Глава 0 - Пролог. Кто на свете не слышал о Тебе?

Около десяток экипажей стояли  на улице возле поместья князя Цяньаня*. Через боковые ворота туда-сюда суетясь носились слуги  загружаябагаж в повозки.

(*黔安 Qián ān: 黔 - черный, темный.  安 - безопасность, спокойный, мир, установить. «Устанавливать тьму»)

В винной лавке на другой стороне улицы несколько человек высовывали головы и вытягивали шеи, глядя на происходящее, неуверенно что-то бормоча друг другу:

—  Что происходит? Что творится в поместье князя?

—  Через три месяца День Рождения Его Величества. Говорят, что те господа в особняке отправляются в столицу с поздравлениями.

— Они вернутся?

— Глупости! Им же нечем будет заняться после этого!

— Его Величество празднует его каждый год. Почему они должны отправиться на сей раз?

— Откуда мне знать?!

— Возвращайтесь к работе!

Владелец винной лавки ударил их по головам и прогнал их прочь. С широкой улыбкой на лице он лично налил посетителю чашку чая.

— Приношу свои извинения.

— Не стоит.

Посетитель был неместным человеком. Он с удовольствием слушал их разговор, посему он спросил:

– В поместье князя есть еще хозяева? Я слышал, что князь Цяньань еще несовершеннолетний? Неужели он уже взял себе жену?

— Нет.

Владелец улыбнулся:

– Кроме князя округа Цяньаня, в поместье еще живут его младшие брат и сестра.

Посетитель кивнул. Поколебавшись некоторое время, он заговорил:

— Почему императорские отпрыски оказались... оказались...

— Оказались здесь на бедной и бесплодной земле?

Владелец со смехом договорил за него.

— Ну, все началось во времена покойного Императора ...

Южная граница была далека от Императорского дворца: люди здесь были более открытыми и никогда не избегали разговоров о политике. Поскольку было еще раннее утро и вокруг не было других посетителей, владелец просто сел и взялся за рассказ:

— У покойного Императора было шесть сыновей. В последние годы своей жизни он остановил выбор на двух из них - втором и шестом принцах. Второй Принц был старше и благоразумнее, а шестой Принц был молод и умён. Говорят, что покойный Император в последние годы жизни больше отдавал предпочтение своему младшему сыну, однако шестой Принц был слишком молод. Ему только исполнилось пятнадцать в год кончины покойного Императора. Возможно, тот считал, что для процветания страны нужен более взрослый и опытный правитель. К моменту своей смерти покойный Император в итоге передал трон второму Принцу, нынешнему действующему правителю. После кончины Императора, благородная супруга Чжун, мать шестого Принца, была так опечалена, что тоже скоропостижно скончалась. И вместе с ней ушла и младшая супруга Чжун, тетя шестого Принца, вошедшая во дворец в качестве наложницы. Впоследствии выяснилось совершенное преступление родственниками со стороны матери шестого Принца. В результате этой серии событий положение шестого Принца подверглось внезапному разрушительному удару ...

Посетитель понимающе кивнул:

— И правду вышло неважно.

Владелец и посетитель обменялись улыбками, отчеканивая слова, которые лучше не произносить вслух:

— Но, Его Величество сильно благоволил шестому Принцу. На второй год после восшествия на престол он пожаловал титул Принца Нина* вместе со всеми другими щедрыми дарами шестому Принцу, который еще не достиг совершеннолетия ...

(*宁 Níng - спокойный, тихий, миролюбивый.)

Посетитель нахмурился. Внезапно в его голове промелькнула мысль, он хлопнул ладонью по столу и воскликнул:

— Императорский Принц Нин! Тот, что попал в плен…

Владелец кивнул:

— Действительно. В пятнадцатом году Тайхэ* северные варвары вторглись в наши земли. Я не уверен, знает ли  уважаемый гость, но существует железный закон, изданный нашим Великим Императором-Основателем, согласно которому Принц должен отправиться на войну с армией для поднятия боевого духа. В тот год сыновья Его Величества были либо больны, либо слишком молоды, поэтому ... он послал Принца Нина. (*太和 Tài hé. 太 - великий, высший, 和 - мир, гармония, спокойствие. «Великая гармония/спокойствие». Тайхэ - девиз императора, обозначающий период правления монарха. При избрании на престол император принимает девиз (обычно из двух иероглифов), означающий некоторый благой принцип.)

Посетитель колебался:

— Это…

— Ха-ха-ха! Неважно, брат или сын, всё же родня – Затем владелец винной лавки задумчиво добавил:

— Такие маленькие простолюдине  вроде нас не знали, как шла война. Мы только слышали, что Принц Нин стремился продемонстрировать свою доблесть и действовал необдуманно. Потерпев неудачу, попал в плен и через полгода погиб на северной границе. Кто-то с передовой даже упомянул, якобы Принц Нин на самом деле переметнул к врагам. Что касается истины.... никто не знает наверняка…

— Императорская Принцесса Нин* лишилась жизни, когда родила близнецов, оставив после себя старшего десятилетнего сына и пару двухлетних близнецов. Три господа жили в постоянном страхе, находясь в весьма затруднительном положении. Если Принц Нин всё же переметнул к врагам, то эти дети ...

Посетитель тоже разделял его опасения.

— …тоже будут причастны?

— Его Величество великодушен и держит слухи под контролем. Он не стал вымешать свой гнев на трех невинных детях Принца Нина.

Владелец спокойно улыбнулся:

— Напротив, он даже сделал исключение и позволил наследнику Принца Нина, которому едва исполнилось десять лет, унаследовать титул отца. Действительно великодушно.

Владелец бросил взгляд на улицу:

— Теперь князь, проживающий в поместье Принца Цяньаня, является вышеупомянутым наследником Принца Нина, вместе с его братом и сестрой близнецами.

Посетитель снова был в замешательстве. Поколебавшись некоторое время, он озадачился:

— Вы упомянули ранее, что наследник Принца Нина унаследовал тот же титул, что и он; но это поместье, очевидно, является владением князя округа, а не императорского Принца Нина...

— Хахахаха! Это потому, что вскоре после прибытия князь округа немедленно попросил Его Величество понизить его в звании до князя округа, заявив, что ему не хватает ни достоинства, ни таланта, чтобы принять милость Его Величества. Князь округа сделал наш Цяньань своим уделом, что естественно, превратило его в князя Цяньань. С тех пор прошло семь лет, и князь Цяньань здравствует и живет в мире на нашей земле.

Посетитель на мгновение задумался над этим. Наконец, поняв всю историю, он вздохнул:

— Князь Цяньань еще молод, но умён, рассудителен и обладает чувством приличия...

Владелец засмеялся и покачал головой.

—  И вы ошибаетесь.

Посетитель был озадачен, поэтому владелец сказал неторопливо:

— Конечно, князь Цяньань от природы одарен большим умом, но в то время он был еще очень молод. Как он сумел бы принять такие решения?

— Точно!

Посетитель посчитал годы:

—  Князю Цяньаню тогда было всего около десяти лет! Как…

Владелец сказал:

— На самом деле, был ещё один человек в особняке, который спас князя и его младших брата и сестру...

Посетитель сразу спросил, кто это был. Владелец тайком улыбнулся и продолжил:

— Нет нужды объяснять, кто же он такой. Я уверен, что уважаемый гость уже наслышан о нем.

Посетитель усмехнулся:

— Я только прибыл сюда. Откуда мне знать ...

— Чжун Вань*. – Владелец сказал с улыбкой: —  Слышал ли о нем уважаемый гость раньше?(*钟宛 Zhōng wǎn. 钟 - колокол, звон, часы. 宛 - красивый, прелестный. «Прелестный звон».)

Глаза посетителя медленно расширились. Затем он хлопнул по столу, воскликнув в восторге:

—  Это имя пронеслось по столице и облетело всю Цзяннань! Вы хотите сказать, что это тот самый Чжун Вань, о котором так долго мечтал и тосковал молодой князь Юй? Да кто на свете о нем не слышал?!

Глава 1 - Не встречайся с ним без необходимости

Чжун Вань чихнул.

— Уже осень. Молодой господин Чжун, Вы не простудились? - вежливо спросил местный уездный чиновник в просторах главной залы.

— Каждый день молодой господин Чжун так много работает в поместье и за его пределами. Вы должны хорошо заботиться о себе. Не пренебрегайте собой. Как можно не заболеть, если питаться одними и теми же пятью видами зерна? Помню, когда молодой господин Чжун только приехали, с непривычки  проболели целый год. Сейчас уже середина осени, а «холодные росы»* не за горами...

(*Сезон Ханьлу («Холодные росы») – 17-й по счету в системе 24-сезонного сельскохозяйственного календаря. Он начинается 8-9 октября. С наступлением сезона Ханьлу погода становится все холоднее, все живое в природе понемногу затихает. Ханьлу – сезон самого ярко выраженного перехода от тепла к холоду.)

Монолог уездного чиновника  о необходимости заботы о здоровье невольно заставил Чжун Ваня быть поглощенным своими мыслями, хотя выражение его лица оставалось очень приветливым, он то и дело кивал головой. Более полутора десятков минут спустя уездный чиновник наконец перешел к делу.

— Этот скромный чиновник на протяжении долгого времени работал на этой должности, но никогда не выезжал в столицу. Однако этот скромный чиновник наслышан об изящном поведении молодого князя Юй* и глубоко им восхищается. Надеюсь, что однажды мне представится возможность попасть в столицу и нанести официальный визит Его Высочеству. Только тогда этот скромный чиновник перестанет испытывать разочарование.

(* 小王爷. Во времена императорского Китая существовало множество рангов принцев. Wáng (王) (Ван) обычно является сокращенной формой qinwang, который является высшим рангом принца, "принцем первого ранга". Чаще всего это прямые члены семьи императора (сыновья и братья), хотя иногда это могут быть и дяди императора. Наличие иероглифа сяо (小), добавленный как характеристика, указывает на то, что он является наследником Принца Юй. То есть, есть принц Юй и его сын - молодой принц/ князь Юй.

Уездный чиновник осторожно улыбнулся Чжун Вану.

— Ходят слухи, что в те времена магистрат префектуры смог нанести официальный визит молодому князю Юй, воспользовавшись жетоном молодого господина Чжуна...

Чжун Вань снова впал в оцепенение.

Когда он только прибыл в Наньцзян*, дни в поместье Принца были тяжелыми.

(* 南疆 Известен как Южный Синьцзян в современном Китае.)

Было очевидно, что Император отправил этих троих детей Принца Нина в такой бесплодный и бедный край, чтобы они сами о себе позаботились. Ненанесение официального визита чиновников, управляющих вотчиной, уже считалось благом. Те, кто вынашивал коварные планы, старались угодить тем, кто в столице желал смерти троих детей. В то время Чжун Вань был всего лишь подростком. Попытка защитить поместье Принца, которое находилось на грани краха, оказалось до крайности сложно.

В прошлом Принц Нин оказал Чжун Ваню большую милость. Поэтому, даже если он ничего не соображал, ему все же пришлось ломать голову над тем, как спасти поместье. Сначала он помог наследнику Сюань Жуи вернуть императору титул, который тот должен был унаследовать от Принца Нина, дабы немного развеять настороженность императора. Но это дало им лишь временную отсрочку. Наньцзян был бесплоден и беден. Если они не смогут контролировать население, то можно было опасаться потерять даже свою вотчину. Чжун Вань предпочел быть бессовестным, чем позволить жителям поместья голодать.

Поэтому Чжун Вань был вынужден прибегнуть к радикальным мерам. Раньше он был товарищем по чтению* Сюань Жуя.

(* 伴读. Члены прямой императорской семьи обычно имели "товарища по чтению", который сопровождал их на уроках императорских учителей. Обычно товарищ по чтению - это ребенок из аристократической семьи, близкий по возрасту к принцу/принцессе.)

Поскольку императорский учитель обучал толпу принцев и принцесс, Чжун Вань нехотя завел дружеское знакомство с юным князем Юй. Отсюда он придумал историю о том, что он и князь Юй выросли вместе. Позже он добавил, что Юй Шэ считал его другом. Со временем Чжун Вань становился все более бесстыдным. Он утверждал, что Юй Шэ и его связывала глубокая и близкая дружба. На протяжении многих лет, Чжун Вань не мог получить то, о чём просил. Но теперь, что бы он ни попросил, он получал.

Юй Шэ был тогда еще молод и не обладал настоящей силой. Однако его отец был единственным в стране Принцем первого ранга с другой фамилией. Его мать была полнокровной сестрой Императора, принцессой королевского рода Анго. Ее личность была исключительно благородной. Оказавшиеся другие люди в его присутствии, естественно, знали, какое уважение им следует оказывать.

Когда Чжун Вань оказался вовлечён в дело Принца Нин и лишившись статуса гражданского лица, угодил в рабство, его купил молодой князь Юй. Полгода он прожил в особняке Принца Юй в отдельном дворе. После того как он сфабриковал эти истории, когда от него потребовали свидетелей, он предоставил свидетелей. Когда от него требовали доказательств, он предъявлял доказательства. Некоторое время ему удавалось пугать местных жителей в Наньцзяне.

Прочно укрепившись в Наньцзяне, Чжун Вань заставил Сюань Жуя лично просить о понижении до принца второго ранга. Через полгода пришло первое и долгожданное ежегодное жалованье из столицы. Это было 6 февраля. Семнадцатый день рождения Чжун Ваня.

День рождения Чжун Ваня прошел спокойно, и он выпустил легкий вздох облегчения. Затем он снова начал беспокоиться: после того, как чиновники, приславшие ежегодное жалованье, вернутся в столицу, не упомянут ли они вскользь о "романе" между ним и Юй Шэ?

Когда-то Принц Юй способствовал в падении Принц Нин, впоследствии  они наносили удары по поместью Принца Нина. При одной мысли о них всех, Сюань Жуй испытывал желание загрызть их живьем. Чжун Вань смог смириться с произошедшим. Однако он боялся, что после того, как Юй Шэ узнает о сплетенной им лжи, он взорвется от ярости. Тогда он потребует от своего Дяди-Императора императорского указа, чтобы в тот же миг сравнять с землей особняк Принца Цяньаня*.

(* 黔安王府: Здесь Чжун Вань использует название, которое император дал их поместью в качестве наказания и после понижения в должности: Поместье принца Цянь Аня. 黔 означает "черный", а 安 - "мир/тишина".)

Прошел год. Потом два. Слухи в столице распространялись. Но сторона Юй Шэ не предпринимала никаких действий.

В тот период был один храбрый магистрат префектуры. Он, прибыв в столицу для отчета перед двором, захватил с собой старый веер, который, по словам Чжун Ваня, принадлежал молодому князю Юй. И он взял его с собой, когда готовился постучать в главные ворота поместья Принца Юй.

Как только этот магистрат префектуры прибыл в столицу, Чжун Вань запланировал свои похороны.

Однако, неожиданно через несколько месяцев магистрат префектуры вернулся с сияющим лицом.

Магистрат префектуры привез много подарков. Он безмерно благодарил Чжун Ваня. Однако Чжун Вань был напуган до смерти. Поколебавшись он спросил:

— Цзыюй... Он здоров?

Вежливое имя* Юй Шэ было Цзыюй.

(* 字 zi В древнем Китае, как только мужчины достигали совершеннолетия (двадцати лет), они получали свое вежливое имя. Только несколько человек называли их настоящим именем (чжэнмин), и к этим людям относились его родители и жена.)

В великодушной манере и с большим воодушевлением магистрат префектуры превозносил Юй Шэ до небес.

Чжун Вань осторожно спросил:

— Тогда чего же хотел достопочт...?

Восхищенный до глубины души, магистрат префектуры сказал:

— Конечно, он разрешил! Как только он взял жетон, он...

Магистрат префектуры кашлянул.

— Прежняя привязанность между вами, естественно, восстановится.

Еще до исполнения двадцати лет*, Чжун Ваня заставили воспитать в себе дисциплину до такой степени, что он стал хитрым и изворотливым до крайности. Только тогда он смог сохранить самообладание и благопристойность в тот день. И постарался с безупречным этикетом, проводить обрадованного магистрата префектуры.

(* 冠. В древнем Китае мужчины достигали совершеннолетия в двадцать лет, после чего они надевали "корону". Поэтому, когда упоминается "надевание короны" или что-то в этом роде, это означает, что парню не менее двадцати лет.)

......

— Этот скромный чиновник не смеет обманывать себя, но князь сказал "по крайней мере, в течение полугода. Этот скромный чиновник действительно дорожил этими словами. Только тогда этот скромный чиновник задумался, может ли это быть...?

Чжун Вань оторвался от своих мыслей. Он вежливо улыбнулся уездному чиновнику, болтавшему без умолку, понимая, за чем последний пришел.

Он погладил нефритовый медальон, висевший у него на поясе. Это была последняя украденная вещь у Юй Шэ. Изначально Чжун Вань хотел оставить его себе. Но потом он вспомнил, как этот уездный чиновник вежливо обращался с Сюань Жуй в первые дни их пребывания в Наньцзяне. Поэтому Чжун Вань был ему очень благодарен.

За всю свою жизнь Чжун Вань больше всего не хотел быть кому-то обязанным. Он снял нефритовый медальон, висевший у него на поясе и улыбнулся.

— Этот медальон носил молодой князь Юй в молодости. Он узнает его с первого взгляда...

Уездный чиновник был в восторге. Он протянул ладони, чтобы принять его. А затем вышел за дверь, все еще охваченный безграничной радостью.

Чжун Вань поднялся на ноги. Последовал за другим мужчиной, чтобы проводить его.

— Поспешите в путь.

Сегодня они должны были отправиться в столицу. В поместье князя Цяньаня уже должен был начаться переполох. Слуги бросились доставлять багаж, вбегая и выбегая из дверей. Старый управляющий княжеской усадьбы издалека наблюдал, как уезжает магистрат префектуры. Затем управляющий перестал обращать на него внимание. Стоя во дворе, он поднял голову, чтобы проверить положение солнца. Он все еще гневался на слуг за то, что они двигались слишком медленно, и постоянно кричал:

— Быстрее! Сначала привяжите лошадь к карете молодой госпожи! Сначала подготовьте внутренний двор!

Управляющий управлял всем сразу. Оглянувшись, он увидел приближающегося Чжун Ваня. Тогда недовольный он пошел встречать его.

— По какой причине Вы пришли?

— Ничего особенного. Я здесь, чтобы проводить уездного чиновника. Князь был слишком занят, чтобы принять его. Поэтому я сам с этим разобрался.

Чжун Вань улыбнулся. Небрежно взял тяжелый ящик с книгами из рук стоявшей рядом служанки. Поставив ящик на повозку, он сказал:

— Нет нужды в спешке. Они еще не закончили уборку внутри.

Служанка почтительно поклонилась Чжун Ваню. Покрасневшими щеками она опустила голову и поспешила обратно в главную залу.

Чжун Вань радовал глаз. Он был высоким и имел стройную фигуру. То, что он обладал хорошим характером и не отличался надменностью, было трудно представить. Он был добр ко всем, в свои двадцать с небольшим лет еще не был женат. Он очень нравился всем девушкам-служанкам поместья.

Старый управляющий Янь Пиншань сурово свел брови.

— Это не Ваша обязанность. Идите, подождите внутри.

Чжун Вань закончил укладывать ящик с книгами. Он хлопнул по нему:

— Ожидание утомляет.

Янь Пиншань не стал комментировать это. Он произнес низким голосом:

— Последние несколько лет Его Величество никогда не вспоминал о нашем князе в день рождения Его Величества. Так почему же он сделал это в этом году...?

Легкая улыбка украсила губы Чжун Ваня.

— Ничего страшного.

Янь Пиншань сказал:

— Внутренняя комната Его Высочества была освещена всю прошлую ночь. В прошлом месяце ему исполнилось семнадцать лет. В таком юном возрасте он...

— Неужели теперь, когда Его Величество разрешил Его Высочеству въезд в столицу, можно отказаться от поездки?

После того, как маленькая служанка исчезла из поля зрения Чжун Ваня, он мягко сказал:

— Его Величество просто не может оставаться в спокойствий. Он хочет увидеть этих детей. Так пусть увидит. Как только он увидит и почувствует облегчение, он, естественно, позволит нам вернуться. Тогда мы спокойно доживем свои дни.

Но Янь Пиншань, казалось, все еще хотел что-то сказать. Голос Чжун Ваня стал еще мягче.

— У Сюань Жуя есть должность князя второго ранга*. Он очень скоро достигнет совершеннолетия. Разве можно не предоставить Его Величеству возможность взглянуть на него?

(* 郡王. Принц/ князь второго ранга/"Князь  округа", очевидно, ниже по рангу, чем "Принц первого ранга", к которому принадлежал отец Сюань Жуя, Принц Нин.)

Янь Пиншань нахмурил брови.

— Тогда почему он хочет видеть второго молодого господина Юй и молодую госпожу ? Они еще так юны...

Молодого господина Юй звали Сюань Юй. Молодую госпожу звали Сюань Цунсинь. Они были близнецами дракона и феникса принца Нина.*

(*龙凤胎. Близнецы мужского и женского пола.)

На губах Чжун Ваня расцвела улыбка.

— Вы же знаете, что эти двое юны. И поэтому они представляют еще меньшую угрозу. Сможет ли Его Величество создать проблемы для этих двух детей? К тому же, у них все еще есть я.

Янь Пиншань все еще хотел что-то сказать, но в итоге не смог произнести ни слова.

С Чжун Ванем рядом, казалось, что беспокоиться было не о чем.

В период Ши* жители поместья, наконец, закончили собирать вещи и размещать багаж в повозки. Князь Цяньань, Сюань Жуй, вывел своего младшего брата Сюань Юй на улицу.

(*巳时 с 9 до 11 часов утра)

Десятилетний Сюань Юй незнавший ничего о мире, как только услышал, что они покидают поместье, пришел в восторг. Он озирался по сторонам приказывая слугам идти быстрее. Сюань Жуй горько улыбнулся. Он посадил младшего брата в повозку.

— Ваше Высочество, - сказал Чжун Вань у конной повозки. Он помогал Сюань Жуй подняться на борт. Низким голосом он сказал:

— Не забивай голову тревогами.

Нахмуренные брови Сюань Жуя свидетельствовали о его беспокойстве. Он оглянулся и посмотрел прямо в глаза Чжун Ваню. Беспокойство в его сердце рассеялось, и он кивнул, прежде чем войти в повозку.

Чжун Вань взобрался на лошадь. Он натянул поводья, чтобы повернуть голову лошади назад, а его взгляд упал на Сюань Цунсинь. Убедившись, что все в порядке, он снова натянул поводья, и лошадь издала протяжное ржание. Длинная вереница повозок постепенно продвигалась вперед. В поместье Принца Цяньаня никогда не устраивали пышных празднеств. Здесь не было людей, бьющих в гонги или кричащих, чтобы толпа уступила дорогу. Слуги шли спокойно. Когда они оказались на улице, пыли, которую они поднимали, было даже меньше, чем у других прохожих.

Через два месяца они добрались до пригорода.

Еще полдня, и они достигнут столицы. Жители поместья принца Цяньаня сделали небольшой перерыв. Чжун Вань два месяца носился верхом на лошади, и все его тело болело. Теперь он прилег на скамью в повозке и отдыхал. Вдруг повозка опустилась. Его глаза открылись. Измученный, он спросил

— Дядюшка Янь, в чем дело?

Он присел. Не успел он отодвинуть занавеску, как кто-то вполз в повозку.

Радость поразила Чжун Ваня.

— Линь Сы!

Линь Сы был искусен в боевых искусствах, он тихо вошел в повозку, ни о ком не подозреваемый. Внутри он встал на колени перед Чжун Ваном. Чжун Вань поднял его на ноги.

— Ты приготовил то, что я просил?

Линь Сы кивнул, доставая из рукава бумажное разрешение на проезд.

Чжун Вань получил его, на его губах заиграла улыбка.

— Моя сделка на самовыкуп... все еще находится в особняке князя Юй. Через некоторое время, если я въеду в столицу, и кто-нибудь допросит и осмотрит меня, возможно, они создадут мне проблемы из-за моего положения раба. Это будет очень кстати.

Линь Сы был немым. Услышав слова Чжун Ваня, он слабо улыбнулся. Языком жестов он сказал Чжун Ваню, чтобы тот был спокоен.

Линь Сы был товарищем Чжун Ваня по чтению, когда тот был еще ребенком в поместье семьи Чжун. После событий, произошедших с принцем Нин, они оба были проданы в поместье принца Юй. После этого Чжун Вань сопровождал троих детей принца Нин в Наньцзян. Линь Сы остался в столице и тайно помогал Чжун Ваню вести дела.

Использовать язык жестов было слишком медленно, поэтому Линь Сы достал бумагу и кисть. Он написал отчет обо всем, что ему нужно было сообщить Чжун Ваню. Чжун Вань сжег каждый лист бумаги после прочтения.

Повозка тряслась. Внутри воцарилась тишина. Были слышны только скрип колес и треск пламени. Спустя два часа Чжун Вань облегченно вздохнул.

— Почти все мои предсказания сбылись.

Линь Сы с помощью языка жестов сказал:

— Все уже подготовлено должным образом. Нет нужды беспокоиться.

Чжун Вань кивнул. После минутного молчания он заколебался, прежде чем спросить:

— Кто...?

Спокойный взгляд Линь Сы упал на Чжун Ваня, и он терпеливо ждал.

Чжун Вань насмешливо усмехнулся про себя. Он спросил низким голосом:

— Это был... молодой князь Юй?

Линь Сы не сводил взгляда с Чжун Ваня. Он ждал, когда тот продолжит говорить.

В своих мыслях Чжун Вань проклинал тот факт, что Линь Сы не мог говорить и не способен читать мысли. Только после замечания он немного пошевелился. Он мог только прямо спросить:

—Как поживает... молодой князь Юй?

Следующие слова Линь Сы были на вес золота:

— Очень хорошо.

Оба погрузились в молчание. В течение пяти минут время шло спокойно.

Перед лицом судьбы Линь Сы понял то, чего раньше не понимал. Он написал:

— Господин хочет знать, что с ним случилось?

Почувствовав неловкость, Чжун Вань сказал:

— В любом случае... он все еще мой нареченный любовник. Теперь, когда я собираюсь въехать в столицу, можно немного проявить заботу о нем.

Линь Сы на мгновение задумался. Он снова взял бумагу и кисть и стал писать.

Чжун Вань не торопился читать слова.

— Он на год младше меня.

Чжун Вань сжигая лист за листом бумаги, мягко сказал:

— В этом году ему должно быть двадцать три года. Почему... он до сих пор не женился? Только не говори мне... что его сдерживали слухи о нашем "романе"?

Линь Сы покачал головой. Затем он написал:

— Молодой князь Юй достиг совершеннолетия три года назад. Его Величество и Королевская принцесса Анго искали множество прекрасных девушек из известных семей, чтобы посвататься к молодому князю Юй. Но молодой князь Юй отверг их без исключения.

Линь Сы записал много имен дочерей из хороших семей. Чжун Вань нахмурился.

— Он был недоволен? Тогда кого еще он хотел?

Линь Сы написал:

— Молодой князь Юй сказал, что хочет принцессу Хуэйян.

Принцесса Хуэйян, четвертая принцесса правящего Императора.

Чжун Вань подавился слюной.

— Хуэйяну только исполнилось девять лет... Неужели он сошел с ума?

Линь Сы снова покачал головой. Он написал, что Юй Шэ «не сошел с ума». Что он все еще «в здравом уме».

Чжун Вань не мог удержаться от смеха.

— Его Величество слишком избаловал его. Не может быть, чтобы он действительно согласился?

Линь Сы написал:

— Нет, Его Величество был в ярости. Он чуть не избил молодого князя Юй.

Сердце Чжун Ваня дрогнуло. Почти шепотом он сказал:

— В молодости я сопровождал Сюань Жуя на учебу в императорский дворец. И я узнал одну тайну...

Линь Сы кивнул. Он написал:

— В последнее время распространяются слухи, что молодой князь Юй на самом деле...

— Тссс, - Чжун Вань покачал головой.

Линь Сы сделал небольшую паузу. Затем он написал:

— В гневе Его Величество почти лишил молодого князя Юй его положения наследника. Тем не менее, когда принцесса вошла во дворец той же ночью, Его Величество, наконец, убедили не делать этого. После этого... к молодому князю Юй были так же благосклонны. Естественно, вопрос остался нерешенным. В течение двух месяцев Его Величество холодно относился к молодому князю Юй. После этого Его Величество проявил к нему обычную императорскую милость. И его женитьба была отложена еще больше.

На губах Чжун Ваня появилась улыбка.

— Его Величество даже с собственными сыновьями не так терпелив.

Чжун Вань снова нахмурил брови.

— Хотя у молодого князя Юй плохой характер, он не стал бы делать ничего подобного. Он явно знал, что этот брак провалится, так зачем же намеренно злить Его Величество?

Линь Сы покачал головой.

Не понимая смысла, Чжун Вань спросил:

— Что означает твое качание головой?

Линь Сы не стал писать дальше. Он поднял голову. Серьезным взглядом посмотрел на Чжун Ваня. И написал:

— Я не знаю всех подробностей, но в последние годы характер молодого князя Юй изменился. Не встречайся с ним без необходимости.

________________________________________

Прим. п.: Хоть Линь Сы обращается к Чжун Ваню как к своему господину, однако он не говорит о себе в третьем лице, поэтому, в моем переводе Лин Сы будет обращаться к Чжун Ваню на ты, а не на Вы, дабы не возникло ощущение дистанции между ними.

Глава 2 - После расспросов императора и принцессы, лицо молодого князя Юй было пугающе мрачным

— Его характер изменился... - Чжун Вань мягко повторил, слегка нахмурив брови.

Просьба о женитьбе на девятилетней принцессе действительно не казалась ему чем-то таким, что он мог бы сделать.

Линь Сы подумал, что с его словами согласились, и начал обсуждать другие вопросы.

Через два часа они должны въехать в город. Линь Сы должен был скоро уехать, поэтому Чжун Вань не решился тратить время впустую. Он похоронил сомнения в своем сердце и взял себя в руки, дабы послушать, что Линь Сы хочет «сказать».

Линь Сы написал:

— В начале года Третий принц снова заболел и почти не умер. У Третьего принца с детства слабое здоровье. В этом году ему уже тридцать четыре года, а он все еще не обзавелся ребенком. Врачи из Имперской медицинской академии не решаются сказать ничего определенного, но... вероятно, он не протянет еще несколько лет.

Чжун Вань нахмурил брови. Третий принц тоже вот-вот умереть.

Что касается императора, он был весьма неудачлив. Два его предыдущих сына скончались в раннем возрасте. Первый принц умер в двенадцать лет, а второй - в три года. Так же угасли две принцессы. После долгих мучений ему наконец удалось зачать третьего принца, однако третий принц родился со слабым телосложением и часто болел. Они потратили столько сил, чтобы он дожил до сегодняшнего дня, но принц всё же был обречен на скорую смерть.

В этом году Его Величеству исполнилось шестьдесят лет, а из его сыновей осталось только трое. Внуков император не имел. Кроме третьего принца, единственными здоровыми сыновьями были двадцатидвухлетний четвертый принц Сюань Цзин и двадцатилетний пятый принц Сюань Цюн.

Линь Сы замешкался и решил не писать следующую часть: медленно жестикулировал:

— В первые годы некий предсказатель сказал, что трон Его Величества имеет неясное происхождение, не связан с Мандатом Небес. Не сумев заполучить благословения Небес, он стремился сам изменить судьбу. Это наверняка повредило его способности иметь потомков*, отчего большинство детей Его Величества не дожили до наших дней.

(*Китайцы считают, что если идти против Небес, изменять свою судьбу или совершать греховные действия, то это будет иметь негативные последствия для вас.)

Чжун Вань бесстрастно ответил:

— Разве парочка из них еще не жива? Уже есть два зрелых и здоровых принца. Их вполне достаточно.

Линь Сы нахмурил брови.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду, - улыбнулся Чжун Вань:

— Сыновья императора имеют склонность умирать молодыми. Ты беспокоишься, что он будет недоволен, увидев Сюань Жуй и Сюань Юй, и у него появятся некие соображения. Самое правдоподобное объяснение, почему Его Величество внезапно вызвал нас в столицу, заключается в этом.

Линь Сы кивнул.

Чжун Вань утешительно сказал:

— Вот почему, перед поездкой я рассказал Сюань Жуй преувеличенную версию всех этих событий. Он был так напуган, что последние несколько дней не мог нормально есть и спать. Всю поездку его мучило беспокойство, одна тень осталась от него. Глаза его мертвые, а сам он стал очень хрупким. Его Величество увидев его таким точно успокоится.

Линь Сы не мог не улыбнуться.

— Выходит, эта поездка была необходима, - спокойно произнес Чжун Вань, — Всё бесполезно, как бы мы ни старались не препятствовать. Он сам убедится во всем, увидев их своими глазами. Только в этом случае он избавит их от всех этих неприятностей.

Линь Сы слегка расслабился и начал расспрашивать о здоровье Чжун Ваня. Когда они разошлись, Чжун Вань был так болен, что не мог встать с постели. Линь Сы все это время беспокоился о нем.

Линь Сы померил пульс Чжун Ваня и написал:

— Я слышал от дяди Янь, даже после выздоровления время от времени ты чувствуешь затяжные последствия той болезни. Когда наступят холода, ты наверняка снова заболеешь. Уже зима, а ты...

— Пустяки. Я уже почти выздоровел.

Чжун Вань пренебрежительно махнул рукой. Он совсем не беспокоился о своем теле.

— Ты сказал...

Линь Сы спокойно ждал.

— Ты сказал...

Чжун Вань поджал губы.

— Ты сказал, что его... темперамент резко изменился...

Они снова вернулись к разговору о Юй Шэ.

Чжун Вань знал Юй Шэ с тринадцати лет: три года они были одноклассниками, затем полгода почти все время проводили вместе. Он знал Юй Шэ относительно хорошо, поэтому не мог представить, что тот мог так сильно измениться.

Линь Сы знал, что Чжун Вань не захочет в это поверить, поэтому взял другой лист бумаги и начал яростно писать:

— В первый год после вашего отъезда инцидент с принцем Нин был исчерпан, и столица вернулась к своему первоначальному мирному состоянию. Год спустя, неожиданно для всех, молодой князь Юй попросил императора издать указ о лишении его титула наследника.

Чжун Вань потерял дар речи. После долгой паузы он спросил:

— Почему... почему он это сделал?

После рождения Юй Шэ Королевская принцесса Анго больше не могла зачать ребенка. Его Величество сжалился над скудным количеством детей принца Юя и пожаловал ему несколько наложниц. У принца Юя было два незаконнорожденных сына. Если бы Юй Шэ потерял титул наследника, его унаследовал бы один из незаконнорожденных* сыновей.

(*Сыновья, рожденные от наложниц, а не от законной жены.)

Линь Сы покачал головой:

— Не знаю.

Чжун Вань сухо рассмеялся.

— Давай сначала не будем спорить, забьет ли Его Величество его до смерти или нет. А как же принцесса? Она не умерла от гнева из-за него? Как она его наказала?

Линь Сы написал:

— Я не знаю, что сказала принцесса. Его Величество был в ярости и посадил молодого князя Юй под домашний арест во дворце. Его отпустили только после двух месяцев заключения.

Чжун Вань не знал, смеяться ему или плакать.

— Он вырос во дворце. Что это за домашний арест?

Линь Сы продолжал писать:

— После этого молодой князь Юй вызвался поехать в Бэйцзян*.

(*Северная граница; северный Синьцзян. По некоторым данным, Бэйцзян – река в южной части Китая)

Чжун Вань утратил дар речи. Затем он вздохнул в изумлении:

— Поразительно. Неужели он пытается устроить переворот вместо своего отца?

Когда предыдущий император основал их государство, он провозгласил принцами первого ранга шесть человек с разными фамилиями. В наши дни осталось только поместье принца Юя. Семье Юй удалось не только выжить, но и сохранить сильное влияние при дворе. Однако как принцу Первого ранга с другой фамилией, многие вопросы были щекотливыми. Принц Юй прекрасно понимал отношения между императором и его подчиненным, отчего всегда старался держаться подальше от военных дел. Кто бы мог подумать, что Юй Шэ нарушит этот запрет.

Линь Сы писал:

— В тот день принц Юй принес свою печать с собой во дворец и два часа стоял на коленях перед главным залом. Никто не мог уговорить его встать. В конце концов, сам Его Величество лично помог ему подняться.

Чжун Вань пробормотал:

— Сначала оскорбил принцессу, а потом прикоснулся к запретной ламели* принца Юя. Неужели он думает, что проживет слишком долго...?

(* «Тот, кто прикоснется к запретной ламели дракона, умрет». Запретная ламель – чешуя на теле дракона, которую нельзя трогать; метафорически тронув запретную ламель человека – сильно разозлите его)

Линь Сы продолжал писать:

— Он действительно думает, что ему проживёт слишком долго.

Чжун Вань в отчаянии улыбнулся.

— Год спустя Королевская принцесса Анго случайно обнаружила, как молодой князь Юй употреблял холодный пищевой порошок*...- написала Лин Сы.

(*холодный пищевой порошок, также называемый порошком пяти минералов, является ядовитым психоактивным наркотиком. Он был популярен в Китае во времена Шести династий и династии Тан.

— Что?! - Улыбка исчезла с лица Чжун Ваня:

— Что он употреблял?

Линь Сы обвел круг вокруг трех слов «холодный пищевой порошок».

Чжун Вань стиснул зубы:

— А чего сразу не съел мышьяк? Что случилось потом?

Линь Сы написал:

— Принцесса была в ярости. Она держала молодого князя Юя под домашним арестом целых полгода. Принц Юй попросил у императора приказа о проверке всех аптек в столице и всех даосских храмов в пригородах. Они до смерти избили нескольких вероломных торговцев, тайно продававших этот наркотик. Он прекратил проверки только после полного выздоровления молодого князя Юй спустя полгода.

Линь Сы задумался, затем продолжил писать:

— Прошел еще год, и молодой князь Юй...

......

У него не было достаточно времени, чтобы дописать всё.

Чжун Вань молча наблюдал за происходящим, все сильнее морща брови.

Еще недавно ему казалось странным, как Юй Шэ пришла в голову идея жениться на девятилетней принцессе Хуэйян. Но теперь это происшествие уже не казалось ему чем-то из ряда вон выходящим.

— Он... - пробормотал Чжун Вань, – Что случилось с ним за эти годы? Какое несчастье могло вынудить его так решительно искать смерти?

Юй Шэ был единственным ребенком Королевской принцессы Анго. Он был зачат в год смерти предыдущего императора. В тот год во время национального траура Королевская принцесса Анго была слишком сильно убита горем и чуть не потеряла своего ребенка. Позже она отправилась навестить гробницу предыдущего императора, дабы отдать дань уважения, и даже не успела вернуться в столицу к сроку родов. Она родила Юй Шэ в побочной усадьбе у королевского мавзолея. Впоследствии она, вероятно, нанесла вред своему организму и с тех пор не могла забеременеть.

Он был единственным сыном принцессы, и отношение к нему, естественно, было как к драгоценному сокровищу. И вдовствующая императрица, и император очень любили этого ребенка. Имя Юй Шэ даже было дано Его Величеством. Когда ему исполнился год, он получил титул наследника принца. В два года его пригласили во дворец. От ежедневного питания до проживания - за ним ухаживали точно так же, как за королевским принцем.

Он был похож на королевского принца, но не во всём: королевским принцам всё же приходилось открыто и тайно бороться друг с другом за титул наследного принца. Юй Шэ, как единственному законному сыну, с самого рождения был гарантирован титул наследника принца. Ему была уготована жизнь, полная богатства и власти. Не было нужды ни о чем беспокоиться.

Что могло его так расстроить, что он стал обращаться с собой таким образом?

По воспоминаниям Чжун Ваня, Юй Цзыюй обладал прекрасным характером.

По сравнению с другими, Юй Шэ был лишь немного более нелюдимым. Он не любил общаться с другими, и казалось, что между его бровей постоянно пролегает озабоченная борозда. В отличие от старшего, более опытного и сурового принца Юя, Юй Шэ все делал открыто. Он точно знал, что должны делать и чего избегать благородные люди, иначе... Чжун Вань не смог бы выжить до сих пор.

Линь Сы заметив, как Чжун Вань на время погрузился в свои мысли, взял кисть и начал писать:

— Молодой князь Юй, кажется, стал совсем другим за последние несколько лет. Его поступки стали непредсказуемыми, а характер - зловещим. В прошлом году он вошел в храм Дали. Его поступки вселили страх во многие сердца. Однажды я не смог успешно выполнить свою миссию и был пойман им. Он чуть не убил меня.

Сердце Чжун Ваня сжалось.

Линь Сы забеспокоился, что Чжун Вань будет переживать, и поспешно добавил:

— Не волнуйся. Я заранее предупредил Четвертого принца, и он передал мое дело в Министерство юстиции. Они отнеслись к этому как к незначительному проступку и отпустили меня после короткого расследования.

Четвертый принц Сюань Цзин. Линь Сы все эти годы скрывался в его поместье.

Линь Сы написал на бумаге, тяжелыми штрихами:

— Молодой князь Юй не заботится о своих старых отношениях.

Чжун Вань глубоко вдохнул, затем кивнул.

Он прислонился к окну повозки и на некоторое время погрузился в молчание. Не понимая всего, негромко спросил:

— Тогда, пять лет назад, почему он...

Линь Сы растерянно посмотрел на Чжун Ваня, ничего не понимая.

Чжун Вань медленно пояснил:

— Четыре года назад магистрат префектуры Цяньань, Шэнь Фу, явился в столичный суд. Под моим именем он отправился в поместье князя Юя в поисках финансовой помощи. Цзыюй... он действительно помог.

Линь Сы вспомнил об этом и написал:

— Очень странно. Быть может, в то время молодой князь Юй еще не был таким сумасшедшим?

Наконец, они израсходовали всю бумагу. Линь Сы написал:

— Кстати, именно это событие подтвердило истории о тебе и молодом князе Юй.

В голове Чжун Ваня пронеслось множество мыслей. Он вопросительно поднял взгляд:

— А?

Линь Сы жестикулировал:

— Из-за этого все в столице поверили в правдивость слухов о вас. Все действительно думают, что молодой князь Юй влюблен в тебя, потому он соглашается на все твои просьбы.

Чжун Вань на мгновение замолчал. Он попросил:

— Повтори это еще раз?

Линь Сы был немым, поэтому не мог ничего сказать. Он мог только еще раз жестикулировать:

— Из-за этого все в столице поверили в правдивость слухов о вас. Все действительно думают, что молодой князь Юй влюблен в тебя, потому он соглашается на все твои просьбы.

Линь Сы подумал, что Чжун Вань не понимает его жестов, и уже собирался найти пустое место на бумаге, чтобы записать, как его остановил улыбающийся Чжун Вань.

— Я научил тебя всему известному тебе языку жестов. Как я мог не понять?

Уголки глаз Чжун Ваня сморщились в легкие полумесяцы. Он сдержал смех и сказал:

— Я просто хотел услышать, как ты "скажешь" это снова.

Линь Сы не знал, смеяться ему или плакать. Но после более детального размышления, в его сердце снова появилось чувство тревоги.

С другой стороны, выражение лица Чжун Ваня было нормальным.

Линь Сы немного поразмыслил и сказал:

— Когда слухи впервые появились в столице, они действительно привлекли внимание многих. Тогда все обсуждали их. Я слышал, что после того, как молодой князь Юй узнал об этих слухах, из-за гнева сильно заболел.

Чжун Вань кашлянул. Он поднял чашку, дабы отпить глоток.

Линь Сы снова написал:

— По словам четвертого принца, однажды, в самый неподходящий момент, Его Величество специально спросил молодого князя Юй, правдивы ли слухи.

Чжун Вань поперхнулся. Линь Сы похлопав Чжун Ваня по спине продолжил:

— В тот день молодой князь Юй вышел из дворца с крайне неприветливым выражением лица. Вернувшись в свое поместье, он не ел и не разговаривал. Королевская принцесса подумала, что он снова поссорился с императором, поэтому специально вызвала его в поместье принцессы, чтобы расспросить об этом позже той ночью. Вероятно, она спросила о слухах, так как после ухода из поместья принцессы лицо молодого князя Юй было мрачным... Очень, очень мрачным. Пугающе мрачным. Хорошо, что он от природы красив, иначе это было бы действительно пугающе.

У Чжун Ваня болел живот от сдерживаемого смеха.

Линь Сы добавил:

— Конечно, только Его Величество и принцесса могли спросить его лично. После демонстрации его отношении к этому вопросу, никто не осмеливался произносить перед ним твое имя. Но позже...

Линь Сы сглотнул и продолжил:

— Просто было слишком много сплетников. Неизвестно, было ли слухов так много, что он оцепенел, или он понял, что большинство уже поверило в эти слухи, но молодой князь Юй сдался и перестал пытаться что-либо объяснить... Он был практически вынужден признать правдивость слухов.

Линь Сы задумался и жестикулировал:

— Возможно, он слышал эту историю слишком много раз, поэтому сам начал в нее верить. В столице никто не смеет говорить об этом публично, но в Цзяннани обычаи гораздо менее строгие. Там об этом слагают песни и пьесы. Однажды молодой князь Юй отправился туда под прикрытием и провел целый вечер, слушая оперу о вас двоих на прогулочной барже в Сучжоу. Он даже оставил большие чаевые, когда уходил.

Выражение лица Чжун Ваня было неописуемым. После этого он действительно не осмелился снова встретиться с Юй Шэ.

Глава 3 - Чжун, Гуй, Юань

(钟 zhōng - колокол; 归 guī - возвращаться, принадлежать; 远 yuǎn - далекий, издали.

«Вернуться издали под звон колоколов»)

___________________________________

— После дня рождения Его Величества возвращайся со мной в Цяньань,- сказал Чжун Вань перед въездом в столицу.

— Если есть незаконченные дела, заверши поскорее.

Линь Сы замер в изумлении, показал жестами:

— Я не могу уйти. Я хочу остаться в столице и помогать тебе.

— Не нужно, – Чжун Вань покачал головой, — Его Величество успокоится после встречи с Сюань Жуй и Сюань Юй. Тебе нет смысла оставаться здесь. Почему бы тебе не последовать за мной обратно в Наньцзян и провести свои дни со мной в мире и стабильности?

Не дожидаясь ответа Линь Сы, Чжун Вань продолжил:

— Как ты сказал, Юй Шэ не станет учитывать прошлую дружбу. В прошлый раз он пощадил тебя, просто ты был ему безразличен. Кроме того, Четвертый принц и Пятый принц сейчас борются за место наследного принца. Пятого принца поддерживает поместье принца Юй. Четвертый принц, скорее всего, проиграет. Ты не будешь в безопасности в их владениях. Я не могу позволить тебе остаться там.

Линь Сы на мгновение погрузился в свои мысли. Он не стал упорствовать и кивнул, его действия говорили о нерешительности.

Чжун Вань похлопал его по плечу:

— Можешь идти.

Линь Сы опустившись на колени, поклонился Чжун Ваню. Он ушел молча, как и пришел. Чжун Вань поднял створку двери и посмотрел на ворота столицы, которые были не так уж далеко. Он поправил одежду и корону*

(* 冠. Это не те короны, которые носили европейские королевские особы. В древнем Китае мужчины носили короны по достижении двадцати лет. Они больше похожи на шляпы.)

Боясь возможного допроса, Чжун Вань не стал выходить из повозки. Снаружи Янь Пиншань подошел к группе чиновников низкого ранга из Министерства обрядов* и других столичных чиновников и передал им официальные бумаги поместья принца Цяньаня. Полмесяца назад эти чиновники уже получили известие о прибытии в столицу поместья принца Цяньаня. Эти чиновники не стали доставлять Чжун Ваню и его группе хлопот. Издалека они почтительно поклонились карете Сюань Жуя. Слегка поинтересовавшись у слуг, шедших рядом с повозками, о количестве людей, они разрешили группе уехать.

(* 礼部. Министерство обрядов отвечало за государственные церемонии, ритуалы и жертвоприношения. Оно также контролировало регистрацию буддийских и даосских священников и даже прием посланников из сопредельных государств, а также руководило проведением императорских экзаменов.)

Император конфисковал поместье принца Нина, которое находилось в столице. После ремонта поместье стало владением пятого принца Сюань Цюна. Чжун Вань приподнял занавеску, когда они проходили мимо прежнего поместья принца Нин.

Когда-то, только взошедший на престол нынешний император, щедро обошелся со своим младшим братом, присвоив ему титул принца первого ранга и даровав поместье. Более того, император лично выбрал для него дочерей из благородных семей, выступив в роли отца.

К тому времени родственники принца Нина по материнской линии, семья Чжун, уже совершили преступление. У семьи Чжун было много дочерей: две из них стали наложницами* императорского гарема. А сыновей же по пальцам можно было сосчитать, и то они были замешаны в преступлении их семьи. Единственный сын, оставшийся у семьи, был из боковой ветви и очень молод. Благодаря этому он избежал причастности к преступлению. Позже принц Нин взял ребенка в свои владения и обьявил своим сынов, таким образом заткнув рты Цензоратам*.

(* 皇妃. Это императорские наложницы в императорском гареме, которые имеют ранг супруги. Они имеют ранг ниже, чем императрица или Благородные супруги, но выше, чем большинство остальных членов гарема.)

(** 御史台. Цензорат был высокопоставленным надзорным органом в древнем Китае. Цензоры были "глазами и ушами" императора и проверяли администраторов на каждом уровне, чтобы предотвратить коррупцию и злоупотребления.)

Под защитой принца Нин детство Чжун Ваня прошло благополучно.

После столь щедрой милости от принца Нин, над ними повисли темные тучи, Чжун Вань еле как защитил Сюань Жуй. Поэтому ему не хватило духу взглянуть на место, где он вырос. Глубоко вздохнув, он опустил занавеску.

Их отвели в другое поместье. Оно не было просторным, но было изысканным.

Янь Пиншань не привык общаться с этими чиновниками низкого ранга. Чжун Вань сунул несколько кошельков в рукав и спрыгнул с повозки. Подошел к группе чиновников и поприветствовал их. Чиновники из Министерства обрядов расплылись в улыбках.

— Пусть Его Высочество насладится отдыхом здесь. Будет лучше, если вы быстренько помоетесь,- с улыбкой посоветовал чиновник низкого ранга.

— После периода шэнь* слуги дворца прибудут с приглашением для вас.

(* 申时. Время с 3 до 5 часов дня)

Чжун Вань вручил ему кошелек:

— Премного благодарен.

Вежливо отослав людей из Министерства обрядов, Чжун Вань даже не успел отдохнуть. Он помассировал больную шею и плечи, вошел во внутренний двор и велел слугам сначала подготовить внутренние покои молодой госпожи. Чжун Вань встал за занавеской, висевшей на дверях, и спросил:

— Пришлось ли по нраву молодой госпоже расположение и убранство комнаты?

Сюань Цунсинь росла у него на глазах, он не беспокоился о подозрениях и осуждениях. Она вышла из комнаты, держа в руках плащ из лисьего меха.

— Я шила его по дороге. Теперь он наконец-то готов. Примерь, подойдет ли он тебе.

Чжун Вань не теряя времени принял его. Улыбка украсила его губы.

— Так ты шила это для меня эти последние несколько дней? Я думал, он для твоего старшего брата...

— Ты уязвим к холоду.

По сравнению с наивным и озорным младшим братом, Сюань Цунсинь повзрослела раньше. У нее был холодный темперамент. Её тон был легким, даже когда она беспокоилась о ком-то.

— В столице и в правду прохладно. Ты должен по быстрее вернуться к себе, иначе опять заболеешь на обратном пути.

— Знаю, знаю.

Чжун Вань улыбнулся, накидывая плащ на плечи:

— Подходит.

Сюань Цунсинь осмотрела плащ со всех сторон, запомнив его размеры без единого слова.

— Уже поздно что-то попровлять. Пока носи его так. Пусть кто-нибудь пришлет его мне ночью, и я поправлю воротник.

Чжун Вань не знал, смеяться ему или плакать.

— С таким же успехом ты можешь убить меня.

Сюань Цунсинь не отличалась многословностью, и вот теперь повернулась, чтобы вернуться в свои покои.

Чжун Вань не мог ни на минуту расслабиться. Он повернулся на пятках и направился во двор Сюань Жуй.

Выражение лица Сюань Жуй было до крайности мрачным. Появление Чжун Ваня привел его в ужас, когда он вспоминал прошлые события в столице.

Чжун Вань никогда не думал, что давно подросшего Сюань Жуй, можно так легко напугать. Слегка пристыженный, он прислонился к дверному проему, на его губах заиграла улыбка:

— Как Ваше Высочество хочет встретиться с императором? Его Величество думает, что мы из поместья принца Цяньаня обеднели до такой степени, что даже Ваше Высочество не может хорошо поесть.

Сюань Жуй понимал, что Чжун Вань просто дразнит его. Тем не менее, он не мог выдавить из себя улыбку. Он поджал сухие губы, глаза потускнели от беспокойства.

— Я нервничал с тех пор, как въехал в столицу. В голове были только воспоминания семилетней давности, когда меня одного держали под домашним арестом в нашем старом поместье. Отец ушел, а тебя забрали. Я...

Чжун Вань вздохнул и сказал низким голосом:

— Я был бесполезен. В то время я хотел найти тебя, но вести весьма трудно входили и покидали  поместье принца Юя. Я... Хватит об этом. Всё уже в прошлом.

Сюань Жуй с беспокойством сказал:

— Что если он спросить меня... спросить меня...

— Он не будет задавать вопросов, которые поставят вас в трудное положение. Ему еще меньше, чем тебе, хочется вспоминать о прошлом, – Лицо Чжун Ваня стало суровым: — Он хочет душевного спокойствия. Так дай ему это. Если бы он действительно хотел убить тебя, то послал бы кувшин с отравленным вином в поместье принца Цяньаня. Зачем ему нарочно приглашать тебя в столицу? Думаешь, нечего стало писать в книгах по истории?

Как только Сюань Жуй услышал эти слова, его выражение лица просветлело.

— Всё уже в прошлом, - сказал Чжун Вань мягким голосом, — Когда вернешься... Неважно. Я провожу тебя во дворец.

— Правда? – Глаза Сюань Жуй вспыхнули: – Ты будешь сопровождать меня туда?

— Конечно же, нет, – Чжун Вань улыбнулся: – Я действительно хочу, но позволять ли мне на самом деле? Я просто подожду снаружи.

Сюань Жуй беспомощно улыбнулся, но его беспокойство уменьшилось.

Как только наступил период шэнь, императорский дворец действительно прислал несколько человек. Но они пригласили только Сюань Жуя и Сюань Юя.

Чжун Вань притворился слугой и последовал за ними. Но не успел он войти в ворота, как стражники преградили ему путь. Сюань Жуй и Сюань Юй сошли с повозки, запряженной лошадьми, и слуги дворца провели их внутрь.

Двое осторожно последовали за евнухами, и после многочисленных поворотов и долгой ходьбы, они наконец увидели императора. Двое сразу же поклонились, как увидели его.

Сюань Жуй не смел поднять голову. Он отвечал на все вопросы, а голос же его был лишь чуть громче комариного. Ему даже пришлось прибегнуть к помощи старого евнуха, чтобы тот громче озвучил его слова.

По сравнению с ним, малыш Сюань Юй реагировал лучше. Когда пал принц Нин, ему было всего два-три года. Потому он мало что помнил, и последние несколько лет рос нормально. Он был храбрее своего старшего брата. Когда император задал ему вопрос, он поднял голову и посмотрел на императора, но тут же почувствовал легкое удивление.

Этот "дядя-император" выглядел старше, чем он ожидал. На вид ему было лет шестьдесят, и мог вполне сойти за дедушку Сюань Юя.

В последние годы император Чунань* постарел. Казалось, ему не хватает воздуха в легких, когда говорил. Он рассматривал маленького Сюань Юя, добродушно и приветливо улыбался расспрашивая его об учебе.

(* 崇安帝. Это титул императора, а не его настоящее имя.)

Не успел Сюань Юй заговорить, как холодный пот выступил на всем теле Сюань Жуя. В те времена император Чунань тоже спрашивал об этом Сюань Жуя. На следующий день его и Чжун Ваня отправили в императорский дворец.

Неужели император Чунань... воспользуется этой причиной, чтобы удержать Сюань Юя в столице?

Пока Сюань Жуй был в смятении, император Чунань небрежно расспросил Сюань Юя о нескольких вещах. Сюань Юй ответил на все вопросы.

Удовлетворенный, император Чунань кивнул. Мягким тоном он сказал:

— Очень хорошо. А учитель, которого нанял для тебя старший брат, достойный? Насколько он образован? Не слишком ли он строг?

Сюань Юй опустив голову сказал:

— Мы не нанимали учителя. Я обучался...

Хотя Сюань Юй был молод, он все же чутьём понимал, что нельзя называть Чжун Ваня по имени. Поколебавшись сказал:

— Я обучался у грамотного управляющего в поместье.

Некоторое время император Чунань не произносил ни слова. Затем он спросил:

—Тебя учил Гуйюань?

Гуйюань был вежливым именем* Чжун Ваня.

(*字, zì – вежливое имя. Давалось после достижения совершеннолетия)

Сюань Юй нахмурил брови. Откуда он узнал?

Император Чунань медленно произнес:

— Если он учит тебя, то, естественно, ошибок не будет

По правде говоря, император Чунань говорил так медленно, словно его мысли блуждали где-то в другом месте. Спустя некоторое время он добавил:

— В прошлом, если бы он участвовал в дворцовом экзамене*...

(* 殿试. После того, как ученые Императорских экзаменов заканчивали свой экзамен, и были определены Первым (狀元), Вторым (榜眼) и Третим (探花) рангами, перед императором проводилось еще одно испытание. Там император задавал им вопрос, на который они должны были ответить в виде эссе. Иногда, в зависимости от ответов, рейтинги трех лучших менялись местами.)

С губ маленького Сюань Юя не слетело ни слова, он слушал, не решаясь ничего сказать. Император Чунань не продолжал говорить даже спустя долгое время. Он махнул рукой и больше не спрашивал об учебе двух братьев. А Сюань Жуй втайне вздохнул с облегчением.

После светской беседы небо начало темнеть, а император Чунань по всей видимости устал. Он одарил этих двоих столом, полным изысканных яств, и велел старому евнуху проводить их к нему.

Старый евнух провел Сюань Жуй и Сюань Юй в небольшой, но теплый павильон, а затем вышел. Вокруг никого не было. Сюань Юй мягким голосом спросил:

— Почему Его Величество услышав о Чжун Ване…

В этот момент старый евнух, который обычно прислуживал императору, привел слуг с едой в павильон. Уголки его губ слегка подрагивали. Он сделал вид, будто ничего не слышал, и положил еду в миски каждого из братьев.

— Этот старый раб случайно услышал сказанное Вами перед Его Величеством.

Старый евнух снова улыбнулся.

— Молодой господин Чжун лично обучал Ваших Высочеств?

Удивление поразило Сюань Юя:

— Дедушка* знает Чжун Ваня?

(公公 Gōnggōng - евнух, тесть, дедушка)

Позади старого евнуха молодой евнух прикрыл улыбку рукой.

Кто не знает о Чжун Ване, чьи россказни о романе разлетелись по всему миру?

Конечно, малыш Сюань Юй тоже слышал эти слухи. Он понял, что эти люди насмехаются над Чжун Ванем, и был возмущен до крайности.

Однако, Сюань Жуй бросил взгляд на Сюань Юя. Старый евнух, служивший при императоре Чунань, не был тем, кого они могли обидеть.

С этими словами Сюань Юй опустил голову и запихнул в рот рис.

Старый евнух повернув голову, одарил молодого евнуха недовольным взглядом. Продолжая прислуживать братьям, он сказал ни слишком быстро, ни слишком медленно:

— Естественно, этот старый раб слышал о нем. Он самый молодой цзюйжэнь* этой династии. Кто же может не знать о нем?

(*举人 Jǔrén – людей, сдавших столичные экзамены, называли цзюйжэнь. В современном обществе это аналог степени магистра. Столичные экзамены находятся на один уровень ниже императорских экзаменов.)

Сюань Юй поднял голову. Он не подозревал, что Чжун Вань настолько невероятен, и был в изумлении:

— А?

Старый евнух улыбнувшись медленно сказал:

— Хотя семья Чжун пришла в упадок, принц Нин растил его как своего сына. Такого сына из известной семьи, с таким происхождением и таким литературным талантом, в какой из трех департаментов и шести министерств* не приняли бы? И все же молодой господин Чжун был честолюбив и горд, и он настоял на сдаче всех экзаменов. И одним шагом достиг высших чинов... В весенний экзаменационный сезон он получил звание Цзеюаня**, в осенний же Хуэйянь***. Если бы не...

Старый евнух не дал выйти словам, которые лучше не произнести.

— Этот старый раб слышал, что самому молодому Чжуаньюань**** было восемнадцать лет. Если бы молодой господин Чжун смог принять участие в дворцовом экзамене... Он был бы самым молодым Чжуаньюанем в истории династии.

(* 三省六部. Основная структура центрального правительства в императорском Китае.

** 解元 Jiè yuán – высший ранг в провинциальном экзамене (鄉試)

*** 会元 Huì yuán – первый ранг в столичном экзамене (会试). Этот экзамен на один ранг выше, чем провинциальный экзамен.

**** 状元 Zhuàngyuán – высший ранг в Императорских экзаменах (общенациональный экзамен). После императорского экзамена следует дворцовый экзамен, который был подробно описан в примечаниях.)

Старый евнух снял из-за пояса метелку для мух^, повернулся и ударил молодого евнуха.

— Невежественный и неумелый нахал. Катись прочь!

За пределами дворца одаренный ученый Чжун, почти достигший высшего ранга на всех трех уровнях экзаменов, стоял и ждал на холоде. Он чихнул.— Так холодно...

Чжун Вань прождал четыре часа. Угли в его переносной грелке для рук уже давно прогорели. Опасаясь обморожения ног, сошел с повозки и походил вокруг, чтобы пошевелить руками и ногами.

Когда наступил период Ву*, небо было совсем темным. Чжун Вань издалека смотрел на дворцовые ворота, но не выказывал тревоги.

(*戊时. Время с 23.00 до часа ночи)

В худшем случае император мог оставить Сюань Юя в заложниках. Но вероятность этого была невелика.

Логичнее было другое: держать и воспитывать в столице наследника принца, у которого были свои вотчины и войска. В чем смысл держать Сюань Юя? От чего они предостерегались? От десятков людей, которых Сюань Жуй собирал в Цяньане для восстания?

Цяньань был просторным, но бедным. Им часто требовалась помощь от столицы. Если бы Чжун Вань был императором, то, получив известие о существовании повстанцев в Цяньань, он бы первым одобрил это решение. Больше всего он бы надеялся, что эти бедные люди отделятся от страны. В этом случае ему не пришлось бы каждый год оказывать помощь пострадавшим.

Чжун Вань с силой потер руки. Они были настолько холодными, что онемели. Только благодаря его горячему дыханию они все еще держались.

Издалека послышался звук конной повозки. Чжун Вань настороженно повернул голову в ту сторону.

Повозка медленно приближалась. Подвесные фонари плавно покачивались, на них был начертан иероглиф «Юй».

Сердце Чжун Ваня бешенно колотилось в груди.

По мере приближения повозки к поместью принца Юя в его голове роилось множество мыслей. У принцессы Анго была своя повозка. Скорее всего это не она.

Боковые ветви поместья принца Юя определенно не покинули бы дворец в этот час.

Человек, сидящий в этой повозке, мог быть только принцем Юем. Или же им.

Чжун Вань глубоко вдохнул. Он напевал в своем сердце: Принц Юй, Принц Юй, Принц Юй...

На повозке, возле которой стоял Чжун Вань, висели фонари с надписью «Поместье принца Цяньань». Не заметить было бы невозможно. Если бы в повозке сидел принц Юй, он не обратил бы на нее никакого внимания и проехал мимо. Но если это Юй Шэ...

Как бы ни был благосклонен Юй Шэ, ему еще предстояло занять место своего отца. Как только он увидит конную повозку принца Цяньаня, ему придется остановиться и уступить дорогу.

Повозка принца Юя становилась все ближе и ближе. Несмотря на пронизывающий зимний холод, по спине Чжун Ваня струился горячий пот.

Мгновение спустя повозка остановилась.

Чжун Вань закрыл глаза, ругаюсь про себя.

Из нее вышел управляющий и издалека выразил почтение. Затем он поднялся на ноги и подошел к Чжун Ваню.

В его сердце расцвела радость. В такую холодную погоду Юй Шэ не захотел бы покидать свою повозку и, скорее всего, попросил управляющего спросить у Чжун Ваня, почему повозка принца Цяньаня находится именно здесь. И как только выяснит, что внутри никого нет, он, непременно, уедет.

Управляющий приблизившись, поднял голову и порядком удивился.

Он мгновенно узнал Чжун Ваня и воскликнул:

— Молодой господин Чжун?

Чжун Вань чуть не рухнул на землю. Неужели нельзя потише?!

Он потер свои холодные и онемевшие руки, сделав еще один глубокий вдох. Легкая улыбка мелькнула на его губах:

— Это я. Его Высочество вошел во дворец и еще не вышел. Сперва лучше отправьте Его Высочества, молодого князя Юй.

— Я догадался, что это Вы.

Управляющий оглядел Чжун Ваня с ног до головы, тот выглядел взволнованным.

— Я вернусь первым, сообщу своему господину. Почтенный может подождать здесь!

—Нет-нет-нет…

Холодный порыв задушил Чжун Ваня, когда он пытался говорить, и он закашлялся.

— Нет, нет…

Однако управляющий уже умчался со всех ног.

Чжун Вань поднял воротник, кашляя едва дыша. В глубине души ему очень хотелось побить этого управляющего.

Издалека он наблюдал, как этот управляющий проворно подошел к повозке принца Юй, поклонился и сказал что-то, что ускользнуло от его слуха.

Все кончено, все кончено, все кончено...

На этот раз это действительно конец.

Сердце Чжун Ваня ударялось о грудную клетку со скоростью света. Он размышлял, как ему поступить с Юй Шэ.

Этот управляющий долго стоял перед повозкой Юй Шэ. Достаточно долго, что Чжун Вань уже подозревал, не договорился ли Юй Шэ с гвардейцами Юйлинь*, пристрелить его.

— Что же… он делает?

(* 御林军 Yùlínjūn – отделение императорской гвардии, которое охраняет императорский дворец и императора. Напротив, 大内待卫 охраняет только императора.)

Чжун Вань настолько замерз, что даже не мог нормально говорить. Он прищурился, взгляд упал на повозку Юй Шэ.

Через пять минут управляющий попрощался с ними на расстоянии. Затем повозка принца Юя начала двигаться, медленно продолжая свой путь.

Они просто взяли и уехали?

Не говоря ни слова, Чжун Вань смотрел вслед уезжающей повозке. Вдруг холодный порыв проник в его легкие, и он закашлялся. Слуга, сопровождавший повозку принца Цяньаня, бросился к Чжун Ваню и поддержал его. Он сказал:

— Вы не желаете вернутся первым? Э-это...

— Нет, я, я в порядке...

Чжун Вань почувствовал себя лучше после того, как слуга помог ему успокоить кашель. Он горько улыбнулся.

— Я сам себя напугал. Слишком много думал.

Чжун Вань наблюдал за тем, как повозка постепенно удаляется вдаль, и на его губах заиграла улыбка.

Изменился ли характер Юй Шэ или нет, это его не касается.

Даже зная, что Чжун Вань здесь, что он мог сделать?

Высадиться из повозки и вместе предаться воспоминаниям о прошлом?

Завтра почти все в столице узнают, об их встрече за пределами дворца.

Чжун Вань не мог не улыбнуться. Произойди это на самом деле, он не сможет смыть с себя все слухи.

Непроизвольно Чжун Вань проглотил несколько глотков холодного воздуха. Его грудь словно заледенела. Он промерз настолько, что его тело уже отдавало жаром. На таком важном этапе Чжун Вань не мог позволить себе заболеть. Если он заболеет, то у этих детей не будет никого, кто их поддержит и направит.

Он не смел рисковать. Выслушав слова слуги, он вызвал паланкин.

Чжун Вань не попросил никого из слуг сопровождать его. Он сел в небольшой паланкин, с его губ сорвался легкий вздох.

Семь лет. Уже тогда кокетливый и талантливый юноша прославился «обрезанным рукавом»*.

(* 断袖 Duàn xiù – Гомосексуал.)

У них не было причин для встречи.

Чжун Вань чувствовал то жар, то холод, словно застыл между сном и явью, медленно погружаясь в мир туманных грёз.

В его сне этот человек был ещё в поре юности, немногословный, сидя у окна тихо писал. За окном росло множество персиковых деревьев, их розовые лепестки падали ему на плечи.

Паланкин трясся неизвестно сколько времени. Наконец, он опустился на землю.

Резкое движение разбудило Чжун Ваня.

Он потер глаза и уставился в пустоту. Зачем этому молчаливому и придерживающемуся правилам человеку делать то, о чем говорил Линь Сы?

Чжун Ваню было настолько холодно, что его тело словно замерзло и онемело. В тот момент, когда он собирался приложить все свои силы, чтобы встать, кто-то поднял дверную занавеску паланкина.

Высокий, с угольно-черным плащом из лисьей шкуры, накинутым на плечи, Юй Цзыюй стоял снаружи с лишенным выражения лицом и делая паузы после каждого слова произнес:

— Чжун. Гуй. Юань.

Глава 4 - Чжун Вань, где мой цветочный бисквит*?

桂花糕 Guìhuā gāo – цветочный бисквит/торт; османтусовый цветочный торт.

Является традиционной китайской закуской, которую обязательно готовят на Праздник Хризантем (Праздник Двойной Девятки) в сентябре. Весь праздник проходит под символом османтуса, в том числе и потому, что сентябрь – это лучшее время для его цветения.

__________________________________________

На миг Чжун Вань решил, что все еще спит.

Юй Цзыюй стал намного выше, а угол его бровей и выражение глаз суровее. Тревожность, присущая ему в юности, теперь сменилась гневом, придав красивому лицу мрачную ауру.

«Проснулся я или нет? – думал Чжун Вань про себя. – Если я не сплю, то почему я вижу Юй Цзыюя? Если я сплю... как я могу видеть его так ясно?»

От лихорадки у Чжун Ваня звенело в ушах, а в голове была сплошная каша. Он попытался встать, но его замерзшие руки и ноги были словно налиты свинцом. Сделав небольшую передышку, он уперся ногами в паланкин и встал. И все же он потерял равновесие. Ноги подкосились, и он упал прямо вперед.

Чжун Вань стоял на коленях в снегу, глядя на темные сапоги Юй Цзыюя. Казалось, он снова видит сон.

В этом сне он вернулся на десять лет назад, когда Чжун Вань только вошел во дворец, чтобы стать товарищем по чтению.

В то время на попечении императорского наставника находилось всего четверо юношей примерно одного возраста: Чжун Вань, Юй Шэ, Четвертый принц и Пятый принц.

Хоть Чжун Вань и был всего лишь товарищем по чтению, однако он писал лучшие сочинения и обладал литературными талантами, превосходя всех императорских детей с большим отрывом. Не только императорский наставник восхищался его сочинениями, даже сам император Чунань временами проверявший знания учеников щедро хвалил его. Тогда император Чунань даже в шутку спросил Чжун Ваня, не хочет ли он войти в Секретариат*.

(* 中书省 Zhōng shū shěng – дворцовый секретариат. Отвечал за составление и издание указов императора.)

Поступление в Секретариат на должность секретаря императора означало, что он возьмет на себя роль составителя официальных императорских указов.

Тогда Чжун Вань был юн и беспечен, он еще не понимал, как выгодно скрывать свои таланты. Он сказал, что не осмеливается получить особое отношение от императора, поскольку это заставит других смотреть на поместье принца Нин свысока. Однако попросил императора оставить для него стул в Секретариате; как только наступит год экзаменов, он, естественно, сможет официально войти в Зал Цзычень* благодаря своим способностям.

(* 紫宸 Zǐ chén – зал, где государственные чиновники, Император и иностранные послы проводили встречи во времена династий Тан и Сун.)

Хотя император Чунань не был уверен, что Чжун Вань действительно сможет сдать экзамены в столь юном возрасте, ему понравился яркий и пронзительный юношеский дух, поэтому он со смехом согласился на его просьбу, сказав, что велит принцу Нин изготовить стул и отправить его в Секретариат, дабы дождался Чжун Ваня. Это рассердило Четвертого и Пятого принцев до зубного скрежета.

Пятый принц Сюань Цюн завидовал Чжун Ваню, но лишь втайне усложнял ему жизнь. Находясь рядом сохранял вежливый вид. Но Четвертый принц Сюань Цзин отличался вспыльчивым нравом и был весьма прямолинеен. Будучи недоволен, всегда показывал свои эмоции. На банкете в тот день он постоянно подначивал Чжун Ваня и в конце концов напоил его, зная, что сам он пьянеет гораздо медленнее.

Чжун Вань хоть и был пьян, но не лишился манер. По дороге из дворца он заблудился. У него закружилась голова, поэтому он решил передохнуть и присел в беседке.

Тогда-то Чжун Вань столкнулся с Юй Шэ.

Возможно, всё из-за схожести племянника и дяди, Юй Шэ напомнил принца Нин. Чжун Вань был пьян в стельку, потому подумал, что это принц Нин пришел за ним.

Чжун Вань решил, что ведет себя неподобающе. Улыбнувшись, он опустился на колени, дабы поприветствовать «принца Нин».

Юный Юй Шэ не мог понять, что бормочет Чжун Вань, посему тихо поинтересовался, что же случилось. Чжун Вань подумал, что принц Нин бранит его. Поскольку он знал, что принц Нин относится к нему снисходительно, он осторожно ухватился за край одежды «принца Нин», стоя на коленях на земле, и бесстыдно признался:

— Я больше никогда не буду пить. Отец прости меня... только на этот раз.

Юй Шэ:

—…

Средь бела дня в императорских садах юный Юй Шэ неожиданно стал чьим-то отцом.

Признавшись Чжун Вань уснул, прижавшись к ногам Юй Шэ и вцепившись в край его одежды. Юй Шэ не мог пошевелиться. Поколебавшись помог другому подняться. Чжун Вань был настолько пьян, что конечности его не слушались. Он вообще не мог стоять сам, потому опирался всем весом на Юй Шэ. В итоге...

Чжун Вань дрожал, стоя на коленях в снегу. В его голове проносились мысли: что же произошло в итоге? Неужели Юй Цзыюй подхватил его и отнес домой? Тогда что же происходит сейчас? Сон ли это или нет?

— Чжун Вань, – Юй Шэ спокойно глядел на Чжун Ваня и безразлично спросил:

— Где мой цветочный бисквит*?

Чжун Вань почувствовал себя так, словно кто-то внезапно вонзил нож в его грудь, разрезая сердце и органы, причиняя огромную боль. Он мгновенно пришел в себя.

Это был не сон.

Чжун Вань понял, что угодил в ловушку.

Этот паланкин и его носители принадлежали Юй Шэ.

Юй Шэ подождал некоторое время. Поняв, что Чжун Вань не собирается отвечать, он спросил:

— Ты можешь встать?

Всё происходит сейчас, а не десять лет назад. Принц Нин больше не будет искать его. А Юй Шэ, похоже, не собирался помогать ему подняться. Чжун Вань стиснул зубы и медленно встал. От жара лихорадило всё тело. Он едва смог вымолвить:

— Приветствую молодого князя Юй.

Выражение лица Юй Шэ чередовалось между мрачным и ясным. Мгновение спустя он сказал:

— Проходи.

Чжун Вань был один. Но даже возьми он кого-нибудь все равно не смог бы вырваться из рук Юй Шэ, посему мог только следовать за ним.

Чжун Вань шел позади Юй Шэ, осматривая окрестности краешком глаз. Они находились в одной из усадьб принца Юя.

В те времена он угодил в рабство и был куплен Юй Шэ. Последний же вернул его и держал здесь.

Юй Шэ привел его в теплый павильон*. Чжун Вань уже замерз с головы до ног.

(* 暖阁 Nuǎngé — помещение во дворе, которое обогревается печью/камином.)

Внезапное пребывание в таком теплом помещении вызвало легкую дрожь во всем теле.

Юй Шэ сел, взял поданную слугой чашку горячего чая и неторопливо отпил.

Чжун Вань стоял и молча глядел на Юй Шэ.

Внешность Юй Шэ не сильно изменилась, но аура его стала иной, словно перед ним совсем другой человек.

Юй Шэ игнорировал Чжун Ваня около пяти минут, а затем поинтересовался:

— На тебе довольно много одежды, даже есть меховое пальто. Отчего же тебе так холодно после столь короткого пребывания на зимнем ветру?

Юй Шэ слегка сузил глаза.

— Я помню, раньше у тебя было отличное здоровье.

Чжун Вань на мгновение задумался, затем тщательно обдумывая каждое слово сказал:

— После поездки в Цяньань я не смог сразу привыкнуть к новой обстановке и заболел. С тех пор я стал несколько хрупким... сожалею, что князю пришлось лицезреть подобное зрелище.

Юй Шэ поставил свою чайную чашку на стол и равнодушно сказал:

— Неправда.

Чжун Вань стараясь не обращать на головную боль с трудом проговорил:

— Мое ничтожное тело не стоит внимания князя.

Юй Шэ помолчал недолго.

— Это связано со мной?

Голова Чжун Ваня болела, а зрение затуманивалось. Он покачал головой в знак отрицания:

— Нет.

Юй Шэ усмехнулся, будто знал, что Чжун Вань лжет, но в итоге ничего не сказал, снова потягивая свой чай.

Чжун Вань подумал про себя: «если хочешь что-то спросить, то скорее спрашивай. Иначе я скоро потеряю сознание, и ты не сможешь вытянуть из меня даже ложь».

Юй Шэ наслаждался чаепитием в одиночку, словно забыв о присутствии Чжун Ваня. Чжун Вань медленно шевелил пальцами. Он знал, что в данный момент ему следует направить всю свою энергию на Юй Шэ, но просто не мог не предаться размышлениям.

Как и ожидалось, Юй Шэ действительно сильно изменился.

Что же произошло с ним за эти годы?

В юные годы Чжун Вань проводил время как во дворце, так и за его пределами. Однажды он узнал одну тайну.

Поговаривали, что Юй Шэ вовсе не был сыном принца Юя, а был внебрачным ребенком императора Чунань.

Естественно такой слух не возник бы на пустом месте.

Например, необыкновенная благосклонность императора Чунань

к Юй Шэ. Для сравнения, Четвертый и Пятый принцы, с которыми он был примерно одного возраста, оставались в стороне.

Другой пример - император Чунань не смог уберечь своих сыновей. Его первый и второй сыновья умерли молодыми, а третий сын отличался слабым телом. Если бы Юй Шэ действительно был родным сыном императора Чунаня, то по возрасту он был бы четвертым. Возможно, император поверил словам предсказателя и согласился, что его трон имеет подозрительное происхождение, а это могло навредить его потомкам. Видя как его первые три сына либо умерли, либо заболели, встревожился, что его четвертый сын тоже не выживет, потому отправил его на воспитание своей младшей сестре Королевской принцессе Анго?

Подобных доказательств было предостаточно, но Чжун Вань не поверил этим слухам, услышав их впервые много лет назад.

Во-первых, Чжун Вань однажды проработал хронологию в обратном порядке, начиная с дня рождения Юй Шэ. Он обнаружил, что в тот год ни одна из наложниц императора Чунаня не могла произвести на свет Юй Шэ.

Конечно, не исключено, что ему тайком могла дать жизнь безымянная* служанка во дворце. Однако он получил титул наследника в возрасте одного года. Если он действительно был родным сыном императора Чунаня, а император отправил собственного сына в поместье принца Юя, дабы тот стал наследником, то это всё равно, что заставить принца Юя взбунтоваться.

(* 没名没姓的宫人 Méi míng méi xìng de gōng rén – дворцовая служанка без имени и фамилии. Не официальная наложница.)

Не то чтобы принц Юй был неспособен иметь детей. У него уже было несколько сыновей от наложниц. Почему же он согласился отдать чужому сыну титул наследника, добровольно отказавшись от звания и власти, которых его отец и дед добивались с таким трудом?

Чжун Вань не верил, что принц Юй может быть предан до такой степени, что сумел бы вырастить чужого сына, да еще и подарить ему свое родовое наследие.

Вот только...

Чжун Вань слегка нахмурил брови. Раз император Чунань так любил Юй Шэ, так почему он не хотел отдать ему принцессу? Брак с родственником обеспечил бы безопасность родства, а также скрепил бы отношения между императорской семьей и принцем первого ранга с неимператорской фамилией. Зачем отказываться?

Четвертая принцесса была слишком юна, а вот Третья принцесса подходила Юй Шэ по возрасту. Тем не менее, император Чунань не дал согласия на брак.

А когда Юй Шэ попросил жениться на Четвертой принцессе, он по-настоящему разгневался, что случалось редко по отношению к нему.

Голова Чжун Ваня словно раскалывалась. У него не было сил беспокоиться о ситуации, в которой он сейчас находился, его внимание полностью занимал Юй Шэ.

Сыновья и внуки императора постоянно умирали молодыми, поэтому он не мог унять тревогу о Сюань Жуя и Сюань Юя и почувствовал необходимость лично встретиться с ними. Неужели никто не заметил его беспокойства?

Разве Четвертый принц Сюань Цзин и Пятый принц Сюань Цюн не заметили этого? Они даже настороженно относились к двум сыновьям принца Нина. Как бы они отнеслись к Юй Шэ?

Император Чунань очень хорошо знал истинное происхождение Юй Шэ, но Сюань Цзин и Сюань Цюн не были в курсах.

Внезапно Чжун Ваня перехватило дыхание. Неужели эти два принца уже вели себя с Юй Шэ, словно он тоже являлся сыном императора?

Действительно ли император Чунань балует Юй Шэ или использует его как мишень...

У Чжун Ваня зазвенело в ушах. Он почти не мог стоять на ногах. Из-за боли он на мгновение утратил самообладание и бессознательно проговорился:

— Ты так много наворотил за последние несколько лет. Потому что... ты хочешь избежать борьбы за трон?

Юй Шэ на мгновение остолбенел, а затем неожиданно рассмеялся.

Юй Шэ поставил свою чашку на стол. Словно услышав удивительную шутку, он долго смеялся, а Чжун Вань же был потрясен. Прежний Юй Шэ никогда бы не стал так себя вести.

Юй Шэ наконец-то вдоволь насмеялся. Он тихонько кашлянул и поправил свою помятую одежду, затем покачал головой.

— Напротив, я боюсь, что меня не втянуть в это.

В это время в ушах Чжун Ваня по прежнему  звенело, а голова болела. Если бы не знакомый голос Юй Шэ, он бы не смог понять, о чем говорит собеседник. В его сердце вспыхнул гнев.

— У тебя даже нет шансов. Так к чему…

Юй Шэ замолчал сообразив, о чем думает Чжун Вань и рассмеялся.

— Чего ты добиваешься? - вопросил через некоторое время Чжун Вань.

Юй Шэ стер улыбку с лица и спокойно заявил:

— Я просто хочу устроить всем веселую жизнь. Вот и всё.

Чжун Вань, несколько лет,сделавший всё возможное и невозможное чтобы просто выжить, пришел в ярость от такого заявления, что едва удержался на ногах.

Он разразился смехом и задумался. Быть может, годы борьбы за выживание подавили его амбиции. Иначе зачем бы ему захотелось ругать Юй Шэ за такие речи как родной отец?

Разве не хорошо просто жить?

Чжун Вань был вне себя от гнева так, что даже уголки его глаз покраснели.

Юй Шэ с интересом наблюдал за ним. Он спросил:

— Чжун Вань... ты беспокоишься обо мне?

Чжун Вань не разобрав слова Юй Шэ поднял взгляд. Юй Шэ насмешливо сказал.

— Понимаю... Ты хочешь только выбраться отсюда. Думал, проявишь немного заботы,и я вспомнив былую дружбу и отпущу тебя, так?

Чжун Ваню было даже трудно держать глаза открытыми. Сейчас он из последних сил пытался устоять на ногах. Если бы не нежелание выставлять себя дураком перед Юй Шэ, он бы уже давно нашел стул, чтобы сесть. Он еще осознавал, что Юй Шэ что-то говорит, но что именно, Чжун Вань понятия не имел.

Лоб Чжун Ваня был мокрым от холодного пота. Он поднял руку, надавил на точку между бровей, подсознательно говоря:

— Цзыюй, мне нехорошо...

Юй Шэ замер. Мгновение спустя он распорядился:

— Приготовьте миску имбирного супа и принесите сюда.

Слуга подняв голову поспешно произнес слова подтверждения и направился к выходу.

Разум Чжун Ваня полностью покинул его из-за лихорадки. Он забыл, что он гость, и приказал хриплым голосом:

— И побольше сахара.

Юй Шэ:

—…

Даже слуга удивился. Он посмотрел на Юй Шэ, а последний кивнул.

Чжун Вань был уже в отключке. Когда пришел в себя, он отдыхал на том месте, где сидел Юй Шэ. Слуга принес миску имбирного супа с сахаром. У Чжун Ваня не было сил беспокоиться о чем-то еще. Он сразу взял миску и выпил ее до дна.

После миски имбирного супа Чжун Вань наконец-то вновь обрел цвет лица.

Юй Шэ молчал, просто наблюдая за Чжун Ванем.

Слуга принес Чжун Ваню еще одну чашу. Чжун Вань отпил из нее глоток за глотком. Слуги в поместье принца Юй знали свое дело: они добавили в имбирный суп несколько лекарств от простуды высокого качества. Через тридцать минут ему сразу полегчало.

Теперь, когда тело больше не болело, разум начал проясняться. Поэтому он начал волноваться еще больше.

Юй Шэ потратил столько сил, чтобы доставить его сюда, но ради чего?

Юй Шэ ничего не сказал, поэтому Чжун Вань, естественно, тоже не решился заговорить. Они сидели друг напротив друга, не говоря ни слова. Один потягивал чай, другой - суп.

Спустя много времени Юй Шэ вдруг позвал:

— Чжун Вань...

Чжун Вань отпил последний глоток имбирного супа и поставил маленькую изящную миску на стол. Он понял, что Юй Шэ наконец-то перешел к делу.

Снова наступила невыносимая тишина.

Юй Шэ легонько постучал пальцами по поверхности стола и медленно начал:

— В последние годы я много раз задавался вопросом.

Чжун Вань поднял взгляд. О чем это он Неужели он собирался перебирать все, что случилось между ними?

Юй Шэ, казался, потерялся в своих воспоминаниях:

— Постоянное недоумение, вечное замешательство. Быть может, я... перенес тяжелую болезнь и лихорадка повредила мой мозг?

Чжун Вань теперь вообще ничего не понимал:

—А?

— Или по неосторожности упал с лошади и при этом повредил голову?

Чжун Вань не понимал, что происходит. Какое это имело отношение к делу?

Юй Шэ равнодушно рассуждал:

— Всякий раз, когда я был готов поверить во все эти истории, которые ты выдумал...

Чжун Вань внезапно забыл как дышать.

Юй Шэ взглянул на Чжун Ваня и продолжил:

— Каждый раз, когда я переставал поверить самому себе, я спрашивал тех слуг, которые были со мной с детства: не терял ли я память? Иначе как я не могу вспомнить хотя бы один миг нашей любви?

Чжун Вань разразился громким кашлем.

Он крепко зажал рот рукой. В такой момент он совершенно не мог позволить себе смеяться.

Если Юй Шэ мог убить Линь Сы, то он определенно прикончит и его самого.

Но как только он подумал о юном Юй Шэ, страдающим от сомнений в себе и душевного расстройства, цепляющегося за старого слугу, чтобы спросить, не терял ли он память, Чжун Вань просто не смог удержаться.

Чжун Вань прикрываясь кашлем, зарылся головой в собственную грудь.

Юй Цзыюй спокойно наблюдал за ним.

— Смейся, не сдерживайся.

Чжун Вань отчаянно покачал головой.

Юй Цзыюй приподнял уголок губ в усмешке.

— Будь умницей, посмейся как следует... за каждый твой смех , ты расплатишься слезами.

Чжун Вань по какой-то причине потерял силу в ногах. Поначалу он мог бы сдержаться, но, услышав это, уже не мог себя контролировать. Он разразился смехом.

Юй Цзыюй улыбнулся.

— Очень хорошо. Раз.

Чжун Вань сильно ущипнул себя. Теперь он чувствовал себя гораздо лучше, поэтому не решился продолжать сидеть и встал.

Выражение лица Юй Шэ было противоречивым, он некоторое время смотрел на Чжун Ваня и внезапно сказал:

— Ступай.

Чжун Вань потерял дар речи. Он... отпускал его вот так просто?

Юй Шэ встал:

— Я устал. Можешь идти.

Чжун Вань вздохнул с облегчением. Как только он повернулся, чтобы уйти, он услышал за спиной холодный голос:

— Держи на хорошем поводке своего немого пса. Не позволяй ему больше беспокоить меня.

Чжун Вань молчал, зная, что речь идет о Линь Сы, потому произнес слова повиновения и ушел.

Его первоначальный план предусматривал возвращение Линь Сы в Цяньань после дня рождения Его Величества. Естественно, не стал бы снова беспокоить Юй Шэ.

На обратном пути в поместье князя Цяньаня Чжун Вань спорил сам с собой.

Первоначальный план Чжун Ваня уже был составлен. Убедившись, что император Чунань полностью развеял свои сомнения, он должен был вернуться со всеми в Цяньань и никогда больше не возвращаться в столицу. Но теперь он вдруг засомневался.

При мысли, в каких обстоятельствах сейчас находится Юй Шэ, на сердце делалось не спокойно.

В любом случае, Сюань Жуй скоро будет бесполезен. Возможно, он мог бы помочь составить заговор для Юй Шэ и убедить его поскорее устраниться из этой заварушки...

Чжун Вань в тот же миг отбросил эту идею из головы.

Не говоря уже о том, сумеет ли он на этот раз благополучно выйти из сложившейся ситуации, он уже столько раз бесстыдно пользовался Юй Шэ. Как может последний доверять его помощи?

Чжун Вань поплотнее запахнул лисью шубу, посмеиваясь над собой. Более того, он уже так далеко пал от благодати. Ему просто совесть не позволит искать встречи с Юй Шэ.

Юй Шэ, вероятно, затеял сегодняшние события только в качестве предупреждения для Линь Сы. С этого момента... Чжун Вань не думал, что Юй Шэ захочет увидеть его снова.

Скорее всего, он питал к нему отвращение.

Через три месяца мосты вернутся к мостам, а дороги к дорогам*. Пожалуй, они никогда больше не встретятся в этой жизни.

(* 大家桥归桥路归路Dàjiā qiáo guī qiáo lù guī lù — идти разными путями.)

В это же время в поместье принца Юя старый управляющий усадьбы помогал Юй Шэ готовиться ко сну. Он осторожно спросил:

— Наследник видел сегодня молодого господина Чжун?

Юй Шэ кивнул.

— Этот старый раб тоже бросал несколько взглядов через дверную занавеску. Молодой господин Чжун стал намного выше и краше.

В ответ последовало молчание.

— Слухи о наследнике и молодом господине Чжун довольно хорошо известны. Хотя благородные семьи и дворяне считают это лишь шуткой и не верят в слухи, хотя это не умаляет их желания через брак породниться с нашим поместьем, все равно это было бы не совсем правильно. Сегодня вы встретились посреди ночи, вдали от чужих глаз, хорошо. Но если вы будете встречаться постоянно...

Старый управляющий выглядел так, словно хотел что-то сказать. Юй Шэ слабо улыбнулся; он знал, что хотел сказать ему старый управляющий.

— Ты не хочешь, чтобы я снова с ним виделся?

Старый управляющий не посмел пытаться указывать Юй Шэ, что делать. Он сдержанно сказал:

— Я просто не думаю, что это необходимо.

— Нет, это необходимо.

Юй Шэ злорадно усмехнулся.

— Сегодня я сказал, если он посмеет хоть раз смеяться, я заставлю его плакать. Через несколько дней... я заставлю его заплатить за первый раз.

Глава 5 - Я так старался ради тебя найти твоего отца, а ты хочешь поиметь* меня

(* здесь 日 Rì, поиметь, трахать)

_________________________________________

К тому времени, когда Чжун Вань должен был вернуться во временное поместье князя Цяньаня, рассвет уже окрасил небо. Большинство людей в доме еще не спали, дожидаясь его прибытия. Как только повозка свернула на улицу, кто-то вышел навстречу ей. Однако увидев, что повозка из поместья принца Юя, слуги испуганно переглянулись.

— Я в порядке...

Чжун Вань вышел из повозки. Все его тело наполняла слабость. Поддерживаемый слугой, он вошел в поместье и едва слышно произнёс:

— Идите, скажите Его Высочеству и... двум маленьким господам, что со мной всё хорошо.

Слуга поспешно выразил свое согласие и поспешил передать сообщение. Тем временем Чжун Вань начал терять сознание. Он боялся, что, стоит ему закрыть глаза, он еще долго не сможет прийти в себя. Изо всех сил стараясь сохранить сознание, он сказал:

— Закройте ворота поместья и не принимайте гостей, пока я сплю. Скажи дядюшке Янь, чтобы он нашел способ позвать... позвать сюда немого. Мне нужно его кое о чем спросить.

Несколько озадаченный слуга шепотом переспросил:

— Кто этот немой?

— Дядюшка Янь поймет...

Он дважды кашлянул:

— Если он придет, обязательно разбудите меня.

Слуга беспомощно выразил свое согласие, и Чжун Ваня охватила волна облегчения. Затем он потерял сознание.

Его сердце хранило множество воспоминаний. Даже засыпая, он не мог полностью погрузиться в дремоту, все еще немного осознавая окружающее. Его сердце было неспокойно, а сон не дарил покой.

Сперва ему приснилось, что император Чунань устроил для них пир, а ему пришлось соревноваться с упрямым Сюань Цзином в том, кто больше выпьет. Один тост породил другой, и еще один.

Тогда Чжун Вань легко поддавался провокациям. Он был по сути несгибаем и не умел скрывать свои эмоции. Он уже напился до состояния опьянения, а Сюань Цзин все еще заставлял его пить. В итоге... К счастью, Юй Шэ перекинулся с Сюань Цзином парой слов. Насчет того, что он не должен терять самообладание перед Его Величеством. После этого Сюань Цзин боялся опозориться перед правителем и с большой неохотой остановился.

Вскоре после этого Чжун Ваню приснилось то время, когда пришло известие о предательстве принца Нина. Густой туман тревоги и страха окутал всю семью. Его самого обвинили в передаче посланий принцу Нину и бросили в тюрьму.

В то время проходили весенние экзамены. Он добился звания Хуэйянь* прошлой осенью, и последние три месяца оставался в резиденции старого императорского наставника Ши, дабы подготовиться к весеннему экзаменационному этапу. Каждый день он должен был писать эссе. Даже праздник нового года провел в резиденции Ши. Он не покидал резиденцию в течение трех месяцев, так как же он мог передавать послания принцу Нину?

(* 会元 Huì yuán – первый ранг в столичном экзамене (会试). Этот экзамен на один ранг выше, чем провинциальный экзамен.)

Чжун Вань ясно понимал: эти люди пытались получить от него, этого «приемного сына», доказательства предательства принца Нина. Пусть он был молод, он уже добился ученой степени. Эти люди не осмелились применить к нему телесные пытки. Вместо этого они кормили его скудной пищей, и вызывали его днем и ночью для допросов и запугивания, и так прошло три месяца.

Ему грозили:

— Молодой господин Чжун, Вы постоянно молчите. Нам только остается направить прошение в Министерство по делам двора* о совместном судебном следствии. Когда придет время, допроса не избежит даже наследник принца Нина – Сюань Жуй.

(* 宗人府. Министерство по делам двора было учреждением, ответственным за все вопросы, связанные с императорской семьей при династиях Мин и Цин императорского Китая.)

Даже пытались заманить его обещанием выгоды:

— Если Вы были обмануты принцем Нин, расскажите об этом! Вы росли на глазах у Его Величества, он расположен к Вам всей душой, и естественно простить все Ваши ошибки. Молодой господин Чжун... Вы всего в одном шаге от успеха на экзамене. Через десять дней начнется дворцовый экзамен. Если Вы во всем повинитесь, всё это будет забыто...

Чжун Вань сопротивлялся целый месяц. За это время он исхудал до неузнаваемости. Услышав слова допрашивающих, он опустил голову и хриплым, не похожим на человеческий, голосом сказал:

— Сюань Жуй – родной сын принца Нина. Теперь, когда Его Высочество столкнулся с этим огромным бедствием, он, без сомнения, будет вовлечен в это дело. Не в моих силах взять на себя страдания, которые ему придется пережить. Я могу понести положенное наказание. Как и он.

Вы, конечно, можете просить о чём угодно. И мне интересно... осмелится ли Министерство по делам двора судить и допрашивать десятилетнего ребенка.

— Дворцовый экзамен состоится через одиннадцать дней. Я знаю это лучше тебя. Меня отведут на экзамен? Хех... Я уже лишился всех своих титулов. Так ты можешь отправить меня на дворцовый экзамен? Ты действительно хорош...

Прошел еще месяц, а Чжун Вань все не сдавался и ни в чем не признался. После подобных тяжелых пыток он впал в оцепенение. Его допрашивающие думали, что они в одном шаге от того, чтобы добиться его признаться. Они послали кого-то стоять у его камеры, повторяя:

— Вчера принц Нин во всем сознался. Вчера принц Нин во всем сознался. Вчера принц Нин во всем сознался.

Им оставалось дожидаться нервного срыва Чжун Ваня, и он подтвердит всё, что они сказали.

Чжун Вань понимал, что не может позволить себе сойти с ума. Если он оступится, то все в поместье принца Нина несомненно лишаться своих жизней.

Чжун Вань был уверен: принц Нин – не предатель. В его сердце теплилась надежда, что он все еще жив. Но сейчас он, конечно, испытывал сильные страдания.

Если принц Нин мог держаться, так как же он может сдаться?

В то время Чжун Вань был измучен настолько, что не смог бы проглотить даже зернышка риса. Боясь лишения рассудка, он отчаянно пытался найти себе занятие. Чжун Вань прислонился к стене, разрывая на мелкие кусочки простые булочки, которые ему дали. Без всякого выражения лица он бросил эти крошки в дверь камеры, в лицо тому, кто вел против него психологическую войну.

Человек, повторяющий все ту же фразу, так испугался, что даже никак не отреагировал. Прошло немало времени, прежде чем он наконец разгневался. Однако Чжун Вань в ответ швырнул в него едой и выплеснул горячий суп, и тот, не сумев увернуться, промок с ног до головы.

Допрашивающие не посмели морить его голодом и вскоре принесли еще одну порцию еды. Чжун Вань поднялся на ноги собираясь ударить всех, кто подходил.

Спустя две недели министр юстиции* наконец лично явился на допрос. Чжун Вань доложил министру о беззаконных действиях следователей, обвинив их в использовании власти в личных целях и обещании участия в императорских экзаменах. На следующий день обещавшие привести его на дворцовый экзамен, были задержаны. Их посадили в камеру рядом с Чжун Ванем. Каждый день он швырял в них свою еду и выплескивал суп.

(* 刑部尚书. Высшее должностное лицо в Министерстве юстиции, которое отвечает за судебные и уголовные процессы, но не обладавший  властью над Цензоратом или Комиссий по финансам.)

Прошел еще месяц. И принц Нин скончался в Бэйцзяне. Чжун Ваня в камере вырвало кровью. А на следующий день его лишили всех гражданских прав и сделали рабом.

Известие, что такой человек, как Чжун Вань, стал рабом, некоторых заставило возмущаться, других чувствовать сожаление, а кого-то вздохнуть от волнения, но большинство просто наслаждалось зрелищем.

Чжун Вань был всего лишь юношей, не справившим совершеннолетие, прославившийся красотой и талантами. Покупка и продажа чиновников и слуг, совершивших преступления, была обычным делом. Но в его случае, это приобретало несколько особый оттенок.

Одаренность Чжун Ваня была широко известна в столице. Возможность купить такого человека для своего поместья и вытирать о него ноги - это, несомненно, то, чем стоит гордиться.

Некоторые влиятельные и выдающиеся семьи не заботились об этом вопросе. Но было и много семей с особыми наклонностями. Едва распространилась новость о законченном деле Чжун Ваня, толпа людей, желавших попасть внутрь, чуть не сломала входные двери тюрьмы.

Тогда Чжун Вань был едва жив. Он услышал, как кто-то хочет купить его для расширения своей театральной труппы.

Слабый и измученный, Чжун Вань подумал:

— Хорошо, я спою и сыграю роль маленькой вдовы, навещающей могилу своего умершего мужа.

Еще он смутно слышал, что кто-то из богатой семьи из Цзяннаня пожелал купить его. Чжун Вань лишь подумал: «Ни за что». Он не хотел покидать столицу.

Более того, он слышал, что четвертый принц, Сюань Цзин, присылал к нему людей. Но его матушка случайно узнала, поймав его и прочла ему целую нотацию.

За последние несколько месяцев Чжун Вань ощутил теплую сладость и холодный привкус человеческой природы. Услышав, что Сюань Цзин хочет приобрести его, он не мог не улыбнуться.

Сюань Цзин не проявлял к нему особого интереса. Даже после вмешательства матери, он все равно хотел его купить. Дело было не просто в желании унизить его. Подобная игра того не стоило.

Сюань Цзин не так уж сильно его недолюбливает.

Чжун Вань почувствовал слабую благодарность. Похоже, его собутыльник оказался настоящим другом. Он попросил слугу Сюань Цзина передать ему послание:

—По одаренности тебе не сравнятся со мной за всю жизнь.

От этих слов Сюань Цзин чуть не лопнул от гнева.

В тюрьму постоянно прибывали посетители, желавшие купить его. Чжун Вань изумлялся количеству людей, жаждущих его поиметь.

Он… совершенно не знал, смеяться ему или плакать.

Чжун Вань молча ждал. Боясь, возможного самоубийства, тюремный пристально следил за ним день и ночь.

Чжун Вань посмеивался. С какой стати ему убивать себя?

Он же не женщина. Да будь он и женщиной, так зачем ему теперь заботиться о репутации и порядочности?

Эти трое детей... Он до сих пор не знал, что же с ними стало.

У Чжун Ваня не было времени думать о своем положении. Он просто хотел поскорее покинуть это место.

После несколько дней ожиданий, за ним наконец-то пришли.

Человек, купивший его, был, по-видимому, из известной, влиятельной и благородной семьи. Он обладал исключительными манерами и был очень неразговорчив. Чжун Вань не мог вытянуть из него ни слова. Повозка долго раскачивалась, пока наконец не прибыла к месту назначения.

Он сошел с повозки, и как только поднял голову, Чжун Ваня снова чуть не вырвало кровью.

Поместье принца Юя.

Бесчисленные варианты он перебирал, но никак не ожидал, что Юй Шэ тоже захочет его поиметь!

Правду говорят: нельзя судить о человеке по внешности, и нельзя измерить глубину воды ведрами.

Сюань Цзину помешали приобрести его. Но Юй Шэ смог противостоять и принцессе Анго, и принцу Юю, без проблем приведя Чжун Ваня к себе. Воистину, герои рождались из юношей.

Чжун Вань улыбнулся во сне, затем нахмурился и перевернулся на спину, почувствовав, что кто-то тянет его за руку. Приложив немало усилий, Чжун Вань открыл глаза. И не сразу понял, что рядом Линь Сы.

По выражению лица Линь Сы было видно, что он спешил. Он снова потрогал пульс Чжун Ваня и коснулся его лба. Чжун Вань натянуто улыбнулся:

— Я в порядке... Просто простудился. Помоги мне подняться.

Линь Сы опустился на полусогнутые колени и помог Чжун Ваню сесть. Чжун Вань не знал, как долго он спал. Его жар уже спал. К нему вернулась жизненная сила.

Он указал на свой стол.

— Иди... возьми бумагу и кисть. Я хочу тебя кое о чем спросить.

Линь Сы принес предметы, но Чжун Вань всё забрал. Оказалось, что писать будет именно он.

В это поместье их поселил Император Чунань. Поэтому Чжун Вань остерегался произносить слова вслух.

Не теряя времени, он написал:

— В тот год ты был последним, кто видел Его Высочество. Напиши мне прощальные слова Его Высочества еще раз. Не ошибись ни в одном слове.

Взяв кисть Чжун Ваня Линь Сы написал:

— Скажи Гуйюаню, что всё кончено. Пусть бережёт себя и не делает глупостей ради меня. И попроси его позаботиться о моих трех-четырех кровных родственниках.

Слегка сведя брови, Чжун Вань написал:

— Три-четыре родственника?

Линь Сы кивнул.

Чжун Вань снова взял в руки кисть.

— Ее Высочество, супруга принца, рано скончалась. Его Высочество явно имел только троих детей. Почему он сказал не трое, а трое-четверо?

Перед смертью принца Нина окружало много чужаков. Может быть, он что-то не успел договорить и не смог сказать прямо, а потому полагался на эти несколько предложений, чтобы передать Чжун Ваню сообщение?

Линь Сы нахмурился.

Чжун Вань написал:

— У тебя тоже были подозрения?

Линь Сы кивнул.

— Пару лет назад, из-за чего ты попал в руки Юй Шэ? - написал Чжун Вань.

С помощью языка жестов Линь Сы сказал: — Неудачное стечение обстоятельств.

«Как и ожидалось» - подумал Чжун Вань.

— Это не из-за предсмертных слов Его Высочества, - жестикулировал Линь Сы.

— Четвертый принц имел множество вопросов относительно рождения князя Юй. Он послал меня провести расследование. Естественно, я тоже хотел знать.

Чжун Вань написал:

— Каковы результаты?

Линь Сы покачал головой. Он еще ничего не обнаружил.

Прислонившись к кровати, Чжун Вань погрузился в свои мысли.

С помощью языка жестов Линь Сы спросил:

— Господин подозревает, что молодой принц Юй - сын Его Высочества?

Чжун Вань пробормотал про себя:

— У меня есть подозрения... но в этом нет никакого смысла.

Было слишком большой натяжкой связывать их только из-за слов принца Нина «трое-четверо».

Не следует забывать, что Юй Шэ родился в год смерти предыдущего императора. В тот год принцу Нину только исполнилось пятнадцать лет. Беременность длилась десять месяцев. То есть, на момент зачатия принцу Нину было всего четырнадцать...

Чжун Вань не мог удержаться от смеха. Как такое возможно?

Уловив большую часть мыслей Чжун Ваня, Линь Сы честно и откровенно сказал:

— В четырнадцать лет это не совсем невозможно.

На губах Чжун Ваня появилась неловкая улыбка. Он не хотел говорить о подобных вещах, касающихся его дяди. Немного подумав, он написал:

— В те времена Его Высочество был самым возлюбленным шестым принцем, воспитывался самим предыдущим императором и мог унаследовать трон. Покойный император не позволил бы ему внезапно завести ребенка до брака. Более того, стали бы принцесса Анго и принц Юй тратить столько усилий на воспитание сына принца Нина?

Линь Сы кивнул и жестом сказал:

— Невозможно. Его Величество боится даже Сюань Жуя. Как он может оставить  молодого князя Юя, который куда старше него?

Чжун Вань вздохнул. Что-то было не так с детьми принца Нина. Так в чем же дело?

Он просто случайно сказал «три-четыре родственника», или в этом был какой-то глубокий смысл?

— Возможно, четвертый – это ты, господин, - немного подумав Линь Сы сказал на языке жестов.

Не удержавшись от смеха Чжун Вань написал:

— Я на год старше Юй Шэ! Так неужели Его Высочество переспал с кем-то в тринадцать лет? Что за мысли?! Хотя нашего родового поместья Чжун больше нет, я точно сын своих родителей.

Опустив голову, Линь Сы улыбнулся.

— Кто же на самом деле этот человек...?

Линь Сы жестикулировал :

— Если хозяин хочет знать, я могу продолжить расследование. Я не тороплюсь с возвращением на юг.

— Нет, - сказал Чжун Вань, покачав головой:

— Совсем недавно он упоминал мне о тебе. Если ты снова попадешь в его руки, он точно не пощадит тебя.

Пока Линь Сы беспомощно стоял на месте, Чжун Вань на миг задумался, а затем сказал:

— Или же… После дня рождения Его Величества мы можем поменяться местами. Ты сопроводишь их обратно в Цяньань, а я останусь в столице.

Нахмурив брови, Линь Сы сказал языком жестов:

— Разве господин не сказал, что после этого для нас всё закончится?

Чжун Вань поник. Если трое детей будут в безопасности, он окажется достойным воспитания и милости принца Нина. Тогда в в будущем он, возможно, сможет...

Не желая, чтобы Чжун Вань попал в неприятности, Линь Сы быстро жестом показал:

— Этим двум маленьким господам всего по десять лет.

На губах Чжун Ваня проступила горькая улыбка. Это правда.

С тех пор как принц Нин скончался, его жизнь перестала быть его собственной. Как он может задуматься о других вещах?

Глава 6 - Может, мне спеть Вам?

Линь Сы и Чжун Вань выросли вместе, а потому, даже если Линь Сы не понимал все его мысли, мог от части догадаться, о чем тот думает. Подняв глаза на Чжун Ваня жестом спросил:

— Господин беспокоится за молодого князя Юй?

Так ты связал истинную личность Юй Шэ с принцем Нин просто для того, чтобы найти повод здесь остаться?

Чжун Вань промолчал.

Принц Юй сыграл свою роль, когда принца Нина подставляли. Чжун Вань не должен был тревожиться о Юй Шэ.

Линь Сы немного поразмыслил и написал:

— Во время этих происшествий молодому князю Юй еще не было даже двадцати лет. Он не принимал участия в этой затее. Господину не нужно чувствовать вину перед принцем.

Чжун Вань потер место между бровями и сдержанно сказал:

— Я все еще знаю, где провести черту.

Хотя Линь Сы в то время тоже был продан в поместье принца Юй, он лишь оставался за второй дверью*, кормя лошадей. Он ничего не знал о том, что происходило между Чжун Ванеми Юй Шэ внутри. Подумав, он спросил:

— В те времена господин и молодой князь Юй и в самом деле имели любовную связь?

(*Древние китайские поместья имели «большие ворота» ( 大门 Dàmén) которые были главным входом, а так же «вторые ворота» ( 二门  Èrmén) между внешним и внутренним двором.)

Чжун Вань поперхнулся.

— Нет... – Он улыбнулся, – Только не говори мне, что ты тоже веришь этим слухам? Ничего подобного не было.

Линь Сы в замешательстве взглянул на ЧжунВаня. Он был окончательно сбит с толку.

Они не давали друг другу никаких обещаний, так почему он сейчас беспокоился о Юй Шэ?

— Он...

Чжун Вань прислонился спиной к изголовью кровати, подложив под голову руку. Он продолжил:

— Раньше... хотя мы проучились вместе три года, за это время мы почти не общались друг с другом. Я не хотел доставлять неприятности принцу, потому не заводил общения с другими. Только иногда спорил с четвертым принцем Сюань Цзином, когда мне бывало скучно. Остальными же не имел никаких дел. У Пятого принца Сюань Цюна были черные руки и ядовитое сердце*. Он всегда замышлял и плел интриги против меня из тени. Я не очень высокого мнения о нем... Юй Шэ и Сюань Цюн - двоюродные братья, так что были на одной стороне. Естественно, я держался подальше и от него.

Мать пятого принца Сюань Цюна была благородной супругой** Юй; она ещё была младшей сестрой принца Юй по кровному родству.

(* 手黑 Shǒu hēi - черная рука, т.е. жесткий.

心毒 Xīn dú ядовитое сердце, т е. злобный, жестокосердный.

Означает, что этот человек жесток по своей природе и имеет способы реализации этих жестоких идей.)

(** Императорская супруга высшего ранга, вторая по власти среди женщин дворца после императрицы (не считая вдовствующей императрицы).)

Чжун Вань потер ноющую шею.

— Между прочим, я тоже был вначале в замешательстве. Мы с ним даже не родственники, не то что с Сюань Цзином, с которым у нас сложилось некое подобие отношений после стольких ссор. Зачем ему столько усилий, чтобы купить меня?

Линь Сы задумался и очень прямолинейно ответил:

— Значит, он восхищался тобой. Или у него были грязные мысли.

— Ничего подобного. На самом деле…

Чжун Вань покачал головой.

— Оставив меня в одном из дворов своего поместья, он полностью игнорировал мое существование в течение трех месяцев. Спустя долгое время, пока управляющий не досадил, он, наконец, пришел ко мне.

Линь Сы не понял:

— Управляющий досаждал?

Губы Чжун Ваня скривились, но вовсе не в улыбке, следом он снова начал кашлять.

— Я пролежал полмесяца во дворе. Когда я наконец смог встать с постели, конечно же, захотел сбежать... Как-то прятался в чане для кухонных помоев, чтобы меня вынесли. Я так же переодевался слугой и пытался пробраться через боковую дверь. Каждую полночь я бродил ища лучше места, чтобы перелезть через стену... В боковом дворе не жил никто из главного поместья. Все слуги во дворе должны были следить за мной. Управляющий боялся, что я сбегу, и потому держал меня под круглосуточным наблюдением. Каждый вечер он приносил стул и ставил его у моей постели, затем садился и не спускал с меня глаз.

Чжун Вань несколько раз кашлянул, и стараясь не рассмеяться продолжил:

— Тогда я спросил старого управляющего...

Юный Чжун Вань спокойно лежал в постели с самым безобидным видом.

Только старый управляющий знал, каков он на самом деле. Прошло уже три месяца, не было ни минуты, когда  Чжун Вань не думал о побеге. Управляющий изо всех сил пытался донести до него:

— Молодой господин, Вы теперь стали рабом. Даже если Вы выберетесь, без подорожной Вы не сможете покинуть городские стены. Никогда в жизни не сможете купить собственность или землю; Вам придется прятаться, куда бы Вы ни пошли.

Чжун Вань подумал про себя: «Да ты что, я знаю законы этой династии лучше тебя».

Управляющий был настолько раздражен, что потерял терпение и начал пытаться запугать его.

— Молодой господин, у нашего Наследника все еще есть Ваш договор на самопродажу*. Если Вы сбежите, он сообщит ямынь**, будете пойманы еще до конца дня. Тогда наказанием беглому рабу будет нанесение татуировки на лицо***. Вы ведь понимаете, что значит татуировка на лице?

(* Договор, в котором подробно описывается, что раб продан хозяину и больше не имеет личных свобод.)

(** 衙门  Yámén  Административный офис или резиденция местного бюрократа в древнем Китае. Чем-то напоминает современный полицейский участок.)

(***Форма наказания. Наносят на лицо татуировки (иероглиф) о совершенном преступлении, чтобы все знали о том, что сделал данный преступник.)

Чжун Ваня это совершенно не волновало. Он холодно затараторил:

— Я мужчина. С испорченным лицом никто на меня заглядываться не будет.

Старый управляющий заволновался:

— Да это же клеймо на всю жизнь. Как Вы можете не печься о своем лице...?

Юный Чжун Вань был ошарашен:

— Я никогда не заботился о собственном лице. Управляющий!!! Я зашел так далеко?! Какой теперь стыд?

Старый управляющий чуть не задохнулся от злости.

Они спорили целый день. К вечеру старый управляющий решил, что Чжун Вань наконец-то, ненадолго успокоится. Он уже собирался вздремнуть на стуле, как вдруг Чжун Вань заговорил.

— Дядюшка Фэн.

Чжун Вань совсем не хотел спать. Он уставился на верх полога кровати. – Давайте поболтаем по душам.

Управляющий Фэн:

—…

В душе управляющий Фэн проклинал Чжун Ваня за то, что тот доставляет столько хлопот но все же заставил себя выглядеть бодрым и строго спросил:

— Поболтать о чем?!

Юный Чжун Вань спокойно ответил:

— Давайте поговорим о Вашей матушке.

Управляющий Фэн замер на мгновение, пока не дошло, что надо его старой матерью решили подшутить. Он тут же впал в ярость, едва не начав драку с Чжун Ванем.

— Успокойтесь, тихо. Чего Вы так разбушевались? – Юный Чжун Вань поспешно умолял о пощаде. – Я был не прав, я был не прав, я был не прав... Успокойтесь! В Ваши то годы нельзя так злиться. Сядьте! Сядьте...

От ярости у управляющий Фэн даже борода встали дыбом. Он повернулся и сел, намереваясь не обращать на него внимания. Он уже собирался снова задремать, как Чжун Вань вдруг спросил:

— Дядюшка Фэн, у Вас есть жена?

Управляющий Фэн с раздраженным выражением лица ответил:

— Моя жёнушка еще жива.

Чжун Вань кивнул:

— Вы с ней хорошо ладите?

Управляющий Фэн совершенно растерялся. Была глубокая ночь... И почему же он должен рассказывать кому-то, столь юному, не достигшему совершеннолетия, о своей семейной жизни?

Управляющий Фэн повернулся и пристально уставился на Чжун Ваня.

— Нет никакого ладить и не ладить! Это как-то связано с молодым господином?

Чжун Вань был предельно честен.

— Конечно.

Управляющий Фэн сдержал свой гнев.

— Тогда могу я спросить молодого господина Чжуна... Как это связано с Вами?

— Во дворе середина ночи, довольно поздно. Вы и я. - Чжун Вань показал на себя, затем на управляющего Фэна. – … в одной комнате. Я беспокоюсь, что Вы можете воспользоваться своим положением охранника и трахнуть меня, когда усну.

Управляющий Фэн окончательно вышел из себя. Он встал и зарычал:

— Мне в этом году пятьдесят четыре! Мой внук почти твой ровесник! Ты и я... я... я... я...

— Не сердитесь...

Чжун Вань испугался, что в гневе причинит себе вред, поэтому поспешно заговорил:

— Я просто упомянул об этом как о возможности! Только возможность... Я боялся, что Вы увидев мое заспанное лицо не сможете сдержаться, случайно навлечете на себя беду. У Вас есть жена, а я должен хранить целомудрие ради Наследника Вашего господина. Если мы сойдемся, это не только разрушит Ваши отношения с женой, но и приведет к потере работы. Я не смогу этого вынести...

Управляющий Фэн категорически отказался его слушать. В гневе он разразился цветистыми ругательствами, аж стал багровым из-за ярости.

— Успокойтесь... Я был не прав, это я заинтересовался Вами, так как мы столько времени провели вместе. Не Вы, не Вы.

Чжун Вань поспешил извиниться:

— Я судил по себе. Я искренне выражаю свое сожаление.

Чжун Вань встал с кровати, чтобы лично налить управляющему Фэну чашку чая.

Управляющий Фэн выпил ее. Спустя долгое время он, наконец, смог снова начать нормально дышать.

Чжун Вань лег. Управляющий Фэн тоже сел.

Через час управляющий Фэн почувствовал, что его немного клонит в сон. Чжун Вань снова начал:

— Я подумал и понял, что мои слова были слишком резкими. Прошу прощения, управляющий Фэн. Вы хороший человек.

Управляющий Фэн:

—…

Юный Чжун Вань уставился в окно.

— Смотрите. Луна сегодня прекрасна.

Управляющий Фэн почувствовал, как по всему его телу побежали мурашки.

Чжун Вань бормотал про себя:

— Да и наше настроение прекрасное.

Управляющий Фэн чуть не решил, что сошел с ума от недосыпа... Прекрасное настроение?

Чжун Вань совершенно серьезно предложил:

— Так вот, может, мне спеть Вам?

Управляющий Фэн оцепенело уставился на ЧжунВаня.

Чжун Вань робко признался:

—Вначале я думал, что меня продадут, в актеры*, поэтому в тюрьме... я подготовился заранее.

(* имеется в виду оперный актер. В древнем Китае на оперных актеров/актрис смотрели очень свысока и считали их лишь немногим лучше проституток.)

Взгляд управляющего Фэна опустел. Он не представлял, следует ли ему похвалить ЧжунВаня за п подобную предусмотрительность.

— Ну тогда я начну прямо сейчас.

Чжун Вань прочистил горло и легонько ритмично постучал по доске кровати.

— После свадьбы... надела белое*... Кто же умер, ах… Мой господин**…

(* Одеяние белого цвета носили в периоды траура)

(** Муж)

— Заткнись!!! – Управляющий Фэн был в дикой ярости. — Петь такое про хозяина, ты что, смерти ищешь?!

— Разве не подойдет? – Чжун Вань вздохнул с сожалением. – Но как человек, недавно начавший учиться... знаю только, партию Молодой вдовыпосещающей могилу*.

(* Традиционная пьеса оперы Хуай о молодой вдове, посещающей могилу своего мужа во времяЦинмин с их ребенком и слугой.)

У управляющего Фэн от злости аж руки затряслись.

— Ты... прекрати петь.

Чжун Вань кивнул.

— Хорошо. Не сердитесь. Я просто хотел спеть песню, чтобы Вы уснули.

— Кончай болтать, я без тебя прекрасно засну!

— Я замолчу – подняв три пальца Чжун Вань поклялся Небу.

Управляющий Фэн снова с опаской уселся.

Чжун Вань сдержал слово. На этот раз он действительно не сказал ни слова.

Час спустя управляющий Фэн, который весь день носился по дому и полночи не спал, погрузился в глубокую дрему.

А вот юный Чжун Вань не спал. С ярко сверкающими глазами слегка приподнял уголки губ и сел.

—Прошу простите меня…

Он не осмелился надеть ботинки. Чжун Вань осторожно прокрался босиком, и той же ночью сбежал из бокового двора.

Естественно, его поймали и вернули до рассвета.

Чжун Ваня проводили в главный зал, но он жепродолжал буйствовать.

— Всего лишь татуировка на лице? Делайте, что хотите! Да даже с клеймом у меня не будет отбоя от женщин, желающих выйти за меня замуж!

Управляющий Фэн искал его всю ночь, и теперь был так утомлен, что чувствовал себя в шаге от смерти. Он слабо выдохнул и сказал:

— Ты ведь не боишься совсем? Отлично, прекрасно... Ты подожди. Просто жди.

Чжун Вань ждал. Через час пришел Юй Шэ.

Чжун Вань опустился на колени. Как только увидел Юй Шэ, он понял, что все кончено.

Человек, который действительно мог его трахнуть, был здесь.

Страница книги Те годы в поисках моей чести в интернете

Table of Contents

Глава 0 - Пролог. Кто на свете не слышал о Тебе?

Глава 1 - Не встречайся с ним без необходимости

Глава 2 - После расспросов императора и принцессы, лицо молодого князя Юй было пугающе мрачным

Глава 3 - Чжун, Гуй, Юань

Глава 4 - Чжун Вань, где мой цветочный бисквит*?

Глава 5 - Я так старался ради тебя найти твоего отца, а ты хочешь поиметь* меня

Глава 6 - Может, мне спеть Вам?

О книге