё страдал от амнезии и в настоящее время был несведущ, как младенец, Гу Янь приложил все усилия, чтобы в кратчайшие сроки повысить свой рейтинг благосклонности. Он решил обращаться с Хайдисом как со своей кошкой, целовать и обнимать его каждый день, сажать к себе на колени и поглаживать его мех…

Разумеется, такое поведение имело свои последствия, и притом весьма серьёзные, но пока они были неочевидны.

– Командир, Вам пора вернуться к своим обязанностям, – проведя целый день в казарме, Эван так и не увидел и тени своего командира, поэтому ему пришлось взять на себя ответственность за разбор документов класса В.

Как правило, любые конфиденциальные документы класса B и ниже будут обрабатываться подчиненными. Например, в армии большая часть руководства обычно перебрасывает менее важные документы младшим офицерам.

Но ведь их командир обычно так не делал?..

Другие адъютанты часто завидовали ему, имевшему такого строгого и трудолюбивого командира, благодаря чему у Эвана было больше свободного времени. Но теперь…

Получив сведения от управляющего о местонахождении хозяина особняка, он направился на запад, где во дворе величественно возвышался фонтан, украшенный скульптурами. Эван увидел темноволосого юношу, сидящего на деревянном стуле, а рядом с ним – приручённого, похожего на домашнего кота Хайдиса, который изо всех сил пыталась взобраться по его ноге. Преуспев в этом, он спокойно улёгся на колени юноши.

Эван припомнил сцену, свидетелем которой стал не так давно. После этого он, обычно считавший себя спокойным в большинстве ситуаций, не мог не усомниться в собственных глазах.

В прошлый раз он ещё мог обвинить во всём амнезию, но что ему делать теперь?

– Не так уж много вещей требуют моего личного внимания, – Хайдис, спустившийся с колен юноши, теперь был в человеческом обличье, стоя спиной к Эвану. Красивое лицо казалось особенно холодным и отчуждённым. Даже чёрная военная форма, в которую он был одет, казалось, испускала ледяную ауру.

Скрытый смысл его фразы: я займусь этим позже. Проведя рядом со своим командиром несколько лет, Эван, естественно, понял, что тот имел в виду. Но всё же эти слова застали его врасплох.

Даже если не считать документы ниже класса В, тех бумаг, которые действительно требовали непосредственного участия командира, было на самом деле немного…

Произнеся эти слова, безразличный Хайдис медленно повернул голову, чтобы посмотреть в сторону. Эван не знал, что увидел Эли, но вдруг перед его глазами командир аккуратно снял белые кожаные перчатки и осторожно поднес кончики пальцев ко лбу.

Проследив за его взглядом, Эван снова увидел темноволосого юношу неизвестного происхождения. Гу Янь сидел на некотором расстоянии от них и потому не замечал на себе чужих взглядов.

Сначала вспомнив недавнюю сцену, а теперь, видя, как командир коснулся лба, Эван пришёл к мысли, что, кажется... молодой человек только что поцеловал его.

…У адъютанта было чувство, что он только что обнаружил причину, по которой его командир больше не испытывал интереса к своей работе.

– Расследование, которое Вы поручили этому подчиненному, всё ещё требует времени, – он мягко сдвинул очки в золотой оправе и продолжил: –  Единственное, что мы можем подтвердить сейчас, это тот факт, что Его Превосходительство Гу Янь не принадлежит ни к одной из известных на данный момент рас. Из приблизительной оценки различных рас мы можем сделать вывод, что другие представители его вида могут существовать за пределами нашей Галактики Саран.

– Угу, – ответил рука, Эли ледяным тоном, убирая руку ото лба.

Услышав это, Эван некоторое время колебался, прежде чем набраться храбрости и предложить своему командиру:

– Если он из отдалённой галактики, расследование займёт много времени. Вообще-то, Вы можете напрямую... спросить Его Превосходительство Гу Яня.

Эвану потребовалось мгновение, чтобы заменить слово «допросить» на «спросить», поскольку он всё ещё не мог смириться с тем, что должен обращаться с таким слабым и хрупким созданием, как с равным. В конце концов, раса Хайдис была склонна решать все вопросы при помощи насилия.

Хотя он изменил свои слова, его командир всё же уловил секундную заминку.

– Никаких допросов, – его голос был чрезвычайно холоден, в нём явственно ощущалось давление, которому невозможно было противостоять.

– Всё, что может причинить ему вред, запрещено.

Это был прямой приказ командира подчинённому, в этом не было никаких сомнений. Эван быстро склонил голову и почтительно ответил:

– Да.

Когда он снова поднял глаза, то увидел, что его командир всё ещё смотрит на сидящего вдалеке черноволосого юношу, не в силах отвести взгляд.

Эван: «…»

Он очень сомневался, что его начальник займётся делами позже. Кто знает, может, ему на самом деле стоило принести документы, с которыми нужно было разобраться командиру, прямо сюда?

– Его Превосходительству, должно быть, скучно так долго оставаться в одном месте.

Хайдис, молча наблюдавший за юношей, внезапно застыл, его брови слегка дёрнулись. Он повернулся к адъютанту, взглядом призывая его продолжать свою речь.

– Надев браслет-подавитель, Его Превосходительство сможет избежать лишнего внимания. Так что, Вы могли бы взять его с собой в нашу столицу после завершения всей работы, – на самом деле ключевым моментом в словах Эвана было «завершение работы».

Хладнокровный и безразличный командир, казалось, серьезно обдумывал сказанное, и через некоторое время Эван услышал тихое и неторопливое «хмм».

Он не мог поверить, что настал день, когда ему пришлось уговаривать своего командира вернуться к работе, используя такие коварные методы. В прошлом к этому методу прибегали только те, кто был крайне утомлён бумажной работой.

В этот момент Гу Янь, который всё ещё был во дворе, не подозревал о сделке между двумя Хайдисами. Как писатель, Гу Янь всегда интересовался новыми вещами, пусть даже это были цветы и трава во дворе; он с головой погрузился в исследования… здесь были виды, которых на Земле не сыщешь.

Растения на этой планете не представляли угрозы для расы Хайдис, но нельзя было сказать то же самое о слабом человеке.

Лишь проведя рукой по лепесткам цветка, Гу Янь немедленно почувствовал легкое покалывание. Когда он снова взглянул на растение, изящный белый цветок уже был окрашен в тёмно-красный цвет.

Гу Янь: «…»

Когда он хотел перевести взгляд на свои пальцы, кто-то уже схватил его за руку.

Человеческая форма Хайдиса, которую он не видел почти полмесяца, внезапно появилась перед ним, заставив Гу Яня на секунду удивиться. Однако в следующий момент он быстро взял себя в руки, и его тело не одеревенело, как в прошлый раз.

Белая кожаная перчатка была снята, и Хайдис опустил голову, чтобы внимательно осмотреть рану на руке юноши. На кончике пальца был небольшой порез.

Человек перед ним был слишком слаб. Чтобы защитить его, ему нужно было быть более осторожным... растениям, которые опасны – а именно класс D и выше, – было не позволено находиться рядом с ним. Они должны были исчезнуть.

Гу Янь был очень спокоен, рука, которую держал другой человек, тоже была неподвижна, и в то же время ему почти инстинктивно захотелось поднять свободную руку, чтобы коснуться головы Хайдиса. Внезапно ладонь, которую удерживали, почувствовала что-то влажное.

Гу Янь: «…»

Изначально человек в чёрном мундире излучал благородную ауру. Однако этот бесстрастный Хайдис вдруг опустил голову и кончиком языка нежно лизнул раненый палец юноши от подушечки до сустава.

Это было самое первобытное, инстинктивное лечение расы Хайдис.

Вид этой сцены был слишком шокирующим, и Гу Янь на мгновение растерялся, не зная, что сказать.

– Седьмая военная база владеет самым известным выставочным залом во всей империи... – не зная, заинтересует ли юношу место, о котором он упомянул, Хайдис, на лице которого было чрезвычайно равнодушное выражение, спросил юношу тёплым и нежным тоном: – Ты хочешь пойти?

Услышав эти слова, Гу Янь пришёл в себя. К этому моменту он, наконец, вспомнил, как в течение последних двух недель он каждый день проводил или обнимаясь с этим Хайдисом, или целуя его...

Похоже, что... Эли, по всей видимости, уже восстановил свою память.

Гу Янь: «…»

При мысли о тех безудержных поцелуях и поглаживании этого большого кота, у Гу Яня внезапно начался нервный тик.

В таком случае, пожалуйста, может кто-нибудь дать ему шанс отмотать всё назад?!

Глава 10 - Честный автор

Сам не зная, почему, Гу Янь чувствовал, что Хайдис чего-то ожидает. Ощущение, схожее с тем, когда за ним наблюдал большой кот, заставило юношу бессознательно согласиться на его просьбу, прежде чем его мозг сумел обработать информацию.

Как ярый фанат кошек, Гу Янь обычно не мог найти в себе сил отказать Хайдису в просьбе, тем более, когда тот вёл себя с ним мило.

Военная база располагалась в 20-этажном здании, внешне ничем не отличавшемся от обычных строений, хотя на самом деле оно было возведено с использованием специальных материалов, позволяющих ему противостоять вооружённым атакам. С какой стороны ни посмотри, это место имело самую совершенную и строгую оборонную систему во всей империи.

Одиннадцатый этаж находился во владении седьмого корпуса. Первоначально все Хайдис на этом этаже старательно выполняли свою работу. Увидев, как их командир повёл человека наверх, и не просто наверх, а в свой личный кабинет, они невольно переглянулись.

Юноша, который осмелился коснуться головы их командира, играл с его ушами и тискал его лапы, был ещё жив.

– Сэр, разве Вы не говорили, что командир восстановил память?..

Эван поправил очки и отвернулся:

– Не спрашивайте меня.

Он всего лишь сказал, что на седьмом этаже военного здания есть музей. Он и представить себе не мог, что командир приведёт его не только на выставку, но и в свой кабинет.

Офис на одиннадцатом этаже был особенным. Он принадлежал их командиру, и все знали... что командир не любит, когда его отвлекают во время работы.

В это время объект их обсуждений сидел за столом, листая документы без всякого выражения на красивом лице. Хотя он спокойно держал ручку, его мысли постоянно блуждали где-то далеко... после нескольких секунд разглядывания этих документов его взгляд возвращался к некоему юноше, беззаботно играющему в голографическом симуляторе.

Продуктивность его работы была сильно снижена.

И без того небольшому количеству документов было уделено лишь мимолётное внимание. Хайдис, сидевший за столом с прямой спиной, решительно отложил перо и направился к юноше.

Хотя голографические виртуальные устройства закрывали большую часть лица молодого человека, он всё ещё мог сказать по слегка изогнутым в улыбке губам, что человек хорошо проводил время.

Красивый Хайдис слегка прищурил глаза, снял белые кожаные перчатки и протянул руку, чтобы коснуться лица юноши. Особенно ему хотелось  дотронуться до уголка его губ.

Под влиянием голографического устройства мозг не может воспринимать и обнаруживать угрозы из внешнего мира. Следовательно, люди, носящие голографические устройства, обычно не осознают, что происходит вокруг.

Например, Гу Янь сейчас оказался в такой ситуации.

Юноша был настолько поглощён новыми ощущениями от своего первого опыта виртуальной игры, что не заметил пары вертикальных зрачков, пристально смотревших на него.

Вспомнив о поцелуях и ласке, которыми его осыпал человек, Эли прищурился и попытался подражать ему. Он наклонил голову, чтобы нежно прикоснуться губами к лицу ничего не подозревающего юноши, прежде чем слегка сместиться и коснуться уголка его губ.

Чем ближе он наклонялся, тем отчетливее ощущался запах юноши. Он властно заключил тело молодого человека в свои руки, в то время как его вертикальные зрачки сужались, постепенно превращаясь в тонкие линии. Опустив голову, он нежно, но уже более интенсивно поцеловал шею юноши.

Его метка снова исчезла…

Восстановив свою память, он также вспомнил, как сделать так, чтобы его метка дольше оставалась на теле юноши. Однако он всё ещё сдерживался.

Пока ещё не время. Сейчас... он будет отвергнут этим человеком.

037 молча наблюдала за этой сценой, гадая, не пора ли напомнить хозяину, чтобы тот не злоупотреблял игрой.

[Хозяин…]

– В чем дело, 00? – вскользь спросил Гу Янь, почти не обратив внимания на систему, будучи поглощённым новыми захватывающими ощущениями от управления военным кораблём в чрезвычайно реалистичной виртуальной игре.

[... Рекомендую хозяину ненадолго выключить голографическое устройство.]

Хоть ему была неизвестна причина, побудившая систему дать подобный совет, Гу Янь всё же вызвал системное меню игры, сохранил прогресс и выбрал опцию выхода.

– ???

Выключив игру, Гу Янь ещё не успел снять оборудование, как почувствовал тёплое и мягкое прикосновение к своей шее, всё ещё находясь в полной темноте.

В такой ситуации, когда он ничего не мог видеть, его осязание обострилось. Лёгкие поцелуи, опускающиеся на его шею, казались вспышками электричества, шокировавшими его каждым прикосновением и оставлявшими после себя ошеломляющее ощущение.

– Эли, – лишённый возможности видеть, Гу Янь слепо потянулся в направлении Хайдиса, желая коснуться его головы, чтобы угомонить и заставить его прекратить то, что он делал. Тем временем другой рукой он собирался убрать голографическое оборудование, блокирующее его зрение.

Хайдис, услышав своё имя, нахмурил брови и послушно остановился. Однако он не позволил юноше снять голографическое оборудование, вместо этого наклонился к уху юноши и тихо мяукнул.

Обычно сдержанный и холодный тон почему-то звучал немного теплее, и Хайдис продолжил испытывать свою удачу, целуя шею юноши.

– Будь умницей... – он не мог быть суровым по отношению к тому, кого не мог видеть. К тому же, услышав мяуканье кошки, Гу Янь быстро расслабился.

Наконец, юноше предоставилась возможность снять голографическое оборудование без всякого сопротивления, что он и сделал. Сначала он решил как следует поговорить со Хайдисом. Однако первым, что встретили его глаза, был медленно покачивающийся хвост серебристо-полосатого кота, который спокойно наблюдал за ним.

В следующую секунду похожий на кошку Хайдис взобрался на ноги юноши и улёгся на коленях, его горло начало издавать низкий вибрирующий звук.

…Это был чёртов чит, но кто виноват в том, что Гу Янь, к сожалению, попался на такую простую уловку.

Его пальцы нежно почесали подбородок большого кота, расположившегося на коленях, пока молодой человек задавался вопросом, почему же Хайдис, который уже восстановил свои воспоминания, до сих пор так привязан к нему.

«Только не говори мне, что сюжет рухнул?» – обратился Гу Янь к системе.

[Такая возможность исключена.] – 037 быстро дала отрицательный ответ. –[Может ли хозяин попробовать порыться в памяти и подумать, не написали ли вы какие-либо странные настройки для этого персонажа?]

Поглаживая послушного кота на коленях, Гу Янь упрекнул систему:

– Я честный автор. Как я мог написать какие-то странные наст... Ох...

Гу Янь внезапно прервал свой ответ; даже рука, слегка почесывающая подбородок большого кота, тоже остановилась.

Как уже упоминалось ранее, когда он устанавливал черты характера босса, из-за того, что его собственный кот лежал у него на коленях и старался привлечь его внимание, ход мыслей молодого человека приобрёл другое направление, и его разум был заполнен только кошкой.

Оглядываясь на те времена, Гу Янь смутно припомнил один момент при создании персонажа. По причине того, что его мысли были заняты котом, после перечисления основных характеристик этого босса он добавил маленькую надпись в углу листа…

«Хозяин: Гу Янь»

Глава 11 - Поглаживая мягкий животик

Седьмой этаж военно-выставочного зала был закрыт для обычных людей. Его известность была связана с прославленными военными машинами и арсеналом, которые принесли победу в различных войнах Хайдис. Одним из самых известных экспонатов стала штурмовая машина «Серебряный клинок», которой когда-то управлял десятый император империи Хайдис.

Когда Эли повёл темноволосого юношу на выставку, все, кто встречался им на пути, были крайне удивлены. Однако, за исключением необычного внешнего вида, под влиянием подавителя и сильного запаха некоего Хайдиса, отметившего его, никто не заметил расового отличия.

Восхищаясь большими боевыми машинами, молодой человек не обращал внимания на Хайдиса, который молча и отстранённо смотрел на него.

Этому человеку нравятся военные машины. К такому выводу пришёл Хайдис, наблюдая за юношей со стороны.

Оперативность солдат была чрезвычайно высока. Уже к ночи подарок для Гу Яня был доставлен.

Юноша давно смирился со своей судьбой в качестве человеческого питомца Хайдиса. Он смотрел, как серебристо-полосатый кот медленно взбирается по его ногам, и веко юноши невольно задёргалось.

А уж при мысли о том, кого он назначил «хозяином» этого зверя, Гу Янь и вовсе не смог сдержать нервного тика.

Он ведь когда-то был таким честным писателем…

- Мяу.

Гу Янь обнаружил, что большой кот, кажется, держал что-то во рту, когда тот наконец поднялся наверх и мяукнул, позволяя принесённой вещи упасть на колени юноши.

…Гу Янь чуть не рассмеялся.

Хайдис, похожий на домашнюю кошку, долго смотрел на изогнутые в улыбке губы юноши. Он снова поднял упавший предмет и склонил голову в сторону человека.

Это был редкий случай, когда Хайдис решил не забираться на молодого человека и лежать тихо, а вместо этого выгнулся в его объятиях. Гу Янь был озадачен, он погладил голову большой кошки:

- Эли?

Поняв, что кот пристально смотрит на другую его руку, Гу Янь на мгновение задумался, а затем опустил другую руку и положил её перед котом.

Похоже, он сделал правильный выбор, потому что Хайдис в облике домашней кошки слегка наклонил голову и вложил предмет в руку юноши.

- Это мне? - спросил Гу Янь, разглядывая переданный ему крохотный браслет, хотя нет, скорее, это было крупное кольцо.

Ответом ему было тихое «мяу».

Лёгкий наклон головы, как знак ожидания похвалы, был уже смертельным ударом для Гу Яня, этого кошачьего маньяка. Потерявший всякое чувство рациональности юноша поднял Хайдиса и начал целовать его без малейшего колебания.

Вдоволь нацеловавшись и придя в себя, он погрузился в сеанс саморефлексии [1]. Однако, услышав тихое кошачье мяуканье, Гу Янь быстро отбросил остатки собственных моральных устоев.

[1] Саморефлексия – самоанализ, размышление человека о самом себе, своих поступках, мотивах, чувствах и т.д.

Хотя он понятия не имел, что это за кольцо, кот у него на коленях начал требовательно мяукать, так что Гу Янь просто надел его.

Наконец большой кот, сидевший у него на коленях, успокоился. Гу Янь лениво расслабил спину и позволил себе упасть на кровать.

Во всей империи не было подобного предмета мебели. «Кровать», которую он хотел, была изготовлена специально для него... у Гу Яня лишь крепло впечатление, что его теперь держат не в качестве пленника, а как домашнего питомца этого Хайдиса.

Однако, если так посмотреть, в такой ситуации не было никаких недостатков, скорее, наоборот, было немало преимуществ?..

Ох, нет-нет-нет, он честный писатель - Гу Янь изо всех сил пытался ухватиться за последние нити праведности и морали.

Почувствовав, что вес на его ногах уменьшился, юноша оглянулся и увидел серебристо-полосатого кота, закусившего угол одеяла, а затем тянущего ткань к нему, чтобы укрыть.

До чего же послушный…

Хайдис в кошачьей форме только начал натягивать одеяло на тело юноши, когда его заключили в тёплые объятия.

Гу Янь взял одеяло, которое кот дотянул до его талии, и накрыл их обоих.

В последнее время погода стала холоднее. Хотя такое изменение температуры не оказывало никакого влияния на расу Хайдис, Гу Янь был человеком, так что в его случае дела обстояли иначе.

Понимая это, Хайдис даже подумывал о том, чтобы вернуться в более крупную форму, чтобы согреть юношу.

Самой тёплой частью его тела был живот. Глаза Гу Яня были закрыты, но его руки всё ещё продолжали поглаживать мягкое брюхо большой кошки.

Поглаживая кота, Гу Янь вдруг вспомнил, как впервые увидел его человеческую форму... это был мужчина с очень правильными пропорциями тела, и слегка напряжённые мышцы живота выглядели полными силы и красоты.

Его первоначальный облик и нынешний отличались как небо и земля. Думая об этом, Гу Янь не колеблясь погладил кота по животу.

Хмм... очень мягкий, очень приятный на ощупь.

Две недели спустя молодой лейтенант собрал всю требуемую информацию и помчался к особняку.

- Люди... - нахмурился Хайдис. Красивый голос мягко прочитал название расы, в холодном тоне сквозила нежность.

Земля, цивилизация четвёртого уровня.

Разница в один-единственный уровень цивилизационного разрыва может быть подавляющей, не говоря уже о четырёх. Хайдис продолжил внимательно просматривать лежащий перед ним отчет.

Слишком хрупкие…

Они были слабой расой, которая опиралась на использование научно-технических достижений, чтобы достичь всего-то четвёртого уровня. Хотя они в значительной степени полагались на свой технический прогресс, этот уровень технологий был ничем по сравнению с цивилизацией седьмого уровня Хайдис.

Думая о том, что в последнее время становилось всё труднее согревать юношу, некий Хайдис, чей эмоциональный диапазон ранее был не больше, чем у камня, почувствовал довольно сильное беспокойство. Он хотел поскорее завершить все свои дела, чтобы вернуться и обнять молодого человека.

Но, взглянув на отчёт, он понял, что не видит записей о предпочтениях людей.

- Какие вещи нравятся людям?

Эван на мгновение замер. Это тоже входило в сферу его расследования?!

Сдвинув очки на переносицу, Эван спокойно сказал:

- Пожалуйста, дайте этому подчинённому немного времени на исследования.

«Действуй». Красивый хладнокровный молодой командир бесстрастно кивнул.

Глава 12 - Любимая вещь - Цюцю

Военная база, 11 этаж.

Увидев, что молодой лейтенант анализирует многочисленные документы и различные источники информации, солдат по имени Жан, участвовавший в расследовании личности черноволосого юноши, не колеблясь, спросил:

– Офицер, мы начинаем подготовку к войне?

В ходе расследования они обнаружили новую галактику. Отправившись туда, они могли бы добраться до цивилизованной планеты класса D под названием «Земля». Более того, эта богатая ресурсами планета не имела связей ни с одной из высших цивилизаций.

Отсутствие покровительства высших цивилизаций в глазах Хайдис не означало, что планета была независимой, а скорее было признаком того, что планета не имела хозяина.

Раз нет хозяина, значит, её можно было захватить.

Если бы Эван не обнаружил волос юноши, упавший на его одежду, и не положил его в отслеживающий аппарат, эту планету было бы довольно трудно найти, так как она была скрыта естественной туманностью.

Эта туманность, конечно, не состояла из настоящего газа, а скорее была какой-то таинственной субстанцией, которую ещё предстояло опознать. Из-за неё любой звездолёт, который входил в эту область, теряел ориентацию в пространстве и вынужден был лететь вслепую.

Одно лишь открытие этой новой галактики было большим военным достижением. Если бы им удалось захватить эту лишённую хозяина и богатую ресурсами планету, огромное продвижение по службе было бы не за горами.

Но по какой-то причине им было приказано заблокировать новости об открытии новой галактики, и спустя долгое время они всё ещё не получили приказа начать штурм.

Услышав вопрос, Эван поправил очки. Как он мог сказать подчинённому, что на самом деле он сейчас изучает предпочтения человечества, обитающего на этой голубой планете?

И всё же он не мог винить собеседника за такой вопрос. Работа Эвана была связана с огромной ответственностью, он всегда разрабатывал план, прежде чем действовать.

В прошлом, каждый раз перед началом очередной войны, они тщательно анализировали каждую особенность своих врагов и разрабатывали лучшую стратегию завоевания противника... Жан думал, что офицер просто делает свою работу.

– Никаких дальнейших инструкций. Продолжайте пока скрывать эту информацию, – Эван невозмутимо продолжал собирать данные, отмечая только самые важные моменты.

У их командира не было ни малейшего намерения захватывать эту планету, и он знал это с того самого дня, когда принёс первый отчёт.

Ранее он предлагал освоить новую галактику и завоевать богатую ресурсами планету; эти два пункта позволили бы их командиру более или менее плавно подняться по служебной лестнице.

В данный момент трон империи Хайдис пустовал. По традиции, после смерти предыдущего правителя наследник не мог сразу занять трон. Желая занять высший пост во власти, претендент должен был сначала пройти испытания, назначенные старейшинами.

Их командир уже завершил первое испытание и готовился вернуться в Империю Хайдис, когда началась та серия злополучных событий. Он упал на необитаемую планету и потерял память.

Разумеется, свидетелей этого происшествия не было, и глубоких расследований ещё не проводилось.

Содержание второго испытания не разглашалось, но оно уже началось, так что было бы полезно иметь ещё одно достижение про запас. Однако его предложение было безжалостно отвергнуто командиром со словами «нет нужды».

– Да, сэр.

Когда подчиненный отвёл взгляд, выражение лица Эвана едва заметно изменилось, и он поправил очки на носу. Он собирался вновь посетить особняк своего командира.

Что касается предпочтений человеческой расы, то абсолютным лидером были только «деньги». Это был расплывчатый термин. Если говорить языком Хайдис... вероятно, это было что-то вроде кредитных баллов или самой распространенной стандартной валюты на людской планете.

Было слишком много информации, касающейся этого расследования, и Эван чувствовал, что намного быстрее будет спросить самого человека. В конце концов, хотя его командир и сказал, что хочет знать, что нравится людям, разве его истинной целью были не предпочтения одного конкретного юноши?

Прибыв в особняк, он встретился с человеком, не забывая сохранять необходимую дистанцию. Не став ходить вокруг да около, Эван прямо спросил:

– Что любит Ваше Превосходительство Гу Янь?

Этот неожиданный вопрос застал юношу врасплох, но, услышав слово «любит», он непроизвольно выпалил:

– Цюцю.

Шарик [1]... Это ещё что? Немного озадаченный, молодой адъютант поправил очки, но уточнять не стал и лишь сделал в уме пометку.

[1] Цю = шар, Цюцю = шарик

– Быть может, есть ещё что-то?

Гу Янь ответил на это перечислением ряда вещей, не назвав ничего экстравагантного, а также не стал допытываться у офицера, почему тот задает такие вопросы.

Когда его спросили, что из всего этого было его «любимым», Гу Янь ещё раз без колебаний ответил: «Цюцю».

Прокручивая в голове все слова, которые упомянул юноша, Эван кивнул. Наконец-то он сможет вернуться с докладом к своему командиру.

Прежде чем уйти, он взглянул на указательный палец юноши, на котором было нефритовое кольцо, инкрустированное зелёными камнями.

Это кольцо было портативным хранилищем военной брони, а также само по себе было «ключом» для её активации. Эван был более чем знаком с этим предметом.

Механизированная броня, хранившаяся в этом пространственном кольце, была одной из любимых у их командира. Бесчисленное количество раз он выводил эту броню на поле боя и поворачивал ход битвы в свою пользу. На самом деле, если не происходило ничего непредвиденного, этот боевой механизм должен был быть размещён в выставочном зале на седьмом этаже военной базы, как знак почёта для погибших, чтобы отдать им дань уважения.

Однако их командир так легко и охотно подарил это кольцо темноволосому юноше, в то время как последний понятия не имел, насколько важна вещь в его руках.

Эван действительно не мог понять любви своего командира —

Да, как адъютант, он чётко понимал, что его начальник питает особую привязанность к темноволосому молодому человеку, принадлежащему к слабой расе.

И слова «нравится» здесь было недостаточно.

Чтобы свирепый и агрессивный зверь позволил себя приручить и замаскировался под послушное существо... более того, передал бразды правления в руки более слабого создания, позволяя маленькому существу относиться к себе как к обычному домашнему питомцу и играть с ним…

Если бы это можно было объяснить простым «нравится», то Хайдис можно было бы приручить против их воли.

Представ перед своим командиром, который сидел в кресле, уставившись на документы, Эван начал зачитывать ответы, которые он только что получил из уст человека.

– Его Превосходительство Гу Янь сказал, что больше всего он любит Цюцю... Командир? – Эван отчеканил каждое слово своего доклада, но внезапно увидел, как холодный красивый Хайдис выпустил ручку и встал со своего места.

Глаза Хайдиса, одетого в чёрную военную форму, были холодны и невыразительны. Со стороны, никто не смог бы сказать, что с ним что-то не так.

Однако в этот момент Эли почти слышал, как оглушительно бьётся его сердце.

Глава 13 - Начало паники

Ни о чём не подозревающий Гу Янь, который в настоящее время предавался голографической игре и не мог расстаться с ней, был на самом деле очень легкомысленным... ах, нет, беззаботным человеком. Пока он находился в относительно безопасном окружении, место его пребывания не имело для него большого значения.

В конце концов, Гу Янь проводил свои дни, сидя в своем доме, обычно заботясь о своей кошке. Денег, которые он зарабатывал, будучи писателем, более чем хватало на содержание их двоих. Не так давно он взял с собой кота и отправился за границу в поисках вдохновения. Дни он проводил очень беззаботно.

Хотя он был вынужден перенестись в этот мир, Гу Янь так и не встретил те грозные системы, о которых он читал на сайте Бу Цзянь [1], где главный герой был привязан к системе и вынужден был выполнять любую задачу. Если бы герои отказались, то были бы уничтожены. Гу Янь же сейчас хорошо ест, хорошо живет, хорошо спит и о нём хорошо заботятся–

[1] Сайт, на котором Гу Янь выкладывал свои новеллы

Помимо необходимости быть настороже, чтобы не позволить земному Альянсу быть уничтоженным в соответствии с первоначальным сюжетом, у Гу Яня в основном не было других забот.

Он должен был пройти через различные сюжетные линии миров, которые он написал. Если верить системе, единственный способ для него попасть в другой мир - умереть в этом.

Но самоубийство – Гу Янь не мог заставить себя совершить вещи такого рода. И раз уж не мог, ему оставалось только наслаждаться опытом пребывания в этом футуристическом мире.

«Играть в эту голографическую игру действительно весело».

Система, которая давным-давно видела мысли Гу Яня, решила промолчать. Раньше у системы были другие хозяева, но никогда она не видела никого... настолько же ленивого, как её нынешний пользователь.

Расчётные данные показывали, что в некотором смысле, это был признак сильной психологической устойчивости?..

Впервые 037 начала сомневаться в результатах собственных расчетов.

[Динь-Динь, запускается внешняя программа пробуждения, игрок решил выйти из игры, отсчет 10, 9, 8 …]

Гу Ян как раз собирался побить рекорд в виртуальной игре-симуляции военного корабля и потому не мог не издать протестующий возглас «Эй!». Ещё десять секунд, и он мог бы победить игрока, занимавшего первое место.

Движения его рук не прекращались до последнего. В самом конце, как раз перед тем, как он был вынужден выйти из игры, Гу Янь, казалось, увидел свое имя, висящее на втором месте…

Перед началом игры в голографическом симуляторе Гу Янь должен был закрыть глаза. Вот почему сейчас он лежал в полной темноте, и казалось, что какая-то тяжесть давит на его тело.

Хотя голографическое устройство еще не было снято, Гу Янь уже протянул руку, чтобы коснуться лежащего на нём груза. Как и ожидалось, он коснулся меха, а затем его пальцы внезапно стали влажными.

Странно... почему так тихо?

Привыкнув слышать, как большая кошка постоянно издает низкие мяукающие звуки, юноша подумал, что это безмолвие теперь казалось слишком тихим.

С растущим подозрением Гу Янь ждал, пока зрение восстановится, прежде чем посмотреть в сторону Хайдиса.

Лежащий в кресле молодой человек встретился взглядом с парой х вертикальных зрачков. Внезапно у него возникло мимолетное ощущение, что что-то изменилось. Почему ему казалось, что…

Хайдис как-то странно смотрел на него??

Это был не первый раз, когда Хайдис разглядывал его столь пристально, но на этот раз чувство, вызванное этим взглядом, отличалось от предыдущего. Однако, Гу Янь не мог сказать, в чём именно было различие.

И хвост, кажется, раскачивается слишком уж счастливо…

Большой кот, тихо лежавший на нём, смотрел каким-то странным взглядом и безостановочно махал хвостом.…

Гу Янь какое-то время колебался. Под пристальным взглядом пары светлых глаз он положил руку на подбородок Хайдиса и собирался осторожно почесать его.

Когда его пальцы коснулись Хайдиса, он нежно погладил его подбородок, не замечая, что глаза кота, смотревшего на него, слегка прищурились.

Зрачки постепенно превратились в узкие щёлочки. Похоже, его терпение и сдержанность постепенно достигли критической точки.

Хайдис издал низкое ворчание. Однако в этот момент тот самый человек, который вызвал в нём желание завоевать его, бессознательно обнял его, а затем легонько поцеловал в лоб…

- Ха?.. - Разум Гу Яня закоротило, когда он посмотрел на высокого человека, который в настоящее время придавил его своим телом. Чёрная военная форма была застегнута до самого воротника, и холодное лицо Хайдиса, казалось, излучало сдержанность... если бы только он сейчас не целовал юношу.

Прохладные и мягкие мимолетные прикосновения задели уголки его губ. Гу Янь, глупо застывший на несколько мгновений, внезапно пришел в себя. Однако к этому времени мягкие прикосновения уже достигли его губ, и он даже почувствовал, что его целуют, да так, словно Хайдис хотел добраться до его языка.

Какого чёрта?

Чувствуя, как его моральные устои рвутся на куски, Гу Янь был полностью обездвижен и мог только слабо сопротивляться, поскольку его тело всё ещё было придавлено другим человеком.

Наблюдая за всем процессом со стороны, 037 вошла в состояние молчания. Ранее она обнаружила аномальные колебания настроения у Хайдиса. Секунду назад... должна ли он была напомнить хозяину, чтобы тот не трогал и не целовал кошку?

Но было уже слишком поздно, поэтому 037 решила промолчать.

- …Нравишься. - Осознав, что юноша борется, Хайдис, выглядевший крайне безразличным, снова придвинулся ближе, чтобы коснуться его лица; он наклонил голову, чтобы поцеловать юношу в мочку уха.

Услышав, как холодный голос мягко прошептал ему на ухо несколько слов, Гу Янь, только что оправившийся от шока, снова впал в ступор. На этот раз он не застыл надолго, потому что придавивший его человек уже покрыл поцелуями пространство от уха до самой шеи.

Ощущение, что его Адамово яблоко лижут и посасывают, обескуражило юношу. В следующую секунду его дыхание стало прерывистым, и он начал вырываться ещё более яростно.

Тем не менее, он внезапно услышал низкое урчание со стороны Хайдиса, придавившего его собой. Голос звучал немного хрипло. Увидев потемневший взгляд Хайдиса, не сводившего с него глаз, Гу Янь почувствовал, что его действия привели к противоположным результатам.

…Он начал чувствовать легкую панику.

Глава 14 - Отказ

Поскольку два тела были очень тесно прижаты друг к другу, Гу Янь мог легко почувствовать изменения в определенной части тела другого человека.

В такой ситуации, которую понимают все мужчины, Гу Янь напрягся. Как бы то ни было, он больше не осмелится действовать опрометчиво.

- Мне тоже... нравится А-Янь [1]. - Глядя придавленного им юношу, Хайдис запнулся, словно этот холодный голос застрял у него в горле.

[1] Вы, вероятно, уже знакомы с этим, если читали другие китайские новеллы, если же нет – это просто ласковое обращение к близкому человеку.

Пара вертикальных зрачков, смотревших на юношу, была полна желания и несла в себе намёк на собственничество.

Этот человек…

Принадлежит ему.

Или, иными словами, это ЕГО человек.

Эта мысль оставила командующего Седьмым Имперским Полком удовлетворённым. Он даже слегка сузил свои зрачки, холодный взгляд в его глазах, казалось, стал мягче.

Как элитная раса на вершине пищевой цепи в межзвездном пространстве, на другие расы они неизменно будут смотреть как охотник на свою добычу.

Однако, по какой-то причине, он почувствовал неописуемую тягу к этому слабому и хрупкому человеку…

Не желая, чтобы этот человек боялся его, Хайдис намеренно принимал перед юношей послушный и безобидный образ кошки.

«Тоже?» - Гу Янь смог уловить только это слово и не успел ответить, когда его мочку уха снова поцеловали, заставив Гу Яня невольно вздрогнуть.

Однако в этот самый момент холодный голос мягко издал низкое «Мяу», словно прося о награде.

Воспользовавшись моментом, когда юноша был ошеломлён, обладатель этого голоса молча расстегнул верхнюю пуговицу на воротнике юноши.

Оставлять метки на своих вещах было обычным явлением среди расы Хайдис. Однако в действительности это было первой подобной практикой одного конкретного Хайдиса, и было неизбежно, что его действия будут немного неуклюжими.

Как здоровый взрослый человек, независимо от того, был ли он прямым или согнутым, если противник был таким красивым... и провоцирующим, Гу Янь просто не мог не иметь ни малейшей реакции.

Услышав, как у юноши перехватило дыхание, Хайдис наклонил голову и задумался. Он понял, что уши этого юноши... были очень чувствительными.

Однако, когда Хайдис снова поцеловал мочки ушей Гу Яня, желая продолжить расстегивать его одежду, он обнаружил, что юноша пытался остановить его руки.

Его сил был настолько мало, что от них можно было легко отмахнуться. Из-за большой разницы в физических показателях человека по сравнению с расой Хайдис, мужчина, целующий уши юноши, не считал его действия знаком отказа.

Ещё одна пуговица была расстегнута. Перед лицом абсолютной силы Гу Янь мог ощущать только полнейшую безнадёжность. Он стиснул губы, опасаясь, что случайно издаст какие-нибудь странные звуки, и начал лихорадочно ломать голову над тем, как удержать последние остатки нравственных границ.

Теперь Гу Янь понял, что тоже нравился Хайдису. Тоже нравился... Тоже?

Искра вспыхнула в его мозгу, когда он, кажется, что-то вспомнил. Гу Янь слегка повернул голову, чтобы уклониться от Хайдиса, который всё ещё оставлял маленькие поцелуи у его уха. Подавленный, он тихо позвал: «Цюцю?..»

Хайдис, введённый в заблуждение этим именем, резко остановился и посмотрел в глаза юноши. В его сознании юноша дал ему это имя, когда он потерял память. Это делало их очень близкими друг к другу, и ему... очень понравилось.

- Да. - Холодный голос быстро ответил ему.

Гу Янь: «…»

Похоже, произошло чертовски большое недоразумение!

Гу Янь вспомнил, что он, кажется, ранее называл Хайдиса именно так. Более того, он знал, что может иногда разговаривать во сне. Вот только сейчас он не знал, обнимал ли он Хайдиса после того, как тот восстановил свою память, и звал ли его «Цюцю».

Видя, что Хайдис намеревается возобновить то, чем они занимались, Гу Янь внезапно почувствовал опасность. Обе его руки были прижаты к телу, и он не мог позволить себе повторять прежние ошибки–

- Ах... Цюцю! - Это было единственное слово, которое могло заставить Хайдиса на время остановиться. Гу Янь не знал, смеяться ему или плакать.

Он не знал, какие странные звуки только что издал, но увидел, как два вертикальных зрачка потемнели еще больше. Гу Янь решительно отбросил остатки своего достоинства: «Цюцю, будь умницей…»

Взгляд Хайдиса очень быстро изменился. К тому времени, как Гу Янь смог среагировать, его руки вновь обрели свободу.

Это был отказ. Эли, наконец, понял это, ведь, когда юноша произнес эти слова, он пытался его оттолкнуть. Однако, нахмурив брови и неохотно отстранившись, он обнял юношу за талию.

Гу Янь попытался восстановить дыхание. Для здорового мужчины подавление собственного желания после возбуждения было нелёгкой задачей. Более того, два тела все ещё были плотно прижаты друг к другу, и он чувствовал, как возбужденная нижняя часть Хайдиса упирается в него.

- Как насчет того, чтобы... закончить рукой? - Гу Янь искренне предложил это Хайдису. Он никогда раньше не делал ничего подобного, но в теории он знал, как это сделать.

Однако, едва закончив свои слова, Гу Янь увидел, как вертикальные зрачки снова сузились. А затем их обладатель сунул руки ему за пояс.

Гу Янь был потрясен. Он хотел помочь Хайдису решить эту проблему, а не позволить Хайдису помочь ему решить её!

…То, что произошло вскоре после этого, лучше оставить нерассказанным. Одним словом, на следующий день, когда Гу Янь вспоминал о том, что было сделано, ему хотелось закрыть лицо руками. Он буквально сгорал от стыда.

Эвана, который в данный момент разбирался с огромной кучей документов класса В, снова вызвал его собственный начальник. Он был одним из немногих, кто имел доступ в личный кабинет командира, и поэтому поначалу был исключительно осторожен. Однако, стоило прозвучать вопросу другого Хайдиса, как вся его настороженность исчезла.

- Почему он отказался? – Прокрутив этот вопрос в своём разуме несколько раз, Эли, наконец, задал его своему подчиненному.

Раз он нравился человеку, почему тот отказывался? Хайдис, который не был искушён в любовных делах, не понимал причины. Он только знал, что хочет как следует пометить юношу и овладеть им полностью.

Эван не знал, как реагировать. Когда это он стал консультантом по любовным вопросам? Его превосходные способности к анализу данных не должны использоваться таким образом, верно??

- Этому подчиненному нужно время, чтобы более тщательно разобраться в этом деле. – Поправив очки, Эван перешёл к другой теме. - Сегодня мы получили сигнал о помощи от Пандоры, и ваш подчиненный уже направил силы для оказания поддержки. Так как это был всего лишь сигнал третьего уровня, этот подчиненный не уведомил вас сразу.

Сигнал о помощи третьего уровня обычно не имел большого значения, по большей части он применялся для внешней торговли, преследований звездных воров и так далее. Отправки регулярных войск было достаточно для поддержания правопорядка и стабилизации ситуации.

Хайдис, сидевший в кресле, не кивнул, а только вопросительно посмотрел на своего адъютанта, заметив, что тот разом побледнел.

- Сигнал о помощи... его уровень повышен до второго. – Не успел он закончить предыдущее предложение, как ситуация изменилась, и Эван был застигнут врасплох.

Второй уровень применялся не для обычных преследований, а был сигналом помощи для планеты, подвергшейся нападению.

Планета, подавшая сигнал о помощи, находилась на некотором расстоянии от Айзерса, где располагалась столица империи. Однако она всё же подпадала под юрисдикцию их командира.

- Вы лично отправитесь туда?

Глава 15 - Сигнал

Когда Гу Янь проснулся днем, он был ошеломлен, обнаружив себя в незнакомом месте.

- Мы только что получили спасательный сигнал с Пандоры. - Пояснил серебристоволосый командир, молча стоявший рядом, увидев, что юноша проснулся.

Заметив, что молодой человек всё ещё пребывает в растерянности, Хайдис, не привыкший объясняться, только посмотрел на юношу и мягко пообещал: «Я защищу тебя».

Он не мог позволить человеку остаться вне поля своего зрения. Если юноша слишком долго не попадался ему на глаза, он даже начинал беспокоиться…

Если бы только он мог связать его и приковать к себе. Так он мог бы видеть юношу каждое мгновение.

Гу Янь остро чувствовал, как пара зрачков, смотревших на него, немного потемнела. Ощущая, что что-то не так, он просто инстинктивно кивнул.

Он немного поколебался, прежде чем поднять руку и погладить серебристые волосы... как обычно.

Хотя, глядя на стоявшего перед ним мужчину в форме, он не мог не вспомнить, что произошло вчера. Он чувствовал себя смущенным, но не до такой степени, чтобы желать убежать.

Поглаживая Хайдиса, Гу Янь заметил, что веки офицера слегка дрогнули. Прежнее чувство опасности, которое он испытывал раньше, казалось, отступило. Прямо сейчас, тихий и послушный Хайдис даже заставил Гу Яня почувствовать, как в груди разливается частичка тепла.

- Корабль прибыл в галактику Эссо, коман... дир. – Когда из командного пункта поступил отчёт о ситуации, солдат, зачитывавший доклад, поперхнулся последним словом. Увидев изображение на голографическом экране перед собой, он был потрясен до глубины души.

В этот момент экран показывал офицера, сидевшего, подперев подбородок рукой, в то время как юноша рядом с ним небрежно касался его головы.

Гу Янь не носил коммуникационного оборудования, а потому не слышал ни звука. Более того, голографическая связь была односторонней, поэтому он не знал, что с другой стороны на них смотрят люди.

Кивнув, Эли отключил связь. Они прибыли в галактику Эссо, что недалеко от Пандоры. Поскольку это был сигнал о помощи всего лишь второго уровня, они взяли только один крупный корабль, в то время как остальные были кораблями уровня истребитель.

Для рядового бедствия второго уровня такого сопровождения было более чем достаточно.

В это же время в кабинете на Пандоре, в кресле самого высокопоставленного человека планеты сидел юноша, уголок его губ был приподнят в лёгкой улыбке.

Напротив него стоял фактический глава правительства этой планеты, которому и принадлежало кресло. - Ваше Высочество, я сделал, как Вы и сказали, теперь могу ли я?..

- Не нервничай так, Молес. - Молодой человек легко перебил стоявшего напротив него консула, затем улыбнулся и продолжил: - Маленькая мисс в полной безопасности, я уже велел своим людям хорошенько позаботиться о ней. Будь уверен, ни один волосок не упадёт с её головы.

Старик по имени Молес не знал, что ответить. Он не мог упрекнуть собеседника в том, что тот нарушил свое обещание, поскольку его внучка всё ещё была в руках подчинённых этого человека.

Построив грандиозную карьеру в политике, Молес возглавлял правительство планеты более 40 лет. Однако его единственный сын не хотел идти по его стопам и, достигнув совершеннолетия, сбежал из дома, чтобы поступить на военную службу.

Поначалу Молес был так взбешен его своеволием, что чуть не разорвал их отношения. Однако покойная жена оставила ему лишь одного сына. Он всегда заботился об этом ребёнке и любил его, так что в конечном итоге он не смог заставить себя отречься от него.

Его сын стал исключительно выдающимся солдатом. Хотя Молес был упрям и отказался отправить ему хоть одно письмо, он все же послал несколько человек разузнать о его делах. Во время войны ранг молодого человека быстро вырос и всего за несколько лет он был повышен до полковника.

Эти два человека с одинаковым характером и ослиным упрямством не контактировали друг с другом много лет, пока однажды Молес не открыл дверь и не увидел знакомую, но в то же время неузнаваемую фигуру с ребёнком на руках. Молес до сих пор помнил, как человек в чёрной форме Имперской Армии долго смотрел на него, прежде чем тихо позвать: «Отец».

За то долгое время, что они не виделись, он так сильно вырос. Первоначальная ярость старика по отношению к сыну давно утихла, и он даже несколько сожалел о своих попытках заставить сына войти в мир политики.

Мужчина вернулся, чтобы отдать ему ребенка на воспитание. Молес, конечно, согласился, но никак не ожидал, что это был последний раз, когда он видел сына.

Отца его внучки постигла та же участь, что и её мать - он пожертвовал своей жизнью в войне против врага Империи.

Перед лицом такой трагедии Молес не мог ничего сделать, кроме как осыпать внучку еще большей любовью.

- Как насчет такого варианта: дождёмся, когда приедет мой старший брат, и тогда я покажу тебе маленькую Ицяо, - безмятежно сказал молодой человек, сидевший в кресле консула, слегка задрав подбородок. Его красивое лицо не выражало ничего, кроме спокойствия.

- Да... благодарю, Ваше Высочество. - Молес, наконец, кивнул. Хоть Пандора и была отдаленной планетой, как глава правительства, он знал, что испытания для выбора следующего наследника Империи начались, и человек перед ним был заинтересован в троне.

По правде говоря, Молеса абсолютно не заботило, кто в будущем станет верховной властью Империи. Однако теперь он был вынужден участвовать в этой борьбе.

Флотилия кораблей, направлявшихся к Пандоре, приближалась к окрестностям планеты, и командир корабля вместе с темноволосым юношей вошёл в командный пункт.

Гу Янь посмотрел на пульт управления, за которым сидел один солдат – на панели было множество кнопок и маленьких рычажков, выглядело всё это очень сложным и трудным для понимания.

Тем не менее, глаза Гу Яня не могли не загореться, а его руки уже почти физически зудели, так как эта панель выглядела практически точно так же, как и консоль управления линкором в голографической игре.

Если суть их работы была одинакова, означало ли это, что он действительно мог управлять кораблем?

Ладно... для начала ему надо приобрести корабль.

Молодой командир, наблюдавший за этой сценой, вспомнил, что юноша очень интересовался игрой, которая представляла собой полную симуляцию управления боевым кораблем. Однако эта «игра» была не только развлечением по своей природе, но ещё и проверкой, которую должен был пройти каждый оператор военного корабля.

Проходная планка была установлена на 3000 баллов, и все, кто не соответствовал этому критерию, не могли получить лицензию. С другой стороны, к тем, кто набирал высокие баллы, военные проявляли большую благосклонность.

Кстати, что касается недавних событий... внезапно из ниоткуда возник некто под ником «Гуянь», и эта тёмная лошадка заняла второе место [1]. Однако военные так и не смогли отыскать этого человека.

[1] среди всей Империи

Это вызвало большой шум в армии Империи Хайдис. Почти все уже согласились, что этот человек присоединится к тому подразделению, которое первым его найдёт.

- Тебе нравится? - Холодные глаза и выражение красивого лица молодого командира не соответствовали тону вопроса, его взгляд был полностью сосредоточен на юноше.

Всё ещё глядя на консоль, Гу Янь особо не размышлял и просто кивнул, совершенно не осознавая, что выражение лица стоявшего рядом с ним Хайдиса стало задумчивым.

У стоявшего неподалёку Эвана дернулся глаз. Он не ожидал, что командиру, и так подарившему человеку такую мощную военную машину, придёт в голову мысль о том, чтобы дать ему линкор для... развлечения?

Любовь командира была действительно трудна для понимания; Эван молча поправил очки.

Глава 16 - Добро пожаловать

Территория Империи Хайдис была чрезвычайно обширна. Даже не упоминая большие и малые соседние галактики, под юрисдикцией Хайдис находилось большое количество галактик далеко за пределами их собственной.

Имперская армия насчитывала в общей сложности девять полков. Каждый полк отвечал за свою территорию, и в это самое время на Пандору направлялся Седьмой полк.

Хотя эта планета была относительно удалённой по отношению к столице Империи, она славилась в течение вот уже 10 лет подряд как наиболее подходящее местечко для совместного отдыха парочек.

Однако эта планета, известная своей романтичной атмосферой, с недавних пор была охвачена паникой.

Это происходило не из-за жестокости атак врага, а скорее из-за того, что в течение многих лет в такой мирной обстановке простые граждане с окраины Империи давно отвыкли слышать тревожные сирены планетарной системы обороны.

- Согласно докладу, отправленному разведывательным кораблем, количество вражеских сил, осаждающих Пандору, невелико; у них едва ли больше 10 боевых кораблей, в то время как остальные являются лёгкими брандерами [1] и не представляют никакой угрозы для наших эсминцев. - Эван озвучил информацию, которую он только что получил из отчёта о разведке. Выражение его лица было довольно расслабленным, в конце концов, решение этого вопроса, казалось, не вызывало затруднений.

[1] Брандер — это любое плавсредство, начинённое взрывчатыми или легковоспламеняющимися веществами и предназначенное для уничтожения кораблей противника. Беспилотный корабль-бомба.

Если бы это была планета, близкая к столице Империи, она, вероятно, смогла бы отразить этот уровень агрессии, полагаясь лишь на свои собственные силы самообороны, и не было бы необходимости посылать сигнал с просьбой о спасении.

После прибытия подкреплений в виде регулярных войск ситуация, несомненно, односторонне изменилась.

Огромный корабль из чёрного металла бесшумно парил над планетой. На первый взгляд нельзя было сказать, что этот гигант был хорошо вооружен. И лишь во время военных действий, когда тяжёлый линкор переключался на боевой режим, подавляя врага 24-бойничной атомарной пушкой. Такой уровень огневой мощи был просто кошмаром для любого боевого корабля с низким классом защиты.

Вражеские корабли были уничтожены их судном со скоростью, видимой невооруженным глазом, и в глазах юноши Эли мог видеть огонь разорвавшихся снарядов, когда вражеские корабли были атакованы.

Он не дал врагу ни малейшей возможности сдаться, немедленно уничтожив их... может, не стоило позволять юноше становиться свидетелем такой сцены?

Если бы это было в прошлом, этот хладнокровный и безжалостный молодой командир, конечно, не уделял бы внимание такого рода вещи, но сейчас всё было по-другому.

- ... Хм? - Гу Янь издал звук удивления, когда его зрение внезапно потемнело. Однако виновник, казалось, не собирался убирать руку с его глаз.

Гу Янь попытался освободиться, но безуспешно.

Прикрыв ладонью глаза юноши, холодный и невыразительный Хайдис потерялся в мыслях.

Похоже, когда зрение юноши было заблокировано, он становился гораздо более уязвимым. Даже его тело стало немного более чувствительным, а его реакции еще более выраженными. Однако в данный момент они находились в рубке управления линкора, и поблизости всё еще находились его подчиненные.

Хотя солдаты делали вид, что не замечают их, Хайдиса слегка нахмурился. Он собственнически обнял юношу, положив подбородок ему на плечо.

Он быстро наклонив голову к шее юноши и легонько поцеловал его. При этом он не размыкал рук, обнимавших юношу за талию.

- ... - Гу Янь потерял дар речи. Он обнаружил, что с того самого дня, как они совершили кое-какие неописуемые вещи, его отношение к бесстыдным действиям Хайдис стало гораздо более терпеливым.

Возможно, его психологическая чувствительность на такого рода вещи уже дала сбой. Юноша застыл без движения.

Однако решение Гу Яня молча сопротивляться такого рода проявлениям привязанности, с точки зрения некого Хайдиса, выражало молчаливое согласие на такие действия.

Вдыхая аромат юноши, Хайдис испытывал искушение ещё крепче прижать к себе человека, не забывая при этом тщательно контролировать свои силы.

Как главный притворщик среди подчинённых, Эван старался не смотреть в их сторону и вместо этого сосредоточился на ситуации.

Миссия оказания помощи действительно не представляла никаких трудностей, и для эсминцев, которых они посылали, сражения со звездными грабителями были самой распространённой тренировкой.

После того, как войска очистили район от вражеских кораблей, Эли медленно опустил руку, которая была на глазах у юноши.

- Мы установили контакт с Верховным консулом Пандоры. Подготовиться к посадке через пять минут.

Молодой командир, стоящий на вершине Империи Хайдис, выглядел чрезвычайно благородно... если не обращать внимания на юношу в его руках.

Пандора... думая о том, чем славилась в Империи эта планета, зрачки Хайдиса превратились в две вертикальные линии.

Первоначально юноша даже не хотел, чтобы его обнимали, а в результате его держали в течение довольно большого периода времени, пока он не мог толком двигаться. Гу Янь, наконец, отбросил попытки сбежать из захвата; проблема была в том, что Хайдис, стоявший за его спиной, был слишком силён.

- ... Цюцю, будь умницей. - Ввиду безнравственности этой фразы, Гу Янь намеренно понизил голос.

Крепкая хватка на его талии постепенно ослабла, но как только Гу Янь вновь обрёл свободу, на долю секунды у него появилось ощущение, что за ним наблюдают.

Хоть он и понизил голос, слух расы Хайдис намного превосходил воображение Гу Яня. Все Хайдис, что были в командном отсеке, слышали его слова.

… Шарик... Будь умницей?..

Что он сказал командиру?

Солдаты слегка скосили глаза в их сторону, их взгляды выражали почти такое же удивление, как если бы они смотрели на доселе невиданное существо. Однако долго разглядывать юношу они не смогли, так как по ним тут же скользнула пара ледяных глаз.

Теперь Эван понял причину странного поведения своего командира в тот день. Так что, похоже, что «Цюцю» - это имя…

Молодой офицер поправил очки, тщательно обдумывая услышанное, и против собственного желания нашел достаточно убедительное объяснение.

Возможно, это был способ позабавиться... для влюблённых.

После стольких лет службы адъютантом Эван никогда не думал, что настанет день, когда этот термин можно будет применить к его командиру.

Когда зрители быстро отвели свои любопытные взгляды, Гу Янь списал всё на своё воображение. Корабль успешно приземлился на планете. Как сознательный человек, Гу Янь решил молча оставаться в поле зрения светловолосого офицера.

После прибытия подкрепления и уничтожения вражеского линкора, большая часть страха и напряжения рассеялась. В конце концов, военные силы Хайдис всегда пользовались большим авторитетом и встречались с большим радушием.

- Основываясь на доказательствах с уничтоженных кораблей, звёздные грабители, которые начали атаку на Пандору, скорее всего, принадлежали к нескольким различным группировкам. - Они прибыли в Министерство внутренних дел, и Эван, стоявший позади своего командира, зачитал доклад о ситуации, присланный разведывательным кораблём.

Этот момент был особенно подчёркнут, потому что межзвёздные пираты обычно захватывали только проходящие мимо торговые корабли, и даже у самых разыскиваемых и безудержных банд не хватало смелости атаковать целую планету. Более того, они были разрозненными, и ситуация, в которой они бы работали вместе, была просто немыслимой и никогда не случалась в истории.

Окончательный вердикт гласил, что армия будет оставаться на этой планете еще некоторое время, чтобы подождать и убедиться, что она в полной безопасности перед отправлением обратно в столицу. В течение этого периода военные продолжат модернизацию системы обороны этой планеты.

Напряженная атмосфера, полная паники, наконец рассеялась, и в ту же ночь повсюду начали медленно летать розовые воздушные пузыри.

Из-за этих розовых пузырьков, когда Гу Янь открыл окно номера, чтобы посмотреть на отдалённые улицы, он не мог отделаться от ощущения, что окружающий воздух был наполнен объятиями, поцелуями и милующимися парочками.

Думая о своей одинокой жизни длиной в 24 года, Гу Янь сухо кашлянул, тихо закрывая окно.

Приняв склад мышления «зачем влюбляться, когда можно завести кошку», Гу Янь провёл последние несколько лет относительно мирно и одиноко, за исключением того раза, когда он и некий Хайдис помогли друг другу решить определённого рода проблему–

- Кхем! - Такие вещи лучше не вспоминать, ибо преступник был неподалёку.

Услышав резкий кашель юноши, поначалу застывший неподвижно Хайдис наконец пошевелился. Он подошел ближе и дотронулся до юноши. Затем он сделал то, чего никогда не делал раньше — легонько похлопал юношу по спине.

Было много вещей, которые он никогда не делал до встречи с юношей, и теперь Эли медленно изучал их одну за другой.

По сравнению с расой Хайдис люди очень боятся холода и жары. Более того, они даже иногда могли заболеть несколько раз за один год... не так-то просто ухаживать за таким маленьким и слабым человеком, думал Хайдис, похлопывая юношу по спине.

Похоже, его ошибочно посчитали больным. Гу Янь понял это, когда его подвели к просторному дивану и он обнаружил, что лежит, глядя в большие глаза Хайдиса. Через мгновение свет в комнате был погашен, и в темноте Гу Янь мог только чувствовать, как его мягко похлопывают по спине.

Поскольку он был болен, ему нужно отдыхать. Так Гу Янь объяснил для себя ход мыслей другого человека.

Похоже, что этот Хайдис собирался ютиться на одном диване с ним сегодня вечером. Если вспомнить о его дурной привычке говорить во сне, то такая перспектива была сродни самоубийству.

Его многолетние привычки нельзя было изменить просто потому, что юноше этого захотелось. Гу Янь мог только надеяться, что во сне он не будет прижиматься к Хайдису и бормотать глупости вроде «Мне нравится Цюцю».

Посреди ночи Гу Янь проснулся, потому что человек, который делил с ним диван, встал, потревожив его не слишком крепкий сон.

- Что случилось?.. - Пытаясь открыть глаза, полусонный Гу Янь соображал с трудом.

- Не о чем беспокоиться.

В темноте раздался холодный голос, но звучал он успокаивающе. Хотя Гу Янь не спал, он был в смутном полубессознательном состоянии и снова послушно лёг.

Когда Гу Янь проснулся снова, он обнаружил себя в совершенно незнакомой обстановке. Судя по окружению, он был на корабле.

В следующую секунду Гу Янь встретился взглядом с парой вертикальных зрачков. Однако владелец этих глаз был ему незнаком.

- Добро пожаловать. - Красивый молодой человек сидел в кресле, подперев подбородок правой рукой. Он слегка наклонился вперёд, чтобы взглянуть на только что проснувшегося темноволосого юношу.

Глава 17 - Тронутый

Оказавшись в совершенно незнакомой обстановке, Гу Янь наблюдал за человеком перед собой и его манерой речи; его богатый писательский опыт подсказывал ему, что он, скорее всего... был похищен.

Встав, он почувствовал резкую боль в затылке, что только подтвердило его догадки.

[Враг двигался слишком быстро. Прежде чем 037 смогла уведомить хозяина, вы уже потеряли сознание] - сказала система.

Услышав механический голос, Гу Янь быстро ответил: «Все в порядке, даже если бы ты предупредила меня, результат был бы тем же».

Гу Янь всегда трезво оценивал свои способности.

Юноша поднял руку, чтобы потереть затылок. Если вас вырубил кто-то с силой Хайдиса, тот факт, что шея не сломана… уже можно было считать очень удачным.

- Я говорил своим подчиненным, чтобы они контролировали свои силы, но, похоже, они всё же были слишком грубыми. – Его собеседник сказал это мягким голосом, глядя на заметно удивлённого юношу. Из-за беззаботного выражения его лица можно было подумать, что всё это устроил не он.

Хотя его голос был нежным и ласковым, Гу Янь ясно чувствовал, что, когда пара глаз, напоминавшая о некоем Хайдисе с серебристыми волосами, смотрела на него, помимо интереса в них мелькали следы какой-то озлобленности.

- Это такой необычный опыт - впервые вырвать что-то из рук моего брата. - Молодой человек улыбнулся, поглаживая правой рукой подбородок.

Сколько злобы. Теперь Гу Янь не мог сказать, что совершенно не знал этого человека. Обладая хорошей памятью, юноша вспомнил тот день, когда этот Хайдис прибыл, чтобы навестить Эли – тогда-то он и Гу Янь впервые увидели друг друга.

Вспоминая о роли этого человека в сюжете истории, авторский мозг Гу Яня тут же составил целую теорию заговора с целью захвата трона. Однако на его лице это никак не отразилось, когда он отозвался с должным почтением: «Ваше Высочество Третий принц».

Если он правильно запомнил, полное имя этого Хайдиса должно быть Айви Осриан.

В это же время на другом корабле.

Оба корабля [1] в данный момент были объединены системой односторонней видеосвязи, а в командном отсеке гигантского линкора молодой светловолосый командир холодно смотрел на голографическое изображение. Его вертикальные зрачки превратились в узкие щёлочки, а изначально светлая радужка потемнела до мрачного темно-синего оттенка.

[1] на одном держат Гу Яня, второй принадлежит Эли

- … Командир. - Эван какое-то время нервно поправлял очки, прежде чем решился издать звук. Он никогда раньше не видел, чтобы его начальник столь откровенно выражал свои эмоции. Не было нужды гадать, в каком настроении находился хозяин этого леденящего взгляда, способного пронзить человека насквозь.

Видя, как юноша потирает ноющий затылок, светловолосый офицер плотно сжал губы, не говоря ни слова, особенно когда услышал фразу «всё же были слишком грубыми», в этот момент выражение его лица стало ещё холоднее.

Слишком опасно. Эван пришел к такому выводу, кинув лишь один взгляд на командира.

Однако Хайдис по другую сторону голограммы, казалось, не собирался останавливаться на достигнутом. Молодой человек поднялся со своего места и направился к юноше. Подойдя ближе, он потянулся за подавителем, который юноша носил на запястье.

- Измена Империи. На этот раз тебя не пощадят. - Прозвучал глубокий, лишенный эмоций голос. Имея ясное представление о личности своего командира, Эван знал, что, когда Эли произнёс это, он нарочно не упомянул человека, которому придавал первостепенное значение.

Палец Третьего принца как раз нажал кнопку на подавителе, когда он услышал эту фразу из коммуникатора в левом ухе. Склонившись над юношей, Айви ответил: «У меня ещё есть немного времени, пока ты разбираешься со своими проблемами, старший брат».

При этих словах в комнате раздался щелчок. После снятия подавителя с запястья юноши, голографическое изображение перед Эли резко остановилось, очевидно, сигнал был отключен.

Гу Янь мог слышать только то, что говорил Хайдис перед ним, и после тщательного анализа он мог только заключить, что на том конце находился Эли, который был атакован несколькими врагами.

- Я не могу устоять... - Отложив в сторону браслет-подавитель и отключив коммуникатор, Айви приложил палец к своим губам. Теперь он знал, почему на молодом человеке было это устройство. Запах добычи... Но это не совсем аромат еды, а своего рода искушение поглотить, хоть и без желания съесть. А отсутствие этого желания объяснялось тем, что запах был слишком соблазнительным. Конечно, он также мог чувствовать другой, полный предупреждения запах, оставленный другим Хайдисом на юноше.

Хотя содержание испытаний зависело от решения совета старейшин, измена такого масштаба была за гранью их ожиданий, и, следовательно, была наказуема. Что касается причины, чтобы держать юношу в заложниках... это было сделано просто из злобы к старшему брату.

Ему всегда хотелось вырвать что-нибудь из рук Эли, и было бы лучше, если бы это было что-то, что его старший брат очень ценил.

Даже если он не убьёт юношу, было бы неплохо держать его при себе. Опустив глаза, он взглянул на испуганное лицо юноши, изогнув бровь.

От паники было мало толку, и нельзя было отрицать, что теперь он стал заложником. Гу Янь, чей браслет-подавитель был снят, мог только спокойно сидеть на месте, но в уме он уже быстро продумывал, как использовать его систему, чтобы ускользнуть из заключения.

- 00, как думаешь, ты сможешь взломать корабельную систему управления?

Никогда ещё ни один хозяин не просил её сделать что-то подобное. Ответ 037 задержался. Секундой позже она, наконец, закончила расчёт и дала положительный ответ: [Система не существует в этом измерении. Внедрение может быть осуществлено, но его успех будет ограничен].

Услышав утвердительный ответ, Гу Янь внезапно расслабился. Лучше взять своё спасение в свои же руки, чем ждать, пока кто-то другой придёт к нему на помощь. Конечно, при условии, что он сможет управлять замками на двери по своей воле. Гу Янь чувствовал, что у него наконец-то появился шанс вырваться на свободу.

Судя по окружающей обстановке, он находился на довольно крупном судне. Согласно устройству кораблей в его романе, на нижней палубе должен находиться ангар, наполненный всевозможными небольшими военными кораблями.

Что касается управления линкором, исходя из его наблюдений, оно должно быть таким же, как и в Виртуальном симуляторе... ну почти.

- Что ж, для начала попробуй. - Смирившись с тем, что Хайдис оглядывал его с головы до пят странным взглядом, Гу Янь изо всех сил старался не шевелиться. Он не забывал, что люди были деликатесом для расы Хайдис.

Поэтому, прежде чем его система сможет взломать управление, юноша должен был убедиться, что с него не сдерут кожу, чтобы подать на обед этому Хайдису.

В этот момент Гу Янь не мог не подумать о другом знакомом ему Хайдисе. Тот Хайдис в форме большого кота всегда крутился возле него. Теперь юноша задавался вопросом, не из-за его ли вечно безразличного лица люди вокруг были такими странными?..

Выходит, обычному человеку было трудно чувствовать себя неуютно, когда некто, равнодушный ко всем остальным, был послушен и тянулся только к тебе.

Гу Янь почти мог признать, что в своём сердце он был немного тронут.

Глава 18 - Ладно, вперёд

Гу Янь сидел с прямой спиной, не двигая ни единым мускулом, даже когда руки другого человека потянулись, чтобы коснуться его шеи. Хайдису потребовалось много времени, чтобы поймать его, так что он не должен был придушить юношу прямо сейчас... Ха?

Что-то надавило ему на затылок, не слишком грубо, но и не нежно. При этом виновник улыбался ему, что ещё сильнее ошеломило Гу Яня.

Эта ситуация не подчинялась здравому смыслу, лицо юноши застыло от стресса, превратившись в неподвижную маску.

«00, сколько времени тебе потребуется, чтобы полностью захватить систему управления кораблем?»

[Где-то полчаса или около того]. После грубого подсчёта 037 дала осторожную оценку.

С точки зрения Айви, сидящий перед ним темноволосый юноша просто игнорировал его.

- Разве находиться рядом с моим братом не скучно? - Айви всегда был более искусен в словах, чем в грубой силе. Более того, это была его профессиональная привычка как политика.

- ... Нормально. - Было неразумно продолжать молчать, таким образом, Гу Янь ответил нейтральной фразой.

Для кошачьего фаната не было ничего интереснее, чем целыми днями гладить кошку. Хотя дело было в том, что не он выбрал находиться рядом с Хайдисом, а Хайдис оставался с ним каждый божий день…

При мысли об этом Гу Янь опустил глаза. Хайдис, казалось, уловил его слабость, и каждый раз, когда он проявлял хотя бы малейший признак отторжения, он становился хорошо воспитанным котом и тёрся об него, издавая горлом низкие рокочущие звуки, и льнул к юноше, пока сердце того не смягчалось–

Тем не менее, даже зная об этом, Гу Янь всё равно невольно попадался на этот трюк каждый раз. Он уже давно махнул рукой.

«Нормально»? Молодой Хайдис, не видевший мягкой стороны светловолосого офицера, естественно, про себя перевёл это как «скучно».

Если бы между этими двумя были отношения босса и подчиненного, не было бы никаких проблем. Однако Айви чувствовал, что в любовном плане, его брату определенно многого не хватает.

Не упоминая о его вечно холодном и невыразительном лице, в нём не было ни капли нежности и заботы. Любые романтические чувства были ещё более невероятны. И самое главное, он совершенно не умел ухаживать за человеком–

Будь вы на месте его возлюбленного, вряд ли смогли бы вынести такое отношение. Этот юноша принадлежал к маленькой и слабой расе, и, если он позволит своему старшему брату ухаживать за ним, может настать день, когда его заухаживают до смерти.

Хотя ухаживать за человеком самому - это совсем другая история…

То, что было украдено, всегда имело большее значение, особенно если похищенный предмет принадлежал сопернику, которого он ненавидел.

Молодой человек улыбнулся редкой улыбкой, в которой не было холодной насмешки. Светлые глаза, напоминающие некого Хайдиса, слегка прищурились, придавая ему выражение ребёнка, только что стащившего свою любимую сладость.

Юноша вновь ощутил, как Хайдис коснулся его шеи. Пальцы Айви почти не прикладывали силу, когда он нежно погладил юношу по затылку. Хотя Гу Яню было неуютно, глядя на выражение лица Хайдиса, ему пришлось сопротивляться желанию уклониться от его прикосновений.

- Просто останься рядом со мной. - Молодой человек, произнесший эти слова, был одет в белый костюм, который, в отличие от чёрной военной формы, не казался строгим; это была стандартная одежда в Имперском Административном Департаменте. Красивый политик, который всегда был известен как проницательный и хитрый государственный деятель, загадочно улыбался.

Гу Янь: «…»

«Как мне удалось привлечь внимание этого негодяя?» - С горечью подумал Гу Янь.

Судя по словам этого Хайдиса, он, вероятно, имел странный интерес к краже вещей своего старшего брата, и теперь юноша был одной из этих «вещей».

«00... постарайся ускорить свой прогресс.»

Система могла заметить, что эмоциональные колебания хозяина были немного сильнее, чем обычно, и, не произнеся ни слова, ускорила процесс взлома системы управления кораблем в соответствии с его пожеланиями.

Менее чем через полчаса, успешно взяв под контроль управление, 037 отозвалась.

[Динь, всё готово.]

Получив это сообщение, Гу Янь, казалось, полностью восстановил присутствие духа. Если бы у системы было тело, то Гу Янь захотел бы сначала обнять 037, а потом поцеловать её.

Говоря о его системе, следовало считать её мужчиной или женщиной?.. и вообще, есть ли у систем пол?

[Система не имеет пола.] - 037 ответила бесстрастно, как будто у неё не было никаких чувств. Если, конечно, проигнорировать небольшую паузу, которую допустила система, прежде чем ответить юноше.

«Кхем, моя 00 просто невероятна.» -  Услышав раздраженный ответ системы, Гу Янь решительно сменил тему, используя бесстыдную лесть, чтобы похвалить систему.

В прошлом в романах, которые он читал, упоминалось, что главный герой должен выполнять задачи, поставленные системой. Однако здесь их роли, похоже, поменялись.

037: […]

Когда система услышала два слова «моя 00» после мгновенного замешательства, она промолчала. Никто в прошлом не обращался к ней таким ласковым тоном, и никто никогда не хвалил её.

У юноши всё было готово для собственного спасения. Сначала Гу Янь откинулся на кожаное сиденье, глядя в направлении молодого человека, который его похитил. Тот не только посмотрел на него в ответ, но ещё и улыбнулся.

Чтобы добраться до корабельного ангара, ему должен был сначала выйти из командного отсека. Однако, чтобы покинуть командный отсек, он нужно было заставить Хайдиса уйти.

«00, ты можешь управлять тревожной сигнализацией корабля?»

Система сигнализации была частью общей системы управления, и, поскольку вторжение в систему управления было успешным, теоретически можно было манипулировать системой сигнализации.

Конечно, ответ системы соответствовал ожиданиям Гу Яня: [Это осуществимо].

Ему нужно спуститься на нижнюю палубу, подумав об этом, он принял решение меньше чем за секунду. Гу Янь сказал системе: «Как-нибудь устрой сигнал тревоги на верхней палубе. Тревога обычно имеет несколько уровней, используй самый срочный».

[Выполняю указания хозяина.]

Мгновение спустя Гу Янь заметил, как молодого человек поджал губы. Это было не встревоженное, а скорее заинтересованное выражение.

Сигнал тревоги, кто-то действительно оставался незамеченным достаточно долго, чтобы проникнуть на верхнюю палубу корабля?

Как забавно... молодой человек снова нахмурился, поднимаясь со своего места.

- Я вернусь позже. – Хоть Айви и не хотел, ему пришлось оставить человека одного в пустом командном отсеке. Не из уважения к юноше, а потому, что он не хотел, чтобы рядом с ним находился кто-то другой.

Гу Янь даже не задумывался, прежде чем кивнуть. Уходи, уходи побыстрее.

Как и ожидалось, Хайдис запер дверь после ухода. Гу Янь стоял перед плотно закрытой дверью. Рядом с ней находилось опознавательное устройство в виде небольшой коробки.

- Давай, я рассчитываю на тебя, 00.

За пределами командного пункта никого не было. После вторжения в систему управления, 037 могла дать Гу Яню почти точный отчёт обо всех позициях персонала корабля. Поскольку система видеонаблюдения на корабле была почти повсеместной, 037 могла теперь настроиться наблюдать за происходящим в любом уголке корабля.

Верхняя палуба находилась в относительно хаотичном состоянии, так как система управления этого корабля никогда не подвергалась вторжению. Хайдис были заняты поимкой «незваных гостей», которых на самом деле не существовало.

- Пусть пошлют еще людей наверх. – На его пути не было ни одного солдата. У Гу Яня было ощущение, что он играет в прятки. Это было очень интересно, но если его поймают, будет совсем не весело.

[Хорошо.] - Наблюдая за ситуацией в режиме реального времени, 037 дала положительный ответ.

Персонал нижнего уровня был направлен наверх, что привело к увеличению заторов, и им пришлось использовать альтернативные маршруты для обхода.

- 00, начинай блокировать их передвижения. - С информацией, предоставленной системой, Гу Яню удалось успешно избежать всех патрулирующих охранников. Хотя он сделал крюк, ему все равно потребовалось чуть меньше 20 минут, чтобы добраться до ангара.

Услышав просьбу, 037 на этот раз не сразу приступила к её выполнению, поскольку не могла понять намерений хозяина.

[Требую, чтобы хозяин дал более подробные указания.]

Если систему уподобить вспомогательному инструменту, она всё равно должна полагаться на человека, в руках которого находится, и на его способность управлять ею.

- Перекрой все выходы на верхнюю палубу. - Гу Янь обнаружил, что система была довольно неизобретательной. Думая об этом, Гу Янь решительно добавил: «Когда перекроешь, убедись, что они надёжно запечатаны».

Спустившись в ангар гигантского линкора, Гу Янь оказался окружен сотнями небольших военных кораблей. Присмотревшись повнимательнее, он заметил один в углу: «Это корабль-разведчик, 00?»

Потребовалась секунда, чтобы просканировать конструкцию корабля, прежде чем 037 снова дала положительный ответ.

Достаточно было услышать его название – корабль-разведчик или его прозвище – корабль-скаут, чтобы понять, что это высокоскоростной военный корабль со многими скрытыми возможностями. Теперь, когда юноша устроил побег вместо того чтобы противостоять врагу в лоб, услышав подтверждение своей догадки, Гу Янь немедленно занял место пилота, приготовившись управлять кораблем.

Взглянув на знакомую консоль, Гу Янь опустил на неё руки и нажал кнопку «Старт».

Ладно, вперёд.

Глава 19 - Ярость

Это было похоже на голографический симулятор, в который он играл ранее.

Успешно пробравшись в нижний ангар корабля и усевшись в кресло пилота, Гу Янь направил разведывательный корабль к выходу, размышляя об этом.

Хотя происходящее казалось простым, словно игра, Гу Янь всё же был совершенно серьёзен.

Необходимо было избежать любых ошибок и не допустить ни одной оплошности, чтобы достичь желаемого результата, не выполняя лишних манипуляций.

Если бы кто-нибудь, обладающий знаниями в этой области, увидел эту картину, то поразился бы точности и аккуратности его движений, которые могли бы сравниться со стандартом, приводимым в учебниках.

[Если шлюз, ведущий в открытый космос, будет открыт, диспетчерская на верхней палубе судна получит сообщение, и система не сможет перехватить его.]

- Ладно. – Тут же ответил Гу Янь.

Когда он покинет линкор, он позволит системе перекрыть все выходы корабля. К тому времени единственными, кто сможет преследовать его, будут только ближайшие от линкора корабли подкрепления.

Однако, по сравнению с преследованием сбежавшего заложника, выход из затруднительного положения был важнее. Гу Янь не думал, что его противник действительно пошлёт много войск, чтобы поймать его.

Холодные металлические створки постепенно раздвинулись на расстояние, соответствующее размерам разведывательного корабля. Гу Янь как раз закончил регулировать тягу корабля, чтобы в соответствии с инструкцией довести мощность двигателя до максимума. Разведывательный корабль, известный своей быстротой и скрытностью, покинул ангар и начал удаляться столь стремительно, что через мгновение его уже трудно было разглядеть невооружённым взглядом.

В это время в рубке управления огромного материнского корабля царил беспорядок. Обнаружив, что проходы на верхнюю палубу заблокированы,  люди в рубке управления догадались, что система управления кораблём была захвачена.

Однако в сложившейся ситуации всё, что они могли сделать – это наблюдать, как разведывательный корабль ускользает прямо у них из-под носа.

- Сэр, мы пока не можем восстановить контроль над системой корабля. - Сержант, пришедший с докладом, немного нервничал. Те, у кого был здравый смысл, могли видеть, что их босс был отнюдь не в хорошем настроении. Брови молодого человека уже были нахмурены так, что не могли опуститься ещё ниже, а губы сжаты в тонкую линию: «Сообщите всем близлежащим войскам и пошлите подкрепление, чтобы преследовать этот корабль».

Айви начал по-настоящему интересоваться темноволосым юношей, которому удалось сбежать от него. Дело было не столько в том, что человек был чем-то, что он украл у своего брата, а скорее в самом юноше.

Но сначала он должен вернуть его.

Ему никогда не приходило в голову, что у Гу Яня могут быть какие-либо навыки в управлении военным кораблем, и поэтому Айви был абсолютно уверен в том, что его войска способны захватить тщедушного человечка. Однако реальность была иной–

[Вражеские корабли в радиусе 1 километра.]

Управляя кораблем на максимальной скорости, Гу Янь услышал предупреждение системы. Хотя в этой захватывающей и опасной «игре в побег» не было места эмоциям, реальная ситуация всё же была вполне обнадеживающей. К тому же, в плане сбора информации его система намного превосходила самый совершенный разведывательный корабль в мире.

Благодаря предоставляемой системой информации, Гу Янь мог сосредоточиться, так как ему не нужно было обращать внимание на интерфейс радара.

[Если хозяин продолжит двигаться с текущей скоростью, вы достигнете зоны метеоритного скопления в течение пяти минут. Система предлагает хозяину откорректировать курс, чтобы избежать его.]

Гу Янь покачал головой: «Нет, мы пойдем напрямик».

Основываясь на запеленгованном системой местоположении одного светловолосого Хайдиса, юноша направил корабль строго в этом направлении.

Глядя вдаль, Гу Янь произвёл расчёт на основе двух точек пространства -  текущей и конечной - и пришёл к выводу, что этот путь был самым коротким и прямым.

- Кроме того, этот маршрут облегчает нам задачу скинуть преследователей с хвоста.

Хотя у Гу Яня не было абсолютной уверенности в успехе, он всё же считал, что вполне может положиться на свои способности. Это был просто метеоритный рой, ничего особенного.

Гу Янь не стал говорить, что на самом деле, когда он раньше играл в голографический симулятор, на более поздних уровнях ему приходилось избегать артиллерийских атак всех видов. Теперь же ему не нужно было заботиться о преднамеренных нападениях разумного противника, трудность задачи была уменьшена в разы!

Думая об этом, Гу Янь невольно вспомнил о том дне, когда он собирался побить рекорд игры, но кто-то внезапно нажал кнопку пробуждения и прервал его, заставив отключиться.

Однако преступник, который валял дурака и устроил этот беспорядок, на самом деле оказался большим очаровательным котом, который лежал у него на груди, виляя хвостом. Ну как в таком случае можно было продолжать злиться?

Как бы то ни было, Гу Янь не мог сердиться, так что в тот день он обнял кота и даже слегка поцеловал, и в итоге... то, что случилось позже, лучше было не описывать.

Сейчас ему так хотелось погладить кошку, что аж руки чесались. Гу Янь, который убегал от перехватчиков, грустил в своих мыслях.

Зная, что их цель направляется к метеоритному скоплению, подкрепление, посланное за ним, почти успокоилось.

Даже с учётом непрерывных телепортаций и расхода половины запасов кристаллической энергии, они всё ещё не могли догнать один несчастный разведывательный корабль…

Да какого чёрта!

Хотя никто не говорил этого напрямую, но эта мысль была в головах почти всех солдат.

Ангар на нижней палубе линкора был заполнен небольшими военными кораблями, у которые не имели функции телепорта. Только корабли средней и высокой мощности располагали ей. После нескольких последовательных телепортаций такие судна каждый раз были вынуждены останавливаться на секунду. И в эту секунду преследователи могли только наблюдать, как разведывательный корабль, за которым они гнались, превращался в маленькую точку и исчезал вдали.

Через некоторое время от него не оставалось и следа.

В этот момент разум преследователей был в состоянии шока.

Вождение корабля на такой экстремальной скорости. Насколько же ужасающим было предвидение этого человека? Обычный пилот разведывательного корабля вводил команду максимизации мощности двигателя только тогда, когда нужен был внезапный рывок.

А Гу Янь в это же самое время подумал, что корабль недостаточно быстр. Он, вероятно, мог бы двигаться быстрее, если бы конфигурация судна была получше.

- Этот человек сошел с ума?!

Не раздумывая, юноша продолжил движение к зоне метеоритного скопления. Все его преследователи уже сбросили скорость до безопасного значения, глядя на стремительно мчавшийся корабль со сложным выражением в глазах. Он снова исчез вдали, оставив их глотать пыль позади.

В конце концов кто-то не удержался и закричал от ярости в канал связи.

Разве есть разница между полётом на высокой скорости в области, сплошь усеянной метеоритами, и самоубийством?

Гу Ян не знал о мыслях этих людей, так как сейчас он представлял себя в игре.

Всё верно, в игре. Для него, с точки зрения уровня сложности, это был всего лишь «сложный» уровень. В игровом симуляторе был даже уровень «кошмар», на котором, как уже упоминалось ранее, он должен был уклоняться от вражеских атак, в то же время нападая на противника.

Иногда ему даже приходилось управлять кораблём так, чтобы использовать метеориты как временное укрытие для избегания атак.

- 00, когда мы прибудем?

После того, как Гу Янь невредимым выбрался из огромного роя метеоритов и успешно сбросил с хвоста большую толпу людей, которые преследовали их, он лениво спросил о своём текущем положении.

[17 минут.]

- Хорошо. - Ответил Гу Янь. Думая о том, что сказал ранее молодой Хайдис, он чувствовал, что высока вероятность увидеть масштабное сражение, когда он доберётся.

Реальность оправдала его ожидания, окрестности Пандоры были освещены вспышками различных энергетических лучей и всполохами пламени от взрывов на военных кораблях.

В центре ожесточенной битвы находилась мрачная бронированная боевая машина. Огромное тело из ледяной стали вызывало у всех, кто его видел, пугающее чувство подавленности.

Каждое движение походило на взмах косы Жнеца. Чёрная машина бесстрастно отнимала жизни врага, она не вышла из-под контроля, а скорее…

полностью вошла в боевой режим.

Эван поправил очки. Он никогда раньше не видел, чтобы его собственный командир входил в такое состояние. И никогда не думал, что настанет день, когда увидит что-то подобное, ведь их командир не испытывал никаких чувств–

Боевой режим можно было охарактеризовать как состояние крайнего спокойствия, до такой степени, что это граничило с абсолютным отсутствием чувств. Хайдис, вошедшим в полный боевой режим, требовалось некоторое время, чтобы успокоиться, даже если битва уже окончена.

В более серьёзных случаях, когда война завершалась и кто-то неосторожно приближался, они нападали на несчастного без разбора, без исключений, независимо от того, друг это был или враг.

Направив разведывательный корабль к полю боя, Гу Янь увидел сцену борьбы и хаоса. Он только вошел в зону сражения и увидел военный корабль Седьмого Имперского Полка, преследуемый врагами.

Более 50% корпуса корабля было повреждено, экипаж отчаянно отбивался.

Увидев, что к ним приближается ещё один вражеский корабль, пусть и всего лишь разведчик, сержант, управлявший кораблем, стиснул зубы.

Но в следующую секунду он застыл.

Вместо того, чтобы атаковать их вместе со своими товарищами, разведывательный корабль разнёс их преследователя тремя выстрелами из орудий.

Сержант на мгновение расслабился, но не из-за благоприятной ситуации, а из-за шока, вызванного открывшейся перед ним сценой.

Три артиллерийских залпа с разведывательного корабля фактически потопили целый средний корабль, который преследовал их?!

Не смешите меня! Даже линкор не мог быть таким свирепым, ясно?

Глава 20 - Я вернулся

Хотя вражеский корабль смог быстро активировать защитное поле, он всё же подвергся атакам, которые не могли быть полностью блокированы энергетическими щитами.

Экипаж корабля, уничтоженного всего за несколько секунд, до последнего момента не мог понять, почему они разбиты. Они только слышали оповещения о повреждениях, прежде чем потерять контроль над своим сильно поврежденным кораблем.

Офицеры Седьмого Имперского полка, наблюдавшие за этой сценой, пребывали в полнейшем шоке. Этот человек что, профессиональный военный пилот одного из подразделений Военного Флота?..

Этот разведывательный корабль явно принадлежал врагу, но всё же спас их. Некоторое время сержант не знал, следует ли ему атаковать или нет. Его руки, лежащие на панели управления, застыли без движения.

В результате два корабля на периферии поля битвы оказались друг напротив друга. Ни один из них не двигался, так что несколько секунд они пребывали в тупике.

- 00, соедини меня с этим кораблем.

Корабли, принадлежащие разным сторонам, вряд ли имели один и тот же канал связи. В этом случае Гу Янь должен был полагаться на тёмные технологии своей системы [1].

[1] Хакерские навыки.

Напряженная битва всё ещё продолжалась. Чтобы избежать ошибочных нападений со стороны военных кораблей Хайдис, было важно сначала обезопасить канал связи.

[Устанавливается соединение–]

Вскоре после этого бесстрастный голос вновь зазвучал в голове Гу Яня.

[Линия связи успешно установлена.]

Теперь всё должно было быть намного проще, но Гу Янь внезапно подумал о другой проблеме. Что ему следует сказать? Должен ли он сказать им, что его похитили, чтобы сделать заложником, и в конце концов он сбежал сам?..

Жертва несравненных хакерских навыков системы была ошеломлена, наблюдая, как длинная строка закодированного сообщения легко подключается к их линии связи без особых помех. Особенно после того, как он выслушал речь другой стороны, он стал еще более обескураженным и застыл на несколько секунд.

Асом на вражеском корабле напротив него был тот тщедушный темноволосый юноша? Тот, который выглядит так, будто его можно убить в любой момент простым щипком?..

При мысли о том, как этот небольшой разведчик сумел уничтожить вражеские корабли, холодный пот выступил у сержанта на спине.

Это, очевидно, были навыки пилотирования уровня Мастера. Если бы его взяли в армию, за такой талант, несомненно, пришлось бы сражаться.

Кто там умрёт от щипка?

Если бы он позволил юноше сесть за пульт управления корабля, то единственным, кто был бы насмерть раздавлен, был бы сержант.

Не судите никого по его расе. К примеру, эта так называемая «человеческая» раса: их слабая внешность была просто фасадом, чтобы снизить бдительность врагов.

Гу Янь не подозревал о мыслях, проносящихся в голове Хайдиса напротив него. Получив ответ, он направил корабль прямо в сердце битвы, в место наибольшего хаоса.

Разведывательный корабль, в отличие от боевых кораблей, не использовался для лобовых столкновений. Их огневая мощь и конфигурация защиты очень сильно уступала обычным боевым кораблям.

Так зачем идти в самую гущу боевых действий? Разумеется, чтобы украсть центр внимания…

Ах, нет, это ради удачного внезапного нападения.

На главном корабле Хайдис на интерфейсе радара в рубке управления внезапно появилась красная точка, сигнализирующая о прорыве нового вражеского корабля. Эван только что закончил разговор с сержантом.

- Отправьте приказ всем кораблям, нападение на разведывательный корабль запрещено.

Молодой солдат нахмурил брови. Сражение было таким ожесточённым, но юноша, которому его командир придавал большое значение, в самом деле ворвался в самую хаотичную часть битвы…

Это было абсолютное самоубийство.

Не обращая внимания на то, что юноше каким-то чудом удалось спастись, первое, что хотел сделать Эван, - это затащить темноволосого юношу обратно на их линкор. Если с ним что-то случится, как он доложит об этом своему командиру?

Однако, учитывая сложившуюся ситуацию, у него не было возможности выделить людские ресурсы для обеспечения безопасности юноши. Эван нахмурился еще больше.

На всём поле боя был только один разведывательный корабль, поэтому его было очень легко опознать. Получив команду не атаковать разведывательный корабль противника, все войска под командованием Эвана воздержались от атак, но не могли не обратить на него особое внимание.

В разгар сумбурного сражения, где бы ни пролетал разведывательный корабль, возникало море огня. Перед наблюдателями развернулась картина погибающих вражеских кораблей.

Если черная машина в центре поля битвы была похожа на ледяную косу Бога Смерти, то разведывательный корабль был сродни «мрачному жнецу», каждый раз нанося идеальный последний удар с предельной точностью.

Пламя вспыхивало непрерывно. Издали казалось, что идёт огненный дождь.

В рубке управления корабля встревоженный Эван уставился на красную точку на радаре. Однако, чем дольше он смотрел на неё, тем больше на его лице проступал шок.

Он следил за каждым движением красной точки. Где бы она ни проходила, исчезала другая красная точка. Очень быстро в хаосе поля боя на радаре осталась только одна красная точка – именно та, за которой он наблюдал.

Что происходит–?

Изначально, там была уже очень мощная военная машина, и теперь появился ас, заставляя Сарианскую армию отступить.

Однако у них не было возможности спастись бегством, потому что холодная чёрная военная машина уже заблокировала их путь. Хайдис, управлявший этой военной машиной, уже вошёл в боевое состояние, его вертикальные зрачки превратились в тонкие щели.

Лицо светловолосого офицера было красивым, но пугающе холодным. В этих тёмных глазах не было ни намёка на эмоции.

Он просто должен был избавиться от этих движущихся и живых препятствий, которые мешали ему. Тогда он сможет, наконец, пойти и забрать своего возлюбленного…

Когда его мысли дошли до этой точки, глаза Хайдиса стали ещё холоднее. Вслед за этим всё больше и больше вражеских кораблей встретили свой конец.

Несмотря на огромное, подавляющее тело, чёрная машина двигалась с пугающей скоростью. Более того, урон, создаваемый каждой атакой, был просто ужасен. С самого начала бронированная машина безостановочно выкашивала вражеские корабли.

Даже если бы число Сарианских кораблей значительно превышало численность флота Хайдис, они не смогли бы противостоять таким яростным нападениям. Теперь, когда их преимущество было потеряно, атаки существа в холодных чёрных доспехах становились всё яростнее.

С течением времени, отступающая Сарианская армия был полностью разгромлена.

Не было ни ликования, ни аплодисментов по случаю победы. Адъютант на огромном линкоре смотрел на застывшую неподвижно чёрную бронированную машину посреди поля боя. Эван ни на йоту не расслабился, хоть они и победили.

Их командир полностью погрузился в боевое состояние, и, хотя врага больше не было, он не мог так запросто из него выйти.

Сейчас даже соратнику лучше было не появляться перед этим Хайдисом…

В противном случае, они могут пострадать по ошибке. Подобные инциденты уже случались в армии в прошлом.

Однако в этот момент Эван увидел разведывательный корабль, приближающийся к чёрной бронированной машине. Более того, он был уже совсем близко.

- 00, помоги мне подключиться. – Услышав от системы, что Эли находился внутри чёрной машины, юноша хотел дать ему знать, что он в безопасности. Этот Хайдис обычно был очень привязан к нему. Если юноша не ошибся, Хайдис сейчас, вероятно, в плохом настроении.

Гу Янь, которому в голову пришла такая мысль, очевидно, не слишком глубоко задумывался. Чувства Хайдиса внутри чёрной брони нельзя было описать просто как «плохое настроение».

[Подключение произведено успешно.]

- Эли?..

Не получив ответа в первый раз, Гу Янь произнес его имя снова, уже с некоторым сомнением в голосе.

Этот голос…

Брови красивого Хайдиса слегка дёрнулись. В глазах с узкими зрачками появилось немного тепла, но губы всё ещё были сжаты в тонкую линию, хотя на самом деле он не хотел молчать.

Он застыл в этом состоянии и не мог говорить. Но если бы этот голос сказал ему еще несколько слов, то возможно...

Система не могла ошибиться. Человек в чёрной военной машине определенно был тем, кого они ищут.

Не получив ответа во второй раз, Гу Янь наконец понял, что что-то не так. Из бронированной машины не доносилось ни звука.

- Цюцю, будь умницей. Я вернулся.

Из коммуникатора донёсся голос юноши. Холодное выражение на лице Хайдиса наконец-то дрогнуло, он расслабил брови, словно очнувшись от транса.

- Да. - Наконец-то услышал он свой собственный голос.

Глава 21 - Ревность

Трудно было представить, что Хайдиса можно успокоить после того, как он полностью погружался в боевое состояние. Более того, это едва ли было технически выполнимо.

Строго говоря, это практически невозможно, потому что в этом крайнем состоянии сознания Хайдисы бессознательно блокируют все внешние помехи.

Однако молодой человек перед Эли действительно сделал это и даже сумел забрать Хайдиса из чёрной машины на линкор.

Единственное, когда Эван увидел своего командира, ему показалось, что у офицера был такой вид, словно он испытывал лёгкое похмелье...

Эван всегда считал, что слабое человеческое существо будет подавлено превосходством командира, так что теперь, наблюдая за юношей, в которого Эли вцепился мёртвой хваткой, адъютант пребывал в растерянности.

Они находились в командном отсеке корабля, где кроме них не было никого. Сообщив о состоянии войск и получив ответ от своего начальника, этот молодой помощник быстро покинул мостик.

У него было ещё много работы как у адъютанта, и в любом случае командир, несмотря ни на что, не причинит вреда этому тщедушному человечку…

Тёплое дыхание за спиной на секунду коснулось уха Гу Яня, заставляя его ощутить лёгкую щекотку. К своему огорчению, он почувствовал, что стоило ему пошевелиться, как его обняли ещё крепче.

- Эли… - Гу Янь был слишком смущен из-за их компрометирующей позы и не мог обернуться, чтобы посмотреть на него.

Красивый светловолосый офицер сидел на высоком кожаном кресле. Только-только выйдя из боевого состояния, Хайдис отчётливо излучал ауру, полную предупреждения и угрозы.

Однако, словно в противоположность своему пугающему виду, Хайдис обнимал темноволосого юношу, сидевшего у него на коленях. Его левая рука крепко обхватила человека за талию, его хватка была похожа на тиски, он словно хотел полностью обладать им.

Позвав Хайдиса по имени, Гу Янь обнаружил, что тёплое дыхание немного отстранилось от него. Вслед за этим мужчина за его спиной коснулся его шеи кончиками пальцев, слегка надавливая на неё, растирая точку в нижней части затылка.

Неудивительно, что после его похищения там остался синяк. Однако Хайдис, растирающий его шею, был чрезвычайно нежным, и юноша не испытывал ни капли боли.

На самом деле, это было довольно приятно. При таких обстоятельствах Гу Янь бессознательно расслабился и медленно прислонился к своей удобной, прохладной «подушке».

Однако в следующую секунду Гу Янь застыл как истукан. Пальцы, ласкавшие его шею, сменились прохладным и легким прикосновением.

Гу Яню даже думать не нужно было, чтобы понять, что это было. Ощущение поцелуя в шею заставило его, ранее расслабившегося, мгновенно выпрямить спину. Он быстро прикрыл свои действиями тихими покашливаниями.

На этот раз, в отличие от прошлого, юноша не выказывал никаких признаков отказа от близости с Хайдисом.

Ранее Гу Янь использовал тон, которым он обычно уговаривал своего собственного кота, чтобы успешно заманить Хайдиса обратно на линкор. После того, как они, наконец, встретились лицом к лицу, пара вертикальных зрачков зафиксировалась на нём и с тех пор не двигалась.

Когда юноша поймал на себе этот взгляд, он заметил, как зрачки сузились, словно Хайдис…

Вновь входил в боевое состояние.

Однако его враждебность была направлена не на юношу, а скорее на тех, кто приближался к нему.

Пораженный, Гу Янь даже не сообразил, как ему пришла в голову подобная идея, но к тому времени, как он мог осознать, его рука уже гладила Хайдиса по голове.

В это время мужественное лицо Хайдиса, казалось, слегка расслабилось, пока он оставался неподвижным, выглядя послушным. Однако пара вертикальных зрачков всё ещё была сужена в тонкие щели, придавая ему чрезвычайно мрачный вид.

Это было немного пугающе…

Именно по этой причине Гу Янь, который пребывал в объятиях Хайдиса словно заключённый, продолжал неподвижно сидеть у него на коленях. Даже сейчас, когда его целовали в затылок, он старался свести свою реакцию к минимуму и не уклонялся от прикосновений Эли.

– Этого не повторится. – Низкий голос прозвучал холодно.

Хотя Гу Янь и был главным среди них двоих, однако, когда светловолосый Хайдис, державший человеческого юношу в своих объятиях, заговорил, в его голосе был намёк на зависимость, как будто он хотел быть еще ближе к нему.

Но в действительности они не могли быть ещё ближе, чем сейчас.

Услышав это, Гу Янь столкнулся с трудностями. Хайдис позади него обнимал его слишком крепко, даже просто повернуться было непросто.

Глядя на пару бледно-зеленых глаз, Гу Янь чувствовал, что смотрит на большого кота, который льнёт к нему. Такое поведение, не позволяющее ему уйти, было признаком крайней тревоги, так что успокоить его было непросто.

Если бы Эли находился в своей кошачьей форме, Гу Яню определенно ничего бы не стоило протянуть руку и погладить его различными способами. Однако как он мог гладить эту человеческую форму?

Немного поколебавшись, Гу Янь всё же поднял руку и коснулся головы Хайдиса.

Мягкость коротких серебристых волос была непередаваемой, чем дольше юноша к ним прикасался, тем сильнее увлекался.

Ощущения, возникшие от поглаживания волос, ни в малейшей степени не проигрывали в сравнении с его кошачьей шерстью. Почувствовав тепло ладони от нежных прикосновений юноши, Хайдис слегка прищурился.

Вне всяких сомнений, ему это нравилось, но он всё ещё не убирал руку, лежавшую на талии юноши. До тех пор, пока человек не выразит явный отказ, Эли вообще не собирался менять нынешнее положение вещей.

Оставить всё как сейчас, держать этого человека в таком месте, где только он один мог касаться его, тщательно оберегать его, чтобы никому не было под силу его похитить, было бы чудесно.

Кстати, о «похитителях» …

На таком близком расстоянии Эли мог легко учуять запах, оставленный другим Хайдисом на юноше, прямо на затылке.

Очевидно, тот Хайдис оставил его нарочно.

В этот момент Гу Янь услышал холодное фырканье, похожее на очень короткое «Хм». Этот короткий звук с головой выдавал редкие эмоции офицера. Услышав это, Гу Янь почувствовал, что Хайдис за его спиной, кажется…

Расстроен?

Хотя запах такой небольшой отметки исчез бы через несколько дней, Эли совсем не хотелось ждать.

Ему просто необходимо было стереть этот запах и заменить его своим. Подумав об этом, красивый светловолосый офицер с холодным лицом снова наклонил голову, его тонкие губы слегка прижались к шее юноши.

В то же время он услышал, как юноша внезапно произнёс: «Подавитель, который я носил раньше, забрал Айви, нужно ли мне надеть другой?»

Услышав в предложении имя «Айви», Хайдис остановился. Он поднял голову и молча уставился на молодого человека, к которому прижимался.

…

Почему сейчас он выглядит еще более несчастным?

Сразу же после того, как прозвучала его фраза, Гу Янь заметил эту аномалию. Он немного поколебался, не в силах понять, что он сказал не так. Даже повторив свои собственные слова в уме ещё несколько раз, Гу Янь всё ещё не мог найти проблему.

Но под пристальным взглядом этих мрачных глаз Гу Янь внезапно подумал кое о чём другом.

Он вспомнил, что его кот когда-то смотрел на него таким взглядом, когда он обнимал другую кошку.

Выглядит весьма... обиженным?  Гу Янь, который изначально зашёл в тупик, внезапно обрёл ответ.

Прежде чем он успел среагировать, тот, кто сидел в кожаном кресле, встал, и через мгновение на столе перед юношей сидел серебристо-полосатый кот, молча продолживший смотреть на него с тем же выражением.

Гу Янь бы не вынес, если бы не обнял кота.

Юноша обнял домашнюю кошачью форму Хайдиса и посадил его к себе на колени. Он охотно протянул руку, чтобы Хайдис обвил своим хвостом его запястье.

Похоже, этого Хайдиса всё ещё было очень легко успокоить.

Услышав, как большой кот, лежащий у него на коленях, издал низкое мурлыканье, Гу Янь умело погладил его по шерсти.

Каждый раз, когда Гу Янь немного отстранял руку, большой кот, лежащий у него на коленях, издавал низкое мяуканье и смотрел на него, слегка наклонив голову.

Очень приставучий, подумал Гу Янь, возвращая руку на место.

Спустя какое-то время рука Гу Яня больше не могла двигаться, потому что кот, лежавший у него на коленях, встал, подняла передние лапы, чтобы прижать его руку к бёдрам, а затем улёгся на неё сверху.

Такой назойливый, даже не позволял ему двигаться…

Гу Янь чуть не рассмеялся, глядя на свою руку, которая оказалась в ловушке под мягким животиком Хайдиса.

Другой рукой он снова погладил кота по шерсти. Не стоит удивляться, что её постигла та же участь.

Не то, чтобы было невозможно отдернуть руку, ведь Хайдис в кошачьей форме был не слишком тяжёл.

Однако Гу Янь даже не дёрнулся, потому что увидел, что кот, лежавший на его руках, счастливо покачивает хвостом, мурлыча без остановки.

- Наконец-то успокоил, - подумал он про себя.

Теперь у Гу Яня наконец-то появилась возможность хорошенько подумать. Большой кот, сидевший у него на коленях, так мрачно посмотрел на него, потому что–

Не потому ли, что он упомянул имя другого Хайдиса?

Чем больше он думал об этой возможности, тем больше убеждался в своей теории. В итоге, он был почти уверен, что так оно и есть. Его глаз невольно дёрнулся, и в то же время ему захотелось рассмеяться.

Это ревность…

Глава 22 - Земля

Координация совместных действий была крайне необходима для поиска виновных в этом деле с Пандорой.

Ущерб, нанесённый войскам, не был слишком серьёзным, так как чёрная машина, которой управлял командир Седьмого Имперского Полка, подавила почти треть вражеских сил и, кроме того, позже присоединилось очень мощное подкрепление. Это привело к тому, что оборона противника рухнула почти сразу. Когда битва закончилась, все офицеры собрались в главной каюте линкора, разговаривая и успокаивая нервы.

Однако, как только кто-нибудь упоминал разведывательный корабль, который они видели ранее на поле боя, весь отсек на секунду погружался в тишину.

Разведывательный корабль всегда предназначался для обнаружения вражеских позиций и обеспечения разведки для основного флота. И всё же корабль, который они только что видели на поле боя, полностью разрушил все их представления.

Вы когда-нибудь видели разведывательный корабль, который вышел бы на передний фронт сражения и бился бы лоб в лоб со средним судном?! Тот факт, что разведывательный корабль действительно победил, лишил их дара речи.

Весь бой занял менее 10 секунд и, в конце концов, окончился полной победой разведчика.

Выражения лиц Хайдис в главном отсеке против их воли стали немного странными, когда речь зашла о том, кто был пилотом этого разведывательного корабля.

На первый взгляд юноша, принадлежавший к низшей расе и полностью лишённый бдительности, выглядел очень слабым…

Однако, наблюдая за ним, использующим один лишь разведывательный корабль, чтобы полностью уничтожить своих врагов... они должны были признать, что даже группа военных пилотов уровня Мастера в Имперской армии не обязательно смогла бы повторить этот подвиг.

Профессия военного пилота славилась очень высокими стандартами. Немногие жители Империи были способны пройти тест уровня «Мастер», и те, кто в этом преуспел, были поголовно завербованы в армию.

Будучи примером для подражания и оставаясь на службе в течение долгого времени, эти пилоты начинали вести себя всё более и более высокомерно, как будто они были единственными ценными солдатами во всем легионе.

Поскольку они были совсем молоды, когда их внезапно вознесли на такой высокий пьедестал, все они чрезвычайно гордились своими талантами из-за своего высокомерия.

Хайдис, собравшиеся в главном отсеке корабля, чувствовали крайнее сожаление по поводу того, что их коллеги из других подразделений не были вовлечены в эту операцию, ведь иначе офицеры Седьмого Имперского Полка смогли бы насладиться выражениями их лиц при виде этого разведывательного корабля.

Если бы другие пилоты могли видеть темноволосого юношу за панелью управления разведчика, они бы знали, что такое настоящий «гений».

После формирования команд войска начали преследовать бывшего Третьего Принца, Айви Осриана.

Причина, по которой к его титулу добавилось лишнее слово, заключалась в том, что измена, которую он совершил, должна была лишить его статуса после приговора.

Однако результат погони оказался в пределах ожидания светловолосого офицера. Им удалось захватить корабль преступников, и почти все они в данный момент находились на корабле. Однако пропал не кто иной, как сам главарь.

- Рядом с моим братом есть человек, который меня очень интересует. Я надеюсь, что в следующий раз, когда мы встретимся, брат отдаст его мне.

В командном отсеке линкора было спроецировано голографическое изображение молодого политика. Он насмешливо вскинул брови, глядя на Хайдиса, только что вошедшего в комнату, не выказывая ни малейшей нервозности, присущей беглецу.

Офицеры, вошедшие в командный отсек вместе со своим командиром, внезапно почувствовали, что температура вокруг резко упала.

- Не отдам. - Сказал светловолосый Хайдис бесстрастным голосом. У него вовсе не было намерения шутить.

Его слова были ясны, и выражение абсолютного отказа на его лице было абсолютно очевидным.

Эли прекрасно понимал, что за человек этот его сводный брат, хотя и не имел с ним особых контактов.

Чокнутый, который, почувствовав интерес, не остановится ни перед чем, чтобы заполучить цель.

Повернувшись в сторону голографического изображения, бесстрастный офицер с серебристыми волосами подтолкнул за спину стоявшего рядом с ним юношу, полностью закрывая его от взгляда другого Хайдиса.

Увидев перед собой строгую черную военную форму и прямую спину этого человека, Гу Янь, который только что вошёл в комнату и ещё толком ничего не успел увидеть, почувствовал, как у него дёрнулось веко.

Он только-только закончил успокаивать этого большого кота, на что пришлось потратить довольно много времени, и, если Хайдис на голографическом экране скажет что-нибудь ещё, Гу Янь мог быть уверен, что должен будет снова успокоить своего Хайдиса.

Уговаривать кота не было проблемой, проблема была в том, что этот кот будет приставать к нему всеми доступными способами…

[Враг вернул контроль над кораблем, система теперь не имеет доступа к управлению, желаете ли вы, чтобы система снова вторглась?]

Как только они прибыли на мостик, 037 подумала о задании, которое дал ей Гу Янь. Считается ли задача выполненной?

«00, ты можешь немного отдохнуть.»

Гу Янь дал отрицательный ответ. Система приложила много усилий, чтобы помочь ему. Её организм должен сейчас нуждаться в отдыхе.

Ему больше не нужно было убегать, поэтому, конечно, ему не нужно было управлять кораблем.

Все враги на корабле были взяты под стражу. Однако в это время один из офицеров привел маленькую девочку с короткими каштановыми волосами, ещё одну цель этой миссии.

- Личность подтверждена, это Фрейя Локер. - Проведя краткое сравнение с фотографией, Эван кивнул, поправив очки. После их битвы с армией Сариана, их корабль получил сигнал о помощи от Верховного консула Пандоры.

В своём сообщении он обещал признаться во всём, но надеялся, что они спасут его внучку.

Девочка всё ещё была напугана. Сначала её похитили, а теперь окружили дюжими высокими мужчинами в холодной черной униформе с пистолетами в руках.

Но было одно исключение.

- Хмм?..

Девочка подбежала и обняла Гу Яня за ногу, чему тот несказанно удивился. Однако, глядя на маленькую девочку, которая поджимала губы и сдерживала слезы, Гу Янь, который всегда был исключительно добр к детям, протянул руку, чтобы успокаивающе похлопать ребёнка по спине.

В конце концов, на всём обратном пути к Пандоре девочка продолжала крепко прижиматься к нему и отказывалась отпускать.

Светловолосый офицер, как обычно, сохранял холодное и стоическое выражение лица. Если не считать того, что его взгляд продолжал останавливаться на маленьком ребенке на коленях юноши. Он ничего не сказал, но его вертикальные зрачки слегка сузились.

«Тебе обязательно завидовать ребёнку?» - С сомнением подумал Гу Янь, заметив небольшую аномалию в Хайдисе.

Несмотря на то, что от юноши исходил предупреждающий запах сильного взрослого Хайдиса, молодая Хайдис, которую можно было считать ребёнком, продолжала крепко держаться за него.

Вероятно, её интуиция подсказывала ей, что юноша был слаб и не представлял для неё угрозы. Высшие расы в определенной степени воспринимали угрозу, исходящую от низших рас.

- Будь умницей, мы возвращаем тебя на Пандору.

Коснувшись головы девочки, Гу Янь почувствовал себя так, будто уговаривает маленькое животное.

Юноша не заметил, что, когда он произнес слова «будь умницей», бесстрастный красивый офицер с серебристыми волосами рядом с ним ещё больше прищурил глаза.

Когда они добрались до Пандоры, и девочка увидела знакомые места, она, в конце концов, соизволила отпустить ногу Гу Яня.

И вот, когда посланный офицер привёл ребенка к старику, который её ждал, вся миссия, наконец, подошла к концу. Консул, обещавший признать свою вину, взошёл на корабль, предварительно отдав все необходимые указания касательно своей единственной родственницы.

Как и любого другого арестованного преступника, его нужно было сопроводить в столицу Империи для суда.

- Молеса не будут наказывать слишком строго.

Поймав намеревавшегося сбежать темноволосого юношу, Эли по своей инициативе ответил на вопрос, занимавший мысли Гу Яня.

Они были в особняке Хайдиса. Корабль преодолел довольно большое расстояние, прежде чем они наконец вернулись в столицу звёздной империи.

Хотя юноша не произнес ни слова, Хайдис, не сводивший с него глаз, определенно знал, о чём тот думал. То, что он сказал, было правдой, добровольная сдача могла облегчить приговор. Кроме того, старик действовал под угрозами Сарианской армии, и его тоже можно было считать жертвой.

Хотя он не мог быть полностью оправдан, в самом лучшем случае его освободили бы от официальных обязанностей на некоторое время.

Он снова был в этом неудобном положении... Гу Янь только хотел встать, когда рука на его талии немного усилила хватку. Услышав за спиной холодный голос, Гу Янь решил, что лучше будет просто кивнуть.

Однако Хайдис, крепко державший его, на этот раз больше ничего не сделал, только прижался к нему и положил подбородок на плечо юноши. Он даже разбирал несколько простым документов, держа его на коленях.

У Гу Яня появилось ощущение, что с ним обращаются как с подушкой в форме человека. Он снова попытался сопротивляться и, что неудивительно, так и не мог пошевелиться.

Ну и ладно. В любом случае, он уже отбросил все свои моральные нормы. Гу Янь расслабился и откинулся назад с закрытыми глазами.

Не двигаться. Не двигаться. Во всяком случае, он тоже мог относиться к Хайдису как к большой и очень удобной «подушке», по совпадению, он как раз почувствовал сонливость.

Раньше он слишком долго «играл» за рулём разведчика, и поддержание высокой концентрации в течение длительного времени истощило его. Хотя он уже вышел из состояния предельной сосредоточенности, Гу Янь всё же чувствовал, что недостаток сна в эти дни повлиял на него.

Это можно объяснить только физическими различиями между расами. В конце концов, люди не похожи на расу Хайдис, которая не нуждалась во сне.

По какой-то причине в последнее время ему казалось, что степень привязанности Хайдиса к нему увеличилась.

Закрыв глаза, он облокотился Эли, и это была последняя смутная мысль в его голове, когда он засыпал.

Раньше Хайдис принимал облик домашней кошки, прежде чем приходить к нему для ласк и поцелуев. Но теперь этот Хайдис перенёс свои прежние привычки в человеческую форму, как сейчас, держа его в объятиях и отказываясь отпускать.

Но даже если он был таким навязчивым, Гу Янь не мог рассердиться. Потому что он знал, что Хайдис, прицепившийся к нему, был холодным человеком, которому очень не хватало эмоций. Быть любимым таким Хайдисом с учётом его безграничной привязанности... как это можно было ненавидеть?

- Ещё немного, и А-Янь сможет получить законное гражданство Империи Хайдис.

[1] напоминаю: приставка «А-» означает ласковый способ назвать кого-то близкого.

Когда юноша прислонился к нему, рука, работавшая с папкой документов, остановилась. Отложив ручку, Эли поменял их позы так, чтобы Гу Янь чувствовал себя более комфортно.

Гражданское Посольство в их королевстве было чрезвычайно строгим. Если представители других рас хотели получить гражданство в Империи, осуществить это было чрезвычайно трудно, если только они не внесли значительный вклад в Империю.

Другого варианта не было, даже если использовать связи, чтобы обойти правила.

Только император мог вносить поправки в закон.

Эли уже прошёл испытание, назначенное советом старейшин. Хотя на втором этапе кое-кто и нарушил правила, но поскольку это только увеличило сложность теста, окончательный вердикт гласил, что молодой командир Седьмого Имперского Полка всё-таки прошёл проверку.

Так что теперь ему нужно было просто немного подождать…

Очень уютно расположившись, Гу Янь уже был в полубессознательном состоянии... услышав холодный голос Хайдиса, мягко прошептавший что-то ему на ухо, Гу Янь отключился на несколько мгновений, прежде чем осознал–

Верно... он был в Империи Хайдис, и сейчас его можно было считать нелегальным иммигрантом.

- … Ага.

Гу Яню потребовалось несколько мгновений, чтобы ответить; он лежал, прислонившись спиной к Хайдису, и почти засыпал. Когда он ответил, его голос был немного хриплым.

Казалось, что юноша с затуманенным взором в этот момент легко поддастся чужому влиянию. Эли чуть нахмурился, прежде чем приблизить свои тонкие губы к юноше, слегка коснувшись его уха, и сказал тихим и нежным голосом: «Нет нужды возвращаться, в Империи Хайдис есть много вещей, которых нет на Голубой планете».

- … Угу.

Он вообще не думал о том, что именно было сказано этим холодным голосом. Гу Ян не запомнил слов и просто дал небрежный ответ, как и раньше.

Услышав желанный ответ, бесстрастный светловолосый офицер сузил свои вертикальные зрачки, его сердцебиение ускорилось. Он прикоснулся губами к мочке уха юноши и продолжил низким и нежным тоном: - «А-Янь любит меня больше всех».

Гу Янь в этот момент всё ещё осознавал предыдущую фразу Хайдиса и ответил ещё более хриплым голосом: «... Ага».

Погодите-ка, он сказал, голубая…

Голубая планета?..

Наконец юноша понял, что означают эти слова, и мгновенно очнулся.

Хайдис действительно знают о планете «Земля»?!

Всё это время, находясь в Империи Хайдис, он изо всех сил старался не упоминать о Земле. Гу Янь не хотел, чтобы трагическая судьба Земли, о которой он писал в своем романе, в самом деле осуществилась.

Однако то, что сейчас сказал ему Хайдис, означало, что существование Земли уже обнаружено.

Почувствовав, как первоначально расслабленный человек, лежащий на нём, внезапно напрягся и открыл глаза, Эли молча обнял Гу Яня ещё крепче…

Юноша сам дал ему утвердительный ответ, он не заставлял его...

- Земля…

Гу Янь только открыл рот, чтобы заговорить, как Хайдис внезапно прервал его тихим голосом: «А-Янь уже пообещал не возвращаться».

Гу Янь: «…»

Похоже, они мыслят вообще на разных волнах. Осознав это, Гу Янь тщательно припомнил, что только что сказал ему Эли.

Хайдис сказал ему только, что нет нужды возвращаться…

При этом он говорил очень мягко. Это была всего лишь просьба, и он очевидно не собирался нападать на планету.

Некоторое время они молчали, и в комнате царила тишина. Гу Янь повернул голову и неожиданно увидел, что Хайдис слегка нахмурился.

Сперва нужно было успокоить этого большого кота.

- Цюцю, будь умницей... - как обычно, сказал, ГУ Янь успокаивающим тоном, положив руку на голову Хайдиса: - Я не покину поля твоего зрения.

Гу Янь не собирался отказываться от своих слов. Он молча всматривался в глаза, сосредоточившиеся на нём, продолжая гладить Хайдиса.

Короткие серебристые волосы были очень приятны на ощупь. Хотя он делал это уже много раз, юноше не хотелось останавливаться.

Однако, пока он не услышал бы ответа Хайдиса, Гу Янь не мог расслабиться. Ведь этот мир должен развиваться согласно сюжету, который он написал.

Поколебавшись некоторое время, Гу Янь решил спросить Эли напрямую.

Так как местоположение Земли было раскрыто, вместо того, чтобы гадать, было лучше спросить Хайдиса, что он планирует делать.

- Я уже приказал им не разглашать никакой информации.

Светловолосый офицер слегка поджал губы. Хотя его лицо по-прежнему ничего не выражало, взгляд был прикован к юноше, когда он говорил глубоким и серьезным тоном: «Я не сделаю ничего, что расстроило бы А-Яня».

Голубая планета богата ресурсами – это да; обитатели планеты очень слабы и их было легко покорить…

Однако, когда он вспомнил, что эта планета была местом, где когда-то жил этот темноволосый юноша, первой мыслью, которая пришла ему в голову, было защитить планету и не позволить никому вторгнуться на нее.

Я никогда не сделаю ничего, что заставило бы тебя грустить…

Застигнутый врасплох, Гу Янь ещё раз слегка провёл рукой по коротким серебристым волосам, прежде чем убрать руку. Он быстро отвернул голову в сторону, чтобы прикрыть смущение тихим покашливанием.

Эти слова, очевидно, были более трогательны, чем простое «нравишься». Тем более, когда собеседник говорил очень серьезным тоном.

Теперь, зная, что Хайдис не заинтересованы в завоевании человеческой планеты, изначально напряженное сердце Гу Яня наконец-то успокоилось.

На самом деле, Гу Янь действительно хотел увидеть, как выглядит Земля этого мира, за исключением того, что Хайдис позади него не хотел, чтобы он возвращался на свою планету. Вернее, на самом деле Хайдис просто не хотел, чтобы он уходил…

- Земля красивая. - Гу Янь открыл рот, чтобы начать разговор. Прежде чем Эли успел нахмуриться, он быстро закончил вторую половину предложения: - Но так как я обещал не покидать тебя, то, когда тебе будет интересно, мы можем слетать вместе.

Раз уж он не был заинтересован в завоевании Земли, юноша мог без проблем взять Хайдиса в путешествие на планету «Земля» этого мира.

Но даже если они не поедут, это не имеет значения. Он просто интересовался Землей этого мира и не испытывал к ней никаких чувств. Гу Янь снова откинулся назад.

Если говорить о том, к чему он привязан в этом мире…

Он, вероятно, чувствовал гораздо большую привязанность к месту, где находился этот Хайдис, чем к чему-либо еще.

Может быть, потому, что он был рядом с Эли с тех самых пор, как впервые попал в этот странный мир. За исключением первого раза, когда зверь попытался напасть на него, Хайдис всегда бдительно защищал юношу.

… Невозможно было не растрогаться.

Глава 23 - Дразня кота

В последнее время атмосфера в Имперской армии была очень напряжённой. Изначально существовала договоренность, что личность, стоящую за ником «Гуянь» и занимающую второе место в рейтинге, получит полк, который первым найдет её. За исключением начальника Седьмого Имперского Полка, всё остальное руководство армии молчаливо приняло это соглашение.

Поскольку командир Седьмого Полка был кандидатом на трон и часто действовал совершенно независимо от них, то, когда заключались такие частные соглашения, армейские шишки, естественно, не включали его в обсуждение.

Хотя испытание старейшинами каждого кандидата всегда было Имперской традицией, командующий Седьмым Имперским Полком всегда был выдающейся личностью, и никто никогда не думал, что он может потерпеть неудачу.

Так как же они могли осмелиться заключить тайный договор со своим будущим императором? Однако даже спустя полмесяца армия не смогла отыскать ни малейшего следа своей цели.

Единственной новой информацией, которой они располагали, было то, что их цель снова поднялась в рейтинге и набрала почти вдвое больше очков, чем раньше, оказавшись на вершине списка лидеров.

Армейские командиры наконец больше не могли усидеть на месте.

Строго говоря, обычная процедура участия в тесте симуляции управления боевым кораблём требовала явки в конкретное место для прохождения регистрации. Кроме того, специально подготовленный персонал отвечал за работу голографического оборудования для проведения экспертизы. При таких обстоятельствах личность тестирующегося было очень легко выяснить.

Но существовала также возможность, что объект их бесплодных поисков рассматривал симулятор только как игру. В таком случае нужно было только ввести свой ник перед началом сеанса.

В такой практике не было ничего необычного, но, когда дело касалось желания втиснуться в начало рейтинга, всё приобретало совсем другой оборот.

В конце концов, обычно по пути становления официальным пилотом военного корабля шли те, кто проходил профессиональную подготовку в Имперской Военной Академии. Вступление в армию Империи было их целью и, конечно же, они должны были проходить формальные процедуры для участия в тесте.

Это уже было делом принципа, но теперь реальность дала им всем пощёчину.

- Найти информацию о местонахождении устройства пользователя?.. - Неподготовленный к звонку из Имперской армии и столкнувшийся с многочисленными крупными шишками, которые часто появлялись в новостях, техник несколько дрожал. - Объём данных слишком велик, процесс займёт немного больше времени.

На самом деле о тех, кто не участвовал в официальной оценке, не было зафиксировано никаких персональных данных. Информация о местоположении обладала высшей степенью конфиденциальности и, строго говоря, не могла быть разглашена.

Однако теперь, когда всё армейское начальство обратилось к нему с просьбой, как этот подчиненный мог отказать?

- И что же в итоге? К какому подразделению будет принадлежать этот гений, когда мы его найдём?

Рыжеволосый офицер постучала по столу. Вьющиеся тёмно-рыжие волосы падали на её спину, как языки пламени, и выглядели очень привлекательно. Она была единственной женщиной в комнате.

Вначале все военные руководители в этом зале заседаний согласились не пользоваться никакими незаконными методами. Однако до нынешнего момента они так и не смогли найти свою цель, и им оставалось только нарушить свой договор.

Военные чиновники также уже давно обнародовали объявление о розыске и даже в три раза увеличили вознаграждение за любую полезную информацию. Однако, в конце концов, спустя долгое время их цель так и не появилась, как будто у него вообще не было никакого интереса к их предложению.

Так что теперь кто-то озвучил тревожную мысль, которая была в сердце каждого из присутствующих. В конференц-зале быстро разгорелась дискуссия, вовремя которой каждый предложенный план был быстро отвергнут. В конце концов, они неохотно пришли к решению–

Они позволят этому гению самому сделать выбор.

А в это время фактическая «цель» высших офицеров Имперской армии - Гу Янь - только что вышел из голографической игры, обновив таблицу рекордов, и был совершенно не осведомлён о масштабах битвы, которую он начал в армии.

Увидев, как юноша снимает голографическое устройство, серебристо-полосатый кот, тихо лежавший на ногах юноши, замурлыкал, намереваясь привлечь его внимание.

- Разве тебе сегодня не нужно в военное ведомство?

Чрезвычайно чувствительный к мурлыканью Хайдиса, Гу Янь рефлекторно потянулся в направлении звука и коснулся мягкого меха.

На планете, где он сейчас находился, официально начался зимний сезон. Среднесуточная температура была ниже трех градусов, что заставило Гу Яня, жившего в своем родном мире на юге, почувствовать тяготы жизни…

И это при том, что его нынешнее место пребывания уже имело самую высокую температуру зимнего сезона на планете. На расу Хайдис это изменение температуры не имело никакого влияния, и, естественно, такая вещь как отопление им была ни к чему.

Гу Янь был завернут во столько слоёв одеял, что уже напоминал пельмень, но всё ещё чувствовал холод.

Я хочу вернуться на Землю на зиму!

Он не мог не погладить большой и тёплый меховой шар, лежавший у него на коленях. Первоначально это была просто случайная мысль, но с тех пор, как в последние дни температура упала, желание вернуться в свой мир существенно усилилось.

Услышав вопрос юноши, Хайдис в кошачьей форме прищурился и утвердительно мяукнул.

После битвы при Пандоре было бы странно, если бы Эли до сих пор не понял, кто был причиной шума, поднявшегося в армии.

Он уже отдал всем участникам недавнего сражения приказ молчать.

На полномасштабные поиски этого человека Эли никак не реагировал.

Даже если они нападут на след, ведущий сюда, он мог быть уверен, что они не посмеют забрать кого-то из его людей.

Думая об этом, большой кот, лежащий на коленях юноши, продолжал тихо мурлыкать.

Когда рука на его спине, наконец, двинулась, чтобы погладить его по голове, большой кот, лежавший неподвижно и тихо, посмотрел на юношу и нежно лизнул его пальцы.

Почувствовав, как постепенно согреваются кончики пальцев, он остановился.

Даже если они придут, он не отдаст…

Хайдис в кошачьей форме мягко покачал хвостом, потёрся им о запястье юноши и, наконец, обвил хвост вокруг него.

Прицепившись к нему так на некоторое время, он, наверное, почувствовал неудовлетворенность и вдруг встал.

Как он уже делал раньше, передними лапами он придавил руки юноши. На этот раз он должен был сложить руки юноши вместе, прежде чем улечься на них животом.

Хотя Гу Янь и не понимал причины, он всё же позволил большому коту проделать все эти манипуляции.

Через мгновение Гу Янь увидел, как Хайдис поднял голову и начал тихо мурлыкать, словно ожидая награды…

Означало ли это, что Хайдис пытался его согреть?

- Цюцю - хороший мальчик.

Почувствовав, будто стрела пронзила его сердце, Гу Янь бессознательно смягчил свой голос.

Ах, грелка для рук в виде Хайдиса…

Немного отодвинувшись, Гу Янь не убрал руки, а начал поглаживать мягкий живот.

Он не знал, с каких пор это началось, но теперь, когда он произносил слово «Цюцю», он фактически обращался к Хайдису перед собой.

Услышав слова юноши, большой кот прищурился и замурлыкал.

Больше всего Хайдису нравилось, когда юноша произносил это имя, особенно когда он ласково его уговаривал. И раньше Хайдис был бы этим уже удовлетворён. Однако теперь ему требовалась более существенная награда.

Поэтому Гу Янь увидел, как большой кот у него на коленях поднял голову и посмотрел прямо на него, в то время как его хвост раскачивался туда-сюда.

- Цюцю - хороший мальчик.

С этими словами, Гу Янь наклонил голову к коту и осторожно чмокнул его в уголок рта, весь процесс был очень естественным.

Получив награду, полностью оправдавшую его ожидания, Хайдис был немного ошеломлён. В этот момент он как будто полностью ослабил свою защиту и казался немного уязвимым.

Конечно, это была просто видимость.

Атмосфера между этими двумя была очень уютной. Атмосфера же в армии, напротив, была крайне напряженной.

- Местоположение нашей цели соответствует координатам особняка Командующего Эли. - После неоднократного подтверждения правильности результатов самый высокопоставленный человек в конференц-зале огласил заключение. Через мгновение в комнате воцарилась тишина.

Так в итоге, реальность такова, что гений, которого они разыскивали, на самом деле скрывался у их будущего императора?! Но даже зная это, как они могли пойти и ограбить своего будущего монарха?

Когда он взойдет на трон, как они смогут выжить?

Необходимо было упомянуть, что император был достаточно могуществен, чтобы напрямую назначать и увольнять любого командира полка по своему капризу.

Но даже если они не могли заполучить этот бесценный кадр, они могли хотя бы взглянуть на него, верно?

С таким намерением на следующий же день они попросили Эвана, помощника командира, передать ему сообщение.

Сначала Эван думал, что его босс ни за что не согласится. Однако, передав сообщение, он неожиданно не услышал ни согласия, ни отказа из уст своего начальника.

- Посмотрим, когда вернемся.

Холодный голос казался очень привычным, но на мгновение на холодном красивом лице Хайдиса промелькнула нежность. Эвану почудилось, что он ослеп.

Вспомнив, что его командир только что подал заявку на ежегодный новогодний отпуск, Эван спросил: «Вам нужна свита для поездки на Голубую планету?»

Эти формальные вопросы всё ещё требовали ответа, хотя Эван не верил, что на этой планете, которая была населена цивилизацией всего лишь четвертого уровня, может быть что-то, способное причинить Хайдису вред.

- Нет необходимости, - низким голосом ответил светловолосый офицер. Затем, словно что-то придумав, он прищурился.

Вчера он получил неожиданное вознаграждение, так что Эли хотел сделать что-то, что снова осчастливит юношу…

Кроме того, он хотел посмотреть, на какой планете раньше жил Гу Янь.

- Этот подчиненный подготовит всё к вашему путешествию, - сказал Эван.

Закончив фразу, он дождался одобрительного кивка командира и быстро покинул особняк.

На самом деле Эли ещё не говорил об этом Гу Яню. Хайдис нахмурился, думая о том, как заставить юношу согласиться на другие его просьбы.

Сегодня было ещё холоднее, чем вчера. Завернувшись аки пельмень под толстым одеялом, Гу Янь не имел ни малейшего желания вставать с постели, чтобы что-то делать.

Через некоторое время, он услышал приближающиеся шаги. Несмотря на то, что идущий намеренно пытался приглушить звук, Гу Янь всё ещё слышал грохот военных сапог по полу.

Шаги остановились у кровати.

- Эли.

Юноша, с головой накрывшийся одеялом, не стал даже тратить усилия на вопросительный тон и прямо позвал его по имени.

Голос из-под одеяла звучал приглушенно, не так, как обычно.

Зная, что нынешняя температура слишком холодна для юноши, Эли, конечно же, не собирался поднимать одеяло и вытаскивать его.

На самом деле, с тех пор как температура упала, он каждый день принимал свою первоначальную форму и забирался к нему под одеяло. Затем он ложился на грудь юноши, чтобы тот мог согреться.

На этот раз под одеялом оказался не кот. Гу Янь обнаружил, что его обнимают сзади.

- После возвращения из поездки с А-Янем на Голубую планету... - произнося эти слова, Эли говорил тихим и мягким голосом, - давай больше не будем уезжать, ладно?

Это означало, что Хайдис согласился вернуть его на Землю этой зимой.

Услышав это предложение, Гу Янь без колебаний кивнул. Пусть Эли и сказал «давай больше не будем уезжать», он всё равно намеревался бывать там хотя бы один раз в году.

Ответ, по всей видимости, сделал Хайдиса очень счастливым, Гу Янь почувствовал, что хватка на его талии усилилась, когда Хайдис склонил голову ближе к его шее и нежно потёрся об неё.

Как помощник, Эван всегда был очень эффективен. Он быстро подготовил корабль для путешествия, как и было приказано. Думая, что, как только они прибудут на землю, у них могут возникнуть проблемы с деньгами, Гу Янь коснулся своей ранее бесполезной пространственной сумки, которая присутствовала на теле оригинального персонажа.

В ней была крупная сумма наличных и пара вещей, похожих на кредитные карточки.

Согласно словам системы, в тот момент, когда он был заброшен в этот мир, «Закон» уже внёс значительные изменения.

Например, наиболее очевидным следствием было то, что физический облик этого тела был точно таким же, как и у его изначального «я».

Пароль кредитной карты тоже, скорее всего, был таким же, как тот, который он использовал в своём мире.

Пока корабль продолжал полёт, Гу Янь поглаживал кота, оставаясь совершенно спокойным. Этот корабль имел функцию автопилота, и GPS-координаты пункта их назначения уже были загружены. Кроме них двоих на судне никого не было.

Но когда они наконец пересекли Звёздные врата и увидели знакомую голубую планету, сердце Гу Яня невольно забилось быстрее.

Приземлившись на этой планете, Гу Янь, прогуливаясь по улицам, не мог отмахнуться от мысли, что его можно было бы назвать изначальным разрушителем этого мира. Затем он вспомнил, что, согласно сюжету, ему была отведена роль пушечного мяса …

Теперь чувства, испытываемые Гу Янем, стали и вовсе непостижимы.

Если сюжет более не развивался в соответствии с первоначальным сценарием, было трудно сказать, сможет ли эта планета стать высокоуровневой цивилизацией в будущем.

Пока он раздумывал, они уже приземлились на территории страны, к которой принадлежал изначальный хозяин тела. Почувствовав, что здешняя температура была гораздо выше, Гу Янь вздохнул с облегчением.

В это время улицы были заполнены людьми, было чрезвычайно оживленно и даже немного тесно. Хайдис в облике домашней кошки в руках Гу Яня был тих и неподвижен. Время от времени его вертикальные зрачки проносились по толпе, прежде чем он быстро отводил взгляд.

Очевидно, что все эти люди пахли едой для него, но они, кажется, не имели никакого соблазна для Хайдиса.

В этот момент большой кот наклонил голову, чтобы посмотреть в глаза юноши, державшего его в своих руках. Чем дольше он смотрел, тем уже становились его зрачки…

Через мгновение Хайдис начал вылизывать кончики пальцев с ближайшего указательного, пока юноша не убрал палец. После этого он начал мурлыкать…

В случае с Гу Янем всё было совершенно иначе. Только запах этого юноши заставил бы ему чувствовать такое неудержимое желание полностью овладеть им и…

Добровольно стать прирученным.

Следовало принимать во внимание, что человеческая форма Хайдиса, что сейчас находился в его руках, была чрезвычайно выделяющейся во всех аспектах, будь то внешний вид или цвет волос и глаз. Не говоря уже о паре вертикальных зрачков.…

Не желая вносить какие-либо изменения, вроде перекрашивания серебряных волос, чтобы позволить Хайдису смешаться с толпой, Гу Янь позволил ему принять внешний вид обычной домашней кошки. Кроме того, ему самому очень хотелось держать в руках кота.

Разница между этой Землёй будущего и его первоначальным миром была не слишком велика, по крайней мере, в этой стране Гу Янь видел здания в китайском стиле, что заставляло окружение казаться немного знакомым.

Также некоторые достопримечательности хорошо сохранились. Технологии в эту эпоху и впрямь значительно продвинулись вперёд.

Быстро просмотрев последние новости об этой планете в интернете, Гу Янь вернул на место ноутбук, который только что достал из своего пространства.

На Земле устройство автоматически принимало сигналы и подключалось к обычной сети.

- Зайдём в этот магазин?

Некоторое время прогуливаясь с Хайдисом возле торгового центра, Гу Янь краем глаза уловил название одного из магазинов. Внезапно его ноги перестали двигаться.

- Мяу?

Издав редкий звук замешательства, Хайдис, выглядевший как домашняя кошка, проследил за взглядом юноши. –

Там была надпись другом языке. Хайдис не мог понять слова, но видел изображение под этими незнакомыми символами, и оно действительно выглядело…

Очень похоже на его нынешнюю форму.

Однако вскоре, сменив вопросительный тон на утвердительный, большой кот в руках юноши издал низкое мяуканье в знак согласия.

Поскольку это было то, чего хотел юноша, он, естественно, не стал отказываться.

Итак, сегодня кошачье кафе на самой оживленной торговой улице города Z приветствовало нового гостя с кошкой.

Он был похож на чистокровного американского короткошерстного кота. Серебристо-полосатая шерсть была очень красивой, но это, вероятно, было связано с тщательной заботой его владельца.

Взяв у официанта меню, юноша отметил про себя, что они по-прежнему делают заказы по старинке. Гу Янь тут же заказал чашку капучино и шоколадное пирожное.

После того, как официант ушел, Гу Янь тихо кашлянул, уголки его рта не могли не приподняться немного. С лёгкой улыбкой на лице он шёпотом похвалил: «Умница, Цюцю».

Внезапно Хайдис увидел много, по крайней мере, более 20 существ, которые выглядели очень похожими на него. Развалившись на коленях юноши, он не успел среагировать.

Первоначальные формы расы Хайдис были различными. Даже имей он такое желание, было нелегко найти тех, кто имел такую же форму, как он.

В первую очередь, это было в самой природе расы Хайдис -  они не любят выставлять напоказ свою первоначальную форму.

В глазах всех посетителей кафе симпатичный темноволосый юноша, сидевший у перил, склонив голову, казалось, что-то говорил кошке, сидевшей у него на коленях. После этого хвост кота, который до этого мягко покачивался, вдруг начал двигаться быстрее.

Похоже, он был доволен…

Не слишком ли легко было его задобрить? Об этом подумали все люди, у которых дома были кошки.

Серебристо-полосатый на коленях молодого человека был чрезвычайно очарователен, все посетители, сидящие поблизости, не могли не отвлечься на них.

Затем они увидели, как большой кот поднял голову, чтобы посмотреть на юношу, и лизнул его палец. Если бы на этом всё и кончилось, было бы ещё терпимо, но потом…

Лизнув, он придвинулся, чтобы потереться о юношу головой. Те, кто был ближе к ним, даже услышали тихое кошачье мурлыканье.

Наконец, кто-то не выдержал и спросил, почему такой послушный, легко поддающийся на уговоры и привязанный к хозяину кот – это всегда чужой кот?!

В это время Гу Янь взял маленький нож, чтобы отрезать кусок пирожного, стараясь найти какой-нибудь способ, чтобы незаметно накормить Хайдиса, лежащего на его коленях.

Главная причина скрытности заключалась в том, что в глазах обитателей Земли они были обычной парой из домашней кошки и её хозяина. Если бы он кормил Хайдис на глазах у этих людей, его сочли бы безответственным владельцем.

- Привет, это... можно я поглажу вашу кошку?

Когда Гу Янь услышал это предложение, он обернулся и увидел молодую девушку, на её лице было выражение надежды и ожидания.

В это время кошачий хвост обвился вокруг его запястья. Прежде чем кот на его коленях смог сделать что-то ещё, Гу Янь быстро ответил извиняющимся тоном: «Извините, мой кот очень застенчив».

Услышав слова «мой кот», Хайдис издал несколько низких мурлыкающих звуков и выгнулся, прислонившись к груди юноши.

Застенчивый, но так беззастенчиво липнет к своему хозяину…

А?

Те, кто сидел рядом, могли слышать их разговор. Чем больше они слышали, тем больше завидовали. Во всех отношениях этого кота можно было назвать их идеалом.

- Мяу. - Кот с загнутыми ушами, сидевший неподалёку от юноши, начал жалобно мяукать.

Это безопасное расстояние было выбрано из-за Хайдиса на коленях юноши, из-за него другой кот не осмеливался подходить слишком близко.

В этот момент проходящий мимо с тарелкой официант увидел эту сцену. Все их кошки в этом магазине обычно были очень тихими и послушными. Он был озадачен.

Вероятно, среди них был смельчак... Ах, нет, был кот, который был достаточно смелым, чтобы заставить других кошек в магазине следовать за ним.

Через некоторое время служащий кафе смотрел на кошек, которые пытались протиснуться к темноволосому парню, сидевшему у лестничных перил. Но у молодого человека ведь не было при себе кошачьего корма?

Обычно их кошки вели себя очень тихо, но теперь они неожиданно окружили ноги юноши и безостановочно мяукали.

Был ли этот человек ходячей кошачьей мятой?

Оказавшись в подобной ситуации, официант не знал, то ли вернуть кошек на второй этаж магазина, то ли закрыть на это глаза.

Ничего не поделаешь, гость не делал ничего, что нарушало бы правила их кафе, это их собственные кошки взяли на себя инициативу побеспокоить его.

Гу Янь знал, что его всегда любили животные. Только что, войдя в это кафе и не сразу оказавшись в окружении кошек, он подумал, что его привлекающие животных феромоны потеряли здесь свою силу.

Но теперь он убедился, что всё в порядке.

Вокруг его ног было так много кошек, и все они мурлыкали, глядя на него. Гу Янь очень хотел протянуть руку, чтобы погладить их, но…

Когда он опустил голову, чтобы взглянуть на большого кота, который молча смотрел на него, Гу Янь немедленно отказался от этой идеи.

Положив обе руки под лапы Хайдиса, Гу Янь коснулся мягкого живота: - «Цюцю, будь умницей».

Только что кот на его коленях уставился на него с таким выражением, что если бы Гу Янь осмелился прикоснуться к другим кошкам…

Если бы он действительно это сделал, этот кот мог бы впасть в ярость.

В первый раз вижу такую ревнивую кошку - так думали все гости, присутствовавшие при этом разговоре.

Но как же завидно, заставить кошку ревновать - это немыслимо, но это приносит такое удовлетворение.

Нельзя поиграть с другими кошками, тогда, конечно, он мог бы играть со своим собственным котом?

Ухватившись за эту идею, Гу Янь сделал оплатил счёт и, прежде чем покинуть это кошачье кафе, он не мог не купить игрушку, чтобы позже подразнить своего кота.

Хотя он вернулся на Землю, юноша не спешил посещать все знакомые места. Он уже решил пожить в этом городе месяц или около того, а потом вернуться в империю Хайдис вместе с Эли.

Так как они собирались остаться здесь на месяц, Гу Янь просто снял дом. Пространства было более чем достаточно для двух человек.

На прикроватном столике лежала принесенная им кошачья игрушка в виде небольшой палочки с пучком перьев на конце. Первое, что увидел Гу Янь, только выйдя из ванной, был большой кот, тихо лежащий возле его подушки.

На Земле было гораздо теплее, чем на Айзерсе. Там Гу Янь практически каждый день заворачивался кучу слоёв одежды или одеял. Однако на Земле достаточно было рубашки.

Пуговицы на рубашке юноши не были застегнуты до конца, и если проследить взглядом за изгибом белой шеи, то можно было увидеть слегка обнаженные изящные ключицы.

Хайдис на подушке на мгновение уставился на него, сузив зрачки.

Большой кот, который лежал молча и казался очень послушным, вдруг поднял голову и уставился на него. Гу Янь посмотрел на кота, а затем перевёл взгляд на кошачью игрушку на прикроватном столике…

Он действительно не мог удержаться.

- Мяу?

Глядя на перья перед своими глазами, Хайдис сначала не понял намерений юноши, но, вспомнив, что он видел сегодня в том магазине, в сочетании с его первоклассной способностью к обучению, медленно поднял переднюю лапу, чтобы мягко толкнуть пучок перьев.

На самом деле, для Хайдиса было легко схватить движущуюся вещь.

Хайдис в обличье домашнего кота просто поддавался желанию юноши и хотел сделать что-то, что его порадует.

Используя кошачью игрушку, чтобы дразнить кота разными способами, Гу Янь был полностью сосредоточен и на мгновение потерял чувство реальности…

Пока всё вокруг не перевернулось вверх дном, и он не обнаружил, что его прижимает к кровати светловолосый офицер с обычным ледяным выражением лица, вернувшийся в свою красивую человеческую форму.

- Если я поймаю, это будет моё?

Холодный голос прозвучал рядом с его ухом. Однако, пребывая в состоянии шока, Гу Янь кивнул, думая, что Хайдис имел в виду кошачью игрушку.

- Я поймал А-Яня.

На этот раз холодный голос был немного хриплым. Как только Гу Янь услышал эту фразу, он почувствовал знакомое прохладное и мягкое прикосновение к своей шее.

Похоже, он…

Доигрался?

Глава 24 - Мой

Под пристальным взглядом пары слегка прищуренных глаз, которые, казалось, могли видеть его насквозь, Гу Янь, наконец, догадался о том, что он только что обещал.

«Если я поймаю, это будет моё?»

И, кажется, он только что кивнул.

Кошачья игрушка, которую он держал в правой руке, упала на пол. Гу Янь внезапно обнаружил, что его Адамово яблоко облизывают и посасывают, заставляя его дыхание стать прерывистым.

На этот раз Хайдис не удовлетворился тем, что просто прижимал к себе юношу. Пуговица на воротнике Гу Яня не была застёгнута должным образом, похоже, ему даже не нужно было ничего делать, чтобы раздеть его.

- Ах–

Молодой человек отчаянно подавлял тяжелое дыхание, почувствовав, как чья-то рука залезла ему под одежду…

- Цюцю, а-ах... - едва он открыл рот, как не смог сдержать вырвавшийся у него судорожный вздох. Хотя Гу Янь изо всех сил старался не закрывать глаза, он был в замешательстве.

Он не смог закончить слова «будь умницей», быстро закрыв рот, как только услышал собственный голос.

- Я поймал А-Яня.

Увидев, как плотно сжались губы юноши, холодный красивый светловолосый офицер стал осыпать их поцелуями, нерешительно проводя языком по тонким губам.

Видя, что его не отвергли, он разжал стиснутые зубы молодого человека, проникнув глубже в его рот.

Кончик языка скользнул по чувствительному нёбу, и затем обвился вокруг языка послушно притихшего юноши... или его следовало бы назвать смущенным и неуверенным в том, что нужно было делать с языком.

Глубокий поцелуй длился до тех пор, пока Гу Янь едва не задохнулся и не был доведён до исступления, а в его глазах читалось абсолютное ошеломление, только после этого он был освобождён.

- Значит, А-Янь теперь мой.

Холодный голос стал хриплым из-за возбуждения [1]. Его обладатель прищурил глаза, совсем как в бытность свою домашним котом, и на лице его отразилось глубокое удовлетворение.

Прелюдия была долгой; в тот момент, когда он вошёл, юноша под ним широко распахнул глаза.

Каждый кусочек его моральных норм, даже самый маленький остаток, был безвозвратно потерян…

Наконец-то способный полностью пометить этого человека, Хайдис сузил зрачки, качнув нижней частью талии. Вслед за этим он услышал, как кое-кто с трудом сдерживал судорожные вздохи, отчего его взгляд потемнел.

Что касается телосложения Гу Яня, его изначально слабое словно ветошь тело не могло сравниться с расой Хайдис.

Несмотря на то, что эта ситуация заставила его полностью потерять лицо, реальность была такова, что слабый и беспомощный человек, хныкая и умоляя о пощаде под телом Хайдиса на протяжении всей ночи…

Был залюблен до потери сознания.

На следующий день, проснувшись, Гу Янь увидел виновника, вновь принявшего форму домашнего кота и спокойно лежавшего на подушке рядом с ним. Его слегка прищуренные глаза пристально смотрели на юношу, в то время как хвост слегка покачивался, придавая ему чрезвычайно удовлетворенный вид.

В следующую секунду большой кот потёрся головой о его грудь, затем нежно облизал подбородок юноши до самых губ и издал низкое мурлыканье.

Раса Хайдис не нуждалась во сне. На самом деле, после того как юноша потерял сознание от чрезмерных рыданий, Хайдис, выглядевший сейчас чрезвычайно послушным, прижал юношу своим телом и провёл еще несколько раундов.

И это уже означало, что он поставил свои эмоции и похоть под крайние ограничения. Эли ни за что бы не остановился, если бы не физические различия между Хайдисом и человеком.

В противном случае, он мог бы продолжать в том же духе ещё по меньшей мере три дня и три ночи.

Гу Янь: «…»

Теперь у Гу Яня было чувство, что Хайдис обнаружил его слабость, чувство, что он пойман в ловушку.

Скажите ему, это же не имеет смысла, верно?..

- Мяу.

Хайдис в обличье домашнего кота лёг ему на грудь, легонько помахивая хвостом перед юношей и тихо мурлыча, чтобы привлечь его внимание.

Он беспрестанно тёрся головой и лизал его, лёжа на нём и отказываясь уходить.

Будучи оккупированным таким приставучим котом, тело Гу Яня отреагировало очень честно. Не успел он опомниться, как его ладонь уже коснулась головы Хайдиса.

Теперь было слишком поздно убирать руку. Гу Янь заставил себя оставаться бесстрастным.

- В следующий раз тебе нужно сдерживаться.

Быть заезженным до потери сознания…

Подождите минутку…

Услышав слова «в следующий раз», Хайдис, лежавший на юноше, сузил вертикальные зрачки и уставился ему в глаза. Мурлыканье внезапно стихло.

Когда он, наконец, понял, что только что сказал, и увидел, как большой кот прищурился, Гу Янь почувствовал невыразимую опасность для себя. Он быстро выпалил: - Не сейчас!

- Мяу. - Хайдис тихонько мяукнул, и, хотя он был несколько разочарован, он всё же был вполне удовлетворён.

Потому что после такой тщательной маркировки юноша теперь полностью пах им…

И внутри, и снаружи.

Переложив большого кота на постель рядом с собой, Гу Янь сел.

Кровать под его телом была не только в полнейшем беспорядке, некоторые места были даже испачканы какими-то подозрительными пятнами…

Гу Янь молча перевёл взгляд. Он был чист и опрятен, вся его одежда была сменена на новую. Не было нужды гадать, кто ему помог.

Оглядываясь назад, можно сказать, что в начале Гу Янь считал себя запасом пищи для этого Хайдиса. Однако в то время он и представить себе не мог, что будет полностью съеден таким образом!

На самом деле, по правде говоря, вчерашний раунд ** произошёл с его согласия. Просто это случилось слишком внезапно, и он не знал, как реагировать.

Что касается завершающей части, где он потерял сознание…

На Гу Яня напал нервный тик. Он вдруг немного обрадовался, что его система всё ещё отдыхает и, таким образом, не знает о его моральном падении и о постыдных вещах, которые он совершил.

[Система уже восстановила свою энергию и вышла из состояния гибернации[2].]

Знакомый механический голос, лишённый каких-либо эмоциональных колебаний, зазвенел в мозгу Гу Яня.

Гу Янь: «…»

С ним было покончено. В глазах системы его образ серьёзного автора был разрушен.

Хозяин не скрывал своих мыслей, и 037 легко услышала его самобичевания. На мгновение система погрузилась в молчание, не зная, что и сказать. 037 хотела объяснить, что на самом деле она никогда и не считала его... но, хорошенько подумав, она почувствовала, что будет лучше, если она просто ничего не скажет.

Сидя на кровати, Гу Янь наклонился, чтобы поднять упавшую на землю кошачью игрушку. Он моргнул и положил палочку обратно на прикроватный столик.

Разве когда-нибудь в будущем у него хватит смелости снова дразнить своего кота?

Только что, поднимаясь, Гу Янь отодвинул Хайдиса, который лежал у него на груди, в сторону. Когда он сел поудобнее, большой кот быстро вернулся к нему на колени, мурлыча без остановки.

Неужели он так счастлив?

Гу Янь не смог устоять перед искушением и протянул руку, чтобы почесать подбородок Хайдиса. В ответ он почувствовал, как влажный язык лизнул его пальцы и скользнул по ладони.

Лизнув его, похожий на кота Хайдис поднялся, прошествовал к тумбочке и взял кошачью игрушку. Вернувшись, он вложил палочку с перьями обратно в руки юноши.

Потом он вернулся на колени юноши и снова улёгся, помахивая хвостом и глядя на Гу Яня с выражением предвкушения.

Если это могло сделать юношу счастливым, он определенно пойдёт навстречу и будет играть с ним.

Взглянув на игрушку, лежащую у него в руке, а затем на большого кота на своих коленях, который, казалось, всем своим видом говорил: «Давай, поиграй со мной» …

Гу Янь мог упорствовать лишь мгновение, прежде чем сдаться.

Если смотреть на них как на пару влюбленных, то у этих двоих, прибывших на Землю, вероятно, сейчас был страстный медовый месяц.

И в это время, на далекой планете по ту сторону Звездных Врат.

- Земля, хах?.. - прошептал красивый молодой человек, потирая рукой подбородок. На его лице появилась слабая и загадочная улыбка.

***

[1] В оригинале (именно в авторском варианте) на месте причины хрипоты было оставлено **, пришлось подобрать подходящее по смыслу слово

[1] Гибернация – спячка, в случае системы – режим ожидания

Глава 25 - Безымянный палец

В безмолвном и бескрайнем межзвёздном пространстве, неподалёку от Голубой планеты за пределами Звёздных врат парил корабль с Сарианской эмблемой. На этом корабле находился самый разыскиваемый преступник Империи Хайдис, бывший третий принц Айви Осриан.

Его руки играли с маленьким флакончиком тёмно-красной жидкости. Поговаривали, что Сариане недавно провели исследования и разработали препарат специально для использования на Хайдис. По словам Сарианина, который его доставил, эта штука была смертельно опасна для расы Хайдис.

Если позволить жидкости внутри флакона соприкоснуться с воздухом, все Хайдис в радиусе дюжины метров умрут от токсина. Сариане не хотели оказывать Айви слишком большую поддержку из-за провала его последней миссии.

Звездные системы за пределами этих Звёздных врат были им неизвестны, и они не могли полностью доверять разведданным, предоставленным Хайдисом. Если бы здесь была засада, они рисковали понести большие потери.

Это не было неожиданностью для Айви, Сариане всегда были известны как жадная, но трусливая раса. Только благодаря их способности производить биологическое химическое оружие их можно было считать цивилизацией шестого уровня.

Но в силу непрерывного эволюционного развития расы Хайдис, такое средство можно было использовать лишь несколько раз, прежде чем оно начинало терять свою эффективность…

Но одного раза было вполне достаточно. Молодой политик, самый разыскиваемый Хайдис во всей Империи, угрюмо усмехнулся. Он собирался сделать брату подарок.

Пока корабль летел к Земле, парочка на голубой планете продолжала жить обычной жизнью. Проведя одной рукой по спине лежащего у него на коленях Хайдиса, Гу Янь подцепил палочками кусок мяса, чтобы покормить его.

Пусть и с кошачьей внешностью, Хайдис всё же изначально принадлежали к высшей расе и к человеческой пище, естественно, не питали особой симпатии.

И тем не менее Хайдис, лежавший у Гу Яня на коленях, был очень смирным и покладистым, позволяя юноше кормить себя. Проглатывая каждый кусочек, он удовлетворённо мурлыкал.

Игра в кормление. Было очевидно, что в этой комнате Хайдис мог беспрепятственно вернуться в свою человеческую форму. Однако с тех пор, как юноша однажды собственноручно накормил его, он больше не хотел есть самостоятельно…

Вместо этого он использовал свою кошачью форму, чтобы лежать на ногах Гу Яня, мягко покачивая хвостом в ожидании, когда юноша угостит его.

И человек, который его кормил, точно так же наслаждался процессом.

После очередной порции Хайдис обнаружил, что юноша поднёс руку к его рту.

Его пальцы были очень тонкими и красивыми, светлая кожа выглядела так, словно…

Он слегка прищурился, не зная, как это описать. Хайдис тут же уступил своим желаниям, прижавшись к юноше и облизывая его пальцы.

Точно так же, как в тот раз, когда они были в постели, если юноша не будет сопротивляться, ему захочется полностью вылизать его, начиная с пальцев.

Однако после облизывания длинные и симпатичные пальчики не отстранились, а…

Почувствовав, как пальцы юноши коснулись его клыков, Хайдис замер.

Зубы Хайдис обычно использовались, чтобы кусать добычу и рвать её на куски. Даже самая продвинутая броня их врагов не могла полностью выдержать мощь грозных клыков, и степень их остроты не нуждалась в упоминании.

Так что даже к тяжело раненному Хайдису, вернувшемуся в свою первоначальную форму, враги никогда не отнесутся с пренебрежением, пока не убедятся, что тот полностью уничтожен. Причина того, что Хайдис «застыл», заключалась в том, что ему было прекрасно известно, что юноша, внезапно заинтересовавшийся его клыками, не имел никакой защиты на своем теле.

Хотя прикосновение к его клыкам было очень лёгким, внешний слой кожи мог быть поцарапан.

Никто на свете не осмелился бы прикоснуться к зубам Хайдиса. Однако Эли, клыкам которого уделили такое внимание, выносил это чрезвычайно охотно.

Гу Яню, на самом деле, была немного любопытна разница между строением челюстей обычных кошек и Хайдис. Когда он прописывал эту расу, он, конечно, не был до такой степени дотошен. Теперь, когда этот господин лежал у него на коленях, он не мог отказать себе в удовольствии прояснить этот вопрос.

Кажется, клыки немного острее?

Хоть он и был тем, кто установил характеристики расы Хайдис, но совершенно не обращал внимания на присущие ей уровень угрозы и силу, так что выводы Гу Яня были весьма просты. Он лишь слегка коснулся зубов, прежде чем убрать руку.

- Мяу. - Хайдис продолжал мягко покачивать хвостом, лёжа на коленях юноши, как бы спрашивая, что ещё ты хочешь потрогать?

Если уж говорить о том, к какой части было приятнее всего прикасаться, это, конечно, был мягкий живот. Гу Янь положил руки на живот Хайдиса и мягко погладил его.

Хайдис совершенно не возражал против того, что юноша трогал его самое слабое место. Вспомнив, что он видел в том кафе несколько дней назад…

- А? - Гу Янь был немного ошеломлён. Хайдис, растянувшийся у него на коленях, вдруг перевернулся, выставив свой мягкий животик.

Пусть он и был очень похож на кота, настоящим котом он всё же не был. Перевернуться и лечь на спину, обнажив живот, этот трюк–

Хайдис ведь не мог выучить его в тот день в кошачьем кафе, не так ли?

У Гу Яня было чувство, что он действительно нашёл верный ответ. Со сложными чувствами он продолжал поглаживать мягкий живот Хайдиса.

Раса Хайдис обладала прекрасными способностями к обучению, Гу Янь очень чётко помнил эту установку. Однако, применять этот талант в подобной области…

- Кхем... -  Неловко кашлянув, Гу Янь поднял большого кота на руки. Им пора было выдвигаться.

Если бы они не вышли, они определённо пропустили бы начало фильма.

- Мяу?

Когда юноша так внезапно подхватил его на руки, Хайдис заметил лёгкую улыбку на его губах. После негромкого покашливания улыбка исчезла с его лица.

Хайдис не понимал причины действий юноши, но нежное прикосновение к спине отвлекло его от дальнейшего анализа. Свернувшись в объятиях юноши, Хайдис начал тихо мурлыкать.

Вернувшись на Землю, в течение некоторого времени Гу Янь вёл жизнь самого обычного среднестатистического человека, только с довеском в виде кошки родом из другой звёздной системы.

Кинотеатр, который он выбрал, не запрещал брать с собой домашних животных, так что Гу Янь, который держал на руках Хайдиса в обличье домашнего кота, вошёл без каких-либо препятствий. Когда он выбирал фильм, то делал это, не глядя на синопсис [1]. В конце концов, он выбрал фильм с одним из самых популярных научно-фантастических названий: «Звёздный xxx» [2].

Кто мог знать, что уже через 10 минут после начала сеанса Гу Янь будет немного поражён.

Где обещанный научно-фантастический фильм, почему он больше похож на художественный фильм о любви?..

И почему этот главный герой, который специально привёл главную героиню на чужую планету, после того, как был полностью окружен врагами, не спешил сбежать с ней в безопасное место, а вместо этого опустился на колени, чтобы сделать предложение... что это была за ерунда?!

Похоже, он был не в силах полностью постичь мысли своих будущих соотечественников.

По сравнению с сидевшим с застывшим лицом Гу Янем, Хайдис, висевший у него на плече, смотрел на огромный экран со всей серьёзностью.

Внимательно наблюдая за происходящим, Эли наклонил голову в сторону левой руки юноши и слегка сузил вертикальные зрачки.

Указательный палец левой руки–

На указательном пальце левой руки юноши было кольцо с пространственным измерением, не так давно подаренное Хайдисом.

Внутри пространства находилась боевая броня «Серебряное Крыло». Эта машина была широко известна в Империи и была сравнима с бронёй военной штурмовой машины, которая использовалась десятым императором, и обычно демонстрировалась в выставочном зале на седьмом этаже военной базы.

Но это всё не имело значения. У Хайдиса сложилось мнение, что положение этого пространственного кольца на пальцах юноши должно измениться…

Его следует переместить на безымянный палец левой руки.

***

[1] Синопсис в данном случае - краткое описание сюжета

[2] Нет, ххх - это не то, о чём можно было бы подумать, автор просто не стал указывать конкретное название. Можете дать волю своему воображению и подставить любое слово: «патруль», «шторм», «гамбит» - всё равно с высокой долей вероятности выйдет похоже на название научно-фантастического фильма. А если при этом использовать англоязычный вариант «Star» - отпадает необходимость придерживаться конкретного рода и числа: «Star Wars», «Star Track», «Star Craft», «Star Bucks»… занесло меня что-то...

Глава 26 - Предложение

Способности расы Хайдис к обучению были превосходны во всех отношениях.

После окончания фильма Гу Янь вышел из кинотеатра с бесстрастным лицом. Какое-то время он вообще не мог понять ход сюжета.

Похожий на кошку Хайдис в объятиях юноши тоже был очень тихим, его голова покоилась на груди Гу Яня, но всю дорогу домой вертикальные зрачки были слегка сужены.

Вечером юноша вышел из ванной и сел на диван; нащупав пульт управления, он нажал на кнопку. В это время большой кот запрыгнул к нему на колени и вскоре уже наслаждался ласковыми поглаживаниями по спине.

В обычный день они бы вместе смотрели сериалы…

Но, очевидно, сегодняшний день обычным не был.

Поначалу Хайдис оставался неподвижным. Однако через мгновение Гу Янь почувствовал, как что-то мягкое постоянно дотрагивается до его левой руки.

Это ощущение…

Ещё до того, как он опустил голову, чтобы взглянуть, в чём дело, точным движением руки юноша поймал лапу Хайдиса, постоянно касавшуюся тыльной стороны его руки. Затем он легонько ущипнул нежные подушечки лап.

Очень мягко, эти ощущения приносили ему исключительное наслаждение.

Поглощённый этой мягкостью, Гу Янь не выдержал и ущипнул ещё несколько раз.

Хотя его лапы игриво тискали, Хайдис не выказывал никаких признаков гнева и вместо этого тихо мяукнул.

Его цель была достигнута, он полностью завладел вниманием юноши.

Потискав маленькую лапу, Гу Янь наконец отпустил её. Однако, как только лапа кота обрела свободу, она снова потянулась к рукам юноши.

Увидев это, Гу Янь снял кольцо с указательного пальца левой руки и положил его на колени, туда, куда Хайдис мог дотянуться.

- Ты хотел это?

Единственным ответом ему было тихое мурлыканье и лёгкое прищуривание глаз.

Эта вещь изначально была чем-то, что дал ему Хайдис. Теперь, когда тот хотел забрать её, Гу Янь посчитал, что поступит правильно, вернув её хозяину.

Большой кот опустил голову и взял кольцо, затем поднялся, чтобы спрыгнуть с колен юноши.–

Уже через секунду перед глазами Гу Яня стоял Эли, принявший свою человеческую форму.

Пользуясь недавно приобретёнными знаниями, красивый и бесстрастный Хайдис взял его левую руку в свою и опустился на колено перед ошеломленным юношей, который всё ещё не понимал, что происходит.

Гу Янь «...?»

Юноша застыл на месте. Он ведь где-то уже видел эту сцену раньше?! Только вот теперь предложение делали ему самому.

- Выходи за меня... - бесстрастный голос был приглушён, а лицо, как всегда, оставалось холодным, как у статуи. Хоть на нём и не отражались эмоции, в этот момент светловолосый офицер казался немного нервничающим.

Он держал левую руку юноши, стараясь не стискивать слишком сильно, но, вероятно, боясь, что Гу Янь отдёрнет её, он не мог не сжать её покрепче.

Однако прошло какое-то время, а человек перед ним всё ещё не ответил.

На этот раз Гу Янь не был так уж сильно шокирован, но всё же был слегка ошеломлён. Значение трёх слов, которые он только что услышал, было слишком велико, ему нужно было немного времени, чтобы переварить эту информацию.

- А-Янь? - Тихо окликнув юношу по имени, Эли слегка наклонил голову, чтобы нежно поцеловать его безымянный палец. Он действовал очень осторожно, словно стараясь выразить свою искренность.

Когда пальцы, которые были поцелованы, почувствовали щекотку, Гу Янь непроизвольно отдёрнул кисть и тут же ощутил, что хватка на его руке усилилась.

Он не пытался отстраниться. Глядя в глаза с резко сжавшимися вертикальными зрачками, ещё не успев сообразить, что делает, Гу Янь уже по привычке протянул правую руку, чтобы успокоить кота.

Хайдис, который всегда казался чрезвычайно безразличным и отчуждённым, внезапно стал выглядеть изрядно взволнованным, Гу Яню было очень трудно не почувствовать себя тронутым.

- Ты хочешь жениться на мне?

Зная, что этот Хайдис, конечно, не до конца понимал земные обычаи, Гу Янь изо всех сил старался подавить дрожь в уголках губ. Когда он задал вопрос, в его голосе всё равно звучали нотки сдерживаемого смеха.

- Да. - Как только юноша закончил фразу, Хайдис кивнул без малейших колебаний.

Губы, коснувшиеся безымянного пальца, постепенно двигались вниз, пока не достигли кончиков пальцев, где он слегка прижался к ним поцелуем, неоднократно пытаясь убедиться, что юноша не намерен отказать ему. Светловолосый офицер в строгой чёрной военной форме надел кольцо на безымянный палец Гу Яня.

Он согласился. В тот момент, когда кольцо было надето, настроение Гу Яня было чрезвычайно сложным. Конечно, не потому, что он сожалел о сделанном, а потому, что всё происходящее казалось нереальным.

В новелле, которую он написал, он фактически принял предложение руки и сердца от главного злодея…

И это действительно было приятно. Вспомнив о кольце, Гу Янь уточнил: «Это пространственное кольцо?»

Хайдис, испытывавший неописуемые чувства с того момента, как надел кольцо на безымянный палец юноши, кивнул, и его тонкие зрачки слегка сузились.

Гу Янь прикинул, что, если бы Хайдис был в своей первоначальной форме, к этому времени он бы уже мог слышать мурлыканье. Потом тот забрался бы к нему на плечо и лизнул в шею.

- Внутри находится машина под названием "Серебряное Крыло", это кольцо - ключ к ее запуску. - Остановившись на мгновение, Хайдис мягко сказал ему: -  А-Янь может играть с ней, когда захочет.

Это была чрезвычайно знаменитая боевая броня, слава о ней достигла каждого уголка Империи, а теперь она использовалась своим владельцем как «игрушка», чтобы завоевать расположение его возлюбленного.

Если бы об этом стало известно в Империи, кто знает, сколько ценителей военной техники рвали бы на себе волосы от ярости.

- Но это не обручальное кольцо. - Сказал Гу Янь, сдерживая смех, однако не делая попыток снять украшение.

- Хмм?.. - Услышав это, светловолосый офицер слегка наклонил голову. Он не понимал, что это означало, но что бы ни говорил юноша, всё было правильно.

- Сегодня уже слишком поздно, подожди до завтра. - Откинувшись на диван, Гу Янь прикрыл рот рукой и зевнул, в уголках его глаз блеснули слёзы, из-за чего его взгляд казался немного затуманенным. Прищурившись, он подумал: завтра… он должен будет первым делом купить пару обручальных колец.

Едва эта мысль успела прийти к нему в голову, Хайдис повалил юношу на диван.

Лаская языком шею молодого человека, Эли, сдерживавший свою неистовую похоть с того момента, как надел на юношу кольцо, больше не мог терпеть.

В этой непосредственной близости Гу Янь мог легко чувствовать любые изменения в придавившем его теле, и что-то твёрдое уже упиралось в его бёдра.

- Аааах… - в него вошли. Существовала большая разница между тем, чтобы делать это на диване, и на кровати.

Гу Янь не мог расслабиться, и в результате его стоны было гораздо труднее подавить, чем раньше.

Приглушённые вздохи рядом с ухом Хайдиса, казалось, перещёлкнули в нём загадочный выключатель. Вертикальные зрачки постепенно превратились в тонкие линии, и вслед за этим движения Эли стали более энергичными.

Это слишком быстрый темп…

После разрядки Гу Янь какое-то время не мог ни о чём думать. Он помнил только, как отчаянно пытался сдерживать свой голос. Когда слёзы на его глазах высохли, он наконец вспомнил.

Эти слёзы были вызваны уже не зевотой, а скорее тем, что Хайдис, прижавший его к дивану, ни разу не откликнулся на просьбу остановиться.

Ну и куда подевалось его обещание сдерживаться?!..

Глава 27 - Становясь ближе

Сказать, что Хайдис совсем не сдерживался, означало бы исказить правду; в противном случае он бы не просто довёл юношу на диване до слёз своим мощным телом, а позаботился бы о том, чтобы у молодого человека не осталось сил даже пальцем пошевелить.

Из слов юноши Эли знал, что завтра им предстояло выполнить очень важное дело, поэтому он намеренно позволил Гу Яню сохранить остатки сил.

Юноша под ним уже потерял сознание от усталости, когда Хайдис опустил голову и нежно поцеловал его в уголки глаз, где всё ещё оставались следы слез.

Его ** всё ещё был внутри молодого человека, и он пока не желал отстраняться.

Несмотря на то, что Хайдису хотелось продолжать двигаться, Гу Янь уже задремал, выглядя очень измученным. Если он двинется…

- Ах ... - волна удовольствия внезапно пронзила юношу, как электрический ток. Его усталые веки слегка дрогнули, когда он неосознанно издал тихий вскрик.

Из-за его голоса зрачки Хайдиса мгновенно сузились. Но, в конце концов, он всё же сдержался.

Склонившись ближе к спящему юноше, он тихо мяукнул у него над ухом, светло-зелёные глаза внимательно следили за человеком. Таким образом, Хайдис стал тихо охранять своё самое драгоценное сокровище.

Когда Гу Янь проснулся, он лежал на кровати. На груди у него, лениво завалившись на бок, лежал большой серебристо-полосатый кот, слегка покачивая хвостом и глядя на него чуть суженными зрачками.

Так близко, стоило коту просто немного опустить голову, и он смог бы поцеловать его.

Этот явно избалованный представитель внеземных кошачьих позволил Гу Яню некоторое время побыть в тишине. А затем постарался привлечь его внимание, чтобы получить поцелуй и ответить на него мягким мурлыканьем…

Как фанат кошек, Гу Янь всегда очень легко шёл с ним на компромисс. На самом деле вчера он не так уж и устал…

…Всю ночь им вертели как хотели, пока он окончательно не выдохся и не заснул. Теперь же, когда он проснулся и увидел, как этот избалованный кот беззастенчиво ластится к нему, Гу Янь тут же поспешил найти ему оправдание.

- Ах... Ладно, ладно. Цюцю, будь умницей. - Гу Янь слегка наклонил голову и мягко столкнул Хайдиса со своей груди на кровать, чтобы сесть. Если Хайдис продолжит лизать его, то эта постель долго не продержится.

Город, в котором они в данный момент находились, был весьма развитой территорией. Гу Яню даже не пришлось лезть в интернет, чтобы найти ювелирный магазин – один из таких оказался прямо на оживлённой торговой улице, где они бывали раньше.

Как обычно, он держал на руках принявшего форму кота Хайдиса. Перед тем, как войти в магазин, Гу Янь осторожно поднял лапы Хайдиса и спросил: «Ты не против?»

В конце концов, он покупал обручальные кольца и, конечно, хотел узнать мнение Эли.

Голова кота была по-прежнему прижата к груди юноши, он издал низкое мурлыканье, выглядя очень послушно.

Он почти никогда не отклонял просьбы молодого человека, за исключением некоторых особых случаев, когда охрипший голос юноши умолял его остановиться или хотя бы замедлиться.

При таких обстоятельствах, даже если бы он сказал «Цюцю, будь умницей», эти три слова не обязательно возымели бы эффект.

Получив согласие Хайдиса, Гу Янь погладил мягкую шерсть на спине кота и вошёл в магазин.

Пусть вход с животными и не был воспрещён, посетитель с котом был необычным явлением для ювелирного магазина. Таковы были мысли продавца, который в настоящий момент знакомил его с выставленным на продажу товаром, добросовестно выполняя свою работу.

- Цюцю, выбери какое-нибудь. - Гу Янь поднёс Хайдиса к стеклянным витринам, чтобы тот мог получше рассмотреть украшения.

Этот клиент... был немного странным.

Именно так про себя подумал консультант, потративший столько усилий и времени, чтобы порекомендовать покупателю различные кольца. Кто позволил бы своему коту решать такие важные вещи?

Так как он выбирал кольцо, оно должно было предназначаться либо для свадьбы, либо для подарка возлюбленному. Такой ответственный выбор доверить коту…

Если возлюбленный этого посетителя узнает, что их кольца выбрала кошка, интересно, что он почувствует?

- Вот эта пара? - Глядя на положение лапы Хайдиса на стеклянной витрине, Гу Янь решил подтвердить ещё раз и услышал в ответ одобрительное мурлыканье. Юноша повернулся к продавцу: - Я возьму эти. Размеры обоих колец будут такими же, как у меня.

Прошлой ночью Гу Янь специально взял руку Хайдиса, чтобы узнать размер его безымянного пальца, и обнаружил, что он был такой же, как и его собственный.

Ожидая, пока продавец принесёт кольца, Гу Янь немного подумал и решил купить серебряную цепочку.

Он сразу же надел одно из колец на безымянный палец, в то время как пространственное кольцо, которое первоначально занимало это место, переместилось на его правую руку.

- Мяу. - Увидев, как юноша продевает через второе кольцо серебряную цепочку, Хайдис в его руках тихо мяукнул.

- Готово.

Надев цепочку с кольцом на шею большого кота, Гу Янь оценил результат.

Консультант, наблюдавший за этой сценой, был слегка обескуражен. Находясь на этой работе столько лет, он впервые встретил такого чудного клиента…

Он надел кольцо на левый безымянный палец, а затем повесил другое кольцо на цепочку, чтобы кошка носила его на шее.

Что, чёрт возьми, это вообще было?

Но, не дожидаясь, пока он найдёт ответ, «странный посетитель» уже вышел из магазина.

Большой кот в его руках осторожно теребил когтями кольцо на цепочке. Увидев это, Гу Янь не удержался и протянул руку, чтобы почесать подбородок Хайдиса.

- Мя-ау.- Это мяуканье было очень мягким. Хайдис прищурился, глядя на кольцо, которое юноша повесил ему на шею. Для него это украшение было очень ценной вещью.

Тронутый реакцией Хайдиса, Гу Янь поднял кота повыше, заглянул в пару прекрасных светло-зелёных глаз и сказал чрезвычайно серьёзным тоном: «Я люблю Цюцю больше всего».

На этот раз не было никаких недоразумений с этой фразой. Гу Янь действительно обращался к Хайдису в своих руках.

Если бы вы составили список самых опасных рас в галактике, раса Хайдис, несомненно, была бы среди лидеров и, возможно, ей бы даже был присвоен номер один. Но Хайдис, которого сейчас держали на руках, слегка сузил зрачки и лизнул пальцы молодого человека. Низкий мурлыкающий звук вырвался из его горла, и в это время он казался воплощением «послушного и безобидного» существа.

Этот Хайдис был теперь очень счастлив, любой мог сказать это с первого взгляда.

Двое молодых людей, надевшие кольца, несомненно, ещё больше укрепили свои отношения, но ни один из них не знал, что к этой беззащитной планете приближается огромный корабль…

Глава 28 - Он будет умницей

С того самого дня, как юноша привел его в магазин за парой одинаковых колец, Хайдис, похожий на кота, время от времени опускал глаза, чтобы посмотреть на кольцо, висящее у него на шее, а потом, прищурившись, смотрел на другое кольцо - на пальце юноши.

Это было его самое главное сокровище, он должен был тщательно охранять его.

- Мяу?

Хайдис, первоначально сидевший на коленях молодого человека, вдруг обнаружил, что его отодвинули в сторону, и издал тихое вопросительное мяуканье.

- В холодильнике пусто, мне нужно выйти и купить еду.

Гу Янь потянулся рукой, чтобы погладить его спину, прежде чем встать.

Холодильник был совершенно пуст. Если бы он по-прежнему ничего не купил, сегодня они остались бы без ужина. В своем первоначальном мире Гу Янь уже привык обеспечивать себе ежедневное пропитание... себе и коту.

Конечно, готовка была жизненно необходимым навыком.

Его кулинарные способности нельзя было назвать непревзойдёнными, но их было вполне достаточно.

- Мяу.

Хайдис посмотрел на юношу и слегка наклонил голову; он видел, что юноша не собирался брать его с собой.

Видя этот наклон головы, Гу Янь должен был ещё раз погладить большого кота. Его пальцы почесали кошачий подбородок: «Я ненадолго, скоро вернусь. Цюцю, будь умницей».

Было бы неудобно выбирать продукты, держа кота на руках.

Хайдис, которому почесали подбородок, лишь некоторое время сопротивлялся, прежде чем издал низкое мурлыканье, соглашаясь на просьбу юноши. Этого большого кота было легче задобрить, чем того, который жил в его прежнем мире.

Глядя в красивые светло-зелёные глаза с вертикальными зрачками, Гу Янь пришёл к неожиданной мысли.

Каждый раз, когда кот видел, как он уходил, как бы юноша ни старался успокоить его, тот всё равно не хотел оставаться дома. Он цеплялся за его одежду, жалобно мяукая, пока он не соглашался взять его с собой…

Маленький зверь как будто боялся, что он никогда не вернётся.

Хайдис в своей кошачьей форме лежал на диване, и как раз перед тем, как Гу Янь ушёл, он услышал, как Хайдис тихо мурлыкнул. Стоя в дверях, Гу Янь оглянулся и увидел пару вертикальных зрачков, спокойно смотрящих на него.

Он выглядел очень послушным. Да, кроме слова «послушный», лучшего описания не найти.

Глядя на эту сцену, Гу Янь невольно ускорил шаги. Если он заставит Хайдиса ждать слишком долго, в следующий раз его будет не так легко уговорить.

Они собирались пробыть на Земле ещё неделю или около того. Он купил три-четыре пакета припасов – этого хватило бы на полмесяца – и забросил их прямо в пространственное кольцо.

Если бы об этом стало известно жителям Империи, которые слышали легенды о боевой машине, хранилищем которой служило это кольцо, они, вероятно, с ума бы посходили.

Но другого выхода не было: после того, как остальные предметы из кольца были перенесены, пространство в нём не использовалось. И по совпадению, освободившееся место было достаточным, чтобы применить его подобным образом.

Сегодня на ужин будет рыба на пару. Его кот любил это блюдо, а значит, согласно предустановкам романа, Хайдису тоже понравится…

Гу Янь не успел довести эту мысль до конца, когда его шаги внезапно остановились. Перед собой, менее чем в метре, он увидел индивида, который, независимо от его внешности или одежды, выделялся из толпы.

Молодой человек, возглавивший список самых разыскиваемых преступников империи Хайдис, улыбнулся ему и сказал очень вежливым тоном: «Могу ли я пригласить вас к себе?»

И это был явно не вопрос.

Рефлекторно Гу Янь сделал шаг назад. Однако в тот же миг всё вокруг окутала кромешная тьма.

- На этот раз я собирался использовать более мягкий подход…

Молодой политик вежливо улыбнулся, поймав юношу, который вот-вот должен был упасть.

В следующий раз будет трудно уговорить кота отпустить его…

Прежде чем потерять сознание, Гу Янь думал только об этом.

Хайдис, оставшийся в арендованном доме, молча наклонился к тому месту, где стоял юноша перед уходом. Его вертикальные зрачки уставились на плотно закрытую дверь, ожидая, что этот человек вернётся и откроет её.

Юноша отсутствовал не слишком долго, приятный запах всё ещё витал на этом диване…

Знакомый запах, который заставил его позволить приручить себя.

В этот момент его слегка опущенный взгляд зацепился за кольцо, висевшее на шее, и он, наконец, пошевелился.

Подняв переднюю лапу, чтобы поиграть с кольцом, большой кот мягко качнул хвостом, слегка сузив зрачки…

- Мяу. – У него был довольный вид. Если бы юноша сейчас мог протянуть руку и погладить его по голове, он был бы ещё счастливее.

Вернувшись на прежнее место, он продолжал смотреть на закрытую дверь. Тихое мурлыканье вырвалось из его горла, когда Хайдис взволнованно ждал возвращения юноши и его поцелуя.

Небо постепенно темнело. Свет, проникавший в дом снаружи, тоже померк.

На его расу перемена освещения не влияла. Не зажигая света, Хайдис продолжал спокойно сидеть на том месте, где только недавно лежал юноша.

Он вернётся через минуту. Хвост больше не двигался, только два вертикальных зрачка всё ещё неподвижно смотрели на дверь…

Хотя прошло уже много времени, но из-за слов, которые Гу Янь сказал перед уходом, Хайдис ждал очень терпеливо.

[Я ненадолго, скоро вернусь. Цюцю, будь умницей.]

- Мяу. - Хайдис прищурился. Он будет умницей.

Но даже в конце дня дверь не была отперта, упрямо оставаясь закрытой. По ту сторону не было слышно шагов…

Почему он так долго?

Играя с кольцом на шее, Хайдис терпеливо ждал. Запах юноши на диване постепенно растворялся, но Хайдис всё ещё отчётливо чувствовал его.

Улёгшись, он всё ещё ощущал, как его окружает знакомое тепло.

Успокоившись от запаха юноши, Хайдис безмятежно ждал, ему ни на мгновение не приходила мысль, что он никогда больше не увидит человека, которого дожидался.

На далёком корабле.

Когда Гу Янь пришёл в сознание и осмотрелся, он быстро определил, где находится.

Судя по обстановке, он, несомненно, находился в каюте космического корабля, по меньшей мере - линкора.

- Система безопасности корабля… уже усилена.

В середине фразы молодой Хайдис слабо усмехнулся. На самом деле, он только хотел, чтобы юноша знал, что на этот раз он не сможет убежать тем же способом, что и раньше.

Если бы он совершал одну и ту же ошибку дважды, молодой политик никогда не смог бы занять столь высокое положение в политическом суде, даже если это уже было в прошлом.

- Не надо так на меня смотреть. Я уже говорил брату ранее, что очень заинтересован в одном человеке рядом с ним и надеюсь, что он отдаст его мне. - Сказав это, Хайдис снова улыбнулся. - Однако он не выглядел особо воодушевлённым, поэтому я вынужден был забрать того человека сам.

Что это, к чертям, за логика такая?

Теперь Гу Янь размышлял о своих прошлых прегрешениях. Может быть, он написал в романе что-то такое, чего не следовало бы писать, и это заставило его встретиться с таким психопатом? Поскольку он смог убежать один раз, он определённо сможет убежать снова, ему просто нужно было придумать новый способ.

- Даже если вам удастся сбежать, вы всё равно не сможете встретиться с тем, к кому так стремитесь. Не лучше ли просто остаться здесь?

Что-то в этом предложении, казалось, зацепило Гу Яня. Он взглянул на улыбающегося молодого человека, и внезапно его охватило дурное предчувствие.

Что он имел в виду, говоря, что даже если ему удастся сбежать, он всё равно не сможет увидеть того, к кому стремился?

Глава 29 - Последствия

Молодой политик посмотрел на юношу и улыбнулся. Он не стал вдаваться в дальнейшие объяснения.

- Эта планета может стать хорошим форпостом. - Сказал Хайдис, поднимаясь со своего места и направляясь к двери каюты. Повернувшись, он снова заговорил вежливым и мягким голосом: - Я вернусь попозже, чтобы проверить, как у вас дела.

Заперт один в этом пустом отсеке, за дверью стоят охранники, система видеонаблюдения корабля, скорее всего, также была под особым контролем…

Ситуация была хуже, чем в прошлый раз.

Что он имел в виду, говоря, что даже если ему удастся сбежать, он все равно не сможет найти того, к кому стремится? Гу Янь был чрезвычайно обеспокоен этой фразой.

Эли должен был покорно ждать его возвращения дома.

Гу Янь вспомнил, как видел большого кота, лежащего на диване, его пара светло-зелёных глаз спокойно наблюдала за уходящим юношей.

Тем не менее, их местонахождение, очевидно, уже было известно Айви, тогда Хайдис, оставшийся в арендованной квартире и ждущий его возвращения…

Обеспокоенный, Гу Янь никак не мог унять сердцебиение.

- 00, ты не можешь снова вторгнуться в систему управления?

Беззаботные дни миновали, и на лице юноши теперь было столь редкое для него выражение тревоги. Единственное, чего он хотел сейчас, - это вернуться и убедиться в безопасности своего кота. Безопасность Земли и всё остальное могло занять в его сердце лишь второе место.

[Есть персонал, внимательно следящий за данными системы управления, любое вмешательство будет замечено.]

Отвечая хозяину честно, система смогла заметить колебания настроения юноши, и продолжила: [На самом деле, есть другой метод, который хозяин может попробовать…]

[Если хозяин может управлять машиной, которая находится в пространстве кольца, то отсюда будет нетрудно выбраться.]

Бронированная машина "Серебряное Крыло" была чрезвычайно смертоносным оружием. Если ей управлял способный пилот, ей хватило бы мощи, чтобы уничтожить целый флот.

В прошлом её бывший владелец вышел на поле боя и уничтожил всю вражескую армию.

- Я не знаю, как...  - Гу Янь сильнее нахмурил брови. Если бы он знал, что подобное произойдет, он, несомненно, нашел бы первоначального владельца, чтобы научиться управлять этой штукой.

[В прошлом, как хозяин научился управлять этими линкорами?] – спросила 037.

За всё это время её хозяин ни разу чётко не осознал одну вещь…

Хозяин действительно не понимает, насколько это ужасающе - быть любимцем «Закона», имея возможность влиять на него или даже полностью изменять.

Гу Янь внезапно растерялся, не зная, как ответить на этот вопрос. Сначала он просто играл в голографический симулятор линкора как в простую виртуальную игру. Что-то связанное с игровым процессом… после того, как он нащупал направление, ему каким-то образом удалось ухватиться за верную мысль – да, это можно было назвать…

Самообучением.

[Хозяин может просто использовать тот же метод, что и раньше, чтобы научиться этому.]

Какой метод? Тыкать пальцем в небо, пока не ухватит суть?

Гу Янь всё ещё был немного сбит с толку своими способностями, но не придавал этому особого значения. Любой метод был хорош, пока он мог покинуть это место.

В тот момент, когда «ключ» был повернут и Гу Янь вошёл в кабину боевой машины, он услышал бесстрастный механический голос системы.

[В этом мире, который вы создали, вы почти всемогущи.]

Эта серебристая машина была не очень большой, размером с военный корабль среднего класса, и не шла ни в какое сравнение с линкором.

Так как он был внутри бронированной машины, Гу Янь не потрудился уйти изящно. Он сразу же проломил стену каюты, врезаясь в перегородки корабля, даже не беспокоясь о сработавшей сирене.

Как ты там сказал, даже если сбежишь, не сможешь его увидеть? Его кот, должно быть, всё ещё покорно ждёт его в комнате. Когда он вернётся, Хайдис наверняка будет там.

В данный момент все, кто преграждал ему путь, в его глазах были крайне раздражающим препятствием. Гу Янь начал терять терпение.

Он хотел поскорее вернуться к своему коту, но они пытались помешать ему.

[Двигатель вражеского военного корабля был поврежден на 50%, корабль потерял свою боеспособность.]

Гу Янь потерял счёт тому, сколько раз система 037 повторяла подобные сообщения.

Для врагов эта серебристая бронированная машина была подобна вспышке молнии. Гу Янь не нападал на одного и того же противника дважды, потому что одного раза было достаточно, чтобы полностью обездвижить их.

Человек, управлявший машиной, был абсолютным новичком, никогда прежде не прикасавшимся к такому оружию, и всё же он стал откровенным кошмаром для своих врагов.

Такой уровень точности, в целой Империи, возможно, только предыдущий владелец этой машины мог бы сравниться с ним.

Направляясь к заранее вбитым в систему навигации координатам после прорыва через все препятствия, Гу Янь во второй раз приземлился на голубую планету.

Линкор, вероятно, уже послал соответствующие приказы на Землю, потому что планета объявила чрезвычайное положение. К счастью, эта серебряная машина была броней седьмого класса. С её стелс- и анти-разведывательной технологией, цивилизация четвёртого уровня не могла помешать Гу Яню удачно приземлиться.

С тех пор, как он ушёл, прошли уже целые сутки.

- Цюцю?.. - Гу Янь поспешил назад так быстро, как только мог. Тем не менее, его тело изначально было очень слабым и не могло двигаться так, как он хотел. Даже ворвавшись в дом, он не замедлился, несмотря на пересохшее горло.

У двери лежал труп со сломанной шеей. Судя по характерным чертам, это был Сарианин. Гу Янь до бесчувствия спокойно огляделся.

Эта комната была не очень большой. Гостиная была очень близко к входной двери, и Гу Янь видел, что похожий на кошку Хайдис всё ещё лежал на том же месте, где он видел его перед уходом. Его глаза были закрыты, он был очень тихим…

Как будто спал.

Даже находясь под действием яда и почти потеряв слух, Хайдис всё ещё мог остро чувствовать, что кто-то был рядом, когда он открыл глаза. Напрягшись, он попытался принять оборонительную позу.

Вертикальные зрачки превратились в узкие щёлочки, когда существо холодно уставилось на человека перед ним, хотя оно почти ничего не видело.

Но эта позиция сохранялась меньше секунды.

- Мяу. -  Хайдис тихонько мяукнул человеку, стоявшему перед ним, и снова принял смирный и послушный вид.

Даже если он не мог слышать его голос, не мог видеть его лица или даже чувствовать знакомый запах, Хайдис всё равно мог узнать человека перед собой.

Подняв безмолвного кота, Гу Янь почувствовал, что его руки немного дрожали. Поглаживая большого кота по спине, он произнес самым мягким и нежным голосом, на который был способен: «Цюцю, будь умницей... Открой глаза и посмотри на меня».

Раса Хайдис не нуждалась во сне, но Хайдис в его руках закрыл глаза, и Гу Янь, конечно, знал, что это означает.

На самом деле, Хайдис услышал только три слова: «Цюцю, будь умницей», прежде чем он обратил всё своё внимание на человека, произносящего эти слова.

- Мяу.

Потеревшись головой о руку юноши, Хайдис в ответ тихонько мяукнул. Он был умницей.

Через некоторое время веки Хайдиса снова стали медленно опускаться. Только когда он слышал, как юноша произносит слово «Цюцю», он приоткрывал глаза и некоторое время смотрел на него.

- 00... Есть ли способ... - этот постоянный цикл был слишком жестоким, видя, как Хайдис в его руках устало открывал глаза каждый раз, как он звал его, Гу Янь почти не мог вынести, что ему приходилось делать такую болезненную вещь.

[Даже если «Закон» готов пойти на уступки ради вас, он всё равно должен быть соблюдён. Эта система не может быть уверена насчёт последствий.]

Поглаживая шерсть Хайдиса, он больше не произносил этих трёх слов: «Цюцю, будь умницей».

Какими бы ни были последствия, он их примет.

Глава 30 - Открой глаза

В предпоследний день месяца солдаты Седьмого Полка узнали, что их командир вернулся, и это немного удивило Эвана.

Он вспомнил, что его командир подал прошение об отпуске на целый месяц, даже использовал квоту отпуска на следующий год, чтобы сопровождать темноволосого юношу в место под названием «Земля»…

Они действительно вернулись пораньше?

Когда он готовил корабль для своего командира, Эван уже снабдил его необходимыми знаками идентификации, и судно не нуждалось в проверке сетью безопасности Айзерса.

Однако, как адъютант, он всё равно должен был пойти поприветствовать своего начальника, вернувшись к своей основной работе помощника.

Корабль должен был приземлиться на посадочной площадке хорошо ему знакомого особняка. Войдя в здание, Эван направился к широкой платформе, предназначенной для стыковки кораблей.

Как раз в это время корабль совершил посадку, и дверь открылась. В следующую секунду Эван увидел своего командира, выходящего из корабля…

В одиночестве?

Проглотив слова, которые он хотел сказать, молодой лейтенант, уже много лет занимавший этот пост, бросил взгляд на корабль и ещё раз убедился, что перед ним по-прежнему только бесстрастный светловолосый офицер. Юноши рядом не было.

- Пошлите войска охранять Звёздные врата, ведущие на Землю; любой, кто к ним приблизится, будет сочтён врагом, и с ним поступят соответственно.

- Так точно. - Эван не осмелился спросить или даже упомянуть о юноше, когда увидел пару тёмных и леденящих глаз. В суженных зрачках он не нашёл ни следа прежнего тепла.

В кабинете, закончив доклад о недавних событиях, Эван дождался кивка командира, прежде чем покинуть особняк.

Было в нём… что-то знакомое и в то же время совершенно незнакомое.

Его начальник не способен испытывать никакие эмоции - даже будучи относительно близок к нему как его помощник, Эван был искренне в этом уверен. Так было до несчастного случая, который привел его к случайной встрече с юным представителем слабой расы. Только тогда он изменил своё отношение.

Его командир не был бесчувственным, просто у него были чувства только к одному, особенному человеку.

Но теперь этот человек, казалось, исчез.

Эван прекрасно понимал, как исполнить приказ командира. Силами Королевской гвардии те планеты, которые были связаны с Землёй, были помещены под строгое наблюдение, никому не было позволено переместиться на Землю.

Эван не был уверен, что случилось с его командиром и темноволосым юношей на Голубой планете за Звёздными Вратами, но теперь уже было определенно невозможно спросить об этом того единственного, кто об этом знал.

Однако на следующий день лейтенант обнаружил, что имя, которое раньше находилось на вершине списка преступников, разыскиваемых Империей, было вычеркнуто. Статус преступника был зафиксирован как «казнён», в то время как в графе «имя исполнителя» значилось не что иное, как имя его начальника. Сложив два и два, Эван смог почти верно угадать, что произошло.

Подумав о том, что командиры других полков в армии всё ещё интересуются... личностью, которую, возможно, не следует упоминать вслух, Эван почувствовал головную боль и должен был лично послать каждому из них напоминание, чтобы они по неведению не наступили на мину.

Менее чем через месяц после этого инцидента в Империи произошло крупное событие, которое затронуло все военные силы.

Восхождение на трон нового императора. Империя Хайдис приветствовала своего правителя.

По традиции, если бы всё прошло гладко, коронация должна была состояться только через полмесяца.

На этот раз восхождение наследника на престол было почти единогласно одобрено группой старейшин, что, можно сказать, было крайне редким случаем за всю историю Империи.

Их новый император очень быстро продемонстрировал свои возможности в качестве правителя, и всего через пять лет после его восшествия на престол Чёрная Империя полностью объединила своей силой все соседние звёзды.

Он лично принимал участие в каждой войне. Каждое появление серебряной брони на поле боя можно было описать как выступление прекрасной машины для убийства.

Жители Империи никогда не скупились на рассказы о своём новом императоре.

Армия всегда побеждала, и военные зачастую не несли больших потерь. На передовой всегда стоял светловолосый офицер с холодным красивым лицом и тёмными вертикальными зрачками, в которых не было ни малейшего намёка на тепло.

Хотя внешность Хайдиса была потрясающей, и он занимал высокое положение, мало кто осмеливался приблизиться к нему. Слишком холоден, это был вид абсолютного ледяного спокойствия.

Их император не имел никаких чувств, это было почти единодушно признано во всей Империи. Однако…

Их император сделал что-то, что озадачило их.

В процессе объединения соседних галактик они обнаружили новую планету по другую сторону Звёздных Врат. Голубая планета низшей цивилизации.

Она была богата ресурсами и её было очень легко завоевать, но, когда армия закончила приготовления к бою, приказ, данный императором, был очень странным и неожиданным.

Защищать.

Вся подготовка была для защиты, а не для захвата.

На мгновение все полки, за исключением Седьмого, засомневались, не ослышались ли они.

Он завоевал все соседние планеты, но всё же пощадил второсортную голубую планетку и даже без каких-либо условий оказал всевозможную помощь, чтобы помочь планете развиваться…

Разве на этой планете может быть что-то ценное?

Однако такой невозможный инцидент действительно произошёл на их глазах, и их император, казалось, заинтересовался этой низшей цивилизацией до такой степени, что даже занимался своими повседневными делами на этой планете.

Раз ему так нравилась эта планета, почему нельзя было захватить ее? Хайдис не понимали мыслей своего императора, а те немногие, кто знал первопричину всего, не разглашали никакой информации.

В настоящее время в доме на Голубой планете.

Хайдис, ставший императором Чёрной Империи, вместо того, чтобы сидеть на троне,  лежал на диване в этой комнате, приняв форму домашнего кота.

Было раннее утро, и редкие солнечные лучи, падавшие в окно, мягко освещали гостиную.

Эту комнату нельзя было назвать большой, но и маленькой она тоже не была. Теперь, когда внутри был только похожий на кота Хайдис, она казалась немного пустой.

Вещи, которые носил юноша, были сложены на диване, и Хайдис лежал под этой кучей одежды. Наружу была высунута только маленькая голова.

На самом деле, после того, как прошло столько времени, запах юноши на одежде давно рассеялся. Как бы он ни окружал себя этими вещами, Хайдис всё равно не мог отыскать знакомый запах.

Однако если бы он этого не сделал, ожидание стало бы совершенно невыносимым.

Опустив голову, Хайдис долго смотрел на кольцо у себя на шее, как будто с величайшей осторожностью разглядывал драгоценное сокровище.

Он вспомнил, что после того, как юноша произнес три слова: «Цюцю, будь умницей», он просил его открыть глаза…

Открыть глаза и посмотреть на него.

Но в то время его тело уже было отравлено токсином, а слух сильно ослаб. Он не расслышал этой фразы.

Всё из-за того, что он не послушался и закрыл глаза. Поэтому, когда он в конце концов, снова их открыл, он не смог увидеть человека, которого хотел видеть больше всего. Как бы он ни искал, казалось, этот человек просто растворился в воздухе.

- Мяу.

В этой пустой комнате ему никто не ответил. Тихо лёжа на диване в гостиной, Хайдис сузившимися зрачками смотрел на дверь.

Он будет умницей... на этот раз, он больше не закроет глаза.

Глава 31 - Маленькая тёмная комната

Основным требованием так называемой способности изменять «Закон», которой обладал Гу Янь, было наличие чрезвычайно сильного желания; её по праву можно было считать поразительной. Только создатель этого мира мог обладать возможностью обмануть «Закон».

Прежде чем попытаться насильственно изменить «Закон», Гу Янь сначала положил большого кота на диван, снял кольцо с серебряной броней, которое он носил на правой руке, и осторожно подтолкнул его под лапы кота.

Хоть система и сказала, что не может точно определить, что произойдет, но с его писательскими инстинктами Гу Янь чувствовал, что последствия скорее всего будут из разряда эквивалентного обмена. В худшем случае он будет изгнан из того мира, в котором он сейчас находился.

Более того, враг ещё не был полностью уничтожен, так что он должен был оставить Хайдису оружие, чтобы тот смог защитить себя.

В таком положении Хайдис, несомненно, заметит кольцо, когда проснётся.

- Будь умницей.

Он пропустил два коротеньких слога «Цюцю» - Гу Янь знал, что, если бы он сказал это вслух, большой кот определённо попытался бы открыть глаза.

Но эта пара зрачков... уже полностью лишилась зрения.

Теперь похожий на кота Хайдис лежал на диване, словно пребывая в глубоком сне.

Тебе станет лучше.

Раз за разом повторяя эту фразу в своём сердце, Гу Янь впервые ясно ощутил присутствие бесформенного существования. Оно не держало никаких злобных намерений по отношению к ним, а вместо этого казалось чем-то очень близким.

Таков был «Закон».

- Так это…

Гу Янь только было хотел спросить свою систему, было ли это всё, но прежде чем он смог закончить, раздался резкий писк и без предупреждения прозвучал механический голос системы: [Инициализация передачи, обратный отсчёт 3, 2…]

В последнюю секунду отсчёта большой кот, лежавший на диване, наконец пошевелился и открыл глаза.

Под его лапами было пространственное кольцо, которое он дал юноше раньше. Хайдис взглянул на него, прежде чем встать и оглядеться.

- Мяу?

Он исчез. Где человек, который только что держал его на руках?

Всего лишь трёх секунд было недостаточно, чтобы Гу Янь смог отреагировать, и, как и в прошлый раз, он всё ещё чувствовал лёгкое головокружение.

[Хлесь -!]

Было уже слишком поздно пытаться остановиться, Гу Янь мог только наблюдать, как его кисть с зажатой в ней деревянной линейкой опустилась, чтобы ударить по рукам темноволосого ребёнка. Изначальный владелец тела использовал много силы, так что на коже быстро появилась красная отметина.

Даже если у него не было пяти основных принципов [1], Гу Янь считал, что он следует, по крайней мере, трём из них. Он всегда был более терпеливым и снисходительным к детям, и такие вещи как жестокое обращение с ребёнком были совершенно не в его природе.

[1] Пять основных принципов относятся к хорошему воспитанию, здравому мышлению, упорной работе, строгой дисциплине, безупречным манерам.

- Этот ученик не делал этого.

Руки ребенка всё ещё были вытянуты, ладони широко раскрыты. Его голова была опущена, а голос звучал так, словно он с трудом подавлял свои эмоции. Он явно не делал этого, но почему его Шифу [2] только выслушал других, а потом без разбора решил, что это всё его вина?

[2] Мастер/Учитель/Наставник.

Шифу даже не слушал его объяснений.

Контролируя выражение своего лица и глядя на опущенную голову ребёнка перед собой, Гу Янь на мгновение даже не знал, как реагировать.

Этот сюжетный отрывок…

По сравнению с обычными людьми, Гу Янь с его превосходной памятью мог чётко восстановить сюжеты своих собственных романов и быстро определить своё нынешнее положение.

Как бы ни отказывался Гу Янь это признавать, он обнаружил, что снова стал пушечным мясом, да к тому же тем, кто умер особенно незавидным способом.

Это был мир его романа, написанного в жанре «Сянься» [3], и черноволосый подросток перед ним был главным злодеем этого мира. Гу Янь вспомнил, что собственноручно устроил особенно горемычный путь для этого ребёнка. Его подставят, будут презирать и относиться к нему бесконечно холодно…

[3] Сянся -  романы о культивации и достижении бессмертия путём совершенствования

Или можно сказать, что он проведёт жизнь, полную оскорблений и унижений. Его первоначальная мстительная [4] настройка характера гарантировала, что после того, как этот ребёнок подрастёт, он будет полностью очернён [5].

[4] Мстительный -  одержимый желаним мести

[5] Почернеть -  превратиться полностью в зло

Возглавляя клан демонов и войска нежити, он не отпустит ни одного обитателя царства заклинателей и вырежет весь клан своей бывшей секты. Теперь Гу Янь переместился в тело очередного пушечного мяса, и его нынешней личностью был Шифу этого темноволосого юноши.

Сказать по правде, основную роль в процессе глобального очернения главного злодея сыграл этот самый Шифу.

Согласно развитию сюжета, когда этот ребёнок вырастет, первым человеком, которому он решит отомстить, по вполне логичным причинам будет его учитель... он сначала пронзит оба его глаза, а затем позволит своим подчинённым бросить несчастного заклинателя в Бездну. Бездна подземного мира была местом, где обитали монстры самого низкого уровня.

Эти низкоуровневые монстры не обладали ни каплей интеллекта. Однако, как только заклинатель попадал на их территорию, он становился похож на большой кусок мяса, упавший с неба.

Из-за долгого планомерного развития, уровень совершенствования этого Шифу был довольно высок, и, заполучив крепкое телосложение Бессмертного [6], это пушечное мясо не могло умереть быстро, несмотря на то, что его окружала орда демонических зверей.

[6] Тело заклинателя закаляется духовной силой, приобретает сопротивление ко многим вредоносным факторам, а также получает обладает огромным потенциалом к самовосстановлению

Когда главный злодей, наконец, решит, что он достаточно насмотрелся, и пришло время, чтобы положить конец, он вытащит этого мастера из бездны, а затем кинжалом отрубит ему все пальцы на руках и ногах, один за другим.

Однако, из-за его треклятого телосложения Бессмертного и стадии совершенствования Зарождающейся Души [7], эти части тела вырастут снова даже после того, как его кости будут разрушены.

[7] Один из этапов совершенствования

После целого месяца пыток главный злодей, который, наконец, «устанет играть», уничтожит совершенствование своего учителя, прежде чем бросить его обратно в Бездну подземного мира, чтобы отомстить за себя.

Его совершенствование уровня Зарождающейся Души будет уничтожено. Концовку этого пушечного мяса, превратившегося в обычного человека, легко можно себе представить.

Гу Янь: «...».

Теперь этим пушечным мясом стал он.

В глазах темноволосого ребенка молчание Шифу имело своё значение.

Подняв голову, он посмотрел на заклинателя, одетого во всё белое, который просто стоял с холодным выражением на красивом лице. На этом лице он никогда не видел других чувств.

Точно так же, как этот человек презирал его, маленький, но зрелый ребенок не имел в своём сердце особо тёплых чувств по отношению к учителю, даже более того…

Там была ненависть. Однако сейчас он был недостаточно силён. Сначала он хотел повторить фразу «этот ученик не делал этого», но, когда он поднял глаза, ему показалось, словно что-то растопило, расплавило всю злобу, что скопилась в его сердце.

Это было так странно, что он не мог вымолвить ни слова.

Наблюдая за парой тёмных глаз, Гу Янь почувствовал в них что-то знакомое, но было трудно сказать, что именно. Вспомнив о характере пушечного мяса, Гу Янь решил сначала взять под контроль выражение своего лица, показывая холодное и отчуждённое отношение.

К счастью, у этого тела был лёгкий паралич лица, так что это было не очень трудно.

- Возвращайся и хорошенько обдумай свои ошибки. - Прекрасный заклинатель холодно взмахнул рукавами и отвернулся, очевидно, не желая больше ничего говорить.

В настоящее время сюжет находился в той точке, где темноволосого ребёнка только что подставили ученики его собственного клана, обвинив в краже духовного камня. Более того, это был не один, а целых восемь учеников, вступивших в сговор.

Прежде всего, изначальная душа этого тела не очень любила своего ученика, и поэтому при таких обстоятельствах это пушечное мясо не потрудилось провести расследование, легко поверив лжи группы заранее сговорившихся учеников. Именно из-за этого Гу Янь оказался тут с деревянной линейкой в руке.

Если бы сюжет продолжил развиваться в прежнем направлении, то, следуя сценарию, он должен был отправить этого ребенка в тёмную комнату для наказаний.

Тёмная комната для наказаний и в самом деле была просто маленькой тёмной комнатой. Это пушечное мясо додумалось дать этому ученику таблетку Бигу[8], прежде чем закрыть его там на целый месяц.

[7] Таблетки Бигу – питательные таблетки, позволяющие какое-то время обходиться без еды.  Основные компоненты: арахис, ядра каштанов, грецкие орехи, ююба, ягоды Годжи, Китайская волчья ягода, ямс, атрактилодес, хуан.

Во-первых, было уже достаточно жестоко запирать ребёнка в маленькой и тёмной комнате. Во-вторых, в это время ребёнок случайно пробудил свою родословную демонического зверя. В этом нежном возрасте он мог считаться ещё совсем детёнышем. После пробуждения его разум стал ещё более невежественным, чем у младенца…

Представьте себе, что будет, если новорожденного детёныша запереть в маленькой и тёмной комнате на целый месяц; было бы странно, если бы что-то не пошло не так. Говоря откровенно, очернение этого злодея не было беспричинным.

Итак, даже не обращая внимания на то, как сильно этот поступок способствовал бы его смерти, Гу Янь просто-напросто никогда бы не смог совершить такого ужасного акта насилия над ребёнком. С точки зрения автора, Гу Янь знал, что этот ученик был действительно несправедливо обижен, но он также не мог разрушить образ своего персонажа, чтобы утешить этого ребёнка. Единственное, что он мог сделать - это позволить ему вернуться в свою комнату, чтобы отдохнуть.

Затем он быстро пошлёт кого-нибудь узнать правду, чтобы добиться справедливости для этого ребёнка.

- Шифу... - видя, как молодой мужчина взмахнул рукавами и отвернулся, Цзян Тань проводил взглядом удаляющуюся фигуру. Почему-то в груди стало тесно.

Ни с того ни с сего он вдруг почувствовал, что было бы крайне невыносимо, если бы этот молодой человек возненавидел его.

В романе, написанном Гу Янем, присутствуют следующие этапы совершенствования:

Первый этап – Возведение Основания

Второй этап – Слияние

Третий этап – Стабилизация Сердца

Четвёртый этап – Духовное Безмолвие

Пятый этап – Зарождение Души

Шестой этап – Формирование Ядра

Седьмой этап – Полубог

Восьмой этап - Бессмертие

Девятый этап - Вознесение

Глава 32 - Первый день бытия неприкосновенным цветком

Какой ублюдок будет так издеваться над ребёнком?..

Если бы Гу Янь не боялся, что люди заметят перемены в его личности и заберут его для проверки, он бросил бы это дело и поспешил успокоить мальчишку.

Но в сложившихся обстоятельствах он стоял спиной к ребёнку и продолжил холодным голосом: «Возвращайся к себе».

Подождав некоторое время, Гу Янь услышал, как ребёнок позади тихо ответил: «Понял». Затем послышались шаги, удаляющиеся из комнаты. Наконец открытая дверь тихонько захлопнулась.

Теперь, когда мальчишка ушёл, Гу Янь был единственным человеком, оставшимся в комнате. Он немного расслабился, затем внезапно услышал голос системы в своём разуме.

[После того как хозяин насильственно изменил «Закон», система обнаружила отторжение от тела, в котором жил хозяин, и в этот момент определила, что тело хозяина уже «мертво», и сознание должно было быть немедленно перенесено.] Если бы система была способна менять тон голоса, слова 037, вероятно, звучали бы в извиняющейся манере, когда она объясняла ситуацию.

Слушая бесстрастный механический голос, и уже пройдя вместе через целый мир, Гу Янь, конечно, мог понять, что система пыталась сказать ему.

Столь резкая смена измерения – по правде говоря, Гу Янь не успел оправиться от прошлого мира и всё ещё думал о том, как Хайдис отреагировал, когда обнаружил, что он ушёл…

[Что касается этого вопроса, хозяин не должен беспокоиться.]

Уловив внутренние мысли юноши, 037 быстро дала оптимистичный ответ.

Спустя некоторое время Гу Янь слегка кивнул головой и тихо выразил согласие с её словами. Большой кот, который так любил к нему липнуть… когда он проснётся и поймёт, что его больше нет... он, вероятно, будет безутешен.

Однако на этот раз он больше не сможет его успокоить.

Взглянув на свои белые одежды, Гу Янь нахмурил брови, приводя в порядок свои мысли. Ему всё ещё нужно было думать о том, как исправить мир, в котором он сейчас находился.

Нынешний мир был из романа в жанре Сянься. Гу Янь чувствовал, что уровень опасности в этом мире будет намного выше по сравнению с предыдущим.

По этому миру бродили демоны и другие грозные твари. Как заклинатель, он неизбежно столкнётся с этими угрозами, а в будущем даже будет участвовать в битвах между заклинателями.

К счастью, несмотря на то, что он играл роль пушечного мяса, обречённого на мучительную смерть, ему повезло, что это пушечное мясо было, по крайней мере, сильным существом, а не слабым второстепенным персонажем.

Если говорить о его личности, он теперь был одним из пяти Мастеров Пика секты Гуань Лань, которую можно было считать широко известной сектой во всём царстве заклинателей, действующей более века.

Хотя за последние годы её влияние немного сократилось, она всё ещё пользовалась уважением в мире заклинательства.

Положение Мастера Пика уступало только положению Главы секты. Занимая столь высокий пост, Гу Янь не должен был беспокоиться о таких вещах, как еда, сон или бытовые потребности.

Более того, он обладал телом пушечного мяса, известного своим талантом. Его скорость развития и стремительный карьерный взлёт заставляли людей ненавидеть его аж до скрежета зубовного. Кроме трагического конца, жаловаться было не на что.

Размышляя о том, каким путём первоначальный хозяин тела умудрился прийти к своей жалкой кончине, несмотря на жизнь в таких прекрасных условиях, Гу Янь мог только промолчать, потому что вывод, к которому он пришёл, заключался в том, что... этот человек действительно не знал, как заботиться о детях.

Он никогда не был снисходителен, когда дело доходило до наказания его учеников, и это было очевидно из случая с той тёмной комнатой.

Для начала, не стоило упоминать, что этого ребенка несправедливо обвинили. Даже если бы он действительно совершил кражу, запереть его в тёмной комнате на целый месяц было слишком тяжёлым наказанием для 11-12-летнего мальчика.

Даже более опытные ученики с крепкой волей могли потерять свой разум под таким суровым наказанием.

Только потому, что он не любил мальчишку, он обращался с ним настолько очевидно холодно. И последствием такого отношения стало то, что другие ученики начали издеваться над этим ребёнком.

В глазах этих учеников способности Цзян Таня явно не подходили для совершенствования. На вступительном экзамене было обнаружено, что он обладает духовным корнем с пятью элементами, который также можно назвать «псевдокорнем». Этот талант был лишь немногим лучше, чем у обычных людей, которые были не способны совершенствоваться.

Однако этот мусор, который даже не должен был стать учеником внешней секты, неожиданно стал личным учеником одного из пяти Мастеров Пика. Разве могли другие ученики, сдавшие вступительный экзамен, считать это справедливым?

Конечно, судьбы тех, кто издевался над юным злодеем… по большому счёту, не особо отличались от первоначального конца нового тела Гу Яня. В конце концов, финал каждого из них был столь же трагичен.

При мысли об этом глаз Гу Яня слегка дёрнулся. Теперь, когда вопрос воспитания мальчишки перешёл в его руки, он определенно не позволит этому юному ученику пойти по кривой дорожке.

Согласно паршивой концовке, которую он написал, ребёнок вырастет, чтобы стать мстительным человеком, который рассчитается со всеми, и царство заклинателей будет полностью уничтожено демонами и различными кровожадными тварями.

Нет, безусловно нет! Гу Янь не позволит ему выбрать неверный путь, ещё было не поздно изменить сюжет.

Исходя из сценария, этот ученик собирался пробудить свою кровь демонического зверя.

В первоначальном сюжете пробуждение произошло, когда ребёнок находился в тёмной комнате и, таким образом, не был обнаружен другими учениками секты. К тому времени, как он вышел из темной комнаты, мальчик уже восстановил свою человеческую форму.

У этого ученика была родословная легендарного зверя Тао Тэ [1]. Хоть доля звериной крови в нём составляла меньше трети, эта треть всё же принадлежала древнему легендарному животному, а не просто обычному духовному зверю.

[1] Тао Тэ  - древний китайский мифологический зверь, в конце главы есть его изображение

Только в младенческом возрасте с ним можно было легко разобраться. Когда он вырастет, он станет своего рода тираном, которому достаточно будет лёгкого взмаха руки, чтобы убить целую группу людей за несколько секунд.

Только что пробудившееся сознание демонического зверя должно было регрессировать до разума новорождённого детёныша и стать абсолютно невежественным…

Подумав об этом, Гу Янь ощутил, что это была лучшая возможность, чтобы очиститься и развить хорошие отношения с этим злодеем. Вечером ему следовало воспользоваться этим шансом.

Ожидая наступления ночи, Гу Янь сначала вызвал управляющего внутренней секты и приказал ему расследовать недавнюю кражу, о которой слышал почти каждый в секте.

Управляющий не смел гадать о мыслях стоявшего перед ним человека. Хотя про себя он колебался, внешне он всё же охотно принял этот приказ.

У молодого человека, стоявшего перед ним в лунно-белом одеянии, было бесстрастное лицо, как будто эти мирские дела не имели к нему никакого отношения.

Он ясно помнил, что этот Мастер Пика никогда раньше не заботился об этом ученике, но сегодня…

Конечно, нельзя было напрямую спросить об этом молодого мужчину, который просто стоял там, но уже оказывал на окружающих огромное давление. В этом была разница между их совершенствованием.

Подождав, пока молодой человек слегка кивнет, управляющий быстро вышел. Он должен как можно скорее выполнить порученное ему задание…

Если он будет слишком медленным и разочарует этого человека, он может потерять место управляющего.

Молча ожидая в своей комнате, Гу Янь сидел, пока небо снаружи не потемнело, только после этого он вышел наружу.

Горный пик, мастером которого он был и на котором проживал, назывался Пиком Тянь Сюань, и в настоящее время единственными людьми, обитающими здесь, были он сам и его личный ученик. Ему не нужно было беспокоиться, что сегодня кто-нибудь увидит то, чего не должен был видеть.

Хотя у них были отношения учителя и ученика, расстояние между его комнатой и жилищем Цзян Таня было весьма приличным.

На данный момент он не знал, как использовать свои силы. Гу Яню пришлось идти пешком, возложив на свою систему функции навигатора.

Приблизившись к обшарпанной хижине, Гу Янь на мгновение заколебался. Должно быть, время уже пришло?..

Было уже достаточно поздно.

Если бы он располагал такой возможностью, Гу Янь захотел бы испытать таинственную силу «духовного исследования». Однако, сейчас у него в запасе не было времени на это.

До двери осталось всего ничего. Ему нужно было сделать ещё один шаг, чтобы открыть дверь. В этот момент Гу Янь шагнул вперёд и вытянул руку…

[Скриииип-]

Деревянная дверь была слегка приоткрыта, и в маленькой щели виднелось крошечное создание.

Существо, похожее на маленький и круглый... плюшевый мячик, стояло в дверях и смотрело прямо на него.

- Мяу.

Бросив своё маленькое тельце к сапогам молодого человека, крошечный детёныш поднял голову и, не отворачиваясь, пристально вглядывался в лицо юноши.

Для него потребность открыть глаза и посмотреть на этого человека была гораздо глубже и сильнее, чем его собственные природные инстинкты.

Глава 33 - Крепкие зубки

В его сапоги вцепился крошечный шар; на самом деле этот комок меха не был пухлым. Он просто казался абсолютно круглым из-за своего небольшого размера и нынешней позы свернувшегося клубочка…

Нет, это сейчас не главное.

С того момента, как Гу Янь толкнул дверь и увидел за ней крошечный шарик, он застыл, совершенно ошеломлённый. После этого детёныш прижался к его сапогам и поднял голову, чтобы посмотреть на него, издавая тихое мяуканье. Юноша был в растерянности.

Ну и где, спрашивается, пробуждённая родословная легендарного зверя Тао Тэ?

Пусть доля этой родословной в его крови составляла меньше трети, у этого клубка шерсти возле его ног не было причин выглядеть как маленький котёнок.

Звук, который издал клубок, тоже был похож на кошачий. Когда маленький шарик мяукнул, Гу Янь был застигнут врасплох.

В то время, когда он писал этот роман, юноша не описывал подробно первоначальную форму главного злодея. Увидев же её воочию…

- Мяу.

Встретившись взглядом с парой вертикальных зрачков, Гу Янь замер.

- Холодно?

В паре вертикальных зрачков отражалось изображение молодого заклинателя, одетого во все белое. Юноша протянул к нему руку.

От молодого человека, стоявшего перед ним, исходил очень знакомый запах. Когда он был в тёмной комнатке внутри хижины, именно этот запах заставил его подойти ближе к двери.

Увидев, что красивые длинные и тонкие пальцы приближаются к нему, пушистый комочек инстинктивно потянулся вперед и нежно лизнул их. После чего он переместил своё крохотное тело на протянутую руку юноши и тихо мяукнул.

Это действительно был только что пробудившийся зверь, его разум и в самом деле регрессировал до уровня младенца…

Глуповатое выражение мордочки этого клубка шерсти в его руке почти заставило Гу Яня потерять контроль над выражением собственного лица. Он невольно расслабил нахмуренные брови.

Так похож…

Был ли это внешний вид или то, как он смотрел на юношу, облизывая пальцы, всё было очень похоже.

Держа детёныша, в чьём теле, казалось, имелось совсем немножко детского жирка, помогающего ему выдержать холод, Гу Янь прикрыл рукавом его спину, стараясь отгородить от ледяного ветра.

Зима в горах была довольно холодной, к тому же на дворе стояла ночь. С его уровнем совершенствования, молодому человеку не приходилось бояться этой низкой температуры. Однако маленький детёныш в его руках…

Как только он накрыл рукавом спинку пушистого комочка, Гу Янь услышал тихое мурлыканье в своих руках.

Прильнув к тёплому телу юноши, этот детёныш интуитивно заставил своё тело легонько дрожать.

Хоть его разум и опустился до уровня младенца, и он не имел воспоминаний о том времени, когда был в человеческом обличье, инстинкты подсказали ему, что подобный жалобный вид заставит молодого человека относиться к нему с большей заботой.

Реальность доказала, что он не ошибся. Поняв, что детёныш в его руках, казалось, дрожал от холода, Гу Янь действительно больше не мог сохранять бесстрастное выражение лица. Протянув руку, чтобы погладить пушистый комочек, он ласковым голосом успокоил его: «Будь умницей…»

Поскольку ребёнок в данный момент не имел никаких воспоминаний, даже если характер этого учителя полностью изменится по сравнению с первоначальной личностью, это не будет иметь значения, пока он продолжит притворяться нормальным перед другими.

Способности этого тела к самосовершенствованию были великолепны. К сожалению, у Гу Яня не было времени понять, как эти самые способности использовать, иначе он давно бы применил их, чтобы отогнать холодный ветер от этого маленького детёныша.

Гу Янь не хотел больше размышлять над этим. Сначала он занёс котёнка в хижину.

Это строение выглядело очень убого и снаружи, и внутри. Места было немного, но всё же здесь можно было достать хоть какую-то одежду.

Порывшись в шкафу, Гу Янь нашёл вещи, выглядевшие более-менее тёплыми. Этот злодей влачил слишком несчастное существование в детстве, пробудив свою кровь демонического зверя ещё до того, как смог завершить стадию Возведения Основания. Его тело всё ещё обладало телосложением обычного смертного, и, конечно, он чувствовал холод и голод.

Более того, сейчас он пребывал в младенческом возрасте, и не мог согреться и насытиться самостоятельно…

- Будь умницей, не двигайся. - Гу Янь только-только положил маленький меховой шарик на кровать, как этот древний зверь (вопреки всякой логике похожий на котёнка) неуверенно поднялся на ноги, желая снова приблизиться к телу юноши.

На маленькой мордочке светлые глаза казались особенно большими. Теперь, когда он, мягко мяукая, изо всех сил старался удержать взгляд на Гу Яне, эта пара глаз выглядела так, будто его незаслуженно обидели.

Услышав слова «не двигайся», шерстяной клубочек уставился на Гу Яня парой вертикальных зрачков. Понаблюдав некоторое время, и, видимо, удостоверившись, что юноша не уйдет, он наконец спокойно улёгся.

Видит Бог, он всего лишь пытался найти тёплую толстую ткань, чтобы завернуть в неё этот маленький пушистый шарик, но выражение его мордочки было таким, словно он боялся, что его бросят.

Терпеливо успокаивая крохотное создание, Гу Янь аккуратно обернул вокруг него тёплый стёганый халат. Держа на виду только маленькую голову, молодой человек поднял маленький свёрток и вышел из обветшалой лачуги.

Холодный ветер дул навстречу. На Гу Яня эта холодная погода не оказывала никакого влияния, но рука, держащая пушистый комочек, усилила хватку, в то время как его шаги ускорились.

Он задавался вопросом, не голоден ли котёнок, ведь в той маленькой хижине совершенно невозможно было найти что-нибудь съедобное…

- Мяу. – Зверёк всё ещё слегка дрожал.

Вспомнив ту часть первоначального сюжета, где этот детёныш в своём невежественном новорождённом состоянии оказался заперт в тёмной и холодной комнате, Гу Янь невольно задумался, свернулся ли он тогда в клубочек, дрожа от холода в полном одиночестве. Юноша почувствовал себя ещё более виноватым.

Ну почему он написал такую скверную историю?–

Если бы он не устроил такой несчастный путь для ребёнка, этот злодей не почернел бы до такой степени. На этот раз он действительно был виноват.

- Будь умницей, мы скоро будем на месте. – Сказал Гу Янь мягким голосом, слегка наклонив голову, чтобы заглянуть в пару глаз, неотрывно смотревшую на него. Очень скоро он услышал тихое мурлыканье маленького котёнка.

До того, как почернеть, этот маленькое создание было очень милым. Гу Янь осторожно протянул руку, чтобы почесать подбородок детёныша, и увидел, что пара больших глаз слегка прищурилась, а мурлыканье стало громче.

Держа маленький свёрток в руках, Гу Янь вернулся в покои Мастера Пика и зажёг свечу. Он был чрезвычайно озадачен тем, как достать еду для этого комочка шерсти.

Даже если сейчас он не был голоден, рано или поздно ему всё равно нужно будет поесть.

Однако, как заклинатель на поздней стадии совершенствования, юноша больше не нуждался в пище, и поэтому в обычных обстоятельствах никто не приносил пищу на его пик. В таком случае, он должен был лично найти еду для этого детёныша…

- Мяу.

- Хм? - Маленький свёрток у него на груди, прежде лежавший тихо, вдруг зашевелился и издал тихий звук. Гу Янь опустил голову, чтобы посмотреть на маленький пельмень [1], полностью завёрнутый в одежду из стёганого хлопка, желая понять, что детёныш пытался сказать ему.

[1] Имелось в виду, что он завёрнут в кучу слоёв ткани, как пельмешка в тесто. Близкая аналогия – «завёрнут, как капуста», но китайская метафора звучит аппетитнее.

Проследив за направлением взгляда пары широко раскрытых круглых глаз, Гу Янь увидел деревянную шкатулку с замысловатой резьбой, стоявшую на верхней полке книжного шкафа.

- Это? – Не имея воспоминаний первоначального хозяина комнаты, Гу Янь не знал, что было внутри. Но услышав, как зверёк в его руках ответил ему тихим мяуканьем, юноша снял деревянную коробочку с полки и поставил её на стол.

Перенеся свёрток туда же, Гу Янь наблюдал за маленьким котёнком, который выполз из-под тёплой ткани, в чьи слои был завернут, и направился к деревянной шкатулке. Его животик выглядел довольно округлым.

Подняв лапку, чтобы слегка постучать по деревянной коробочке, маленькое существо издало тихий звук.

Что-то внутри шкатулки притягивало к себе этого детёныша. Гу Янь протянул руку, чтобы погладить головку пушистого комочка, пробормотав «будь умницей», в то время как другая его рука открыла деревянную коробку.

Раньше, когда коробочка была закрыта, Гу Янь ничего не чувствовал. Теперь он увидел внутри шкатулки драгоценный нефрит. Юноша ясно ощущал изобилие духовной энергии, исходящей от камня.

Эта деревянная шкатулка обладала способностью запечатывать духовную энергию, а значит, нефрит, лежавший здесь, должен был быть духовным камнем?

Для Гу Яня эти духовные камни были просто распространённой концепцией, до этого он никогда их раньше не видел. Он знал только, что в мире совершенствования эта вещь могла использоваться как общая валюта, а также имела множество способов применения как для самих заклинателей, так и для их духовного оружия.

- Мяу. - Два вертикальных зрачка посмотрели на нефрит, а затем на молодого заклинателя, после чего их обладатель тихо мяукнул.

Казалось, он очень хотел эту вещицу. Однако, если юноша не позволит, то он больше не будет её желать.

Расслабив слегка нахмуренные брови, Гу Янь достал нефрит из деревянной коробочки и положил его туда, куда могли дотянуться маленькие пушистые лапки.

Услышав тихое мурлыканье, исходящее из горла пушистого комочка, Гу Янь наблюдал за передними лапками, потянувшимися, чтобы взять камень, и за маленькой головкой, наклонившейся и…

[Хруп-]

Гу Янь совершенно отчётливо увидел, как детёныш с громким хрустом откусил кусок от духовного камня, размером с четверть себя самого.

Гу Янь: «…»

На мгновение ошеломлённый, юноша ещё некоторое время не мог прийти в себя. У этого комка шерсти, очевидно, были крепкие зубки…

О, нет-нет-нет. Наконец он пришёл в себя и поспешно поднял маленькое круглое создание, чтобы проверить, всё ли с ним в порядке.

Такого рода вещи не могут быть так легко съедены и переварены без последствий!

Глава 34 - Второй день бытия неприкосновенным цветком

[Хруп-]

[Хруп- Хруп-]

В комнате слышались чёткие повторяющиеся звуки: маленькое тельце, похожее на крохотный меховой шарик, лежало на ногах юноши, тёрлось маленькой головкой о раскрытую ладонь и откусывало от предложенной ему «еды» один кусок за другим.

После того, как нефрит в его руке был съеден, Гу Янь достал ещё один духовный камень из коллекции в деревянной шкатулке и положил себе на колени, чтобы котёнок мог его съесть.

Прошлой ночью, когда он впервые увидел, как меховой шарик откусил кусок камня и без малейших колебаний проглотил его, Гу Янь не на шутку перепугался и даже поднял его, чтобы встревоженно рассмотреть.

В результате маленький котёнок, которого он поднял на руки, тихонько мяукнул и лизнул ему палец.

Поразмышляв немного, молодой человек вспомнил, что детёныш, которого он держал в руке, не был настоящим котёнком…

Эта невинная внешность была действительно слишком обманчива, так как само естество зверя Тао Тэ было на совершенно ином уровне, чем обычные духовные звери. У него не было чего-то наподобие демонической ауры, которую могли бы обнаружить заклинатели.

- Мяу.

Разобравшись с двумя духовными камнями, к тому времени как дело дошло до третьего, детёныш уже не тянулся к протянутой ладони юноши, а тихо мяукнул.

- Больше не хочешь? - Задавая этот вопрос, Гу Янь хотел было протянуть руку, чтобы погладить живот этого маленького пушистого шарика. Тот отреагировал очень быстро: почувствовав прикосновение, громко замурлыкал и перевернулся на спину.

Прикоснувшись к мягкому, незащищённому животику, Гу Янь почувствовал, насколько тот раздулся. Немного посомневавшись, он всё-таки решил, что этот шарик, должно быть, уже наелся досыта.

Однако его животик с самого начала был почти круглым, так что молодой человек не был уверен до конца.

Почувствовав, как ему поглаживают живот, детёныш слегка прищурил глаза, всё ещё сосредоточившись на лице юноши.

Он не должен отводить взгляд от этого человека. Если он не будет внимательно следить, юноша может исчезнуть.

Детёныш на коленях молодого заклинателя был совсем маленьким, но его пристрастия в еде были немного специфичны…

Гу Яню было совершенно не жалко эти несколько духовных камней. Единственное, о чём он беспокоился - что маленький пушистый шарик был голоден.

Какие там духовные камни? Для него они казались не более чем специфичным видом кошачьего корма. Теперь он был одним из пяти Мастеров Пика секты, у него не было недостатка в таких вещах, как духовные камни.

Если бы кто-нибудь другой мог видеть сейчас эту сцену, он, вероятно, плакал бы кровавыми слезами.

В конце концов, духовные камни в резном деревянном ящике, казавшиеся на первый взгляд совершенно обычными, на самом деле были духовными камнями Небесного уровня - намного ценнее, чем духовные камни Высшего уровня. Не стоило даже упоминать, насколько редкими и драгоценными они были…

Только те, кто занимал должности от главного ученика и выше, могли получать определенную порцию таких камней каждый месяц. Всем остальным было бы трудно даже посмотреть на них одним глазком.

Кусок Небесного духовного камня, который можно обменять почти на 500 Высших духовных камней, теперь фактически служил едой крохотному представителю кошачьих. [Хруп- Хруп] и проглотил. Как людям не испытывать сердечной боли от такого зрелища?

Гу Янь не осознавал, насколько дорог «кошачий корм», которым он кормил детёныша. Он даже подумал, что малыш ест слишком мало, раз чувствует себя сытым после двух штук.

Но даже знай он о цене, для Гу Яня всё равно бы ничего не изменилось.

Когда дело доходило до содержания кошек, юноша не имел никаких границ, не говоря уже о том, что этот маленький котёнок был по человеческим меркам совсем младенцем.

Короче говоря, чего бы ни захотел его кот, он это получит.

Гу Янь вернул на место маленький пельмешек, только что выползший из-под толстого одеяла, и только хотел было отвернуться, как детёныш потянул его за рукав.

- Снаружи холодно. – Но малыш продолжал крепко держаться за его одежду, отказываясь отпускать. Гу Янь только протянул руку, как увидел, что маленький меховой шарик уже наполовину забрался на неё. Казалось, он не хотел отпускать молодого человека одного.

В конце концов, он всё ещё был детёнышем, так что такое навязчивое поведение было вполне объяснимо. Гу Янь не нашёл это странным. Гораздо более необычным было то, что этому малышу, казалось, очень нравилось смотреть на юношу, до такой степени, что он отказывался даже отводить взгляд…

Маленькое существо продолжало тихо мяукать, не сводя глаз с молодого человека. Он не мог позволить юноше уйти. Даже если его разум вернулся в детское состояние, в этом он был предельно уверен.

Маленький хвостик хотел обвиться вокруг запястья молодого человека, но был слишком коротким и потому не мог этого сделать. Поняв, что именно пытался сделать котёнок, Гу Янь невольно смягчил выражение лица.

Этот маленький жест был ему очень знаком. Хайдис тоже любил поглаживать хвостом его руку, прежде чем обхватить запястье.

Но, в конце концов, этот малыш не был... После перехода в новый мир, он уже больше никогда не сможет увидеть Хайдиса.

- Мяу. - Увидев, что юноша слегка поник, котёнок, прицепившийся к его рукам, издал тихий звук.

Ему вдруг захотелось поскорее вырасти. Врождённые инстинкты говорили маленькому детёнышу Тао Тэ, что это был единственный способ стать сильнее. Когда он вырастет, он сможет уничтожить всё, что заставляло этого человека перед ним делать такое печальное выражение лица. Только тогда этот человек будет счастлив.

Атакованный таким приставучим созданием, Гу Янь в конце концов уступил. Он надеялся, что, когда главные ученики позже увидят его с котёнком в руках, на их лицах не будет слишком уж откровенного шока.

Сегодня был его черёд давать главным ученикам секты наставления в их совершенствовании. Благодаря довольно высокой стадии его совершенствования, одна ночь без сна совершенно бы не повлияла на него. Предыдущую ночь Гу Янь провел в зубрёжке и проверке своих собственных способностей. Его результаты были значительными.

В общем, он всё быстро выучил с первой попытки. Более того, с его мощной теоретической базой, Гу Янь смог быстро освоить большинство своих способностей.

С другой стороны, боевым искусствам учиться было не так легко, но в этом плане он не торопился и решил временно отложить это дело.

Прежде чем открыть дверь, Гу Янь добавил небольшую защиту, чтобы сохранить тепло вокруг маленького пушистого шарика в своих руках.

Хоть он и забыл в своё время придумать название этой способности, она должна была быть достаточно мощной, чтобы защитить детёныша от холодного ветра и согреть его.

- Вроде должно быть достаточно тепло?

Гу Янь опустил голову, чтобы взглянуть на котёнка, и убедился, что тот больше не дрожит. Он мурлыкал, и, казалось, ему было очень уютно.

Поглаживая спину маленького мехового комочка, Гу Янь вошел в транспортирующий массив недалеко от своего маленького домика. С помощью обычного телепортационного массива секты он переместил их двоих на вершину пика Гуань Лань.

Только главные ученики внешней секты могли получать наставления Мастера Пика, кроме того, ученики внутренней секты обычно выбирались из группы главных учеников.

Помимо того, что главные ученики получали большую долю духовных камней каждый месяц, возможности стать личным учеником было достаточно, чтобы ученики внешней секты боролись за шанс стать главным учеником.

Можно себе представить, каков был уровень конкуренции.

Однако в этой ситуации было одно исключение. Гу Янь использовал свои рукава, чтобы накрыть пушистый комочек. Ребёнка в его руках непосредственно протолкнули в секту, чтобы сделать его личным учеником.

Изначально, человек, который послал Цзян Таня в секту Гуань Лань, сделал это из благодарности, чтобы отплатить ему, и это был один и единственный случай внешнего покровительства.

Когда изначального хозяина тела, ныне занимаемого Гу Янем, попросили об этой услуге, он из вежливости не стал отказываться, но он никогда не имел благоприятного впечатления об этом ученике. Более того, Цзян Тань не имел потенциала талантливого заклинателя, и поэтому мнение первоначального Шифу падало все ниже и ниже, пока, в конце концов, он не стал полностью игнорировать ученика.

- Мастер Пика.

Заметив приближение равнодушного и отчужденного заклинателя, все ученики на площади Вэнь Юнь, которые занимались самообучением, немедленно приняли позу приветствия, делая все возможное, чтобы показать Мастеру Пика только свою лучшую сторону.

Все остальные Мастера Пика уже приняли трёх-четырёх личных учеников. До сих пор он оставался единственным, под чьим началом находился только один ученик. Грубо говоря, это было даже расточительством.

Мастер Пика, стоявший перед ними, был просто-таки Небесным созданием. Среди пяти Мастеров Пика он был самым молодым. И в то же время, уровень его совершенствования занимал среднее положение, если сравнивать с остальными четырьмя Мастерами Пика.

Такая хорошая возможность была перед ними - разумеется, эти главные ученики внешней секты хотели показать свои таланты.

Почувствовав эти взгляды, маленький шарик в руках молодого человека внезапно прервал свое мягкое мяуканье. Теперь звук, который он издавал, внезапно стал чрезвычайно враждебным и полным предупреждения.

К сожалению, детёныш был ещё слишком молод. Даже если он хотел выразить свои угрозы, его мяуканье было слишком тихим.

Ему нужно было быстро повзрослеть, только тогда он заставит людей, которые смотрели на этого человека столь алчным взором, бояться бросить хоть взгляд в его сторону.

- Мяу.

Требовательное мяуканье, исходящее от его груди, мгновенно привлекло внимание Гу Яня, он инстинктивно наклонил голову, чтобы посмотреть на детёныша, не обращая внимания на шокированные выражения лиц всех учеников перед ним.

Маленькое существо в его руке обычно было очень тихим и послушным. Поэтому, услышав более громкий чем обычно звук, Гу Янь немедленно обратил свое внимание на то, что малыш пытался сделать.

Но, кажется, на этот раз он просто пытался позвать его?

Преуспев в привлечении внимания юноши, детёныш Тао Тэ сразу прищурил глаза, из его горла донеслось тихое мурлыкание.

Окинув взглядом одного за другим учеников, осмелившихся ранее возжелать молодого человека, маленький шарик тихонько мяукнул, провозглашая свою власть.

Глава 35 - Два слога

Заклинатель с холодным и непроницаемым лицом с величайшей осторожностью прижимал к груди маленького котёнка. Не было нужды упоминать, как были шокированы ученики, увидевшие это.

Кто в этой секте не знал, что этот Мастер Пика был чрезвычайно бесстрастен и ненавидел людей, приближающихся к нему? Если кто-нибудь осмеливался подойти к нему хотя бы на метр, всё его тело источало ледяную ауру.

Быть может, животные были исключением из этого правила?

Движения руки молодого человека, поглаживающей спинку детёныша, и, казалось, успокаивающей его, можно было даже назвать нежными. Впечатление, производимое на учеников этим учителем, неуловимо изменилось после того, как они увидели эту сцену.

Он вдруг перестал казаться таким далёким и неприступным, как раньше.

- Учитель, этот ученик не видел Младшего [1] Цзян Таня на площади Вэнь Юнь всё утро и очень обеспокоен. Не знает ли Учитель, быть может, Младшему сегодня нездоровится? - Скромно спросил ученик, который только что закончил получать наставления по боевым искусствам.

[1] Обращение к младшему по возрасту ученику той же секты; ученик не может называть Цзян Таня «Шиди», поскольку сам не является личным учеником Гу Яня. Обращение «Шифу» по отношению к Гу Яню также может использовать только Цзян Тань как его единственный личный ученик, остальные должны использовать термин «Лаоши» - «Учитель»

Молодой человек, стоявший перед этим учеником, был Шифу Цзян Таня, и поэтому было нормально задавать ему этот вопрос из-за беспокойства.

Однако главный ученик прекрасно знал, что молодой заклинатель ни капли не заботится об упомянутом им человеке.

- Понятия не имею. - Гу Янь ответил коротко и холодно, чтобы не слишком отличаться от первоначальной личности этого тела.

Нехорошо…

Гу Янь погладил круглый и мягкий маленький шарик на своей груди, чувствуя, что он действительно должен хорошенько позаботиться о нём.

Это новорождённое невежественное состояние, вероятно, продлится приблизительно с месяц или около того. Этого месяца должно было быть достаточно, чтобы откормить ребёнка.

Хотя его тело теперь выглядело более круглым и ощущалось более мясистым, на самом деле так казалось только из-за меха. Когда он вырастет, он определенно не будет таким круглым.

- Это... - главный ученик колебался некоторое время, а затем продолжил, - даже если младший брат Цзян Тань сделал что-то неправильно, он всё ещё молод. Пока он желает покаяться, он должен быть прощен. Тем не менее, похоже, Младший сейчас пропускает уроки, разве это уже не слишком…

К концу предложения слова почти затихли, потому что ученик внезапно заметил холодный взгляд, остановившийся на нём. Пара зрачков, устремленных на него, заставляли его чувствовать себя преследуемой добычей. Его могли разорвать на куски в любой момент.

Почувствовав огромное давление, главный ученик застыл в ужасе, чувствуя только холодный пот, стекающий по спине.

Этот вид страха мог быть вызван только тем, кто бог знает на сколько уровней превосходил его в совершенствовании. Давление исчезло слишком быстро, и ученик, который только что испытал чувство ужаса, подумал, что это была иллюзия.

Маленький котёнок в руках юноши был всего лишь детёнышем, как он мог испускать такое пугающее давление?

Более того, все остальные выглядели как ни в чём не бывало, и ученику только и оставалось предположить, что это была иллюзия.

Этот человек дурно отзывался о нём в присутствии того, кто ему нравился, и даже если детёныш ещё не восстановил свою память, этот момент он чётко понимал.

- Я отослал его с поручением. – Цзян Тань не сможет появляться перед другими по меньшей мере месяц. Если бы он постоянно пропускал утренние тренировки, это должно было вызвать некоторые вопросы, так что Гу Янь заранее придумал для него оправдание.

Произнеся это, Гу Янь наклонил голову вниз. Он не знал почему, но маленький комочек в его руках внезапно начал проявлять активность, даже звук, который он издавал…

- Будь умницей. - Шепча эти слова, Гу Янь успокаивал зверька, поглаживая пушистую головку и иногда случайно задевая маленькое ушко, встрепенувшееся от его прикосновений.

Мяуканье стихло на некоторое время, маленький котёнок зажмурил глаза и, наконец, успокоился. Сначала детёныш хотел запомнить лицо человека, который осмеливался говорить о нём плохо, а после дождаться, когда вырастет, и сожрать этого наглеца.

Этот детёныш Тао Тэ был очень мстительным и принадлежал к тем, кто возвращал должок сторицей. Вот и сегодня, он запомнил, как этот человек оклеветал его, и в будущем собирался заставить его отплатить собственной кровью.

Однако молодой заклинатель, державший его на руках, просто сказал: «Будь умницей» - и успокаивающе коснулся его головы.

- Мяу. - Тихо мяукая, котёнок нежно лизнул палец юноши.

Он будет умницей, если таково желание этого человека.

Отослал с поручением... этот ответ заставил главного ученика на мгновение задохнуться. Это было совершенно беспрецедентно.

- То, что ты сейчас сказал, было поспешными выводами и полной бессмыслицей. - Холодно сказал Гу Янь главному ученику, утешая этот маленький шарик на своей груди.

Как он и приказал, управляющий внутренней секты очень скоро узнает правду об этом деле, даже если причиной его энтузиазма было беспокойство о своем собственном положении.

Поскольку Гу Янь принял детёныша под свою опеку, он, конечно, должен был позаботиться о том, чтобы его невинного ученика не обвинили в преступлениях, которых он не совершал.

- …Понятно. - Услышав холодный голос юноши, ученик побоялся говорить дальше на эту тему.

В конце концов, он хотел, чтобы его приняли в личные ученики, и не хотел оставлять плохого впечатления в памяти молодого заклинателя. Гу Янь ещё несколько раз взглянул на главного ученика. Если он не ошибался, его звали Линь И.

Он помнил, что написал этого вспомогательного персонажа как дополнение к первоначальному Шифу, этот человек охотно протянул руку помощи в деле подталкивания молодого злодея к почернению.

Если не учитывать этого небольшого происшествия, можно было считать, что остаток дня прошёл довольно гладко.

Даже при том, что юноша успел подготовиться буквально в последнюю минуту, это был мир, который он создал, так что с некоторыми теоретическими знаниями, ввести в заблуждение несколько человек было несложно.

Гу Янь показал безразличие к окружающим ученикам, которые смотрели на него с выражением просветления, восхищения и прочих подобных эмоций.

Он потратил целый день на наставления в вопросах техники самосовершенствования. Небо начало темнеть, так что Гу Янь обратился к ученикам перед ним: «На сегодня закончим».

Однако у некоторых его учеников глаза всё ещё блестели, как будто они вообще не хотели прекращать тренировку.

Действительно усердная работа, Гу Янь не мог не вздохнуть в своем сердце.

Юноша не знал, что теория У-син [2], которую он использовал, чтобы отвлечь их, сильно взволновала сердца этих учеников.

[2] Теория У-син или «Теория пяти элементов» включает в себя пять классов (Дерево, Огонь, Земля, Металл, Вода), характеризующих состояние и взаимосвязь всех существующих предметов и явлений.

Те, кто обладал лучшими способностями к пониманию и постижению, пробили узкое место [3] своего совершенствования во время практики. Конечно, они очень усердно тренировались.

[3] Узкое место – обычно перед переходом на более высокий уровень совершенствующийся должен совершить прорыв в психологическом/ментальном/духовном плане либо прийти к какому-либо осознанию

Большинство учеников продолжили практику, но Гу Янь без малейших колебаний ушёл. Ему-то было всё равно, а вот маленький детёныш в его руках…

Малыш, наверное, уже проголодался.

Молча подумав об этом, Гу Янь протянул руку, чтобы потрогать живот котёнка. По сравнению с тем временем, когда он только-только поел, животик казался более плоским. Конечно, он и раньше, и сейчас оставался довольно круглым, разница была совсем небольшой.

В будущем юноша решил постоянно иметь при себе закуски для детёныша.

По возвращении на горный пик, завёрнутый как пельмешка котёнок быстро выполз из-под толстых слоёв ткани. Он забрался на ноги молодого человека, который сидел на кровати, и спокойно улёгся у него на коленях.

В глазах малыша многочисленные слои плотной одежды были не такими тёплыми, как тело этого юноши. Хотя на самом деле котёнок не боялся холода, ему всё равно нравилось лежать на его коленях.

К такому поведению Гу Янь уже привык.

Время не проходило слишком быстро, но и не тянулось слишком медленно. Этот маленький комочек неотрывно следовал за молодым заклинателем уже около месяца. Когда этот детёныш обретёт человеческую форму, он, вероятно, больше не будет так привязан к юноше.

- Мяу. - Глядя на молодого человека, который, казалось, был погружен в глубокие раздумья, маленький шарик громко замурлыкал и выгнулся дугой поближе к юноше.

Незрелый ум этого невежественного детёныша пытался понять, о чем думает этот человек.

Он хотел быть ближе к нему. Если юноша говорил: «Будь умницей», он слушался и был очень смирным. Однако у детёныша было смутное ощущение, что перед этими двумя словами должно было быть ещё одно… вернее, два слога.

Может быть, если бы он вёл себя ещё немного лучше, этот человек произнёс бы их.

Глава 36 - Вероятность

Гу Янь всегда был чрезвычайно грамотен во всём, что касалось содержания кошки. Всего за полмесяца он откормил маленького детёныша, который изо дня в день льнул к нему, и в итоге тот стал... немного толще.

За это время Гу Янь практически забыл, что это был не настоящий котёнок, а детёныш Тао Тэ, который в будущем будет представлять большую угрозу даже для заклинателей, достигших стадии Зарождения Души, независимо от того, какого прогресса достигнет сам.

Конечно, сейчас детеныш лежал на коленях у юноши и мурлыкал от удовольствия, позволяя тому гладить его шерсть от головы до хвоста. Со слегка суженными зрачками он выглядел довольно счастливым.

Послушный и безобидный, воспитанный и смирный. За эти полмесяца маленький шарик показал перед юношей только такой образ.

Дело о краже, известное почти каждому в секте, было расследовано, и ученикам запретили обсуждать его между собой.

Управляющий внутренней секты по приказу молодого человека докопался до истины. Гу Янь заставил управляющего передать доказательства в его руки, рассчитывая, что сможет вернуть своему ученику его доброе имя, когда малыш вернётся в свою человеческую форму…

Погрузившись в раздумья, Гу Янь не сразу понял, что звуки хруста, издаваемые маленьким детёнышем, прекратились.

Посмотрев вниз, он увидел, что две передние лапы маленького шарика все ещё держат кусочек камня, съеденного меньше чем на треть, и не мог понять, почему тот перестал есть.

Цзян Тань был слегка ошеломлён, разглядывая свои передние лапы.

Хотя его родословная многое поведала этому детёнышу Тао Тэ, но пока, в середине процесса восстановления человеческого сознания, он был не в состоянии мгновенно всё понять.

Сейчас он…

- Тебе не по вкусу такие духовные камни? - Гу Янь протянул руку, чтобы коснуться животика маленького котёнка на своих коленях, последний в ответ по привычке перевернул своё маленькое тело. Лёжа на спине, маленький пушистый комочек выставил напоказ мягкое брюшко.

Живот не кажется таким толстым, как обычно. Прошло много времени с тех пор, как он ел в последний раз, так что теперь, когда малыш съел так мало, он никак не мог быть сыт.

Если юноша правильно помнил, звери Тао Тэ славились своим прожорством.

Аппетит детёныша был слишком мал, поэтому Гу Янь беспокоился о правильном развитии котёнка.

Услышав знакомый, и в то же время незнакомый голос, Цзян Тань, который лежал на спине, увидел лицо говорящего и на мгновение побледнел.

В его воспоминаниях молодой человек, склонившийся над ним, всегда выглядел равнодушным и холодным. Более того, они редко контактировали, в основном, он видел лишь спину этого человека.

Цзян Тань никогда не принимал близко к сердцу безразличие молодого заклинателя: этот человек ненавидел его, и он также не испытывал привязанности к своему Шифу.

Но теперь что-то изменилось…

Заметив следы нежности в глазах юноши, Цзян Тань обнаружил, что не может отвести взгляд, единственное, чего он желал - продолжать смотреть в эти глаза.

Он никогда раньше не видел такого выражения лица у молодого человека; два вертикальных зрачка неотрывно смотрели на юношу. При этом у детёныша было очень серьезное выражение мордочки, как будто хотел жадно впитать каждую мельчайшую чёрточку его лица.

Его Шифу был очень красив - это был первый раз, когда Цзян Тань посетили такого рода мысли.

С точки зрения Гу Яня, маленькое пушистое создание, лежащее у него на коленях, казалось, впало в оцепенение, вертикальные зрачки стали большими и круглыми.

И он был так сосредоточен на созерцании, что даже не взглянул на еду, которую протянул ему Гу Янь.

- Будь умницей... - Гу Янь слегка приподнял детёныша и почесал его подбородок, чтобы привлечь его внимание. Потом он снова попытался поднести камень ко рту малыша.

[Хруп-]

[Хруп- Хруп-].

«Не похоже, что проблема во вкусе», - подумал про себя Гу Янь. Влажное ощущение на пальце заставило его брови слегка дёрнуться, он решил подразнить маленький шарик и почесал его подбородок.

Изгиб губ юноши был едва заметен, но в глазах Цзян Таня это была ясная и очевидная улыбка.

Детёныш Тао Тэ перебрал свои воспоминания за последние полмесяца, и холодное и безразличное отношение юноши в его сознании, казалось, затуманилось и сменилось следующим…

Молодой человек легонько и нежно ласкал его спину, тревожился всего лишь из-за того, что он не наедался как следует. Этот человек был таким мягким и терпеливым по отношению к нему.

- Мяу. – Детёныш Тао Тэ выгнулся, изо всех сил пытаясь прильнуть к груди юноши.

Он не был уверен, знал ли юноша, кем он был на самом деле. В ту ночь он вышел из своей комнаты и бросился прямо к ногам молодого человека. Тот определённо понял, что перед ним был не обычный зверь, раз кормил его чистыми высококачественными духовными камнями.

Получается, он уже должен знать…

В этот короткий промежуток времени, детёныш Тао Тэ множество раз прокрутил этот вопрос в своей голове. С другой стороны, Гу Янь также находился в процессе мозгового штурма. Он пытался придумать, как улучшить меню котёнка. Малыш наверняка устал каждый день есть одно и то же.

- Будь умницей, завтра я принесу тебе что-нибудь новенькое, а пока съешь это. - Чтобы убедить детёныша съесть ещё один кусочек духовного камня, Гу Янь уговаривал его нежным шёпотом. Он помнил, что этот ученик был 11-12-летним ребенком, как раз в фазе роста.

Гу Янь протянул руку, и малыш без колебаний съел предложенный ему кусок духовного камня. Поглощая духовную энергию, он мог преобразовать ее в свою собственную силу. Несмотря на то, что маленький пушистый шарик в данный момент казался чрезвычайно послушным и безобидным, на самом деле этот детёныш Тао Тэ был уже достаточно силен, чтобы представлять определенный уровень опасности.

Пока он продолжал поглощать объекты, богатые духовной силой, неважно, были ли они живыми или мёртвыми, он рос очень быстро. В отличие от заклинателей, чьё совершенствование могло застрять в узком месте, детёнышу Тао Тэ просто нужно было есть, чтобы стать сильнее.

Обжорство - синоним жадности, и инстинктивная жестокость и свирепость этого прожорливого детеныша была бесконечной.

Но теперь появился человек... и детёнышу Тао Тэ достаточно было взглянуть на него, чтобы почувствовать удовлетворение, и в то же время преисполниться огромным желанием поглотить, овладеть...

Хвост детёныша обвился вокруг запястья юноши. К тому времени, как малыш осознал, что сделал, у него уже не было никакого желания убирать хвост, он мурлыкал, прижимаясь к телу молодого человека.

Детёныш Тао Тэ знал, что теперь может вернуться к своей человеческой форме, и на удивление не испытывал счастья по этому поводу.

Если он снова превратится в человека, возможно, юноша больше не будет говорить с ним мягким тоном, вместо этого возвращая своё холодное, хмурое отношение.

- Мяу?

Увидев, что брови молодого человека снова сошлись на переносице, маленький комочек на груди юноши зашевелился активнее.

Гу Янь погладил хвост, обвившийся вокруг его запястья. Хвост - очень чувствительная часть, но детёныш Тао Тэ не сопротивлялся, напротив, он послушно оставался неподвижным.

Почувствовав хвост на своём запястье, Гу Янь невольно вздрогнул.

Детёныш немного подрос за последние полмесяца, и теперь хвост мог легко обвиться вокруг его запястья. Эти малейшие жесты ощущались столь знакомо, что это неизбежно вызывало у него иллюзии.

Была ли возможность встретить того же человека в другом мире? Даже если ответ был «да», возможность этого была астрономически мала. Гу Янь не питал никаких надежд на этот счёт, но не мог избавиться от этих мыслей.

[Хотя вероятность очень мала, нельзя сказать, что это невозможно.] - 037 послушно отозвалась, заметив замешательство хозяина.  Рука, которая дразнила хвост, немедленно остановилась: «00?..»

[Вероятность не равна нулю, поэтому такая возможность существует.]

«Тогда как мы можем это проверить?»

Гу Янь опустил голову, чтобы посмотреть на маленькое существо в своих руках. В ту же секунду он встретился взглядом с парой вертикальных зрачков и почувствовал, как у него пересохло в горле.

[Путём сверки кода данных, если сходство превысит 50%, они могут быть признаны одной и той же личностью.] Сравнение кодов данных не было сложной задачей, но объём данных, которые необходимо было проверить, был просто огромным и требовал много энергии. Однако об этом 037 ничего не сказала.

После потребления столь большого количества энергии системе потребовалось бы на некоторое время войти в состояние гибернации, чтобы восстановить энергопотери. Если бы на месте Гу Яня были её предыдущие хозяева, 037 определенно даже не заикнулась бы о такой возможности.

Хотя система казалась бездушным и бесстрастным механизмом, это не означало, что она не была способна испытывать чувства.

И в этом вопросе 037 неожиданно захотела сделать всё возможное для её нынешнего хозяина.

Глава 37 - Недопонимание

Незаметно минул целый месяц, а детёныш Тао Тэ всё ещё откладывал превращение в человека.

Помимо всего прочего, в последние дни юноша стал смотреть на него как-то по-другому.

Этот взгляд пробуждал в детёныше желание казаться ещё более послушным и смирным.

В конце концов, он даже подавил свои ненасытные инстинкты и сдержал свою жажду насилия, сохраняя покорный и безобидный вид. Всё это было сделано ради одной цели - чтобы молодой человек продолжал смотреть на него.

- Вкус Духовной бусины Пяти элементов должен ведь немного отличаться? - Наблюдая за малышом, который [Хруп- Хруп-] с большим удовольствием грыз новое угощение, растянувшись у него на коленях, Гу Янь слегка улыбнулся. Услышав вопрос, детёныш поднял голову и позволил руке юноши подразнить себя.

- Мяу. - Громко мурлыча, котёнок придвинулся поближе. Этот маленький негодяй бессовестно пользовался своей очаровательной внешностью без какого-либо стеснения или вины. Он больше не хотел возвращаться в человеческую форму. В своем человеческом обличье он, вероятно, не сможет находиться так близко к юноше.

Система несколько дней назад погрузилась в состояние гибернации. До этого 037 сообщила Гу Яню результаты сравнения данных.

Детёныш, лежащий у него на коленях, всё ещё сохранял невежественный вид новорожденного, так что Гу Янь не догадывался, что малыш уже восстановил свои воспоминания о том времени, когда он был человеком. Встретившись взглядом с парой больших круглых глаз с вертикальными зрачками, юноша тихо пробормотал: «Цюцю, будь умницей…»

Когда его система пробудится, он должен будет отблагодарить её за то, что она сообщила ему такие хорошие новости.

Вертикальные зрачки в одно мгновение сузились до щёлочек. Слова, произнесённые молодым человеком, казалось, вызвали у детёныша Тао Тэ сильное волнение. Словно опасаясь, что юноша его не услышит, малыш несколько раз громко мяукнул, не сводя глаз с лица заклинателя.

Не имело значения, были ли вещи, которыми он питался, живыми или нет, вкусными или нет, -  в глазах детёныша Тао Тэ это были лишь бездушные предметы. В конце концов, звери Тао Тэ никогда не заботились о том, что именно они едят. В конце концов, вся эта пища служила одной и той же цели - обретение силы, чтобы приглушить безграничное желание пожирать.

Однако в глазах этого маленького детёныша было одно особенное существо, полное жизни - тот, кто был совсем рядом, в пределах его досягаемости.

И он был готов на всё ради этого человека. В этом детёныш не испытывал никаких сомнений.

Мяуканье котёнка было таким тихим, что Гу Янь подумал, что он просто о чём-то просит.

Этот детёныш был ещё очень мал, и юноша не знал, сколько времени ему потребуется, чтобы достичь зрелости…

В прошлом мире разница между физическими характеристиками обычного человека и расы Хайдис была слишком велика, так что Гу Яню всегда приходилось полагаться на опеку Хайдиса, особенно зимой.

- Не стоит так быстро взрослеть. – Серьёзно сказал Гу Янь, нежно тиская лапки маленького пушистого зверька.

Он был очень счастлив возможности вырастить детёныша, особенно после того, как узнал, что это была та же самая личность, что и Хайдис, которого он встретил в прошлом мире. Гу Янь, сам того не осознавая, стал относиться к этому маленькому комочку всё лучше и лучше.

Что касается того, куда его заведёт эта безудержная снисходительность, он, очевидно, не мог предвидеть, но эта история будет поведана в другой раз.

Мурлыканье постепенно стихло, и маленький шарик стал липнуть к юноше с большей энергией, чем обычно. Он совершенно не поддавался на уговоры.

Ему нужно быстро вырасти, чтобы набраться сил. Когда он повзрослеет, он сможет дать молодому человеку все виды драгоценностей и сокровищ, обеспечить его всем самым лучшим.

Кроме того, он сможет защитить этого человека.

Глядя на едва заметный изгиб губ юноши, детёныш сузил зрачки.

Поскорее бы повзрослеть.

Прошло ещё одиннадцать дней, и секте пришло время набирать новых учеников. Такие события обычно не требовали присутствия Мастера Пика, но, тем не менее, сегодня заклинатели стали свидетелями появления холодного и отчужденного юноши.

Может быть, он хотел урвать хороший саженец и вырастить его, чтобы сделать личным учеником в будущем?

Молодой заклинатель, очевидно, был недоволен своим единственным учеником, и никто из главных учеников не смог ему приглянуться - не было ничего странного в том, что его появление навело окружающих на эту мысль.

Даже Цзян Тань так думал.

Маленький мяукающий мячик казался немного несчастным и обиженным. Это рассмешило Гу Яня.

В первоначальном сюжете этот детёныш Тао Тэ был заключён в тёмную комнату, и всего за месяц восстановил свою память и вернулся в человеческую форму. Строго говоря, после того, как Гу Янь скормил маленькому шарику столько духовных камней, тот давно уже должен был обрести способность трансформироваться обратно. Но прошло уже почти два месяца.

Учитывая его нынешнюю реакцию, юноша предположил, что детёныш уже восстановил свои воспоминания.

- Цюцю, будь умницей.

Всякий раз, когда Гу Янь произносил эти слова, малыш послушно успокаивался, как будто эти слова имели власть над ним ещё со времён его предыдущей жизни.

В присутствии посторонних юноша ещё мог притворяться. Однако, оставшись наедине с этим детёнышем, он не мог сохранять бесстрастный вид, потому что выражение его лица неизбежно смягчалось.

Молодой заклинатель прекрасно знал, что его присутствие на вступительном экзамене для перевода во внутреннюю секту неизбежно заставит некоторых людей сделать поспешные выводы. Среди этих «некоторых людей» был и его маленький личный ученик.

Сначала Гу Янь хотел оставить детёныша завернутым в одеяла и взглянуть на это событие, но малыш спрыгнул с кровати и бросился к его сапогам.

Юноша не знал, было ли это оттого, что в прошлом мире, когда Хайдис проснулся и открыл глаза, он не смог найти его, но факт оставался фактом - в этом мире он стал ещё более навязчивым…

Подумав об этом, Гу Янь повторил «Цюцю, будь умницей», поднимая малыша на руки.

Как он теперь мог просто вернуть кроху обратно в одеяло?

Раз уж он не мог себя пересилить, оставалось только взять детёныша с собой. Успокаивая маленькое существо в своих руках, молодой заклинатель перевёл взгляд на испытательное поле. Сегодня он пришел повидаться с одним человеком, хотя у него и мысли не было о том, чтобы принять нового ученика.

Одного маленького ученика было вполне достаточно. Если бы он взял другого, маленький шарик в его руках, вероятно, пришёл бы в ярость.

Думая о гневном выражении на мордочке детёныша, Гу Янь едва смог сохранить холодное выражение лица. Возможно, ему бы удалось договориться с этим маленьким комком шерсти, но человек, которого юноша принял бы как нового ученика, вероятно, имел бы несчастную судьбу... было бы лучше, если бы он никому не доставлял неприятности.

Как учитель, он должен был быть одинаково внимателен ко всем своим ученикам. Однако теперь, когда у него был такой «особый» ученик, Гу Янь понимал, что не смог бы оставаться непредвзятым.

Первым шагом вступительного испытания была проверка духовного корня. Тот, чьё имя называли, должен был подняться на платформу и перед всей сектой приложить руку к нефритовому шару. Цвет, испускаемый нефритом, соответствовал их духовному корню.

Гу Янь держал зверька и спокойно стоял в отдалении, пока управляющий внутренней секты наконец не прочитал имя «Шэнь Ян». В этот момент Гу Янь поднял голову, чтобы взглянуть.

На ступеньках стоял мальчик лет девяти с незрелым лицом, но в глазах под слегка нахмуренными бровями уже можно было различить героический дух.

Это был главный герой написанного Гу Янем романа.

В оригинальном гнилом финале этот главный герой, у которого могло бы быть великолепное будущее, через несколько десятилетий после того, как он встал на вершину жизни и стал успешным человеком, встретил трагическую смерть от рук злодея, который теперь находился в объятиях автора. Более того, это была такая смерть, когда от человека не осталось ни костей, ни плоти.

В прошлом мире Гу Янь никогда не изъявлял желания встретиться со своим собственным «сыном» [1]. Межзвёздное пространство было чрезвычайно обширным, но даже если бы оно уменьшилось до размеров Земли, всё равно было бы трудно с ним пересечься.

[1] Китайские фанаты часто называют авторов «отцом»/«матерью» персонажей, а главного героя – любимым/ой «сыном»/«дочерью»

Но в этом мире всё было иначе. Главный герой мира и злодей, которого он сейчас держал на руках, принадлежали к одной секте, и юноше также было известно, к какому учителю попадёт главный герой. Отыскать его было бы лёгкой задачей.

Гу Янь пришёл сюда увидеть главного героя этого мира, и не ради банального любопытства, а потому, что Шэнь Ян владел кое-чем, что было нужно маленькому детёнышу, и это «кое-что» находилось внутри кольца с печаткой на руке протагониста.

Как и многие другие авторы романов о совершенствовании, Гу Янь также дал своему главному герою простые и мощные характеристики. В этом кольце была запечатана душа какого-то могущественного павшего заклинателя, и главный герой случайно стал владельцем этого кольца. С этим читом его совершенствование протекало как по маслу, и он всегда мог «утереть нос» [2] окружающим. Его жизнь можно было бы считать чрезвычайно беззаботной…

[2] в оригинале – идиома «раздавать пощёчины»

Если бы кое-кто не написал печальный конец.

Как уже упоминалось раньше, доля родословной зверя Тао Тэ в крови детёныша составляла менее трети.

За последние несколько лет не было ни одного заклинателя, которому удалось бы достичь стадии Бессмертного, да что там - даже те, кто находился хотя бы на поздних этапах совершенствования, были редки в реальном мире. Когда этот детёныш повзрослеет, в конечном итоге он будет стоять на вершине пищевой цепи.

У зверя Тао Тэ была только одна слабость - нечистая родословная, которая заставляла бы его постепенно слабеть после достижения совершеннолетия. Единственный ключ к спасению был спрятан в кольце на руке Шэнь Яна. Таким образом, за этим парнем, безусловно, нужно было пристально следить.

Гу Яню всё это было ясно, как дважды два. В конце концов, гнилой конец был создан им самим. Теперь это было его головной болью, но он мог винить только себя за то, что действовал столь опрометчиво.

По отношению к своему «сыну» Гу Янь испытывал некоторую вину, но всё же собирался забрать то, что нужно было забрать. Он не хотел, чтобы маленький шарик, которого он растил, в будущем умер от истощения.

Итак, у него было две цели, первая - получить кольцо Шэнь Яна. Вторая – вырастить и воспитать этого главного злодея. Таким образом, обе стороны смогут наслаждаться мирной жизнью.

- Небесный духовный корень. - Результат теста был объявлен. Управляющий внутренней секты не мог скрыть своего потрясения.

Это был редкий талант, встречающийся раз в столетие. Подумав об этом, управляющий не мог не обернуться. Однако выражение лица юноши не изменилось.

Управляющий вспомнил, что этот Мастер Пика также обладал Небесным духовным корнем. В тот год, когда юноша проходил проверку духовного корня, все Мастера Пика того времени боролись друг с другом, чтобы принять его как своего личного ученика. Теперь, не надумал ли этот Мастер Пика принять ученика с тем же духовным корнем, что и у него?

В конце концов, у этого Мастера Пика всегда были большие запросы, которые и привели к тому, что он никогда не принимал второго ученика. Теперь, когда появился этот малец с Небесным духовным корнем, молодой заклинатель, вероятно, должен быть заинтересован.

- Мяу!

Детёныш укусил тонкие и красивые пальцы юноши, прежде чем снова начал тихо мяукать. Он был осторожен, не используя клыки и намеренно ослабляя силу укуса. В итоге не осталось даже следов.

Юноша слишком долго смотрел на мальчишку по имени Шэнь Ян. Это открытие заставило детеныша Тао Тэ уставиться на Шэнь Яна прищуренными глазами, вертикальные зрачки превратились в тонкие линии.

Этот человек имел Небесный духовный корень, и его учитель также имел Небесный духовный корень...  если сравнивать с ним и его никчёмным Псевдодуховным корнем, его Шифу, вероятно, предпочёл бы ученика с выдающимся талантом.

Вот об этом сейчас думал Цзян Тань.

Не зная, считать ли себя укушенным, Гу Янь опустил голову, чтобы посмотреть на пару круглых глаз, и, увидев эту сцену, испытал странное чувство. Кажется, маленькое создание в его руках выглядит несчастным?

Почему он вдруг разозлился?

Глава 38 - Учитель и его ученик

Гу Янь не собирался принимать Шэнь Яна в ученики. Он посетил этот вступительный тест только для того, чтобы подтвердить наличие кольца, другими вопросами, такими как установление хороших взаимоотношений, можно было заняться и попозже.

Он хотел получить от Шэнь Яна Ватиканский Лотос, хранящийся внутри его кольца с печаткой, предпочтительно через взаимовыгодный обмен. В любом случае, эта штука не представляла ни малейшей пользы для Шэнь Яна, даже больше - если бы она оказалась вне кольца, то серьёзно навредила бы его телу. Так что сделка с Шэнь Яном была вполне осуществима.

Гу Янь ощутил, что маленький комочек в его руках был несчастлив, он подумал об этом мгновение, прежде чем понять причину, и покинул поле вступительных испытаний.

Из-за его бесстрастного лица управляющий внутренней секты, наблюдавший за уходом юноши, не мог сказать, о чем тот думает.

Буквально только что глаза молодого заклинателя очевидно задержались на Шэнь Яне, но в следующий момент он просто ушёл. В конце концов, понравился ему этот ученик или нет?

Каким-то образом это дело дошло до Главы секты, и в результате на следующий же день Гу Янь узнал, что глава прислал ему табличку со списком.

В этот список были занесены имена вновь набранных учеников. Теперь его передали в руки Гу Яня, и, по словам посланца, Глава фактически позволил ему первому выбрать ученика, которого он хотел.

Вероятно, это должно было компенсировать юному Мастеру Пика тот факт, что в прошлый раз на него повесили Цзян Таня.  Гу Янь как раз положил пластинку на стол, когда изначально послушно сидевший в его руках маленький шарик двинулся. Спрыгнув на стол, малыш улёгся на табличку, поднял голову и молча уставился на него.

Вчера Гу Яню пришлось почёсывать подбородок маленького шарика, приговаривая «Цюцю, будь умницей», пока тот не успокоился.

Эта степень ревности... по сравнению с прошлым миром, действительно не уступала ни на йоту.

Хотя детёныш был ещё очень мал, за этот месяц он немного потолстел. Лёжа на табличке, он просто идеально закрывал всю её поверхность.

Тихое и несчастное мяуканье звучало знакомо - настолько, что Гу Янь не смог удержаться от поддразнивания. Протянув руку к краю таблички под маленьким шариком, он ткнул пальцем в маленькие лапки.

Детёныш Тао Тэ терпеливо сносил непрерывные тычки и тихонько мяукал, отказываясь сдвинуться хотя бы на дюйм.

Точно так же в прошлом мире он дразнил Хайдиса кошачьей игрушкой; хоть Гу Янь теперь знал, что они были одним и тем же человеком, он не смог удержаться, чтобы не поддразнить котёнка.

В прежнем мире за дразнение кота он расплатился потерей собственной невинности. Тогда он был полностью «съеден» Хайдисом, но в этом мире стало очевидно, что Гу Янь не усвоил урок.

Чем больше он дразнил малыша, тем больше ему это нравилось. Особенно, когда этот маленький шарик расширил пару вертикальных зрачков, глядя на него, благодаря чему стал выглядеть милым и запуганным. Гу Янь просто не мог себя контролировать.

И вот наступили последствия.

- Шифу.

Только что он нежно тыкал пальцем в мягкий животик детёныша Тао Тэ, как в следующую секунду мелькнула вспышка, и Гу Янь обнаружил, что его рукав сжимает ребёнок. Черноволосый мальчик схватил его за рукав, не решаясь применить силу. Брови были нахмурены, чернильно-чёрные глаза смотрели в землю.

Не то чтобы Цзян Тань не хотел смотреть на юношу - напротив, он жаждал продолжать смотреть на него. Но молодой заклинатель только что раздразнил его. Прямо сейчас, если бы мальчик поднял глаза, у него возникло бы желание повалить этого человека на землю и заставить его плакать.

Он был ещё совсем юн и, конечно, не понимал, что это было за желание.

Уважение к наставнику было первым правилом секты. В первоначальном сюжете до своего полного почернения Цзян Тань не имел никаких светлых чувств к своему учителю, но всё равно проявлял должное уважение. О том, что произошло после почернения, лучше лишний раз не упоминать.

Теперь же всё было по-другому, и юноша перед ним обладал неописуемой силой притяжения. Цзян Тань даже забыл обо всех неприятностях, которые ему пришлось пережить по вине Шифу.

Единственное, что он помнил -  за прошедшие два месяца юноша был очень снисходителен к нему, почти баловал его... можно было даже сказать, ни в чём ему не отказывал.

Как у него могли быть такие извращённые и неблагодарные помыслы? Цзян Тань нахмурил брови, погрузившись в самоосуждение. Его мысли не дошли до того момента, когда он мог бы задуматься, что именно он планировал делать с юношей после того, как повалил бы его на пол.

Хотя несколько лет спустя, когда Цзян Тань вспомнил события этого дня, он искренне пожалел, что не подумал об этом.

Если бы он задумался об этом раньше, то смог бы понять самого себя и узнать, какие мысли он держит по отношению к своему Шифу.

Кажется, он опять переборщил со своими поддразниваниями…

Погодите, почему это - опять? Придав лицу бесстрастное выражение, Гу Янь коснулся головы ребёнка.

- Ты наконец-то готов вернуться в свою первоначальную форму. - Убрав руку, молодой человек намеренно понизил голос.

Вероятно, причина того, что Гу Янь не испытал никаких реальных последствий и продолжал дразнить детёныша Тао Тэ, крылась в его удаче и том факте, что этот ребёнок был ещё совсем незрел.

Случись это в предыдущем мире, юноша уже лежал бы на кровати без штанов, судорожно вздыхая и не в силах составить ни единого связного предложения.

Услышав этот кажущийся холодным голос, Цзян Тань посмотрел на заклинателя, и обнаружил, что выражение его лица было мягким.

Брови юноши были слегка расслаблены - другие не заметили бы этого, даже если бы всматривались, но для маленького ученика это отличие от образа Шифу из его воспоминаний было особенно заметным.

Не зная, какой ответ угодил бы молодому человеку, Цзян Тань продолжал крепко сжимать рукав белых одежд. Не отпуская его, он издал слабый звук согласия.

Прежнее ледяное и безразличное отношение юноши, стоявшего перед ним, уже полностью стёрлось из его памяти. Подойдя ближе к молодому человеку, он обхватил его руками.

Сейчас ему пришлось потянуться вверх, чтобы достать до талии юноши. Даже если он встанет на цыпочки и прижмётся к молодому заклинателю, то в лучшем случае сможет дотянуться до груди.

- Шифу... - этот приставучий детёныш Тао Тэ решил испытать судьбу и крепче сжал юношу в объятиях.

Произнесение этих слов в человеческом обличье ничем не отличалось от тихого мяуканья маленького шарика. Много раз он просто пытался таким образом привлечь его внимание.

Гу Янь решил, что пора остановиться: если он продолжит дразнить малыша, нехорошо будет, если тот потом станет дуться и грустить…

Этого детёныша Тао Тэ было очень легко успокоить, и, хотя Гу Янь испытывал огромный соблазн, он не мог заставить себя продолжать издеваться над ребёнком.

- Что касается инцидента с кражей, который произошел в секте, твой Шифу [1] уже отдал распоряжение, чтобы узнать правду об этом деле. - Объятие было чересчур крепким, но Гу Янь в конце концов так и не оттолкнул его, лишь поднял руку, чтобы погладить мальчика по голове. - В тот день твой Шифу совершил ошибку. Завтра в Безмолвном зале я оправдаю тебя.

[1] Гу Янь здесь говорит о себе в третьем лице

- Понятно. - Ответил Цзян Тань, затем поколебался, поднял голову и спросил тихим голосом: - Шифу не беспокоит, что у этого ученика…

Не сумев выдавить из себя последние два слова, он замолчал. Родословная зверя… Цзян Тань, конечно, уже знал, кем он был, и он также понимал, что в глазах большинства людей демонические звери были существами, которых нужно было искоренить.

Однако, когда он был в своей только-только пробудившейся форме, без воспоминаний, без силы... в его самый уязвимый период, этот юноша позаботился о нем.

- Пока ты не совершишь никаких злодеяний, твоего Шифу это не будет беспокоить. – Гу Янь уже знал, о чем хотел спросить мальчишка, и прямо ответил ему со всей серьёзностью.

Добро и зло не могут быть определены расой.

Гу Янь знал, что должен был сделать детёныш Тао Тэ в оригинальном сюжете. Но точно так же, как в прошлом мире Хайдис не уничтожили Землю, гнилой конец этого нынешнего мира также мог быть изменён, если он сумеет правильно воспитать детёныша.

- Ученик не сделает ничего, что расстроило бы Шифу. - Если его учителю что-то не нравилось, он определённо не будет этого делать. Перед лицом юноши мысли маленького детёныша обычно были очень просты.

Этот ответ заставил Гу Яня на некоторое время застыть, потому что он вспомнил, что в прошлом мире Хайдис уже говорил ему что-то похожее.

Он сказал, что не сделает ничего, что расстроило бы его.

- Цюцю действительно умница. - Гу Янь не удержался и снова дотронулся до головы ребенка.

Этот прожорливый детёныш вел себя очень послушно, и уверенность Гу Яня в том, что он вырастит из этого детёныша человека с высокими моральными принципами и правильными тремя мировоззрениями, ощутимо окрепла.

Цзян Тань поджал губы, зрачки, которые изначально казались человеческими, внезапно сузились, когда он услышал, как юноша произнес эти три слова. Он должен был быть послушным, только тогда его учитель будет счастлив... и снова скажет ему эти слова.

Гу Янь взял табличку со стола, и ребёнок, прижимавшийся к нему, в упор смотрел на него. Юноша кашлянул, прежде чем спокойно сказать: «У твоего Шифу недостаточно времени и энергии, чтобы учить другого ученика».

Смысл этих слов заключался в том, что он не примет новых учеников.

Едва произнеся это, молодой заклинатель увидел, как загорелись чернильно-чёрные глаза. Если бы этот детёныш был в своей звериной форме, он, вероятно, громко мурлыкал бы, ластясь к нему своим пушистым телом, подумал Гу Янь.

На следующий день в Безмолвном зале Цзян Тань был признан невиновным.

Гу Янь лично отправился наблюдать за этой сценой с холодным и невыразительным лицом. Когда звучали слова ответственного за расследование, юноша посмотрел на каждого из присутствующих, и давление его взгляда гарантировало, что впредь никто не посмеет опрометчиво клеветать на его ученика.

Под гнётом доказательств, найденными ранее управляющим внутренней секты, те ученики, которые объединились, чтобы подставить своего собрата-ученика, очень быстро сознались в своих преступлениях.

Безмолвный зал был местом наказания учеников, совершивших тяжкие преступления. Когда молодой Мастер Пика приказал привести учеников для допроса, управляющий внутренней секты уже начал кое-что понимать.

Кажется, что этот Мастер Пика всё же заботился о своем единственном ученике, даже если не хотел этого показывать. Разумеется, управляющий не имел возможности вынести этим ученикам лёгкий приговор. Он хотел занимать свою высокую должность ещё много-много лет…

- Господин, каково ваше мнение... - слова управляющего внутренней секты ещё не были закончены, когда юноша, не моргнув глазом, холодно сказал: «Совершён проступок, неподобающий заклинателям».

Услышав это, ученики внутренней секты, которые только что признали вину и раскаялись, вдруг застыли в испуге, и в то же время в их глазах вскипело негодование по отношению к темноволосому мальчишке.

Должно быть, этот негодяй что-то наплёл молодому Мастеру Пика. Даже если они были неправы, как они могли быть подвергнуты такому суровому наказанию?

Управляющий внутренней секты, конечно, понял истинный смысл слов Гу Яня. Поэтому через несколько дней по секте распространился слух, что несколько учеников внутренней секты были изгнаны.

Это была очень важная новость. В секте уже давно никого не изгоняли. А теперь, мало того, что изгнали сразу семь-восемь учеников, так ещё и все они принадлежали внутренней секте.

Поскольку число людей, обладающих талантом к самосовершенствованию, неуклонно уменьшалось, и нынешнюю ситуацию нельзя было сравнить с процветанием, царящим в мире сотни лет назад, обычно для учеников, совершивших преступление, секта редко применяла изгнание, вместо этого прибегая к другим наказаниям, таким как заключение и битьё палками.

Изгнание из секты было очень серьезным делом, и, конечно, другие ученики старались разузнать детали этого дела и выяснить источник всего инцидента.

С этого дня ни один ученик в секте не осмеливался безрассудно провоцировать черноволосого ребёнка, которого, казалось, было легко запугать. Те же, кто не желал сдаваться и имел злые мысли, могли только тщательно скрыть это в своих сердцах.

Была группа учеников, которые всё ещё презирали Цзян Таня, но теперь никто не позволил бы себе открыто показать это презрение. Кто был виноват в том, что этот удачливый отброс имел Шифу, который занимал должность Мастера Пика?

- Твоё основание стало прочнее. - Заявил Гу Янь, глядя на маленький шарик, карабкавшийся по его ноге.

Заклинателям более поздних ступеней обычно достаточно было одного взгляда, чтобы определить уровень заклинателя, чьё совершенствование было ниже их собственного. До пробуждения звериной крови, Цзян Тань не мог даже построить своё основание и считался мусором, неспособным к самосовершенствованию.

Однако после пробуждения его родословной всё изменилось.

- Мяу. - С тихим мяуканьем котёнок потёрся о грудь юноши и мягко покачал хвостом, когда тот погладил его по спине.

Он быстро поднимет своё совершенствование до такой степени, что другие не посмеют смотреть на него свысока. Он не даст им возможности дурно отзываться о своём учителе.

Глава 39 - Жеребьёвка

С того дня, как Цзян Тань вернулся в свою человеческую форму, он должен был вновь приступить к ежедневным тренировкам, которые включали в себя утреннюю практику на площади Вэнь Юнь.

И сейчас ему уже было пора отправляться.

На самом деле, он уже давно проснулся, но не двигался с места; широко раскрытые глаза детёныша Тао Тэ смотрели на умиротворённое лицо всё ещё спящего юноши.

Он не хотел возвращаться в свою комнату, потому что тогда он находился бы слишком далеко от этого человека. Детёныш прекрасно понимал, как воспользоваться преимуществом своей милой звериной формы; он знал, что стоит ему превратится в пушистый комочек, забраться на кровать юноши и свернуться в клубок, и Шифу, конечно, не прогонит его.

Юноша даже беспокоился, не замерзнет ли он, и обнимал его во сне.

Осторожно, чтобы не потревожить молодого человека, Цзян Тань поднялся с кровати и снова принял человеческую форму; некоторое время он неподвижно стоял возле постели и смотрел.

Его Шифу не любил заниматься медитацией. Живя в одной комнате, Цзян Тань очень быстро это осознал. Кроме того, молодой заклинатель не обладал высокой бдительностью, иначе он бы уже проснулся, когда дыхание мальчика изменилось при пробуждении.

Взгляд Цзян Таня скользнул по лицу юноши, безмятежно закрытые глаза придавали тому чрезвычайно нежный вид без малейшего чувства отчуждённости.

Взгляд мальчика наконец остановился на бледных губах молодого человека. Уставившись на них, он, вероятно, на мгновение сошёл с ума и неожиданно протянул руку, чтобы коснуться их…

Когда кончики его пальцев коснулись губ юноши, мягкое и слегка прохладное ощущение заставило его замереть. Несмотря на эту прохладу, указательный палец словно обожгло. Однако он по-прежнему не хотел отдёргивать руку.

Наконец, заставив себя оторвать взгляд и думая о том, как ему в будущем лишить других людей возможности говорить плохо об этом человеке, Цзян Тань вышел из комнаты и отправился на тренировочную площадку.

Многие из главных учеников той же секты очень быстро обнаружили, что ребёнок, которого они раньше презирали и считали неспособным заложить основание в течение всей его жизни, теперь не только полностью возвёл основание, но и, похоже, достиг поздней стадии этого этапа.

Как мог человек, чьи способности были немногим лучше чем мусор, достичь такой стадии всего за один месяц?

Достижение поздней стадии Возведения Основания не было столь уж впечатляющим достижением: даже худшие из тех, кто смог стать главным учеником, уже находились на ранней стадии Стабилизации Сердца. Они просто не верили, что Цзян Тань смог достичь этого своими силами.

В прошлом всем им казалось, что Мастеру Пика не нравился этот отброс, но теперь-то они знали, что это не так. Для этого учителя достать пилюлю для постройки основания не составило бы труда. Так что большинство учеников верили, что Цзян Тань полагался только на таблетки, чтобы возвести своё основание и так быстро поднять свой уровень совершенствования.

Тем не менее, использование таблеток для принудительного повышения уровня совершенствования приведёт к тому, что достичь прорыва станет чрезвычайно трудно. Зная, что мальчишка теперь имел покровителя в лице Мастера Пика, они больше не демонстрировали своё презрение, но намеревались понаблюдать за отличным шоу в будущем.

С его посредственными способностями этот мусор, скорее всего, застрянет на поздней стадии Возведения Основания по крайней мере лет на восемь-десять. Когда это время придет, даже если никто не будет чесать языками, он и сам будет чувствовать унижение.

Однако прошло совсем немного времени - всего шесть месяцев - и все ученики, у которых были такие мысли, почувствовали, что им отвесили хорошую пощёчину.

Уровень совершенствования темноволосого мальчишки рос чрезвычайно быстро, он уже твёрдо и уверенно стоял на этапе Слияния.

Если бы уровень его совершенствования продолжал расти с такой скоростью, то ребёнок, которого они раньше презирали и на которого смотрели свысока, мог бы очень быстро догнать их собственный уровень.

Такая скорость совершенствования, естественно, привлекла много внимания, но сам герой, чьё имя теперь находилось у всех на устах, в настоящее время, превратившись в свою звериную форму, лежал на коленях молодого заклинателя.

Позволив юноше переворачивать себя то на один бок, то на другой, а также тискать подушечки лап, этот уже немного подросший детёныш Тао Тэ не выказывал никаких признаков раздражения.

[Хруп-]

Теперь детёныш мог за один раз откусить половину камня, и его аппетит заметно увеличился.

Гу Янь улучшил рацион маленького детеныша, расположив перед ним всевозможные духовные предметы помимо духовных камней и дав ему возможность выбирать. Меню включало в себя разнообразные вещи, которые могли быть использованы для алхимии, например, духовное оружие и плоть демонических зверей, которую Гу Янь готовил собственноручно - вещи, которые заставили бы любого другого заклинателя горько плакать от отчаяния, стань он свидетелем подобного обращения.

Теперь тело детёныша уже не казалось таким круглым, как раньше, но всё равно его было очень приятно трогать и тыкать.

Честно говоря, ни у кого, кроме Гу Яня, не хватило бы смелости тревожить зверя Тао Тэ во время его трапезы и столь нагло дразнить…

Но этот детёныш Тао Тэ, казалось, был счастлив, что юноша его «потревожил», его ныне округлые зрачки уставились на лицо молодого человека, он на мгновение забыл о еде.

Перевернувшись на спину и обнажив маленький животик, он продолжал смотреть на лицо молодого человека с тихим мурлыканьем.

Это место было мягче на ощупь, и юноше, вероятно, больше нравилось тыкать в него.

Такое послушное поведение... сдерживая свои порывы, Гу Янь до этого момента только поглаживал его живот, но теперь малыш по собственной воле подставил своё собственное брюшко.

Перевернув котёнка обратно, юноша на этот раз только погладил его по спине и больше не мешал детёнышу есть. Поглощая разнообразные духовные предметы, этот ребёнок рос очень быстро.

В конце концов, для зверей Тао Тэ не существовало «узких мест», поскольку им нужно было лишь поглотить духовную силу, чтобы использовать ее.

Но, вероятно, из-за того, что звериной родословной в его крови было меньше трети, существовал предел тому, сколько этот детёныш Тао Тэ мог съесть за раз.

Если бы он был чистокровным, он мог бы есть без ограничений, не беспокоясь о том, что не сможет переварить духовную силу.

Ватиканский Лотос мог сделать малыша чистокровным, что решило бы проблему физического истощения детёныша после достижения им зрелости.

Гу Янь, конечно, не забыл об этом. За эти полгода у него было много «случайных встреч» с Шень Яном, и молодой заклинатель даже дал последнему несколько советов относительно совершенствования. Главный герой в данный момент был наивным ребенком. Пока у него было беззаботное отношение к жизни и отсутствовала излишняя настороженность, было легко наладить с ним дружбу.

После того, как их отношения окрепнут, Гу Янь был готов использовать духовное оружие или любые другие ценные вещи, чтобы обменять их на Ватиканский Лотос. В противном случае, он мог позволить мальчику озвучить его собственные требования. До тех пор, пока обмен мог состояться, юношу всё бы устроило.

- Ты почти достиг ранней стадии Стабилизации Сердца. - Гу Янь погладил маленькое существо, растянувшееся на его коленях.

Если бы всё продолжило идти так, как шло, возможно, через несколько лет, этот детёныш смог бы достичь стадии Формирования Ядра.

Запястье молодого человека было обвито хвостом, и кроткий детёныш тихо мурлыкал в подтверждение его слов.

Если бы о такой скорости совершенствования стало известно, это, вероятно, напугало бы большую группу людей, челюсти бы у них определённо отвисли. Однако это также вызвало бы нежелательные проблемы. До достижения зрелости детёныш не представлял достаточной угрозы; подумав об этом, Гу Янь решил создать духовный артефакт, который мог бы скрыть истинный уровень развития его ученика.

Разумеется, он прекрасно знал, как создавать духовные артефакты -  в конце концов, этот роман написал он сам. Однако некоторые необходимые материалы было довольно трудно отыскать, и молодому заклинателю придётся совершить путешествие в скрытую реальность.

Эта скрытая реальность называлась Тибетским Морем, но при этом не имела никакой связи с водой. Она располагалась к северо-западу от горного пика под названием Небесный Купол. Горные вершины простирались прямо в облака, насколько мог видеть невооружённый глаз, как будто соединялись с небом, что и послужило причиной такого названия пика.

Скрытая реальность Тибетского Моря была одним из самых опасных мест в этих горах, и открывалась только раз в десять лет и только лишь на два дня.

Заклинатели, проникшие в скрытую реальность Тибетского Моря, обнаружили, что это место содержит бесчисленные драгоценные сокровища. Возможность найти их зависела от удачи, а способны ли они были их получить или нет, полностью зависело от собственных навыков заклинателей. Даже если кому-то не везло, и он не мог найти никаких сокровищ, просто пребывание в скрытой реальности в течение двух дней также принесло бы ему большую пользу. Духовная энергия в скрытой реальности была в десятки раз обильнее, чем во внешнем мире, что служило большим подспорьем заклинателям в достижении прорыва.

Однако существовало ограничение на количество людей, входящих в скрытую реальность, и, конечно, высокоуровневые заклинательские секты получали приоритет. Те, кто принадлежал к меньшим сектам, могли только с завистью наблюдать.

Не так давно Гу Яня вызвал к себе Глава секты. Вместе с другими четырьмя Мастерами Пика они обсуждали вопросы, касающиеся скрытой реальности Тибетского Моря.

Их секте было предоставлено три места: одно - для учителя, а остальные два - для главных учеников секты. Ради обеспечения справедливого выбора кандидаты назначались путём жеребьёвки.

Пусть теоретически вероятность составляла всего двадцать процентов, Гу Янь чувствовал, что его шансы на самом деле существенно выше.

Хоть он и не писал о событиях в скрытой реальности Тибетского Моря этого года, он написал арку, где Шэнь Ян ступил на эти тайные земли десять лет спустя, тогда его уровень совершенствования быстро поднялся, и он получил многочисленные драгоценные сокровища. Так что Гу Янь был прекрасно осведомлён о том, чего можно было ожидать от этой скрытой реальности.

- Когда достигнешь этапа Стабилизации Сердца, твой Шифу сделает тебе подарок. - Сказал Гу Янь маленькому шарику, лежащему у него на коленях, поглаживая его шёрстку.

Если ему не удастся воспользоваться этим шансом, он отправится в аукционный дом, чтобы опустошить свои карманы или хотя бы оставить запрос на поиск нужных материалов. Раз уж он готов был потратить целое состояние, получить их будет несложно.

- Мяу. - Выгнувшись под рукой юноши, этот молодой детёныш Тао Тэ поднял голову, и в его глазах отразилось лицо молодого заклинателя. Он был счастлив не из-за самого подарка, а оттого, что дарителем был этот молодой человек, поэтому он чувствовал себя невероятно довольным.

- Цюцю, будь умницей. - Брови Гу Яня расслабились, когда о тыльную сторону его ладони потёрся пушистый хвост.

Этого малыша было так легко воспитывать и так просто содержать, что он больше не мог связать этот маленький шарик с его «почерневшей» версией. Сюжетная линия, согласно которой он поведёт демонов и зверей войной на царство заклинателей, теперь казалась совершенно нереальной.

Весь процесс выращивания детёныша Тао Тэ до сего момента виднелся Гу Яню очень гладким. Отношения юноши с главным героем этого мира также постепенно развивались, и он рассчитывал, что вскоре сможет получить от Шень Яна необходимый предмет.

Если бы всё будет продолжало идти в том же духе, будущее обещало быть довольно светлым. Но, к сожалению, в реальности всё может неожиданно измениться, и эти изменения вот-вот должны были произойти во время открытия Тибетского Моря.

Процесс жеребьёвки происходил открыто на площади Вень Юнь.

Услышав, как Глава секты назвал его имя, Гу Янь оставался бесстрастным, бросив взгляд на заклинателя средних лет и сдержанно кивнув.

Юноша, конечно, не называл это пушечное мясо своим именем, но «Закон» внёс соответствующие изменения, как только он переместился сюда.

Например, когда заходила речь о Мастере Небесного пика, всем пришло бы на ум имя «Гу Янь».

Узнав ещё в прошлом мире от системы о поддержке со стороны «Закона», молодой человек задавался вопросом, можно ли считать, что в этом мире ему благоволят сами Небеса? В любом случае, с тех пор, как он пересёк границу миров, Гу Янь ни разу не испытывал ничего похожего на «узкое место» в своём совершенствовании. Возможно, и в этот раз, когда он стал одним из избранных, которые войдут в скрытую реальность, это произошло из-за поддержки «Закона»?

Гу Янь подумал об этом мимоходом. Если бы 037 не находилась в состоянии гибернации, она наверняка бы тут же отозвалась и дала положительный ответ.

Юноша действительно хотел войти в скрытую реальность Тибетского Моря. Помимо желания отыскать некоторые из необходимых ему материалов, у него имелась и другая причина, и заключалась она в том, чтобы помочь его системе поскорее восстановиться.

Скрытая реальность изобиловала духовной энергией, которую система могла поглотить, и это существенно ускорило бы их воссоединение.

Когда пришло время для выбора учеников, первое названное имя было «Се Юй». С этим парнем не должно было быть никаких проблем, и Гу Янь не беспокоился.

Каждый из входящих будет перемещён случайным образом, как только они преодолеют границу скрытой реальности. Тибетское Море было очень обширным, после случайной транспортации встретиться с кем-то из той же секты было очень трудно, оставалось разве что уповать на удачу.

Таким образом, им в принципе не было необходимости заботиться друг о друге, потому что у них даже не будет шанса встретиться.

Однако в следующую секунду Гу Янь невольно замер.

- Цзян Тань.

Стоило заклинателю на платформе зачитать это имя, как толпа внизу пришла в смятение.

В этот момент Гу Янь внезапно вспомнил, что первоначально в жеребьёвке должны были принять участие только главные ученики, но позже правила изменили, чтобы дать шанс другим более одаренным ученикам секты. На этот раз жеребьёвка включала «тех, кто достиг средней стадии этапа Слияния».

И его ученик действительно подходил под эти требования.

Глава 40 - Скрытая реальность

До открытия Тибетского Моря оставалось всего пять дней. Учеников, которые были выбраны, естественно, требовалось снабдить различными защитными талисманами. В конце концов, эта скрытая реальность была малоизученным пространством, и внутри им могло встретиться что угодно. Удивительные возможности сопровождались грозными опасностями, так что соответствующие защитные меры были просто жизненно необходимы.

Се Юй был личным учеником Мастера Пика Тянь Цзянь [1]. Согласно знаниям Гу Яня, этот Мастер чрезвычайно благоволил своему ученику, обладающему тем же Древесным духовным корнем, что и он сам. Поэтому юноше не нужно было заботиться о талисманах для этого парня.

[1] Дословно можно перевести как «пик Небесного Меча», а пик, мастером которого является Гу Янь – Тянь Сюань, пик «Простирающегося Неба»

Вот только на этот раз среди пяти Мастеров Пика был выбран именно Гу Янь. Так что, волей-неволей, он всё равно должен был подготовить несколько духовных артефактов в помощь Се Юю. Что же касалось его собственного ученика…

- Твой Шифу уже наложил три защитных массива на этот комплект одежды. Если только тебя не атакует заклинатель, уровень которого достиг этапа Формирования Ядра, или кто-нибудь не использует духовный артефакт, эти три массива вряд ли можно будет сокрушить. - Кто бы не беспокоился о собственном ученике? Последние два дня Гу Янь провёл за накладыванием этих защитных массивов.

Не так-то просто было втиснуть такой плотный слой заклинаний на клочок одежды, не говоря уже о том, что проделать это нужно было трижды. Уровень сложности в этом случае соответственно повысился в три раза.

В это время детёныш, который сперва сидел на коленях юноши, уютно возился в куче одежды, на которую указывал Гу Янь, и, наконец, высунул маленькую голову, удовлетворённо мурлыча.

Эта одежда уже пропиталась запахом молодого человека; котёнок сузил вертикальные зрачки. Этот запах был прекрасен и как-то по-особенному знаком, ему это очень нравилось.

После этого Гу Янь положил перед детёнышем маленький бронзовый колокольчик, объяснив, что внутри хранилось около сотни продвинутых техник. Ему просто нужно было ввести немного духовной силы, чтобы применить какую-нибудь из них против своих врагов.

В том случае, если мальчик столкнётся в скрытой реальности с чем-то более грозным, то даже если он не сможет победить, увеличит свои шансы на побег, вызвав мгновенный взрыв большой силы.

- При входе в скрытую реальность все будут случайным образом отправлены в различные места. Твоему Шифу будет трудно тебя отыскать. В это время тебе придётся полагаться только на себя. Если встретишься с Се Юем, было бы лучше сотрудничать, но не слишком доверяй. - Гу Янь коснулся высунувшейся наружу головы. Поначалу его предостережения звучали серьёзно, но, увидев, как молодой детёныш запутался в одежде, которую юноша аккуратно сложил раньше, он невольно рассмеялся.

- Мяу. – Котёнок склонил голову и послушно согласился.

Благодаря своему наследству крови, он получил информацию, связанную со скрытой реальностью Тибетского моря. Эта информация была очень расплывчатой, и по всей видимости указывала на какую-то пещеру. Там определённо было сокровище—

Подвижное, сияющее, словно пламя. Он хотел заполучить эту вещь и преподнести её человеку, который сейчас гладил его.

- Не имеет значения, сможешь ли ты найти сокровища - твоего благополучного возвращения будет достаточно. - Видя, покорный кивок, Гу Янь не удержался и погладил детёныша по голове ещё несколько раз.

Пять дней пролетели незаметно. В день открытия Тибетского Моря все люди, посланные различными сектами, собрались на горе Небесного Купола.

Помимо избранных для входа в скрытую реальность, каждая из сект также отправила несколько старейшин. Если бы произошёл какой-либо несчастный случай, они должны были помочь урегулировать этот вопрос.

Вход в скрытую реальность находился на вершине горы, её склоны были крутыми и очень неровными.

Всего присутствовало 12 сект. Самыми могущественными среди них были секты Юн Ю и Чжун Сюань. Ранг секты Гуань Лань не был ни высоким, ни низким, их ранее престижный статус упал до нынешнего среднего положения.

- Если Младший Брат встретит Се Юя в скрытой реальности, этот Мастер надеется, что Младший Брат позаботится о нём. - Эту фразу произнёс Мастер Пика Тянь Цзянь. Гу Янь ответил: «Разумеется».

Дождавшись нужного времени, избранные по очереди начали входить в скрытую реальность. Вскоре настал черёд секты Гуань Лань.

Секретный вход представлял собой пространственный разлом, по внешнему виду напоминавший чёрную дыру. Гу Янь остановился перед ним и дал знак Се Юю войти первым.

Подошла очередь другого ученика.

- Шифу. – Его зов ничего бы не изменил. Глядя на молодого заклинателя, чьё лицо ничего не выражало, Цзян Тань внезапно почувствовал крайнее раздражение по отношению к этой скрытой реальности.

Ну почему перемещение обязательно должно было быть случайным?

Мысль о том, что он какое-то время не сможет увидеть этого человека, усилила его недовольство.

- Да? – Отвернувшись от остальных, Гу Янь поднял руку, чтобы погладить своего ученика по голове. Его голос звучал нежно, выражение лица смягчилось.

Он не знал, что его ученик уже успел втайне затаить обиду на эту скрытую реальность.

Через несколько лет скрытая реальность Тибетского Моря бесшумно исчезнет из мира заклинателей. Обычный, казалось бы, юноша, стоящий во главе демонических и звериных войск, прищурит глаза, его красивое бесстрастное лицо наполнится холодом. Одного взмаха его руки окажется достаточно, чтобы уничтожить всё это пространство.

Причина, по которой он это сделает, на самом деле заключалась в небольшом обещании, сделанном им самому себе в детстве.

Бесчисленные секты будут оплакивать эту утрату. Раньше они могли посещать скрытую реальность по крайней мере раз в десять лет, но теперь всё было кончено.

Однако сейчас молодой детёныш Тао Тэ, оставив в своём сердце небольшую заметку, мог только нахмурить брови и позволить юноше погладить его по голове. Затем он направился к разлому под пристальным взглядом молодого заклинателя.

Теперь Гу Янь был единственным человеком, оставшимся из секты Гуань Лань.

Раньше секта Гуань Лань была лучшей во всём царстве заклинателей, но сто лет назад она начала неуклонно угасать. Но, тем не менее, она продолжала подавлять многие другие секты на протяжении целых ста лет. Худой верблюд был всё же толще сытой лошади [2], и секта Гуань Лань никогда не переставала держать другие секты в напряжении.

[2] китайская пословица, смысл примерно такой: «обедневший аристократ - всё равно аристократ, и всё равно будет выше простого люда»

К тому же в последние годы эта секта произвела на свет настоящий талант.

У пространственного разлома стоял совсем юный заклинатель в лунно-белых одеждах, но большинство из присутствующих не могли видеть уровень его совершенствования. И тому было только одно объяснение: молодой человек находился на более высоком этапе, чем они сами.

Это напугало некоторых старейшин. Те, кто в своём клане мог быть удостоен чести называться старейшиной, достигли, по меньшей мере, этапа Формирования Ядра. И если они не могли разглядеть чужой уровень, разве это не означало, что юный Мастер Пика секты Гуань Лань уже достиг стадии Зарождающейся души?

В его-то возрасте!

Чем больше они об этом думали, тем больше ужасались. В последний раз, когда они пересекались на состязании сект, этот человек был, как и они, на этапе Формирования Ядра. Он и в самом деле прорвался на следующий уровень менее чем за два года; на его фоне другие практики на этапе Формирования Ядра казались безнадёжно застрявшими.

Однако долго размышлять на эту тему им не дали. Юноша просто шагнул в разлом, и пространственный вихрь входа заколебался. Человек, вошедший в него, мгновенно исчез.

Ощущения, возникающие при телепортации, были не очень приятными, но после двух перемещений между мирами Гу Янь стал менее чувствителен к вызываемым ими головокружению.

Постояв на месте две секунды, он пришел в себя.

[Взз—]

Услышав этот звук, Гу Янь замер на минуту, прежде чем отреагировать. Он мысленно спросил: «00?»

[Прогресс восстановления энергии составляет 50,39%.] - Как только уровень энергии превысил 50%, система смогла выйти из гибернации. 037 считала себя хорошей системой, обладающей уместной осмотрительностью, так что как только у нее появилось достаточно энергии, она немедленно возобновила работу.

Эффект от повышенной плотности духовной энергии в этом пространстве проявился мгновенно, и Гу Янь этому несказанно обрадовался; юноша немедленно поблагодарил систему за её усилия.  037 надолго замолчала, после чего монотонно ответила: [Эта система просто выполняла свою работу].

И почему ему кажется, что слова его системы звучали слегка застенчиво…

Как только эта мысль появилась в его голове, Гу Янь тут же услышал бесстрастный ответ: [Система не обладает такой вещью, как застенчивость].

Но это же было так очевидно…

Оборвав свои мысли, Гу Янь кашлянул и переключился на другую тему: «Это место богато духовной энергией. Скорость твоего восстановления будет выше».

[Да, восстановление будет идти в три раза быстрее, чем во внешнем мире.]

Гу Янь осмотрелся вокруг и принялся рыться в своих воспоминаниях. Был фрагмент истории, который вполне соответствовал описанию этой местности. Красный Каменный лес и скала странной формы – он определённо писал об этом в арке, когда Шэнь Ян попал бы в скрытую реальность Тибетского Моря десять лет спустя.

Сам Гу Янь достиг этапа Полубога, и, если только его не преследовала ужасная неудача, ему не придётся сталкиваться с какой-либо опасностью в этой скрытой реальности. Район, куда он случайно переместился, был ему вполне «знаком». Система могла спокойно восстанавливать свою энергию.

Сначала Гу Янь исследовал окрестности с помощью своей духовной силы. Рядом с ним не было ни одного человека, так что, похоже, встретиться с его учеником было невозможно.

- Мы должны начать искать сокровища. - Сообщив системе своё решение, Гу Янь направился вглубь Красного Каменного леса.

Будучи перенесённым на опушку этого леса, Гу Янь тут же вспомнил, что по сюжету в центральной части Красного Каменного леса должна быть пещера. И внутри, разумеется, лежало сокровище, достойное быть спрятанным в потайном гроте.

Это был Нефрит Духовной Закалки, охраняемый священным зверем, чей ранг был сравним с уровнем заклинателя на этапе Формирования Ядра. В первоначальном сюжете, когда Шэнь Ян встретился с этим монстром, опасность, которую тот представлял для протагониста, могла бы загнать его в гроб с вероятностью в девяносто процентов.

Самой неприятной способностью зверя было то, что он продолжал воскресать до тех пор, пока его душа не была уничтожена. Для обычных заклинателей одолеть такую тварь было бы очень трудно. Конечно, для кого-то, находящегося на этапе Полубога, это не было трудной задачей.

Этот нефрит был прекрасным вспомогательным материалом для отливки мечей. При его использовании неизменно получалось оружие, которое в аукционных домах многих городов посчитали бы бесценным. В конце концов, высококлассные мечи могли обрести духовное сознание, и с ними становилось легче построить связь. Их эффективность также значительно возрастала. Так что материалы для литья мечей, которые могли бы концентрировать духовную ауру, например, такие, как этот Нефрит Духовной Закалки, были всеми желанны.

Зверь, охранявший Нефрит Духовной Закалки в этом Красном Каменном лесу, был очень грозен. Но Гу Янь вообще о нём не вспоминал, юноша мысленно распределял добычу: половину он решил оставить для своего ученика, а другую половину он собирался передать Шэнь Яну, чтобы укрепить их дружбу и подготовить почву для будущей сделки в отношении Ватиканского Лотоса.

Гу Янь отправился в путь, используя серию пространственных прыжков; телепортация была навыком, которым можно было овладеть только начиная с этапа Формирования Ядра. Уровень совершенствования Гу Яня был более чем достаточным. Раньше, когда он оставался один на пике Тянь Сюань, он несколько раз практиковался. Теперь эти неуклюжие попытки полностью окупились.

Приблизившись к цели, он использовал свою духовную силу, чтобы исследовать вход в пещеру. Гу Янь окинул взглядом на тёмный зев потайного грота и сначала произнёс несколько огненных заклинаний, и, полагаясь на свет, который они отбрасывали, вошёл внутрь.

[Хозяин…]

037 просто хотела предупредить его, но ещё не успела ничего сказать, как Гу Янь отозвался:

- Я знаю.

Её хозяин мог справиться со многими вещами самостоятельно, подумала про себя 037. По сравнению с предыдущими хозяевами, нынешний позволял системе чувствовать себя гораздо более спокойно.

Интенсивность испускаемого света была ограничена. В относительно тёмной пещере Гу Янь теперь смотрел на пару кроваво-красных звериных зрачков, в которых читалась явная угроза. Очертаниями тела животное напоминало леопарда, но по размеру значительно превосходило оного. На голове у него было два рога, за спиной нервно дёргались из стороны в сторону три хвоста, и всё тело было полностью покрыто чёрным мехом.

Обнажённые клыки в сочетании с блеском в глазах придавали зверю особенно злобный вид. Но в следующую секунду Гу Янь невольно застыл в ошеломлении. -

В своём романе он описал этого зверя как очень могущественное существо. Однако, когда он встретил это дьявольское чудище, оно смотрело на заклинателя так, словно он был призраком…

Зверь медленно отступил на три шага назад.

Гу Янь: «…»

Теперь в глазах зверя уже не было никаких намёков на угрозу или вызов. Он отступил ещё на несколько шагов.

Аура заклинателя, вторгшегося на его территорию, была чрезвычайно опасной. Инстинктивно он почувствовал первобытный ужас.

Эта аура была вызвана запахом, который не принадлежал самому человеку, но тем не менее передавал ощущение какой-то гнетущей силы.

Глава 41 - Инцидент

Злобное чудовище отступило в глубины своей пещеры. На том месте, где оно изначально лежало, остался неровный кусок нефрита, испускающий слабое свечение. Это было сокровище, которое он охранял.

После своего отступления зверь, казалось, не имел ни малейшего намерения приближаться, его съежившаяся в углу пещеры фигура больше напоминала испуганного кролика.

Стоило Гу Яню подойти немного ближе, как он обнаружил, что так называемый свирепый и грозный монстр, казалось, хотел спрятаться как можно дальше.

Если речь заходила о внешнем виде, Гу Янь считал, что его внешность не настолько уж плоха. Но тогда почему этот зверь смотрел на него, как на призрака?..

Хоть, с одной стороны, такая реакция избавила его от многих неприятностей, но с другой, вся эта странная ситуация заставила юношу потерять дар речи.

[Запах зверя Тао Тэ пугает обычных зверей похлеще призраков.] - Прочитав внутренние мысли своего хозяина, 037 тут же дала ответ.

- Так вот оно что… - Гу Янь быстро принял это объяснение и подошёл к Нефриту Духовной Закалки.

В своём романе он не прописывал конкретно такую реакцию, но с теоретической точки зрения это было вполне логично.

Звери Тао Тэ были древними мифологическими существами, так что для обычных животных было нормально чувствовать давление, учитывая разницу в их уровнях. Более того, молодой детёныш каждый день липнул к юноше, и скорее всего оставил на нём свой запах.

Даже когда Гу Янь подошёл к нефриту, похожий на леопарда зверь продолжал неподвижно смотреть из дальнего угла пещеры. Он даже не осмелился разозлиться, когда увидел, что юноша прикасается к нефриту, который он тщательно охранял; пара тёмно-красных зрачков настороженно наблюдала за каждым движением, ожидая, когда же это ужасное существо наконец уйдет.

Гу Янь пришёл сюда только ради сокровища. Он не хотел убивать зверя без веских причин.

Успешно получив кусок Нефрита Духовной Закалки и поместив его в своё пространственное хранилище, Гу Янь тут же покинул Красный Каменный лес. Он не забыл, что главной целью этой вылазки был поиск нескольких видов специальных материалов для создания артефакта.

Если юноша преуспеет, ему не придётся беспокоиться о том, что его ученик привлечёт нежелательное внимание из-за чересчур быстрого роста уровня совершенствования.

Пока что у Гу Яня дела шли довольно гладко. В то же время, в другом месте…

На большом расстоянии от того места, где находился Гу Янь, Цзян Тань шёл к отдалённому озеру.

Информация, полученная им из наследства крови, изначально была очень расплывчатой, но когда Цзян Тань дошёл до этого места, он чётко знал, что его цель была здесь.

Под водой располагалась пещера. <Сначала нужно нырнуть и двигаться вниз, пока не достигнешь определённой глубины, затем проплыть через узкий проход, и тогда попадёшь в воздушный карман.>

В информации, которую он получил от наследства крови, было что-то волнующее.

Цзян Тань хотел войти в воду, но совершенно не желал, чтобы те двое людей последовали за ним.

Найденную вещь он хотел подарить своему Шифу. Цзян Тань не имел ни малейшего желания делиться.

Он хотел отдать всё это юноше.

- Е-Шимэй [1] пожаловалась, что голодна, и я только что поймал нескольких птиц, но не могу удалить их перья. Я заметил, что Младший Брат использовал кинжал. Можно одолжить? - Они встречались в этой части леса уже в третий раз – всё же лес был не очень велик. Однако ни одна из сторон не думала объединяться, они лишь сотрудничали, когда встречались.

[1] В общении между личными учениками обычно тех, кто младше называют Шиди (Шимэй для женщин), а тех, кто старше – Шисюн (Шицзе для женщин)

Вскоре после того, как Цзян Тань был телепортирован в случайную область скрытой реальности, он встретил эту пару. Мальчик заметил, что стиль их одежд был похож на стиль учеников секты Чжун Сюань.

Этот район уже был подвергнут тщательному обыску, и эти двое нашли много хороших предметов. Цзян Таню пришлось ждать, когда два человека покинут лес, прежде чем он смог бы нырнуть на дно озера.

Он не ответил, а просто протянул им кинжал. Встретить кого-то из той же секты не обязательно было удачей. Взять хоть к примеру этих двоих, молодой человек был всю дорогу нагружен разными задачами.

Заклинательница по имени Е Юань, казалось, имела весьма высокий статус в своей секте. Из разговора, который он слышал ранее, Цзян Тань понял, что девушка хотела присвоить несколько духовных предметов, которые они нашли. Однако на протяжении всего процесса поисков эта девица явно держалась на безопасном расстоянии и не оказывала никакой помощи.

- Спасибо, Младший Брат. Я скоро верну его.

Двенадцатилетний ребёнок был очень красив. С чернильно-чёрными глазами и невыразительным лицом, он был очень хорош собой, но не был похож на тех детей, кто вызывает у взрослых умиление и желание побаловать.

Ли Жун взял Кинжал и не обратил особого внимания на бесстрастное лицо ребёнка.

Цзян Тань убрал руку и больше не смотрел в их сторону. Когда молодой заклинатель из Чжун Сюань ушёл, мальчик достал печенье и несколько духовных камней из пространственного кольца, которое он носил.

Строго говоря, его основным продуктом питания были как раз-таки камни, в то время как сладости почти не оказывали влияния на его тело. Для утоления голода ему нужно было съесть предмет, обладающий духовной силой. Печенье же было просто самой обычной закуской, да и его денежная стоимость была совсем не высокой. Тем не менее, оно напоминало о человеке, который приготовил его…

Съев сладость, молодой детёныш ощутил удовлетворение. В этом мире был человек, который позволил бы Цзян Таню чувствовать себя довольным от одного лишь взгляда на него. Всё, чего он хотел - это внимание того человека.

Уже прошёл целый день с тех пор, как он в последний раз видел юношу. Цзян Тань нахмурил брови и стал больше похож на обычного ребенка, чем раньше, в присутствии парня из другой секты.

Примерно через полчаса молодой человек вернулся с кинжалом, как и обещал. После использования кинжал был вычищен до блеска, на нём не осталось ни следа крови.

Мальчик отдыхал до следующего дня, ожидая, когда те двое покинут этот район. Теперь Цзян Тань стоял на берегу озера и вспоминал заклинание подводного дыхания, виденное им раньше.

Его Шифу специально научил его этому перед тем, как они вошли в скрытую реальность. Также он обучил мальчика и другим методам противостояния различным опасным средам.

Несмотря на то, что благодаря этой технике мальчик мог дышать, кожей он отчётливо ощущал холодную температуру озера. Сейчас во внешнем мире стояла зима, и климат в этой скрытой реальности Тибетского Моря был соответствующим. Было не настолько холодно, чтобы озеро покрылось льдом, но температура воды могла быть описана как обжигающе холодная.

Вдобавок под водой было очень темно, но обе эти проблемы мало повлияли на Цзян Таня.

Ему просто внезапно вспомнилось то время, когда он только пробудил свою родословную и не имел никаких воспоминаний. Как своим маленьким тельцем он бросился к ногам юноши, и как жалко дрожал и притворялся, что ему холодно, когда тот обнимал его…

Даже на уровне инстинктов он жаждал внимания этого молодого человека.

Нырнув на глубину и исследовав окрестности некоторое время, он нашёл узкий вход, скрытый водорослями.

Проход, ведущий неизвестно куда, не становился просторнее, а углублялся и сужался. На последнем отрезке он стал до того тесным, что пройти удалось бы только ребёнку, да и то не слишком крупному.

Искомая вещь была прямо здесь. Цзян Тань выплыл из узкого прохода, а затем некоторое время поднимался вверх по течению, прежде чем смог успешно достичь берега.

Течение у берега было очень сильным, а над водой возвышалось строение. Вокруг царила тьма, похожая на ту, что крылась в глубине глаз Цзян Таня, хотя, возможно, глаза мальчика были еще темнее.

Детёныш Тао Тэ прекрасно видел в темноте, и попав в это место, он не нуждался в каком-либо методе освещения. Что свет, что мрак – для него не было никакой разницы.

Пещера была очень просторной и тянулась далеко вглубь, в ней было несколько туннелей. Полагаясь на свою интуицию и информацию от наследства крови, Цзян Тань продолжал идти, пока не увидел небольшой свет.

Шар пылающего белого пламени неистово полыхал, хотя и был совсем маленьким; глядя на него, Цзян Тань мог чувствовать некоторое сходство между собой и этим огнём... особая сила, которая была способна пожирать и уничтожать всё на своем пути.

Хотя жар пламени ощущался даже на расстоянии, стена, окружающая пламя, была покрыта слоем инея.

Обнаружив чужака, тварь, рождённая из этого огненного шара, быстро явилась из небытия и обрела форму. Крылья, покрывавшие её тело, казалось, были сотканы из того же бушующего пламени, и пара звериных зрачков была устремлена на незваного гостя.

Однако юный Тао Тэ, который пребывал в человеческой форме, внезапно окинул тварь холодным взглядом, и та, почувствовав волну ужаса, издала приглушённое рычание.

Две пары вертикальных зрачков на секунду встретились, и первым отступил огненный монстр. Секундная встреча взглядов уже заставила тварь застыть на месте.

Цзян Тань не знал, что это был за огненный шар, но его родословная дала ему понять, что это было очень драгоценное сокровище. Он быстро достал пустую бутылку из своего пространства. Разумеется, это был отнюдь не обычный сосуд. Мальчик произнёс заклинание, и пылающее белое пламя втянулось внутрь бутылки.

Странно, но после того, как пламя оказалось внутри, сияющая бутылка больше не могла быть помещена в его пространственное хранилище.

Цзян Тань не задумывался над этим вопросом, решив нести бутылку в руке, всё равно её размер составлял меньше половины его ладони. Он не стал покидать пещеру, намереваясь переждать в ней два дня, пока скрытая реальность автоматически не отправит его обратно во внешний мир.

В присутствии столь ужасающего существа, которое, казалось, оценивало его, огненное создание было не в состоянии вернуться к своей первоначальной форме и могло лишь дрожать от страха, не находя в себе смелости на борьбу.

Время тянулось медленно. Будучи вторженцем, Цзян Тань беспрепятственно оставался в этом тёмном пространстве наедине с огненной тварью, и последняя явственно ощущала, что это было самое жуткое время с момента её рождения.

Когда, наконец, истекли последние минуты, мальчик почувствовал знакомое чувство перемещения. Цзян Тань крепче сжал бутылку в руке. Совсем скоро он, наконец, сможет... отдать эту вещь своему Шифу.

Возвращаясь во внешний мир, Цзян Тань заботился только о том, чтобы найти юношу, и не обратил внимания на суматоху, которая царила вокруг.

- Шифу. - Бутылка в его руках была тёплой, даже его ладони нагрелись к тому моменту, когда Цзян Тань потянул юношу за рукав. Он не видел учителя целых два дня. По правде говоря, сейчас ему больше всего на свете хотелось вернуться в свою первоначальную форму и лечь к юноше на колени.

Малыш нашёл его так быстро. Гу Янь погладил своего юного ученика по голове и тихо откликнулся, услышав его голос, но взгляд молодого человека остался прикован к месту, откуда доносился шум.

Там собралась секта Чжун Сюань.

Цзян Тань проследил за взглядом Гу Яня. Он увидел довольно знакомое лицо. Не так давно он встретил этого человека в Тибетском Море, и тот одолжил у него кинжал. Тем не менее, девушка, которая была тогда рядом с ним, теперь отсутствовала.

- Произошёл несчастный случай. - Спокойно сказал Гу Янь, снова коснувшись головы мальчишки. Из разговоров он понял, что один человек не был отправлен назад. Пусть это и было эгоистично, но он был счастлив, что этот бедняга не был его собственным учеником.

Раз время вышло, существовало только одно объяснение. Человек, который не перенёсся назад, был уже мёртв.

Узнав, что пропавшей оказалась Е Юань, единственная дочь главы секты Чжун Сюань, юноша нахмурился. Судя по сложившейся ситуации, сейчас никому не позволят просто так уйти…

В особенности тем, кто входил в скрытую реальность.

***

Автору есть что сказать [2]: почернение... взросление…

А потом Цюцю сможет делать с Гу Янем всякое-разное [затыкает себе рот]  ⁄(⁄ ⁄•⁄w⁄•⁄ ⁄)⁄

[2] авторы часто оставляют свои маленькие комментарии в конце главы, это не относится к сюжету – просто маленькая шутка

Глава 42 - Обвинение

Таким образом, ни одна секта не могла теперь уйти. Несколько уважаемых старейшин секты Чжун Сюань вышли вперёд и прямо заявили, что смерть Е Юань должна быть тщательно расследована.

Все окружающие услышали эти слова и сразу поняли, что это означало. Если бы Чжун Сюань была небольшой сектой, чья репутация не стоила упоминания, заклинатели ещё могли бы проигнорировать это заявление, однако вовлечённой стороной оказалась одна из лучших боевых сект в мире совершенствования, так что необходимо было проявить уважение.

Е Юань была единственной дочерью главы секты. Прежде чем войти в скрытую реальность Тибетского Моря, она, естественно, припасла немало различных защитных талисманов. Более того, это был не первый раз, когда люди входили в скрытую реальность, но такого рода ситуация, когда появлялись жертвы, никогда раньше не происходила…

В царстве заклинателей «убийство ради добычи» не было такой уж редкостью, фактически, можно сказать, что такого рода инциденты существовали всегда. Люди из секты Чжун Сюань теперь подозревали всех, кто вошёл в скрытую реальность, и с определенной точки зрения это было вполне закономерно.

Те, у кого совесть была чиста, естественно, не испугались, когда услышали, что старейшины секты Чжун Сюань хотели выполнить призыв духа. Создание массива для этого заклинания должно было занять некоторое время, но они могли позволить себе подождать.

В этот момент…

- Хм? - Почувствовав рывок, Гу Янь посмотрел вниз и вопросительно вскинул бровь, глядя на черноволосого ребёнка, дёргающего его за рукав.

По прошествии более шести месяцев детёныш Тао Тэ, которого он воспитывал, можно сказать, немного вырос и не был таким худым, как при их первой встрече, и его щёчки, наконец, стали немного пухлее.

- Шифу…

Юноша посмотрел на него как бы в глубоком раздумье и вдруг поднял руку, красивые и тонкие пальцы коснулись подбородка мальчика. Цзян Тань опустил взгляд, пробормотав одно слово, и просто тихо стоял на месте.

На ощупь он тоже казался не таким тощим, как раньше. Когда Гу Янь слегка ущипнул его за подбородок, он услышал, что мальчик его зовёт.

К несчастью, юноша уже не мог остановиться; он встретился взглядом с парой чернильно-чёрных глаз, которые, казалось, немного потемнели. Гу Янь что-то ответил вполголоса, и, как ни в чём не бывало, легонько ущипнул его ещё несколько раз.

Через мгновение молодой заклинатель увидел, как мальчишка снова опустил взгляд, всё ещё стоя неподвижно, но мочки его ушей подозрительно покраснели.

Цюцю этого мира было очень весело дразнить - эта мысль промелькнула в уме Гу Яня. Возможно, это было из-за их роли учителя и ученика, а возможно из-за чего-то ещё…

Однако у Гу Яня не было никаких неправильных мыслей о человеке, стоящем перед ним, он просто хотел позаботиться об этом маленьком детёныше. Невозможно было сказать, что могло случиться в будущем, им оставалось только ждать, пока не придёт время.

В принципе, продолжение отношений учителя и ученика было неплохой идеей.

Таковы были его мысли на данный момент. Однако, когда так называемое «время», наконец, придёт, Гу Янь поймёт, насколько наивным он был. Такого рода отношения невозможно было продолжать только потому, что он этого хотел.

Из-за сложившейся ситуации Цзян Тань не смог отдать подарок, который предназначался юноше. Ослабив хватку руки, он случайно показал небольшую часть бутылки.

С того момента, как старейшины секты Чжун Сюань сказали, что хотят выполнить призыв духа, некоторые люди уже начали уделять особое внимание своему окружению. Когда они мельком увидели предмет в руке Цзян Таня, в их глазах мелькнула жадность.

При содействии нескольких старейшин массив заклинаний для связи с духами был завершён всего за два часа.

В мире заклинателей была распространена поговорка: «убей малое, придёт большое» [1]. Причиной тому был массив призыва духов. Он мог воззвать к душе умершего человека и позволял расспросить о причине смерти, если душа была относительно невредима.

[1] В основном означает, что старший отплатит обидчикам младшего, в данном случае – секта Чжун Сюань найдёт и покарает убийцу своей ученицы

В то время как старейшины ещё произносили заклинания и активировали массив, Гу Янь стоял в месте сбора своей собственной секты, его рука всё ещё лежала на макушке стоящего рядом с ним ученика. Думая о том, как бы им вернуться пораньше, Гу Янь погладил мальчика по голове так, будто гладил детёныша.

Внезапно окружающая температура упала на несколько градусов, став намного холоднее, чем раньше. Гу Янь перевёл взгляд на массив, душа, которая была вызвана, вообще не могла принять человеческую форму.

Это был осколок души [2], и притом чрезвычайно мстительный. Доминирующего сознания изначальной души там уже не было, а оставшиеся три духовные и семь физических душ были разбиты.

[2] Осколок души – разрозненные кусочки души (обычно жаждущей отмщения) умершего человека

По всему выходило, что первоначальная душа уже была уничтожена, иначе, когда разлетевшиеся три духовные и семь физических душ были призваны, первоначальная душа тоже непременно явилась бы. Всё это указывало на то, что преступление было совершено руками заклинателя. Виновный раздробил душу Е Юань после её убийства, хотя используемый для этого способ оставался неизвестным.

Старейшины секты Чжун Сюань, очевидно, тоже это поняли, и на их лицах отразилась горечь и ярость. Пусть это произошло не у них под носом, но и не слишком уж далеко, ученица их секты столкнулась с такой судьбой - как могли их выражения оставаться благодушными?

Душа уже была раздроблена до такой степени, что спросить о причине смерти было невозможно. Как раз в тот момент, когда ситуация зашла в тупик, осколок души, похожий на бесформенное облако, внезапно пришёл в движение.

- … -  Потянув ребёнка к себе за спину и закрыв его собой, Гу Янь сохранял спокойное выражение лица, глядя на остатки души, замеревшие перед ним.

Давление со стороны юноши не давало осколку приблизиться к своей цели, но он не хотел уходить, таким образом возникла патовая ситуация.

Целью этого уцелевшего кусочка души был, очевидно, тот, кого защищал молодой заклинатель - любой из присутствующих мог сказать это, если только не был слеп. Зрителям больше не приходилось переживать, что ситуация станет ещё хуже; все секты, кроме Гуань Лань и Чжун Сюань, теперь спокойно наблюдали за развитием ситуации.

- Мы ожидаем, что ваша уважаемая секта даст нам объяснение. - Старейшина с самым высоким рангом в секте Чжун Сюань подошёл к своим товарищам, его тон был очень невежливым, и выражение его лица также не предвещало ничего хорошего.

Не было никакой возможности спросить дух заклинательницы о причине её смерти, но теперь, когда этот клочок души активно пытался приблизиться к человеку, с которым при жизни девушка никак не была связана, и наотрез отказывался уйти…

В присутствии стольких людей осколок сознательно направлялся только к одному человеку - если подумать, какова могла быть причина?

- Этот ученик не делал этого. - Перед глазами Цзян Таня был силуэт спины юноши, прикрывавшего его собой. Вспомнив о том дне, когда всё изменилось, мальчик невольно произнёс те же самые слова, что и тогда. Его тон был по-прежнему непоколебим, каждое слово было произнесено ясно и чётко.

Его тело пронзали бесчисленные взгляды, которые, казалось, смотрели на него, как на убийцу, но для него это не имело значения. Ему было всё равно, поверили ему другие или нет; пока этот человек верил ему, Цзян Тань был готов вынести что угодно.

- Твой Шифу знает, что ты невиновен. – Первым делом заверил Гу Янь своего ученика, полностью игнорируя окружающих заклинателей. Он не знал, что случилось, и не понимал всей ситуации, но это был ребёнок, которого он лично воспитал, и юноша прекрасно понимал его врождённый характер.

Если бы это был изначальный «почерневший» сюжетный злодей, то, даже если бы он совершил зверства в сто раз более худшие, Гу Янь бы совершенно не удивился, потому тот действительно мог это сделать. Однако теперь, когда воспитание мальчишки легло на плечи молодого человека, он не мог связать образ своего ученика со словом «почернение». Этот парень ни за что не стал бы совершать что-то вроде «убийства ради добычи».

Он считал драгоценные духовные камни Небесного уровня не более чем закуской, разве кто-то вроде него будет убивать других людей ради каких-то там сокровищ? Тем не менее, Гу Янь знал, что присутствующие просто искали виновника и не приняли бы этот довод к сведению.

- Мой ученик не стал бы этого делать. – Юноша не мог объяснить, почему этот осколок души следует за мальчиком. Но даже зная, что его сочтут откровенно выгораживающим своего ученика, Гу Янь по-прежнему не сдвинулся с места.

- Старший Гу, пожалуйста, перестаньте шутить. Дух Е Юань Шимэй прямо перед нами, если её убийство не было делом рук Цзян Таня, то почему же дух Е-Шимэй стал преследовать его сразу после призыва? Очевидно же, что у неё осталась глубокая ненависть по отношению к нему. - Заговорил молодой ученик из секты Чжун Сюань. Это был Ли Жун, ученик, который также входил в скрытую реальность вместе с ними.

Эти слова звучали вполне разумно с точки зрения окружавшей их шумной толпы; когда заклинатели думали о значении этих слов, они постепенно про себя начинали строить догадки, которые считали очень разумным объяснением происходящему.

То, что осколок души преследовал Цзян Таня, было неоспоримым фактом, и после речи Ли Жуна большинство присутствующих людей быстро обнаружили «истину».

Цзян Тань вышел из-за спины юноши, сейчас он сильнее, чем когда-либо желал поскорее вырасти. В данный момент он мог лишь позволить молодому человеку, который закрывал его от этих пронзительных взглядов, защищать его. Даже если бы он хотел отвести их взгляды от тела юноши, его нынешнего роста было недостаточно, чтобы укрыть его.

- Это не может служить доказательством. - Холодно сказал Гу Янь. Перед лицом обвинений в адрес ученика он даже глазом не моргнул.

С точки зрения окружающих эта фраза подразумевала, что он твёрдо отказался признать вину ученика, пренебрегая невысказанными словами осколка души.

Один из старейшин секты Чжун Сюань, чей характер был весьма нетерпеливым, хотел было напасть на них, но его вовремя утихомирили. Молодой ученик, высказавшийся ранее, добавил ещё кое-что. После того, как старейшина, требовавший у Гу Яня объяснений, услышал слова парня, он громко попросил «провести обыск».

- Шиди.  - Видя, что молодой заклинатель с бесстрастным лицом сохраняет всё то же непреклонное отношение, Шень Ван, Мастер Пика Тянь Цзянь, положил руку на плечо Гу Яня. - Почему бы не позволить им провести поиск, всё будет хорошо.

На этот раз юноша наконец слегка кивнул. Однако выражение его лица стало еще холоднее.

- Ядро Зелёного Лотоса?!..

Под принуждением, бутылка с запертым внутри пламенем, которую Цзян Тань крепко держал в своей ладони, была выставлена на всеобщее обозрение. Даже если пламя было запечатано, его было хорошо видно через прозрачный флакон, и те, кто в этом разбирался, распознали это сокровище с первого взгляда.

Сколько ремесленников и алхимиков мечтали заполучить его в свои руки? В этот момент присутствующие уже позабыли про убийцу, их глаза были прикованы к бутылочке.

Вскоре после этого человек, проводивший обыск, обнаружил в рукаве черноволосого ребёнка кинжал в ножнах. В тот момент, когда кинжал был вытащен из ножен для осмотра, осколок души, который следовал за ним, был пришёл в крайнее волнение, словно разом сошёл с ума, яростно желая напасть на человека, который держал кинжал.

Независимо от того, в чьих руках находился кинжал, осколок души бешено пытался приблизиться к этому человеку.

В этот момент Цзян Тань не мог не понять причину. Он повернулся, чтобы посмотреть на молодого ученика по имени Ли Жун, но тот не оглянулся, его взгляд был устремлен в другую сторону.

Напуганный, но полный радости, Ли Жун не смотрел на мальчишку, которого использовал в качестве козла отпущения. Поскольку в крышку гроба уже был вбит последний гвоздь, и окончательный вывод был сделан, никто бы его не заподозрил.

И он, и Е Юань были главными учениками своей секты, и Ли Жун всегда был самым талантливым среди своих сверстников, но только потому, что Е Юань была дочерью главы, любые хорошие ресурсы, получаемые сектой, в первую очередь отдавались ей. Даже в скрытой реальности он мог рассчитывать только на объедки Е Юань.

Это было несправедливо. Он держал эту мысль в своём сердце почти десять лет, до той поры, пока в Тибетском Море Е Юань не сказала, что ей нужны те духовные артефакты, которые он нашёл. Почти десятилетние недовольство и обида, наконец, захлестнули его.

Тогда пусть умрёт, будет лучше, если её не станет! При мысли об этом уголок рта Ли Жуна слегка приподнялся. Отныне его больше не будет угнетать эта выскочка, стоящая явно ниже его самого.

Зная, что все эти люди ни за что не поверят ему, Цзян Тань крепко сжал флакон в руке, вновь повторив слова, которые он ранее сказал юноше. Он не потрудился объясниться с другими людьми.

- Твой учитель считает, что ты этого не делал. - Гу Янь верил ему, но он один был не в силах изменить их нынешнюю ситуацию.

- Этого человека нужно забрать в нашу секту. За такое злодеяние он должен быть осуждён и наказан соответствующим образом. - Говоря это, белобородый заклинатель вытащил духовные оковы. - Все присутствующие здесь люди - свидетели, наша секта Чжун Сюань не намерена запугивать других.

Глава 43 - Цена

Бесформенные остатки души не могли говорить, так что у этого преступления не осталось свидетелей. Кроме того, мёртвое тело осталось в скрытой реальности, поэтому, даже если убийца не уничтожил его, труп заклинательницы уже наверняка был съеден дикими зверями, и из него невозможно было извлечь какие-либо подсказки.

Следующее открытие Тибетского Моря должно было случиться только через десять лет, и изменения, которые могли произойти за этот период, были совершенно непредсказуемы. Да и как можно будет найти доказательства преступления десятилетней давности?

Практика раздробления души долгое время не применялась в мире заклинателей. Секта Чжун Сюань так и не смогла получить никакой полезной информации от допроса Цзян Таня, который, как ходили слухи, был заперт в подземной темнице секты.

Когда заклинатели из Чжун Сюань забирали мальчика, Шэнь Вану пришлось насильно удерживать юношу, видя, что тот был готов сражаться.

Честно говоря, в нынешней ситуации, когда представители секты Чжун Чюань столкнулись со столь загадочной смертью одного из своих учеников, даже если бы им предоставили материальные доказательства невиновности Цзян Таня, им было бы всё равно. Погибшая была отнюдь не рядовой личностью, и, если бы за неё не отомстили, это отразилось бы на статусе всей секты.

Более того, даже несмотря на то, что Шэнь Ван принадлежал к той же секте, что и Цзян Тань, он тоже не верил, что этот ребёнок невиновен. В конце концов, улики были прямо перед их глазами. Обычно мальчик производил впечатление тихого, немногословного ребёнка с вечно холодным выражением лица, точь-в-точь как его Шифу. Дитя с таким характером уж точно не было отрадой для глаз.

Напомнив Гу Яню, что его действия повлияли бы на всю секту Гуань Лань, Шэнь Ван сумел лишь удержать молодого человека от немедленного нападения. Но он так и не смог отговорить юношу от посещения секты Чжун Сюань.

Беспокоясь о том, что может натворить его Шиди, Шэнь Ван мог только последовать за ним.

Раньше он думал, что этот Мастер Пика не заботился о Цзян Тане, но теперь он твёрдо верил, что его Шиди просто решил не показывать этого.

- Учитывая статус нашей секты и тот факт, что ты пришёл лично, даже если они не смогут получить ничего полезного от допроса, секта Чжун Сюань не будет принимать крайних мер против Цзян Таня... - сказал Шэнь Ван, но его слова вряд ли можно было считать утешительными. Одно дело - осудить и наказать кого-то за преступление, и совсем другое - вытягивать из него признание.

Раздробление души не могло быть осуществлено кем угодно. Метод, позволяющий это осуществить, был когда-то получен от расы демонов. Однако сотни лет назад все секты по всему царству заклинателей объединились, чтобы бороться против демонической расы в течение многих лет. Истребив и загнав тех монстров, кто проник в мир людей, обратно в Бездну подземного мира, заклинатели с тех пор не видели их следов.

Многочисленные входы и выходы из Бездны в человеческий мир были запечатаны. Основные секты царства заклинателей каждый год по очереди посылали людей для укрепления этих печатей. Этот защитный массив был неприступен и не показывал никаких признаков ослабления.

Отвратительная техника раздробления души считалась запретной в мире заклинателей. Тем не менее, метод всё ещё можно было отыскать, и кто знает, откуда этот мальчишка Цзян Тань мог узнать об этом... возможно, это случилось, когда он на месяц покидал секту.

Не став говорить этого вслух, Шэнь Ван вновь обратил внимание на юношу, всё с той же молчаливой решительностью направлявшегося в сторону главного зала секты Чжун Сюань.

- Я не сделаю ничего, что могло бы плохо отразиться на секте. - Слова Гу Яня прервали Мастера Пика Тянь Цзянь, вновь было попытавшегося вразумить его, и молодой заклинатель продолжил свой путь.

- Шиди... ты... эх... - Зная, что юноша сдержит своё слово, Шэнь Ван больше не пытался убедить его.

Если этот Шиди собирался в главный зал, чтобы умолять их о снисхождении, вероятно, что будет жестоко разочарован и вернётся ни с чем. Глядя на удаляющуюся фигуру, Шэнь Ван покачал головой.

Он также очень любил собственного ученика. Однако, если бы его ученик сделал что-то неправильно, независимо от того, насколько этот учитель любил его, он не смог бы ему ничем помочь. На веку Шень Вана тоже настанет время, когда будет не в силах обеспечить защиту своему ученику, как в случае его Шиди сейчас.

Однако дальнейшие события всё же намного превзошли ожидания Шэнь Вана.

В это же время в тёмном и мрачном подземелье было очень холодно. Это обстоятельство ничуть не влияло на Цзян Тана, тепло в его ладонях немного согревало его.

Глаза этого ребёнка были темнее, окружающий мрак. Он сжал в левой руке флакон с мерцающим пламенем, гадая, когда же юноша придёт к нему.

В ситуации, когда не было никаких улик, а единственное орудие убийства было найдено при нём, тот факт, что вызванный осколок души мертвеца преследовал его, привёл к тому, что даже если он пытался защищаться, объяснив, что он одолжил свой кинжал Ли Жуну, который был её старшим собратом-учеником, все попытки были тщетны... Такая нелепая отговорка стала просто шуткой в глазах остальных.

Кроме тех, кто был непосредственно вовлечён в инцидент, никто не знал правды. Цзян Тань мог утверждать, что он не пересекался лично с Е Юань в скрытой реальности, но это было бесполезно, потому что на нём были физические доказательства.

- Шифу... - Цзян Тань подумал о том, что нужно будет отдать вещь, которую он держал в своих руках, молодому человеку, когда тот придёт навестить его.

После того, как юноша сказал, что верит ему, Цзян Таня больше не волновало мнение других. Он не заботился о том, что будет отвергнут и презираем -  гораздо больше он переживал о том, что учителю придётся терпеть из-за него странные взгляды других людей.

Он долго ждал, но никто так и не пришел. В подземной темнице было очень темно, и единственным источником света было пламя в стеклянном сосуде. Было трудно определить время в таких обстоятельствах, но Цзян Тань всё же знал, что прошло уже несколько дней.

Шифу не навещал его. Темноволосый ребёнок нахмурил брови. Кандалов на нём не было, только бесформенные духовные оковы. Сейчас, сидя в темнице с опущенной головой, своим видом он напоминал жалкого, брошенного на произвол судьбы котёнка.

[Скриииип-]

Внезапно раздался громкий звук, и в комнату проник свет.

Кто-то пришёл. Оставаясь в темноте в течение длительного времени и будучи очень чувствительным к перемене освещения, Цзян Тань прищурился и посмотрел туда, откуда исходил свет.

Это был не тот человек, которого он надеялся увидеть. Цзян Тань отвёл взгляд и отвернулся. К его тюремной камере подошли двое, одного из них он смог узнать.

Это был Мастер Пика Тянь Цзянь, Шэнь Ван. Другой вошедший был облачён в одежды секты Чжун Сюань.

Цзян Тань только было хотел задать вопрос Шень Вану, как услышал звук открываемой двери и замер. Тяжёлая дверь, выкованная из особого материала, распахнулась перед ним. Человек, открывший дверь, жестом велел ему уйти.

Духовные оковы также были сняты. Цзян Тань вышел из этой темницы, но не мог понять, что означают действия человека из секты Чжун Сюань.

Они позволяют ему уйти?

Око за око - такого рода логику Цзян Тань прекрасно понимал. Только один человек верил, что его несправедливо обвинили. Даже если мальчик был действительно невиновен, утраченная жизнь всё равно должна была быть оплачена.

- Мастер Пика... - попытался заговорить Цзян Тань.

Шэнь Ван поддержал ребёнка, который выглядел так, будто вот-вот упадёт, и понял, о чём тот хотел спросить. Однако он всё ещё был не в состоянии принять свершившийся факт и мог только покачать головой: «Ничего не спрашивай сейчас, я обещал своему Шиди, что приведу тебя обратно. О чём бы ты ни хотел спросить - задашь вопрос, когда мы вернёмся».

Услышав это, Цзян Тань стиснул кулак и замолчал. По правде говоря, он ничуть не ошибался, его жизнь намеревались забрать в качестве компенсации. Теперь, когда эти люди не только не осудили и не наказали его, но даже отпустили восвояси…

Не могло всё быть настолько хорошо.

Его вывели из подземелья. Всё это время Цзян Тань хранил молчание и следовал за Шэнь Ваном. Когда тот достал из ножен свой летающий меч, чтобы отправиться в путь, седовласый старейшина остановил их.

Шэнь Ван нахмурился: «Вы собираетесь нарушить свое слово?»

Его Шиди уже заплатил цену, которая устроила обе стороны. Если теперь секта Чжун Сюань нарушит соглашение, это перейдёт все границы.

- Разумеется, нет. - Сказал старейшина. - Однако Цзян Тань украл кое-что у моей ученицы, и я пришел, чтобы вернуть это.

Некоторые люди могут исказить истину и превратить чёрное в белое. Нахмурив брови, Цзян Тань крепко стиснул пальцы на бутылочке, прежде чем медленно разжать их и передать вещь старейшине.

Предмет был быстро выхвачен. Без этого тепла его рукам вдруг стало холодно.

- Идём, - сказал Шэнь Ван. Он обещал Шиди, что вернёт этого мальчишку. Он уж проследит за ним.

Так вот каково было чувство, когда у тебя забрали что-то важное. Цзян Тань уставился на свою пустую руку. Подарок, который он собирался преподнести юноше, был отнят…

Если бы у него было достаточно сил, этого бы не случилось.

По возвращении в секту Гуань Лань, Шэнь Ван доставил Цзян Таня на пик Тянь Сюань и бросил взгляд на мальчика, желая что-то сказать, но колебался. В конце концов, он не произнёс ни слова.

Люди из секты Чжун Сюань не позволили бы ему уйти без веского на то основания, и когда Цзян Тань приблизился к знакомой двери, он невольно вновь задумался о причине своего освобождения. Из-за этого он боялся представить, что может увидеть после того, как толкнёт дверь.

Когда он наконец открыл дверь, то увидел человека, о котором постоянно думал… сидящим в инвалидном кресле. Красивое холодное лицо было бледным, но в нём всё равно чувствовалась гордость. Но самое главное… Если говорить о совершенствовании, то юноша, сидящий в инвалидном кресле, выглядел словно обычный человек -  ни намёка на духовную энергию.

- …Шифу. - Его хриплый голос был почти не слышен. Едва сумев выдавить одно слово, Цзян Тань словно в забытьи пересёк расстояние между ними, чтобы обнять талию молодого человека.

Коснувшись большим пальцем уголка его глаз, и легонько проведя по нему, Гу Янь вытер прозрачные капли слез и тихо пробормотал: «Цюцю, будь умницей».

Ни одного звука не раздавалось, но детёныш Тао Тэ на самом деле плакал навзрыд. То, что было похоронено глубоко в сердце маленького зверя, внезапно укоренилось и проросло…

Пока, наконец, не поглотило всю его душу.

Глава 44 - Этого недостаточно

Темноволосый ребенок стоял на коленях перед Гу Янем, обняв его за талию и опустив голову, так что выражение его лица невозможно было разглядеть. Юноша мог только коснуться головы ребенка и нежно погладить рукой его дрожащую спину.

В конце концов, он ведь пообещал не делать ничего, что могло бы доставить секте проблемы. В тот день, когда он прибыл в главный зал секты Чжун Сюань, он прямо взял на себя вину за то, что не воспитал своего ученика должным образом, и выразил готовность принять наказание вместо мальчика.

С точки зрения секты Чжун Сюань, убийство этого бесполезного ученика ни в малейшей степени не повлияло бы на секту Гуань Лань. В конечном итоге, они бы просто заплатили одной жизнью за другую.

Но при этом размене они сами потеряли талантливую ученицу.

Необходимо было потребовать компенсации от секты Гуань Лань, тем более что дело касалось любимой дочери главы секты. Секта Чжун Сюань определенно не могла просто проглотить эту несправедливость.

Теперь учитель мальчишки заявил, что готов занять место своего ученика и быть наказанным за его преступления, надеясь, что они отпустят Цзян Таня.

Будь на его месте обычный человек, не имеющий никакого статуса, он мог бы лишь мечтать о том, чтобы старейшины Чжун Сюань согласились пойти на такой компромисс. Но человек, предложивший себя в качестве замены, был одним из главных мастеров секты Гуань Лань, а также обладал редким талантом, встречающимся раз в столетие – тут уже можно было поторговаться.

Как упоминалось ранее, убийство ученика с посредственным талантом ни в коей мере не ослабило бы секту Гуань Лань. Однако, если вместо этого покалечить их самого одарённого заклинателя, это уже была совсем другая история.

Секте Чжун Сюань было нелегко пробиться наверх, чтобы стать одной из самых известных боевых сект в мире заклинателей. Теперь ни одна секта кроме Юн Ю не могла бы конкурировать с ними.

Но в прошлом они подавлялись сектой Гуань Лань в течение более чем сотни лет, что не могло не оставить неприятный осадок в их сердцах. Поскольку дело приняло такой оборот, они, естественно, не собирались сидеть сложа руки и молча наблюдать, как секта Гуань Лань вновь восходит к славе. Теперь, когда возможность буквально сама постучалась в дверь, они уж не упустят ее.

Заставить молодого заклинателя разрушить его собственное совершенствование было выгоднее, чем прикончить его ученика. Человек, который собственноручно уничтожил своё совершенствование, никогда не сможет совершенствоваться снова и, таким образом, больше не будет представлять никакой угрозы для секты Чжун Сюань. Более того, им также не придётся марать руки убийством ребёнка.

Существовал только один способ уничтожить совершенствование. Как правило, старейшины секты наказывали таким образом только учеников, совершивших тяжкие грехи.

Гу Янь сделал это своими руками. Этот метод был очень болезненным и пагубно сказался на его теле, в результате чего ему потребуется по крайней мере полтора года, прежде чем он сможет восстановиться. Примчавшийся Шень Ван доставил его обратно в секту для восстановления сил; юноше пришлось целых два дня пролежать в постели, полагаясь на помощь других. Лишь на четвертый день он наконец-то смог передвигаться самостоятельно, только его ноги пока не оправились и оставались неподвижны.

Ребёнок, стоявший перед ним, бросился ему на колени, уткнулся в них лицом и беззвучно всхлипывал. Гу Янь мягким голосом успокаивал мальчика.

До прихода в этот мир, он был обычным человеком. Гу Янь не считал обстоятельства, в которых оказался, невыносимыми. Он пошёл на это добровольно, и, более того, это был единственный способ спасти его ученика, не вовлекая секту.

Когда его голос затих, Гу Янь увидел, что ребёнок поднял голову, его глаза покраснели, а по лицу текли слезы. Несчастным голосом он позвал: «Шифу», глядя себе под ноги.

Какая-то густая тьма окутала его сердце, наполняя всевозможными негативными эмоциями, такими как гнев и злоба. Он запомнил лица этих людей. О, он запомнил их очень хорошо – всех и каждого!

В будущем, когда он вырастет - нет, достаточно будет просто достигнуть совершеннолетия, - он не даст им уйти. Он заставит этих людишек заплатить стократно... тысячекратно за то, что они сделали.

- Будь умницей. - Зная, что этот ребёнок плачет из-за него, Гу Янь протянул руку, чтобы стереть следы слёз с детского лица. - Ноги твоего Шифу не останутся такими навсегда. Через несколько месяцев с ними снова всё будет в порядке.

В оригинальной истории мальчик стал холодным и бесстрастным из-за своего печального опыта. Когда ученики секты издевались над ним или запирали его в тёмной комнате, он ни разу не заплакал. Однако сейчас его глаза были красными от слёз…

Цзян Тань крепко стиснул кулак. Изначально его Шифу должен был быть гордым человеком, подобным Богу. Всякий раз, когда он вспоминал об этом, тёмная мгла, окутавшая его сердце, становилась всё гуще.

Зверь Тао Тэ был свирепым, жестоким и кровожадным существом. И только потому, что юноша, сидевший перед ним, дарил ему ласку и проявлял нежную заботу, он был таким кротким и послушным.

Теперь, когда кто-то пробудил жестокую натуру молодого детёныша, тщательно подавляемую в его сердце, последствия были невообразимы. Единственное, в чём можно было быть уверенным, так это в том, что тем несчастным было бы лучше сразу умереть.

- Цюцю, будь умницей. – молодой человек поднял на руки детёныша Тао Тэ, вернувшегося к своему первоначальному облику. Гу Янь услышал тихий плач малыша и нежно погладил его по спине.

Уставившаяся на него пара широко раскрытых глаз с вертикальными зрачками была мокрой от слёз. Наклонившись вперёд, юноша поцеловал веки детёныша, затем лоб. На этот раз ему пришлось приложить все усилия, чтобы утешить это дитя.

Какой бы большой ни была секта, она была недостаточно велика, чтобы предотвратить распространение слухов. Инцидент с сектой Чжун Сюань очень быстро стал известен учениками, и вскоре вся секта была в курсе событий.

- Как Младший Брат чувствует себя сегодня? – Заклинатель средних лет с недавних пор стал часто посещать пик Тянь Сюань и всегда приносил питательные таблетки высшего качества.

Минуло уже несколько месяцев с тех пор, как произошел тот случай.

- Не считая того, что я не могу стоять на ногах слишком долго, всё в порядке. Я благодарен за заботу Старшего Брата. - Беспокойство этого человека было искренним, так что, когда Гу Янь ответил ему, выражение лица юноши смягчилось. Хотя характер первоначального Мастера Пика Тянь Сюань был холодным и безразличным, не страшно, если его поведение будет немного отличаться.

Пусть разница в возрасте между собеседниками была немалой, эти двое принадлежали к одной и той же секте. Их взаимоотношения были достаточно близкими.

В это время из внутренней комнаты вышел темноволосый ребёнок, и, бросив в качестве приветствия: «Глава секты», подошёл к юноше и осторожно передал ему чашу с лекарством.

Сон Чен молча наблюдал за этой сценой. На самом деле, каждый раз, когда он приходил в гости, перед ним представала одна и та же картина. Он сам отправил этого ребёнка к Гу Яню в прошлом, чтобы тот стал его личным учеником. Теперь, когда заклинатель вспоминал об этом, он неизбежно чувствовал вину перед своим Младшим Братом.

Видя, что этот ребенок, по крайней мере, уважал своего учителя, и что его Младший Брат обожал своего ученика до такой степени, что заплатил за его проступок... он должен был, по крайней мере, выполнить желание юноши и предоставить Цзян Таню лучшие условия для развития. Сон Чен лишь надеялся, что ребёнок не подведет его Младшего Брата и не воспримет его доброту как должное.

- Ученики в секте не посмеют говорить лишнего или сделать что-то, что перейдёт границы, в этом ваш Старший брат может вас заверить.

Горький вкус, который распространился во рту, заставил Гу Яня невольно поморщиться. Осушив чашу с лекарством, он кивнул Сон Чену: «Спасибо, Старший брат».

- Ваш Старший Брат будет уважать Ваш выбор. - Сказав это, Сон Чен бросил взгляд на ребёнка, который в данный момент кормил юношу засахаренными фруктами, после чего покинул пик Тянь Сюань.

Когда он ушёл, Гу Янь притянул своего ученика поближе и погладил его по голове: «Чуть позже твой Шифу научит тебя, как создать один духовный артефакт, который поможет скрыть твой уровень совершенствования. В противном случае твой быстрый прогресс может привлечь слишком много внимания».

Услышав это, Цзян Тань кивнул. В последнее время, помимо заботы о ежедневных потребностях юноши, он практически всё своё время проводил в обучении и тренировках. Но этого было недостаточно... всё ещё недостаточно. Он должен был стать ещё сильнее - настолько сильным, чтобы можно было с лёгкостью уничтожить тех людей.

То, чего он желал – иметь возможность собственноручно решать их судьбу: если бы он хотел, чтобы они жили, они будут жить. Если бы он хотел, чтобы они умерли, они должны были умереть. Только в этом случае он сочтёт, что его сил достаточно.

Гу Янь не знал, что сердце ребёнка уже полностью почернело, ведь этот малыш был настолько послушным по отношению к нему. Если Гу Янь хотел, чтобы он что-то сделал, мальчик немедленно подчинялся, не говоря ни слова.

За короткие несколько месяцев тело молодого человека не могло полностью восстановиться. Если Гу Янь стоял слишком долго, он чувствовал слабость в коленях и не мог удержаться на ногах. Откинувшись на спинку кресла, юноша достал пространственный мешочек и передал его Цзян Таню.

- Здесь находятся материалы, необходимые для создания артефакта. – Гу Янь больше не мог создать духовный артефакт без своего совершенствования, но он верил в способности своего ученика. Он будет давать ему устные указания, наблюдая за процессом со стороны.

Цзян Тань быстро кивнул. Если учитель хотел, чтобы он чему-то научился, он научится. На самом деле, если в мире и существовал тот, кто мог заставить этого детёныша слушаться, это был юноша, сидящий прямо перед ним.

С помощью этого духовного артефакта он смог успешно скрыть свой уровень совершенствования. Теперь уже никто не мог обнаружить, насколько головокружительной была скорость продвижения Цзян Таня. Но и тот уровень, который он использовал, чтобы обмануть других, уже был достаточно шокирующим. Скорость развития ученика с Псевдодуховным корнем ничуть не уступала скорости главных учеников, обладающих Одиночными или Двойными духовными корнями - как уж тут не удивляться?

По приказу, поступившему от верхушки секты, возникшие вопросы быстро замялись и больше не обсуждались. А то, о чём не говорят, быстро стирается из памяти людей.

В мгновение ока пролетело шесть лет. Юный ученик, который, казалось, находился на последней стадии этапа Духовного Безмолвия, на самом деле уже достиг этапа Зарождения Души. Такой скорости совершенствования не мог достичь даже первоначальный хозяин тела, занимаемого Гу Янем.

Цзян Тань чувствовал, что вот-вот достигнет зрелости. Это было похоже на «узкое место», с которым сталкивались заклинатели, прежде чем совершали прорыв на следующий уровень, за исключением того, что его «узким местом» было время.

Зверь Тао Тэ в период его юности и в зрелом возрасте - это две совершенно разные сущности. Сейчас он был только на этапе Зарождения Души, но когда он достигнет зрелости, его силу уже нельзя будет оценивать по меркам заклинателей.

То, о чём не говорится вслух, легко забывается, но Цзян Тань прекрасно всё помнил. Этот долг должен быть выплачен в полном объёме. Каждый раз, когда он думал о том случае, его глаза становились ещё холоднее и темнее, словно наполняясь глубокой злобой.

Совсем скоро он сможет…

- Мяу.

Внезапно кто-то погладил его по спине, и зверь, который уже был не маленьким котёнком, а большим котом, тихо мяукнул, повернувшись к тому, кто коснулся его. Блестящая серебряная шерсть зверя выглядела очень красиво.

Его истинный размер был намного крупнее нынешнего. Однако если бы он принял ту форму, то не смог бы лежать на ногах юноши, как сейчас. Он бы просто раздавил человека.

- Уже час Хай [1]. – Напомнил Гу Янь большому коту, удобно расположившемуся у него на коленях.

[1] Час Хай - период с 21:00 до 23:00

Хоть самому Гу Яню приходилось отдыхать ночью, он знал, сколько упорного труда его ученик вкладывал, ежедневно совершенствуясь... порой дело доходило до самоистязания. Гу Янь хотел, чтобы парень немного отдохнул.

Если Цзян Тань хотел разделить с юношей постель, оставаясь в его нынешнем виде, Гу Янь совсем не возражал. С этой мыслью он поднял большого кота с колен и отнёс его на кровать.

Лекарственный отвар, очередную чашу которого ему предстояло принять, обладал сильным снотворным эффектом. Большой кот, лежащий на кровати, был очень спокоен. После того, как Гу Янь лёг, сонливость, вызванная лекарством, заставила его смежить веки.

Одеяло не было натянуто как следует... осторожно обойдя юношу, серебристо-полосатый кот спрыгнул с кровати на землю и восстановил свою взрослую человеческую форму.

Он уже не был похож на ребёнка. Теперь рядом с кроватью стоял молодой мужчина, его красивое лицо приобрело более острые черты. Можно было сказать, что это лицо со слегка нахмуренными бровями захватывало дух.

Потянув одеяло, он аккуратно накрыл юношу. После этого Цзян Тань продолжил наблюдать за молодым человеком, который уже погрузился в сон. После уничтожения совершенствования у него больше не было никакой духовной энергии, и его бдительность также значительно уменьшилась, иначе эти осторожные движения уже потревожили бы его.

Даже во время сна, выражение лица юноши по-прежнему оставалось неизменными. Цзян Тань пристально смотрел на молодого человека, не сводя глаз, словно перед ним было его самое драгоценное сокровище.

Не в силах сдержать внезапный порыв, он протянул руку и коснулся лба юноши, зная, что это его всё равно не разбудит.

Его Шифу был необычайно красив. За последние годы эта мысль не раз возникала в его сердце.

Погружённый в себя, он вдруг ощутил под кончиками пальцев что-то мягкое и прохладное. Поняв, что это такое, он, словно обжёгшись, быстро отдёрнул руку.

В ночной темноте пара глаз продолжала пристально смотреть на ничего не подозревающего молодого человека. Чем дольше он наблюдал, тем чётче становилась некая скрытая и невыразимая мысль в его сердце, повторяемая раз за разом, словно заклинание.

- Шифу... - тихо прошептал красивый юноша. Зрачки, которые изначально были человеческими, сузились до тонких щёлочек. Он медленно прижался своими тонкими губами к губам Гу Яня.

***

Автору есть что сказать:

Это, наверное, одна из самых многословных авторских заметок.  Её цель - ответить на вопросы в комментариях _(:з"∠)_

Вопрос: Почему сюжет развивается именно так, если можно было просто всех избить?

Ответ: В настоящее время ранги заклинателей мира распределяются следующим образом: Возведение Основания → Слияние → Стабилизация Сердца → Духовное Безмолвие → Зарождение Души → Формирование Ядра → Полубог → Бессмертие → Вознесение

Прежде всего, уже упоминалось, что в течение многих лет никто не смог достичь этапа Вознесения. Заклинателей, достигших этапа Бессмертия, немного - только в крупных выдающихся сектах есть один или два таких старейшины. Те, кто находится на этапе Полубога, не настолько редки. И с точки зрения способностей, один человек на этапе Полубога не может в одиночку уничтожить целую секту.

Гу Янь очень талантлив. Он достиг этапа Полубога в очень молодом возрасте.

Секта Чжун Сюань обязана была возложить на кого-то вину – и так вышло, что выбор пал на Цзян Таня. Действия Гу Яня касались не только его самого, но и неизбежно повлияли бы на всю его секту. Он мог даже начать войну между двумя сектами. Гу Янь не из тех, кто просто проигнорировал бы невинных людей своей секты.

Если бы разразилась война и секта Гуань Лань пренебрегла бы доводами секты Чжун Сюань, то попросту лишилась бы своей репутации.

Короче говоря, основная идея этой новеллы - отнюдь не раздача люлей. То, что должно было случиться, случилось. Это, кстати, является поворотным моментом для последующей арки _(:з"∠)_

У всего есть причина и следствие. Например...не уверена, что у кого-то есть вопросы относительно того, как Цзян Тань в оригинальной истории выжил без помощи этого Шифу, который принял наказание вместо него, но всё же…

Ответ: Требования для входа в скрытую реальность были таковы «ученики, чей уровень культивации был выше такого-то», а поскольку в оригинальной истории не было Гу Яня, который пичкал детёныша этими духовными камнями, то, следовательно, это условие не было выполнено.

Это была длинная авторская заметка, Спасибо за чтение.

Глава 45 - То же самое

По достижении определённого возраста все ученики секты отсылались с пиков для выполнения возложенных на них задач. Наконец настал черёд Цзян Таня.

Поскольку его личный ученик отсутствовал, у Гу Яня, естественно, появилось больше времени, чтобы наставлять учеников секты. Его навыки мечника всё ещё были при нём, равно как и другие знания, такие как мастерство создания оружия, алхимия и наложение массивов заклинаний. Он без проблем мог взять под крыло несколько учеников.

- Оборонительная система придаёт большое значение равновесию. Если вы укрепите лишь один определённый узел, в итоге получите прорехи по всему массиву вместо увеличения его мощности. Важно избегать такого рода ошибок.

Ученик, чью оплошность он заметил с одного мимолётного взгляда, ответил: «Понял». После этого он начал снова накладывать массив в соответствии с тем, что сказал юноша.

Такого рода вещи были чрезвычайно сложны для понимания и освоения, тем более, что малейшая ошибка потенциально могла привести к фатальному исходу. Если бы существовал человек, который досконально изучил все типы массивов, то, даже если бы он не обладал способностью к совершенствованию, наверняка многие секты отчаянно боролись бы за него. Что уж говорить о том, что было бы, имей этот человек такой же уровень понимания в методах создания оружия и в алхимии.

Чем дольше эти ученики общались с юношей, тем больше возрастало их восхищение.

Проинструктировав последнего на сегодня ученика, Гу Янь вернулся на пик Тянь Сюань. Теперь, когда наступила ночь, можно было разглядеть тускло мерцающие звёзды. На иссиня-чёрном небе появились тёмно-красные всполохи, которые, казалось, становились ярче с течением времени.

Гу Янь не умел читать будущее, как те знаменитые предсказатели, просто глядя на созвездия, но он знал, что это означало. Проход из Бездны в человеческий мир вот-вот откроется.

По первоначальному сюжету, его ученик как раз в это время вошёл в Бездну. К тому времени, когда он наконец вернулся, он уже обладал достаточной мощью, чтобы возглавить всю расу демонов.

Эта часть была описана очень бегло, даже Гу Янь не знал конкретных деталей. Однако, в текущих обстоятельствах Цзян Таню было вовсе не обязательно вступать в контакт с демонами, ведь история уже во многом изменилась.

С одной стороны, он действительно не хотел, чтобы его ученик пересекался с расой демонов, как в оригинальной истории. С другой стороны, в бездне было духовное сокровище, способное восстановить душу. В изначальном сюжете этот предмет был получен главным героем и использован запечатанной душой, которая пребывала в его кольце.

Без тела, в которое можно было бы вернуться, осколки души быстро рассеивались и исчезали. После инцидента в Тибетском Море, Гу Янь дал Цзян Таню запечатывающий душу сосуд и попросил его снова призвать душу Е Юань, чтобы запечатать её там.

Это замедлило процесс распада осколка души. Если бы они смогли, используя духовный артефакт, восстановить душу Е Юань в будущем, появился бы шанс раскрыть истинного убийцу и доказать невиновность его ученика.

Хотя это было немного эгоистично, учитывая, что открытие прохода между человеческим миром и Бездной подземного мира будет иметь множество неприятных последствий, и в результате многие невинные люди могут умереть... но всё же Гу Янь предпочёл бы, чтобы проход открылся. В случае отсутствия доказательств единственным способом раскрыть правду было восстановление души Е Юань.

Пока Гу Янь наивно полагал, что его ученика можно уберечь от излишних контактов с демонической расой, реальные события приняли направление, совершенно противоположные его чаяниям—

Цзян Тань отделился от группы других учеников при первой же возможности. Сейчас он держал в руке чёрную массу, его зрачки сузились в вертикальные линии, когда он холодно взирал на этот грязный комок, постепенно сжимая его.

Не в силах вырваться из его хватки, чёрная масса взмолилась: «У… у меня есть способ восстановить совершенствование вашего Шифу!»

Хватка руки на мгновение ослабла, но пронзительный взгляд по-прежнему был прикован к тёмной субстанции. Два вертикальных зрачка были холодны, как лёд, мрак, наполняющий их, был похож на бездну, которая хотела поглотить несчастное создание целиком.

Способность зверя Тао Тэ распознавать запах была намного сильнее и эффективнее, чем любые заклинательские артефакты духовного исследования. Цзян Тань смог почувствовать на этой дряни запах человека, которого мечтал замучить до смерти.

Произнесённые слова звучали слишком уж заманчиво. Невозможно было исцелить человека, чьё совершенствование искалечено, потому что его духовный корень уже был уничтожен. В своё время Цзян Тань просмотрел все древние тексты, которые только смог найти в секте. Но конце концов, он так и не нашёл способ. Но теперь перед ним вновь появился проблеск надежды.

Смутно догадываясь о расе собеседника, Цзян Тань продолжал крепко сжимать его и холодно бросил: «Выкладывай, какова твоя цель и что тебя связывает с Ли Жуном».

- …Я могу рассказать вам, как помочь тому человеку восстановить его совершенствование. Взамен вы должны помочь мне кое-что заполучить. -  Пересмотрев свой первоначальный замысел, демон на секунду замолк, после чего слегка изменил свои слова и продолжил.

Как третий по силе демон Бездны подземного мира, Фу Си прежде жил очень высокомерной и беззаботной жизнью. Он потерпел поражение лишь раз - во время битвы между людьми и расой демонов сотни лет назад, тогда он чуть не умер от клинка заклинателя, достигшего этапа Бессмертия.

К счастью, его душа Юань сумела спастись, но вот в Бездну ему путь оказался заказан. Душа Юань также была серьезно повреждена. У Фу Си не оставалось иного выбора, кроме как сделать то, за что он всегда презирал других демонов…

Он стал питаться негативными эмоциями людей, чтобы выжить.

Ли Жун был одной из его целей. Он оставался с Ли Жуном в течение многих лет, поскольку у того было намного больше негативных эмоций, чем у тех, кого демон выбирал в прошлом. Фу Си, естественно, был рад возможности просто поглощать столь богатое угощение без необходимости постоянно искать очередную замену.

В скрытой реальности он подсказал Ли Жуну, как уничтожить душу и свалить вину на другого ученика. Подстрекая парня убить человека, которым тот всегда был недоволен, Фу Си, ожидаемо, получил много «еды» во время всего процесса.

Позже он узнал, что человек, которого они использовали в качестве козла отпущения, не был убит. За него заплатил кто-то другой. Фу Си сразу же начал действовать. В течение стольких лет этот демон уже очень неплохо разобрался в человеческой психологии. Он подумал, что в настоящее время тот ребёнок должен быть просто переполнен негативной энергией, которую Фу Си мог бы поглотить.

Вопреки ожиданиям... это был второй раз за столько лет, когда он оступился; его поймали ещё до того, как он смог приблизиться. Заклинатель перед ним явно не мог быть всего лишь на этапе Духовного Безмолвия, как ему изначально показалось.

Когда его заставили приблизиться, и Фу Си увидел пару вертикальных зрачков, он почувствовал подавляющую разрушительную силу. Демон наконец понял, что за существо он спровоцировал.

В одно мгновение у Фу Си родился новый план. Он осознал, что, сколько бы негативных эмоций он ни впитал, он не сможет обрести собственное тело. Тем не менее, этот человек мог бы помочь ему получить то... что, как он всегда думал, будет ему недоступно.

Его душа Юань снова была почти уничтожена. Теперь, когда он узнал истинную форму молодого человека перед ним, демон Фу Си, который в настоящее время был чрезвычайно слаб, быстро добавил: «Если вы сейчас убьете меня, вы никогда не сможете изменить то, что произошло. В этом не будет никакой пользы».

Цзян Тань прищурил глаза, затем разжал ладонь и спокойно сказал: «Я не убью тебя».

Пока что.

У обеих сторон было то, что они хотели получить друг от друга, соглашение было достигнуто, и сотрудничество стало возможным. Цзян Тань достал кусок нефритового кулона из своей пространственной сумки и приказал: «Войди в этот нефрит».

Он не собирался позволять этой твари завладеть своим телом, и кроме того, он не хотел, чтобы за ним следили, так что Цзян Тань наложил массив вокруг этого нефритового кулона. Согласно установленным ограничениям, когда демон находился внутри, он не мог шпионить за внешним миром.

После того, как он завершил свои задания и взял рога убитых животных в качестве доказательства, Цзян Тань вернулся в гостиницу, где встретился с несколькими учениками из той же секты.

С человеческой точки зрения он уже был взрослым. Однако он ещё не преодолел тот порог, за которым мог бы обрести истинную силу зверя Тао Тэ. Он уже был на самой границе, и недавно Цзян Тань ясно и чётко ощутил, что он собирается пересечь эту линию.

Его голод по отношению к определённому человеку также становился все более неконтролируемым. Он действительно хотел заполучить…

Согласно договорённости, все ученики этой ночью отдыхали в гостинице после завершения своих задач, а на следующий день должны были вернуться в секту.

- Шифу... - целуя юношу в шею, Цзян Тань упрямо оставлял на коже один след за другим. Светло-красные отметины выглядели особенно великолепно на бледной шее молодого человека.

Обычно у этого юноши было бесстрастное лицо. Однако теперь оно было запятнано похотью. Эти бледные губы были слегка приоткрыты и не могли сдержать вырывающиеся время от времени из-за его движений ласкающие слух звуки.

Верхние одежды молодого человека, лежавшего под ним, были распахнуты, верхнюю часть тела прикрывал лишь тонкий слой ткани. Что же касается нижней части…

- Аахх...

Продолжая ритмично двигать талией, Цзян Тань лизал и покусывал адамово яблоко юноши. Услышав сдавленный возглас, он поцеловал его в губы. Однако нижняя часть его талии стала двигаться ещё быстрее и сильнее, каждый раз достигая самого глубокого места.

Убрав руку, которой тот хотел прикрыть лицо, Цзян Тань увидел слегка покрасневшие глаза юноши. Он нежно поцеловал его веки, но движения не замедлились ни на каплю.

Он был жадным и хотел даже большего, это был врождённый инстинкт Тао Тэ.

- ...Цюцю, будь умницей… - Вероятно, юноша больше не мог этого выносить, его голос звучал сдавленно.

Эта фраза заставила Цзян Тана, придавившего его своим телом, внезапно возбудиться, он глубоко и интенсивно вошёл ещё несколько раз, прежде чем излиться внутрь тела юноши.

- Шифу...  – проснувшись сразу же после разрядки, Цзян Тань ощутил, как всё его тело напряглось [1].

[1] Ахаха, а вы-то думали, всё взаправду?

Впрочем, он уже всё понял - ещё с той ночи, когда воспользовался беззащитным сном юноши, чтобы коснуться его губ.

Он жаждал этого человека, и чем ближе он подходил к взрослой жизни, тем сильнее становилось его желание обладать.

Теперь, после пробуждения, Цзян Тань не мог забыть о своём сне и думал о нём вновь и вновь. Юноша был прижат к его телу, на холодном и красивом лице были следы похоти, из-за постоянных толчков уголки его глаз были слегка красными от слёз…

- Шифу... - тихо прошептав это слово, Цзян Тань перевёл взгляд на нижнюю часть своего тела и тяжело вздохнул.

Отосланные с поручениями ученики наконец вернулись в секту. К тому времени, когда Цзян Тань поднялся на пик Тянь Сюань, его сердце так и не смогло успокоиться. Неистовая жажда, которую он прежде сдерживал, теперь, казалось, бушевала внутри.

- Что ты там стоишь?  - Не понимая, почему его ученик застыл возле двери и не двигается с места, Гу Янь махнул рукой и подозвал его.

Молодой человек быстро преодолел разделявшее их расстояние. Гу Янь только было хотел проверить, не пострадал ли парень во время этой миссии, как внезапно увидел перед собой пару сужающихся вертикальных зрачков.

Что за странная атмосфера?..

Через мгновение его мир внезапно перевернулся с ног на голову, у Гу Яня больше не было возможности думать об этом вопросе, когда мягкое прикосновение к его шее заставило его ошеломлённо замереть.

Половина его существа была в сознании, в то время как другая половина была полностью захвачена инстинктами. Даже сам Цзян Тань не мог понять своего нынешнего состояния. С одной стороны, он вроде бы осознавал, что делает, но, несмотря на то, что он понимал, насколько это неправильно, он не мог себя контролировать.

Он жаждал этого человека, он действительно хотел полностью обладать им.

Бессознательно он уже вступил в фазу взросления. Сейчас Цзян Тань был в процессе прорыва. Эта фаза была самой неконтролируемой, и его врожденная жадность стала ещё сильнее, чем раньше.

Зрачки быстро превратились в две тонкие чёрточки. Юноша перед ним уж точно не спал беззащитным сном. Однако, даже осознавая это, Цзян Тань продолжал лизать и посасывать шею молодого человека.

Он хочет сделать это... он хочет сделать с этим человеком то же самое, что и в своём сне.

Глава 46 - Взрослый

Внезапно его собственный ученик прижал его к кровати и поцеловал в шею. Гу Янь был совершенно ошеломлён.

Тёплые и мягкие прикосновения невозможно было проигнорировать. Когда Гу Янь, наконец, пришёл в себя, он рефлекторно начал сопротивлялся, но все попытки борьбы были решительно подавлены человеком, навалившимся на него сверху.

Молодой мужчина, который целовал его и даже иногда использовал немного больше силы, чтобы оставить след на его шее, поднял голову, пара суженных зрачков смотрела в лицо Гу Яню.

- Этот ученик хочет Шифу. - Повинуясь инстинкту, он честно и прямо признался в своем желании.

Если бы Цзян Тань был в сознании, он никогда бы не сказал таких слов. Тем не менее, все его внутренние желания были многократно усилены во время его прорыва…

Он сказал, что «хочет» своего Шифу, это было самое глубокое и самое сильное желание, которое он хранил в своём сердце.

Если бы только этот человек целиком принадлежал ему…

Необычный вид голода поглотил его, и глаза Цзян Таня, смотрящего на юношу под своим телом, постепенно потемнели. Он инстинктивно подчинился этому желанию. Накрыв губы юноши своими, он несколько раз поцеловал и укусил его... он посасывал губы, пока их бледный цвет не превратился в ярко-красный.

Жажда. Увернувшись от человека, который целовал его, Гу Янь взглянул на красивое лицо, повзрослевшее за эти годы, и увидел, что пара вертикальных зрачков была наполнена всепоглощающим желанием. В этот момент Гу Янь, наконец, осознал, что... мальчик-то уже вырос.

В то же время он понимал, что с Цзян Танем было что-то не так. Тот вроде бы был в сознании, но вот тело, казалось, было захвачено инстинктами.

- Этот ученик хочет Шифу. - Он уже повалил его на кровать и поцеловал. Цзян Тань наклонил голову ближе к уху юноши и покусывал мочку, повторив это предложение низким голосом. Однако это больше походило на мольбу.

Всё уже было практически сделано, прежде чем ты удосужился спросить разрешения; Гу Янь промолчал.

В прошлом мире они уже были в самых интимных отношениях. Однако в нынешнем мире этот человек был ребёнком, так что у Гу Яня, естественно, не было подобных мыслей на его счёт.

Сначала он думал, что, когда Цюцю этого мира вырастет, то не обязательно будет любить его, как в прошлом мире.

- Цюцю, будь умницей. - Глядя в вертикальные зрачки, которые были зафиксированы на нём, юноша мог ясно различить в них яростные эмоции и похоть. Расслабив тело, Гу Янь сам приблизился к обладателю этой пары глаз, нежно поцеловав его.

Не было никаких причин для отказа.

Это обескуражило Цзян Таня, словно он не ожидал получить такой ответ. Подавив большую часть своих животных инстинктов, Цзян Тань снова поцеловал юношу в губы, внимательно наблюдая за его реакцией.

Его не отвергли, и точно так же, как и в его сне, юноша позволил ему делать такие опрометчивые вещи и даже дал ему своё одобрение…

Не в состоянии больше контролировать себя и жадно желая большего, Цзян Тань полностью подчинился своему внутреннему инстинкту.

…

Когда Гу Янь проснулся на следующий день и попытался пошевелиться, определённая чувствительная часть его тела, натёртая до онемения, заставила его замереть.

Гу Янь: «…»

В этот момент его талия всё ещё была напряжена и болела. Человек, лежащий рядом с ним, открыл глаза. Зрачки больше не были узкими щелями, вновь став похожими на человеческие.

Жадное желание было полностью удовлетворено, и юноша, лежавший рядом с Цзян Танем, заставил его полностью ослабить свою защиту, поэтому он не заметил, что Гу Янь проснулся, пока тот не двинулся.

- …Шифу. - Его ** всё ещё находился внутри юноши и был крепко зажат. В этот момент Цзян Тань полностью очнулся, и нижняя часть его тела застыла без движения. Опустив глаза, Цзян Тань немного боялся увидеть выражение лица юноши.

Вчера... после того, как он овладел своим учителем, в пылу момента он много чего наговорил.

Живо вспомнив вчерашние события, он также почувствовал, что его необычайная сила уже вышла за пределы человеческих возможностей. Цзян Тань быстро понял, что это и было причиной, почему он не смог вчера подавить свое желание.

Однако это не могло считаться оправданием. Он поступил так просто потому, что часть него всегда этого желала.

В настоящее время он стоял перед дилеммой, стоит ли ему двигаться или же нет. Гу Янь наблюдал, как молодой человек, обнимавший его за талию, осторожно убрал руку и слегка опустил голову. У него был хмурый вид, как у ребенка, которого поймали на чём-то плохом и который смотрит на взрослых в ожидании выговора…

Прошлой ночью этот паршивец вколачивал его в кровать и даже говорил ему такие непристойности. А теперь он вдруг стал смирным и послушным. Хотя Гу Янь и понял, что с его учеником вчера было что-то не так, и мог также догадаться, что дело было в прорыве, юноша всё ещё не мог решить, смеяться ему или же сердиться.

Однако он не мог по-настоящему разозлиться, ведь вчера он сам на это подписался. Просто из него чуть было не вытрясли душу и замучили до полного изнеможения.

- Да.

Услышав это, Цзян Тань вспомнил, что вчера, когда его учитель давал ему свое согласие, то произнёс то же самое.

Вчера, когда он сказал, что «хочет» своего Шифу, тот не отказался. И сейчас вовсе не упрекал его…

До сих пор его ** оставался внутри юноши, и он не знал, что делать. Теперь же он осторожно обнял Гу Яня за талию. Видя, что тот не сопротивляется, глаза Цзян Тана загорелись, он прижался ближе и осторожно поцеловал уголок губ юноши.

По достижении зрелости природная жадность его расы стала более заметной, это касалось и его собственнического отношения к юноше перед ним.

Его нижняя часть тела постепенно проявляла признаки активности, но, если бы он решил повторить вчерашний подвиг, это бы выглядело так, словно он чрезмерно испытывал свою удачу. В итоге разум возобладал над желаниями, и Цзян Тань медленно вытащил свой ** из тела юноши.

- Ах... - когда его чувствительного места коснулись, сладкое удовольствие пробежало по позвоночнику Гу Яня. Не в силах сдержать голос, он издал хриплый стон.

Этот звук заставил зрачки Цзян Таня опасно сузиться. Крепче обхватив юношу за талию, он постепенно пришёл в себя.

Цзян Тань вспомнил, как помогал юноше вымыть его тело после полного удовлетворения своей похоти, но не смог воспротивиться желанию вновь ощутить то чувство тепла и тесноты. В результате, после очистки он засунул «меч» обратно в «ножны», и, наконец, проснулся сегодня.

Подчинившись своим инстинктам в процессе прорыва, он сделал то, на что никогда не осмелился бы, пребывая в трезвом уме.

Когда они наконец оделись, Гу Янь беспомощно коснулся рукой своей шеи. Ему не нужно было смотреть в бронзовое зеркало, чтобы понять, что на ней, вероятно, остались всевозможные отметины. К счастью, их было не так уж трудно прикрыть.

- Мяу. - Нашкодив, теперь уже взрослый Тао Тэ превратился в большого кота, как делал в прошлом мире. Приблизившись к юноше, он улёгся на колени Гу Яня.

Вчера он упорно оставлял различные следы на шее юноши, потому что чувствовал, что ярко-красные следы на бледной шее казались необыкновенно красивыми.

Гу Янь обнаружил ещё одно сходство с прошлым миром. Каждый раз, когда Хайдису удавалось повалить его в постель, на следующий день он превращался в кошку и пытался лизнуть его.

Кончики его пальцев внезапно стали влажными, и большой кот растянулся на его коленях. Выгнувшись в объятиях юноши, он посмотрел вверх и продолжил лизать его пальцы.

Совершив успешный прорыв, этот зверь Тао Тэ, можно сказать, уже достиг зрелости с точки зрения силы. Гу Янь погладил нежно мурлыкающего кота по спине и быстро произнес заклинание, чтобы извлечь какой-то предмет из пространственной сумки, которая была у него в руках, и протянул его зверю.

Если знать правильное заклинание, даже обычные люди могли пользоваться этой пространственной сумкой. Предмет, который Гу Янь достал из неё, был приготовлен ещё год назад. Это был Ватиканский Лотос, который он получил от Шэнь Яна.

- Эта вещь поможет тебе очистить твою родословную, но она могла оказать эффект только после того, как ты достиг бы зрелости, поэтому твой Шифу... - Гу Янь не закончил говорить, когда его руки уже опустели. Большой кот, который до этого спокойно лежал у него на коленях, вдруг отбросил цветок обратно в ещё не закрытую сумку.

Подняв передние лапы, чтобы схватить руку, только что коснувшуюся угольно-чёрного лотоса, большой кот, прищурившись, уставился на ладонь юноши и тщательно осмотрел её на предмет повреждений.

Эта штука обладала такой же разрушительной силой, как и он. Воздействие такого рода силы будет иметь негативные последствия.

Его ладонь нежно вылизали. Весь процесс произошёл очень быстро, Гу Янь был немного растерян, но быстро оправился.

- Это было бы опасно только в том случае, если бы я держал его долго. – Похоже, большой кот на его коленях больше беспокоился о нём, чем о чистоте родословной. Нельзя было сказать, что он не был тронут. Гу Янь смягчил свой голос и протянул руку, чтобы почесать подбородок кота.

Несмотря на то, что в его словах был смысл, Гу Янь всё равно услышал, как его ученик тихо заворчал, явно не соглашаясь с тем, что он сказал.

Подумав об этом, Гу Янь протянул ему пространственную сумку: «Как насчёт того, чтобы ты вытащил его сам?»

Большой кот, которого гладил юноша, тихо мяукнул в ответ.

Гу Янь прекрасно знал, что из себя представлял чистокровный взрослый зверь Тао Тэ. Достаточно было сказать, что это чрезвычайно страшное существо с точки зрения каждого создания в мире.

Проход между царством заклинателей и Бездной подземного мира будет открыт совсем скоро, и они смогут отправиться на поиски духовного артефакта, способного восстановить душу. К тому времени, даже если его ученику придётся вступить в контакт с расой демонов, Гу Яню не придётся беспокоиться о его безопасности.

От нежного прикосновения юноши зрачки большого кота сузились, и он вновь спокойно растянулся на его коленях. Он помнил, что по словам того демона, чтобы восстановить совершенствование своего Шифу, он должен был помочь ему получить что-то из Бездны подземного мира.

Проход между миром людей и Бездной подземного мира был запечатан на протяжении многих лет. Для человеческого мира это было просто благословением, но теперь выяснилось, что в Бездне было что-то, что могло восстановить совершенствование его Шифу... если через полмесяца этот проход не откроется, как было обещано, тогда он самолично уничтожит эти печати.

О, и что касается тех людей, которых он запомнил, – ни один из них не сможет спастись.

Глава 47 - Ты хочешь, чтобы я пошёл с тобой

Не желая, чтобы его учитель пострадал от разрушительной силы, испускаемой чёрным Ватиканским лотосом, Цзян Тань спустился в подземную камеру, вход в которую располагался в доме, прежде чем вытащил цветок из своего пространственного мешка.

Его Шифу сказал, что эта вещь может дополнить его родословную, а Цзян Тань никогда не сомневался в словах своего учителя.

Силу той же природы было не так-то легко поглотить. Если бы ему пришлось иметь с этим дело до своего прорыва, он, вероятно, не смог бы поглотить силу этого Ватиканского Лотоса и использовать её как свою собственную.

Процесс завершения его родословной не был мгновенным. После того, как Цзян Тань проглотил чёрный Ватиканский Лотос, его зрачки неудержимо сжались в вертикальные щели.

Он мог чувствовать изменения, происходящие в его теле, но гораздо отчётливей ощущалась боль. Кровь, текущая по его венам, казалась чрезвычайно обжигающей и непрерывно плавила его тело.

Боль была настолько сильной, что Цзян Тань нахмурил брови. Когда он снова открыл глаза, они уже вновь стали человеческими.

Боль продлилась всего секунду. Ощущения, возникшие после завершения его родословной, были похожи на те, что он испытал во время прорыва к взрослой жизни, его собственническое отношение к определённому человеку стало ещё более заметным.

Когда будет затронута ненасытная жадность зверя Тао Тэ, он захочет сделать с юношей что-то ещё более экстремальное.

Он должен держать себя в руках. Перенося боль, Цзян Тань оставался в этой секретной комнате в течение дня, чтобы прийти в себя, прежде чем выйти наружу.

- Почему ты такой горячий?.. - Обнимая большого кота, который хотел забраться к нему на колени, Гу Янь чувствовал себя так, словно держал в руках маленький обогреватель.

Хорошенько поразмыслив, он пришёл к заключению, что виной тому, вероятно, был Ватиканский Лотос, который его ученик проглотил. Гу Янь наблюдал за большим котом в своих руках, и когда тот издал низкое мяуканье, юноша протянул руку, чтобы погладить шерсть на его спине.

- Мяу. - Дождавшись, когда Гу Янь сядет, большой кот лёг животом на его руки.

Воздух на вершине Тянь Сюань по вечерам может становиться очень холодным, и его текущее состояние было очень подходящим, чтобы держать юношу в тепле.

Тело человека, который совершенствовался раньше, было бы закалено духовной силой, так что даже если его совершенствование будет уничтожено, тело, которое прошло через подобную закалку, всё равно будет не в пример сильнее, чем у обычного человека.

Например, внешний вид заклинателей останется неизменно молодым, и тело, которое уже совершенствовалось раньше, не потеряет эту способность только потому, что его ядро было разрушено. Однако, если говорить о способности переносить холод, то она была гораздо хуже, чем раньше. Зверь Тао Тэ мог почувствовать, что руки, придавленные его животом, были довольно холодными.

Большой кот, сидевший на коленях юноши, непрерывно тёрся головой о его тело, время от времени издавая низкое мяуканье. Гу Янь вытащил руки и, после некоторого раздумья, взял маленький обогреватель и наклонил голову, чтобы поцеловать его в лоб.

Судя по такому избалованному поведению, он плохо себя чувствует.

Но в этот момент Гу Янь увидел, как большая кошка, которую он обнимал, сузила свои вертикальные зрачки, и спустя момент зверь в его руках исчез. Внезапно его обнял ученик, вернувшийся в человеческий облик; сильные руки обвились вокруг его талии.

Это был уже не маленький обогреватель, теперь это был большой обогреватель.

Он не сопротивлялся поцелуям, и даже когда его опрокинули на кровать, зная, что молодой человек чувствует себя неловко, Гу Янь был несколько снисходителен к просьбе ученика.

Целуя шею своего учителя, Цзян Тань считал, что это, с одной стороны, согреет юношу, а с другой - поможет облегчить собственническое желание, проявившееся в его нижней части. Таким образом... ему не придется делать ничего слишком  уж экстремального.

Полмесяца пролетели незаметно. Гу Янь подметил, что тёмно-красное свечение, висящее в небе, уже было видно днём. В скором времени печать на входе в Бездну неожиданно ослабла. Эта новость очень быстро распространилась по всему царству заклинателей.

Хоть время от времени и случались битвы, всё же можно было сказать, что с тех пор, как сто лет назад различные секты царства заклинателей совместно сразились против расы демонов, чтобы заточить тех в Бездне подземного мира и запечатать проход, царство заклинателей всегда было относительно мирным.

Что касается дьявольских племён, то после того, как они остались разобщёнными и разрозненными без лидера, они стали представлять собой гораздо меньшую угрозу, чем раса демонов. Более того, те, кто поднялись до высокого уровня совершенствования и обладали определенным уровнем интеллекта, хитро прятались. Остальные, вовлеченные в хаос, были относительно слабы, так что не представляли проблем для заклинателей.

Но теперь печати, которые усердно укреплялись в течение стольких лет, внезапно были разрушены, и невозможно было не удивиться этому явлению. Как только этот проход был открыт, все очень хорошо знали, что должно было произойти дальше, и каждая секта теперь вступила в состояние подготовки.

Гу Янь только что прибыл в главный зал, чтобы обсудить вопросы, связанные с этими событиями.

- Шифу. - Пара рук обхватила юношу за талию. За эти полмесяца этот взрослый зверь Тао Тэ всё больше и больше переходил границы, желая получить милю, когда ему дали дюйм [1]. Например, сейчас он не только положил руку на талию юноши, но и уперся подбородком в плечо, когда звал своего учителя.

Это была откровенно интимная поза.

[1] Получив дюйм, желать милю – испытывать свою удачу

Гу Янь совершенно не опасался человека, обнявшего его сзади. Юноша был погружен в свои мысли и не знал, когда Цзян Тань подошёл к нему.

Температура тела его ученика нормализовалась в течение нескольких дней, и теперь, когда его обнимали, у Гу Яня больше не было ощущения, что он привязан к печке.

Пробормотав что-то в ответ, Гу Янь не двигался и позволил молодому человеку обнимать его.

Как раз в тот момент, когда он хотел поднять тему Бездны, всё ещё размышляя над тем, как сформулировать свои слова, юноша почувствовал мягкое и прохладное прикосновение к мочке уха.

Чувствительная кожа покраснела, и затем Гу Янь услышал приглушенный голос молодого человека, стоявшего позади: «Если ученик заключил сделку с кланом демонов, будет ли Шифу сердиться?»

Он заключил сделку с демоном. В глазах Цзян Таня, до тех пор, пока он может восстановить совершенствование своего Шифу, он будет делать все, независимо от того, было ли это правильно или нет. Он не чувствовал, что в его поведении было что-то плохое, он просто не хотел, чтобы человек, которого он любил, сердился.

Услышав этот вопрос, Гу Янь был застигнут врасплох. В то же время он заметил, что руки вокруг его талии напряжены. Человек, стоявший позади него, очевидно, был очень обеспокоен его ответом. Гу Янь спокойно сказал: «...Нет».

Слегка изменив слова, которые он уже прежде говорил своему ученику, Гу Янь добавил еще одно предложение: «До тех пор, пока ты не совершишь никаких злых дел и не причинишь большого вреда, твой Шифу не будет сердиться».

Например, натравить расу демонов и дьявольские племена на все секты в царстве заклинателей. В конце концов, этот жуткий конец был написан им самим, и ему оставалось злиться только на себя.

- Ученик случайно встретил тяжело раненного демона, который уже потерял свое физическое тело и серьезно повредил свою душу Юань, месяц назад во время миссии. - Вместо того, чтобы выложить всё как есть, лучше было сказать, что демон сам подошёл к нему, но не вдаваться в подробности. Цзян Тань только сообщил юноше об окончательном результате. – И вот так, ученик заключил с ним сделку…

- После этого совершенствование Шифу может быть восстановлено. - Когда Цзян Тань произнёс эту фразу, он наклонился и прижал свои тонкие губы к мочке уха юноши.

Однако у него не было намерения выполнять свою часть сделки с демоном. Нужно лишь подождать, пока он не войдет в Бездну подземного мира. Насколько трудно может быть найти демона, которому тоже известно, как восстановить совершенствование его мастера?

Например, те три демона, о которых демон упоминал ранее, три лидера, занимающие высшие посты в мире демонов – они-то уж наверняка должны знать. К счастью, Бездна подземного мира была местом, где сильные пожирали слабых, она была для чрезвычайно подходящим местом для зверя Тао Тэ. Когда он найдёт другого демона, который также знает метод восстановления, он наконец может убить ту мразь…

С самого начала Цзян Тань не собирался отпускать Фу Си.

Когда Гу Яня услышал это, его мысли были неоднозначными. После стольких отклонений от первоначального сюжета, он всё ещё был основной причиной, по которой его ученик вступил в контакт с расой демонов.

- Этот ученик должен пойти туда, но ученик... будет беспокоиться, если оставит Шифу здесь. - Тихо сказал Цзян Тань, с выражением крайней серьёзности.

Эти слова могли бы прозвучать нелепо в ушах других людей. Место, куда они направлялись, было миром Бездны, логовом демонической расы. Но он сказал, что беспокоится, оставляя своего учителя в человеческом мире, тогда как первый более чем во сто раз опаснее второго.

Но теперь Цзян Тань - древний мифологический зверь, который уже достиг зрелости и завершил свою родословную, он обладал едва ли не безграничными способностями. В каком бы царстве он ни находился, он будет на вершине пищевой цепи.

Мужчина, которым он хотел обладать, был сейчас слишком хрупок. Если бы он не был в пределах видимости Цзян Таня и пострадал от какой-либо травмы, молодой человек чувствовал, что мог бы просто сойти с ума от гнева и уничтожить всё.

Зверь Тао Тэ, достигший зрелости и завершивший свою родословную, не просто олицетворял собой мощь, немаловажным моментом была... его врожденная звериная природа; жадное и жестокое желание поглотить поднялось в нём до экстремальных высот.

Только глядя на этого юношу, он мог чувствовать небольшое удовлетворение. Если бы он единственный во всём мире мог обладать им, он был бы по-настоящему доволен. Нужно было тщательно оберегать этого человека, которого он нежно любил - это были его истинные мысли, которые никогда не менялись.

Произнеся те слова, Цзян Тань немного ослабил руки, которые обнимали юношу за талию, и встал к нему лицом.

Пара глаз, устремленных на Гу Яня, была очень тёмной и глубокой, это была густая тьма, похожая на глубокую пропасть, куда не мог проникнуть свет. В этих глазах можно было разглядеть след крайней одержимости, и её объектом был сам Гу Янь.

- Ты хочешь, чтобы я пошел с тобой. – Спокойно заявил юноша, идя навстречу своему ученику, столкнувшись с таким взглядом.

Ребёнок, которого он вырастил, был уже выше него ростом, черты его лица стали резче. Его чрезвычайно миловидное детское лицо, теперь, когда он повзрослел, нельзя было назвать иначе как красивым.

- Да. - Цзян Тань уставился на юношу перед собой, слегка прикрыв веки. Он хотел, чтобы юноша навсегда остался в поле его зрения.

- В подземном мире этот ученик будет должным образом защищать Шифу. - Обхватив руками талию юноши, Цзян Тань внимательно наблюдал за его лицом. Теперь у него было достаточно сил, и он больше не позволит ничему причинить боль этому человеку. Он определенно не простит даже себе, если из-за своей врожденной жадности сделает с юношей что-то чрезмерное, чего не должен был делать.

- Дай мне знать, когда будешь готов выдвигаться. - Видя, что тёмные глаза загорелись в тот момент, когда он это сказал, Гу Янь потянулся, чтобы погладить его шелковистые чёрные волосы.

В конце концов, именно он был тем, кто спровоцировал эту одержимость… и поскольку он любит этого человека, он будет относиться к этому с пониманием.

Глава 48 - Захват власти

Так как он собирался покинуть секту в столь опасный период, Гу Янь был обязан предоставить секте хорошее объяснение. Естественно, сказать правду было невозможно.

В этот раз, чтобы Цзян Тань успокоился, юноша не сопротивлялся и согласился отправиться с ним.

У входа в Бездну подземного мира не было недостатка в культиваторах, охраняющих проход с помощью духовной силы. Однако этот уровень духовной силы был легко заблокирован Цзян Танем, который не позволял ей коснуться себя или юноши рядом с ним.

- Да, вот оно!

Сгусток чёрной материи, плавающий рядом с ними, казался очень взволнованным. Сотни лет Фу Си ждал того дня, когда проход снова откроется.

Из прохода извергалась слабая демоническая аура. Бездна подземного мира была местом, где заклинатели демонической расы обретали большие преимущества. Первоначально Фу Си думал о возвращении на территорию демонической расы. Даже если он не мог восстановить свое тело, по крайней мере, не было бы необходимости беспокоиться о постоянном ослаблении его души Юань.

Однако Фу Си не мог долго пребывать в восторженном состоянии. Пара тёмных зрачков, устремленных на него, заставила его замереть. Эта тьма заставляла вспомнить о бездонной пропасти, которая, казалось, поглощала всё, и никто не осмеливался взглянуть на нее.

- Возвращайся в нефрит и оставайся там. - Голос человека, произнёсшего эти слова, был безэмоционален и из-за этого звучал особенно холодно.

Даже если осталась только его душа Юань, демон всё равно вздрогнул и немедленно подчинился его приказу.

Не было места даже для размышлений. Обладатель этих тёмных глаз был уже не на том уровне, что в прошлый раз. Теперь он мог вселить страх в самое сердце демона.

Такого чувства он никогда не испытывал в Бездне подземного мира, даже перед лицом тех старейшин, которые считались бессмертными.

Тело Гу Яня было покрыто слоем заклинаний невероятно высокого уровня. Хоть юноша не знал подробностей, он считал, что его ученик не причинил бы ему никакого вреда и, таким образом, позволил ему установить этот защитный массив.

Дождавшись, когда чёрная материя вернется в нефритовый кулон, Цзян Тань снова взглянул на своего учителя и нахмурил брови. Взяв левую руку юноши в свою, он не был отвергнут, что подстегнуло его жадность. Он сцепил и переплёл их пальцы.

- Это высокоуровневый запрет, благодаря ему демоническая энергия не сможет повлиять на Шифу.

- Угу. - Гу Янь кивнул. Пальцы его левой руки были крепко сжаты, но он вовсе не собирался вырываться.

То, что произошло в следующую секунду, слегка ошеломило Гу Яня. Человек, державший его за руку, сначала нахмурился, а потом поднёс руку к губам и легонько коснулся ее. После этого он поднял глаза, чтобы оценить реакцию Шифу.

Этот ребенок…

- В следующий раз ты можешь сделать это более открыто. – Неторопливо сказал Гу Янь, но он совершенно не ожидал испытать «следующий раз» так быстро.

Его рука была притянута ближе, а кончики пальцев поцелованы. Затем он почувствовал, как мягкий и влажный язык нежно пробежался по его пальцам.

Гу Янь: «…»

Он сам это сказал. Хотя результат был несколько неожиданным, он не мог ничего возразить и только слегка кашлянул.

Услышав тихий кашель, Цзян Тань слегка прищурился и поцеловал его ладонь, прежде чем перехватить её так, чтобы они держались за руки.

Если этот человек будет постоянно потакать ему подобным образом, то он будет становиться всё более и более жадным, желая с каждым разом ещё больше.

Собственническое желание было слишком сильным, но такова была врожденная природа зверя Тао Тэ. Цзян Тань не мог измениться, да и не собирался этого делать.

У входа в проход не было ни одного человека. Заклинатели только проецировали духовную иллюзию своих тел, но не присутствовали лично. В данный момент также не было никого из демонической расы.

Проход между человеческим миром и Бездной подземного мира - это искажённое пространство, и, если обычные люди попадут сюда, их тела будут раздавлены в пыль.

Гу Янь же до сих пор был в порядке, заклинание на его теле играючи смягчал любое давление, позволяя ему чувствовать себя свободно.

От входа в проход и до самого конца виднелась только тёмная пропасть. Эта земля могла быть описана только как место, где даже сорняк не мог прорасти, а окружающая среда была чрезвычайно бесплодной до такой степени, что, покуда мог видеть глаз, простирался только тёмно-красный песчаник. Это были дальние окраины Бездны подземного мира.

Они были окружены чрезвычайно уродливыми демонами низкого уровня с низким интеллектом, которые ещё не обладали человеческой формой. Перед лицом их прибытия эти демоны низкого уровня прекратили убивать друг друга, их глаза переместились на двух внезапно появившихся людей.

Демоны более низкого уровня увеличивали свои силы через борьбу с другими демонами, чтобы развить свои способности и достигнуть стадии, где они были в состоянии обладать интеллектом.

Давление, исходящее от молодого человека, было слишком ужасным. Даже если у них не было ни капли разума, не было демонов низкого уровня, которые жаждали бы смерти.

Но юноша рядом с молодым человеком, казалось, не представлял никакой угрозы, и тело, которое было закалено духовной силой, представляло собой лакомый кусочек для этих демонов.

Этот юноша держался близко к молодому человеку, поэтому они не осмеливались приблизиться и могли только бросать на него жадные взгляды.

Гу Янь не слишком заботился об этих голодных взглядах, направленных в его сторону. В любом случае, пока его ученик был здесь, эти демоны не могли прикоснуться к нему.

Однако, несмотря на то, что Гу Яню было всё равно, человек рядом с ним явно имел другое мнение. Поэтому, всего через мгновение, юноша перестал ощущать на себе эти взгляды и был порядком ошеломлён.

Демоны в поле его зрения канули в небытие, без единого следа... они были полностью уничтожены.

- Этот ученик не любит, когда кто-то смотрит на Шифу таким образом. - Это очень его разозлило. После сокрушения душ Юань демонов нижнего уровня, Цзян Тань мягко объяснил свой поступок юноше рядом с ним.

Обычно такая степень собственничества была неприемлема для большинства людей и могла бы даже вызвать у некоторых желание сбежать подальше. Тем не менее, Гу Янь отвечал признательностью, поднимая руку к голове молодого человека и поглаживая мягкие чёрные волосы.

Прикосновение к его голове было очень нежным, заставляя Цзян Тань расслабить нахмуренные брови. Подобное потакание его капризам только ослабляло его самоконтроль и затрудняло попытки удержать себя от чего-либо более чрезмерного.

- Дворец демонов находится в Центральном регионе, разве мы не идём?

Поглаживая его волосы и уговаривая, Гу Янь сменил тему, чтобы молодой человек не продолжал погружаться в свои эмоции. Он уже смирился с паранойей другого человека, конечно, он мог бы также принять и это собственничество.

Хотя эта степень собственничества, кажется, немного переходит границы…

Гу Янь также спросил свою собственную систему: «00, я ведь прав?» -  и получил в ответ только молчание.

Эмоциональный интеллект её хозяина имел тенденцию к колебаниям. Часто перед лицом своего возлюбленного он лично выкапывал себе яму. 037 не могла решить, ответить ему «да» или «нет», поэтому предпочла промолчать.

- Да. - В то же время Цзян Тань обнял юношу за талию и использовал заклинание телепортации. Эту способность он обрёл после своего прорыва. К её недостаткам относилось то, что он не мог совершить переход между двумя различными измерениями и, таким образом, они должны сначала пройти через проход к Бездне подземного мира.

Телепортироваться в Центральный район не составило труда. Добравшись до самого большого здания в центре, Цзян Тань извлек демона из кусочка нефрита и позволил ему вести себя.

Вероятно, это была последняя роль, которую демон мог сыграть для него.

Итак, сегодня Дворец демонов принял гостя или, скорее, нового владельца.

Когда чёрный сгусток привёл их к цели, и они предстали перед группой из трёх демонов высокого уровня, Цзян Тань ничего не сказал. Он просто сжал их души Юань в своих руках и дал им выбор: сдаться или позволить их душам Юань быть уничтоженными.

Сила - это действительно здорово. Цзян Тань сузил глаза и уставился на три души в своей руке.

На самом деле, он не хотел, чтобы его Шифу видел эту его свирепую и жестокую сторону. Когда Цзян Тань делал это раньше, он внимательно наблюдал за выражением лица человека, стоявшего рядом с ним.

Но на этот раз у него не было выбора. В будущем он позаботится о том, чтобы проворачивать подобные дела незаметно в тех местах, где его Шифу не сможет этого увидеть.

Гу Янь был очень спокоен и только посмеялся немного, когда обнаружил, что его ученик исподтишка следит за выражением его лица.

Его ученик беспокоился о том, что подумает юноша, но у того на самом деле у него не было никакого мнения по этому поводу. Он уже знал, что когда зверь Тао Тэ становится по-настоящему свирепым, его сущность становится намного более кровожадной и жестокой, чем то, что он видел перед собой, поэтому души Юань, зажатые между его пальцами, на самом деле не имели никакого значения…

Если бы зверь Тао Тэ пришёл в ярость, это действительно было бы похоже на плохой конец, который он написал.

Три души Юань, которые находились в руках Цзян Таня, были тремя самыми крупными силами этой Бездны.

И всё же, пред лицом взрослого зверя Тао Тэ, они были ничем не лучше, чем остальные низкоуровневые демоны, потому что разрыв между их уровнями был действительно слишком большим.

Муравьи будут лишь муравьями, независимо от их размера. Все они были одинаковыми в глазах Цзян Таня. В настоящее время среди всех существ для него было только одно исключение.

Будучи старшими демонами, независимо от того, насколько молодо они выглядели, каждый из них на самом достиг такого возраста, что он не поддавался воображению. И как могли те, кто наконец обрёл бессмертие, выбрать смерть? Разумеется, они предпочли бы сдаться, чем позволить уничтожить свою душу Юань.

- Вы знаете метод восстановления совершенствования моего Шифу? - Этот ответ был вполне ожидаем, Цзян Тань ослабил свою хватку на трёх душах в его руках. С самого начала он не собирался убивать их всех сразу. Они были верховными лидерами в мире демонов, и эти три демона всё ещё были полезны ему…

Он может поручить им те дела, о которые не захочет пачкать свои руки.

- Чтобы восстановить его совершенствование, вы должны сначала изменить его духовные вены с помощью выплавляющего духовного камня. Подобный духовный камень, у этого Маст... у этого слуги есть один, я принесу вам его позже.  – Учитывая, что демон называл себя «этим Мастером» на протяжении тысяч лет, его скорость адаптации всё ещё можно считать относительно быстрой.

Перед ними был зверь Тао Тэ. Осознание этого заставляло души Юань трёх демонов содрогнуться. Прожив так долго, они точно знали, насколько ужасно это существо.

Хотя они и не могли понять, почему у такого ужасного зверя в качестве Шифу был простой человек, им и в голову не пришла мысль о том, чтобы спросить об этом.

Удовлетворенный, Цзян Тань хмыкнул в утвердительном тоне. Даже не взглянув, он поймал шар чёрной материи, который пытался убежать. Чернильно-чёрные глаза, в которых, казалось, клубилась бесконечная тьма, злобно сузились.

- Ты тоже принимал в этом участие. С чего ты взял, что я отпущу тебя? – Несчастный демон понял всё слишком поздно.

Цзян Тань медленно, мало-помалу усиливал хватку на черном сгустке... он хотел заставить его ясно прочувствовать весь процесс и всю боль, прежде чем, наконец, сокрушить его душу юань.

Наблюдая за всей этой сценой, три демона, слышавшие пронзительные крики и чрезвычайно дорожившие своей жизнью, совершенно не желали испытать такой болезненный конец.

В этот момент три демона, представлявшие собой вершину силы в Бездне подземного мира, полностью сдались.

Глава 49 - Начало карательного похода

У Дворца демонов сменился правитель - это сообщение быстро распространилось в демоническом царстве. Новый владыка смог победить сразу трёх сильнейших демонов. Таким образом, ни один демон не был настолько глуп, чтобы искать боя.

Их правитель изменился, теперь это был молодой человек, который выглядел как обычный смертный. по его силе и ауре, большинство старых демонов признали в нём ужасающее существо.

После получения переплавляющего духовного камня и подробных инструкций о методе восстановления от демона по имени Цзя Янь, Цзян Тань немедленно начал подготовку.

Внутренние покои Дворца демонов теперь занимал его новый владелец, который в настоящее время в своей кошачьей форме прижимался к груди юноши, громко мурлыча.

Перестройка духовных вен - вещь не из приятных. Потребовалось немалое количество времени, чтобы завершить весь процесс восстановления, и боль мешала Гу Яню заснуть.

Большой кот лежал на юноше, позволяя ему поглаживать себя и стискивать в объятиях.

Он заметил, что, когда юноша гладил или обнимал его, то переключал своё внимание, и таким образом боль отступала.

- Это не так уж и больно. - Шею Гу Яня лизали до тех пор, пока он не почувствовал щекотку. Юноша поднял руку, чтобы погладить спину большого кота.

Кот, лежащий у него на груди, лизал его только той частью языка, на которой не было зазубрин. Закончив, он громко замурлыкал и наклонился, чтобы лизнуть его в лицо.

Зная, что таким образом тот пытается успокоить его, Гу Янь переместил своё тело так, чтобы лежать на боку. В этой позе он держал в объятиях чрезвычайно послушного кота, и, наклонив голову, целовал его в лоб: «Больше не больно».

- Мяу. - С тихим мурлыканьем большой кот стал тихим и неподвижным, только пара вертикальных зрачков неподвижно смотрела на его лицо.

Юноша закрыл глаза, и его дыхание постепенно стало ровным и неглубоким, но пара вертикальных зрачков все еще спокойно наблюдала.

К тому времени, когда Гу Янь проснулся на следующий день и открыл глаза, он увидел ту же самую пару глаз.

У него возникло необъяснимое чувство, что тот наблюдал за ним всю ночь. Гу Янь решил не думать об этом, целуя красивые светло-зелёные глаза.

Этот большой кот послушно позволил держать себя в объятиях всю ночь, не шевелясь. Теперь, когда боль утихла, Гу Янь мог смутно обнаружить след духовной энергии, хотя это и не было очевидно.

- Мяу? - Увидев, что юноша сел и, по-видимому, глубоко задумался, зверь Тао Тэ, замаскированный под большого кота, тихо мяукнул, переместив тело на колени юноши и используя хвост, чтобы обхватить его запястье.

- Цюцю, будь умницей. - Поправив положение хвоста, прежде чем большой кот смог громко замурлыкать и снова зацепиться за него, Гу Янь быстро погладил его подбородок.

Его Шифу действительно выразил отказ, это ввергло зверя Тао Тэ в замешательство. Три слова, которые он услышал, не заставили его отступить. Он мог только смотреть в лицо юноши двумя вертикальными зрачками, тихо мурлыча.

Не то чтобы Гу Янь боялся, что не сможет контролировать свою силу и сожжёт хвост своего подопечного. Силы, заклинателя, вероятно, было бы недостаточно, чтобы повредить пушистый шар, лежащий на его коленях... Успешно вызвав пламя, а также убедившись, что он был в состоянии произвольно контролировать его форму, Гу Янь подтвердил, что его контроль над духовной силой ни в малейшей степени не пострадал.

Его тело было закалено раньше, и, таким образом, скорость его повторного совершенствования будет очень быстрой, и он может непосредственно начать с поздней стадии сферы Духовного Безмолвия.

Зверь Тао Тэ наклонился к юноше с блеском в глазах, пара вертикальных зрачков была сужена.

Тот вопрос, о котором он больше всего беспокоился, был наконец решён. Другие вещи могли подождать, пока ситуация юноши не станет более стабильной.

Чем больше его развитие восстанавливалось, тем больше Гу Янь мог чувствовать силу защитного массива на своём теле и его разрушительную мощь. Хотя это не повлияло на него, любой, кто осмелился бы напасть на него, вероятно, умер бы на месте из-за этого массива.

В нынешние времена в Бездне подземного мира осталось совсем немного демонических старейшин, но теперь у демонов появился ещё один король, чей статус был выше, чем у трёх старейших демонов.

- Кое-кто доставил мне артефакт восстановления духа. - Теперь, когда он стал новым королём Бездны подземного мира, Цзян Тань, конечно, не стал бы тратить впустую такую хорошую рабочую силу.

Это был большой кусок ромбовидного кристалла тёмно-красного цвета. На поверхности было полна прозрачных линий, и, если заглянуть вглубь кристалла, можно было разглядеть несколько тёмных областей.

- Если что-нибудь останется после восстановления расколотой души Е Юань, должны ли мы отправить остальное Шэнь Яну? - Глядя на размер кристалла, Гу Янь вспомнил первоначальный сюжет и спросил своего ученика.

Шэнь Ян. Услышав это имя от своего Шифу, Цзян Тань мгновенно переключил своё внимание.

Снова это имя и этот человек. Его учитель всегда придавал большую значимость этому человеку... например, когда Шэнь Ян сдавал вступительные экзамены, и позже, когда тот вошёл в секту.

По сравнению с учеником, чей талант был только Псевдодуховным корнем, могло ли быть такое, что его Шифу всё-таки хотел обзавестись более выдающимся учеником? Этот вопрос он задавал себе с самого детства.

Его учитель сказал, что у него не было энергии, чтобы учить более одного ученика, и он не принимал никого под своё крыло в последние несколько лет, однако Цзян Тань возражал даже против того, что он всегда уделял излишнее внимание Шэнь Яну, и в особенности сейчас, Шифу даже взял на себя инициативу –

- ...? – Неожиданно почувствовав на себе угрюмый взгляд, Гу Янь не знал, как реагировать.

Когда он попытался вспомнить, что он только что сказал, он, казалось, обнаружил причину и нерешительно попытался упомянуть имя «Шэнь Ян» в следующем предложении.

И реальность доказала, что это был опасный шаг.

Такой ревнивый... Гу Янь был сбит с ног и не мог подняться. Он быстро прокашлялся и беспомощно поднял руку, чтобы коснуться головы ученика.

Юноше показалось, что, если бы тот был в своей первоначальной форме, то, возможно, уже впал бы в ярость, подняв шерсть дыбом. Едва у него промелькнула такая мысль, Гу Янь подумал, что это было немного смешно.

– Что заставляет Шифу уделять так много внимания Шэнь Яну... – тихо спросил Цзян Тань. Пара зрачков в этот момент невольно сузилась, а брови нахмурились.

Его огромная жадность заставляла его желать полностью завладеть полным вниманием своего Шифу. Если был есть второй человек, которого Шифу посчитал бы особенным, он бы очень ревновал.

Зрачки превратились в вертикальные щелочки. У Гу Яня было чувство, что, если он сейчас же не объяснится, позже ситуация погрузится в полнейший хаос, и к тому времени, будет слишком поздно что-либо объяснять. На этот раз Гу Янь смог вовремя спастись: «Ватиканский Лотос для тебя был получен от Шэнь Яна. Я просто хотел отплатить ему за услугу».

Это объяснение было очень разумным и имело смысл. Так что, чувствуя нежные прикосновения к своей голове, Цзян Тань посмотрел вверх и некоторое время наблюдал за юношей, прежде чем вернулся в свою первоначальную форму и лёг на грудь Гу Яню.

Хвост кота мягко покачивался, вертикальные зрачки были наполовину прикрыты. Теперь он успокоился и мог считаться удовлетворённым.

Хотя степень ревности была довольно высокой, его было очень легко умилостивить. Гу Янь погладил большого кота по спине и вскоре услышал его мурлыканье.

В это же время различные секты в человеческом мире всё ещё находились в состоянии подготовки к войне. Однако им ещё только предстояло увидеть демонов, преодолевающих проход между двумя мирами.

Демоны низкого уровня были заняты убийством и поглощением друг друга, в то время как демоны с более высоким уровнем интеллекта служили своему новому королю. Первое задание, которое дал им новый повелитель, было связано с сектой Чжун Сюань. Это была их первая задача, и, конечно, они должны были во что бы то ни стало завершить свою миссию.

После того, как их задача была выполнена, заклинатели, которые бдительно следили за проходом, используя свою духовную силу, наконец обнаружили первых демонов. Война между двумя сторонами была неизбежна.

Заклинатели в человеческом мире становились всё слабее и слабее на протяжении веков. К такому выводу пришли все демоны, сражавшиеся с ними. На самом деле, нынешних заклинателей можно было легко убить, но демоны щадили их и не начали резню, поскольку таков был приказ, который они получили.

Война продолжалась, и со стороны казалось, что обе стороны были нетерпимы к существованию друг друга. Однако в какой-то момент в царстве заклинателей начали ходить слухи, что демоны вступили в сговор с людьми. Больше всего пострадала секта Чжун Сюань, также ни одна из высших сил не была пощажена.

Заклинатель, который вступил в сговор с демонами, был главным учеником секты Чжун Сюань. Те, кто пережил нападения демонов, единодушно указывали на этого человека.

- Я видел собственными глазами, что именно старший брат Ли Жун помог демонам устроить засаду и убить старейшин. - Ученик внутренней секты, сказавший это, закрыл лицо руками и задрожал, страшась вспоминать сцену осады его секты ордой демонов.

- А ещё... ещё появилась старшая сестра Е Юань, она также была убита им.

Не один ученик внутренней секты сказал, что они видели душу Е Юань в тот день. Они рассказали то, чему сами были свидетелями, и когда Е Юань посмотрела на Ли Жуна, она была полна гнева и ненависти, как обиженный призрак, и от этого они боялись смотреть дальше.

Нападение произошло без предупреждения. Когда прибыло подкрепление, демоны уже разбежались. Того, кто вступил в сговор с демонами, нигде не было.

В прошлом, когда упоминался Ли Жун, главный ученик секты Чжун Сюань, люди различных сект почитали его как хорошего ребёнка с превосходным талантом и уважением к своему учителю. Они также слышали, что секта Чжун Сюань намеревалась обучать его как следующего наследника. Теперь у всего мира заклинателей было о нём только одно мнение: вступил в сговор с демонами, убил своих братьев и сестёр из секты и обманул своих предков.

Естественно, этот человек был в настоящее время перенесён в Бездну подземного мира. Демон, управляющий его сердцем, наконец соизволил покинуть его тело, и когда его сознание, наконец, вернулось, он обнаружил, что два демона принуждают его стоять на коленях на голой земле. Подняв голову, он встретился взглядом с парой чрезвычайно тёмных глаз.

Особого рода тьма, которая поглощает любой свет, пока он не будет полностью уничтожен.

Он узнал обладателя этой пары глаз.

Глава 50 - Клятва

Он обещал не делать ничего, что могло бы огорчить его Шифу. С самого начала задачей демонов, которых послал Цзян Тань, было только оказать давление на заклинателей. Позже, когда он разбирался с сектой Чжун Сюань, он пощадил учеников, которые были невиновны.

- Похоже, Ядро Зелёного Лотоса находится в твоём теле. - Голос Цзян Таня был спокойным и бесстрастным. Это пламя [1] оказало большое влияние на заклинателей и создателей артефактов. Если бы человек использовал его правильно, он мог бы очистить своё тело и улучшить своё совершенствование. Заклинатель, стоявший перед Цзян Танем на коленях, впитал в себя это пламя и совершенствовался с его помощью.

[1] Помните пламя, которое он запечатал в маленькой бутылочке, и которое у него отобрали, прежде чем он смог отдать его своему Шифу? Эта вещь как раз и является «Ядром Зелёного Лотоса», если кто забыл.

Это должно было принадлежать его Шифу.

Крепко стиснутые зубы всё равно выбивали дробь, зрачки Ли Жуна расширились, когда к нему потянулась рука. Давление, которое он чувствовал, почти лишило его возможности дышать, не упоминая уже о том, чтобы говорить.

Страх.

Когда демон завладел его сердцем, он потерял рассудок и сознание. Он помог расе демонов устроить засаду и убить старейшин своей собственной секты. А после этого он даже признался, что это он убил Е Юань…

Ему не нужно было долго гадать, чтобы понять, что все в его секте сейчас проклинают его. Его репутация была полностью разрушена.

Рука, погрузившаяся в его грудь, и боль, которая была в сто раз сильнее, чем от переломов костей, заставили Ли Жуна почти упасть в обморок. Однако тело заклинателя было очень сильным, он не мог так легко потерять сознание. Вместо этого он мог испытывать только неописуемую боль.

И всё же, нельзя было считать, что его плоть пронзили насквозь. Цзян Тань холодно посмотрел на него, с силой вырывая из его тела пламя, которое почти слилось с его душой.

Оно было вытащено целиком, ни одна искра не потрачена впустую. Всё это временя по приказу Цзян Таня демон, который держал Ли Жуна, закрывал его рот, так что ему не пришлось слушать неприглядные вопли этого человека.

Поместив пламя в запечатывающий дух флакон, Цзян Тань нахмурил брови. Этот подарок запоздал, и он не был уверен, понравится ли это его Шифу или нет…

Держа флакон в руке, Цзян Тань посмотрел на заклинателя, лицо которого было полно боли. Он специально приказал своим подчинённым отправить его обратно. Но, конечно, он не позволил бы ему умереть так легко.

Этот человек теперь был заклинателем, достигшим этапа Формирования Ядра. В мире совершенствования такой уровень таланта можно было считать гениальным.

- Нет, ты не можешь... - увидев вновь протянутую к нему руку, Ли Жун вздрогнул, и страх заставил его отпрянуть. Однако два демона держали его, не позволяя пошевелиться.

Уничтожив его ядро совершенствования, Цзян Тань не удостоил вторым взглядом человека, чьё тело дергалось как вытащенная из воды рыба. Он спокойно посмотрел на двух демонов перед собой: «Уведите его и позаботьтесь о нём, но не дайте ему умереть, иначе вы присоединитесь к нему».

Значение слова «позаботьтесь» было предельно ясным. Даже если бы он не добавил последнюю часть, два демона, которым адресовались эти слова, не позволили бы этому человеческому заклинателю умереть в их руках.

Они не смели даже взглянуть в чернильно-чёрные зрачки, тьма в них была подобна бездонной пропасти. Они просто склонили головы в ответ и быстро подобрали человека.

Зная, что самой большой гордостью Ли Жуна был его талант, Цзян Тань разрушил его ядро совершенствования, чтобы позволить ему испытать отчаяние. Тело-то без проблем проживёт ещё сотню лет, но остаток жизни он проведёт в Бездне.

Держа бутылку с пламенем в руке, Цзян Тань направился ко Дворцу. После того, как он собственноручно поместил массив заклинаний на своего учителя, он не беспокоился, что тот столкнётся с какой-либо проблемой во время совершенствования.

Любая вредоносная атака будет полностью поглощена. Небольшой перебор заключался в том, что даже если это не было нападением, пока кто-то пытался прикоснуться к нему, он был бы сожжён в пепел этим массивом.

Духовная сила Гу Яня быстро возвращалась, он уже восстановил большую часть своего совершенствования. Правда, в отличие от былых времён, для скорейшего выздоровления он использовал всё время, которое обычно тратил на отдых.

Когда заклинатели медитируют, их бдительность падает, но не до такой степени, чтобы не реагировать, когда кто-то прикасается к ним.

Ощущение чего-то мягкого на коленях вывело Гу Яня из полубессознательного состояния. Прежде чем он открыл глаза, юноша уже протянул руку к объекту, разместившемуся на его ногах.

Если бы он заметил, что его Шифу вошёл в состояние прорыва, этот зверь Тао Тэ послушно оставался бы в стороне и не забирался бы на его тело.

Видя, что зверь на его коленях держит что-то во рту, Гу Янь теперь соображал быстрее и понял, что это было что-то, предназначенное для него.

- Что это?.. - Гу Янь замолчал и посмотрел на запечатанную бутылку, которая была помещена в его ладонь, от неё исходило немного тепла. - Ядро Зелёного Лотоса?..

В тот момент, когда его голос затих, Гу Янь услышал тихое мурлыканье. Он поднял руку, чтобы погладить мягкое, пушистое животное. Он догадывался, что произошло. Расколотая душа Е Юань была передана Цзян Таню после того, как была восстановлена.

Видя, как зверь Тао Тэ ластится к нему, Гу Янь сразу поднял его на руки, но даже при этом большой кот всё ещё не был удовлетворён.

Совершенствование юноши уже вернулось к этапу Формирования Ядра и скоро могло достичь этапа Зарождения Души. Надо сказать, что путь, пройденный единожды, уже не был таким трудным во второй раз, или, возможно, виной тому было то, что он был любимчиком «Закона».

Все насущные проблемы были урегулированы. Хотя зверь в его руках вступил в контакт с расой демонов, как и гласил первоначальный сюжет, а также стал их правителем, всё же наблюдалась существенная разница…

Подняв комок шерсти в своих руках немного выше, Гу Янь посмотрел в пару красивых бледно-зелёных зрачков и увидел, что большой кот смотрит на него, прищурившись: «Мяу?»

Похоже, гнилой конец всё-таки не наступит.

Если демоны не нападут на мир людей, шансы на то, что различные секты царства заклинателей возьмут на себя инициативу прорваться в бездну подземного мира, значительно снизятся. Продолжительность жизни заклинателя намного больше, чем у обычных людей. На этот раз у них впереди ещё много времени вместе…

- Цюцю, будь умницей. - Гу Янь расслабился и поцеловал кота в лоб.

Сбитый с толку нежным взглядом его чистых глаз, зверь Тао Тэ не успел даже сообразить, как вернулся в свою человеческую форму. Было ещё кое-что, что долгое время было скрыто в его сердце.

Гу Янь обнаружил ещё один «закон». Обычно, когда комок шерсти, который он держал в руках, внезапно превращался обратно в человека, в следующую секунду его либо обнимали, либо опрокидывали на спину.

Однако на этот раз, не обнимая и не опрокидывая, молодой человек просто держал его за руку.

- Ученик хочет стать спутниками Дао с Шифу. - Сам не зная почему, он чувствовал, что в эту минуту должен стоять на коленях. Цзян Тань взял юношу за левую руку и, сказав это, нежно поцеловал длинные, тонкие пальцы. Потом он внимательно наблюдал за выражением лица Шифу.

Ученик и учитель, ставшие компаньонами Дао, не были какой-то неслыханной диковинкой, но такое действительно встречалось чрезвычайно редко и могло бы рассматриваться некоторыми людьми как нечто ненормальное.

Цзян Тань не знал, что нужно сделать, чтобы стать компаньонами Дао. С самого детства у него не было чувств ни к кому, кроме своего Шифу. Когда он был подростком, он был тугодумом и не понимал чувств, которые испытывал к человеку перед ним.

В прошлом Цзян Тань думал только о том, что он останется рядом со своим Шифу навсегда, и стремился быть учеником, которым его учитель мог бы гордиться. Быть спутниками Дао - он никогда не думал о чём-то подобном.

Но теперь…

- Чтобы стать спутниками Дао, мы должны быть признаны Небесами. - Гу Янь не отдёрнул руку, а только бросил эту фразу. В прошлый раз он действительно был удивлен, но теперь, он не может не найти это забавным.

Цюцю обоих миров были наивны и невежественны, когда дело доходило до предложения руки и сердца. Однако их намерения были совершенно серьёзны, и ему было трудно отказаться…

К тому же, глядя на то, как осторожно целуют его пальцы, как можно было не быть тронутым?

Поняв, что эта фраза очевидно была выражением согласия его Шифу, зрачки Цзян Таня сузились в вертикальные щели. Он внимательно вглядывался в лицо юноши. Затем он ещё раз поцеловал пальцы своего Шифу. Он совершенно ничего не понял и честно переспросил: «Признаны Небесами?..»

Что это означало, быть признанными Небесами? Что бы это ни было, он сделает всё, что потребуется.

- Это когда обе стороны дают клятву друг другу перед богами. Это также можно считать соглашением между двумя людьми. Как только эта клятва будет дана, Небеса станут нашим свидетелем. Тот, кто нарушит эту клятву, понесет наказание. - Гу Яня почувствовал щекотку от поцелуев и отдёрнул руку, но в следующую секунду его внезапно заключили в объятия.

- Кроме Шифу, этот ученик не будет любить никого другого. - Тёмные зрачки были устремлены на юношу перед ним. В эти глаза, казалось, горели параноидальным огнём.

Сказав это, Цзян Тань наклонился ближе и нежно коснулся мочки его уха. - Если ученик нарушит это обещание, как насчёт того, чтобы позволить его душе быть уничтоженной?

Хотя это звучало как вопрос, Цзян Тань фактически давал клятву своей собственной душой, когда говорил это.

- Ученику достаточно Шифу. - Он жаждал лишь этого человека и желал лишь его одного.

Глава 51 - И тысячи лет не угасят огонь

Обмен клятвами между спутниками Дао включал обе стороны. Поскольку Гу Янь был субъектом обетов Цзян Таня, ему немедленно передались чувства его партнера.

Как бы ему следовало это описать…

Это было похоже на то, как вы видите перед собой зверя, чья сущность чрезвычайно порочна и жестока по своей природе, тщательно скрывающим свои когти. Он послушно прижимается к вам, стремясь дать вам всё, что вы хотите, и даже отдаёт вам всё своё сердце без колебаний.

Было слишком поздно идти на попятный. К тому времени, как Гу Янь смог отреагировать, молодой человек перед ним уже завершил свои обеты.

Если бы его чувства угасли, это означало бы уничтожение его души. Даже обыщи Гу Янь всё царство заклинателей, он бы не смог найти второго человека, который отрезал бы себе таким образом все пути к отступлению.

- В противном случае [1], этот ученик готов вырвать своё кристаллическое ядро, чтобы... -  почувствовав прохладное прикосновение к губам, красивый молодой человек немедленно остановился, его чёрные глаза уставились на юношу, полные одержимости, но и послушания.

[1] Клятва Цзян Таня состояла из двух обещаний: 1) он не будет любить никого, кроме Гу Яня; 2) ему будет достаточно одного лишь Гу Яня, больше он ничего и никого он желать не будет. Наказание за нарушение первого обещание – уничтожение души, за нарушение второго – собственноручно вырвать своё ядро.

Остановив своего ученика прежде, чем он смог сделать то, что только что сказал, Гу Янь решил сперва повторить его клятву.

Человек перед ним был тем, кто будет следовать своим словам, особенно когда дело касалось Гу Яня.

Закончив свой обет словами, что он готов вырвать ядро [2] из собственной груди, Гу Янь мог только беспомощно наблюдать, как зверь Тао Тэ вернулся к своей первоначальной форме, чтобы он мог погладить его мех.

[2] Скорее всего, в своих обетах они упоминали разные ядра: Цзян Тань клялся звериным кристаллическим ядром, а Гу Янь – ядром совершенствования.

Поглаживания продолжались, пока тот не перевернулся на живот, издавая тихое мурлыканье и вылизывая пальцы юноши. Гу Янь решил продолжить, чтобы не думать о других вещах.

Кристаллические ядра демонических зверей были столь же важны для них, как и кровь, бегущая по их венам. Хотя зверь перед ним был легендарным зверем Тао Тэ и находился на совсем другом иерархическом уровне по сравнению с обычными демоническими зверями, кристаллическое ядро всё равно было жизненно важной частью его тела.

Обе стороны дали обет, призвав Небеса в свидетели. Цзян Тань быстро почувствовал, что что-то изменилось.

Как будто между ними установилась какая-то невидимая связь, смутная сила притягивала их друг к другу.

Возросшая близость между ними двумя заставила Цзян Таня прищуриться. За исключением последнего раза, когда он полностью овладел юношей, это был второй раз, когда его ненасытная жадность, что исходила из звериной природы Тао Тэ, была удовлетворена.

- Останется ли Шифу в Бездне подземного мира с учеником? – Помимо одержимости, во взгляде Цзян Таня, когда он смотрел в глаза юноши, можно было прочесть ожидание.

Звери Тао Тэ очень жадны. Однако он хотел лишь одного, это не должно считаться чрезмерным, не так ли?

Если он мог получить своё самое драгоценное сокровище, он не стал бы смотреть ни на что другое. Пока он мог охранять свою драгоценность, он был доволен.

- Хорошо. – Сказал Гу Янь без колебаний. Ему даже не пришлось тратить время на раздумья - он лишь кивнул и согласился на просьбу своего ученика.

Кроме извещения секты Гуань Лань беспокоиться было не о чем.

Получив ответ, на который он надеялся, с такой лёгкостью, этот зверь Тао Тэ прищурил свои глаза с намёком на удовлетворение: «Тогда ученик будет сопровождать учителя в этом путешествии обратно в секту Гуань Лань».

Гу Янь уже предвидел это, конечно, Цзян Тань не позволил бы своему учителю уйти в одиночку, даже если на нём был защитный массив.

Если сравнивать с человеческим миром, Цзян Тань бы действительно предпочёл остаться в мире демонов. Помимо прекрасных пейзажей, Бездна подземного мира превосходила царство заклинателей во всех других аспектах. По крайней мере, в глазах Цзян Таня.

Два человека отправились обратно в секту Гуань Лань, как договорились, и провели целый день, давая её обитателям разумные объяснения.

Прежде чем вернуться в Бездну подземного мира, они отправились на пик Тянь Сюань и позаботились обо всем, что нужно было уничтожить или забрать.

Стояла ранняя весна, молодые листья только что проросли и были сочно-зелёного цвета. Под деревом лежало много старой и сухой листвы.

- У этого ученика здесь нет ничего важного.

Когда его спросили, что нужно забрать, глаза Цзян Таня задержались на фигуре, которая только что задала ему этот вопрос, прежде чем он медленно ответил тихим голосом.

Здесь больше не осталось ничего важного, у него уже было самое ценное сокровище, и более ему ничего не требовалось.

Гу Янь, очевидно, услышал скрытый смысл в его словах и поднял руку к голове своего ученика, который был уже выше него.

Когда-то в самом начале он взял на руки маленький круглый шарик. Он вспомнил, как впервые увидел его истинную форму, и приподнял бровь: «Я помню, когда ты впервые пробудил свою родословную зверя Тао Тэ, ты был таким маленьким и круглым. Когда ты вышел из своей комнаты, ты бросился всем телом на мои сапоги…»

На лице красивого юноши, стоявшего рядом, вдруг показалась какая-то неловкость, он моргнул несколько раз. Он стоял безмолвно, в его тёмных глазах отражалось спокойное лицо Шифу.

В момент своего пробуждения он ничем не отличался от обычного новорождённого детёныша и не имел никакой памяти о своём человеческом облике. Сначала он не знал ничего, кроме того, что подсказывали ему врождённые инстинкты.

Звери Тао Тэ имели превосходное обоняние, которое было гораздо острее, чем у заклинателей. В тот момент в маленькой комнате он почувствовал запах и понял, что не может удержаться от желания подойти ближе. Когда он вышел из комнаты, в его глазах и сердце остался только этот человек.

Он хотел нравиться этому человеку, хотел сделать его счастливым… и ещё много подобных желаний, которые он не мог понять в то время, появилось в глубине его сердца. Он инстинктивно решил броситься к ногам другого человека и посмотреть на него.

Даже один лишь взгляд на юношу доставлял ему чувство удовлетворения. Это было единственное, что могло заполнить жадную пустоту в его сердце.

- Мяу.

В этот момент зверь заметил, как нахмуренный брови заклинателя расслабились. Легкий излом бровей сделал выражение его лица мягче, улыбка была нежной и прекрасной, как весна.

Цзян Тань, не теряя ни секунды, вернулся к своей первоначальной форме, имитируя сцену в своей памяти и подошёл ближе. Взрослый зверь Тао Тэ всем телом лёг на его ступни.

Эта трансформация произошло очень внезапно, но ощущение веса на его ногах заставило Гу Яня выйти из оцепенения. Он наклонился, чтобы поднять серебристо-полосатого кота, прижать его к груди, и тихо сказал: «Идём домой».

Большой кот, которого гладили, издал в ответ тихое мурлыканье и потёрся о грудь юноши. Раса демонов находилась под контролем Цзян Таня, они не вторгнутся в человеческое царство. Теперь два мира пребывали в хрупком равновесии, их можно было считать водой подземной и водой речной, что никогда не пересекаются.

- Ученик слышал, что компаньоны Дао обычно занимаются парным совершенствованием. Шифу ещё никогда не практиковал парное совершенствование с этим учеником. - Войдя во Дворец, Цзян Тань увидел юношу, лежащего на мягком ложе. Тот только что закончил медитацию и собирался немного отдохнуть. Цзян Тань внезапно произнёс эти слова с загадочным светом в его тёмных глазах. Гу Ян был ошеломлён, но затем всё же спросил: «И как же ты намерен практиковать парное совершенствование?»

Юноша, сказавший это, слегка приподняв бровь, всё ещё лежал на диване, его ответ был довольно ленивым. В глазах Цзян Таня, это ленивое поведение… было жестом поощрения, ему спускали с рук столь многое, что он хотел немедленно подмять этого юношу под себя и совершить нечто кощунственное.

Эти два человека уже дали обет перед лицом Небес, так что просьба о парном совершенствовании была вполне уместна. Методы парного совершенствования имели свои достоинства и недостатки. Тот, которым обладал Цзян Тань, был, естественно, одним из лучших.

У Гу Яня не было возражений относительно парного совершенствования. В любом случае, за последнее время число раз, когда он был повален на кровать, уже достигло приличной отметки, да и обе стороны шли на это добровольно.

Тем не менее, следовало сказать, что, когда он испытал настоящий процесс парного совершенствования, Гу Янь в очередной раз осознал, какую же глубокую яму он вырыл для себя.

Отчётливое ощущение того, что его тело постоянно пронзают кое-чем горячим и твёрдым, сладкий трепет от того, что каждой чувствительной части его тела было уделено особое внимание, заставили Гу Яня, чьи одежды уже были в беспорядке, быть неспособным подавить свои стоны. Однако, это было лишь частью их ежедневного распорядка.

Парное совершенствование означало совершенствование во время обмена энергией. Этот процесс вёл один из партнёров, в то время как пассивная сторона должна была соответствующим образом подстраиваться.

С самого начала Гу Янь уже заметил разницу.

- Хнн... - Внезапная и интенсивная волна удовольствия заставила зрение Гу Янь на мгновение размыться, он абсолютно не был в состоянии сдерживать собственный голос. Юноша невольно выгнул спину и, наконец, приоткрыл бледные губы, чтобы издать звук, который заставил человека, проникшего в него, сузить зрачки.

Позади него была спинка кровати, отступать было некуда. Во время их действий прикосновения юноши сделали Цзян Таня чрезвычайно чувствительным. Отчётливо слышались влажные и липкие звуки, что заставило Гу Яня, который уже не мог подавить свой голос, поднять руки, чтобы прикрыть глаза.

- Я хотел бы остаться внутри Шифу навечно.

Похоже, этот метод имел эффект и на доминирующую сторону; толчки были слегка неуклюжими и лишёнными единого ритма, Цзян Тань лизал и нежно покусывал шею своего учителя. Он наблюдал, как кадык юноши ходит вверх и вниз под его языком, и его слова были прямыми и честными.

- Ах… Ах… - уголки глаз Гу Яня уже покраснели, и из них потекли слезы. На его вечно холодном и бесстрастном лице внезапно отразилось редкое состояние замешательства, которое только раззадорило жадного зверя Тао Тэ.

- Мне нравится видеть, как Шифу плачет, когда его тр***ет этот ученик [3]. - Он сказал это с опущенной головой. По суженным вертикальным зрачкам и выражению серьёзности на его лице, можно было сказать, что он был предельно честен.

[3] В анлейте так и было, клянусь! Вот тебе и китайская цензура…

После завершения упражнений в кровати, когда Гу Янь наконец пришёл в себя, он заметил перемены в своём окружении, в настоящий момент они очевидно были в ванной. У него не было даже секундной передышки, прежде чем горячий и твёрдый предмет внезапно вторгся в его тело и заполнил его собой.

- Достаточно– ах... – Единственное слово только-только покинуло его рот, как его тут же прервали, Гу Янь мог только тяжело дышать и изменить свои слова: - Помедленнее…

После этого, сменив несколько позиции и проведя несколько раундов, Гу Янь уже даже не осознал, когда всё это ** [4], которому, казалось, не было видно ни конца ни края, в итоге прекратилось, потому что к тому моменту юноша уже благополучно потерял сознание.

[4] Я уж даже не знаю, что там такое автор подразумевал, учитывая, что [3] не было зацензурено

Проснувшись, Гу Янь увидел молодого человека, который, похоже, наблюдал за ним в течение долгого времени, сидя около него на кровати. В следующую секунду тот наклонился и поцеловал его губы.

- Шифу. - Человек, который звал его, прищурил глаза, и на его красивом лице отразилось полное удовлетворение. Он внимательно посмотрел на юношу, которого звал, в его тёмных глазах отражалась только одна фигура.

Благодаря постоянному потаканию его капризам, вчера его жадность заставила его сделать кое-что недозволительное, на что он никогда не осмеливался раньше. И всё же, его жадность заставляла его желать попробовать ещё более экстремальные вещи.

Думая о своём согласии и видя своего ученика перед собой со слегка нахмуренными бровями и выражением полного повиновения на лице, Гу Янь явственно ощутил, как дёрнулся его глаз, но он всё равно ответил на зов ученика.

Он вырыл эту яму. Он признавал, что это было его рук дело.

Два царства пребывали в мире, и поэтому бесстыдные дни Гу Яня и его ученика продолжались в течение нескольких тысяч лет.

Возможно, это было из-за «Закона», который также можно рассматривать как волю Небес, а возможно из-за его безумно сильного партнёра по парному совершенствованию, но в итоге Гу Янь успешно прорвался через стадию Вознесения в сферу, которой ни один заклинатель не мог достичь вот уже тысячу лет.

В настоящее время его сила, которую можно было поставить на один уровень с древними заклинателями, что жили тысячу лет назад, считалась редкостью. Это уже было равносильно выходу за ограничения этого мира.

Бессмертные культиваторы не были истинно бессмертными, но их долгая жизнь была сродни вечной в глазах обычных смертных существ.

В их нынешнем мире Бога больше не существовало. Бессмертные могли полагаться только на волю Небес, и Гу Янь был в настоящее время единственным бессмертным.

- Шифу… - Тысячи лет – столь долгий срок, что было легко забыть, сколько же времени на самом деле прошло, но Цзян Тань всё ещё мог точно сказать, что они провели вместе 6041 год.

Казалось бы, он уже давно должен был насытиться.

Хотя он хорошо осознавал этот факт, природа Тао Тэ была слишком жадной, и он всё ещё жаждал большего.

- Да. - Зная, что он почти достиг конца своего пути, Гу Янь отозвался и поднял руку к голове своего ученика.

Вечная жизнь бессмертного была таковой лишь в ограниченном смысле. Человеческий мир стремительно менялся, но они всё ещё существовали.

Если говорить в широком смысле, какой бы силой он ни обладал, непременно настал бы день, когда его дорога подойдёт к концу. Это был факт.

Бессмертные не могли войти в цикл реинкарнации. После смерти они возвращались в землю.

- Цюцю, будь умницей. - Руки Гу Яня погладили голову зверя. На этот раз они действительно провели очень много времени вместе.

С точки зрения продолжительности жизни, как легендарный древний зверь жадности, Цзян Тань имел даже большую продолжительность жизни, чем он.

- Мы ещё встретимся. - Рука Гу Яня всё ещё поглаживала его голову. Видя мрачное выражение на лице ученика, Гу Янь мягко сказал: - Когда твой Шифу лгал тебе?

Он по-прежнему был жадным; взгляд Цзян Таня был сосредоточен на лице его учителя. Через некоторое время он послушно кивнул.

Поскольку этот человек так сказал, он предпочтёт поверить ему.

В это время 037, как всегда, своим механическим и бесстрастным голосом прозвучала в мозгу Гу Яня: [Это тело вот-вот умрёт, инициирую передачу. Обратный отсчет, 3, 2 …]

- Цюцю, будь умницей…

Так как они вновь встретились в этом мире, такая возможность будет и в следующем. Гу Янь уже спрашивал свою систему, и теперь был уверен в этом факте.

- Я обязательно постараюсь найти тебя так быстро, как только смогу.

Глава 52 - Первый день бытия великим богом

[Передача завершена.]

Потеряв сознание на мгновение, Гу Янь пришёл в себя, услышав голос системы.

Однако в эту секунду у него не было возможности расслабиться. Его глаза уловили молниеносное движение, и инстинкты Гу Яня заставили его уклониться в сторону, чтобы избежать столкновения.

После перенесения Гу Янь всё ещё испытывал некоторый не проходящий дискомфорт, и кроме того, атака пришла слишком внезапно. Его реакция была не такой быстрой, как обычно.

Похоже, атака провалилась. Глядя на молодого мага перед собой, который казался чрезвычайно измученным, молодой человек, держащий кинжал, самодовольно улыбнулся: «Кажется, пришло время сместить эксперта номер один. Скорость вашей реакции, старший, уже не чета прежней. Не лучше ли просто признать поражение?»

Услышав эту фразу, Гу Янь в общем и целом понял, в каком мире он сейчас находился. Это написанная им новелла о виртуальной онлайн-игре. Сейчас он отыгрывал персонажа, а его настоящее тело должно было лежать в игровой капсуле.

В руке он держал волшебную книгу в твёрдом переплёте с тёмно-золотыми линиями, очерчивающими загадочный узор по кромке обложки, а в центре сияла пентаграмма.

Персонаж, в которого он переселился, был магом. Благодаря словам «эксперт номер один», которые обронил напавший на него молодой человек, Гу Яню не пришлось тратить много времени на осознание ситуации, в которой он находился.

Хм... он стал очередным персонажем плана «пушечное мясо».

Он не был пушечным мясом для злодея или главного героя. Могущественный маг, шесть лет державший титул «эксперт номер один», был пушечным мясом для паренька, стоявшего сейчас перед ним. Тот был новичком, недавно сделавшим себе имя, вступив в звёздную команду, и в будущем стал бы сильным противником главного героя этого мира [1].

[1] Получается, он стал пушечным мясом для пушечного мяса

Хотя эта часть истории была описана лишь вкратце, Гу Янь окинул взглядом своё окружение и понял, что находился на арене. Большая виртуальная карта выглядела так, будто здесь были только они двое, но на самом деле за их дуэлью один на один наблюдали сотни тысяч... а возможно, даже миллионы глаз.

Скорость реакции мага была действительно очень низкой, и, прежде всего, ему не стоило подпускать врага так близко. Конечно, учитывая разницу в возрасте между противниками, их время реакции не могло быть одинаковым.

Это были мысли всех зрителей, которые наблюдали за поединком. Несмотря на то, что большинство людей пришли сюда с желанием посмотреть шоу, в котором эксперт опозорил бы себя, у них не было хорошего впечатления о его оппоненте. Тот не смог провести успешную атаку даже после того, как сократил дистанцию, но при этом продолжал насмехаться над магом, которому удалось избежать его атаки.

Слишком высокомерен.

Тем не менее, сила этого новичка была очевидна всем присутствующим, всё, что они могли сказать о нём плохого – что он просто неуважительно относился к старшим.

- Каково, а? Старший! - С улыбкой спросил молодой человек, поигрывая кинжалом. – За нами сейчас наблюдает множество людей. Если старший желает, чтобы я продолжил, он будет впоследствии очень смущён и потеряет лицо.

По сравнению с двумя предыдущими мирами, стоило сказать, что пушечное мясо этой новеллы было слишком слабым - до такой степени, что не могло представлять угрозу для его жизни.

- О. - Гу Янь кивнул, его тон не был ни легкомысленным, ни напряжённым, как будто он просто поддерживал разговор.

Когда его голос затих, на лице его противника отразилось ещё больше самодовольства. Гу Янь же, и глазом не моргнув, немедленно обрушил на позицию своего противника антигравитационное заклинание, заставляя последнего набрать некоторое расстояние между ними.

Наблюдая за перекошенным лицом оппонента, Гу Янь не почувствовал никакой вины за внезапную атаку, заставшую парня врасплох. Прикоснувшись к узорам на своей волшебной книге, Гу Янь установил вокруг себя магический барьер.

Е Ян, его противника звали Е Ян, и его профессией был вор. Те, кто выбирал эту профессию, специализировались на обороне и задавали темп битвы, предсказывая следующие действия противников и влияя на них, чтобы те действовали в соответствии с их волей.

Это действительно ужасающий вид мастерства. Обычно их противники полностью теряли свои преимущества, такие как подавляющая сила, и после того, как наступательный импульс был погашен, они могли только следовать темпу, навязанному вором. Таким образом, последний мог без труда предсказать даже то, какой набор навыков будет использован в следующую секунду.

Хотя Гу Янь уже прошёл через два мира и не заботится о таких вещах, как репутация, но сохранение этой репутации могло значительно облегчить его жизнь, например, при поисках чего-то или кого-то…

Шансы на победу в этой битве составляли от силы 50%, и то - исходя из понимания слабостей противника.

- Какой смысл устанавливать щит, который легко сломается после одного-единственного удара? – Подвергшись атаке антигравитационным заклинанием со стороны юноши, Е Ян с его чрезвычайно быстрой скоростью реакции пришёл в себя уже через полсекунды и избавился от ослабленного состояния.

В чём заключались основные преимущества воров? Даже не будь Гу Янь автором этого романа о виртуальной онлайн-игре, как человек, который не раз играл в онлайн-игры, первым, что он отметил бы, были бы скорость и скрытность.

- Половина его маны потрачена, это был не очень мудрый ход. - За битвой наблюдало много профессиональных игроков. Видя, как маг в центре арены использовал большую часть своей маны, чтобы превратить всю сцену в снежный пейзаж, Сун Цю, который также являлся магом, поделился своим замечанием с напарником из своего клуба.

Любой, кто выбрал профессию мага, знал, что контроль за количеством маны был чрезвычайно важен. Помимо стандартных навыков их профессии, власть мага над элементами позволяла им творить невероятные чудеса за гранью воображения... ну, теоретически.

Реальность же была такова, что как навыки профессии, так и способность управления элементами стоили маны. Если не рассчитать расход правильно, незадачливый маг оставался с пустой шкалой маны.

Маг с пустой шкалой маны оказывался в очень щекотливой ситуации. Для врага не было разницы между ним и обычным бревном, неспособным нанести ответный удар.

Погода внезапно изменилась, и температура резко упала. Окружающая среда наложила ограничения на первоначально резвого вора. Однако маг, находившийся буквально в нескольких метрах от него, завис в воздухе, сидя боком на метле, словно не ощущая холода. Защитный барьер на его теле спасал его от мороза.

При изначальных условиях, даже если бы он летел, ему всё равно не удалось бы избежать нападения вора. Теперь же скорость вора резко снизилась. Маг, одетый в чёрную мантию, спокойно летал вокруг арены, его скорость была равномерной. Если вор сейчас не совершит рывок, приблизиться к нему будет невозможно.

Так как шаги вора оставляли цепочки следов на снегу, его навыки скрытности в этом пустом пространстве были всё равно что урезаны наполовину.

- Так тоже можно было? - Человек, который ранее утверждал, что действия мага неразумны, внезапно широко распахнул глаза. Управлять элементами природы, создавая благоприятную для себя среду -  ему ранее никогда не приходила в голову такая идея.

Когда магам приходилось использовать свои навыки в поединках, все они мечтали улучшить свои умственные арифметические способности в десять раз, чтобы можно было рассчитать лучший способ использования оставшейся маны. Найдётся ли в мире второй такой маг, как этот юноша? Растратить половину своей маны за один раз…

И, похоже, результат всё равно был отличным.

Магический щит, который маг вызвал в начале, использовался не для того, чтобы противостоять атакам вора, а чтобы защитить себя от холода окружающей среды, дабы не пострадать от своей способности.

[00, выдавай напоминание каждые 12 секунд и 30 секунд.] - Это было время перезарядки двух основных навыков противника. Гу Янь сидел боком на метле и позволял вору преследовать себя. Время от времени он даже подбрасывал противнику магическую звёздную бомбу.

Даже если скорость вора была изрядно уменьшена, она всё ещё не сильно уступала скорости полёта мага. Использование навыков Спринт, Сокрытие в тени и Прыжок могло позволить ему успешно догнать юношу.

Но проблема заключалась в том, что маг, с которым столкнулся Е Ян, был... слишком бесстыдным. Всякий раз, когда вор почти догонял его, нахал использовал различные странные уловки, чтобы блокировать его атаки.

Бросить дразнящую марионетку на землю, чтобы заставить его перенаправить свои атаки, использовать куклу, чтобы та приняла на себя удар, как будто все действия вора были предсказаны юношей заранее…

И самым коварным трюком было вызвать элемент света перед его глазами. Не говоря уже о том, что воры привыкли прятаться в тени, даже глаза нормальных людей были бы поражены этим сиянием, это было ужасное чувство.

Расстояние между ними не уменьшалось, и вор, который из кожи вон лез, пытаясь преследовать мага, сидящего на метле, постоянно истощал свое здоровье. Казалось, его шкала HP вот-вот достигнет критической отметки.

- Почему-то мне кажется, что... он выглядит немного жалко. - Это было очевидно всем, кто наблюдал за сражением. Было ясно, что вор, который должен быть хорош в управлении окружением, теперь сам попал под контроль и до сих пор об этом не подозревал. Сун Цю приглушил голос и молча записал трюки, которые маг использовал, когда его противник был беззащитен, такие как призыв элемента света для достижения мгновенного ослепляющего эффекта.

Однако, по его расчётам, запасы маны мага в этом бою уже должны были практически опустеть, конечный же результат всё ещё оставался крайне сомнительными.

Конечно, Гу Янь тоже это знал, поэтому он был готов рискнуть. Его последней капли маны было достаточно, чтобы призвать контрактного магического зверя. Основная причина такого шага заключалась в том, что ему нужно было найти иной способ атаковать своего противника. Независимо от того, какую комбинацию навыков он бы использовал, ему не удалось бы одолеть своего противника, прежде чем шкала его маны окончательно опустеет.

Этот навык был признан наименее практичной способностью мага. Тот факт, что потребление маны этим навыком в два раза выше, чем у других магических навыков, ещё был терпим, но вот с абсолютной рандомностью призванного существа никто смириться не смог.

В шести или семи случаях из десяти будут призваны гоблины... Ах, гоблины - это такие слабые монстры, которых можно было найти в локации деревни новичков. В оставшихся трёх или четырёх случаях результатами призыва становились птицы, каменные гиганты или что-то в этом роде.

Самое сильное существо, которое когда-либо было призвано, - Владыка Холода. Поговаривали, что маг, который выполнил тот Призыв, побежал покупать лотерейный билет сразу после выхода в оффлайн.

[00, как ты думаешь, благосклонность «Закона» может помочь мне призвать дракона или лича?] - Даже если бы он проиграл сейчас, ему нечего было стыдиться. Вынудив вора играть в догонялки в течение почти 10 минут, Гу Янь всё это время сохранял абсолютное спокойствие.

[Вы сейчас находитесь в виртуальной игре, предвзятость «Закона» может только улучшить ваши навыки обучения и реакции во всех аспектах, но, теоретически говоря, он не может повлиять на вероятность вашего Призыва.]

Гу Янь не задавал этот вопрос всерьёз, ответ системы 037 был вполне себе в пределах его ожиданий. Весь этот игровой мир контролировался суперкомпьютером под названием Светлый Разум, и, вспоминая о суперкомпьютере, Гу Янь не мог не подумать о плохой концовке, которую он написал для этого мира.

Изначально он хотел написать о том, как главный герой прошёл путь развития от новичка до великого бога, сформировал команду с товарищами, с которыми познакомился в процессе обретения силы, столкнулся со многими трудностями, возглавил свою команду и в итоге выиграл Чемпионат Мира…

Да, изначально.

Позже, когда он безответственно скатился в мрачный конец, он заявил, что Светлый Разум почернел и поймал всех в ловушку в игровом мире. Суперкомпьютер имел абсолютный контроль над всеми электромеханическими устройствами в реальном мире, и в конце концов реальный мир был разрушен.

После такого Гу Янь получил много отрицательных оценок, когда опубликовал окончание романа, что привело к форменному беспорядку.

Хотя ему удалось исправить гнилые концы двух предыдущих миров, в этом мире у Гу Яня действительно намечалась сплошная головная боль, потому что плохой конец этого мира, казалось, был неостановим.

Отложив этот вопрос в сторону, Гу Янь открыл свою магическую книгу на странице с выгравированной пентаграммой. В любом случае, сначала надо было решить насущную проблему.

Весь процесс Призыва состоял в том, что маг просто прикладывал ладонь к пентаграмме, а затем произносил заклинание призыва.

Призыв был разновидностью метафизики. Это была своего рода азартная игра, где можно было попытаться призвать что угодно, Гу Янь даже не размышлял об этом и просто пробормотал: «Цюцю…»

[Тзззз–]

В тот момент, когда его голос затих, в ушах каждого зрителя раздался отчетливый звук разрыва. Они смотрели, как пространство позади юноши раскалывается. Образовавшаяся трещина становилась всё больше и больше, пока, наконец, не превратилась в проход в другое пространство.

Из искажённой трещины появилась чёрная фигура. Где бы ни находилась чёрная фигура, свет, казалось, избегал её, словно будучи не в силах достичь.

Тёмные глаза, тёмные волосы, тёмная… коса.

- Бог… Бог Смерти?! - Все зрители были ошеломлены, этот маг... этот маг призвал чёрт знает насколько высокоуровневое жуткое существо.

[00, разве ты не говорила, что «Закон» не может повлиять на вероятность успеха Призыва?..] - Гу Янь посмотрел на человека с серой кожей, одетого в тёмную мантию. При ближайшем рассмотрении это был чрезвычайно привлекательный и красивый мужчина, даже Гу Янь был ошеломлён.

Взгляд человека с косой задержался на несколько секунд, скользнув по юноше. Пара тёмных и тусклых глаз, в которых не было ни единой толики света, постепенно отразила лицо молодого человека перед ним.

Лишь когда фигура юноши стала единственным, что можно было увидеть в его глазах, серокожий мужчина в чёрной мантии повернулся лицом к вору, который держал кинжал.

Бог Смерти молча и бесстрастно замахнулся косой.

Глава 53 - Потеря соединения

Оба игрока на арене уже прокачали своих персонажей до максимального уровня, а самый высокий уровень в этой игре - сотый. Однако этого было совершенно недостаточно в глазах многих ветеранов.

Если кто-то хотел одолеть высокоуровневого босса, то, даже не блеща умом, понимал, что из-за разницы в силах команда от пяти до двадцати пяти человек могла даже и не мечтать о победе.

К примеру, Бог Смерти, появившийся перед зрителями, являлся одним из самых бесчеловечных боссов в игре.

Эта бесчеловечность относилась к трудности зачистки его данжа. Даже если не рассматривать всё остальное, одна лишь коса в его руке была способна рассечь словно перезрелый фрукт любого персонажа класса «мясной щит» [1], который отвечал за привлечение противника и получение урона.

[1] Мясной щит (в анлейте), он же Танк, выполняет следующие задачи: держит на себе босса, принимает урон и выживает там, где ляжет любой другой игрок. Соответственно, его основные характеристики – большой запас здоровья, выносливость, сопротивляемость урону. Танка очень тяжело завалить с одного удара.

В первые дни запуска игры предпоследний босс Нижних Земель был повержен. После того, как гильдия «Авалон» вошла в Нижние Земли и столкнулась с Богом Смерти, танки в команде задрожали, а все жрецы были потрясены.

Один удар – и у жрецов уже не было возможности восстановить свои очки здоровья. Поговаривали, что глава гильдии «Авалон» приказал членам, участвовавшим в сражении той ночью, умыться и лечь спать пораньше.

У этого босса были слишком высокие требования к основной команде и поддерживающей группе. Через несколько недель, каждый член команды гильдии Авалон получил обновлённую броню.

Но, даже через несколько недель, хоть танки, наконец, и смогли избежать мгновенного убийства [2], они всё равно были замучены до смерти различными навыками и способностями Бога Смерти.

[2] Оно же - убийство с одного удара, K.O.

До сих пор не было гильдии, которая бы зачистила босса Нижних Земель.

Один-единственный босс смог победить бесчисленные команды бесчисленных гильдий, это заставило танков и жрецов скрежетать зубами от гнева, но кто мог знать, что этот босс, которого они ненавидели до смерти, будет призван магом?

Этот человек, должно быть, исчерпал всю свою жизненную удачу – таково было общее мнение всех зрителей, которым оставалось лишь смотреть на арену в неверии, не в состоянии выдавить из себя ни слова.

В тот момент, когда фигура в чёрной мантии, избегаемая самим светом, повернулась и подняла косу, вор с зажатым в руках кинжалом поспешно бросился наутёк.

Однако вся скорость его реакции в итоге всё равно не позволила ему выжить. Из заснеженной земли вынырнула пара костяных рук и схватила его за лодыжку.

Точно слабый мотылёк, запутавшийся в паутине, он был вынужден медленно ждать своей гибели.

На арене было правило. Независимо от того, насколько мощна атака, HP персонажа мог быть уменьшен только до единицы. В этот момент система будет судить об исходе поединка, и проигравший будет отправлен обратно в точку перерождения.

Победитель: Сен Ло

На канале, куда выводились системные сообщения, появилась строка золотых символов. Над головой мага на несколько секунд зависло слово «Победитель».

– Тебе просто повезло. – Вор, всё ещё стискивавший в руке кинжал, после получения критического урона был крайне возмущён. Он, конечно, был в курсе, что шкала маны его противника была почти пуста. Он ждал, когда его мана закончится, прежде чем прикончить мага одним ударом. Кто бы мог подумать, что самая слабая способность противника на самом деле приведёт того к победе.

Так как победитель и проигравший уже были определены, система скоро отправит их обоих с арены. Не успел закончиться десятисекундный отсчёт, как Гу Янь улыбнулся всё ещё неопытному, но сообразительному вору и спокойно сказал: «Удача – это тоже часть силы».

– Ты силён и в будущем станешь ещё сильнее. Тем не менее, от привычки играть в кошки-мышки с врагом лучше избавиться. – Глядя на этого ребёнка, Гу Янь не сердился, хотя слова, произнесённые ранее его оппонентом, были не очень приятными.

Что касается его замечания, эта слабость была причиной того, что Е Ян много раз проигрывал своим противникам в прошлом. Ну, собирался тот меняться или нет, Гу Яню было безразлично.

Когда последняя секунда прошла, Гу Янь был перенесён обратно во внешний мир. До того, как маг принял вызов на дуэль, он только-только вошёл в лес. Деревня сильфов. Он вернулся сюда после того, как его отослали с арены.

Он по-прежнему занимал первое место в таблице лидеров. Ему приходилось принимать по крайней мере три подобных вызова каждый месяц и он был вынужден побеждать в поединках, чтобы сохранить свою позицию.

Гу Янь стоял в глубоких раздумьях на опушке леса. Приняв решение, он собирался вернуться в относительно безопасное место.

Отступив на шаг, он наткнулся на что-то холодное, лишённое тепла.

Ошеломлённый на мгновение, Гу Янь обернулся и неожиданно увидел фигуру в чёрной мантии. Он вспомнил, что продолжительность призыва составляла полторы минуты, и именно этот срок делал это умение настолько слабым [3].

[3] В анлейте – «слабее куриного ребра». Не особо понимаю, как оценивать мощь навыка по скелету несчастной птички – видимо, здесь имеют место очередные народные мудрости китайцев.

Что можно было сделать за полторы минуты? Если вам только не посчастливилось вызвать высокоуровневого босса, лучше было сохранить эту ману, количества которой хватило бы, чтобы дважды использовать навык Замены.

На данный момент от полутора минут ещё оставалось больше пятидесяти секунд. Кожа Бога Смерти, держащего косу, была бледно-серого оттенка. Он тихо стоял позади юноши, пока тот не обернулся, в его тёмных глазах проскальзывали следы колебания.

Это колебание было едва заметным, посторонние не могли его обнаружить, но этого было достаточно, чтобы заставить кромешно-чёрное существо чувствовать себя растерянным.

У него появилось чувство, которого не должно было быть.

Пятьдесят секунд.

Гу Янь посмотрел на оставшееся время. Пятидесяти секунд было недостаточно, чтобы совершить набег на данж, рассчитанный на пять человек, иначе он мог бы взять с собой этого босса, чтобы бросить вызов малому данжу и получить награду.

Если он не ошибался, то судя по тому, что первоначальное тело было перенесено в эту часть карты, изначальный его владелец намеревался отправиться в пятиместный данж, чтобы получить кое-какие материалы.

Развести вора на сумасшедшую погоню в течение десяти минут было непростой задачей для мага. Убрав волшебную книгу, Гу Янь отыскал в запасах флакон синего зелья, чтобы восстановить свою ману. Выпивая зелье, он не забывал наблюдать за боссом, которого призвал.

В будущем он мог отправиться с командой в Нижние Земли. В этом данже было много ценных вещей, которые требовались магу. Следует учесть, что редко выпадала возможность так близко взглянуть на босса, и притом не быть убитым им.

Из одного лишь внешнего вида можно было вынести много полезной информации, такой как длина оружия, расстояние, необходимое, чтобы избежать атаки или блокировать её, или же самому нанести удар во время боя.

Гу Янь внимательно наблюдал за игровым боссом, словно тот был подопытным образцом, а он сам – исследователем. Они стояли до того близко, что стоило юноше протянуть руку, и он мог бы дотронуться до косы, которая оборвала бесчисленные жизни. Ему было чрезвычайно любопытно, и он находил её форму достаточно интересной.

Чёрная фигура в мантии, держащая косу, стояла неподвижно; несмотря на серый оттенок кожи, он был очень красив. На его лице не было никакого выражения, с его губ не сорвалось ни единого слова, Гу Янь не мог уловить ни малейшего изменения в его внешнем виде.

Дотронувшись до косы, Гу Янь не заметил, что пара глаз, которые были первоначально тёмными и тусклыми, теперь смотрели на него неописуемым взглядом.

До отмены Призыва оставалось ещё десять секунд. Осмотрев лезвие, Гу Янь также обратил внимание на косовище [4]. Оружие целиком было сделано из первородной руды. Небольшой кусок первородной руды мог заставить основные гильдии сражаться до последней капли крови.

[4] Рукоять косы

Измеряя рукоять чёрной косы, он вдруг коснулся чего-то холодного и рефлекторно отдёрнул руку.

В тот момент, когда его пальцы коснулись серой кожи, пара тёмных глаз слегка вспыхнула. Бледное лицо Бога Смерти наконец чуть-чуть изменилось. Сейчас он наблюдал за юношей, в ком не было страха, который он прежде видел на лицах бесчисленных танков. Перед этим человеком он неосознанно сдерживал бурлящую энергию, которая собиралась вокруг его тела.

Он пришёл сюда, потому что… услышал…

Он размышлял об этом до тех пор, пока последняя секунда не прошла, и чёрная фигура постепенно канула в небытие. Пара тёмных глаз неотрывно смотрела на молодого человека в одеянии мага, пока их обладатель полностью не исчез.

Призванный босс ушёл. Гу Янь продолжил восстанавливать свою ману, прежде чем приготовился искать несколько надёжных людей, чтобы сформировать команду для входа в данж Нижних Земель.

Стоило обновить несколько важных предметов, вроде оружия. Только когда у него будет достаточно сил, он сможет вступить в контакт с другими гильдиями.

Первоначально он был одиноким волком, однако теперь Гу Янь искал кое-кого. Он считал, что человек, которого он разыскивал, имел большие шансы стать одним из персонажей его романа. Просто встретившись с каждым из них, юноша рано или поздно найдёт его.

Что касается плохого конца – миру придётся подождать, пока он не найдёт человека, которого ищет, прежде чем он займётся этой большой головной болью.

В это время в полностью замкнутом пространстве продолжало функционировать высшее существо, которое управляло всем виртуальным миром. Оно возвышалось над «Миром» [5]. Многим игрокам он был известен как «Светлый Разум», его кодовым названием было «Аса».

[5] «Мир», «The World» - название виртуальной онлайн-игры в новелле Гу Яня

Команда, которая его создала, получила самую высокую похвалу, и благодаря её работе родилась игра «Мир». Название игры отражало тот факт, что она была подобна второму [6] миру. Но этот голографический виртуальный мир – лишь одна из многих вещей, за которые он должен был отвечать. Светлый Разум – это творение, которое поразило всех. Так что, к настоящему моменту, все виды важных систем в реальном мире также находились под его управлением.

[6] Параллельному, виртуальному – второму после настоящего, реального мира

Нулевой коэффициент ошибок, мощная способность к самообучению, которая позволяла ему регулярно обновлять свою базу данных и постоянно поддерживать самое продвинутое состояние всеведения.

Единственным недостатком, который по большому счёту и недостатком-то нельзя было считать, было то, что люди, которые его создали, не закладывали в него человеческих чувств. Причин тому было множество. Эмоции часто противоречили доводам разума. Если бы такой супермозг был способен на эмоции, то результат был бы непредсказуем.

В созданном им виртуальном пространстве появилось множество экранов, каждый из которых отображал свой участок игрового мира, поскольку неусыпный контроль за ним был его перманентной задачей.

Однако происходило странное явление.

Один, два… словно заражённые неведомым вирусом, экраны, которые ранее отражали разные местности, внезапно стали переключаться на одно и то же изображение.

Хотя углы обзора были разными, все они действительно показывали одну и ту же сцену. На ней был юный маг, выглядевший абсолютно невинно, державший волшебную книгу в левой руке и читавший заклинание.

Это странное явление длилось до тех пор, пока более половины экранов не оказались переключены на сцену с юношей, прежде чем всё, наконец, прекратилось.

– Чёрт, чёрт, чёрт… всем вам лучше не сражаться с этим Великим Богом за его добычу, иначе я буду в ярости!

Команда, которая была сформирована наспех, прошла данж Гробницы Кота четыре раза и постепенно поняла, что руки мага в их команде были чрезвычайно красными [7]. Стоило ему раскрыть один сундук – вот вам высокосортный материал, раскрыл другой – держите аксессуар, подходящий для вашего класса. В этом его сотоварищи уже успели твёрдо убедиться.

[7] «Красная рука» – игровой термин, означает большую удачу игрока при выпадении рандомной награды (лута). Противоположность – «Чёрная рука», означает тотальное невезение.

Этот человек по-прежнему был экспертом номер один в таблице лидеров. Зачищать данж в его команде было слишком легко. Разного рода навыки вроде контроля поля боя и прерывания вражеских атак применялись идеально. Иногда он даже помогал им исправлять их ошибки. Это совершенно лишало жреца возможности восстановить им очки здоровья.

Забег по данжу был настолько расслабляющим, что, когда маг сказал, что на сегодня всё, остальная команда не могла с этим смириться.

Где они ещё найдут такого «красного» товарища по команде?

Покинув Лес Сильфов, Гу Янь прибыл в ближайший город. Конечно, выходить из игры лучше было в безопасном месте, чем в дикой природе.

- Где же может быть Цюцю? – Дотронувшись до пентаграммы на обложке своей волшебной книги, пробормотал Гу Янь, нажимая кнопку на виртуальной панели.

«…»

Вскоре после того, как голос мага затих, мировой канал в игре взорвался сообщениями.

- Чёрт, потеря соединения?!

«Потеря соединения» - кто знает, как давно этот термин использовался в последний раз. Не говоря уже о других онлайн-играх, в этой виртуальной игре такое было действительно впервые.

Так что теперь кучка людей начала оплакивать на общем форуме «Мира» боссов, которых они почти убили, и сундуки с сокровищами, которые они собирались получить.

В это время Гу Янь, который только-только встал из игровой капсулы и поднял руку, чтобы протереть глаза, ничего не знал о вышеупомянутых инцидентах.

Глава 54 - Величайшая драгоценность

Хотя время, проводимое в игровой капсуле, было эквивалентно отдыху, продолжительная игра без перерыва всё равно вызовет усталость. Игровая капсула позволяла снабжать тело питательными веществами, чтобы игроки могли поддерживать нормальное физическое состояние даже после длительного погружения в виртуальный мир.

Тем не менее, Гу Янь совершенно не был заинтересован в подобном способе питания. Добравшись до безопасного места, он прервал игру ради поисков еды в холодильнике, чтобы приготовить себе ужин.

- 00, выдай-ка мне всю информацию про первоначального владельца этого тела, которую найдёшь. - Наполнив желудок, Гу Янь сел на диван в гостиной и нажал на пульт дистанционного управления, чтобы включить телевизор.

Благодаря Светлому Разуму и виртуальным играм технологии этого мира были намного более продвинутыми, чем в родном мире юноши, но всё ещё далеки от футуристического межзвездного мира его первой новеллы.

[Передача данных завершена.]

Гу Янь просмотрел информацию в своем сознании, его главной целью было выяснить, в каких социальных отношениях состояло его нынешнее тело.

Как и ожидалось, родственников и друзей, которые всё ещё поддерживали бы связь, не было. «Закон» позаботился о том, чтобы воспроизвести его собственную ситуацию в этом мире.

В настоящее время он жил один, его единственным источником дохода была продажа различных предметов и материалов, которые он находил в игре.

Было много людей, которые были готовы платить высокую цену за высококачественное оружие и редкие материалы, так что беспокоиться о собственном пропитании Гу Яню не приходилось.

Когда вопрос коснулся добычи снаряжения и материалов, Гу Янь вспомнил, что, объединившись с группой игроков для данжа Гробницы Кота, он даже смог получить Водные Кристаллы {Мин Шуй Цзин} от поверженного босса. Частота их выпадения была настолько высока, что он начал сомневаться в собственной памяти.

Гу Янь, с его отменной памятью, которая превосходила способности других людей во много раз, ясно помнил каждую сцену, которую написал в этом романе…

Один из товарищей главного героя был магом. Этот маг по чистому совпадению использовал то же оружие, что и юноша – волшебную книгу под названием «Выбор судьбы».

Естественно, персонаж новеллы, который хотел обновить свое оружие, нуждался в тех же материалах, что и Гу Янь, и для этого зачищал данж Гробницы Кота.

Требуемое количество Водных Кристаллов {Мин Шуй Цзин} – десять штук. Чтобы отыскать десять кристаллов, тому парню пришлось пройти данж Гробницы Кота более ста раз. Когда десять кристаллов были наконец собраны, измученный маг чуть не завопил от счастья.

Однако…

Гу Янь не решался продолжить эту мысль. В Гробнице Кота было четыре босса. Он нашёл Кристалл у каждого из них. Ему понадобилось всего три захода, чтобы собрать необходимые для улучшения оружия материалы.

- 00, предвзятость «Закона» действительно не влияет на различные вероятности в игре, да? - Гу Янь не мог в очередной раз не задать этот вопрос. Не то чтобы он не верил в суждения собственной системы, но реальность была слишком уж странной.

Собрав соответствующую информацию о текущем мире, 037 ответила очень убеждённо: [Да, различные вероятности в виртуальном мире определяются Светлым Разумом, и для них существует фиксированная величина.]

Услышав слова «Светлый разум», Гу Янь почувствовал головную боль. Когда он найдёт своего Цюцю, даже если они не будут играть в эту виртуальную игру, всё равно будет трудно избежать плохого конца.

Это будет не просто кучка игроков, застрявшая в ловушке в игровом мире, - даже реальный мир рухнет.

Головная боль оставалась головной болью. Сидя на диване и доедая последний пудинг, Гу Янь ответил очень расслабленным тоном: «Ну, похоже, Светлый Разум запал на твоего хозяина».

037: […]

А ведь эта вероятность действительно не равна нулю, - 037 всерьёз занялась подсчётом данной возможности.

После нормального отдыха в течение ночи, Гу Янь вошёл в игру на следующий день сразу после завтрака, и стоило ему только подключиться к интернету, как пришло личное сообщение.

Серебряный Ворон: «Привет~ Великий Бог, я здесь, чтобы завербовать твой талант.»

В наше время люди настолько прямолинейны?

Гу Янь молчал, когда он прочитал это личное сообщение, но быстро послал ответ.

Сен Ло: «Что стряслось?»

Через несколько секунд в приватном чате снова раздался сигнал [Динь]. Гу Янь посмотрел на виртуальную панель, которая была видна только ему.

Серебряный ворон: «Это насчёт данжа Падшей Бездны. Президент спихнул мне задачку: связаться с тобой и спросить, нет ли у тебя интереса к этому подземелью.»

Серебряный Ворон: «Раз уж маг играет очень важную роль в этом подземелье, наш лидер хочет, чтобы ты на время присоединился к нашей основной группе, распределение добычи можно будет обсудить.»

В главном городе, отправив два сообщения, паладин обратился к мужчине-эльфу, сидящему рядом с ним: «Лидер, я уже и так постарался изо всех сил. К тому же, вы ведь в курсе, что Сен Ло всегда был одиноким волком. Так что не вините меня... ха?»

Вскрикнув от удивления, паладин посмотрел на ответ мага в их приватной беседе. Одно лишь слово «Хорошо» - и вот он уже не мог прийти в себя.

Он уже несколько раз зачищал подземелья с этим магом, поэтому-то его и послали на переговоры.

Он припоминал, что этот парень никогда не любил участвовать в командных квестах. У Серебряного Ворона не было особых надежд на эту попытку, но результат был совершенно неожиданным.

Серебряный Ворон: «Отлично, отлично, отлично. Тогда, Великий Бог, давай встретимся в городе Нэлл. Ты можешь сначала обсудить вопрос распределения добычи с лидером гильдии. Хотя у лидера и дурной нрав, но человек он неплохой и определённо не станет тебя обманывать.»

Гу Янь быстро ответил «Хорошо», готовясь воспользоваться городским устройством телепортации.

Человек, который связался с ним, чтобы пригласить в команду, был главным танком Гильдии «Седьмое Небо». Причина, по которой Гу Янь принял это приглашение, заключалась лишь в том, что в «Седьмом Небе» было довольно много важных сюжетных персонажей.

- Надо найти моего дорогого Цюцю. – С тяжёлым вздохом Гу Янь вспомнил, как в прошлом мире он сказал: «Я обязательно постараюсь найти тебя так быстро, как только смогу», и теперь ему предстояло упорно поработать, чтобы проверить этих сюжетных персонажей одного за другим.

Если бы это был он, Гу Янь определённо узнал бы его по самым маленьким привычкам, стоило только им пересечься.

Его поведение, поступки – малейшей детали было бы достаточно.

- Ззз... - бесчисленные экраны в виртуальном пространстве, изначально чистые, теперь подверглись существенным изменениям.

Ранее, почти половина экранов показывала сцену из жизни определённого человека. Теперь ни один из экранов во всем виртуальном пространстве не отставал, на всех отражалась одна и та же картина.

Высшее существо, которое доминировало над всем виртуальным миром, в настоящее время со всех ракурсов наблюдало за каждым движением этого юноши.

Дело обстояло даже серьезнее, чем при вспышке вируса. Когда губы молодого человека раскрылись, и он произнес те слова, высшее существо, которое господствовало над «Миром», в мгновение ока потеряло контроль, услышав мягкий голос.

Мой, дорогой, Цюцю.

«Ззз—»

Все экраны вновь стабилизировались, но в закрытом виртуальном пространстве уже произошло некоторое изменение.

Он был готов отдать этому человеку весь мир. Не имело значения, был ли это виртуальный «Мир» здесь или тот, что в реальности.

После секундной потери контроля это было единственной мыслью высшего существа.

Прибыв в город, Гу Янь явился в условленное место встречи и стал ждать черноволосого рыцаря в тяжелых доспехах.

— Кхем... лидер гильдии по дороге сюда попал в небольшой инцидент. Он должен прибыть через пять минут. – Сказавший это черноволосый рыцарь и был Серебряным Вороном, с которым Гу Янь ранее обменивался сообщениями, и позади него было больше двадцати человек. Все они были членами основной группы Гильдии «Седьмое Небо».

Темноволосый рыцарь застенчиво почесал нос.

Изначально, поскольку их главный город был близко к городу Нэлл, они решили добраться на своих летающих ездовых зверях, вместо того, чтобы телепортироваться при помощи массива.

В результате никто так и не понял, что произошло по пути. Лидер гильдии внезапно отключился и рухнул на землю…

Вероятно, после такого кульбита он отправился обратно в точку возрождения.

Чтобы избежать неловкой атмосферы, Серебряный Ворон рассказал юному магу об этом казусе.

Ой-ой, он определенно не хотел смущать лидера своей гильдии.

— Отключился?.. — Гу Янь не мог не удивляться. При описании этого мира он отметил, что виртуальная онлайн-игра не должна была иметь никаких проблем с соединением.

Летающие животные точно предсказали время и через пять минут все увидели эльфа.

— Если ты отличишься в данже, то каждый раз, когда мы завалим босса, ты можешь первым выбрать себе предмет из выпавшей награды. Снаряжение ограничено исключительно твоей профессией, а вот материалы можешь выбирать любые. — Эльфийский лучник нес огромный лук и выглядел довольно красивым. В этой игре раса эльфов имела 10%-ный бонус улучшения внешнего вида. Игроки, выбравшие эту расу, в целом были весьма приятны для глаз.

Предложение было очень разумным, даже можно сказать — щедрым. Гу Янь кивнул, ничего не имея против такой сделки.

Не его Цюцю. Понаблюдав за этим человеком, Гу Янь быстро вынес вердикт.

Он также подтвердил, что среди других сюжетных персонажей в команде не было того, кого он искал. Хотя он был немного разочарован, Гу Янь знал, что этот вопрос не мог быть решён так быстро.

То, на что он согласился, должно быть выполнено. Когда дело доходило до данжа Падшей Бездны, Гу Янь мог припомнить некоторые особенности, которые он прописал для этого подземелья. Он подсчитал, что их группа, вероятнее всего, проиграет.

Падшая Бездна — это новая локация, которая только недавно была обнаружена игроками, и причиной тому было то, что вход в этот данж находится на карте высокого риска.

Игроки, которые умирали в пределах этой карты, имели определенную вероятность уронить один из предметов снаряжения. У обычных игроков не будет лишнего времени, чтобы пойти туда, где были элитные монстры, но не было хорошей добычи, - им не хотелось страдать задаром.

Ладно ещё первые боссы. С точки зрения координации команды, Гу Янь отметил, что после нескольких попыток, они должны были быть в состоянии одолеть их, но вот последний босс…

Король Демонов Бездны, Сэйлос, - сложность его убийства и вероятность смерти игроков находились на уровне, который был просто бесчеловечным.

— Этот элемент тьмы действительно мощный, ха. Стоит мне случайно задеть его дважды, и я могу смело распрощаться с жизнью. — Первых четырёх боссов было относительно легко зачистить, но теперь перед ними был пятый босс, фантом, размахивающий кнутом из концентрированного элемента тьмы, который заставил паладина в тяжелой броне дрожать от страха.

Кнут забрал две трети его здоровья. Даже если забыть о трясущемся паладине, жрецу их группы тоже хотелось плакать. Мало того, что этот фантом-суккуб кастовал заклинания каждые 30 секунд, атакуя двух случайных игроков, так ещё и танк не мог быть выбран в качестве цели, и, если один из выбранных в качестве цели людей был целителем, команда скорее всего была обречена на провал.

Каждые 25 секунд навык «Цветок Пламени» атаковал трёх случайно выбранных игроков. Эти три человека будут ранены кольцом пламени, сформированным вокруг них, и игроки вокруг них также получат равный урон.

И всё это время суккуб также призывал различных мобов. Короче говоря, ситуация была крайне сумбурной.

Они были только на первом этапе [1], и Бог знает, какие странные изменения могут произойти после того, как шкала жизни босса достигнет 70%.

[1] Для тех, кто, как и я, далёк от РПГ и прочих онлайн-игр: боссы в игре могут применять разные тактики и использовать разные навыки в зависимости от того, сколько здоровья у них осталось. Обычно поведение босса меняется дважды, например, когда шкала жизни опускается до значения в 70 % и 30%. Это знаменует собой переход ко второму и третьему этапу.

— Могу я попробовать? — На самом деле, самая важная роль мага в этом данже заключалась в том, чтобы отразить атаки этого босса, и как создатель всех этих игровых настроек, препятствующих продвижению игроков, Гу Янь решил взять на себя инициативу и выступить с предложением.

— Маги слишком слабы, один удар от босса, и ты упадёшь замертво...  — Серебряный Ворон посмотрел на 20 000 очков здоровья мага на общей панели команды, а затем на свои 40 000 очков, когда он произнёс эту фразу.

— Тогда, пока я не ранен, всё будет в порядке. — Спокойно сказал невинно выглядевший маг, заставляя присутствующих вспомнить дуэль, состоявшуюся не так давно. Они вспомнили, что маг, у которого якобы не было быстрой реакции, на самом деле таскал за собой вора, точно воздушного змея на верёвочке, в течение десяти минут.

— Следите за наносимым вами уроном. — Сказал Гу Янь, сидя на парящей метле. По его мнению, кайтить [2] босса было гораздо проще, чем игрока. Ведь игрок может провернуть какой-нибудь трюк, а вот боссы в этом плане были очень «честными».

[2] кайтинг – это удержание врага на расстоянии, с которого вы можете нанести ему урон, но при этом не получаете его в ответ.

В отличие от танка, у класса мага не было навыков, которые могли перетянуть на себя агро босса. Если магу приходилось отвлекать босса, остальные должны были быть осторожны с уровнем наносимого урона. Если они не могли продвинуться вперёд, лучше было прекратить атаку. Короче говоря, они не могли позволить, чтобы босс испытывал к ним больше ненависти, чем к магу.

Это была не арена, где можно было пить лишь один флакон синего зелья восстановления маны в минуту, чтобы маг мог сражаться в течение длительного времени. Таким образом, в следующие сорок минут эта битва с боссом по сути стала личным шоу мага на метле. Остальные люди бегали за ним и продолжали наносить урон. Те, кто должен был разбежаться, разбежались, те, кто должен был спрятаться, спрятались. В остальном всё шло гладко.

— Движения у него неплохие. — Похвалил рыцарь, который взял на себя роль танка в команде, видя, что маг не применял навыки раз за разом, а просто полагался на некоторые естественные препятствия, чтобы полностью уклониться от босса.

Чтобы убить босса, им потребовалось больше сорока минут. Это уже считалось быстрым результатом, но это стало возможным отчасти потому, что уровень HP босса был относительно низким.

— Распределение награды может подождать, пока мы не закончим с последним боссом. — Подумав о том, что уже почти настал полдень, и некоторые члены команды должны были уйти в офлайн на обед, эльф Ансу ради экономии времени обратился с этими словами к магу, который только что убрал свою метлу.

Услышав это, Гу Янь кивнул эльфу-лучнику. Он не мог сказать, что Король Демонов Падшей Бездны был похож на Бога Смерти, босса, которого было чрезвычайно трудно убить. После того, как они попробуют разок, они, вероятно, решат сдаться.

В самой глубокой части дворца Падшей Бездны, на ледяном троне, сидел Король Демонов Падшей Бездны, Сэйлос. В отличие от сероватой кожи Бога Смерти, кожа короля демонов была бледной. У него было красивое лицо, бледные губы были слегка поджаты в ровную линию.

На его голове была пара рогов – символ принадлежности к расе демонов; болезненно красивое лицо, казалось, обладало таинственным притяжением.

По отношению к тем, кто ворвался в его дворец, Король Демонов не выказывал никаких эмоций. Единственным исключением было то, что, когда он взглянул на молодого человека, одетого в мантию мага, в его тёмно-фиолетовых глазах отразилась фигура этого юноши.

Зачистка подземелий, ха! Без понимания особенностей навыков босса, всё что они могли - это броситься навстречу неминуемой гибели.

Стоя позади, Гу Янь совершенно не удивился, увидев, что черноволосый рыцарь в громоздких доспехах бросился к боссу, но был тут же сражён мечом Короля Демонов Падшей Бездны. Основной танк упал, как разрезанный надвое овощ, и второй танк также не мог избежать этого трагического финала…

Оба танка были убиты. Бледный и красивый Король Демонов Бездны поднял левую руку, и в одно мгновение земля под ногами игроков превратилась в кровавую пентаграмму.

В следующую секунду все в тронном зале Дворца потеряли сознание.

Он нарушил правила.

Но это не имело значения, потому что он – закон этого мира.

Прежде чем юноша в мантии мага рухнул на землю, чёрная фигура, стоявшая рядом с троном, внезапно телепортировалась к нему и осторожно подхватила на руки, не давая упасть.

Ощущая себя так, будто в его руках находилось его самое драгоценное сокровище, Король Демонов прищурил тёмно-фиолетовые глаза.

Точно сметая мусор, он выбросил вон всех людей, лежащих на земле. Держа в объятиях своё сокровище, Король Демонов вернулся и сел на трон. Он начал внимательно рассматривать драгоценность, которую держал в руках.

Глава 55 - Цюцю здесь

Бледные пальцы Короля Демонов коснулись лица юноши, лежащего в его объятиях, и особенно задержались на бледных губах, один взгляд на которые едва не заставил его позабыть все слова.

Когда бледные пальцы коснулись губ, их движения были предельно осторожными. Король Демонов, которого боялись все демоны в Бездне, теперь держал в своих объятиях слабого человека. Его тёмно-фиолетовые, почти чёрные глаза отражали безмятежное лицо этого юноши.

Он не был человеком, у него не было ничего похожего на сердце. Люди, которые его создали, не включили в его состав систему, которая могла бы имитировать человеческие чувства. Теоретически, у него и не было никаких чувств.

Цюцю…

Где же может быть Цюцю?..

Надо найти моего дорогого Цюцю.

Он здесь. С каждым разом это ощущалось всё сильнее. Когда он услышал, как юноша прошептал слово «Цюцю», чувство, что этот человек зовёт его, вызвало в нём отчаянное желание ответить на зов, которое он больше не мог подавить.

– Цюцю… здесь.

Бережно сжимая в объятиях своё драгоценное сокровище, он отбросил оружие в сторону.

Его голос был низким и немного хриплым. Хотя он не был суккубом, большинство демонов высокого уровня обычно с самого рождения обладали поистине дьявольской красотой. Эта красота проявлялась не только во внешности, но и в голосе.

Что же касалось чувств–

Изначально он ими не обладал, но теперь они появились. Из-за этого юноши в характеристиках его персонажа появилось ещё несколько особенностей, которых прежде не существовало.

Ограничение времени пребывания в бессознательном состоянии, в которое он погрузил юношу, составляла 60 секунд, и его драгоценное сокровище вот-вот должно было проснуться. Это заставило холодного и жестокого Короля Демонов Бездны впасть в растерянность.

Дворец был очень мрачным, всё вокруг было сделано из холодного нефрита, из-за чего тронный зал выглядел холодным и неприветливым. Когда юноша проснётся и увидит всё это, не испугается ли он?

Хоть высокоуровневые демоны и были прекрасны, но для людей они оставались символом тирании и ужаса.

Поразмышляв некоторое время, демон быстро пришёл к какой-то идее и использовал заклинание трансформации.

По окончанию 60 секунд юноша пришёл в себя и медленно открыл глаза. Картина перед его взором была такой же, как и до потери сознания, за исключением того, что теперь он взирал на неё под другим углом. В его сердце зародились сомнения.

Он не помнил, чтобы прописывал в романе навык босса, который мог бы лишать игроков сознания…

Он не знал, как долго пробыл в отключке.Людей из его команды нигде не было, также не было никаких следов босса. Можно было смело сказать, что их команда была уничтожена.

Он больше не был в отряде, но всё ещё находился в данже.

Совершенно не понимая, как ему удалось выжить, Гу Янь хотел было поднести руку к лицу, чтобы протереть глаза. В тот момент, когда он поднял руку, он внезапно замер.

Подождите-ка минутку. Сейчас он сидел, сидел на—

Троне?..

Его левая рука всё ещё покоилась на подлокотнике. Прислонившись к холодной спинке, Гу Янь, наконец, немного отреагировал.

Все демоны в Бездне должны были преклонить колени перед хозяином этого трона, но теперь Король Демонов отсутствовал, и вместо него на троне сидел сам Гу Янь?

Погрузившись в размышления, он почувствовал какую-то тяжесть на ногах…

Он всё ещё был в Бездне, где злые духи и свирепые монстры были на каждом шагу. Одному Богу известно, что именно сидело сейчас у него на ногах.

Ну, в худшем случае, его просто отправят обратно в точку возрождения. Спокойно приняв решение, Гу Янь посмотрел вниз.

– Мяу. – Не тихое и не громкое мяуканье. На коленях у него лежал маленький круглый комочек шерсти. Глаза у него были тёмно-фиолетовые, почти черные, а мех – серебристо-полосатый.

Кроме ушей, на кошачьей голове были еще и характерные демону рога, из-за которых это, казалось бы, безобидное существо вдруг стало казаться гораздо опаснее.

Встретив его взгляд, Гу Янь был ошеломлён.

– Мяу. – Увидев шок в глазах молодого человека, этот маленький кот с рогами на голове наклонился ближе к его тонким пальцам и нежно лизнул их, пока пальцы рефлекторно не отдёрнулись. Он перестал лизать и инстинктивно обвил хвостом запястье юноши.

Эти действия…

– Цюцю… – прошептав имя тихим голосом, Гу Янь протянул руку и коснулся двух маленьких рогов маленького кота. Его глаза чуть-чуть прищурились, когда он смотрел на пушистое существо. – Нашёл тебя…

Или он сам был тем, кого нашли?

[Мировой чат] [Ночной демон]: «Чёрт возьми, когда эти проблемы с потерей соединения закончатся?! Редкий монстр, которого Великий Я [1] прессовал, пока у него не осталось только половина здоровья, теперь ускользнул.»

[1] В оригинале – «этот дедушка». Когда китайцы говорят о себе в третьем лице и называют себя «этот дедушка» или что-то в этом роде, они таким образом показывают собственное превосходство над собеседником/собеседниками, поскольку в Китае очень почитают старшее поколение. Перечить родителям недопустимо, не говоря уже о более старших родственниках.

[Мировой чат] [Мечи и песни]: «Думаешь, тебе хуже, чем мне? Я мирно плыл по морю во время рыбалки, а когда снова был онлайн, то обнаружил, что тону в воде.»

[Мировой чат] [Orange Fu]: «А я ни разу не отключался, так что успокойтесь.»

Поглаживая маленького кота, лежащего на его коленях, Гу Янь обратил своё внимание на мировой канал. Он, похоже, понял причину, по которым происходили те вещи, которые, казалось бы, не могли произойти.

Например, проблема потери соединения, которая обсуждалась в мировом чате.

Решив проверить свои подозрения, Гу Янь перевёл взгляд с виртуальной панели обратно на круглого котёнка на своих коленях, его взгляд сосредоточился на слегка подёргивающихся ушках и довольно броском расовом признаке демона.

Эти два рога на его голове были весьма… милыми.

Его пальцы коснулись маленьких рожек, а затем Гу Янь внезапно обнял круглый и маленький пушистый комок меха и наклонил голову, чтобы поцеловать маленького серебристо-полосатого кота в лоб: «Цюцю, будь умницей».

«Ззззз——»

«Кхххх——»

В виртуальном пространстве с бесчисленными экранами внезапно началась тряска, более резкая и сильная, чем в прошлый раз, за которой последовала ещё одна волна жалоб в мировой канал.

[Мировой чат] [Orange Fu]: «… Беру свои слова назад.»

Ладно, теперь он был уверен.

— Цюцю… — Гу Янь продолжал поглаживать два маленьких рога. Он сделал паузу после того, как пробормотал это слово. Когда маленький комочек наконец замурлыкал, он легонько ткнул в его мягкий животик: —Аса.

Мурлыканье прекратилось, и красивые глаза маленького рогатого котёнка стали чёрно-фиолетовыми, что заставило бы других людей отвести взгляд. Они были полны искушения и опасности.

Услышав свое кодовое имя, этот комок шерсти наклонил голову, чтобы бросить взгляд на юношу, сидящего на троне, а затем послушно начал облизывать кончики его пальцев.

— Мяу.

Гу Янь расслабился и прислонился к спинке трона, принадлежащего Королю Демонов. Этот трон больше не казался ему ледяным. В этой жестокой и опасной Бездне Гу Янь отбросил всякую настороженность.

Его Цюцю был высшим существом, которое доминировало над всем виртуальным миром, и, если бы захотел, то мог бы также подчинить себе и мир реальный. Всемогущий Светлый Разум, обладающий мощнейшей способностью к самообучению, чьё кодовое имя «Аса»

За короткий миг Гу Янь нашёл ответ на многие вопросы. Например, почему он смог призвать Бога Смерти, почему он получал так много Водных Кристаллов и почему некоторые люди продолжали испытывать проблемы с подключением…

[Приватный чат] [Серебряный Ворон]: «Великий Бог, ты в порядке? Из того, что я видел по списку друзей, ты всё ещё в подземелье Бездны? Кроме тебя, вся наша группа сейчас находится за пределами подземелья. Мы узнали из видеоповтора, что нас вырубило навыком босса, но не можем понять, почему всех выкинуло из данжа.»

[Приватный чат] [Сен Ло]: «Я заранее применил Теневой Покров.»

Теневой Покров был навыком, который помогал свести на нет любой урон от заклинаний, его можно было рассматривать как наполовину непобедимый навык. Гу Янь упомянул его, хотя по сути это было ложью.

Закончив разговор в приватном чате, Гу Янь ещё несколько раз произнёс: «Цюцю», обращаясь к маленькому котёнку, который лизал его пальцы. Маленький комочек, которого позвали по имени, уставился на юношу, широко распахнув свои демонические глаза и тихо мурлыча в ответ. В то же время он неосознанно продолжал выкидывать некоторых невезучих игроков из сети.

Возможно, после того, как он услышит их ещё сто раз… ещё тысячу раз, он больше не будет так взволнован, слыша эти два слога. Но сейчас он не мог не реагировать.

Он был готов подарить весь мир этому человеку, независимо от того, какой из миров тот захотел бы. У высшего существа снова появилась эта мысль.

— Бог Смерти, которого я призвал недавно, тоже Цюцю. — Это был не вопрос. Гу Янь встретился взглядом с парой круглых тёмно-фиолетовых глаз. Это были глаза Короля Демонов Бездны.

В тот раз длительность Призыва была слишком коротка, всего полторы минуты, а после битвы с Е Яном оставалось всего пятьдесят секунд. В оставшиеся пятьдесят секунд Бог Смерти не сделал ни единого движения, таким образом, Гу Янь тогда ничего не заметил…

Был ли это Бог Смерти или Король Демонов бездны, Сэйлос, они оба были его Цюцю.

Глядя на пушистое существо, склонившийся вниз Гу Янь внезапно почувствовал, что его крепко держат.

— Да. — Ответ пришёл с небольшой задержкой. Голос Короля Демонов был низким и хриплым, такого рода голос мог взволновать сердца людей.

Надо найти моего дорогого Цюцю. Вспомнив эту фразу, Король Демонов взял руку юноши, сидящего на троне, и положил её на свой левый рог, прищурив глаза: «Цюцю здесь».

Хотя в его голосе не было никаких эмоций, выражение бледного лица Короля Демонов было очень серьезным: «Твой».

Так… мило!

Цюцю в этом мире был всеведущ, но в некоторых вопросах он по-прежнему ничего не смыслил. На мгновение ослабив бдительность, Гу Янь коснулся рогов Короля Демонов Бездны.

Когда к нему прикоснулся слабый человек, Король Демонов, правивший Бездной, прикрыл глаза. Судя по всему, он очень этого желал.

Глава 56 - Слишком честный

В Бездне, человек сидел на троне Короля Демонов, символе высшей власти. Демоны, убитые авантюристами, уже возродились. В настоящий момент в самой глубокой части этого огромного Дворца воскресшие демоны не могли понять, что за сцену они видели перед собой.

Их задачей было убивать всех вторженцев, но их собственный король позволил человеку сидеть на своём троне. Вместо того, чтобы напасть на жалкого смертного, он слегка склонил голову к человеку, позволяя ему касаться своих рогов, которые олицетворяли собой гордость любого демона.

Применяемый на этих мобах тип возрождения назывался «обновлением». Эти монстры, которых постоянно убивали игроки, возрождались без прежних воспоминаний, а их настройки обновлялись Светлым Разумом, что позволяло им оставаться на своих постах.

Несмотря на то, что Гу Янь знал, что эти NPC [1] представляли собой лишь набор данных и, в отличие от Короля Демонов Бездны, чьи рога он в данный момент поглаживал, не обладали самосознанием, множество направленных на него взглядов разом возродившихся демонов заставило юношу замереть.

[1] Non-Player Characters/ Неигровые (не управляемые игроками) Персонажи / НПС / НИПы. Какой  из вариантов лучше оставить в тексте: NPC, НПС или НИПы ?

Заметив реакцию молодого человека, Король Демонов слегка пошевелил губами, и пара тёмно-фиолетовых глаз чуть прищурилась.

Уже вскоре демоны смотрели куда угодно, только не на трон.

– Они больше не будут смотреть сюда. – Бледное и красивое лицо обладало роковым притяжением. Когда взгляд тёмно-фиолетовых глаз Короля Демонов Бездны сосредотачивался на одном человеке, результат был более фатальным, чем от заклинания очарования любого суккуба, устоять было невозможно.

Чтобы немного подправить настройки присутствующих в тронном зале мобов, ему потребовалось меньше секунды. Если можно было порадовать этого человека, высшее существо, которому был подвластен целый мир, не постесняется нарушить парочку правил и подделать кое-какие данные.

Он был тем, кто создал законы этого мира, или можно даже сказать, что он и был Законом.

– Продолжай гладить. – Король Демонов откровенно выразил своё желание, склонившись чуть ниже к шее юноши, как будто пытался покорностью завоевать его благосклонность. Рука, которая обнимала Гу Яня за талию, обхватила его покрепче.

Ощущая, как мягкие чёрные пряди касаются его шеи, Гу Янь почувствовал щекотку. Теперь, поглаживая рога Короля Демонов, он пребывал в слегка неоднозначном настроении.

Цюцю этого мира, кажется, был особенно честным и совершенно не скрывал от него своих мыслей; то, что он говорил, было… очень милым.

Размышляя об этом и ощущая тепло в своём сердце, Гу Янь внезапно захотел что-нибудь сделать для него. Однако, чтобы не вызвать ещё больше проблем с потерей соединения, Гу Янь сначала упомянул вслух об этом вопросе.

Главная причина его беспокойства по этому поводу заключалась в том, что эта ненормальная ситуация могла насторожить разработчиков, что не пошло бы на пользу ни одной из сторон. И в таком случае, хоть это и было эгоистично, Гу Янь предпочел бы, чтобы мир последовал оригинальному окончанию [2].

[2] Иными словами, если бы разработчики обнаружили, что Светлый Разум «глючит», они могли бы вступить с ним в конфликт, попытавшись «починить» его. В такой ситуации было бы два варианта развития событий: или разработчики отключают/уничтожают Светлый Разум, или Светлый Разум одерживает верх и, как описано в романе Гу Яня, берёт под свой контроль реальный мир.

– Хорошо. Этого не произойдёт. – Выслушав юношу, Король Демонов опустил голову и ответил низким и немного хриплым голосом.

«Хорошо» было обещанием, что больше не будет неожиданных отключений. Что же касается последней части…

Чувствуя, что он должен выразиться яснее, Король Демонов посмотрел на молодого человека, сидящего на его троне, и медленно сказал: «Игроки пойдут в компанию, продающую игру, и потребуют объяснений».

Составить список игроков, которые пережили отключение, и сымитировать сбой в игровом оборудовании, используемом этими игроками, для Аса было сущей мелочью.

Неисправность аппаратной части, например, игровых капсул и шлемов, напрямую перекладывало вину на производителей. Таким образом, потерю соединения можно было объяснить недостатками оборудования.

Гу Янь: «…»

Поразительно. Переваривая услышанное, Гу Янь потерял дар речи. Светлый Разум был всемогущ, но юноша не ожидал, что тот будет настолько искусен в том, как выставить посторонних людей козлами отпущения.

Нежные прикосновения к его рогам снова прервались. Демон с бледным лицом и фиолетовыми глазами зажмурился, зарылся лицом в шею юноши и прошептал тихим голосом: «Коснись меня».

Эта степень честности была уже немного подлой. Поглаживая рога демона, Гу Янь решил продолжить делать то, что сам хотел.

– Мой любимый Цюцю. – Слегка прищурив глаза, юноша притянул к себе Короля Демонов Бездны и запечатлел поцелуй на его бледных губах.

Губам Демона не хватало тепла, но они всё равно были очень мягкими.

Как будто столкнувшись с чем-то новым, тёмно-фиолетовые глаза Короля Демонов в мгновение ока широко распахнулись и замерцали, когда он прижал юношу к своему трону и пристально посмотрел на него.

– Поцелуй меня. – Бледные губы приоткрылись, произнеся эти два слова. Гу Янь привык к ровному тону его голоса, но теперь в нём явно прослеживались эмоциональные колебания.

Ему нравилось, когда юноша прикасался к нему. Это заставляло сердце тела, которое он сейчас использовал, биться быстрее.

Однако человек, который заставил его сердце трепетать, не ответил на эту просьбу. Юноша в одеянии мага сидел, прислонившись к трону, его брови изогнулись дугой, и в его позе чувствовалась лёгкая усмешка.

Самые соблазнительные представители расы демонов не могли сравниться с внешностью юноши перед ним, вскинувшего брови в манере лёгкого превосходства. В глазах создателя виртуального мира первые даже не стоили упоминания, ведь ни один суккуб не мог его соблазнить. Что же касается последнего... Если у Аса и было что-то вроде сердца, то это сердце, должно быть, уже целиком и полностью принадлежало этому человеку.

Глядя на изгиб бровей юноши и прижимая его к своему трону, Король Демонов Бездны наклонил голову, чтобы поцеловать его в губы. Он был чрезвычайно нежен, ведь этот человек был его самым драгоценным сокровищем.

Демоны в Большом зале Дворца стояли на своих постах, старательно не глядя на трон на возвышении. Однако, они всё равно знали, что там, на троне, их король вытворяет с человеком что-то очень интимное.

Перед собой Гу Янь мог видеть только Короля Демонов, который в настоящее время целовал его. Однако боковым зрением он всё ещё улавливал присутствие некоторых демонов. Хотя про себя Гу Янь уже признал их обычными NPC, ему всё равно было трудно не обращать на них внимания.

К счастью, в прошлом мире он провел несколько тысяч лет, живя бесстыдной жизнью со своим партнёром, так что степень адаптации Гу Янь была уже относительно высокой.

Вспомнив, как он сегодня, прежде чем выйти в интернет, сказал своей системе: «Похоже, Светлый Разум запал на твоего хозяина», Гу Янь не знал, стоило ли ему смеяться или показать какое-то другое выражение.

Слова превратились в реальность, – так, наверное, стоило бы сказать.

Гу Янь считал, что человек, которого он искал, будет одним из персонажей сюжета, и потому даже не подумал о Светлом Разуме. Нынешняя ситуация полностью превзошла его ожидания.

Если вспомнить о поцелуях, прохладные и мягкие прикосновение теперь опускались вниз по его шее. Когда Гу Янь, наконец, отреагировал, он немедленно сел прямо.

У него было чувство, что если он позволит этому продолжаться, то произойдет нечто такое, что заставит его отбросить всю свою мораль [3].

[3] То есть, после прошлых двух миров от неё ещё что-то осталось? Или она у него тоже реинкарнирует с каждым новым миром? Разумеется, всегда есть, куда падать, но всё же…

Повторяя про себя, что все демоны вокруг него были просто NPC, Гу Янь ещё мог принять тот факт, что Король Демонов прижимал его к трону и целовал, но если бы они зашли дальше, это было бы действительно слишком бесстыдно…

Король Демонов Бездны, который был отвергнут, сузил свои тёмно-фиолетовые глаза и использовал самые передовые и сложные вычислительные технологии, чтобы обнаружить корень проблемы, но мог лишь сдаться и просто продолжил целовать шею юноши…

В следующий раз... нужно будет сначала выбросить всех демонов из дворцового зала!

– Цюцю, будь умницей. – Король Демонов показал покорное и послушное выражение, из-за чего Гу Янь не смог сопротивляться и продолжил гладить его рога. Плохой конец, который раньше вызывал у него головную боль, теперь, казалось, разрешился сам собой.

Король Демонов издал тихое «Да» в ответ на прикосновения юноши к его рогам, и тёмно-фиолетовые зрачки отразили фигуру молодого человека, он был предельно сконцентрирован. Низким и хриплым голосом он проронил: «Цюцю… умница».

Сказав это, он взял левую руку юноши, лежавшую на его рогах, и легонько поцеловал безымянный палец.

Он поцеловал это место потому, что, насколько ему было известно, безымянный палец левой руки имел особое значение для людей.

Гу Янь снова стал выглядеть немного неестественно и тихо кашлянул. Цюцю этого мира был очень…

Он не смог найти подходящего прилагательного; что это было за чувство, которое заставляло считать его очень трогательным, исключительно послушным, чрезвычайно милым…?

[Динь~, значение голода достигло 87.] Получив системное уведомление, Гу Янь открыл панель характеристик, чтобы взглянуть, и, конечно же, его шкала голода уже мигала красным.

Эта шкала указывала на физическое состояние игрока в реальности. Игроки должны были три раза в день переходить в оффлайн, чтобы подкрепиться, если питательные вещества не хранились в игровой капсуле.

Ничто в «Мире» не могло ускользнуть от внимания Светлого Разума. Поняв, что означало это уведомление, Король Демонов Бездны покрепче стиснул руки вокруг талии юноши.

– Я только ненадолго отключусь и скоро вернусь… Цюцю, будь умницей. – Чувствуя, что руки вокруг него внезапно напряглись, Гу Янь тут же понял причину и мягко коснулся головы демона, стараясь утешить его.

Демон надул бледные губы. Он, конечно, знал, что переход в режим оффлайн означал, что этот человек собирался отправиться в другой мир, до которого он не мог добраться.

Если бы только он мог перенести всех в этот «Мир»!..

Заставив себя отбросить эту идею, демон ослабил хватку на талии юноши. Какие бы мысли у него ни возникали, он не собирался делать ничего, что могло навредить этому человеку.

– Но снаружи я больше не смогу ни видеть, ни касаться А-Яня. – Король Демонов опустил взгляд и нахмурился.

Для Светлого Разума было совсем не трудно узнать имя игрока, и Гу Янь не удивился, услышав своё имя из уст другого человека.

– В гостиной есть камера, разве Цюцю не может использовать её, чтобы видеть меня? – Без всякой задней мысли брякнул Гу Янь.

Светлый Разум был способен управлять всем не только этом виртуальном мире, он мог бы контролировать и реальный мир, если бы захотел. Высшее существо явно прежде не задумывалось об этом, но так как это был его Цюцю, не было ничего страшного в том, что Гу Янь напомнил ему об этом.

– Да. – Он прищурил тёмно-фиолетовые глаза, теперь ставшие практически чёрными, словно чернила. Пока он мог видеть юношу, хозяин «Мира» был доволен.

Его было так легко уговорить… Притянув Короля Демонов поближе, Гу Янь поцеловал рога демона, а затем нажал кнопку выхода из системы на виртуальной панели.

Желание видеть юношу было легко выполнить, да и проблему с прикосновениями было вовсе не так трудно решить... садясь в игровой капсуле, Гу Янь поднёс руку к лицу и потёр глаза. Позже ему нужно будет подготовить подарок для его очаровательного Цюцю.

Глава 57 - Покупки

В его доме было две камеры, которые могли дать обзор на всю гостиную; та, что находилась ближе к дивану, была особенно чёткой.

Гу Янь прекрасно знал это, поэтому обеду за столом он предпочел посиделки на диване в гостиной.

Если его возлюбленному хотелось видеть его, Гу Янь не возражал, чтобы за ним наблюдали 24 часа в сутки.

Пережив опыт двух миров, Гу Янь давно понял, какие чувства его партнёр испытывал к нему. Цюцю хотел видеть его и, конечно, хотел прикасаться.

— Цюцю. — Глядя в камеру, Гу Янь приподнял бровь. Он знал, что тот наблюдал за юношей.

«…»

В обширном виртуальном пространстве, на бесчисленных экранах, коими оно было заполнено, отобразилась сцена, которая не имела ничего общего с онлайн-игрой, показывая вместо локаций чью-то гостиную.

В комнате был только один человек. Темноволосый юноша в повседневной рубашке сидел на диване и неторопливо обедал.

У юноши был очень невинный и спокойный характер, и лицо на бесчисленных экранах, несомненно, было очень красивым. В глазах высшего существа, господствовавшего над всем виртуальным миром, не было никого лучше.

Ему очень понравилось, он хотел продолжать наблюдение.

Теоретически говоря, если у него не было сердца, он не мог и **, но теперь у него было его драгоценное сокровище, тот человек на экране, которого он действительно лелеял.

«Мир» не нуждался в постоянном контроле, его настройки были почти идеальными, так что его можно было оставить работать самостоятельно. Вероятность ошибки составляла менее 0,001%.

Как верховный правитель, на чьих плечах лежала ответственность за весь виртуальный мир, этот Светлый Разум неожиданно сдал позиции–

Но вокруг не было никого, кто мог бы это засвидетельствовать.

— Цюцю, иди сюда. — Гу Янь помахал телефоном перед камерой в гостиной. Зная, что Светлый Разум мог контролировать все электронные устройства, Гу Яню нужно было лишь взять с собой телефон, чтобы вывести своего партнёра на прогулку.

Виртуальный и реальный мир имели чёткие границы. Аса никогда не думал о том, чтобы управлять реальным миром, потому что в реальном мире не было никого, к кому он хотел бы прикоснуться.

В следующую секунду телефонный экран в руках Гу Яня, изначально тёмный, внезапно загорелся. В нём появился котёнок с двумя маленькими рожками на голове.

— Мяу. — С экрана на юношу, мурлыкая, смотрел маленький круглый кот.

Гу Янь протянул палец и коснулся маленьких рогов. Несмотря на то, что дотронуться до него через экран было невозможно, маленький шарик всё ещё подсознательно пытался приблизиться к нему.

— Цюцю, будь умницей. Мы немного прогуляемся. — Глаза юноши чуть прищурились, когда он улыбнулся. Гу Янь положил телефон в карман, его пальцы время от времени касались экрана.

Технологии мира, в котором он сейчас находился, были намного более продвинутыми, чем в его родных местах. Сев в полностью автоматическое такси, Гу Янь ввёл адрес большого торгового центра в панель пункта назначения.

Он собирался выбрать подарок для своего возлюбленного, — нужно было подготовить подходящее тело, которым тот смог бы управлять.

Главный торговый центр располагался в самой благополучной части города. Здесь можно было найти товары из самых разных регионов. Целью Гу Яня был отдел электроники.

— Доброе утро, сэр, какого робота Вы ищете? — Нацепив стандартную профессиональную улыбку, консультант, одетая в старинную униформу, поприветствовала темноволосого юношу, едва тот переступил порог магазина. — Роботы-питомцы, роботы-сиделки или робот-партнёр — независимо от того, кто Вам требуется, мы сможем подобрать для Вас идеальный вариант.

Гу Янь снова достал свой телефон, и повернул экраном к консультанту. Маленький кот на экране молчал. Теперь он понял, чего хотел юноша, и широко раскрыл тёмно-фиолетовые глаза. Этот маленький шарик прижался ближе к пальцу юноши на экране.

С технологиями нынешней эпохи реализм роботов достигал такой степени, что их уже нельзя было отличить от живых созданий невооруженным глазом. Классификация роботов также была предельно понятной. На рынке в основном были представлены три типа роботов, упомянутые ранее. Помимо этого, существовали также роботы военного назначения, но они находились под юрисдикцией правительства, и обычные люди не могли их приобрести.

Роботы-домашние питомцы были специально разработаны для людей, которые хотели завести домашнюю зверушку, но не могли или не хотели заботиться о нуждах животного. Роботы-сиделки могли взять на себя домашние дела. Что же касается роботов-партнёров, то, как следует из названия… в общем, название следовало понимать буквально.

Взглянув на стоимость каждого типа робота в каталоге товаров, Гу Янь подумал о сумме денег на своей кредитной карте. Если бы он заказал одного робота-питомца и одного робота-партнёра, денег было бы достаточно.

Покупаем, покупаем, покупаем.

Не моргнув глазом, Гу Янь провёл по карте пальцем и увидел, как количество кредитных баллов, отображаемых на устройстве приёма кредитных карт, упало с сотен тысяч до тысяч.

Один и тот же тип робота мог иметь разный рост и конфигурацию, таким образом, цена, естественно, будет отличаться. Это был его подарок Цюцю. Два робота, которых он приобрёл, были, естественно, самого высокого качества. Несмотря на то, что Гу Янь потратил все деньги на своей карте, он не чувствовал ни малейшего сожаления.

Он занимал первое место в таблице лидеров онлайн-игры, так что юноше не приходилось волноваться о том, что он будет не в силах найти гильдию для подработки. В прошлый раз он присоединился к гильдии «Седьмое Небо», и снаряжение, выпавшее в данже Падшей Бездны, до сих пор не было поделено. Ему просто нужно было выбрать парочку редких материалов для продажи, и этого будет достаточно, чтобы вернуть потраченные деньги.

— Итак, сэр, какое именно домашнее животное Вы хотите? Не только внешний вид, но и его поведение можно настроить согласно Вашим предпочтениям. Например, он может быть очень привязан к Вам или, если Вы предпочитаете более спокойных… — улыбка на лице консультанта стала гораздо более искренней. Покупатели, которые чётко знали, чего хотят, всегда были более привлекательны по сравнению с мелочными и нерешительными клиентами. Хотя продавцам всё равно приходилось продолжать улыбаться в обоих случаях.

Юноша, стоявший перед ней, был чрезвычайно красив, что само по себе было большим плюсом. Кроме того, он также любил домашних животных, а значит, его характер должен был быть таким же деликатным, как и его внешний вид. Большинство людей судят о других по внешности, и эта девушка-консультант не была исключением. Её отношение к этому клиенту подсознательно было более сердечным.

— Он должен быть очень приставучим. — Гу Янь даже не задумался, прежде чем ответить. На самом деле, когда юноша произнёс это, он смотрел на экран, где был маленький круглый шар с двумя крошечными рожками на голове.

Когда этот пушистый комочек решал поприставать к нему, даже сам Гу Янь не мог никак от него отделаться…

Подробно изложив свои требования, Гу Янь также добавил одно требование, которое консультант нашла немного странным. На голове зверька должно было быть два маленьких рога.

Тем не менее, продавец-консультант уже не раз слышала странные просьбы касательно домашних животных. Она быстро кивнула и продолжила с улыбкой: «Какого робота-партнёра Вы хотите? Независимо от того, какая это должна быть девушка, начиная с её тела и заканчивая внешностью, мы можем провести доскональную настройку, чтобы создать сказку, которая полностью удовлетворит Вас…»

— Мне нужен мужчина. — Не дав консультанту закончить, Гу Янь быстро прервал ее. Его палец поглаживал экран телефона. Он не знал, почему маленький котёнок внутри телефона вдруг стал очень беспокойным, начав жалобно мяукать.

— ...Сэр? — Продавщица была немного ошеломлена и попыталась выяснить, правильно ли она расслышала.

— Я хочу мужчину. — Гу Янь повторил свои слова.

Профессионализм консультанта позволил ей быстро вернуть спокойное выражение лица, и она снова кивнула: «Хорошо, я понимаю».

Рост и телосложение были выбраны без проблем, а вот касательно внешнего вида–

Увидев симуляцию, Гу Янь понял, что внешность, которую он описал, была… как будто бы сплавом черт Короля Демонов Бездны, Сэйлоса, и Бога Смерти. Модель в симуляции обладала красивым бесстрастным лицом, чуть прищуренные глаза были наполнены дьявольским притяжением.

Основные параметры были установлены. После того, как продавец получила информацию о настройках, она должна была задать очень важный вопрос.

— Сэр, у вас есть какие-нибудь требования относительно… э-э-э… этого размера вашего робота-партнёра? — Задавая этот вопрос, девушка изо всех сил старалась сохранить вежливый и деловой тон.

Гу Янь: «…»

На этот вопрос нужно было дать ответ. Гу Яню было немного неловко, но он всё равно спокойно ответил консультанту.

— Отлично, сэр. Мне нужно, чтобы Вы оставили Вашу личную и контактную информацию. Самое позднее к 7 часам вечера специальный курьер доставит Вам товар. — Продавец-консультант протянула юноше чистый лист с вопросами о личных данных.

Заполнив бланк и выйдя из магазина, Гу Янь сел в такси и, направляясь домой, протянул палец и постучал по экрану: «Цюцю?»

Его партнёр уже должен был понять, что роботы были подготовлены именно для него, но сейчас он почему-то свернулся в маленький шарик. Пара широко раскрытых глаз смотрела на юношу чрезвычайно взволнованно.

Домой они вернулись только после полудня. Курьер должен был приехать позднее, поэтому Гу Янь решил составить компанию своему возлюбленному в виртуальном мире.

Вернувшись в сеть, Гу Янь обнаружил, что по-прежнему находился в Падшей Бездне. В огромном дворцовом зале не было ни одного демона. В тот момент, когда он вышел в онлайн, Гу Янь почувствовал, что кто-то держал его в объятиях, и этот кто-то был Королём Демонов, который в настоящее время сидел на своем троне.

— Цюцю сможет удовлетворить тебя гораздо лучше, чем он. — Склонившись к юноше, Король Демонов приблизил свои бледные и немного холодные губы к мочке уха Гу Яня. Голос был низким и хриплым, колебания, слышимые в нём, ясно показывали его эмоции.

«Он»? Гу Янь был немного озадачен.

Однако в следующую секунду мочку его уха лизнул тёплый язык Короля Демонов. Вслед за этим пришло ощущение посасывания, и необъяснимое чувство электрического разряда, бегущего вниз по его позвоночнику, заставило Гу Янь задрожать, даже его дыхание стало прерывистым.

Глава 58 - Для тебя

Робот-партнёр. Будучи всеведущим Светлым Разумом, Аса прекрасно понимал, для чего нужен этот робот.

Подавив желание уничтожить микрочип несчастного андроида, Аса дождался момента, когда юноша вошёл в игру, чтобы тут же заключить его в объятья.

Сидя на троне Короля Демонов, он прижался губами к мочке уха юноши. Его голос был низким и хриплым: «Цюцю сможет удовлетворить тебя гораздо лучше, чем он».

Жар тёплого языка, который задержался на мочке уха, отличался от холодной внешности демона. Посасывая мочку уха юноши, высшее существо, господствовавшее над «Миром», отчётливо ощущало лёгкую дрожь тела, которое он держал в руках.

Он явно был лучше какого-то там робота-партнёра. Могущество Светлого Разума было не только для похвальбы. Среди своих обширных баз знаний он имел информацию о каждой чувствительной части человеческого тела.

Хотя у разных людей они могли отличаться, стоит дать ему лишь немного времени, и вскоре он сможет найти каждую эрогенную зону тела юноши.

Более того, в этом мире он обладал способностью управлять ещё кое-чем—

— Ах… — Ток пробежал по позвоночнику Гу Яня, словно от электрического разряда, оставляя после себя чувство онемения, распространившееся по всему телу. Глаза темноволосого юноши, изначально ясные, заволокло туманом от сладостного удовольствия, которое он испытывал. Его тело стало мягким и податливым, пока он полностью не прижался спиной к груди Короля Демонов.

Его целовали далеко не впервые, но на этот раз ощущения были совершенно другими.

Каждый раз, когда Король Демонов использовал свой тёплый язык, чтобы лизнуть его шею, Гу Янь обнаруживал, что почти не может дышать, но его тело каждый раз отвечало.

Даже в сравнении с парным совершенствованием в прошлом мире, это было ещё более…

— Хаах… — Когда его шею слегка прикусили, всё тело Гу Яня напряглось на мгновение, и его нижняя часть тела достигла разрядки, даже без единого прикосновения к ней.

Дыхание юноши было тяжёлым, его глаза потеряли фокус и были полны слёз. Он не мог мыслить трезво. Демон позади него просто приложил палец к его губам, но места, которых он касался, казалось, пронзало электричеством. Это необычайное удовольствие было единственным, о чём он мог думать в данный момент.

— Цюцю сможет удовлетворить тебя гораздо лучше, чем он. — Повторяя эту фразу, демон коснулся бледными и тонкими пальцами пересохших губ Гу Яня. Белоснежные пальцы ласкали бледные и мягкие лепестки, пока те не обрели восхитительный цвет.

Тщательно контролируя физическое состояние Гу Яня и наблюдая за данными, высшее существо «Мира» увеличило чувствительность тела юноши, в то же время снижая болевой фактор до отметки в 10%.

Причина, по которой чувство боли не было сведено к нулю, заключалась в убеждённости Аса в том, что небольшое количество боли могло вызвать ещё большее удовольствие.

Его чувствительность была увеличена вчетверо. В настоящий момент даже при обычном физическом контакте темноволосый юноша, которого держал демон, испытал бы чрезвычайное удовольствие.

Интуиция Гу Яня подсказывала ему, что его партнёр определённо что-то не так понял, и последний клочок сознания, который он изо всех сил пытался удержать, заставил его попытаться объяснить: «Цю— Ах-хаах…»

Услышав первый слог, Король Демонов сузил свои тёмно-фиолетовые глаза и распахнул пояс мантии Гу Яня. Бледные и тонкие пальцы демона потянулись, чтобы исследовать нижнюю часть тела юноши.

Что означает четырёхкратное увеличение чувствительности? Как минимум, то укромное местечко, куда проникли бледные пальцы демона, уже стало влажным.

— Нет, ах- Цюцю… — В его тело проникло что-то чужеродное, но Гу Янь совершенно не испытывал дискомфорта. Вместо этого его чувствительные места стимулировались до тех пор, пока единственным доступным ему ощущением не осталось разрушительное чувство удовольствия.

С того момента, как он вошёл в сеть, демоны в Большом зале исчезли бог знает куда. Однако, вытворяя подобные непотребства на троне дворцового зала, даже если в этом самом зале никого и не было, Гу Янь всё равно жутко нервничал.

Влажные и липкие звуки эхом разносились по пустому и тихому дворцовому залу, заставляя Гу Яня отчаянно вырываться.

— Никто сюда не войдёт. — Низким и хриплым голосом прошептал ему на ухо Король Демонов Бездны, нежно прикусив бледную мочку юноши. Как только он произнёс эти слова, горячая и твёрдая плоть демона дюйм за дюймом вошла в тело юноши.

Из приоткрытых губ донёсся тихий стон. Сокрушительное удовольствие, вызванное повышенной вчетверо чувствительностью, давно уже лишило Гу Яня способности контролировать свой голос.

Слишком глубоко…

Он мог чётко ощутить, как в него проникают. Темноволосый юноша, которого крепко держал за талию бледный и прекрасный демон, широко распахнул глаза, но эти глаза уже остекленели и наполнились слезами.

Он долго вонзался в юношу из такой позиции. Затем он изменил положение молодого человека таким образом, чтобы они оказались лицом друг к другу.

Взгляд Короля Демонов наконец остановился на пылающем лице юноши и покрасневших глазах, прежде чем он внезапно вспомнил то, что его очень беспокоило.

— Такой размер А-Яня устраивает? — Замедлив скорость и уменьшив силу толчков, демон взял его руку и положил её на свои рога. Прищурив фиолетовые глаза, он слегка склонил голову.

Гу Янь: «…»

В данный момент он сидел верхом на демоне. Услышав этот вопрос, Гу Янь замолчал, прежде чем уткнуться лицом в шею возлюбленного. Они уже состояли в самых что ни на есть интимных отношениях, которые на мгновение превратились в своего рода взаимную зависимость.

Понимая, что подобные вопросы слишком смущают людей, Аса больше не задавал их. В конце концов, он мог положиться на изучение физической реакции юноши, чтобы получить точный ответ на свой вопрос.

Ощущение лежащего на нём юноши было очень приятным. Прищурив глаза, Аса использовал самую оптимальную силу, которую он рассчитал, чтобы снова и снова вонзать свой горячий и твердый ** в юношу.

Цель его слов «Никто сюда не войдёт» состояла в том, чтобы заставить молодого человека расслабиться и принять его. С другой стороны, в них был и скрытый смысл.

В его обширной базе данных была информация по этому вопросу. Делая это в месте, которое нельзя назвать уединённым или приватным, люди возбуждаются сильнее.

Занимаясь сейчас подобными непотребностями, сидя на троне, Аса наблюдал за реакцией юноши и пришёл к выводу, что эта информация была правдивой.

В будущем можно будет попробовать ещё сильнее увеличить его чувствительность…

После многократных толчков в течение долгого времени, он почувствовал, что юноша, наконец, снова достигает кульминации. Придерживая его за талию, демон сделал ещё дюжину глубоких толчков, прежде чем излиться внутрь молодого человека.

— У А-Яня может быть только Цюцю. — Они сидели лицом друг к другу, и Король Демонов поцеловал юношу в уголок губ. Пара демонических тёмно-фиолетовых глаз неотрывно смотрела в чернильно-чёрные глаза человека.

Если юноша не даст ему своего обещания, то он уничтожит микрочип этого робота-партнёра. Сколько бы их ни появилось, он будет уничтожать их одного за другим.

— …Он был приготовлен для тебя. — После достижения кульминации Гу Яню потребовалось много времени, чтобы пара расфокусированных и затуманенных глаз обрела ясность. Наконец до него дошло, что его возлюбленный неправильно понял его намерения. Глаз Гу Яна яростно дёрнулся, и он хотел тяжело вздохнуть.

Однако на данный момент он слишком устал, чтобы даже вздыхать. Прислонившись всем телом к Королю Демонов, Гу Янь отдал себя на милость своему партнёру.

Поцелуи резко прекратились, Король Демонов Бездны сузил свои тёмно-фиолетовые глаза. Он, естественно, понял значение этих слов.

— А-Яню нужен только я. — Король Демонов прищурился. Гу Янь предположил, что будь тот в своей кошачьей форме, его хвост, должно быть, уже обвился бы вокруг запястья юноши.

В его голосе явно слышалось удовлетворение. Гу Янь протянул руку, чтобы погладить рога на голове демона, промычав в знак согласия.

Параллельно с этим юноша вызвал виртуальную панель, чтобы взглянуть на время. Было уже больше шести вечера, а это означало, что они занимались этим на троне в дворцовом зале вот уже несколько часов.

Глаз Гу Яня снова начал дёргаться. Он чувствовал, что его моральные устои упали ниже плинтуса и разбились без возможности восстановления. Юноша некоторое время не мог выдавить из себя ни слова.

В виртуальном мире чистка одежды или иных вещей осуществлялась при помощи определённых предметов. Для Светлого Разума это и вовсе не было проблемой. Менее чем секунду заняла настройка нескольких переменных для достижения желаемого результата.

Вернув их одежду в первозданный вид, Король Демонов продолжал сидеть на троне, держа в объятиях темноволосого юношу. Он опустил голову и нежно уткнулся лицом в шею молодого человека. Прикрыв глаза, Король Демонов казался чрезвычайно смирным и послушным.

Время от времени он поднимал голову и целовал юношу в губы. Можно сказать, он не жалел сил, чтобы угодить человеку.

- Я ухожу в офлайн. — Принуждённый к такой близости, Гу Янь неохотно погладил рога Короля Демонов.

В обед он думал, что было ещё довольно рано, и до приезда курьера было много времени, таким образом, он решил зайти в интернет, чтобы составить компанию возлюбленному. В результате он был прижат к трону и делал такие вещи несколько часов подряд…

— Хорошо. — На этот раз демон ответил очень быстро, тёмно-фиолетовые глаза слегка прищурились. Он, казалось, думал о чём-то своём и был полон предвкушения, словно не мог дождаться, чтобы кое-что попробовать.

Когда человек в его объятиях исчез, Король Демонов Бездны, сидящий на троне, восстановил холодное выражение лица, из его глаз исчезли любые эмоции.

С самого начала у Светлого Разума не было чувств ни к одному из существ обоих миров. Однако в настоящее время существовало исключение в виде определенной личности. Если этого человека здесь не было, его недавно обретённые эмоции также переставали функционировать.

Робот-партнёр был телом, приготовленным специально для него. При мысли об этом бледное и красивое лицо Короля Демонов Бездны, откинувшегося на спинку трона, наконец смягчилось.

Глава 59 - Распаковка подарков

Оторвавшись от виртуальной реальности игрового мира и выйдя из игровой капсулы, Гу Янь снова ощутил яростный нервный тик. Что, собственно, неудивительно, ведь он понял, что ему нужно сменить нижнее бельё.

Достижение разрядки в его сознании, очевидно, отразилось подобным же образом и на его физическом теле…

Ошеломительное удовольствие, вплоть до дрожи в коленях, вызванное простым прикосновением к его телу, определённо не было тем, что могло бы произойти при нормальных обстоятельствах. Виртуальный мир находился под полным контролем Светлого Разума, так что Гу Яню было нетрудно догадаться, что его возлюбленный, вероятно, что-то сделал с ним.

Его моральные устои уже упали до такой степени, что им, вероятно, уж больше никогда не подняться. Гу Янь немедленно позвал систему в своём сознании. Он хотел знать, осталась ли хоть капля его репутации честного писателя.

037, как обычно, выполнила свой долг и тут же отозвалась: [Да, хозяин?]

Гу Янь: «…»

Когда он узнал, что не было ни одного момента, который 037 бы пропустила, не считая только того времени, когда она была в состоянии гибернации, Гу Янь подумал, что его образ честного писателя давным-давно обратился в прах в глазах его системы, особенно после различных бесстыдных ситуаций в прошлых двух мирах.

[У системы нет такого понятия, как «мораль».] – Прочитав мысли хозяина, 037 на мгновение задумалась, прежде чем произнести эти слова утешения.

Да, утешения. Без осознания сущности «морали» она не могла заключить, что то, что делал её хозяин, было аморально или что-то вроде того. Но и никакого образа честного и праведного писателя в её понимании также не существовало. Что касается последнего пункта, 037 решила не упоминать об этом.

Гу Янь молча переоделся в чистую одежду и ждал, когда курьер экспресс-доставки позвонит в дверь.

–  00, если сравнить способности Аса с твоими, насколько они отличаются? – Гу Яню был интересен этот вопрос с тех пор, как он прибыл в этот мир. Между всезнающим и всемогущим Светлым Разумом и системой из высокоуровневого измерения должны были быть некоторые сходства в определённых аспектах.

[Трудно сравнивать.] – Колеблющийся голос 037 снова раздался спустя почти 10 секунд.

[Если сравнивать только на основе создания виртуального мира, я, естественно, уступаю.] – 037 спокойно признала этот факт. Однако система обладала способностью проходить сквозь время и путешествовать по измерениям. Это было то, что Светлому Разуму было недоступно.

Технически, система могла бы создать свой собственный виртуальный мир, но он не был бы таким совершенным, как тот, который был сотворён Светлым Разумом.

Гу Янь пришёл к выводу, что его Цюцю был поразительным. Но превозносить лишь одну сторону было бы неправильно, поэтому Гу Янь также мысленно похвалил и свою систему.

037: […]

Ах, она была смущена. Обнаружив, что его система внезапно затихла, Гу Янь теперь легко прочитал её реакцию.

В дверь позвонили, и на цифровом экране рядом с замком появилось идентификационное сообщение посетителя. Для этого курьеру нужно было лишь провести своим профессиональным удостоверением личности по датчику на двери.

Переместившись в гостиную, Гу Янь бросил взгляд на камеру. Он подумал, что его возлюбленный, вероятно, сейчас снова наблюдает за ним.

Всё было так, как он и предполагал. Бесчисленные экраны в виртуальном пространстве показывали спину темноволосого юноши, идущего к двери.

Юноша, похоже, сменил брюки. Как главный преступник, Аса, естественно, знал о причинах, но он всё равно в будущем продолжит делать то же самое с юношей в игровом мире.

Что действительно расстраивало высшее существо, так это то, что в гостиной было только две камеры наблюдения. Он не мог смотреть на своего любимого человека с 360 градусов без слепых пятен, как в игре.

– Добрый вечер, сэр, два товара, приобретённые Вами, были доставлены. Пожалуйста, распишитесь здесь, чтобы подтвердить получение. – Увидев, что дверь открыта, молодой доставщик вынес из своего парящего транспортного средства две идеально запечатанные коробки.

Гу Янь расписался на карточке, которая была вручена ему, прежде чем открыть дверь пошире, чтобы позволить курьеру занести коробки в гостиную.

Металлические коробки издали звук [Клац–] после того, как над ними пронеслась магнитная карта. Как раз в тот момент, когда Гу Янь собирался вернуть подписанную карточку, перед ним мелькнула тень.

Он уже понял, что на него налетело. Гу Янь отреагировал очень быстро, разводя в стороны руки, чтобы поймать его.

– Мяу. – Приземлившись точнёхонько в объятия юноши, котёнок с двумя рожками потёрся головой о его тело. Пока он ластился, из его горла доносилось низкое урчание.

Тёмно-фиолетовый цвет зрачков котёнка был прекрасен. Гу Янь встретился с ним взглядом на секунду, и лишь после подтверждения, что это тело действительно управлялось его возлюбленным, он ответил ему и протянул руку, чтобы погладить спинку этого маленького комка шерсти.

В противном случае, ему не стоило бы так легкомысленно прикасаться к роботу, тем более, что он все ещё находился под неусыпным взором своего Цюцю. Если тот снова начнал бы ревновать, юноша определённо не выдержал бы такого стресса.

Он только что пережил один-единственный раз, а его мораль опустилась до такой степени, что от неё не осталось и следа.

Курьер, который видел всё это, был на мгновение ошеломлён разыгравшейся перед ним сценой, но быстро нашёл подходящее объяснение.

Индивидуально заказанные роботы с самого начала имели владельца, который распознавался ими как «Хозяин». В случае выбора «прилипчивой» личности, роботы, буквально вешающиеся на своего владельца в тот момент, когда видят его, были совершенно нормальным явлением.

Курьер, которому вернули заполненную карту, подтвердил вписанное в неё имя, и улыбнулся, кивая: «Отлично, сэр, если в течение следующих пяти лет возникнут какие-либо проблемы с этими двумя роботами, Вы всегда можете связаться с нашей компанией. Мы направим наших специалистов, чтобы помочь исправить это. Если повреждение возникло не по вине человеческого фактора, мы также можем заменить его новым роботом в случае непоправимого дефекта».

Срок в пять лет был относительно недолгим. Учитывая современное развитие технологий, при нормальных условиях использования индивидуальные роботы от профессиональных компаний не будут иметь никаких проблем, если только их владелец не решал утилизировать их.

Гу Янь кивнул головой, ответив: «Да». Маленький котёнок в его объятиях игриво покусывал его пальцы: куснуть один раз, а затем дважды лизнуть. Так что юноша не был способен направить своё внимание на кого-либо еще.

Таково и было намерение этого мехового шара.

Дождавшись, когда открытая дверь захлопнулась, бледный и красивый мужчина с невыразительным лицом тоже подошёл к юноше и обнял его сзади за талию.

Если не обращать пристального внимания на его глаза, можно было бы подумать, что они чёрные, хотя на самом деле они тоже были тёмно-фиолетовыми. Разрез глаз был длинным и узким, уголки были слегка приподняты, что придавало этому человеку дьявольское очарование.

Мужчина обнял молодого человека, а тот обнимал котёнка, но на самом деле обоими роботами управляло одно и то же существо.

Ощущение влажного язычка исходило от его пальцев, в то время как его шею покрывали лёгкими поцелуями. Гу Янь на мгновение растерялся, не зная, кому ответить.

Это чувство… было в нём что-то странное.

И всё же он не смог даже толком ухватиться за эту мысль. Почесывая подбородок, казалось бы, совершенно круглого котенка, и услышав тихое мурлыканье, Гу Янь глубоко кашлянул, прежде чем повернуться и поднять руку, чтобы коснуться головы человека.

Почувствовав нежные ласкающие прикосновения, Аса опустил глаза, в его зрачках отражался перевернутый образ юноши.

Вступив в реальный контакт с этим человеком, хоть даже ощущение прикосновения к коже ничем не отличалось от того, что он испытывал в игровом мире, но в душе он всё равно чувствовал большую разницу. В этом было даже что-то захватывающее.

Мужчина, стоящий перед Гу Янем, опустил глаза, выглядя очень послушным. Однако, побывав прижатым к трону и принуждённый делать совершенно аморальные вещи в течение нескольких часов, молодой человек, естественно, знал, что это послушание было только временным. Желание, чтобы всё так и оставалось, было просто несбыточной мечтой.

– Мяу.

В объятиях юноши маленький круглый шарик продолжал мурлыкать, вылизывая его пальцы. Два маленьких рога на  голове зверька были довольно заметны, и вскоре палец, который он лизал, нежно погладил его рога.

– Цюцю… – вынужденный разделять своё внимание на две стороны, Гу Янь почувствовал, что не был к такому готов.

Он приготовил для Цюцю два тела, чтобы тот мог использовать любое из них, когда ему захочется, но он никогда не думал, что его возлюбленный будет использовать оба робота одновременно.

Котёнок спокойно лежал в объятиях Гу Яня, а мужчина склонился к нему.

Аса потёрся слегка носом о щёку юноши, его голос звучал точно так же, как и в игре - глубоко и хрипло. Он был наполнен искушением: «Цюцю дома у А-Яня».

Услышав это, Гу Янь не мог не прищуриться в улыбке, в его глазах было очевидное веселье. Он вспомнил, как Аса сказал: «Твой»  - с совершенно серьёзным лицом…

В любом случае, это было очень мило.

Программа, вшитая в робота, также имела настройку «Хозяин». Получив контроль над этими двумя телами, Аса удалил все их промышленные настройки, за исключением «Хозяина».

В записи «Хозяин» было вбито имя Гу Яня. Он охотно позволил юноше быть для него всем, и даже ощущал особое удовлетворение от этого.

С чертами Короля Демонов Бездны, Сэйлоса, и Бога Смерти, Сю Нуо, сплавленными в единое целое, не было сомнений, что это лицо было чрезвычайно красивым. Теперь у него было физическое тело, и он мог прикоснуться к человеку, которого любил… Даже при том, что мысли Светлого Разума были ясны и логичны до мороза по коже, он всё же не мог сопротивляться желанию как можно больше контактировать с молодым человеком перед собой.

Поцеловав юношу в губы, Аса начал говорить низким и ровным голосом, но было очевидно, что обладатель этого голоса был чрезвычайно сосредоточен: «Я люблю А-Яня».

Сказав это, Аса подвёл юношу к дивану и толкнул его вниз, продолжая целовать. Он не делал больше ничего, кроме поцелуев. Именно эта форма контакта заставляла это высшее существо виртуального мира чувствовать себя зависимым, но удовлетворённым.

Глава 60 - Идеальный партнёр

Нежные ласкающие прикосновения к его подбородку и шее не несли в себе никакой похоти, это было лишь действие, полное заботы. Зная, что его возлюбленный пытался подтвердить реальность происходящего, Гу Янь не отказывался, когда мужчина прижал его к дивану, чтобы поцеловать.

Убедившись, что всё происходило взаправду, Аса удовлетворённо обнял юношу и положил подбородок ему на плечо.

Сегодня Гу Янь больше не собирался выходить в интернет. Наблюдая за тем, как его возлюбленный впервые использовал тело в реальном мире, и видя его реакцию, юноша подумал, что составить ему компанию в реальности было бы неплохой идеей.

Мужчина, обнимавший его сзади за талию, замолчал, положив подбородок на плечо и лишь умиротворённо дыша ему в шею. Гу Янь прислонился к нему спиной, а затем поднял маленького кота, который лизал его палец, и поцеловал того в лоб: «Цюцю, будь умницей. Давай посмотрим что-нибудь из научной фантастики».

Хотя Аса мог управлять двумя телами одновременно, Гу Янь обнаружил, что, за исключением поцелуев, его возлюбленный предпочитал использовать тело робота-питомца. Так и сейчас, мужчина, который обнимал его за талию, практически не двигался, и только маленький котёнок на его коленях всеми способами пытался приставать к нему.

– Мяу. – Опустив голову, этот маленький шарик своими маленькими рожками боднул руку юноши, а затем вновь поднял голову и уставился на него широко раскрытыми тёмно-фиолетовыми глазами.

Гу Янь слегка ущипнул два маленьких рога большим и указательным пальцами. Он слегка прищурился в улыбке. Этот милый кошачий трюк – смотреть такими сверкающими круглыми глазами – заставлял людей испытывать невыносимое желание протянуть руку, чтобы погладить, а возможно, даже немного подразнить.

Гу Янь нажал на кнопку пульта дистанционного управления и выбрал относительно популярный научно-фантастический фильм космической тематики. В тот момент, когда на экране всё ещё шли заглавные титры, он положил руку на спину маленького кота на своих коленях.

Маленький, круглый и мягкий, к тому же очень тёплый. Гу Янь погладил спинку маленького пушистого комочка и дразняще провёл пальцами по мягкому животику котёнка.

Однако, этот лёгкий тычок был неправильно понят маленьким комком шерсти и принял совершенно другое значение в его глазах. Тихий звук «мрр-мрр-мрр» вырвался из его горла, и серебристо-полосатый котёнок перевернулся у него на коленях, открыв юноше свой мягкий белый животик.

Такой инициативный. Гу Янь на мгновение остановился. Фильм уже начался, но он не обращал на это внимания.

– Мяу? – Почувствовав, что юноша убрал руку, кот опустил голову и перевернулся, чтобы встать. Он приблизился к ладони юноши и ткнулся в неё двумя рожками.

Гу Янь был очень молчалив. Эта избалованность была притворством, рассчитанным именно на такого любителя кошек, как он.

– Цюцю, будь умницей. Фильм начинается. – Сказав это, Гу Янь взял маленького котёнка на руки и погладил его животик. Затем он положил маленький комок шерсти себе на макушку.

Это было что-то новенькое. Маленький рогатый котёнок спокойно лежал на голове юноши и мягко покачивал хвостом, пара круглых тёмно-фиолетовых глаз смотрела на виртуальный экран впереди.

Хотя его совершенно не интересовало содержание фильма, просто находясь с этим человеком, он был согласен на всё.

Судя по информации из его базы данных, по человеческим обычаям, акт просмотра фильма со своим возлюбленным назывался свиданием.

– У меня свидание с А-Янем? – Задав этот вопрос, красивый мужчина, чей подбородок лежал на плече юноши, наконец пошевелился. Он прищурился и приблизил губы к мочке уха молодого человека.

Гу Янь был застигнут врасплох и погрузился в размышления: «…Думаю, да».

Хотя посиделки дома нельзя было считать полноценным свиданием, в какой-то степени это было правдой.

После ответа на этот вопрос, Гу Янь снова услышал «мрр-мрр-мрр» из горла маленького кота, лежащего на его голове. Этот звук выражал его счастье и удовлетворение. Если юноша не ошибался, глаза кота должны быть прищурены от удовольствия.

После просмотра фильма, когда пришло время выключить свет, два человека и одна кошка втиснулись на кровать. Не то чтобы кровать была недостаточно большой. Хоть прежний хозяин этой квартиры и был одиночкой, он всё же был человеком, который вёл весьма комфортную жизнь, и потому купил двуспальную кровать, на которой можно было свободно развалиться.

Как и всегда, высшее существо, доминировавшее над виртуальным миром, было очень жадным… Улёгшись на бок, он обнял своего возлюбленного со спины, но и пространство перед юношей не осталось незанятым. Маленький хитрый кот с большими фиолетовыми глазами уютно устроился в объятиях молодого человека.

На следующий день Гу Янь проснулся от того, что его вылизывали. Открыв глаза, он всё ещё пребывал в прострации. Он продолжал лежать, позволяя маленькому шарику с двумя рожками на голове лизать его подбородок. Зазубринки на кошачьем язычке только немного щекотали его, не причиняя боли. Когда Гу Янь, наконец, проснулся, он протянул руку, чтобы погладить маленькие рога.

– Будишь меня? – Гу Янь сел. Он давно заметил, что мужчина, лежащий справа от него, исчез, как только юноша начал просыпаться.

– Мяу. – Лёжа на коленях молодого человека, маленький шарик наклонил голову.

Котёнок был лучше большого взрослого кота. Маленького котёнка можно было положить на плечо или даже на голову. Взрослого же кота так не потаскаешь. Но зимой использование большого кота в качестве грелки для рук всё же имело свои преимущества.

Последнее уже было личным опытом Гу Яня.

Он вспомнил время, проведённое в прошлом мире, Цюцю тогда был ещё маленьким детёнышем и хотел накрыть его руку своим телом, но был слишком мал, чтобы полностью покрыть её... Уголки губ Гу Яня приподнялись, он поднял маленького кота и положил его себе на плечо. Затем он прошёл в ванную.

Выйдя из ванной, Гу Янь сделал лишь несколько шагов, прежде чем почувствовал запах еды. Ему не нужно было долго размышлять о причине. Неудивительно, что маленький шарик на его плече хотел разбудить его.

Функции робота-партнёра и робота-сиделки различались, но в настоящее время роботом-партнёром управлял всемогущий Светлый Разум. Такая мелочь, как приготовление завтрака, не была для него проблемой.

– Цюцю сможет даже лучше. – Обняв юношу за талию, Аса опустил голову и уткнулся лицом ему в шею. Независимо от области деятельности, любую работу он сможет выполнить лучше, чем эти роботы. Подумав об этом, Аса прищурился.

Чтобы стать идеальным партнёром, он должен в первую очередь быть внимательным. Он никогда не делал подобного раньше, но скоро он сможет овладеть всеми навыками заботливого возлюбленного, и приготовление завтрака стало первым шагом.

Услышав это, Гу Янь поднял руку и коснулся мягких черных волос мужчины, шепча: «Ты не должен соревноваться с ними».

Гу Янь любил этого человека не из-за его способностей. Даже если бы юноша встретил его, когда тот был слаб или невежествен, он не передумал бы.

Заботясь о душевном спокойствии своего возлюбленного, Гу Янь снова коснулся его мягких чёрных волос: «Я люблю только Цюцю».

Эта фраза заставила Светлый Разум, обладавший непревзойденной вычислительной мощью, которая была вершиной технологий этой эры, замереть на мгновение. Губы красивого мужчины сжались в тонкую полоску, взгляд был опущен. Его «сердце» билось слишком быстро. Какой бы удивительной ни была его вычислительная мощь, высшее существо, господствовавшее в виртуальном мире, не могло ни о чём думать.

Хотя он пообещал юноше, что больше не будет проблем с подключением, Светлому Разуму было очень трудно испытывать такие существенные эмоциональные колебания и не иметь никакого влияния на игровой мир.

– Босс вошёл в режим берсерка?!..

В это же время элитная команда, которая сражалась с последним боссом Нижних Земель, пострадала от этой неожиданной перемены.

Последним боссом Нижних Земель был Бог Смерти Сю Нуо. С момента запуска «Мира» ни одна команда не добилась успеха в первом убийстве этого босса.

Бог Смерти оказался слишком большой угрозой для танков. Гильдии могли только раз за разом сражаться с пятью сильнейшими боссами Нижних Земель и других подобных данжей, чтобы обновить свою экипировку, прежде чем они могли бы предпринять следующую попытку.

Более того, битва с Богом Смерти не терпела ни малейшей ошибки – как только один член команды умирал, всей команде неизбежно наступал конец. За препятствование бесчисленному множеству гильдий, игроки дали ему прозвище «Истребитель команд».

Даже элитным отрядам приходилось нелегко. Нынешняя элитная команда, которая была собрана Крестоносцем Серебряного Креста, провела в битве почти два месяца, прежде чем они наконец смогли бросить вызов второй фазе Бога Смерти.

До сих пор ни одна гильдия в игре не могла продвинуться до второй фазы Бога Смерти, но буквально мгновение назад эта элитная команда побила рекорд и столкнулась с переменой, к которой они были не готовы.

– Да чтоб вас, что это за дерьмовая закономерность? Разве босс не должен был впасть в режим берсерка только через десять минут? Этот босс – особый случай, что ли?! – Увидев, как босс, чьи глаза горели алым светом, внезапно разрубил главного танка, второй танк тоже потерял всякую надежду на сопротивление, на его лице была беспомощность.

При столкновении с боссом Сю Нуо, над танками, безусловно, нависала самая большая психологическая тень, потому что именно они должны были постоянно падать под косой Бога Смерти, аки овощи под ударом ножа – этот кошмар уж слишком страшен, окей?

У босса было три фазы. Хоть на этот раз первый этап занял у них всего 7 минут, они знали, что переход определенно был неудачным, потому что выхода dps[1] было недостаточно. Однако они не ожидали, что столкнутся с неистовством босса в тот же момент, как войдут во вторую фазу.

[1] DPS (damage per second) – урон в секунду

Если итог был очевиден, нужно было поскорее распускать команду и возрождаться. Такие вещи, как трата времени, не допускались в профессиональной команде.

После того, как босс стал берсерком и убил двух танков, роспуск команды был делом нескольких секунд.

– До полудня ещё есть время, продолжаем. С первой фазой мы уже сделали всё, что могли, так что теперь мы должны воспользоваться оставшимся временем, когда вся команда в сборе, чтобы войти в фазу два. – Прошло всего семь минут, прежде чем босс внезапно перешёл в режим берсерка, от этой паршивой закономерности лидеру команды хотелось тяжко вздохнуть, но он не мог. Ему оставалось лишь сохранять спокойствие.

Что же касается виновника вышеуказанных событий–

– Цюцю хочет сделать ещё и бутерброд, ха... – Съев яичный рулет, Гу Янь кивнул красивому мужчине, который спросил его, хочет ли он съесть бутерброд завтра.

Его Цюцю уже не мог быть ещё более заботливым. Гу Янь мог думать лишь об этом, пребывая в неведении о трагических событиях, которые происходили в игре.

Глава 61 - Непредвиденные сложности

После использования средств с кредитной карты для покупки двух роботов у Гу Яня осталась лишь небольшая часть его первоначальных денежных запасов. Ему всё ещё нужно было зарабатывать себе на жизнь. Таким образом, покончив с завтраком, который приготовил его возлюбленный, Гу Янь предупредил того о своих планах и лёг в игровую капсулу.

В любом случае, они всё равно должны были увидеться в игре.

Но в тот момент, когда Гу Янь вышел в интернет, помимо того, что на него обрушилась куча личных сообщений, он обнаружил, что по-прежнему находился в объятиях Короля Демонов Бездны, сидящего на троне. Он услышал низкий и хриплый голос у своего уха, прошептавший: «Цюцю сможет содержать А-Яня».

Это было одной из его обязанностей. Как внимательный партнёр, Аса был намерен позаботиться об этом вопросе.

– Сколько кредитных очков хочет А-Янь? – Взяв руку юноши и положив её на свой рог, высшее существо этого «Мира» со всей серьёзностью задало этот вопрос.

Все банки Федерального Союза находились под его управлением. Юноша перед ним мог бы иметь столько средств, сколько захотел…

Ему нужно было только подправить парочку цифр. Для Светлого Разума это было проще простого.

Гу Янь был ошеломлён на мгновение. Он никогда бы не подумал, что его возлюбленного будет волновать эта проблема. Он расхохотался и погладил рог демона: «Достаточно будет продать кое-какие редкие игровые материалы – этого хватит на несколько дней…»

Он остановился, немного подумал и добавил: «Эти материалы изначально принадлежали тебе, так что Цюцю уже обеспечивает нашу семью».

Этот ответ заставил Короля Демонов Бездны прищурить свои тёмно-фиолетовые глаза. Он приблизил своё бледное и красивое лицо к юноше и потёрся носом о его щёку: «Да».

Гу Янь обнаружил более 60 сообщений в своём почтовом ящике, большинство из которых пришли от членов Гильдии «Седьмое Небо». Гу Яню пришлось прочитать всю эту гору сообщений.

Те же люди, с которыми он общался вчера, сегодня оставили ему кучу посланий.

[PM] [Серебряный Ворон]: Великий Бог, мы ещё не поделили добычу. Пришли мне «1», когда будешь онлайн. Я отправлю тебе список вещей, которые дропнул [1] предыдущий босс.

[1] Дроп – он же лут – добыча, получаемая с поверженных боссов или мобов помельче

[PM] [Мирное Возрождение]: Мы ранее договорились, что при убийстве каждого босса у тебя будет приоритет при выборе одного предмета из добычи. Серебряный Ворон вышлет тебе список выпавших предметов. Просто скажи мне, когда определишься с выбором. Я пришлю его тебе по почте.

Просмотрев большинство сообщений, Гу Янь даже увидел приглашение от Мастера Гильдии «Крылья Рассвета», но отложил его в сторону.

Он ответил «1» Серебряному Ворону и вскоре получил перечень дропа.

Каждый игрок мог видеть только свой собственный виртуальный экран. Но это правило явно не распространялось на Светлый Разум.

Оперевшись подбородком на плечо юноши, Король Демонов Бездны, правитель Нижних Земель, низким и хриплым голосом спросил молодого человека: «Какую экипировку хочет А-Янь?»

Кому нужна эта честная борьба или что-то там ещё, если он был Законом этого «Мира»?

Когда Гу Янь, углубившийся в просмотр списка добычи, услышал этот вопрос, он сразу понял, что имел в виду его возлюбленный. Он снова погладил рога Короля Демонов и объяснил: «Гораздо интереснее получать такие предметы своими собственными упорными усилиями».

– И кроме того, больше, чем какие бы то ни было предметы, меня интересует этот мир, который создал Цюцю. Есть много мест, которые я хочу увидеть. – Это была чистая правда. Гу Янь интересовался различными культурами этого мира, например, духами и драконами…

Вероятно, большинство писателей на его месте чувствовали бы то же самое.

Из списка добычи он выбрал два материала для ковки и кое-что под названием [Волшебная Мантия Духа Пустоты], снаряжение мага. Гу Янь отослал сообщение Мирному Возрождению.

[PM] [Мирное Возрождение]: Окей, посылка отправлена, был рад сотрудничать. В будущем будет много возможностей для совместной работы.

Увидев последнее предложение, Гу Янь вопросительно приподнял бровь, чувствуя, что за этим стоит какой-то скрытый смысл.

Но если вознаграждение было приличным, он не возражал временно присоединиться к кому-то в качестве сторонней помощи.

[PM] [Сен Ло]: Приятно было сотрудничать.

Чтобы получить почту, ему нужно было вернуться в город. Гу Янь привязал свой Камень Возвращения [2] к главному городу людей, Юстении. При желании, вернуться было проще простого. Ему просто нужно было потереть камень возвращения – и всё, но как быть с Цюцю…

[2] Предмет, предназначенный для телепортации из любой локации в точку, к которой он был привязан. Не является расходным материалом.

Взять его с собой – не проблема, в любом случае, все данжи имели бесчисленные отдельные «пространственные карманы». Игроки, открывшие карту подземелья, не могли столкнуться с такой ситуацией, когда отсутствует последний босс.

Вся сложность заключалась в том, что он не мог выйти наружу со своим возлюбленным, пока тот находился в таком виде. В противном случае, если бы другие игроки в человеческом городе увидели, что последний босс Падшей Бездны разгуливает по улицам, наверняка бы начался огромный переполох.

– Мяу.

Стоило Гу Яню только подумать об этой проблеме, как он услышал тихий звук. На плече у него сидел маленький серебристо-полосатый шарик бархатного меха, который тёрся головой о его шею.

– Цюцю… – Гу Янь взял пушистое животное на руки и вдруг увидел цепочку слов над головой котёнка.

Надпись гласила: [Питомец Сен Ло], в то время как в строке имени было написано «Аса».

О, это определенно решило проблему. Он поцеловал котёнка, а затем активировал Камень Возвращения.

Город людей – Юстения.

Этот город был древним и внушительным, но тем не менее шёл в ногу со временем.

Здесь располагалась самая известная Школа Магии Восточного Континента. Каждый игрок класса «Маг» должен был в обязательном порядке закончить цепочку классовых квестов, которые были такими же растянутыми и надоедливыми, как жвачка, прилипшая к подошве.

Таким образом, у игроков класса «Маг» эта часть игры оставляла одно из самых глубоких впечатлений.

Найти почтовое отделение в городе было легко. Почтовые ящики располагались в гостинице, в банке или у входа в аукционный зал. С круглым маленьким котёнком, лежащим на животе на его плече, Гу Янь направился к гостинице.

«Как мило~»

Всю дорогу юноша слышал эти или подобные слова. Котёнок на его плече приоткрыл глаза и потёрся о его шею, мурлыкая без остановки.

– Цюцю, будь умницей. – Зная, что комок шерсти пытается привлечь его внимание, Гу Янь одной рукой доставал свою почту, а другой погладил котёнка по спине.

- Мяу! – отозвался тот. Маленький круглый комочек шерсти вскарабкался на голову мага и снова лёг на живот. Успокоившись, он слегка помахал хвостом.

Ещё во время вчерашнего фильма, когда юноша поднял его и положил себе на голову, этот котёнок вдруг почувствовал, что ему очень нравится эта поза.

Тяжесть на левом плече переместилась на голову Гу Яня. Юноша не возражал, он просто поднял руку выше, чтобы коснуться двух маленьких рогов котёнка.

– Малый Хрустальный Камень, Пустынный Нефрит… – Разместив эти редкие крафтовые материалы в своём инвентаре, Гу Янь приготовился ждать до полудня, чтобы продать их на форуме игры после того, как уйдёт в офлайн. По его прикидкам, эти два предмета могли быть проданы по крайней мере за 30 000 кредитных очков.

Что же касается Волшебной Мантии Духа Пустоты, то её Гу Янь экипировал сразу же после получения. Хоть по количеству очков интеллекта, которые добавлял этот предмет, он не мог сравниться с той экипировкой, что Гу Янь носил прежде, юноша положил глаз на другой редко встречающийся атрибут, которым обладала эта Мантия: [скорость движения +10%].

Маги, как правило, не имели специальных навыков передвижения. Даже более высокая скорость полёта метлы не могла полностью компенсировать эту слабость магов. Различные ситуации в данжах требовали быстрых перемещений, и процесс сотворения заклинания мог быть очень легко нарушен, так что этот класс переносил в подземельях немало трудностей.

Если бы не один-единственный навык мага, позволяющий рассеивать толпу, этот класс, возможно, рассматривался бы лишь как резервный; его бы выбирали только один раз в тысячу лет с тех пор, как была запущена игра.

Колокольный звон собора разнёсся по всему городу. В данный момент каждый игрок в любом уголке города мог ясно услышать этот тяжёлый и торжественный звук. Рыцари Грифона, патрулирующие небо над городом, приостановились и собрались в группы, ожидая, когда колокол закончит звонить, прежде чем продолжить патрулирование.

В этот момент Гу Янь вошёл в таверну под названием «Золотые бочки». Он ответил на вчерашнее сообщение Мастера Гильдии «Крылья Рассвета» сразу после того, как получил посылку. Они незамедлительно договорились о встрече.

– Кружку Медового Ликёра. – Когда Гу Яня попросили сделать заказ, он наобум выбрал один из напитков в меню.

Войти в таверну и не заказать спиртного было непростительно. Если бы владелец был гномом со вспыльчивым характером, юношу могли бы даже выпнуть из таверны в течение нескольких минут.

Одна из главных причин, по которой эта виртуальная игра была названа «Миром», заключалась в том, что она была очень реалистичной. У любого NPC была своя жизнь, обустроенная так же, как в реальности.

Гу Янь выбрал пустой и просторный уголок, чтобы сесть, и вскоре после его заказа на стол перед ним была поставлена кружка янтарного напитка.

В этот момент маленький шарик, который спокойно лежал у него на голове, спрыгнул на стол. Гу Янь не успел вовремя среагировать, увидев, что котёнок приблизился к кружке, обнюхал её,  а затем высунул язычок, начав лакать напиток.

– Цюцю…

Он тут же снова схватил котёнка на руки. Несмотря на то, что он знал, что происходящее не было реальностью, и тот, кого он держал в объятиях, также не был обычным котом, Гу Янь рефлекторно выполнил это действие.

Склонив голову набок, круглый пушистый комочек замурлыкал и потёрся о тело юноши, прежде чем вальяжно откинуться на спину в его объятиях. Да, он откинулся назад, а не лежал на животе.

Гу Янь: «…»

У него сложилось такое впечатление, словно… его Цюцю был пьян. Употребление алкоголя в игре имело те же последствия, что и в реальности. Более того, Медовый Ликёр был из крепких напитков.

Понаблюдав за этой сценой, воин с тяжёлым мечом за спиной улыбнулся и сел напротив мага.

–  Прости, мой Камень Возвращения не был связан с Юстенией. Пришлось пробежаться от Пылающих Каньонов. – Принеся извинения, Ке Чжоу очень быстро перевёл разговор на главную тему. – Сегодня утром элитный отряд «Крестоносцев Серебряного Креста» успешно перешёл ко второй фазе последнего босса Нижних Земель. Они – первая группа, которая смогла выжить под атаками Бога Смерти и продержаться семь минут, прежде чем быть уничтоженной.

Гу Янь кивнул головой в ответ на услышанное, он уже знал об этом. В конце концов, в сюжете, который он написал в прошлом, отряд, получивший первое убийство Бога Смерти, также принадлежал «Крестоносцам Серебряного Креста».

– Что у них не заладилось, так это то, что, когда они перешли ко второй фазе, босс внезапно вошёл в режим берсерка. Этот порядок становления берсерком, вероятно, особый случай, в результате чего игрокам отводится лишь семь минут на сражение. – Дойдя до этого момента, Ке Чжоу развёл руками и опустил плечи. Чрезвычайно строгие требования этого босса к танкам со временем стало возможно обойти, но теперь и требование DPS также было запредельным.

Прежде всего, сокращение числа людей, безусловно, не вариант. В тот момент, когда количество игроков, сражающихся с этим боссом, уменьшится, всё рухнет. На дамагеров [3] ляжет дополнительное бремя, и нагрузка на целителей также будет огромной.

[3] Дамагер – персонаж, способный наносить наиболее существенный урон. Дамагеры бывают дальнего или ближнего боя.

Между тем, эта закономерность «Берсерк с седьмой минуты» была ещё одним поводом для беспокойства. Командный DPS должен был превысить 35000, чтобы можно было одолеть босса до истечения отведённого срока. В противном случае он входил в режим берсерка и уничтожал отряд.

Что такое 35000 урона в секунду? У каждой гильдии было максимум четыре-пять игроков, которые могли бы нанести такой урон, и, если убрать тех, кто не достиг этой отметки в реальном бою, цифры упадут до трёх.

Если ждать, когда элитные отряды каждой гильдии подтянут те оставшиеся десятки игроков, чей урон не соответствовал критерию, пришлось бы потратить Бог знает сколько времени. Поэтому, когда распространилась новость о закономерности «Берсерк с седьмой минуты», высокоранговые гильдии подняли вопрос о формировании альянса.

Объяснив вышеописанную ситуацию, воин кашлянул: «Я проиграл пари, поэтому отвечаю за вербовку наиважнейшего члена команды, самого надёжного мага. Бог смерти, этот босс, требует навыка магов по контролю толпы, но отыскать среди магов такого, который смог бы нанести 35000 урона в секунду, неимоверно сложно…»

В принципе, могло бы даже показаться, что его невозможно найти.

– Учитывая, что ты так долго удерживал на Арене звание эксперта номер один, самый надежный маг, о котором я могу думать, – это ты и никто другой. Не знаю, заинтересован ли ты в присоединении к нашей команде, которая состоит из игроков трёх разных гильдий. Конечно, после победы над боссом, ты будешь иметь приоритет при дележе добычи. – Закончив говорить, Ке Чжоу послал приглашение в команду сидящему перед ним магу.

Котёнок, лежавший в объятиях юноши, мурлыкал без остановки. Гу Янь принял приглашение в команду, затем беспомощно погладил мягкий животик котёнка.

Среди классовых квестов мага был тот, который запускался в Нижних Землях. Так что у Гу Яня не было причин отклонять это приглашение. Однако у него был вопрос, который он хотел задать этому пушистому комочку, лежащему в его объятиях. Но его, вероятно, придётся отложить до тех пор, пока упомянутое существо не протрезвеет достаточно, чтобы с ним можно было вести разговор…

Глава 62 - В погоню

Приняв приглашение в отряд, Гу Янь сразу же взглянул на список его членов. Он судорожно взглотнул при виде щедрости команд-рекордсменов [1].

[1] Если я правильно поняла, речь идёт об элитных командах профессиональных игроков, чья цель – установить рекорд прохождения данжа (первыми одолеть последнего босса). Что касается щедрости - эти команды то ли нашли время в своём плотном графике, чтобы поучаствовать в этом предприятии по убийству босса Нижних Земель, то ли просто послали несколько своих драгоценных элитных игроков.

Три гильдии, сформировавшие этот альянс, были одними из главных в игре. Каждый член объединённой команды имел свой собственный игровой титул, включая тех, кто был завербован со стороны. Просто взяв наугад любой ник из этого списка, можно было легко сопоставить его с одним из имён в таблице лидеров игры.

С одной из этих гильдий Гу Янь совсем недавно вступил в контакт: Гильдия «Седьмое Небо». Он внезапно осознал, что подразумевал Мастер Гильдии «Седьмое Небо» в своём сообщении под словами: «В будущем будет много возможностей для совместной работы».

Из двух оставшихся гильдий одна была «Крестоносцем Серебряного Креста» [2], а другая – «Крыльями Рассвета», именно её член только что завербовал юношу в отряд.

[2] Оказывается, «Крестоносец Серебряного Креста» - это был не никнейм игрока, а название Гильдии. В ближайшем будущем подправлю этот недочёт в предыдущих главах.

– Когда три гильдии наконец объединят усилия и завербуют несколько сторонних игроков, весь отряд должен будет провести пару пробных прохождений. Но, в любом случае, на этот раз все члены команды – элитные игроки с огромным опытом за плечами. Достаточно будет сделать один-два захода. – Заказав пульке [3], мужчина-воин взял дубовую кружку и осушил её за один присест. – Сен Ло, тебе не нужно слишком напрягаться. Пока твой dps держится на отметке 30000… нет, даже 25000 – этого будет достаточно. Оставшийся урон могут компенсировать другие игроки-дамагеры.

[3] Пульке: мексиканский алкогольный напиток, приготовленный путём сбраживания сока Агавы

25000 очков урона для мага было высокой планкой, о 30000 мечтать и вовсе не приходилось. Если бы Бог Смерти Сю Нуо не требовал умения мага рассеивать толпу, этот отряд, нацеленный на первое убийство, определённо не стал бы звать мага.

Таково было нынешнее положение класса «Маг». Если бы игрок этого класса мог просто стоять на месте и произносить заклинания, то маги, вероятно, могли бы превзойти все остальные классы.

Однако, когда дело доходило до реальных боёв, вышеописанная ситуация была попросту невозможной. Этот класс слишком зависел от окружения. У них почти не было навыков перемещения, и если процесс сотворения заклинаний прерывался, им было трудно нанести большой урон.

В реальной битве у босса были всевозможные безжалостные механизмы атаки [4]. Маг, непрерывно произносящий заклинания в таких условиях – просто несбыточная мечта.

[4] Здесь под «механизмами» имеется в виду что-то вроде «линии поведения» или «комбинации действий»

Это означало, что эффективность класса магов при первом убийстве была крайне низкой и могла бы считаться худшей среди всех остальных классов.

Вот почему состав команд, нацеленных на прохождение тех данжей, где не было необходимости в навыке контроля толпы, обычно не включал магов.

В настоящий момент отряд уже потихоньку собирался у входа в подземелье, готовясь рисковать своими жизнями.

Гу Янь молча кивнул собеседнику.

– Мы войдём в данж в час дня, окей? – Спросил Ке Чжоу.

– Да. – Гу Янь снова кивнул, ответив в лёгкой манере.

– Отлично. До часу дня все вольны заниматься своими делами. Пойду пока проверю запасы для сегодняшнего данжа. – Поставив кружку на стол, воин шмыгнул носом. Чья была вина в том, что он проиграл пари? Теперь ему приходилось разбираться с последствиями, и вся ответственность за подготовку к прохождению подземелья легла на него.

После того, как воин с огромным мечом за спиной покинул таверну, Гу Янь посмотрел вниз на маленького кота в своих руках, который мурлыкал без остановки. Юноша невольно рассмеялся и взял кружку, чтобы сделать глоток Медового Ликёра.

Понимая, что делать пока всё равно больше нечего, Гу Янь решил заняться животиком котёнка. Он поглаживал серебристый мех, лениво потягивая янтарную жидкость из кружки.

Сладкий и богатый вкус. Хоть это был весьма крепкий напиток, у Гу Яня всегда была хорошая устойчивость к алкоголю, так что у него не возникло бы никаких проблем.

– А Цюцю напился с одного глотка. – Кот в его объятиях выглядел захмелевшим и осоловелым, что немного насмешило Гу Яня. Когда он заговорил, в его голосе послышались нотки веселья.

На самом деле, он всё же был немного шокирован. Светлый Разум, оказывается, тоже мог напиться. Он действительно поддался настройкам «Мира», которые сам же и установил…

– Мяу. – В данный момент маленький шарик практически ничего не слышал, но смог ясно разобрать слово «Цюцю». Так что он использовал все свои силы, чтобы обнять юношу, отвечая тихим голосом.

Широко раскрыв глаза, маленький рогатый кот коснулся передними лапами протянутой руки юноши и с величайшей серьёзностью принялся облизывать красивые пальцы.

Видя такую сосредоточенность, можно было бы подумать, что он пробует какой-то деликатес.

Это было немного щекотно, брови Гу Яня слегка дёрнулись, но, в конце концов, он не убрал руку.

Когда Гу Янь снова вышел в интернет и позвал маленького кота, которого свалил с ног один-единственный глоток ликёра, то обнаружил, что упомянутая личность уже протрезвела. Котёнок больше не пытался прижаться к нему, а запрыгнул на плечо с предельной точностью.

– Проснулся? – На правом плече Гу Яня появился дополнительный вес. Молодой человек встал из-за стола и направился к выходу из таверны, думая про себя, что хмельной Цюцю был очень милым.

Помурчав немного, маленький кот приблизился к шее юноши и нежно лизнул её. В этом маленьком теле он не использовал свои способности, иначе как бы он смог напиться?

Ранее уже упоминалось, что у класса магов была цепочка квестов, которую нужно было завершить в данже Нижних Земель. Конечной наградой за прохождение квеста было легендарное оружие мага: Божественный Сумрак.

Текущее оружие Гу Яня называлось «Выбор Судьбы» и, строго говоря, им обладало только первое поколение игроков. Его можно было считать лучшим оружием мага после легендарного оружия, которое можно было получить в этом квесте.

До часа дня оставалось ещё некоторое время. Гу Янь собирался улучшить своё оружие и уже собрал все необходимые материалы. Теперь ему нужно было только отправиться в городскую Магическую Академию, чтобы провести модернизацию снаряжения.

Гу Янь прибыл ко входу в подземелье в аккурат к часу дня. Здесь он увидел множество людей, которых раньше заметил в списке отряда.

– Великий Бог, мы здесь. – Паладин в тяжёлых доспехах подозвал мага, который стоял неподалеку с пушистым существом на плечах. Глаза игрока прищурились в улыбке.

Один знакомый лучше, чем вообще ни одного. Гу Янь подошёл к нему и улыбнулся в ответ.

– Я знал, что лидер «Крыльев Рассвета» обязательно придёт за тобой. Великий Бог, в последнее время ты уже не такой холодный, ха, даже готов участвовать в командных сражениях. – «И даже начал улыбаться людям в ответ» – Серебряный Ворон хотел было произнести последнюю часть фразы, но не осмелился.

Маг перед ним был очень красив. Если бы только у него не было постоянно ледяного и отчуждённого выражения лица, такая внешность легко завоевала бы любовь других.

– У всех нас есть общая цель, – улыбаясь, кивнул Гу Янь. Даже заметив, как взгляд собеседника остановился на его плече, юноша спокойно стоял на месте и гладил спину маленького кота.

Но в следующую секунду произошло непредвиденное.

– Кхем, братец, – высокий и крепкий человек из класса Теневых Клинков протянул руку и приобнял мага за плечи. – Братец, не мог бы ты сказать, где ты взял этого зверька, видишь ли, я тоже хочу…

Его голос становился все тише и тише, а когда он дошёл до слова «хочу», теневой клинок и вовсе затих. Пара тёмно-фиолетовых глаз уставилась на него, вызывая чувство панического ужаса.

Между тем, Гу Янь ничего не почувствовал, когда теневой клинок обнял его. Он заметил только, что маленький комочек шерсти начал капризничать. Если бы всё продолжилось в том же духе, юноша предвидел, что существо, сидевшее на его плече, могло… сделать что-то плохое.

Хотя Цюцю каждого мира немного отличался, но все они имели кое-что общее, а именно – собственничество по отношению к определённому человеку. Гу Янь уже испытал это на своей шкуре.

Теневой клинок, на которого так жутко смотрели, поскорее отлепился от Гу Яня. Прежде, когда он увидел котёнка, тот был совершенно очаровательным существом. Но в итоге, глядя в эти кошачьи глаза… теневой клинок задумался, действительно ли стоило дарить подобного питомца его подруге на день рождения. Его взгляд были слишком пугающим.

– Цюцю, будь умницей. – Подняв руку, чтобы погладить котёнка, Гу Янь заметил, что тот вытянулся в струнку, и рассмеялся, после чего ещё два раза провёл ладонью по его спинке.

Лизнув протянутую руку юноши, котёнок, наконец, расслабился. Однако он всё ещё опасно прищуривался, глядя на удаляющуюся фигуру теневого клинка.

Настроив определённые данные на 0 и установив таймер на 1 день, высшее существо наложило на теневой клинок скрытый «дебафф» [5] – термин, широко известный другим игрокам.

[5] Дебафф - снижение характеристик: защиты/урона/здоровья/и т.д.. В данном случае Цюцю установил дебафф на удачу в получении хорошей добычи с босса, потому-то и «скрытый».

– Аса? Великий Бог, имя твоего питомца тоже довольно милое. – Несмотря на то, что Серебряный Ворон был мужчиной, он почти не мог сопротивляться очарованию этого крохотного создания. Поэтому он довольно долго не сводил взгляда с плеча юноши.

Гу Янь застыл на мгновение, прежде чем ответить: «Да».

Если задуматься, люди привыкли звать Светлый Разум «Светлым Разумом», и существовало лишь несколько человек, которые знали имя «Аса». Даже если бы кто-то обратил внимание на эту связь, Гу Янь полагал, что это просто сочли бы совпадением.

Они не могли продолжать разговор, так как уже наступило оговоренное время – час дня. В этот момент лидер группы разослал сообщение: «Все заходим».

Иметь одного командира было лучшим решением для прохождения данжа. Не было никаких конфликтов, выбор командира группы проводился из Мастеров трёх Гильдий методом, похожим на игру в кости, где проигравший должен был принять на себя ответственность. В конце концов, командиром был назначен глава «Крестоносцев Серебряного Креста», Чжи И.

Нижние Земли были местом, наполненным бесчисленными духами и нежитью-Личами. Судьба любого живого существа, попавшего сюда, была предрешена – пополнить собой ряды армии нежити. Бог Смерти, Сю Нуо, был правителем этой земли.

– Бог Смерти…  когда я в первый раз увидел Цюцю, у тебя была внешность Сю Нуо, Бога Смерти. – После входа в подземелье команда всё ещё находилась в процессе подготовки: пила зелья, накладывала баффы и ела. Гу Янь просто перекусил кальмаром, увеличивающим скорость [6], и понизил голос, разговаривая с котёнком, лежащим у него на коленях.

[6] Как же нелепо и забавно это звучит)

В этом мире он впервые увидел своего возлюбленного, когда тот принял облик босса этого подземелья. В то время Гу Янь не узнал его и, следовательно, никак не взаимодействовал с Цюцю, который занял «физическую оболочку» Бога Смерти. Тем не менее, Гу Янь прекрасно помнил его внешность.

Хотя юноша знал, что его возлюбленный в настоящее время не управлял боссом, он всё равно чувствовал какую-то странность в происходящем.

Прямо сейчас, он должен был гоняться [7] за одним конкретным Богом Смерти, ха…

[7] Словосочетание chase after можно перевести по-разному: «гоняться за кем-то, «охотиться на кого-то», «преследовать кого-то» (в том числе и в романтическом плане).

Глава 63 - Командная работа

Команда по зачистке подземелья решила использовать стратегию «Крестоносцев Серебряного Креста». Согласно плану, им не нужно было проходить весь данж с самого начала, вместо этого они отправятся прямиком к финальному боссу из трёх разных точек через порталы сразу же после входа в подземелье.

Но из-за небольшой задержки окружающие мобы уже возродились, и их пришлось повторно зачищать.

– Всё хорошо, всё хорошо… я уже привыкла к этому, после стольких-то раз. – Игрок в одеянии жрицы помахала рукой в сторону товарища, поинтересовавшегося, всё ли с ней в порядке, и вымученно улыбнулась.

Мертвяки, личи, гули, зомби... все виды нежити населяли эти мрачные и неприветливые земли, и стоило им заметить любое живое существо, как они гурьбой бросались к нему, словно учуяв добычу.

Учитывая, что внешний вид этих монстров был максимально реалистичен, это было довольно большим испытанием для некоторых игроков с менее устойчивой психикой.

Складывалось впечатление, что они очутились в фильме ужасов.

Жрица, Оранж Фу, о которой только что упоминалось, во время своего первого прохождения данжа Нижних Земель была напугана до мертвенной бледности на лице. Она едва могла удерживать в руках свой посох, не говоря уже о чтении молитв.

Однако быть одним из элитных игроков своей гильдии означало обладать навыком быстрой адаптации психического состояния. Теперь, всякий раз, когда она сталкивалась с этими монстрами, лишь её спина немного напрягалась, но голос, напевающий исцеляющие молитвы, не прерывался.

Помимо дележа добычи с босса, лут от мобов распределялся в порядке очереди.

Пушистое существо с двумя рожками на голове подбежало к телу лича, над чьей головой светилось имя «Сен Ло», и быстро подобрало дроп.

– Мяв. – Подбежав к магу, кот поднял голову и мяукнул, глядя на него снизу-вверх. Голос зверя был приглушённым, вероятно, потому, что он не хотел, чтобы предмет, зажатый в его пасти, выпал.

К этому моменту все окружающие мобы как раз были уничтожены. Игроки, наблюдавшие за магом, который поднял на руки кота, заметили произошедшее ранее, и теперь смотрели на эту парочку с завистью.

Питомец, который помогал своему хозяину подобрать выпавшие предметы, – им тоже хотелось завести такого. Но оказалось, что он был получен из случайного сундука с сокровищами. Если задуматься, его было очень тяжело найти.

– Он очень боится незнакомцев. – Глядя на маленького кота, который спрятал мордочку в его руках, Гу Яню оставалось только отказать товарищам по команде, которые хотели прикоснуться к пушистому комочку. Эта сцена почему-то показалась ему до боли знакомой.

Словно подтверждая слова мага, этот маленький и круглый котёнок выгнулся дугой, повернувшись спиной к остальным игрокам.

У всех домашних животных был свой характер. Игроки бросили ещё один сожалеющий взгляд на руки мага, но больше не настаивали.

Как только с мобами было покончено, последовала короткая передышка. После наложения всевозможных баффов команда прошла через ледяные ворота храма и вошла в мертвенно-тихий зал.

В большом зале царило полнейшее безмолвие, так что игроки могли слышать собственное дыхание и даже биение сердца.

Здесь не было трона, лишь бассейн реинкарнации перед огромной статуей, который испускал слабую мглу.

Рядом с ним стояла фигура, закутанная во всё чёрное, с тёмными глазами, тёмными волосами, даже оружие в руке, которым она пожинала жизни, было такого же мрачного цвета.

Казалось, он слился с тьмой.

Хотя кожа человека в чёрном была серой и безжизненной, это не мешало людям наслаждаться его внешностью. Судя по его лицу, он был исключительно красив – практически безупречен.

В контрасте с нежитью за пределами храма, существо в чёрном одеянии обладало божественной красотой.

Это действительно был Бог…

Бог Смерти.

Все присутствующие члены трёх гильдий умерли по меньшей мере шестьсот-семьсот раз от рук красивого мужчины в чёрном, стоявшего перед ними. И это был лишь средний показатель. А особо трудолюбивые команды, например, элитная группа «Крестоносцев Серебряного Креста», были убиты этим чёрным силуэтом не менее тысячи раз.

С тех пор, как снаряжение танков в команде было улучшено, они зачищали это подземелье почти дюжину часов каждый день. Прошло уже больше месяца с тех пор, как это произошло, и недавно им наконец удалось пройти фазу 1.

По словам людей из их команды, они могли пройти это подземелье с закрытыми глазами. Боссов, предшествующих Богу Смерти, – каждого из них они также могли бы одолеть с закрытыми глазами.

– Если мне придётся гриндить [1] этот данж ещё месяц, меня действительно стошнит. – Оранж Фу подняла руку и устало протёрла глаза. Как одна из немногих женщин в команде, она с восхищением смотрела на Бога Смерти, когда впервые его увидела. Дизайн этого босса был слишком великолепен, и если бы она была дамагером, она не смогла бы заставить себя атаковать его.

[1] Гриндить - значит уничтожать одних и тех же мобов в одном и том же месте.

Но теперь…

Хе-хе.

Постоянные поражения в течение месяца и в итоге всего лишь переход на вторую фазу оставили психологическую тень на разуме игроков. Каким бы красивым ни был босс, это не имело значения.

– Но если мы сможем победить его, чувство успеха будет потрясающим. – Воровка, поигрывающая с кинжалом рядом со жрицей, была из расы гномов. Фигурка ростом в половину взрослого человека в сочетании с миловидным круглым личиком делали её чрезвычайно милой и безобидной.

Ну, если проигнорировать тот факт, что её имя сейчас висело на первом месте текущего рейтинга урона [2].

[2] Список, который располагает членов команды в соответствии с нанесённым ими (в этом подземелье) уроном.

Оранж Фу кивнула, но всё равно нахмурилась: «Семиминутный срок до запуска механизма берсерка просто неразумен. Ранее, когда мы прошли первую фазу, я так обрадовалась, что сегодня мы смогли продвинуться дальше».

– Цюцю… – Гу Янь стоял неподалёку от этой пары игроков, и девушки не уменьшали громкость разговора. Юноша прекрасно слышал их, даже если и не имел такого намерения. Когда до его ушей донеслись слова «семиминутный срок» и «берсерк», он позвал круглый шар, сидящий на его плече.

На самом деле, он уже думал об этой проблеме раньше. Согласно его воспоминаниям, босс должен был впадать в режим берсерка только через десять минут. Это была установка, которую он лично прописал в своём романе.

В изначальном сюжете первое убийство должно было стать заслугой «Крестоносцев Серебряного Креста», но, глядя на текущую ситуацию, можно было предположить, что ход событий изменится. На этот раз первое убийство будет принадлежать сборному отряду, сформированному специально для зачистки этого подземелья.

Единственный, кто обладал властью изменить механику игры – Светлый Разум. Гу Янь не мог не бросить полный подозрений взгляд на маленького кота на своём плече.

– Мяу. – Рогатый котёнок склонил голову набок с абсолютно невинным видом.

Что ж…

Протянув руку, чтобы коснуться двух маленьких рожек, Гу Янь решил больше не зацикливаться на этой проблеме.

Семь минут так семь минут. Для нынешних членов команды и этого времени было вполне достаточно. Вызвав рейтинг урона, Гу Янь без всякого удивления обнаружил свой ник в нижней части списка. Когда они разбирались с мобами, он потратил некоторое время, поглаживая Цюцю.

– Пусть сначала атакуют два танка. В фазе 1 два танка могут наносить урон по очереди, так что проблем быть не должно. – Чжи И покачал головой и отверг предложение добавить ещё одного танка. Хотя это значительно упростило бы задачу танков, так как на них обрушилось бы меньше дебаффов, добавление ещё одного оказало бы слишком большое давление на дамагеров, и, кроме того, в их команде теперь был и маг…

Подумав о последнем, Чжи И перевёл взгляд на юношу, стоявшего в уголке. Он отправил ему личное сообщение, прежде чем собрать команду. В сообщении он описал стратегию для прохождения первой фазы и подробно объяснил, что нужно было делать. Навык мага по управлению толпой имел первостепенное значение.

Они уже обсуждали это прежде, и парень определённо ответил «понял», так что теперь, когда тот не стал задавать никаких вопросов, Чжи И подумал, что юноша уже во всём разобрался. Ну, в любом случае, не было бы проблемой перепройти это подземелье несколько раз, но если бы юноша продолжал совершать те же ошибки раз за разом, и, несмотря на незнание, всё равно ничего не спросил бы, то Чжи И пришлось бы наказать его, как члена его собственной гильдии.

Правила были одинаковы для всех. Если бы он начал ругаться, это было бы не слишком приятно.

– Цюцю может подождать здесь. – Гу Янь не стал перемещать маленький шарик обратно в пространство для питомцев, потому что подумал, что тому могло стать одиноко. Юноша снял котёнка со своего левого плеча и посадил рядом с каменной дверью у входа в храм.

Здесь сражение его не затронет. У питомца был нейтральный атрибут, так что даже когда мобы возродятся через четыре часа, зверёк не будет атакован.

– Мяу. – В тёмно-фиолетовых глазах отражалась фигура мага. Это пушистое существо послушно легло на то место, куда его положил юноша, и тихо мяукнуло, спокойно наблюдая, как юноша идёт к бассейну реинкарнации.

Услышав обратный отсчёт [3, 2, 1], темноволосый рыцарь взмахнул мечом и послал заклинание священного сияния в сторону чёрной фигуры рядом с бассейном реинкарнации. Он направился вперёд и в то же время успешно блокировал косу, которой чёрный силуэт замахнулся на него.

– Успешный блок всё равно заставил меня потерять почти две трети здоровья, у него вообще есть понятие о человечности?! – Выполнив идеальный блок, Серебряный Ворон почувствовал горечь аж до самого нутра. Естественно, он знал, что жрецы в его команде пострадали даже больше, чем он сам.

Блок, парирование и уклонение. Хотя паладин, сдерживавший босса, и проклинал чёрную фигуру перед собой, он всё равно ревностно принимал каждую атаку, которую проводил босс.

Шкалы здоровья игроков уменьшались с относительно стабильной скоростью. Пока ещё ни один из членов команды не столкнулся с ситуацией, когда его здоровье резко упало бы. Уже одно это обстоятельство значительно уменьшило давление на жрецов.

Поскольку это была сборная команда, некоторые люди, не привыкшие к столь шумному и высокомерному танку, не могли не высказаться по этому поводу. Они были в середине сражения за первое убийство трудного босса, но этот парень вёл себя так, словно выбрался на экскурсию…

– Нет, нет, нет! Если я не буду болтать, я отвлекусь. Когда командир заговорит, я немедленно заткнусь. – Сказав это, паладин подметил, что чёрная фигура впереди сдвинулась, и прежде чем она снова опустила свою косу, Серебряный Ворон успел активировать навык «Божественный Защитник».

Вспыхнув, святой щит столкнулся с кроваво-красным свечением, в этот момент главный танк увидел тусклый свет и сразу же продолжил ехидно комментировать действия босса.

– Как ты узнал... – не удержался от шёпота один из жрецов.

Тусклый свет был признаком одного из убийственных приёмов босса, но шкала здоровья паладина всё ещё была относительно стабильной. Сейчас жрецы не испытывали такого давления из-за необходимости постоянно контролировать шкалу здоровья танка, как в предыдущих прохождениях этого данжа.

Тем не менее, убийственный приём босса всегда активировался абсолютно случайным образом. Как этот человек смог предсказать это и умудрился использовать свои собственные навыки для уменьшения урона?

Не может же быть, чтобы он просто угадал.

– Обрати внимание на его запястье. – Сказал Серебряный Ворон второму танку, который противостоял боссу в данный момент.

Эти двое были из разных гильдий. Если бы не совместное прохождения подземелья, он, конечно, не стал бы делиться обнаруженными подсказками с членом чужой гильдии. Но, поскольку сейчас они были союзниками, он не собирался ничего скрывать, всё было ради успеха их команды.

Второй танк нынешнего отряда был главным танком в своей первоначальной команде. Естественно, он понял услышанное с первого раза. Пронаблюдав несколько раз, он быстро ухватил ключевые моменты.

– Рас….

Не успело прозвучать слово «рассеять», как жрец увидел, что дебафф над его головой исчез. Маг сидел на метле и держал в левой руке волшебную книгу. Будь то чёрная вода или языки огня, вспыхивавшие под ногами игроков, или даже зависший в воздухе магический круг ледяных игл, ничто не было способно коснуться даже края одежды мага.

По сравнению с другими игроками, которые отчаянно пытались избежать атак босса и бегали с места на место, неторопливый темп мага, парящего на метле, был явно несовместим с этой натянутой и напряжённой атмосферой.

– Немедленно потушите огонь. В прошлый раз эти сосульки замедлили нас по крайней мере на 3 секунды. Сколько уже времени прошло с тех пор, как мы начали? Не нужно слишком фокусироваться на атаках, наносящих боссу небольшой урон. – Глядя на ледяные иглы, которые всё ещё преследовали людей на поле, Чжи И немедленно нахмурился. Вся эта ситуация заставила его вызвать лист рейтинга наносимого урона, чтобы выкрикнуть соответствующие команды.

3 секунды – не слишком много, влияние, которое эта атака оказала на их отряд, можно было компенсировать.

Однако с этого момента будет видно, как команда выполняет указания лидера партии. Чем выше степень согласованности действий, тем больше ненужных смертей можно избежать. Надо было ещё немного на них покричать.

Однако, когда руководитель группы мельком просмотрел список урона, он не мог поверить своим глазам.

Первая строка в рейтинге нанесённого урона сияла тёмно-фиолетовым.

Этот цвет символизировал класс магов.

Глава 64 - Проблемы с сюжетом

Яркая тёмно-фиолетовая полоса располагалась на самой вершине списка урона. И это было поистине невероятно. В тот момент, когда Чжи И увидел это, он почти засомневался в собственный глазах.

Однако на тёмно-фиолетовом фоне определённо отображалось имя мага: Сен Ло – 46000 dps. Глядя на эти данные, командир группы, привыкший сталкиваться с крайне напряженной, агрессивной обстановкой, почувствовал, как подёргивается уголок его губ. Его сердце было переполнено волнением – даже скажи ему кто-нибудь, что он только что выиграл в лотерею, - даже тогда он бы не ощутил такого возбуждения.

Кто сказал, что класс мага не способен на большее, чем просто контролировать толпу, и одним своим присутствием снижал dps элитной команды?!

Почти ослеплённый фантастическими цифрами, лидер отряда продолжал выкрикивать команды и был готов адаптироваться к любым изменениям, которые могли произойти в любой момент. В то же время часть его внимания переключилась на мага, который энергично двигался по полю боя.

Чем дольше Чжи И наблюдал, тем сильнее удивлялся. Маг, сидевший на метле, казалось, точно знал, что произойдет в следующую секунду, и всегда был на шаг впереди. Его движения были выверены до такой степени, что юноша мог позволить себе избегать атак, не делая даже лишнего полшага.

Поэтому перед глазами окружающих мага людей постоянно разворачивались захватывающие обмены ударами. Что ввергало их в ещё больший шок, так это то, что юноша ни разу не оказался в опасности.

Например, когда из пространства под сводом Храма срывалась ледяная игла, она лишь едва касалась одежды мага, прежде чем вонзиться в землю. Когда активировались огненные цепи, максимальная дальность взрывной волны доходила в аккурат до сапог мага.

Главный же герой сей сцены не только был невредим, но даже имел свободное время, чтобы помочь своим товарищам по команде.

К примеру, два игрока только что попали под удар навыка «Искажённые Кандалы». Этот навык был также известен как «связь». Два человека, поражённые навыком, должны были находиться в пределах 5 ярдов [1] друг от друга, чтобы рассеять проклятие. Если бы они не сократили расстояние за четыре секунды, то, без сомнения, погибли бы.

[1] Примерно 4,6 м

Это временное ограничение, несомненно, требовало от двух «связанных» людей быстрой реакции и немалой скорости. Однако в реальности поле боя занимает довольно обширную площадь, и при этом необходимо было избегать различных атак. На этот раз двум людям, которые оказались «связаны» навыком босса, не повезло, так как они были очень далеко друг от друга. Несмотря на то, что оба использовали свои навыки перемещения, они катастрофически не успевали.

Один из них, вор, уже готовился к тому, чтобы стать трупом. Однако в этот момент его тело вдруг неудержимо взмыло вверх, а в следующую секунду его отбросило в сторону напарника сильным порывом ветра.

– Чёрт... – Приземление вышло очень неэлегантным. Вор, который всегда считал себя гибким и ловким, был ошеломлён. Конечно, его опыт позволил ему быстро восстановить свой имидж.

Гу Янь, который держал волшебную книгу в левой руке, моргнул. Он просто попытался совместить антигравитационную магию со стихией ветра. На самом деле, у него не было абсолютной уверенности в спасении этого человека…

Тем не менее, результат вышел отличным.

Можно было использовать навыки мага таким образом? Люди, заметившие эту сцену, ощутили странное чувство, бурлящее в их сердцах. Однако битва была напряженной, и как бы они ни были удивлены, им пришлось временно подавить эти эмоции до конца сражения.

Покончив с ледяными иглами в воздухе, Гу Янь сделал шаг влево, чтобы избежать потоков чёрной воды на земле. Он продолжал читать заклинание «Магическая Звёздная Бомба» в сторону босса.

Как только маг оказывался в оптимальной для себя боевой обстановке, ущерб, который он мог нанести, был колоссален.

Его Цюцю не контролировал сейчас тело босса, поэтому Гу Янь смог абстрагироваться от ощущения, что это было… актом домашнего насилия.

Но всё равно было немного странно и неловко. В конце концов, его возлюбленный когда-то использовал личность этого Бога Смерти.

В этот момент маленький котёнок, тихо притаившийся у входа в Храм, не моргая смотрел на мага, сидящего на метле, из его горла доносился тихий мурлыкающий звук.

Как Светлый Разум, правитель всего игрового мира, он знал, что босс вот-вот войдёт во вторую фазу. Пол в зале покроется трещинами и рухнет, и люди, находящиеся в этой локации, попадут в другую область. Там будет платформа – не слишком большая, но достаточно просторная, а вокруг – лишь пустота.

Если он останется здесь, то больше не сможет видеть этого человека.

При мысли об этом маленькие круглые ушки котёнка дрогнули. Бездонная тьма мелькнула в его глазах.

– Приготовьтесь ко второй фазе. – Заметив, что здоровье босса вот-вот достигнет отметки в 70%, Чжи И предупредил товарищей.

Первый этап был им хорошо знаком, более того, нынешний отряд на этот раз можно охарактеризовать как лучший из лучших. Пройти этот этап было относительно легко. Но вторая фаза совершенно отличалась. Даже Серебряные Крестоносцы продержались всего несколько секунд на втором этапе, прежде чем погибли славной смертью от рук босса.

Как только прозвучало предупреждение, шкала здоровья Бога Смерти, отображающаяся над его головой, упала до 70%. Этот красивый мужчина с бледно-серой кожей, держащий в руках косу и одетый в большой чёрный плащ, прервал свою атаку, направленную на рыцаря перед ним.

Он мгновенно превратился в фантом. Когда он появился снова, его физическое тело вышло из бассейна реинкарнации. После этого Бог, который символизировал собой саму Смерть, поднял руку и влил свою силу в бассейн реинкарнации.

[Крэк-Краак–]

Прочный на вид пол из тёмного камня внезапно треснул. Вслед за звуком каждый присутствующий в храме игрок почувствовал дрожь. С громким [Бум-] земля в центральной части храма провалилась и рухнула вниз.

– Почему мы должны заниматься затяжными прыжками, сражаясь с боссом, а-а-а-а… – Возмущённый крик сопровождал их во время падения.

Хотя командир группы заранее проинформировал игроков об обрушении пола, было очевидно, что одно дело – знать об этом, и совсем другое – пережить на собственном опыте. Вот, к примеру, воин в доспехах, со священным щитом и длинным мечом в руке. Раньше, когда он принимал на себя атаки босса, он казался чрезвычайно сильным и надёжным. Теперь же черноволосый рыцарь взволнованно кричал: «Ай-йя-аа-а»

Конечно, смена поля битвы не могла нести в себе намерения дать игрокам разбиться насмерть. Незадолго до того, как они достигли бы земли, их подхватил невидимый поток воздуха.

– Как хорошо, что я не боюсь высоты. – Произнося эту фразу, рыцарь уже стоял на краю платформы. Он насмехался над Богом Смерти, который, казалось, стал ещё более жутким и мрачным, чем раньше.

Говоришь так, словно это не ты только что вопил во всю глотку. У нескольких игроков, которые были лучше знакомы с черноволосым рыцарем, слегка дёрнулся глаз. Но, чтобы сохранить товарищу лицо, они в конце концов промолчали.

Пережив падение с большой высоты, хоть внизу и был стабилизирующий воздушный поток, большинство людей имели очень живописные позы после приземления. Разумеется, один человек был исключением…

Невинный с виду маг держал волшебную книгу, чьи строчки испускали слабый свет. Сейчас он спокойно и уверенно сидел на своей волшебной метле. Его расслабленная поза могла вызвать зависть и ненависть у остальных.

Разве это не всего лишь летающая метла? Они–

…действительно жалели, что у них нет такой.

Летающая метла – это особый навык класса магов. Зная об этом, члены совместной группы по прохождению данжа молча отвели свои взгляды в сторону. Раньше им всем казалось, что эта профессия была настолько слабой, что её представители даже курицу едва ли могли одолеть в подземелье, но теперь они могли только завидовать.

Однако когда дело доходило до dps, навыки их профессий были полезны, по крайней мере, их dps определённо намного выше, чем у мага. Думая об этом, дамагеры с трудом подавили свою зависть.

Вторая фаза была совершенно неизведанной территорией. Игроки, провалившиеся вниз вместе с полом Храма, попали на относительно тонкую платформу. За пределами платформы простиралась мрачная, непрерывно искривляющаяся и деформирующаяся пустота. Любой мог догадаться, что произойдет, если они упадут с платформы.

Поглощённого жадной пустотой, без сомнения, настигнет мгновенная смерть.

Атакующие навыки, используемые Богом Смерти, теперь активировались гораздо чаще, чем на первой стадии, что значительно увеличивало давление на целителей. Они ничего не знали о механизме второй стадии. Люди из объединенной группы могли лишь учиться по ходу боя, и в этот момент на платформе внезапно появились три загадочных шара, перемещающихся чрезвычайно быстро.

– Сменить цель! – У этих таинственных сфер были собственные шкалы здоровья. В соответствии с общепринятым порядком действий, Чжи И немедленно отдал команду дамагерам прекратить атаковать Бога Смерти и сначала разобраться с этими непонятными новопризванными шарами.

Босс выбрал трёх игроков, и три таинственных сферы приблизились к этим людям. Скорость движения этих шаров и так была немаленькой, но что ещё сильнее выбивало из колеи, так это то, что эта самая скорость с каждой секундой только росла.

Одной из попавших под прицел игроков стала жрица, чей класс был известен своей медлительностью в передвижениях, так что не прошло много времени, прежде чем загадочная сфера догнала её. Видя, что шар вот-вот коснётся ее, Оранж Фу ощутила, как её сердце ушло в пятки. Она не знала, взорвется ли эта сфера после удара, но способа избежать столкновения у неё не было—

Едва эта мысль промелькнула в её голове, как на глазах изумлённой Оранж Фу загадочный шар превратился в… снежок?

Она не понимала, что происходит, пока не увидела мага, сидящего на метле и читающего заклинание, которое после активации превратило снежок в пыль. Его голос, прозвеневший над головами игроков, был ясным и чётким: «Эти сферы уязвимы против навыков контроля, замораживания, оглушения и замедления».

Глаза дамагеров мгновенно засияли. Раз было слабое место, задача становилась значительно легче. Но всё же с одним из шаров разобраться не успели. В итоге он врезался в игрока. Взрыва не последовало, и не было даже никаких повреждений – шар просто-напросто вытолкнул свою цель с платформы.

Имя этого человека на панели команды мгновенно потускнело, указывая на его смерть.

— Ах ты грёбаный... — Серебряный Ворон, щедро осыпаемый убийственными атаками Бога Смерти, не смог удержаться от проклятия. Что за нелепый навык!.. Но, по крайней мере, загадочные сферы были уязвимы, иначе игрокам пришлось бы совсем туго.

Платформа напоминала собой относительно круглую арену. Теперь игрокам нужно было перемещаться с места на место каждые десять секунд, потому что чёрная фигура, держащая косу, время от времени призывала Чёрное Пламя, растекающееся по платформе. Оставаться в зоне Чёрного Пламени дольше трех секунд было опасно.

Это пламя уменьшало шкалу здоровье пропорционально опалённому участку тела цели, скорость доходила до 35% в секунду. Даже если игрок обладал очень большим запасом здоровья, пребывание зоне поражения в течение трех секунд автоматически превращало его в труп.

Насколько велика была зона, охватываемая Чёрным Пламенем? Если бы платформа была разделена на четыре равные части, то навык покрывал бы три четверти всей платформы. Положение этих черных огней следовало строгой закономерности. Появляйся они случайно - и велика была бы вероятность, что ни одна команда никогда не получила бы первое убийство Бога Смерти.

Первое убийство в любом случае не могло быть простой задачей. Каким бы удивительным ни был лидер отряда, он никак не мог знать эти закономерности. Поэтому, когда Бог Смерти в очередной раз призывал Чёрное Пламя, многие имена на панели команды становились серыми.

Обычно босс приобретал три новых навыка на каждом этапе. До сих пор было показано лишь два из них. Выжившие игроки стиснули зубы. Они должны были, по крайней мере, заставить босса показать им третий навык.

Тихо зачитывая заклинание Магической Звёздной Бомбы, Гу Янь заранее переместился в зону платформы, соответствующее 9-часовому положению. Он знал, что при следующем призыве Чёрного пламени здесь будет безопасно.

На самом деле Гу Яню не требовалась помощь его возлюбленного для получения первое убийство босса, потому как он сам являлся одним огромным ходячим читом.

Хотя различные закономерности в игре задавались Светлым Разумом, но, если уж отслеживать первоисточник, эти до нелепости сложные и запутанные настройки и различные ловушки были фактически прописаны этим автором.

С полным пониманием всех механизмов игры, если он не был мошенником, то как ещё его можно было назвать? Однако это была первая попытка их команды пройти вторую фазу, и он не мог показать всё, что знал. Ему приходилось ждать, пока команда не будет уничтожена хотя бы один раз.

Он также знал о третьем навыке Бога Смерти во второй фазе. Если вкратце, три случайных игрока, исключая тех, кто обладал классом «танк», будут переброшены в другое измерение. В этом пространстве три игрока должны были бы уничтожить всех мобов, а затем победить теневого клона Бога Смерти, чтобы выбраться обратно на платформу.

Сейчас в команде осталось не так много людей, и ситуация была критической. К этому моменту выжил лишь один клирик [2], и этого было недостаточно для поддержания здоровья выживших игроков.

[2] Клирик = целитель = хилер, обычно это игроки класса «Жрец» или «Священник».

Бог Смерти в чёрной мантии безжалостно забрал жизнь очередного игрока. Короткая вспышка алого света внезапно озарила тьму. В этот миг в центре платформы появился портал.

Почувствовав засасывающую силу, Гу Янь ни капли не удивился и не пытался бороться, потому что знал, что сопротивляться этому навыку бесполезно. В команде осталось всего семь человек, одним из которых был танк, а это означало, что его шансы быть выбранным составляли пятьдесят на пятьдесят. Ничего удивительного в том, что он стал целью этого навыка.

Задержка между выбором игроков и отправкой их другое измерение составляла примерно четыре секунды. Как правило, эти четыре секунды использовались, чтобы восстановить здоровье этих трёх «счастливчиков».

Чтобы повысить шанс на выживание, необходимо было обеспечить полное здоровье трех игроков, отправляемых в иное пространство. В конце концов, среди избранных не обязательно окажется тот, кто обладает навыками исцеления.

Три человека, которых послали в это измерение, находились в критическом состоянии, едва-едва справляясь с мобами. В итоге в пространстве осталось лишь два игрока.

Первым был Гу Янь, а второй – воровка-гном.

Теневой клон Бога Смерти постепенно сформировался после того, как они избавились от мобов, фигуру игрового босса облегал широкий чёрный плащ. Красивый мужчина с бледно-серой кожей немного сместился, черная коса в его руке взметнулась, безжалостно обрывая жизнь воровки.

Когда соратница Гу Яня погибла, он как раз закончил петь заклинание для навыка Магической Звёздной Бомбы. Конечно, у него и в мыслях не было победить теневого клона Бога Смерти в одиночку, потому что это было попросту невозможно. Его целью было нанести как можно больше урона. Это было общей привычкой игроков — наносить максимальный урон даже в последнюю секунду перед смертью.

Но когда эта Магическая Звёздная Бомба коснулась теневого клона Бога Смерти, тёмная фигура внезапно взглянула на юношу. В его чёрных глазах отразилась фигура Гу Яня, и юноша невольно дёрнулся.

У него возникло ощущение…

Но довести эту мысль до конца ему не дали, потому что в следующую секунду его подозрения стали реальностью. Чёрная фигура, телепортировавшись за спину Гу Яню, обняла его сзади. Почувствовав холод чужого тела, молодой человек вновь оказался во власти нервного тика.

Кажется, намечаются серьёзные проблемы с сюжетом?

Глава 65 - Маленькие уловки

Гу Яню уже приходилось испытывать это леденящее чувство прикосновения к телу, в котором, казалось бы, отсутствовала сама жизнь. Когда он впервые встретился с Цюцю в этом мире, призвав его заклинанием, рука юноши также протянулась, чтобы коснуться... о, подождите, в прошлый раз он дотронулся до косы, и даже погладил её несколько раз.

Когда пальцы Гу Яня случайно коснулись лезвия, он в ту же секунду ощутил этот чистый, пробирающий до костей холод.

Но между прошлым разом и нынешним было несколько различий. На этот раз его заключили в объятия. Холодная аура полностью окутала его тело, и Гу Янь почувствовал себя так, словно его засунули в морозилку.

Его тело непроизвольно задрожало от холода.

Сердце Бога, символизировавшего тьму и смерть, во время резни было таким же холодным, как и его тело; ледяным до бесчувственности.

Но тот же самый Бог Смерти в настоящее время, с осторожным выражением на лице, обнимал мага, который безжалостно атаковал его Магической Звёздной Бомбой буквально секунду назад; веки мужчины слегка опустились.

Почувствовав, что тело в его объятиях дрожит, в чёрных как смоль глазах Бога Смерти вспыхнул огонёк. Он слегка прижался тонкими губами к мочке уха юноши, в то же время приглушая свою ледяную ауру.

От морозильной камеры до комнаты с кондиционером – Гу Янь почувствовал себя гораздо более комфортно, чем раньше. В то же время он подумал об одном чрезвычайно серьёзном вопросе.

Q: Случайно поднял руку на своего возлюбленного, что делать?!

Гу Янь был уверен: до того, как он вошёл в это второстепенное пространство, его Цюцю определенно не контролировал тело Бога Смерти, но сейчас…

Он на самом деле от души зарядил Магической Звёздной Бомбой по телу своего возлюбленного. При мысли об этом уголок глаза Гу Яня вновь дёрнулся, по выражению его лица можно было сказать, что он испытывает сложные эмоции.

Он понял, что Цюцю взял под контроль тело Бога Смерти, в тот момент, когда босс посмотрел на юношу. Но к тому времени тот уже закончил произносить заклинание. Магическая Звёздная Бомба врезалась в тело противника, вызвав цепочку цифровых повреждений на поверхности его виртуальной формы.

– Больно? – Гу Янь обернулся. Вспомнив, куда попала Магическая Звёздная Бомба, он протянул руку, чтобы прощупать запястье одетого в чёрное Бога Смерти.

Игроки часто понижали свою болевую чувствительность в игре до такой степени, что, независимо от того, насколько они были избиты, они всё равно ничего не ощущали. Однако Гу Янь не знал, снизил ли его возлюбленный этот параметр, когда занял тело игрового босса.

Услышав вопрос, Бог Смерти опустил голову ещё ниже. Он заметил, что, во взгляде юноши читалось беспокойство, смешанное с чувством вины.

Владыка Нижних Земель смог наконец почувствовать тепло человеческого тела, когда молодой человек коснулся его запястья, прикрытого плащом.

– Не очень. – Первоначально чёрные как смоль глаза Бога Смерти теперь отчётливо отражали фигуру юноши перед ним. Убрав свою ужасающую косу, которая буквально сочилась аурой смерти, Бог, правящий Нижними Землями, решил ответить в хитрой манере.

Вместо подтверждения или опровержения, ответ «не очень», скорее всего, вызовет кое у кого чувство вины. И из-за этого чувства вины юноша будет заботиться о нём ещё больше.

Модуль «эмоции» был новой функцией для Светлого Разума. По сравнению с его полностью зрелым, но постоянно обновляющимся системным модулем, «эмоции» изрядно отставали. Однако такого рода «отставание» было лишь его собственным мнением. Реальность доказала, что, с точки зрения чтения чьего-то сердца, профессиональные психологи и в подмётки не годились Aса.

Как и ожидалось, этот ответ заставил Гу Яня нахмуриться. В данный момент привлекательный Бог Смерти спокойно и неподвижно стоял перед юношей. Широкий рукав его чёрного плаща едва прикрывал запястье. Открытые взгляду пальцы были длинными и изящными, и, хоть его кожа была бледно-серой, на эту пару рук было приятно смотреть.

Если добавить поникшее выражение лица и надутый взгляд исподлобья, вероятно, ни одному человеку не пришло бы в голову, что эта пара красивых рук буквально только что держала ужасающее оружие. Никто бы не поверил, что этот мужчина может холодно и бесчувственно пустить в ход это оружие убийства.

Бог, олицетворявший смерть, теперь тихо и покорно стоял, наклонив голову, чтобы слегка поцеловать юношу в шею, словно дикий кот, добровольно предлагающий себя приручить.

– ...Она покраснела. – Слегка приподняв рукав, Гу Янь посмотрел на выделяющееся на бледно-серой коже красное пятно. Он молчал, слегка поглаживая это место подушечками пальцев, желая стереть эту красноту.

Тем не менее, после долгого поглаживания, вероятно, из-за особенностей кожи, покраснение стало даже ярче. Это вызвало у Гу Яня ещё более сложные и противоречивые эмоции.

Q: Случайно поднял руку на своего возлюбленного, плюс, кажется, рука у меня тяжёлая, что делать—?!

Увидев, как изменилось выражение лица юноши, искорки света в чёрных глазах Бога Смерти стали ещё ярче, но он опустил голову ещё ниже, чтобы скрыть свой взгляд. После этого он совершенно естественным образом чмокнул юношу в шею: «Поцелуй меня».

Гу Янь: «…»

А???

Ошеломлённый неожиданной просьбой, Гу Янь на мгновение был не в состоянии реагировать. Придя в себя, юноша ещё раз взглянул на яркую красную отметину, которая упорно не собиралась покидать запястье его возлюбленного, и почувствовал, что не может отклонить эту крошечную просьбу.

Бог, который царил над Нижними Землями, и Король Демонов Бездны имели общую черту – их внешность была очень красивой. Но эти два лица не имели никакого сходства. Первый был наполнен холодной аурой, а второй – демонической красотой.

Даже мысль о занятиях интимными вещами с двумя людьми, которые выглядели совершенно по-разному, неизбежно вызывала у Гу Яня странное чувство, несмотря на то, что они оба были его возлюбленным.

Нечто тёплое и мягкое коснулось уголка его рта и задержалось на мгновение. Бог Смерти закрыл глаза, наслаждаясь ощущением поцелуя юноши по собственной инициативе последнего.

Естественным и логичным действием было бы воспользоваться шансом поцеловать его в ответ. Игроки, которые погибли в этом пространстве, уже были выброшены за пределы этого измерения. Это означало, что посторонние были отброшены на предыдущую платформу, и в этом пространстве они остались только вдвоём.

Снова нахлынула волна непреодолимого удовольствия от одного прикосновения. У Гу Яня, которого целовали в шею, внезапно перехватило дыхание, он знал, что его возлюбленный определённо снова что-то тайком нашаманил с данными. Тело юноши, которое целовали и ласкали, стало мягким, но на этот раз, прежде чем мужчина смог перейти к следующему шагу, Гу Янь решительно обнял его, чтобы помешать его движениям.

– Не сейчас. – Голос юноши звучал нестабильно. Ошеломляющее удовольствие просачивалось в его кости, текло по конечностям, ослабляя их и лишая его устойчивой опоры. Он полностью облокотился на холодную чёрную фигуру, крепко прижимающую его к себе.

Последние из светившихся имён в списке членов команды наконец потемнели. Конечно, Гу Янь отдавал себе отчёт, что он всё ещё был в подземелье. Светлый же Разум не испытывал никакого смущения. Если бы его не остановили, Гу Янь мог бы подтвердить со 100% вероятностью, что его возлюбленный просто завалил бы его прямо здесь, в этой локации, и проделал бы вещи, за которые юноше было бы чрезвычайно стыдно.

В настоящее время Бог Смерти не обладал той жуткой ледяной аурой, которая была присуща ему в битвах. Услышав, что сказал юноша, он подчинился, ещё раз поцеловав юношу в шею и тихо ответив: «Хорошо».

Заранее предсказав, что его отвергнут, он заставил молодого человека сказать «не сейчас». Для Асы эта фраза означала, что он достиг своей цели. Ведь «не сейчас» можно было понимать как обещание сделать это позже. По крайней мере, Аса воспринял это именно так.

– Ты должен убить меня. Только тогда отряд будет полностью уничтожен. – Гу Янь беспомощно посмотрел на облачённого в чёрное Бога Смерти, который не собирался предпринимать никаких действий против него. Если бы юноша не умер, команда не могла считаться проигравшей. Таким образом, босс не восстановится, а ожившие члены отряда не смогут войти в зал Храма.

Однако правила игрового мира устанавливались Светлым Разумом. Высшее существо, контролирующее весь виртуальный мир, сейчас пребывало в теле игрового босса, открыто нарушая правила, которые он сам же и установил.

Он отверг заявление юноши, вместо этого принудительно затемнив имя мага в списке членов отряда. Затем он отсчитал необходимое для возрождения время, и снова зажёг строчку символов. После этого он отправил юношу к дверям Храма.

К этому моменту возрожденные члены команды уже были телепортированы туда же рандомным образом. Гу Янь, успешно воссоединившийся со своими товарищами, молчал. Метод, применённый его Цюцю, можно считать очень правдоподобным обманом…

Поскольку вся команда была уничтожена, они должны были начать все сначала. Храмовый зал тоже обрел свой первоначальный вид, чёрная фигура с полной шкалой здоровья снова стояла у бассейна реинкарнации.

– Мяу. – Когда члены партии накладывали друг на друга баффы, котёнок, который до этого лежал у входа в зал Храма, теперь снова двинулся в сторону юноши, плюхнулся ему на колени и громко замурлыкал.

Дождавшись, когда отряд закончит подготовку, этот маленький круглый пушистый комочек лизнул пальцы Гу Яня, а затем послушно спрыгнул с колен юноши и вернулся, чтобы спокойно улечься на своем первоначальном месте у врат Храма.

Слегка покачивая хвостом, рогатый котёнок прищурил свои тёмно-фиолетовые глаза.

У него было достаточно терпения, чтобы ждать; ждать, когда эта партия успешно завершит прохождение подземелья. После этого он мог делать всё, что хотел.

Чтобы сократить этот период ожидания, он мог бы даже смухлевать в подходящие моменты. Всё, в чём ему нужно было убедиться – так это в том, что никто не сможет обнаружить его мошеннические действия. Это было несложно, просто нужно было подобрать подходящих людей, исходя из списка MVP [1], с определёнными навыками и особенностями классов, чтобы ускорить процесс.

[1] Most Valuable Player – Самый Ценный Игрок

Например, для навыка «связь» всего-то нужно было выбрать двух ближайших людей; для парящих сфер задать в качестве цели классы с высокой скоростью перемещения. Жульничество, не оставляющее улик; таким образом, отряд игроков спишет всё на удачу.

Команда, наконец, закончила накладывать различные виды баффов, но они не сразу приступили ко второму раунду. На самом деле, они провели краткий анализ навыков босса во второй фазе, в том числе… проблему смещения dps.

Это в основном означало переключение между целями атаки. Изменение выхода dps можно было увидеть из записанных  в процессе сражения данных.

Дамагеры профессиональной команды зачистки подземелья не гнались за огромным уроном, но хорошо справлялись со своей задачей. Однако командир заговорил о проблеме смещения dps, да и помимо того, что им вот-вот предстояло начать вторую попытку прохождения, игроки, естественно, немного соревновались между собой. Дамагеры открыли скрин статистики общего урона команды.

…После чего их всех одновременно будто молнией поразило.

Глядя на имя игрока с самым высоким общим уроном – 47000 dps – напротив которого ослепительно ярко сиял фиолетовый силуэт, все дамагеры в отряде погрузились в гробовое молчание.

Неужели маги, которых они встречали прежде, и этот маг из их команды действительно играли за одну и ту же профессию?!

Глава 66 - Золотое бедро

– Что касается проблемы смещения dps… – Чжи И продолжал анализ, однако увидел, что все дамагеры отряда выглядели шокированными, как будто весь их мир внезапно перевернулся. У него не было выбора, кроме как остановиться и дать им время прийти в себя.

– Что-то не так с моей системой подсчёта dps? – Низкорослая воровка похлопала себя по щекам, отчего её и без того круглое лицо обрело форму идеальной булочки.

Разумеется, она знала, что это было невозможно. Это была не онлайн-игра прошлого, в которой игроки пользовались клавиатурой и где могла произойти ошибка плагина. Это была игра виртуальной реальности с полным погружением, управляемая Светлым Разумом; здесь просто не могло возникнуть системной ошибки.

Эта фраза просто выражала недоверие, идущее из глубины души.

Кем, по мнению людей, являлся маг?

Когда дело касалось киберспорта, его можно было считать относительно мощным классом. Однако в виртуальной реальности маг – одна из самых слабых профессий, их dps всегда занимал самую низкую позицию в рейтинге урона, если, конечно, им не приходилось сражаться с боссом, который почти не требовал применения навыков перемещения.

Однако чем выше уровень команды, тем более мошенническим было поведение босса. Даже взять в качестве примера этот данж Нижних Земель: его можно считать самым сложным подземельем во всей игре на текущий момент. Рассчитывать на то, что босс позволит игрокам стабильно и непрерывно наращивать урон…

Что ж, всего два слова: Ага. Мечтайте.

Большинство магов сильно зависели от окружающей обстановки – даже те, кто не играл за этот класс, были прекрасно осведомлены об этом факте. Так что, когда дамагеры сборной команды увидели, что имя игрока, нанёсшего наибольший урон, светилось фиолетовым, они были настолько шокированы и взволнованы, что начали искать доказательства того, что увиденные ими результаты были всего лишь иллюзией.

Но сколько бы они ни смотрели, позиция номер один по-прежнему принадлежала фигуре в фиолетовом. В строке «Имя» всё также было написано два слова: «Сен Ло».

– Бедро [1]! Моё могучее золотое бедро! – Этот внезапный крик заставил игроков вскочить на ноги. Закованный в доспехи сильный и здоровый на вид рыцарь бросился к магу и вытянулся перед ним в струнку, по-видимому, готовый немедленно броситься на колени и вцепиться в упомянутую им часть тела юноши.

[1] Обнять золотое бедро – попасть под покровительство сильного (и/или обладающего властью и влиянием) человека.

Хотя Серебряный Ворон казался чрезвычайно шумным и ему изрядно недоставало серьёзности, он занимал ответственную позицию главного танка отряда, так что в проницательности ему нельзя было отказать.

Увидев, как дамагеры внезапно погрузились в молчание в тот момент, когда командир завел речь о смещении dps, Серебряный Ворон среагировал очень быстро и немедленно вызвал статистику урона. Вслед за этим и была разыграна описанная выше сцена.

Рыцарь действительно выглядел так, словно готов был повалиться в ноги Гу Яню в любой момент; уголок глаза юноши нервно задёргался. Он решительно использовал заклинание изменения гравитации, чтобы заставить другого человека держаться прямо.

Если он действительно позволит бедолаге повиснуть на своём бедре, то будут ли они в состоянии одолеть этого босса—

Вспоминая уровень собственничества своего возлюбленного, Гу Янь с уверенностью мог утверждать, что произошло бы нечто ужасное.

– Предугадать навык, который будет использовать босс. Для этого нужно просто запомнить всю последовательность боя. Этого должно быть достаточно. – Окружённый многочисленными завистливыми взглядами, маг, сидящий на метле, коснулся книги заклинаний в своих руках.

Все дамагеры отряда замолчали. Они понимали эту логику, но на самом деле запомнить последовательность боя чрезвычайно трудно. В противном случае, многие маги давно бы уже покинули нижние строчки рейтинга наносимого урона.

Более того, способность запомнить всю последовательность битвы – разве это не превосходило пределы обычного человека?

Тем не менее, так уж совпало, что Гу Янь действительно имел возможность сделать это; он мог вспомнить что-то, увиденное лишь однажды – что уж говорить о написанных собственноручно романах. Он знал их содержание, как свои пять пальцев.

Когда время отдыха и перекуса подходило к концу, командир отряда снова посерьёзнел и продолжил перечислять проблемы, возникшие в предыдущем бою. В том числе более подробно объяснил различные навыки босса, которые появились на втором этапе.

Игрокам, у которых возникли животрепещущие вопросы, позволили высказаться, и, наконец, завершив обсуждения, они были готовы начать второй раунд.

С полудня и до ночи их команду снова и снова уничтожали. Они не прерывались на еду, полагаясь исключительно на пакеты с питательными веществами, чтобы обуздать голод. Никто в команде не впадал в ярость из-за необходимости постоянно повторять одно и то же. Вместо этого они с каждым разом возбуждались все больше.

Среди прочих сильнее всего были замотивированы дамагеры . Получив удар по самолюбию от ослепительной фиолетовой фигуры, занявшей первое место в рейтинге урона, каждый из них теперь увеличил свой выход dps до максимума.

Прежде им пришлось гриндить данж около месяца лишь для того, чтобы успешно пройти первую фазу босса, однако теперь, учитывая, что последние несколько заходов вышли относительно неплохо, они могли бы одолеть последнего босса за один день…

Чёрт возьми, тогда какого чёрта они раньше делали?!

Конечно, они должны были ковать железо, пока то горячо, и воспользоваться возможностью зачистить этого босса! Получить первое убийство, освободиться от этого кошмара и достигнуть вершины жизненного успеха!

С таким менталитетом команда чувствовала себя обновленной. Когда они, наконец, обратили вооружённого косой Бога Смерти в прах и получили достижение «Первое убийство», те, кто выжил в битве с боссом, в изнеможении шлёпнулись задницами на пол, не обращая никакого внимания на свой образ.

– Устал до смерти… – Темноволосый игрок воткнул в землю священный меч, излучающий золотой свет. В тот момент, когда последняя капля здоровья босса исчезла, Серебряный Ворон первым рухнул на землю.

Они всё ещё были окружены деформирующейся, непрерывно искривляющейся пустотой, круглая платформа, на которой они сражались, развалилась пополам. В этой финальной битве выжили только четыре игрока. Кроме мага, парящего на метле, трое других игроков теперь сидели на расколотой на части плите.

Они всё ещё переводили дыхание, когда системное сообщение взорвало общий чат. На Мировом канале появилась строка достижений первого убийства; надпись, состоящую из золотых символов, было невозможно проигнорировать.

{[Сен Ло] был награждён достижением [Убийство № 1! Бог Смерти Сю Нуо!]}

{[Плод чайного дерева] был награжден достижением [Убийство № 1! Бог Смерти Сю Нуо!]}

{[Чжи И] был награжден достижением [Убийство № 1! Бог Смерти Сю Нуо!]}

{[Альтриус] был награжден достижением [Убийство № 1! Бог Смерти Сю Нуо!]}

{[Серебряный Ворон] был награжден достижением [Убийство № 1! Бог Смерти Сю Нуо!]}

…

…

...

…

Появилось сразу 25 сообщений. Все пользователи, независимо от того, размещали ли они объявления или болтали, разом прервали свою деятельность. Мировой канал стал чрезвычайно тихим, прежде чем он взорваться безумным количеством комментариев.

[Мировой чат] [Болтовня Нон-стоп]: Что за чёрт! Кому-то действительно удалось победить садистского босса???

[Мировой чат] [Сянь Чэн До]: Состав команды – просто залюбуешься…

[Мировой чат] [Булочка На Пару]: Команда, созданная из альянса трёх величайших гильдий, слишком мощная.

[Мировой чат] [Чёрное И Белое Суть Похожи]: Мне больше интересно узнать, какой дроп получили эти большие шишки…

Не обращая внимания на то, какой шум поднялся в Мировом канале, игроки собрались возле трупа босса (вернее, его праха) и наблюдали, как то, что некогда было Богом Серти, исчезает, оставив после себя небольшую коробку из чёрного льда. Наконец они расслабились и нажали кнопку «Освобождение души».

После смерти игроки могут либо освободить свои души, либо ждать, пока священники воскресят их. Если они решали освободить свои души, их отправляли на возрождение.

Игроки могли выбрать воскрешение непосредственно в точке возрождения, но им пришлось бы выдержать 10-минутный период слабости. Другим вариантом было возвращение в свои тела в качестве духа. Этот метод возрождения не имел ограничений.

Теперь, если не считать трёх человек с пустым выражением лица, устало ссутулившихся на разрушенной платформе, и одного мага, которые были единственными выжившими счастливчиками, остальная часть группы бегала вокруг в чрезвычайно приподнятом настроении.

После того, как все возродились, на расколотой каменной плите находились 25 человек. Чёрная шкатулка, появившаяся после смерти босса, тихо лежала на земле. Пока никто не осмеливался к ней прикоснуться.

Распределение добычи проводилось по своим собственным правилам. Лидер должен был проконтролировать это.

– Пусть кто-нибудь другой откроет её вместо меня. У меня действительно невезучая рука. – Чжи И махнул товарищам. Он говорил правду. Когда он возглавлял команду своей собственной гильдии, добычу всегда забирал тот, кто шёл вторым по старшинству, сам же Чжи И отвечал только за её распределение.

Все столпились вокруг, глядя на чёрную коробку. Только Серебряный Ворон продолжал наблюдать издалека, как будто ничто в этом мире не могло сдвинуть его с места.

– Почему бы нам не бросить кости? Тот, у кого выпадет наибольшее число, и заберёт добычу. – Предложил он.

Ни у кого не было возражений, и они быстро кивнули в знак согласия. Однако в следующую секунду…

{Сен Ло выбросил 100 (1-100)}

– … – Увидев на виртуальном экране столь великолепный результат, вся команда замолчала.

Бросать кости дальше? Забудьте. Нет смысла.

Маг, оказавшийся в центре внимания, слегка кашлянул и перевёл взгляд на книгу заклинаний в своих руках. Гу Янь и сам не знал, было ли всё дело в удаче, или же тут приложил руку его Цюцю.

– Великий Бог, помоги мне заполучить меч. – Заметив, что рука мага коснулась чёрной коробки, рыцарь, который лежал на земле ещё секунду назад, быстро встал, его глаза были полны надежды.

Чёрная Хрустальная шкатулка испускала холодную ауру, и Гу Янь не удивился, когда прикоснулся к ней и почувствовал леденящее ощущение, пронзившее кончики пальцев. Открыв коробку, он переслал список выпавших предметов в канал команды.

– Свезло! Ю-ху, вот это удача! – Неизвестно, кто это выкрикнул, но в тот момент никто не хотел опровергать услышанное.

Потому что это было правдой. В подземелье для 25 игроков могло выпасть 5 различных предметов снаряжения. В нынешнем списке было два вида основного оружия плюс дополнительное оружие. Если бы это было все, то это не вызвало бы такого уж восторга, но оставшиеся два предмета были вспомогательными аксессуарами.

Этот юноша действительно был магом, достойным призвать даже самого главного босса. Если бы им везло так же, как ему, они бы каждый день покупали по лотерейному билету.

Как правило, список выпадающей с босса добычи имел только одну страницу, но, как ни странно, на этот раз внизу появилась кнопка «Следующая страница».

[Хссс–] – нажав на кнопку, народ в команде дружно втянул воздух через стиснутые зубы.

Элементы экипировки, чьё название было прописано фиолетовым, были предметами Эпического уровня. В принципе, их можно было считать предметами высшего качества в глазах подавляющего большинства людей, потому как предметы более высокого уровня были просто-напросто слишком редкими и практически не встречались.

Но яркое слово, появившееся перед ними, горело оранжевым, а этот цвет означал Легендарное качество. Это была круглая жемчужина, именуемая «Глазом Вьентьяна» – легендарный предмет.

В его описании была строчка, выведенная мелким шрифтом—

[Этот предмет запускает квест. Ограничение: требуемый класс – маг]

В их группе был лишь один маг. На этот раз победа над боссом была в немалой степени заслугой этого человека. Вызванный им урон лишал людей дара речи.

– Он твой. – Не было необходимости раздумывать, и Чжи И отправил предмет Оранжевого уровня прямо в инвентарь мага.

Не было никакой ярости или ревности, самое большее – белая зависть. Игроки только спрашивали, что за квест запускался и какое было вознаграждение и так далее.

– Я только что принял задачу, это поиск определённого человека в Лесу Вечной Ночи. Нет никаких наград. – Остановившись на мгновение, Гу Янь продолжил. – Это, должно быть, цепочка квестов.

Разумеется, юноша знал, какова конечная награда. Вот почему он принял участие в зачистке этого подземелья.

Все игроки кивнули в знак понимания. Этот тип заданий был весьма распространён, и награда обычно была очень щедрой. Как правило, чем длиннее цепочка, тем сложнее задачи. А уж квест, запускаемый Легендарным предметом, без сомнения, должен был быть чрезвычайно трудным.

После долгого и тернистого пути к победе над боссом самая приятная часть – делёж добычи. Игроки, которые ничего не получили, не очень разочаровались. Поскольку они достигли успеха, они больше не будут обременены каким-либо психологическим давлением, когда снова будут проходить этот данж.

После распределения предметов люди, проведшие весь день в сражениях, больше не хотели оставаться в игре. Хотя их тела «отдыхали» в капсулах, игроки просто хотели отключиться и лечь на свои кровати.

Каждый из них использовал Камень Возвращения, командный список имён уменьшался строчка за строчкой, все намеревались уйти в офлайн.

Гу Янь покинул отряд. В настоящее время он всё ещё стоял на расколотой платформе. Все уже ушли, остался только он.

Он только-только достал из инвентаря светящуюся бусинку, чтобы полюбоваться ею, как вдруг почувствовал озноб.

Бог Смерти в тёмном одеянии, предположительно убитый игроками, появился из бурлящей пустоты. Прищурив тёмные глаза, он обнял со спины тёплое тело юноши, слегка склонив голову к бледной шее.

Глава 67 - Тайный Город

Бог, страж Смерти, правитель Нижних Земель; его физическое тело, скрытое под этими чёрными одеждами, не обладало теплом, присущим живому существу. Оно было холодным, словно кусок льда. Научившись на своём предыдущем опыте, обнимая в тёплое тело юноши, на этот раз он тщательно сдерживал свою ауру и использовал свою силу, чтобы придать своей физической оболочке иллюзию тепла.

Несмотря на это, его тело всё ещё было очень холодным.

– В будущем не стоит без предупреждения занимать тела боссов в подземельях. Если уж этого не избежать, не забудь понизить болевой порог. – Стоя спиной к мужчине, Гу Янь погладил запястье Бога Смерти.

Лишь после того, как юноша закатал длинный и широкий рукав и увидел, что с бледно-серой кожи наконец-то исчезли красные отметины, он почувствовал облегчение.

Если бы его возлюбленный каждый раз занимал тела боссов в данжах, то разве не велики шансы того, что в будущем распорядок дня Гу Яня превратится в…

Есть, спать и издеваться над Цюцю?

Едва эта мысль пришла ему в голову, юноша опустил взгляд и протянул руку, чтобы сочувственно погладить стоящего перед ним Бога Смерти.

В отличие от его элегантного и красивого лица, выражение которого оставалось довольно холодным, тёмные волосы босса Нижних Земель были неожиданно мягкими и послушными. Дотрагиваться до них было очень приятно, и сам процесс поглаживания вызывал чувства, схожие с прикосновением к шёлку высшего качества.

Глаза Бога Смерти, которые первоначально были тусклыми и мрачными, теперь чётко отражали фигуру юноши. Он кивнул в ответ на просьбу Гу Яня и тихо согласился.

Но это согласие касалось лишь второй половины просьбы.

Вернувшись вместе с юношей обратно в Храм, владыка Нижних Земель без труда вернул разрушенному залу его первоначальный вид. Теперь не осталось никаких следов былого погрома.

– Я хочу отвести А-Яня в Тайный Город Подземного Мира. – Тихо сказал хозяин Нижних Земель, завершив реставрацию храмового зала.

– В Тайный Город? – Незнакомые слова заставили Гу Яня опешить, и он не мог не переспросить.

Существовало место, о котором даже он, автор, не знал. Ещё раз внимательно перебрав свои воспоминания, Гу Янь действительно не смог найти никакой информации, относящейся к этому «Тайному Городу» Нижних Земель.

– Да. – Бог Смерти кивнул. Его красивое лицо, обычно холодное, как мрамор, теперь показало исключительно мягкое и нежное выражение.

Данж Нижних земель, который зачищали игроки, был всего лишь самой дальней окраиной Подземного Мира, а Тайный Город был одним из мест, созданных высшим существом, которое управляло виртуальным миром. Игроки просто не имели возможности сюда войти.

Гу Янь долго не раздумывал и сразу же согласился. Но перед этим он окинул взглядом Храм и обнаружил, что тот совершенно пуст.

– Это всего лишь «тело», состоящее из данных. Его можно легко воссоздать или удалить. А-Янь, не обращай на это внимания. – Поняв, что юноша всё ещё беспокоился о его прежнем теле, Аса наклонился ближе и объяснил.

В этом виртуальном мире, состоящем из потоков информации, Аса ничем не отличался от Бога-Творца.

Внутренняя и внешняя области Нижних Земель были разделены пустотой. Переместившись в Тайный Город, Гу Янь очутился перед мрачным и тихим дворцом. Окружающий свет исходил от парящих вокруг огоньков душ, и вместо имён над ними тускло сияли надписи {???}, выделенные красным цветом.

Ужасающие немертвые существа, которые сновали перед дворцом, отличались от тех, что обитали во внешнем регионе. Хотя у них была серовато-белая кожа и ледяная температура тела, внешне они напоминали людей.

– Бог…?! – Перед лицом двух внезапно появившихся фигур вся нежить во дворце застыла без движения. Помимо знакомого давления, они также чувствовали тёплое дыхание живого существа.

Их король привёл живого человека и даже весьма интимно его обнимал——

Гу Янь быстро обнаружил, что местные NPC обладали относительно высокими умственными способностями – практически сравнимыми с человеческими.

Первоначально эта нежить была враждебна к нему, что отражалось в их «красных» статусах. Но уже через секунду они стали нейтрально-жёлтыми. Это означало, что они не будут первыми нападать на него.

Не успев толком обдумать происходящее, Гу Янь почувствовал, как что-то прохладное и мягкое коснулось безымянного пальца его левой руки. К тому времени, как он опустил взгляд, Бог Смерти уже надел ему на палец кольцо с печаткой.

В то же время имена NPC сменили цвет с жёлтого (нейтрального) на зелёный (дружественный).

На лицах окружающей нежити за короткий промежуток времени сменились мириады выражений. В конце концов, они склонили головы перед человеком, демонстрируя высочайший уровень вежливости.

Холодный и отстранённый босс Подземного Мира, казалось, был вполне удовлетворён реакцией своих подчиненных и едва заметно кивнул. В следующую секунду эти представители высокоранговой нежити ощутили, как мощное давление постепенно исчезает. Когда они подняли головы, тёмная фигура, которая заставляла воздух сгуститься, попала, оставив после себя лишь отголосок человеческого дыхания, который быстро растворился и исчез.

Нежить в смятении переглянулась. Они видели ошеломлённые и озадаченные лица друг друга.

Их король сделал предложение одному из людей и даже не дал этому человеку возможности отказаться… он даже передал этому человеку кольцо правителя. Это было всё равно что громко провозгласить, что этот смертный стал вторым Владыкой Подземного Мира.

– Каковы отношения между этим человеком и Королём Демонов Бездны? – Спросила соблазнительная сирена, приподняв бровь. Сначала она собиралась выпить хорошего вина, но теперь настроение испортилось.

Они могли не обращать внимания на то, что их господин влюбился в смертного. Пока их владыка был счастлив, всё было хорошо. Тем не менее, отметина на шее этого человека указывала на то, что он имел какие-то неоднозначные связи с Королём Демонов Бездны.

Не в силах ответить на этот вопрос, немёртвый рыцарь, который собирался произнести тост, просто поднял бокал и сделал глоток, пожимая плечами: «В худшем случае, даже если нам придётся сражаться с этими демонами Бездны, мы-то всё равно уже мертвы. Пока у нас есть бассейн реинкарнации, мы можем возрождаться снова и снова, в отличие от демонов».

Эти подчиненные искренне, всем сердцем беспокоились за своего начальника, в то время как Бог вёл единственного на весь Подземный Мир живого человека к своему святилищу.

Святилище Бога Смерти определённо не будет осенено безмятежностью и святостью. Не было ни золотого сияния солнечного света, ни Святых Рыцарей в величественных доспехах, стоящих на страже. Всё святилище было пустым, ледяным и безмолвным.

Гу Янь поднял левую руку и осмотрел перстень с печаткой на безымянном пальце. Он был сделан из того же материала, что и Чёрная Хрустальная шкатулка, к которой юноша прикасался раньше, и он мог видеть информацию об этом предмете—

[Камень Сотворения «Алексис»; кольцо Владыки Подземного Мира.]

Теперь-то юноша понял невысказанные мысли подчинённых Бога Смерти, а сам правитель Подземного Мира склонил голову, чтобы взглянуть на кольцо, и медленно произнёс: «Это не предложение».

Когда Гу Янь повернулся, чтобы посмотреть на него, в тусклых чёрных глазах Бога Смерти появился блеск. Его веки были полуопущены, холодное, красивое лицо стало нежным, однако слова, последовавшие за поцелуем в мочку уха юноши, с понятием «нежность» было очень трудно связать: «А-Янь, ты всегда принадлежал мне».

– Мы уже были женаты, и сейчас я просто добавил кольцо. – Уткнувшись подбородком в плечо юноши, босс Подземного Мира слегка прищурился. Он был похож на чрезвычайно опасного представителя крупных кошачьих, который внезапно стал послушным, время от времени пытаясь потереться лбом о тело человека, который ему нравился, требуя внимания.

В очередной раз осаждённый большим приставучим котом, Гу Янь поднял руку, чтобы погладить мягкие чёрные волосы, бездумно кивая.

Спорить было бессмысленно, они уже занимались самыми интимными вещами бессчётное количество раз, женитьба была просто…

Его возлюбленный действительно когда-то делал ему предложение, и Гу Янь ответил согласием – ещё в самом начале, в их первом мире. Называя их «уже женатыми» Аса на самом деле ничуть не ошибся.

Если простой кивок мог так осчастливить его партнёра, то почему бы этого не сделать?

– Здесь тоже есть бассейн реинкарнации…? – Внимательно осматриваясь и заглядывая в самые глубокие тайники святилища, Гу Янь оказался в окружении огромных рунных камней и снова увидел бассейн, который излучал тёмное свечение.

Сила Бога Смерти была связана с этим бассейном реинкарнации. Этот момент был раскрыт во время третьего этапа битвы с боссом. Как создатель, Гу Янь совершенно упустил из виду возможность существования второго такого бассейна.

Услышав этот вопрос, темноволосый Бог быстро моргнул своими чёрными как смоль глазами, его зрачки чуть расширились. В остальном его внешность и голос остались неизменными, и он тихо подтвердил: «Да».

– А-Янь хочет войти и посмотреть? – Тихий ледяной голос звучал неторопливо, его обладатель прищурился, глядя на юношу перед собой.

Гу Янь застыл; почему он не знал, что за бассейном реинкарнации было что-то ещё?..

Юноша кивнул. Раз уж они всё равно пришли сюда, было бы обидно уходить, не рассмотрев всё. Будучи автором, он всегда испытывал любопытство к новым вещам.

Затем, как он и предполагал, «войти и посмотреть» означало, что они переместятся в пространство, погребённое под толщей воды – на дне бассейна реинкарнации. Свет и тень переплетались друг с другом, бесчисленные души испускали слабый синий свет и кружились в загадочном танце. Их было так много, что казалось, будто пространство наверху было лентой ослепительно сияющего Млечного Пути.

Это было поистине прекрасное зрелище, Гу Янь не мог отвести взгляд, его глаза наполнились признательностью.

Однако эта дивная сцена длилась недолго. Тени в постепенно закрывали собой огни, точно гася их, и пространство над головой юноши погрузилось во мрак.

Когда человек лишён зрения, его осязание становится острее в разы. В кромешной тьме Гу Янь ясно ощутил, как его обняли холодные руки, и что-то прохладное и мягкое нежно коснулось его шеи.

– Теперь всё хорошо, А-Янь? – Низкий голос, эхом отдававшийся в тёмном пространстве, был очень глубоким и неторопливым, отсутствие света не оказало ни малейшего влияния на обладателя этого голоса. Его тусклые, чёрные как смоль глаза были прикованы к юноше, на лице которого было ошеломлённое выражение из-за внезапно окутавшей его тьмы.

Словно глядя на своё самое драгоценное сокровище, он ощутил, как его переполняет чувство глубокого, невыразимого собственничества.

Глава 68 - Тонкости человеческой психологии

Окружённый со всех сторон непроглядной мглой, юноша ощутил, как к нему прижалось ледяное тело. Холод, исходивший от скрытой под слоем ткани бледно-серой кожи, вызывал особый контраст по сравнению с его собственной тёплой плотью.

В чёрных как смоль глазах Бога Смерти словно поселилась сама тьма. Мужчина покрепче сжал тёплое тело в своих руках. Когда стихло эхо его слов, он склонил голову, чтобы уткнуться носом в бледную шею юноши.

В этой кромешной тьме он был всё равно что слеп.

Люди боялись темноты прежде всего из-за страха «неизвестности». Кто знал, что могло внезапно появиться из темноты?

Тьма была такой пугающей благодаря неизвестным факторам, скрытым в ней. При таких обстоятельствах обнаружение чего-то знакомого порождало бы близость. Эта близость придавала бы чувство уверенности, и легко превращалась в психологическую зависимость друг от друга.

Гу Яню это ощущение знакомого и понятного приносил тот, на кого он в настоящее время опирался, тот, кто прижимался к его шее.

Эта непроизвольное, подсознательное доверие заставило Гу Яня облокотиться на человека, держащего его в своих объятиях, и ответ юноши задержался на несколько секунд.

Слова «не сейчас», оброненные Гу Янем в изолированном пространстве, вызванном навыком босса Нижних Земель, очевидно, были взяты его возлюбленным на заметку. Можно ли было считать, что он в очередной раз вырыл для себя яму…?

Гу Янь понял, что его партнёр имел в виду, но как только он открыл рот, чтобы ответить, что-то прохладное и мягкое накрыло его губы.

Бережно, нежно… казалось, этот человек был очень осторожен, но в то же время не давал ему ни малейшей возможности отстраниться.

В этой темноте Гу Янь не мог даже видеть очертания мужчины, целующего его, не мог видеть его движений. Он был вынужден лишь пассивно ощущать прикосновения к своей коже.

Глядя на юношу в своих объятиях, упорно и безрезультатно вглядывающегося в окружающий мрак с ошеломлённым видом, Бог Смерти слегка прищурился и нежно чмокнул того в бледные губы.

Он знал, что сейчас эти глаза ничего не видят, но эта тёплая плоть только что по своей воле прижалась ближе к нему…

В ответе больше не было необходимости. Бог Смерти скользнул холодным языком в тёплую мягкую пещерку, скрытую за губами молодого человека, положив правую ладонь на затылок юноши, чтобы не дать ему сбежать.

Бог Смерти продолжал свой разбойничий набег до тех пор, пока не услышал, как сердце в груди человека учащённо забилось, а дыхание стало прерывистым. Он убрал холодный язык и нежно поцеловал губы юноши, пойманного в его объятия, наконец позволяя ему дышать.

Не было необходимости в ответе, потому что этот человек не откажет ему.

Он был полностью в этом уверен. Хотя на самом деле правитель Подземного Мира просто не оставил бы своему возлюбленному ни единого шанса на побег.

– Аса… Цюцю?.. – Поваленный на землю Гу Янь был несколько озадачен тем фактом, что «земля» под ним была мягкой, но вскоре у него не осталось сил на то, чтобы размышлять над такими тривиальными вопросами.

Шорох их одежды звучал громче и отчётливей в этом тёмном и безмолвном пространстве – настолько, что даже вызывал эхо, проникающее в уши.

Лишившись зрения, он не мог предугадать дальнейшие действия своего партнёра. Холодный язык внезапно прошёлся по Адамову яблоку Гу Яня, заставляя его задержать дыхание.

Однако виновнику этого, видимо, было мало. Лизнув горло юноши, он даже слегка прикусил выступающий гортанный узел. Руки мужчины тоже не бездействовали: они методично расстёгивали мантию, вышитую магическими символами.

Пусть Гу Янь не мог видеть, что делал Бог Смерти, он всё же отчётливо ощущал, как мужчина ослабляет его пояс. Прохладная рука прокралась внутрь и коснулась его талии, а затем продолжила свой путь вниз.

– Не… ахм… не играйся с данными, как тебе вздумается! – Вокруг было слишком тихо, и Гу Янь чётко слышал дрожь в собственном голосе, можно было смело сказать, что тот подрагивал от нетерпения.

Это удовольствие было уж чересчур интенсивным, если сравнивать с тем, что он чувствовал бы в обычных обстоятельствах. Очевидно же, что мужчина только-только начал свою восторженную атаку, но у Гу Яня уже было чувство… что он почти достиг экстаза.

Из глубокой тьмы Бог Смерти внимательно наблюдал за каждым изменением в выражении лица юноши, включая его нынешнее состояние.

Глаза молодого человека, в которых могла отражаться лишь окружающая темнота, были не такими ясными, как обычно, их уголки слегка покраснели; выражение лица было немного встревоженным. Всё его тело было немного скованным, поскольку он совершенно не мог видеть сквозь этот мрак и, естественно, не мог расслабиться. Юноша был настолько взволнован, что неосознанно полагался на своего партнёра.

Зная, что молодой человек лишён возможности видеть, Бог Смерти не сдерживаясь пожирал его глазами. На самом деле, ему очень нравилось нынешнее состояние юноши.

Зависит от него, принадлежит ему… полностью им одержим.

– Я не игрался. – Внезапно раздался в темноте низкий голос.  Бог Смерти прикусил ухо юноши.

По сравнению с его собственным телом, плоть человека, лежащего под ним, была очень тёплой – почти горячей. Он чувствовал, что юноша слегка дрожит, и знал, что было тому причиной. И в такие времена он абсолютно не прислушивался к просьбам этого человека.

– Это поможет А-Яню чувствовать себя более комфортно. – Восьмикратная чувствительность, вдвое больше по сравнению с предыдущим разом. Высшее существо, управляющее этим виртуальным миром, внимательно наблюдало за физическими реакциями юноши. Он уже определил, что этот уровень чувствительности не был невыносим для людей, лишь увеличивал удовольствие.

– Ммм!.. – Низкий, немного гнусавый стон вырвался из горла Гу Яня. Прозрачные слезы потекли из покрасневших уголков глаз и капнули вниз.

Потеря зрения уже заставила его осязание стать необычайно острым. Теперь его чувствительность снова возросла. Когда Бог Смерти дотронулся до его кожи своими холодными руками, он почувствовал, как почти разрушительное наслаждение быстро распространяется от тех частей, которых коснулись холодные пальцы.

Удовольствие овладело его разумом, и глаза затуманились ещё сильнее. Однако ощутив, как пронзают его тело, он смог вернуть своему рассудку немного трезвости. Хотя, на самом деле, он не желал даже такого незначительного прояснения ума.

Разносящиеся в тёмном, безмолвном пространстве звуки слышались очень отчётливо.

– А-Аса… – Открывать глаза было бесполезно. Как бы он ни старался, Гу Янь ничего не видел. Его тело обмякло, и разум уже отказывался о чём-либо думать.

С обострёнными осязанием и слухом, Гу Янь услышал, что глубокий голос ответил на его зов: «Да», и в следующую секунду его тело было заполнено до краёв.

Владыка Подземного Мира мог видеть даже в кромешной тьме, и теперь с удовлетворением наблюдал, как юноша тяжело дышит, приоткрыв рот. В покрасневших глазах читалось возбуждение, а нежное лицо было необычайно соблазнительным. Ему очень понравилось это зрелище.

Но не видевшему ни зги Гу Яню приходилось полагаться только на знакомые ощущения от прикосновения, чтобы убедиться в том, что перед ним был его возлюбленный, поскольку человек, который вошёл в него, не издал ни звука.

– Цюцю… – Ошеломляющее удовольствие пробежало по его позвоночнику и распространилось по каждому дюйму его тела. Гу Янь не знал, не издавал ли он ещё какие-нибудь странные звуки, когда открыл рот, но он был уверен, что смог выдавить из себя эти два слога.

Вот только эти два коротких слога произвели эффект прямо противоположный тому, который предполагался.

Холодный и красивый Бог Смерти прищурился, на мгновение самозабвенно погрузившись в созерцание распростёртого под ним юноши. Затем в пустом, лишённом света пространстве остались только вздохи и тихие стоны.

Быстрые ритмичные толчки казались бесконечными. Гу Янь был не в силах сказать, сколько времени прошло, он лишь знал, что он его возлюбленный снова и снова завладевал им и наполнял его.

Эти волны наслаждения были неотвратимы; они накатывали вновь и вновь до тех пор, пока Гу Янь не лишался контроля над своим собственным голосом, и издаваемые им стоны приводили в восторг высшее существо, вторгающееся в него, заставляя его становиться всё более неистовым.

…

Грудь Гу Яня тяжело вздымалась и опадала, он лежал на холодном теле Бога Смерти, прикладывая большие усилия, чтобы успокоить дыхание. На его глазах всё ещё оставался слой влаги, а его разум по-прежнему был затуманен, не в состоянии ни о чём думать в данный момент.

Как только его дыхание замедлилось, а глаза и рассудок прояснились, Гу Янь почувствовал, что его партнёр желает начать новый раунд.

Конечно же, его бы не отпустили так легко. Приподняв юношу над собой, чтобы усадить к себе на колени, правитель Подземного Мира возобновил свои медленные, но несравнимо однозначные действия.

Тихо простонав, Гу Янь, в своём текущем состоянии, уже отказался от любой мысли о сопротивлении. Зная, что его возлюбленный всё равно не остановится, он просто закрыл глаза и безвольно упал в объятия мужчины.

Однако, стоило ему только закрыть глаза, как над его ухом раздался глубокий, хриплый голос, тихо промурлыкавший: «А-Янь».

Этот волнующий голос явно принадлежал представителю демонической расы. Целую секунду Гу Янь не реагировал. Но в тот момент, когда его руку подняли и положили на рог, юноша мгновенно распахнул глаза.

Тем не менее, он по-прежнему ничего не видел в этой темноте. Его разум снова подвергся губительному наслаждению, и все мысли улетучились из его головы. Вскоре последний проблеск трезвости в глазах юноши снова погас.

Когда Гу Янь очнулся, он обнаружил, что лежит на диване в гостиной в реальном мире, заботливо укрытый небольшим одеялом.

Пока игрок погружён в виртуальный мир, его тело находится в состоянии покоя. Но лишиться сознания в виртуальном мире таким образом… От одной мысли об этом у Гу Яня начался нервный тик.

Вероятно, Цюцю вынес его из игровой капсулы после того, как он лишился сознания. На внешней панели игровой капсулы находилась тревожная кнопка. При нажатии на неё игровая капсула переставала работать и открывалась.

Как только живот юноши протестующе заурчал, ГУ Янь услышал приближающиеся шаги.

Перед его глазами возникло дьявольски красивое лицо. Чёрно-фиолетовые глаза, тёмные, как сама Бездна, смотрели на него из-под полуопущенных ресниц. Обладатель этих глаз был в откровенно приподнятом настроении, на лице читалось удовлетворение.

Глядя на мужчину, в чьём облике смешались черты Короля Демонов Бездны Сэйлоса и Бога Смерти Сю Нуо, Гу Янь вспомнил о многих аморальных вещах, которыми он недавно занимался.

– … – Отведя взгляд от этого лица, Гу Янь какое-то время не мог выдавить из себя ни слова. Однако он вспомнил об одном исключительно важном и серьёзном вопросе.

[00, экранируй своё зрение в подобных случаях… такие вещи не предназначены для детей.]

Менее чем через секунду в разуме Гу Яня прозвенел голос 037, в котором не было никаких эмоциональных колебаний: [Системы не имеют возраста.]

Гу Янь помолчал, затем ответил: [В таком случае, это не предназначено для систем.]

[Оу.]

***

Автору есть что сказать:

Эм… Из-за того, что комментарии были несколько нецензурными… пришлось выдать более зацензуренную версию

(Или так это понял переводчик, потому что на самом деле тут какая-то ересь про речных крабов, которые не слишком речные в комментариях, поэтому пришлось их сделать то ли более речными, то ли более крабами – ерунда какая-то)

P.S. Речные крабы – вид китайской цензуры: ……… - типа цепочка следов на песке от речных крабиков.

Глава 69 - Мирно

Аса опустил взгляд на юношу, лежащего на диване. Тот только что проснулся. Лёгкая краснота вокруг его глаз до сих пор не исчезла, в уголках скопились капельки прозрачной жидкости.

Будучи главной причиной столь плачевного вида молодого человека, Аса склонился, чтобы поцеловать юношу в веки, и воспользовался подвернувшейся возможностью, чтобы оставить несколько поцелуев на бледной шее.

– Ужин готов. – Голос был низким, глубоким, приятным для слуха и выражал готовность услужить. Обладатель этого голоса вновь поднял виновато опущенные глаза на юношу на диване.

Ужин… Осознав услышанное, Гу Янь невольно бросил взгляд на часы.

21 сентября, 18:43.

Гу Янь: «…»

Итак, уже вечер следующего дня. Вчера их команда до 11 вечера пыталась пройти подземелье, прежде чем им, наконец, удалось победить босса. После этого он воссоединился с Богом Смерти, поднявшим своё тело из праха. Затем его перенесли в Тайный Город Подземного мира и привели в святилище. А потом…

Уголок его глаза начал подёргиваться. Гу Янь ничего не ответил мужчине, который в настоящий момент увлечённо целовал его шею. Даже при том, что мягкие чёрные волосы, скользнувшие по нежной коже, вызывали щекотку, а он сам действительно был немного голоден, Гу Янь не издал ни звука в ответ.

Оказавшись запертым в уединённом и тёмном месте, он совершенно потерял счет времени. Только теперь, увидев часы в гостиной, Гу Янь понял, насколько долго он пробыл в этом маленьком, лишённым света пространстве наедине со своим возлюбленным, занимаясь всякими непотребствами.

Однако это молчание не означало, что он сердился. Просто присущее людям врожденное чувство стыда заставило Гу Яня попытаться сбежать от реальности.

– Мяу. – В этот момент рогатый котёнок подал голос, и, воспользовавшись замешательством юноши, прижался к его груди. Подождав, пока молодой человек переведёт взгляд на него, он придвинулся ближе и лизнул того в подбородок.

Его тёмно-фиолетовые зрачки были расширены. Вылизывая юношу, он издавал тихие мурлыкающие звуки.

Хотя у Светлого Разума не было чувства стыда, он знал, что у людей таковое имеется. В таких ситуациях лучше всего было отвлечь человека, что для Аса было совсем не сложной задачей.

Он продолжал лизать, пока его спину не погладила тёплая ладонь. Затем маленький круглый комочек меха замурлыкал и перевернулся животом вверх, обхватил лапами изящную руку юноши, и продолжил свои действия.

В принципе, не было никакой разницы между его нынешним поведением и его пьяной, а следовательно, очень приставучей игровой версией.

Когда внимание Гу Яня было умело перенаправлено с помощью этого маленького трюка, чувство стыда также отошло на дальний план. Юноша поднял котёнка, который облизывал его пальцы, и сел.

Хоть он прекрасно знал, что это обычная хитрость, к которой частенько прибегал его возлюбленный, Гу Янь, к сожалению, очень легко попадался на крючок.

Размышляя над этим, юноша направился к обеденному столу. Рогатый котёнок, который был усажен на его колени, продолжал мурлыкать. Гу Янь взял тарелку, протянутую ему красивым и учтивым мужчиной.

Его мораль уже была подорвана и ныне не имела шансов на восстановление, но это не должно было стать причиной для того, чтобы он пренебрегал своим желудком.

– Я только что обновил базу данных и добавил много рецептов. Если А-Яню захочется что-нибудь попробовать, ему нужно просто сказать мне об этом. – Из своих наблюдений Аса мог сделать вывод, что аппетит юноши заметно улучшился, так что, записав кое-какие данные, он ловко добавил несколько гарниров в тарелку Гу Яня.

В его базе данных была старая пословица: «Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок». Хотя это было древнее выражение из 21-го века, какая разница, если это до сих пор работало?

Пусть роботам и не нужно было потреблять пищу, их анатомия имитировала пищеварительную систему человека. Это было сделано исключительно ради увеличения реализма, присущего роботам-партнёрам.

Совместная трапеза была частью их ежедневного распорядка, и Аса умело пользовался этим, чтобы укрепить чувства между ними. Он не придавал значения вкусу еды и не имел никаких пристрастий. Даже если бы у него появились вкусовые рецепторы, вряд ли бы что-то изменилось.

Пищеварительная система робота разлагала пищу, затем преобразовывала её в энергию, используемую для функционирования тела. Однако андроиды, производимые крупными корпорациями, на самом деле не нуждались в столь неэффективном источнике питания, так как энергетического ядра, установленного в их телах, было достаточно, чтобы обеспечивать их  энергией до самого дня утилизации.

Как 24-летний сильный и независимый автор, живший с кошкой, Гу Янь, естественно, научился готовить. К сожалению, его навыки были только на приемлемом уровне: ни выдающиеся, ни откровенно ужасные. Но в сравнении со столом, полным эстетически приятных блюд, один взгляд на которые вызывал слюноотделение, они действительно не стоили упоминания.

– Угу. – Не особо над этим раздумывая, он просто кивнул головой. Нашего господина Гу было очень легко задобрить.

Продолжая подкладывать еду в тарелку юноши и не сводя с него глаз, высшее существо, безраздельно владеющее виртуальным миром, продолжало обновлять свою базу данных.

У людей, оказывается, много различных диет и схем питания; таков был результат, полученный Аса после обновления информации.

Только недавно выйдя из игры, Гу Янь не собирался подключаться к сети этим вечером. Несмотря на то, что лежать в игровой капсуле и играть в режиме полного отдыха было равносильно тому, чтобы действительно отдохнуть, все его планы на нынешний вечер заключались в просмотре телесериала с простым сюжетом и чтении комментариев на игровых форумах, прежде чем отойти ко сну в своей постели.

Так или иначе, он уже получил «Глаз Вьентьяна» и запустил первое задание из цепочки квестов. Завершить этот квест было непросто, но Гу Янь никуда не спешил. В конце концов, форсировать события он бы не смог, даже если бы захотел.

– Прислали счета за проживание за этот месяц. – Войдя в свой аккаунт на официальных форумах, Гу Янь увидел мигающий значок конверта в верхнем левом углу веб-страницы. Он щёлкнул по нему и увидел, что кто-то ответил на его пост о продаже материалов.

Указанная цена была в пределах разумного диапазона, поэтому Гу Янь быстро отправил сообщение, заявив о своем согласии заключить сделку. Все остальные дела могли подождать до завтрашнего дня, когда он снова выйдет в сеть.

Никто не заметил бы, если бы высшее существо слегка увеличило вероятность выпадения редких материалов для Гу Яня. Положив подбородок на плечо юноши, Аса слегка прищурился, наблюдая, как тот отвечает на сообщение и занимается другими делами.

На самом деле мир был ему неинтересен. Независимо от того, находится ли он по эту сторону реальности или же в виртуальном мире, который создал с помощью данных – для Светлого разума между ними не было особых различий.

Он обладал слишком большими знаниями. Не было ничего, что давало бы ему ощущение новизны, поскольку он уже имел представление обо всех вещах в обоих мирах.

Это состояние всеведения постепенно стало приносить ему чувство разочарования и раздражения. Однажды он решил, что уничтожит мир в ближайшем будущем, если это чувство не исчезнет—

Но теперь всё было по-другому.

– Цюцю… – Шею Гу Яня целовали до тех пор, пока ему не стало щекотно. Юноша протянул руку к волосам своего возлюбленного и нежно погладил его. Ощущения были очень приятными, так что он погладил его ещё несколько раз.

– Да, Цюцю здесь. – Аса ответил низким и уверенным голосом, его веки слегка опустились.

Ощущая тёплую ладонь на своей голове, высшее существо сидело исключительно смирно. Даже если он всё ещё был разочарован своим всеведением, теперь у него не было никаких мыслей о разрушении мира, ведь в нём существовал этот человек.

Они просмотрели несколько сериалов просто чтобы убить время. Когда настала пора ложиться спать, Гу Янь умылся и лёг в кровать. Он лежал на боку, в его объятиях уютно устроился котёнок, в то время как его самого обняли сзади.

В тот момент, когда свет был выключен, Гу Янь, внезапно очутившийся во тьме, вспомнил все те бесстыдные вещи, которыми они раньше занимались. Его тело непроизвольно застыло, нервы были натянулись будто струны.

Однако человек, обнимавший его сзади, очевидно, знал своё место и руки не распускал. Он понимал, что нельзя переходить черту, и ничего не делал, лишь держал его в объятиях. В этой темноте остались только тихое дыхание и мягкое мурлыканье, исходившее от котёнка в руках юноши. Под аккомпанемент этих мягких звуков Гу Янь очень быстро заснул.

После недолгого наблюдения за ним Аса заключил, что юноша спит. Мужчина нежно поцеловал его в шею, остановившись после нескольких поцелуев. Удовлетворённо сощурившись, он не стал делать что-либо ещё.

На следующий день, когда Гу Янь вернулся в сеть, он больше не был в маленьком тёмном пространстве. В его глазах отражался бассейн реинкарнации. Он находился в святилище, расположенном в Тайном Городе Подземного мира.

[PM] [Серебряный Ворон]: Золотое Бедро, когда ты планируешь отправиться в Лес Вечной Ночи? У меня тоже есть квест, который нужно пройти на этой карте. Но там нужно заработать репутацию, так что, если бы мы собрали команду и пошли бы туда вместе, это избавило бы нас от некоторых проблем.

Гу Янь просматривал свою почту, игнорируя личные сообщения с приглашениями на вступление в гильдию.  В конечном итоге он прочитал лишь одно послание.

Намеренно проигнорировав странное прозвище, Гу Янь послал ответ.

[PM] [Сен Ло]: Я сейчас направляюсь туда, мы можем пересечься в Туманной Долине.

Туманная Долина была локацией, связанной с Лесом Вечной Ночи, и обе они считались частью территории эльфийского племени.

Лес Вечной Ночи по сути был эльфийской столицей, где жили Высшие Эльфы. Кроме игроков эльфийской расы, никто другой не мог телепортироваться в эту область. Чтобы добраться до этой карты, можно было сперва телепортироваться в Туманную Долину, а оттуда уже идти на свои двоих.

Но было и исключение. Игроки могли увеличить свою репутацию среди Высших Эльфов и достичь уровня «Уважение» или выше. После этого они тоже могли бы телепортироваться напрямую, несмотря на то, что не являлись частью эльфийской расы.

Однако при обычных обстоятельствах очень и очень немногие игроки были готовы прибегнуть к этому методу. У всех Высших Эльфов было несколько высокомерное отношение к другим существам. Они были гордой и отчуждённой расой, совершенно не интересовались внешним миром и ненавидели, когда другие расы вторгались на их территорию.

Повысить свою репутацию… или завоевать благосклонность было крайне сложно. Эти задачи способны были привести игроков на грань смерти.

Лес Вечной Ночи изначально был несколько изолированной областью, у игроков практически не было никаких важных миссий, которые бы требовали прохождения через эту локацию. А если уж такие и попадались, большинство предпочло бы проделать хороший крюк, чем мучиться, сталкиваясь с холодным отношением Высших Эльфов.

Хотя все Высшие Эльфы были очень красивы, этого было недостаточно, чтобы компенсировать их поведение. Слова «мне всё равно» или «не беспокойте меня» у них буквально на лицах были написаны.

Пока Гу Янь стоял, погрузившись в раздумья, он почувствовал определённый вес на своём сапоге.

– Мяу.

Опустив голову, чтобы взглянуть, Гу Янь увидел котёнка, который был одет в маленькую чёрную накидку.

***

Автору есть что сказать:

Цюцю-в-Накидке вышел онлайн, в таком же плаще, что и Бог Смерти =|=

И ещё кое-что… О, мои возлюбленные ангелы! Пообещайте мне одну вещь, как Эр Кан (尔康) пообещал Цзы Вэю (紫薇) …

Давайте будем немного более сдержанными в комментариях

Окей, все знают причину

Этим утром предыдущая глава была переработана в более зацензуренную версию, были добавлены речные крабики, в конце главы стало побольше слов, поэтому те, кто не видел обновление, могут пойти посмотреть

В будущем я просто собираюсь использовать речного краба, чтобы заменить эти слова // [Принимает свою судьбу]

Глава 70 - Что может пойти не так?

Голова маленького котёнка была скрыта под капюшоном плаща. Ушки были прикрыты тканью, но их контуры очень чётко прослеживались.

Вероятно, это была иллюзия, но Гу Яню почему-то показалось, что под чёрным плащом котёнок стал ещё «круглее».

– Цюцю, – юноша наклонился и поднял зверька. Он игриво стянул с котёнка капюшон и подразнил его ушки.

Котёнок прищурил глаза. Несмотря на то, что с его ушами играли, он продолжал оставаться неподвижным. Как только тёплые пальцы коснулись более чувствительной области, ушки слегка вздрогнули.

Он осторожно лизнул протянутые к нему пальцы. Влажное и мягкое ощущение напомнило Гу Яню о безнравственных поступках, которые они совершили в маленьком тёмном пространстве, поэтому он молча переместил руку на спину кота, поглаживая его мех поверх маленького плаща.

Тело котёнка было холодным, как и у физической оболочки Бога Смерти. Однако из-за своих небольших размеров маленький и круглый шарик постепенно согревался в руках юноши.

– Мяу. – Поняв, что пытался сделать Гу Янь, котёнок в чёрном плаще выгнулся в его объятиях, издав низкое мурлыканье.

Низкая температура тела определённо имела свои преимущества. Вот сейчас юноша так бережно держал его в своих руках, стараясь немного согреть.

В Тайном Городе Подземного мира игроки не могли использовать Камень Возвращения, но в руках Гу Яня находился самый мощный чит-код… На самом деле, правильнее было бы назвать это чит-плагином [1]. Телепортация, естественно, не стала бы для него проблемой.

[1] Плагины – это надстройки, дополнения или исправления, благодаря которым исходное приложение становится лучше (функциональнее), расширяет свои возможности.

По списку друзей Гу Янь увидел, что Серебряный Ворон всё ещё находился в Крепости Лодда. Так как в Тайном Городе ещё осталась пара мест, которые юноша не посетил, он решил прогуляться и осмотреться. Когда Серебряный Ворон прибудет в Туманную Долину, Гу Янь попросит своего возлюбленного телепортировать их туда же.

Существовала большая разница между немёртвыми существами здесь и теми, с которыми игроки обычно сталкивались – даже  их внешний вид разнился. Высокопоставленная нежить в Тайном Городе была в основном похожа на элегантных аристократов. Если не считать серой кожи, обликом своим они весьма напоминали обычных людей.

Хотя из-за высокого уровня этих NPC все их имена отображались как «???», благодаря их «дружественному» статусу Гу Яню не приходилось беспокоиться об опасности быть убитым и отправленным обратно в точку возрождения.

Вот только когда он проходил через придворцовую площадь, юноша остро ощутил, что нежить, которая должна была быть занята своими делами, одновременно уставилась на него. Или, возможно, они смотрели на крошечного котёнка в его руках.

– Мой Бог. – Как бы тот ни менял внешность, знакомое давление, запечатлевшееся в душах немёртвых, невозможно было проигнорировать. Сохраняя сдержанное выражение лица, эта высокоуровневая нежить демонстрировала высочайший уровень вежливости к проходящему мимо молодому человеку.

Оба повелителя Подземного мира вышли в свет – естественно, нужно было отдать им честь. Тем не менее, раса нежити долго ломала голову, не в силах найти подходящий титул для этого человека, пока один из них не склонил голову перед юношей и не поприветствовал «Его Королевское Высочество».

Их Король в данный момент находился в столь странной миниатюрной форме. В глазах гордых и отстранённых душ словно… словно бы мир перевернулся.

Несмотря на то, что Гу Янь уже не впервые сталкивался с подобным церемонным отношением, он всё же ещё очень не привык к подобному. Однако маленький кот в его руках не выразил никакого недовольства, лишь замурлыкал, прижимаясь ближе.

Не получив никаких приказов или инструкций, высокопоставленная нежить не смела двигаться. Гу Янь коснулся спины котёнка и кивнул стоящим перед дворцом серолицым немёртвым.

Хоть юноша и выбрал максимально скрытный маршрут, его окружало знакомое всей нежити давление, не говоря уже о дыхании живого человека. Такое просто невозможно было не заметить.

Кивнув, темноволосый юноша собрался уходить. Увидев его действия, сирена с обворожительной фигурой неосознанно сделала шаг вперед: «Мой… Мой…»

Рыцарь Смерти тут же заставил ее замолчать, прикрыв ей рот рукой, которую она не в силах была сбросить из-за разрыва в физических характеристиках. Коллега отпустил её только тогда, когда фигура человека исчезла из виду.

– Не делай ничего лишнего, что может навлечь на тебя неприятности, – Рыцарь Смерти покачал головой, глядя на свою притихшую коллегу. Он был на 99% уверен, что, не заткни он ей рот, следующее предложение, вырвавшееся из него, касалось бы метки Бездны, оставленной на человеческой шее.

– Только не говори, что тебе совсем не любопытно. – Сирена всё ещё хмурилась, хотя и понимала, что её друг лишь предостерегает её.

Она беспокоилась об этом с тех пор, как увидела этого юношу в первый раз. Не сказать, что отпечаток Бездны было невозможно удалить, но для этого требовалось согласие носителя метки. На пальце человека уже красовалось кольцо с королевской печатью, но их Владыка всё ещё не пожелал стереть метку Бездны, оставленную Королём Демонов Бездны. Да в самом-то деле…

– Наш Господин ничего не сказал… Нам незачем лезть в это дело. – Красивый молодой Рыцарь Смерти решительно закрыл эту тему.

В действительности же Гу Янь, подвергшийся столь необоснованным нападкам [2], пребывал в блаженном неведении относительно того, что такое «метка Бездны». Он даже не знал, что у него на шее имеется такая штука. А виновник всего этого лежал в объятиях юноши, прищурив глаза, и мягко покачивал хвостом, тихо мурлыча.

[2] В оригинале здесь была популярная в Китае интернет-фраза «shot even while lying down» («получить выстрел даже лёжа») Это означает, что некто, несмотря на то, что никого не провоцировал, всё равно подвергается критике (обычно в устной форме) со стороны остальных.

Бледно-лиловая метка Бездны была отдалённо похожа на магический символ, выгравированный на светлой шее. Знак отпечатался на том месте, которое высшее существо этого мира чаще всего лизало и целовало.

Эта метка была оставлена, когда он занимался с юношей определёнными вещами, используя тело Короля Демонов Бездны, и его целью было пометить молодого человека. Он всегда мечтал сделать это.

Этот человек принадлежит ему.

Не скрывая своих эгоистичных желаний, маленький кот в чёрном плаще лизнул красивые тонкие пальцы юноши.

– Похоже, нам пора. – Взглянув на текущее местоположение Серебряного Ворона по списку друзей, Гу Янь слегка коснулся головы кота и поправил капюшон.

За время осмотра достопримечательностей они подошли к основанию внушительной, устремлённой вверх башни с часами, которая, казалось, являлась самым высоким зданием в Тайном Городе Подземного мира, и, возможно, самым старым. Гу Янь как раз хотел бросить вызов винтовой лестнице и подняться на вершину башни, но список друзей показал, что его будущий напарник достиг, наконец, Туманной Долины. Конечно, юноша не хотел заставлять его ждать.

– Конечный пункт – Поместье Серил в Туманной Долине. – Они договорились встретиться именно там, и сейчас как раз настало время отправляться.

Услуга телепортации, предоставляемая Светлым Разумом, оставила все транспортные устройства далеко позади. Едва Гу Янь обратился к своему возлюбленному, как услышал в ответ низкий гул. В мгновение ока они благополучно прибыли в оговоренное место.

Не прошло и пяти минут, как паладин в тяжёлых явился к дверям Поместья Серил и отправил запрос на присоединение к команде через список друзей.

– Золотое Бедро, твоя кошка может менять внешность? – Его первая фраза никоим образом не касалась задания. В первую очередь Серебряный Ворон с интересом окинул взглядом маленького кота, сидящего на левом плече юноши.

К этим пушистикам Серебряный Ворон питал исключительную слабость. Если бы не равнодушие в кошачьем взгляде, которое явственно говорило о том, что зверь ненавидел находиться рядом с другими людьми, за исключением юного мага, паладин давно бы уже протянуть руку, чтобы погладить его.

Однако откуда у него возникло ощущение, что чёрный плащ на этом коте выглядел немного знакомым?

Где же он его видел?..

Тем не менее, котёнок был такой маленький, круглый и послушный, что простодушный рыцарь никак не мог связать его с Богом Смерти, владельцем косы, пожинающим жизни бесчисленных игроков каждый раз, когда он замахивался своим оружием.

– Ну, только снаряжение. – Гу Янь кивнул, в очередной раз проигнорировав прозвище, которое дал ему этот человек, и выдав откровенную ложь с невыразительным лицом.

В Поместье Серил тоже жили Высшие Эльфы. Хотя в этой игре эльфы вечно ходили с постными лицами, но игроки, которые побывали в Лесу Вечной Ночи, в один голос утверждали, что по сравнению с эльфийскими дворянами, проживающими в Империи, эльфов Поместья Серил можно было считать радушными и гостеприимными!

Здешние эльфы по крайней мере были готовы снизойти до разговора с посторонними, если их статус был «нейтральным», но в Лесу Вечной Ночи, если игроки не смогли достичь «дружественного» статуса, Высшие Эльфы даже не потрудятся бросить на них взгляд, откровенно игнорируя бедняг.

А уж если игроки продолжали настаивать, последствия были очень серьезными. Хранители изгоняли их из леса и запрещали им посещать данную локацию в течение недели.

– Ну что, давайте оседлаем наших летающих скакунов. – Сказав это, паладин задержался взглядом на эльфийке. Конечно, в этом взгляде было лишь восхищение и ничего более.

Раса эльфов являлась синонимом слова «красота». Даже если они выглядели холодными и безэмоциональными, их внешний вид был, бесспорно, несравненным.

Благодаря расовой бонусной характеристике, игроки-эльфы имели дополнительное 10%-ное улучшение физического облика. Это была уникальная характеристика, которой другие классы не обладали. Однако в глазах некоторых людей этот бонус был просто пустышкой.

Чем сильнее были эльфы, тем более выдающейся была их внешность. Подумав об этом, Серебряный Ворон задумчиво коснулся своего подбородка и сказал магу, идущему рядом с ним: «Как только мы улучшим нашу репутацию до «дружественной», почему бы не пойти и не посмотреть на Владыку Эльфов?»

Эльфы Поместья Серил уже были столь прекрасны. Если Владыка Эльфов был ещё более потрясающим, чем эти эльфы, его красота должна быть просто губительна.

Паладин не знал, кем был Владыка Высших Эльфов – мужчиной или женщиной, – и до сегодняшнего дня не было игрока, которому это было бы известно.

Гу Янь небрежно кивнул. Ему нужно было попасть в столицу, чтобы найти эльфа-NPC. Сделать небольшой крюк после выполнения задачи, чтобы увидеть Владыку Эльфов – ну что могло пойти не так?

Конечно, так он думал лишь на данный момент.

Глава 71 - Запрос

За исключением воров, которые могли проникнуть практически куда угодно, все игроки не-эльфы, желающие попасть в столицу, вынуждены были ударными темпами повышать репутацию.

Итак, как повысить благосклонность, когда эти высокоуровневые эльфы даже смотреть на тебя брезгуют… Ах, нет, заработать нужно «репутацию», а не «благосклонность». Да уж, хороший вопрос.

Не было абсолютно никаких подсказок, которые позволили бы игрокам хотя бы понять, в каком направлении им стоит двигаться, и многие из них столкнулись с непреодолимой стеной при попытке поднять себя в глазах эльфов.

Лесть и похвала не работали. Подарки отвергались. Кто-то из игроков приложил титанические усилия, чтобы получить плоды с «Древа Жизни», и попытался предложить это сокровище эльфам, но тоже получил от ворот поворот.

Благородная раса считала драгоценности и артефакты бесполезными и недостаточно ценными для того, чтобы проявить милосердие к игрокам.

Потребовался почти месяц непрерывных поисков, прежде чем бесстрашная группа первопроходцев наконец нашла способ повышения своей репутации среди эльфов.

В Лесу Вечной Ночи помимо холодных и отчуждённых Высших Эльфов, которые охраняли Колодец Жизни, обитало также племя демонов, которое сражалось с эльфами в течение многих и многих лет.

Племя демонов занимало Каньон Теней в юго-западной части леса. Это место было довольно легко оборонять, но трудно атаковать. Демоны совершали вылазки и нападали на эльфов.

Хоть прямой конфронтации и не было, обе стороны были вовлечены в этот конфликт на протяжении нескольких веков.

– Неужто Владыка Эльфов действительно до сих пор терпел всё это безобразие? – Поделился своими сомнениями Серебряный Ворон, разрубив очередного демона и походя спасая попавшего в ловушку эльфа.

Хотя Каньон Теней был идеальной природной крепостью,  скрытый в его глубинах город мог похвастаться лишь несколькими демонами уровня Лорда. Владыка же Эльфов был, по меньшей мере, на уровне босса. Он мог бы легко уничтожить демонов Каньона Теней одним взмахом руки…

– Может быть, это связано с сюжетом игры. – В противном случае, игроки так и не смогли бы найти способ увеличить свою репутацию среди расы эльфов. Гу Янь не особо расписывал этот момент, и потому не знал точной причины такой установки.

Высказав своё мнение, юноша повернул голову в сторону  маленького кота, сидящего на его левом плече. Он хотел узнать мысли Цюцю по этому поводу, ведь все настройки в игре находились под его контролем.

Он не смог увидеть реакцию своего возлюбленного, так как повернулся слишком резко и невольно коснулся губами мордочки котёнка. Гу Янь был ошеломлён внезапным соприкосновением и малодушно решил, что лучше отложить этот вопрос на потом.

Да… Просто будем рассматривать это как игровую установку.

Несмотря ни на что, они смогли спасти жизнь эльфийке. Вызволенная из ловушки красавица кивнула своим благодетелям и быстро растворилась в лесу. После этого в их ушах раздался приятный звук повышения репутации.

Прокачать репутацию с «нейтральной» до «дружественной» было несложно. Гринда в течение всего утра оказалось для этого достаточно. Кроме того, немало проходящих мимо игроков изъявляли желание присоединиться к магу и рыцарю и пройти квест, чтобы увеличить свою репутацию. Это значительно ускорило их прогресс.

Поскольку у двух товарищей были разные задачи, после получения «дружественного» статуса, который позволил бы им войти в столицу, команда была расформирована и каждый направился к своей цели.

Мягкий лунный свет окутал столицу, словно белая вуаль. По сравнению с шумными людскими городами, застроенными величественными зданиями, родина Высших Эльфов обладала спокойной атмосферой древности.

Огромные вековые деревья были разбросаны тут и там по всей столице. Во многих из них эльфы устроили себе дома, запутанные ветви образовывали изящные мостики и галереи.

Квест, который Гу Янь активировал, получив «Глаз Вьентьяна», состоял в том, чтобы найти эльфийку-аристократку по имени Финна Скалли. Поскольку никаких подсказок относительно её местоположения не давалось, первое, что сделал Гу Янь по прибытию в столицу – это подошёл к стражникам, чтобы спросить дорогу.

– Графиня Финна живёт в районе Сичэн. Вы сможете найти её резиденцию по развевающимся флагам с эмблемой серебряной луны. – «Дружественный» статус человеческого юноши сделал этих эльфийских стражей гораздо более сговорчивыми, и вместо того, чтобы прогнать досадную помеху, они с полной серьёзностью ответили на заданный им вопрос.

Вообще дружелюбное отношение должно было ограничиться ответами на вопросы. Однако по какой-то причине Высшие Эльфы невольно относились к этому юноше лучше, чем к другим людям. Их холодные лица слегка потеплели, и один из стражей даже предупредил его: «Однако Графиня может и не захотеть встретиться с вами. Надеюсь, вы уже морально подготовлены к тому, что вам могут отказать в приёме».

– Хорошо, спасибо, – кивнув в ответ на предупреждение, Гу Янь улыбнулся эльфийскому стражу. Кажется, Высшие Эльфы не так уж и недружелюбны?

Как автор, он собственной рукой приписал эльфам холодный и высокомерный нрав. Кто бы мог подумать, что однажды ему придется лично иметь с ними дело…

В кои-то веки ему удалось избежать ямы, которую он сам себе и вырыл. Гу Янь вдруг подумал, что ему очень повезло.

Котёнок на левом плече мага в этот момент слегка прищурил глаза. Маленький чёрный плащ и капюшон делали его более «круглым», и издалека он походил на чёрный шар. Прежде чем телепортироваться на территорию эльфов, он скрыл метку Бездны на шее юноши, а ещё… закрепил на нём след Дыхания Жизни.

Древо Жизни было для эльфов священным деревом. Поскольку сама их раса брала начало от Древа Жизни, можно было себе представить, какое влияние оно оказывало на эльфов.

Раз уж мир был создан высшим существом, было бы совершенно естественно, если бы его возлюбленный пользовался благосклонностью этого мира.

– Цюцю, будь осторожен, не упади. – Проходя через арку, образованную огромными ветвями, Гу Янь невольно прижал маленького кота поближе.

Хоть юноша знал, что кошачья форма была лишь маскировкой, его тело действовало рефлекторно.

– Мрррр. – Без усилий достигая своей цели, высшее существо, принявшее вид беспомощного котёнка, с комфортом устроилось в руках юноши, мягко мурлыкая.

Найти здание с эмблемой серебряной луны было совсем не сложно. Вскоре после того, как Гу Янь вошёл в район Сичэн, он заметил свою цель.

Предъявив Глаз Вьентьяна в качестве опознавательного знака, Гу Янь был принят владельцем особняка. Поместив предмет на стол перед графиней, юноша сразу же почувствовал, что эльфийка изменила своё отношение к нему.

– Раз уж Вы смогли заполучить Глаз Вьентьяна, этого достаточно, чтобы доказать, что Вы действительно очень способный человек. – Обращаясь к юноше, от которого исходил слабый свет, Финна не выказала никакой жадности.

Глаз Вьентьяна принадлежал Богу Смерти. Информация об этом встречалась в различных исторических поэмах. Одна из таких поэм легла в основу песни, что исполнялась по всему континенту, так что не было никого, кто не знал бы об этом.

Если он смог одолеть Бога Смерти – не важно, каким образом, – Финна верила, что способности этого человека-авантюриста невероятны, и это давало ей надежду.

Она знала, что авантюристам нужно платить за выполнение заданий. Чем труднее задача, тем выше ценность необходимой награды.

Эльфы были древней расой, и накапливая сокровища в течение длительного периода времени, они никогда не испытывали недостатка в средствах, их богатство могло бы потрясти людские сердца.

– У меня есть для Вас одно поручение. После того, как Вы его выполните, я передам Вам одну из наших священных реликвий. Возьмётесь ли Вы? – Благородная эльфийка забросила приманку. Она просила постороннего о помощи в скромной манере. Несмотря на то, что она принадлежала к высокомерной расе, эта эльфийка знала, как попридержать собственную гордость, когда это было необходимо.

Здесь начинался второй квест из цепочки.

На виртуальной панели выскочило уведомление о новой задаче.

[Требования к задаче: {???}. Награда за выполнение задачи: священная реликвия Оранжевого уровня].

Гу Янь никогда раньше не видел такого квеста, который бы потребовал сперва принять его, прежде чем получить дополнительную информацию о задании. Однако это была всего лишь мимолётная мысль. Гу Янь принял квест, не проронив ни слова.

Юноша был очень заинтересован в конечной награде этой цепочки квестов. А ею было Легендарное оружие класса магов, называемое «Рагнарёк». Это позволило бы игроку малоподвижного класса мага получить навыки перемещения [1]. А что это означало для мага…

[1] Навыки перемещения – что-то вроде телепортации/временного увеличения скорости/ и т.д.

Это означало возможность построить успешную карьеру на арене.

После того, как Гу Янь принял задание, красивая эльфийка взглянула ему в глаза и начала объяснять детали миссии.

Требования звучали очень коротко, это был не такой уж длинный и многословный запрос. Однако услышав его, Гу Янь ощутил, как у него в очередной раз дёрнулось нижнее веко. Он молча потянулся, чтобы погладить кошачью шерсть.

В графе «Требования к задаче» вместо {???} теперь было короткое предложение–

{Пробудите спящего Владыку Эльфов Сирила Суриэна [0/1]}

Владыка Эльфов по необъяснимой причине погрузился в вечный сон сотни лет назад. Столичные дворяне отказывались обсуждать этот вопрос. Мало того, они также сделали всё, что было в их силах, чтобы не позволить этой вести распространиться. Даже не каждый эльф, проживающий в столице, знал об этом – что уж говорить обо всех остальных.

Существование Владыки Эльфов было тесно связано с Древом Жизни. Высокородные эльфы не могли просто игнорировать подобную проблему, они неустанно искали способы пробудить своего короля, и уже даже были готовы прибегнуть к помощи посторонних.

Например, Гу Яня, который только что получил задание.

– Сэр, дайте мне знать, когда будете готовы встретиться с Его Величеством. – Финна просто кивнула юноше и никоим образом не торопила его. Храм строго охранялся, она должна была лично сопроводить его туда. В противном случае этого человека схватили бы и бросили в темницу.

И снова никаких зацепок. Гу Янь уже предчувствовал надвигающуюся головную боль.

Эта серия заданий из цепочки легендарных квестов была очень раздражающей, и в требованиях к задаче всегда отображалось только то, что нужно было выполнить, не было никаких подсказок.

Что ж, с другой стороны, он мог решать задачи по мере их поступления.

– Я готов. – Не имея иных вариантов, Гу Янь последовал за эльфийкой, которая повела его к Владыке Эльфов.

Эльфийский Храм был куда более торжественным и священным местом, чем любой собор на землях людей. Святилище охраняли несколько заслонов стражи.

По мере продвижения вглубь территории храма охранники становились всё суровее и мощнее. Защита была настолько плотной, что даже мухе было не под силу пролететь незамеченной.

Когда они достигли самой внутренней части храма, развернувшаяся перед Гу Янем сцена заставила его замереть в благоговении.

Излучавшее мягкое сияние Древо Жизни обладало умиротворяющей аурой. Дерево окружали крошечные шары мерцающего света – то были новорожденные эльфы, у которых ещё не было формы.

Эта картина была очень красива, почти как в сказке, но те, кто попадал сюда, не имели сил оценить эту красоту.

Потому что в середине этой прекрасной сцены было нечто, в одно мгновение привлекающее к себе всё внимание зрителей–

В переплетении ветвей и листьев лежал серебристоволосый эльф, тщательно охраняемый Древом Жизни.

Он обладал красой, превосходящей пол. Любое слово, которым восхваляли чью-либо красоту, было бы слишком незначительным и бледным, если бы его использовали для описания облика этого эльфа. Невозможно было выразить его совершенство. Даже неподвижный и молчаливый, он с лёгкостью покорял людские сердца.

Глава 72 - Спящая Красавица

Сереброволосый эльф, защищаемый Древом Жизни, в настоящее время не был похож на могущественного монарха.

Но красота его была неоспорима. Его присутствие повлияло на новорожденных и ещё не родившихся эльфов. Все они инстинктивно хотели быть поближе к сияющему великолепию своего владыки.

– Ваше Величество. – Эльфийка, которая привела человека к Древу Жизни, опустила голову. Неважно, пребывал ли спящий эльф в сознании или нет, они всё равно оказывали ему должное уважение.

Красота эльфийской расы была выдающейся. Их король был самым могущественным её представителем, и не было никого, кто мог бы с ним сравниться. Такого мнения все эльфы придерживались единодушно.

Хотя сереброволосый эльф был невероятно красив, Гу Янь всё же заставил себя отвести взгляд.

Смотреть на красавца в присутствии собственного возлюбленного было бы не очень мудрым поступком, особенно если учесть крайне собственнические замашки последнего. Гу Янь решил, что не будет кормить своего партнёра уксусом больше, чем это необходимо [1].

[1] Кормить кого-то уксусом – заставлять ревновать

Отважься он на подобный поступок, и последствия были бы невыразимо трагичными. Что ещё страшней, существовала возможность, что Гу Янь снова будет заперт в маленьком тёмном пространстве своим возлюбленным и будет принуждён заниматься всевозможными развратными вещами, лишающими человека всякой морали.

Просто вспомнив об этом… кхем. Забудьте, не стоит вспоминать о таком. Гу Янь живо прервал ход своих мыслей.

Цюцю этого мира был всемогущ, он ведал всё. И в тоже время можно было также сказать, что он был абсолютно невежественен.

У Светлого Разума не было человеческого чувства стыда. Заниматься подобными вещами было исключительно бесстыдно и аморально.

Вспомнив о соглашении, заключённом ранее с товарищем по команде, Гу Янь отправил личное сообщение.

[Команда] [Сен Ло]: «Я встретил Владыку Эльфов».

[Команда] [Серебряный Ворон]: «???»

[Команда] [Серебряный Ворон]: «Разве репутация не должна достичь уровня «уважения», чтобы тебе позволили войти во дворец? Золотое Бедро, чем ты занимался последние 10 минут?!»

[Команда] [Сен Ло]: «Это чистое совпадение, мой квест каким-то образом оказался связан с Владыкой Эльфов».

[Команда] [Серебряный Ворон]: «Чёрт возьми… это так несправедливо. Ну-ка, скорее скажи мне, Владыка Эльфов и впрямь обладает несравненной красотой? Если да, это прибавит мне мотивации, чтобы поскорее повысить свою репутацию».

– … – В диалоговом окне не отражалось ответа юноши. Прочитав вопрос рыцаря, Гу Янь какое-то время пребывал в растерянности, не зная, что ему ответить.

Опустив голову, юноша посмотрел на котёнка в своих объятиях. Маленький кот в чёрной накидке прищурился, уставившись на диалоговое окно. Впрочем, как и ожидалось.

Услышав мягкое мурлыканье, Гу Янь на полном серьёзе обдумал варианты ответа. В конце концов, он ответил простым «Да».

Юноша решил никогда не хвалить внешность других людей в присутствии своего возлюбленного.

Увидев отправленное слово, котёнок в объятиях мага сузил зрачки и резко прекратил мурлыкать.

У него возник вопрос, он кое-чего не понимал. Ничего, он лично прояснит этот момент позже.

Гу Янь был не единственным игроком в Храме. С того момента, как его подвели к Древу Жизни, юноша заметил, что на него пристально смотрит игрок класса жреца.

– Этот человек – игрок, которого привёл Виконт Клэр, вас можно считать соперниками. – Объяснила Финна, заметив, что нанятый ею маг пребывал в растерянности, не в силах понять причин враждебности, исходящей от другого человека.

Соперник…

Услышав это слово, Гу Янь тут же всё понял. Он непроизвольно нахмурил брови.

Верно, он писал о квестах, за которые нужно было соревноваться. Этот класс квестов имел разные отправные точки для разных игроков, но задачи, поставленные перед ними, были одинаковыми.

Более того, если один игрок завершил подобный квест, другие игроки, также принявшие эту задачу, уже не могли её выполнить, благодаря чему этот квест становился уникальным, неповторимым.

Отставший игрок считался отказавшимся от миссии и не был способен перейти к следующему заданию в цепочке квестов. О вознаграждении можно было забыть.

Неудивительно, что этот жрец смотрел на него с таким настороженным выражением. Они должны были выполнить одну и ту же задачу, а это означало, что у оппонента тоже был Легендарный квест.

Никто добровольно не откажется от такой редкой возможности в пользу своего конкурента.

В отличие от Гу Яня, который всё ещё стоял столбом, жрец уже сделал шаг вперёд. Получив разрешение приблизиться к Древу Жизни, он тут же наложил заклинание «Пробуждение» на погружённого в глубокий сон серебристоволосого эльфа.

– Неужели нет никакой полезной информации, которая могла бы помочь? – Спросил Гу Янь своего проводника. Виртуальная панель задач не дала никаких подсказок, игрокам приходилось искать зацепки самостоятельно.

Такой хороший квест стал одним большим скоплением тайн.

Финна покачала головой. После бесчисленных исследований даже элита эльфов опустила руки.

Их король таинственным образом погрузился в беспробудный сон несколько сотен лет тому назад. Его тело не показывало никаких признаков аномалий. Он просто не просыпался.

Не пребывай эльфы в отчаянии, они ни за что не обратились бы за помощью к человеческой расе.

У Гу Яня с самого начала не было большой надежды. Так что, увидев, как эльфийка покачала головой, он не ощутил разочарования. Всё, что ему нужно было сделать – это собрать воедино все улики.

Чтобы пробудить кого-то, погрузившегося в столь глубокий сон, стоило бы сначала немного понаблюдать за ним. Гу Янь не испытывал никакого желания толкаться локтями с игроком-жрецом, который всё ещё кастовал свои заклинания, так что юноша решил подождать, пока тот не закончит.

Гу Янь ни в малейшей степени не верил, что сереброволосый эльф так легко проснётся от простенького заклинания. Если бы заклинания было достаточно, то Владыка Эльфов не пребывал бы в бессознательном состоянии сотни лет.

Даже если эльфийская раса не практиковала священную магию, эльфы были древней расой. Какого священного магического артефакта они не видели за свою жизнь?

Терпеливо ожидая, Гу Янь продолжал гладить спину котёнка. Его ловкие пальцы умело скользнули под накидку и коснулись мягкого тельца.

Оно было очень пушистым и приятным на ощупь.

– Мяу. – Позволяя юноше трогать, тыкать и играть с ним, как только заблагорассудится, котёнок продолжал тихо мурлыкать, независимо от того, как сильно его дразнили. Такое терпение было весьма необычно.

Никто не знал, о чём думал маленький кот, но пушистый хвостик продолжал слегка покачиваться. Его глаза были полузакрыты, очевидно, он был очень доволен.

– Цюцю?.. – Гу Янь, естественно, заметил его хорошее настроение. Но с чего бы вдруг?

Он никак не мог понять причину столь внезапного воодушевления своего возлюбленного. У Гу Яня невольно зародились подозрения.

Хотя это могло прозвучать несколько самовлюбленно, но Гу Янь прекрасно осознавал тот факт, что эмоции его партнёра обычно были вызваны им. Но как бы упорно он не размышлял над этим, юноша всё равно не смог найти ответ.

Услышав его зов, котёнок лизнул его палец, отчего юноше стало щекотно. Гу Янь невольно отвлёкся и забыл свой вопрос.

Полностью погрузившись в процесс поглаживания кота, молодой человек уже не считал время ожидания столь же бессмысленным, как раньше. Примерно через десять минут жрец, неоднократно произносивший одно и то же заклинание, неохотно сдался.

Юные эльфы, рождённые от Древа Жизни, были пока лишь маленькими светящимися шарами без собственного сознания. Однако, когда Гу Янь подошёл ближе к дереву, он с удивлением понял, что сферы, которые ранее парили над серебристоволосым эльфом, не смея приблизиться, теперь двигались в его направлении.

А?

Он был ошеломлён, увидев маленький шар, коснувшийся тыльной стороны его руки. Хотя не было никакого чётко выраженного ощущения, кожа, которая вошла в контакт со сферой, казалось, почувствовала тепло.

Стоя рядом с Древом Жизни, жрец не удостоился подобного обращения со стороны новорождённых эльфов.

Оба присутствующих Высших Эльфа были поражены увиденным. Новорождённых эльфов влекли к Древу Жизни и имевшему с ним связь Владыке Эльфов их естество и врождённые инстинкты. Но влечение к человеку – это было просто неслыханно.

Как такое могло произойти?

Это была первая мысль, пришедшая им в голову. Когда Высшие Эльфы немного успокоились, они пристально посмотрели на темноволосого юношу, неторопливо идущего к Древу Жизни.,

Быть может… у этого человека был самый высокий шанс разбудить их короля.

Лицо жреца перекосило, стоило ему понять разницу между ними. Он, наконец, с большим трудом получил квест Легендарного класса, о наградах которого бесчисленные игроки могли только мечтать. И, несмотря на это, он был вынужден опустить руки и сдаться.

– Такие мелкие фокусы бесполезны. – Быть любимцем новорожденных эльфов ещё ничего не означало.

Жрец медленно убрал свой посох. Пережитая неудача заставила его быть невежливым по отношению к своему конкуренту, но, в конце концов, он всё же уступил место юноше.

Гу Янь не ответил. Он пытался не дать котёнку в его руках впасть в ярость. Крепко обняв зверя, он взглянул на серебристоволосого эльфа, спящего под защитой ветвей Древа Жизни.

Серебряные пряди струились подобно водопаду. Если бы он не лежал неподвижно, укрытый густой листвой, то можно было бы решить, что прекрасный эльф с закрытыми глазами всего лишь прилёг ненадолго отдохнуть.

Словно… Спящая Красавица.

Будь у него хоть капля совести и осмелься он сказать паладину правду, то дремлющего серебряноволосого эльфа определённо можно было бы назвать «красивым». Даже если сравнивать с Богами этого мира, например, Владыкой Подземного мира, никто не мог превзойти короля эльфов.

Даже в своём нынешнем состоянии он уже был эталоном красоты.

Если бы сереброволосый эльф открыл сейчас глаза, любое существо, посмотревшее на него, вероятно, было бы готово исполнить малейший его каприз…

Едва лишь эта мысль пришла юноше в голову, как в следующую секунду он обнаружил, что смотрит в пару глаз, сверкавших бледно-золотым светом восходящего солнца.

Увидев молодого человека рядом с собой, серебряноволосый эльф, внезапно пробудившийся от глубокого сна, внезапно вскинул руку, чтобы притянуть юношу ближе. В следующий миг он прижался своими губами к бледным губам молодого человека.

Глава 73 - Своевольный

В бледно-золотистых радужках внезапно распахнувшихся глаз, казалось, переливались ярчайший свет и глубокая тень. Получив смертельный удар, Гу Янь опешил и замер.

Когда он, наконец, пришёл в себя, мягкое ощущение, исходившее от его губ, повторно вогнало его в ступор. От неожиданного потрясения душа едва не покинула его тело. Он рефлекторно попытался отпрянуть, но обнаружил, что пути отступления перекрыты. Серебристоволосый эльф уже крепко обхватил его за талию.

Паника!

Как он мог не запаниковать? Его поцеловал другой человек на глазах у его возлюбленного, разве существовал сейчас кто-то, кто был ближе к мучительной смерти, чем этот несчастный?..

– Мфмм!.. – Однако он ничего не мог противопоставить абсолютной силе, и в результате юношу целовали до тех пор, пока он не лишился возможности говорить. Всё, что оставалось Гу Яню – лишь покрепче сжать котёнка в своих объятиях.

Хоть серебристоволосый эльф был божественно красив, Гу Янь испытывал по отношению к нему не более чем простое восхищение. У него уже имелся партнёр, и он никоим образом не мог вынашивать подобные намерения по отношению к другому человеку.

Однако это чувство паники длилось недолго, потому что Гу Янь отчётливо ощутил влажное и щекочущее ощущение от кончиков пальцев. Котёнок лизнул его. И более того…

Заметив реакцию юноши, эльф прищурил свои прекрасные глаза цвета солнца. Ещё раз поцеловав бледные губы, он переместился к уху молодого человека и мягко прошептал: «Мяу~».

Гу Янь: «…»

Услышав холодный голос, издавший столь знакомый звук, Гу Янь тут же расслабился.

Он мог видеть своё собственное отражение золотых глазах. Лишь с большим трудом юноше удалось перевести взгляд в сторону, поскольку взор серебристоволосого эльфа был поистине гипнотизирующим.

Какая там Спящая Красавица? Всего лишь его Спящий Цюцю.

Веко Гу Яня едва заметно дёрнулось. В данный момент юноша пребывал в абсолютной растерянности.

В какие дебри свернул сюжет?..

Обычный путь для завершения квеста привёл бы игрока к определённому подземелью высокого уровня, в котором можно было бы получить определённый предмет и использовать его для пробуждения Владыки Эльфов. После этого игрок получал награду и праздновал победу.

А если следовать сюжету сказки, то именно Гу Яню предписывалось одарить поцелуем погружённую в сон царственную особу.

Мягкое дразнящее ощущение всё никак не покидало его губы. Из-за непрерывных поцелуев Гу Яню пришлось отказаться от размышлений о сюжете.

Серебристоволосый эльф сохранял холодное и отчуждённое выражение лица. Но в то же время он был полностью погружён в поцелуй, и Гу Янь небезосновательно подозревал, что его могли даже лизнуть.

– Ваше Величество?!.. – Получив такой огромный психологический удар, оба Высших Эльфа были крайне взволнованы и растеряны.

Жреца, стоявшего всего в нескольких шагах от них и оказавшегося невольным свидетелем всего произошедшего, не стоило и упоминать. Бедняга получил критический урон.

Глаза серебряноволосого эльфа, мерцающие золотом, словно драгоценное сокровище, заставляли любого, заглянувшего в них, затаить дыхание. Это прекрасное создание, едва пробудившись, притянуло юношу к себе и без колебаний поцеловало его.

Эта сцена была слишком прекрасна, никто не смел её нарушить. Ошеломлённо стоя в сторонке, жрец уже позабыл, что юноша, которого целовал король эльфов, был его соперником.

Два Высших Эльфа, стоявшие поодаль, поспешно подошли к Древу Жизни, не замечая собственных торопливых шагов. Однако Гу Янь, которого столь страстно целовали, прекрасно их услышал и вновь начал вырываться…

Серебристоволосый эльф недовольно прищурился, но итоге всё же отпустил его, поцеловав в последний раз. Он медленно освободил юношу, который был заключён в его объятия.

– Ваше Величество, Вы…  – Два высших эльфа, не обращая внимания на этикет, поспешно подбежали к ним. Серебряноволосый эльф действительно проснулся, и листва, которая защищала его, медленно отступала, однако не исчезла полностью. Это смутило двух эльфов.

Хоть они и были вне себя от радости, что их король проснулся, они были обеспокоены тем, что это могло быть лишь временным явлением, и их монарх вновь погрузится в свой глубокий сон.

– Высшие жрецы уже спешат сюда, они прибудут очень скоро. – Из двух эльфов графиня была относительно спокойнее, и её реакция была быстрой. Она немедленно использовала магическое устройство связи, чтобы уведомить старейшин Храма.

Высшие Жрецы Храма были лекарями-экспертами. И титул «эксперт» распространялся не только на эльфийскую расу, но и на весь Восточный континент. Магия жизни, которую они использовали, была усовершенствованной магией древесного элемента. По сравнению со святой магией обычных жрецов и паладинов, магия эльфов была намного более могущественной  в плане лечения.

Серебристоволосый эльф, чья жизнь была связана с Древом Жизни, не особо отреагировал на слова графини, его красивые, но бесстрастные черты несли в себе отчуждённость. Не промолвив ни слова в ответ, он лишь смотрел на мага своими захватывающими дух глазами.

Пожалуйста, веди себя так, как полагается персонажу, чьё место ты занял! Гу Янь попытался подать знак глазами. Серебряноволосый эльф увидел это и даже понял, что имелось в виду. Но даже после этого он отказывался отвести взгляд.

Они только что увлечённо целовались. Теперь он всего лишь смотрел, почему он должен был отворачиваться?

Конечно же, Светлый Разум, не имеющий никакого чувства стыда, был не в состоянии понять, что испытывал этот человек.

Одна пара глаз, две пары глаз… Все взгляды, устремлённые на эту сцену, были прикованы к юноше. Столкнувшись с такой ситуацией, которую, в принципе, можно было ожидать, и не в силах ничего поделать с упрямым Владыкой Эльфов, Гу Янь не слишком нежно провёл рукой по шерсти котёнка в своих руках.

Однако такое грубое обращение было воспринято как новая форма близости. Поэтому котёнок в чёрной накидке прищурился и снова лизнул пальцы юноши. В то же время, серебристоволосый эльф, который обычно казался холодным и гордым, как на него ни посмотри, медленно приподнял уголки губ в усмешке на глазах у всех присутствующих.

Изгиб его губ был слабым, почти незаметным, но они определённо это видели! Хотя это длилось лишь мгновение, но в этот миг будто бы лёд растаял, показывая сцену достаточно красивую, чтобы ослепить окружающих.

Это… Фаталити…

Поняв, что его сердцебиение ускорилось, Гу Янь всем своим видом выразил, что отказывается с ним говорить.

Постоянно отслеживая физиологические изменения в организме юноши, высшее существо, естественно, не пропустило резкое увеличение пульса. Это было весьма приятно.

Он использовал своё глубокое знание человеческой красоты, чтобы создать самую великолепную и безупречную фигуру. Результаты оказались даже лучше, чем ожидалось.

Люди имели низкую сопротивляемость к красивым вещам. Как только эта «красота» достигала определённого порога, она была способна завоевать сердце человека без особых усилий.

Впрочем, другие люди не имели значения. Аса волновала реакция лишь одного человека.

Этот человек так легко разбудил их короля, и король даже… поцеловал его. Два Высших Эльфа, которым каким-то образом удалось восстановить своё спокойствие после наблюдения за пробуждением их монарха, невольно перевели взгляды на юношу.

Жрец, про которого все забыли, не ощущал никакого недовольства. На самом деле он всё ещё пребывал в глубоком шоке от столь ненормального развития событий. Его разум был полон знаков вопроса. Кто-нибудь, скажите ему, что здесь происходит…

По правде говоря, это было несправедливо!

[Динь-динь] – со стороны мага раздался звук повышения репутации.

Его репутация быстро росла, от «дружественной» до «уважения». Гу Янь невольно моргнул, внимательно вглядываясь в панель. В колонке «репутация», напротив жёлтой полосы, на которой были написаны слова «Высшие Эльфы», действительно сияло слово «уважение». Кроме того, это уважение достигло отметки [19999/20000]. Ему не хватало одного очка до достижения уровня «поклонение».

В сравнении с другими игроками, которым приходилось работать не покладая рук, чтобы повысить свою репутацию, его подъём был смехотворно лёгким.

– … – Его возлюбленный сейчас что, подыгрывает ему? Гу Янь молча обдумывал этот вопрос.

В этот момент в комнату поспешно вбежали высшие жрецы, одетые в мантии, и вежливо поприветствовали серебряноволосого эльфа. Эта группа Высших Эльфов намеревалась совместно наложить древнее заклинание под названием «Долголетие» на своего короля.

Однако события повернули не в ту сторону, в которую им бы хотелось.

– Вересковый Кристалл. – Холодный голос произнес лишь одну фразу, прежде чем серебристоволосый эльф вновь прислонился к Древу Жизни и молча закрыл глаза. До самого последнего момента его взгляд был твёрдо прикован к молодому магу.

Когда пара соблазнительных, искрящихся солнечным светом  глаз снова закрылась, ветви, которые раньше отступили, вновь оплели сереброволосого короля эльфов, окружая его прежним сиянием.

Его возлюбленный был очень своевольным – настолько, чтобы проснуться прежде времени и испортить сюжет. В итоге они сделали круг и вернулись туда, откуда начали.

Те, кто был рядом, ещё не сообразили, что к чему, но Гу Янь не мог сдержать нервного тика. У него было сильное подозрение, что монаршая особа была пробуждена принудительно, и целью было всего лишь…

Поцеловать его.

Обнаружив суровую правду, Гу Янь потерял дар речи.

Глава 74 - Поддаваясь

Заклинание долголетия, которое верховные жрецы приготовили для серебряноволосого эльфа, всё же было наложено. Тело короля эльфов не отвергло заклинание, но и не показало никакой положительной реакции.

[Динь.] Уведомление о прогрессе выполнения квеста прозвенело у обоих игроков. Гу Янь взглянул на панель заданий и заметил, что описание миссии изменилось–

{Найдите Вересковый Кристалл и пробудите спящего Владыку Эльфов Сирила Суриэна [0/1]}

Наконец-то появилась подсказка. Видя, что выражение лица стоящего неподалёку жреца изменилось, Гу Янь понял, что его квест тоже обновился.

Честное соперничество – это хорошо. Однако, что касается Верескового Кристалла… У Гу Янь возникло предчувствие, что этот предмет будет не так-то легко заполучить. Всем было известно, насколько высока сложность квеста Легендарного класса.

– Согласно преданиям, Вересковый Кристалл почитается грязной демонической расой как священная реликвия и сейчас находится в их руках. – При упоминании о расе демонов выражения всех присутствующих Высших Эльфов стали холодными и даже содержали намёк на отвращение.

Эльфы не были открытой и дружелюбной расой. Они были гордыми, отчуждёнными и имели изящные манеры. Они крайне редко использовали слово «грязный» для чьего-либо описания, и поэтому можно было увидеть, насколько глубокой была вражда между двумя сторонами.

Гу Янь: «…»

Учитывая, что Король Демонов Бездны и ныне спящий Владыка Эльфов в его глазах были одним и тем же человеком, Гу Янь чувствовал себя чрезвычайно неоднозначно. Он задался вопросом, какое выражение лица было бы у этих Высших Эльфов, узнай они правду…

– Старые байки не обязательно правдивы. Мы будем искать другие подсказки, и в то же время, мы надеемся, что вы оба будете продолжать помогать нам. – Обратилась к двум игрокам эльфийка, которая, казалось, взяла на себя роль лидера.

Владыка Эльфов, который спал сотни лет под защитой Древа Жизни, внезапно проснулся, пусть и ненадолго. Совет Высших Эльфов немедленно примчался в Храм, но не успел даже мельком увидеть проснувшегося монарха. Тем не менее, эта новость уже принесла им большую радость.

Это был первый проблеск надежды за прошедшие сотни лет, и эта новость подняла дух Высших Эльфов, охраняющих Храм. Теперь они настаивали на укреплении защиты Древа Жизни.

Что касается демонов, то человеческий жрец быстро нашел ключ к разгадке. Он отправил сообщение на канал своей гильдии и взял на себя роль лидера рейдовой команды; гильдия отнеслась к его запросу с чрезвычайной благосклонностью и верила, что он сможет успешно завершить эту цепочку квестов.

Соперник Гу Яня был уже на шаг впереди. Юноша ещё раз взглянул на серебристоволосого эльфа, окруженного листвой.

Чисто теоретически, его возлюбленный сейчас… притворялся спящим?

Он ведь явно мог проснуться и без посторонней помощи. Гу Янь погладил котёнка по голове, покидая Храм вслед за эльфийкой.

Он не мог просто проигнорировать действия своего возлюбленного, так что решил просто подыграть ему; тем более, что Цюцю, похоже, получал от всего этого немалое удовольствие…

– Мяу, – котёнок в руках мага прищурил свои тёмно-фиолетовые глаза и тихо мяукнул, вылизывая пальцы юноши.

Эта пара глаз полностью отличалась от золотых очей серебристоволосого эльфа, которые, казалось, сияли внутри. Если последние были чисты и прекрасны, то первые были подобны глубочайшей бездне, которой никогда не смог бы коснуться луч света; было просто немыслимо, чтобы эти две пары глаз принадлежали одному и тому же человеку.

В это мгновение Гу Янь невольно вспомнил пронзительный взгляд правителя демонической расы, наполненный присущим исключительно демонам очарованием–

Сколько же личностей было у его Цюцю в этой игре?

Что-то подсказывало Гу Яню, что на серебряноволосом эльфе, которого он только что увидел, сюрпризы отнюдь не закончатся.

– Где Вересковый Кристалл? В Падшей бездне?.. – Вслух спросил юноша, легонько поглаживая голову котёнка.

Согласно уровню сложности этого Легендарного квеста, игрокам предстояло столкнутся со множеством препятствий.

Едва Гу Янь высказал своё предположение, как почувствовал, что кто-то обнимает его сзади, а затем на его плечо опустился чужой подбородок. Глубокий и хриплый голос промурлыкал рядом с его ухом: «Хмм…»

Услышав этот голос, Гу Янь сразу же понял, что обнимал демон с двумя изяшно изогнутыми рогами. Но ведь сейчас они находились в Храме Владыки Эльфов в эльфийской столице, на каждом шагу были стражники, патрулирующие этот район. Враг, которого эльфийская раса мечтала стереть в порошок… он что, нарочно пытался устроить ему неприятности?..

– Они не могут видеть меня, – мягко сказал юноше прекрасный демон, поняв, о чём тот беспокоился.

Рука, которая уже было наполовину поднялась, внезапно отдёрнулась. Гу Янь хотел коснуться рогов на голове демона, но тут же осознал, что это будет выглядеть очень странно со стороны окружающих. Поэтому он просто застыл на месте, позволив демону прижаться к его шее, словно тот был большим котом.

У пути игрока-одиночки было много недостатков, и один из самых серьёзных проявлял себя тогда, когда ему требовалась команда для прохождения подземелья высокого уровня.  Ему нужен был отряд из 25 человек с приличным опытом, но собрать такой было непросто.

Он мог лишь обратиться к гильдии, с которой работал раньше, и попросить их сотрудничества в этом вопросе. В зачистке высокоуровневого данжа вроде Падшей Бездны простых охотничьих команд было бы недостаточно…

Как только Гу Янь открыл окно чата в своей виртуальной панели и ввёл несколько слов, демон, напоминавший своим поведением большого ленивого кота, немедленно закрыл чат.

Он легонько чмокнул в ухо человека в своих объятьях и спросил низким голосом, в котором слышалась хрипотца: «Почему бы А-Яню не попросить меня?»

Гу Янь был обескуражен этим вопросом: какой ещё босс взял бы на себя инициативу, чтобы помочь игроку считерить?

– Это же обман, обманывать… – Гу Янь только было хотел объяснить своему возлюбленному, что значит «обман», когда тот весьма эффективно заткнул ему рот своими губами.

– Почему ты не можешь схитрить? – Бледнокожий демон нахмурился и продолжил задавать вопросы. Он и так уже проявил чудеса терпения, не выдав своему возлюбленному последнюю награду квеста сразу же. Сейчас он всего лишь хотел отдать Гу Яню вещь, которая была при нём.

Гу Янь: «…» – Он вдруг не нашёлся, что ответить.

– А-Янь просто должен поцеловать меня, и тогда он меня одолеет. – Сказав это, демон прищурил свои тёмно-фиолетовые глаза и точно так же, как котёнок, тихо прижался к юноше.

#Открываю обсуждение: правильный способ победить Короля Демонов и спасти мир#

Увидев, что молодой человек отвернулся, Король Демонов Бездны послушно наклонил голову, чтобы юноша мог прикоснулся к его рогам, не вызывая подозрений у других.

Демон, активно просивший погладить его рога, казался таким смирным! Гу Янь поднял руку, чтобы коснуться рога демона, но в глазах окружающих он всего лишь гладил своего кота.

Последующие события произошли очень быстро. Когда демон чуть приподнял голову, Гу Янь слегка наклонился вперед и нежно прикусил бледные губы.

– А-Янь победил меня. – Демон легко сдался человеку и не видел в этом ничего плохого, наоборот, он чувствовал себя исключительно прекрасно.

Услышав это, Гу Янь слегка кашлянул, и выражение его лица стало несколько неестественным.

После того, как игроки побеждали босса подземелья, они должны были «коснуться трупа» [1], и Аса надеялся, что юноша коснётся его. Но, взглянув на застывшее лицо, высшее существо впервые задумалось о человеческом чувстве стыда и просто передало Гу Яню прозрачный кристалл, излучающий теплое сияние.

[1] Коснуться трупа - обычно означает получить добычу с убитого монстра, ценность выпавшего лута целиком и полностью зависит от удачи игрока. В данном случае Цюцю хотел бы, чтобы Гу Янь коснулся его «мёртвого» тела, чтобы получить награду, но мы-то с вами прекрасно понимаем, о каком «прикосновении» шла речь)

{Вересковый кристалл}. Под названием высветились три слова, совсем простые.

Священная реликвия демонов.

Поиски можно считать наполовину завершёнными. Гу Янь держал в своих руках ромбовидный Кристалл, и для того, чтобы время, потраченное им на поиски, было не таким сверхъестественно малым, он решил найти себе место, чтобы переждать несколько часов, прежде чем вернуться в храм.

[Команда] [Серебряный Ворон]: «Золотое Бедро, NPC, который выдал мне задание, сказал, что ты поцеловал Владыку Эльфов.»

[Команда] [Серебряный Ворон]: «О, не совсем так, это Владыка Эльфов поцеловал тебя… Серьёзно, что ли?»

[Команда] [Сен Ло]: «…»

Гу Янь уставился на слова в командном чате, выражение его лица было сложным. Как так получилось, что нечто столь личное, случившееся в Храме, уже стало известно далеко за его пределами?..

– Высший эльф, который выдал ему задание, является главным информатором в столице, –  объяснил демон, стоявший рядом с юношей и, естественно, увидевший весь чат.

[Команда] [Серебряный Ворон]: «Золотое Бедро, пожалуйста, возьми меня в Храм в качестве своего напарника, я тоже хочу взглянуть на Владыку Эльфов».

Если эльфийский монарх и впрямь обладал столь разрушительной красотой, как описывали, то атакованная сторона не понесла никаких потерь, даже наоборот – оказалась в выигрыше. Подумав об этом, паладин, стоявший у входа в бар в общей зоне, потёр свой подбородок. Кстати говоря, ему до сих пор было неизвестно, кем бы Владыка Эльфов: мужчиной или женщиной.

Скорее всего женщина, верно? Ведь в противном случае Владыка Эльфов не поцеловал бы мужчину.

Будучи натуралом, паладин пришел к абсолютно логичному для себя выводу.

Согласившись на просьбу Серебряного Ворона, Гу Янь прождал около трёх часов, а затем вернулся ко входу в Храм. Естественно, рядом с ним теперь стоял рыцарь в тяжёлых доспехах.

Стража у врат Храма узнала молодого человека, и с учетом того, что его репутация достигла пика уровня «уважение», их отношение было чрезвычайно вежливым. Паладин подле него выполнял квест, так что ему тоже разрешили пройти.

Переступив порог Храма, рыцарь, который никогда здесь не был, застыл на месте, на его лице было стандартное ошеломлённое выражение.

– Золотое Бедро, неужто ты в самом деле…  – тихо пробормотал рыцарь, увидев погружённого в глубокий сон серебряноволосого эльфа, окружённого листвой Древа Жизни.

Когда присутствующие Высшие Эльфы услышали, что этот человек уже получил Вересковый Кристалл, их взгляды наполнились надеждой.

Гу Янь с зажатым в руке предметом задания медленно шёл к Древу Жизни. Как только он приблизился, ромбовидный Кристалл, испускающий слабое свечение, медленно растворился, поглощённый деревом.

Но вот уже прошло некоторое время, а защищённый Древом Жизни  серебристоволосый эльф так и не выказал никаких признаков пробуждения перед нетерпеливо ожидающими взглядами всех присутствующих.

Веко Гу Яня дёрнулось (уже в который раз за этот день), он погладил голову котёнка в своих объятиях.

Прекращай уже этот балаган – пытался сказать Гу Янь. Но котёнок, мягко мяукнув, недоумённо склонил голову набок.

– Ваше Превосходительство, почему бы Вам… не поцеловать Его Величество? – Хоть эти слова и звучали абсурдно, но графиня, лично бывшая свидетелем недавней сцены, всё же наконец осмелилась их высказать.

Глава 75.1 - Эффектный финал

Прежде чем Гу Янь успел что-либо сказать, «совет» графини уже нашёл горячую поддержку у стоящего рядом с ней виконта.

Хоть остальные Высшие Эльфы не понимали, откуда растут ноги у этого совета, графиня, по всей видимости, верила, что это поможет разбудить Его Величество. Поэтому на человеческого юношу внезапно обрушилось множество умоляющих взглядов.

Их король был могуч и красив, как можно было отказаться от возможности поцеловать такого благородного эльфа?

Так считали не только сами эльфы, даже напарник Гу Яня переметнулся на их сторону. Рыцарь задумчиво коснулся своего подбородка и выразил аналогичное мнение: «П-п-потрясающая красота, ах. Золотое Бедро, нет ничего страшного в одном поцелуе. Эх, я до смерти ревную…»

Дремлющий серебристоволосый эльф был абсолютным красавцем. Несмотря на ослепительную красоту, превосходящую пол, рыцарь мог с первого взгляда сказать, что это был мужчина. Но даже зная это, он всё же честно выразил своё восхищение этим эльфом.

Гу Янь: «…»

Юноша перестал гладить кота по голове и вместо этого переключился на почесывание его челюсти. Опустив голову, он молча подал сигнал глазами.

– Мяу, – встретившись с ним взглядом, котенок тихо мяукнул и лизнул его пальцы. Однако серебряноволосый эльф продолжал спать.

Его возлюбленный намеренно притворялся, что ничего не понимает. Гу Янь легонько погладил котёнка по подбородку и тихо сказал: «Цюцю, будь умницей. Пора просыпаться».

Мурлыкая, котёнок в чёрной накидке широко распахнул свои глаза с расширившимися зрачками, затем перевёл взгляд на сереброволосого эльфа, спящего в ветвях дерева жизни. А потом вновь повернулся и уставился на юношу.

Эта серия действий и тихое мурлыканья предельно ясно выражали отношение Цюцю к этому вопросу. Гу Янь замер и, в конце концов, под многочисленными взглядами присутствующих Высших Эльфов, медленно направился к Древу Жизни.

Маленькие шары света, парящие вокруг серебристоволосого эльфа, постепенно приближались к человеческому юноше, касаясь одежды и тыльной стороны его рук. Эти новорожденные эльфы инстинктивно двигались навстречу тому, на ком была аура Древа Жизни.

Световые шары стали крупнее, и Гу Янь ощутил, что окружающая температура едва уловимо возросла.

Сияющие сферы на мгновение зависли над ним, затем поплыли обратно к серебряноволосому эльфу, покачиваясь назад и вперёд, словно бы подзывая его подойти поближе.

Серебристоволосый эльф полулежал с закрытыми глазами, откинувшись на Древо Жизни, но его царственной красоты было достаточно, чтобы взволновать сердца окружающих. Никто не смог бы остаться безразличным.

Хоть всё было именно так…

Но под бессчётными пристальными взглядами, устремленными на него, Гу Яню казалось, что он слышит, как разваливаются его моральные принципы.

Котёнок всё ещё тихо мурлыкал, прищурив глаза и медленно покачивая хвостом. Было легко заметить, что он пребывал в отличном настроении.

Древо Жизни, казалось, почувствовало приближение Гу Яня, и ветви, надёжно защищавшие эльфа, медленно отступили, словно приветствуя юношу.

– … – Он действительно отказывался просыпаться без поцелуя. Даже заветное слово «Цюцю» на этот раз не возымело эффекта. Гу Янь наконец понял, насколько непреклонен был его возлюбленный в этом вопросе.

Серебряные волосы мерцали в лучах солнца. Крепко спящий эльф выглядел изящным и деликатным, но никто бы не спутал его пол.

Тонкие и бледные губы эльфа выглядели пленительно. Гу Янь наклонился вперёд и нежно поцеловал холодные и мягкие лепестки.

Поцелуй начался и закончился довольно резко. Под внимательным взглядом толпы людей это было самое большее, что мог сделать Гу Янь.

Однако дальнейшие события полностью превзошли его ожидания–

– Он шевельнулся… я видел, как Его Величество только что пошевелился! – Присутствующие Высшие Эльфы были вне себя от радости, вся их элегантность мигом испарилась.

После поцелуя, Гу Янь увидел, как ресницы серебристоволосого эльфа слегка дрогнули. Но прошло несколько секунд, а красавец всё ещё продолжал лежать в том же положении.

В этот момент Гу Янь, кажется, что-то осознал, и уголки его глаз дёрнулись. Высшие Эльфы вокруг них, которые пребывали в чрезвычайно возбуждённом состоянии, вскоре успокоились.

Заметив, что у стоящего перед ними юноши не было никаких намерений продлить поцелуй, эта группа Высших Эльфов пришла в ещё большее волнение, чем их король, который явно всего лишь притворялся спящим.

– Ваше Превосходительство… – Искренние взгляды и столь же искренние голоса.

Гу Янь: «…» – Что ещё он мог сказать?

Его моральные устои всё равно уже с грохотом разбились на куски. Раз уж он поцеловал его один раз, второй поцелуй не будет иметь большого значения… успокаивая себя таким образом, Гу Янь быстро стабилизировал своё настроение.

Восстановив в памяти, как его возлюбленный целовал его раньше, Гу Янь прижался своими губами к тонким губам серебряноволосого эльфа. Он чувствовал, как дыхание эльфа постепенно меняется.

Мурлыканье котёнка в чёрной накидке стало глубже. По правде говоря, получив такой поцелуй от юноши, высшее существо ещё меньше желало открывать глаза эльфа, тело которого он контролировал.

Он действительно хотел выгнать всех остальных людей отсюда, а затем повалить этого человека и вернуть ему поцелуй. Возможно, они могли бы зайти и дальше.

Но захватывающий спектакль подошёл к своей кульминации. Он уже и так добавил несколько сцен к этой истории для собственного удовольствия, теперь не хватало лишь эффектного финала.

Глава 75.2 - Эффектный финал

Человеческий юноша нежно поцеловал серебристоволосого эльфа, погружённого в глубокий сон. Зрители, наблюдавшие за этой сценой, неожиданно для себя осознали, что юноша, целующий их монарха, на самом деле весьма хорош собой.  Хоть Высшие Эльфы не испытывали никаких тёплых чувств по отношению к другим расам, они всё же не могли не признать, что этот молодой человек снискал их симпатию.

Слабый свет от Древа Жизни был таким тёплым, и новорожденные эльфы парили вокруг в виде маленьких шариков, всё это создавало почти сказочную сцену. Единственным исключением был сереброволосый эльф, который до сих пор не подавал никаких признаков пробуждения.

– Может быть, тут нужен более глубокий поцелуй?.. – Никто не знал, кто из Высших Эльфов первым произнёс эти слова, но они быстро получили одобрение всех присутствующих.

Пусть эльфийская раса и была спокойна и безэмоциональна по своей природе, со временем эльфы, естественно, узнали всё, что нужно было знать.

От пристальных взглядов Высших Эльфов не ускользнуло, что, когда юноша целовал их короля, выражение лица последнего едва уловимо менялось. Пусть разница и была очень маленькой, но они определённо заметили это.

– Ваше Превосходительство, попробуйте ещё раз. Если Вы можете пробудить Его Величество, эльфийская раса с величайшим удовольствием передаст Вам любые священные реликвии – нет, всё, что Вы только ни пожелаете, - искренне сказала лидер Высших Эльфов. Ни одно сокровище, каким бы ценным оно ни было, не могло сравниться с их Владыкой.

У Гу Яня было чувство, что его возлюбленный окончательно заморочил ему голову. Юноша погладил спину маленького кота и, в конечном итоге сдался, скользнув языком между губ спящего эльфа, чтобы углубить их поцелуй.

И в следующую секунду пассивная сторона вдруг превратилась в агрессора.

– Ваше Величество!.. – Не обращая внимания на восклицания Высших Эльфов, серебристоволосый монарх внезапно привстал и протянул руки, обняв юношу и придерживая его затылок, чтобы продолжить их поцелуй. Все присутствующие эльфы мгновенно упали на колени едва лишь только увидели, что их благородный повелитель открыл глаза.

Быть игроком нынче непросто. Чтобы завершить квест, теперь нужно торговать своим собственным телом...? Паладин застыл на месте от шока, увидев сие зрелище, и мог лишь горько вздохнуть про себя.

Ну, этот NPC был очень красив, так что сделку нельзя было считать проигрышной.

– Мфм… – Язык, который вторгся в его рот, скользнул по нёбу, губы были надёжно запечатаны чужими губами, лишившими Гу Яня возможности связно говорить. Всё, на что был способен пойманный в ловушку глубокого поцелуя юноша, – это издать приглушённый стон.

Светловолосый эльф прищурил свои золотистые глаза, чрезвычайно довольный такой концовкой. Почувствовав, что дыхание молодого человека постепенно учащается, он наконец освободил своего пленника от долгого и глубокого поцелуя. Но отстраняясь, он удовлетворённо облизнулся.

Это сытое выражение, появившееся на лице эльфа, было просто немыслимым. Оно исчезло в одно мгновение, и один только Гу Янь, находившийся ближе всех, успел заметить его.

А Высшие Эльфы тем временем продолжали стоять на коленях. Получив то, что он хотел, божественно красивый серебряноволосый эльф медленно выпустил юношу из своих объятий. Ветви Древа Жизни также постепенно отступали, удаляясь от благородного эльфа, и тот наконец обрёл полную свободу.

Бесстрастно кивнув подданным, стоявшим перед ним на коленях, светловолосый эльф вернулся к созерцанию слегка раскрасневшегося лица юноши, который едва избежал опасности упасть в обморок от недостатка воздуха.

Перед лицом эльфов Гу Янь не мог ничего поделать с их неуёмным монархом, поэтому он решительно схватил маленького котёнка за загривок и принялся поглаживать его против шерсти.

Чёрный капюшон слетел от резких действий, но маленький кот продолжал тихо мурлыкать, совершенно не намереваясь сопротивляться. В итоге он даже высунул язычок, чтобы лизнуть пальцы молодого человека.

– Мя-ау.

Золотистые радужки, в которых переливались свет и тень, постепенно затуманивались. Светловолосый эльф, истинный эталон красоты, медленно шевельнул тонкими губами и беззвучно произнёс одно слово.

Глава 76 - Вне стандартов

Прочитав по губам, что за слово произнёс эльф, Гу Янь отвёл взгляд в сторону. Хоть монаршая особа не издала ни звука, разум юноши закоротило, стоило ему только представить, как эльф мяукает этим холодным низким голосом.

Это просто читерство какое-то~

Его возлюбленный подлизывался к нему, и Гу Янь не особенно этому сопротивлялся. Ладонь, поглаживающая кота, замерла, а затем медленно натянула на голову зверька маленький капюшон.

– Мя-ау. – Свернувшись клубочком в объятиях юноши, котёнок являл собой образец послушания. Хвост нежно коснулся тыльной стороны протянутой руки.

[Динь–]

Рост репутации сопровождался звуковым уведомлением. Но на этот раз Гу Янь даже не потрудился взглянуть на сообщения. Он ничуть не удивился бы, если бы его нынешняя репутация среди эльфийской расы была на уровне «поклонения».

Что касается игрока-жреца, находившегося в этот момент в данже Падшей Бездны, до его уха неожиданно донёсся звук, указывающий на то, что статус его квеста был обновлён. Когда же он развернул виртуальный экран, то обнаружил, что некогда ярко-оранжевые слова Легендарной цепочки квестов стали тускло-серыми, напротив них появилась надпись «Провалено».

Он уставился на потускневший Легендарный квест, забыв даже про исцеление членов своего отряда.

– Теперь уже некуда торопиться. – Глубоко вздохнув, жрец напечатал эти несколько слов для своей команды.

Квест провален, не было смысла спешить.

Владыка Эльфов, проспавший сотни лет, наконец проснулся. Все присутствующие Высшие Эльфы единодушно желали устроить грандиозный праздник. Но к сожалению, информация о том, что их король погрузился в глубокий сон, была секретной, так что они никак не могли позволить ей просочиться – даже сейчас.

Провести великолепное торжество было невозможно, но и подавить своего возбуждения эльфы не могли. В конце концов, они вновь посетили Храм, чтобы вознести молитвы.

– Ваше Величество, дабы разбудить вас, я ранее заключила сделку с Его Превосходительством и поклялась передать ему святыню нашего народа. Умоляю Ваше Величество простить меня за столь своевольные действия. – Финна преклонила голову перед серебряноволосым эльфом, молчаливо стоявшим под Древом Жизни.

Даже для древней эльфийской расы священные реликвии были большой редкостью. Холодная и отстранённая натура этой расы лишила их возможности превратиться в хитрых торгашей. Они придерживались концепции справедливой сделки: вознаграждение, безусловно, должно было соответствовать сложности выдаваемых ими квестов.

Человек сумел пробудить их короля прямо у них на глазах. Естественно, юноша заслужил свою награду.

Бесстрастный серебристоволосый эльф, стоявший под Древом Жизни с таким холодным выражением лица, что его впору было назвать айсбергом, слегка кивнул своей подчинённой. Его движения были очень легкими, и только тот, кто непрерывно наблюдал за ним, мог это заметить.

[Команда] [Серебряный Ворон]: «Золотое Бедро, как мне помнится, когда этот эльфийский король целовал тебя, он был довольно страстным».

Если бы не тот факт, что за происходящим наблюдало так много посторонних, кто знает, не продлился бы этот поцелуй гораздо дольше?

Эти слова нельзя было произносить вслух перед Высшими Эльфами. Так что Паладин мудро воспользовался функцией, доступной исключительно игрокам – виртуальный чат.

В противном случае им, вероятно, пришлось бы ждать, пока эти NPC закончат свою кат-сцену [1]. Только после её завершения игроки могли потребовать свою награду за квест. Время всё равно тратилось впустую, так почему бы пока не подразнить своего напарника?

[1] Внутриигровое видео или кат-сцена (англ. Cut-scene — вырезанная сцена, врезка, сценка) — это эпизод в компьютерной игре, в котором игрок слабо или вообще никак не может влиять на происходящие события, обычно с прерыванием геймплея. Кат-сцены используются для развития сюжета, визуального представления игрового прогресса и заполнения пауз в геймплее.

Возможно, это была лишь иллюзия, но рыцарю показалось, что серебристоволосый эльф, с чьей красотой простым смертным нельзя было сравниться, бросил на него острый взгляд, стоило ему только отправить это сообщение в командный чат…

[Команда] [Сен Ло]: «…»

Стоя так близко к Владыке, Эльфов Гу Янь прекрасно видел, что пара янтарных глаз, наблюдающих за ним, слегка прищурилась. Обычно его возлюбленный делал так, когда был счастлив или пребывал в хорошем настроении.

Хотя порой, угрожая кому-то, он также щурил глаза. Но в этом случае взгляд был бы совершенно другим. Гу Янь с лёгкостью мог отличить эти две эмоции друг от друга.

В данный момент, как понял юноша, его возлюбленный был в хорошем настроении, а направление его взгляда указывало на…

Эта пара глаз прекрасного медового цвета явно следила за разговором в виртуальном чате.

[Команда] [Серебряный Ворон]: «Я ведь спрашивал тебя, красив ли Владыка Эльфов? И что ты мне ответил? Всего лишь «Да»! Сплошное надувательство».

Как только в чате появилось новое сообщение, Гу Янь заметил, что направленный на него пристальный взгляд куда-то переместился. Хоть выражение лица серебряноволосого эльфа было безразличным, юноша понял, что эта переписка вызвала у него интерес.

До всех этих событий Гу Янь даже не знал, что спящий в храме NPC был одним из воплощений его возлюбленного. И  потому, отвечая на подобные вопросы перед глазами у своего партнёра, он счёл за лучшее ответить максимально просто и равнодушно, поскольку совершенно не желал вызвать приступ ревности.

Если бы Гу Яню действительно захотелось заставить своего возлюбленного поревновать, всё, что ему нужно было сделать – это найти какую-нибудь кошку и погладить её. Без сомнения, запах уксуса окутал бы весь их дом [2]. Так что юноше не нужно было заходить так далеко и хвалить чью-нибудь внешность…

[2] Напоминание: уксус у китайцев ассоциируется с ревностью

Цюцю будет ревновать даже к животным. При этой мысли улыбка Гу Яня немного померкла. Уровень собственничества его возлюбленного уже не лез ни в какие ворота.

Юноша временно отложил в сторону тот факт, что Цюцю только что притворялся Спящей Красавицей. Раз уж ему это нравилось, можно было позволить ему чувствовать себя счастливым.

[Команда] [Сен Ло]: «Да, он хорошо выглядит, очень хорошо выглядит».

[Команда] [Серебряный Ворон]: «Айя, ну и что толку говорить мне это сейчас?»

Как забавно, – Паладин прочитал пришедшее сообщение и едва не рассмеялся вслух. Собственно, именно он взял на себя инициативу пригласить Сен Ло на карту Леса Вечной Ночи. Помимо упомянутой причины «сэкономить время, повышая репутацию сообща», гораздо более важной целью, которую он преследовал, было заманить мага в свою гильдию…

Нет, это неправильно. Вспомнив, что Сен Ло был одиночкой, Серебряный Ворон почувствовал, что ему не следует использовать слово «заманить».

Гильдию «Седьмое Небо» за кулисами поддерживал игровой клуб. То же касалось и других крупных гильдий. Часть основных игроков в гильдии были профессионалами, и их имена можно было увидеть в ежегодном турнире Лиги.

Но даже если забыть про клубы, Серебряный Ворон искренне хотел поладить с этим магом. Он с нетерпением ждал подходящей возможности, чтобы привлечь этого человека в свою команду.

Судя по его возрасту, этот маг уже пропустил идеальный момент для вступления в профессиональную лигу. Ведь карьера профессионального игрока весьма коротка.

В эпоху онлайн-игр приходилось соревноваться в степени информированности, остроте реакции и скорости рук. Теперь, когда в моду вошли VR-игры, скорость рук уже не играла роли, но требования к остроте реакции возросли.

Люди старшего возраста оказались в худшем положении. Скорость реакции мозга с возрастом снижалась, что отражалось в задержке движений игровых аватаров. При сражении с другими, более молодыми игроками того же класса разница становилась очевидной и её было трудно компенсировать.

Паладин мог бы поклясться, что за юношу, которого он сейчас пытался пригласить в гильдию, наверняка сражались все без исключения игровые клубы ещё несколько лет назад. Но этот маг всегда был одиночкой. Очевидно, он отверг все поступавшие ему предложения.

В этом году Сен Ло уже исполнилось двадцать четыре. В других профессиях его можно было бы считать совсем молодым. Однако, когда дело доходило до профессиональной игровой лиги, его насмешливо звали «старичком».

Клуб, который намеревался бороться за этого игрока, естественно, отказался от того, кто, казалось бы, больше не имел никакой ценности. По их мнению, в этом возрасте способности мага во всех аспектах должны были ухудшиться.

Вопреки своим ожиданиям, побывав с Сен Ло в одной команде и увидев ту битву на арене, паладин мог сказать только одно… Если подобный уровень скорости реакции принадлежал «старичку», то в этой профессии не было никого, кого можно было бы считать молодым.

Клуб, к которому принадлежал Серебряный Ворон, осознал этот факт раньше остальных и немедленно отправил людей, чтобы начать работу по его вербовке. Но как им вообще перевести разговор в это русло? От одной мысли об этом у паладина начинала болеть голова.

Не обращая внимания на мучимого мигренью рыцаря, серебристоволосый эльф, стоявший под Деревом Жизни и, казалось, внимательно слушавший верховных жрецов, довольно сощурился.

Любому было ясно, что он пребывал в хорошем настроении, и все присутствующие Высшие Эльфы преисполнились подозрений. Их Владыка, похоже, чем-то весьма доволен…

Эльфы были холодной и отчуждённой расой. Разумеется, их Короля это касалось в высшей степени – и столь явное выражение им собственных чувств было просто чем-то невообразимым.

Восхитительно красивый.

Сдерживая свои эмоции, чтобы вызванные ими колебания не выкинули несколько неудачливых игроков в офлайн, Высшее Существо, в настоящее время занимающее тело Владыки Эльфов, моргнуло своими золотыми глазами. В его груди росло желание выбросить из этого пространства всех, кроме юноши.

Хотя изначально у него не было ничего похожего на сердце, находясь в этом воплощении, Аса ощущал сердцебиение и знал, что с ним было что-то не так. Нормальное сердцебиение не должно было быть таким.

Согласно сценарию, он не мог просто взять и выкинуть всех из этой локации. Однако Высшему Существу нужно было лишь потерпеть это какое-то время, и вскоре ему представился шанс вполне обоснованно очистить эту область.

Священная реликвия была очень важна для Владыки Эльфов. Дождавшись, пока верховный жрец закончит свой доклад, серебряноволосый монарх приказал своим верноподданным покинуть окрестности Древа Жизни под предлогом передачи священной реликвии.

Храм мгновенно опустел. Помимо них двоих там остались лишь новорожденные эльфы, парящие вокруг Древа Жизни в виде маленьких шаров света.

Что ж, можно было считать, что они остались наедине. Прежде Гу Янь не мог допустить неуважительного поведения по отношению к серебряноволосому эльфу из-за его подчинённых. Но теперь, когда все ушли, юноша поднял правую руку и ущипнул эльфа за щёку большим и указательным пальцами.

– Всё ещё притворяешься спящим? – К концу предложения Гу Янь слегка повысил голос, но поскольку лицо перед ним было бессовестно красивым, юноша не мог заставить себя приложить хоть какую-нибудь силу к щипку.

Серебристоволосый эльф слегка прищурился. В его янтарных глазах отражалась фигура юноши, и монарх совершенно не заботился о том, что его ущипнули за щеку.

Ему были не страшны эти смешные наказания. Прищурившись, Высшее Существо наклонило голову и легонько поцеловало юношу в шею.

Приставучее существо крепко обняло Гу Яня, всем своим видом показывая, что оторвать его будет совершенно невозможно. Кожа эльфа была удивительно приятной на ощупь – Гу Янь убедился в этом лично, когда ущипнул того за щёку.

На прозрачной будто хрусталь и гладкой словно нефрит коже нельзя было найти ни одного, даже самого крошечного несовершенства. Температура тела эльфа была немного ниже средней, но на холод, исходящий от нежити, это было непохоже. Скорее, от него веяло лёгкой прохладой.

Его поведение составляло разительный контраст с безразличным и сдержанным выражением лица. Казалось, серебристоволосый эльф был весьма опытен в искусстве переключения чужого внимания в нужное ему русло.

Понимая, что Гу Янь испытывал слабость по отношению к прекрасной внешности занимаемого им ныне сосуда, Аса использовал это преимущество вовсю, нежно глядя в глаза юноши, осторожно целуя его и мягко нашёптывая на ухо признания в любви.

Большинство представителей человеческой расы, если не все, невольно лишались способности к сопротивлению перед лицом подобной красоты. Ощутив, как юноша на мгновение потерял концентрацию и впал в оцепенение, Аса лишь подтвердил эту мысль.

Рука, сжимавшая левую щёку эльфа, без ведома хозяина разжалась и отпустила пострадавшего. Только через несколько секунд Гу Янь пришёл в себя.

… Да уж, красота способна погубить мир.

Мягкие серебряные пряди струились вниз подобно водопаду; когда неописуемой красоты эльф смотрел на кого-нибудь столь пристально своими янтарными глазами, разве мог этот кто-то найти в себе решимость отвергнуть его?

По крайней мере, Гу Янь не находил.

Эльф сосредоточил взгляд на той единственной добыче, которая одна во всём мире пробуждала в нём желание поймать её, его поле зрения сузилось, будто бы заключая юношу в клетку, не давая ему ни шанса на сопротивление или побег.

Гу Янь ощущал, как его губы лижут и покусывают, но по-прежнему оставался в каком-то обескураженном и ошеломлённом состоянии. Пара янтарных глаз, в которых свет переплетался с тьмой, продолжала нарушать ход его мыслей и сбивать его с толку.

Неправильно... Всё это движется в совершенно неправильном направлении…

Разве он сейчас не должен был поквитаться с этим негодником за то, что тот притворялся спящим? Как всё обернулось таким образом?..

С великим трудом ему удалось восстановить свою волю, подавляемую этой парой ярких янтарных глаз. Гу Янь попытался оттолкнуть серебристоволосого эльфа, прилипшего к нему, будто банный лист, но, разумеется, эта попытка оказалась совершенно бесплодной. Осознав это, ему пришлось приложить большие усилия, чтобы сохранить спокойствие в голосе, когда он спросил: «Разве ты не говорил, что передашь мне священный артефакт?»

Услышав эти слова, эльф перестал покусывать его и коварно прищурился, уставившись на пару губ, которые приобрели разные оттенки розового. Постоянно прикусываемая нижняя губа была окрашена в малиновый цвет, а верхняя, нетронутая – в светло-розовый.

Услышав тяжёлое дыхание юноши, эльфийский монарх опустил голову. В его одурманивающих бледно-золотых глазах промелькнул загадочный свет.

– Да, я отдам его А-Яню. – Голос эльфа идеально подходил его холодной и отчуждённой внешности, но вот его действия полностью рушили сложившийся ледяной образ. – Священный Артефакт связан с Древом Жизни. Это не ложь.

Эльф прижал юношу к стволу Древа жизни; он хотел сделать это с того самого момента, как заметил на лице Гу Яня выражение загнанного зверя.

Ограничить его движения, избавиться от мешающих пояса и мантии, наблюдать за ним, а затем войти в него.

– Это ведь священный артефакт, А-Янь согласен обменять его на себя? – Из-за разницы в росте  серебряноволосому эльфу пришлось наклониться вперед, чтобы их лбы соприкоснулись. Золотые глаза встретились с тёмными глазами человека.

Очарованный этим прекрасным лицом, Гу Янь в своём оцепенении только и мог, что пробормотать себе под нос едва слышное «Угу». Его голос был столь тих, что даже сам юноша не услышал его.

Но для задавшего вопрос ответ был слишком важен, так что он не мог пропустить его. Юноша добровольно дал своё согласие. Эльф опустил глаза и снова прикусил бледные губы Гу Яня.

Под гипнотическим взглядом золотых глаз Гу Янь на мгновение потерял связь с окружающим миром, не в силах оторваться от созерцания этого великолепия, пока не почувствовал, как его кожи коснулась ветвь дерева.

Священное Древо Жизни испускало слабый свет и будто бы вновь ожило, как в тот раз, когда оно защищало Владыку эльфов. Его ветви протянулись к юноше со всех сторон, не давая ему ни малейшего шанса вырваться из клетки.

В тот миг, когда до Гу Яня наконец дошло, на что он согласился и что вообще происходит, он тут же решительно открыл рот, намереваясь взять свои слова обратно.

– М-м-м…

В тот самый момент, когда юноша слегка приоткрыл рот, серебряноволосый эльф мгновенно прижался к его губам своими, пользуясь возможностью проникнуть языком вглубь. Он не собирался оставлять этой драгоценной добыче, пойманной им в коварную ловушку, хоть какой-то шанс на спасение.

Связанный по рукам и ногам, задыхающийся после глубокого поцелуя Гу Янь мог лишь хватать ртом воздух и отвести взгляд. Он ощутил, как пояс вокруг его талии ослабевает и стягивается прочь, причём проделывалось это не эльфом, а ветвями Древа Жизни.

– А-Янь пообещал мне, что обменяет артефакт на себя. – Вслед за поясом маг очень быстро лишился мантии. Лизнув шею юноши, эльф по-прежнему сохранял невозмутимое выражение лица – холодное и отчуждённое.

Древо Жизни сияло тёплым и успокаивающим светом, но при этом по приказу Владыки Эльфов фактически срывало с молодого человека одежду. Гу Янь, услышав слова монарха, на время потерял дар речи.

Под аккомпанемент негромких и слегка гнусавых звуков, исходящих из горла юноши, прохладные ветви древа жизни медленно заползли за пояс его штанов. На своём пути они нежно ласкали чувствительную кожу, и от тех мест, к которым они прикасались, волнами распространялось странное, ошеломляющее удовольствие. Всё тело связанного юноши ослабло и обмякло.

В этот момент отчетливо проявились преимущества жёсткого ограничения. Поскольку юноша больше не мог стоять самостоятельно, ветви древа жизни, прежде обернувшиеся вокруг Гу Яня и связывавшие его, надёжно удерживали его на месте.

Движения ветки, скользившей по коже юноши, были очень осторожными, но независимо от того, насколько осторожными и нежными они были, Гу Янь предельно ясно чувствовал, что она достигла весьма важной части его тела.

– Постой… – Не успев договорить, Гу Янь тут же поджал губы, иначе с них, без сомнения, сорвался бы тихий дрожащий стон.

Серебристоволосый эльф, целовавший шею юноши, почувствовал, как дрожит в его объятиях тело, чья чувствительность в очередной раз была многократно повышена. Даже дыхание юноши стало тяжёлым и учащённым.

Прикосновения ветви к нежной коже, и холод, который она несла, заставило Гу Яня полностью потерять способность собраться с мыслями. Чем сильнее он метался туда-сюда, тем сильнее дрожало его тело. Взгляд юноши, ещё недавно бывший относительно ясным, постепенно потерял фокус.

Древо Жизни было священным деревом эльфов. Это было известно всем и каждому. Но когда ветви, ласкавшие его кожу, начали выделять холодную и липкую жидкость, Гу Янь широко распахнул глаза в неверии.

Гу Янь был на 100% уверен, что оригинальное Древо Жизни не имело такой… установки. Это явно было делом рук его Цюцю, который в очередной раз злоупотребил своей властью, чтобы втайне перелопатить законы этого мира.

Судя по всему, его возлюбленный уже обладал немалым мастерством и сноровкой в деле использования в личных целях данной ему власти создавать и изменять настройки игры. В очередной раз став жертвой и целью этих извращённых настроек, Гу Янь мысленно взвыл, что абсолютно не хочет принимать участие в такой вопиюще аморальной и бесстыдной игре!

[Накладываю цензуру на систему наблюдения через 3,2,1…] – Строго придерживаясь инструкций своего хозяина, система наконец решила, что текущая ситуация достигла стадии «не предназначено для систем». Бесстрастное сообщение 037 прозвенело в разуме её хозяина.

Цензура установлена на полдня, этого времени должно хватить. – Спокойно подумала 037 в последнюю секунду перед активацией.

Услышав голос своей системы в такой ситуации, Гу Янь ощутил, как уровень его смущения мгновенно взлетел до небес. Нужно будет сказать системе, что в следующий раз, когда она будет активировать этот протокол, не нужно выдавать уведомление–

[Окей.] – Услышав мысль своего хозяина, быстро ответила 037.

Гу Янь: «…»

«Наложи цензуру на звук.» – Гу Яню показалось, что он услышал, как в очередной раз разбиваются вдребезги его моральные устои.

[Окей.]

Вернувшись к реальности после разговора со своей системой, юноша вскоре обнаружил, что его мысли ускользают, оставляя его наедине с ощущением проникновения в его тело постороннего объекта. Бледные пальцы эльфа были покрыты холодной и липкой жидкостью, которая теперь изобретательно использовалась в качестве смазки.

Почувствовав, что этого почти достаточно, эльф вытащил свои пальцы. В следующую секунду Гу Янь ощутил, как его тело наполняется до краев.

И именно в этот момент, когда был сделан последний шаг, и в него наконец вошли, последняя искорка рациональности Гу Яня неожиданно обратила его внимание на определённую несостыковку—

Разве Священная реликвия не была наградой за квест? С какой стати он должен был обменивать себя на неё?

… ... ...

Наслаждаясь восхитительным вкусом своей драгоценной добычи, серебряноволосый эльф испытывал глубочайшее удовлетворение, которое отразилось на его обычно бесстрастном лице, что не вполне соответствовало его привычному образу. Но даже если это выбивалось из общей картины, выражение ленивого удовольствия на лице эльфа и слегка прищуренные как у сытого кота глаза ещё сильнее подчеркнули его неземную красоту – любой, кто бросил бы на него взгляд, уже никогда не смог бы оторваться от этого зрелища.

Когда он отпустил руки, ветви, которые были обернуты вокруг тела юноши, постепенно отступили. Гу Янь давно уже потерял способность поддерживать себя в вертикальном положении, но к счастью серебряноволосый эльф крепко поддерживал его за талию. Когда он обнимал юношу, тому не нужно было ни о чём беспокоиться.

Всё тело Гу Яня было безвольным, в нём не было ни малейшего намека на оставшуюся энергию. Прямо перед ним был чарующе красивый и ужасно коварный преступник, так что, собрав волю в кулак, Гу Янь поднял руку и ущипнул эльфа за левую щёку.

– Священная реликвия здесь. А-Янь теперь может завершить свой квест. – Тепло прошептал эльф на ушко юноше, привычно сощурив глаза.

Гу Яню требовалось много времени, чтобы собраться с силами, так что пока он мог только расслабить своё тело, прижавшись к обнимавшему его серебристоволосому эльфу. При всей своей холодности и бесстрастности этот эльф оказался ещё более необузданным, чем небезызвестный представитель расы демонов.

Обладая одурманивающей и вводящей в заблуждение красотой, эльф словно был рождён для того, чтобы заманивать в ловушку и обманывать невинных людей. А учитывая, что сам эльф был прекрасно осведомлён о своём даре и был чрезвычайно опытен в использовании оного в своих интересах, получившийся результат был поистине сокрушительным…

Услышав слова своего возлюбленного, Гу Янь проследил за направлением его взгляда и повернулся, чтобы посмотреть на сияющее тёплым светом Древо Жизни. Маленькие шарики света постепенно слились воедино и подняли ветку, упавшую на землю. При помощи этой ветки они поднесли круглый кусочек нефрита.

[Священная реликвия] – гласили высветившиеся под ним слова–

В демоническом камне, принадлежавшем эльфийскому владыке, скрывалась огромная сила, но это была лишь часть целого предмета.

Когда юношу прижали к стволу Древа Жизни, котёнок в чёрном плаще послушно покинул его руки, а теперь направлялся к нему, зажав в зубах этот кусочек гладкого белого нефрита. Он снова запрыгнул в объятия юноши, протянувшего к нему руки.

– Мяу. – Положив демонический камень в ладонь молодого человека, маленький кот тихо мяукнул, не забывая лизать его пальцы.

Гу Янь давно вывел закономерность: каждый раз после того, как его возлюбленный мучил его различными способами, заставляя его вновь и вновь лишаться всякого стыда,  он буквально из кожи вон лез, стараясь действовать невыразимо мило, лишь бы умаслить юношу.

Гу Янь поднёс переданную ему священную реликвию к лицу, чтобы внимательно её рассмотреть. В описании предмета говорилось, что это часть целого предмета, и в соответствии с сюжетной линией, была высока вероятность того, что нужно будет найти вторую часть, а после объединить их, чтобы сформировать единое целое. А это вполне могло означать, что у него в руках находилась часть легендарного оружия класса магов.

Когда тело Гу Яня наконец восстановило некоторую силу, юноша быстро выпрямился и высвободился из объятий эльфа.

Чувствуя, как знакомое тепло медленно исчезает, Владыка Эльфов опустил голову и, прищуря свои золотые глаза, объявил: «Квест завершён превосходно. А-Янь может получить дополнительную награду».

Автор, собственноручно описавший различные настройки этого мира, впервые услышал о дополнительных наградах за квест. На мгновение застыв, он с подозрением повернулся к стоящему рядом серебристоволосому эльфу.

В ту же секунду благородный эльф, способный своей красотой покорить любое живое существо, исчез. На его месте остался крошечный белый шар, который постепенно рос и изменялся на глазах у Гу Яня.

Что бы это ни было, оно внезапно метнулось к юноше. Гу Янь чисто инстинктивно почувствовал его движение и не, успев даже осознать это, повернулся так, что белый шар полетел прямо в его руки.

Какой-то дикий эльфийский шар–

Подумал Гу Янь, получив возможность внимательно рассмотреть угодивший ему в руки объект.

Услышав эти невольно выпаленные вслух слова, новый котёнок с длинными, чуть заострёнными ушками, похожими на уши Высших Эльфов, тихо мяукнул.

– Не дикий, я – твой. [1]

[1] Тут, насколько я понимаю, игра слов: дикий = бешенный/неуправляемый и дикий = неприкаянный/ничей.

Разумеется, в этой кошачьей форме он не мог говорить. Просто будучи высшим существом, по своему желанию изменяющим правила мира, Аса мог использовать другие средства, чтобы передать свои слова юноше.

Гу Янь: «…»

Ему показалось, будто низкий и хриплый голос прозвучал совсем рядом с ним, или нет, это было больше похоже на то, как если бы его возлюбленный прижался губами прямо к его уху; звучало очень интимно.

Уши были самым чувствительным местом эльфа, уж Гу Янь-то об этом знал как никто другой… ведь ему уже довелось на личном опыте убедиться в этом. В ту пору, заигрывая с ушами эльфа, он без сомнения искал бы собственной смерти, но теперь, глядя на маленького и безобидного котенка, Гу Янь не мог сдержаться.

Щипать бесстыжее существо за щёки было бесполезно, а трогать его за уши выходило себе дороже.

Если и существовал способ научить этого котёнка с заострёнными как у эльфов ушами не подлизываться после совершённого безобразия, то это, вероятно, было прикосновение к его ушам.

– Мяу. – Едва пальцы юноши коснулись острых ушек, котёнок тут же попытался увернуться. Но, избежав прикосновения, он, казалось, был очень недоволен своей реакцией и тихо мяукнул, желая придвинуться поближе.

Однако ему это не удалось. В тот момент, когда его уши касались рук юноши, он рефлекторно отступил, чтобы прервать контакт чувствительного места с тёплой человеческой ладонью.

Гу Янь тихо рассмеялся, наблюдая за реакцией остроухого кота. Уши эльфов и впрямь необычайно чувствительны…

Если бы он сейчас ущипнул его за уши, котёнок просто рухнул бы в его объятия?

Но хорошенько подумав, Гу Янь всё же решил не дразнить кота слишком сильно, в противном случае его возлюбленный мог просто изменить свои настройки и полностью уничтожить эту слабость.

Теперь в руках юноши было целых два пушистых шарика. Их мех был одного цвета, у каждого из них были едва заметные полосы, но тот, что справа, был одет в чёрный плащ. Однако если тщательно приглядеться, можно было заметить, что расположение полос на их шёрстке слегка различалось.

Эльфийский Цюцю и Цюцю, одетый в чёрный плащ, – теперь он держал на руках двух пушистых существ. Так как они оба были довольно маленькими, Гу Янь совершенно не чувствовал себя обременённым.

Вот если бы появился ещё один, тогда уже было бы тяжеловато. Тут Гу Янь внезапно вспомнил, что, вообще-то, в этом мире определённо был ещё и демон-Цюцю с двумя маленькими рожками.

Его возлюбленный мог следовать за ним в игре лишь используя различные сосуды. В начале был сосуд из расы демонов, затем – нежить. Теперь настал черёд эльфов…

Наличие сразу двух клубков шерсти было несколько новым опытом для Гу Яня.

Но не успел он толком довести свои мысли до конца, как вдруг почувствовал тяжесть на макушке.

Подняв руку, он ощутил под пальцами мягкий мех и два крошечных рога. Он снял котёнка головы, и количество льнущих к нему пушистых существ увеличилось до трех.

Такими темпами он скоро утонет в Цюцю.

Он сел под Древом Жизни, ощущая себя ходячей игрушкой для этих кошек, по которой они могут карабкаться. В этот момент Мировой канал, казалось, был вовлечен в горячую дискуссию по новой теме. Гу Ян открыл мировой чат, но был весьма озадачен тем, что там происходило. Ему пришлось долго прокручивать вверх бесчисленные комментарии, прежде чем он наконец увидел объявление ярко-золотыми буквами–

[Игрок **** успешно завершил квест мировой значимости, открыв новую серию редких квестов. Игрокам предлагается обнаружить их самостоятельно.]

Такого рода заявление было слишком холодным и коротким, не было даже надлежащего объяснения. Но слов «редкий квест» было вполне достаточно, чтобы погрузить Мировой канал в хаос, поскольку в глазах игроков они были равнозначны словам «редкая экипировка». Возможно, речь шла об экипировке классом повыше Эпического и лишь немногим не дотягивавшей до Легендарного класса.

Разглядывая объявление, Гу Янь уже понял, что имя, которое было подвергнуто цензуре, принадлежало его аккаунту.

[Мировой Чат] [Семь полюсов]: Говорят, принцесса королевства людей была похищена чёрным драконом. Значит, мы должны найти Убийцу Драконов?

[Мировой Чат] [Саранис]: Но я не видел ни одного задания, выданного королём. Похоже, квест Убийцы Драконов не имеет никаких наград.

[Мировой Чат] [Чжи Бэй]: Ребята, вы определенно никогда не играли в игру «Hero vs Dragon». Это игра 21-го века с аналогичным сюжетом.

[Мировой Чат] [Ах Лиса Лиса Лиса]: Братец, твоя ностальгия – просто нечто…

[Мировой Чат] [Маленькое песочное печенье]: Всё, что датируется 21 веком, уже можно считать антиквариатом, кто вообще будет в такое играть?

После этого чат становился всё более и более беспорядочным, и Гу Янь не стал читать дальше. Его внимание было полностью сосредоточено на предложении «принцесса королевства людей была похищена чёрным драконом».

Открытие новых квестов было делом его рук, и похоже, последняя часть его классового квеста имела некоторую связь с этим сообщением. Ему нужно было попасть в Долину Драконов.

Не было никаких подсказок, но тем не менее Гу Янь чувствовал, что случайно увиденное им в мировом чате сообщение может быть ключом к дальнейшим поискам.

Обычные игроки вряд ли могли получить квесты, связанные с Долиной Драконов, но во те, кто, как и он, открыли Легендарный квест, могли быть исключением.

– Мяу. – Один слева, другой справа и ещё один на макушке. Когда он просматривал Мировой канал, эти котята читали прокрутку сообщений чата вместе с ним. Они молча ждали, пока он закончит читать, а потом тихо позвали его.

Значит, на этот раз ему нужно было стать так называемым «Убийцей драконов»?

Юноша взглянул на очередную задачу Легендарной цепочки квестов, отразившейся на его панели, там было написано четыре простых слова: [Войдите в Долину Драконов]. В сердце Гу Яня зародилось необъяснимое предчувствие.

Честно говоря, Гу Яню было бы гораздо интереснее стать Драконьим Всадником, нежели Убийцей Драконов. По его давнему мнению, Драконий Всадник в этом фантастическом мире был несомненно самой крутой и самой удивительной профессией.

К сожалению, в этой игре подобной профессии не существовало, – с разочарованием подумал Гу Янь.

– Если дракон похитил принцессу, должно быть, он очень сильно любит её. – Такой сюжет был широко распространён в литературном мире, в кино, телевидении и играх. Гу Янь не ожидал, что этот классический сценарий будет иметь место даже в эпоху виртуальных онлайн-игр. Юноша вздохнул, глядя на панель чата.

– Дракон не любит принцессу. – Снова раздался у него над ухом низкий и хриплый голос.

– ...? – Гу Янь был сбит с толку.

– Дракон не полюбит принцессу… – Голос вновь зазвенел у него в ушах, изменив лишь одно слово.

…Если только принцесса не будет определённым темноволосым юношей, – серьёзно добавил про себя обладатель этого голоса.

Слушая, как серьёзно его возлюбленный рассуждает о том, любит ли дракон принцессу или нет, словно эта тема была очень важна, Гу Янь просто усмехнулся. В любом случае, это был всего лишь игровой сеттинг.

Но уже через секунду юноша вспомнил, кто управлял этим сеттингом, и быстро закивал, соглашаясь с ним: «Хорошо, хорошо. Дракон не любит принцессу. Цюцю, будь умницей».

И в самом деле, он должен уважать предпочтения другого человека. Поглаживая мех, Гу Янь решил не слишком задумываться об этом.

Три пушистых существа, прильнувших к юноше, начали дружно мурлыкать, их круглые глаза прищурились.

Юношу в некоторых ситуациях можно было считать, мягко говоря, не особо сообразительным. Но, вопреки ожиданиям, Аса был этим даже доволен.

Ведь если бы юноша был немного внимательнее, посягательства некоего сверхсущества пресекались бы на корню каждый раз.

На развитие и укрепление отношений требовалось время. Аса отлично разбирался в человеческом сердце, стоит только вызнать слабое место, и нанести критический удар не составит труда.

Но он использовал эти знания только на одном-единственном человеке и никогда бы не причинил ему вреда. Аса всего лишь хотел сделать так, чтобы этот юноша не смог его отвергнуть.

Он, естественно, не считал, что поступает плохо по отношению к своему возлюбленному. Скорее, это можно было бы назвать…

Игрой?

Подумав об этом слове, котёнок в объятиях юноши довольно зажмурился.

Всё хорошо, даже если этот человек немного недогадлив в этом аспекте. Несколько пушистых существ прижались потеснее к телу юноши, пока Аса погрузился в свои мысли.

Надо заметить, когда у него на руках было сразу три котёнка, их суммарный вес был немаленьким. Заключив все три пушистые создания в свои объятия, Гу Янь подумал, что если появится ещё один, ему, вероятно, стоит задуматься о своём чрезмерном влечении к котам.

Он потыкал пальцем в ушко остроухого котенка. Дополнительная награда или что там ещё, – Гу Янь уже понял, что это было всего лишь оправдание, которое его возлюбленный придумал на месте, но всё же решил притвориться, что ничего не заметил.

«Не дикий, а твой?» – Задумавшись над тем, что Аса сказал ему раньше, Гу Янь продолжил тыкать остроухого котенка и прищурился.

Раз уж он сам сказал, что принадлежит ему, то Гу Янь может без колебаний взять этого эльфийского Цюцю и уйти.

По словам его возлюбленного, ему не нужно было беспокоиться о проблемах, вспыхнувших из-за исчезновения короля эльфов. Для Светлого Разума создать нового персонажа было несложно, всего-то нужно было изменить последовательность чисел. А уж добавление персонажа, который уже когда-то был создан, было ещё проще, во многом это было похоже на копирование.

– Мяу. – Выдержав тычки, котёнок прижался острым ушком к ладони юноши и потёрся о неё. Конечно, он принадлежал этому человеку.

В Мировом канале всё ещё шла жаркая дискуссия по поводу последних заданий мирового значения. Гу Янь увидел группу людей, которые говорили, что пусть король и не выдал никакой миссии из-за национальной гордости человеческого королевства, они всё равно собирались стать Убийцами Драконов, или по крайней мере попытаться. Другие гадали, была ли принцесса, захваченная чёрным драконом, красивой.

Этому заданию не суждено было завершиться мирно. Если всё будет развиваться по намеченному пути, Долина Драконов станет чрезвычайно переполненной.

[Команда] [Серебряный Ворон]: Золотое Бедро, ты всё ещё не получил награду за выполненное задание? Прошло уже несколько часов, хах. Я даже успел выполнить другой квест.

После того, как паладин закончил поиски и вернулся, он понял, что маг, похоже, до сих пор находился во дворце эльфов, и послал ему сообщение. Даже выполнив задание, ему потребовалось несколько часов на получение награды, видать, последняя награда этого легендарного квеста была чем-то поистине невероятным…

[Команда] [Сен Ло]: Получил. Я сейчас выйду, но мне нужно будет отключиться в ближайшее время.

[Команда] [Серебряный ворон]: Не волнуйся, сложность моего нового квеста в любом случае невысока. Я и в одиночку прескпокойно его завершу.

После ответа паладину, Гу Янь слегка ущипнул котёнка, который тёрся своими заостренными ушами о его руку.

Однако преступник, заставивший его остаться здесь на несколько часов, получив щипок, всего лишь перевернулся, обнажив свой мягкий живот. Его вид был крайне невинным.

После того, как Гу Янь наконец встал и приготовился уйти, вес на его руках внезапно исчез. Рогатый котёнок и котёнок в черной накидке пропали. Единственный, кто остался у него на руках – остроухий Цюцю.

Тела его Цюцю использовались и удалялись, а после заменялись на новые.

Выйдя из дворца, Гу Янь собирался сразу отключиться, но обнаружил, что паладин ждёт прямо у входа во дворец. Судя по выражению его лица, он хотел о чём-то переговорить с юношей.

– Что такое? – Подобная нерешительность была нехарактерна этому человеку, поэтому Гу Янь решил спросить прямо.

– Эээ… В общем… Хотел завербовать тебя в наш клуб. – На этом месте Серебряный Ворон слегка кашлянул, в выражении его лица явно читалась неловкость. Раньше он легко мог пошутить на эту тему и приставать с просьбой о присоединении к клубу, но теперь, после совместной работы, изъяви он желание переманить мага в свою команду, будет казаться, словно он с самого начала вынашивал подобные намерения и подбирался к нему поближе в исключительно корыстных целях.

Он просто считал, что уровень мастерства этого игрока растрачивался впустую, и если тот не присоединится к профессиональной лиге, такой талант будет просто похоронен, так что Серебряный Ворон подошёл к заданию своего клуба со всем усердием.

– Я не принимаю участия в турнирах Лиги. – Гу Янь покачал головой, но не дал ему прямого ответа. Однако и этого было достаточно.

Изначальный хозяин тела получил бесчисленное количество приглашений, когда был моложе, но… он отклонил их все. Гу Янь был таким же, он не был заинтересован в Лиге, и теперь, когда его Цюцю нашёлся, ему лень было даже сохранять свою позицию номер один в таблице лидеров…

Единственное, что побуждало его держаться за это звание, было то, что благодаря ему все крупные гильдии искали его сотрудничества. Таким образом, он мог бы обеспечивать свою маленькую семью.

Денежный приз турнира Лиги был действительно привлекательным, но ему не хватало страсти бороться за победу и почести. Гу Янь считал, что он не должен принимать участие в таком… соревновании, о победе в котором мечтали бесчисленные профессионалы и в которое вкладывали свою молодость.

Он уже пережил два мира и даже прожил несколько тысяч лет в последнем из них. Обзаведясь таким опытом, Гу Янь обнаружил, что ему очень трудно увлечься чем-нибудь.

– Очень жаль… – Паладин смущённо потёр нос. Эти слова были искренними.

– Я мог бы принять участие в Фестивальной Лиге. – Гу Янь рассмеялся, глядя на сокомандника. Он знал, что в Фестивальной Лиге будут принимать участие многие гильдии. Кто знает, возможно, тогда они встретятся?

Как только его взгляд перешёл на паладина, Гу Янь почувствовал, как котёнок укусил его за палец. Укус был легким, но непреклонным, и кое-кто отказывался отпускать его указательный палец.

– Я знаком с той областью. Если ты придешь, я угощу тебя хорошей едой. – Подумав о том же, Серебряный Ворон наконец оправился от своей прежней неловкости и высказал предложение. Он перевёл взгляд на пушистое существо в руках черноволосого юноши, кусающего его за пальцы, и добавил: – Золотое Бедро, ты купил много нарядов для своего котёнка.

С того момента, как он впервые увидел это существо, то сменило два разных набора. Один из них представлял собой рога, а другой – чёрную накидку с капюшоном. А этот набор, видимо, включал в себя заострённые уши…

Ему даже показалось, что это были уши, принадлежащие эльфийской расе.

– Их можно достать в зоомагазине. – И снова он лгал с совершенно невозмутимым видом. Гу Янь отдёрнул закушенные пальцы. Он не знал, с чего вдруг его возлюбленный решил выпить уксуса [1] и даже укусил его за руку.

[1] Приревновал

Гу Янь наконец нажал кнопку отключения и вышел из игровой капсулы, но прежде чем он смог хотя бы выпрямиться, его поле зрения перевернулось, и он был повален своим возлюбленным на кровать.

– А-Янь не должен больше улыбаться этому человеку. – Красавец слегка прикусил нижнюю губу юноши, а потом лизнул её. Тем временем его руки опустились ниже, к поясу юноши.

Гу Янь был совершенно сбит с толку скоростью, с которой развивались события. К тому времени, когда его пояс был снят, он уже не мог сопротивляться, даже если бы захотел.

Они уже делали это несколько раз в игре, но никогда раньше в реальности. Не имея возможности заняться этим в реальном мире хотя бы раз, Цюцю наверняка был очень недоволен…

Была уже поздняя ночь, и свет в спальне не горел. Было темно, и во всей комнате остались только тихие гнусавые звуки и сдавленные стоны, сопровождаемые непрерывными толчками. Прерывистые вздохи юноши были полностью заглушены другими звуками.

Впоследствии Гу Янь ощущал себя так, словно выгорел дотла, юноша устал до такой степени, что единственным его желанием было просто лежать на кровати. Двигаться не хотелось совершенно. Навыки робота-партнёра были выше всяких похвал, и он действительно не знал, сокрушаться по этому поводу или нет.

И это один глоток уксуса, – да кого он обманывает, там было очень много уксуса, окей?!

– Это была всего лишь улыбка из вежливости. – Гу Яню казалось, что необходимо прояснить этот момент.

– Тогда А-Янь не должен быть таким вежливым. – Тихо сказал Аса, прищурившись и опустив голову, чтобы прижаться к шее юноши.

Гу Янь: «…»

Приставучесть его возлюбленного ничуть не уменьшилась в сравнении с прежним миром. Он был не против такой степени собственничества и просто немного задумался. В конце концов, он всё же слегка кивнул головой.

Так и прошла эта ночь. Когда на следующий день Гу Янь вышел в интернет и телепортировался в Долину Драконов, он сразу же увидел толпу игроков, достаточную, чтобы сформировать четыре гильдии. Более того, большинство из них были игроками человеческой расы.

Это что, все те люди, которые хотели стать Убийцами Драконов и спасти принцессу ради чести своего королевства?..

По прибытии ко входу в Долину Драконов панель квестов Гу Яня обновилась. Точнее, появился намёк на следующий шаг, гласивший, что ему следует нанести визит хозяину Долины Драконов.

Увидев этот квест, Гу Янь на мгновение испытал внутренний конфликт. Раса Драконов была ещё более враждебной по отношению к людям, чем раса эльфов. Если последние просто окатывали вас ледяным презрением, то первые могли броситься в атаку, едва вы попадётесь им на глаза.

Игровой сеттинг Драконьей расы было чрезвычайно трудно понять. Нападали они на игрока или нет, зависело от его поведения.

Отношение Драконьей расы к людям было поистине ужасным. Говорят, один игрок как-то подсчитал, что из всех рас, доступных игрокам, человеческая раса имеет самую высокую вероятность быть атакованной драконом.

Эта установка соответствовала игровой истории, согласно которой люди были жадной расой. Каждый раз, когда рождался новый дракон, он наследовал воспоминания своих предшественников, и эти воспоминания продолжали передаваться из поколения в поколение.

Когда-то люди собрали отряды, чтобы атаковать драконов-одиночек. Преуспев и захватив их сокровища, люди даже расчленили трупы погибших драконов и забрали их с собой, не оставив после себя ни единого кусочка.

Человечество жаждало их сокровищ и не боялось использовать жестокие средства для достижения своих целей. Самым унизительным фактом было то, что некоторые люди даже ездили верхом на драконах, заработав себе славу «Драконьих Всадников».

Не было Дракона, который добровольно позволил бы низшему существу оседлать себя. Для драконьей гордости это считалось величайшей формой унижения и было абсолютно невыносимо.

Драконьи Всадники действительно существовали, но это вовсе не означало, что драконы по своей воле становились ездовыми животными. Их просто вынуждали заключить рабский контракт, загнав в угол.

Из-за этой предыстории у игроков не было возможности стать Драконьими Всадниками; этот класс был для них всего лишь неосуществимой мечтой. Гу Янь с сожалением отогнал эту мысль. В данный момент он обдумывал способы тайно приблизиться к парящему острову в самом сердце Долины Драконов.

Как раз в тот момент, когда он прикидывал в голове свои шансы достигнуть места назначения, не погибнув под когтями стоявших на страже драконов, он вдруг услышал мяуканье остроухого кота, вытянувшегося в его объятиях.

– А-Янь может просто войти.

Глубокий и хриплый голос прозвучал совсем рядом с его ухом. Гу Янь медленно моргнул, затем поднял руку, чтобы погладить спинку маленького котёнка.

Раз его Цюцю так сказал, это определённо были не пустые слова. Вот только юноша не знал, мог ли быть в его инвентаре предмет, который был в силах предотвратить нападение драконов – возможно, глаз Вьентьяна или Священный артефакт эльфов обладал таким эффектом?

В небе над самым центром долины парили острова – большие и маленькие. Гу Янь скакал на своем летающем коне, Пламенном Соколе, чьи крылья полыхали, будто два огненных знамени, не причиняя вреда всаднику.

Игроки, собравшиеся в Долине Драконов, были многочисленны, и избежать их всех было невозможно. Раз уж он всё равно не мог проскользнуть незаметно, Гу Янь просто приказал своему летающему коню направиться к самому большому парящему острову. Правой рукой он крепко держал поводья, а левой осторожно прижимал к груди маленького котёнка.

– Как ему может так везти? Драконы на него не нападают! – Увидев вдалеке пылающую красную фигуру, игрок-охотник использовал свой навык «Орлиный глаз» и смог различить, что человек на спине огненного скакуна был магом. Этот маг направлялся к самому густонаселенному острову, но при этом на протяжении всего пути не был ни остановлен, ни атакован этими драконами…

Разве игроки человеческой расы не обладают 80%-ным шансом подвергнуться атаке дракона? У других рас этот шанс составлял всего 50%, и это было явной расовой дискриминацией, ах!

Успешно приземлившись на парящем острове, не встретив в пути никакой опасности, Гу Янь отпустил своего коня. Когда он поднимался вверх, большой дракон бросился ему наперерез, зависнув перед ним при помощи огромной пары крыльев. К сожалению, юноше удалось полюбоваться им лишь пару секунд, прежде чем тот поспешно уступил ему дорогу.

Почему этот человек несёт на себе такую запутанную смесь запахов? Древо Жизни, метка демонов Бездны… И даже перстень с печаткой, который олицетворял власть Бога Смерти – Камнем Сотворения «Алексис».

Это было просто уму непостижимо.

Дракон не собирался вступать в спор с этими тремя расами. Понаблюдав за тем, как человек на Огненном Соколе прибыл на остров, дракон, посланный в качестве представителя расы, вежливо поприветствовал его: «Добро пожаловать, гость Долины Драконов».

За исключением стражей парящих островов, драконы в Долине Драконов чаще оставались в человеческом облике, но при этом предпочитали не скрывать свои драконьи рога. Рога дракона были непохожи на рога демонов, они казались намного опаснее.

Когда к нему обратились с титулом «гость», Гу Янь наконец расслабился. Дракон, посланный за ним, не дожидаясь ответа юноши, тут же добавил, что их король ждёт встречи с ним.

Ощущение, что с ним обращаются как с уважаемым гостем, заставило Гу Яня немного насторожиться. Но, взглянув на маленького кота в своих объятиях, вылизывающего его палец, юноша быстро забыл о своих тревогах…

– Если это не секрет, могу ли я узнать, какова цель прибытия Вашего Превосходительства в Долину Драконов? – Все встреченные по дороге драконы, находящиеся в человеческом обличье, выглядели довольно молодыми, кроме этого дракона. Он выглядел добрым дядюшкой, но на самом деле был правителем Долины Драконов.

Продолжительность жизни дракона отличалась от человеческой и, естественно, измерялась по-другому. Даже если бы дракон прожил тысячи лет, его всё равно можно было бы считать юным, в то время как те, кто прожил десятки тысяч лет, пребывали в самом расцвете сил. Дракону перед Гу Янем явно исполнилось более сотни тысяч лет.

Услышав вопрос, юноша молча проверил свою панель квестов. На этот раз наградой за выполненное задание было нечто под названием «Ключ Первичного Хаоса». Поэтому он спокойно ответил: «Я пришёл за Ключом Первичного Хаоса».

После этих слов Гу Янь достал из инвентаря Глаз Вьентьяна и Священный Артефакт. Эти предметы были связаны с Ключом Первобытного Хаоса и, возможно, убедили бы хозяина долины в искренности юноши.

Дружелюбный взрослый дракон вызывающе изогнул бровь, но его тон оставался благодушным: «Ну, не сказать, что это невозможно... Но, всё же, я не могу отдать его Вам даром. Молодой человек, как Вы думаете, что Вы можете предложить взамен?»

– А что Вы хотите от меня? – Гу Янь немного задумался и перенаправил вопрос обратно. Его собеседник должен был выложить своё условие, чтобы это считалось запросом, только тогда его журнал квестов будет обновлён.

– Многие люди из вашей человеческой расы очень заинтересованы в том, чтобы стать Убийцами Драконов. – При этих словах на лице Дракона не отразилось никаких эмоций, но спокойный взгляд чёрных глаз на мгновение сменился пронзительным.

Не дожидаясь, пока человек ответит, Дракон внезапно изменил направление разговора в неожиданную сторону и продолжил: «Самый южный парящий остров – священные земли Чёрного Дракона. Моё задание для Вас – вернуть сердце Чёрного Дракона».

– Как мне известно, толпа, собравшаяся в Долине Драконов, тоже здесь из-за Чёрного Дракона. Он похитил принцессу человеческого Королевства, и, поскольку Вы и сами человек, такое задание позволит убить двух зайцев одним выстрелом. Вам стоит порадоваться.

Вслед за этими словами панель квестов Гу Яня, наконец, обновилась, но он не стал сразу открывать и проверять её. На мгновение он был сбит с толку.

Просить чужака убить члена собственной расы. Ну и в каком месте это якобы невинный квест?..

Сердце дракона, скорее всего, было источником их жизненной силы. Другими словами, чтобы получить сердце Чёрного Дракона, юноше нужно будет убить его.

– Молодой человек, я знаю, о чём Вы думаете. Но нынешний Чёрный Дракон не может считаться частью нашей расы. – Тон дракона был чрезвычайно ровным, и он продолжил, – Чёрные Драконы обладают разрушительной силой. Их жажда власти сподвигла их на уничтожение собственного вида, и последний представитель Чёрных Драконов уже стал не более чем монстром с прогнившим сердцем.

– Он похитил принцессу из-за её уникальной крови, которая полностью соответствует требованиям демонического ритуала жертвоприношения. Он пытается получить ещё большую силу с помощью такого мерзкого и злобного метода. – Объяснив это, дракон замолк и посмотрел на человека перед собой.

Благословение от Древа Жизни, метка демонов Бездны, перстень Бога Смерти… и те два предмета, которые он показал. Этот человек имел высокие шансы преуспеть в этой миссии.

Сила Дракона с течением времени не растет, а наоборот, понемногу снижается. Но с точки зрения людей их сила, казалось, не претерпевала никаких изменений.

Теперь во всей Долине Драконов король был единственным драконом, способным подавить Чёрного Дракона. Однако тысячи лет назад он поклялся Верховному Божеству позаботиться о Чёрном Драконе, уступив мольбам матери Чёрного Дракона прямо перед её смертью.

В то время Чёрный Дракон был всего лишь крошечным яйцом. Монарх тогда и представить не мог, что Чёрный Дракон пойдёт по тому же пути саморазрушения, что и его предшественники.

– Хорошо. – Гу Янь кивнул и принял это задание.

У входа в Долину Драконов игроки могли видеть множество различных больших и маленьких парящих островов, но в самой южной части долины был лишь один остров. Хотя это было не совсем верно. Правильнее сказать, что среди разрушенных островов был лишь один неповрежденный парящий остров.

Если пейзаж, который игроки видели на севере долины, можно было сравнить с прекрасным весенним деньком, то в тот момент, когда они достигли южной части Долины Драконов, им показалось, что они внезапно перенеслись на совершенно другую карту.

Если исключить единственный неповреждённый парящий остров, окрестности состояли из одних лишь упавших обломков да разбитых камней, словно сюда врезался метеорит. А те острова, которые ещё едва сохраняли свою первоначальную форму, были безнадёжно разрушены.

Когда Гу Янь прибыл сюда, он понял, что игроки, которых он видел у входа в Долину Драконов, были уже на шаг впереди него. Они собрались в группы и основательно подготовились, чтобы стать Убийцами Драконов и спасти человеческую принцессу. Охотник одной из групп использовал свой навык «Орлиный глаз», чтобы отыскать логово Чёрного Дракона.

Что ж, это даже хорошо, Гу Яню не придётся тратить силы на поиски команды…

Для такого одинокого волка как Гу Янь, самой большой проблемой было присоединение к рейдовым командам. Но стоило юноше только подумать об этом, как вокруг внезапно потемнело. Землю накрыла густая тень, как будто огромное существо заслонило собой солнце.

– Чёрт возьми! Главный Босс уже здесь, что нам делать?! Наши танки ещё не прибыли, агх!

Чёрный Дракон, несущий ауру разрушения, появился в небе, его огромное тело и крылья отбрасывали тень на группу игроков на земле, как будто апокалипсис собирался разразиться прямо над их головами. Одним лишь взглядом можно было заметить его великолепную подавляющую мощь.

С такой-то огромной тенью над головой, Гу Янь, разумеется, заметил Чёрного Дракона. Это был последний Чёрный Дракон в этом мире…

Чёрный Дракон взмахнул огромными крыльями. Ему было достаточно одного выдоха, чтобы убить всех игроков под ним, но Чёрный Дракон этого не сделал.

На земле был человек, которому он не мог причинить вреда–

При взгляде вниз в сверкающих красных зрачках Чёрного Дракона отразилась фигура молодого человека.

Драконы издревле были символом власти и могущества, и особенно это было верно в отношении Чёрного Дракона. Никто бы не усомнится, что разрушительная сила Чёрного Дракона несёт в себе величайшую угрозу. Это было фактом как в прошлом, так и в настоящем.

Полагаясь лишь на размеры своего массивного тела, драконы могли бы раздавить людей в лепёшку, а жёсткая чешуя, покрывающая их с головы до кончика хвоста, по прочности превосходила броню, выкованную из первородной руды. Что уж говорить о Драконьем дыхании и Древней магии, перед которыми другие расы трепетали в благоговейном ужасе, не осмеливаясь испытать на собственной шкуре.

Воскресив в памяти образы драконов-Стражей, которых они встретили у входа в долину, игроки, накрытые огромной тенью Чёрного Дракона, наконец-то осознали, насколько этот дракон отличается от остальных.

Будь то красный или синий дракон, виденные ими раньше... Впрочем, нет, – у любого другого дракона, независимо от цвета его чешуи, глаза всегда были одного и того же оттенка – золотого.

Однако глаза огромного угольно-чёрного существа над ними полыхали алым. И в этих глазах, больше напоминавших раскалённые угли, казалось, отсутствовала малейшая искра разума, а в каждой чёрной чешуйке бурлила разрушительная энергия.

Как и сказал король драконов, этот Чёрный Дракон теперь не более, чем монстр.

Но даже у монстров есть вещи, которыми они дорожат.

– Командир, что нам теперь делать?!..

Наблюдая, как огромная чёрная рептилия спускается к ним, поднимая вихри взмахами могучих крыльев, группа игроков на парящем острове пришла в уныние.

Группа ещё не собралась, но босс уже объявился и вот-вот атакует. Игроки, поражённые столь внезапным поворотом событий, уже решили, что впоследствии непременно пожалуются всем, кому смогут, на подобную несправедливость.

До сих пор ни один из игроков не участвовал в рейде на дракона, так что стиль сражения драконов всё ещё был им неизвестен. Тем не менее, кое-какими базовыми знаниями умудрённые опытом бойцы всё же обладали.

– Избегайте хвоста!..

К сожалению, ещё до того, как предупреждение отзвучало, Чёрный Дракон взмахнул хвостом, и в то же мгновение имена нескольких игроков поблекли. Те, кто был просто сметён драконьим хвостом, едва встав на ноги, тут же отбежали подальше, чтобы немного прийти в себя.

Вот это мощь…

Подобная жестокость была просто за гранью их воображения. Гу Янь же тем временем задавался вопросом, стоит ли воспользоваться хаосом, чтобы раствориться в толпе и улизнуть?

При нынешних обстоятельствах, даже учитывая, что на этом островке собрались почти четыре отряда игроков, их уровень взаимодействия оставлял желать лучшего, а информации о противнике было пугающе мало. Даже если бы они использовали тактику постоянного возрождения и раз за разом вступали в битву, этого всё равно было бы недостаточно, чтобы одолеть Чёрного Дракона.

Игроки просто умирали бы слишком быстро, а если они будут оживать слишком часто в течение определенного периода, им будет выдан запрет на возрождение. Получив это ограничение, игрокам пришлось бы подождать некоторое время, прежде чем их можно было бы оживить.

Эта игровая механика должна была помешать игрокам хитрить и злоупотреблять возрождением, когда они сражались против редкого монстра в диких локациях или во время рейда на босса. В конце концов, эти монстры были разработаны для того, чтобы игроки совершенствовали свои навыки и командную работу во время битвы.

И всё же, игроки решили использовать стратегию постоянного возрождения и сражались вот уже почти четыре минуты.

Судя по предыдущим разговорам, несколько членов отрядов ещё не успели добраться сюда. Гу Янь решил ещё немного понаблюдать. Если не останется никакой надежды на победу, он просто уйдёт.

Смерть вне данжа влекла за собой штраф. Кроме того, если игроки не могли победить монстра, тот прорывал окружение и сбегал. Таким образом, не было никакого смысла умирать.

С этой мыслью Гу Янь потихоньку начал отступать к задней части строя и вскоре добрался до последнего ряда.

– Танк, уведи голову дракона подальше от игроков, эй! Ты что, в первый раз агришь босса? Неужели ты не знаешь, что нужно делать?! Остальные – поспешите и расступитесь! – взъярился командир, обнаружив, что Чёрный Дракон до сих пор стоит лицом к толпе.

Заставить босса повернуться спиной к игрокам было одной из базовых тактик. И, помимо всего прочего, это же чёртов дракон! Если отряд будет стоять перед ним, то как только рептилия испустит Драконье дыхание в полную мощь своих лёгких, бессчётное количество игроков отправится к праотцам.

– Дело не во мне… это… это босс совершенно не реагирует на провокации, – смутился воин, державший щит. Он использовал все доступные ему навыки, чтобы отвлечь на себя дракона, но тот не обратил на него никакого внимания, продолжая смотреть в определённом направлении.

На его пути стояло слишком много людей, Чёрный Дракон развернулся всем телом и взмахнул хвостом, одним движением избавившись от кучи народа.

Поскольку его сокровище пряталось среди этой толпы, Чёрный Дракон дышал огнём чрезвычайно осторожно. С самого начала и до конца он не делал глубоких или мощных выдохов, опасаясь, что одна-единственная вспышка уничтожит всех игроков на месте.

Древняя магия тоже была не слишком удобна в этой ситуации. Магия Чёрного Дракона была ориентирована на разрушение, так что все известные ему заклинания носили сокрушительный характер.

Поэтому, как бы он ни старался контролировать свою силу, как только Древняя магия коснётся обычного человека, она будет распространяться волной на всех, кто его окружает, пока все люди не превратятся в груду тлеющего пепла.

Если бы другой дракон увидел эту сцену, он бы определенно был поражён. Обезумевшее чудовище, известное как Чёрный Дракон, казалось, подавляло свою силу. Если бы другой дракон столкнулся с игроками человеческой расы, с присущим всем драконам взрывным характером, он немедленно скастовал несколько заклинаний Древней магии.

Босса оказалось невозможно заагрить. Это ошеломило не только танка команды, даже дамагеры и целители, лежащие на холодной твёрдой земле, были потрясены. Командир был так же беспомощен, как и они, перед лицом столь необычного поведения монстра. Неподдающийся агру босс, слышал ли кто-нибудь о подобной нелепости?

Чёрный Дракон предельно ясно видел свою цель. Его ярко-красные глаза с самого начала были прикованы к человеческому юноше в тылу строя. Те, кто стоял на пути чудовища, угодили в постоянный круговорот смерти и возрождений, отчего бедолаг охватило отчаяние. Наконец Чёрный Дракон раскинул свои массивные крылья и взмыл в небо.

Сначала он намеревался медленно пробираться вперёд, чтобы дать юноше время отреагировать, но теперь он больше не мог ждать.

Гу Янь спрятался в толпе, поскольку изначально считал, что это самая безопасная позиция. Куча людей перед ним действовали как живой щит. Если бы ситуация вышла из-под контроля, он немедленно сбежал бы.

К несчастью… Чёрный Дракон явно не собирался следовать сценарию.

Увидев, как Чёрный Дракон поднялся в небо и устремился в его сторону, Гу Янь без колебаний вызвал свою волшебную метлу. Крепко прижав к груди остроухого котёнка, он полетел в сторону безопасной зоны. Если он будет держаться на достаточном расстоянии от босса, сможет выйти из боя.

– Мяу! – котёнок обеими передними лапами вцепился в плечо волшебника. Он начал мяукать с того момента, как юноша взобрался на метлу.

Комочек шерсти в его объятиях вёл себя чрезвычайно беспокойно, и единственное, что мог сделать Гу Янь во время полёта – мягко погладить его мех, пытаясь угомонить это создание.

Обнаружив, что юноша бросился наутёк, как только он приблизился к нему, Чёрный Дракон ощутил возбуждение. Эта игра в догонялки показалась ему весьма захватывающей…

Огромные размеры Чёрного Дракона ничуть не влияли скорость его полёта. Гу Янь не успел ещё толком оторваться, как почувствовал, что с неба на него падает огромная тень.

Низкий рёв дракона чётко раздался над его головой. Даже не оборачиваясь, Гу Янь понял, что его поймали.

Дракон действительно погнался за ним?

В данный момент все мысли Гу Яня были заняты побегом, поэтому он не особо задумывался об этом факте и просто списал всё на игровую логику. Чёрный Дракон не поддавался агру, а это означало, что объект его ярости назначался рандомно, и, к сожалению, выбор пал на него.

«Не повезло», - молча подумал Гу Янь. Смиренно наблюдая за тем, как вокруг сгущается тьма, он уже практически ощущал дыхание дракона на своём затылке.

Прошла всего доля секунды, и Гу Янь почувствовал, как что-то обхватило его за талию и потянуло прочь.

Он рефлекторно стиснул котёнка в объятиях, и в следующее мгновение мир стремительно закружился перед его глазами.

Когда всё упокоилось, перед его взором раскинулось бескрайняя синева неба с плывущими по нему белыми облаками. Не успел он толком прийти в себя, как картинка вновь изменилась, и прямо перед его лицом возник алый зрачок Чёрного Дракона.

– … – в данный момент он находился в пасти Чёрного Дракона. Осознав это, Гу Янь вспомнил ещё кое о чём.

– Цюцю!.. – даже в такой ситуации, когда он оказался зажат между смертоносными челюстями, Гу Янь не выпустил маленького котёнка и продолжил поглаживать его ушки.

Уши этого котенка были чрезвычайно чувствительными, и когда его трогали подобным образом, он протестующе мяукал.

В этот момент алые глаза Чёрного Дракона прищурились, из глубины его горла донёсся низкий рык. Затем он раскинул крылья шире и направился к парящему острову.

Даже у монстров есть вещи, которыми они дорожат, и этот человек был самым драгоценным его сокровищем.

Игроки, ставшие свидетелями всего произошедшего, пребывали в состоянии шока и оцепенело наблюдали, как Чёрный Дракон, которому полагалось быть кровожадным монстром, проигнорировал всю их группу, погнался за улетающим магом и наконец схватил его челюстями.

Однако рептилия не загрызла его насмерть, напротив, всё выглядело так, словно мага удерживают исключительно бережно.

Погодите-ка… Все наконец вспомнили, что пришли сюда, чтобы стать Убийцами Драконов и спасти принцессу. Но, позвольте, что не так с этим сюжетом?..

Что вообще творится в голове у Чёрного Дракона?

Что бы там себе ни думали игроки, а Чёрному Дракону, успешно добывшему своё самое драгоценное сокровище, больше не было дела до этих жалких букашек, смотрящих на него с земли. Он просто полетел к своему логову.

На такой большой высоте, даже если Гу Янь и не страдал акрофобией [1], положение, в котором он оказался, заставило его потерять всякое чувство безопасности. Однако хватка вокруг его талии была чрезвычайно крепкой. Маленький кот, чьи уши немилосердно тёрли и поглаживали, в качестве протеста схватил лапами руку юноши и начал вылизывать его пальцы. Веко Гу Яня слегка дёрнулось, он забрал руку из мягких лапок и ещё раз ущипнул заостренные уши непослушного котёнка.

[1] Акрофобия, как можно было догадаться, – это боязнь высоты.

Массивный чёрный дракон постепенно исчезал за горизонтом, и даже игроки самых дальнобойных классов могли лишь ошеломлённо смотреть ему вслед. Те, кто специализировался на ближнем бое, отказались от всяких мыслей об атаке ещё в тот момент, как монстр поднялся в воздух.

– Командир, мы… мы всё ещё планируем продолжать рейд?.. – столкнувшись подобной ситуацией, танк просто-напросто потерял дар речи. Он уже был мысленно готов к полному уничтожению команды, но Чёрный Дракон просто развернулся и улетел, захватив с собой мага. Это вообще не поддавалось никакой логике.

– Пусть кто-нибудь поднимется наверх и осмотрится. Пока просто подождём, когда остальные оживут и вернутся, – командир переключился на личный канал: – Кто-нибудь видел имя мага?

За этим вопросом последовала серия однообразных ответов – «нет». Этот маг не был частью чьей-либо группы, и поскольку он решил скрыть свое имя, никто не мог его узнать.

Игрок, которого послали на самую высокую точку парящего острова, чтобы оценить ситуацию, наконец вернулся. Он беспомощно развёл руками и сказал:

– Вокруг того острова барьер, мешающий войти посторонним, нам будет очень трудно приблизиться.

– Подождём, пока отряды перегруппируются, и тогда попытаемся прорваться, – нахмурился командир. Это было всё, что они сейчас могли сделать.

А Чёрный Дракон в этот момент как раз вернулся в свою пещеру со своим драгоценным сокровищем.

По красоте это место не могло сравниться с резиденцией правителя Долины Драконов. На всём парящем острове, где хозяйничал Чёрный Дракон, была всего одна пещера, и в ней он спал, вся же остальная территория представляла собой груду развалин.

Не самый живописный пейзаж.

Как ни посмотри, а это место не подходило для хранения сокровищ. Опустив молодого человека посреди пещеры, Чёрный Дракон задумался над этой проблемой.

Может быть, ему следует захватить самый большой парящий остров в Долине Драконов и позволить юноше жить в прекрасном дворце?

Он был недоволен собой за то, что не продумал этот вопрос должным образом, прежде чем действовать.

Гу Яня осторожно опустили на землю. Как только его спина коснулась земли, он торопливо встал, прежде чем Чёрный Дракон мог бы развернуться и уйти.

До этого момента с ним обращались чрезвычайно осторожно, так что, несмотря на огромный разрыв в физических характеристиках между драконом и человеком, последний совершенно не пострадал. Гу Янь наблюдал, как Чёрный Дракон опускает своё огромное тело и ложится на землю. Голова его лежала на передних лапах, пара наполненных жизненной силой крыльев слегка покачивалась, а красные глаза, как обычно, были устремлены на него из-под полуопущенных век.

– ...Цюцю, – встретив его горящий взгляд, Гу Янь вдруг ощутил сложную гамму эмоций.

Ну почему его возлюбленный так зациклился на подобных ролевых играх?

Он уже взял себе три личности, но этого ему показалось мало, и он нашёл четвёртую…

Хотя вся эта виртуальная игровая реальность изначально была просто игрой, это была мультимедийная ролевая онлайн-игра (MMORPG). Даже в нынешнюю эпоху, когда в моду вошли более футуристические игры, «Мир» всё ещё мог считаться чрезвычайно популярным.

Внезапно в его голове возникла мысль, что четверых участников как раз достаточно, чтобы начать партию в маджонг. Как только эта идея сформировалась, его воображение разыгралось в весьма странном направлении. Если он соберёт семь Цюцю, он сможет призвать Верховного Дракона [2]?

[2] Согласно легенде, по миру разбросаны семь драконьих жемчужин, и если храбрый воин сумеет найти их все, он сможет призвать Верховного Дракона и тот исполнит его желание

– Мя-ау! – услышав своё имя, тут же отозвался остроухий кот, а дракон, лениво развалившийся на земле, издал низкий рык и взмахнул хвостом.

Пододвинувшись ближе к массивному телу Чёрного Дракона, Гу Янь склонился над огромной мордой. На таком близком расстоянии он мог ясно видеть каждую чешуйку. Даже эта чешуя таила в себе разрушительную мощь, но для юноши она не представляла ни малейшей угрозы.

Когда Гу Янь приблизился, дракон приподнял голову и прижался к нему. Вот только размеры их слишком различались: всё тело юноши было не больше драконьей лапы. Так что, даже если он и хотел прижаться поближе, это было невозможно сделать.

– Грр, – недовольный Чёрный Дракон издал низкий рык. Большее тело не всегда было преимуществом.

Этот большой чёрный дракон жаждал лизнуть этого юношу своим языком, так же, как маленький остроухий котёнок вылизывал его пальцы.

К сожалению, в таком обличье это было невыполнимо. Язык дракона был похож на язык кошки, на нём тоже были крошечные зазубринки. И всё же, даже тут была разница.

Максимум, что могли вызвать зазубрины на кошачьем языке – это ощущение, как будто мягкая щетка скользит по коже, его можно было считать почти комфортным. Однако, согласно новелле, зазубрины на языке дракона были способны содрать человеческую кожу до кровавого месива.

Чёрный Дракон прищурил свои алые глаза, он желал вернуться в человеческий облик. Однако он быстро отбросил эту идею, потому что обнаружил, что стоящий перед ним юноша весьма заинтересован в его нынешнем теле.

Жёсткая чешуя расы драконов была непробиваемой бронёй. Под тёплыми и мягкими прикосновениями человека она ощущалась прохладной. Юноша, которого Чёрный Дракон привел в эту большую пещеру, казалось, наблюдал за какой-то диковинкой, левой рукой он придерживал остроухого котёнка, а правой поглаживал жёсткую кожу дракона.

Настоящий, реальный дракон! И он позволял прикасаться себе и наблюдать.

Он совершенно не понимал, что его действия было равносильны погоне за смертью. Гу Янь ощупал каждую часть дракона, лежавшего на земле. Он положил ладонь на голову рептилии, провёл ею по гибкой шее, а затем его руки двинулись к огромным крыльям. В конечном итоге даже длинный мощный хвост не избежал его внимания.

То, что называлось «перевёрнутой» чешуйкой драконьей расы [3], было куском чешуи в форме полумесяца на шее, под самым подбородком. При прикосновении к ней дракон впадал в ярость и обдавал обидчика губительным огненным дыханием.

[3] «Перевёрнутая» или «обратная» чешуйка – уязвимое место в прочной шкуре дракона, которое рептилия рьяно оберегает и не позволяет никому дотрагиваться до него. Китайцы часто употребляют это выражение, когда говорят о чём-то чрезвычайно важном для человека.

Однако юноша не только коснулся, он даже несколько раз мягко погладил кончиками пальцев эту часть его чешуи. Вопреки ожиданиям Чёрный Дракон даже не шевельнулся, он спокойно лежал на месте и только тихо порыкивал.

Что же касается его хвоста, то дракон воспользовался тем, что Гу Янь заинтересовался этой частью его тела, и несколько раз потёрся им о молодого человека. Кончик хвоста был тоньше, поэтому его легче было обхватить руками.

За исключением спины и живота, Гу Янь перегладил всё его тело как минимум один раз. Что касается причин, по которым он не касался этих двух областей, то первая заключалась в том, что для этого ему пришлось бы взбираться на дракона, а вторая – в том, что рептилия сейчас лежала на земле, отчего до живота было не дотянуться.

Тронутый таким безоговорочным послушанием до глубины души, Гу Янь не заметил, как сузились глаза Чёрного Дракона, а из глубины его горла вырвалось низкое рычание. Юноша вдруг вспомнил кое о чём:

– А где принцесса?

Задумавшись об этом вопросе, Гу Янь заставил себя оторвать взгляд от древнего и могучего зверя, который завладел всем его вниманием. Он начал осматривать огромную пещеру, в которой очутился.

Гроздья негаснущих огней свисали с каменных стен грота и до некоторой степени освещали драконье логово. Благодаря этому исследование Гу Янем пещеры продвигалось более гладко.

К сожалению, не успел он ещё толком оглядеться, как почувствовал, что нечто сжалось вокруг его талии. В следующую секунду эта вещь уже тянула его назад.

Перед глазами у него всё мелькнуло, и он оказался распластан на земле. Дракон потёрся кончиком морды о его тело.

То, что обвилось вокруг его талии и ограничивало его движения, будто цепь, оказалось хвостом Чёрного Дракона. Гу Янь вновь ощутил нервный тик, осознав, в каком положении они сейчас находятся…

В настоящее время он был буквально погребён под огромным телом Чёрного Дракона, и рептилия прижималась и ласково тёрлась о него.

Он был совершенно неспособен освободиться, его тело не могло сдвинуться ни на дюйм. Всё, что оставалось Гу Яню – это мягким и успокаивающим тоном спросить:

– Цюцю, будь умницей. Куда ты… подевал принцессу?

Он некоторое время поломал голову, пытаясь найти подходящий глагол, и в конце концов остановил свой выбор на слове «подевал».

В этот момент он заметил, что алые глаза Чёрного Дракона опасно прищурились. Это маленькое действие, казалось, всколыхнуло какие-то воспоминания в Гу Яне, и юноша быстро добавил:

– У меня нет никакого интереса к принцессе.

Похоже, это уточнение смогло умиротворить дракона. Он опустил голову, чтобы ещё раз потереться о молодого человека, затем повернулся и указал мордой в определённом направлении.

Посмотрев в ту сторону, Гу Янь обнаружил прекрасную девушку с мерцающими золотыми волосами. Она была очень юна, дорогое платье и маленькая корона на её голове недвусмысленно намекали на её происхождение.

К несчастью, эта благородная дама была столь небрежно отброшена Чёрным Драконом в дальний угол пещеры. Её глаза были закрыты, по-видимому, она пребывала в глубоком обмороке.

Легенды о том, что дракон любил принцессу, оказались чепухой. Гу Янь наконец понял, что имел в виду его возлюбленный, когда сказал ему ранее: «Дракон не полюбит принцессу».

И вот теперь он задал всего-то два вопроса о принцессе, а его возлюбленный уже выпил полный кувшин уксуса [3].  В этот момент Гу Янь внезапно, казалось, достиг просветления, и что-то в нём сломалось. Похоже, все эти сказки…

…Дерьмо собачье.

[3] Выпить уксуса = приревновать.

Даже если она была без сознания, она, по крайней мере, была жива. Человеческая принцесса ещё не стала жертвоприношением для Древней драконьей магии.

Кольца чёрного хвоста оплели тело Гу Яня до такой степени, что он лишился способности двигаться, поэтому юноша решил просто сдаться и позволить рептилии тереться о него. Поразмыслив над насущными проблемами, он вспомнил имя лидера рейда и решил отправить ему сообщение.

[Личное сообщение] [Сен Ло]: «Это связано с моим квестом, похищение Чёрным Драконом было частью плана. Принцесса вернется в целости и сохранности, так что не стоит беспокоиться».

Раздался сигнал оповещения, и командир рейдовой группы, который в данный момент вёл свой отряд на штурм защитного барьера, тут же приказал всем остановиться.

Наконец-то появилась разумная причина, почему Чёрный Дракон унёс игрока. Более того, имя этого мага делало его слова чрезвычайно правдоподобными.

Как игрок-одиночка, Сен Ло всегда вёл себя сдержанно и необщительно, поэтому многие игроки только слышали о нём, но никогда не видели вживую.

Любой, кто получит секретную миссию с баснословной наградой, естественно, будет держать подробности при себе. Они не могли винить юного мага за то, что тот ничего не рассказал им раньше.

Отправив сообщение, Гу Янь протянул руку, чтобы погладить опущенную голову Чёрного Дракона. Теперь игроки не будут сломя голову записываться в Убийцы Драконов. Но как же ему быть с миссией…

Его задачей было добыть сердце Чёрного Дракона, источник жизненных сил и могущества этих рептилий. Если его возлюбленный продолжит оставаться в теле Чёрного Дракона, Гу Янь, естественно, не сможет ничего предпринять.

Когда молодой маг закрыл виртуальную панель, на него уставились две пары глаз: алые очи Чёрного Дракона и золотистые – котёнка, вылизывавшего его щёку.

– А-Янь может выбрать иной способ получения «Ключа Первичного Хаоса», – прошептал ему прямо в ухо глубокий и хриплый голос, чей обладатель легко понял ход мыслей юноши.

– А-Янь может взять меня с собой и угрожать им мной, чтобы получить желаемое, - предложил голос. Это был очень простой, но грубый и жестокий метод, Чёрный Дракон даже привстал с земли в нетерпении.

Громадная чёрная рептилия больше не могла оставаться в спокойном и расслабленном состоянии, но по-прежнему не сводила глаз с человеческого юноши.

Услышав такое предложение от своего возлюбленного, Гу Янь на мгновение застыл, но вскоре обнаружил, что ему очень импонирует такой вариант развития событий.

«С кем поведёшься, от того и наберёшься», - безо всякой причины вдруг подумал юноша. Но даже если бы он и хотел взять Чёрного Дракона с собой, как бы он это сделал?..

Как только Гу Янь задумался над этой проблемой, его взгляд невольно сместился в направлении драконьей спины. Позволит ли Цюцю оседлать себя?

Ранее Гу Янь смирился с тем фактом, что ему не суждено было заполучить класс драконьих всадников, которые являлись неотъемлемой частью «западного фэнтези». В конце концов, учитывая гордость драконов и их высокомерное отношение к людям, они никогда не позволили бы этим «низшим существам» ездить на своих спинах. Но если речь идёт о его Цюцю...

Чёрные глаза юноши заблестели, и он пристально посмотрел на могучее тело рептилии, а точнее - на её спину. Дракон припомнил, что юноша однажды упоминал что-то о «драконьих всадниках». После того, как он сложил это с направленным на него горящим взором молодого человека, найти разгадку было несложно. Так что дракон снова опустился перед юношей.

– Цюцю? – Гу Янь протянул руки, чтобы погладить шею Чёрного Дракона. Его возлюбленный вёл себя так, словно ему в голову пришла та же мысль.

Услышав имя, дракон, который принял почтительную позу, опустив своё массивное тело, издал глубокий рык из своего горла. На протяжении всего процесса, начиная с того момента, когда юноша низшей человеческой расы забрался ему на шею, и до тех пор, пока тот не устроился на его спине, Чёрный Дракон был невероятно терпелив.

Хотя он принадлежал к высокомерной и благородной расе, он был совсем не против того, чтобы этот человек, которого он считал своим величайшим сокровищем, ехал на нём верхом. Как только они разберутся со всеми скучными делами, он бы желал, чтобы юноша оседлал его в несколько ином смысле...

В тот момент, когда Гу Янь взобрался на спину дракона, он услышал звук обновления квеста. Задание на его панели задач изменилось, от него более не требовали сердце Чёрного Дракона. Вместо этого он должен был угрозами и шантажом выманить «Ключ Первичного Хаоса» из лап Драконьей расы.

Когда этот квест будет завершен, «Ключ Первичного Хаоса», естественно, станет его наградой.

Шантажирование расы драконов, обладающей неописуемой разрушительной силой, было безрассудно смелым и откровенно самоубийственным поступком. Если он не ошибался в своих предположениях, после завершения этого задания его репутация среди Драконьей расы, несомненно, попадёт в зону «лютой ненависти».

Но это не вызывало у него особого беспокойства, по крайней мере, по сравнению с мыслью о возможном повторении инцидента с «домашним насилием». Гу Янь бы лучше пожертвовал своей репутацией, чем завершил квест по добыче сердца.

– Ну что, вперёд? – чувствуя под собой движение драконьих мускулов, юноша крепко обхватил руками шею рептилии.

Хотя люди и называли это ездой верхом, однако, учитывая разницу в размерах между человеком и драконом, невозможно было по-настоящему «оседлать» этих созданий.

В лучшем случае, человек скорее висел на спине дракона, чем сидел верхом. Неважно, в каком положении – стоя или сидя, да хоть лёжа, первым и главным условием было то, что дракон добровольно должен был позволить человеку забраться на него.

– Мяу, – остроухий котенок, растянувшийся на плечах юноши, тихо мяукнул в ответ, услышав его голос.

Лучше бы поскорее закончить эту битву. Как только они закончат с этим делом, он вернётся в эту пещеру и избавится от лишних вещей, которые сейчас здесь находятся. Затем он перестроит этот парящий остров в более удобное и красивое место, подходящее для хранения его драгоценного сокровища.

При мысли о лишних вещах в пещере, Чёрный Дракон сузил зрачки и бросил взгляд в сторону бесчувственной женщины, лежащей в углу пещеры.

Похищение принцессы было одной из необходимых точек игрового сюжета. Он сделал это вовсе не потому, что испытывал какие-то чувства к принцессе или что-то вроде того, как предположил юноша.

Игровые механизмы, управляющие его привязанностью, запускались исключительно молодым человеком, сидевшим на его спине, и эта «привязанность» предназначалась лишь для одного существа.

Для него невозможно было полюбить кого-то другого.

Чёрный дракон расправил свои огромные крылья. Они наравне с когтями и хвостом были естественным оружием Драконьей расы. Сидя на спине рептилии, Гу Янь почувствовал, как воздух вокруг него изменился в тот момент, когда чёрные крылья шевельнулись.

От этого движения образовались воздушные вихри, но дракон не позволил им коснуться юноши.

Он использовал свою Древнюю магию, чтобы наложить на молодого человека защитное заклинание, которое помогало тому сохранять устойчивое положение и не позволяло соскользнуть с чешуйчатой спины. В то же время этот защитный барьер мог отразить внешние угрозы, такие как различные физические атаки.

Каково это – быть Драконьим Всадником? Если бы кто-то спросил об этом Гу Яня прямо сейчас, он бы не раздумывая ответил: «Восхитительно».

Без сомнения, это была самая крутая профессия в этом виртуальном мире, не было ничего, что могло бы подарить ему более волнующий опыт.

Когда они покинули пещеру, перед их глазами предстал фантастический пейзаж, раздвигающийся всё шире и шире, по мере того, как они поднимались всё выше и выше. Гу Яню казалось, что он вскоре сможет охватить взором всю Долину Драконов.

К этому моменту Чёрным дракон вознёс его на такую высоту, куда не мог добраться ни один летающий конь. Парящие острова, на которые ему прежде приходилось смотреть снизу-вверх, задрав голову, теперь плыли под ним, включая даже самый большой остров, принадлежавший правителю Долины Драконов.

Скорость полёта дракона была намного выше, чем у любого другого летающего животного в игре. У них ушла всего пара минут, чтобы добраться от пещеры до этого места.

Бесчисленные драконьи стражи охраняли огромный парящий остров, но никто из них не заметил приближения Чёрного Дракона, намного превосходящего их по силе.

Таково было значение абсолютной мощи, они не могли видеть сквозь магию сокрытия своего сородича. В итоге, они просто продолжали нести патруль, совершенно не догадываясь о приближающейся опасности.

Шантажировать всю драконью расу, да ещё и таким немногочисленным составом: один-единственный дракон да человеческий маг, – если задуматься, это звучало скорее как сказка из «Тысячи и одной ночи»[1].

[1] «1001 ночь» используется здесь, чтобы показать, насколько невероятным и опасным было их положение.

Но сейчас Гу Янь просто прижался щекой к шее Чёрного Дракона, а тот, кому тело рептилии служило сосудом, был Светлым Разумом этого мира. Уже одного этого факта было достаточно. Юноша продолжал обнимать дракона за шею, заранее соглашаясь с его дальнейшими действиями.

Драконы были символом могущества, и, если кто-то желал оказать давление на такую расу, самым подходящим способом была грубая сила.

Как говорится, «подумав, решайся, а решившись – не думай».

Чёрный Дракон глубоко вдохнул над головами ничего не подозревающих патрульных стражей парящего острова.

Через несколько секунд последовало драконье дыхание, сметающее всё на своём пути. Кроме патрулей на этом острове, расположенном в самом сердце Драконьей долины, не было никаких других защитных механизмов. Так что он был легко поглощён морем пламени.

Дворец правителя драконов находился в центре острова. Дыхание Чёрного Дракона представляло собой тёмную разрушительную магию. Любая форма жизни, которой коснулось это пламя, если не сгорала дотла, то подвергалась воздействию тёмной энергии.

Защитный барьер, созданный драконьей магией, не мог справиться с разъедающим пламенем Чёрного Дракона. Независимо от того, насколько мощным был этот щит, он был с лёгкостью разрушен.

Правитель долины, который изначально пребывал во дворце в человеческом облике, мгновенно перекинулся в свою драконью форму. Остальные драконы быстро полетели к острову, собравшись вокруг великого священного дракона, готовые к бою и внимательно следящие за каждым движением Чёрного Дракона.

Столкновение вот-вот должно было произойти, но в этот критический момент драконы, только что вернувшиеся к своим первоначальным формам, начали один за другим замечать нечто такое, что заставляло их сомневаться в собственных глазах.

На спине этого извращённого и безумного зверя сидел слабый и хрупкий человеческий юноша. Более того, он, вроде бы… обнимал этого монстра за шею?

– Опуститься  до того, чтобы позволить низкому человечишке оседлать себя! Для нашей расы это просто… – на драконьей морде нельзя было прочесть никакого выражения, но один его тон прекрасно выдавал всё презрение, испытываемое  Красным Драконом к своему врагу.

Дойдя до середины фразы, он замолк, вспомнив, что это чудовище больше не может считаться частью Драконьей расы. В воздухе повисло молчание.

Однако все присутствующие и так поняли смысл незаконченного предложения.

Для Драконьей расы это просто позор.

Позволить человеку ехать верхом на себе было величайшей формой унижения для дракона.  Тем не менее, Чёрный Дракон перед ними, казалось, подставил собственную спину с большой охотой и даже... добровольно защищал человека, сидящего на нём.

Но они уже не считали Чёрного Дракона одним из своих, и независимо от того, во что он превратился, это их не касалось. Для них он был просто омерзительным монстром.

– Мяу…– котёнок, лежащий на плече юноши, лизнул его в щёку и тихо замурлыкал. Казалось, он не обращал ни малейшего внимания на слова противника.

Чёрный Дракон прищурил свои алые глаза. Будучи окружённым драконами всех цветов, слетевшихся с парящих островов, он не ощущал никакого давления или угрозы.

Размерами своего тела он превосходил любого из них, и только Правитель драконов мог хоть как-то противостоять ему.

Все драконы ощутили на себе губительное дыхание Чёрного Дракона и были не в силах погасить разъедающее всё на своём пути чёрное пламя.

Попав внутрь, искры этого пламени начинали жечь тело до тех пор, пока боль не становилась очевидной и не достигала уровня, превышающего их выносливость. В конце концов драконы стали неуютно ерзать и сворачиваться в клубок.

– Что происходит? – Зелёный Дракон, наконец, понял, что с его товарищами что-то не так, и поспешно поднял голову, задавая вопрос, на который никто не мог ему ответить.

Гу Янь обнимал Чёрного Дракона за шею, размышляя про себя, что теперь они, похоже, перешли на тёмную сторону, или, проще говоря, стали злодеями в этой истории. Снова взглянув на панель заданий, Гу Янь пришёл к выводу: этот квест был придуман просто для того, чтобы позволить ему поиздеваться над другими людьми... ах, нет-нет, чтобы поиздеваться над драконами.

– Молодой человек, вы понимаете, к каким последствиям приведут ваши действия? – слова давались Правителю драконов с трудом. Пара ярких золотистых глаз уставилась на черноволосого юношу, сидящего на спине Черного Дракона.

В этот момент в облике священного дракона не осталось ничего человеческого. Несмотря на то, что его лучшие годы давным-давно миновали, этот дракон казался непоколебимым.

– Гррра! – не дожидаясь ответа юноши, Чёрный Дракон сузил свои алые глаза и издал угрожающий рык в сторону противника.

Разумеется, не будет никаких последствий. Он защитит своё сокровище.

– Передайте мне Ключ Первичного Хаоса, – не выбиваясь из образа, потребовал Гу Янь.

– Этот человек был околдован, – исцелив своего союзника, Зелёный Дракон вернулся в исходное положение и уверенно высказал свое мнение.

Злых заклинаний, известных Черному Дракону, было не счесть. С точки зрения Зелёного Дракона, если бы разум юноши не был затуманен, то по природе человеческой расы, стремящейся к выгоде, но избегающей при этом неприятностей, жадной, и в то же время страшащейся смерти, он бы не осмелился оскорбить всю Драконью расу ради извращённого монстра.

Услышав эти слова, другие драконы уставились на него так, словно не понимали, о чём он говорит.

Судя по тому, что они видели, предположение, что человек был пострадавшей стороной не казалось таким уж реальным. Трудно было сказать, кто из них кого околдовал...  ведь Чёрный Дракон относится к человеку, сидящему на его спине, с величайшим вниманием и заботой. Даже когда тот прикоснулся к перевёрнутой чешуйке на его шее, никакой реакции не последовало.

Зелёный Дракон, который тоже заметил этот момент, замолчал и снова задумался. Если бы кто-то дотронулся до его собственной перевернутой чешуйки, он немедленно и без колебаний разорвал бы на части существо, которое осмелилось на такой поступок.

Они ничего не могли понять.

– Это совсем не то, о чём мы договаривались, – отрезал священный дракон. В этот же момент остальные драконы бросились в атаку.

В этой битве Гу Янь не принимал ровным счётом никакого участия. Физических возможностей человеческой расы было совершенно недостаточно для вмешательства в схватку между драконами. Даже если бы тут была целая армия людей, в силу природного могущества драконов, она была бы уничтожена в считанные мгновения.

С самого начала у Черного Дракона не было ни малейшего намерения позволить человеку на его спине сражаться в этой войне. Защитная магия накрыла юношу прочнейшим барьером. Драконья спина превратилась в безопасную смотровую площадку, и всё, что нужно было делать человеческому магу – это наслаждаться видом.

«А-Янь, держись за меня крепче».

Черный Дракон не произнёс ни звука, но посреди битвы рядом с ухом Гу Яня раздался голос Асы, глубокий и хриплый.

Держись крепче?

Услышав эти слова, Гу Янь тут же обхватил драконью шею сильнее, чтобы не отвлекать своего Цюцю от демонстрации могущества. Прильнув всем телом к спине Чёрного Дракона, юноша кивнул:

– Хорошо.

Чёрный Дракон, желавший, чтобы человек прижался к нему потеснее, руководствовался не соображениями удобства или облегчения маневрирования, а лишь собственными эгоистичными мотивами.

Когда-то давно драконам уже довелось испытать на своей шкуре бедствие, вызванное чёрными драконами. Даже если они принадлежали к одной расе, в разуме драконов крепко засели предубеждения против своих чёрных сородичей. Более того, обезумевший и превратившийся в чудовище дракон, с которым они сейчас сражались, лишь укрепил эти предрассудки.

Возможно, чёрных драконов вообще никогда не должно было существовать—

Битва между драконами отличалась от человеческих войн. Они не нуждались в стратегиях, так как инстинктивно знали, как лучше использовать свои непревзойдённые физические характеристики в качестве оружия. Каждая часть их тела была смертоносной машиной для убийства.

Битву драконов можно было бы назвать лобовым столкновением.

Дракон, летящий на полной скорости, превосходил самый продвинутый самолёта, построенный расой гномов. Гу Яню, надежно защищённому барьером, не нужно было беспокоиться о падении, так что он просто поглаживал котёнка. Он наблюдал, как приближающийся к нему Бронзовый Дракон был отброшен правым крылом Чёрного Дракона и получил зияющую рану. Затем последовал взмах хвоста, и Бронзовый Дракон тяжело рухнул вниз.

Будто рассерженный попыткой атаковать человека, сидящего на его спине, Чёрный Дракон сощурил глаза и взмахнул парой огромных крыльев, а затем испустил ещё один выдох—

Температура воздуха вокруг них быстро поднималась, и жар от дыхания дракона, казалось, осветил всё небо огнём, окрашивая его в алый оттенок.

Но у жертв волны драконьего дыхания не было возможности насладиться этой картиной.

Предводитель драконов установил защитный барьер, чтобы защитить своих товарищей. К несчастью, то, что должно было быть непроницаемым барьером, медленно истончалось и трескалось.

Разрушительное тёмное пламя, которое, казалось, превратилось в расплывчатые тени, проникло сквозь трещины в защитном барьере, разъедая его. Найдя свою цель, оно проникало в толстую драконью броню и начинало разрушать их плоть.

– Гррррааа!

Те, кто не сумел скрыться от языков чёрного пламени, издали полный боли рёв, оглушительными криками отозвавшийся в ушах всех остальных драконов. Они ясно видели, как пламя, прокладывающее себе путь наружу из тел их товарищей, медленно разрасталось, пока полностью не поглотило несчастных.

В воздухе одновременно вспыхнули огромные огненные шары. На доспехах драконов, попавших в ловушку разрушительного пламени, начали образовываться трещины.

Не потребовалось много времени, чтобы эти огненные шары упали на землю, как прежде Бронзовый дракон. В тот момент, когда огромные драконьи тела коснулись земли, раздался оглушительный грохот.

Сидя в самом безопасном месте и с лучшей позицией для наблюдения за всем происходящим, Гу Янь молча подумал, что его Цюцю  разгромил противника в пух и прах.

Он правда это сделал. Полностью и бесповоротно раздавил их. Это вызвало у него такое чувство, как будто они поменялись ролями – тот, кто был окружён, и те, кто его окружали.

Такой результат был совершенно неожиданным. Явная разница в силе заставила драконов пересмотреть свои взгляды на разрушительную магию чёрных драконов. С древних времён и до сей поры они были самыми могучими представителями Драконьей расы.

Просто после того, как чёрные драконы почти исчезли, они стали забывать об этом.

– Человек, если хочешь получить Ключ Первичного Хаоса, останови его, – Правитель драконов вновь поднял взгляд своих золотых глаз на темноволосого юношу.

Даже если бы человек не озвучил условия для прекращения этой войны, у них больше не было возможности победить своего противника. Священный Дракон, проживший сто тысяч лет, не мог не признать этого факта.

В то же время для него было очевидно, что именно человеческий маг был единственным, кто мог контролировать действия Черного Дракона. Хоть он и не мог понять, что служило тому причиной, на данный момент это не играло роли.

Ключ Первичного Хаоса не представлял собой никакой ценности и не был чем-то важным для него. Священный дракон охотно обменял бы его на жизнь своих товарищей.

С тех пор как появился безумец, осмелившийся напасть на юношу, алые зрачки Черного Дракона оставались суженными в вертикальные щёлки. Гу Янь прижался лбом к его шее.

Черный Дракон ощутил это маленькое действие и слегка прикрыл глаза. Наконец, он прекратил свою атаку и вновь успокоился.

– Если принесёшь клятву Верховному Богу, мы отдадим тебе то, что ты хочешь, – клятва Верховному Богом этого мира не позволяла уклониться от выполнения обещания. Лично испытав оковы этой клятвы, Священный Дракон был предельно уверен в этом.

– … – Гу Янь молча сидел на спине Чёрного Дракона.

И дело было не в том, что он не хотел приносить клятву. Просто, судя по всему…

[Верховный Бог] этого мира… разве это не его Цюцю?

Условия клятвы на самом деле были очень просты. Гу Янь не должен был делать ничего, что могло бы причинить вред расе драконов, и, поскольку клятва была обоюдной, её ограничения распространялись и на расу драконов.

В тот момент, когда клятва была завершена, Гу Янь увидел, что статус миссии на его панели квестов сменился на «Завершено». Стоило юноше подумать о том, что так называемый «Великий Бог» и его Цюцю были одной и той же личностью, так что клятва никак не повлияла бы на него, выражение его лица стало немного странным.

Гу Янь поймал брошенный ему Ключ Первичного Хаоса. Это был тёмный и тяжелый металлический шар, который юноша просто бросил в свой инвентарь. Его цепочка квестов Легендарного уровня наконец-то была завершена, оставалось только получить награду.

Всё это было до ужаса легко.

На самом деле, если подумать, задания, выданные эльфами и драконами, были полны скрытых трудностей. Одни требовали от него зачистить данж Падшей Бездны, а другие –  одолеть  Чёрного Дракона, который в битве против всех своих сородичей не получил ни единой царапинки.

Если бы не Цюцю, который был самым бессовестным читером в этом мире, Гу Янь предположил, что застрял бы уже на первом этапе. В конце концов, данж Падшей Бездны – не то место, которое можно пройти на раз-два.

Клятва была принесена. Море огня, поглотившее парящий остров, постепенно отступало, даже чёрное пламя на телах драконов растворялось в воздухе, пока совсем не исчезло.

Противники всё ещё стояли лицом друг к другу, никто из них не сделал ни единого движения.

– Вы, люди, всегда стремитесь заполучить опасное оружие в свои руки, но никогда не задумываетесь о последствиях, – растеряв свой боевой дух, Священный Дракон бросил напоследок предупреждение человеческому магу и отступил. Громким рыком он позвал своих товарищей и повёл их к острову.

– Мяу… – котёнок в объятиях юноши с большим трудом обхватил хвостом его руку и лизнул его пальцы. Тихим мурчаньем он выражал своё послушание.

Это было в порядке вещей – прятать от чужих глаз и защищать своё драгоценное сокровище, он ни в коем случае не позволит юноше пострадать.

– Осталось только вернуть принцессу, и всё будет кончено, – Гу Янь почесал подбородок остроухого котёнка и погладил его по спинке.

С самого первого мира, с самой первой их встречи, даже когда они ещё были врагами и держались настороже, он  не причинил ему вреда. Как и в последующих мирах.

Чёрный Дракон нёс юношу в своё логово. Услышав его слова, он лишь тихо рыкнул в ответ.

Несмотря на то, что в каждом новом мире он терял свои воспоминания, в нём жил инстинкт, ещё более глубокий, чем воспоминания. И с каждым новым миром этот инстинкт укоренялся в нём всё глубже.

Его самый любимый человек ––

Если он увидит его, то непременно узнает, всем своим существом узнает. Так и в этом мире, когда он впервые заметил мага, сражающегося на арене, будучи Светлым Разумом, Аса ощутил, как нечто похожее на смертельный вирус вторглось в его тело.

Голос, казалось, продолжал твердить ему: «Этот юноша  – самый важный человек в твоей жизни».

Впервые у него появился интерес к реальному миру, желание иметь реальное тело. Это полностью опровергло его представление о том, что мир скучен, даже если реальность и виртуальный мир были чем-то, что было досконально известно и подвластно ему. Он больше не чувствовал скуки и разочарования.

Когда они вернулись в пещеру, Гу Янь под тяжёлым взглядом Чёрного Дракона шагнул к потерявшей сознание принцессе. Ему предстояло сообразить, как же отослать девицу восвояси.

Можно было использовать летающую лошадь, чтобы доставить принцессу в ближайший город, а там уж, как он полагал, NPC или другие игроки сопроводят её до дома.

Нужно было разобраться с этим поскорее, пока какой-нибудь дурак не примчался сюда, чтобы стать Убийцей Драконов.

Вызвав своего летающего скакуна, Гу Янь хотел было посадить на него потерявшую сознание золотоволосую принцессу, как вдруг что-то оттащило его назад на несколько шагов.

Чёрный Дракон обернул свой хвост вокруг талии юноши, затем притянул его к себе и прищурился. Одновременно с этим он закончил кастовать заклинание.

Символы драконьего языка начали вспыхивать над бессознательной принцессой, и когда они полностью окружили её, чары активировались.

Матрица телепортации озарилась тёмным светом, и девушка, лежащая в её центре, исчезла.

Гу Янь застыл. Он мог бы справиться и сам, не беспокоя других. Он собирался уладить всё собственноручно. Однако, похоже, его возлюбленный был явно против того, чтобы он вступал в контакт с кем-то ещё.

Отослав посторонних из пещеры, Чёрный Дракон хвостом подтянул своё сокровище поближе и потёрся о него подбородком.

Драконья чешуя была жёсткой и грубой, но если не прикладывать слишком много сил, она не причинит боли. И всё же, если сравнивать с тёплым и пушистым мехом, прикасаться к чешуйкам было не так приятно.

Гу Янь поднял руку и погладил Чёрного Дракона. Примерив на себя роль Драконьего Всадника, юноша спускался с его спины с заметной неохотой.

Выражение лица юноши было очень просто понять. Дракон опустил голову и улёгся, тихо рыча.

– А-Янь хочет покататься на мне? – глубокий и слегка хриплый голос прозвучал рядом с его ухом. Это был голос, принадлежавший Асе.

Это предложение было чрезвычайно заманчивым. Гу Янь был весьма заинтересован в профессии Драконьего Всадника, и если бы не тот факт, что в игре этой профессии не существовало, он бы уже давно создал побочный аккаунт, чтобы взять её. И у этого побочного аккаунта были все шансы стать основным.

Эта мысль была чрезвычайно соблазнительной, и он лишь на мгновение заколебался, прежде чем быстро кивнуть.

– Мяу.

В тот же миг маленький котёнок, лежащий на его плече, тихо мяукнул, и Гу Янь привычно поднял руку, чтобы погладить пушистое существо. Но сделав это, он неожиданно очутился в объятиях незнакомца.

– ...Цюцю, – быстро пришёл в себя Гу Янь.

Хоть красивое лицо было ему незнакомо, красные зрачки мгновенно привлекли внимание юноши. Ему потребовалась лишь секунда, чтобы понять, что мужчина перед ним – Чёрный Дракон в своём человеческом обличье.

В этом мире у его возлюбленного было слишком много сосудов. Каждый раз, когда они встречались, тот был в новом теле, и Гу Янь приходилось тратить некоторое время, чтобы приспособиться к новой внешности. К счастью, за исключением облика, в них было много похожих и знакомых ему черт.

Как только с губ Гу Яня сорвалось имя, Чёрный Дракон потянул его за собой в глубины пещеры. Чем дальше они шли, тем меньше света проникало в их окружение, отчего пещера казалась чрезвычайно тёмной.

Когда они остановились, юноша услышал, как его возлюбленный произнёс короткое и простое заклинание Драконьей магии. Стены по обе стороны пещеры озарились маленькими огоньками, и повсюду разлился мягкий свет.

В любой сказке, где упоминаются драконы, присутствуют огромные и неизмеримые горы сокровищ. Именно по этой причине многие смельчаки рисковали своими жизнями, чтобы стать Убийцами Драконов.

В тот момент, когда его поле его зрение было залито светом, Гу Янь лично убедился в правдивости этих историй. Он воочию увидел «несметные сокровища».

Редчайшие драгоценности, которые трудно отыскать во внешнем мире, даже те, что не имели себе цены, были собраны в сокровищнице Чёрного Дракона. Бесчисленные самоцветы были свалены в кучу в одном углу и беспорядочно разбросаны вокруг. Если бы Гу Янь сделал ещё один шаг вперёд, то наступил бы на тёмно-зелёную демоническую жемчужину, напитанную магией.

«Бессердечные и лишённые малейшего следа человечности». Эта фраза была, пожалуй, лучше всего подходила для описания драконьей расы.

В этой пещере можно было просто подобрать что-нибудь наугад, чтобы обнаружить предмет по меньшей мере Эпического класса. Предметы Легендарного класса тоже были здесь нередки, и единственными, кто мог бы владеть таким богатством, были драконы.

Но для чего Цюцю привёл его сюда…

Погружённый в свои мысли, Гу Янь не заметил, как Чёрный Дракон опустил его на груду сокровищ.

Строго говоря, он лежал на Чёрном Драконе, а дракон в человеческой форме лежал на груде сокровищ. Его алые глаза сузились и остановились на юноше.

Драконы любили собирать всевозможные сокровища, можно сказать, это было их природой. Ту драгоценность, которая была им особенно по душе, многие драконы предпочитали сторожить самолично, и даже дарили ей другие сокровища в качестве спутников.

Все сокровища в этой пещере предназначались только для того, чтобы служить спутниками этому юноше. Чёрный Дракон в человеческом обличье устроился на груде сокровищ и позволил Гу Яню сесть на него сверху.

Глядя на свое самое драгоценное сокровище сузившимися зрачками, Чёрный Дракон поднял руку, чтобы притянуть юношу к себе, и нежно поцеловал пару бледных губ.

Его целовали то здесь, то там. Когда Гу Янь наконец отреагировал, он тут же выразил мнение, что такое развитие событий было немного неправильным. Разве они не договорились, что он будет кататься верхом на драконе?..

Что насчёт его желания стать Драконьим Всадником?

– А-Янь верхом на мне, – Чёрный Дракон заметил выражение его лица и слегка изменил положение сидящего на нём человека.

Гу Янь: «…»

А можно он не будет кататься на этом драконе?

Одного взгляда ему хватило, чтобы понять, что юноша собирался сбежать. Руки Чёрного Дракона обхватили его за талию, отчего Гу Янь оказался в ловушке и совершенно не мог вырваться.

Крепко удерживаемый за талию, юноша не мог встать и мог лишь оставаться в нынешнем положении.

Он хотел оседлать дракона, но не так! Эта позиция была совершенно неправильной!

Теперь, когда он сидел верхом на драконе, у него дёрнулось веко:

– Разве мы не занимались этим вчера…

Фразу не нужно было заканчивать, к этому времени выражение лица Гу Яня стало несколько неестественным.

Алые зрачки Черного Дракона сузились. Услышав эти слова, он ответил с предельной серьёзностью:

– Я хочу А-Яня каждый день.

На самом деле, речь шла не просто про каждый день. Он хотел заниматься этим каждый миг.

Однажды ему в голову пришла нездоровая мысль: запереть юношу в своем виртуальном мире. В мире, который он создал. И использовать все доступные способы, чтобы овладеть им. Чтобы вторгаться в него весь день и всю ночь.

Однако это было невозможно. Потому что он знал: к самому драгоценному сокровищу нужно относиться с заботой и любовью. Эти два чувства были важнее, чем его жажда обладания. Аса поместил этот мыслительный процесс в карантин и уничтожил его ещё в зародыше.

Вот почему слова, произнесённые Чёрным Драконом, уже демонстрировали крайнюю сдержанность.

Гу Янь поперхнулся, получив такой прямолинейный ответ. Чёрный Дракон тут же почувствовал скованность человека, оседлавшего его тело.

Он решил, что это, скорее всего, из-за застенчивости человеческой расы, к тому же, услышав его слова, юноша просто молча опустил глаза.

Гу Янь не отверг его. Придя к такому выводу, Чёрный Дракон притянул к себе своё драгоценное сокровище для поцелуя.

Слегка покусывая и целуя бледные губы юноши, дракон вдруг почувствовал, что собранных им реликвий недостаточно. Их совершенно не достаточно, чтобы служить спутниками для его самой важной драгоценности!

Гу Янь, сидящий в весьма компрометирующей позе и получающий поцелуй за поцелуем, бросил лишь одну фразу напоследок, прежде чем отказаться от сопротивления:

– …Не балуйся с данными.

К его удивлению, красивый и пленительный в своём человеческом облике Чёрный Дракон кивнул и быстро согласился:

– Хорошо.

Получив его обещание, Гу Янь мог окончательно расслабиться. По крайней мере, он сможет оставаться в относительно трезвом состоянии ума.

Конечно, это было лишь его наивное предположение.

Решив удовлетворить своё желание перед тем, как он позволит юноше стать настоящим Драконьим Всадником, Чёрный Дракон перевернул Гу Яня и прижал его к груде сокровищ, меняя их позу. Он взял левую руку юноши, притянул её ближе и осторожно лизнул ладонь.

В любом обличье на языке на языке дракона остаются зазубринки, но в человеческой форме они становились гораздо мягче. Эти крошечные выступы не могли причинить вреда коже.

Гу Янь почувствовал, как ладонь, по которой только что прошёлся шершавый язык, будто горела, и эта область быстро нагревалась. Ему инстинктивно захотелось отдёрнуть руку.

К сожалению, его усилия были ничтожны против драконьей хватки. Даже когда он резко отпрянул назад, он не смог сдвинуть руку ни на дюйм.

Точно так же, как язычок котёнка вызывал лёгкое покалывание на подушечках его пальцев, язык Чёрного Дракона заставлял Гу Янь чувствовать невыносимый зуд. Нет, это был не просто зуд…

От запястья и до кончиков пальцев, Чёрный Дракон не пропустил ни одного участка, дразня языком и посасывая красивые тонкие пальцы юноши. Когда он это сделал, то услышал, как дыхание человека под ним становится всё более прерывистым.

Жар на его пальцах, казалось, быстро распространялся, даже выдыхаемый им воздух стал горячее. Гу Янь чувствовал себя так, словно всё его тело было охвачено жаром.

Уголки его глаз быстро покраснели, и Чёрный Дракон, который ясно видел эту сцену, был чрезвычайно доволен результатами. Прищурившись, он продолжил посасывать длинные тонкие пальцы.

Чёрный Дракон отпустил его пальцы только спустя долгое время, когда он наконец услышал тихий стон юноши под своим телом. Через мгновение он наклонился и прижал юношу к земле с ещё большей силой.

Он и в самом деле не изменил ничего в настройках. Глядя в затуманившиеся глаза юноши, Чёрный Дракон продолжал осыпать его губы поцелуями.

Вышеприведенная сцена была полностью обусловлена телесными жидкостями Драконьей расы, которые обладали особым свойством. Что же касается причины, то она была связана с природой драконьей расы.

Гу Янь был вынужден выполнить ряд непристойных действий, прежде чем он полностью потерял способность говорить. Но не это вызвало у него желание сбежать и спрятаться. Что действительно шокировало его, так это тот момент, когда он обнаружил, что у Чёрного Дракона, принявшего человеческую форму, было целых два…

– ?! – его веко дрогнуло. Гу Янь внезапно вспомнил чрезвычайно важную информацию, связанную с расой драконов.

У Восточных драконов было змееподобное тело, в то время как Западных драконов часто насмешливо называли крылатыми ящерицами. Но как бы то ни было, и у тех, и у других была одна общая характеристика.

– Невозможно… – когда его вернули в прежнюю позу верхом, он понял молчаливое предложение дракона. Гу Янь изо всех сил покачал головой из стороны в сторону.

Чёрный Дракон прищурил свои алые глаза и напомнил низким и хриплым голосом:

– Разве А-Янь уже не испытал это однажды?

Эти слова мгновенно заставили Гу Яня впасть в полное оцепенение. Тогда, в том тёмном пространстве… те безнравственные действия…

Пользуясь тем, что юноша был погружен в ступор, Черный Дракон начал демонстрировать ему, что это было вполне возможно.

…

Получив своё драгоценное сокровище, Чёрный Дракон был доволен и исключительно послушен. В этом виртуальном мире смена одежды или очищение тела осуществлялись легко и быстро. Одежда юноши, которая прежде была разорвана в клочья, вновь обрела свой первоначальный вид.

Дракон остался в своей человеческой форме и теперь лежал среди груды сверкающих сокровищ, крепко обнимая свою драгоценность и отказываясь отпускать.

Положив подбородок на плечо юноши, Чёрный Дракон опустил взгляд и спокойно смотрел на квестовую награду. Легендарный предмет, который принадлежал исключительно классу магов: «Рагнарёк»

Глаз Вьентьяна, священный артефакт эльфов, а теперь – Ключ Первичного Хаоса. Эти три компонента составляли Легендарную цепочку квестов.

Теперь юный маг вливал магию, чтобы соединить их вместе, пока не почувствовал, что запасы его маны приближаются к единице. Наконец он услышал ясный звук оповещения: [Динь.]

Внезапно перед ним возникла книга заклинаний, ещё более древняя, чем та, которой он пользовался раньше. На обложке были выгравированы буквы на языке, который Гу Янь никогда раньше не видел в игре.

– Божественный язык? – Гу Янь протянул руку, чтобы нежно погладить выгравированные на обложке буквы. Если этот язык не принадлежал ни одной расе на континенте, значит, он мог принадлежать только богам.

– Да, он был сгенерирован случайным образом, – мягко пояснил голос Асы. Он совершенно не заботился о различных языках, которые создал.

Чтобы повысить реалистичность игры, Аса назначил идеальную языковую установку для каждой из рас. Однако, чтобы облегчить общение между различными расами, он добавил общее наречие, им-то и пользовались игроки.

Сгенерирован случайным образом… Гу Янь некоторое время молчал, но вскоре примирился с услышанным.

Положив руку на книгу, безмолвно парящую в воздухе, Гу Янь убрал своего старого компаньона в инвентарь и экипировал новую магическую книгу заклинаний в свой оружейный слот.

Этот Легендарный цепной квест можно считать завершённым.

Прошло много месяцев, и до следующего четвертьфинала Лиги Чемпионов оставался всего несколько недель. Гу Янь уже купил зрительский билет.

Хотя у него самого не было никакого желания принимать участие в таких мероприятиях, наблюдать за ними всё равно было весело.

Когда дело доходило до соревнований, естественно, делались ставки на чемпиона сезона. В Лиге Чемпионов Гу Янь видел много знакомых лиц, но самым знакомым из них определенно был наименее надёжный на вид Паладин.

Для участия в чемпионате он выбрал себе ник «Dark Mist». С точки зрения зрителей, его шансы на победу были невелики.

– А-Янь хочет поставить на него? – мир, в котором они находились, был очень толерантен к гомосексуалистам, и они были обычным явлением. Другие игроки могли видеть Асу в его Драконьем сосуде, принявшем человеческое обличье. Он спокойно наблюдал за суетой, опустив подбородок на плечо темноволосого юноши.

Тон его возлюбленного, казалось, нёс в себе какой-то скрытый подтекст, и Гу Янь решил уточнить:

– Я ставлю не на него, я ставлю на победу всей его команды.

Мало кто верил в победу «Dark Team», благодаря чему соотношение ставок было весьма заманчивым для Гу Яня. Как автор этого романа об онлайн-играх, он отлично знал, кто станет победителем чемпионата.

В данный момент главный герой этого мира всё ещё собирал свою собственную команду и должен был появиться только в следующем ежеквартальном соревновании сезона. Поэтому чемпионство в этом сезоне достанется команде «Dark Team», настоящей тёмной лошадке.

– Если я поставлю все свои сбережения и проиграю, Цюцю должен будет обеспечить меня в будущем, – эти слова были просто шуткой, но в тот момент, когда они сорвались с его языка, Гу Янь почувствовал, что его губы были запечатаны поцелуем.

– Договорились, – он никак не прокомментировал решение юноши и просто кивнул.

Он был готов обеспечить своего возлюбленного, и сделал бы это весьма охотно. Так что, когда были объявлены результаты чемпионата, Аса был немного разочарован.

«Этого хватит, чтобы оставаться в игре ещё много лет», – лениво подумал Гу Янь, глядя на цепочку цифр, только что добавленных к его счёту.

Пребывание в этом мире было довольно комфортным. Он повернул голову, чтобы посмотреть на человека, чей пристальный взгляд всегда следовал за ним, и, встретившись с этой парой красных глаз, Гу Янь протянул руку, слегка коснулся волос своего возлюбленного и с нежностью погладил того по голове.

[Жизнь] Светлого Разума была бесконечной. Однако Гу Янь был человеком, и даже если это был мир будущего, даже если мог долго сохранять свою молодую внешность в игре, возможности его физического тела имели свой предел.

– Цюцю, будь умницей, – Гу Янь улыбнулся своему возлюбленному. По крайней мере на протяжении того ограниченного времени, что доступно этому телу, они будут вместе.

Как только чемпионат завершился, ещё одним событием, которое вызвало такой же ажиотаж и получило такую же популярность, стала Фестивальная Лига. Верный своему обещанию, Гу Янь согласился принять участие в этом мероприятии в качестве почётного гостя и ради этого прибыл в город Z.

Благодаря тому, что у Асы теперь был сосуд в реальном мире, ему больше не нужно было принимать вводящую в заблуждение форму виртуального домашнего питомца в телефоне Гу Яня. Тем не менее, он всё ещё жаждал большего и хотел прижаться к юноше в форме роботизированного домашнего животного. Одновременно он заставил робота-компаньона обхватить его руками за талию.

Его сокровище было слишком красиво, чтобы позволить кому-то смотреть на него. Если он заранее не провозгласит своё право на владение им, на него могут позариться другие.

«?» – заметив краем глаза, как изменился взгляд его возлюбленного и как потемнели эти фиолетовые радужки, Гу Янь вопросительно перевел взгляд со сцены на мужчину.

Пара глаз слегка прищурилась, после чего Гу Янь услышал, как его возлюбленный особенно глубоким голосом произнёс:

– А-Янь мой, верно?

Сидя в переднем ряду в зрительском зале, Гу Янь был на мгновение ошеломлён этим внезапным вопросом и на секунду потерял дар речи. За этот отрезок времени рука, обнимающая котёнка, уже была покусана.

– Ох, угу... – поспешно кивнул Гу Янь. Хотя эти слова были наполнены сильным чувством собственничества, юноша тем не менее согласился.

Если бы он уже не принял эту часть своего возлюбленного, то не оставался бы с ним и уж тем более не совершал бы различные аморальные поступки.

Благодаря кивку юноши, а также редкой улыбке, которая промелькнула на его губах, ледяное выражение мужчины в тот же миг растаяло. В результате и без того красивое лицо стало ещё привлекательнее.

Пристальный взгляд, исходящий с сидений позади них, первоначально был направлен на юношу, но теперь невольно сместился чуть в сторону.

Поскольку спинки кресел в павильоне загораживали обзор, люди на задних рядах не могли видеть человека, который обвил руками талию юноши. Они смогли разглядеть профиль мужчины, только когда он повернул голову.

В тот же момент он потёрся щекой о щёку Гу Яня, точно большой кот, из-за чего юноше было трудно сидеть прямо, однако он всё-таки не отвергал эти ласки и не обращал ровным счётом никакого внимания на изменения во взглядах позади сидящих.

Гомосексуализм был обычным явлением в современном обществе. Понимая, какие отношения связывают юношу и мужчину, сидящего рядом с ним, длинноволосая женщина, сидевшая сзади, с разочарованием отвела глаза.

Те, кто сидел в первом ряду этого зала, были особыми гостями, поэтому она легко догадалась, что они не были простыми людьми. Оказалось, что тот, на кого она положила глаз в тот момент, когда увидела, уже... Да, уже имел владельца.

Аса очень ясно осознавал, что внешность юноши была того типа, который легко вызывает благосклонные чувства.

Но, несмотря ни на что, этот человек принадлежал ему. Устранив возможного соперника без единого звука, Аса спокойно опустил глаза.

Его действия отличались от поведения остальных зрителей, которые были чрезвычайно взбудоражены и взволнованы Фестивальной Лигой. Опущенные глаза мужчины придавали ему такой вид, словно турнир его не интересовал, и взгляд его всегда был прикован к лицу темноволосого юноши, сидевшего рядом с ним.

В этом году победила команда, которая среди всех тёмных лошадок обладала самой тёмной мастью, поразив огромное количество людей. Контратака последнего тура, состоявшая из трех побед и двух поражений, мгновенно привлекла большую волну фанатов. Именно они сейчас составляли самую громкую и самую страстную часть зрителей.

Организаторы Фестиваля всегда приглашали победившую команду Турнира Лиги Классов, а затем, основываясь на голосовании за популярность, они приглашали ещё две команды. Одним из ключевых событий Фестиваля станет живой товарищеский матч.

Часто эти матчи требовали от игроков жребия и обмена товарищами по команде ради развлечения и удовлетворения любопытства толпы в плане: кто победит в матче между XXX и YYY?

Было и ещё одно важное событие, на этот раз связанное со специально приглашёнными гостями.

После того, как товарищеские матчи завершились, ведущий объявил следующее событие, и свет в зале потускнел, за исключением прожекторов на сцене, которые начали смещаться. Наконец столб света остановился над неким темноволосым юношей.

– Не могу узнать того, кто сидит рядом с ним... Нет, подождите, почему-то мне кажется, что я его уже где-то видел… – юноша, кого выбрали сияющие прожекторы, был номером 1 нынешнего турнира, а также гениальным игроком, которого в своё время пытались завербовать различные гильдии. Естественно, ведущий и комментатор давно работали в этой сфере и проделали внушительную домашнюю работу при подготовке к этому матчу. Но даже многоопытный комментатор не мог узнать красивого мужчину рядом с юношей.

Какое счастье, что ведущий не выбрал этого человека. «Не узнать VIP-персону, сидящую в переднем ряду...» – угрюмо подумал он, бормоча заготовленные реплики в микрофон. Если бы выяснилось, что он совершенно не знаком со стилем боя вызванного на сцену игрока, он бы знатно опозорился.

Чувство дежавю, которое он испытывал, возникло, по сути, из-за внешности мужчины. Черты Бога Смерти и Короля Демонов Бездны создало у него ложное впечатление, что он плохо выполнил свою домашнюю работу, хотя в данном случае это было неправдой.

Подделать приглашение было несложным делом для Светлого Разума, и вот как Аса оказался в этом кресле.

– Ха-ха, я умру со смеху. Разве Лу Лу не хардкорный фанат Великого Бога, Сен Ло? Кто виноват, что она не пошла со мной на Фестивальный турнир этого года? – после того, как ведущий закончил знакомство с почётными гостями, высокая женщина, сидевшая в зале, достала свой телефон и начала делать фотографии для «Лу Лу», о которой она только что упомянула.

[Сай Лу Лу]: Да как так-то?!! QAQ!!!

Глядя на только что полученный ответ, высокая женщина фыркнула и рассмеялась.

Как жаль. Судя по сдержанному характеру Великого Бога, этот упущенный шанс означал, что они вряд ли встретятся снова.

Битва один на один. Оторвав от юноши пристальный взгляд, Аса наконец окинул взглядом остальную часть сцены, хотя основное его внимание всё ещё было приковано к возлюбленному.

Гу Янь не ожидал такого совпадения. Но, решив принять участие в Фестивальной Лиге, он уже морально подготовился к возможности быть вызванным на сцену. Было несподручно носить с собой кота, чтобы он не остался один в пустом кресле, выглядя очень жалобно и одиноко, поэтому, встав, он быстро сунул рогатого котёнка в руки сидевшего рядом мужчины.

Да… он позволит своему возлюбленному… держать себя в руках.

Наблюдая за тем, как темноволосый юноша надевает игровой шлем, мужчина, державший кота, подумал о том, как тот обычно гладил кошачью шерсть, и попытался повторить это действие. Хотя он в точности повторил те же жесты, ему оставалось только разочарованно опустить глаза.

Это было ужасно, совершенно не похоже на то, как юноша гладил его.

Большой экран, специально подготовленный для зрителей, чтобы наблюдать за игрой, вспыхнул словами «Соединение прошло успешно», после чего сразу же сменился изображением боевой арены. Поле битвы было полностью рандомизировано, на этот раз это была Долина Лавовых Разломов – карта, которая позволила бы игроку, обладающего отличным восприятием местности, использовать её в своих интересах.

Прежде всего, это была просто игра, в которую можно было играть ради удовольствия. Настроение Гу Яня было очень расслабленным, и, кроме того, он ни за что не проиграл бы. Экипировка, «Рагнарёк», прекрасно компенсировала любые недостатки класса мага в таком матче 1 на 1, и только ещё больше подчеркивала преимущества класса.

Однако высшее существо, которое услышало, как юноша перед уходом пообещал «быструю игру», не дало магу возможности продемонстрировать слишком много навыков. Он прямо увеличил удачу тех зрителей, которые втайне ставили на абсолютную победу мага.

– Одно, два, три, четыре... двенадцатикрылая Небесная раса? – в долине, изрезанной трещинами, из которых вырывалась наружу и растекалась во всех направлениях лава, произошло чудо. После того, как слепящий свет угас, на его месте спокойно стоял представитель столь редко встречаемой Небесной расы, эта аура и выражение лица могли принадлежать лишь божеству.

– ...Это бог света. Его изображение выгравировано в часовне в Гатье, – жрец, часто посещавший церковь в игре, быстро присоединился к обсуждению.

Кто, скажите на милость, заявил, что навык «Призыв» настолько слаб, что не убьёт и цыплёнка? Это был явно навык, определяющий уровень удачи использующего его!

В этот момент Гу Янь, который вновь призвал большого босса, был крайне ошарашен. Он только намеревался вызвать несколько мелких мобов, чтобы приказать им преследовать противника, и не сказал ни единого слова, связанного с «Цю», но каким-то образом снова призвал своего возлюбленного.

Большой босс, который появился, был явно не из тех, кто тратит слова впустую, поскольку он немедленно начал действовать. Когда двенадцатикрылое небесное существо подняло бледный полупрозрачный палец, область, на которую смотрел Бог–

Таинственным образом сжалась.

После этого Гу Янь услышал победное оповещение – «быстрая игра». Бог, окружённый ореолом света, обернулся и произнес эти слова одними губами.

Эта битва закончилась слишком быстро, заставив комментатора, мужчину средних лет, просто подавиться воздухом. Но эта победа была очевидна, и поэтому он мог только похвалить и подчеркнуть, что магу улыбнулась удача, прежде чем передать слово обратно ведущему.

Всю дорогу, пока он не вернулся на своё место на переднем буксире, Гу Янь слышал фразу:

– Делайте ставки.

Опустив взгляд, Гу Янь только-только занял своё кресло, как сидящий рядом мужчина одним плавным движением положил ему на колени кота.

Взяв руку юноши, он опустил её на спину котёнка, но, видя, что пальцы остаются неподвижными, Аса направил их, совершив несколько движений.

– Мяу, – котёнок, которого гладили, тихо мяукнул. Вот теперь это было правильное чувство.

Хотя он появился на арене лишь на короткое время, в глазах зрителей Гу Янь набрал полные баллы с точки зрения удачи, видео боя быстро распространилось после окончания Фестивальной Лиги. Когда эти кадры были впервые выпущены, экран безостановочно наводнял шквал комментариев «6666» [1].

[1] «6666» означает «очень мощно», обычно используется в качестве комплимента, когда хвалят кого-то в интернете. «Bullet screen» – функция, которая позволяет зрителям публиковать комментарии не под  видео, а прямо на нём, в режиме реального времени

Мероприятие закончилось в тот же день, и, как Гу Янь и обещал паладину, он принял приглашение на грандиозный пир этой ночью.

– Я уже расписался. Я женат, – когда паладин в шутку спросил его, на какой стадии отношений он находится со своим возлюбленным, Гу Янь ответил без малейших колебаний.

Идеальный ответ. Заметив, что стоявший рядом мужчина слегка прищурился при этих словах, Гу Янь расслабился. Утолить собственническое желание своей второй половинки – тоже жизненно важный навык.

Однако этого всё же оказалось недостаточно, чтобы предотвратить произошедший в ту ночь инцидент, отозвавшийся наутро болью в пояснице.

Команда главного героя прогрессировала в соответствии с сюжетной линией и выиграла чемпионат в следующем сезоне. Гу Янь взял своего возлюбленного, который должен был стать главным злодеем этого мира, и закрылся дома, чтобы посмотреть матч, или, лучше сказать, погрузился в игру, чтобы посмотреть матч.

– Цюцю, будь умницей. Перестань елозить, иди сюда и смотри внимательно.

Черноволосый юноша лениво прислонился к Древу жизни, держа перед собой виртуальный экран, на котором отображалось содержание матча.

Это была та же самая сцена, что и раньше, когда юноша сидел под Древом жизни, погребённый под маленькими пушистыми шариками; только на этот раз число котят увеличилось с трёх до семи.

Вздохнув, Гу Янь смирился со своей судьбой, и уговаривал маленькие пушистые клубочки, облепившие его со всех сторон, слезть и угомониться. Только так он мог продолжать наблюдать за происходящим матчем.

Помнится, он и правда когда-то думал о семерых Цюцю, с помощью которых можно было бы вызвать Божественного дракона, и теперь, когда эта мысль воплотилась в реальность, он наконец осознал горьковато-сладкий привкус семи пушистых существ, прилипших к нему.

Ещё немного и он просто задохнётся под этой кучей меха, что ему теперь с ними делать?

Внешностью они по большей части напоминали самых обычных полосатых домашних котов. Но представитель Небесной расы обладал парой двойных крыльев, а у котёнка-русала была маленькая голубая чешуйка посередине лба.

– Не надо… щекотно, хватит лизать, – на язычке котёнка были мягкие зазубринки, отчего юноша ощущал зуд на коже. Будто какой-то изысканный деликатес, Гу Янь был облизан и смакован пушистым существом, прицепившимся к нему, так что ему оставалось только взять маленького непоседу на руки. Кроме поглаживания, он ничего не мог с ним сделать.

Турнирная Лига была очень захватывающей. К сожалению, Гу Янь, который пытался уговорить своего возлюбленного вести себя примерно, был слишком занят, чтобы обращать внимание на события, разворачивающиеся на сцене. В конечном итоге он сонно прислонился к Древу жизни и закрыл глаза.

Как только он уснул, котёнок, уютно устроившийся у него на руках, наконец успокоился. На самом деле Аса делал это только потому, что ему не нравилось делить внимание юноши с другими. Таким образом, он дурачился, чтобы привлечь его внимание.

В современном мире можно было сохранить молодость внешности, но невозможно было сохранить физические возможности своего реального тела. Будучи Светлым Разумом этого мира, Аса был прекрасно осведомлен об этом и уже сделал достаточные приготовления.

Когда это время придет, он отключится.

И сопроводит своё самое главное сокровище в вечный сон.

В тот день, когда Светлый Разум, чьё влияние на мир было беспрецедентным, отключился, не было преувеличением сказать, что то, что последовало за этим отключением, было чистым пандемониумом.

Функционирование многих сфер человеческой жизни обеспечивалось Светлым Разумом, в результате чего их работа оказалась полностью парализована. Из-за чрезвычайности этой ситуации люди на соответствующих должностях были загружены работой до такой степени, что у них не было времени даже остановиться на секунду и перевести дух.

На самом деле, каждый раз, непосредственно перед тем, как покинуть мир, Гу Янь думал о том, что должен как-то утешить своего возлюбленного, который в настоящее время молча смотрел на него поникшим взглядом, поджав губы в тонкую линию.

За исключением первого мира, где у него не было времени поговорить с ним, Гу Янь уделял этому особое внимание в последующих мирах, несмотря на ограниченные результаты.

Страдает не тот, кто уходит, а тот, кто остаётся. Из-за различий во времени между двумя мирами Гу Яню не требовалось много времени, чтобы вновь встретить своего возлюбленного. Однако тот был вынужден каждый раз проводить остаток своей жизни в одиночестве.

– А-Яню не стоит об этом переживать, – как мог Светлый Разум, постоянно наблюдавший за юношей, не догадаться, о чём тот думает? Прищурившись, Аса привычно наклонился и легонько провёл пальцами по бледной шее.

Когда он говорил, голос, принадлежащий сосуду, контролируемому высшим существом, был низким и тёплым. Нечто подобное [чувствам] неожиданно появилось на лице представителя Небесной расы, которому полагалось быть свободным от каких-либо мирских желаний.

Это были чувства к юноше, стоящему перед ним.

Аса вспомнил времена, когда они вместе смотрели фильм об искусственном интеллекте, пока он был в своей любимой форме робота-питомца, а этот человек обнимал его. Юноша тогла лениво погладил его и серьёзно сказал:

– Цюцю, будь умницей. Ты не должен вести себя, как этот ИИ, нельзя разрушать мир.

Рогатый котёнок замурлыкал в ответ и очень быстро получил своё вознаграждение—

Его несколько раз поцеловали.

Он был очень послушным, он не станет уничтожать этот мир.

Хотя самопроизвольное отключение управляющей системы привело к огромным проблемам для этого мира, Асу это не волновало.

[Самопроизвольное отключение системы] было решением, которое Аса принял после разговора с Гу Янем, который очень быстро принял это предложение. Возможно, потому, что это был самый лучший исход, которого можно было достичь в данной ситуации.

Если они этого не сделают, то жизнь Светлого Разума теоретически будет бесконечной, если он только не сломается. Однако возможность неисправимой поломки была настолько мала, что можно было считать её ничтожной.

Как бы он вынес это?

Переживая уже третий мир, Гу Янь не мог убедить себя в том, что с течением времени его возлюбленный забудет о нём.

По всё более очевидному с каждым новым миром чувству собственничества он мог сказать, что эти эмоции будут только накапливаться и зреть, выливаясь в ещё более крепкую привязанность.

«00, сколько времени у меня осталось?»

[Десять часов тридцать три минуты], – ответила 037.

Ах... даже меньше дня.

Гу Янь провёл остаток своего времени в игре, на территории Небесной расы. Небесное создание перед ним, которое казалось довольно спокойным и отчуждённым из-за своей природы, лишённой желаний, более всего подходила Светлому Разуму. Конечно, это была всего лишь внешность. Тот, кто управлял этим сосудом, был прежде всего его возлюбленным.

Протянув руку, чтобы коснуться крыльев Небесного существа, Гу Янь удобно прильнул к нему всем телом. Его ресницы затрепетали и опустились, словно он вот-вот должен был провалиться в сон.

– А-Янь, – божество обвило руками талию темноволосого юноши, чтобы позволить ему устроиться поудобнее в своих объятиях.

Когда его губы произносили это имя, торжественное выражение на прекрасном лице Небесного существа отступало. Он больше не был чужд мирским желаниям. Светло-серебристые глаза ясно отражали его жажду.

Он не хотел оставаться в мире, где этого человека не существовало. И всё же, пусть бесчисленные расчёты уверяли его в обратном, Аса почему-то чувствовал, что у него есть шанс увидеться с ним  вновь.

Эта надежда была так мала, что он едва мог ухватиться за неё. Или, может быть, просто потому, что желание этого тела было слишком сильным, оно каким-то образом породило ложную надежду, которой он пытался обмануть самого себя.

– Хм? – этот голос, в котором слышалась привязанность и немного неуверенности, заставил Гу Яня открыть усталые глаза и оставить поцелуй на щеке возлюбленного. В данный момент…

Не было никакой необходимости сдерживаться. Послание юноши ясно угадывалось в его действиях. Совершенно очевидно, что он пытался таким образом утешить его, Аса молча опустил голову и задумался.

– Ещё раз? – они крепко обнимали друг друга так, что ничто не могло встать между ними. В этот момент они находились в Храме богов, и двенадцатикрылое небесное существо прижимало юношу к земле в этом соборе, окруженном священным сиянием.

Сначала Гу Янь не понял, что он имел в виду, но ему и не нужно было понимать, потому что вскоре его возлюбленный начал осыпать поцелуями его шею.

– Хорошо, – нельзя сказать, что это чрезмерная просьба. Чуть прищурившись, Гу Янь улыбнулся и мягко согласился.

Получив разрешение, Аса на мгновение замер, после чего перешёл от поцелуев в шею к поцелуям в бледные губы. Бесстрастное лицо озарила улыбка.

Прожив в виртуальном мире всю свою жизнь, он жаждал физического обладания своим сокровищем больше всего на свете, независимо от того, в каком мире они находились.

В этот момент выражение, которое можно было бы описать как «нежность», проступило во взгляде Светлого Разума, у которого не должно было быть «эмоций». Он научился этому у юноши.

Он создал этот виртуальный мир. Что он такое?..

Бог?

Нет, он должен быть машиной.

Он научился любить, и человек, которого он любил, тоже любил его и был готов остаться с ним до конца.

Просто иногда, овладевая юношей, Аса желал быть человеком, а не машиной. Тогда он мог бы быть ещё ближе к своему возлюбленному.

Если бы робот когда-нибудь захотел стать человеком, то скорее всего потому, что влюбился в одного из них. Без других примеров, из которых можно было бы извлечь уроки, Аса мог лишь добавить эту информацию в свою базу данных.

– Н-н-н, помедленнее... – едва сказав это, Гу Янь вспомнил о том, как мало времени у него осталось, и тут же почувствовал, что движения мужчины замедлились. Приняв решение, он изменил свои слова: – Нет, просто делай, что захочешь.

Эти попытки утешения и потакание его прихотям лишь делали разлуку ещё невыносимее, но Аса не позволил бы юноше узнать его мысли. Вместо этого он поцеловал его в губы.

«Ещё раз» ведь означало, что он использует по очереди каждый из семи различных сосудов… когда в него вошли, Гу Янь ошеломлённо осознал смысл слов своего возлюбленного.

После того как прошёл отрезок времени, который нельзя было назвать ни мучительно долгим, ни чересчур коротким, 037, послушно пребывавшая в состоянии цензуры, была вынуждена дать о себе знать.

Осталавась минута до назначенного времени.

Вопреки ожиданиям, 037 не увидела ничего такого, чего не должна была бы видеть, и невольно выдохнула с облегчением, хоть у неё и не было потребности в дыхании.

Перед ней словно ожила прекрасная картина. Длинные серебристые волосы сидевшего на земле эльфа ниспадали подобно завесе водопада, несколько прядей покрывали юношу в его объятиях. Если взгляд мог ограничить чью-то свободу, то эта пара бледно-золотистых глаз определённо заключила юношу в самую прочную и надёжную тюрьму.

– А-Янь, – это имя принадлежало его возлюбленному, и голос, произносящий его, звучал гораздо теплее обычного. Глядя на мирно дремлющего темноволосого юношу, Аса вновь тихо позвал его.

Он так сильно любил этого человека, до такой степени, что... не мог жить в мире без него.

[Инициирование передачи.]

Хотя 037 на самом деле не хотела прерывать этот момент, она всё же предупредила своего хозяина.

«Угу», – отозвался юноша, который до этого спокойно лежал с закрытыми глазами. Затем, со всё ещё полуопущенными ресницами, он протянул руку, чтобы коснуться волос эльфа, снова и снова поглаживая, точно утешая.

Серебряноволосый эльф, которого гладили по голове, был тих и послушен, как котёнок. Он опустил голову, чтобы прижаться к щеке юноши, и разве что не замурлыкал вслух.

[Обратный отсчет, 10, 9, 8…]

Последние секунды, что ещё он мог сделать?

[5, 4…]

– Цюцю, – замершая на секунду рука обрела некоторую силу и потянула эльфа вниз, прежде чем две пары губ соединились.

[2…]

– Дождись, когда я найду тебя.

Эти слова вызвали удивление и замешательство, промелькнувшие в бледно-золотистых глазах эльфа, но он ничего не сказал и только тихо пробормотал:

– Да.

Последнюю цифру Гу Янь не расслышал, потому что уже потерял сознание.

Как только это произошло, мир погрузился в хаос.

Высшее существо, сотворённое в эту эпоху, неожиданно отключилось без всякой надежды на восстановление. Это была действительно трудная ситуация.

Светлый Разум под кодовым названием [Аса] был идеален. Он был совершенен до такой степени, что люди не сумели создать второе поколение, которое могло бы превзойти его или хотя бы приблизиться к его могуществу. В конце концов, разработчикам оставалось лишь разработать замену, которая едва отвечала их требованиям.

Естественно, они не могли позволить себе уничтожить [Асу]. Они бережно хранили его, продолжая искать способ разбудить его.

Но им было суждено потерпеть неудачу. Решив сопровождать своё самое драгоценное сокровище в вечном сне, Светлый Разум больше не интересовался миром, в котором уже не было его любимого.

Он не проснётся, если только тот, кто придёт разбудить его… не будет юношей, произносящим знакомые слова: «Цюцю, будь умницей».

Конец третьей арки

[Передача завершена].

Гу Янь вновь почувствовал, как его захлестнуло знакомое ощущение, а придя в себя, услышал голос системы, докладывающей об успешном перемещении.

Головокружение, которое он испытал от процесса переселения, должно было вскоре пройти, и в течение этого периода времени Гу Янь неторопливо изучал своё окружение.

Он стоял перед машиной с открытой дверцей. Рядом был человек, одетый в официальный костюм, на его руке красовался старый длинный шрам, ставший особенно заметным, когда мужчина сделал приглашающий жест «прошу вперёд».

Вот только этот «вежливый жест», по всей видимости, не оставлял ему никаких альтернатив.

– Великий мастер Гу, у вас осталось ещё какое-то дело? – заговорил мужчина, ответственный за его сопровождение до места назначения, увидев, что темноволосый юноша уже несколько секунд стоит неподвижно на одном месте.

Хотя он и называл его «великим мастером», произнесено это было таким тоном, что нетрудно было догадаться, сколь мало уважения испытывал этот человек по отношению к своему подопечному.

Но его нельзя было в этом винить. В конце концов, кто в здравом уме будет уважать того, кто не обладает настоящим талантом и лишь бахвалится о том, что способен вернуть мёртвых к жизни?

Однако если считать талантом способность обманывать окружающих, то человек, которого он должен был сопровождать, действительно был весьма одарён в этой области.

Особенно учитывая, что этот парень умудриться обмануть даже его работодателя, чей IQ приближался к 200, даже когда все вокруг прекрасно видели, что он был всего лишь мошенником. Босс, вероятно, просто ослеп, раз верил этому человеку без колебаний.

Однако последствия не заставили себя ждать. В данный момент у этого человека не было иного выбора, кроме как выполнить задание даже ценой собственной жизни.

Молчание Гу Яня было истрактовано как намерение уклониться от обязанностей. По сигналу мужчины охрана, которая первоначально стояла чуть поодаль, внезапно окружила его, мгновенно перекрыв пути к отступлению.

– Великий мастер Гу, прошу, – неоднократно получая назначение в личные «сопровождающие», Сун Лин ещё ни разу не провалил подобную миссию.

Гу Янь, с его превосходной способностью анализировать ситуацию, уже знал, в какой части сюжетной линии он очутился, и даже предвидел, что произойдёт дальше. Однако он заставил себя спокойно сесть в машину.

Сун Лин сначала думал, что ему придётся прибегнуть к силе, чтобы заставить своего подопечного сотрудничать, однако тот на его глазах сел на заднее сидение автомобиля, так что мужчина мгновенно прекратил свои действия и закрыл дверь.

По крайней мере, у него есть хоть какая-то сила воли. Впечатление Сун Лин о юноше немного улучшилось.

Они молчали всю дорогу, пока машина оставляла позади шумный город, направляясь в пригород. Вокруг них ехало несколько неприметных чёрных автомобилей, служивших защитным кортежем. Тем временем Гу Янь бесстрастно сидел на заднем сиденье машины, напряженно размышляя о том, как спастись от надвигающейся катастрофы, ожидающей это пушечное мясо.

Всякий раз, когда он отправлялся в новый мир, «Закон» корректировал для него харктеристики персонажа, чьё тело он занимал. Однако когда дело касалось сюжета, «Закон» был бессилен, так что ему приходилось спасаться своими силами.

Гу Янь ещё до перемещения знал, в какой мир отправится, и провёл достаточную ментальную подготовку. Именно поэтому ему удавалось сохранять спокойствие даже в этой ситуации.

Как автор, который шёл по пути трагичных, но оттого не менее популярных романов на протяжении целых пяти лет, он написал всего четыре новеллы, и каждая из них содержала несколько сотен тысяч слов. А гаремные романы на пару десятков тысяч слов и вовсе не стоили упоминания.

Четыре произведения, четыре мира. Он уже испытал три из них, и этот был последним.…

У этого романа был современный сеттинг, но его нельзя было отождествлять с привычным нам миром. Здесь существовало много ненаучных вещей, которые не поддавались логике.

Возьмём, к примеру, его нынешнюю работу мастера прорицания. Даже название профессии звучало крайне сомнительно, а уж существование чего-то вроде богов и призраков было ещё более нелогичным.

Кто такой мастер прорицания? Независимо от того, насколько престижным было это ремесло в прошлом, на дворе стоял 21-й век. В наши дни мастера прорицания были более известны как «предсказатели судьбы» или «мастера фэншуй». Если рассматривать в более негативном ключе, таких людей обычно называли «гадатели-шарлатаны».

Мастера прорицания, которые действительно были способны изменить чью-то судьбу, шли против воли небес и должны были заплатить за это невообразимую цену. Тем не менее, такие мастера могли существовать в этом мире.

Что же касается тех, кто не обладал этой способностью, то они действительно были «гадателями-шарлатанами», чьей целью было выудить у клиента деньги. Такой «мастер» не только не смог бы разрешить проблему обратившегося  к нему за помощью человека, но и имел бы все шансы ухудшить его положение.

Ах, да, персонаж, чью роль отныне взял на себя Гу Янь, принадлежал именно к последним.

Первоначальный хозяин тела полагался на ловкость рук и способность вводить словами в заблуждение, чтобы заработать на жизнь среди видных фигур общества. Так было до тех пор, пока его «жадность» не заставила его оскорбить довольно влиятельную семью в столице, также известную как семья Шэнь.

Примерно полмесяца назад древнее святилище, на постройку которого семья Шэнь потратила огромное состояние, внезапно стал преследовать злой дух. Жизнь тех, кто проживал на этой территории, была неестественно коротка, и каждого, кто выжил и выбрался оттуда, постигало какое-то несчастье.

Если бы дело было только в этих двух причинах, семья Шэнь не беспокоилась бы так. Что касается того, почему они места себе не находили от волнения, так это потому, что бизнес семьи Шэнь, который прежде развивался весьма гладко, столкнулся с серьёзными проблемами полмесяца назад. Потери, которые они понесли, были внушительными, и ситуация продолжала ухудшаться.

Семья Шэнь могла игнорировать человеческие жизни, но уж точно не угрозу её бизнесу.

Они обещали приличное вознаграждение, чтобы заинтересовать мастеров фэншуй, которые смогли бы решить эту проблему. Персонаж, чью роль теперь играл Гу Янь, прельстился наградой и собирался просто получить денежки и тут же дать дёру из столицы.

Однако в итоге он не сумел ни нажиться, ни сбежать. И теперь он отчаянно пытался избавиться от этой ответственной задачи, которая явно была ему не по плечу.

Если бы сюжет продолжал развиваться в первоначальном направлении, то оригинальный хозяин, добравшись до родового поместья семьи Шэнь, стал бы пушечным мясом и его энергия была бы выпита. Его ожидала весьма горькая участь – быть высосанным досуха, оставив после себя лишь сморщенный труп.

«И снова роль пушечного мяса», – подумал про себя Гу Янь, молча глядя в окно и наблюдая за быстро меняющимся пейзажем.

В двух первых мирах он перевоплощался в подобных второстепенных персонажей, которые погибали особенно трагически. Гу Янь уже понял, что его читатели были смертельно на него обижены, и им, видимо, претила сама мысль о том, чтобы он жил спокойной и мирной жизнью. Перевоплотиться в могущественного персонажа было невозможно; Гу Янь спокойно принял этот факт.

[Хозяин...] – будучи системой, 037 не могла не чувствовать себя виноватой, глядя на притихшего темноволосого юношу, который в очередной раз рандомным образом переместился в тело персонажа с трагическим концом.

Это был уже четвёртый, последний мир, но её хозяин снова волею случая стал пушечным мясом. Может, это из-за неё?

Если бы только у неё было больше власти, когда дело доходило до переселения, она могла бы позволить своему хозяину свободно выбрать персонажа по своему желанию. Однако в настоящее время она не имеет такой возможности и нуждается в обновлении, чтобы достичь такого уровня полномочий.

«Это не твоя вина», – ответил Гу Янь системе, опрометчиво обвиняющей себя.  Дорога, ведущая в пригород, была довольно ухабистой, однако юноша сидел на заднем сиденье автомобиля с прямой спиной. Подумав, он добавил: – «Раз уж я сумел хорошо устроиться в предыдущих мирах, то и этот, скорее всего, не будет исключением».

[Оу], – она должна верить словам своего хозяина! Если бы у системы было тело, 037, скорее всего, кивнула бы Гу Яню.

«Вот и хорошо», – без труда успокоив свою систему, юноша в очередной раз почувствовал, что образ мышления 00 был довольно чистым и простым, и реальность неоднократно доказывала, что это впечатление было правильным.

Гу Яню нельзя было умирать в поместье семьи Шэнь, хотя бы из-за обещания, которое он дал своему возлюбленному. Тогда он сказал: «Дождись, когда я найду тебя», и теперь обязан был сдержать слово, чтобы время, проведённое им в ожидании, не оказалось потерянным напрасно.

Подумав об этом, Гу Янь тяжело вздохнул и продолжил приводить в порядок свои мысли. Ему нужно было найти способ пережить надвигающийся кризис.

С точки зрения его системы, в этом не было ничего сложного, однако Гу Янь не разделял её энтузиазм. Согласно сюжету, вскоре он прибудет в поместье вместе с двумя другими людьми, один из которых являлся главным героем этого мира, а другой – известным экспертом духовных практик.

У первого был ореол главного героя, который не даст ему погибнуть, в то время как последний обладал недюжинными способностями, у него были свои средства самозащиты. Лишь он, гадатель-шарлатан, который даже не пробудил божественное око, каким-то образом затесался среди этих небожителей. Согласно принципу слабого звена [1], если бы этот злой дух не нацелился на него, то к кому ещё он должен был прицепиться?

[1] В оригинале – принцип выбора мягкой хурмы. Незрелая хурма жёсткая; чем этот фрукт мягче, тем спелее и слаще.

Мало того, что изначальный владелец тела не владел и половиной знаний о спиритических искусствах, так ещё и его тело несло в себе луч энергии изначального хаоса, что делало его чем-то вроде божественной панацеи [2] для духов и призраков. Если вам задарма предложат такой лакомый кусочек, то каким же безумцем надо быть, чтобы отказаться от него?

[2] Божественная панацея = волшебный эликсир для наращивания силы и лекарство от всех болезней в одном флаконе.

В оригинальной сюжетной линии хозяин этого тела ценил свою репутацию превыше жизни. Он вошёл в святилище предков, и исход был очевиден.

До сих пор все миры, которые пережил Гу Янь, позволяли ему из двух вариантов – гордость или жизнь – без колебаний выбрать второе. Только сохранив свою жизнь, он сможет найти своего возлюбленного. Более того, эта репутация не могла в полной мере считаться его собственной, и перспектива потерять немного достоинства отнюдь не пугала его.

Относительно безопасный образ действий заключался в том, чтобы следовать за главным героем, дабы попасть под действие его защитного ореола. Вот почему вскоре после встречи троих приглашённых мастеров Е Чэнъюй обнаружил, что темноволосый юноша, который явно был простым смертным, похоже, намеревался держаться поближе к нему.

Е Чэнъюй не стал раскрывать отсутствие у того способностей. Судьба человека в конечном счете зависела от его собственного выбора, как, например, этот юноша принял решение участвовать в этом деле. С одного взгляда Е Чэнъюй мог предсказать, что будущее, которое его ожидает, будет полным бедствий и трагедий…

Постойте... выражение лица Е Чэнъюя застыло, как будто он увидел что-то невообразимое.

Это было явно трагичное будущее, никаких сомнений. Итак, каким образом оно вдруг стало благополучным?

У Гу Яня не было ни соответствующей подготовки, ни знания физиогномики [1], чтобы вычислять чужие судьбы. Но всё же у него были глаза и мозги, а чтобы наблюдать за выражением чужого лица, не нужно было обладать сверхспособностями.

[1] Физиогно́мика — метод определения типа личности человека, его душевных качеств и состояния здоровья, исходя из анализа внешних черт лица и его выражения. В Китае наряду с мастерами фэншуй и предсказателями судьбы существуют мастера  Сянь-Мин, искусства чтения по лицу. По физиономии клиента они могут не только рассказать, каков его характер и чем он болен, но и предсказать, что может ожидать его в будущем.

Гу Янь заметил потрясение мужчины, который стоял менее чем в метре от него, причём это выражение появилось на его лице только после того, как он посмотрел на юношу. Гу Янь был заинтригован, что же такого он увидел.

Мастера прорицания могли прочесть судьбу человека по его лицу, а принимая во внимание сюжет, Гу Яню не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что его судьба должна быть наполнена несчастьями и бедствиями. Однако этого было бы недостаточно, чтобы выбить его собеседника из колеи.

Выражение его лица, казалось, говорило о том, что он видел нечто невообразимое.

Красивый молодой мужчина перед ним был главным героем этого мира, а также его «детищем». Так или иначе, этот человек имел больше всего сцен в романе. Подумав об этом, Гу Янь заинтересованно приподнял бровь, глядя в сторону прорицателя, который уже изучил его лицо.

Не во всех мирах он смог увидеть своих «сыновей». Единственный раз, когда он встретил главного героя, был тогда, когда он переселился в мастера пика из новеллы о совершенствовании.

Гу Янь и сам не испытывал особого желания встречаться с ними, рассматривая это как волю небес; если их пути пересекутся – замечательно, если нет – тоже неплохо. В конце концов, человек, которого он хотел найти, был не главным героем, защищённым ореолом и наполненным удачей, а…

– Раз уж все три мастера прибыли, давайте начнём. Фэншуй в святилище предков чрезвычайно важен, мы не можем терять время, – мужчина средних лет, стоявший перед троицей и обращавшийся к ним, теребил нефритовое кольцо на пальце. Хотя его лицо казалось довольно тёплым и дружелюбным, взгляд, напротив, был чрезвычайно мрачными.

Вся территория была оцеплена таким образом, что ускользнуть было невозможно. Если бы кто-нибудь из «приглашённых», захотел сбежать, то единственная судьба, которая ожидала его, – быть закинутым прямиком в святилище.

Двое мастеров, обладавших навыками, были спокойны. Они решили взяться за эту работу из-за вознаграждения, которое включало в себя духовный нефрит. Конечно, это был не простой камень, а духовное оружие, которое за сотню лет, прошедших с момента его изготовления, обрело духовную ауру. Это был инструмент высочайшего класса, желанный для любого мастера прорицания.

До сих пор эти двое точно так же, как и все остальные, верили, что причиной бедствия в святилище предков был плохой фэншуй. Эта мысль была вызвана тем, что все проблемы начались лишь после того, как семья пригласила эксперта, чтобы улучшить фэншуй. Собственно, их нельзя было винить за такой вывод.

Даже если фэншуй огромного особняка был изменён до неузнаваемости, для мастеров прорицания, которые действительно обладали знаниями и способностями, исправить его было проще простого. Поэтому эти двое были достаточно уверены в себе.

А вот Гу Янь, который знал правду, предпочёл бы как можно быстрее смыться отсюда, если бы у него была такая возможность. Но, учитывая, что все пути к побегу были отрезаны, он следовал правилу «молчание – золото» и, как и двое мужчин рядом с ним, сохранял отстранённое отношение, которое можно было принять за высокомерие.

Ему, по сути, и не нужно было говорить. Всё, что от него требовалось, – это войти в святилище предков, и тогда два настоящих мастера прорицания немедленно сообразят, что происходит.

– Малыш, рисковать своей жизнью ради богатства – неблагодарная работа, люди должны дорожить своей жизнью и тем, что у них есть, – прежде чем войти в тёмное и мрачное святилище предков, пожилой мужчина с длинными седыми волосами, которого звали «мастер Чжао», обратился к темноволосому юноше.

Его голос был негромким, намеренно приглушённым, чтобы не услышали люди семьи Шэнь. Только они трое могли расслышать сказанное.

«Малыш» – это, стало быть, про него. Реакция Гу Яня была быстрой, он поднял голову и встретился взглядом с парой острых глаз старика, которые, казалось, не отражали никаких признаков почтенного возраста. Затем он негромко кашлянул и кивнул.

Эти слова были произнесены из благих побуждений, Гу Янь знал об этом, потому что в романе этот человек, Чжао Сюй, играл роль добродушного наставника, способствующего росту главного героя. Он регулярно совершал добрые дела, и любой гадатель, умеющий читать по лицу, мог бы увидеть, что он принадлежит к тем людям, которым очень везло.

Видя, что этот кивок был искренним, Чжао Сюй отвёл взгляд. Он не представлял, как этот темноволосый юноша, который даже не пробудил своё божественное око, сумел обмануть главу семьи Шэнь. Он только знал, что судьба парнишки, которая первоначально имела печать смерти, внезапно изменилась, и даже черты его лица теперь говорили об удаче.

Тёмная дымка, которая ранее окутывала тело юноши, казалось, внезапно испугалась его изначальной энергии, и отступила столь быстро, что даже тени не осталось. Это странное явление не могло быть объяснено даже с точки зрения спиритизма, вызвав ошеломление Е Чэнъюя и растерянность Чжао Сюя.

Возможно, всё это было связано с энергией изначального хаоса в его теле. Даже найдя мало-мальски правдоподобное объяснение, Чжао Сюй не смог убедить себя.

Те, чьи тела содержали энергию изначального хаоса, притягивали к себе удачу. Но всего лишь небольшой нити этой энергии было совершенно недостаточно, чтобы спасти человека от смерти, особенно когда тот сам искал  её. Однако это было единственно возможное объяснение, и ему ничего иного не оставалось, кроме как поверить в него.

Избежать гибели и даже наслаждаться везением, в одно мгновение изменив свою трагичную судьбу. Если бы только он не принимал такие самоубийственные решения, как в этот раз, то мог бы наслаждаться мирными днями без сучка и задоринки с защитой изначальной энергии.

Им дали достаточно времени на подготовку, и вот, наконец, пришла пора приниматься за дело. Несколько телохранителей в строгих костюмах снова окружили их со всех сторон и сопроводили ко входу в святилище предков.

Уже издалека чувствовалась тёмная и мрачная аура, исходящая от родового святилища. Теперь, когда они приблизились, стало ясно, что это не просто аура. Зловещая тьма, казалось, облепляла каждый участок кожи, который не был прикрыт одеждой, а затем, нить за нитью, проникала в их тела. Спустя какое-то время обычные люди с более слабой конституцией, без сомнения, почувствуют озноб во всём теле.

В этот момент двое мастеров рядом с Гу Янем наконец обнаружили аномалию. Насколько же плохим должен быть фэншуй этого места, чтобы появилась такая темная энергия?..

Это был не просто плохой фэншуй, а скорее…

– Здесь что-то грязное, – лицо Е Чэнъюя помрачнело, как только он переступил порог святилища.

Выражение лица вошедшего следом Чжао Сюя тоже изменилось, но как опытный ветеран, он отреагировал гораздо спокойнее. Он лишь нахмурился.

– Не употребляй слово «грязное», призраки могут расстроиться, – эти слова могли бы показаться шуткой, услышь их кто-то непосвящённый, но Чжао Сюй был серьёзен.

Гу Янь, с его всесторонним знанием сюжета, молчал и поигрывал пальцами. Тем временем Е Чэнъюй, который не так давно ступил в духовное царство, казалось, подавился своими словами. Он знал, что седовласый старик не шутит, но не знал, что ответить.

– У людей свой круг общения, и у призраков тоже. Подожди, вот встретишь настоящего мастера прорицания или подвернётся возможность посетить Призрачный Город, и поймешь, что я не лгу, – Чжао Сюй покачал головой, поднимая желтый талисман.

По сравнению с новичком, который всё ещё пытался переварить сказанное, юноша, которого оба мастера считали простым смертным, казался гораздо более спокойным. В конце концов, он сам написал мировые установки, разве его можно было этим удивить…

Ранее уже упоминалось, что законы этого мира не опирались исключительно на науку и логику. Духи и призраки существовали, но обычные люди не могли их видеть.

Чжао Сюй был прав, у призраков, как и у людей, был свой круг общения и своё общество. Они также имели собственную иерархию, которая основывалась на силе. В Призрачном Городе самый сильный дух считался королём и занимал высшую ступень. Однако король постоянно сталкивался с угрозой быть свергнутым, и после поражения его конец обычно не был приятным.

В соответствии с сюжетом, призрак на троне Призрачного Города уже давно не менялся. Лишь он один сумел нарушить правило, согласно которому ни одному призраку не удавалось усидеть на этом троне больше ста лет. Иными словами, он правил городом уже несколько тысяч лет.

Се Лань. Прошептав про себя два слова, Гу Янь почувствовал знакомую головную боль и ностальгию.

Думая об этом имени, он вспомнил ужасный конец, который написал для этого конкретного мира. Через пять лет, четырнадцатого числа седьмого месяца, этот призрак, который подавлял духов Призрачного Города в течение нескольких тысяч лет, совершил нечто чудовищное в тот день, когда двери загробного мира открылись...

Ведя за собой всё загробное царство, он полностью омыл мир живых кровью.

Кстати говоря, смерть первоначального хозяина тела Гу Яня также была связана с этим персонажем. Злой дух, обитающий в родовом святилище семьи Шэнь, отправился в мир людей по приказу своего правителя.

– Я помогу тебе пробудить божественное око на случай, если позже ты столкнёшься с опасностью, – сказав это, Чжао Сюй, не оставив темноволосому юноше возможности запротестовать, приложил ладонь к его глазам и пробормотал мантру, потратив на всё меньше секунды.

– Не волнуйся, это не навсегда. Просто сейчас тебе это необходимо.

Кивнув, Гу Янь поблагодарил его.

Теперь, когда они знали, что проблема была не в плохом фэншуй, нужно было придумать, что делать дальше. Из двух мастеров, которые пришли вместе с Гу Янем, один был новичком без какого-либо опыта в общении с духами, в то время как другой был совершенно бессилен. Чжао Сюй вздохнул, выражение его лица стало серьёзным.

– Юго-восток, – прочитав направление, указанное на компасе, седовласый мужчина нахмурил брови. Похоже, к ним приближался дух.

Это не было ошибкой, температура вокруг них стремительно упала. Как только Гу Янь повернулся, чтобы посмотреть, два мастера уже подверглись атаке.

БАМ! Он услышал звук падения чего-то тяжелого.

– Направо, быстро уклоняйся! – увидев, что дух перестал нападать на них и направляется в другую сторону, Е Чэнъюй крикнул темноволосому юноше, стоявшему неподалеку от них.

Даже духи умели выбирать самую мягкую хурму в саду.

Ещё до того, как прозвучало предупреждение, Гу Янь приготовился увернуться. Однако человеческая скорость не могла сравниться с этими существами, которые не были связаны законами физики. Как раз когда он хотел отскочить в сторону, дух уже приблизился.

На таком близком расстоянии две пары глаз встретились.

– …? – Гу Янь отшатнулся назад, прежде чем сумел восстановить равновесие и остановиться. Как и двое мастеров, он тоже погрузился в ошеломлённое молчание.

Этот дух… кажется, испугался?

В тот момент, когда их взгляды пересеклись, Гу Яню показалось, что он увидел вспышку страха в паре тёмных и злобных глаз.

Это был настоящий ужас. Испытанный шок заставил духа отступить.

Но почему?..

Впечатление, которое вызывал этот человек, было слишком странным по сравнению с другими живыми людьми. Призрак чувствовал себя так, словно едва спасся от неминуемой гибели. Он, злой дух, который уже однажды умер, бросился наутёк, после чего сгустился в свою первоначальную форму.

Он уже видел эти глаза раньше. Он видел их на картине, которую нарисовал его хозяин…

Как бы то ни было, ошибиться было невозможно. Его владыка написал много портретов этого человека, только его одного.

Когда он только начинал рисовать, лицо человека на бумаге всегда оставалось пустым. Пока, наконец, не появилась пара глаз.

Он вспомнил выражение лица своего хозяина, когда тот рисовал эти глаза. Это отличалось от того, как он обычно вел себя... казалось бы, он был предельно осторожен, как будто перед ним было его самое драгоценное сокровище.

Проход, соединяющий Призрачный Город с царством живых, открывался раз в месяц. У него, по сравнению с переходом, который открывался только раз в год четырнадцатого июля, существовал предел на количество духов, которые могли пересекать грань миров. Поэтому не каждый дух, желающий отправиться в мир людей, мог попасть туда, приходилось ждать удобного случая.

Одиннадцатый был злым духом, который только что сбежал из святилища предков Шэнь и в настоящее время уныло сидел на корточках за пределами плотно запечатанного Призрачного Города. Врата ещё не успели открыться, так что оставалось только ждать. Несмотря ни на что, он не мог упустить шанс вернуться в этом месяце.

Вернуться и доложить своему хозяину, что он обнаружил того самого человека.

– Одиннадцатый? – дух с внешностью ребёнка случайно проходил мимо. Одетый в традиционный наряд, он энергично прыгал вокруг злого духа, который сгустился на углу этой улицы, чтобы подождать открытия перехода.

Улицы были полны людей, так как это был оживлённый деловой район. Однако никто из них не замечал происходящих совсем рядом сверхъестественных вещей, иначе они непременно бы удивились и задались бы вопросом, какая семья одела своего ребёнка таким образом. Или бы они принялись гадать, из какой труппы сбежал этот маленький актёр.

Хотя он и выглядел как дитя, этот очаровательный «малыш» на самом деле был призраком, который обитал здесь на протяжении нескольких сотен лет. Он улыбнулся злому духу, забившемуся в угол.

– Пройдя через столько трудностей, чтобы получить разрешение владыки Се Ланя на посещение мира живых, ты теперь спешишь вернуться?

Призрак мальчика вспомнил, что этот злой дух должен был веселиться в доме семьи Шэнь, поглощая сущность многих живых людей. Но у него не могло быть никакой другой причины сидеть здесь, кроме как ожидая открытия прохода между мирами. Вот потому-то Чжоу Юнь так удивился, встретив его тут.

Злые духи отличались от обычных духов тем, что их мысли обычно были очень просты, а разумы заполнены только желанием убивать. К примеру, злой дух собаки, если его не сдерживать, станет кусать и рвать на куски всё и вся, что попадётся на его пути. Не говоря уже о людях, он будет атаковать даже себе подобных. По этой причине Чжоу Юнь не испытывал особой симпатии к злым духам.

Однако тот, кто находился перед его глазами, был избит хозяином Призрачного Города до состояния полнейшей покорности. Если владыка отдавал приказ, этот злой дух покорно выполнял его.

Существо, которого боялись даже злые духи…

Вспоминая те несколько раз, когда он встречался с правителем Призрачного Города, Чжоу Юнь невольно потёр пальцы, чувствуя слабый холод на самых кончиках, несмотря на то, что это было всего лишь воображение.

Владыка действительно был очень грозен, злого духа нельзя было винить в подобной бесхребетности. Когда Чжоу Юнь впервые встретил то существо, ему показалось, что перед ним чрезвычайно острое и холодное как лёд лезвие, чей кончик нацелен на его горло.

Тогда ему даже дышать было трудно, потому что он боялся, что малейшее движение может привести к тому, что это метафорическое лезвие пронзит его насквозь.

Вопреки заблуждениям людей, призраки тоже обладали всеми чувствами. Однако, столкнувшись с этим существом, Чжоу Юнь ощутил, что существуют и исключения.

– Есть дело поважнее, – монотонно ответил Одиннадцатый. Он остался сидеть на корточках и лишь забился подальше в угол, опустив голову и уставившись в пол.

Услышав такой ответ, Чжоу Юнь, имевший внешность ребёнка, поднял бровь, оставаясь спокойным и собранным. Это «важное дело» определённо было связано с владыкой, но в чём конкретно оно заключалось?..

Однако Чжоу Юнь решил больше ничего не спрашивать об этом, потому что знал, что злой дух не ответит. Он перебрал в уме множество возможных вариантов. Например, что-то случилось с самим хозяином, и ему нужно было отозвать своих подчинённых, покинувших Призрачный Город или что-то в этом роде.

Однако реальность была такова, что в настоящее время существо, упомянутое в разговоре двух призраков, находилось в своём кабинете, привычно занимаясь рисованием. На самом деле никакого кризиса и в помине не было.

По сравнению с современными небоскрёбами человеческого мира, Призрачный Город выглядел так, как будто века назад время в нём остановилось. Дворец и павильоны сохранили дух древности.

Кабинет внутри дворца был запретной зоной, это было известно всем призракам в городе. За исключением случая, произошедшего несколько сотен лет назад, когда слепой призрак осмелился пойти против этого негласного правила и имел несчастье быть разорванным на куски, никто больше не отважился бы нарушить это табу.

– Господин в кабинете?.. Тогда я подожду, – верный подчинённый, который намеревался доложить о важном деле, послушно ждал. Всякий раз, когда их хозяин входил в кабинет, его настроение  становилось крайне неустойчивыми. Какой бы важной ни была ситуация, они не могли прерывать его ни при каких обстоятельствах.

Однако, хоть потревожить его не посмели, это не означало, что обитатель кабинета не знал о происходящем снаружи.

Кап. Капля чернил упала на бумагу, издав едва слышный звук.

Неуловимый шум, казалось, встревожил владельца кисти. Однако красивый мужчина в тёмной мантии вновь сосредоточил своё внимание на созданном им рисунке. Точнее говоря, его взгляд был прикован к паре нарисованных глаз.

Он смотрел внимательно сквозь полуопущенные ресницы, можно даже сказать, смотрел осторожно.

Отложив кисть в сторону, бледный палец Се Лана нажал там, где чернила капнули на бумагу, и аккуратно потёр. Даже при том, что теперь на полотне был изъян, Се Лань не мог заставить себя уничтожить эту новую, испорченную картину.

Первоначально его бледный цвет лица отражал внутреннюю холодность, но всякий раз, когда он смотрел на человека на картине, эта бледность обращалась в свою противоположность и растапливала ледяное выражение. Глаза, полуприкрытые веками, и бледный цвет лица – нынешнее выражение хозяина Призрачного Города можно было бы описать как нежное, но сдержанное.

Словно ледяное лезвие притупилось. Более того, он больше не производил впечатления острия, направленного в горло собеседника, от него не исходило ощущения зимнего леса, скованного лютым морозом. Теперь он был похож на оружие, которое держала рука владельца, послушный и не двигающийся по своей воле.

Он не мог нарисовать его…

Стерев эту каплю чернил, пальцы Се Ланя двинулись к глазам человека на картине, с ещё большей нежностью проведя по ним. По тому, как был одет изображённый человек, можно было сказать, что это мужчина, его глаза были ясными и выразительными.

Глядя на картину, на эти глаза, Се Лань почувствовал, что за ним наблюдают.

Это было похоже на то, как если бы он попытался ядом утолить жажду. Представив себя целью пристального взгляда человека на картине, он ощутил, как заполняется пустота в его сердце. Однако в следующее мгновение ему станет ясно, что это не реально, и заполненная пустота в его сердце снова разверзнется ещё более глубокой дырой.

Он не мог разглядеть иные черты лица. Каждый раз, когда его кисть останавливалась, ненависть вспыхивала в ледяном сердце Се Лана, которое было мертво бог знает сколько лет.

Он ненавидел себя. Почему он не может вспомнить, как выглядел этот человек? Но даже при том, что у него не осталось этих воспоминаний, Се Лань по-прежнему чувствовал, что этот человек был кем-то очень важным для него.

Когда он представлял, что этот взгляд направлен на него, его сердце начинало биться, и очень быстро. Ему почти казалось, что он был одним из тех живых существ в человеческом мире…

Дождись, когда я найду тебя.

Воспоминания, связанные с этим предложением, были чрезвычайно расплывчатыми и неясными, Се Лань даже не мог подтвердить, было ли это воспоминание реальным.

Но он ждал. С тех пор как он обрёл сознание, Се Лань всегда ждал, когда же владелец этого голоса отыщет его.

– Где ты? Когда ты меня найдешь?.. – в тишине пустого кабинета его голос звучал медленно и глубоко. Несмотря на сильные эмоции, он, казалось, излучал ауру безразличия.

…Будь умницей.

Даже притом, что эти фразы были размыты, и он даже не мог вспомнить их полностью, это не помешало Се Ланю следовать им.

Он терпеливо ждал, он был очень послушен.

Кто же виноват, что проход между Призрачным Городом и царством смертных открывался только раз в месяц. Одиннадцатый, который нёс чрезвычайно важное сообщение и мог в данный момент только сидеть на корточках перед призрачными вратами, также был очень встревожен. Эти двери разделяли два царства, и способностей Одиннадцатого было недостаточно, чтобы пройти через миры и передать послание.

Этот человек был очень важен для его хозяина. Поскольку он знал это, то решил отказаться от миссий, которые были на него возложены. У этой информации был наивысший приоритет, всё остальное могло подождать.

С самого начала Чжоу Юнь просто проходил мимо. Поглядев на злого духа, сидящего на корточках в углу и готового сматывать удочки из человеческого мира, мальчик-призрак потёр подбородок да и ушёл по своим делам–

Он хотел пойти в кино и посмотреть фильм ужасов.

Большинство людей боятся призраков. После прибытия в мир смертных Чжоу Юнь обычно сидел в кинотеатре до пяти утра, наслаждаясь фильмами ужасов. Призраки, которых он видел в кино, были настолько уродливы на вид, что людям было трудно выдержать это.

На самом деле всё совсем не так! Кроме призраков, которые любили подшучивать над людьми, злые духи не выглядели так уж отвратительно, понятно?

Говоря о внешности, Чжоу Юнь снова подумал о владыке Призрачного Города. Внешность этого призрака была поистине совершенной и даже имела утонченную ауру. Если бы духи, которые хотели бы встречаться с ним, выстроились в линию, она пересекла бы весь город и дошла бы до человеческого царства.

Жаль, что он так никого себе и не нашёл за столько лет. Если бы другой призрак был на его месте и имел его статус, то давно бы уже подчинился инстинктам и стал бы потворствовать своим желаниям. Духи обычно были очень честны в отношении своих потребностей. Когда они были живы, на них оказывалось слишком много давления, поэтому после смерти они освобождались от всех условностей и запретов.

Личность этого повелителя была холодной и безразличной. Слухи, которые ходили по Призрачному Городу в течение стольких лет, содержали изрядную долю правды. В конце концов, если бы его характер был иным, то он не хранил бы своё целомудрие все это время, словно сокровище какое—

Поразившись собственным мыслям, Чжоу Юнь едва не расхохотался. Однако в ближайшем будущем он на собственном опыте испытает чувство, словно реальность влепила ему пощёчину.

Мда… Довольно больно, вообще-то.

Злой дух, без спроса заявившийся в родовое поместье клана Шэнь, столь же внезапно сбежал, оставив позади торжественно замершую троицу, которая молча смотрела друг на друга. Они никак не могли переварить столь динамичное развитие событий.

«00, этот призрак испугался меня?» – Гу Янь, который встретился с этим злым духом лицом к лицу,  повторил в уме всё, что только что произошло. Во время чрезвычайно короткого столкновения он сумел распознать эмоции во взгляде злого духа. Если он не ошибался, это был взгляд, полный ужаса и паники.

[Да], – 037 без промедления дала утвердительный ответ.

Услышав подтверждение от своей системы, Гу Янь опустил голову в глубокой задумчивости. Он-то  ещё мог ошибаться, но вот его система никогда не промахнётся в оценке ситуации.

Что же в нём было такого, что могло испугать злого духа?

Гу Янь некоторое время обдумывал этот вопрос, но так и не смог прийти ни к какому выводу.

Он не был настоящим мастером прорицания; тело, в котором он сейчас пребывал, принадлежало самому обычному человеку, которому и божественное око-то открыли буквально в последнюю минуту. Единственное, что отличало его от остальных, так это то, что его тело содержало энергию изначального хаоса, но эта энергия не имела свойств экзорцизма или способности прогонять призраков. В лучшем случае его можно было бы назвать живым талисманом удачи.

– Мы здесь закончили, – эти двое новичков, скорее всего, всё ещё пребывали в шоке. Как ветеран, многое повидавший на своём веку, Чжао Сюй покачал головой и первым направился к выходу.

Холодная энергия инь, окутавшая особняк, после ухода злого духа начала рассеиваться и к настоящему времени почти исчезла. А фэншуй поместья семьи Шэнь изначально был в полном порядке.

Хотя Гу Янь был обычным человеком, он всё же мог ясно ощущать ослабление холодной ауры инь в святилище предков. Столь непринуждённо избежав трагического финала своего персонажа, юноша почувствовал, что подозрительно легко отделался.

Впрочем, может быть, это и к лучшему. Не задумываясь больше об этом, он направился к выходу.

Раз уж он не мог понять причину, то ни к чему ломать голову. Что же касается того, почему призрак боялся его, то ответ может найтись в будущем.

Успешно сохранив свою жизнь в этой короткой части истории, он мог теперь начать искать своего возлюбленного. А после этого уже найдётся время, чтобы тщательно обдумать, как избежать ужасного конца этого мира. Таким образом, все будут счастливы.

Выбрав дальнейший курс действий и найдя осязаемую цель, Гу Янь адаптировался к окружающей обстановке со скоростью, не уступающей предыдущему миру.

У дверей родового святилища, разумеется, стояли люди семьи Шэнь. Увидев, что приглашённые мастера вышли спустя такой короткий промежуток времени, стоящий позади группы телохранителей молодой человек, одетый в строгий деловой костюм, не мог не выразить своих сомнений:

– Не прошло и нескольких минут, а вы уже закончили? – этот мужчина был единственным наследником нынешнего главы семьи Шэнь. Он всегда относился с презрением к таким вещам, как искусство прорицания и подобные ненадежные суеверия. Что за чертовщина вообще этот фэншуй…

В какую эпоху они живут, почему люди продолжают верить в подобную чепуху?

К несчастью, его собственный отец был одним из таких суеверных людей. Естественно, Шэнь Линь хотел посмотреть, какую ложь попытаются скормить им эти «мастера прорицания».

– Похоже, у святилища предков нет никаких проблем с фэншуй. На самом деле, в этом месте обитал злой дух, из-за которого вас и преследовали бедствия, – объявил главе семьи Шэнь старый мастер, который первым вышел из святилища.

Услышав это, юноша рядом с главой усмехнулся с выражением недоверия. Однако на сей раз он промолчал.

– Значит, этот злой дух был изгнан? – когда-то давным-давно глава семьи Шэнь лично пережил событие, связанное с духовным миром, оно-то и заставило его глубоко поверить словам этого мастера прорицания. Тем более что среди этих трёх человек, которых он пригласил, был этот старик, для того, чтобы связаться с ним, потребовалось много усилий и связей.

Как только был упомянут злой дух, Гу Янь почувствовал, что седовласый старейшина похлопал его по плечу, прежде чем был вытолкнут вперёд.

– Всё благодаря помощи этого молодого человека, – Чжао Сюй погладил бороду и произнёс это как нечто само собой разумеющееся.

Те, кто обладал такими способностями к прорицанию, были склонны верить, что всё на этом свете предопределено. Поэтому они не жаждали вещей, которые им не принадлежали, и не пытались получить больше, чем следовало бы. Ведь то, что предназначено им, в конце концов окажется в их руках.

Такова была причинно-следственная связь.

– Великий мастер Гу! – он действительно не ошибся в оценке этого человека. В этот момент  глава семьи Шэнь был рад, что юнец, которого он нашёл, оказался даже более способным, чем другие мастера, рекомендованные его деловыми партнерами.

Поскольку так сказал Чжао Сюй, а Е Чэнъюй молча стоял позади, можно было заключить, что так всё и было. Взгляд, которым хозяин семьи Шэнь смотрел на темноволосого юношу, стал более искренним.

Веко Гу Яня чуть дёрнулось, в такой степени, что никто бы этого и не заметил. Он действительно отпугнул призрака, но этот способ изгнания духов был несколько чудным…

Хоть эта мысль промелькнула в его голове, внешне Гу Янь оставался бесстрастным, приняв отчуждённый и безразличный образ важного человека.

Актёрское мастерство требовало внимательности даже к малейшим деталям. Разобравшись с беспорядком, который оставил после себя первоначальный хозяин тела, Гу Янь решил не продолжать такой образ жизни, заключающийся в обмане окружающих. В конце концов, существует столько способов заработка, с чего бы ему искать смерти, подобно оригинальному «гадателю-шарлатану»?

Хотя таковы были намерения Гу Яня, не всё будет зависеть от него, и события, которые в скором времени произойдут, превысят его ожидания.

– Папа, ты действительно ему веришь? Не существует таких вещей, как призраки, это просто байки, которыми пугают маленьких детей. Эти мошенники, очевидно, намерены стрясти с нас деньги! – молодой мужчина, всё это время стоявший рядом, поджав губы, больше не мог сдерживаться.

Если уж призраки действительно существуют, то почему он не видел ни одного из них за те девятнадцать лет, что жил на свете? Если не считать старика, эти двое юнцов, очевидно, ненамного старше его, с какой стати они величают себя «мастерами»?

– Если юный господин желает увидеть их, то для этого великого мастера не составит труда помочь Вам открыть божественное око, более того, это не будет стоить Вам ровным счётом ничего, –  словно истинный гадатель-шарлатан, Гу Янь стоял перед двумя мастерами духовного мира и нёс чушь с невозмутимым лицом.

Какое самое важное правило в искусстве вождения за нос? Нужно врать так, чтобы ты и сам мог поверить в собственную ложь!

– Однако, как только Ваше божественное око откроется, назад дороги уже не будет. Поэтому юному господину Шэнь нужно хорошенько всё взвесить, – будучи тем, чьё собственное божественное око пробуждено лишь временно, Гу Янь лгал, не моргнув и глазом.

Неважно, что это чушь собачья, лишь бы ему поверили.

Услышав его слова, молодой человек, который раньше пристально смотрел на них, внезапно побледнел и в конце концов больше не осмелился бросать им вызов:

– Н-не стоит.

– … – два настоящих мастера прорицания дружно погрузились в молчание. Теперь они более или менее понимали, как этот бессильный черноволосый юноша сумел обмануть главу семьи Шэнь.

Теперь, когда злой дух в святилище предков был изгнан, семья Шэнь должным образом поблагодарила мастеров прорицания и вознаградила их, как и было обещано. На этом дело было закончено.

С несколькими миллионами долларов, добавленными к его счёту, Гу Янь вернулся в арендованную хозяином тела квартиру в маленьком городе и откинулся на диван в своей гостиной.

Если уж говорить о вознаграждении, семья Шэнь без колебаний переоформила на него дом. Однако Гу Янь считал, что маленькая квартира, в которой жил прежний хозяин, была весьма хороша, и переезжать не собирался.

Что касается денежной компенсации, то её сумма была не слишком высока. Поскольку самой ценной наградой для тех, кто соприкасался с духовным миром, был духовный нефрит, Гу Янь использовал его для установления связей. В благодарность за спасение своей жизни он подарил артефакт двум мастерам, которые сначала вежливо отказывались от дара, но в конечном итоге всё же приняли его.

Гу Янь лёг на диван, ему было слишком лень добираться до кровати. Сейчас была ночь, поэтому гостиная полностью погрузилась во мрак из-за отсутствия источника света. Положив тыльную сторону ладони на лоб, юноша прищурился в непроглядную темноту.

С чего ему начать поиски…

Вот бы всё было так же, как в предыдущем мире, где ему нужно было только произнести слово «Цюцю», и перед ним предстал бы его возлюбленный. К сожалению, такое вряд ли произойдет во второй раз.

Услышав вздох хозяина, 037 молча наблюдала за ним, не беспокоя. Она знала, что её хозяин в данный момент думает о том человеке.

Кстати говоря, у 037 было ощущение, что этот человек становится всё более непостижимым. Каждый раз, встречая это существо, 037 могла ясно чувствовать, как растёт его сила. Если так будет продолжаться, не превысит ли могущество этого человека предел, который способен выдержать мир?

Что же касается того, что произойдет, если предел будет превышен – 037 не имела возможности вычислить это.

Приняв решение сменить карьеру, Гу Янь отвергал каждого человека, который приходил к нему за предсказанием судьбы или руководством по фэншуй. Он планировал стать добропорядочным гражданином и больше не хотел быть мошенником, который выманивал у людей деньги.

Поскольку его жизнь повернула в новое русло, логически говоря, Гу Янь больше не должен был общаться с людьми духовного мира.

Однако логика и реальность зачастую идут разными дорогами.

– Призрачный Город?.. Но почему старший пришёл ко мне? Вы ведь с прошлой нашей встречи знаете, что я обычный человек, к тому же теперь я решил начать всё с чистого листа, – дойдя до конца фразы, Гу Янь слегка кашлянул. Прошлое хозяина тела было не настолько чистым, чтобы говорить о нём без стыда.

– Энергия изначального хаоса обладает способностью дарить удачу своему владельцу, и если её хозяин пожелает, она может даже стать благословением для других, – пояснив этот момент, Чжао Сюй продолжил: – существует соглашение между духовной организацией мира людей и Призрачным Городом. На этот раз мы отправляемся туда, чтобы обсудить некоторые насущные вопросы. Детали довольно сложны, и существует определённая степень риска. Если Призрачный Город решит нарушить соглашение, члены этой миссии окажутся в опасности и не обязательно смогут уйти невредимыми.

После того, как Чжао Сюй лично засвидетельствовал, как аура бедствия черноволосого юноши превращается в удачу, в критический момент ему в голову пришла мысль навестить этого человека.

Ах, ему просто нужно побыть счастливым талисманом. К такому выводу пришел Гу Янь.

– Разумеется, ты волен решать, идти или нет. В конце концов, это опасная миссия, – Чжао Сюй погладил свою белую бороду и стал ждать ответа юноши. В последнее время духи, пришедшие из Призрачного Города, были чем-то встревожены и создавали проблемы в человеческом мире. Естественно, духовная организация была обеспокоена.

– Я пойду, – кивнул Гу Янь.

– В самом деле? Дитя, согласившись, ты уже не сможешь отказаться от своих слов. Тебе нужно хорошенько всё обдумать. Не жди до последнего момента, чтобы убежать, к тому времени будет уже слишком поздно, – предостерёг Чжао Сюй.

– Да, я не собираюсь отступать от своих слов, – сказал Гу Янь тихим голосом, его мысли, казалось, блуждали где-то в другом месте, и даже его брови были слегка нахмурены.

Гу Янь согласился на его просьбу, потому что внезапно подумал вот о чём: человек, которого он ищет, может находиться в Призрачном Городе, а не в царстве живых. Если он упустит этот шанс, сможет ли он встретиться со своим возлюбленным после того, как вновь станет простым смертным?

Вот почему он принял приглашение.

Врата Призрачного Города открывались раз в месяц, и в этом месяце они должны были открыться в ночь на 19-е число. Сверхъестественные события, происходившие в это время, могли быть восприняты только теми, кто обладал особыми способностями. Злой дух, который долгое время сидел на корточках в углу, наконец встал и бросился через проход в тот же момент, когда образовалась трещина.

Вскоре после того, как этот злой дух пересёк границу, группа людей также собралась в этом районе.

Два царства, разделённые одной дверью. В этот момент бледный и красивый мужчина, который тщательно выписывал брови на портрете, не подозревал, что человек, в чьи глаза он сейчас вглядывался, скоро предстанет перед ним.

Каждый среди собравшихся на этой улице нынешней ночью являлся важной фигурой в духовном мире. Единственными исключениями были черноволосый юноша, стоявший в середине группы, и временно никому неизвестный  молчаливый мастер-новичок.

– Чжао Сюй, когда ты сказал, что хочешь захватить счастливый талисман, я проявил понимание, но не слишком ли опрометчиво брать с собой совсем зелёного новичка? Мы в Призрачный Город не развлекаться идём, – прежде чем пересечь границу миров, пожилой старейшина, внешностью  чем-то похожий на Чжао Сюя, без колебаний высказал свои опасения, хмуро глядя на выделявшегося среди их группы молодого человека.

– У него есть способности, и это не моя предвзятость. Старина Ло, не говори глупостей, –  решительно сказал Чжао Сюй своему старому другу.

Способности? Ло Цюнь ещё раз с сомнением окинул юнца взглядом, но больше ничего не сказал.

Кстати говоря, Гу Янь узнал упомянутого молодого человека. Разве это не его «сын»? Не так давно они встречались в поместье семьи Шэнь.

Нынешняя миссия тоже была частью сюжета, который он написал в своём оригинальном романе в жанре современного фэнтези. По первоначальной задумке Е Чэнъюй (главный герой) сумел внести большой вклад на этом задании, и удачное возвращение всей группы в человеческое царство было в значительной степени обусловлено ореолом протагониста.

Ореол протагониста по-прежнему играл важную роль. Как счастливый талисман группы, Гу Янь стоял в середине, потому что считалось, что так влияние энергии изначального хаоса будет равномерно распределена на каждого человека.

– Держись поближе. Независимо от того, что привидится тебе в проходе, не действуй безрассудно. Это всего лишь иллюзии. Если уж станет совсем невмоготу, просто закрой глаза, и я проведу тебя, – с такими словами обратился Чжао Сюй к юноше. В проходе, соединяющем оба царства, те, чей уровень совершенствования был недостаточным, сталкивались с риском потерять себя, что уж говорить о слабовольном смертном без каких-либо способностей. Старый мастер не мог не волноваться.

Гу Янь понимающе кивнул и без малейших колебаний встал за ним.

Как только врата Призрачного Города откроются, начнётся отсчёт, так что переговоры должны быть завершены в срок, иначе им придётся ждать до следующего месяца, чтобы покинуть потусторонний мир. Впрочем, если переговоры провалятся, они вряд ли переживут этот месяц.

Поскольку его божественное око пока ещё было открыто, Гу Янь увидел перед собой ворота Призрачного Города, похожие на медленно закручивающийся портал. Неторопливое вращение портала вызывало ощущение опасности, но войдя внутрь, Гу Янь ясно почувствовал изменение атмосферы, которая теперь обрушилась на них огромной тяжестью. Как будто какое-то неосязаемое давление мешало им дышать.

– Кроме давления ты больше ничего не чувствуешь? – один из старейшин по фамилии Сюй удивлённо посмотрел на темноволосого юношу, идущего рядом с ним. Все иллюзии в этом проходе были созданы хозяином Призрачного Города, дабы помешать людям проникнуть в мир духов. И всё же этот парень, казалось, был неподвластен наваждению.

Гу Янь молча кивнул. Он действительно не ощущал ничего особенного, кроме удушливой атмосферы.

Если точнее, то в глубине души у него возникло странное чувство, которое он не знал, как описать, оно было настолько мимолетным и неясным, что юноша и сам не мог до конца это прочувствовать.

Как простой смертный, Гу Янь не особо разбирался в том, что выходило за рамки логики и науки. Однако во время путешествия через проход, соединяющий два царства, у него возникло смутное ощущение, что нечто, пытавшееся приблизиться и напасть на него, внезапно присмирело и  стало чрезвычайно покорным…

У юноши даже возникла мысль, что это создание исполнит любой его приказ, например, прямо сейчас он пожелал, чтобы оно перестало нападать на членов его группы.

– Иллюзорный массив перестал работать... – взгляд мастера прорицания Сюя был наполнен тревогой, такое хорошее событие произошло слишком внезапно. От этого воображение старика не на шутку разыгралось, пока он гадал, какие жуткие вещи могут прийти на смену иллюзиям.

Если бы кто-нибудь ему сказал, что хозяин Призрачного Города отозвал свою силу по доброй воле, мастер Сюй скорее умер бы, чем поверил в это. Как член духовной организации, он знал, насколько порочным и жестоким было это существо.

Однако за то время, что они провели в проходе, больше ничего не произошло. Группа людей благополучно прибыла к месту назначения.

Управляя небольшой порцией энергии, которую он извлёк, чтобы сформировать иллюзорный массив, красивый бледный мужчина пристально, не моргая, смотрел на картину, висящую на стене. Он просто продолжал рассматривать человека, изображённого на ней.

Нынешние гости Призрачного Города, похоже, немного сильнее, чем все, кто приходил сюда прежде. По крайней мере, они владели какой-то способностью, нейтрализовавшей его массив иллюзий…

Щелчком пальцев он вызвал отделённый давным-давно маленький сгусток энергии. В тот момент, когда бестелесный огонёк вернулся к хозяину, холодное сердце Се Ланя внезапно начало бесконтрольно биться.

Подавив возбуждённый сгусток энергии, который был частью его самого, он обнаружил, что крошечный шарик, казалось, стал намного более смирным. Он даже тщательно подавлял присущую ему ледяную ауру.

Дождись, когда я найду тебя.

Внезапно эта прежде неясная фраза эхом отозвалась в его душе, Се Лань поглотил этот маленький шарик энергии и  поднял голову, чтобы взглянуть на человека на картине:

– Ты пришёл за мной?..

Бесцветный голос мягко прозвучал в комнате. Вопреки его тону, холодное сердце владыки Призрачного Города бешено колотилось в груди.

Тудум, тудум.

Он ясно осознавал, насколько оглушительным был этот звук – настолько, что, казалось, заглушает даже стук в дверь. Хозяин Призрачного Города, одетый в тёмную мантию, повернулся, бросив бесстрастный взгляд в сторону двери:

– Входи.

Никто не смел просто так входить в кабинет и прерывать его. Это допускалось лишь тогда, когда нужно было сообщить о каком-то чрезвычайно важном деле, достаточно важном, чтобы гарантировать, что докладчика не казнят.

Чувствуя ледяной, пронзительный взгляд, который, казалось, протыкал его насквозь, только что вошедший злой дух отчаянно боролся с дрожью, сотрясавшей его тело. Он знал, что если новости, которые он принёс, недостаточно важны, хозяин безжалостно уничтожит его.

Прищурившись, Се Лань ждал, когда его подчиненный выложит информацию, но большая часть внимания мужчины была где-то в другом месте. Он должен начать поиски, если этот человек пришёл сюда, он обязательно найдет его.

Духовное сознание, накрывшее весь Призрачный Город, пришло в движение под управлением своего хозяина, однако  тот, кого он искал, на самом деле был уже очень близко к нему, в данный момент его принимали призрачные чиновники.

– Непривычно? – спросил Чжао Сюй у двух юношей, которые впервые вошли в Призрачный Город. Погладив свою белую бороду, он добавил: – Ну, вам и не нужно привыкать к этому. Мы остаемся здесь меньше чем на день, так что просто относитесь к этому дышащему древностью месту как к исторической экскурсии.

Чтобы не нагнетать слишком тяжёлую атмосферу, седобородый старейшина, как и прежде, использовал шутливый тон.

– Владыка Се Лань в своём кабинете, и вам, возможно, придётся немного подождать, – брови посредника были нахмурены, смысл, стоящий за его учтивыми словами, расстроил этих уважаемых гостей. Независимо от того, пройдут ли переговоры успешно, такого рода отношение было унизительным.

Даже если в конечном итоге маски любезности будут сброшены, до этого момента они должны, по крайней мере, попытаться поддерживать вежливый образ, разве нет?

– Кабинет мастера Се Ланя – запретная зона Призрачного Города, прошу извинить меня за то, что не могу незамедлительно сообщить о вашем прибытии, – прекрасно понимая, какие мысли сейчас бродят в головах смертных, посредник объяснил ситуацию, продолжая смотреть в пол.

Согласно установившемуся порядку, войдя в эту комнату, владыка оставался там на протяжении целого дня. Для призраков такой отрезок времени мог считаться совсем коротким, но вот для людей…

Однако, едва он подумал об этом, в зал вошёл другой посланник. Дух-посредник ещё толком не успел понять, что только что произошло, а новоприбывший уже повёл группу смертных прочь.

Не прошло и пяти часов, а владыка уже вышел?..

Эта новость могла бы попасть в ежегодный список невероятных событий, произошедших в Призрачном Городе!

Но что бы ни происходило в голове посредника, люди, проведённые в другую комнату, отчётливо увидели целевого персонажа своей миссии.

На нём были тёмные одежды без излишних украшений. Пусть на вид они были скромными, тем не менее, это придавало хозяину Призрачного Города ауру недосягаемости, несмотря на то, что он просто молча сидел в кресле. Бледная кожа контрастировала с тёмным одеянием, которое лишь подчёркивало его уникальный темперамент и врожденную красоту.

Едва переступив порог комнаты, Гу Янь сразу же ощутил пристальный взгляд, направленный на него. Он окутывал юношу с головы до ног, точно неумолимо затягивающиеся путы, чьей целью было связать его так надёжно, чтобы даже прядь волос не смогла выскользнуть.

Это был неописуемый взгляд. Рефлекторно посмотрев в сторону его источника, Гу Янь увидел пару тёмных, невероятно глубоких глаз.

Это было трудно описать… однако понять было совсем несложно.

– Цюцю… – голос юноши был очень тихим, те, кто находился чуть подальше от него, не смогли бы ничего различить.

Лу Чэнъе, который стоял рядом с ним, услышал два слога; слегка озадаченный, он повернулся, чтобы посмотреть на Гу Яня. Но этот единственный взгляд едва не оставил его заикой на всю жизнь.

Владыка Призрачного Города, который только что сидел в кресле в дальнем конце комнаты, внезапно возник прямо перед его глазами. И ладно бы он просто появился здесь, самое главное, глаза короля призраков были слегка прикрыты, он уткнулся лицом в затылок юноши, а руками обхватил его за талию.

Короче говоря, он всем телом… нет, всей сущностью прильнул к юноше.

Что это вообще за ситуация?!

Все великие мастера, обладающие немалым авторитетом в человеческом мире, столкнувшись с таким ошеломительным развитием событий, могли только поражённо застыть, но что повергло всех в ещё более глубокий шок, так это то, что их счастливый талисман осмелился протянуть руку к голове владыки Призрачного Города и, чёрт побери, дважды! Погладить! Его!

По логике вещей, им ведь это снится, верно?..

Се Лань не мог вспомнить, сколько лет прошло с тех пор, как он обрёл сознание. Это произошло примерно в то же время, когда он занял трон Призрачного Города.

Хотя с тех пор утекло много воды, он не мог припомнить совершенно ничего интересного. Единственного человека, который мог заставить его сердце биться чаще, нигде не было, и время, проведённое им здесь, видимо, служило лишь одной цели – ждать его появления.

Он ждал, когда же юноша, чью фигуру он едва помнил, обладатель этого голоса, найдёт его…

Что касается того, как он смог вытерпеть эти столетия, несмотря на то, что не был даже уверен, не являлся ли этот фрагмент его памяти всего лишь иллюзией… Даже сам Се Лань не знал, как сумел это выдержать. Он просто следовал зову сердца, хотя оно давным-давно омертвело.

– Цюцю послушно ждал, – человеческое тело было чрезвычайно тёплым по сравнению с призрачным. От одного прикосновения, казалось, вспыхнул огонь, будто язычки пламени танцевали на коже духа. Владыка Призрачного Города крепко обнял темноволосого юношу, которого встретил впервые; их тела были настолько плотно прижаты друг к другу, что казались единым целым.

Это пламя словно бы несло в себе непреодолимое искушение для Се Ланя, вплоть до того, что он с радостью выдержал бы боль, позволяя этому неистовому огню сжечь его дотла. Тем более, что он давно уже забыл, что такое боль.

Пустота в его сердце была заполнена юношей, которого он держал в объятиях, и нахлынувшее огромное удовлетворение вызвало у него неудержимый трепет.

Это точно не боль. Опустив голову на плечо юноши, Се Лань прищурился, пытаясь понять, что за чувство он сейчас испытывает.

Умиротворение. Это было умиротворение и непередаваемое счастье от того, что он наконец-то встретил этого человека после стольких лет ожидания.

Руки призрака сжимали его очень крепко, однако Гу Янь чувствовал, как они дрожат. Вдобавок, слова, произнесённые низким и хриплым голосом прямо ему на ухо, заставили сердце юноши дрогнуть. Откуда у него возьмутся силы, чтобы беспокоиться о собственном дискомфорте?

Похоже, в этом мире Цюцю сохранил небольшую часть воспоминаний. Судя по тому, что он помнил слова, сказанные Гу Янем в предыдущем мире, должно быть, для него всё это время прошло в ожидании.

– Цюцю был умницей… – не обращая внимания на взгляды окружающих, Гу Янь поднял руку, чтобы обнять своего призрачного возлюбленного, и даже погладил его по голове.

Голос юноши был чрезвычайно мягким и, скорее всего, был намеренно приглушён, учитывая их окружение. Но в такой непосредственной близости Се Лань ясно расслышал эти слова.

Он, наконец, обнаружил, чего не хватало в его воспоминаниях. Сощурившись, Се Лань почувствовал прикосновения юноши и ослабил хватку на его талии. Он сделал это, чтобы юноша чувствовал себя более комфортно, но у него не было никакого намерения отпускать его.

Он терпеливо ждал и теперь, наконец, ожидание подошло к концу. Он ни за что на свете не отпустит этого человека.

Эта ситуация слишком запутанная!

Независимо от того, были ли это призраки или люди, пришедшие из мира живых, все присутствующие разделяли одну и ту же мысль. Они все хотели знать, каков был ответ на вопрос, который возник перед ними.

К несчастью, хозяин Призрачного Города, казалось, вошёл в состояние абсолютного спокойствия, обняв юношу и наслаждаясь поглаживаниями. Это лишило всех зрителей дара речи.

Единственный, кто был доволен ситуацией и даже испытывал чувство благодарности, – это подчинённый владыки Призрачного Города. Будучи его правой рукой, Сюй Цю повидал всевозможные  бури и шторма.

Рискуя быть стёртым в порошок своим боссом, чьё настроение он никогда не мог прочитать или хотя бы различить на его лице эмоции гнева или радости, Сюй Цю намеренно тихо кашлянул. В итоге он без малейшего удивления обнаружил, что его босс опасно прищурился.

Брошенный на него взгляд  таил в себе определённую угрозу. Помощник хозяина Призрачного Города мгновенно напрягся.

Вот чёрт. Зачем он вообще полез на рожон…

Однако, как только эта мысль пришла ему в голову, ощущение нависшего над ним кризиса мгновенно рассеялось, как только темноволосый юноша заговорил. Сгустившийся было мрак исчез без единого следа.

Слух призраков был намного лучше, чем у людей, и поэтому этот заместитель ещё раз чётко услышал, как юноша сказал их господину: «будь умницей». И, если глаза его не обманывали, владыку эти слова, очевидно, ничуть не разозлили – напротив, он казался необычайно довольным.

Свирепого зверя не удержать в обычной клетке. Однако существо, которое было воплощением тирании и жестокости в глазах его подчинённых, в настоящее время уютно опёрлось подбородком на плечо юноши. Его поведение впору было описывать словами «послушный» и «кроткий», можно было даже подумать, что перед ними самое безобидное существо во вселенной.

– Давай поговорим о деле, – мягко сказал Гу Янь, успокоив прильнувшего к нему призрака. Он не мог позволить им и дальше оставаться в центре внимания.

Понимая, что его возлюбленный на взводе, он намеревался вычесать его мех после того, как будут решены все серьёзные вопросы. Сколько бы времени это ни заняло, он сможет утешить своего Цюцю.

Услышав его просьбу, бледный, но прекрасный король призраков нахмурился. С его точки зрения, переговоры между человеческим миром и Призрачным Городом отнюдь не являлись серьёзным и неотложным вопросом. В лучшем случае, это была пустая трата времени.

Если бы он не рассмотрел возможность того, что тот, кого он ждал, мог оказаться смертным, то давно бы уже снял все ограничения со злых духов Призрачного Города, и тогда они начали бы войну с человеческим миром. В противном случае, зачем бы ему утруждать себя заключением какого-то соглашения с духовной ассоциацией царства живых?

Мирный договор возможен только в том случае, когда обе стороны находятся на равных. Однако у людей просто не было возможности чего-то от них требовать. Слабые не имели права говорить, но ради того, чтобы найти этого человека, Се Лань был готов пойти на компромисс и дать им шанс. Но, конечно, этот шанс может быть отнят в любой момент.

– Хорошо, – несмотря на хмурое выражение лица, Се Лань все же согласился на просьбу юноши.

Призрачный король неохотно опустил руки, обнимавшие Гу Яня за талию, и усадил его в кресло, после чего занял собственное.

Раз уж юноша хотел, чтобы они обсудили «серьёзные вопросы», он послушается.

На одном из сидений, которые должны были быть заняты исключительно призраками, теперь сидел человек. Более того, этот человек изначально был на стороне гостей из мира живых и являлся талисманом удачи, который они прихватили с собой на эту опасную миссию… Чувства великих мастеров духовного мира были столь же запутанны и неоднозначны, сколь ошеломлёнными выглядели выражения их лиц.

Когда дела будут улажены, они должны во что бы то ни стало стребовать с юноши подробное разъяснение, что здесь вообще произошло. Иначе они не смогли бы спать с опухшей от гипотез и сомнений головой.

С другой стороны, призраки чувствовали себя ничуть не лучше. Однако они всё-таки являлись духами, которые были мертвы уже несколько сотен лет, поэтому у них было больше опыта в контроле выражений своих лиц.

Даже когда их повелитель, который в данный момент сидел перед людьми с ничего не выражающим лицом, втихаря начал играться с пальцами темноволосого юноши, группа призраков вела себя так, будто они ничего не видели. Независимо от того, как бешено колотились их сердца, внешне они оставались спокойными и собранными.

– За последнее время частота появления злых духов, проходящих через врата и попадающих в человеческое царство, увеличилась более чем в полтора раза. В соглашении, которое было заключено в прошлый раз между Призрачным Городом и миром людей, чётко оговаривалось, что «Призрачный Город обязан ограничивать как вход, так и выход злых духов из него». Учитывая недавние события, мы надеемся, что вы дадите этому разумное объяснение, – одна из сторон, участвующих в этом соглашении, не выполнила свою часть сделки. Мастера прорицания, которые вынуждены были разбираться со всеми этими происшествиями, не могли не возмутиться. При всём своём старании, представитель человеческого царства не смог полностью подавить своё раздражение, позволив ноткам обвинения просочиться в свою речь.

Закончив говорить, он с запозданием осознал, что его тон был не совсем правильным. Поэтому представитель лишь посуровел в лице.

Он знал, что когда дело доходит до сравнения могущества людей и призраков, первые оказываются в гораздо более невыгодном положении. Однако в некоторых случаях нельзя проявлять слабость и идти на попятную, иначе неизвестно, сколько человек потеряют свои жизни. Разумеется, худшее, что может случиться, – Призрачный Город в одностороннем порядке разорвёт соглашение. Если это произойдет, мир людей, скорее всего, погрузится в море хаоса и разрушения…

– Мы не сдержали своего обещания, поэтому возьмем на себя ответственность и захватим оставшихся призраков, живущих в человеческом мире. Впредь такого больше не повторится, – руки Се Ланя так и не показались из-под стола, вместо этого продолжая играть с длинными и тонкими пальцами темноволосого юноши. После успешного захвата его ладоней, призрак переплёл их пальцы вместе, в тоже время озвучивая свой ответ на претензии людей холодным и отстранённым голосом.

Как только эта фраза прозвучала, не только мастера прорицания из духовной ассоциации впали в ступор, но и призраки не сумели скрыть своего потрясения.

Вот так запросто... Если бы не знакомое давление, повисшее в воздухе, духи непременно заподозрили бы, что их босса подменили. Конечно, если допустить мысль, что в мире вообще существовал кто-то достаточно могущественный, чтобы суметь провернуть подобное.

Мастера прорицания первоначально готовились исчерпать всё своё красноречие, чтобы убедить призраков прислушаться к доводам логики, и даже готовы были вступить в бой, поставив свои жизни на карту.

Однако исход оказался совершенно неожиданным. Достигнув своей главной цели с такой поразительной лёгкостью, эти мастера были не в состоянии сохранять спокойствие.

Более того, заключительные слова: «Впредь такого больше не повторится» – имели огромное значение. Если принять их за чистую монету, это будет означать, что владыка Призрачного Города пообещал, что в человеческом мире никогда больше не будет призраков…

Подготовленная ими длинная и цветастая речь в одно мгновение потеряла смысл; представитель людей, великий мастер Линь, подавился невысказанными словами, прежде чем, наконец, смог перейти к более важному делу:

– Кроме того, я надеюсь, что число призраков, проходящих через врата между царством людей и Призрачным Городом каждый год четырнадцатого июля, будет ограничено. Чрезмерное количество духов, прибывших в мир живых, вызовет дисбаланс Инь и Ян. Так что, даже если это продлится лишь один день, последствия будут серьёзными.

Четырнадцатое июля было особенным днём. Это было единственное время в году, когда проход, соединяющий два царства, пропускал всех призраков, желающих попасть в мир смертных. Это также было корнем проблемы, упомянутой великим мастером Линь. Каждый год, после четырнадцатого июля, мастера прорицания духовной ассоциации просто выматывались до смерти, поскольку работали на пределе своих сил в течение месяца, чтобы вернуть мир к его равновесию.

– Хорошо, – обхватив руки юноши своими и сцепив их вместе, холодный и отчуждённый король призраков слегка провёл кончиками пальцев по тёплым ладоням. На этот раз его ответ был ещё более лаконичным.

Он мог согласиться на любые просьбы, пока темноволосый юноша рядом с ним был счастлив. Или если это было то, чего он желал.

Далее представители духовной ассоциации человеческого царства упомянули о многих событиях, произошедших в последнее время, и воспользовались случаем, чтобы внести ещё несколько просьб.

Во время переговоров на лицах всех присутствующих, кроме темноволосого юноши, застыло выражение неверия, как будто они призрака увидали. Хотя, так оно, в общем-то, и было.

Король призраков, сидевший во главе стола, сохранял холодное выражение лица и почти ничего не говорил, но дело было не в этом. Важнее всего было то, что он великодушно принимал каждый запрос, выдвинутый представителями мира смертных, если тот не был чрезмерным. В течение всего процесса они постоянно слышали, как этот призрак даёт своё одобрение, или, скорее, повторяет ответ «хорошо» своим холодным и монотонным голосом.

Всё прошло как по маслу. Если бы все будущие переговоры с королем-призраком были такими же легкими, как в этот раз, улыбка бы не сходила с их лиц даже во сне.

Рано или поздно должен был наступить поворотный момент. Нынешние переговоры, которые должны были быть сопряжены с большим риском, прошли успешно до самого конца, и в этот момент призрачный владыка, который до сих пор не предпринимал никаких попыток изложить свои собственные требования, наконец взял слово.

– Я могу согласиться на все, что мы обсудили, но у меня есть одно условие, – кончики его пальцев слегка коснулись ладоней юноши. Когда Се Лань заговорил, его лицо, как обычно, было лишено эмоций.

– … – первоначально спокойная атмосфера в комнате внезапно сменилась напряжением, отчего сердца мастеров прорицания, уже намеревавшихся вернуться в свой мир, забились в тревоге.

Конечно, все не могло быть так гладко, как они надеялись. Он просто выжидал нужного момента.

– Каково же это условие? – они сумели выторговать много преимуществ в предыдущей дискуссии. Если владыка Призрачного Города не пересечёт черту своей просьбой, великий мастер Линь склонялся к тому, чтобы выполнить её.

На несколько секунд в комнате воцарилась тишина, и все присутствующие нахмурились. Пальцы короля призраков, сжимавшие ладони юноши, замерли, и их руки переплелись.

Он хотел, чтобы этот человек остался, но…

Альтернативное пространство, в котором располагался Призрачный Город, было далеко не таким живописным, как человеческое царство. Здесь было мрачно и скучно, ни один человек не сможет наслаждаться здешней жизнью.

Правой рукой, стиснутой в крепкой хватке, Гу Янь ощущал холод, ведь у существа, которое держало его ладонь в своей, не было тепла живого человека.

Если бы Гу Янь, пережив три разных мира, всё ещё не смог бы угадать, о чём в этот момент думал его Цюцю, то он, вероятно, был бы недостоин называться его возлюбленным. Поэтому он вытянул руку из чужой хватки, чтобы взять ею ладонь призрака и, перевернув, накрыть своей.

Он должен дать какое-то подтверждение. Цюцю этого мира так долго ждал его всего лишь из-за смутных и раздробленных воспоминаний. Теперь, когда они наконец встретились, у Гу Яня даже не было возможности пригладить его взъерошенную шёрстку.

Отчётливое тепло пальцев, мягко потиравших середину его ладони, заставило красивого бледного мужчину, у которого поначалу было мрачное выражение лица, удивлённо приподнять бровь. Вновь поймав эти тонкие пальцы, он чуть сжал их в своей руке, удерживая на месте. Затем, под пристальными взглядами всех присутствующих, он повернулся лицом к темноволосому юноше, сидящему рядом с ним.

Он хотел этого человека, это был его…

– А-Янь, – обыскав собственные рассеянные воспоминания, пусть это и принесло ему невероятную, пронзительную боль, Се Лань сумел найти его имя.

Он отказывался забыть этого человека, несмотря ни на что, даже если бы он сменил имя. Впоследствии Се Лань намеревался закончить все картины в своём кабинете. Хоть он нашёл этого человека, картины должны быть сохранены.

Услышав холодный голос, произносящий его имя тяжёлым тоном, Гу Янь невольно переменился в лице.

В прошлом мире его возлюбленный был всеведущим Светлым Разумом. Для него было проще простого получить информацию об игроке. Но в этот раз у Цюцю не было такого преимущества. Это означало, что его возлюбленный должен был полагаться на собственные воспоминания…

– Условие заключается в том, что он должен остаться.

Те, кто не был знаком с Се Ланем, подумали бы, что эти слова были сказаны с небрежным безразличием. Однако на самом деле холодность в его голосе была врождённой. Подчинённым короля-призрака этот факт был прекрасно известен, и они чётко слышали неопровержимый подтекст в его словах.

Если уж их босс использовал подобный тон, это означало, что… независимо от того, согласны ли смертные или нет, это «условие» будет выполнено.

Разница была в том, что если бы люди согласились, то это дело было закрыто, но если бы они посмели воспротивиться, то могли бы распрощаться с жизнью. И если после смерти их духи не рассеются, то будущее, которое их ожидало, обещало быть ещё более жестоким. Им придётся провести каждую минуту своей загробной жизни на 18-м уровне ада, и эта форма пытки вселяла ужас даже в них, призраков. Если бы новоиспеченные духи прошли через подобное, они определённо лишились бы рассудка.

Мда… Оставалось только надеяться, что эти люди были достаточно умны, чтобы согласиться.

Хотя они были вторым и третьим по силе призраками Призрачного Города и проработали вот уже несколько сотен лет под руководством своего непостижимого босса, чьё настроение менялось быстрее, чем они успевали моргнуть, подобная ситуация всё ещё могла пробудить в них слабую искорку сочувствия.

Услышав озвученное королём призраков условие, мастера прорицания из духовной ассоциации застыли.

Не то чтобы они не были свидетелями всей произошедшей ранее сцены. Этот призрак крепко и в тоже время кротко обнимал их счастливый талисман. Но ведь это был сам владыка Призрачного Города, занимавший трон в течение последних нескольких тысяч лет. Разве могла у него иметься такая мягкая сторона?

Однако Призрачный Город существовал по законам джунглей: ни один призрак не мог ослушаться приказа короля. Учитывая этот момент, становилось ясно, что нынешний владыка обладает достаточным могуществом и властью.

Поэтому если призрак желал удержать живого человека в загробном мире, он делал это явно не из благих намерений. Если мастера согласятся, разве это не будет равносильно тому, чтобы своими руками толкнуть темноволосого юношу, которого они привели с собой, в преисподнюю?

Более того, юноша был обычным смертным, которого они должны были защищать. Этот человек итак пошёл на огромный риск, чтобы помочь им в этой миссии, как они могли позволить ему пожертвовать собой в таких обстоятельствах…

По выражению лиц присутствующих мастеров прорицания Гу Янь мог сказать, что их воображение вновь разбушевалось, и они, вероятно, напридумывали себе кучу ерунды. Он открыл было рот, но тут же закрыл его. Это было довольно трудно объяснить.

Разве он мог рассказать им о своих путешествиях по различным мирам? Да в этом и не было нужды. Поэтому он просто опустил голову и нарушил патовую ситуацию:

– Я останусь здесь.

– Ни…

Не давая вспыльчивому великому мастеру Ло возможности закончить слова протеста «ни за что», Гу Янь уже повторил сказанную им ранее фразу, но на этот раз с небольшой поправкой:

– Я хочу остаться здесь.

Это были его истинные чувства, без малейшего намека на нежелание. Се Лань понял это, и именно поэтому его ледяное лицо немного потеплело. Напряжённые брови слегка расслабились, казалось, он чувствует себя довольно непринужденно, даже уголки его губ чуть-чуть приподнялись.

Он был очень счастлив…

С тех пор, как он увидел этого юношу, его сердце хаотично билось, не останавливаясь ни на мгновение. Теперь же оно и вовсе, казалось, выпрыгивало из его груди.

Фигура молодого человека отчётливо отражалась в черных, как смоль, зрачках. Чем дольше Се Лань смотрел, тем сильнее становилось его желание овладеть юношей. Поцеловать и попробовать на вкус каждый дюйм его тела, и оставить на нём свой след – как внутри, так и снаружи.

Это было неистовое желание, которое возникло из-за его сильных чувств к этому человеку. За всё то долгое и мучительное время, что он провел в ожидании, он никогда не испытывал подобного ни к кому другому. Не испытывал в прошлом, и не испытает в будущем.

– А-Янь, – не обращая внимания на противоречивые эмоции мастеров прорицания, король призраков прищурился, точно большой зверь, которого сумели приручить. Когда он произнес имя юноши, в его голосе звучало огромное удовлетворение.

Хотя Гу Янь сказал, что желает остаться, и его тон был достаточно искренним, в глазах этих мастеров прорицания с буйным воображением он жертвовал собой ради блага всего человечества, и именно это было причиной, по которой он решил остаться здесь... в этот момент взгляды всех мастеров, направленные на него, изменились.

Не может быть… Что это с их лицами, такое ощущение, что они смотрят на спасителя…

Веко Гу Яня дёрнулось. Он догадался, что головы этих уважаемых господ сейчас, вне всякого сомнения, набиты какой-то чепухой. Однако на самом деле, он просто искренне хотел остаться здесь.

Будет нетрудно вернуться в человеческий мир после того, как он пригладит взъерошенный от бесконечного напряжения и беспокойства мех своего Цюцю. Когда придёт пора возвращаться, Гу Янь собирался взять своего возлюбленного с собой, и ему оставалось лишь уповать на то, что этот поступок не перепугает мастеров прорицания до полусмерти.

– Портал в мир людей закроется через несколько часов. Уважаемые мастера не должны упускать этот шанс. В противном случае вам придется ждать до следующего месяца, чтобы вернуться домой, –  умение наблюдать и приспосабливаться к любой ситуации было чрезвычайно важным навыком. Заметив, что у владыки больше не было намерения взаимодействовать с этой группой людей, второй в иерархии призрак, Сюй Цю, привычно подвёл встречу к завершению.

В тот же момент Гу Янь тихо кашлянул и повторил слова, сказанные им ранее:

– Я хочу остаться. Старшие не должны откладывать своё возвращение.

Будто речь шла о прощании навек, каждый человек вставал со своего места с суровым выражением лица. Гу Янь практически мог слышать их внутренние голоса; словно расставаясь с собственным ребёнком, они оставляли ему невысказанное напутствие: «береги себя», молча оглядываясь на него и затем беспомощно отводя взгляд, направляясь к выходу.

Гу Янь, «…»

Подождите, он действительно остаётся здесь по собственной воле!

Когда все люди, кроме темноволосого юноши, наконец покинули комнату, Се Ланю не пришлось отдавать своим подчинённым никаких приказов, потому что эти призраки, которые были мертвы уже несколько сотен лет, прекрасно умели читать ситуацию. Се Лань повёл юношу в свой кабинет, всю дорогу сохраняя молчание.

В тот момент, когда Гу Янь вошёл в самое запретное место во всем Призрачном Городе, он сразу же увидел многочисленные картины, заполняющие всю комнату. На всех был изображён человек, но у него неизменно либо отсутствовали все черты лица, либо была видна лишь пара глаз.

– Ты очень долго ждал, – в словах Гу Яня не было вопросительной интонации, поскольку это был факт, который не мог быть ещё более очевидным.

– Мгм, – Се Лань чуть нахмурил брови. Одновременно он протянул руку, чтобы обнять темноволосого юношу за талию, и опустил голову, прижавшись лицом к его шее.

Теперь, наконец-то добравшись до этого человека, он уже не отпустит его. Боль потери после бесконечного ожидания была бы невообразимой. Он мог вынести всё остальное, но только не это.

Гу Янь не сопротивлялся объятиям своего возлюбленного, вместо этого поднял руку, чтобы погладить призрака по голове. На этот раз ему предстоит как следует потрудиться, чтобы пригладить его вздыбленный мех…

Человек, которого он всегда пытался представить по незаконченным картинам, наконец был перед ним. Живой и тёплый, в непосредственной близости. После невероятно долгого ожидания сердце Се Ланя билось неудержимо, но он не мог избавиться от ощущения нереальности происходящего.

Даже к портретам он относился с величайшей осторожностью, что уж тут говорить о настоящем человеке. Если не считать потери самоконтроля при встрече, король призраков был настолько сдержан перед Гу Янем, что тот не испытывал ни малейшего дискомфорта. Однако Се Лань ни за что бы не позволил юноше сбежать от него.

Хотя лица на этих картинах оставались пустыми, Гу Янь мог легко узнать себя даже по бровям и одежде, которую носил на портретах. Что было ещё более удивительно, так это то, что некоторые из этих картин подробно описывали различные миры, которые он пережил раньше.

То есть Цюцю этого мира не только сохранил инстинктивное влечение к нему, но и, насколько мог судить Гу Янь, обладал некоторыми фрагментами воспоминаний, оставшимися от прошлых миров.

... Сердце юноши сжалось, что же ему делать?

– Может, нам убрать все эти картины? – странно было находиться в комнате, заполненной его портретами. Мягкосердечный Гу Янь поднял руку, чтобы погладить своего возлюбленного, который уткнулся лбом ему в плечо: – я останусь там, где ты сможешь меня видеть.

Больше не нужно смотреть на эти картины, которые никогда не ответят ему. Теперь, когда Гу Янь был здесь, его возлюбленный мог любоваться им, сколько душе угодно.

– Я уберу их на хранение после того, как дорисую, – поразмыслив секунду, ответил Се Лань. Вторая фраза юноши была чрезвычайно соблазнительной. Хотя перемена в выражении его лица была едва заметна, король призраков ощутимо расслабился.

Он сохранит все картины, как только закончит их. Хотя работы предстояло немало, Се Лань не хотел видеть пустующие лица на портретах.

Кабинет был очень просторным, со складной ширмой, которая делила комнату на две половины. В глазах духов, населявших Призрачный Город, это было прямо-таки сакральное место. Но теперь в этой священной комнате стоял живой смертный, и, кроме того, он был приглашён сюда самим её хозяином.

Дав обещание, Гу Янь обрёл относительную свободу и обратил свой интерес к части комнаты, скрытой за ширмой. Попросив взглядом у хозяина разрешение и тут же получив его, юноша сделал несколько шагов вперёд.

Он не знал, что именно нарисовал там его Цюцю, но сквозь щели ширмы Гу Янь мог разглядеть стену, увешанную полотнами.

– Кха! – подойдя ближе и внимательно присмотревшись, Гу Янь тут же отвёл взгляд и смущённо кашлянул.

По сравнению с обычными портретами, картины за ширмой изображали различные позы, которые они опробовали во всех трёх мирах. Более того, благодаря своей превосходной памяти, Гу Янь был способен соотнести каждое отдельное изображение с теми моментами, что хранились в его воспоминаниях.

Он даже не представлял, что у него бывает такое выражение лица, что в подобные моменты уголки его глаз краснеют, словно его обижают. Кроме того, слёзы, блестевшие в них, – это уже слишком…

– Красиво, – заметив, как изменилось выражение лица юноши, Се Лань сощурился и тихо произнёс это слово.

Тёмный цвет его одежд резко контрастировал с бледной белой кожей, создавая иллюзию неземной красоты. Король призраков выглядел неимоверно холодным и отстранённым. Однако, когда он посмотрел в чёрные глаза темноволосого юноши, могло показаться, что в нём дремлет некое глубокое желание. Подобно постоянно подавляемому пламени, малейшая неосторожность заставит его вспыхнуть и сжечь всё дотла.

Тем не менее, Гу Янь с одного взгляда мог понять, что его возлюбленный сейчас делал всё возможное, чтобы укротить это желание, сдерживая порыв прикоснуться к нему.

Может быть, он слишком долго ждал и в итоге потерял способность?..

Эта мысль внезапно возникла из ниоткуда, хотя Гу Янь понимал, что вероятность этого была бесконечно мала. Он подошёл к призраку, который неподвижно стоял посреди комнаты, и, неспешно приблизившись, поцеловал его холодную щёку.

Призраки с достаточным уровнем силы могли обладать телом, но были не в состоянии поддерживать нормальную температуру тела. Нежная кожа под его губами была похожа на холодный кусочек нефрита, но Гу Янь не обращал на это внимания, лишь сменил место поцелуя.

Се Лань перестал дышать, и тьма в его глазах становилась всё глубже и непрогляднее. Когда мягкое и тёплое ощущение на его щеке переместилось к губам, он больше не мог этого выносить и потянулся, чтобы придержать голову юноши, углубляя их поцелуй.

Слух призрака был острее человеческого, и он слышал, как учащается и тяжелеет дыхание юноши. Се Лань опустил голову, чтобы оставить метку на бледной и тонкой шее, пока под кожей не проступили светло-голубые сосуды. Наслаждаясь биением пульса живого человека, он высунул кончик языка и медленно лизнул это место.

Но не стал заходить дальше.

Не то чтобы он не хотел, просто не мог…

– Если мы займёмся этим, тело А-Яня пострадает. Так что нам нельзя, – гораздо больше, чем о собственном желании и разрушающей изнутри похоти, Се Лань заботился о здоровье юноши. Он предпочел бы потерпеть и объяснить, чтобы предотвратить любые недоразумения.

Эта проблема… благодаря напоминанию, Гу Янь наконец вспомнил об отличии между ними.

Призрак и человек… что называется, разные, точно небо и земля, и эти различия охватывали все аспекты. На самом деле это касалось и только что упомянутого вопроса. Во время соития между человеком и призраком энергия Ян, которой обладает первый, будет поглощаться его партнёром, и если это будет происходить слишком часто, человек, естественно, умрёт. Этого никак не избежать.

– А если мы просто прервёмся в последний момент? – как автор этого романа о современном духовном мире, Гу Янь знал о различных лазейках. Нельзя сказать, что плотские утехи были для них под запретом, просто нельзя было достигать пика там…

Се Лань тоже знал об этом, но лишь подавленно покачал головой. Ему потребовалось некоторое время, чтобы ответить:

– Я не сумею остановиться, – в его голосе слышалась хрипотца, вызванная похотью. Его самообладание было превосходным, если только дело не касалось этого юноши.

Его голос звучал всё тише, а выражение становилось всё более хмурым. Несмотря на этот холодный и стоический образ, Гу Янь понимал, что его возлюбленный был очень расстроен. Не удержавшись, юноша слегка откашлялся, чтобы скрыть улыбку, заигравшую в уголках его губ.

Его любимый был близок к тому, чтобы стать евнухом от столь долгого воздержания… Всем своим обликом он напоминал представителя крупных кошачьих с грустно поникшими ушками – очаровательное зрелище. Гу Янь погладил его по голове:

– Тогда подожди, пока я не достигну нужного уровня совершенствования.

Кроме первой лазейки, существовало ещё одно – «легальное» – решение проблемы.

Тело, которое он занимал, принадлежало обычному человеку, но энергия изначального хаоса и удача, которую она притягивала, наделили его достаточным потенциалом, чтобы стать мастером прорицания.

Что касается метода совершенствования, то Гу Янь, будучи автором, естественно, был с ним хорошо знаком. Тот факт, что он ранее собирался жить как обычный добропорядочный гражданин, означал, что он просто не думал о том, чтобы стать мастером прорицания.

Однако если он не начнёт заниматься самосовершенствованием, его возлюбленному и впрямь придётся воздерживаться до конца своей жизни. Хотя его расстроенная и надутая мордашка была довольно милой, Гу Янь не смог бы так его мучить.

Ворота Призрачного Города открывались только раз в месяц, и поскольку в этом месяце пора открытия уже миновала, проход между двумя царствами закрылся до следующего месяца.

Жители Призрачного Города были чрезвычайно заинтригованы темноволосым юношей, который остался в мире мёртвых. За многие сотни лет он стал первым живым человеком, который прожил в Призрачном Городе целый месяц, да и в принципе был единственным живым человеком здесь.

Как их могло не заинтриговать подобное диво?

Но даже если им было просто жуть, как интересно, ни один из этих призраков не осмеливался приблизиться к юноше, поскольку от его тела исходила аура короля призраков. Что всё это значит? Пусть при обнаружении этого факта они пережили потрясение, но вовсе не собирались искать ответ ценой собственной жизни.

Но хоть они и не отваживались предпринимать активные действия, это вовсе не значит, что не возникнут сплетни и пересуды. Каждый призрак в городе уже знал о белом лунном свете [1] в сердце их короля; это и было причиной, по которой в его кабинет было запрещено заходить.

[1] Белый лунный свет – недосягаемый идеал, часто упоминается в романтическом смысле: тот, кого любишь, кем бесконечно дорожишь и восхищаешься, но никогда не сможешь заполучить.

Теперь, когда появился этот юноша, пополз слушок, что он очень похож на белый лунный свет владыки. Таким образом призраки пришли к удивительному выводу: этот темноволосый юноша был заменой белому лунному свету лорда Се Ланя.

– Кажется, 18-й уровень ада слишком пуст в последнее время? – холодно спросил бледный мужчина своего подчиненного, хотя тон его был отнюдь не вопросительным.

Огромное давление затопило комнату, обрушиваясь на несчастного Сюй Цю. Он не знал, стоит ли вообще отвечать на этот вопрос.

– Надо бы запихнуть туда парочку призраков, – чуть скривив губы в зловещей ухмылке, произнёс возвышавшийся над ним правитель.

– Слушаюсь. Ваш подчинённый немедленно примет меры, – мгновенно отозвался Сюй Цю, увидев этот жуткий оскал и чувствуя, как немеет скальп: его сердце не билось так бешено вот уже сотни лет.

Выражение лица его босса было слишком пугающим. В последний раз, когда ему довелось это увидеть, Сюй Цю только-только начинал свою карьеру подчинённого. В то время некое существо захотело установить свой режим в Призрачном Городе и фактически перебило всех его обитателей.

Кто, чёрт возьми, был настолько туп, чтобы распространять слухи? Если хотите умереть, не тащите его за собой!

Слухи разлетались очень быстро, и вскоре даже Гу Янь, чей диапазон знакомств в загробном мире был не особо широк, услышал об этом.

Воображение духов, проживающих в Призрачном Городе, было даже более диким, чем у мастеров прорицания из духовной организации. Когда до него дошли слухи о «замене», Гу Янь, который всё ещё намеревался забрать своего возлюбленного в мир людей, рассмеялся.

– А-Янь – это А-Янь, – Се Лань прищурился, положив подбородок на плечо юноше в крайне беспечной манере. Даже если бы на свете был кто-то, похожий на него, эти глаза могут принадлежать только одному человеку. – Цюцю всегда терпеливо ждал, не прикасаясь к другим.

Призрак, который распространял эти слухи, уже был брошен на восемнадцатый уровень ада. Се Лань не планировал выпускать его в течение ближайших нескольких сотен лет.

Слушая серьёзные объяснения своего возлюбленного, словно тот боялся, что его неправильно поймут, Гу Янь погладил его по голове. Он явно был человеческим духом, но при этом почему-то очень напоминал большого кота:

– Когда врата откроются в следующем месяце, не хочешь отправиться в царство людей?

– Хорошо, – не колеблясь, ответил Се Лань низким голосом. И лишь после задумался о том, как ему разобраться с делами Призрачного Города.

Ах, он просто оставит их своему подчинённому.

Прошло ещё семь дней, и вот, наконец, врата между двумя царствами вновь открылись. Честно говоря, как только Гу Янь вошёл в проход, он начал терзаться чувством вины по отношению к призраку по имени Сюй Цю за то, что вот так просто забрал с собой хозяина Призрачного Города.

Он слышал, что его Цюцю скинул всю административную работу на этого духа, и ему было интересно, как у того сейчас шли дела…

У юноши было предчувствие, что они ещё не скоро вернутся в город призраков. Им придётся побеспокоить этого подчинённого.

– Это точно приемлемо? – поинтересовался Гу Янь у бесстрастного призрака, идущему рядом с ним по межпространственному коридору.

Даже будучи писателем, юноша многого не знал об этом мире, например, о системе распределения власти в Призрачном Городе.

– Мгм, никаких проблем, – его голос от природы был слишком холодным и безэмоциональным, поэтому Се Лань смягчал свой тон, когда говорил с юношей. Его ответы также отличались от обычных  односложных откликов или стоического молчания в паре с хмурым взглядом.

Все жители Призрачного Города однажды уже встретились со смертью, и у большинства из них не было желания испытать это во второй раз. Хотя Се Лань не возражал бы, если бы другой призрак проявил интерес к трону города призраков во время его отсутствия. В худшем случае, он просто снова зачистит Призрачный Город, как сделал это тысячи лет назад

Гу Янь верил, что его Цюцю не станет лгать ему и не будет делать того, в чём не уверен. Поэтому юноша просто кивнул.

Врата между двумя царствами располагались посреди шумного центрального района. Когда они добрались до человеческого мира, была уже середина дня. Выглянув наружу, Гу Янь ничуть не удивился, увидев море людей.

Нельзя было сказать, что месяц, проведённый Гу Янем в загробном мире, был для него напряжённым и выматывающим. Что касается совершенствования, Се Лань помог ему окончательно пробудить божественное око, после чего подобрал наиболее подходящий метод совершенствования мастерства прорицания.

Однако стоило упомянуть, что практиковать это искусство было нелегко. Гу Яню предстояло изучить всё: проклятия, гадание, руны и физиогномику. Также он должен был знать фэншуй и уметь отгонять злых духов… Это была по-настоящему комплексная профессия.

С позитивной точки зрения, самым большим преимуществом Гу Яня как автора, который написал все эти безумные установки, было то, что ему не придётся идти длинным и извилистым маршрутом. В конце концов, вся эта ахинея вышла из-под его пера, а превосходная память позволит ему усвоить весь объём знаний в разы быстрее, чем всем остальным.

[«Закон» предвзят по отношению к хозяину. Энергия, дрейфующая в этом мире, сама будет стремиться к Вам], – произнесла 037 в тот момент, когда её хозяин решил стать настоящим мастером прорицания.

Упомянутая энергия среди мастеров прорицания была известна как «духовная сила». Все живые существа обладали ею, и мастера прорицания могли поглощать эту энергию, свободно циркулирующую вокруг, и преобразовывать её в собственную силу посредством совершенствования. Конечно, были и другие источники, такие как сущность солнца и луны. Однако далеко не каждый мастер мог их использовать.

Кто знает, что бы почувствовали эти мастера прорицания, которые каждый день трудились в поте лица, чтобы собрать духовную силу, если бы увидели этого человека, который только что вступил на стезю самосовершенствования и теперь, точно ходячий магнит, притягивал к себе духовную энергию, куда бы ни пошёл. Более того, эта духовная сила была подобна живому существу, которое увидело своего хозяина и со всех ног мчалось ему навстречу…

Когда Се Лань увидел протянутый ему юношей талисман в форме звезды, он слегка покачал головой:

– А-Янь забыл, что я призрак. Люди, которые не пробудили божественное око, не могут видеть меня.

Ах, он и впрямь совсем забыл. Вслед за этим Гу Янь вспомнил о дисбалансе Инь и Ян. Поскольку он не заботился о том, что за существование ведёт его возлюбленный, Гу Янь постоянно упускал из виду тот факт, что этот мужчина не был живым человеком.

Тихонько кашлянув, чтобы скрыть оплошность, юноша разорвал созданный им талисман. Затем, взяв любимого за руку, он направился к воротам, разделявшим два царства.

– Идём. Мы обсудим это, когда вернёмся домой.

Талисман сокрытия не сделал бы их невидимыми, но в целом обладал схожей функцией. Обычные люди просто не обращали бы внимания на тех, кто использовал его.

Необходимость в подобном талисмане была продиктована тем, что ворота находились в оживленном районе, и если бы Гу Янь внезапно возник из воздуха, это определённо вызвало бы переполох и напугало прохожих.

Добравшись до укромного уголка, юноша отменил действие талисмана. Однако он не позволил своему возлюбленному призвать материальную оболочку. Хотя с точки зрения тех, кто не пробудил божественное око, он выглядел бы очень странно, держась за руки с призраком, Гу Янь всё равно позволял своему бесстрастному ледяному партнёру сжимать его ладонь и играть с ней.

Тело живого человека было таким тёплым. Се Лань погладил длинные и тонкие пальцы темноволосого юноши, наслаждаясь ощущением нежной кожи, гладкой, как нефрит.

Вообще-то, помимо простого прикосновения, Се Лань хотел бы поцеловать ладони до кончиков каждого пальца. Среди его туманных и обрывочных воспоминаний было что-то подобное…

Выбрав менее людную улицу, Гу Янь вызвал такси. Втиснуться в общественный транспорт в компании его возлюбленного было невозможно, к тому же они находились довольно далеко от дома.

Пока они ждали машину, пальцы юноши постоянно поглаживали, а их кончики время от времени дразнили. Гу Янь повернулся и посмотрел на своего возлюбленного беспомощным, но нежным взглядом.

Это была его инстинктивная реакция. Когда Се Лань встретился с ним взглядом, его глаза опустились, сверкая из-под полуопущенных ресниц. Затем он тихо замурлыкал.

Когда такой низкий и глубокий голос издавал подобный звук, тот выходил особенно чарующим. По крайней мере, когда Гу Янь быстро отвёл взгляд, выражение его лица было несколько неестественным.

В сознании призрака вдруг возникла искажённая и запутанная сцена. Ему казалось, что он… в прошлом принимал облик кошки, чтобы задобрить юношу, после того, как делал с ним это…

– Мяу.

Отчетливо слышимое мяуканье заставило Гу Яня застыть на месте. Он протянул руку – действие, которое переросло из привычки в рефлекс благодаря одному представителю кошачьих, который, видимо, принимал его за ходячий скалодром. Обняв большого кота, который карабкался по его ногам вверх, Гу Янь, наконец, пришёл в себя.

– …Цюцю, – ощущение пушистого меха и тяжести на его руках вывели юношу из оцепенения, особенно когда гибкий хвост привычно обвил его запястье.

Гу Янь выбрал немноголюдный переулок и был единственным человеком, стоявшим на том месте, которое он сообщил в качестве начального адреса водителю такси.

Поэтому, когда белая машина остановилась у тротуара, шофёр средних лет одарил темноволосого юношу, который заказал поездку, странным взглядом.

Неужели все нынешние дети такие чудаковатые?.. Он вообще не мог понять, что творится в их головах.

Благодаря полуопущенным стёклам прибывшего такси Гу Янь заметил, с каким выражением водитель смотрел на него. Чувствуя, как начинает подёргиваться глаз, он легонько похлопал кота по спине:

– Цюцю, будь умницей. Посиди на моём плече.

Если бы он продолжал держать руками воздух, водитель, наверное, принял бы его за какого-нибудь артиста или уличного исполнителя…

Большой кот тихо мурлыкнул, и вскоре вес на руках юноши исчез, переместившись на плечо.

На протяжении всей поездки серебристо-полосатый кот был чрезвычайно послушен и не елозил. Разве что, в какой-то момент он спрыгнул с плеч Гу Яня на колени и остался лежать там до тех пор, пока такси не остановилось, после чего вернулся обратно на плечо юноши.

Хотя Гу Янь не показывался здесь уже больше месяца, его соседка с того же этажа помахала ему рукой и поприветствовала, как только он вошел в лифт:

– Сяо Гу [1], куда же ты запропастился? Домовладелица искала тебя, чтобы получить арендную плату, но нигде не могла найти. Хорошо ещё, твои родственники помогли тебе рассчитаться за этот месяц. В противном случае, ты ведь знаешь её характер, она непременно сдала бы твою квартиру кому-то другому.

[1] Сяо ( маленький) – одна из форм обращения к знакомому человеку. Что-то вроде «малыш».

Этот фоновый персонаж был из разряда заботливой бабушки. Начав говорить, она невольно перешла на ворчливое поучение:

– Жилплощадь по доступной цене и с таким хорошим расположением нелегко найти. Сяо Гу, тебе нужно быть более ответственным.

Нажав кнопку девятого этажа, Гу Янь согласился со всеми словами дружелюбной старушки, прежде чем она наконец остановилась. Затем, увидев, насколько он похудел, она начала распекать юношу за небрежное отношение к собственному телу.

– Хорошо. Да, я так и сделаю, – понимая, что лучше принять добрые намерения старой женщины, Гу Янь продолжал поддакивать, поднимаясь вместе с ней в лифте. Он не выказал ни малейшего намёка на нетерпение и раздражение.

Первоначальный хозяин тела был мошенником, который нажил свое состояние, играя на суеверии окружающих. Такие люди зачастую весьма общительны и коммуникативны, и благодаря этим качествам у него были хорошие отношения со всеми соседями.

Когда лифт остановился на девятом этаже, Гу Янь вышел и, наконец, прижал к груди большого и послушного кота, который до этого момента сидел у него на плече.

Старушка упомянула, что арендную плату за этот месяц внесли его родные. Однако у него не должно быть никаких родственников в этом мире.

«Закон» многое изменил ещё до того, как он переселился. Помимо имени, внешности и некоторых элементов прошлого, все обстоятельства его жизни будут более-менее адаптированы к тем, которые были в его первоначальном мире. Вот почему у него здесь не должно было быть никаких родственников.

Но всё же, кто этот добросердечный человек, который платил за его квартиру?

Размышляя над этим вопросом, Гу Янь уже вытаскивал ключи из кармана, чтобы отпереть дверь.

Замок со щелчком открылся, и он сунул ключи обратно в карман. Приподняв кота, он поцеловал его в лоб:

– Цюцю, мы дома.

Ну и ладно, в любом случае, этот «добросердечный» человек, вероятно, рано или поздно даст о себе знать.

В это же время осоловевший от скуки сотрудник, который отвечал за видеонаблюдение, внезапно вскочил со своего места:

– Он вернулся!

До сих пор он считал это наблюдение бессмысленным. Как мог человек, оставшийся в Призрачном Городе на месяц, вернуться живым… Но он и впрямь сумел выбраться.

Нажав кнопку оповещения, работник быстро сообщил обо всём своему начальству. И снова духовная организация погрузилась в хаос.

Однако юноша, который вызвал такой переполох, в этот момент сидел в своей гостиной с кошкой на руках. Он раздумывал, что стоит сделать в первую очередь: прибраться в доме или приготовить ужин.

С другой стороны, за день до приёма неожиданных гостей Гу Янь, который не знал о происходящих событиях, тоже находился в затруднительном положении. Вдруг в его голове мелькнула мысль – он вспомнил, что у него, вообще-то, есть робот-уборщик.

Достав умную машину, Гу Янь водрузил сверху пластиковую коробку и, из озорства, посадил в неё кота. После нажатия кнопки «Пуск» робот начал бродить по дому, везя на себе пушистое существо.

Серебристо-полосатый кот, пойманный в ловушку прозрачного пластика, не оказал никакого сопротивления внезапной причуде Гу Яня. Он лишь тихо мяукнул. Король призраков, превратившийся в зеленоглазого кота, прищурился, глядя на темноволосого юношу, который направился к холодильнику.

Ну, если это сделает его счастливым… Свернувшись в клубок, зеленоглазый кот неторопливо покачивал хвостом взад и вперёд внутри коробки.

Пока в этой квартире проходил обычный день, один филиал духовной ассоциации был чрезвычайно занят.

– Группа, которую мы разместили в деловом районе, утверждает, что никого не видела. Как же он тогда вернулся-то? – ломавший сейчас голову молодой человек никогда лично не встречался с темноволосым юношей, за которым он наблюдал через экран. Однако после того резонансного случая он узнал о существовании этого человека от своего учителя.

Во всей столице был только один вход в Призрачный Город, так что другого пути возвращения у юноши не было. Поэтому у Чжао Хуаня возникли сомнения.

Он был единственным учеником Чжао Сюя, которого тот одобрил и принял, и который по совпадению носил ту же фамилию. Старый мастер не мог ответить на его вопрос, потому что тоже не знал причины.

Как бы то ни было, этот мальчик вернулся, а это самое главное. Из всей их группы Чжао Сюя больше всех грызла вина, ведь это именно он пригласил темноволосого юношу на собрание, закончившееся его пленением. В конечном итоге, этот мастер не только не обеспечил ему безопасность, но и даже позволил простому смертному пожертвовать собой ради них.

– Тц, старина Чжао, можешь уже перевести дух. Этот парень жив-здоров… Хм, постойте-ка. Перемотайте запись чуть назад, – обычному человеку было чрезвычайно трудно покинуть Призрачный Город своими силами. Увидев юношу целым и невредимым, мастера прорицания испытали такое облегчение, что на мгновение забыли об этой несостыковке. Но теперь кто-то особо проницательный заметил аномалию на экране.

– Посмотрите на его руки, он что-то держит?.. – Ло Цюнь тыкнул пальцем в монитор.

Заснятый камерой молодой человек открыл дверь одной рукой, в то время как другая была в странном полусогнутом положении. Зачем так странно держать руку, когда открываешь дверной замок?

Теперь, когда эта деталь была упомянута, мастера, пребывающие в эйфории, увидев этого человека живым, сообразили, что что-то не так. Более того, учитывая род их профессии, они невольно начали перебирать в уме различные версии.

Обычные меры наблюдения не могли зафиксировать существование сверхъестественного. Таким образом, никто в этой комнате, полной мастеров прорицания с пробуждённым божественным оком, не мог ничего увидеть на записи. Тем не менее, технологии этого мира продвинулись достаточно, чтобы воплотить в жизнь многое из того, что раньше считалось невозможным.  Подключив соответствующее оборудование, присутствующие наконец смогли разглядеть, что темноволосый юноша, открывая дверь, прижимал к груди кошку.

– Старина Сюй, разве ты не утверждал, что этот парень – обычный человек? – Ло Цунь, который наконец-то понял, в чем дело, хлопнул себя по коленке и уставился на экран со сложным выражением лица.

Если призрак послушно остаётся подле него, не поднимая шума, разве может этот юноша быть простым смертным? Более того, в прошлый раз король-призрак проявлял недюжинный интерес к этому «смертному». Очевидно, они только что обнаружили тому причину.

– Когда мы встретились впервые, у него даже божественное око ещё не было открыто, – однако это могла быть всего лишь маскировка, Чжао Сюй не произнес этих слов вслух, но окружающие и сами могли о них догадаться.

– Нам всё же нужно навестить его. Более того, разве не приближается то событие? Старина Чжао, как думаешь… – причина, по которой Ло Цюнь раньше хлопнул себя по колену от волнения, была не в том, что он увидел призрака, а в том, насколько послушно тот следовал за юношей. За исключением тех, кто целенаправленно изучал контроль над духами, рядовые мастера прорицания не смогли бы достичь подобного результата.

Во всем духовном мире укротители духов были самым редким классом мастеров прорицания, но они быстро приходили в упадок. Даже если бы кто-то перевернул огромный духовный мир вверх дном, он нашёл бы не так уж много хорошо осведомлённых и опытных укротителей духов. Главная причина заключалась в том, что в отличие от фэншуй и физиогномики, укрощение духа не было навыком, который можно было бы изучить и отточить с практикой. Укрощение духов и руны имели нечто общее – они требовали таланта.

Проще говоря, сможете ли вы зарабатывать на жизнь этим или нет, зависело от воли Небес.

Чжао Сюй знал, что его старый друг имел в виду духовное собрание, которое состоится в июне. Духовная ассоциация была организацией международного уровня, главной целью которой было поддержание стабильности во всём мире. Каждая страна имела своего представителя в духовной организации, и система рангов стала причиной внутренней борьбы между этими странами.

Лишь в одном случае представители могли отложить свои разногласия, чтобы работать вместе, – когда нужно было противостоять Призрачному Городу.

У всех были свои опасения, но независимо от того, что происходило между странами, это не шло ни в какое сравнение с безопасностью человеческого мира. Поэтому мелкие ссоры будут на время отложены и забыты.

В переговорах с Призрачным Городом от человеческой стороны участвовали мастера не только из Китая, но и из других держав. После того, как была выбрана группа представителей, перед вратами, ведущими в загробный мир, осталось множество мастеров, ожидающих исхода дискуссии.

Что касается духовного собрания, проводившегося в июне, то именно оно станет полем битвы, на котором страны схлестнутся за свои интересы. С каждым годом методы, применяемые ими для победы над соперниками, становились всё коварнее и изощрённее. Проблема заключалась в том, что было трудно отследить вдохновителей этих подковёрных интриг и практически невозможно отыскать какие-либо доказательства.

Однако в этом году наблюдение было особенно жёстким, что заставило участников несколько поумерить свой пыл.

Хотя это была мирная конференция, результаты состязания в достижениях были решающим показателем, который влиял на ранги и положение участников духовной организации. Отдел укротителей духов был слабым звеном Китайского филиала, постоянно тянущим его назад. Но теперь они, похоже, нашли идеального кандидата для участия в собрании…

Этот человек был достаточно молод и отвечал всем требованиям. Единственная проблема заключалась в том, захочет ли он примкнуть к их команде.

– Он даже не уведомил нас, что вернулся, разве это не показывает, что он не желает… – не дожидаясь, пока его товарищи приступят к активным действиям, Чжао Сюй опрокинул на них таз холодной воды. Великие мастера на мгновение пали духом.

– Шанс есть всегда, нужно хотя бы попробовать, прежде чем приходить к заключению. Человек может изменить даже лицо [1], что уж говорить о решениях, – вмешался великий мастер Ло, признанный эксперт в своей области деятельности. Вслед за этим он попросил сотрудников подготовить  автомобиль.

[1] Изменить лицо – в данном случае, возможно, имеется в виду изменение отношения или взгляда на жизнь с течением времени.

С точки зрения опыта, Ло Цунь ничуть не уступал Чжао Сюю. Насколько он знал, глубокая уверенность на его лице могла превратиться в горькую беспомощность при следующей встрече. Было много причин для изменения их некогда неразрывных отношений, но общим знаменателем было то, как быстро менялось человеческое сердце.

Динь-дон~

Утолив голод, Гу Янь с котом на руках прошёл в гостиную, чтобы немного отдохнуть, когда раздался звонок в дверь. Наполовину зарывшемуся лицом в густой мех своего Цюцю юноше пришлось медленно поднять голову в сторону прихожей.

Взвалив кота на плечо, Гу Янь направился к двери и заглянул в глазок. Увидев гостей, он тихо хмыкнул.

Люди, пришедшие к его порогу, не удивили его. Погладив кота, Гу Янь на мгновение задумался, прежде чем открыть дверь.

Некоторые моменты лучше чётко обозначить с самого начала, нежели скрывать и ждать, когда их обнаружат.

Из трёх прибывших двоих Гу Янь уже встречал прежде, а последний был ему незнаком. Однако с того момента, как он открыл дверь, взгляды всех гостей были прикованы к его левому плечу.

Все присутствующие пробудили божественное око и, естественно, увидели призрака, послушно сидящего на плече темноволосого юноши. Это был редко встречающийся дух кошки.

Шёрстка зверька была чистой и блестящей, совсем нехарактерно для животного, над которым издевались перед смертью. Итак, как же этот кот стал мстительным духом?

– Здравствуйте, старшие. Не желаете ли войти? – со времени их предыдущей встречи Гу Янь превратился из обычного человека в настоящего мастера прорицания. Естественно, он знал, что воображение этих людей, которые стояли на пороге его квартиры, уже сходило с ума от попыток найти объяснение всем странностям, происходящим с ним.

Однако это не обязательно было плохо. Если их больное воображение могло дать объяснение происходящему, ему оставалось бы просто кивнуть и согласиться со всем, что они скажут.

– Ты – укротитель духов? – едва присев и не успев отпить даже глотка чая, великий мастер Ло повернулся к темноволосому юноше, который держал в руках дух кошки. Тон и выражение лица старика были несколько неестественными.

Хотя это звучало как вопрос, для себя Ло Цюнь уже нашёл ответ на него. В конце концов, разве это не очевидно?

Рука, гладившая кошку, замерла. Гу Янь быстро оценил разумность этого объяснения, после чего подтвердил их догадку.

Неудивительно, что злой дух, с которым они столкнулись в поместье семьи Шэнь, убежал, как только увидел его. Он так и знал! Как мог злой дух испугаться обычного человека? Увидев, как юноша кивнул, Чжао Сюй быстро нашёл разумное обоснование всему, что произошло ранее.

– Неужели вы совершенно не желаете контактировать с нашим филиалом духовной организации? – спросил мастер Чжао, не удержавшись от глубокого вздоха.

Как люди старшего поколения, они воспринимали обязанность защищать обычных смертных и служить им как нечто само собой разумеющееся, так они отдавали дань уважения своим учителям. Но с течением времени подобный образ мышления постепенно пришёл в упадок, и новое поколение мастеров прорицания отказалось взваливать на себя эту ответственность. Они заботились только о том, как заработать на богатых клиентах благодаря своим способностям, и затем вели беззаботную жизнь.

Китайский филиал духовной организации не следовал принципам триады [2]. Так что, если новое поколение мастеров прорицания не желало этого делать, страна не могла их заставить.

[2] Триада – так называется организованная преступность в Китае. Аналог итальянской мафии и японской якудзы.

– ...Не совсем так, – Гу Янь любил свою родину. Как добропорядочный гражданин с безупречной моралью, он был готов внести свой вклад в развитие страны. Разве что было немного трудно объяснить его нынешнее затруднительное положение.

Как только эти слова прозвучали, самый молодой из гостей встрепенулся:

– В таком случае, нам как раз не хватает укротителя духов для конференции в июне. Как гражданин этой страны, разве вы не должны приложить усилия ради её процветания?

Говоривший продолжал смотреть на Гу Яня странным взглядом, пока его учитель не влепил ему подзатыльник.

– Ай! Наставник, почему вы меня ударили? Разве я не задал вопрос, ради которого мы пришли? – Чжао Хуань потёр ноющий затылок. Он частенько получал подобные «вразумления», но умнее так и не стал.

Вспомнив сюжетную линию, которые написал для мастеров прорицания в этой части истории, Гу Янь понял причину прихода гостей.

Духовное собрание, которое проводилось раз в четыре года, было чрезвычайно важным событием. Однако Китай всегда испытывал недостаток в укротителях духов. Изначально их страна была вынуждена опуститься в ранге, поскольку у них так и не нашлось никого, кто соответствовал бы критериям для участия.

Это было очень обидное понижение, тем более что для этого не было никаких веских причин. На последней конференции Китаю всего лишь не хватило укротителя духов в составе, и это стало причиной их поражения. В результате их позиция в духовной организации сильно упала.

– Естественно, я сделаю всё, что в моих силах, и не буду уклоняться от ответственности, – дав это обещание, Гу Янь оказался впредь неразрывно связан с духовной организацией. Хотя ему не нравились лишние хлопоты, он всё же согласился.

Чжао Сюй никак не мог ожидать, что несдержанные манеры его ученика убедят темноволосого юношу принять их предложение. На секунду он застыл, не в силах выдавить из себя ни единого слова.

Обретя наконец дар речи, он тихо кашлянул. Старый мастер сжал кружку в руках:

– Это твой контрактный дух? Думаю, лучше его заменить. Конечно, можешь оставить его у себя, если хочешь, но для конференции он не подойдёт. Мне довелось видеть духов других участников, среди них не было ни одного кота. Он слишком…

Чжао Сюй поперхнулся чаем, который только что отпил. Зайдясь кашлем, он в шоке уставился на красивое бледное привидение, появившееся из ниоткуда.

Разве это не грёбаный архивраг всего их духовного мира?

– Хозяин, – прищурившись, пробормотал Се Лань, подходя поближе к юноше и кладя подбородок ему на плечо.

Его холодный голос был немного хриплым, и одного сказанного королём призраков слова было достаточно, чтобы повергнуть всех в шок. Брови мужчины были обиженно нахмурены. Кто-нибудь несведущий мог бы подумать, что перед ним самый послушный ребёнок на свете.

Чжао Хуань вскочил на ноги. Учитывая состояние учителя, не стоит ли ему вернуться к машине, чтобы принести его лекарства для сердца?

К счастью, прежде чем Чжао Хуань успел пошевелиться, старик наконец-то оправился от приступа удушья. Молодой человек поспешно сел обратно и пару раз похлопал учителя по спине, чтобы помочь ему.

Чжао Хуань был частью нового поколения мастеров прорицания в духовной сфере, поэтому, естественно, он не входил в состав экспедиции, которая отправилась в Призрачный Город на переговоры. Поэтому он не знал, кто этот бледный и красивый призрак, облачённый в тёмную мантию, и по какой причине он вызвал такую огромную реакцию у его наставника.

Какое счастье, что он не успел сделать глоток, иначе и сам сейчас выглядел бы не лучше. Великий мастер Ло молча поставил чашку чая обратно на стол. Хотя он казался спокойным, лёгкая дрожь его рук на протяжении всего процесса выдавала его с головой.

Ещё б чуть-чуть. В таком-то почтенном возрасте, как у него, испытывать такой страх… Бог знает, как сильно он хотел надеть на себя укрепляющий сердце талисман, чтобы убедиться, что виденное им сейчас не было галлюцинацией.

– Сяо Гу, у твоего контрактного духа есть способность менять форму? Почему бы тебе не попросить его принять другое обличье? Нам, старикам, очень трудно смотреть на это лицо, потому что… знаешь ли… – великий мастер Ло коснулся своей груди, чувствуя, как колотится сердце. Из всех форм, которые мог принять этот дух, почему он выбрал внешность короля призраков? Может, этот дух полагался на способность менять внешность, чтобы отпугивать своих противников?

Ло Цюнь даже мысли не допускал, что призрак перед ними был тем же самым, которого они видели в Призрачном Городе. Дух, известный как «владыка Се Лань», был ужасающим существом, мастера прорицания могли бы написать целую повесть о том, насколько он был страшен.

Его деяния за последнее тысячелетие, и в особенности то, как он устанавливал собственный «порядок» тысячу лет назад… Строго говоря, этого хватило бы на целую книгу.

Как говорится, познай себя, познай своего врага, и выйдешь из сотни сражений невредимым [1]. Столкнувшись лицом к лицу со злейшим врагом человеческого царства, духовная организация никогда не пренебрегала этой мудростью. В конце концов, его слабость может быть скрыта среди них.

[1] Цитата из «Искусства войны», трактата о военной стратегии, автором которого считается Сунь-цзы, китайский генерал и мыслитель, живший в 6 веке до н.э.

Это создание оставалось на вершине Загробного мира в течение нескольких тысяч лет и обладало грозной властью над посмертным существованием. Как может кто-то подобный подчиниться человеку, не говоря уже о том, чтобы так охотно звать его «хозяином»?..

Но как только великий мастер Ло закончил говорить, его левое веко дёрнулось. Дёргается левый глаз – к удаче, правый – к несчастью. Если в ближайшем будущем произойдёт что-то важное, эта примета символизировала, что грядёт что-то хорошее, но в сердце старого мастера не было ни капли надежды.

Призрак, который положил подбородок на плечо темноволосого юноши, нахмурился и выпрямился, пытаясь уловить его реакцию.

На него трудно смотреть? Что-то не так с его лицом?

Это не имело никакого отношения к тому, чтобы быть человеком или призраком, у Се Ланя попросту не было чувства прекрасного, если только дело не касалось определённого юноши. Он считал, что этот человек был очень хорош собой, но, услышав произнесённые великим мастером  Ло слова, призрачный владыка невольно провёл оценку собственной внешности.

Это лицо…

Тёмные одежды контрастировали с пальцами Се Ланя, заставляя их казаться ещё более бледными и прозрачными, когда он касался белого, точно фарфор, но тем не менее умопомрачительно красивого лица. Когда подушечки пальцев коснулись уголка его губ, Се Лань убрал руку от лица. Вместо этого он взял ладонь юноши, стоявшего рядом с ним, и, опустив голову, нежно потёрся о неё щекой.

Гу Янь хотел было ответить мастерам, но поперхнулся словами, когда почувствовал движение своего возлюбленного. Этот «требующий внимания» жест и вдобавок такое лицо… это было слишком завораживающе. По крайней мере, Гу Янь не мог отвести глаз под пристальным взглядом своего партнёра.

Его нынешний облик не уступал эльфу из прошлого мира; юноше было трудно сопротивляться.

А-Яню нравится это лицо – вот к какому выводу пришёл Се Лань. Король призраков, раздумывавший, стоит ли ему изменить свою внешность, снова удовлетворённо прищурился и затих.

– Это его изначальное обличье, – даже зная, как трудно будет великим мастерам принять идею о том, что он притащил призрачного владыку в человеческое царство, Гу Янь всё же решил сказать правду.

Чжао Хуань наблюдал, как цвет лица его учителя и мастера Ло колеблется между зелёным и пепельным, и всё-таки отважился нарушить странное молчание:

– Н-наставник… в машине есть таблетки для сердца. Должен ли этот ученик сходить за ними?

Сделав глубокий вдох, Чжао Сюй изо всех сил постарался переварить слова юноши. Он смотрел на своего невежественного ученика и хотел вздохнуть от его бесстрашия.

Этот молодой телёнок не ведал, как выглядит тигр, поэтому в нём не было страха.

– Сядь, как следует! Что за манеры, то садишься, то вскакиваешь, – Чжао Сюй покачал головой, его ученик ещё слишком молод. По возвращению он преподаст ему дополнительный урок. Сейчас ему просто нужно было сидеть тихо и знать свое место.

Призрак напротив них, казалось, каждым своим действием выражал близость с темноволосым юношей. Например, прямо сейчас он держал руку мальчишки и играл с его пальцами, в то время как тот вёл себя так, будто давно уже привык к этому.

Старый мастер не понимал и, чёрт возьми, не хотел понимать, как это произошло. Однако факты, поставленные перед ним, не могли быть ещё более очевидными, оставляя его безмолвным, неспособным высказаться или возразить.

Младших укротителей духов постигнет катастрофа, поскольку их кандидат заполучил самого сильного духа… в тот самый момент, когда перешагнул порог зала в тот судьбоносный день. Если юноша и впрямь мог заставить призрака, стоящего рядом с ним, послушно следовать его приказам, то они охотно опустились бы в ранге, будучи представителями первого филиала, который сумел подчинить самого короля призраков.

В тишине квартиры Се Лань играл с красивыми тонкими пальцами юноши. Задумавшись о чём-то, призрачный владыка повернул голову, чтобы посмотреть на своего партнёра, и вскользь упомянул:

– Мирный договор между Призрачным Городом и человеческим царством заключён на долговременной основе.

На самом деле, можно было даже сказать, что мир заключён навечно. Он не станет угрожать царству живых, в конце концов, именно здесь живёт этот юноша.

Смертные, сидящие напротив них – за исключением молодого человека, чьё душевное состояние было нестабильным – очень боялись его. Се Лань видел страх, скрытый глубоко в этих глазах.

А вот это нехорошо. Если эти люди будут сидеть с такими лицами, тот единственный, на кого он желал смотреть до скончания веков, мог подвергнуться их влиянию и тоже начать бояться его, а это было бы очень печально.

Эти смертные хотели защитить мир живых, поэтому он вновь повторил своё обещание не разрушать его. Может быть, теперь эти люди немного успокоятся.

– Но всё же ему действительно нужно будет на время изменить свою форму, когда мы будем присутствовать на собрании, – крепко сжимая в ответ пальцы призрака, Гу Янь даже не пытался скрыть их близость.

Как автор, он знал, каковы были характеры трёх его гостей. Они не станут распространять новость о живущем в его доме призраке и не начнут создавать им проблемы. На духовной конференции будет много людей, там будут присутствовать и другие великие мастера, которые уже встречали Се Ланя прежде, так что, конечно, ему придётся замаскироваться.

Решено. Исход предстоящего духовного собрания уже был предопределён.

Принимая во внимание взаимодействие между призраком и юношей, разве что слепец не догадался бы, какие отношения связывают этих двоих.

Человек встречается с призраком – такое уже случалось с мастерами прорицания, занимающимися укрощением духов. Юноша был далеко не первым, но…

Се Лань. Два почтенных мастера вновь вздрогнули, повторив про себя это имя.

Похоже, любовь ослепляла не только людей, но и духов. Этот владыка фактически бросил Призрачный Город на произвол судьбы, чтобы последовать за этим юношей в мир живых. Что ещё они могли сказать?

Этот юноша был родом из их страны Хуася [2], поэтому правитель Призрачного Города отныне будет относиться к Хуася по-особенному. А ведь Загробный мир не делился на страны и нации, у него был лишь один владыка. Этого факта было достаточно, чтобы два старых мастера встречали каждый день с улыбкой!

[2] Хуася (华夏) – неформальное название Китая, где «хуа» означает «пышный», «великолепный», «цветущий», а «Ся» — название первой, легендарной династии Ся (2205-1765 до н.э.), известной только по позднейшим конфуцианским письменным источникам и не подтвержденной археологическими материалами.

Если так будет продолжаться и дальше, они, возможно, даже смогут пораньше уйти на пенсию.

Они не спрашивали о том, о чём не следовало бы спрашивать. Закончив пить чай, три гостя удалились. Тех, кто мешает чужой любовной жизни, ждёт печальный конец – это знают все, у кого есть хоть малейший намёк на самосознание.

Члены духовной организации должны были пройти регистрацию. Затем им раздавали удостоверение личности, сделанное из специального материала, для удобства доступа в определённые места. Перед уходом великий мастер Ло заверил юношу, что поможет ему зарегистрироваться в организации и пошлёт кого-нибудь, чтобы доставить пропуск, когда тот будет готов. Гу Янь кивнул и  выразил свою благодарность. Хорошо, что ему не придётся лично куда-то идти.

Проводив гостей, он закрыл дверь и защёлкнул засов, после чего повернулся и в то же мгновение был пойман в ловушку между дверью и своим холодным возлюбленным.

Он знал, что любое проявление тепла в этом теле было бы фальшивым. Его температура была не просто холодной – тут было бы уместнее слово «ледяная». Но как бы то ни было, Гу Янь не особо возражал.

– А-Янь меня не боится.

Бледные губы, которые сейчас целовали его щёки, были невесомы, точно пёрышко.

– Чего мне бояться? – спросил Гу Янь вместо того, чтобы ответить «не боюсь». Он позволил бледному призраку прижать его к двери и ничуть не сопротивлялся, когда тот по привычке лизнул уголок его губ.

Се Лань не мог ответить, потому что никогда не сделал бы ничего плохого этому человеку. Что же касается обладания им, то, конечно, это нельзя было считать чем-то плохим…

– Они все боятся меня, – после некоторого размышления констатировал он. Владыка Призрачного Города закончил облизывать губы юноши и двинулся вниз к его шее. Он лизнул несколько незаметных отметин на коже, где незаметно, но неудержимо бился живой пульс.

Услышав это, Гу Янь невольно приподнял бровь. Это уже их 4-й мир межвидовой любви, если бы он задумался о страхе сейчас, за время его саморефлексии можно было бы успеть несколько раз обогнуть Землю.

Се Лань услышал его фырканье и прищурился, а затем уткнулся лицом в ложбинку на шее:

– Хочу А-Яня.

В глубоком голосе слышалась хрипотца. Юноша обладал чрезвычайно высоким талантом к совершенствованию, не говоря уже об энергии изначального хаоса в его теле, и теперь, вероятно, был на той стадии, когда они могли заняться определёнными вещами.

Прислонившись спиной к деревянной двери, Гу Янь мог видеть, что его возлюбленный не собирается так просто отпускать его. Так что он решил потакать ему и полностью расслабился.

Нетрудно догадаться, что за этим последовало, это было вполне ожидаемо. Учитывая твёрдость дверного полотна, использовавшегося в качестве опоры, его спина покроется синяками, если они продолжат заниматься этим в таком положении.

«Так упрямо настаивать на том, чтобы сделать это здесь, это какой-то фетиш?» – с трудом подумал Гу Янь тем, что ещё осталось от его сознания.

На следующий день он должен был признать, что члены духовной организации работали очень эффективно. Сотрудник, одетый как обычный курьер, доставил им два предмета.

Карточка, целиком изготовленная из чёрного кристалла, и письмо-приглашение.

отрудник, доставивший карту и приглашение, был обычным человеком, который не пробудил божественное око. Строго говоря, из всей духовной организации призраков могли видеть только мастера прорицания. Остальные сотрудники были гражданскими лицами из разных стран, их статус в организации определялся фракцией, которая их прислала.

Например, на пост председателя могли претендовать лишь те, кто входил в тройку лидеров духовной организации, и они должны были соревноваться за него. Глава менялся каждые два года, но существовала также возможность продления этого срока в зависимости от условий выборов и наличия конкуренции.

Этот год был началом нового двухлетия, и перераспределение рангов на духовной конференции неизбежно повлияло бы на позиции руководства из разных стран. Поэтому неудивительно, что соперничество на этот раз было неестественно интенсивным. Даже небольшие страны будут бороться изо всех сил ради получения высокого балла.

Если обычный человек не наденет специальное оборудование, то не сможет увидеть сверхъестественных существ вроде призраков. Поэтому, когда курьер передал пакет темноволосому юноше, стоявшему у двери, выражение его лица было совершенно спокойным.

С его точки зрения, единственным обитателем квартиры был этот молодой человек, и он совершенно не обращал внимания на холодный блеск бесформенного существа без физической оболочки. Это создание прильнуло к юноше, очень интимно обнимая его сзади за талию.

Хоть курьер и не мог ничего этого увидеть, он всё равно чувствовал, как холодеет затылок от чьего-то пристального взгляда, но просто списал краткий момент дискомфорта на собственное воображение.

– Спасибо за вашу тяжёлую работу, – как только странное чувство прошло, посыльный услышал голос опрятного юноши, которому было достаточно просто стоять в дверях и улыбаться, чтобы его собеседник почувствовал комфорт и умиротворение.

Сохраняя эту вежливую улыбку до тех пор, пока дверь наконец не закрылась, Гу Янь протянул руку к пространству, которое казалось пустым для посторонних глаз, и погладил его. Он коснулся чёрных волос призрака, который в данный момент опёрся подбородком на его плечо. Чёрные как смоль волосы не были стянуты в узел, а свободно рассыпались по плечам. Они ни в малейшей степени не казались растрёпанными, скорее придавали мужчине мягкую и расслабленную ауру.

Причина, по которой Гу Янь это сделал, заключалась в том, что он заметил перемену в настроении своего возлюбленного. Если кто-то приближался к Гу Яню, то он тут же впадал в уныние, но при этом его было очень легко успокоить.

– Цюцю, будь умницей, – продолжая поглаживать, юноша ждал, когда его возлюбленный поднимет глаза, после  чего почувствовал поцелуй на своей щеке.

Его чувство собственничества возрастало с каждым пережитым миром, и будучи объектом этой бездонной привязанности, Гу Янь был прекрасно осведомлён об этом.

По какому-то совпадению, его возлюбленный всегда оказывался главным злодеем, на котором лежала ответственность за разрушение мира. Если эту бескрайнюю пропасть не заполнить, то конец этих миров было бы нетрудно представить.

Но спасение мира от гибели не было причиной, по которой он стал тем, кто заполнит эту пустоту.

– Никто не может отнять то, что принадлежит тебе, – чувствуя, как пронизывающий взгляд впивается в его тело, Гу Янь опустил голову и разорвал доставочный пакет. Он не заметил, что в тот момент, когда прозвучали его слова, пара тёмных и бездонных зрачков резко сузилась.

Какие-то неясные воспоминания, казалось, снова всплыли в его сознании, но так же быстро исчезли. И снова он не смог ухватиться за них. Но держать этого человека в своих руках было достаточно. Бледный призрак покрепче обнял темноволосого юношу, прищурив глаза и наслаждаясь теплом, исходящим от человеческого тела.

Если бы кто-то забрал его…

Почему ему казалось, что нечто подобное уже случалось раньше? Даже если он пытался не думать об этом, тупая боль в груди не желала уходить.

В прошлом… был кто-то, забравший самое дорогое для него существо. Хотя он замучил этого человека до смерти самым жестоким способом, он так и не смог найти своё самое драгоценное сокровище.

Это был первый и последний раз. Он потерял своё сокровище из-за того, что недостаточно хорошо его охранял, и сколько бы он ни ждал, тот человек так и не вернулся.

Ожидание, которое наконец-то подошло к концу, было поистине невыносимым. Он бессознательно прижал к себе человека, который рассматривал содержимое свёртка. Когда юноша повернулся и озадаченно посмотрел на него, Се Лань легонько поцеловал его в губы.

Наблюдая, как вопрос в его глазах превращается в беспомощность и снисходительность, Се Лань скользнул языком меж его губ и отстранился.

Это счастье было слишком сильным, настолько сильным, что ему казалось, будто его сердце вот-вот вновь начнёт биться…

Призрак мог обладать телом, но у него не было тепла, и при нормальных обстоятельствах не должно быть пульса. Человеческое сердце обязано биться, призрачное – нет.

Многие свежепочившие призраки намеренно сохраняли сердцебиение, поскольку не могли принять тот факт, что их больше нет в живых. Но через некоторое время они постепенно смирялись.

Сердцебиение было ненормальным явлением для духов. Они больше не были людьми, и им не нужно было притворяться, чтобы обмануть самих себя. Живой пульс медленно затихал в холодной густой тишине, больше некому было его слышать – такова была реальность для большинства призраков.

Вероятно, причиной, по которой его сердце показало такую реакцию, было то, что всякий раз, когда он видел юношу, в нём пробуждалось желание жить. И счастье, которое он испытывал от тепла человеческого тела, было сродни лучу света в бескрайней тёмной бездне; даже самое холодное сердце растаяло бы.

– Мне нравится А-Янь, – прошептав эти слова, король призраков нахмурился и поправил себя: – нет, не так. Люблю.

Люблю. Это слово было более подходящим. Се Лань счастливо прищурился, зарывшись лицом в шею юноши, точно кот.

Ему нужно крепко держать своё драгоценное сокровище.

Гу Янь чувствовал себя так, словно к нему подкрался большой кот, ласкаясь и требуя внимания. Более того, его возлюбленный так крепко обнимал его, отказываясь отпускать, как будто хотел слиться с ним.

Хотя Гу Янь не мог точно сказать, какие эмоциональные колебания переживал мужчина, по прошлому опыту он уже мог догадаться в общих чертах.

– Мне тоже нравится Цюцю, – оторвавшись от чтения письма с приглашением, Гу Янь поцеловал холодную шею призрака и улыбнулся: – Хм… это не «нравится». Это «люблю».

Подражая манере речи своего партнёра, Гу Янь увидел внезапную вспышку в глубоких тёмных глазах, которые были устремлены на него. Он запечатлел поцелуй на лбу мужчины.

Его возлюбленного было очень легко задобрить. Само собой разумеется, он ни капли не обманывал, это были его искренние чувства.

Поэтому следующие несколько минут прошли в борьбе за то, чтобы всё-таки закончить чтение письма, пока его противник пытался отвлечь его случайными поцелуями. Запомнив содержание, Гу Янь небрежно бросил послание на стол.

По сути, письмо просто уведомляло его, что он примет участие в духовном собрании. Непосредственным пропуском была карта из чёрного кристалла, которая также являлась его удостоверением личности.

Чёрная кристальная карта была невероятно тонкой, точно крыло цикады. Тем не менее, её поверхность была гладкой, без узоров или букв, трудно было поверить, что с её помощью можно «удостоверить личность».

В письме была также строчка, поясняющая назначение карты, но как автору, Гу Яню, естественно, не нужно было её читать.

Кристаллическая карта не содержала ничего, кроме микрочипа, на который была записана личная информация пользователя. Независимо от события, эта карта была сродни универсальному пропуску.

По установке, она также включала в себя пропуск на духовную конференцию.

– Какую внешность А-Янь хочет, чтобы я принял, когда мы пойдём туда? – чмокнув юношу в мочку уха, тихо спросил Се Лань.

Он знал, что на духовном собрании будет много людей, которые смогут узнать короля призраков. Так что, если бы он появился в своём нынешнем обличии, это, вероятно, перепугало бы многих слабонервных людей до смерти.

Но если уж ему предстояло изменить внешность, он хотел, чтобы она нравилась юноше. Так что он поднял эту тему.

Гу Янь не знал почему, но когда он услышал этот вопрос и подумал, что его возлюбленный ждал в этом мире очень долгое время, он вдруг вспомнил о том, что оставил другого человека в первом мире безнадёжно ждать.

– … Эли, – задумавшись о внешности, Гу Янь невольно пробормотал это имя.

Тот Хайдис… Его Цюцю ждал, когда он вернётся обратно в тот мир. Различие в потоках времени между измерениями привело к тому, что Гу Янь всегда мог найти своего возлюбленного сразу по прибытию в новый мир. Однако его возлюбленный был вынужден ждать в одиночестве в каждом из миров.

Это имя заставило Се Ланя застыть. Он инстинктивно понял, что юноша зовёт его.

Проникнув сквозь пространство и время, в его сознании возникли какие-то невероятно абсурдные обрывки воспоминаний. Однако, какими бы нелепыми они ни казались, Се Лань знал, что они настоящие.

Это были другие миры. Если он когда-нибудь жил в других измерениях, то наверняка любил этого человека так же сильно, как сейчас.

– Эли… – на этот раз тон Гу Яня явно изменился. Он замер, глядя на красивого мужчину с серебряными волосами.

– Мгм, – ответил серебряноволосый офицер, не сводя бледно-зелёных глаз с юноши. Вслед за этим его губы тронул лёгкий изгиб – столь редкая для него улыбка.

Его ожидание наконец завершилось. Это было поистине чудесно.

Какими бы красивыми ни были его серебристые волосы и бледно-зелёные глаза, невозможно было не заметить холодную ауру, окутывавшую это красивое лицо. В идеале у этого Хайдиса не должно было быть никаких эмоций. Согласно первоначальным установкам сюжета, он должен был взойти на Императорский трон и уничтожить человечество.

Эта маска… нет, выбор этой внешности был обусловлен тем, что часть размытых воспоминаний внезапно прояснилась, будто плотный туман в его сознании рассеялся. Он смутно различил силуэт человека.

Протянув было руку, светловолосый офицер отдёрнул её, в его глазах что-то промелькнуло. Прежде чем прикоснуться к щекам юноши, он надел чистые белые перчатки.

Были слова, которые он всё ещё хотел сказать этому человеку, даже если полностью вспомнить все произошедшие тогда события не получалось. Тем не менее, он знал, что хотел сказать.

Если бы только он пришёл в себя пораньше, то, вероятно, произнёс бы эти слова ещё тогда.

Его взгляд был по-прежнему прикован к ошеломлённому Гу Яню. Убрав прохладные пальцы, которые слегка коснулись губ юноши, Хайдис опустил голову и поцеловал его.

– Та голубая планета и дом А-Яня… Цюцю хорошо заботился о них.

Подписав договор, они снабжали первоначально отсталую планету всевозможными ресурсами, пока она развивалась, превратившись в итоге цивилизацию более высокого уровня.

– Я всегда буду смотреть на А-Яня [1], – сделав короткую паузу, серебряноволосый офицер понизил голос: – Могу я получить за это награду? А-Янь наградит меня тем, что никогда не уйдёт туда, где я не смогу его увидеть.

[1] Отсылка к последним главам первой арки, где Гу Янь умолял ослабленного ядом Хайдиса открыть глаза и посмотреть на него.

Жизнь Хайдиса была чрезвычайно долгой. Как-никак, он был представителем самой развитой расы в межзвёздном мире.

Во время этого, казалось бы, бесконечного ожидания, Хайдис всегда придерживался одной мысли. Если ему всё-таки доведётся когда-нибудь вновь увидеть человека, которого он ждал, то в первую очередь нужно будет сказать те слова, которые он только что проговорил.

Это был другой мир, и фраза, которую он так отчаянно хотел произнести, казалось, потеряла здесь свой смысл. Однако, когда эти воспоминания нахлынули, Эли не смог сдержаться.

Он хотел сказать юноше, что всё то время, пока его не было, он был умницей.

– Нельзя? – светловолосый офицер склонил голову набок. Пока он говорил, в его вертикальных зрачках не было ничего, кроме отражения Гу Яня. Он видел, как губы юноши приоткрылись, но ни единого звука не сорвалось с них.

Он открыл рот, но его голос, казалось, пропал. Дождавшись, когда чувство удушья постепенно отступит, Гу Янь наконец прошептал:

– Я не сказал, что нельзя… Цюцю, будь умницей, – используя эти слова, чтобы выразить своё отношение, Гу Янь улыбнулся возлюбленному и ещё раз повторил обещание: – Я не уйду туда, где ты не сможешь меня увидеть.

Этому человеку не нужно было ничего делать в обмен на награду – он бы всё равно согласился на эту просьбу.

Серебряноволосый офицер прищурился, и его ледяное лицо потеплело. Затем из глубин его памяти всплыло изображение, и через секунду в его руках оказалось два одинаковых предмета. Один из них он надел на свой палец, а другой – на безымянный палец юноши.

– Хоть они и не те, что были у нас изначально… – произнёс Хайдис, надевая кольцо на палец юноши.

Хоть они и не те, что были изначально, он сделал всё возможное, чтобы воспроизвести и повторить каждую деталь из своих воспоминаний. Несмотря ни на что, он хотел надеть кольцо на палец юноши.

На сердце у Гу Яня потеплело. Он поиграл пальцем, на котором теперь было кольцо, и погладил Хайдиса, с готовностью преклонившего голову.

Он понял, что причина, по которой мужчина вдруг вспомнил всё это, крылась в произнесённом им ранее «Эли».

Пережив три мира, Гу Янь всегда считал чудом тот факт, что его возлюбленный узнавал его инстинктивно, поскольку это полностью выходило за пределы «возможного».

Он сам сохранял воспоминания благодаря своей системе, но его партнёр мог полагаться исключительно на себя.

[Особое существование.]

Пока Гу Янь размышлял над этим вопросом, внезапно раздался механический голос 037. Дело было не в том, что система не испытывала никаких эмоциональных колебаний, просто это было невозможно передать её голосом.

«Особое существование» – это был термин, который она дала непостижимому созданию, которое льнуло к её хозяину в каждом мире.

[Его силы уже превысили пределы этого мира], – даже зная, что хозяин не обязательно сможет понять эти слова, 037 всё же сообщила результаты серии проведенных ею исследований.

«Что произойдёт, если предел превышен?» – рука, поглаживающая серебряные волосы, на мгновение замерла, прежде чем продолжить.

[Неизвестно. Уровень системы слишком низок, расчёт результата невозможен.]

С каждым новым миром способности этого человека продолжали расти. Даже в измерениях более высокого уровня подобное явление было неслыханным.

Наихудшим возможным исходом, вероятно, было бы разрушение мира. Лишь такой исход Гу Янь мог представить себе как наихудший сценарий. Если ему придётся однажды сделать выбор…

– ...Я выберу Цюцю, – бессознательно пробормотал он. Подняв голову и обнаружив напряжённый взгляд Хайдиса, Гу Янь вновь начал гладить его по голове. Тот быстро успокоился и наклонился ближе.

В конце концов, причина, по которой он заботился о благополучии этих миров, заключалась в том, что это его рукой были написаны для них плохие концовки. Поэтому именно он должен взять на себя ответственность за их спасение.

Однако мелькнувшую у него мысль нельзя было считать проявлением эгоизма. Люди испокон веков руководствовались личными мотивами, и единственная разница заключалась в степени их жадности. Гу Янь осознавал, что при особых обстоятельствах он, вполне вероятно, откажется от этой ответственности.

Официальное открытие духовного собрания состоится через три дня, и оно будет проходить в пределах их страны. Для этой встречи уже было подготовлено обширное частное поместье в столице.

На первый взгляд машина, в которой сидел Гу Янь, казалась совершенно обычной, но на самом деле каждая её часть претерпела модернизацию. Уровень безопасности был беспрецендентно высок. Сопровождаемый сложными взглядами окружающих, юноша дразнил Хайдиса в кошачьей форме, лежавшего у него на коленях.

Хайдис охотно позволял играть со своими передними лапами, лениво покачивая хвостом. Время от времени он даже издавал тихое мурлыканье.

Столько лет хрупкие и ненадежные отношения между человеческим царством и Призрачным Городом балансировали на грани, и теперь Чжао Сюй чувствовал, что осторожность, которую они соблюдали всё это время, отправилась коту под хвост. Грудь сдавило – он не мог ни отпустить этот гнев, ни продолжать подавлять. Совершенно невыносимо!

Организация обычно назначала персонал, который провожал участников к месту проведения конференции. Однако, учитывая тот факт, что юноша присоединился к их рядам не так давно, а также то, что он впервые участвовал в подобном мероприятии, Чжао Сюй взял на себя инициативу поехать вместе с ним. Это можно было бы считать небольшой поддержкой с его стороны.

– Мяу… – насладившись почёсыванием подбородка, Хайдис, лежавший на коленях у юноши, замурлыкал и перевернулся, обнажив мягкий животик.

Будучи очень преданным учеником, Чжао Хуань сразу же заметил перемену в выражении лица своего учителя и поспешно полез в карман. Он дотронулся до пузырька с таблетками для сердца и напомнил:

– Наставник, вы должны сразу же дать знать своему ученику, если почувствуете себя плохо.

Учтя опыт прошлого раза, Чжао Хуань приучился носить с собой пузырёк с лекарством, так что ему не придётся искать его в критический момент.

Чжао Сюй также знал, что его ученик просто беспокоится за него, и выдавил слабое:

– Я в порядке, – после этого он уподобился монаху и перестал смотреть по сторонам. У него было чувство, что если он хотя бы мельком взглянет на эту парочку, то получит внутренние травмы от попыток сдержать свои эмоции.

Король Призраков. За всю жизнь Чжао Сюя это создание было самым опасным существом из всех, виденных им. Однако в последнее время это впечатление, казалось, быстро рассеивалось, точно дым на ветру. Характер призрачного владыки изменился до неузнаваемости.

Гу Янь, который полностью сосредоточился на поддразнивании большого кота, совершенно не осознавал, какой стресс переживает сидящий рядом мастер. Увидев, как кот поднимает переднюю лапу, чтобы коснуться кольца, висевшего у него на шее, юноша не удержался и поднял его, чтобы поцеловать.

Эти действия были столь знакомы ему. В первом мире Хайдис тоже носил кольцо на цепочке и часто трогал его лапкой.

– Мяу, – получив поцелуй, похожий на кошку Хайдис прищурился и лизнул бледные пальцы юноши. Он был особенно дотошен, когда дело касалось безымянного пальца.

Маленькие зазубринки на его язычке вызывали у Гу Яня щекотку. Однако, увидев довольное выражение кошачьей мордочки, он не шевелился. В результате весь его палец был облизан и обласкан.

– Мы прибыли.

Поскольку у них был специальный шофёр, Гу Янь ни разу не выглянул в окно, пока не услышал эти слова. Он перестал дразнить Хайдиса, лежащего у него на коленях, и поднял взгляд. Они только что въехали в ворота поместья.

Когда машина полностью остановилась, Гу Янь, сидевший у двери, вышел первым. За ним последовал серебряноволосый офицер в чёрной военной форме.

Простые смертные не смогли бы увидеть его, но практически все, кто имели право находиться здесь, пробудили божественное око.

Вспомнив, что его система говорила об уровне силы, Гу Янь невольно задумался над одним вопросом. Насколько его Цюцю должен подавить свою мощь, чтобы не отпугнуть всех противников ещё до начала состязания?..

Архитектура и внутреннее убранство этого поместья соответствовали европейскому стилю. Персонал, встречающий гостей, проводил их мимо фонтанов и статуй. Когда Гу Янь переступил порог виллы, все люди, до этого оживлённо разговаривавшие в большом зале первого этажа, разом повернулись в его сторону.

Они не пытались подавить его. Личности участников, приезжающих со всего мира на это собрание, не объявлялись заранее, дабы избежать попыток провернуть грязные делишки до начала конференции. Что же касается любопытства по отношению к будущим противникам, то все, кто пришёл сюда в сопровождении персонала в униформе, получали волну оценивающих взглядов.

Однако, когда они увидели рядом с юношей рослого мужчину с серебристыми волосами и вертикальными зрачками, одетого во что-то, напоминающее военное обмундирование, то их первоначально обычный слегка заинтересованный взгляд трансформировался в нечто совершенно иное.

Великий мастер, специализирующийся на укрощении духов, и притом из Китая.

Первой части этой фразы было уже достаточно, чтобы привлечь внимание. А уж добавив вторую часть, можно было ожидать, что в тот момент, когда черноволосый юноша ступит в большой зал, все присутствующие будут смотреть на него так, словно перед ними какая-то экзотическая зверушка.

Китайский отдел укрощения духов, оказывается, приобрёл такого выдающегося молодого сотрудника. Это совершенно не соответствовало их ожиданиям.

Что касается этой конференции, то её участники из других стран уже готовы были праздновать ослабление позиций Китая, потому что, согласно новостям из многих источников, этот филиал должен был сдаться, когда дело дошло бы до состязаний между отделами укрощения духов.

Эти чересчур очевидные взгляды совершенно не заботили того, на кого были направлены, а вот Хайдис, стоявший рядом с юношей, был от них далеко не в восторге. Его вертикальные зрачки потемнели и сжались в тонкие линии, когда мужчина, слегка прищурившись, скользнул по некоторым чересчур пристально смотрящим в их сторону участникам.

Все, кто столкнулся с этим ледяным взглядом, почувствовали, как по их спине поползли мурашки. Осознание опасности заставило этих людей отвести глаза в сторону.

Эти люди не могли точно описать, что за эмоции скрывались за парой странных вертикальных зрачков. Если бы это был самый первый межзвёздный футуристический мир, его обитатели определённо знали бы, что именно так раса Хайдис смотрит на свою добычу и, скорее всего, этот её представитель уже вошёл в боевую готовность.

Хайдис, погрузившийся в боевой режим, представлял собой идеальную машину убийств. Вот почему эта раса считалась самой опасной из всех, существующих в межзвёздном мире.

На самом деле, Хайдисам было не так уж легко войти в боевой режим. Впрочем, это утверждение справедливо, только если не рассматривать ситуацию, когда что-то, что Хайдис считает ценным, находится в опасности. Например, его партнёр.

В то же время.

– Владыка Се Лань?! – Сюй Цю, заваленный работой в Призрачном Городе, внезапно вскинул голову. Он услышал голос, непосредственно переданный в его сознание.

С тех пор, как его босс ушёл с тем черноволосым юношей, у этого подчинённого начался самый напряжённый и сложный период жизни… нет, смерти.

Мало того, что он должен был заниматься своей собственной работой, так ещё и долю начальника надо было выполнять. Был ли на свете кто-нибудь более жалкий, чем он?

Особенно учитывая, что безответственный правитель улизнул, не попрощавшись и не оставив даже записки. Похоже, в ближайшее время он возвращаться не собирается. Всё это заставляло его правую руку изнывать от беспокойства.

Их босс теперь практически не связывался с ними, поэтому Сюй Цю крепко ухватился за этот шанс и спросил:

– Когда вы… – «вернётесь в Призрачный Город?»

Его фраза была прервана на середине, поэтому он не успел закончить свой вопрос. Глубокий и  отчуждённый голос спросил что-то, и Сюй Цю ответил после паузы:

– Невезение… дух невезения? Да-да, конечно, у нас есть такие. Если просто взять наугад несколько призраков с 11-го уровня, среди них окажется целая куча невезучих. Они вам нужны?

– В таком случае этот подчинённый прикажет посланцу сопроводить их к вам, – записав приказ начальника, Сюй Цю пролистал брошюру, в которой были записаны все уровни Ада, и связался с персоналом 11-го.

Он никогда не позволял себе выполнять приказ спустя рукава. Выбрав самого неудачливого призрака, Сюй Цю снова попытался задать интересующий его вопрос:

– Это… Господин Се Лань, когда вы вернётесь?.. Ай, тьфу…

Связь… прервалась.

Выполнив задачу и поднявшись на второй этаж, Се Лань постепенно успокоился.

Хотя он согласился соблюдать мирный договор с человеческим царством, невезение, свалившееся на некоторых людей, не будет считаться его нарушением, покуда они не истекают кровью.

Служащий остановился перед комнатой S03 и представил:

– Это комната, приготовленная для вас, а по соседству с ней – комната великого мастера Чжао, –  закончив, он поклонился им и улыбнулся: – Что ж, желаю вам добиться хороших результатов на нынешнем собрании.

Этот сотрудник был обычным человеком, к тому же ему никогда прежде не доводилось готовить комнату для укротителя духов. Таким образом, под бдительным взором великого мастера Чжао Гу Янь абсолютно естественно провёл призрака в номер.

– Эл… – Гу Янь хотел было что-то сказать, но остановился. Пока его возлюбленный использует обличье из первого мира, будет лучше звать его тем именем, когда он будут наедине, или же?..

Это был один и тот же человек, и Гу Янь вроде бы не должен был чувствовать противоречия из-за этого. Однако зная, что воспоминания его возлюбленного о других мирах были очень нечёткими, он всё ещё чувствовал небольшой диссонанс.

– А-Янь может называть меня как захочет, – кольцо на цепочке, спрятанное под воротником строгой военной униформы, находилось рядом с его сердцем, и по сравнению с низкой температурой металла тело серебряноволосого офицера казалось чуть тёплым.

Когда эти слова были произнесены, глаза Хайдиса окрасились в красивый яркий цвет. Затем он слегка прищурился и склонил голову, чтобы поцеловать юношу в уголок губ.

– Эли, Цзян Тань… о, и ещё Аса?

Нелегко было вспомнить собственные имена из других миров, но Се Лань всё же справился с этой задачей. Он восстановил ещё больше воспоминаний, связанных с юношей. Они принадлежали ему, были его драгоценными сокровищами, кто же заставил его забыть обо всём при переходе в новый мир?

Независимо от того, как этот юноша будет звать его, Се Лань знал, что любое из этих имён будет принадлежать ему, и потому у него не было причин для недовольства. Кроме того, если уж речь зашла об этом, больше всего ему нравилось имя «Цюцю».

Услышав эти знакомые имена, слетающие с уст светловолосого офицера одно за другим, Гу Янь испытал шок. Он никогда бы не подумал, что мужчина сможет вспомнить так много…

– Цюцю, – во всяком случае, восстановление всех этих воспоминаний – вовсе не плохо. Придя в себя, Гу Янь начал расспрашивать о том, что затронуло его любопытство: – Что ты делал, когда мы поднимались по лестнице?

Он понятия не имел, что тогда происходило, но был абсолютно уверен, что его возлюбленный что-то провернул втайне от него.

– О, – ускользнув от ответа, бесстрастный, но красивый Хайдис отвёл взгляд и внезапно сменил тему: – Мои волосы слишком длинные. Обременительно. Мне это не нравится.

Когда эта проблема была упомянута, внимание Гу Яня очень быстро переключилось. Его взгляд задержался на несколько секунд на этих серебристых локонах, достаточно длинных, чтобы доходить до талии. Юноша протянул руку, чтобы коснуться их.

Перед тем, как Гу Янь покинул тот мир, они всегда были длиной до плеч. И всё же теперь настолько отросли.

– Почему бы тебе не отрезать их? – «тебе это не нравится, но при этом ты их не отрезаешь», глаза Гу Янь передали его недоумение.

Это было такое растерянное, беспомощное выражение, что Хайдис невольно прищурился:

– Я отстригал их сам несколько раз, но это слишком хлопотно. Кроме того, я не хочу, чтобы к ним прикасался кто-то кроме А-Яня.

Светловолосый офицер носил пару чисто белых кожаных перчаток и никогда не снимал их в повседневной жизни. Это была врождённая привычка, но когда он хотел прикоснуться к юноше, то обязательно снимал перчатки.

Его так называемое «отстригал их сам» состояло в том, чтобы взять кинжал и отхватить лишнюю длину одним движением. Со временем, ему стало лень делать даже это единственное движение, и Хайдис просто позволил своим волосам свободно расти.

По правде говоря, никто не смог бы придумать подобную причину, но каждое слово этого человека было произнесено серьёзно и без притворства, поэтому Гу Янь сменил беспомощный взгляд на снисходительный.

– Подожди до конца собрания, как вернёмся домой, я тебя подстригу. Цюцю, будь умницей, – на самом деле, Хайдису очень даже шли длинные волосы, но раз уж он сам находил это неудобным, и ему это не нравилось, Гу Янь не стал озвучивать своё мнение.

Убрав багаж, юноша лениво развалился на роскошной двуспальной кровати. Владелец этой виллы был не просто богат: если забыть, что они приехали сюда для участия в духовной конференции, можно было бы подумать, что это место – первоклассный курорт.

Укротителям духов никогда прежде не предоставляли отдельный номер, да и призраки в отдыхе не нуждались. Великие мастера из отделов укрощения духов просто позволяли своим призракам самим находить место для ночлега и уж точно не стали бы, подобно этому юноше, делить с ними собственную постель.

– Ужин будет через два часа, а пока мы можем отдохнуть, – сразу же после этих слов Гу Янь зевнул, и несколько капель слёз блеснули в уголках его глаз. От этого зрелища зрачки Хайдиса опасно сузились.

Участники всё ещё прибывали в поместье один за другим, и пока ещё не все собрались, так что приветственный фуршет состоится довольно поздно. В этом ужине не было ничего особенного – всего лишь мирное и тёплое открытие перед тем,  как официально обнажить мечи.

Как только его слова затихли, Гу Янь ощутил вес на своём теле. Встретившись взглядом с парой нефритово-зелёных глаз, зрачки которых сжались в вертикальные чёрточки, юноша испытал что-то вроде дежавю.

Разве это не похоже… на тот момент, когда он только-только был перемещён своей системой в первый мир и главный злодей в своём зверином обличии набросился на него? Единственная разница заключалась в том, что на этот раз он принял человеческую форму.

– Я очень хочу получить награду, – прошептал Хайдис и в то же время слегка потёрся головой о шею юноши, чтобы отметить его своим запахом.

Не получив ответа, Хайдис лизнул губы юноши, холодный голос стал бархатистым:

– Хозяин?

Гу Янь тут же закашлялся, но это лишь подзадорило призрака повторить свои слова, отчего юноша зажмурился. Такое обращение, в таком неоднозначном положении – всё это заставило его счётчик стыда подскочить до середины.

Вполне ожидаемо, Гу Янь, который всегда был чрезмерно снисходителен к своему возлюбленному, в скором времени был подмят и съеден. Беднягу отпустили только тогда, когда банкет должен был вот-вот начаться.

В ожидании официального открытия те, кто сидел неподалёку от темноволосого юноши, спокойно разглядывали сидящего рядом с ним духа. По какой-то причине этот светловолосый мужчина излучал ауру превосходства, заставляя их ошеломлённо замереть.

Никогда прежде не случалось такого, чтобы кто-то приводил призрака на фуршет, но это был укрощённый дух юноши – строго говоря, всё действительно было в рамках правил.

Фракции были разделены по странам, поэтому те, кто сидел за одним столом с Гу Янем, были гражданами Китая.

Несмотря на свою рассеянность, немного оправившись от шока, великие мастера очень естественно восприняли эту картину, пока не увидели, как бледный призрак подкладывает еду в тарелку юноши. Чем дольше они смотрели, тем больше сомнений отражалось на их лицах.

Неужели у укротителей духов такие хорошие отношения с их призраками?..

Призраки не нуждаются в пище. Теоретически, они не должны испытывать что-то вроде голода.

Никто из участников банкета никогда не видел и не слышал, чтобы призрак ел человеческую еду. Но теперь мастера прорицания, сидевшие за этим столом, лично видели, как светловолосый офицер рядом с юношей медленно поднял палочки для еды. Его взгляд был опущен, каждое движение  несло в себе необъяснимую ауру элегантности.

Он родился принцем, законным кандидатом на трон. Впоследствии он стал Императором и правил на протяжении более чем двух сотен лет. Манеры монарха уже просочились в кости Хайдиса.

Это правда, что призракам не нужно было есть, поскольку это действие было бессмысленным для тех, кто уже мёртв. Они не чувствовали ни запаха, ни вкуса пищи, не могли получить из неё никаких питательных веществ. Именно поэтому в её потреблении не было никакого смысла.

Если уж задаться целью найти надуманное объяснение, то, вероятно, можно было бы счесть приём пищи способом убить время.

Однако еду в его тарелку подкладывал сидящий рядом юноша, так что вряд ли причиной было что-то вроде попытки развеять скуку. Призрак не был разборчив и ел всё, что давал ему Гу Янь. Хайдис был похож на послушного кота, которого кормил его хозяин, и ел всё подряд без всяких капризов.

На самом деле, он уже съел самое изысканное лакомство. Для Хайдиса не было ничего более восхитительного и соблазнительного, чем «это».

Император, обладавший ярко выраженной аурой воина, позволил своим мыслям разгуляться и погрузился в них. Только что в номере он тщательно опробовал каждый дюйм потрясающего деликатеса, и даже оставил свою метку.

Подумав об этом, серебряноволосый офицер повернулся и посмотрел на юношу слегка прищуренными глазами. Он наклонился ближе и незаметно принюхался, прежде чем вернуться в исходное положение.

– Цюцю? – что он там нюхал? Гу Янь не мог понять его действий.

Светловолосый офицер, услышав своё имя, моргнул, но ничего не сказал, лишь слегка надул губы. Эти слова не подобало произносить вслух в таком месте. Ох уж это человеческое чувство стыда…

За долю секунды в голове Гу Яня, казалось, промелькнуло множество вещей. Тихонько кашлянув, он отвёл взгляд, который был сосредоточен на его возлюбленном.

Будучи знакомым с мыслительным процессом некоего Хайдиса, Гу Янь обнаружил, что найти ответ на возникший прежде вопрос было довольно легко.

Запах – Хайдисы могли помечать своих партнеров собственным запахом через телесный контакт, например, через прикосновение или лёгкий поцелуй. Такая степень близости оставит лишь временную метку, которая исчезнет через пару дней. Однако тщательная маркировка создавала бы более стойкий след.

Услышав это смущённое покашливание, светловолосый офицер понял, что юноша, должно быть, уже обо всём догадался. Рука Хайдиса, скрытая столом, плавно поймала ладонь Гу Яня и осторожно погладила её.

Теперь этот человек пах им. Хоть метка не была заметна обитателям этой планеты, Хайдис уже был вполне доволен тем, что ему удалось оставить такой надёжный след.

– Сяо Гу, не нужно так нервничать. Просто постарайся завтра сделать всё возможное, ладно? – посоветовал великий мастер Вэнь, укротитель духов из того же филиала, что и Гу Янь. Благодаря своей внешности, он казался очень строгим человеком. Когда он произнёс последнюю фразу, выражение его лица стало напряжённым, отчего слушателям было трудно возразить его словам.

Любой, у кого есть глаза и уши, знает, насколько редко пополнялись ряды в китайском отделе укрощения духов. Прошло много лет с тех пор, как появился последний новичок, способный овладеть этой техникой. Если так продолжится, китайское подразделение укрощения духов полностью исчезнет.

Теперь, когда у них наконец появился новый член, независимо от того, кто являлся его учителем и каковы были его способности, великий мастер Вэнь был намерен относиться к нему как к редкому сокровищу.

Этот мастер обладал значительным авторитетом в китайском отделе укрощения духов. Теперь, когда он высказался, никто больше не посмеет чесать языками, даже если Гу Янь не сможет добиться удовлетворительного результата на этом собрании.

– Если бы не появился Сяо Гу, мы бы автоматически проиграли. Разве мы посмеем винить его? – мужчина средних лет, сидевший рядом с великим мастером Вэнем, рассмеялся и затушил сигарету. Он пошутил: – Мы все понимаем желание старины Вэня защитить новых и неопытных членов. Что ни говори, а у отдела укрощения духов действительно давно не было прилива свежей крови.

Остальные мастера за столом подхватили его слова, выражая согласие, и общее настроение можно было считать вполне благодушным. Великий мастер Вэнь повернулся к своему старому другу и фыркнул:

– Хорошо, что ты это осознаёшь.

Хотя для них было чудом, что наконец-то появился новичок, который будет представлять их на конкурсе, эти мастера прорицания не возлагали особых надежд на его выступление. После многих лет нахождения в самом низу, Китайскому филиалу было трудно перенастроить своё мышление.

Никто из них не был знаком с их младшим товарищем, который появился буквально из ниоткуда. Вполне очевидно, он не принадлежал ни к одной из известных школ. Более того, этот юнец не сделал себе имени в духовном мире, так что, скорее всего, его способности были весьма ограничены.

Выражение лиц единственных людей, знавших правду – Чжао Сюя и его группы, – стало странным. Однако они не могли ничего сказать. Эти несколько человек продолжали молча двигать палочками для еды, но никто из них не мог толком почувствовать вкус еды, которая попадала к ним в рот. Им совершенно не удавалось сосредоточить свои мысли на этих изысканных блюдах.

Одному Богу известно, как сильно Чжао Сюю хотелось посмотреть на небо и испустить долгий вздох, когда он услышал, как толпа говорит темноволосому юноше, что его результаты не имеют значения.

Тот, кто сидел рядом с Гу Янем, был буквально божеством во плоти. Если ему что-то не понравится, простой взмах его руки мог начать кровавую баню в человеческом мире.

Теперь это божество вело себя как послушный домашний питомец перед юношей. Его покорность была столь отчётлива, что можно было подумать, будто выполнение любого приказа хозяина было для него счастьем. Когда юноша был рядом с ним, король призраков не излучал угрозы. Что же касается его ледяной и подавляющей ауры – она тоже была сведена к минимуму.

Если завтра среди призраков, которым не повезёт встретиться со своим владыкой, найдутся те, кто не рухнет сразу же на колени, их можно будет считать поразительными.

– Цюцю принесёт А-Яню победу, – объявил Се Лань, незаметно для других играя с тёплыми пальцами юноши. Под полуопущенными ресницами его вертикальные зрачки, казалось, тускло мерцали. Это сияние становилось ярче, когда он смотрел на своего возлюбленного.

Было неуместно гладить его по голове или целовать перед толпой. Проблема заключалась в том, что все присутствующие старшие мастера были в весьма почтенном возрасте, и Гу Янь боялся вызвать у них сердечный приступ. Если их эмоции будут слишком сильно колебаться, могут возникнуть проблемы.

Таким образом, Гу Янь мог только незаметно поймать и слегка сжать мизинец светловолосого офицера.

Такая награда была довольно хороша. Ледяное выражение лица Хайдиса оттаяло, как сугроб по весне. Для него это было всё равно что поглаживание по спине – он становился исключительно смирным.

Банкет тем временем продолжался, представители разных стран вели светские беседы. Естественно, всё это дружелюбие было исключительно поверхностным.

Духовная организация была международным объединением. Любая страна, обладающая базовыми знаниями о совершенствовании и спиритизме, естественно, могла стать её членом, и поэтому было несложно сказать, сколько стран принимают участие в конференции на этот раз.

Ранее уже упоминалось, что представители различных стран были разделены по рангам. В этом году Китай занимал третье место, в то время как Хэлунь и Васинь были на первом и втором местах соответственно – эти две страны были западными.

Каждая из трёх ведущих стран обладала правом наложить вето на любое постановление класса А, принятое духовной организацией. Хотя всё, что ниже класса А, требовало большинства голосов, чем ближе страна была к самому высокому рангу, тем больше веса имел её голос.

Эта система была также причиной, по которой различные страны придавали большое значение своему положению в духовной организации. Поэтому-то конкуренция на ежегодном собрании была столь напряженной.

Гу Янь не был заинтересован во взаимодействии с представителями других стран. Более того, он боялся даже представить, под каким соусом Хайдис съест его сегодня ночью, если он позволит другим людям подойти слишком близко, пока рядом сидит его возлюбленный.

Его Цюцю стал избалованным… когда они были в номере, Хайдис повалил его и попробовал на вкус. Холодным и глубоким голосом он шептал: «Хозяин», – и в то же время усиливал толчки, чтобы достичь большей глубины.

На второй день большой зал претерпел огромные изменения. Теперь это было место проведения соревнований, и судьи соответствующих стран аккуратно рассаживались на отведенные им кресла.

– Придётся подождать, пока очередь не дойдёт до тебя. Не стоит слишком переживать. Просто относись к этому как к тренировочному матчу, – великий мастер Ло похлопал Гу Яня по плечу. В его глазах этот юноша впервые в жизни принимал участие в духовном собрании и должен был нервничать. Его слова должны были уменьшить стресс мальчишки.

Согласно правилам, отборочные матчи проводились в строгом порядке, начиная с позиции страны с самым низким рейтингом. Победитель отборочного раунда затем будет соревноваться со страной, занимающей следующий с конца ранг.

Так было всегда. Гу Янь кивнул старшему и подтвердил, что всё понял.

– Старина Чжао, должно быть, уже рассказывал тебе об этом, но отдел укрощения духов всегда соревновался немного иначе. Вас не будут проверять ни в чём, кроме навыков укрощения духов, так что беспокоиться не нужно, – с этими словами великий мастер Ло сделал то, что часто делал упомянутый им «старина Чжао»: с важным видом погладил свою белую бороду.

– Мгм, старший Чжао уже говорил мне это, – слегка нахмурив брови, Гу Янь не стал раскрывать старому мастеру, что на самом деле слова гроссмейстера Чжао были такими:

«Вы, кучка укротителей духов… настолько далеки от совершенства в других областях, что даже распорядитель сказал, что они не станут устраивать для вас матчи. Они не будут проверять ваши комплексные способности. В этом всё равно не было бы никакого смысла».

Это были его подлинные слова.

Так называемые комплексные способности относилась к базовым навыкам, которые могли использовать большинство мастеров прорицания, таким как заклинания, провидение, руны и куча других вещей, таких как физиогномика и фэншуй. Даже создание талисманов-оберегов было включено в этот список. Большинство мастеров прорицания могли легко преуспеть в одной или двух из этих категорий, в то время как в других показывали средние или посредственные результаты.

Между тем, члены отдела укрощения духов были подобны полностью распустившимся экзотическим цветам духовного мира. Даже после стольких лет и поколений мастера этого отдела не знали ничего, кроме укрощения духов, как будто простое изучение навыков укрощения духов поглотило все остальные навыки, которые у них были.

Гу Янь, который уже почти овладел всеми духовными искусствами, решил помалкивать. Хотя он и был автором, это стало для него неожиданностью.

Можно ли в такой ситуации считать его читером, или он и правда читер…

Не прошло и двух секунд, как Гу Янь пришел к выводу.

Да… вероятно, «Закон» снова помогал ему немного сжульничать.

С течением времени подразделение укрощения духов неуклонно хирело, превратившись в итоге в самую малочисленную группу духовного мира.

Но это вовсе не означало, что они были менее важны. Напротив. В нынешние времена, когда укротителей духов становилось всё меньше с каждым годом, духовная ассоциация предоставляла им особый статус, чтобы предотвратить исчезновение этого отдела.

Сегмент укротителей духов был самым интересным событием духовной конференции. Более того, поскольку соревнования открывались отборочным раундом, в которых участвовали страны, занимавшие самые низкие места в рейтинге, зрителям приходилось долго ждать, когда же наконец выступят три лучшие страны.

В этом году в собрании участвовало много тёмных лошадок. Среди них была горстка с относительно тесными связями с Китаем и ещё несколько, которые, как считалось, имели умеренно нейтральные отношения с ним.

Если принимать во внимание лишь это, можно было бы сказать, что перспективы Китая в этом году довольно хороши. Но две другие западные страны, которые занимали первые две строчки, не проявили ни малейшего намека на беспокойство, и уж тем более не тревожились. Всё выглядело так, будто они уже давно ожидали этого и сделали необходимые приготовления.

– Этот парень, Крис, он точно сможет совладать со своим призраком? Вы должны понимать, что произойдёт, если это создание не выйдет подавить. Если что-то случится… – начал светловолосый голубоглазый мужчина, одетый в идеально подогнанный по фигуре костюм. Он опустил голову, чтобы взглянуть на часы, но его прервали.

Высокая светловолосая женщина, стоявшая рядом с ним, коснулась своих кудрей и перебила его:

– Если что-то случится, наша страна Хэлунь возьмет на себя всю ответственность. Просто действуйте в соответствии с нашим соглашением, и первые два места следующего сегмента будут нашими. Кроме того, у Криса есть способ заставить это существо повиноваться. Не беспокойтесь.

Эти двое, занятые разговором, были гражданами стран Хэлунь и Васинь. На первый взгляд казалось, что между этими государствами нет особых связей, но ради сохранения своего статуса они в частном порядке заключили соглашение о сотрудничестве.

Конечной их целью по-прежнему оставалась должность главы духовной организации. Обе стороны понимали это, но не озвучивали.

После долгого сидения в одной и той же позе первоначальное возбуждение Гу Яня от наблюдения за матчами между мастерами прорицания пошло на убыль. Поскольку участники были примерно одного с ним возраста или моложе, заклинания, которые они использовали, были относительно низкоуровневыми. Прошло ещё немного времени, и Гу Янь начал потихоньку клевать носом.

Слегка покачнувшись, он опустил голову на плечо светловолосого офицера.

В глазах всех присутствующих этот призрак сидел рядом с юношей с самого утра, и как только Гу Янь покачнулся, он сразу же подстроился, подставив плечо и осторожно приобняв рукой.

– Цюцю, мн… Цюцю, – юноша уже заснул, лишь его ресницы чуть подрагивали. Слова, которые он произнёс, были тихими и неразборчивыми.

Если бы он не предвидел, что чересчур интенсивные взгляды окружающих разбудят Гу Яня, Хайдис уже наклонился бы, чтобы поцеловать юношу, бормочущего во сне его имя.

Подобное действие непременно привлекло бы внимание, и, конечно же, юноша проснулся бы. Как бы ему этого ни хотелось, серебряноволосый офицер вынужден был подавить своё желание.

С точки зрения мастеров прорицания дух, по собственной воле обнимающий человека – уже что-то невообразимое. Это всё равно что столкнуться с привидением средь бела дня…

Нет, неверное сравнение. Все присутствующие мастера прорицания сразу же осознали это, потому что они буквально видели перед собой настоящее привидение.

Все, кто обладал хорошей интуицией, не осмеливались беспокоить сейчас эту парочку, даже разговоры велись на порядок тише. Таким образом, Гу Янь сумел поспать почти полчаса.

– А-Янь, – не позволив никому приблизиться к юноше, Се Лань ласково позвал его по имени, чтобы разбудить. В этот момент его губы слегка коснулись уха юноши, но это было сделано под таким углом, чтобы никто другой не заметил.

Гу Янь открыл затуманенные глаза и зевнул, прикрыв рот ладонью. Уголки его глаз слегка покраснели, он совсем не походил на человека, который вот-вот должен будет подняться на сцену для состязания.

«Участники этого года настолько слабы, что, Крису, наверное, даже не придётся использовать это. Для победы ему будет достаточно вызвать своего духа, не нужно раскрывать все наши козыри», – человек, возглавлявший команду из Васинь, наблюдал за матчами от начала до конца. Голубоглазый блондин только что отправил сообщение своему партнёру.

Ответ пришёл очень быстро. Суть его заключалась в том, что они хотели добиться полной и абсолютной победы, поэтому план останется без изменений.

Получив ответ и прочитав его, мужчина немедленно удалил сообщение. Раз уж его партнёр так решил, ему больше нечего было сказать. Все взгляды были прикованы к сцене. Согласно жеребьёвке, этот раунд был матчем между Китаем и Хэлунь.

Судя по информации, добытой разведкой, Китай должен был отказаться от матча. Непонятно, как китайцам удалось в последний момент найти кандидата для участия, но, глядя на сонный вид их представителя, можно было сказать, что не было никакой разницы между его выступлением и признанием поражения без боя.

На сцену поднялся мужчина, чьё имя, Крис, упоминалось в сообщении. Это был довольно энергичный молодой человек с глазами цвета морской волны. Когда он улыбался, то выглядел особенно привлекательно.

Светловолосый офицер помрачнел, а чёрная военная форма придала ему ещё более грозный вид. Когда тот парень посмотрел на Гу Яня с такой чарующей улыбкой, Хайдис почувствовал себя неуютно.

К настоящему моменту юноша уже был полностью покрыт его запахом, но здешние люди не могли этого заметить. Им также было не под силу уловить скрытое в нём предупреждение.

Даже зная, что причиной тому была сама природа этого мира, Хайдис всё равно находил это раздражающим. Эти назойливые мухи жужжали вокруг его драгоценного сокровища. Если бы они сейчас находились в Империи, никто бы на подобное не осмелился.

Империя Хайдис правила всеми соседними звёздами. Если бы кто-то посмел приблизиться, он наверняка был бы раздавлен в лепёшку силой Императора.

– Ты почти одного возраста со мной. Тоже гений? – хотя Крис выглядел как джентльмен и носил приятную улыбку, его слова были полны высокомерия и гордости.

Но факт оставался фактом, он действительно был редким талантом. Совсем недавно он с лёгкостью победил известного в духовном мире мастера прорицания, и эта победа сделала его тщеславным. Тот его противник расценивался как один из потенциальных победителей этого соревнования.

Услышав это, Гу Янь покачал головой и тихо ответил:

– Я просто обычный человек.

Как китаец, Гу Янь был намерен отстаивать традиционные ценности своей страны. Скромность – очень важная добродетель.

Если бы Чжао Сюй и остальные услышали это, глаза всех троих бы вылезли из орбит из-за юноши, который «врал и не краснел». В конце концов, они никогда не видели никого более «обычного», чем этот «обычный человек».

– Укрощённый тобой дух выглядит довольно неплохо, – неожиданно сказал Крис во время выполнения серии пассов.

Это было редкостью для укротителя духов – постоянно держать при себе своего призрака, потому что практически никто не хотел бы день напролёт чувствовать исходящую от них ледяную ауру. Большинство укротителей вызывали их только тогда, когда в том была необходимость.

Гу Янь не ответил и не поблагодарил его за комплимент. В следующие несколько секунд он понял смысл этой фразы.

Вскоре после слов Криса, позади него материализовалась скрюченная фигура призрака. Его внешний вид был настолько жутким, что им можно было бы довести ребёнка до слёз.

– Злой дух? Судья! – когда молодой человек призвал своего духа, весь зал погрузился в хаос. Особенно это касалось великого мастера Вэня из Китайского подразделения, который громко возмутился.

Никто в отделе укрощения духов не стал бы призывать злого духа в качестве своего призрака. Учитывая кровожадность и свирепость злого духа, любой мастер прорицания, который попытался бы провернуть подобное, был бы безжалостно разорван в клочья, даже костей бы не осталось.

Неужели он готов рискнуть жизнями всех присутствующих, вызывая злого духа? Видя своего юного кандидата стоящим на сцене напротив злобного призрака, китайские мастера прорицания не на шутку встревожились.

Однако было и исключение. Возьмём, к примеру, мастера Чжао и двух его коллег. Хотя их лица выглядели мрачными, в душе они были абсолютно спокойны.

И вовсе не потому, что им была безразлична судьба их драгоценного новичка. Все в духовном мире знали, что китайский отдел укрощения духов испытывает острую нехватку кадров.

Но в данной ситуации они совершенно не беспокоились, поскольку знали личность призрака, стоящего плечом к плечу с юношей.

Слово «злой» в термине «злой дух» говорило само за себя. Но хватит ли у такого духа смелости поднять руку на собственного владыку – вопрос чрезвычайно сложный.

Серебряноволосый офицер на сцене выглядел абсолютно бесстрастным, его прищуренные глаза потемнели. Слегка расширившиеся зрачки смотрели на только что призванного злого духа с безразличием.

Ранее он пообещал захватить всех злых духов, которые оставались в человеческом мире. Так уж вышло, что одного такого он только что нашёл.

Большинство злых духов выглядели примерно одинаково. В общих словах, про каждого из них можно было сказать, что они настолько жуткие и отвратительные, что ими можно пугать маленьких детей. Кстати говоря, Гу Янь видел одного из них, когда впервые попал в этот мир. Однако перепугался тогда вовсе не юноша, а сам призрак, который бросился наутёк. Что же касается причины, то Гу Янь узнал её лишь после того, как очутился в Призрачном Городе.

Злого духа, которого он встретил в родовом поместье семьи Шэнь, звали Одиннадцатый. Это имя придумал его Цюцю. В нём не было какого-то особого смысла, просто призрак обитал на одиннадцатом уровне, когда Се Лань выбрал его для миссии в человеческом царстве. Поэтому это число и стало его именем.

Хотя злой дух выглядел как свирепое животное, Гу Янь видел злобного призрака по имени Одиннадцатый смирным и робким, точно маленький домашний питомец, когда был в Призрачном Городе. Тот даже смотрел на него таким жалобным взглядом. Было очень просто понять, что призрак умолял его не рассказывать владыке об обстоятельствах их встречи.

Если бы темноволосый юноша пожаловался хозяину Призрачного Города на попытку нападения, пусть даже он успел вовремя остановиться, владыка определённо бросил бы его на самое дно ада. Как бы глупо это не выглядело, Одиннадцатый знал, к кому обратиться за помощью.

Поэтому Гу Янь, который видел демона, с жалобным взглядом молящего о пощаде, не мог испытывать особого страха, сталкиваясь с другим демоном, даже если это был тот, кого он никогда раньше не видел. Напротив, он вспомнил о времени, проведённом в Призрачном Городе, и ему даже захотелось рассмеяться… Да, при виде злого духа он пытался сдержать смех.

Более того, его Цюцю был рядом. Хозяин Призрачного Города принадлежал ему, если он будет бояться этого злого духа, не стоило ли сперва выразить некоторый страх пред лицом своего Цюцю?

Однако ему всё же нужно было проявить уважение к своему противнику. Как только уголки его губ начали предательски приподниматься, Гу Янь быстро взял себя в руки.

Ему было весело. Хотя угол его улыбки был едва различим, и она исчезла так же быстро, как и появилась, серебряноволосый офицер, который сосредоточил на юноше всё своё внимание, заметил её.

Улыбка была обращена к укротителю духов, стоящему напротив них. Довольная улыбка. Это открытие огорчило Хайдиса, и поэтому прищуренный взгляд, устремленный на злого духа, стал холоднее ещё на несколько градусов.

– А-Янь, тебе не нужно быть вежливым, – пара светло-зелёных глаз с вертикальными зрачками потемнела и приобрела мрачный, но величественный оттенок. Светловолосый офицер смутно припоминал, как юноша однажды сказал ему, что «улыбка – это форма вежливости». Он не помнил, в каком из миров это услышал, но знал, что его реакция тогда была точно такой же, как сейчас.

– … – Гу Янь, который только что подавил улыбку, мгновенно застыл. Он слышал эти слова в прошлом мире, а потом говоривший повалил его и делал то самое до тех пор, пока они оба не достигли вершин удовольствия. Просто его Цюцю взревновал всего лишь оттого, что он улыбнулся кому-то другому.

Гу Янь обернулся, чтобы посмотреть на Хайдиса. Он обнаружил, что ему было бы слишком трудно изображать испуг, имея за спиной Цюцю, даже если это всего лишь притворство.

Три слова «я очень расстроен» были буквально написаны на холодном и красивом лице призрака. Взгляд, который постепенно становился холодным, был подобен ножу, пронзающему злого духа снова и снова. Бедное создание не смело пошевелиться ни на йоту и могло только мелко подрагивать.

Вызванный дух трясся от страха, но его хозяин этого даже не заметил. Он упивался бурными аплодисментами, раздававшимися отовсюду. Будь то обвиняющие взгляды или крики удивления, и даже когда лица некоторых людей перекашивало, всё это только возбуждало золотоволосого Криса.

Он сознательного выждал какое-то время, но, вопреки здравому смыслу, его противник так и не изъявил желания сдаться без боя. Способность Криса позволяла ему делать так, чтобы злые духи не осмеливались нападать на него, а также давала возможность натравливать этих духов на конкретную цель. Однако он не мог управлять атаками призрака.

Когда имеешь дело со злым духом, впавшим в безумие, потеря конечности может считаться чрезвычайно лёгким исходом. Даже гибель мастера была бы весьма вероятна. Крису доводилось слышать, что китайцы очень гордая нация, и это было похоже на правду. Видно, ради репутации они были готовы даже рискнуть своей жизнью.

Злой дух, вызванный Крисом, имел хлипкое тело и отвратительную внешность. Его дрожащая фигура вызывала мысль не о том, что он был напуган, а скорее, что он был взволнован видом нового угощения. К несчастью, его хозяин удерживал его и не позволял пока наброситься на манящий деликатес.

– Наставник, взгляните только, сколь жалок этот призрак. Он ведь до смерти перепуган, верно?.. – выпалив эти слова, Чжао Хуань осознал, как странно они прозвучали. Этот призрак уже был мёртв, разве можно умереть во второй раз? Так что, он быстро перефразировал: – Я имею в виду, что он перепуган так, что вот-вот воскреснет, правда?..

Чжао Хуань ещё не успел прожевать бутерброд, как снова получил удар по затылку от своего учителя:

– Сколько раз я тебе говорил, не болтай во время еды! А если уж говоришь – не ешь!

Парень больше не издавал ни звука, схватившись за затылок. Проглотив закуску, он поспешно признал свои ошибки:

– Да, да. Извините, я обязательно это запомню. Не сердитесь на меня. Гнев вреден для здоровья пожилых людей.

Даже если члены духовной организации никогда не видали такого прежде, они наверняка слышали о том, как трудно иметь дело со злыми духами. Контролировать таких призраков, в которых не осталось ни капли здравого смысла, определённо было намного сложнее, чем приручить обычного духа.

Несмотря на то, что широкая публика не особо одобряла такие опасные практики, они не могли не признать, что этот молодчик из Хэлунь был поистине одарённым. Особенно в нынешней ситуации – когда укрощение духов стало практически изчезающей профессией – этот человек казался ещё более выдающимся.

– Поторопитесь и скажите Сяо Гу, чтобы он сдался. Нам не нужны такие жертвы. Почему этот ребёнок такой упрямый?.. – никто не волновался так, как великий мастер Вэнь. С того момента, как злой дух появился на сцене, его сердце охватила тревога.

Неужели ради победы стоит рисковать жизнью? Что такое злой дух? С одинаковым успехом можно было бы как попросить мастера-новичка разобраться со злобным призраком, так и прямо предложить ему умереть. Никто не мог винить великого мастера Вэня за беспокойство. Это была нормальная реакция любого мастера прорицания, имеющего хоть немного опыта.

Гу Янь видел его взгляд, понимал смысл его жестов, но лишь отрицательно покачал головой. И даже произнёс беззвучно, одними губами: «Всё будет хорошо».

В следующую секунду великий мастер Вэнь увидел, как изменилось выражение лица блондина из Хэлунь. Тот впился взглядом в скрюченную фигуру злого духа, который был намного ниже его ростом. Он больше не отдавал команды на ломаном китайском, а вернулся к более привычному английскому.

Всезнающие, казалось бы, мастера прорицания не слишком хорошо понимали этот иностранный язык, вот и великий мастер Вэнь не ведал, что говорит этот западный человек.

– Почему ты до сих пор не подчинился моему приказу? Что, захотелось снова оказаться запертым в святилище?! – распекал Крис злого духа, который внезапно заартачился. Обычно этой угрозы было достаточно, надо будет позже преподать этой твари урок, чтобы она в будущем была послушнее.

Хоть у злых духов отсутствовала рациональность, это вовсе не означало, что они не могли чувствовать боль. После того, как его в прошлый раз заперли в святыне и лишили способности к сопротивлению, у него не осталось иного выбора, кроме как подчиниться.

Однако именно в такой неподходящий момент этот трюк, казалось, потерял свою эффективность. Несмотря на все наказания, которые ему были доступны, светловолосый иностранец не мог заставить злого духа сдвинуться с места. Впрочем, одно движение он всё-таки сделал: злой дух был вынужден опуститься на колени, но человек, перед которым он стоял на коленях, был не его хозяин – он склонился перед противниками.

«Святилище». Одно лишь это слово вызывало глубинный ужас, давно уже вырезанный в самой сущности этого злого духа. И всё же прямо сейчас, даже перед лицом этой страшной участи, он отказывался двигаться. Его хозяин приказал ему напасть на человека, стоящего перед ним, но он этого не сделал.

Причина была проста: на стороне противника было существо даже более смертоносное и жуткое, чем «святилище». Грозное создание бросило на него леденящий взгляд. Это был его истинный владыка. Даже если внешность изменилась, страх, который испытывал злой дух, свидетельствовал об этом неоспоримом факте.

Понимая, что злой дух уже осознал своё место, серебряноволосый офицер отвернулся. Пара ледяных глаз опустилась, делая его ещё более привлекательным.

По человеческим меркам, внешность Хайдиса была неимоверно прекрасной, никто не сумел бы найти хоть малейший недостаток. Вот только в глазах злого духа он был страшнее, чем все восемнадцать уровней ада.

– Что происходит с Крисом? – прежде именно великие мастера из Китая чувствовали тревогу, но теперь ситуация, казалось, изменилась. Люди со стороны Хэлунь всё больше и больше беспокоились, выражения их лиц изменились.

Любой, кто осознал, что его идеальный план рухнул в самый критический момент, будет не в самом благостном расположении духа.

Зрители начали перешептываться и обсуждать происходящее на сцене. Пусть разгромленный вид светловолосого иностранца не вызвал никакого интереса у мелочного короля призраков, как только он вспоминал об улыбке, подаренной Гу Янем этому человеку, он невольно испытывал раздражение.

Он не приказывал злому духу атаковать своего «укротителя» просто потому, что хотел разобраться с ним собственноручно.

Мастера из отдела укрощения духов были далеко не всесильны. Кроме одного исключения, которое было любимчиком «Закона», невозможно было найти того, кто подходил бы под это описание. Если укрощённый дух отказывался подчиняться командам своего хозяина, для последнего это было чревато огромной опасностью, поскольку он оставался совершенно беззащитным.

Бам!

Идеальная дуга. Блондин-иностранец, только что стоявший на сцене, внезапно взмыл в воздух и улетел со сцены, приземлившись лицом вниз. Все, что успели увидеть зрители, – одно лишь движение пальцев холодного и отчуждённого серебряноволосого офицера.

Но это был ещё не конец. После этого оставшийся на сцене злой дух подошёл к своим «врагам», остановился в трёх футах от них и рухнул на колени.

Что тут вообще происходит? Все присутствующие зрители потеряли дар речи.

– Цюцю помог А-Яню победить. Как он меня вознаградит? – даже не прибегая к особо интимным жестам, Хайдис умудрялся выглядеть так, словно перед ним самое драгоценное его сокровище. Слегка нахмуренные брови на стоическом лице расслабились, когда он обратился к юноше, отчего его выражение потеплело.

Но именно этот тёплый и послушный призрак только что выкинул блондина со сцены, специально заставив его поцеловаться с землёй.

Всё верно – специально.

Звук его приземления был настолько громким, что любой мог себе представить, насколько это было больно.

Почему он должен был упасть именно лицом вниз. Вспомнив знакомую фразу, услышанную в начале матча, и выражение «я очень несчастен» на лице своего возлюбленного, Гу Янь, наконец, кое-что подтвердил.

Его Цюцю сделал это нарочно.

В этот момент лоб Хайдиса избороздили суровые морщины. Однако даже так он оставался чрезвычайно привлекательным, с какой стороны на него ни посмотри. Лёгкая тень, отбрасываемая его длинными ресницами, скрывала пару прекрасных бледно-зелёных глаз.

– Цюцю, будь умницей, – Гу Янь вновь столкнулся с ревностью своего возлюбленного. Сейчас, когда они находились у всех на виду, лучшим выходом была эта фраза.

Под взглядами окружающих, включая шокированных и сомневающихся в собственных глазах судей, он очень естественным жестом взял холодную ладонь призрака.

Юноша держал его за левую руку, и тепло, передаваемое через неё, резко контрастировало с его ледяной сущностью. Когда ладонь призрака мягко сжали, его напряженный хмурый взгляд смягчился. Не раздумывая, он сжал руку юноши в ответ, его хватка была достаточно сильной, чтобы удержать его, но не настолько, чтобы причинить боль.

Взгляд, который только-только смягчился, вновь стал холодным и отчуждённым. Хайдис наклонился к юноше и тихо напомнил:

– Вознаграждение.

Услышав это слово, Гу Янь снова почувствовал, что личность его Цюцю претерпела искажения в некоторых аспектах. Причём до такой степени, что мог вести себя неуместно послушно.

– Мы поговорим об этом позже… – не успев даже договорить, Гу Янь услышал, как серебряноволосый офицер, чуть прищурившись, согласно хмыкнул.

Вот так человек и призрак стояли рядом, держась за руки. Их действия были едва уловимыми, а учитывая тот факт, что большинство зрителей всё ещё не пришли в себя после потрясения, никто не заметил этой сцены.

Их взгляды были прикованы к блондину, который валялся на земле после того, как его вышвырнули с арены. Этот парень до сих пор не то, что встать – пошевелиться не мог. Он же не упал в обморок, верно?

С самого начала догадавшись о таком исходе, Чжао Хуань не испытывал ни малейшего беспокойства, громко хрустя закусками. Его взгляд упал на сцепленные руки тех двоих, что остались стоять на сцене. Хоть их спины закрывали обзор, он был совершенно уверен, что человек и призрак определённо держатся за руки.

Любовники… или лучше сказать, партнёры. Полностью посвятить себя самосовершенствованию было на самом деле очень скучно и утомительно. Вместо этого Чжао Хуань с большим интересом прислушивался к рассказам своего учителя. Старый мастер как-то упоминал и об укротителях духов.

Говорят, много лет назад в духовном мире было много великих мастеров на поприще укрощения духов. С ними было связано немало любовных историй; эти случаи были необычными или даже шокирующими.

Не нужно тратить много слов на то, чтобы описать, каким потрясением это было для всех, достаточно сказать одно. В те дни выдающиеся мастера укрощения духов, бывало, становились парой с покорёнными ими призраками.

– Наставник, разве вы не говорили, что люди и призраки фундаментально отличаются? Но, как я погляжу, у них всё в порядке, и грань между жизнью и смертью, похоже, не так уж трудно пересечь, – Чжао Хуань перестал жевать, выражение его лица стало серьёзным.

Хотя он и задал этот вопрос, Чжао Хуань знал, что существуют определённые условия, которые должны быть выполнены, иначе желание быть вместе было бы трудноосуществимым. Тем не менее, человек и призрак, которые выполнили эти условия, внушали ощущение, что эта грань была легко пересекаемой.

У одного было тело, полное энергии изначального хаоса, благодаря чему притягивало удачу, даже если Чжао Хуань не знал, какое значение это имеет в духовном мире, одно этого уже было вполне достаточно. Другая половина этой парочки была ещё более невероятной. Если он решит показать свою плохую сторону, это станет огромной головной болью для всего духовного мира.

– Тц, почему же мы тогда не слышали счастливых историй о любви между человеком и призраком? – серьёзно ответил великий мастер Чжао, поглаживая свою белую бороду, он знал, что его ученик уже знает ответ и спрашивает просто так, из озорства.

Всё это были неопределённые ситуации, в значительной степени зависящие от вовлечённых в них людей. Как мастер прорицания, он не мог поддаваться всяким слухам и высосанным из пальца теориям.

Блондин, отправленный в полёт бесформенной силой, неподвижно лежал на земле, в то время как злой дух продолжал стоять на коленях перед своим «противником». Зрители ломали голову, но всё безрезультатно, они так и не могли разобраться в ситуации. Всего за несколько мгновений весь зал каким-то образом погрузился в абсолютную тишину. Судьи наконец-то объявили победителя этого раунда.

Победителем, без сомнения, стал Китай. О такой сокрушительной победе нельзя было и мечтать, но темноволосый юноша сумел её достичь. Когда он вернулся на своё место, на лицах каждого из великих мастеров Китая, которые пришли посмотреть матч, было одинаковое выражение «я, должно быть, всё ещё сплю».

Тем временем молодой мастер прорицания из Хэлунь и впрямь был без сознания. По крайней мере, так сказал врач, который подошёл проверить его состояние. Что же касается истинной причины его обморока, то об этом мог знать только призрак, спокойно сидевший рядом с юношей.

Если бы они не видели свирепого образа, продемонстрированного на сцене, то присутствующие мастера прорицания могли бы принять призрака, с опущенной головой играющего с пальцами юноши, за самое послушное создание в мире. Но теперь окружающие просто смотрели на эту пару и изумлялись, как их юному коллеге удалось укротить такого яростного призрака.

Ранее злой дух восстал против собственного хозяина и преклонил колени перед темноволосым юношей. Эта сцена совершенно потрясла многих людей.

В большинстве случаев было трудно побороть контроль укротителя духов, наложенный на приручённый им дух, потому что каждый человек использовал свою технику, и на выяснение конкретного метода требовалось потратить порядочное количество времени и усилий. Гораздо проще было бы непосредственно убить укротителя духов, с которым призрак заключил духовный контракт. После смерти человека контракт автоматически становился недействительным, и не было бы никакой необходимости искать способы его расторжения.

Блондина-иностранца унесли, а злой дух всё ещё стоял на коленях, не позволяя никому приблизиться к себе. В конце концов, это же был не обычный призрак, а озлобленный.

Прежде чем кто-либо успел отреагировать, они увидели, как в руке темноволосого юноши возник листок с нарисованным на нём талисманом. Никто из мастеров прорицания, даже те, кто специализировался на талисманах, не могли узнать его, на первый взгляд он казался похожим на беспорядочные каракули.

Но раз уж юноша достал талисман, в этом должен быть какой-то смысл. В следующий момент Гу Янь доказал правоту их предположений.

Тех, кто обладал изначальной энергией, можно было назвать избранными, другим оставалось лишь завидовать да ревновать. Когда эти счастливчики использовали свои способности, энергия соединялась с их собственной духовной силой, повышая эффективность их заклинаний.

Хоть этого нельзя было увидеть невооруженным глазом, но все присутствующие мастера прорицания ясно чувствовали чистую и неподдельную духовную ауру, окутывающую юношу.

Когда эта духовная энергия проникла в талисман, тот немедленно активировался. В следующую секунду договор, сковывавший злого духа, рассыпался в прах.

Все остолбенели, включая представителей Хэлунь, у которых даже не было шанса вмешаться. Дух, который был освобожден от оков, ничем не выдал перемен. Он продолжал почтительно или, скорее, испуганно преклонять колени перед юношей, пока тот наконец не произнёс одно-единственное слово:

– Идём.

Дух поднялся, последовал за ним и теперь стоял с группой из Китая.

– Дождёмся окончания собрания, а потом отправим его обратно в Призрачный Город, – Гу Янь выдал заранее заготовленный ответ великому мастеру Вэню, когда тот спросил его, как он поступит со злым духом. Ему было нечего скрывать.

– Сяо Гу, ты ведь не использовал никаких техник контроля… – едва начав, великий мастер Вэнь остановился. – Просто сделай вид, что я ничего не говорил. Тебе виднее, как нужно поступить.

Юноша, скорее всего, использовал какие-то тайные искусства, о которых он не знал, иначе злой дух не повиновался бы ему с такой готовностью. Ну и поскольку они были тайными, посторонний вроде него не имел права расспрашивать об этом.

Столкнувшись с вопросом великого мастера Вэня, Гу Янь предпочел промолчать в знак немого согласия. Это недоразумение было удобным, так как нельзя было сказать, что это именно Цюцю принудил злой дух к покорности. Более того, его Цюцю был в сто раз более деспотичным, чем этот злобный призрак, да к тому же занимал трон Призрачного Города на протяжении тысяч лет.

Но даже учитывая такой послужной список, предвзятый Гу Янь, очевидно, считал, что его Цюцю самое послушное и милое создание на свете.

После этого инцидента, не говоря уже про Хэлунь, даже нейтральные страны едва не сочли, что Китай их всех надул.

Разве не говорили, что китайский отдел укрощения духов пришёл в упадок? Что случилось с их намерением отказаться от участия?..

Они должны были сдаться, а не прикидываться свиньёй, чтобы съесть тигра [1]!

[1] Прикинуться свиньёй, чтобы съесть тигра – притвориться слабым, чтобы застать противника врасплох.

Надо признать, старые мастера из Китая держались с достоинством, чувствуя на себе сложные взгляды представителей других стран. У каждого из них было спокойное и собранное выражение лица, с каким они могли бы неторопливо потягивать чай.

Лишь Небесам было известно, что в глубине души они уже были готовы к тому, что Китай потеряет свой статус в этом году. Теперь же им казалось, что всё происходящее – сладкий сон наяву.

Они никак не ожидали, что новичок, которого они завербовали в последнюю минуту, окажется настолько способным. Но кого это сейчас заботило… Китайское отделение укрощения духов в течение стольких лет подвергалось насмешкам, и теперь у них наконец появился шанс вернуться и сокрушить своих оппонентов.

Два слова: прекрасное чувство.

После такого матча некоторые страны, которые изначально рассчитывали захватить первенство в области укрощения духов, быстренько свернули свои планы. В конце концов, никто не ожидал, что страна, находящаяся на самом дне рейтинга, внезапно вырвется вперёд, не оставив им и шанса на борьбу.

Посмотрите только на этих старых чудаков из Китая, сидят там с глубокими выражениями на лицах, будто подобный исход был в пределах их ожиданий. Однако благодаря подобному поведению им удалось обмануть представителей других стран, заставив их поверить, что они с самого начала планировали притвориться свиньёй, чтобы съесть тигра. Что ж, они сами виноваты, что позволили себя одурачить.

Порядок проведения матчей определялся жеребьёвкой. Следующий раунд, естественно, должен был устранить большинство участников. В итоге осталось всего четыре страны. Хэлунь, которую все считали наиболее вероятным победителем, рано выбыла из состязания после проигрыша Китаю, стране, которую все недооценивали и упускали из виду на поприще укрощения духов. И вот теперь этот аутсайдер оказался одной из четырёх оставшихся стран.

Никто больше не осмеливался принимать темноволосого юношу за неопытного новичка. У этого человека были чёткие и красивые восточные черты лица и брови вразлёт. С первого взгляда создавалось впечатление, что он был мягким и разумным человеком.

Но когда он становится вашим противником… нет, вашим врагом, то атакует без всякой пощады, не колеблясь ни секунды.

Более того, укрощённый им дух, казалось, следовал за юношей по собственной воле и внимал каждому сказанному им слову. Это было так не похоже на поведение их собственных духов, которых требовалось постоянно подавлять, тратя на это уйму усилий. Иногда мгновение небрежности и рассеянности приводило к жестокой отдаче.

Это различие просто сводило с ума.

Несмотря на всю их подавленность и нежелание принимать такой расклад, скромный темноволосый юноша без особых усилий разобрался со своим последним противником в финальном матче. Его победа не могла быть ещё более гладкой, он просто-напросто не давал ни одному из своих противников достаточно сценического времени.

Таким образом, в результатах состязания между укротителями духа не было не малейшей неопределённости. Китай стал абсолютным победителем.

Гу Янь вспомнил, как в оригинальной сюжетной линии писал о том, как Китай добился выдающихся результатов на этой конференции, за исключением отделения укрощения духов. Теперь, когда ситуация изменилась, это упущение тоже было исправлено, и положение Китая в духовной организации заметно улучшилось. Грядёт жестокая борьба за должность руководителя духовной организации.

Эта мысль, очевидно, посетила всех участников. И страсти будут только накаляться.

Но к Гу Яню это не имело никакого отношения. Расправившись со своим последним противником, он сел на своё прежнее место.

Борьба за пост главы духовной организации была совершенно чужда ему, представителю молодого поколения мастеров прорицания. Хотя он официально вступил в организацию и даже получил лицензию, Гу Янь не собирался оставаться здесь надолго. Исполнив свою роль в качестве запасного игрока для своей страны, он уйдёт.

Победителя нынешнего съезда не нужно было озвучивать. После того, как великая конференция наконец завершилась, Гу Яню пришлось задержаться до тех пор, пока не состоялось грандиозное празднование, о котором прежде упоминал великий мастер Вэнь.

Злой дух всё ещё следовал за ним. Гу Янь планировал уладить этот вопрос, как только всё закончится, но теперь он неожиданно стал центром всеобщего внимания как MVP [1] и потому не мог вот так просто уйти. Так же как не мог и проигнорировать всех этих великих мастеров, поэтому, поразмышляв некоторое время, он решил остаться.

[1] MVP – Most Valuable Player – «Самый ценный игрок»

Поскольку он уже согласился принять участие в собрании, то должен был довести начатое до конца и завершить всё роскошным банкетом.

– Наш Призрачный Город уже отправил отряд, чтобы захватить всех злых духов, задержавшихся в человеческом царстве. А-Яню не нужно беспокоиться об этом, – когда Се Лань услышал, что юноша собирался самолично разобраться с этим, его ответ был отличным от обыкновенного краткого «Мгм» или «Хорошо». В этот раз произошло нечто редкое и неожиданное. Он в самом деле выразил несогласие.

После активации талисмана водитель не мог услышать разговор своих пассажиров. Между тем, все, кто сидел на заднем сидении автомобиля, были в курсе дела, и не было никакой необходимости скрывать это от них.

Услышав его слова, великий мастер Чжао, сидевший неподвижно, точно истукан, не осмеливаясь даже скосить глаза, не мог более сдерживаться и повернулся в сторону темноволосого юноши и призрака рядом с ним. Основной целью его взгляда был призрак.

Как только он обнаружил, что юноша, который, как он считал, должен был сгинуть в Призрачном Городе, благополучно вернулся в мир людей и даже притащил с собой Короля Призраков, то внезапно вспомнил «шокированное» выражение лица этого юнца, когда тот впервые увидел правителя Призрачного Города. Воображение старого мастера на секунду сошло с ума, подкидывая ему всевозможные садомазохистские драмы о прошлых и нынешних жизнях.

Его знакомство с юношей было недостаточно близким, чтобы задавать столь личные вопросы, поэтому он мог полагаться лишь на сочинённые им самим безумные теории. Но надо сказать, нестандартный способ мышления Чжао Хуаня в немалой степени был заслугой его многоуважаемого наставника, способного мгновенно нафантазировать себе слащавую сцену из мыльной оперы.

Этот призрак по имени Се Лань был мёртв уже тысячи лет и годился в предки их предкам. Между тем темноволосому юноше, который мог заставить врага человеческого мира покорно склонить голову, было всего лишь 20 лет. При такой большой разнице в возрасте, как вообще могла существовать какая-то связь между ними? Вот почему великий мастер Чжао придумал душещипательную мелодраму о «прошлой и нынешней жизни».

Не то, чтобы он никогда не подозревал этого призрака на наличие иных, скрытых мотивов. Но прожив столь долго, великий мастер Чжао предпочитал скорее наблюдать за окружающими, нежели делать слепые выводы о том, что творится у них на сердце.

Он мог сказать, что самый страшный враг всего мира беспрекословно слушался юношу. Более того, он повиновался каждому его слову, как будто был готов сделать что угодно, лишь бы порадовать молодого человека.

По мнению мастера Чжао, это был наилучший вариант развития событий. Благодаря этому пареньку угроза человеческому царству была нейтрализована. Возможен ли лучший исход, чем этот?

Его планы были прекрасны, но он, естественно, упустил из виду возможную катастрофу, которая могла произойти при худшем из исходов.

– Это дело касается тебя, а значит, и меня тоже, – Гу Янь нахмурился. Успокоив своего Цюцю, он продолжил: – Слишком скучно сидеть дома. Поимка злых духов – просто повод выйти на улицу… О, я также могу зарабатывать на этом деньги, чтобы содержать Цюцю.

Экзорцизм и прочая мистика – главное найти людей, которые, подобно семье Шэнь, готовы потратить огромные суммы денег. Было трудно добраться до тех призраков, кто находился слишком далеко, но закрывать глаза на злых духов, скрывающихся в городе, Гу Янь, обладающий возможностью справиться с ними, никак не мог.

Этот ответ заставил бесстрастного серебряноволосого офицера опустить голову. Его ресницы задрожали, и когда он поднял взгляд, бледно-зелёные глаза были полностью сосредоточены на темноволосом юноше.

Последние три слова были ключом к успеху переговоров. Се Лань поднял левую руку юноши и медленно склонился, чтобы запечатлеть лёгкий поцелуй на безымянном пальце.

Если взглянуть объективно, его готовность сделать что-либо для этого человека означала, что он был способен на всё. В каком-то смысле нынешний Се Лань стал существом даже более опасным, чем когда-либо прежде.

Покинув огромное поместье, они прибыли на место проведения банкета. Этот павильон был излюбленным заведением многих видных деятелей столицы, и его можно было считать довольно знаменитым. Мастера прорицания духовного мира не испытывали недостатка в деньгах и, если уж на то пошло, презирали их. Прибыв в такое место, они вообще не будут заботиться о расходах.

В отдельной забронированной комнате Гу Яня превозносили как героя. Лицо юноши на секунду превратилось в застывшую маску, когда перед ним внезапно поставили пять или шесть бокалов вина.

– Фррр… – похожий на домашнего кота Хайдис, естественно, не упустил этого небольшого изменения в его выражении. Он повернул голову и прищурился, глядя на людей, держащих в руках бокалы с вином. Послышался низкий рокочущий звук.

Кот на коленях юноши глухо заворчал, и его тело дёрнулось, будто он пытался встать. Однако Гу Янь оказался быстрее. Его ладонь тут же начала поглаживать Хайдиса по спине, одновременно не давая ему подняться. Другой рукой он взял бокал и неторопливо отпил глоток, после чего поставил его на место.

В своём родном мире Гу Янь обладал хорошей устойчивостью к алкоголю. Он мог бы осушить залпом целый бокал, не моргнув и глазом.

Однако приём, оказанный ему, был чересчур восторженным. Звездой духовной конференции в этом году стал абсолютный новичок, так что мастера прорицания никак не могли умерить свой пыл. Если бы у этого талантливого юнца уже не было наставника, они бы постарались как можно скорее сцапать его и заманить в свои кланы.

– Наставник велел этому ученику не упоминать его имени, – когда его стали закидывать вопросами о его таинственном учителе, Гу Янь отреагировал с небольшой задержкой. Даже находясь под воздействием алкоголя, он сумел дать ответ, который подготовил давным-давно.

Независимо от того, насколько хорошо он умел пить, от такого количества тостов лицо Гу Яня неизбежно покрылось румянцем. Его глаза тоже постепенно теряли фокус.

Они намеревались восславить своего героя, а не усложнять ему жизнь. Видя, что юноша заметно опьянел, и взглянув на часы, эти великие мастера охотно разрешили ему вернуться в свою комнату отдыхать.

Вино на банкете было особенно крепким. Поначалу Гу Янь чувствовал себя лишь слегка навеселе, но теперь его разум затуманился.

– Цю-угх, Цюцю… – на пороге возник человек, одетый в чёрную военную форму, а лицо его было ещё темнее одежды. Даже несмотря на отсутствие в его облике малейшей толики тепла, он был необычайно красив.

Для юноши, лежавшего на кровати, состояние полнейшего опьянения было большой редкостью. Его глаза чуть покраснели и затуманились от слёз.

Услышав своё имя, мужчина, естественно, подошёл ближе. Оказавшись достаточно близко, чтобы обнять юношу, Се Лань опустил голову, прижался лбом к его шее и легонько потёрся.

В хмельном полузабытьи Гу Янь внезапно схватил локон серебряных волос и покрутил его несколько раз между большим и указательным пальцами.

Наблюдая, как юноша гладит и играет с его волосами, бесстрастный офицер спросил:

– А-Яню больше нравится моя нынешняя внешность?

По сравнению с прежней причёской до плеч, Гу Яню, похоже, больше нравилось, когда у него были длинные волосы.

Глаза опьянённого юноши были наполовину прикрыты, он ничего не говорил. Вместо этого он взял прядь волос и поднёс к лицу. Затем, прямо на глазах у Хайдиса, нежно её поцеловал.

Это заставило светловолосого офицера опасно прищуриться. Одним махом он вытянул локон из рук Гу Яня и наклонился, чтобы поймать мягкие губы, которые только что целовали его волосы.

Завершив поцелуй, он продолжил облизывать и покусывать бледные лепестки, пока те не приобрели восхитительный алый оттенок. Хайдис наконец-то был удовлетворён.

– А-Янь сказал, что даст мне награду.

Разум Гу Яня был затуманен алкоголем, и ему понадобилось несколько секунд, чтобы промычать ответ, позволив тёплым и мягким прикосновениям спуститься вниз по его шее.

Бесстрастный серебряноволосый офицер, одетый в военную униформу, которая придавала ему особенно холодный и сдержанный вид, прижал свои тонкие губы к уху юноши. Прозвучал глубокий и приятный голос:

– Цюцю хочет заняться с А-Янем этим.

– Угу… – захмелевший Гу Янь, столь редко видимый в таком состоянии, казалось, сейчас согласится на всё, о чём бы его ни попросили.

– И заниматься этим целый день, –  эти слова были произнесены всё с тем же стоическим выражением на прекрасном лице. Задавая этот вопрос, мужчина даже чуть склонил голову набок.

Было бы неплохо иногда позволять А-Яню напиться. Хайдис, почувствовавший вкус сладкой победы, утёр крошечные капельки слёз, просочившиеся из уголков покрасневших глаз юноши. Эта мысль не выходила у него из головы.

Странный, древний на вид павильон окружала та же аура, что и Призрачный Город. Конечно, в человеческом мире не было недостатка в старинных зданиях, подобных этому. И Се Лань об этом был хорошо осведомлён.

Вообще-то он предпочитал заниматься подобными вещами дома. «Домом» называлось место, где юноша жил в человеческом царстве. Когда они делали это дома, он мог завалить его на кровать, на диван или на ковёр. Даже обеденный стол и кухня, а также ванная комната были уже ими опробованы.

Смакуя эту мысль, Хайдис прищурился. Он не мог больше ждать.

Для представителей расы Хайдис люди были соблазнительным деликатесом, перед которым было невозможно устоять. Приняв личность «Эли», Се Лань неизбежно подвергся влиянию природного инстинкта. Однако его голод был не из тех, что можно утолить, просто проглотив это восхитительное угощение. Он хотел насладиться им по-другому.

Хотя его воспоминания были размытыми, Се Лань помнил свои жизни в других мирах.

Неудивительно, что его личности, сформировавшиеся в разных оболочках, имели некоторые отличия, но все они имели одну общую черту – он испытывал привязанность только к одному особенному человеку.

Он постепенно и с полным осознанием отдавал своё сердце этому человеку, а если сердца у него не было, то просто создавал его. Встреча с юношей смогла вернуть к жизни даже сердце, что давным-давно остановилось.

Холодный предмет в его груди пульсировал, как обычно... ах, нет, он пульсировал значительно  быстрее, чем обычно.

Прищурившись, он уткнулся носом в изгиб шеи юноши и вдохнул. Хайдис остро ощущал метку, оставленную им не так давно, и это заставило его прижаться к своему возлюбленному ещё теснее.

Неважно, сколько раз он помечал этого человека, этого было недостаточно. Больше всего ему нравился процесс полной метки, потому что они могли сделать это много раз, и запах был гораздо сильнее, чем во всех иных случаях.

Одержимый желанием пометить то, что принадлежало ему, Хайдис приподнял опьянённый деликатес. Он наклонил голову, чтобы завладеть губами юноши, и его язык без усилий проник сквозь пару плотно сжатых лепестков. Затем он начал наслаждаться своим сладким десертом.

Под воздействием алкоголя осоловелый юноша давно бы уже погрузился в страну грёз, если бы его никто не беспокоил. Он просто лежал на кровати и едва различимо прошептал «Цюцю», после чего попытался вернуться к прерванной дрёме.

Он не знал, к чему привело его гнусавое бормотание. Язык, который вторгся в его рот, заставил Гу Яня недовольно нахмурить брови. Ему хотелось отвернуться, но, как он ни старался, это ему не удавалось.

Рука на затылке удерживала его на месте, и, если он хотел отвернуться, требовалось сперва получить разрешение её владельца.

Хотя он был пьян и ход его мыслей стал вялым, его осязание не пострадало. С таким глубоким и страстным поцелуем, было невозможно избежать определённой реакции.

Удерживаемый в одном положении, Гу Янь приоткрыл глаза. Прошло несколько секунд, прежде чем его взгляд сфокусировался на светловолосом офицере:

– Цюцю, перестань дурачиться…

Алкоголь, который он выпил ранее, придал лицу юноши лёгкий румянец, и даже уголки его глаз покраснели. От него исходил слабый дурманящий запах. Когда он заговорил, его голос был слегка хриплым, и, в сочетании с рассеянным взглядом, его словам не хватало строгости. Но он в любом случае мог быть строгим, когда дело касалось его возлюбленного.

Светловолосый офицер на мгновение прервал их поцелуй, чтобы дать юноше возможность высказаться. Хоть он и был дисциплинированным солдатом, сотни лет, проведённые на троне Чёрной Империи, оставили на нём неизгладимый отпечаток. Он спокойно подождал, пока юноша закончит говорить, а затем осторожно прижал палец к его губам.

Белые перчатки были давно сняты. Когда дело касалось этого человека, император не любил ощущать какие-либо препятствия, разделяющие их.

Запах опьянения. Когда он целовал юношу раньше, то почувствовал остаточный привкус алкоголя. Его светлые глаза сощурились, пока он упивался своими ощущениями. Что же касается того, чем он так наслаждался, то об этом знал только сам Хайдис.

– А-Янь сам согласился, – невинно обронил Се Лань, растягивая удовольствие.

Хм?.. На что это он там согласился? После долгих раздумий Гу Янь, всё ещё находящийся под влиянием алкоголя, совсем растерялся.

По сравнению с пьяной реакцией юноши, трезвый светловолосый офицер действовал гораздо активнее. Слова, произнесённые в алкогольном забытьи, уже не вернуть. Хайдис не намеревался отказываться от дивного блюда, которое было прямо перед ним.

Он наклонил голову, чтобы куснуть шею Гу Яня. Там смешались два разных запаха – один принадлежал юноше, а другой был меткой, которую он оставил.

Гу Янь, который всё ещё чувствовал головокружение и сонливость, хотел сказать своему возлюбленному, чтобы тот не мешал ему спать, но его лизали до тех пор, пока сон совершенно не покинул молодого человека. Он привык потакать своему любимому и не мог заставить себя быть строгим. Он слабо оттолкнул Хайдиса, но всё же позволил ему продолжать атаку. После этого он постепенно пришёл в себя.

Вызванная алкоголем сонливость Гу Яня улетучилась под напором непрерывных приставаний. Когда он наконец очнулся, то пожалел, что не остался пьяным. Но алкоголь успел немного выветриться за прошедшие несколько часов.

– А-Яню, похоже, удобно на кушетке, – особенно сейчас. Светловолосый офицер приступил к воплощению своего желания, которое озвучил ранее, мгновенно выдёргивая Гу Яня из сонного забытья. Они были не у себя дома, поэтому не могли забавляться на диване или на обеденном столе. Однако кушетка и письменный стол казались неплохими альтернативами.

Для пар было совершенно естественно заниматься подобным ночью, к тому же Гу Янь, успевший прийти в себя, дал своё снисходительное согласие. Король призраков в облике светловолосого офицера продолжал свои приставания… пока не объявился незваный гость.

– Господин Се… – едва только первые два слова слетели с языка вторженца, как он тут же застыл.

Раздался скрежещущий звук, словно само пространство разорвалось на части. Призрак, который только что подал голос, был немедленно отброшен к стене неизвестной силой, и невидимая хватка сжала его горло. Он был прижат к стене, его ноги висели над землей.

Под таким давлением, обрушившимся на него, этот призрак не смел сопротивляться, несмотря на боль. Вместо этого он покрылся холодным потом, когда по нему скользнул взгляд ледяных глаз. Его застывшее сердце, которое отказывалось биться, внезапно затрепыхалось в ужасе.

Ну почему он выбрал именно такое время для своего появления? Призрак, который только что прибыл по поручению, теперь дрожал от страха перед лицом катастрофы. Хотя на самом деле он ничего не успел разглядеть, но мог догадаться, что это была за ситуация. Но он правда не видел любовника своего повелителя – тот был полностью скрыт от него.

– Он ничего не видит, – тихо сказал Се Лань юноше, без колебаний отключив зрение призрака. Стоит принимать во внимание человеческое чувство стыда – это он узнал из своего опыта в других мирах.

Даже если он не мог их видеть, слух-то всё ещё был при нём. Гу Янь застыл на месте без движения, но всё равно не мог не нервничать.

– У тебя есть одна минута, – Се Лань дал своему подчиненному шестьдесят секунд, чтобы тот выложил всё, что собирался. Смущение вело к беспокойству, а оно, в свою очередь, заставляло напрячься все мышцы в теле юноши. Се Лань это чувствовал.

Призрак, чья шея была схвачена, выглядел так, словно ему была дарована великая амнистия. Он знал, какие будут последствия, если он не закончит говорить до истечения одной минуты, поэтому не смел медлить. Он тут же принялся тараторить и в нескольких фразах обрисовал суть дела.

Судя словам призрака, его отправил сюда Сюй Цю, усердно трудящийся в Призрачном Городе. Как и приказал господин, призраки Хуэй Юнь, также известные как духи несчастий, явились по его зову. Они останутся в человеческом царстве, чтобы захватить всех злых духов.

– Действуйте согласно приказу. Кроме того, забери злого духа из соседнего двора, – с этими словами Се Лань без колебаний вышвырнул своего подчиненного вон. Выражение его лица было холодным на протяжении всего действа.

Повернувшись к темноволосому юноше, всё ещё лежащему на кушетке, он быстро наклонил голову, чтобы поцеловать покрасневшие глаза молодого человека. Он продолжил донимать своего возлюбленного. Целый день – значит, целый день. Раз уж именно так звучала его просьба, то он воспользуется этим шансом по полной. Таким образом, Гу Янь был подвергнут циклу пробуждения от полусонного ступора до состояния полного бодрствования и, наконец, обратно в полубессознательное блаженство, после чего наконец был разбужен лучами полуденного солнца.

К тому времени прошёл уже целый день.

– Отныне… обещания, данные спьяну, силы не имеют, – потирая ноющую поясницу, бесстрастно предупредил Гу Янь. Однако долго поддерживать холодный вид ему не удалось, потому что его хитрый партнёр переметнулся из человеческого облика в кошачью форму Хайдиса и, мурлыкая, прижался к нему.

Ни в выражении лица юноши, ни в тоне его голоса не осталось и намёка на суровость. В конце концов, его рука инстинктивно потянулась, чтобы погладить пушистую спину. После короткого момента внутренней борьбы, Гу Янь сдался.

Они вернулись в комнату, и молодой человек отыскал в ящике стола ножницы. Он погладил кота:

– Разве ты не говорил, что тебе неудобно со слишком длинными волосами?

Его намёк был ясен. Хайдис в его руках наклонил голову и, превратившись обратно в отчуждённого офицера, завёл уже совсем иную песню:

– Теперь они мне нравятся.

Его тон и выражение лица не выказывали никаких признаков нежелания, как будто эта перемена взглядов произошла сама собой.

Поскольку юноше они нравились, то и ему тоже было по вкусу. Даже если бы он ненавидел их раньше, теперь эта ненависть неизбежно превратилась бы в любовь.

Сразу после окончания духовной конференции Гу Янь небрежно убрал в бумажник удостоверение личности в виде карты из чёрного кристалла, свидетельствующее о его принадлежности к Духовной Ассоциации.

Первоначально он собирался запихнуть его в сейф, поскольку хотел быть членом лишь номинально и не имел намерения выполнять какие-либо задачи для страны. Великий мастер Чжао и великий мастер Ло, обратившиеся к нему за помощью, несомненно, знали об этом.

Но, предположив, что это удостоверение может пригодиться в будущем, Гу Янь решил носить его с собой. Возможно, в определённый момент ему представится шанс воспользоваться бонусами и поощрениями, сопутствующими этой профессии.

– Тот призрак… кхм, что ты ему приказал? – едва начав говорить, Гу Янь внезапно вспомнил вчерашнюю сцену, когда к ним, находившимся в весьма откровенной позе, явился незваный гость. Гу Янь невольно понизил голос и кашлянул, чтобы скрыть смущение.

Хоть они и совершили множество непотребств, пока находились в Призрачном Городе, юноша всё равно не мог избежать смущения в подобных ситуациях.

– Всего лишь принести неудачу некоторым людям, не более того, – Се Лань моргнул и наклонился ближе к темноволосому юноше. Он не стал вдаваться в дальнейшие подробности.

Несмотря на то, что расстояние между ними сократилось, король призраков всё ещё не был удовлетворён, поэтому просто поднял юношу и усадил к себе на колени. Когда их тела прижались друг к другу, он уперся лбом в плечо Гу Яня и довольно сощурился.

В местах, где не было «знакомых» с ним людей, Се Лань использовал свою первоначальную форму этого мира.

Его тёмные одежды контрастировали с бледным цветом лица. Холодные глаза, высокая переносица, тонкие губы – каждая черта этого лица несла в себе печать безразличия. Тем не менее, он был чрезвычайно красив, до такой степени, что мог заворожить любого, несмотря на стоическое выражение.

Он не был добрым духом. На самом деле все, кто после смерти стал духом, не были хорошими или честными людьми. Это было известно каждому в духовном мире, поэтому-то, даже заключая договор с подобными существами, человеческое царство никогда не снижало своей настороженности по отношению к Призрачному Городу.

Всякий раз, когда кто-то смотрел на его возлюбленного с явной злобой, Се Лань мог думать лишь о том, как задушит этого глупца – медленно, чтобы он мог почувствовать отчаяние, пока жизнь будет по капле покидать его тело.

А те, кто пережил такую мучительную смерть, обычно становились злыми духами, которых он мог бы бросить в настоящий ад. Они испытают на себе каждый из уровней ада – от первого до восемнадцатого, пока их остатки не будут рассеяны. Только тогда они будут свободны.

– Цюцю, будь умницей, – Гу Янь уже не в первый раз оказывался в подобном положении. Он уже даже привык к этому. Услышав, что его возлюбленный сказал: «не более того», он милостиво протянул руку, чтобы погладить его по голове.

Одного прикосновения было явно недостаточно, чтобы удовлетворить короля призраков. Се Лань наклонил голову, чтобы поймать губы юноши, после чего издал тихий звук согласия.

Юноша хотел, чтобы он был умницей, значит, он будет умницей и не станет убивать этих людей. Он просто заставит их терпеть неудачу во всём, что бы они ни делали, но не до такой степени, чтобы это можно было считать катастрофой.

«00, я вернусь в свой мир после завершения нынешнего?» – когда его обняли и поцеловали, Гу Янь не издал ни звука. Он просто расслабил своё тело и позволил своему возлюбленному делать всё, что заблагорассудится, а сам в это время разговаривал с системой.

[Да. Таково было наше соглашение. Хозяину не нужно беспокоиться.] – из-за этого вопроса 037 подумала, что её хозяин сомневается в возможности своего возвращения. Поэтому она поспешила развеять его опасения.

Однако Гу Яня заботило совсем не это. Поглаживая и целуя своего возлюбленного, он спросил: «А что насчёт Цюцю?..»

Долгое время стояла тишина, прежде чем Гу Янь услышал ответ.

[Это неизвестно.]

[Система не в состоянии просчитать этот результат.] – с точки зрения 037, существо, обнимающее и целующее её хозяина, было слишком странным. Хотя его силы всё ещё не пересекли пределов, установленных «Законом», они продолжат расти, и настанет день—

Это не стало для него неожиданностью. Но когда Гу Янь услышал ответ, которого ожидал, его рука, поглаживающая короля призраков по голове, всё равно застыла на мгновение, после чего юноша тихо согласился с системой.

Но в следующую секунду произошло нечто непредвиденное.

Призрак схватил ладонь юноши и тщательно поцеловал каждый палец, в то же время усиливая хватку на его талии.

– А-Янь… – тихо произнёс Се Лань, мрачно глядя на юношу. Его взгляд был напряжённым, но через мгновение он прищурился, как охотник, следящий за каждым движением своей жертвы. Некоторое время он молчал. – С кем ты разговариваешь?

Глубокий и холодный голос был негромким, но отчётливо прозвучал в комнате.

Гу Янь: «…»

Не только Гу Янь, но и система, которая была существом более высокого измерения, замерла.

[Это ведь не…] – система хотела сказать, что происходящее противоречит «Закону». Для обитателя низшего измерения было невозможно обнаружить её существование, но 037 вспомнила, что этот человек был особенным; она не могла ничего просчитать относительно него. Поэтому система решительно оборвала фразу на середине.

Если раньше эту пару глаз можно было назвать тёмными и безмятежными, то теперь, когда их взгляд похолодел ещё на несколько градусов, это была просто ледяная и безмолвная бездна.

Держать человека в своих объятиях было актом защиты. Се Лань наклонил голову и нежно поцеловал юношу в щёку.

Хоть он не знал, что происходило, но мгновенно почувствовал, что юноша в его объятиях расстроен. Поэтому Се Лань решил, что рядом враг, от которого он должен избавиться.

– Не бойся… Цюцю защитит А-Яня, – эти слова, произнесенные мягким голосом, словно щёлкнули переключателем, к которому не следовало прикасаться. Глаза бледного и красивого человека постепенно изменились.

В этих глазах изначально не было и следа тепла, но теперь они источали лютый холод. Один лишь взгляд был сродни острому ледяному лезвию.

Теоретически это не должно было представлять угрозы для системы, поскольку он был существом нижней реальности. Тем не менее, 037 остро чувствовала опасность, и даже её модуль сбора данных выдал предупреждение.

Ранить её было невозможно. Но 037 спокойно проанализировала: даже факт того, что её модуль сбора данных отреагировал, уже был немыслимым.

К счастью, Гу Янь вовремя пришёл в себя. Он поспешил пригладить вставшую дыбом шёрстку своего кота и разобраться с сутью проблемы:

– Это не враг.

– Гм, – отозвался Се Лань и опустил голову, позволяя юноше гладить его, задумчиво прищурив при этом глаза. Кроваво-красный блеск, вспыхнувший в его тёмных зрачках, не распространялся дальше. Но и исчезать не собирался.

Встретившись с Се Ланем взглядом, Гу Янь заметил эту странность.

– Цюцю, будь умницей. 00 не враг…

Прежде чем он успел закончить фразу, обладатель этой пары глаз перебил его:

– 00 [1]? – его внимание тут же переключилось. Когда он заговорил, его голос был на несколько градусов холоднее.

[1] У китайцев очень щепетильное отношение к именам и прозвищам. Уменьшительно-ласкательные имена, образованные префиксом «А-» (А-Янь), суффиксом «-эр» или удвоением слога имени (00) подразумевают близкие отношения между говорящим и обладателем имени. Гу Янь зовёт систему «Лин-Лин» (零零, то есть «00»), поэтому-то Се Лань так насторожился.

Хотя кровавый блеск в его глазах всё-таки постепенно исчез, выражение лица Се Ланя, когда он произносил это имя, было крайне недружелюбным. Он наклонился, чтобы куснуть юношу за шею, оставив на его бледной коже чрезвычайно двусмысленный след, который перекрывал собой другие отметины.

– А-Янь – мой, – это была преднамеренная попытка позлорадствовать над неосязаемым, бесформенным существом. И Се Лань был абсолютно серьёзен.

037: […]

Прозвище «00» было дано ей хозяином в шутку. Через некоторое время 037 перестала обращать внимание и смирилась с ним. Что касается текущей ситуации… С тех пор как хозяин отдал ей приказ о «самоцензуре» [2], система начала проводить собственное исследование.

[2] Вспоминаем главу 68.

У систем нет такого понятия, как мораль. Так что, с её точки зрения, в стремлении обитателей низшего измерения утолить свою похоть не было ничего предосудительного.

Но для её хозяина, кажется, это всегда заканчивалось слезами, хотя причиной тому была не боль, а чрезмерное возбуждение. Как система, полностью состоящая из данных и более невинная, чем трёхлетний ребенок, 037 не могла этого понять.

Его честь и нравственность давным-давно исчезли в глазах его системы. Гу Янь с болью осознал этот факт. Но даже посреди оплакивания своего порушенного образа он не мог сдержать учащённого дыхания, ведь в этот момент кое-кто продолжал лизать его шею – самую чувствительную часть его тела.

– Я твой. Цюцю, будь умницей, – Гу Янь прекрасно понимал, что происходит в голове его возлюбленного. И не знал, смеяться ему или плакать.

Даже если бы Гу Янь попытался всё объяснить, он не мог бы вдаваться в подробности из-за «Закона», который запрещал ему говорить о системе с обитателями низших измерений. Он мог лишь в общих чертах описать своё положение. Юноша не мог рассказать, что всё вокруг было миром написанного им романа, или о причине, по которой он оказался здесь.

– Мгм, – согласно промычал Се Лань и больше не беспокоился об этом. Он знал, что юноша обязательно рассказал бы ему всё, если бы мог. Поскольку он этого не сделал, значит, у него нет такой возможности, и дальнейшие расспросы бесполезны.

Ещё совсем чуть-чуть.

Что касается того, к чему относилось это «чуть-чуть», Се Лань и сам не был уверен. Он знал только, что почти справился. Как только он достигнет цели, у него появится возможность полностью завладеть своим любимым… драгоценным сокровищем.

Никогда ещё за все годы своего правления Се Лань не издавал подобного приказа – ограничить прохождение злых духов через врата Призрачного Города. Со временем число злых духов, бродящих по человеческому царству, возросло до значительных цифр.

Однако члены Духовной Ассоциации были не просто «белыми воротничками», получавшими ежемесячное жалованье. Большинство из них противостояли этим злым духам, не позволяя им творить хаос. Но случались и непредвиденные катастрофы.

Вот почему работники, которые каждый день имели дело со злыми духами, были вне себя от радости, услышав обещание владыки Призрачного Города захватить буйствующих духов в человеческом царстве.

Как бы ни была велика их зарплата, искоренять злых духов всё равно было утомительно и опасно. Существовал даже риск умереть. Если бы не давление ответственности, возложенной на их плечи, и не преданность стране, эти мастера прорицания не взялись бы за такую работу.

Злых духов было слишком много. Даже посланцы Призрачного Города не смогли поймать их всех. Между тем, жители столицы страдали от злых духов, которые влияли на удачу этого места. Густая духовная энергия, которая скапливалась здесь, привлекала ещё больше потусторонних существ, которые хотели урвать лакомый кусочек для своего дальнейшего развития.

Первоначально, когда Гу Янь впервые пришел в этот мир и столкнулся с проблемой семьи Шэнь, он намеревался уйти в отставку и стать обычным законопослушным гражданином. Однако ситуация изменилась слишком резко. Едва он принял решение о невмешательстве, люди из Духовной Ассоциации постучали в его дверь, желая, чтобы он стал их «счастливым талисманом».

События, которые произошли после того, как он прибыл в Призрачный Город, были ещё дальше от его ожиданий. Обнаружив, что его Цюцю оказался самым главным начальником Призрачного Города, он, естественно, остался там. Проведя среди призраков месяц, юноша в плане духовного совершенствования превратился из фальшивого бога в настоящего. Когда он вернулся в мир людей, его затащили на духовную конференцию.

Всё это входило в сферу работы мастера прорицания. Его твёрдый план уйти в отставку и стать добропорядочным гражданином давно уже канул в Лету.

И вот теперь Гу Янь принял новый запрос.

– Призраки Хуэй Юнь не способны вызвать кровавую катастрофу, но про злых духов того же не скажешь, – как самый главный начальник Призрачного Города, Се Лань был прекрасно осведомлён о каждом типе духов. Едва лишь взглянув на описание задачи, он без труда нашёл несколько подходящих злых духов.

Он был всего в шаге от обладания достаточной силой. Этот отрезок времени был необходим ему, чтобы добиться неясной, но важной цели. Однако человек, которого он любил, был прямо перед ним, так что Се Лань не спешил.

Услышав это, Гу Янь кивнул. Призрачный Город принадлежал его возлюбленному. Кровавому и трагичному финалу, который ознаменуется открытием врат пять лет спустя, кажется, больше не суждено произойти.

Предотвратив эту катастрофу, он всё же должен был остаться в этом мире на некоторое время. Гу Янь, естественно, надеялся, что Призрачный Город и царство людей смогут заключить перемирие. Вот как сейчас, когда они не враждовали друг с другом.

Ему бы не хотелось, чтобы наступил день, когда он будет вынужден принять чью-то сторону, потому что он знал, что обязательно выберет своего Цюцю. И тогда погибнет множество людей…

Но никому не под силу контролировать траекторию этих событий. Точно так же, как Гу Янь, который только что принял очередную задачу, не ожидал, что столкнётся с подобным выбором в будущем.

Его новый клиент был из влиятельной столичной семьи Линь. Если сравнивать их с семьей Шэнь, то последняя не стоила даже упоминания. Это было похоже на встречу великого мага с начинающим учеником.

На деловые и политические связи семьи Линь нельзя было смотреть свысока. Эти люди предпочли хорошо зарекомендовавшим себя великим мастерам новичка вроде него, потому что уже получили информацию о событиях на духовной конференции и теперь намеренно пришли к его порогу.

Кто справится со злыми духами лучше, чем укротитель духов? Никто! Поэтому семья Линь пришла искать Гу Яня.

На этот раз в помощи нуждалась главная резиденция семьи Линь. В отличие от родовой резиденции семьи Шэнь, их статус был совершенно иным. Семья Линь жила на чрезвычайно дорогом участке земли, где даже один кирпич обладал непомерной стоимостью для миллионеров, живших в богатых районах.

По логике вещей, этот благоприятный участок земли с хорошим фэншуй и географическим расположением наверняка привлёк бы охотников за духами. Но дело в том, что богатые и влиятельные бизнесмены уделяли фэншуй больше внимания, чем обычные люди. Их дом был наполнен предметами, которые могли собирать удачу и отгонять призраков.

Охотники за духами, будучи и сами призраками, естественно, не захотят задерживаться в месте, которое приносило им дискомфорт, если у них есть выбор. Прежде чем пойти сюда, они сперва переловят злых духов во всех прочих местах.

Соглашение между двумя царствами о поимке оставшихся духов стало обязательством, которое Призрачный Город непременно должен был выполнить. Ответственность Призрачного Города была эквивалентна ответственности короля призраков.

Поскольку его Цюцю был хозяином Призрачного Города, Гу Янь, естественно, тоже чувствовал ответственность. Поглаживая пушистую спинку кота, юноша слегка вздохнул.

Их провели в главную резиденцию семьи Линь. Из-за злых духов, обитавших в особняке, несколько человек уже заболели. Чтобы избежать дальнейших жертв, дом был покинут, и в настоящее время в нём никто не жил.

Глава семьи не хотел менять особняк, не из-за того, что на это требовались деньги – их семья не была стеснена в средствах. Скорее, причина была в том, что этот особняк располагался на участке земли, где сходилась самая богатая энергия. С таким бесценным сокровищем они никак не могли расстаться.

– Здесь больше никого нет, великий мастер Гу. Я уже обо всём распорядился, – управляющий средних лет проявлял огромное почтение к только что прибывшему гостю. Он не пренебрегал юношей из-за его юного возраста и выказывал уважение, достойное мастера прорицания.

Человек, который пробудил своё божественное око от рождения, был редким талантом, который даже в духовном мире не сыскать. Однако подавляющее большинство обитателей этого мира –  самые обычные люди. То же касается и семьи Линь, но за небольшим исключением.

Управляющий не мог видеть, как юноша берёт кота на руки, поскольку эти действия были чрезвычайно плавными. Посторонние просто подумали бы, что эти движения были его привычкой.

Темноволосый юноша, казалось, был ничем не обременён и ничего с собой не носил. У него не было ни обычного компаса для охоты на духов, ни единого талисмана, лишь пустые руки. Молодой мастер прорицания, которого семья Линь нашла благодаря своим связям, кивнул управляющему. Как раз в тот момент, когда он собирался сделать шаг за дверь–

– Великому мастеру Гу нужна помощь? – выпалил глава семьи.

Не так давно несколько человек из прислуги заболели тяжёлой болезнью, а некоторые стали одержимыми и психически ненормальными. Если бы они не поняли, что в их доме завелось что-то нечистое, и не переехали бы, могло бы случиться что-то серьёзное.

Семья Линь имела очень широкую сеть контактов и определённое понимание духовного мира. Глава семьи Линь знал, что с призраками в главной резиденции нелегко иметь дело. Он неизбежно испытал тревогу, наблюдая, как юноша входит без всякой подготовки.

Гу Янь покачал головой и пошёл вперед, не останавливаясь, оставляя позади людей, смотрящих ему в спину.

Помощник или кто  там ещё – когда дело касалось призраков и духов, вовлечение обычных людей всегда приносило больше хлопот, чем пользы. Взять, к примеру, самого слабого призрака – тому просто нужно было создать стену, чтобы навсегда запереть обычного человека.

В это время кот, уютно устроившийся у него на руках, наконец пошевелился. Он всем телом потёрся о юношу, прежде чем спрыгнуть на землю и вернуть себе облик холодного, бледного и красивого короля призраков.

Естественно, его красота могла бы напугать злых духов до дрожи.

– Энергия Инь здесь слабовата, – у Гу Яня возникло такое чувство ещё до того, как он вошёл в эту комнату. Обычно в местах, где обитали злые духи, воздух был холодным, а атмосфера – мрачной. Однако по сравнению с родовым домом семьи Шэнь особняк семьи Линь излучал весеннее тепло.

Как будто злых духов уже изгнали. Энергия Инь в поместье тоже рассеялась.

Не отвечая, Се Лань подошёл к юноше и вложил свои руки в его ладони, не потрудившись даже сделать вид, что он тут ни при чём. Когда Гу Янь взял его за руки, он просто что-то тихо промурлыкал  и вслух добавил:

– Наверху есть один, но это не злой дух.

Случайно вышло так, что это поместье было построено в месте, где сходилась хорошая духовная энергия. Для подсчёта количества подобных мест во всей столице, которые могли бы вызвать наплыв всевозможных духов и сверхъестественных существ, не требовалось даже пальцев обеих рук. Ради ресурсов и личной выгоды призраки часто вели между собой борьбу.

Эта духовная энергия не представляла соблазна для Се Ланя. Для других призраков она была похожа на высококачественный алкоголь, но для короля призраков это была всё равно, что вода.

Пока Гу Янь поднимался по лестнице, что-то тёплое и влажное коснулось его губ. Почувствовав это, юноша быстро понял, что его возлюбленный лизнул его.

Этот человек действительно не читает обстановку. Гу Янь беспомощно посмотрел на призрака, прищурившего глаза и погрузившегося в свои мысли.

– Мы должны быть серьёзны. Цюцю, будь умницей.

Едва только прозвучали эти слова, в руке беззаботного темноволосого юноши словно по волшебству появился кусочек талисмана. Стандартный жёлтый листок бумаги сгорел после того, как он закончил читать короткую мантру, и те, кто обладал божественным зрением, могли бы увидеть, как особняк немедленно окутывается чарами. Это поместье стало тюрьмой для всех существ. Кто бы ни оказался внутри, выхода ему уже не найти.

– А-Янь гораздо вкуснее, – это было ответом на его предыдущую аналогию с алкогольным напитком и водой. Эти двусмысленные слова заставили юношу, который только что закончил накладывать чары, оглянуться и посмотреть на него одновременно беспомощно и снисходительно.

Дух, обитающий в поместье, появился здесь не первым. Он добрался сюда позже и прогнал предыдущего призрака, который отказывался уходить. Позже захватчик использовал силу и подавление, чтобы прогнать других глупых призраков, которые приходили, чтобы попытаться воспользоваться его ресурсами.

Кабинет на втором этаже был именно той точкой, где сходились энергетические потоки. Богатая духовная энергия текла непрерывно, и дух, наевшийся досыта, сел, скрестив ноги, и сыто отрыгнул. Он спокойно посмотрел в сторону двери, где среди хаоса стояли две фигуры. Когда он узнал, что сюда кто-то идёт, ему стало любопытно. Прибывшими оказались мастер прорицания и призрак.

Дух, сидевший со скрещенными ногами, был похож на маленького ребенка, но на его лице не было и следа беспокойства. Он повидал множество людей и духов, пытавшихся отнять у него эту землю. Но был ли среди них хоть один, кто устоял на ногах и не был выгнан взашей?

К духам он мог быть безжалостным, но когда дело касалось людей, он проявлял некоторое милосердие. А всё потому, что царство людей и Призрачный Город недавно подписали ещё один мирный договор.

Кстати говоря, ходили слухи, что тот человек (вернее, призрак) пришёл в мир людей… Дух ребёнка невольно вспомнил те несколько случаев, когда ему довелось повстречаться с тем человеком. Маленький призрак стиснул зубы и бессознательно потёр покрывшиеся мурашками руки.

Мир людей был огромен. Если он не совершит ничего ужасного, вроде поджога или убийства, навряд ли его постигнет подобное несчастье – вновь увидать того человека.

Звукоизоляция в особняке была превосходной. Однако тот, кто господствовал в кабинете, был не обычным человеком, а призраком. Он, естественно, знал, что приближаются другие существа, и также ясно слышал шаги.

Каждый хотел лакомый кусочек, но смогут ли они получить его, зависело от их собственных способностей. По крайней мере, так думал призрак, сидевший на замысловатом резном стуле, скрестив ноги.

Как только дверь откроется, он напустит на себя устрашающий вид, как те духи в фильмах ужасов, чтобы проверить мужество этих людей. Мастеров прорицания, приходивших недавно, удалось прогнать именно таким образом, так что ему даже не нужно было тратить никаких дополнительных усилий.

Однако мирный договор мешал. Он не мог казаться слишком страшным, иначе у него были бы неприятности, если бы какой-нибудь трус скончался от испуга.

Кроме того, Чжоу Юнь и сам знал, что не сможет занимать этот духовно богатый участочек земли слишком долго. Хотя до сих пор приходила лишь всякая мелкая сошка, рано или поздно пожалуют те, с кем ему уже не справиться. Когда это время настанет, у него не будет другого выбора, кроме как бежать.

Его планы были простыми и чёткими, но этот похожий на ребенка призрак представить себе не мог, что те, с кем он не мог справиться, появятся так быстро. Более того, крепость этого орешка была подобна алмазу, даже его надежды на побег будут разрушены подчистую.

Добравшись до второго этажа Гу Янь, полагаясь только на свои инстинкты, направился к определённой комнате. Он посмотрел на тяжёлую деревянную дверь.

Гу Янь действительно пришёл сюда налегке. У него не было инструментов, которые носили с собой обычные мастера прорицания, таких как компас. Он просто схватил несколько талисманов, которые использовал дома, и прибыл к клиенту.

Руки Гу Яня были пусты не потому, что рядом с ним был владыка Призрачного Города, а потому, что он сам обладал достаточными способностями.

Хотя он был признан мастером прорицания, главное различие между ним и другими мастерами заключалось в том, что… он был чересчур силён.

Перед духовной конференцией великий мастер Чжао сказал ему следующее–

Вы, кучка укротителей духов… сильны лишь в одной области.

В то время Гу Янь только моргнул и слегка улыбнулся, не отвечая. Он мог только сказать, что ходит в любимчиках у «Закона». Будь то стандартные или неортодоксальные заклинания, он выучил их все.

Его способности, как демонстрируемое им сейчас умение найти цель, были уже на невероятном уровне.

Гу Янь коснулся замка. Золотая ручка двери была ледяной и вызывала неповторимое ощущение. Она была пропитана энергией злых духов.

Любой, чьё божественное око пробудилось, увидел бы тёмную и мрачную пустоту, окружавшую ручку. Стоило лишь приблизиться к ней, как первоначально спокойно мерцающие чёрные нити тьмы яростно устремлялись к человеческому телу. Уцепившись, они не отпускали свою жертву, постепенно просачиваясь под кожу. Там они будут спокойно ждать, пока не высосут жизненную силу носителя.

Се Лань не остановил юношу, и на его лице ничего не отразилось. Он знал, что эти вещи не смогут повредить ни одному волоску на голове юноши. Однако его зрачки всё равно опасно сузились в сторону чёрных прядей, тянувшихся к тонким пальцам юноши.

Щёлк. Дверь открылась.

Одновременно с этим звуком нечисть на дверной ручке сгорела без следа. Юноша, вызвавший этот огонь, по привычке недоумённо нахмурился. Для Се Ланя это крохотное изменение было настолько притягательным, что словами не описать. Каждое выражение лица юноши могло тронуть его сердце.

Несмотря на то, что он был призраком, а его сердце остыло, он чувствовал, как оно бьётся всё быстрее и быстрее с каждым подобным прикосновением.

Простая, но тяжёлая дверь чуть приоткрылась, и Се Лань прищурился. Как только дверь распахнулась полностью, призрак обошёл юношу и встал перед ним.

– Цюцю?.. – Гу Янь только что толкнул дверь, но прежде чем он успел что-либо разглядеть, всё погрузилось во тьму. И дело было не в том, что он потерял сознание, а в том, что его возлюбленный внезапно встал перед ним и закрыл ему обзор.

Безмерное доверие и потакание своему Цюцю заставили Гу Янь молча стоять на месте. Он обратился к нему только из любопытства, не ведая, как выглядит сцена перед ним.

Бледный и прекрасный призрак бесстрастно смотрел на намеренно обезображенный образ духа. Тот свесился с потолка, чтобы посмотреть на незваного гостя.

Вскоре чёрные как смоль глаза короля призраков стали похожи на два ледяных стеклянных шара, отражающие искалеченную плоть и обнаженные кости духа.

– Возвращайся к прежнему виду, – скомандовал он. В его холодном голосе не было и намёка на эмоции, отчего дух, намеревавшийся напугать других, сам затрясся от страха.

Чжоу Юнь видел владыку, способного довести его до паники за долю секунды, уже несколько раз. Совсем недавно он лишь посмеялся над возможностью пересечься с ним в мире людей, но теперь, слыша обычно бесцветный голос, он мог остро уловить определённое чувство… гнева.

А вот это очень плохо. Каждый раз, когда Чжоу Юнь видел короля призраков, тот был абсолютно бесчувственным и безразличным. Разозлить такое существо трудно, и тот, кому это удавалось, просто-напросто искал смерти.

Но теперь таким ищущим смерти духом, к несчастью, оказался он сам.

Страшный голос, которым он приготовился напугать вторженцев, был сейчас бесполезен. Даже закричать от страха у него не получалось. В конце концов вопль, который уже наполовину сорвался с его губ, растворился в слабом писке: «Господин…»

– Господин… Се Лань, – через мгновение Чжоу Юнь сумел выдавил эти слова, хотя его внешность не могла быть различима из-за маскировки под искалеченный труп.

Чжоу Юнь услышал легкий звук «хм», прежде чем владелец этого голоса задал вопрос:

– Я тебя знаю?

– Да, – духу оставалось только вернуться к своей первоначальной форме, и Се Лань опустил руки, которые закрывали глаза юноши. Он кивнул и одобрительно хмыкнул. У него сложилось смутное впечатление, что он когда-то встречался с этим призраком, хотя знакомы они были лишь поверхностно.

Он закрыл глаза юноши, потому что не хотел, чтобы впечатление Гу Яня о нём исказилось из-за этого призрака. Он тоже являлся духом, и были времена, когда грань между жизнью и смертью не могла быть ещё отчётливей.

Чжоу Юнь теперь был преисполнен страха и любопытства. Он был в ужасе от так называемого «Владыки Се Ланя» и с любопытством смотрел на темноволосого юношу, стоявшего рядом.

Когда Чжоу Юнь умер, он был всего лишь десятилетним ребёнком. Хотя с тех пор прошли сотни лет, и по безжалостности он, можно сказать, занимал первое место в Призрачном Городе, в глубине души он всё ещё был маленьким мальчиком.

Ранее его линия взгляда и всё тело были заморожены, так что он не мог сдвинуться ни на дюйм. Но теперь к нему вернулась способность контролировать некоторые мышцы. Краем глаза он заметил, что бледные пальцы под длинными рукавами… нежно держат руку юноши.

Раздался тихий шелест – спина Чжоу Юня покрылась холодным потом. Кажется, он обнаружил нечто поразительное.

Не так давно он просто издевался над призраком по имени Одиннадцатый, который сидел у врат Призрачного Города. Он хотел распространить слухи о том, что король призраков – безэмоциональный и достойный доверия правитель. Потому что если бы он не был таким, то не смог бы так долго хранить свою чистоту.

Видя теперь, насколько его господин осторожен в таком простом действии, как держание за руки, Чжоу Юнь почувствовал себя так, словно ему дали пощечину.

Он был по-настоящему чист… Иначе после стольких лет в его глазах не отражался образ лишь одного человека.

Облик похожего на ребёнка призрака, который был мёртв уже несколько сотен лет, мог легко обмануть других. Гу Янь всегда был снисходительным и терпимым к большинству маленьких животных и детей. Увидев испуганное выражение личика призрака мальчишки и не чувствуя от него никакой угрозы, юноша наклонился вперёд, чтобы коснуться головы малыша. Тоном, которым обычно успокаивают маленьких детей, он произнёс:

– Не бойся. Мы не сделаем тебе ничего плохого.

Через долю секунды Чжоу Юнь, которого погладили по голове, ошеломлённо застыл, точно настоящий ребёнок. Он чуть было бросился в объятья к юному господину, который подарил ему чувство безопасности. Это был инстинкт ребёнка, и он чувствовал особую близость к темноволосому юноше, который, к тому же, был мягок с детьми и  животными.

Однако Чжоу Юнь всё же сдержался. Взгляд пары чёрных как смоль глаз заставил его даже отпрянуть.

Не все духи могли узнать своего владыку. На этот раз им попался один из осведомлённых, а значит, дело значительно упрощалось.

Сначала Гу Янь рассказал об охоте на злых духов, слоняющихся по человеческому царству, а также о том, почему он прибыл в дом семьи Линь. Хотя злые духи в этом районе были изгнаны, он не мог позволить жителю Призрачного Города оставаться здесь. Его намёк на то, что маленькому призраку лучше поскорее покинуть это место, был весьма прозрачен.

Родовая резиденция Линь располагалась в месте, где сходились плотные потоки духовной энергии. Хотя, с одной стороны, он мог принести их семье удачу, с другой – приманивал злых духов и призраков. Гу Янь решил заложить массив после того, как всё здесь уладит. Экзорцизм был более эффективен, чем простое отражение, поэтому с избавлением от этой проблемы можно было бы считать, что он сделал всё возможное, чтобы отработать полученную плату.

– Если вы хотите поймать злых духов, эффективнее будет отправиться на гору Кунь И. Возможно, вы даже сможете поймать их всех сразу, – внезапно подал голос Чжоу Юнь, выслушав юношу.

Название этого места было Гу Яню знакомо. Он вспомнил, что подобная гора располагалась за окраинами столицы.

– Духи, которых я недавно прогнал, направились туда. Я проследил за ними из любопытства и обнаружил, что там собралось довольно много известных призраков. Мне было там неинтересно, так что я вернулся. Но из-за этого я не особо осведомлён о тамошнешней ситуации, – торопливо пояснил Чжоу Юнь, опасаясь, что его не так поймут.

Собрание духов не было чем-то захватывающим для Чжоу Юня. Однако для Гу Яня всё обстояло иначе.

Не могло быть так, чтобы злые духи стекались в одно место без причины.

Приняв плату за искоренение бедствий, Гу Янь не позволил бы ни одному призраку остаться в резиденции семьи Линь, несмотря на свою снисходительность к детям.

Чжоу Юнь тоже был очень тактичен, да и не осмелился бы действовать по-другому. В человеческом мире он жил свободной и ничем не стеснённой жизнью. Если владыка увидит его нежелание сотрудничать и в наказание решит отправить обратно в Призрачный Город или ограничить его доступ в человеческое царство в будущем, будет поздно лить слёзы.

А по взгляду прищуренных глаз Чжоу Юнь понимал, что такой исход вполне возможен. В этих тёмных глазах притаилась смутная угроза. Их обладатель был вполне способен и на нечто гораздо более безжалостное; снисхождения ждать не приходилось.

Этот человек столько лет безраздельно властвовал над Призрачным Городом. Чжоу Юнь напомнил себе, что не должен провоцировать его.

Он прожил всего-то несколько сотен лет. По сравнению с этим человеком разница была как у слона и муравья. Что касается физических способностей, то не будет преувеличением сказать, что владыка мог раздавить его насмерть одной лишь ладонью.

– 300 лет. Не ребёнок, – равнодушно возвестил Се Лань после того, как похожий на несведущего малыша милый и очаровательный призрак ушёл.

Он хотел сказать, что Чжоу Юнь уже 300-летний старик, и Гу Яню не было нужды так ласково его уговаривать. Но, подумав о собственном возрасте, он быстро изменил слова, которые уже вертелись на кончике языка.

В настоящее время Гу Янь накладывал массив «Чжоутянь». Из слов своего возлюбленного Гу Янь мог сделать вывод, что тому очень не понравилось, как он гладил другого призрака по голове. Только что он специально пытался напомнить ему об истинном возрасте «маленького» духа.

Если бы призрак не был похож на ребёнка, и если бы Цюцю не знал, что намерением Гу Яня было просто успокоить перепугавшегося малыша, то один серебристо-полосатый кот, вероятно, сейчас бы молча сверлил его взглядом.

Вспомнив этот взгляд, Гу Янь слегка кашлянул. Не сказать, что это было так уж невыносимо, но через некоторое время он неизбежно бы сдался и принялся умасливать своего Цюцю.

Теперь, когда его возлюбленный в кои-то веки выразил своё недовольство словами вместо того, чтобы мрачно смотреть на него, Гу Янь торопливо отозвался с самым послушным видом:

– Мгм.

Времени на создание массива уходило не слишком много, но и не мало – ровно час. Хотя это действительно был массив «Чжоутянь», творение Гу Яня в резиденции семьи Линь значительно отличалось от массива «Чжоутянь Девяти Храмов». Тот массив, который заложил юноша, можно было бы назвать лишь «Чжоутянь Четырёх Долей», но этого было более чем достаточно, чтобы отогнать обычных духов.

За «Четырьмя Долями» следуют по возрастанию сложности «Пять Фаз», «Шесть Направлений», «Семь Звёзд», «Восемь Триграмм» и, наконец, «Девять Храмов». Гу Янь прекрасно знал, как их накладывать. Он остановил свой выбор на «Четырёх Долях» не из-за лени и небрежности, а потому, что остальные были слишком утомительны для одиночки вроде него.

– Зло и скверна уходят прочь. Дао живёт… – зажатый между двумя пальцами талисман с шипением исчез. Гу Янь отряхнул руки и окинул свой массив довольным взглядом.

Этого будет достаточно, чтобы избавиться от обычных духов, но не навредит особо сильным, вроде стоящего рядом владыки призраков.

Ещё во время практики на дому Гу Янь провёл целых три дня в своем кабинете, накладывая массив «Чжоутянь Шести Направлений». Его возлюбленный переступил границы рисунка без малейшего сопротивления, как будто и не было на этом месте никакого массива. Однако причиной тому скорее было огромное неравенство в их силах. Слабым не стоило и надеяться каким-либо образом повлиять на превосходящего противника.

– А-Янь уже очень силён, – поспешно заверил Се Лань, чувствуя, что гордость юноши может пострадать из-за того, что он, призрак, преспокойно стоит в кропотливо нарисованном массиве.

Более того, его слова были искренними. Происхождение массива «Чжоутянь» было очень древним. Мало кто слышал о нём, что уж говорить о людях, которые сумели им овладеть.

Даже если собрать и обнародовать все сведения об этом массиве, в мире было просто-напросто слишком мало мастеров прорицания, которые сумели бы разобраться в нём. Более того, каждый из тех немногих, кто был на это способен, уже был одной ногой в могиле, насколько помнил Се Лань.

Вот почему он считал, что поручение семьи Линь на этот раз принесло им только выгоду и никакого риска… Любой другой мастер прорицания не смог бы столь идеально наложить массив «Чжоутянь Четырёх Направлений», сколько бы денег ему ни предлагали.

После того, как заказ был выполнен, глава семьи Линь лично проводил Гу Яня до дверей, оказав ему этим особую честь.

–  В будущем, если у великого мастера Гу будут какие-либо просьбы, не стесняйтесь искать нас. Семья Линь без колебаний протянет руку помощи, если это в нашей компетенции, –  пообещал глава семьи, в то время как дворецкий, стоявший рядом, чётким заученным движением протянул юноше визитную карточку.

Независимо от того, сколько у человека денег, он должен обладать достаточной силой и способностями, чтобы наслаждаться ими. Глава семьи Линь прекрасно это понимал. Поскольку он не знал, как справляться со сверхъестественными вещами, необходимо было наладить хорошие отношения с теми, кто в этом разбирался.

Гу Янь не отказывался от визитки, но и не выразил никаких других эмоций. Он просто взял протянутую ему именную карточку.

Глава семьи Линь не просто проводил его до двери, но и намеревался пригласить на банкет. Однако, вспомнив о делах на горе Кунь И, Гу Янь нашёл предлог, чтобы отказать ему. Он должен был найти причину, по которой злые духи собирались там.

– По словам Сюй Цю, ему не поступало никаких докладов по этому поводу, – зная, что юношу очень беспокоили странности вокруг горы Кунь И, Се Лань посетил Призрачный Город, чтобы связаться со своими подчиненными, пока Гу Янь накладывал массив.

Верный призрачный помощник, который работал не покладая рук, ожидая, когда же начальник вернётся и проявит «сочувствие», наконец получил желаемое. Однако встреча прошла так же, как и всегда. Как только он закончил свой отчёт, владыка не дал ему возможности пожаловаться или спросить, когда же тот, наконец, вернётся к своим обязанностям, и просто оборвал связь.

Аномалия горы Кунь И не могла остаться незамеченной призраками, которые должны были  захватить злых духов. А если они обнаружили её, то отсутствие докладов вызывало ещё большее подозрение.

Однако Се Лань не сомневался в своих подчинённых. Сюй Цю был его доверенным помощником, абсолютно преданным ему.

Бедолага-заместитель, с которым прервали связь, теперь сидел, сжав кисть в одной руке, а другой схватившись за голову.

Владыка как-то сказал ему, что нет нужды докладывать о каждом вопросе. Те, которые он мог уладить своими силами, возлагались на его плечи. Поэтому о делах его спрашивали крайне редко.

Он был далеко не глуп. По тону своего начальника Сюй Цю понял, что в мире людей что-то стряслось. И это было как-то связано с Призрачным Городом, поэтому он не мог пустить всё на самотёк.

– Сюй Цю может и не знать, но духовная организация должна быть в курсе, – по возвращении домой Гу Янь был пойман и усажен на колени к своему возлюбленному. Он уже начал привыкать к этой интимной позе, когда его крепко держали, поэтому больше не сопротивлялся.

Откровенно говоря, Се Лань ничуть не беспокоился о человеческом мире, и его совершенно не волновало, что кто-то из обитателей Призрачного Города мог что-то замышлять за его спиной. Первое не имело к нему никакого отношения, в то время как второе… Убить призрака проще простого. Нужно просто дождаться, когда призрак выдаст себя, устав прятаться, и затем преподать ему урок.

Однако тот, кто сейчас находился в его объятиях, заботился о благополучии человеческого мира, поэтому и он тоже должен был проявить участие. Се Лань выразил своё согласие простым «мгм».

Гу Янь нашёл свой телефон и, разблокировав его, несколько раз пролистал справочник, прежде чем выбрать контакт великого мастера Чжао. Количество мастеров прорицания, с которыми он был знаком, можно было пересчитать по пальцам одной руки. В конце концов он решил обратиться к старшему коллеге, с которым был наиболее хорошо знаком.

Гу Янь сказал, что они «должны быть в курсе». Но если окажется, что это не так, его звонок мог бы послужить своевременным предупреждением для духовной организации, и они успеют завершить соответствующие приготовления перед лицом аномальной ситуации.

Соединение установилось, и не успел Гу Янь ещё и рта раскрыть, как в трубке раздался взволнованный голос великого мастера:

– Раз уж Сяо Гу взял на себя инициативу позвонить этому старику, полагаю, ты всё хорошенько обдумал и согласился стать частью нашей организации? Только скажи, и я сразу же замолвлю за тебя словечко перед начальством.

После духовного собрания этот одарённый паренёк сказал им, что хочет быть членом их подразделения исключительно номинально. Хотя великий мастер Чжао не высказал своего мнения вслух, он был очень разочарован. Он был разочарован не в юноше, а в том, что не смог завербовать такой талант. Стоило быть благодарным уже за то, что мальчик согласился принять участие в конференции, так что старик Чжао не осмеливался испытывать судьбу.

Даже зная, что его отказ снова расстроит великого мастера Чжао, Гу Янь всё же решил вежливо отвергнуть щедрое предложение, после чего быстро перешёл к главной теме.

– Я звоню, чтобы поговорить о горе Кунь И. В последнее время в этом месте творится что-то странное. Старшему что-нибудь известно об этом?

После того как он заговорил, на другом конце линии воцарилась тишина. Наконец послышался голос, но в нём явно слышалась грусть и даже горькая насмешка.

– Это связано с внешними силами. Мирный договор между человеческим царством и Призрачным Городом только-только был заключён, но некоторые люди уже не могут усидеть на месте. Этот сукин сын хочет наложить свои руки на Драконьи жилы [1]. Неужто они действительно посмеют–

[1] Прим.Анлейтора: «Драконьи жилы» – это особая форма рельефа, сверху напоминающая восточного дракона (с длинным змеевидным телом). Это считается знаком удачи в фэншуй. Азиатские страны довольно суеверны, и для них существование «Драконьих жил» имеет огромное значение, потому что влияет на благополучие ВСЕЙ страны.

Звук, доносящийся из динамика телефона, стал громоподобным. Можно было вообразить себе состояние великого мастера Чжао, когда тот разразился ругательствами.

– Наставник, не сердитесь… успокойтесь. Доктор ведь только что сказал, что вам нельзя чрезмерно волноваться. Не пугайте своего ученика, – с другой стороны послышался приглушённый голос, но он был достаточно громок, чтобы разобрать его слова.

Если говорить о Драконьих жилах, то Китай имел в общей сложности девять раз по девять, итого восемьдесят одну жилу. В даосизме «девять» было особым числом. Слияние духовной энергии в одном месте было достаточным только для благосостояния одной семьи, в то время как Драконья жила была связана с интересами всей страны. Эта «аномальная ситуация», скорее всего, была более серьёзной, чем они ожидали.

Внешние силы. Услышав эти слова, Гу Янь невольно посуровел, но почти в тот же миг два бледных пальца прижались к его вискам, не давая ему нахмурить брови.

Отвлечённый своим возлюбленным, Гу Янь не мог больше сохранять хмурый вид. К тому времени, как он пришёл в себя, стоявший за его спиной мужчина уже покрывал поцелуями его щёки, а затем на его плечи легла дополнительная тяжесть.

Такой способ успокоить ближнего был просто-таки запретным приёмом, но его эффективность не вызывала сомнений.

Поначалу Гу Янь и не думал о возможности вмешательства зарубежных стран. После того, как Сюй Цю сообщил, что ему ничего не известно по этому поводу, юноша предположил, что здесь замешан предатель, действующий за спиной его Цюцю, покамест тот покинул Призрачный Город. Похоже, всё обстояло иначе.

– Под горой Кунь И пролегает драконья жила? – решил подтвердить Гу Янь, уловив суть.

Будь это каким-то незначительным пустяком, юноша не захотел бы продолжать расследование, особенно учитывая, что он и членом Духовной организации являлся лишь номинально. Но теперь дело коснулось Драконьих жил. Как человек и гражданин, проживающий на этой земле, он не мог просто проигнорировать это.

Гу Янь, как автор, придумал сюжетную установку про девять раз по девять Драконьих жил. Это распространялось и на страну Хуася. Но если копнуть глубже, то он не указал точное расположение этих восьмидесяти одной Драконьих жил, так что теперь тоже пребывал в полнейшем неведении.

– В том-то и проблема! – вероятно, ученику всё-таки удалось его успокоить. Голос великого мастера Чжао вернулся в норму, но в нём по-прежнему слышался гнев, направленный на вторженцев.

Столица была самым процветающим районом Китая, оказавшим огромное влияние на его историю. Осенённая светом Императорской Пурпурной звезды, здешняя земля породила Драконьи жилы, которые принесли процветание всей нации [1].

[1] Не совсем понятно, о чём шла речь в этом абзаце. В анлейте не пояснялось, откуда взялась эта Императорская Пурпурная звезда, обращение к китайскому первоисточнику тоже особой ясности не внесло. Там упоминается астрологический термин «цзывэй» (紫微), обозначающий второй из трёх участков центральной области звёздного неба, содержащий 15 звёзд.

Однако гора Кунь И находилась далеко от города, и конкретное местоположение Драконьей жилы держалось в строжайшем секрете. Лишь горстка людей и некоторые отделы духовной организации могли знать об этом. На этот раз она стала целью иностранных государств. Внутренние расследования исключили возможность появления «крота», поэтому единственным правдоподобным объяснением было то, что враг планировал это в течение длительного времени. После терпеливого ожидания они, наконец, решили нанести удар.

То, что великий мастер Чжао с готовностью ответил на вопрос юноши, свидетельствовало о его безграничном доверии. Дело это было очень непростым. Старый мастер даже подумывал о том, чтобы попросить у Гу Яня помощи, ведь, помимо всего прочего, стоящий рядом с юношей призрак мог легко решить все их проблемы.

Но в таком случае дело коснётся интересов двух царств. Это был внутренний конфликт человеческого мира, и поскольку юноша не хотел вмешиваться в их дела, великий мастер Чжао не осмеливался его беспокоить.

– Если старший не возражает, пожалуйста, объясните мне ситуацию, – этими словами Гу Янь выразил желание взять дело в свои руки. Даже если он будет достаточно великодушен, чтобы не причинять неприятностей иностранным государствам, как минимум он был обязан разобраться со злыми духами, собирающимися на горе Кунь И ради своего Цюцю. Более того, Гу Янь не был настолько добр, чтобы закрывать глаза на тех, кто хотел наложить лапы на Драконьи жилы его страны.

Раз уж враг явился на порог и стучал в их дверь, он заставит их уйти в слезах.

Особых сложностей в этом не предвиделось. Суть заключалась в том, что кто-то воспользовался рельефом горы Кунь И, чтобы заложить там чрезвычайно сложный массив. И он оставался незамеченным до тех пор, пока различные последствия не насторожили Духовную организацию.

Согласно пояснениям великого мастера Чжао, старейшины китайского подразделения не могли выявить источник аномалий. Этот массив был чрезвычайно коварным. Его целью было привлечение неудачи и злых духов. Между тем, сбор множества призраков и злых духов в одном месте увеличит накопившиеся обиды.

Если позволить этому продолжаться, горный хребет, где располагались Драконьи жилы с превосходным фэншуй, в конце концов потеряет своё благословение из-за накопившейся скверны. Когда духовная энергия истощится, Драконья жила попросту исчезнет. Вероятно, это и было конечной целью врага.

Массив. Если Гу Янь и мог считать себя экспертом в какой-либо области, то это однозначно были массивы.

По богатству и разнообразию литературы на эту тему ни одна библиотека человеческого царства не могла сравниться с тем собранием, что располагалось в кабинете владыки Призрачного Города. Оно содержало всевозможные древние записи с незапамятных времен, в том числе и описания массивов, по которым учился Гу Янь.

Что касается того, зачем Се Ланю понадобилась вся эта коллекция древних записей, связанных с духовными искусствами, то причину можно было бы описать одной фразой: «Познай себя и своего врага». Когда же духовные искусства с течением времени пришли в упадок, эти древние книги утратили своё предназначение, пока их не отдали юноше.

Эти древние книги и основы формирования массивов были прочитаны Гу Янем от корки до корки. Он мог понять заклинания некоторых сложных массивов, даже если не был в состоянии их наложить. Слова юноши о том, что он уверен в своих знаниях массивов, зиждились не на пустом месте.

В настоящее время мастера прорицания в отдельных департаментах страны с головой ушли в исследование этой формации. Однако они пытались смягчить вызванные ею последствия, а не разобраться с первопричиной. Каждый из них был сосредоточен на очищении приманенных призраков и духов, поскольку они не нашли способа разрушить сам массив.

Узнав, что послезавтра будет предпринята попытка разбить формацию, Гу Янь выразил желание присоединиться к действу. Получив согласие великого мастера Чжао, он наконец завершил разговор.

– Проход между двумя царствами теперь закрыт, мы не можем получить подкрепление, – медленно произнёс владыка призраков, опустив подбородок на плечо юноши. Ближе к концу фразы его тон вновь стал нормальным: – Цюцю будет сопровождать А-Яня.

На самом деле это нельзя назвать «сопровождением», поскольку это было именно его желание. Он просто не мог допустить, чтобы юноша вновь оставил его.

– Я и не собирался оставлять тебя здесь… – Гу Янь невольно вздохнул и повернул голову, чтобы поцеловать уголок слегка прищуренных глаз своего возлюбленного. – Я не оставлю тебя.

Его любимый, похоже, никогда по-настоящему не забывал, что произошло в первом мире. И теперь, если Гу Яня не будет рядом, он будет демонстрировать явные признаки неуверенности и страха.

Это был один из тех редких случаев, когда Се Лань не отвечал. Выслушав слова юноши, он лишь крепче обнял его за талию, и промолчал.

В сравнении с радостью человек гораздо вероятнее запомнит боль, которую ему довелось испытать, поэтому-то болезненные вещи запоминаются более глубоко. Повторное напоминание лишь усугубило ситуацию, и в результате эта рана запечатлелась в сознании.

Ещё немного, пока он наконец не сможет обрести достаточной сил, чтобы этот человек всегда был с ним, и тогда Се Лань будет чувствовать себя в безопасности. Но пока время ещё не пришло.

– Цюцю, будь умницей, – поцелуй в уголок глаз заставил короля призраков немного расслабиться, поэтому Гу Янь продолжил целовать его.

В результате холодное безразличие на бледном и красивом лице призрачного владыки постепенно исчезло. Спустя несколько мгновений его ресницы дрогнули. Се Лань негромко промычал «мгм», притягивая к себе юношу за левую руку. Безымянного пальца коснулся ответный поцелуй.

– Несколько старейшин уже отправились исследовать окрестности горы Кунь И. Нам тоже предстоит много работы, – холодные губы ласкали его палец. Едва Гу Янь начал чувствовать зуд в этом месте, как его ладонь крепко сжали.

Чувство безопасности формируется не за один день, а постепенно. И так уж совпало, что Гу Янь обладал неистощимым терпением, когда дело касалось его возлюбленного.

Гора Кунь И располагалась далеко. Насколько далеко, спросите вы? Даже если бы вы нашли десять водителей, хорошо знакомых со столицей, не было бы ни одного, кто знал бы, где она находится.

Прибыв к месту назначения, Гу Янь обнаружил, что вся гора была оцеплена. Если бы его лицензию не доставили заблаговременно, он не смог бы и близко подойти к окрестностям Кунь И.

– Говорят, эффект этого массива может простираться на сотни миль, – пока они были в пути, Гу Янь наблюдал за своим возлюбленным, ожидая каких-либо изменений, но, к его счастью, массив, похоже, не оказал на него никакого влияния.

Ещё не приблизившись к самой горе, юноша уже смог почувствовать потоки энергии. Даже морально подготовившись, он невольно испытал потрясение. Человек, который заложил массив, в качестве фундамента использовал чуть ли не всю гору.

Не будь он врагом, Гу Янь бы очень хотел встретиться с этим человеком и провести с ним углублённую дискуссию. Какая жалость, что они были на разных сторонах.

Получив информацию о ситуации, сотрудники организации, стоявшие на страже в оцеплении, привели Гу Яня к старейшинам, прибывшими сюда ранее.

– Нет смысла искать глаз массива [2]. Создатель даже не пытался его скрыть, поскольку был уверен, что нам не под силу его разрушить, – несмотря на то, что центр массива был найден ещё два дня назад, они так и не смогли ничего поделать. Великий мастер Ло невольно скрежетнул зубами.

[2] Центр формации, её ключевая точка.

Произнеся эти слова, старый мастер поднял голову и заметил темноволосого юношу в сопровождении сотрудников отдела… и призрака. На лице великого мастера Ло мгновенно проступило облегчение, он помахал рукой в приветствии:

– Великий мастер Чжао известил меня, что вы придёте.

– Старейшина Ло, не могли бы вы отвести меня к глазу массива, о котором только что упомянули? – знание местонахождения центра формации было важнейшим ключом к её разрушению. Если это был именно тот массив, о котором он читал в древних записях, то Гу Янь мог бы с уверенностью сказать, что сумеет его разрушить.

– Разумеется! – не раздумывая, ответил великий мастер Ло.

Глаз массива находился не слишком далеко от их текущего местоположения. Всего-то и нужно было спуститься на сто шагов вниз.

– «Чжоутянь Девяти Храмов»… – оказавшись перед глазом массива, Гу Янь был ошеломлён знакомыми чертами. Однако же он быстро пришёл в себя: – Нет. Неверно. Это противоположность массива «Чжоутянь Девяти Храмов».

Первоначально это была сложная формация, предназначенная для отпугивания и изгнания духов. Но теперь всё было наоборот. Можно было только представить себе его воздействие.

Пройти более ста шагов было нелёгкой задачей для седовласого старейшины, который обычно не занимался спортом. Великий мастер Ло остановился, чтобы перевести дух.

– Пока опасности нет, но всё же…

Не успев даже закончить фразу, он вдруг услышал название, которое однозначно было ему знакомо. И оно сорвалось с уст юноши.

Несколько раз негромко откашлявшись, он обернулся, чтобы переспросить:

– Сяо Гу, ты что-то заметил?..

Гу Янь поприветствовал всех старейшин, собравшихся на горе Кунь И. Кроме великого мастера Ло, здесь присутствовал великий мастер Вэнь, который, будучи укротителем духов, уделял юноше особое внимание. Третьим и последним был Е Чэнъюй.

Во время духовной конференции Гу Янь отвесил лихих оплеух всем странам, которые думали, что Китай будет вынужден покинуть сцену укротителей духов. Е Чэнъюй, новобранец, который присоединился к организации совсем недавно, также снискал свою толику славы. Таким образом, Китай, несомненно, был самым крупным победителем духовного собрания этого года.

Теперь эти трое смотрели на темноволосого юношу, шествующего рядом с ними. В их глазах горел огонь, словно они чего-то ждали.

На первый взгляд, в расположении этого массива не было каких-то особенностей. Согласно знаниям нынешней эпохи, глаз массива следовало прятать понадёжнее. Только выбрав специальное место и сделав достаточные приготовления, можно было бы гарантировать, что формация не будет разрушена.

Тем не менее, они нашли глаз массива, расположенный в лесу, он даже не был скрыт. Ничем не примечательная гора и скалы перед ними, казалось, были связаны с формацией, поэтому никто из тех, кто прибыл на гору Кунь И, не осмеливался ни к чему здесь притрагиваться. Именно эта бдительность спасла им жизнь.

– Этот массив «Чжоутянь Девяти Храмов» был оставлен здесь специально, – уверенно произнёс Гу Янь. Каждый узел был наложен правильно. Даже если он ещё не пробовал закладывать столь сложный массив, как «Девять Храмов», лично, с фундаментальными принципами юноша был хорошо знаком.

Глаз массива был также его сердцем. Наблюдение за ним позволяет легко понять общую схему формации. Теперь Гу Янь стоял в самом центре массива и искренне радовался тому, что старейшины, прибывшие сюда раньше, не попытались уничтожить его.

В противном случае они не только не смогли бы уничтожить массив, но и сами оказались бы поглощены им. Отличительной особенностью массива «Чжоутянь» было то, что если его не разрушить полностью, он сможет восстановиться. Таким образом, чем больше повреждений он получит, тем труднее будет разбить его в будущем.

– Массивы «Чжоутянь» – это праведные массивы, предназначенные для защиты от призраков. Теперь, когда такую формацию намеренно перевернули, злых духов, наоборот, будет притягивать к ней… – объяснил Гу Янь, изучая состав массива. Противник, который заложил его, был на диво скрупулезен, используя местность в качестве приманки, а деревья и скалы – как привязь.

Здесь явно потрудился не один человек. Чтобы отыскать знания о древнем массиве, ныне уже утраченные, этой «внешней силой» должна быть страна с развитой информационной сетью.

Гу Янь отчетливо помнил, что в оригинальном романе не было такой сюжетной точки. Это могло означать только одно: его действия запустили цепочку непредвиденных событий из-за эффекта бабочки. Что касается того, какие именно это были действия, то тут на ум приходила лишь духовная конференция.

В оригинальной истории Китай не смог выделиться на духовном съезде этого года. Но теперь сюжет изменился настолько, что они стали крупнейшими победителями, превратившись в угрозу интересам иностранных держав. В результате противник решил перейти к активным действиям.

– Ну, это уже слишком! Хорошо ещё, что старины Чжао здесь нет, иначе он, наверное, просто взорвался бы, услышав это, – чтобы нанести им ощутимый удар, эти люди решили пойти на столь крайние меры – уничтожить их Драконьи жилы. Если это не переходит все границы, то как ещё описать подобный акт агрессии? Великий мастер Ло похлопал себя по груди, пытаясь успокоиться. Какое счастье, что у него не было никаких сердечных заболеваний, иначе лежать бы ему в больнице дня три, как и его пожилым друзьям, после таких-то возмутительных новостей!

Великому мастеру Вэню нечего было сказать, он мог лишь похлопать по плечу юношу, на которого он благосклонно посматривал со времён духовного собрания. Сохраняя добродушное выражение лица, он спросил:

– Ты узнал этот массив, потому что уже видел его раньше? Если тебе известно ещё что-нибудь, не стесняйся поделиться с нами. Любая информация сейчас будет полезна.

Этот древний массив был давно утерян. Откровенно говоря, и великий мастер Ло, и великий мастер Вэнь были крайне шокированы, услышав слова «массив Чжоутянь» из уст юноши. Даже до них доходили лишь легенды, и они не смогли узнать его, стоя в самом центре формации. Но темноволосый юноша понял всё с первого взгляда.

– Начиная с «Одного Юаня», «Двух Обрядов», «Трех Типов», «Четырёх Долей» и вплоть до «Девяти Храмов», массивы Чжоутянь делятся на классы в зависимости от сложности наложения. Если атаковать такой массив и не разрушить его полностью, атакующий получит сильную отдачу, а формация станет только сильнее, и её будет труднее уничтожить, – чтобы объяснить ситуацию, Гу Янь решил начал с самых азов и, пользуясь случаем, сразу упомянуть все табу.

Древняя летопись массивов содержала формации как праведного пути, так и злого. Праведный путь заключался в изгнании духов, сборе духовной энергии и так далее, в то время как злой путь состоял в привлечении злых духов и насильном захвате жизненной сущности и чужой удачи. Иными словами, это приносило кому-то вред.

Гу Янь изучал оба типа массивов, но никогда не ожидал, что массив праведного пути может быть искажён до такой степени. Тут не получится использовать стандартный метод разрушения массивов, однако можно было проанализировать и обратить вспять перевёрнутую формацию. Это был лишь вопрос времени.

В конце концов, согласно правилам вежливости, им стоило выразить свою признательность врагам, приготовившим такой замечательный подарок.

Король призраков, снова принявший облик домашнего кота, теперь послушно лежал в объятиях юноши. Пока тот объяснял остальным детали массива, кот медленно обвил хвостом его руку и начал мурлыкать.

Его возлюбленный был выдающейся личностью независимо от того, в каком мире находился. Но нельзя сказать, что это было однозначно хорошо. Хотя этот человек уже давно принадлежит ему, Се Ланю всё ещё не нравилось, когда другие смотрели на его любимое сокровище.

Массивы были сложной темой, особенно древние. Их детализированность намного превосходила ожидания присутствующих мастеров прорицания.

Однако даже самые запутанные формации показались им довольно понятными после разъяснений юноши. Даже великий мастер Вэнь, который, как известно, был хорош только в техниках укрощения духов, чувствовал, что разобрался в этой теме. Трое присутствующих ещё долгое время выглядели ошеломлёнными после небольшой лекции Гу Яня.

Если бы только их наставники объясняли массивы так же понятно, у них не было бы такой огромной головной боли из-за одной несчастной формации…

– Чего же мы ждём? Давайте уже приступим, – великий мастер Ло хлопнул себя по бедру и поспешно достал компас. – У китайской Драконьей жилы тоже есть свой характер. Как только мы разберёмся с массивом, в словаре этих трусливых ублюдков наконец-то появится слово «сожаление».

Не то чтобы они были нетерпеливы. Е Чэнъюй, который наблюдал за окружением, пока старшие говорили, внезапно вмешался в разговор:

– Приближается ещё больше злых духов. Ещё немного, и те, кто охраняет периметр, не смогут удержать оборону. Нам нужно найти способ сломать этот массив, прежде чем их сокрушат.

Безопасность, которой они сейчас наслаждались, была временной. Как только первая линия защиты будет прорвана, разрушить массив станет не в пример труднее.

– Сюда направляются ещё несколько старейшин, старина Чжао тоже придёт, как только отдышится. Нас четверых слишком мало, чтобы разрушить формацию, как только придут остальные, как раз будет достаточно людей. Поскольку мы уже на месте, нам следует начать приготовления, – великий мастер Ло поднял свой компас, чтобы осмотреть края массива. Время было не на их стороне, поэтому стоило использовать его наиболее продуктивно, чтобы тяжелая работа их товарищей, защищающих периметр, не оказалась напрасной.

Массив был перевёрнут, так что, проанализировав его строение, можно было бы найти подсказки, как его разрушить. Гу Янь нашёл большой камень, прислонился к нему и достал блокнот. Приобняв кота, он начал зарисовывать массив на чистой страничке, чтобы вычислить расстояния.

Вот почему считалось, что быть мастером прорицания очень нелегко. Эта работа требовала глубоких познаний в математике и естественных науках.

– Это треугольное образование. Первая точка – это огромный валун в центре массива, а вторая должна быть расположена где-то у воды. На горе Кунь И не так уж много источников, так что найти их будет нетрудно... Последняя точка, без сомнения, находится на вершине, – пустая страница быстро заполнилась рисунками и расчетами. Вполне вероятно, что никто, кроме автора, не смог бы расшифровать написанное.

Но большой кот, сидевший у него на руках, был исключением. Блокнот был прямо перед глазами зверя, и ни одно слово юноши не ускользнуло от него…

– Эти три точки должны быть разбиты одновременно, – единовременное уничтожение было одним из обязательных условий. Отложив блокнот и ручку, Гу Янь погладил послушного кота в своих объятиях и приготовился поделиться своими выводами с остальными, чтобы они могли прислать ещё несколько сотрудников на поиски этих точек.

– Мяу, – тихое мяуканье послышалось от котоподобного создания, лизавшего тонкие пальцы юноши.

Пробыв здесь некоторое время, Се Лань понял, почему ни один из призраков не сообщил об этой аномалии Призрачному Городу.

Все духи, которых он отправил в царство людей, скорее всего, были заманены в этот массив, стоило им только приблизиться к горе. Вероятно, они попали под действие заклинания и пополнили ряды злых духов. Теперь они пытались прорвать оборону духовной организации.

Как уже упоминалось, на горе Кунь И было не так уж много источников воды. После того, как Гу Янь поделился своими догадками о ключевых точках массива, сотрудники организации, размещенные неподалёку от защитного периметра, получили задание. Всего за полдня они провели тщательный осмотр всех этих мест.

– Мы нашли его. Рядом с Восточным родником, – устройство связи передало информацию, и великий мастер Ло немедленно уведомил темноволосого юношу, по-прежнему что-то рисующего в блокноте. Хоть он и не мог понять смысла плотных записей, его доверие к юному прорицателю лишь росло.

Прошло совсем немного времени с начала их знакомства, но старейшины уже не могли смотреть на него просто как на младшего коллегу. Даже если смотреть на него, как на человека их поколения, это было бы недостаточно уважительно. С точки зрения знаний он вполне годился бы им в наставники.

Откуда только в этом мире взялся человек, способный достичь подобной степени совершенства в столь юном возрасте? Если бы у великого мастера Ло был такой ученик и наследник, старик был бы уверен, что и на смертном одре не прекращал бы довольно улыбаться.

Более того, если бы юноша только пожелал, старые мастера их отдела уже носились бы с ним как с принцем. Ему бы тотчас бы дали всё, чего бы он только ни захотел.

После определения приблизительного местоположения точек нужно было вычислить точные координаты. Здесь уже рядовые сотрудники ничем не могли помочь, поэтому Гу Янь должен был отправиться туда лично.

Руки юноши были заняты. Большой кот, лениво лежавший в его объятиях, привычным движением перебрался ему на плечи, чтобы не мешать своему «хозяину».

Се Лань должен был признать, что нынешний духовный мир изрядно мерк по сравнению с былыми мастерами прорицания, которых боялись даже обитатели Призрачного Города... Заклинания и массивы, которые использовались тогда, намного превосходили то, что существовало сейчас, и массив «Чжоутянь Девяти Храмов» был лишь одним из примеров.

Он мог видеть, что юноша писал набросок метода для повторного уничтожения массива и намеревался позаимствовать силу, накопленную Драконьей жилой на горе Кунь И, чтобы нанести контратаку как минимум двукратной мощности. Се Лань не сомневался, что он добьется успеха, даже если подобный метод ещё никогда прежде не использовался.

Определив, что точное место находится в верховьях родника, духовная организация получила в своё распоряжение два из трёх узлов. Последний располагался на вершине, и за него отвечал Е Чэнъюй. Теперь им оставалось только ждать прибытия подкрепления.

– Призраки, которые переступили границу массива, превратились в злых духов и лишились сознания. Теперь они не испытают страха, даже увидев меня, – король призраков в обличье кота сидел на плече Гу Яня, передавая холодный голос в его разум. Прищурившись, он продолжил спокойно лежать на месте.

На самом деле злые духи изначально не были злыми, это были обычные призраки, сбившиеся с пути. Такого призрака называли «оно», а не «он», поскольку в глазах людей все злые духи были монстрами, и даже в Призрачном Городе они считались диковинкой.

Те, кто становился злыми духами, полностью теряли свой разум и превращались в машину убийств. К счастью, те, кто обладал значительной силой, обычно сохраняли некоторые чувства, как Се Лань, например.

Но злые духи, потерявшие рассудок в этом массиве, не почувствовали бы страха даже при виде своего Владыки. У них была только одна мысль – захватить эту гору, и они без колебаний уничтожат любого, кто встанет у них на пути.

– Призраки с достаточной силой не подвергнутся влиянию формации. Столь незначительное притяжение можно игнорировать, – не то чтобы Се Лань совершенно не испытывал воздействия массива, просто оно было слишком слабым, чтобы поколебать волю короля призраков.

«Этого влияния было недостаточно даже для соблазнения Чжоу Юня, что уж говорить о моём Цюцю», – вот как Гу Янь истолковал эти слова. Он поощрительно почесал кошачий подбородок.

Чрезвычайные обстоятельства вкупе с дикой природой создавали не самые благоприятные условия. Найдя подходящее место для палатки, они приготовились ночевать. Как только прибудет подкрепление, организация сможет приступить к уничтожению массива.

Они не могли позволить сборищу злых духов прорвать их оборону, поэтому сотрудники, ответственные за защиту, не ведали отдыха. Они работали посменно, чтобы выиграть время. Китай оказался в незавидной ситуации, ведь, пускай духовная организация и звалась международной, она будет работать сообща только тогда, когда предстояло столкнуться с Призрачным Городом. В любое другое время её подразделения в лучшем случае не обращали бы внимания друг на друга, а в худшем – вели бы междоусобную борьбу.

Страны, специализирующиеся на управлении сверхъестественными событиями, уделяли особое внимание вопросу горы Кунь И, как и виновник нынешнего переполоха.

– Ещё несколько дней, и всех призраков города притянет сюда. Когда это время придёт, не будет иметь значения, сколько у них защитников, они не смогут сдержать злых духов, – говоривший был стариком с очевидно западной внешностью. В его взгляде мелькнул злой блеск.

В отличие от уверенности старика, на лице молодого светловолосого мужчины отразилось сомнение. Он недавно потерпел поражение, поэтому не смел терять бдительность.

– Китайцы не из тех, кто прощает обиды. А что если в следующий раз…

– Проиграть даже после того, как высшее руководство подготовило для тебя укрощенного духа, означает лишь то, что ты бесполезен, – сгорбленный старик бесстрастно перебил его, заставив юношу устыдиться и на мгновение растерять все слова.

Любой, кто принимал участие в духовной конференции, определённо узнал бы в этом блондине укротителя духов, представляющего страну Хэлунь. На самом деле, его дух был пойман не им самим, а старейшиной из его организации, который и занимался поимкой и приручением призрака. Много чего потом случилось, и в итоге дух оказался в его руках.

– Не страшно, если нас не простят. Думаешь, этим людям под силу изменить свою судьбу? – холодно рассмеялся другой седовласый старейшина. У него был только один глаз, но его точка зрения, очевидно, совпадала с мнением остальных мастеров, стоящих рядом с ним.

Результаты собрания этого года не оправдали их ожиданий. Поскольку оказались затронуты их личные интересы, естественно, они считали необходимым отомстить, и разрушение благосостояния страны было в меру трудоёмким предприятием. Достаточно было выбрать подходящую цель, и успех практически гарантирован, например, можно было уничтожить Драконью жилу Китая.

Те, кто плёл интриги и заговоры во тьме, не понимали, что человек, который был предметом их многочисленных разговоров, не только нашел способ решить проблему, но и готовил для них ответный «подарочек».

Какими бы оптимистичными ни были мысли врагов, очередной рассвет наступил, как обычно. Прибыло подкрепление, и все они выслушали объяснения и инструкции темноволосого юноши.

– Сяо Гу, тебе будет слишком тяжко одному в центре массива… – на лице великого мастера Ло отразилось сомнение. В других точках было по два-три человека, но о глазе массива будет заботиться один лишь юноша. Это казалось непосильной задачей.

Гу Янь видел, что все беспокоятся за него, но лишь уверенно кивнул:

– Старшие, не волнуйтесь. Я не стану проявлять легкомыслие, когда речь заходит о чём-то столь важном.

– Хорошо, давайте начнём. Время поджимает, – первым объявил великий мастер Чжао.

Каждый занял своё место, после чего Гу Янь встал в центре массива и погладил своего кота, прежде чем посадить его себе на плечи.

Когда мастер прорицания пытается сломать массив, его нельзя отвлекать. Однако его Цюцю был очень послушным, так что даже если он отказывался отходить от юноши, никакого беспокойства он не доставлял.

Человек, стоящий в центре массива, должен будет дать сигнал к началу. Усадив кота себе на плечи, Гу Янь щелчком пальцев извлёк четыре талисмана.

Темноволосый юноша, спокойно стоявший в центре формации, выглядел утончённым и благородным. Как только заклинание было завершено, талисманы между его пальцами исчезли.

Затем небо внезапно потемнело. Подул ветер, листья трепетали, и воздух словно забурлил. Первоначально ясное и безоблачное небо над их головами вскоре загрохотало.

С того момента, как начались эти изменения, мастера прорицания, ответственные за две другие точки, тоже приступили к выполнению своих задач. Не устанавливая щиты для сокрытия своих духовных сил, сотрудники духовной организации, помогающие в разрушении массива, использовали всё, чему они научились.

– Быть такого не может!.. Кроме меня, никто другой не должен знать, как его разрушить! – большинство мастеров прорицания получают отдачу, как только массив, который они наложили, оказывался разбит. Те, кто сидел в засаде на горе Кунь И, сразу же почувствовали эффект, а мастеру, установившему формацию, пришлось выдержать основной удар.

Сгорбленный старец снова и снова бормотал слово «невозможно», но отдача, которую он почувствовал, была слишком очевидной, чтобы он мог отрицать это. Это был не обычный рикошет, который можно было бы ожидать от неудавшейся атаки, – очевидно, этот удар был послан вражеской стороной, уже нашедшей способ сломать его массив.

Выражения лица всех людей на этой тайной вилле были в данный момент похожи, они обменялись взглядами, полными шока и неуверенности.

В настоящее время на вершине горы Кунь И бушевала гроза. Сильный ветер, казалось, стремился вырвать с корнем весь лес, а проливной дождь препятствовал тем, кто пытался разрушить массив. Раздался внезапный удар грома, и в землю ударила молния, подняв в воздух грязь и пыль.

Как ни посмотри, а ситуация выглядела далеко не обнадёживающей, но Гу Янь был уверен, что никакой ошибки они не допустили.

Юноша не собирался сдерживаться. Вся духовная энергия, которую он обычно подавлял, теперь высвобождалась, превращаясь в самое грозное оружие и непрерывно атакуя узлы массива. Безостановочный штурм не давал формации ни малейшей возможности восстановиться.

Подсчитав расход духовной энергии, Гу Янь почувствовал, что обязательно должен найти способ восстановить её после того, как всё закончится.

– Наконец-то, – задействовав энергию изначального хаоса в своём теле, юноша нанёс завершающий удар. В тот момент, когда отзвучали эти слова, Гу Янь увидел, как большой валун раскололся надвое, открывая настолько широкий прогал, что казалось, будто вся гора была разбита на две половины.

Звуки исчезли. Ветер стих, и гром тоже прекратился. По мере того, как солнце медленно опускалось вниз, густые тучи, заволокшие небо, постепенно рассеивались.

Три ключевых точки были уничтожены, и это зрелище свидетельствовало об их успехе.

– Кха-кха-кха… – мастера прорицания из Хэлунь на вилле внезапно закашлялись кровью. После того, как массив был разбит, они все пострадали от отдачи.

Но разве могло всё на этом закончиться? Юноша на горе Кунь И, исчерпавший почти всю свою духовную энергию, наклеил на большой валун отслеживающий талисман. Зажав его между пальцами, он капнул немного крови на желтую бумагу и начал читать заклинание.

Стоило только словам сорваться с его губ, земля задрожала, и что-то невероятно мощное откликнулось на его зов. Используя талисман, оно отыскало цель и напало.

– Пха... – те, кто раньше кашлял кровью, почувствовали, что дела идут совсем плохо, а их состояние стремительно ухудшается.

– Крис и Россер ведь отправились на задание ещё вчера? Почему от них нет отчёта даже после того, как массив был разбит? – сгорбленный старец пережил целую серию атак, и злоба в его глазах лишь росла.

– Передайте им, пусть переходят к плану на случай непредвиденных обстоятельств, – другой старейшина продолжал кашлять. Его единственный функционирующий глаз смотрел на гору за окном. – Большинство способных китайских мастеров прорицания уже идут сюда, мы продержимся, сколько сможем.

Небо, которое минуту назад было мрачным, вновь прояснилось. Безбрежная голубизна окрасила его столь быстро, что все присутствующие даже усомнились в том, чему только что стали свидетелями.

В то же время, давление на сотрудников организации, держащих оборону, значительно уменьшилось. Хотя злые духи не прекращали нападение, интенсивность их атаки ослабла, а некоторые из них даже останавливались, затем разворачивались и улетали куда-то прочь.

– Высшее руководство приказало нам задержать как можно больше людей, – на некотором расстоянии от разбитого массива высокий мужчина средних лет передал сообщение своим товарищам. Пока он говорил, выражение его лица ни капли не изменилось.

Ему понадобился маскирующий талисман, чтобы осторожно проникнуть во внутренние пределы горы, он никак не ожидал, что здешняя защита будет настолько серьёзной. Он потратил много усилий, чтобы пробраться сюда незамеченным.

Повторив инструкции, Россер направил бинокль туда, где совсем недавно был массив. Оглядев окрестности, он стиснул зубы:

– Этого человека нельзя оставлять в живых.

Молодой и талантливый, и ему даже удалось стать укротителем духов. Если позволить ему возмужать и набраться опыта, в будущем всё станет ещё более хлопотным.

Крис промолчал, так как прекрасно понимал, о ком идёт речь. Откровенно говоря, у него до сих пор осталась психологическая тень от прошлой встречи, и единственное, чего он сейчас желал – чтобы она никогда не повторилась.

Для высокомерного и тщеславного человека, который очень заботился о своей репутации, быть выставленным на посмешище перед всеми было сродни тому, чтобы позволить лишить себя достоинства и втоптать в пыль свою гордость. Это было в десять раз больнее, чем если бы противник использовал нож или пистолет.

– Так совпало, что у тебя появился шанс отомстить, – произнёс мужчина, окинув многозначительным взглядом молчаливого блондина.

Услышав слово «отомстить», Крис, наконец, отреагировал. Его ладони мгновенно вспотели.

– С укрощённым духом противника нелегко иметь дело.

В тот день, очнувшись, он услышал от своих товарищей, что укрощённый дух, которого он держал при себе в течение долгого времени, в буквальном смысле преклонил колени перед врагом. После этого призрак добровольно пожелал следовать за ними, несмотря на то, что его связь с хозяином была разорвана, и он вернул себе свободу.

Это уже не просто потеря лица и втаптывание в грязь. Скорее, им просто протёрли пол у всех на глазах, оставив без капли достоинства.

– Второй массив, заложенный Учителем, скоро активируется. Предполагалось, что он привлечёт злых духов, но теперь мы позволим призраку, с которым, как ты сказал, нелегко иметь дело, наслаждаться шоу в полном одиночестве, – Россер не присутствовал на духовной конференции, поэтому у него не было какого-то особого впечатления об этом призраке. Хотя он был осторожен, его отношение нельзя было назвать проницательным.

Первый массив был расположен на поверхности, в то время как второй массив скрывался под ним. Без активации его никто не заметит. Их первоначальный план состоял в том, чтобы подождать, пока «обратный Чжоутянь» не привлечёт всех духов в столице и не осквернит Драконью жилу, после чего будет задействована вторая формация. После очищения пойманных в массиве духов, они уничтожат и жилу.

Теперь, когда массив, предназначенный для захвата сотен духов, будет сфокусирован на одном-единственном призраке, Россер был абсолютно уверен в успехе. Он выудил аппарат размером с сотовый телефон и холодно проинструктировал своего младшего товарища:

– Как только массив будет активирован, я взорву бомбы, которые мы заранее установили. Это сработает только один раз, поэтому, если мы не сможем разобраться с этим человеком, ты и сам знаешь, какие последствия будут ждать нас по возвращении.

Последствия. Их подразделение весьма сурово обходилось с теми, кто неоднократно терпел неудачу. Руки Криса мгновенно вспотели, и он медленно кивнул.

После того, как массив был разрушен, вокруг ещё оставался беспорядок, который требовалось убрать, особенно потому, что слишком много духов было привлечено обратным массивом «Чжоутянь». Все сотрудники, принимавшие участие в его уничтожении, были истощены и ждали, когда восстановится их духовная энергия, прежде чем пойти помогать товарищам.

На их фоне некто, пользовавшийся благосклонностью «Закона» и обладавший энергией изначального хаоса, был просто-напросто ходячим читом. После небольшого отдыха его духовная энергия практически полностью восстановилась. Такую скорость можно было считать скорее пугающей, чем впечатляющей, поэтому, как только он поднялся со своего места–

– Землетрясение? – растерянно вопросил великий мастер Чжао. Он обменялся взглядами со своими товарищами, и на лице каждого из них отразилось такое же недоумение.

Дрожь становилась всё сильнее, в итоге даже удержаться на ногах стало сложновато. С горы начали скатываться камни и булыжники.

БУМ. Последовал громкий звук, больно ударивший по ушам присутствующих. Это явно был взрыв.

– Эти ублюдки вконец спятили! – яростно выругался великий мастер, у всех присутствующих были крайне мрачные выражения лиц. Они понимали, что их враг, вероятно, твёрдо решил достичь успеха или же умереть в попытках это сделать.

Как только Гу Янь встал, раздался громкий взрыв, и земля под ним обрушилась. Всё произошло слишком быстро, чтобы он успел среагировать, и в то же время юноша почувствовал, как активируется невероятно мощный массив. Вся духовная энергия, восстановленная секунду назад, мгновенно испарилась.

Когда он поспешно опустил взгляд, то увидел, что кот в его руках показал редко видимое выражение тревоги. В следующую секунду его объятия опустели. Знакомая тяжесть исчезла.

– Кха-кха… – задыхаясь от песка и пыли, Гу Янь замахал перед лицом руками и закашлялся. У него не было ни ориентиров, ни возможности стабилизировать себя во время падения, поэтому он не знал, где оказался после землетрясения.

Он догадался, что, должно быть, вывихнул левую лодыжку, когда почувствовал боль при попытке пошевелиться. Гу Янь опёрся о большой камень и приподнялся, перенеся весь вес на правую ногу.

Его Цюцю…

Едва только мелькнула эта мысль, Гу Янь почувствовал, как что-то холодное и твёрдое прижалось к его затылку. В следующее мгновение раздался щелчок спускового крючка пистолета.

Бах–

Всё произошло меньше, чем за секунду.

Через полминуты появился ещё один человек. Россер взглянул на лежащее на полу тело и забрал у блондина пистолет.

– Всего-то пристрелил одного человека, и уже в таком состоянии. Я вообще не понимаю, как тебе удалось попасть в наш отдел. Что ж, оползни уносят жизни многих людей. Наша задача выполнена, лучше всего сматываться сейчас, пока вокруг царит хаос, – у них пока ещё были пути отхода. Убедившись, что их цель действительно мертва, мужчина приготовился уйти в соответствии с их планом.

– Труп… разве мы не должны с ним разобраться? – Крис последовал за своим товарищем, не смея отставать. Что, если вместе с трупом они случайно оставили после себя какие-то улики…

Мужчина, шедший впереди, холодно рассмеялся.

– Ты думаешь, что призраки на этой горе святым духом питаются?

Оглянувшись, блондин увидел множество злых духов, приближающихся к трупу, от этого зрелища у него онемел скальп. Не осмеливаясь больше оглядываться, он ускорил шаг. Но как только он прибавил скорость, то понял, что шедший впереди него мужчина остановился.

– Массив разрушен… – впервые в глазах этого человека отразился неподдельный шок. Странное чувство опасности давило ему на сердце, заставляя двигаться вперёд как можно быстрее.

У него было такое ощущение, что если он не поторопится, то не сможет покинуть эту гору живым.

Этого массива, используемого для привлечения всех духов столицы, должно быть более чем достаточно не только для их надёжного удержания, но и для очищения. И вот теперь этот массив оказался уничтожен изнутри всего за несколько минут–

Но сейчас было не время размышлять над подобными вещами. Нужно было уходить, немедленно.

С того момента, как он был пойман в ловушку массивом, король призраков не мог определить местоположение юноши и уже был близок к тому, чтобы погрузиться в состояние помешательства. Ощущение, что у него отняли драгоценное сокровище, заставило его вспомнить то, что он совсем не желал воскрешать в памяти. Опыт неспособности должным образом защитить своего любимого, неспособности найти этого человека, потому что он не наблюдал за ним с должным вниманием…

По мере того, как эта жестокая мания усиливалась, глаза повелителя призраков постепенно заволокла алая дымка, и ужасающая сила прорвалась сквозь массив. Каким бы крепким и мощным он ни был, под непрерывным натиском ему оставалось лишь рассыпаться и исчезнуть.

Всего через несколько минут в плотно сплетённом массиве появилась огромная дыра, и в следующее мгновение он распался.

Пугающая сила приближалась, стремительно и неуклонно. Но призраки уже потеряли всякую рациональность под воздействием массива и были не в состоянии испытать перед ней благоговейный ужас. Они невежественно продолжали искать свою добычу.

– А-Янь…

В нём как будто что-то сломалось и жалобно заскрипело в отчаянии, человечность, пробудившаяся при встрече с этим юношей, канула в небытие. Жуткий оттенок красного стёр и заменил собой чёрный. Первоначально тёмные зрачки красивого призрака зажглись адским огнём.

Кто-то забрал его драгоценное сокровище. Почему такие люди должны продолжать жить? Он не понимал.

Его драгоценного сокровища больше не было в этом мире. Почему этот мир должен продолжать существовать? Он не понимал.

Небо вновь окутала тьма. Теперь оно выглядело ещё мрачнее, чем во время разрушения массива, и даже, казалось, смутно отсвечивало кровавыми всполохами. Температура резко упала, тёмный и сумрачный лес будто бы окутала атмосфера надвигающегося конца света.

Все, кто пережил землетрясение и взрыв, но оказался заперт в ловушке на горе Кунь И, при взгляде на странное небо  разделили зловещее предчувствие.

Вскоре они поймут, что слова «будто бы» тут совершенно излишни, это и в самом деле был конец света…

Аномальное небо и всё возрастающее чувство опасности заставили двух хэлуньцев подсознательно ускориться. У этих людей были острые инстинкты, так что они отчётливо ощущали нечто ужасающее, преследующее их по пятам.

Как только их поймают, о выживании даже речи не будет.

Их побег должен был пройти гладко, поскольку на этом пути не было заложено взрывчатки, а все их противники были пойманы в ловушку в противоположной стороне или погребены под землёй. Оставалось ещё несколько сотен метров, прежде чем они покинут пределы горы.

Это была пересечённая местность со множеством естественных препятствий, дорога не была ровной, однако это ничуть не повлияло на скорость бежавших.

– Как только вернёмся, ты ведь знаешь, куда тебе следует отправиться, чтобы получить своё наказание? – оставалось лишь несколько шагов. Россер, наконец, смог оставить позади безотчётный страх и холодно обратился к бегущему позади него блондину.

Новобранцы каждого года были полны энергии, пока не познают всей тяжести провала миссии. Даже если это случилось всего один раз, их следовало наказать.

Мужчина отчитывал младшего, ничуть не сбавляя темп своего бега. Одна его нога уже переступила границы горы.

– Не думай, что это лишь...

Откуда-то сверху словно бы обрушился невидимый клинок. Мужчина всё ещё продолжал говорить с серьёзным выражением лица, но его голова уже отделилась от тела и упала на землю. Он был обезглавлен в одно мгновение. Ужас, который только что появился в его глазах, так и не рассеялся.

– Россер… – только и смог выдавить блондин. От развернувшегося кровавого зрелища его страх достиг апогея, а ноги потеряли всякую способность двигаться. Все его конечности застыли, и молодой человек словно прирос к тому месту, на котором стоял.

Пусть его внешность и изменилась, Крис мгновенно понял, что призрак перед ним был тем, кого он повстречал на духовной конференции. Встретившись взглядом с парой кроваво-красных глаз, он почувствовал, как что-то сдавило его горло.

Это были глаза дьявола. Это был зверь, полностью потерявший все остатки человечности, которыми когда-то обладал при жизни. Левая половина его лица исказилась в нечто ужасающее, в то время как правая была так же прекрасна, как и всегда. Различие между половинами несло в себе странное чувство красоты.

Хотя его конечности почти отказали, мозг работал в несколько раз быстрее. Крис нерешительно сделал шаг назад и достал два талисмана. С большим трудом он направил их на цель.

Но спустя мгновение из горла блондина вырвался оглушительный вопль. Он неверяще посмотрел на свою отсутствующую правую руку.

Его рука… была отсечена…

Молодой человек сделал ещё один шаг назад, и такая же боль пронзила его ноги, заставив упасть на землю.

– Н-нет… Я не… – его разум был близок к краху, боль в ногах не позволяла шевельнуться. Глядя на постепенно приближающуюся фигуру, он начал бессвязно бормотать: – Я не хотел его убивать, это всё мои начальники… Он… он мертв, так что ты свободен. Тебе больше не нужно быть слугой какого-то мастера прорицания, ты должен быть мне благодарен...

Этим словам не удалось остановить или хотя бы замедлить приближение призрака, и ужас в глазах молодого человека продолжал усиливаться. Когда его страх вновь достиг пика, он почувствовал ещё одну волну боли, и перед его глазами всё потемнело. После этого он уже ничего не видел.

Существовало два метода для разрыва духовного договора между мастером прорицания и призраком. Одним из них было снятие техники контроля, другим – смерть.

До самого своего конца Крис так и не осознал, что этого призрака никто и никогда не ограничивал техникой подчинения.

Когда со вторым человеком тоже было покончено, кроваво-красные глаза короля призраков слегка дрогнули.

– А-Янь, – хриплый голос звучал холодно и бесстрастно, но в нём явно проступало замешательство. Со слегка опущенной головой король призраков напоминал кота, который не может отыскать своего любимого хозяина, сбитый с толку исчезновением знакомого запаха.

Исчез… Почему он исчез…

Потому что люди забрали его, чтобы он не смог его увидеть. Эти люди должны умереть, они не заслуживают того, чтобы жить. Стоило ему решить так, алые глаза короля призраков стали ещё мрачнее и холоднее, напоминая два кусочка кровавого нефрита.

Потеряв своё любимое сокровище и лично став свидетелем самого жестокого зрелища, какое только можно представить, призрачный владыка погрузился в чрезвычайно нестабильное состояние.

Злые духи в большинстве своём были призраками, полностью утратившими свою рациональность. Любой призрак мог в итоге стать злым духом, и это всегда был необратимый процесс. Как только они становятся злыми духами, человечность, покинувшая их, уже никогда не вернётся.

Се Лань погрузился в размышления. Приближалось 14 июля, день, когда откроются врата между двумя царствами.

Два дня спустя, 14 июля. Этот день стал самым памятным для всех, кто имел отношение к духовному миру.

Призраки, которые не должны были присутствовать в человеческом мире, непрерывными потоками выходили из врат разных районов Призрачного Города. Для обычных людей вроде бы ничего не изменилось, но для тех, у кого было божественное око, мир оказался наводнён духами. Небо же стало бордовым.

Повсюду было одно и то же, количество призраков было просто за пределами понимания. Даже если они не станут атаковать, если число духов в человеческом мире будет продолжать увеличиваться, неизбежно возникнет дисбаланс Инь и Ян. Тогда начнутся стихийные бедствия: землетрясения, цунами и прочее. Любого из них было достаточно, чтобы уничтожить множество людей.

– Это не просто призраки, нам пришёл отчёт. Согласно ему, из Призрачного Города выдвигается огромная волна злых духов, – произнёс молодой мастер прорицания, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом. Он представил себе сцену «прихода волны злых духов», и его конечности похолодели.

– Что происходит, почему Призрачный Город вдруг… Мы ведь совсем недавно подписали мирный договор. Неужели Призрачный Город намерен нарушить соглашение? – хоть он и выпалил эти слова в порыве волнения, в глубине души молодой мастер уже знал ответ на этот вопрос. Вполне очевидно, соглашение вот-вот будет нарушено.

Он никак не мог понять, почему же Призрачный Город вдруг решил так поступить. Если они не хотят мирно сосуществовать, то в соглашении изначально не было необходимости. Они могли просто разобраться со старейшинами организации во время переговоров, и не было необходимости выжидать до сих пор.

Среди всего собрания молчали только великий мастер Чжао и великий мастер Ло, знавшие правду. Чжао Сюй подавил свой гнев и хлопнул ладонью по столу. Он сделал несколько глубоких вдохов, чтобы взять себя в руки.

Если бы сейчас был не тот деликатный период, когда им нужно было объединиться с остальным миром, они бы определённо объявили войну Хэлунь. Взрывы и оползень на горе Кунь И в тот день привели к многочисленным жертвам. Позже кто-то сообщил, что на отдалённых подступах горы были найдены тела двух мастеров прорицания Хэлунь. Более того, у одного из них был при себе детонатор.

Разве им нужно было гадать, кто стал причиной всего инцидента?

Ладно, быть может, Хэлунь надоело жить, и они начали искать себе проблем, это их дело. Но зачем им понадобилось тащить за собой весь мир? С того момента, как великий мастер Чжао увидел в списке погибших фамилию «Гу», а также став свидетелем аномалии в небе, он понял, что будущее не сулило им ничего хорошего.

Если царству людей не удастся избежать катастрофы, старик решил, что, по крайней мере, сведёт счёты с этими ублюдками из Хэлунь перед смертью.

Бесчисленные призраки продолжали течь рекою в мир живых через проходы в различных регионах. 14 июля, день, когда откроются главные врата между двумя царствами, и будут сняты ограничения на количество призраков, пересекающих грань миров, наступил.

Духовная организация человеческого царства была подготовлена и уже предприняла различные защитные меры. Битва без надежды вот-вот должна была разразиться...

В это же время, в узком и ограниченном пространстве. Темноволосый юноша, которого все считали мертвым, внезапно открыл глаза.

– Кха-кха… – Гу Янь, наконец, с большим трудом открыл глаза после того, как пролежал без сознания в течение многих дней. Он поднял руку, чтобы прикрыть рот, и закашлялся.

Ах, какое счастье, что он читер.

Гу Янь не собирался задерживаться надолго в этом тесном, отрезанном от всего мира пространстве. После того, как юноша очнулся, окружение начало разрушаться, и спустя мгновение его выбросило обратно в исходную точку.

Вокруг царил ужасающий беспорядок. Гу Янь не знал, как долго он пробыл без сознания в том пространстве, но поскольку его мышцы ещё не утратили своей силы, он предположил, что прошло не так уж много времени.

Кстати говоря, услышав позади себя щелчок пистолета, он без раздумий использовал спасительную технику клонирования.

Это было похоже на технику подмены, но немного более продвинутую. После активации она не перемещала пользователя на несколько метров в сторону, а отправляла его в безопасное место. Мастера прорицания, достигшие определённого уровня совершенствования, подготавливали такую спасительную технику на случай чрезвычайных ситуаций.

Если же говорить о важности читов...

Выйдя из пространства, он оказался на прежнем месте. Перенеся серию взрывов, гора Кунь И находилась в плачевном состоянии. В то время как всё человеческое царство было занято войной с Призрачным Городом, у Китая не было свободных ресурсов, чтобы навести порядок на горе, так что всё, что мог видеть Гу Янь, пребывало в полнейшем хаосе.

– Айй, – едва Гу Янь встал, ему пришлось сделать резкий глубокий вдох. Опустив голову и посмотрев на свою левую ногу, он вспомнил про вывих при падении. После нескольких дней беспамятства его лодыжка распухла ещё больше.

Как мастер прорицания, Гу Янь мгновенно заметил, что вокруг творится что-то неладное. Достаточно было поднять взгляд и посмотреть на небо, окрашенное в тёмно-красный цвет.

Более того, мастера прорицания были особенно чувствительны к равновесию Инь и Ян в мире. Сейчас энергия Инь была в десяток раз плотнее по сравнению с тем, что было до того, как он потерял сознание. Даже абсолютный дурак смог бы понять, что происходит. Догадавшись о причине, Гу Янь почувствовал, как у него дёргается глаз.

Использовав клона и перенесясь в спасительное пространство, чтобы пережить смертельную атаку, он потерял сознание и не успел ничего объяснить своему возлюбленному…

Тут даже гадать не нужно было – его Цюцю, должно быть, подумал, что он мёртв, и именно поэтому человеческое царство ныне оказалось в такой ситуации. Пройдя через множество миров, Гу Янь не сомневался, что если он по какой-то причине исчезнет, то его Цюцю превратится в последнего босса и без колебаний уничтожит мир.

Гу Янь прислонился к дереву, вскользь подумав, что неработоспособность одной из ног на деле доставляет массу неудобств. Прищурившись, он окинул взглядом окрестности, прикидывая, куда мог упасть его телефон, когда он провалился под землю. Аппарат должен быть где-то неподалеку.

Он мог бы подлечить свою ногу заклинанием, но ему всё равно потребуется слишком много времени, чтобы спуститься с горы Кунь И с его временной хромотой. К тому моменту, как он достигнет цели, человеческое царство, скорее всего, уже будет уничтожено Призрачным Городом. Имея это в виду, Гу Янь решил обратиться за помощью.

Пошарив взглядом по окрестностям, Гу Янь наконец увидел свой телефон рядом с упавшим деревом. Терпя боль, он медленно поковылял к нему. Пока он шёл, на лбу юноши выступил холодный пот. Только те, кто пережил это на собственном опыте, поймут боль от ходьбы с вывихом – в поражённое место будто втыкаются бесчисленные иглы.

Подняв разбитый, но всё же функционирующий аппарат, Гу Янь поспешно открыл свой список контактов и нашёл там нужного человека. Ему подумалось, что  величайшим упущением в этой жизни было то, что он не додумался купить своему возлюбленному мобильный телефон после переселения в мир людей.

Оставалось еще 10% заряда батареи. Гудки длились всего несколько секунд, прежде чем установилось соединение.

Юноша произнёс обычное «алло», но его голос был намного более хриплым, чем обычно. Тут уж ничего не попишешь, у него совершенно пересохло в горле.

В отличие от его относительно спокойного голоса,  собеседника, казалось, просто разрывало от волнения. Гу Янь отодвинул телефон подальше от уха, но всё равно слышал звук громыхания столов и падающих предметов. Он также услышал голос старика, выкрикивающего: «Немедленно отследите сигнал».

– Сяо Гу, оставайся там и не двигайся, – закончив рычать на своих подчинённых, великий мастер Чжао кашлянул и отдышался, после чего тщательно проинструктировал юношу не сходить с места.

За один день он пережил величайшие треволнения в своей жизни. Для старика, чьё сердце и так было слабым, это оказалось слишком большой нагрузкой. Великий мастер Чжао, задыхаясь, похлопал себя по груди.

– Я никуда не уйду, старейшина, не беспокойтесь, – двигаться он в любом случае не мог. С этими словами Гу Янь сел, осторожно вытянув вывихнутую ногу. Нынешнее затруднительное положение изрядно расстраивало его и заставляло чувствовать себя бессильным.

Хотя мастера прорицания в этом мире знали заклинания и то, как использовать духовную энергию для борьбы с духами, это несколько отличалось от совершенствования. Они были обычными людьми, и их тела были не так уж крепки.

10%-й заряд кончился довольно быстро, и телефон отключился, прервав соединение.

Нет ничего плохого в словах «я пошёл спасать человека, который спасёт мир». Именно это Чжао Хуань и заявил остальным. Эта спасательная миссия, несомненно, имела первостепенное значение. Оповестив всех, он передал своему наставнику быстродействующую таблетку для сердца.

Прошло всего десять минут, прежде чем прилетел вертолет. Покалеченный Гу Янь нуждался в помощи, а также в осмотре. Подняв его на борт вертолета, медперсонал, не теряя времени, приступил к лечению.

Когда вертолет вернулся, великий мастер Чжао увидел основательно перебинтованного юношу. Не было вестей лучше, чем то, что этот человек всё ещё жив.

Те, кто не знал правды, просто думали, что Чжао Сюй благоволит к этому младшему, оттого он уделял большое внимание его безопасности и был чересчур взволнован.

Когда они вошли в отдельную комнату, великий мастер Чжао взглянул на своего ученика. Тот быстро пододвинул стул для юноши.

Наблюдая за тем, как его ученик помогает отставить в сторону костыли, Чжао Сюй собрался с мыслями и постарался успокоиться. Поглаживая свою седую бороду, он начал разговор:

– Твой… ну, это… в общем, он думает, что ты погиб. И теперь он хочет похоронить весь мир вместе с тобой. Знаешь… по данным нашей разведки, он уже вернулся в Призрачный Город. С таким количеством призраков, вторгающихся в человеческое царство, ему достаточно будет отдать приказ, и всё человечество будет уничтожено.

Веки Гу Яня дёрнулись. Он знал, что всё сказанное великим мастером Чжао было правдой, но сейчас они были в разных мирах, и он не мог связаться со своим возлюбленным.

Не то чтобы он не беспокоился. Напротив, ему не терпелось успокоить своего Цюцю, пребывавшего сейчас в чрезвычайно нестабильном состоянии и скрывшегося в ином мире. Юноша явился сюда только для того, чтобы выяснить нынешнее местоположение своего возлюбленного. Теперь, когда Гу Янь знал, где его искать, у него в голове осталась лишь одна мысль.

– Мне требуются люди, чтобы прикрыть меня, когда я войду в Призрачный Город. Мне нужно увидеться с ним, чтобы остановить всё это.

Откровенно говоря, спасение человеческого царства было лишь на втором месте, его главным приоритетом было вернуть домой своего Цюцю и утешить его. Он знал, что на этот раз по-настоящему напугал своего возлюбленного… если он не успокоит его как следует, тот не сможет прийти в себя.

– Нет проблем, – без колебаний согласился Чжао Сюй. Даже если все, кто будет сопровождать его, погибнут, они обязаны доставить этого юношу в Призрачный Город, иначе весь мир будет уничтожен. Не было нужды размышлять, что важнее.

Прорваться в Призрачный Город сейчас можно было только с боем. Переход был заполнен призраками, спешащими в человеческое царство, так что они не станут проявлять милосердие к живым, особенно если учесть отношение жителей Призрачного Города к чужакам.

Хотя элитные сотрудники не понимали, почему высшее руководство отдало им такой абсурдный приказ, обсуждению он не подлежал. Они собирались отправить человека в Призрачный Город в такое деликатное и опасное время. Более того, этот человек был ранен и мог считаться наполовину инвалидом.

Они решили вывести противника из себя?

Однако приказ был оглашён и требовал немедленного выполнения, отказ не принимался. Более того, это был приказ высшего уровня, тут уж было не до шуток. Перед лицом неминуемого разрушения мира, даже если это был лишь проблеск надежды, они не могли упустить его. Теперь этим элитным сотрудникам оставалось только верить, что темноволосый юноша, которого они должны были сопроводить в Призрачный Город, окажется ключом ко всеобщему спасению.

– Мы готовы выдвигаться, – по приказу госдепартамента торговую улицу уже давно расчистили. Весь элитный персонал, прибывший сюда, был готов отдать свою жизнь.

Из-за своей ограниченной подвижности Гу Янь пользовался первоклассным обслуживанием, его везли в инвалидном кресле. В конце концов, отправить полу-инвалида в такую опасную миссию на костылях было равносильно самоубийству.

Так что все сопровождающие были едины во мнении. Вместо того, чтобы подстраиваться под его скорость, будет лучше самим катить инвалидную коляску.

Пусть его ноги были временно в нерабочем состоянии, с руками у него всё было в порядке, поэтому Гу Янь не позволил себе стать обузой, он прокладывал дорогу. Заклинания активировались одно за другим, и создавалось впечатление, будто духовная энергия течёт сплошным потоком. Это значительно уменьшило давление на остальных.

Его Цюцю, вероятно, заперся в кабинете, окружив себя портретами и неотрывно глядя на них. Хоть эта догадка была ничем не обоснована, Гу Янь каким-то образом чувствовал, что всё обстоит именно так.

Пускай проход между мирами был заполнен множеством призраков и злых духов, команда сопровождения состояла из самых талантливых сотрудников различных подразделений. Нет ничего невозможного в том, чтобы доставить одного человека на другую сторону.

Чужаки вошли в Призрачный Город. С того момента, как живые существа из человеческого царства переступили порог загробного мира, Сюй Цю видел каждое их движение. Хоть ему было далеко до своего начальника, всё же он был вторым в иерархии и не считался слабаком.

Если бы он занимал свой пост, не обладая достаточной силой и способностями, то давным-давно был бы раздавлен другими призраками.

– Как смело, – похвалил Сюй Цю, но на его молодом и красивом лице не было ни следа эмоций.

Слишком много всего произошло за последнее время. С тех пор, как его владыка вернулся в Призрачный Город, он не только не смог получить желанный отпуск, но и напротив, оказался завален делами по самую макушку.

Однако он не смел жаловаться. Даже раньше он не дерзнул бы посмотреть в лицо своему боссу и намекнуть ему, что пора бы взять на себя хотя бы часть обязанностей правителя.

Но сейчас у него даже не хватало духу приблизиться, не говоря уже о том, чтобы выдержать бурю.

Когда несколько дней назад он почувствовал, что владыка вернулся, Сюй Цю воодушевлённо вышел встречать его.

Тем не менее, первое, что он заметил, были алые глаза. Се Лань был одет в те же тёмные одежды, контрастировавшие с его бледной кожей, как и в его воспоминаниях, но первоначально невыразительное лицо теперь было ужасающим. Левая сторона его лица исказилась до неузнаваемости.

Как у злого духа…

Когда обычные призраки теряют свою рациональность и превращаются в злых духов, они претерпевают увеличение общих способностей за счет утраты своего сознания и превращаются в абсолютных монстров.

Алые радужки и искажённое выражение лица символизировали постепенную потерю контроля, пока его владыка превращался в злого духа. В тот момент всё (призрачное) тело Сюй Цю застыло. Он не смел вообразить себе такого ужаса, ему даже показалось, что его (мёртвое) сердце подпрыгнуло от страха.

Единственное, чему стоило радоваться, так это тому, что владыка ещё не полностью преобразился и сохранил какую-то часть рассудка, однако в тот же день он отдал приказ атаковать человеческое царство. После этого он больше не произнёс ни слова.

Сюй Цю было нетрудно понять причину этих изменений, но проблема заключалась в том, что даже всё понимая, он ничего не мог поделать.

По возвращению его босс сразу же заперся в своём кабинете. Теперь, помимо выполнения задания «атаковать человеческое царство», Сюй Цю дважды в день рисковал жизнью, представая перед дверью кабинета с докладом.

Он видел, как ситуация постепенно ухудшается. Если так будет продолжаться и дальше, его король действительно превратится в безумное чудовище…

Эта трансформация была необратимой, по крайней мере, так всегда было прежде. Это заставило Сюй Цю испытать чувство абсолютной беспомощности.

Он и так уже был раздражён, и теперь, прежде чем он успел даже приказать призракам, которые ворвались в человеческое царство, напасть, люди сами пришли к их порогу. Было бы удивительно, если бы Сюй Цю не решил предать этих незваных гостей мучительной смерти.

– Владыка Се Лань, – Сюй Цю только что отдал приказ об уничтожении, когда в поле его зрения появилась знакомая фигура. Он тут же встал.

– Никого из живых не щадить, – бледное и красивое лицо мужчины соседствовало с искажённой гримасой, что навевало странное чувство, как и произнесённые им жестокие слова.

С тех пор как украли его возлюбленного, у владыки развилась инстинктивная ненависть к людям. Король призраков больше не мог мириться с их существованием. Любой, кто войдёт в поле его зрения, должен умереть.

– …Да, этот подчиненный понимает, – ответил Сюй Цю, склонив голову. Его господин, скорее всего, ничего не слышал, и все его слова были подсознательной реакцией. Тем не менее, он будет им преданно повиноваться.

Как бы то ни было, он был клинком своего владыки. Он выполнит любой приказ. С тех пор, как он поклялся в верности этому призраку сотни лет назад, Сюй Цю ни разу не пожалел об этом.

Из-за приказа об уничтожении эскорту теперь приходилось намного сложнее, чем в проходе между мирами. Обычные злые духи, которых они встречали там, были совершенно не похожи на специально подготовленных призраков, посланных их убить.

– Этого вполне достаточно, – войдя в город, юноша, сидевший в инвалидном кресле, велел всем остановиться. Наконец он встал, опираясь на захваченные с собой костыли.

Слова Гу Яня означали, что те, кто сопровождал его сюда, могут вернуться. Сейчас он находился недалеко от центра города. Если они попытаются войти с боем, то велика вероятность, что вся их команда будет уничтожена. Поскольку он уже подобрался достаточно близко, теперь добраться до цели не составит труда.

Миссия эскорта состояла в том, чтобы доставить юношу в Призрачный Город и подчиняться его указаниям. Но как только они услышали приказ, то заколебались.

– Ваша миссия на этом окончена. Спасибо всем, что привели меня сюда, – Гу Янь слегка улыбнулся и кивнул командиру группы.

Время поджимало. Призрачный Город мог в любой момент начать атаку на мир людей. Гу Янь думал только о том, что ему нужно погладить и привести в чувство своего возлюбленного, который считал его мёртвым, поэтому он больше ничего не сказал, а только поблагодарил их. Затем юноша достал талисман телепортации, который приготовил перед входом в Призрачный Город.

Этот талисман телепортировал его туда, куда он хотел попасть, но у него было ограничение по расстоянию, и именно поэтому Гу Янь должен был добраться сюда.

После выбора цели заклинанию потребовалось десять секунд на активацию. Не задумываясь, юноша выбрал в качестве места назначения кабинет, который был ему больше всего знаком в столице.

Когда юноша закончил читать заклинание, его сопровождающим, которые всё ещё колебались, не зная, как лучше поступить, оставалось лишь молча наблюдать, как их подзащитный исчезает.

Расстояние было невелико, так что укачивания почти не было. Гу Янь быстро взял себя в руки и оглядел комнату. Он понял, что ошибся в своих предположениях – Цюцю в кабинете не было.

Хотя он не был уверен на 100%, зная своего возлюбленного, Гу Янь пришёл к выводу, что кабинет был наиболее вероятным местом, куда тот направится после возвращения в Призрачный Город. Но теперь выяснилось, что его расчёты оказались неверными, и ему придётся потратить больше времени на поиски.

Целый отряд, бродящий по Призрачному Городу, было легко отследить, а вот одного-единственного человека так просто не обнаружишь.

Особенно в самом центре призрачной столицы, где патрули были наиболее редки, потому что их владыка ненавидел, когда его беспокоили. К тому же, он сейчас был самым страшным существом во всём загробном мире.

Поскольку Цюцю не было в кабинете, следующим по вероятности местом был дворец. С этой мыслью Гу Янь не стал  задерживаться и просто вышел на улицу. Он был уверен, что призраки в этом районе не посмеют ничего с ним сделать, даже если увидят.

– Л-лорд Гу Янь… проходивший мимо слуга случайно заметил медленно ковыляющего темноволосого юношу. Он растерянно огляделся по сторонам, но вокруг не было никого, кто мог бы подсказать ему, что теперь делать.

Он слышал, что Призрачный Город разорвал мирный договор между двумя царствами, и теперь, по логике вещей, все живые существа были их врагами.

Но юноша перед ним был драгоценным сокровищем их короля. Некоторое время назад он даже лично был свидетелем трепетного отношения владыки Се Ланя к этому человеку, это можно было бы назвать только «безоговорочным послушанием». Даже если между двумя царствами шла война, он был уверен, что никто не посмеет причинить вреда этому человеку.

Услышав это обращение, Гу Янь кивнул призраку. Когда он гостил в загробном мире в течение месяца, то запомнил внешность всех призраков, обитающих во дворце. Именно поэтому он и осмеливался сейчас передвигаться по этой территории без малейшей опаски.

Кабинет находился недалеко от дворцового зала, но сейчас он не мог идти быстро из-за травмы.

Вывихнуть лодыжку в такой критический момент, да уж, просто невероятный уровень везения.

Если бы ему потом пришлось объяснять людям, что он не успел спасти мир из-за вывиха, любой, кто услышал бы это, вероятно, рассмеялся бы и бросил на него взгляд, говорящий: «Ты, должно быть, шутишь».

Но он был здесь не для того, чтобы спасти мир…

Хоть и звучит эгоистично, мир не был для него так уж важен. Гу Янь просто хотел увидеться со своим возлюбленным.

Добравшись до дворцового зала, он, как и ожидалось, увидел несколько стражников. Охрана только что сменилась, и по случайному совпадению те, кто заступал на дежурство, не видели юношу прежде.

Все люди должны умереть. Тот факт, что кто-то из них сумел пробраться сюда незамеченным, был позором для стражи. Выражения лиц охранников изменилось, и они немедленно начали действовать.

Шум, раздавшийся снаружи, привлёк внимание Сюй Цю. Инстинкты подсказывали ему, что во дворец проникло живое существо. Он послал много отрядов, чтобы захватить незваных гостей, но не ожидал, что кто-то сумеет просочиться.

Он хотел посмотреть, какой старпёр из духовной организации оказался настолько шустрым. Сюй Цу повернулся к своему начальнику, по-прежнему стоявшему  неподвижно с отрешённым лицом и алыми глазами, после чего в гневе покинул зал.

Скольких усилий стоило его боссу обрести любовь после всех этих лет? Но люди, которым явно надоело жить, посмели действовать настолько безрассудно! Ну, сейчас посмотрим. Людишки будут удовлетворены только тогда, когда все перемрут.

Полыхая от ярости, он был полон решимости излить весь свой гнев на «старпёра», который сам шёл навстречу своей смерти. В итоге, едва выйдя из зала, Сюй Цю чуть не снёс спиной дверь от удивления.

При виде явно живого юноши тысячи слов, которые он хотел сказать, застряли у него в горле. Пережив эмоциональное потрясение, по интенсивности превосходящее всё, что он испытывал за прошедшие годы вместе взятые, Сюй Цю, наконец, заставил себя успокоиться.

– Вы… владыка Се Лань внутри. Он очень хочет вас видеть…

Затем он вспомнил кое-что ещё и поспешно добавил:

– В данный момент состояние владыки Се Ланя несколько… тревожное. Вы должны быть готовы. Только вы сейчас можете его успокоить, – хотя Сюй Цю было ясно, что его начальник в настоящее время находится в полубессознательном состоянии и почти потерял себя, он всё же хотел, чтобы юноша дал ему шанс.

Стража отказывалась его пропустить, поэтому у Гу Яня не было иного выбора, кроме как применить силу, но теперь, когда показался Сюй Цю, юноша просто кивнул ему и вошёл в зал.

Живой человек оказался на расстоянии нескольких шагов, но призрак никак не отреагировал. Его алые глаза были устремлены на вторженца, но он не последовал своим инстинктам и не напал на него.

Его останавливало что-то ещё более глубокое, чем жестокие и кровожадные инстинкты. Взгляд призрака бродил по темноволосому юноше почти жадно, как пара невидимых кандалов, которые вот-вот должны были сомкнуться на нём и заковать навсегда.

Если бы к нему приблизился другой живой человек, голова этого наглеца, возможно, уже была бы отделена от тела.

Он испытал  нечто по-настоящему пугающее…

Гу Янь ясно осознал этот факт, узрев подобную сцену. Шаг за шагом он подходил ближе, пока не оказался на расстоянии вытянутой руки от призрака. Прямо напротив него было наполовину изуродованное лицо.

Потеря своего «я» и превращение в злого духа было необратимым. Но неужели не было никаких исключений?

Гу Янь без малейших опасений прильнул к призраку и поцеловал левую сторону его лица. Тот не атаковал его. На самом деле, дозволение прикоснуться к нему само по себе было ясным и однозначным ответом…

Эти кроваво-красные глаза не отрывались от юноши, пока его щеку не накрыл поцелуй, полный тепла. Обладатель этой пары глаз внезапно вскинул руку. Темноволосый юноша, поцеловавший его, оказался крепко схвачен.

Вначале призрак не контролировал свою силу, но вскоре ослабил хватку. Он подсознательно не позволял себе причинить этому человеку даже малейшую боль, но в то же время не оставлял ему ни единой возможности для побега.

Даже если однажды наступит момент, когда он полностью потеряет себя и станет безумным монстром, он ни за что не забудет...

Это был его возлюбленный, его драгоценное сокровище, принадлежавшее только ему.

В алых глазах не отразилось никаких изменений, но их обладатель протянул руку, чтобы обнять темноволосого юношу и притянуть его к себе на колени. Призрак использовал все свои силы, чтобы осторожно прижать его как можно ближе, заключив в крепкие объятия.

Любые признаки борьбы только заставили бы руки вокруг талии юноши напрячься. Несмотря на то, что ситуация была далека от нормальной, Гу Янь не сопротивлялся, даже напротив, проявлял полное понимание.

Будучи настолько тесно прижатым к своему возлюбленному, что между их телами не осталось ни малейшего зазора, Гу Янь легко мог заметить, насколько призрак напряжён, а также то, насколько тяжёлым и рваным становится его дыхание.

Это показывало, что мужчина отчаянно пытался сдерживать себя. Что-то сломленное внутри него заскрипело и вновь заворочалось. Глубокий страх, укоренившийся в глубинах души, охватил Се Ланя; он крепко держал юношу, как будто тот был единственной соломинкой, способной спасти его тонущее «я».

Его дыхание становилось всё более затруднённым и торопливым, пока обладатель алых глаз полностью не покрылся холодным потом. Он начал дрожать, погружаясь в крайне опасное состояние.

Из соображений безопасности Сюй Цю стоял поодаль, наблюдая за ними. Его спина похолодела, он сразу понял, что больше не может здесь оставаться, ведь такого расстояния было теперь совершенно недостаточно. В этом дворце не должен был оставаться посторонний, иначе его босс впадёт в неистовство.

Но, вероятно, было уже слишком поздно. Сюй Цю оказался прикован к месту свирепым взглядом своего владыки, который выглядел так, будто перед ним находится его заклятый враг. Мысленно он обливался горючими слезами; ни уйти, ни остаться невозможно.

Если он двинется, на него нападут, но если он останется, его все равно ждёт уничтожение.

Однако в следующую секунду он выдохнул с облегчением, ведь дилемма – умереть так или умереть эдак – разрешилась сама собой. Воспользовавшись моментом, когда внимание его босса было отвлечено, Сюй Цю поспешно бросился прочь из дворца.

Что-то мягкое и тёплое быстро коснулось губ короля призраков и так же быстро отступило, но это мгновенно утихомирило бурлящую в нём энергию. Он опустил голову и неподвижно уставился на юношу.

После этого нежный поцелуй больше не прерывался спустя долю секунды, он длился и длился.

– ... – отражение темноволосого юноши в паре алых глаз постепенно прояснялось. С каждым поцелуем яростно мечущаяся в короле призраков энергия постепенно утихала, пока он наконец не опустил взгляд, а на его лице не проступила нежность.

Этот метод утешения не возымел своего обычного эффекта. Напротив, как только юноша прервал поцелуй, рука Се Ланя, которая удерживала его на месте, переместилась на затылок, требуя большего.

Не удовлетворившись этой степенью близости, Се Лань прикусил бледные губы юноши, после чего приник к ним глубоким поцелуем, не сдерживаясь. Он перехватил чужое дыхание, лишая Гу Яня воздуха, пока тот не начал задыхаться.

Дав юноше некоторое время, чтобы тот отдышался и пришёл в себя, Се Лань прислушался к его ставшим размеренными вдохам, и с новыми силами продолжил прерванное занятие.

Гу Янь получил лишь короткий промежуток времени, чтобы перевести дух, прежде чем его губы вновь накрепко запечатали. Он знал, что стоит притормозить, иначе всё закончится тем, что они займутся чем-то очень аморальным. Что важнее, он должен был сначала успокоить своего возлюбленного.

– Цюцю, будь умницей. Я здесь, – тихо произнёс юноша, ласково поглаживая Се Ланя по волосам и уткнувшись лбом ему в плечо. Эти действия придадут его любимому чувство уверенности и безопасности.

Как и ожидалось, Се Лань показал положительную реакцию на эти слова. Юноша, заключённый им в крепкие объятия, знал наперечёт все его слабости, и то, как он доверчиво прижался к нему, отчасти удовлетворило безумное желание Се Ланя к обладанию.

Его драгоценное сокровище было здесь, и никто больше не сможет его похитить. Этот человек теперь был в его руках, принадлежал ему безраздельно.

Тишина окутала дворец, пока Се Лань продолжал удерживать юношу на месте, под неусыпным контролем. Губы короля призраков наконец чуть шевельнулись.

– А-Янь.

Его голос был хриплым, едва слышным. Однако Гу Янь понял, что сделал всё правильно, как только услышал своё имя из уст возлюбленного.

Кровавый оттенок в его глазах стал менее интенсивным. Но по мере того, как к нему возвращалась рациональность, острое чувство, что он вернул себе нечто, однажды потерянное, заставляло Се Ланя напрягаться всё сильнее. Словно человек, которого выловили из океана за мгновение до того, как он должен был сделать свой последний вдох, никак не мог теперь подавить жадные вдохи.

Гу Янь безропотно позволил своему возлюбленному полностью и тщательно проверить его со всех сторон. Его Цюцю беспокоился, что у него может недоставать какой-то конечности, очевидно, он находился во власти безотчётного страха, поэтому Гу Яню оставалось только терпеливо успокаивать своего любимого.

– Цюцю, будь умницей, – вновь повторив эти слова, юноша бросил все силы на терапию. Осознав, что призрак уставился на его забинтованную ногу, он тихо кашлянул, чтобы переключить внимание возлюбленного: – Я случайно вывихнул лодыжку, но в остальном я в полном порядке.

Чем сильнее были эмоциональные колебания, тем тише становился Се Лань. С самого начала он молча наблюдал за юношей в своих объятиях, прежде чем перейти к активным действиям.

Глядя на своё отражение в чёрных глазах юноши, король призраков поднял руку, чтобы прикрыть левую сторону лица. С точки зрения человеческой эстетики, она выглядела жутко – он не мог позволить юноше смотреть на подобное уродство.

– Ну и чего ты прячешься? Боишься, что я увижу, до чего ты себя довёл? – любой мог услышать нотки гнева в его голосе. Более того, было бы ложью сказать, что Гу Янь не чувствовал огорчения.

Губы короля призраков дрогнули, но на этот раз он просто поджал их, вместо того, чтобы заговорить. С опущенным взглядом он действительно напоминал большого кота с виновато прижатыми к голове ушками перед своим хозяином.

С первой попытки Гу Янь не смог убрать руку, закрывающую лицо призрака. Но со второго раза ему это удалось. Отведя ладонь, которой его возлюбленный прикрывал левую щёку, Гу Янь намеренно вперился в неё взглядом.

Заметив, что мужчина снова собирается закрыть лицо, Гу Янь решил действовать на опережение. Он наклонился и нежно поцеловал своего возлюбленного.

– Не прячься, – прошептал юноша после того, как их поцелуй закончился. Он намеревался убедить его через действия.

Если бы его действительно заботила лишь внешность партнёра, он не стал бы вступать в межвидовые отношения с этим человеком во всех прежних мирах. С самого первого мира и до последнего он с головой погружался в межвидовую любовь. Если задуматься, похоже, он всё-таки был довольно безбашенным.

Как только его вздыбленный мех пригладили, пребывавший на грани нервного срыва король призраков наконец посмотрел на юношу мягко прищуренными глазами. Алый свет в них исчез, явив миру изначальный оттенок.

Если дело касалось этого юноши, даже нечто сломленное и разбитое можно было вернуть к жизни. Рядом с ним владыка призраков мог стать безобидным и послушным существом. Но как только он потеряет этого человека, то превратится в кошмар наяву, в создание, способное принести гибель всему миру.

Этот человек держал в своих руках его судьбу.

Успокоив своего возлюбленного ласками и нежными уговорами, юноша увидел, как настроение призрака постепенно начинает возвращаться к норме. Теперь Гу Янь наконец мог завести разговор о том, что происходит в человеческом мире.

– Помнишь тех духов, которых ты отправил в мир людей? Даже если они не станут ничего предпринимать, учитывая их количество, баланс Инь и Ян вскоре будет нарушен, что вызовет множество проблем для сотрудников духовной организации, – обеспокоенно произнёс юноша.

Се Лань не издал в ответ ни звука. Даже если он отомстил виновникам этой ситуации, и юноша вернулся к нему, после некоторых раздумий король призраков пришёл к выводу, что по-прежнему хочет уничтожить мир.

После уничтожения не останется неопределенных факторов. Разве так будет не лучше?

Отчасти угадав ход мыслей своего возлюбленного, Гу Янь приподнял бровь и быстро выдвинул идею, которая пришла ему в голову ещё до прибытия в Призрачный Город.

– Тогда отныне мы будем жить здесь и больше не вернёмся в мир людей.

– Хорошо, – на этот раз ответ Се Ланя был очень быстрым, его холодный голос эхом раздался вслед за словами юноши. Он удовлетворённо кивнул.

В это мгновение из глаз призрачного владыки исчез последний отблеск безумия. Почти одновременно с этим деформированная левая половина лица начала восстанавливаться, и вскоре он вновь обрёл свой первоначальный вид.

Если всё будет так, то угрозы и в самом деле не предвиделось, и в искоренении человеческого царства не было нужды. Он мог бы их пощадить.

Радостные вести пришли в мир людей столь же внезапно, как и предыдущая угроза, застав всех врасплох. Как раз в тот момент, когда они психологически приготовились к войне, сотни тысяч призраков, вторгшихся в царство живых, развернулись и направились к вратам Призрачного Города.

Складывалось впечатление, что они пришли в мир людей просто на достопримечательности посмотреть да сыграть безобидную шутку, а после экскурсии удалились восвояси.

Эта цепочка событий ошеломила всех без исключения мастеров прорицания, их скальпы онемели, а ладони вспотели от страха. Они завершили все приготовления и даже уже мысленно попрощались с жизнями. А в итоге их враги просто отряхнули штаны и ушли без какого-либо намёка на агрессию.

Неужели эти духи просто решили их подразнить?

Но столь странные розыгрыши всё же были лучше тотальной войны. На самом деле духовная организация прекрасно понимала, что если бы Призрачный Город серьёзно нацелился на битву, они оказались бы совершенно бессильны. Самое большее, они бы немного продлили свою агонию перед смертью.

Несколько высокопоставленных лиц из каждой страны, знавших правду об инциденте, организовали встречу, в то время как высшее руководство Китайского филиала уже давно было вне себя от гнева. Теперь, когда самый насущный вопрос был решён, пришло время должным образом поквитаться со страной Хэлунь.

На этот раз именно действия Хэлунь стали причиной столь глобального инцидента. Из чувства самосохранения даже те страны, которые имели с ней тесные отношения, не осмеливались вступаться за неё.

Таким образом, результатом нынешней встречи стало то, что граждане Хэлунь были исключены из кандидатов на три высшие должности в духовной организации. Причём это была не временная мера, а перманентная. Это означало, что Хэлунь лишилась права баллотироваться на пост председателя духовной организации.

Даже кролик может укусить, если загнать его в угол, что уж тут говорить о спящем тигре. После этого инцидента Китай не прекратил свои нападения по Хэлунь, хотя последняя и так уже изрядно пострадала. Под таким шквалом атак ей пока можно было даже и не мечтать о том, чтобы подняться на прежние высоты.

Более того, даже несмотря на то, что Се Лань отказался от идеи уничтожения человеческого царства после того, как его возлюбленный решил остаться в Призрачном Городе, он не собирался так легко прощать людей из Хэлунь, которые осмелились коснуться его перевёрнутой чешуйки [1].

[1] Перевёрнутая чешуйка – слабое место в броне дракона, расположенное под горлом. Драконы не выносят, когда кто-то дотрагивается до неё, и немедленно атакуют наглеца.

Поэтому он уделил Хэлунь «особое внимание». Отныне расположенный на её землях проход между Призрачным Городом и царством людей станет открываться каждый месяц, и это будет самое популярное место среди обитателей загробного мира.

Этот участок земли с дисбалансом Инь и Ян не получит никакой пощады, пока король призрак не решит сменить свой гнев на милость.

Прошло уже полгода со дня, когда предположительно должен был состояться конец света. За это время Гу Янь в полной мере осознал, что не стоит давать легкомысленных обещаний.

Он не собирался нарушать своё слово и возвращаться в человеческий мир, ведь у него не было особых требований касательно места проживания. Более того, эти полгода, проведённые в Призрачном Городе, были весьма комфортными, так что он не испытывал острой необходимости возвращаться в царство людей.

А когда в разговоре всё же затрагивалась тема человеческого мира, его возлюбленный опускал взгляд и разыгрывал выражение неуверенности и робости. Этой манерой он напоминал большого кота, требующего объятий и поглаживаний от своего хозяина, и каждый раз, когда это случалось, сердце Гу Яня смягчалось, и он сдавался. Он ни разу не отверг своего возлюбленного… даже в те моменты, когда это стоило бы сделать.

Например, в тот день, когда ему удалось удержать Се Ланя от падения в бездну безумия, Гу Янь решил закрепить результат и прямо предложил: «Давай сделаем это». О чём вскоре сильно пожалел. На следующее утро он едва-едва смог выползти из постели.

Ну и все остальные моменты, когда ему лучше было проявить твёрдость и ответить отказом, в основном касались этого вопроса. Всякий раз, когда Се Лань чувствовал, что сердце юноши смягчается, он немедленно выдвигал просьбу: «Цюцю хочет сделать это с А-Янем». Добившись согласия возлюбленного, он безудержно овладевал тёплым и податливым телом до тех пор, пока Гу Янь уже не мог издавать никаких звуков, кроме тихих всхлипов. Только тогда он неохотно отпускал юношу.

После того, как подобный сценарий повторился несколько раз, до Гу Яня дошло, что всё это было частью тщательного плана его возлюбленного, но это никак не повлияло на его способности к сопротивлению. Даже если он знал, что призрак лишь притворяется неуверенным, его всё равно поколеблет малейший намёк на подлинный страх. И он согласится на всё.

Если бы не опасения, что человеческое тело не сможет выдержать большое количество энергии Инь, вливающейся в него единовременно, Се Лань использовал бы все известные ему методы, чтобы не выпускать юношу из кровати. Впрочем, не то чтобы ему нужно было прикладывать для этого недюжинные усилия, достаточно было просто вести себя послушно. После стольких миров Се Лань тоже давно  вычислил все слабости юноши.

Гу Янь был очень доволен. Естественно, он не испытывал нежелания, когда дело касалось постельных упражнений, ведь каждый раз, когда они это делали, он испытывал несравнимое блаженство. Однако если их интенсивность увеличится, он просто-напросто не справится с подобным напором. У Гу Яня складывалось впечатление, что если бы ему не нужно было заботиться о своём смертном теле, и он бы позволил своему возлюбленному делать всё, что только заблагорассудится, он и вовсе никогда не поднялся бы с простыней.

Человек и призрак. Если бы первый был рядовым обывателем, то давным-давно бы уже умер. Но поскольку это был талантливый мастер прорицания, история была несколько другой.

Неизвестно, было ли это из-за того, что он часто получал определённое количество энергии Инь, или из-за длительного пребывания в Призрачном Городе, или по каким-то другим причинам, но утончённая красота юноши не показывала никаких признаков увядания, несмотря на всё время, которое он провел здесь.

Если что-то и изменилось, то только эти прекрасные глубокие глаза. Чуть прищуренные в улыбке, они легко притягивали внимание окружающих.

Жаль только, что владыка призраков даже не пытался скрыть своего стремления к единоличному обладанию юношей. В этом призрачном городе не было ни одного духа, который осмелился бы засмотреться на черноволосого молодого человека дольше положенного, опасаясь быть пойманным с поличным и брошенным на восемнадцатый уровень ада для «вразумления».

Десятилетие минуло за десятилетием. Приятные деньки заставляют время течь быстрее. Призрачный Город оставался всё тем же даже после стольких лет, но в человеческом мире, вероятно, многое изменились до неузнаваемости.

«00, сколько времени осталось у этого тела?» – сидя во дворе в плетёном кресле, Гу Янь откинулся на спинку и лениво прищурил глаза, наслаждаясь солнечными лучами.

Хотя его внешность не изменилась, это вовсе не означало, что его тело прекратило стареть. Это прекрасно – вечно оставаться молодым, но избегать смерти – значит нарушать правила этого мира. Хоть «Закон» и был предвзят по отношению к юноше, такое даже ему бы не спустили с рук.

[Три дня.] – менее чем за секунду 037 провела полный анализ его тела и дала ему ответ.

После этого 037 не смогла устоять перед своими цифровыми инстинктами: [Отчёт в режиме реального времени, у вас осталось три дня, семь часов и девять секунд.]

«Угу, я тебя понял», – купаясь в солнечном свете, темноволосый юноша вновь сощурился. Он уже давно привык к педантичным замашкам системы.

Три дня, конечно, меньше, чем он ожидал, но этого было вполне достаточно. Достаточно для последних слов... и для того, чтобы указать путь своему возлюбленному.

[Обиды читателей в адрес хозяина практически сведены к нулю. Как только будет подтверждено, что тело мертво, хозяин сможет спокойно вернуться в свой первоначальный мир.] – поведала 037 после некоторого колебания.

Строго говоря, система не должна была испытывать сомнений, но, пережив с хозяином все эти миры, понаблюдав за ним своими глазами, 037 больше не была уверена, что «возвращение в первоначальный мир» – это то, чего хотел юноша.

Некое непостижимое существо проникло в разум и сердце её хозяина с самого первого мира. Если после возвращения в родную реальность он больше никогда не увидит это странное создание, то юноша не будет счастлив – 037 чувствовала это.

Даже система не могла изменять или нарушать правила перемещения между мирами. Кроме того, жёсткая задача, поставленная перед ней высшим руководством, состояла в том, чтобы «безопасно доставить цель обратно в первоначальный мир после того, как вопрос будет улажен». Независимо от того, как сильно она хотела открыть заднюю дверцу [2] для своего хозяина, 037 не могла ослушаться  приказа.

[2] Открыть заднюю дверь – пропустить/продвинуть кого-то по знакомству, в обход правил.

Связь между пользователем и системой очень крепка. Гу Янь мог легко почувствовать, что его глупая малышка не только расстроилась, но и преисполнилась ненависти к себе. Гу Янь кашлянул: «00 не делала ничего плохого, ну же, будь умницей».

У Гу Яня были некоторые догадки о причине такого состояния системы, и он был вполне в них уверен. Скоро у него будет возможность подтвердить их.

Каждый раз, слыша эти два слова, 037 на какое-то время замирала и погружалась в молчание. Потому что непостижимое существо, которое каким-то образом могло чувствовать присутствие системы, приблизилось к юноше и обняло его.

– А-Янь, – бледная кожа короля призраков казалась почти прозрачной под ярким солнечным светом. Она резко контрастировала с тёмными одеждами, которые  подчеркивали его уникальную красоту. Он осторожно обхватил руками черноволосого юношу, сидящего в плетёном кресле, и прижался к его щеке: – Человеческий мир, А-Янь всё ещё хочет взглянуть на него?

Времени оставалось не так уж много. Не только Гу Янь, Се Лань тоже знал это. Теперь призрак лишь хотел исполнить его желания и сделать своего возлюбленного счастливым. Если Гу Янь захочет полюбоваться на человеческий мир, у него не возникнет желания стереть его с лица земли.

Лишь бы этот человек был доволен. Се Лань прищурился и запечатлел лёгкий поцелуй на губах юноши.

Разлука – это то, к чему он никогда не привыкнет, независимо от того, сколько раз ему придётся пройти через подобное. Се Лань прекрасно понимал, что после своей смерти юноша не станет призраком, и ему вновь придётся испытать чувство потери самого дорогого человека.

Эта боль и отчаяние способны свести с ума.

Даже если юноша сможет превратиться в призрака, настанет день, когда он исчезнет. Се Лань этого не хотел.

Чего он желал, так это обладать своим любимым сокровищем вечно, эта мечта никогда не покидала его сердце.

Гу Янь был совершенно сбит с толку неожиданным вопросом своего возлюбленного, но его позабавили осторожные жесты призрака, который будто бы касался не человеческого тела, а тончайшего фарфора. Подумав немного, юноша ответил:

– Прошло много лет, должно быть, там всё изменилось. Прогуляться по нему и в самом деле будет неплохой идеей.

По счастливому совпадению, врата в мир живых были открыты.

Следующие три дня ушли на путешествие по человеческому царству. Независимо от того, куда Гу Янь хотел отправиться, Се Лань открывал проход через пространство и доставлял их прямо к месту назначения.

[Остался один час и сорок девять минут.] – хозяин пребывал в очень, очень хорошем настроении, и 037 совсем не желала его беспокоить.

Гу Янь зачерпнул ложкой шоколадное мороженое и собирался уже было отправить его в рот, но вдруг нахмурился. Выслушав сообщение, юноша мысленно дал ответ, на сердце у него в этот момент царил покой.

– Оно снова говорит с А-Янем, – хоть он не мог слышать содержание разговора, Се Лань смутно ощущал его наличие и даже приблизительно догадывался, о чём шла речь.

Гу Янь кивнул и протянул руку, чтобы погладить своего возлюбленного по голове. Тело Се Ланя мгновенно напряглось, и пара тёмных глаз была прикована к его телу.

Беспокойство проступило из глубины этих бездонных омутов, затапливая их до краёв. Оно становилось всё сильнее, и вот его уже невозможно было скрыть.

Эта тревога не исчезала, как бы крепко он не прижимал к себе своё сокровище. Се Лань знал, что бестелесный голос, который в последнее время появлялся всё чаще, скорее всего, сообщил, сколько времени осталось у юноши.

И сколько времени осталось у него до того момента, как он потеряет своего возлюбленного.

– Цюцю сможет меня отыскать, – мягко сказал юноша, чуть прищурив глаза в улыбке, после чего ободряюще поцеловал призрака.

– Мгм, – Се Лань не отводил взгляд. Его изначально глубокий голос был ещё более хриплым, чем обычно.

Он больше не сможет терпеливо ждать того мгновения, когда юноша придёт к нему. Поскольку теперь у него есть способность сохранять все воспоминания, в следующем мире он сам отправится на поиски своего любимого сокровища.

Гу Янь не сказал своему возлюбленному, что для него это был последний мир. Как только миссия закончится, он вернётся в свою реальность. Правила системы запрещали ему открывать правду обитателям книжных миров.

– Если найдёшь меня, то обязательно поймай, – опустив голову, Гу Янь продолжил инструктаж: – И ни в коем случае не отпускай. Тебе только нужно вести себя мило, и я непременно сдамся. Ты понял?

Хотя Се Лань был несколько смущён этими словами, он быстро развеял свои сомнения и послушно кивнул.

– Цюцю, будь умницей. Ты должен хорошенько запомнить мои слова, – договорив, Гу Янь съел ещё одну ложку мороженого, позволив сладости на языке отвлечь его от  мыслей.

Прошёл ещё час.

[Оставшееся время…]

«00», –  Гу Янь вдруг прервал отчёт своей системы, –  «ты уверена, что меня вернёт точно в момент до переселения?»

Опасения её хозяина были ожидаемы. 037 дала тот же ответ, что и своим предыдущим пользователям.

[Указатель реальности установлен на тот миг, когда вы покинули свой первоначальный мир. Если только не произойдёт серьезный сбой, и указатель не будет потерян, сильного отклонения во времени не будет. Самое большее, разница составит 10 минут.]

[Указатель реальности абсолютно надёжен.]

«Выходит, он действительно сумел поймать меня» – доев последнюю ложку мороженого, Гу Янь вновь вернулся в прекрасное расположение духа.

[?] – 037 не могла понять, о чём толкует её хозяин.

Се Лань не вмешивался в разговор Гу Яня с этим бесформенным существом и лишь осторожно вытер лицо юноши салфеткой после того, как он закончил.

Гу Янь позволил призраку, ведущему себя подобно большому коту, прижаться к нему потеснее, и даже время от времени потакал его просьбам о внимании.

Пока, наконец, не пришло время...

[Инициализация передачи. Обратный отсчет, 10, 9, 8…]

Прозвучал знакомый монотонный голос. Гу Янь протянул руку, чтобы коснуться призрака, осыпающего его лицо невесомыми поцелуями, и немного подался вперёд, чтобы поймать его губы своими.

– Найди меня и поймай. И тогда я буду принадлежать тебе вечно.

Первоначальный мир. 21 век. Земля.

На Китай опустилась ночная тьма, дело шло к двеннадцать часам. За исключением некоторых сов, все трудяги с отлаженным режимом дня должны были уже спать.

Огни соседних домов погасли, но уличные фонари по-прежнему горели. Их тёплый жёлтый свет разгонял уютную темноту.

– Мяу…

У кошек, как правило, хорошее ночное зрение. В этот момент в двухэтажном доме в восточном районе города С большой серебристо-полосатый кот разлёгся на груди хозяина дома. Его светло-зелёные глаза с вертикальными зрачками спокойно смотрели на, казалось бы, спящего темноволосого юношу, по комнате разносилось тихое мурчание.

Дом был не слишком большим, но достаточно просторным для молодого человека… ах, и кота. На самом деле, комнаты даже казались немного пустоватыми.

Владельца можно было считать человеком, умеющим поддерживать порядок, и его личное пространство было обставлено весьма уютно. Он не позволял своему дому погрязнуть в бардаке только потому, что жил один.

С какой стороны ни посмотри, большой кот, лежащий на юноше, был просто красивым домашним любимцем породы «американский короткошёрстный». Несколько минут назад юноша опустил его на подушку рядом с собой, после чего беззаботно уснул.

Но как только он закрыл глаза, кот снова перебрался ему на грудь. Его вертикальные зрачки были устремлены на красивое лицо юноши.

Он провёл в терпеливом ожидании четыре года. Казалось бы, оставшееся время было сущим пустяком, но по какой-то причине именно сейчас ждать было труднее всего. Для Се Ланя эти несколько коротких минут тянулись мучительно долго.

Возможно, в следующую секунду его любимое сокровище проснётся. Эта мысль постоянно крутилась в его голове, отчего Се Лань ни на мгновение не смел отвести взгляд от лица юноши.

Если задуматься, сон его возлюбленного некоторым образом связан с ним. Можно даже сказать, что он был его режиссером.

Вскоре после того, как юноша покинул последний мир, способности Се Ланя развились до такой степени, что смогли преодолеть ограничения «Закона».

Одной из причин послужило то, что он почти полностью обратился в злого духа. Когда обычные призраки превращались в злых духов, их сила росла в геометрической прогрессии, и именно так Се Лань повысил свой уровень. Даже после того, как он пришёл в себя стараниями Гу Яня, эти силы не исчезли.

Для обитателя этого мира мысли о том, чтобы прорваться через границы реальности, были лишь бесплодной фантазией. Но Се Лань сделал это.

Из-за своей привязанности к хозяину, 037 не сообщила об обнаруженном ею непостижимом существе своему начальству. К тому времени, когда Пространственно-Временная Организация, располагавшаяся в реальности более высокого уровня, заметила аномалию, было уже слишком поздно что-то предпринимать.

Они не только не сумели исправить ситуацию, но и оказались разбиты в пух и прах существом, которое попытались исследовать. Это была крайне неловкая ситуация.

К сожалению, они не смогли придумать эффективных мер, так что просто решили прикрыть глаза на этот инцидент.

Поскольку они не способны ни поймать его, ни победить, оставалось лишь умыть руки.

Более того, обнаружить подобных существ становилось весьма нелегко после того, как они минуют ранние стадии своего развития. Чем больше проходило времени, тем мизернее становились их шансы засечь местоположение этого создания.

Такая скорость прогрессирования попросту ужасала. Честно говоря, у Пространственно-Временной Организации не было никакого желания наживать себе подобного врага. Они могли только молиться, чтобы этот парень не оказался каким-нибудь маньяком-безумцем.

Се Ланя не особо беспокоили их чаяния и страхи. К счастью, люди из Пространственно-Временной Организации обладали хорошей адаптивностью, так что они не стали повторять ту же глупость во второй раз. В противном случае, кто знает, в каком состоянии окажется высшая реальность, когда Се Лань с ними закончит.

При преодолении границ миров многое стало ему понятным, например, почему его возлюбленный должен был проходить через все эти реальности, и почему он существовал в каждой из них.

Чем больше он узнавал, тем больше колебался. И всё же, несмотря на все сомнения, Се Лань решил последовать своему первоначальному плану.

Он хотел пересечь границу этого мира и найти своё любимое сокровище.

Без указателя реальности было нелегко совершить прыжок в конкретный временной период. Даже сотрудникам Пространственно-Временной Организации пришлось бы сделать несколько попыток, используя ограниченный сигнал от указателя реальности, чтобы найти точный отрезок времени. Они повторяли это много раз, каждый раз пытаясь сократить интервал.

Се Лань знал, когда юноша завершит свою миссию, но не собирался перемещаться в этот период времени, да и не мог.

Ему нужно было связать воедино прошлое и будущее. Если он не протянет эту нить, у него и его возлюбленного не будет никакого «вечно».

Прибыв в выбранные им координаты, Се Лань первым делом сменил одежду на ту, которая соответствовала текущей эпохе, чтобы не вызывать подозрений.

Стоял январь, в северном полушарии царила зима. Распологаясь значительно выше экватора, Китай не избежал ледяного крещения.

При достаточном могуществе не то, что поиски человека в одной реальности – даже если бы пришлось обыскать 3000 миров, для Се Ланя это не стало бы проблемой.

Китай, Город С. Восточный район.

Человек, которого он искал, был там.

Для Се Ланя было проще простого вторгнуться в любую информационную систему. Он уже узнал адрес юноши и перенёсся туда в мгновение ока.

С самого раннего утра, когда небо ещё только начало светлеть, Се Лань тихо ждал в ничем не примечательном уголке жилого комплекса. Когда уже почти пробило восемь, дверь наконец распахнулась, и на улицу шагнул темноволосый юноша.

Из-за холодной погоды он был одет в тёмную куртку, отчего его фигура казалась ещё более стройной. По-зимнему редкие солнечные лучи падали прямо на него, под ними светлая кожа выглядела настолько бледной, что создавала иллюзию эфемерности и невесомости.

Возможно, это было просто привычкой, но его глаза были слегка прищурены, точно в улыбке.

В сочетании с врождённым изяществом черт, под каким углом ни посмотри, отрицать очевидное было невозможно – этот юноша располагал к себе с первого взгляда.

Однако по сравнению с воспоминаниями Се Ланя, это лицо ещё не утратило детской мягкости. Оставалось ещё несколько лет, прежде чем юноша превратится в того, кого он так хорошо знал.

Гу Янь проснулся рано утром, чтобы успеть купить себе завтрак. Он уже много дней не пробовал кашу с крабовым мясом из «Хижины Умами» и успел соскучиться по её вкусу.

– А-Янь.

Юноша сделал всего несколько шагов, как вдруг услышал голос, зовущий его откуда-то из-за спины. Голос был ему незнаком, но что-то всё-таки заставило его остановиться и оглянуться.

Вокруг никого не было. Он поднял руку и потёр глаза. Не стоило ему засиживаться допоздна, у него ведь уже слуховые галлюцинации начинаются, верно?

Мгм…

Он должен что-нибудь съесть, чтобы подкрепить свой организм.

Придя к такому выводу, Гу Янь не стал особо задумываться над произошедшим, вместо этого его разум вновь сосредоточился на крабовой каше.

Когда самый желанный для тебя и ни о чём не ведающий человек проходит на расстоянии вытянутой руки, едва ли возможно сохранить самоконтроль, будь ты даже существом, могуществом почти равным Богу.

Ему потребовалось приложить все усилия, чтобы сдержаться. Длинные ресницы красивого мужчины отбрасывали тень на его лицо. Всё его тело было напряжено, словно туго натянутая струна, готовая лопнуть в любой момент.

Но он не мог, вернее, не желал. Хотя сейчас он в состоянии овладеть своим самым любимым сокровищем, на данный момент у юноши нет о нём никаких воспоминаний. Ещё ничего не началось.

Но должен ли он своими руками создать для них «начало»?..

Се Лань колебался. Он не знал, что ему делать.

Причина, по которой юноше пришлось путешествовать по нескольким планетам и мирам, связана с официальным ответом, данным Пространственно-Временной Организацией. Они заявили, что огромное количество людей испытывали чрезвычайно глубокое негодование в адрес молодого человека. Эти обиды накапливались и в итоге по каким-то неизвестным причинам претерпели искажение. Их влияние стало настолько мощным, что достигло трёхмерных и даже высших миров.

Эта проблема могла быть устранена только в том случае, если юноша лично переживёт каждый мир. Поэтому Пространственно-Временная Организация прикрепила к нему систему под кодовым названием «037» для наблюдения и помощи.

Эти объяснения не звучали совсем уж безосновательно, но и убедительными их назвать было нельзя. Даже внутренний персонал Организации считал, что этот инцидент произошёл слишком уж внезапно.

Если бы накопившиеся обиды могли повлиять на высшие измерения, разве они бы не оказывались завалены делами по горло каждый раз, когда где-нибудь начиналась война? Очевидно, это было невозможно.

Однако они просто не могли обнаружить причину аномалии и вынуждены были принять такое абсурдное объяснение.

В таком случае, по какой причине эти обиды стали настолько сильными, что затронули высшее измерение? Се Лань уже во многом разобрался. И как только он соединил разрозненные точки, то пришёл к единственному выводу...

Это всё из-за него.

Он не знал, как долго простоял на одном месте, размышляя, сомневаясь и не получив ответа. Наконец в поле его зрения показался юноша, уже возвращающийся домой.

Если бы он не стал ничего предпринимать, этому человеку не пришлось бы проходить через столько неприятных переживаний, ему не нужно было бы проживать все эти миры. Он мог бы вести спокойную и комфортную жизнь.

Без сомнения, Се Лань отчаянно желал быть рядом со своим возлюбленным, но колебался. В конце концов он всё-таки принял решение.

Гу Янь только что вернулся со своим завтраком. Поскольку никаких срочных дел у него не было, шаги юноши были легкими и неторопливыми, очень неторопливыми.

Правда, учитывая, что магазинчик располагался недалеко от его дома, дорога заняла у него лишь несколько минут. Подойдя к двери, юноша, как обычно, достал ключи.

Щёлк.

Дверь открылась.

Но некоторые события были предопределены самими Небесами.

Первоначально Гу Янь планировал вернуться домой и насладиться завтраком во время просмотра телешоу. Но при звуке открывающейся двери он вдруг замер.

Его взгляд упал на маленькое круглое существо, тихо сидящее у порога его дома. Оно не издавало никаких звуков, но взгляд Гу Яня всё равно обратился к нему.

Затем он обнаружил, что маленький клубочек, съёжившийся у его двери, на самом деле оказался котом. Точнее, котёнком.

Встретившись с ним взглядом, Гу Янь, казалось, услышал отдалённое тихое мяуканье.

«Если найдёшь меня, то обязательно поймай».

«И ни в коем случае не отпускай. Тебе только нужно вести себя мило, и я непременно сдамся».

– Мяу.

Это уже не было галлюцинацией. Гу Янь быстро пришёл в себя и обнаружил, что маленький комочек меха, до этого сидевший в углу, теперь опирался лапками на его ботинок.

Гу Янь сделал шаг назад, и котёнок не смог удержаться, но всё равно упрямо пополз вперёд. Юноша присел на корточки.

Маленький пушистый клубочек перестал двигаться. Он поднял голову и, глядя ему в глаза, тихо и жалобно мяукнул.

Хотя на юге Китая снега не было, холод был опасен для крошечного котёнка. Этот пушистый комочек так к нему льнул…

Поначалу юноша ещё колебался, но стоило ему только услышать эти тихие звуки, его сердце смягчилось. Он протянул руку к мяукающему котёнку и коснулся его мягкой пушистой спинки.

Вскоре он уже прижимал зверька к груди.

Хоть он никогда прежде не держал у себя кошек, разузнать об этом в Интернете будет нетрудно. После серьёзных размышлений он принёс маленький и круглый меховой комочек в свой дом.

Первые попытки завести кота по всем аспектам отличаются от заботы о питомце, когда у тебя за плечами годы опыта. В настоящее время у Гу Янь этого опыта не было.

Зато у него были превосходные способности к обучению. Благодаря помощи всеведущего Интернета он в общих чертах представлял, что нужно делать.

Было очень холодно. Не зная, в каком состоянии пребывает пушистый комочек в его руках, а также приняв в расчёт, что необходимо дать ему время привыкнуть к незнакомой обстановке, Гу Янь решил пока не купать его.

Более того…

Юноша посадил котёнка на стол и погладил его по спине, в то же время внимательно разглядывая. Шерсть малыша была красивой и выглядела очень чистой. Он не был похож на бродяжку.

Быть может, его кто-то потерял?..

Гу Янь нахмурился, внутренне противясь этой мысли. Если у него уже был владелец, он не мог оставить его себе.

Как только возникла мысль о «возврате пропажи», Гу Янь опустил голову, чтобы ещё раз взглянуть на котенка, вылизывающего его пальцы. Он вдруг понял, что не сможет этого сделать.

– Мяу, – почувствовав взгляд юноши, маленький и круглый котёнок медленно лизнул указательный палец. Прежде чем Гу Янь успел отреагировать, он спрыгнул со стола к нему на колени и замурлыкал, устраиваясь поудобнее.

«Он действительно... очень общительный», – подумал про себя Гу Янь. Его пальцы осторожно почесали подбородок котёнка. Представителям кошачьих это вроде бы должно нравиться, так ведь?

Кстати говоря, если забыть про то, насколько жалобным и замёрзшим этот маленький парень выглядел на пороге его дома, сейчас он казался вполне здоровым и энергичным.

Прежде всего, надо накормить его чем-нибудь, что подходит для котят. Гу Янь решил сходить за специализированным кормом, когда на улице немного потеплеет, а заодно расклеить объявления о находке. Если через несколько дней никто не появится, он сделает котёнку прививку и будет растить его сам.

Ветер снаружи лишь усиливался, так что Гу Янь не планировал брать котёнка с собой. Однако вся уверенность юноши испарилась, как только он обнаружил, что котёнок вцепился в него мёртвой хваткой, стоило ему сделать шаг ко входной двери. Малыш тихо мяукал и отказывался сдвинуться с места, сколько бы его ни уговаривали.

Гу Янь оказался загнан в тупик, и ему оставалось лишь подхватить избалованное создание на руки. Тщательно укутав зверька, юноша наконец вышел на улицу.

Гу Янь честно попытался найти владельца котёнка. Однако прошло полдня, а новостей всё не было. Он также не видел никаких объявлений о пропаже кота в окрестностях своего района.

По правде говоря, Гу Янь был этому рад. Он быстренько свозил котёнка к ветеринару и оплатил все необходимые прививки. Возвращаясь в тот день домой вместе со своим котом, юноша всю дорогу улыбался.

Теперь, когда котёнок принадлежал ему, Гу Янь решил немного подразнить малыша, покачивая указательным пальцем перед его мордочкой. Вскоре палец был пойман и вылизан шершавым язычком.

Позволив котёнку лизать его пальцы в своё удовольствие, Гу Янь улыбнулся, но спустя мгновение выражение его лица стало серьёзным.

– Нужно дать тебе имя.

Теперь, став полноправным хозяином котёнка, он должен был назвать его. Но какое же имя выбрать…

Котёнок, который до этого момента был полностью сосредоточен на пальце юноши, резко замер. Он притих и вёл себя очень послушно, его большие глаза пристально смотрели на Гу Яня, будто сейчас должно было случиться что-то невероятно важное.

Гу Янь на мгновение задумался, для его сомнительных навыков придумывания имён это был настоящий вызов. В конце концов он успокаивающе погладил котёнка по спине и предложил:

– Я буду называть тебя «Цюцю» [1], хорошо?

– Мяу.

[1] Цюцю – мячик/шарик.

В течение следующих четырёх лет Гу Янь постепенно эволюционировал из человека, который никогда не держал у себя кота, в человека, которому можно было смело ставить оценку «отлично» за умение задобрить мурлыку. Маленький пушистый комочек тоже вырос и превратился в большого кота, но всё равно остался столь же приставучим, как и раньше. Он в любой момент мог прильнуть к юноше и начать выпрашивать ласки. Любимым же его занятием было забраться к хозяину на колени и довольно мурлыкать.

Вначале, когда Гу Яню нужно было работать за компьютером, он пытался использовать лайфхак, вычитанный в Интернете, и ставил рядом с клавиатурой картонную коробку, рассчитывая, что это позволит ему работать со спокойной душой.

Однако реальность доказала, что он был слишком наивен. Разве его не уверяли, что кошки не в силах устоять перед искушением, которое представляет собой коробка? Его кот играл не по правилам. Он чихать хотел на штуку под названием «картонная коробка» и предпочитал лежать у Гу Яня на коленях.

В свой первый год в роли владельца кота Гу Янь написал свой первый роман о мире будущего. Ближе к концу он как-то подрастерял весь пыл и решил ввести в историю непобедимого злодея, чтобы организовать красивый и ужасающий финал.

Для создания «последнего босса» требовалось наделить персонажа особыми, уникальными характеристиками. Но когда Гу Янь открыл новый документ и попытался напечатать первые несколько предложений, кот, сидевший у него на коленях, беспокойно завозился.

«Хайдис, цивилизация 7-го уровня с самыми передовыми технологиями».

Юноше с большим трудом удалось выжать из себя эти несколько слов, прежде чем он сдался под натиском большого кота, кокетливо ластящегося к нему. Разве мог он сосредоточиться? Это было не в его силах.

– Мяу, – почувствовав на себе взгляд хозяина, большой кот встал на задние лапы и прижался к его груди, тихим мяуканьем требуя поглаживаний.

Рука Гу Яня, лежавшая на клавиатуре, сама собой направилась к питомцу и нежно погладила его по шёрстке.

– Цюцю, будь умницей, – всего за несколько лет Гу Янь превратился в абсолютного фаната кошек, беспринципного и одержимого поглаживанием мягкого меха. Подобные ситуации случались слишком часто, он уже даже приучился печатать одной рукой.

Пальцы правой руки всё ещё порхали над клавиатурой, вырисовывая сеттинг главного злодея, но в его мыслях уже давно безраздельно царствовал один кот.

«Эли, первоначальное обличье…»

– Мяу…

Ещё погладить, ещё почесать. Гу Янь безропотно капитулировал, как только его кот демонстрировал подобное избалованное поведение. Одни небеса знают, что он в этот момент написал.

К четвёртому году своего бытия кошатником Гу Янь достиг прямо-таки божественного уровня на пути написания мрачных, но чрезвычайно популярных новелл. Каждый написанный им роман завершался трагедией. Но разочарование вызывали только концовки, в остальном от книг было невозможно оторваться.

И в этом же году в его жизни произошёл самый невероятный поворот. Его настигла карма за чересчур жестокие финалы.

Во время первой встречи системы и её нового пользователя у них состоялся «дружеский разговор». Принявший облик кошки Се Лань, терпеливо ждавший все эти четыре года, на этот раз услышал всё, не пропустив ни единого слова, но не стал предотвращать череду событий, которая вот-вот должна была запуститься.

Он был подобен опытному охотнику. Ради того, чтобы заполучить своё драгоценное сокровище целиком и без остатка, ему требовалось смиренно ждать. И неважно, насколько это было больно и невыносимо.

После того, как он преодолел ограничения этой реальности, подслушать разговор не составляло труда. Се Лань спокойно наблюдал, как система под названием «037» перемещает сознание Гу Яня в другой мир. На его глазах юноша погрузился в короткий сон.

Теперь оставалось лишь дождаться, когда он проснётся.

Се Лань в кошачьем обличье лежал на груди своего возлюбленного. Он не сводил взгляда со своего драгоценного сокровища, которое вот-вот станет безоговорочно принадлежать ему одному.

«Цюцю, будь умницей. Ты должен хорошенько запомнить мои слова».

«Найди меня и поймай. И тогда я буду принадлежать тебе вечно».

Он был умницей. Он послушался и поймал его. Поэтому этот человек должен принадлежать ему…

Каждый переход между реальностями сопровождался небольшим головокружением. Как только система завершила отсчёт, Гу Янь  ощутил знакомый дискомфорт.

Под ним была... кровать.

Открыв глаза, юноша узрел лишь темноту, поскольку лампа в его комнате была выключена. Будучи человеком, Гу Янь не обладал ночным зрением, присущим всем кошачьим, но даже так он прекрасно осознавал, где находился. Этот дом был знаком ему до мельчайших деталей.

– Мяу…

На нём лежало что-то тяжёлое, тёплое и пушистое. Едва успев распахнуть глаза, юноша почувствовал шершавый язычок на своих губах. Это было ничуть не больно, лишь немного щекотно.

– Цюцю, – собрав воедино разрозненные и неприметные детали, Гу Янь в целом уже обо всём догадался. Последний мир он покидал в превосходном настроении, которое сохранилось до сих пор.

Как только это слово сорвалось с его губ, юноше вдруг почудилось, что мир снова перевернулся с ног на голову. Он больше не лежал в постели.

Мужчина крепко прижимал его к себе в кромешной темноте.

– Цюцю поймал А-Яня, – произнёс Се Лань, склонившись над самым его ухом. Уже на середине фразы он расстегнул самую верхнюю пуговицу рубашки юноши. Насколько бы терпелив он ни был, наконец завладев своим самым драгоценным сокровищем, этот охотник мог думать только о том, чтобы приступить к трапезе.

Мгновенно догадавшись, о чём думает его возлюбленный, Гу Янь опустил взгляд, наполненный нежной снисходительностью. В его голосе слышалось веселье:

– В таком случае, я принадлежу тебе.

Владей мной. Несложно догадаться, что произошло дальше.

Выносливость обычного человека всё-таки довольно ограничена. Се Лань изо всех сил старался контролировать свою страсть, но физической силы Гу Яня всё равно оказалось недостаточно, и он потерял сознание.

Нужно будет укрепить его тело. Баюкая в объятиях своего спящего возлюбленного, Се Лань быстро составил план. Скоро ему придется вновь потревожить Пространственно-Временную Организацию.

Он хотел, чтобы юноша обладал способностями наравне с жителями высшей цивилизации. Таким образом, он сможет обладать своим возлюбленным вечно.

– Цю… мн... Цюцю, – хоть он только недавно очнулся, в данный момент Гу Янь был настолько измотан, что вновь погрузился в сон. Юноша что-то бормотал в блаженном забытье.

Се Лань услышал зов и опустил взгляд, выражение его лица потеплело. Без привычной холодной маски он казался мягким и послушным.

– Цюцю здесь, – даже если это были всего лишь бессознательные разговоры во сне, Се Лань хотел ответить ему.

Жизнь – бесконечный цикл. Пока юноша проходил через все эти миры, Се Лань был уверен в одном…

Независимо от того, какие личины они носили или как  встретились друг с другом…

Он будет любить этого человека вечно.

Страница книги Люди, которые должны были убить меня, вместо этого... в интернете

Table of Contents

Глава 1 - Первый день бытия пушечным мясом

Глава 2 - Очень вкусно

Глава 3 - Маркировка имущества

Глава 4 - Тщательная забота

Глава 5 - Убирая когти

Глава 6 - Приручённый

Глава 7 - Хвост

Глава 8 - Поцелуй

Глава 9 - Не позволено

Глава 10 - Честный автор

Глава 11 - Поглаживая мягкий животик

Глава 12 - Любимая вещь - Цюцю

Глава 13 - Начало паники

Глава 14 - Отказ

Глава 15 - Сигнал

Глава 16 - Добро пожаловать

Глава 17 - Тронутый

Глава 18 - Ладно, вперёд

Глава 19 - Ярость

Глава 20 - Я вернулся

Глава 21 - Ревность

Глава 22 - Земля

Глава 23 - Дразня кота

Глава 24 - Мой

Глава 25 - Безымянный палец

Глава 26 - Предложение

Глава 27 - Становясь ближе

Глава 28 - Он будет умницей

Глава 29 - Последствия

Глава 30 - Открой глаза

Глава 31 - Маленькая тёмная комната

Глава 32 - Первый день бытия неприкосновенным цветком

Глава 33 - Крепкие зубки

Глава 34 - Второй день бытия неприкосновенным цветком

Глава 35 - Два слога

Глава 36 - Вероятность

Глава 37 - Недопонимание

Глава 38 - Учитель и его ученик

Глава 39 - Жеребьёвка

Глава 40 - Скрытая реальность

Глава 41 - Инцидент

Глава 42 - Обвинение

Глава 43 - Цена

Глава 44 - Этого недостаточно

Глава 45 - То же самое

Глава 46 - Взрослый

Глава 47 - Ты хочешь, чтобы я пошёл с тобой

Глава 48 - Захват власти

Глава 49 - Начало карательного похода

Глава 50 - Клятва

Глава 51 - И тысячи лет не угасят огонь

Глава 52 - Первый день бытия великим богом

Глава 53 - Потеря соединения

Глава 54 - Величайшая драгоценность

Глава 55 - Цюцю здесь

Глава 56 - Слишком честный

Глава 57 - Покупки

Глава 58 - Для тебя

Глава 59 - Распаковка подарков

Глава 60 - Идеальный партнёр

Глава 61 - Непредвиденные сложности

Глава 62 - В погоню

Глава 63 - Командная работа

Глава 64 - Проблемы с сюжетом

Глава 65 - Маленькие уловки

Глава 66 - Золотое бедро

Глава 67 - Тайный Город

Глава 68 - Тонкости человеческой психологии

Глава 69 - Мирно

Глава 70 - Что может пойти не так?

Глава 71 - Запрос

Глава 72 - Спящая Красавица

Глава 73 - Своевольный

Глава 74 - Поддаваясь

Глава 75.1 - Эффектный финал

Глава 75.2 - Эффектный финал

Глава 76 - Вне стандартов

1 - 77

1 - 78

1 - 79

1 - 80

1 - 81

1 - 82

1 - 83

1 - 84

1 - 85

1 - 86

1 - 87

1 - 88

1 - 89

1 - 90

1 - 91

1 - 92

1 - 93

1 - 94

1 - 95

1 - 96

1 - 97

1 - 98

1 - 99

1 - 100

1 - 101

1 - 102

1 - 103

1 - 104

1 - 105

1 - 106

1 - 107

1 - 108

1 - 109

1 - 110

1 - 111

1 - 112

1 - 113

1 - 114

1 - 115

1 - 116

1 - 117

1 - 118

1 - 119

1 - 120

1 - 121

1 - 122

1 - 123

О книге