Глава 1

Конец весны и начало лета - пора, любимая многими. Солнце не жарит, а приятно согревает кости, на деревьях раскрываются молодые нежно-зеленые листья, все цветёт и радуется жизни. В такую хорошую погоду даже гордая кошка будет лениво потягиваться и тихо мяукать или лежать, поджав лапы и предавшись дреме, она свернется калачиком и превратится в белоснежный ком.

В такие чудесные дни мурлычащей любимице слепого наложника нравилось сидеть на солнышке или, разомлев от жара, еле передвигая лапами, вяло мурлыкать, а потом вдруг свалиться и заснуть, притворившись пушистым белым шерстяным клубком. Слепой наложник невольно расплылся в улыбке, слушая, как мягко ступают по земле крохотные пушистые лапки, как тихо мяукает его любимица, когда лёгкий ветерок ерошит шелковистую кошачью шёрстку. Он наощупь спустился с крылечка, неторопливо вышел во двор и осторожно опустился в старое плетёное кресло, где обычно наслаждался послеполуденной тишиной.

С его лица не сходила мягкая добрая улыбка простой человеческой радости бытия.

Никому неизвестно, как давно слепой наложник жил во дворце, отчего впал в немилость государя и как ослеп. Одни говорят, что ещё во младенчестве наложник подхватил сильнейшую лихорадку, что едва не унесла его жизнь и навсегда лишила зрения. Другие же утверждают, что некогда глаза наложника пленяли красотой и сияли, будто звёзды в ночи, но из-за проклятия он вдруг ослеп, и свет в его прекрасных глазах в одночасье померк. Возможно, его слепота была наказанием за преступления, а возможно происками завистливых жён. Какие только домыслы и слухи не ходили среди дворцовой прислуги, вот только каждый стоял на своём, и в конце концов прошло уже столько времени, что даже имя слепого наложника оказалось забыто. Именно за увечье его прозвали "слепым наложником". Никого, казалось, не интересовало его настоящее имя. Прозвище подхватили девушки из императорского гарема, и вскоре молодого человека перестали называть как-то иначе.

Единственное, о чём знал каждый, так это то, что в Холодном дворце[1] живёт слепой наложник, а с ним – белоснежная кошка по имени Юйли[2], его единственное сокровище.

Шёрстка Юйли, начиная с кончиков ушей и до лап, была абсолютно белая, а на ощупь удивительно мягкая и гладкая, и не уступала в сравнении с изысканнейшими шелками. Огромные ясные глаза кошки смотрели с необыкновенной проницательностью, будто заглядывая в потаённые уголки человеческого сердца.

У слепого наложника не было никого дороже Юйли. Он подолгу не мог уснуть, пока не прижмёт к себе тёплое кошачье тельце. К несчастью, Юйли – весьма своенравное создание и часто убегала из Холодного дворца, да так что и тени её не видно было рядом. Если же к вечеру она так и не показывалась, слепой наложник, тревожась за любимицу, посылал Сяо Бао на поиски.[3] Однако императорский дворец был столь огромен, что в его лабиринтах и человека-то отыскать представлялось непосильным трудом, не говоря уже о юркой кошке.

Сяо Бао с кислой миной отправлялся искать Юйли.

– Господин, нам ведь и так еды не хватает, а вы вздумали лишний рот кормить. Зачем вам кошка?

Всякий раз, когда Сяо Бао заводил подобный разговор, слепой наложник лишь улыбался и, одарив его невидящим взглядом, отвечал:

– В столь тихом и тоскливом месте, как Холодный дворец, только озорница Юйли скрашивает моё одиночество.

Еды на всех и правда не хватало, поэтому мужчина непременно откладывал лучшие кусочки для Юйли, даже если самому при этом приходилось голодать.

В императорском дворце немногие могли похвастаться, что встречали слепого наложника, зато каждый был знаком с Сяо Бао. Худенький и маленький с виду юноша, он тем не менее был очень смышлёным и всякий раз изобретал новые способы добыть побольше еды. С наступлением холодов ему приходилось обивать порог дворцового управляющего, выпрашивая для слепого наложника хотя бы самую плохенькую, ненужную остальным печку. Лишь благодаря Сяо Бао и его печке обитателям Холодного дворца удавалось с горем пополам пережить суровые зимние морозы.

Незрячий молодой мужчина со своей кошкой боялись холода, поэтому оба дрожали и стучали зубами, прижимаясь друг к другу, когда наступали холода. Сяо Бао был готов на всё ради них. Не жалея себя, он стоял на коленях у дома дворцового управляющего, совершенно не замечая, что на окоченевших пальцах потрескалась кожа, и тёплая кровь сочится из ранок.

Как-то раз одной Благородной наложнице так понравилась Юйли, что она захотела переманить кошку к себе и устроила ей в собственном дворе мягкое гнёздышко с любимой кошачьей забавой удочкой-дразнилкой и множеством вкуснейших лакомств. Однако Юйли и взглядом не удостоила приманку, даже не притронулась к угощению и предпочла вернуться к слепому наложнику, не желая оставлять хозяина в невыносимые зимние холода.

Обитатели дворца цокали языками от удивления и говорили, что Юйли – необычная кошка. Тогда даже Сяо Бао признал, что слепой наложник не зря о ней заботился.

Сам же слепой наложник обо всех этих слухах не ведал. С трудом передвигаясь в силу своей слепоты, он редко выходил за пределы собственных покоев, и обо всех дворцовых делах, больших и малых, узнавал от Сяо Бао. Целыми днями он с улыбкой слушал рассказы юноши, которого тоже вполне устраивало уединение и такое положение вещей. Сяо Бао только в радость было прислуживать слепому наложнику, ведь кроме него у юного евнуха больше никого не было: ни родных, ни друзей; он единственный трудился в Холодном дворце, где кроме как о слепом наложнике больше не о ком было заботиться.

Волей-неволей Сяо Бао приходилось присматривать и за Юйли, которую так любил его господин, а когда та сбегала, Сяо Бао, рискуя нарваться на брань и побои от служителей дворца, пробирался даже в императорский сад и на императорскую кухню в поисках беглянки. Ведь если он вскорости не вернётся с кошкой, слепой наложник станет волноваться и сам, спотыкаясь, с трудом нащупывая дорогу, отправится на их поиски. Лучше уж пусть Сяо Бао накажут, чем он позволит дворцовым стражникам обижать его господина.

Теперь, когда зимние холода остались давно позади, слепой наложник вовсю радовался ласковому теплу поздней весны, что плавно перетекала в лето. После обеда распогодилось, подул лёгкий ветерок, и слепой наложник задремал в своём плетёном кресле. Юйли довольно свернулась клубочком у его ног. Мягкий солнечный свет заливал двор, и, казалось, что не может быть ничего приятнее, чем нежиться в его ласковых лучах в такой чудесный день.

Вот только слепому наложнику было невдомёк, что кто-то стоял у ворот Холодного дворца и пристально наблюдал за ним. Незнакомец был совершенно очарован наложником, будто никогда прежде не видел выражения такого удовольствия и душевного покоя на лице спящего человека. Он позволил себе тоже насладиться солнечным теплом, и на губах его невольно заиграла тонкая улыбка.

Спящему мужчине также было неведомо, что незнакомец носил жёлтый, расшитый золотом халат с изысканной нефритовой подвеской на поясе, а черты его лица отличались невозмутимой красотой, и за его спиной тянулась вереница евнухов и служанок, почтительно склонивших головы.

Откуда слепой наложник мог знать о госте? Зато незнакомца заметил Сяо Бао, и его колени подогнулись, юноша чуть не рухнул на землю в глубоком поклоне. Незнакомец остановил его властным жестом. Едва дыша от страха, Сяо Бао изо всех сил вытаращился на своего господина, взглядом упрашивая того поскорее проснуться. Но слепой наложник не почувствовал тревоги, спросоня подставив лицо солнцу и никого не замечая. Сяо Бао чуть не заплакал. Почему вдруг в забытый всеми Холодный дворец пожаловал такой важный гость? Что ему здесь понадобилось? Как долго он тут стоит и следит за спящим наложником? Почему ни слова не говорит и лишь безмолвно наблюдает за его господином?

Сяо Бао не знал, куда деваться.

А ничего не подозревающий слепой наложник продолжал мило дремать с детским расслабленным выражением на лице.

Наконец Юйли, почуяв, что вокруг творится неладное, лениво приоткрыла глаза. Она обвела незваную толпу острым взглядом, мяукнула, выгнула спинку и юркнула прочь со двора, только её и видели.

Голос кошки разбудил слепого наложника, который рассеянно охнул, потирая заспанные глаза.

– Юйли, – негромко позвал он, хлопнув в ладоши.

Ему никто не ответил. Но ведь кошка только что лежала у его ног! Слепой наложник позвал громче, но вновь не получил ответа и догадался, что Юйли сбежала. С чего это она вдруг? Слепой наложник волей-неволей встревожился. Поднявшись с плетёного кресла, он осторожно зашагал по двору, всё повторяя:

– Юйли, Юйли...

Сяо Бао, стоя на коленях в сторонке, увидев, как его господин, сам того не зная, приближается к властному человеку в ярко-жёлтых одеждах, не на шутку взволновался, но не посмел подать голос.

Только бы его господин не опозорился перед этим человеком! Ведь то был не какой-то простолюдин, а сам...

Если господин прогневает этого человека, то Сяо Бао не сможет ничем ему помочь, даже если сотрёт себе колени в пыль перед его дворцом. Но слепого наложника волновала лишь сбежавшая кошка, откуда ему знать о переживаниях Сяо Бао. Нетвёрдо стоя на ногах, он поспешил вперёд и споткнулся о неровные плиты, коими был вымощен Холодный дворец. Слепой наложник неизбежно упал бы на жёсткий камень. Сяо Бао не сдержался и окликнул его, но, к его удивлению человек, в ярко-жёлтых одеждах вдруг быстро шагнул вперёд, взмахнул рукавами, и, прежде чем многочисленная свита успела понять, что случилось, поймал слепого наложника, и тот очутился в его крепких объятиях.

Сердце едва не выпрыгнуло из груди наложника, а на лбу выступил пот. По неосторожности он чуть не упал, но, к счастью, слуга успел его поймать.

Припав к широкой груди своего спасителя, слепой наложник почувствовал ноющую боль в вывихнутой лодыжке и не сразу понял, что что-то не так.

Это был не его Сяо Бао.

Сяо Бао отличался низким ростом и болезненной худобой, он никак не мог вдруг стать выше своего господина

Тогда кто же это был?

Слепой наложник испуганно вздрогнул и, не обращая внимания на боль в лодыжке, поспешил вырваться из чужих объятий.

– Про-простите...

– Ничего страшного, просто впредь будьте осторожнее, – ласково ответил незнакомец, похоже, совсем на него не рассердившись.

Слепой наложник почувствовал толику облегчения.

– Кто вы?

– Я? – незнакомец замолчал, словно раздумывая над ответом. – Я служу стражником в императорском дворце.

– Стражником, значит, – кивнул слепой наложник. – Тогда, что вы здесь делаете?

Незнакомец вновь задумался.

– Я несу службу в другом месте, а сюда забрёл по ошибке.

– Вот оно что, – доверчиво кивнул слепой наложник.

– Ваша нога ещё болит? – спросил незнакомец.

– Немного...

– Позволь мне взглянуть.

– Хорошо...

Вот так покинутый всеми наложник повстречал самого могущественного человека на свете. В последствии, вспоминая эту встречу, слепой мужчина спросит:

– Зачем ты тогда обманул меня, притворившись стражником?

А Император ему легко ответит:

– Потому что мне показалось, что тебя легко разыграть.

– Вовсе нет, – возразит ему слепой наложник.

На что император удивлённо поднимет брови, но, поразмыслив, решит подыграть супругу:

– Что ж, ладно, ты прав.

Спустя годы Его Величество глядел на своего слепого возлюбленного с той же нежностью, как и при их встрече в Холодном дворце.

Даже если его дорогой ся няннян никогда не увидит выражение его лица, возможно, он ощутит биение его сердца.

***

Примечания:

В названии новеллы и в самом тексте употребляется термин 娘娘 niángniang [няннян] - устар. матушка-государыня, матушка-императрица, жена, госпожа, иногда матушка государыня-императрица, обращение, которое используется в отношении женщин. В тексте к нашему герою обращаются 瞎娘娘 [ся няннян] буквально "слепая наложница\госпожа".

[1] Холодный дворец [ 冷宫, lěnggōng] – покои нелюбимых, опальных жён, императриц и бывших наложниц императора, а также нелюбимых родственниц и их служанок. Это были самые дальние и ветхие дома в Запретном городе без отопления.

[2] Имя кошки Юйли (玉璃, Yù Lí) – буквально прозвище "белая нефрит, яшма", с которой ассоциируется белоснежная шерсть кошки.

[3] Имя Сяо Бао (小宝, Xiăo Băo) – маленькая драгоценность, сокровище.

Глава 2

Молодой Император стоял у окна и задумчиво поглаживал пёрышки прирученной певчей зеленушки сквозь решетку[1]. Занятый своими мыслями, он почти забыл о птичке, которая встрепенулась и принялась бойко скакать по всей клетке, требуя внимания.

Старший евнух, что стоял за спиной императора, мог лишь догадываться, по какому делу тот вызвал его в свои покои, но, памятуя о непредсказуемом нраве господина, молча ожидал его приказаний.

Наконец, Император обернулся и, поджав губы, произнёс:

– В Холодном дворце живёт странный молодой человек, на вид едва достигший совершеннолетия, худощавый и слепой. Тебе известно, кто он?[2]

Управляющий ненадолго задумался, затем почтительно склонил голову:

– Я хоть и не ведаю лично делами Холодного дворца, но кое-что всё же слышал. Этот человек на самом деле живёт там уже давно, и даже имени его никто не помнит, а слепота, возможно, является следствием некой болезни.

– И всё же, когда он вошёл в гарем? За что был сослан в Холодный дворец? Почему я никогда о нём не слышал?

Поколебавшись, старший евнух ответил:

– Об этом мне неизвестно. Дела минувших лет всегда отличаются крайней запутанностью, боюсь, что мне не под силу во всём разобраться. Могу лишь сказать, что делами гарема, как и принято, заведует Вдовствующая Императрица, потому неудивительно, что вы о ничего не знали о юноше.

Император кивнул и вновь повернулся к клетке, где сладко запела счастливая птичка.

Он слабо улыбнулся, вспоминая вчерашнюю встречу. После полудня Император гулял в своём саду, наслаждаясь цветочным ароматом и ласковыми лучами солнца. Потворствующий своему удовольствию, он совершенно не обращал внимания на дорогу и забирался все дальше, пока не очутился в какой-то глуши, прямо у ворот Холодного дворца.

В этом забытом месте некому было ухаживать за кустами и травами, поэтому со временем они до того разрослись, что почти закрыли собой все постройки. Буйно растущие травы потревожил внезапный порыв ветра. Император прикрыл лицо рукавом, а когда застивший его врасплох вихрь лепестков рассеялся, он заметил посреди двора человеческий силуэт. Незнакомец носил простую одежду, отличался необыкновенной бледностью и худобой. Лицо его светилось тихой радостью и покоем, на губах играла мягкая улыбка. Император замер, зачарованный представшей перед ним картиной.

Мир вокруг словно перестал существовать, осталась лишь тень густой листвы, нежный аромат цветов да беспечно сияющее солнце.

Император невольно ступил на плиты заросшего бурьяном двора и долго стоял так, не отрывая взгляда от прилегшего отдохнуть в старом кресле мужчины. За ним смиренно ждала вереница коленопреклонённых слуг, следовавшая всегда за повелителем. Чем же незнакомец привлёк его внимание? Он не отличался редкостной красотой, ибо у него был изъян. Дворец полнился наложницами на любой вкус, каждая из которых обладала парой прекрасных глаз, а этот же человек был слеп.

Тем не менее, не сдержав восхищённого вздоха, император подозвал слугу.

***

Слепой наложник нежился на солнышке у себя во дворе – в такую погоду грех сидеть дома.

Лёгкий ветерок разносил вокруг аромат благовоний. Юйли дремала, свернувшись клубочком у его ног, и сквозь тонкий слой одеяний слепой наложник ощущал успокаивающее тепло родного питомца. Сяо Бао тоже клевал носом, прислонившись к плетёному креслу.

Вдалеке послышались шаги.

Сяо Бао растерянно поднялся, отряхнулся и не на шутку перепугался, увидев у ворот управляющего евнуха со свитой слуг. С чего это вдруг Холодный дворец начал пользоваться такой популярностью?

Евнух жестом приказал Сяо Бао молча подойти к нему. Тот украдкой бросил взгляд на спящего господина и тихонько вышел к воротам, склонившись в поклоне. Сяо Бао знал многих управляющих в императорском дворце, от которых то и дело получал по шапке, но этого прежде не встречал. При взгляде на пропускной жетон[3], что висел на поясе незнакомого евнуха, Сяо Бао прошиб озноб, а колени подогнулись.

К удивлению юноши, евнух Императора позволил ему подняться. Многочисленные слуги за его спиной держали в руках одеяла, тонкие шелковые ткани, разнообразную утварь из белоснежного фарфора, а также круглые опахала, искусно вышитые цветами и птицами. Сяо Бао не удержался и украдкой оглядел всё это великолепие.

Старший евнух шепнул что-то стоящему рядом мужчине, который кивнул и подал знак слугам. Те бесшумной вереницей потянулись во двор и принялись расставлять повсюду принесённые ими драгоценности.

Сяо Бао раскрыл рот от изумления.

– Твой господин не должен знать об этих вещах, понял? – обратился к нему доверенный евнух Императора.

– Разумеется, – немедленно кивнул Сяо Бао.

– В особенности о том, кто их прислал.

– Будьте спокойны, Сяо Бао не посмеет и слова сказать.

– Боюсь, впредь Холодному дворцу придётся нередко принимать знатных гостей. Пусть всё останется как прежде, твоему господину знать что-либо ни к чему. А ты, надеюсь, сам догадаешься, о чём следует ему рассказывать, а о чём – нет.

Сяо Бао снова кивнул.

Вскоре слуги негромко доложили, что всё расставлено как полагается. Управляющий кивнул, потом взмахом рукава велел слугам вернуться и, отдав несколько приказаний, вместе со свитой покинул Холодный дворец.

А Сяо Бао ещё долго не мог прийти в себя.

Что же в конце концов происходит?

Касаемо его господина.... За все годы, проведённые со слепым наложником в Холодном дворце, о них ни разу никто не вспоминал, даже еду Сяо Бао приходилось выпрашивать для них по полдня, а тут судьба ни с того ни с сего решила смилостивиться и осыпала изгоев драгоценными дарами.

Сяо Бао забежал в главные покои Холодного дворца и вытаращил глаза. Новое убранство поражало великолепием: тут были яшмовые панно, сандаловые скульптуры, вазы, расписанные узором «гора долголетия и море счастья»[4], подсвечники в форме золотых лотосов, изящные кувшины... О Небеса, неужели это и впрямь теперь Холодный дворец?!

Пока Сяо Бао глазел на сокровища, слепой наложник еще продолжал в неведении дремать в своём плетёном кресле. Устроившаяся у него на коленях Юйли проснулась и раскрыла проницательные глаза, но не сдвинулась с места.

Лучи послеполуденного солнца, пробиваясь сквозь густую листву, окутывали слепого наложника подобно вышитому золотом одеялу, столь мягкому и теплому, что не хотелось просыпаться.

Сяо Бао с трудом вытащил во двор новую садовую лежанку. Не отличаясь внушительной комплекцией или физической силой, он еле-еле тащил за собой тяжёлую кушетку, которая громко царапала землю. Слепой наложник, наконец, проснулся и встал с кресла, поглаживая Юйли.

– Что это за шум?

Сяо Бао вмиг покрылся холодным потом, но ответил непринуждённо и радостно:

– Господин, присядьте сюда.

Он за руку подвёл слепого наложника к кушетке, помог ему сесть и разуться.

– Ой, как мягко! – изумился тот.

– Господин верно заметил, – не удержался от смеха Сяо Бао. – Это ложе весьма мягко.

Белая кошка вырвалась из рук слепого наложника, довольно мяукнула и принялась тереться о кушетку, помахивая хвостом.

– Юйли нравится, – обрадовался мужчина. У него отродясь не было такой превосходной кушетки, поэтому он не удержался от вопроса: – Где ты её взял?

Сяо Бао вспомнил наказ евнуха Его Величества и, подумав, ответил:

– Ваш слуга нашёл по пути. Наверное, какая-то фаворитка выкинула её рядом с Холодным дворцом.

Слепой наложник тут же поверил лжи и расплылся в улыбке. Кушетка и впрямь была очень мягкая и удобная, к тому же она понравилась Юйли.

– Ты, должно быть, утомился, пока волок её сюда.

– Главное, что господин доволен.

Слепой наложник нащупал руку Сяо Бао и потянул того к кушетке:

– Ты тоже садись со мной, на ней и впрямь очень удобно.

– Я?! – испугался Сяо Бао. – Что вы, это недопустимо! Я же слуга!

– Вовсе нет, садись, – не сдавался слепой наложник. – Тут так мягко, пощупай обивку.

Сяо Бао в страхе попятился назад: эту кушетку господину подарил сам Император, разве посмел бы простой слуга на неё сесть?

Но слепой наложник этого не знал. Он схватил Сяо Бао за предплечья, потянул и усадил на кушетку.

– Правда же удобно?

Едва коснувшись сиденья задним местом Сяо Бао вскочил, как ошпаренный кипятком, с криком:

– Удобно, удобно! Ваш слуга не заслуживает такого счастья, мне хватит и того, что господину хорошо!

От его крика слепой наложник тоже испуганно подскочил.

Только Юйли, не обращая на них внимания, лениво вытянулась на кушетке. Слепой наложник сел обратно, осторожно, чтобы не потревожить кошку, и пробормотал:

– И впрямь удобно... Ты точно не хочешь сесть?

– Точно, – покачал головой Сяо Бао.

– Вот как... – в недоумении протянул слепой наложник. Тут же так мягко, отчего бы не присесть?

Эх, всё-таки Сяо Бао совсем еще дитя и ничего не понимает, что мгновения комфорта нужно ценить.

***

Примечания:

[1] 金翅雀 [jīnchìquè; цзиньчицюэ] - 1. щегол, чиж. 2. китайская зеленушка (лат. Carduelis sinica, Chloris sinica) певчая птица семейства вьюрковых отряда воробьинообразных, характерная только для стран Азии.

[2] Возраст достижения совершеннолетия в Китае – 20 лет.

[3] Пропускной жетон [腰牌 yāopái; яопай] – жетон представлял из себя изготовленную из нефрита или другого материала пластину с выгравированными надписями, удостоверяющими личность и статус владельца, который носился на поясе. Пропускной жетон давал право выходить за пределы дворца или наделял владельца иными полномочиями.

[4] Ваза из белого фарфора с синим орнаментом, который называется 寿山福海[Shoushan Fuhai; Шушань Фухай] - "Гора долголетия и Море счастья". Узор представляет из себя горы, выступающие в волнах моря. Такая ваза времен династии Мин находится в Нанкинском музее.

Глава 3

В последнее время слепой наложник начал замечать, что вокруг творятся какие-то странности. Например, чашка, которую он держал в руках за обедом, на ощупь казалась сделанной из тончайшего фарфора, тогда как раньше ему приходилось пить и есть из простой грубой посуды.

– Сяо Бао, ты нашёл мне новую чашку?

– Нет.

Слепой наложник озадаченно нахмурился, ощупывая подозрительную чашку, как вдруг обнаружил важную деталь.

– Ой!

– Что такое? – Сяо Бао подскочил от его изумлённого возгласа.

– У моей чашки была трещина, а ее здесь нет!

- Господин, - едва дыша от испуга, возразил Сяо Бао, – вы, должно быть, перепутали.

– Как я мог перепутать? Я точно помню, как в прошлом году поранил губу об эту трещину, а ты меня за это ещё и отругал.

Сяо Бао пристыженно отвёл глаза:

– Я не помню...

Слепой наложник ещё раз ощупал чашку, дабы убедиться, что в ней действительно имелась трещина.

Взволнованно наблюдая за ним, Сяо Бао поспешил перевести тему:

– Сегодня мне досталось немного спелых фруктов на императорской кухне, я сейчас принесу вам попробовать!

Слепой наложник согласно кивнул, опустил наконец чашку и сложил руки на коленях в ожидании лакомства. Сяо Бао подал фрукты, срезал с них кожицу и протянул ему.

– Как сладко! – едва откусив, воскликнул слепой наложник. – Никогда раньше не ел таких вкусных яблок!

"Естественно, их же прислал сам Император", – хмыкнул про себя Сяо Бао. Затем он срезал кожицу с крупной виноградины и дал попробовать господину.

– Как сочно! – поразился тот.

– Ага, – усмехнулся Сяо Бао.

Проглотив виноградину, слепой наложник на мгновение обомлел:

– Сяо Бао, мы уже ведь несколько лет не ели винограда!

– Но я приносил виноград в прошлом году, когда стояла летняя жара, помните?[1]

– Тот виноград был мелкий и кислый, – покачал головой слепой наложник. – К тому же, оказался гнилой, ты его сразу выплюнул и сказал мне не есть, а потом стал бранить управляющего хозяйством[2], что лучше бы он нам вообще ничего не давал.

Сяо Бао закатил глаза: он ведь тогда бранился по делу.

– Ты тоже попробуй, это очень вкусно, – предложил слепой наложник.

– Вот и хорошо, если вам нравится, а я виноград не люблю.

Сяо Бао очистил от кожуры манго и нарезал дольками в небольшую чашку, которую подтолкнул к слепому наложнику. Но тот к ней даже не притронулся.

– А что ты любишь?

– У меня нет особых предпочтений.

– Не может быть. Должно же хоть что-то тебе нравиться?

– Да я правда ничего особенного не люблю...

– Если это секрет, то ты не бойся, – не унимался слепой наложник, – я никому его не скажу.

Сяо Бао поджал губы, но потом всё же признался:

– Апельсины...

– Апельсины?!

Сяо Бао стыдливо опустил голову:

– Ага.

Тут у ворот кто-то мяукнул.

– Юйли вернулась! – обрадовался слепой наложник.

Его любимица запрыгнула к нему на колени и, виляя хвостом, голодно заурчала.

– Хочешь виноград? – с улыбкой спросил слепой наложник, поглаживая кошку. Та согласно мяукнула. – Юйли тоже желает отведать винограда, – рассмеялся мужчина.

– Но у кошек от фруктов начинается понос, – возразил Сяо Бао. – Я лучше пойду наложу ей обычной еды, мне ведь за ней убирать, если что.

– И то верно, – согласился слепой наложник.

Он поднял Юйли и потёрся носом наощупь о мягкую кошачью мордочку.

- Когда ты съешь свою еду, я угощу тебя виноградинкой, - прошептал он ей по секрету.

Кошка мяукнула в ответ. Слепой наложник решил, что она согласилась, и засмеялся:

– Юйли у меня такая умница.

Глядя на них, даже Сяо Бао не сдержал улыбки. Ох уж, этот его господин! Покачав головой, Сяо Бао отправился за кормом для Юйли.

***

Поздней летней ночью дул прохладный ветерок, лунный свет заливал двор. Слепой наложник устроился на кушетке с Юйли в руках и потихоньку кормил кошку виноградом.

– Как хорошо, что теперь у нас есть кушетка. Можно больше не бояться зацепиться рукавом за щепки, торчащие из старого кресла.

– Угу, – согласился Сяо Бао. Задрав голову, он любовался ночным небом, на котором в окружении звёзд сияла яркая луна. – Как красиво...

– Правда?

– М-м, луна такая большая и круглая. Очень красиво.

Слепой наложник лёг и погладил кошку по голове между ушей:

– Юйли, взгляни вместо меня, правда ли так восхитительно?

Кошка тихо мяукнула, чем обрадовала своего хозяина.

Ночной ветер подул сильнее.

Круглые кошачьи глаза искрились серебристым светом, как будто озорной ветер сорвал звёзды с небес, и те крохотными искорками рассыпались в глазах Юйли.

В лунном сиянии, окутавшем слепого наложника, его черты казались, словно вылепленными из чистого белой фарфоровой глины, лишь глаза оставались тускло-серыми, напрочь лишёнными света.

– Полюбуйся за нас обоих, Юйли.

Лёгкий ветерок развеял его тихий голос в ночной темноте, и неизвестно поняла ли просьбу кошка. Зашелестела листва, нарисованные, словно тушью, цветы в ночи переплелись с неясными тенями, скользящими по земле.

– Вот бы так было всегда, – вздохнул слепой наложник.

– Как "так"? – отозвался Сяо Бао.

Мужчина светло улыбнулся:

– Вот бы мы с тобой и Юйли никогда не разлучались, наслаждались ароматом цветов, слушали жужжание насекомых, днём нежились бы на солнышке, а ночью любовались звёздами и болтали о пустяках, и чтобы через много-много лет мы все по-прежнему были вместе.

– Да. Хорошо бы.

– Ты согласен? – удивился слепой наложник.

Сяо Бао пожал плечами:

– Почему бы и нет?

– А ты, Юйли? – погладил любимицу слепой наложник.

Кошка мяукнула и потёрлась о его шею. Мужчина расплылся в счастливой улыбке.

Когда время подошло ко сну, он забрался в кровать и позволил Сяо Бао укутать себя одеялом, но затем вдруг вскочил с изумлённым возгласом.

– Господин, что-то случилось? – испугался Сяо Бао.

– Ты что, сменил все простыни, одеяла и подушки?

Сяо Бао, который чуть не помер от страха, похлопал себя по груди.

– Нет-нет, – он отрицательно покачал головой.

– Нет? – не поверил ему слепой наложник.

Сяо Бао невозмутимо подтвердил:

– Точно, все по-прежнему.

– Точно?

Сяо Бао скрестил руки на груди и поднял брови:

– Господин, не пора ли вам ложиться спать?

– Уже ложусь, – быстро сдался слепой наложник, не желая сердить его.

Он послушно укрылся одеялом и закрыл глаза.

Однако постель оказалась такой удобной, а одеяло таким мягким, словно вытканным из тончайшего шёлка, что слепой наложник ещё долго не мог уснуть и ворочался, что-то бормоча себе под нос и поглаживая одеяло тонкими, бледными пальцами.

***

На рассвете в покоях Холодного дворца царила тишина. Незрячий мужчина открыл глаза в своей постели. Сяо Бао обычно к этому времени успевал встать и приняться за работу, которой было немало: натаскать воды, выстирать одежду, накормить Юйли. А если капризная кошка воротила нос, Сяо Бао бегал за ней по всему двору, пытаясь схватить ее за хвост.

Удивительно, но сегодня со двора не доносилось ни звука.

Слепой наложник наощупь отыскал свою одежду, кое-как оделся и вышел из покоев.

– Сяо Бао, Юйли, – позвал он.

Слуга откликнулся не сразу:

– Господин...

– Вот ты где. А я тебя потерял.

Сяо Бао вновь долго не отвечал.

– Что такое? – заволновался слепой наложник.

– Господин... Тут у нас гости.

Слепой наложник удивился:

- Какие гости?

- Э-э... Тот стражник, что приходил в прошлый раз, помните? - слуга старался лишний раз не коситься на навестившего их Императора. Он стоял на коленях и паниковал.

***

Примечания:

[1] Сяо Бао упоминает время года 三伏天 [sānfútiān; сяньфутянь] - это "третья декада летней жары" или так еще обозначают просто весь сезон летней жары, длящийся от летнего солнцестояния до начала осени.

[2] 分配物资的总管 [fēnpèi wùzī de zǒngguǎn; фэньпэй уцзы дэ цзунгуань] – можно перевести дословно "заведующий/управляющий распределением ресурсов" или "заведующий хозяйством"

Глава 4

- Ох, что же ты раньше не сказал! – Слепой наложник не видел, что Сяо Бао стоял на коленях, а потому велел ему: – Скорее завари чай!

Сяо Бао переводил взгляд со своего господина на Императора и не смел шевельнуться.

Незрячий мужчина, ни о чём не догадываясь, обратился к гостю:

– А что ты здесь делаешь? Разве тебе не нужно быть на посту?

– Я как раз освободился и по пути решил зайти к тебе, – ответил Император.

Слепой наложник невольно обрадовался:

– Здесь обычно никто не бывает. Если ты сможешь хоть изредка меня навещать, это было бы чудесно.

- Если хочешь, я постараюсь заглядывать почаще.

Слепой наложник широко улыбнулся, от улыбки он очаровательно прищурился, как довольный кот:

– Договорились.

Он потянул Императора за рукав к своей любимой кушетке:

– Присаживайся, тут очень мягко.

Император послушно сел и притворился удивлённым:

– Ещё пару дней назад у вас не было никакой кушетки, кто тебе её подарил?

– Да кто мог мне ее подарить? – улыбнулся слепой наложник. – Это Сяо Бао нашёл кем-то выкинутую кушетку, жалко было её оставлять, чтобы ее бросили на свалке.

– Вот как. Вам повезло подобрать такую хорошую мебель.

Сяо Бао, который тем временем успел заварить чай, вынес во двор чайник и хотел было налить Императору и своему подопечному, но тот вдруг спросил:

– Какие чашки ты взял?

– Отвечаю моему господину, это пиалы из сервиза с узором из цветов сливы.

– К чему такая серьёзность? – легкомысленно поддразнил Император. – И почему же у вас летом сервиз со сливовыми цветами?[1]

– Да какая тут серьёзность?! – усмехнулся слепой наложник. – У нас оставалось всего два чайных набора: бамбуковый и сливовый. Но посуду с бамбуковым рисунком недавно разбила Юйли, а этот почти не тронутый мы достаем только на Новый год.

Император благодарно принял из рук незрячего мужчины чайную чашку, а про себя решил завтра подарить ему новую посуду.

После того, как они выпили чаю, слепой наложник спросил:

– А где ты служишь?

– Я служу в императорской охране.

– Ты служишь самому Императору?! Разве тебе можно вот так свободно покидать пост?

– Ничего страшного.

– Но что, если Его Величество тебя накажет?

"Стражник" задумался, а потом серьёзно ответил:

- Не думаю, что Император меня накажет, - он произнёс это с большой уверенностью, и слепой наложник ему поверил.

– Хорошо, ладно.

А Сяо Бао, что стоял в стороне с подносом из сандалового дерева в руках и слушал невольно чужые разговоры, покрылся холодным потом.

Император вынул из рукава гостинец, завернутый в вышитый носовой платок, и протянул слепому его незрячему мужчине:

– Попробуй-ка вот это угощение, оно очень вкусное.

Развязав платок, смущенный наложник обнаружил внутри чищенные ядра кедрового ореха и сунул целую горсть себе в рот. Оказалось, что орехи приятно пахли и были весьма неплохи на вкус. С прижатой ко рту ладонью и набитыми щеками он напомнил Императору маленького мышонка, схватившего передними лапками лакомство и торопливо жующего его.

– А ты часто бываешь за пределами дворца? - внезапно спросил заключенный Холодного дворца гостя.

– Довольно часто. Почему ты спрашиваешь?

– Повезло же тебе, – восхитился слепой наложник. – Я вот уже много лет никуда не выходил отсюда.

– В самом деле?

– Да. За всё время, что я прожил в императорском дворце, я почти его не покидал его, а с тех пор, как меня сослали в Холодный дворец, мне и вовсе запрещено его покидать.

– Таковы правила гарема, – пожал плечами монарх.

Слепой наложник печально повесил голову и стал молча доедать кедровые орешки. Он и сам знал, что он - узник.

– Ты так очень хочешь уйти отсюда? – спросил Император.

– Очень. Но мне нельзя... более того, это было бы крайне неудобно.

Серые мутные глаза незрячего мужчины потускнели. За столько лет жизни во дворце слепой наложник редко был снаружи. А после и вовсе оказался запертым в Холодном дворце. Он старался не думать о том, каково было бы покинуть гарем, ведь стоило ему об этом подумать, как сердце тут же наполнялось тоской.

– Будь у тебя возможность уйти, куда бы ты пошел и чем бы занялся? – спросил Император, все еще притворяясь стражником.

– Я бы хотел прогуляться по оживлённым улицам, послушать, как бегают вокруг дети, насладиться витающим в воздухе ароматом сладостей, купить танхулу. Звучит чудесно, не правда ли?

– И это всё?

Слепой наложник кивнул.

По неосторожности он выдал свои самые сокровенные чаяния, что хранились в глубине души, и теперь заметно напрягся, пряча дрожащие пальцы в шерсте Юйли.

Мельком взглянув на него, Его Величество произнес:

– Уже поздно. Мне пора возвращаться.

– Да, – поднял голову слепой наложник. – Нехорошо будет, если тебя поймают.

– Ты обо мне слишком сильно переживаешь, – усмехнулся Император, легко стукнув его веером между бровей.

– Конечно. Ведь если с тобой что-то случится, мы больше никогда не увидимся.

– Это верно, – согласился Император.

Слепой наложник улыбнулся:

– Спасибо, что составил мне компанию.

– И за что ты меня благодаришь?

– Ты первый, кто навестил меня за все эти годы. – Немного помолчав, он признался: – Было время, ещё до того, как я встретил Юйли, когда Сяо Бао уходил из Холодного дворца, и я оставался совсем один. Вокруг было так тихо, даже дуновения ветера не было слышно, и мне порой казалось, что я уже умер.

***

Тем же вечером, уже давно проводив неожиданного гостя, слепой наложник вошёл в главные покои с Юйли на руках. Сяо Бао подал им ужин и наложил еды для белой кошки. Почесав любимицу за ушком, слепой наложник опустил её на пол перед миской, которая всегда стояла на одном и том же месте.

– Господин сегодня что-то очень довольный, – заметил Сяо Бао, вложив ему палочки в руки.

Слепой наложник радостно кивнул:

– К нам ведь приходил гость.

– Господин надеется снова его увидеть?

– Ну, конечно! А ты?

Сяо Бао долго молчал, орудуя палочками и заталкивая в рот еду, затем наконец пробормотал:

– Ага, я тоже...

– Я ведь сегодня ничего такого страшного не сказал? – спросил вдруг его господин.

– Почему вы спрашиваете?

– Я давно ни с кем кроме тебя не разговаривал, – неловко признался слепой наложник. – И на радостях проболтался, что хочу выйти из дворца, чтобы купить танхулу, наговорил всяких глупостей, совершенно не подумав. Тот стражник, наверное, посмеялся надо мной, посчитав слишком странным, и больше никогда не вернется.

– Что вы, господин, никто над вами не смеялся, – утешил Сяо Бао, подложив в его миску ещё еды.

– Правда?

– Абсолютно. Я не сводил с... со стражника глаз и могу поклясться, что он ни разу над вами не смеялся. Не волнуйтесь об этом! - Конечно Сяо Бао внимательно следил за нуждами Его Величества и его реакцией.

– Тогда ладно, – успокоился слепой наложник, вновь принимаясь за еду.

– Ешьте побольше мяса, мой господин. Сегодня у нас вкусные свиные рёбрышки.

– Рёбрышки? И вправду они... - мужчина подцепил палочками и подержал пальцами за косточку кусок мяса.

– Да. Должно быть, из-за потепления на дворцовых кухнях решили раздать больше еды, чтобы она не пропадала. Не жалейте порцию, господин, съешьте всё. Завтра, я думаю, раздадут ещё пищи.

– Это же замечательно! – обрадовался слепой наложник. – Юйли обязательно тоже наложи мяса, а то ей, бедняжке, приходиться голодать вместе с нами.

– Конечно, господин.

Когда они закончили ужинать, было уже поздно. Обычно слепой наложник рано ложился спать, так как не видел дневного света.

Сяо Бао зажёг свечу, накрыл её слюдяным колпаком с отверстием и помог своему господину умыться, и уложил его в постель.

– Сколько раз я уже говорил, что и сам могу с этим справиться!

– А кто прошлой зимой захотел налить воды для умывания, ошибся ведром и ошпарился? – напомнил Сяо Бао.

Слепой наложник обиженно отвернулся:

– Я же это случайно...

Сяо Бао напустил на себя строгий вид:

– Не обсуждается.

– Я слепой, а не ребенок или полный инвалид...

Но Сяо Бао этими речами было не пронять. Прошлой зимой слепой наложник говорил то же самое, и молодой слуга, пожалев его достоинство, позволил несчастному мужчине умыться самостоятельно. А тот взял да и обжегся. Сяо Бао по сей день с содроганием вспоминал ужасные волдыри, вздувшиеся на руках незрячего господина.

Слуга закончил ухаживать за подопечным. Взглянув последний раз в его глаза, он покинул покои господина и закрыл за собой дверь.

Слепой наложник прижался лицом к подушке. Несмотря на свою слепоту, он любил спать с зажжённой свечой, потому что так было чуть теплее. Когда горела свеча, он мог определить по еле заметному теплу, с какой стороны было окно, от которого поддувало, а с какой – тумба со свечой, и оттого чувствовал себя спокойнее, осознавая пространство.

Перед сном он со стыдом вспоминал всё, что наговорил гостю. Кто его только за язык тянул?! Утешало лишь то, что гость его был простым стражником. Если бы его мечты о побеге стали известны Императору, то не сносить ему головы.

И всё же, слепой наложник отчаянно желал хоть раз побывать за пределами дворца, пока ещё жив. Неважно, куда идти потом, только бы почувствовать себя опять свободным.

Как в те времена, когда он и правда был таким.

Счастливые воспоминания заставили его слабо улыбнуться. Как же было хорошо, когда его отец с матерью были живы. Вся семья собиралась за одним столом, и казалось, что так будет всегда.

В серых с поволокой глазах наложника, как будто зажегся свет, – это отразилось пламя свечи. Казалось, яркие звёзды зажглись на его фарфорово-бледном лице.

Всё-таки слухи не врали: глаза слепого наложника и впрямь были прекрасны.

***

Примечание:

[1] В китайской традиции каждому времени года соответствует определённый цветок: слива является символом зимы, орхидея – весны, бамбук – лета и хризантема – осени. Эти цветы являются основными мотивами китайской живописи и для росписи. Поэтому император удивляется тому, что в летнее время в Холодном дворце используют чайный сервиз с несоответствующим сезону узором, а слепой наложник отвечает, что у них есть сервизы лишь для двух времён года и один уже разбился.

Глава 5

Молодой Император сидел перед столом, его взгляд скользил по людям, стоящим на коленях перед ним.

- Ты даже откуда взялся этот наложник не смог узнать?!

Главный дворцовый управляющий евнух прибывал в ужасе:

- Ваше Величество, ваши слуги искали по всем архивам и записям дворца за последние годы и не нашли никакой информации о слепом мужчине; поэтому мы не знаем, когда он поступил в гарем, и как он был сослан в Холодный дворец.

Лицо молодого Императора исказилось от раздражения:

- Как ты можешь продолжать вести дела, если во дворце все эти годы жил неучтенный живой человек, а ты даже не знаешь его имени и происхождения?

Управляющий не смел поднять голову и, дрожа от трепета, проговорил:

- Пожалуйста, умерьте свой гнев, Ваше Величество. Даже если ваш слуга не обнаружил соответствующих архивных записей, все равно остается одна вещь, которая может быть подтверждена: среди тех, кто вошёл во дворец за последние десять лет, нет ни одного слепого, в том числе и в списках рабов.

Молодой Император наморщил брови.

Управляющий робко продолжил:

- Значит, глаза слепого наложника, должно быть, были повреждены после входа во дворец.

Император молча сжал рукоять своего веера в кулаке и хлопнул им по руке. Евнух замер в согбенной позу на полу, боясь даже громко дышать. Атмосфера в кабинете стала холодной.

Император потер кончиком веера меж бровей и откинулся на спинку широкого кресла, чтобы собраться с мыслями.

Ему пришел в голову образ одинокого человека, который все это время жил в Холодном дворце, и его руки, которые часто дрожали, не слушаясь хозяина.

После еще одной минуты молчания правитель сказал:

- Распространите по дворцу следующий приказ...

***

Сяо Бао купал Юйли во дворе.

Белая кошка отчаянно сопротивлялась, пронзительно мяукая и дрыгая четырьмя лапами в тазу, как будто от этого зависела ее жизнь, разбрызгивая воду и намочив сверху до низу слугу.

В гневе Сяо Бао захотел ударить Юйли и крикнул:

- Ты, глупый зверь! Я пытаюсь искупать тебя, но ты не хочешь помогать мне и хоть на миг оставаться на месте!

Слепой наложник пришел на защиту любимицы:

- О нет, не бей Юйли! Вот, я сейчас подержу ее для тебя.

Кошачьи вопли стали более печальными. Слепой наложник не мог причинить ей вреда, а она слишком любила его, чтобы кусать, и несколько раз ее хозяин все равно чуть не позволил Юйли сбежать из ванны.

Разгневанный Сяо Бао проворчал:

Ну, тогда оставайся грязным, глупое животное. Смотри, такую грязнулю никто больше захочет погладить.

Его господин с тревогой проговорил:

- Кто сказал, что никто не хочет гладить Юйли?! Я хочу!

Сяо Бао беспомощно только сказал на это:

- Ваша милость, я просто пытался ее припугнуть.

Незрячий мужчина недовольно ответил:

- Нельзя ее так стращать, кошки и без того пугливы.

Сяо Бао закатил глаза и бросил полотенце на землю:

- Все, я заканчиваю припираться с вами двумя.

- Ну, Сяо Бао... - начал умолять мужчина, и выражение его лица стало жалобней, чем у Юйли.

У входа во двор Холодного дворца раздались шаги, и кто-то высоким голосом объявил:

- Весть для наложника из Холодного дворца! Я пришел передать сообщение от управляющего Ли.

Мужчина удивленно встал и спросил гонца:

- Что это значит?

Евнух заговорил:

- Через десять дней Его Величество устраивает пир для своего двора. Нужно купить много товаров, но все слуги заняты, и мы не можем найти никого лишнего. У управляющего Ли есть несколько важных дел, которые он хотел бы поручить этому господину. Если вы согласны, то сможете покинуть Холодный дворец на весь день и вернуться к закату.

Сяо Бао подбежал к слепому наложнику, встал у него за спиной и приобнял, сам подаваясь корпусом вперед:

- Эй, а у вас всех нету ног, что ли? Что бы о моем господине не болтали, но он хозяин в Холодном дворце. Как вы, простые слуги, осмеливаетесь отдавать ему приказы?

- Подожди минутку... - слепой наложник нервничая оттолкнул и взволнованно переспросил посланника: - Что вы только что сказали?

Евнух перед ним терпеливо повторил:

- Управляющий Ли дал этому слуге список. Если Ваша милость может, то купите в городе все вещи из этого списка и вернитесь во дворец до наступления сумерек. Так как дело срочное, я принес деньги и жетон для выхода из дворца. Пожалуйста, сохраните пропуск и не потеряйте его.

Губы слепого наложника слегка задрожали от неверия:

- Это-это... значит, я могу выйти отсюда?

- Да, - ответил ему слуга. - Было бы лучше, если бы господин приготовился пойти немедленно. Летом сумерки начинаются позже, но это все еще приказ Императора, поэтому к поставленной задаче нельзя относиться легкомысленно и задерживаться где бы то ни было.

Слепой наложник торопливо произнес:

- Вы правы. Я немедленно ухожу.

Он поспешно нащупал и взял список покупок из рук человека трясущимися руками. Кончики его пальцев впились в нефритовый жетон, становясь красными. Это необычное солнечное утро раннего лета вызвало у него головокружение, поэтому слепому наложнику потребовалось мгновение, чтобы прийти в себя, после чего он восторженным голосом воскликнул:

- Сяо Бао, наконец-то, мы можем покинуть Холодный дворец!

Он протянул бумагу своему помощнику:

- Помоги мне прочитать, что на нем написано.

Сяо Бао опустил голову и увидел лишь чистый лист бумаги, на котором ничего не было написано, и до него начало доходить, кто на самом деле организовал им выход в город. Он сказал, придумывая на ходу ложь:

- Тут столько всего, боюсь, до вечера мы едва управимся.

Слепой наложник на это торжественно и серьезно произнес:

- Хорошо, - и сжал послание еще крепче.

- Прошло много времени с тех пор, как хозяин покидал дворец. Позвольте мне помочь вам переодеться в подходящую одежду.

Мужчина быстро кивнул головой:

- Верно. Сяо Бао всегда помнит обо всем. В шкафу должен быть зеленый халат, вышитый золотой нитью, он, наверное, подойдёт для улицы.

Молодой евнух завел господина в дом и посадил на диван:

- Подождите, пока я принесу одежду. Я скоро, туда и обратно.

Слепой наложник осторожно потрогал пустой листок бумаги, чтобы ощутить его текстуру, и каждый раз, проводя пальцами по поверхности, его измученное сердце наполнялось радостью. Сяо Бао забрал из шкафа наряд и помог ему переодеться, привязывая на шнуре пропускной жетон к поясу.

Слепой наложник коснулся нефритовой подвески. Он все еще не мог поверить, что это правда. По дороге, ведущей из Холодного дворца, он все время спрашивал Сяо Бао:

- Мы действительно выходим из дворца?

И тот каждый раз, поворачивая голову к нему, тот отвечал:

- Верно, все именно так.

Слепой наложник, услышав это, опускал голову и робко улыбался.

По мере приближения к главным воротам незрячий мужчина все больше нервничал, а его шаги становились короткими и замедлялись.

- Сяо Бао, мы действительно можем уйти?

- Не волнуйтесь, это правда. Все по-настоящему.

Лицо слепого наложника то бледнело, то краснело, и ладони его начали потеть.

Пока двое караульных проверяли у них пропускной жетон, издалека донёсся звук чьих-то шагов.

– Вот так совпадение! – воскликнул знакомый мужской голос. – Не ожидал вас здесь встретить.

– Это ты! – отозвался слепой наложник, тут же узнав обладателя голоса.

– Узнал. А ты, неужели, покидаешь дворец?!

– Да...

– Я как раз тоже ухожу, моя смена на сегодня окончена.

– Правда? – обрадовался слепой наложник. – Пойдём тогда вместе!

– Ладно, идём, – легко согласился его собеседник.

Так они втроем и отправились в путь. Незрячий мужчина ухватился за локоть Сяо Бао и едва не побежал вперёд, заставив того испуганно вскрикнуть:

– Господин, прошу, не спешите! Вы же упадёте!

– Не упаду, я хорошо помню дороги за пределами дворца.

– Даже если так, вы много лет там не ходили, – возразил Сяо Бао.

– Он не упадёт, – вмешался их спутник, – я же рядом.

– А по какому делу тебе понадобилось выйти? – поинтересовался узник Холодного дворца.

– Просто так, отдохнуть.

– И откуда у императорского стражника столько свободного времени? – удивился слепой наложник.

Император довольный незаметно раскрыл веер:

– Что поделать, такой я беззаботный стражник.

– Мы здесь по поручению Его Величества, – серьёзно сообщил слепой наложник.

– Поразительно! – подразнил его "охранник". – Что же это за важное поручение?

Незрячий мужчина вынул из рукава сложенный список и осторожно его развернул:

– Всё это нужно купить до захода солнца.

Император взял у него чистый лист:

– Я тебе помогу.

– Хорошо. А что там написано, ты не знаешь?

– Хм... – Император притворился, что внимательно читает список. – Здесь указано много замечательных закусок: сладкие лепёшки в форме листьев лотоса, пряники в форме цветов персика и ещё разные безделицы для развлечения [1].

– Зачем Его Величеству на банкете подобные вещи? – удивился слепой наложник.

– Душа государя – потёмки,[2] – задумчиво ответил Император, обмахиваясь веером.

Сяо Бао только молча закатил глаза. А слепой наложник кивнул:

– Значит, отправляемся на рынок.

До чего же его господин доверчивый человек!

***

Примечания:

[1] 小玩意儿 [xiǎowányеr; сяованьэр] - игрушка, безделица для развлечения, безделушки, мелочь.

[2] китайская поговорка 人心难测 [rénxīn náncè  жэньсинь наньцэ] – "чужое сердце(душа)– потёмки" аналог русской "чужая душа - потёмки".

Глава 6

Трое человек из дворца пришли на рынок. Слепой наложник не знал, куда идти, спотыкаясь от радости и волнения и пугая угрозой падения Сяо Бао до смерти.

- Господин, на этой дороге много конных экипажей, будьте осторожны!

- Не волнуйся, я слышу копыта лошадей, когда они приближаются.

Слепой наложник ходил среди прилавков, нюхая здесь и нюхая там, живо водя носом, словно кот, и восклицая, как ребенок:

- Это пироги с крабовым мясом!

- Лапша с овощами "Ди-сань-сянь"!

- Какой наваристый суп! [1,2]

- Персики со льдом!

Шаги наложника были легкими и быстрыми, словно он парил в небе, а его спутники следили, чтобы он не упал и ни с кем не столкнулся. Бледное лицо незрячего мужчины озаряло счастье, а щеки покрылись здоровым румянцем.

Император, следуя за слепым наложником, молча наблюдал за ним, когда он радостно и энергично восклицал, почуяв новый аромат духов или услышав зазывал. Лицо этого человека в такие моменты становилось очень красивым. Он выглядел совершенно иначе, чем когда сидел взаперти в Холодном дворце.

Император вздохнул, он сожалел, что не смог встретиться с ним раньше. Несчастный так много пострадал из-за несправедливости. Удачно, что они встретились, и его бедам теперь наступит конец.

Слепой наложник обернулся, чтобы спросить:

- Сяо Бао, у этих продавцов есть продукты, написанные в списке?

Сяо Бао поспешно ответил:

- Да, да, как только мы пройдем мимо, я сразу куплю.

Слепой наложник кивнул:

- Это хорошо. - Затем серьезно предупредил: - Не пропустите ни одного пункта.

Молодой слуга улыбнулся:

- Не волнуйтесь, мастер.

Обходив почти весь рынок с приближением полудня слепой наложник признался:

- Я немного проголодался.

Сяо Бао посмотрел на господина укоризненно:

- Вы тут всю дорогу бегали и кричали. Было бы странно, если бы вы не устали и не почувствовали себя голодным.

Его Величество предложил им:

- Ну так давайте найдем, где поесть.

Слепой наложник поспешно заговорил:

- Я помню одно место под названием "Бамбуковый павильон", в котором я бывал ещё до попадания во дворец. У них всегда была свежая вкусная еда, но я не знаю, существует ли это заведение до сих пор.

Сяо Бао предложил ему:

- Позвольте, я отлучусь и наведу справки.

Через некоторое время слуга вернулся весьма довольный:

- Господин, они все еще открыты. Этот ресторан немного впереди вверх по улице.

Незрячий мужчина счастливо кивнул:

- Отлично. Пойдем туда.

Когда они достигли дверей "Бамбукового павильона", Император увидел перед собой роскошный ресторан с помпезным убранством. Богатые знатные люди и торговцы входили и выходили оттуда. Это было приличное заведение. Его Величество уже собрался войти внутрь, как услышал тихий возглас слепого наложника: "Ах..."

Его Величество сделал паузу на половине шага:

- Что такое?

Его спутник тихо произнес:

- У нас нет лишних денег.

Император в свою очередь поинтересовался:

- Разве у Сяо Бао недостаточно денег в рукаве?

- Мы не должны использовать эти деньги! - Слепой наложник упрямо покачал головой: - Это средства, которые нам выдали во дворце на покупки для двора Его Величества. И не сносить нам головы, если мы потратим их зря!

Император изобразил неподдельное удивление:

- Разве это такое серьезное преступление?!

- Угум, - незрячий мужчина ему коротко кивнул: - Разве ты посмел бы использовать на развлечения деньги самого Императора?!

Его Величество задумался и медленно произнес:

- Наверное, нет...

Слепой наложник опустил голову в растерянности. Тогда Император взмахнул веером и радушно пригласил:

- Тогда давайте я угощу вас обедом.

- Мм?.. - слепой наложник поднял голову: - Нет, это будет слишком невежливо с моей стороны навязываться тебе.

Его Величество улыбнулся:

- Если ты не можешь принять приглашение просто так, то в следующий раз можешь меня угостить чем-нибудь.

Мужчина напротив на мгновение задумался:

- Хорошо.

Сяо Бао за руку провел своего господина в ресторан, помог ему подняться по лестнице и усадил за столик на террасе, выходящей на улицу. Сразу же к ним подбежал обслуживающий персонал с вежливыми улыбками на лицах, чтобы налить посетителям чай:

- Что бы дорогие гости хотели заказать?

Слепой наложник скромно проговорил:

- Принесите, пожалуйста, жареные креветочные тефтели, рыбу из озера Сиху в кисло-сладком соусе, рулетики Жуи, печёные груши с кешью и нефритовый суп из белой рыбы. [3,4,5]

– А господин знает толк в яствах, – изумился слуга. – Всё, что вы заказали – наши фирменные блюда, об этом знают только постоянные посетители. Вы у нас уже бывали?

Слепой наложник улыбнулся:

– Когда-то я заходил сюда и даже знал владельца. В то время у "Бамбукового павильона" ещё не было второго этажа, и все места были постоянно заняты, так что часто приходилось выносить столы на улицу.

– Совершенно верно. Три года назад мы сделали ремонт, с тех пор места стало намного больше. Меня как раз в то время наняли, поэтому, наверное, неудивительно, что мы с вами никогда не встречались.

Прошло совсем немного времени, которого хватило бы только на половину чашки чая, а посетителям уже принесли часть заказа. Во все стороны распространился восхитительный аромат. [6]

- Попробуйте, эти блюда очень вкусные, - предложил слепой наложник.

- Ешьте побольше, - обратился Сяо Бао к своему господину, - тут все такое потрясающе аппетитное на вид. Неизвестно, когда нас в следующий раз отпустят из дворца.

– И то верно, – вздохнул слепой наложник. – Будет ли вообще этот следующий раз? - Его рука, держащая палочки для еды, бессильно упала на стол.

Император поспешил успокоить своего дорогого спутника:

- Не отчаивайся. Может быть, скоро тебе подвернётся еще один такой же счастливый случай.

Услышав это, незрячий мужчина напротив него рассмеялся:

- Ты говоришь, словно мне подвернется удача. Разве ты Император, чтобы так уверенно говорить о моем будущем?

Его Величество что-то неразборчиво пробормотал, а затем смущенно согласился:

- Ты прав, я не знаю будущего.

Сяо Бао, смеясь про себя над этой сценой, положил еще крабовых тефтелек в миску слепого наложника. Тот поднял палочками один жареный в масле с золотистой корочкой шарик и отправил его в рот. Закуска оказалась столь же нежной и хрустящей, как он ее помнил.

– Изумительно! Вкус ничуть не изменился! – обрадовался слепой наложник. Потом добавил для своих спутников: – Вы оба тоже ешьте, нечего меня одного кормить.

– Сам лучше кушай чаще и больше, – произнес Император. – А то на тебя смотреть больно: кожа да кости.

– Юйли вас толще будет, – поддакнул Сяо Бао.

– Вы оба преувеличиваете, – проговорил слепой наложник с набитым ртом.

Вскоре им подали рыбу в кисло-сладком соусе. Император отломил большой кусок филе с рыбьего бока, очистил его от костей и положил в тарелку незрячего мужчины. Тот с удовольствием попробовал угощение, и вот уже сочное белое ароматное филе таяло во рту, пока слепой наложник уплетал один кусочек за другим. С полными щеками у него при этом был абсолютно умилительный вид.

- Сяо Бао, ты поел? - спросил мужчина своего слугу.

– Да.

Слепой наложник повернул голову к месту, где сидел Император:

– А ты?

– Я тоже.

– Это хорошо, – он наконец успокоился.

Попробовав все блюда, они покинули ресторан. На улице светило тёплое послеполуденное солнце. Его ласковые лучи мягко касались лица незрячего мужчины, подобно ветвям плакучей ивы.

Слепой наложник улыбнулся:

– Я почти забыл, как здесь кормят. Не ожидал, что столько лет спустя вкус окажется точно таким же.

– Любимые вещи нелегко забыть, – отозвался Сяо Бао.

– Верно. Пойдёмте, купим, что осталось из списка.

Втроём они вернулись на оживлённую торговую улицу. Ступая по ухабистой дороге, на которой было так легко споткнуться, слепой наложник выглядел довольно уверенным. Ему были хорошо знакомы и запахи, и звуки, и галдёж толпы, и радостные крики играющих ребятишек в этой части города; он всё сохранил в памяти с былых времён, когда он был свободен и не знал ни забот, ни тревог.

Император внезапно сложил свой веер и указал в сторону:

– Там продают танхулу! Давайте купим немного? [7]

– Правда?! – схватил его за рукав слепой наложник. – Где?

– Близко совсем, на углу. – Император вынул серебряный лян из кошелька: – Я куплю тебе, сколько захочешь.

– Не нужно, я сам куплю.

Слепой наложник достал из кармана несколько медяков. Вместе с Сяо Бао они подошли к продавцу танхулу.

– Дайте три, пожалуйста, – попросил незрячий мужчина.

Пожилой торговец в широкополой бамбуковой шляпе снял со стойки три палочки танхулу и вручил ему.

Слепой наложник отдал одну Сяо Бао, одну оставил себе, затем спросил:

– А где стражник?

– Я здесь, – отозвался Его Величество.

Слепой наложник с улыбкой протянул ему шпажку:

– Держи, это тебе.

– Мне? – удивился Император. Ему делали много подношений, но никогда это не были конфеты.

– Да, тебе-тебе.

Монарх выглядел потрясённым до глубины души:

– Ещё никто никогда не дарил мне танхулу.

– Неужели? Совсем никто?

– Никто.

На лице слепого наложника невольно отразилось сочувствие. Хотя бы раз в детстве родители баловали своих детей танхулу или угощали друзья, а его знакомому стражнику никто и никогда не дарил простых сладостей. Бедняга был такой же одинокий, как и он сам. Не удержавшись, он приподнялся на цыпочки и нерешительно наощупь погладил Императора по голове.

– Это пустяки, не расстраивайся.

С тревогой наблюдая за ними, Сяо Бао поспешил вмешаться:

– Господин, он вовсе не расстроился...

– Нет-нет, я очень расстроился, ты должен меня утешить, – тут же возразил монарх.

– Что это с вами? Вы так странно себя ведёте, – нахмурился слепой наложник. Он покачал головой и двинулся дальше, жуя танхулу.

***

Примечания:

[1] "Ди-сань-сянь" («Три земные свежести»; 地三鲜 ) или овощи тушёные по-китайски идут вместе с лапшой. (В разные эпохи использовали разные овощи, сейчас это: баклажан, картофель и болгарский перец быстро тушатся с чесноком, соевым соусом, приправами).

[2] 百味羹 (băi wèi gēng; бай вэй гэн) – "суп со множеством вкусов"; это любой густой наваристый суп со множеством ингредиентов.

[3] "Рыба из озера Сиху в кисло-сладком соусе" [ 西湖醋鱼; xīhú cù yú; сиху цу юй].

Существует легенда, что во времена династии Южная Сун, жили и рыбачили на берегу озера Сиху два брата – младший Сун Сао и старший Сун Сюн. Со временем старший Сун Сюн женился на прекрасной девушке по имени У. О красоте жены Сун Сюна узнал местный порочный чиновник Чжао и подстроил гибель Сун Сюна, чтобы завладеть молодой вдовой. Чиновник не знал, что остался ещё живой младший брат покойного мужа. Разгадав злой замысел чиновника Чжао, Сун Сао решил бежать, посоветовав жене покойного брата тоже уехать подальше. На прощанье красавица У приготовила для Сун Сао карпа, выловленного в водах озера Сиху и приправленного кисло-сладким соусом.  "Где-то далеко в изгнанье этот карп будет напоминать тебе не только о родных краях, но и о том, что сладость жизни всегда соседствует с горечью", – сказала У и поспешила прочь из дома. Прошло время. Сун Сао стал известным и уважаемым человеком, он вернулся и покарал убийцу своего старшего брата и стал местным чиновником взамен прежнего, однако невестку так и не смог разыскать. Объезжая округ, Сун Сао остановился в таверне и заказал рыбу, и хозяйка ресторана приказала слуге подать ему рыбу под кисло-сладким соусом такую, какую готовила его невестка, так он и отыскал наконец ее. Объезжая округ, Сун Сао остановился в таверне и заказал рыбу, и хозяйка ресторана приказала слуге подать ему рыбу под кисло-сладким соусом такую, какую готовила его невестка, так он и отыскал наконец ее

[4] Рулетики Жуи. Форма этих рулетов напоминает один из важных буддийских символов - жезл Жуи (жезл "все, что пожелаешь"), так что, съев пару кусочков, можно подзаправиться удачей. Яичный блинчик с начинкой из креветочной пасты, нори, вареной морковки скатывается с двух сторон так, чтобы разрезав его на части, каждая часть напоминала формой сердечко.

[5] Нефритовый суп из белой рыбы. Китайский рыбный суп с кинзой готовится на курином бульоне (ибо рыбных запах китайцы не очень любят) с добавлением филе морского окуня, трески и др.

[6] 一盏茶 [yī zhǎn chá; и чжань ча] "одна чашка чая" — измерение времени в Древнем Китае равное 14,4 минутам, пол чашки значит - 7 минут 20 секунд, но это только для лета. Согласно "僧祇律 Правилам служителя будды" чашка чая длится зимой — 10 минут, летом — 14,4 минуты.

[7] Танхулу - изначально ягоды боярышника в карамели, нанизанные на палочку, но потом появились и другие фрукты в глазури, просто боярышник дешевле.

Глава 7

К вечеру похолодало. Слепой наложник зябко поёжился:

– Сяо Бао, солнце уже зашло?

Верный слуга собирался ответить, но Император его опередил:

– Нет, до заката ещё около шичэня.[1]

С губ мужчины сорвался вздох облегчения, а на щеках выступил смущённый румянец.

– Хорошо, а то я уже начал волноваться.

– Не стоит беспокоиться, господин, мы не опоздаем, – заверил его Сяо Бао. – Летом темнеет поздно.

Втроём они успели зайти в чайную, купили в придорожном лотке леденцы на палочке и завернули с собой еще немного разных сладостей. Когда в небе показалась луна, Император нанял карету, и они вместе вернулись во дворец. К тому времени уже совсем стемнело. Император зажёг фонарь и проводил слепого наложника до дверей его нынешнего дома и узилища.

- Спасибо за сегодняшний день, - произнес незрячий мужчина, когда они подошли к воротам Холодного дворца. – Мне всё очень понравилось.

– Пустяки, – ответил Император, непринуждённо обмахиваясь веером.

Слепой наложник попросил у Сяо Бао свёрток со сладостями и протянул ему:

– Возьми, пожалуйста, это на случай, если ты проголодаешься.

Император кивнул, принимая свёрток, и собирался уже уйти, как вдруг обернулся, словно что-то вспомнив:

– Тебе нужно лучше о себе заботиться, – тихо сказал он.

– А?

– Нет, ничего.

– Возвращайся поскорее к себе, – напомнил слепой наложник, – и будь осторожен по дороге, не попадайся дежурным патрулям.

"Стражник" пообещал, что будет внимателен, и наконец покинул их.

Слепой наложник вошёл в главную комнату, поставил на стол купленные в городе сладости и позвал свою любимую кошку.

– Юйли, посмотри, что я тебе принёс!

Белая кошечка лежала на постели хозяина во внутренних покоях, лениво виляя хвостом, и явно не собиралась никуда идти. Сяо Бао бесцеремонно схватил кошку и потащил упрямицу к господину. Та принялась сердито мяукать на молодого евнуха, и Сяо Бао в ответ наградил её свирепым взглядом, и даже дернул слегка за хвост.

Пленник Холодного дворца в блаженном неведении решил, что Юйли так громко радуется предстоящему угощению.

– Я купил тебе сушёной рыбки. Она солёная и очень вкусная.

Мужчина бережно принял на руки Юйли, которая сразу свернулась клубочком у него в объятиях и вцепилась в лакомство, намеренно игнорируя сердитого Сяо Бао.

Тот только закатил глаза, решив не обращать внимания на глупую кошку, и ушёл за водой.

***

Император тем временем вернулся в свой дворец. Слуги тут же подали ему чай, а правитель сел разбирать накопившиеся доклады и вскоре сам не заметил как проголодался. Он раскрыл подаренный слепым наложником свёрток, в котором обнаружил пряники в форме листьев лотоса, медвяные лепёшки [2], финиковое печенье и прочие популярные в народе сладости не самого лучшего качества по мнению искушенного монарха. Однако к чаю голодному и ностальгирующему Императору они подошли.

– Кто-нибудь из слуг, живее сюда, – позвал Его Величество.

В покои Императора немедленно вошла служанка и поклонилась, ожидая приказаний.

– Как давно в Холодном дворце косили траву? Там уже заросли бурьяна ростом с человека, неизвестно, какие змеи и насекомые могли в них завестись. Чтобы завтра всю траву на территории Холодного дворца скосили.

– Слушаюсь приказаний Его Величества! – отозвалась служанка.

– Также завтра пришлите туда же несколько певчих птиц, внешний вид их неважен, главное, чтобы у них были красивые голоса.

– Слушаюсь! – вновь повторила с поклоном служанка.

– Это всё, можешь идти, – махнул рукой молодой монарх.

На дворец опустилась ночь. В опочивальне монарха было тихо и безлюдно. На рабочем столе горели свечи, бросая рыжие отблески на стену позади Императора, остальная часть комнаты же погрузилась во мрак. Его Величество отпил чаю и опустил взгляд, пребывая в глубоких раздумьях.

Прошло уже больше десяти дней с момента их знакомства, а он так ничего и не узнал о живущем в самом заброшенном углу гарема человеке.

Как его зовут? Когда он появился в гареме? Почему попал в Холодный дворец? До сих пор ни малейшей зацепки. Тем более непонятно, отчего он ослеп.

Всё, что касалось несчастного наложника, казалось одной огромной тайной, и кто-то старательно скрывал ответы.

Дворец отличался чёткой внутренней иерархией и строгим контролем за прибывающими в него людьми, благодаря которым можно было легко выяснить имя даже самой незначительной служанки. Как же так получилось, что никто не знал имени слепого наложника? Создавалось впечатление, что кто-то преднамеренно когда-то избавился от любых упоминаний о нём.

Каждая супруга любого ранга и придворная дама знала о безымянном узнике Холодного дворца и шептались иногда о нем, но вот его прошлое оставалось для всех загадкой. Как иначе, если не преднамеренно, можно было столь искусно сокрыть факты даже от Императора?

Предаваясь размышлениям, Его Величество вдруг вспомнил слова, сказанные слепым наложником ранее за обедом.

***

Незрячий мужчина почти уснул, переместившись на кушетку, так и не выпустив Юйли из рук. У него было сладкое мечтательное выражение на лице.

– Что такое, господин? – с улыбкой спросил Сяо Бао, укрывая его одеялом.

– Знаешь, такое чувство, будто всё это мне приснилось, – прошептал слепой наложник, открыв глаза. Он не мог поверить, что ему удалось побывать на воле.

– Мне тоже так показалось, давно я не был на улице. Но ведь господину понравилось?

Слепой наложник долго молчал. Когда он заговорил, его лицо ничего не выражало, а голос казался поблёкшим:

– Любой сон однажды кончается. Что же мне тогда делать?

– Не думайте об этом, господин, – посоветовал Сяо Бао, присаживаясь на край кровати. – После стольких лет, проведённых в Холодном дворце, вам наконец улыбнулось счастье. Вслед за горем - приходит радость.

Слепой наложник схватил Сяо Бао за руку бледными тонкими пальцами:

– Дурачок. В императорском дворце никому не улыбается счастье.

– Совсем никому?

Его незрячий господин отрицательно покачал головой.

Сяо Бао замолчал, отвернувшись, он еще был достаточно наивен, чтобы верить в будущие.

– Помнишь, несколько лет назад, когда ты только начал мне служить?

– Да.

– Тогда я был совсем один, - продолжал наложник, - и некому было обо мне позаботиться. Мне не хотелось жить, я совсем потерял надежду. А потом появился ты, встал передо мной на колени и назвал меня меня своим господином. Тогда я только укрепился в желании покончить с собой, чтобы тебе не пришлось страдать взаперти в Холодном дворце. Ведь если бы меня не стало, возможно, тебе досталось бы место получше. В тот день я решил прыгнуть в колодец. Кто бы мог подумать, что ты вдруг подскочишь ко мне, дабы остановить, и мы чуть не упадём вместе. Я до сих пор не могу этого забыть. С тех пор, тебе пришлось испытать немало горя из-за меня. Я думаю, что и сейчас приношу лишь всем несчастья, и раньше я только и молил о скорой смерти, но после твоего появления уже не мог на это решиться. Я не хочу покидать вас с Юйли.

Сяо Бао поднял на него мокрые глаза:

– Не вините себя, господин. Я ведь сам пожелал остаться вам служить.

– Глупый, – слабо улыбнулся слепой наложник. – Если когда-нибудь появится возможность, то беги из дворца далеко-далеко и не смей возвращаться. Не думай ни о ком и ни о чём. Что бы ты ни услышал, крепко зажмурься и беги туда, где никто тебя не найдёт. Свобода дорого стоит и еще сложнее ее удержать.

Сяо Бао затряс головой, отчего из глаз его брызнули слёзы:

– Я вас никогда не оставлю!

– Пойми, мне уже отсюда ни за что не выбраться, – вздохнул слепой наложник. – Но я не позволю тебе вечно страдать в одиночестве со мной. Однажды я тебя отпущу, чтобы ты навсегда ушёл из дворца. Лишь так я смогу отплатить тебе за доброту и годы верной службы.

Молодой слуга вновь затряс головой, не желая слушать подобные речи:

– Раз господин не может уйти отсюда, то и я останусь здесь. Я ни за что вас не брошу!

– В императорском дворце нет места искренним чувствам, – возразил ему мужчина, – здесь нет места чистым помыслам и самоотверженной преданности. Послушай своего господина и беги отсюда, как только сможешь. Найди родственников и освой ремесло, ты мог бы даже стать писарем и зарабатывать хорошие деньги.

Узник Холодного дворца замолчал. Казалось, разговор утомил слепого наложника. Веки его потяжелели, и вскоре он уснул, прижимая к себе мурлыкающую Юйли.

***

Примечания:

[1] Шичэнь [ 时辰 ] – единица измерения времени в Древнем Китае равная двум часам.

[2] 甘露饼 [ганлубин] - Тяньчанские лепёшки, медвяные лепешки. 甘露 [ганлу] – буквально "медвяная, сладкая роса", в буддийской мифологии также "сладкой росой" называют амриту - нектар богов. По легенде, в годы правления императора Айсиньгёро Мяньнина (маньчжурская династия Цин, 1820-1850 гг.) победитель на столичных имперских экзаменах чиновник Дай Ланьфэн из уезда Тяньчан преподнёс в дар императору очень вкусные сладкие лепёшки, вследствие чего они и получили такое название. "Сладкая роса" в названии говорит об их удивительном вкусе.

Изначально рецепт был без начинки. Зато рецепт этих лепёшек с начинкой признан национальным достоянием в 1982 году(перевод с китайского):

500 граммов муки, 150 граммов сахара, 200 граммов яиц, вареное сало,кунжутное масло, соль, сахар, пищевая сода, соевый соус, крахмал, вино для приготовления в нужном количестве. Начинка: 200 граммов нежирной свинины, грибы, побеги бамбука, лук и имбирь. Вкус сладкий и хрустящий.

Глава 8

На второй день, сразу после полудня, Его Величество появился на пороге Холодного дворца слепого наложника, легкомысленно обмахиваясь бумажным веером. В руке он держал массивную клеть.

Незрячий мужчина, конечно, не мог его заметить, но мог услышать звук шагов и непривычный шум. Он с удивлением воскликнул:

- Я, кажется, слышу пение райских птиц. Как прекрасно!

Император широко улыбнулся, довольный собой:

- Я поймал их для тебя в силки. Правда, они дивно поют? - Он передал клетку с птицами обрадованному мужчине.

Пара пташек в клетке издавала чудесную сладкую, приятную для слуха трель, когда они подпрыгивали на своих жердочках вверх и вниз.

Слепой наложник слегка улыбнулся:

- Сердечно благодарю тебя, господин за этот подарок.

Сяо Бао вешает клетку возле окна и заглядывает внутрь через прутья:

- Одна птица с красным клювом, а другая певунья с серебряным хохолком. Они очень красивые, мой господин.

Юйли тоже подходит, запрыгивает на кресло и заглядывает в клетку, мяукая свое гастрономическое мнение о новых постояльцах.

Слепой наложник взял кошку и слегка почесал ее макушку пальцем:

- Ты же ведь не думаешь их есть, честно? Смотри какие они милые и маленькие.

Сяо Бао скривился и посетовал на неблагодарную кошку:

- Твой хозяин ныне каждый день кормит тебя рыбными шариками, обжора.

Юйли почувствовала, что ее обидели, и пару раз сердито мяукнула, потом ее пушистая голова прижалась к груди слепого наложника. Тот защищал любимицу, как свою плоть и кровь, словно родную дочь:

- Наша Юйли точно не обжора, определенно нет.

Сяо Бао беспомощно проговорил:

- Ах, мой господин, вы не видели выражения ее лица. Она явно хочет поохотиться на этих птиц.

Слепой наложник поспешно закрыл уши кошке и умоляюще произнес:

- Хорошо, хорошо, только перестань оскорблять Юйли, иначе она обидится и убежит.

Император засмеялся, созерцая столь забавный спор:

- Держите птиц, если хотите. Кормите их отборным просом или ячменем каждый день.

Сяо Бао выпучил глаза:

- Это что, мы должны их кормить просом и ячменем каждый день?!

Император обманулся веером:

- А чем же ещё?

Молодой слуга пробормотал себе под нос:

- Да эти пташки едят лучше меня!

Слепой наложник хихикнул:

- Ах, ты, вымогатель...

Он пригласил своего гостя посидеть с ним во дворе, а тот вынул из рукава небольшую сандаловую коробочку и отдал подарок Сяо Бао:

- Я принёс вам чай.

- Откуда у тебя чай? Ты сегодня опять сбежал со своего поста? – спросил наложник, когда Сяо Бао ушёл кипятить воду.

Его Величество поднял брови:

– С чего ты взял?

– Откуда тогда у императорского стражника время бродить по дворцу?

– Эх, ты меня раскусил, – вздохнул Император.

– Если будешь отлынивать от обязанностей, не видать тебе повышения, – серьёзно произнес слепой наложник.

Монарх вздохнул, лениво обмахиваясь веером:

– Честно говоря, я не думаю, что смогу подняться ещё выше.

Появился Сяо Бао с подносом из красного дерева в руках.

– Господин, чай готов. Осторожно, он очень горячий.

Император сам взял чашку, подул на нее и подал собеседнику.

– О, это уникальный сорт чая! У него замечательный тонкий вкус, – удивился слепой наложник, сделав глоток.

– Неужели? Как ты определил? – тут же поинтересовался Император.

Пленник Холодного дворца пригубил ещё чуть-чуть напитка и задумался, пытаясь распробовать чай:

– М-м... Это "Серебряные иглы с горы Цзюньшань".[1]

Его Величество со смехом хлопнул в ладоши:

– Превосходно!

Незрячий мужчина смущённо опустил голову.

– Господин, а как вы это определили? – удивился Сяо Бао.

Слепой наложник поднес чашку к лицу, будто желая что-то рассмотреть:

– Чай "Серебряные иглы с горы Цзюньшань" обладает нежным ароматом, насыщенным ярким вкусом, а также чистым и светлым цветом заварки, хотя последнее я не мог оценить. Всё дело в том, что в процессе заваривания листья сворачиваются, словно серебряные иглы, и постепенно всплывают один за другим острым кончиком вверх, а затем вновь опускаются ко дну. Это довольно занимательное зрелище. Я почувствовал губами их движение.

– И правда! – воскликнул Сяо Бао, заглянув в чашку. – Некоторые чаинки вертикально стоят в воде, точно иголки!

– Принеси коробку с чаем, – попросил его господин.

Слуга расторопно сделал все, как велено. Слепой наложник взял в руку горсть чайных листьев, слегка потёр их кончиками пальцев и принюхался.

– Эти листья крепкие и имеют сладкий запах. Если листья золотисто-жёлтого цвета и после заваривания остаются светлыми, то это говорит о наивысшем качестве чая.

– Господин, да вы настоящий мастер, – воскликнул молодой евнух, хлопнув в ладоши.

– Жаль, что у нас нет подходящего сервиза для столь прекрасного чая, – слабо улыбнулся слепой наложник.

Его Величество склонил голову:

- Ценность чаепития заключается в нашей радости в приятной компании и в утешении сердца. Не позволяй правилам ограничивать тебя. Чаепитие - это наслаждение особым духовным состоянием, которое сродни медитации.

– Ты прав, – согласился его собеседник.

В солнечных лучах, что заливали двор, лицо незрячего мужчины выглядело белее дорогого фарфора, его глаза сощурились от радостной улыбки до полумесяцев, а пухлые губы заалели от горячего чая. Он был несказанно прекрасным, точно портрет божества.

Если шаловливая белая кошка не запрыгнула бы на колени к обитателю Холодного дворца, подобно внезапному порыву ветра, Император ещё долго не смог бы оторвать глаз от собеседника. А слепой наложник не обращая внимания ни на что вокруг, гладил наощупь Юйли по пушистой спине и между ушками. Кошка подняла голову, виляя хвостом, и приветливо мяукнула.

– Какая ты игривая, – похвалил любимицу слепой наложник. – Когда я её только подобрал, она была совсем тощая и грязная, зато теперь только взгляните на её шелковую белоснежную шёрстку, какая она мягкая.

– Ты хорошо о ней заботишься, – похвалил его монарх.

– С помощью Сяо Бао, – ответил ему узник Холодного дворца. – Сам я не в состоянии толком позаботиться о нуждах Юйли, поэтому ему приходится кормить и купать ее.

– А когда ты её подобрал? – будто невзначай спросил Император, непринуждённо шурша любимым веером.

– Около пяти лет назад.

Юйли негромко мяукнула, соглашаясь.

– И в то время ты уже не мог видеть?

– Да.

Белая кошка беспокойно завертелась на месте.

– Получается, ты ослеп около пяти лет назад, верно?

Слепой наложник задумался:

– Нет, это случилось ещё раньше. Кажется, лет семь уже прошло.

Непоседливая Юйли попыталась сбежать, но ее хозяин поспешно прижал её покрепче к себе и усадил на колени. Кошка в ответ начала сопротивляться ещё сильнее, пытаясь вырваться у него из рук на свободу. Она, видимо, чувствовала, что ее хозяин начал нервничать.

Император сложил веер.

– Поздно уже, мне пора идти.

– Хорошо, – тут же поднялся слепой наложник. – Будь осторожен по дороге на пост, удачи.

Воспользовавшись тем, что хозяин неосознанно ослабил хватку, Юйли наконец сбежала. В мгновение ока её и след простыл во дворе.

– Опять балуется, – вздохнул слепой наложник.

– Кошки все такие непостоянные, – усмехнулся Император.

– Юйли вечно заставляет меня переживать, – пожаловался мужчина, – но я всё равно не могу на неё ругаться. Даже если я волнуюсь, я не могу на нее ругаться, она ведь не сделала ничего плохого.

Император, погладив кончиками пальцев ручку веера, прищурил глаза:

– Все верно.

Слепой наложник проводил его до ворот Холодного дворца и настойчиво попросил:

– Впредь будь осторожней и не пренебрегай службой.

– А чего мне бояться?!

– Гнева Императора. Дружба с Сыном Неба, подобна дружбе с тигром.[2]

– Неужели Его Величество так страшен? – нахмурился монарх. Кто-то распустил о нем дурные слухи?

– Да, – прошептал испуганно слепой наложник и схватил его за рукав.

– Почему ты так его боишься? – вкрадчиво спросил Император, понизив голос. – Ты ведь его даже не встречал.

- Встречал... - был ему тихий ответ.

- Что?!

Слепой наложник наклонился ещё ближе к гостившему у него "стражнику" и едва не уткнулся носом в халат Императора.

– Будь осмотрительным, поменьше болтай и не прогуливай, не думай ни о чём, кроме работы, ладно? А я... Я буду по-прежнему ждать твоих визитов.

Император всё ещё не оправился от потрясения. Он хотел было задать слепому наложнику ещё несколько вопросов, но тот уже развернулся и скрылся за воротами.

Во дворе в тазу Сяо Бао мыл чайный сервиз. Увидев, что господин вернулся один, он поинтересовался:

– А где стражник?

– Он уже ушёл.

– О.

Слепой наложник устремил на него взгляд серых с белесой пленкой глаз и внезапно спросил:

– Сяо Бао, скажи, ты что-то от меня скрываешь?

От испуга тот чуть не выронил из рук только что вымытый поднос.

– Почему у господина возникли такие подозрения?

Слепой наложник понимающе усмехнулся:

– Разве может императорский стражник так часто бегать сюда? Он никакой не стражник, верно?

– Как... Как господин догадался?! – дрогнувшим голосом спросил юный евнух.

– Во дворце существуют строгие правила. Нельзя просто так по собственному желанию уйти с места службы. Не говоря уже о том, чтобы императорский стражник уходил с кем-то побеседовать и выпить чаю. Тем более, этот "стражник" целыми днями не выпускает из рук веер, как избалованный молодой господин.

– А...

– Я хоть и слепой, но не глухой и не дурак. Я прекрасно слышу, что он делает, и с каким шорохом открывается и закрывается веер.

– С виду он вроде достойный человек и одет прилично, – осторожно заметил виноватый слуга. – Поэтому я ничего и не сказал вам, чтобы не тревожить. Может, это какой-то важный чиновник, который часто бывает во дворце. Он выглядит добрым.

– Он не похож на обычного придворного, – возразил слепой наложник.

– На кого же он тогда похож? – спросил Сяо Бао, изо всех сил пытаясь не выдать своего волнения.

- Помнишь чай, который он принес?

– Ага.

– Это чай используют для подношения Императору.[3]

– Для подношения Императору? – изумленно переспросил Сяо Бао.

– Да. Этот чай выращивают на острове Цзюньшань, который находится на озере Дунтинху. Его сухие листья, сворачиваются в трубочку и напоминают тонкие иглы, отсюда и название "Серебряные иглы с горы Цзюньшань". Ладно бы это были обычные "серебряные иглы", которые выращивают по берегам озера, однако же это был именно тот самый байховый чай с горы на острове Цзюньшань, который используется в качестве подношений только Его Величеству. Откуда у пусть и молодого дворянина могла взяться такая драгоценность?

– То есть... – едва слышно вымолвил Сяо Бао.

– Возможно он какой-то младший принц или другой родственник Императора, - мрачно закончил слепой наложник.

– Ох...

– Пусть он и скрыл от меня правду, я не могу его за это винить, – признался слепой наложник, опустив глаза, ресницы его слегка затрепетали. – С императорской семье всё не так просто, в ней царят сложные отношения. Мне хватит и того, что он может хоть иногда приходить и говорить со мной.

– Точно, – согласился Сяо Бао.

Слепой наложник долго молчал, затем тихо пробормотал:

– Вот только его близость к Императору меня пугает.

– Не волнуйтесь, господин, – утешил Сяо Бао. – С ним ничего не случится.

Ах, как нехорошо обманывать своего господина, но раз тот так боится Его Величество, лучше молчать.

Взгляд серых мутных глаз незрячего мужчины потух и стал бессмысленным, как будто он погрузился в далёкие воспоминания. Спустя какое-то время он тихонько вздохнул, отвечая себе и Сяо Бао:

– Надеюсь, ты прав.

***

Примечания:

[1] Цзюньшань Иньчжэнь (кит. упр. 君山银针, пиньинь jūn shān yín zhēn, «серебряные иглы с горы Цзюньшань») — жёлтый чай, знаменитый китайский сорт чая. Чай собирают на склоне горы на острове Цзюньшань, находящемся на озере Дунтинху, что в провинции Хунань. Вторая часть названия чая "иньчжэнь" связана с тем, что его листья сворачиваются в трубочки, подобные иглам, а сами листья покрыты белыми ворсинками. Чай "Серебряные иглы с горы Цзюньшань" был назначен подношением к императорскому двору еще с династии Тан (VII-X вв).

[2]  伴君如伴虎 [ bàn jūn rú bàn hǔ ; бань цзюнь жу бань ху ] – кит.поговорка: "близ царя, близ смерти"; "дружба с повелителем подобна дружбе с тигром" (то есть, поведение и милость правителя непредсказуемы)

[3]  贡茶 (gòngchá; гунча) – это лучший чай для подношений императору, в дар привозили разные чаи из разных частей страны, не только "серебряные иглы".

Страница книги Слепой наложник в интернете

Table of Contents

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

О книге